S-T-I-K-S Lucky strike
Глава 1. Переход
- Готовы? Пошли на заряжание - караульные подошли к стойке и выстроились в одну шеренгу.
- Справа по одному – заряжай! - скомандовал начальник караула – молодой офицер, в звании старшего лейтенанта.
Солдаты по очереди приступили к процедуре, и спустя несколько секунд прозвучали три доклада.
- Оружие заряжено, поставлено на предохранитель!
- Оружие заряжено, поставлено на предохранитель!
- Оружие заряжено, поставлено на предохранитель! – отрапортовали караульные.
- Итак, сейчас, как обычно, выдвигаемся на склад материального обеспечения, далее склад вооружения, потом ГСМ. Вопросы есть? – Вопросов нет. В колонну по одному, за мной, шагом марш!
На улице было темно, сыро и душно. До полуночи оставалось немногим меньше часа. Прошедший вечером дождь оставил после себя большие лужи, испарявшиеся на еще теплом асфальте. За день ветер посбивал с росших вдоль одной стороны дороги тополей листву, лежавшую темными пятнами. Они отошли от освещенной караулки, и офицер достал фонарь.
Дорога до постов была довольно простая – нужно было просто идти по асфальту, в таком случае маршрут как раз упирался в первый пост. Идти немного, около километра. Примерно на середине пути испарина на асфальте стала сгущаться, а вскоре и вообще перешла в состояние плотного тумана, воздух стал каким-то мерзко кислым.
- Фу! – высказался кто-то из караульных.
Разговаривать в строю, в общем-то, запрещено, но на подобные мелкие нарушения всегда закрывали глаза, вот и в этот раз начальник караула решил не устраивать очередной лекции на тему строго соблюдения дисциплины, да и ко всему прочему, он был полностью согласен с не вытерпевшим солдатом.
В ночной тишине послышался знакомый звук двигателя Камаза.
- Вправо принять, на обочину! – скомандовал офицер, слегка обернувшись так, чтобы идущие позади услышали его.
- Стой! Подождем, пока проедет – и направил фонарь в сторону звука. Туман засветился белым.
Двигатель ревел слишком сильно, было слышно, что машина набирает скорость.
- Куда он так несется? – задал вслух вопрос офицер.
В этот момент, в светящемся от фонаря тумане появились два прожектора фар, и начальник караула понял – машина движется точно на них.
- Вспышка слева! – только и успел крикнуть офицер.
Караульные отреагировали мгновенно, прыгнув в кювет. Офицер собирался проделать то же самое, но немножко не успел – он инстинктивно обернулся, чтобы убедиться, что солдаты ушли от возможного столкновения и в этом момент получил удар в шлем. Темнота мгновенно накрыла его – он потерял сознание.
Голоса.
Несвязная речь, сливающаяся в реку звуков.
Знакомые голоса. Начинает различать их.
Это говорит Соколов, один из караульных.
Ему отвечает Степанов, второй.
Речь становится более внятной.
- Товарищ старший лейтенант, Вы нас слышите?
- Я тебе говорю он без сознания.
- Что нам делать? Надо как-то привести его в чувства.… Сейчас бы нашатырь…
- Хер его знает, удивительно, что он вообще дышит.
- Попробуй еще раз вызвать караулку.
- Какую караулку? Я ходил туда – там долбанное поле! Нет никакой караулки! Там вообще ни хрена нет!
Бойцы. Это его бойцы. Надо было вставать.
Попробовал открыть глаза – резанул свет. Прищурился. Попробовал привстать – в голове оглушительно зазвенело, и мир поплыл. Всё вокруг закрутилось. Начал падать, вестибулярный аппарат отказывался понимать, где верх, а где низ – всё едино, всё крутится. Кто-то поддержал, падение прекратилось, но мир вокруг продолжал вращаться. В этот момент нахлынула волна неудержимой тошноты. Офицера вырвало.
- Товарищ старший лейтенант, Вы как?
- Макс, помоги, надо его посадить.
- Еще тошнит? – поинтересовался Соколов.
- Нормально – чуть слышно ответил офицер, наконец, открыв глаза.
На улице было довольно светло. Они сидели где-то в кювете: вот пригорок дороги, вот следы от Камаза.
- Где Кузьмин?
- Вот, умойтесь – солдат протянул влажный платок.
Офицер снял шлем и балаклаву, молча вытер лицо прохладной мокрой тряпкой.
- Дайте попить
Боец протянул фляжку, и офицер сделал пару крупных глотков воды. Снова начало тошнить, но этот позыв он сдержал, и повторил свой вопрос:
- Где Кузьмин?
- Его Камаз сбил.
- В смысле сбил? – с отдышкой спросил офицер.
- Ну, он последним шёл, нас Камаз перелетел, а вот ему не повезло.
- Что значит, не повезло? Поднимите меня!
- Вам лучше пока туда не ходить.
- Соколов!
- Понял, Степашка, помоги!
Два солдата держа под руки офицера, помогли ему встать. Мир в его голове продолжал кружиться, но состояние явно улучшалось.
- Где он?
- Вот там, где Камаз, я помогу – сказал Соколов.
- А где этот сраный водитель?
- Никого не было, двери открыты, но за рулем никого не было.
- Что значит, никого не было? Я же слышал, как он обороты набирал.
- Ну, когда всё произошло, туман был страшный, мы вообще сначала Вас потеряли, фонарь разбился, а в таком тумане не понятно было кто где. Камаз мы по следам нашли, да и грохот слышали – дверь открыта была, а за рулем никого.
- Кузьмин там, под задним мостом – солдат указал в сторону стоявшей посреди невысокой травы машины – может пока не стоит туда ходить?
Офицер не ответил, и стал медленно приближаться к грузовику. Кабина открыта, грязные колеса ушли в мягкий грунт почти до самых дисков. Темная лужица. Старший лейтенант заглянул под машину и его снова вырвало. Под рамой лежало то, что осталось от бывшего караульного: рядового Кузьмина — мешанина из крови, кишок и камуфляжа.
Начальника караула бил озноб. Он не понимал, что происходит, и почему так получилось. Что теперь будет с ним дальше. Обычный, ничем не приметный караул превратился в какой-то ад. Ему нужно было взять себя в руки, что совсем не просто в такой ситуации, но он постарался.
Осмотрелся. И только сейчас заметил, что у него больше нет автомата. Пистолет на месте, подсумок тоже.
- Вы автомат мой не видели?
- Он у Степанова, Вы его обронили, когда всё произошло.
Немного успокоившись, офицер спросил:
- Сколько сейчас время? – постепенно, до него стало доходить, что их давно должны были начать искать. Выходили они, когда еще полуночи не было, а сейчас явно предрассветное время: небо уже окрасилось в голубой, а горизонт желтел от лучей еще не появившегося солнца.
- Полшестого
- Твою ж мать! – выругался офицер – Вы в караулку сообщили?
- Тут такое дело, нет караулки.
- Что значит: «нет караулки»?
- Посмотрите сами, её должно быть видно!
Офицер поднялся на дорогу и посмотрел в сторону, где когда-то стояло караульное помещение, но теперь там было просто поле. Асфальтированная дорога, резко сменялась грунтовкой, которой тут никогда не было, да и вообще всё менялось. Деревья, трава, даже забор, идущий вдоль дороги, как будто обрезало невидимой гильотиной, а дальше было просто поле, обычное дикорастущее поле с выжженной солнцем травой и укатанной грунтовой дорогой, в аккурат примыкающей к асфальту. Он подошел к линии, где мир менялся и увидел, что на пыли грунтовки, имелись относительно свежие следы покрышек.
- Что за херня?! – риторически спросил старший лейтенант и посмотрел в другую сторону: здесь дорога была асфальтированной – метров триста всего, до поста она тоже не доходила, поскольку также упиралась в грунтовку, да и самого поста тоже не было. Вместо него стояла одинокая, покосившаяся избушка. Подойдя к линии с этой стороны, внимание офицера, привлекло то, что следы были и здесь, и, судя по протектору – это был тот же самый автомобиль, но это был не Камаз – протектор хоть и внедорожный, но явно легковой. Осмотревшись еще раз. Он понял, что они находятся в каком-то совсем уж незнакомом месте, где привычная для них дорога вклинивается в другой участок местности. Там где должна быть караулка теперь поле, где был пост – стоит избушка. Дорога совсем другая. А воинской части вообще нет. Просто нет. Стоят отдельные деревца, кусты, но ни какого намека на здания и строения.
- Степанов!
- Я! Товарищ старший лейтенант! – отозвался боец.
- Так! Во-первых, давай сюда мой автомат, а во-вторых, расскажи всё, что помнишь с момента выхода из караулки.
- Ну, мы шли на смену часовых, в тумане услышали звук Камаза, Вы приказали сойти на обочину. Потом крикнули вспышка слева, и мы машинально прыгнули вниз с дороги. Услышали глухой удар, фонарик погас. Машина пролетела над нами и остановилась в поле. Когда мы встали, Вас нигде не было, мы думали, что это Вас он сбил, но потом по следам поняли, что еще и Кузе досталось. Позвали Вас, позвали Кузю – никто не отозвался. Тогда пошли по следу, не видно ни фига было. Осмотрели машину, там никого. Больше ничего понять не смогли. Рация была у Вас, поэтому мы не могли сообщить в караулку, я решил дойти до неё, но там асфальт обрывается – такую дорогу я не знаю, поэтому сели в кабину и стали ждать пока нас начнут искать, но нас накрыло: Соколов уснул первым, я еще чуть-чуть продержался, но тоже вырубился. Проснулся минут через сорок, примерно через час туман исчез. Светать начало около четырёх, что, кстати, рановато – обычно около пяти светает. Разбудил Сокола. Решили еще раз осмотреться. Нашли Кузю – солдат громко сглотнул. Пошли Вас искать, думали, он Вас тоже сбил, и Вы где-то впереди, но, похоже, Вас дверью зацепило и в кусты отбросило. Нашли Вас и автомат, он в стороне лежал. Потом, я взял Вашу рацию, попробовал связаться с караулкой, но никто не отвечал. Тогда Соколов остался возле Вас, а я пошёл туда пешком – тумана уже не было. Но там никого, да и дорога другая. Когда вернулся, Соколов был возле Вас, потом Вы очнулись. Ну а дальше Вы сами знаете.
- Так бойцы!... Я не знаю где мы, почему никто нас не ищет, и пока, даже не представляю, что нам делать дальше – офицер шумно выдохнул – для начала, надо найти автомат Кузьмина, и забрать его боеприпасы ему мы уже ничем помочь не можем, к сожалению.
- Разрешите нам тоже балаклавы снять, а то жарко в них?
- Далее, а если точнее, то прямо сейчас: Соколов – ищешь автомат. Степанов – со мной, пойдем посмотрим, что там за избушка такая стоит. Если там всё нормально, то предлагаю организовать там временное расположение. Вопросы? Вопросов нет. Балаклавы можете снять, шлемы вы один хрен уже сняли.
Офицер с одним из караульных направились в сторону здания, оставшийся боец начал поиски оружия.
- Степанов, смотри, судя по внешнему виду, ничего интересного в этом домике нет, поэтому предположу, что там должно быть тихо. Сначала я его осмотрю снаружи, если всё нормально, то зайду внутрь, ты стоишь у входа и ждешь моей команды. Если видишь что-то подозрительное, или кого-то кто не похож на Соколова, сразу зовешь меня. Понял?
- Понял
Подойдя к зданию, удалось его рассмотреть поближе: небольшой одноэтажный каменный домик белого цвета: крыша покрыта старым шифером, два деревянных окна с разбитыми стеклами, веранда с множеством маленьких не распашных окошек, двери не было. Печная труба, если судить по её внешнему виду.
- Так! Близко не подходи, я осмотрю его изнутри.
Боец снял автомат с плеча и взял его наизготовку.
В домике имелось две комнаты, расположенные друг за другом. Как и предполагал офицер, имелась печь, которую явно давно не топили. Но удивило другое: на полу были следы от ботинок и ошмётки грязи. Сухие. Судя по имеющимся следам, посетителей было двое: одни ботинки большие, другие маленькие, у обоих крупный протектор, вроде того, что на армейских берцах, либо чём-то очень похожем на них. Так же был пролом на потолке, аккуратно над лежанкой печи. Забравшись, офицер осмотрел и подкровельное пространство – никого и ничего достойного внимания. Судя по всему, кто-то здесь ночевал: лежали две соломенных подстилки, а дальше был еще один пролом в потолке, который, офицер поначалу не заметил – это было и плохо и хорошо одновременно, ведь это отличное место для засады. Окна выходили только на одну сторону.
Осмотрев домик, офицер вышел.
- Чисто! – сказал он караульному – пойдем, посмотрим как у Соколова дела.
Боец уже двигался им навстречу, на плече у него висел второй автомат.
- Ну что? Смотрю, автомат ты нашёл?
- Да, но он поврежден, ствол погнут, приклад лопнул. В остальном только грязь, почистить надо.
- Что с боеприпасами?
- Плохо, я туда не полез. Подсумок там, магазины вроде бы в подсумке.
- Ясно. Так Соколов! Считаешь домик и периметр вокруг него в радиусе 5 метров постом, выполняешь обязанности применительно к часовому. Никого не подпускать кроме меня и Степанова, остальные только в моём сопровождении. На всякий случай пароль: «Волгоград». Все всё поняли? Вот и молодцы, пойдем. Соколов, взять пост под охрану!
- Есть! – отозвался солдат.
Подойдя к Камазу, офицер еще раз осмотрел мертвого бойца.
- Степанов, вы точно не видели этого водятела? Ключей нет, но машина явно была на ходу, значит, он куда-то свалил.
- Никак нет! Мы тоже об этом думали, может он испугался и убежал?
- Похоже на то. Ладно, как бы мне не было жалко Кузьмина, но ему уже ничем не помочь, поэтому пойдем, достанем патроны.
Видя, как побледнело лицо солдата, офицер решил, что такую неприятную работу проделает сам. Сделать это было непросто, мешал топливный бак и воздушные баллоны, поэтому пришлось ползти. Отдав автомат бойцу, офицер растянулся на мокрой и грязной траве, ползком подобрался к бывшему караульному и, расстегнув подсумок, достал магазины. Выбравшись, забрал оружие, и скомандовал:
- Ну, всё, пойдем туда! – указав кивком в сторону домика.
Соколов, как и положено часовому, медленно обходил домик. Видя, что офицер с другим караульным приближаются, ускорил шаг, и подошёл к двери в аккурат с остальными. Офицер присел на крыльцо.
- Что думаете? – спросил Степанов.
- Да вот думаю, уж не умер ли я случайно, и не дорога ли это в ад? Потому как, иначе я не могу объяснить того, где мы находимся и как сюда попали.
- Ну, если Вы умерли, то получается и мы заодно тоже, но вот как-то это не сходится с тем, что под машиной лежит Кузьмин.
- Сколько сейчас время?
- Начало восьмого, десять минут.
- Так, ладно, я видел на грунтовке следы, предлагаю пройтись посмотреть, что там и как. Соколов, остаешься здесь, порядок тот же. Степанов со мной, из зоны видимости друг друга не выходить. Поэтому далеко не пойдем. Раз есть следы, значит, машины тут ездят ну а в доме, кстати, тоже имеются следы двух человек, относительно нестарые. Поэтому смотрим по сторонам, если кого-то увидите, сразу зовите, поняли? Пойдём!
Выйдя на грунтовку, офицер осмотрел следы от колес: след оказался глубже, чем это показалось сначала – он был не только на пыли, но и уходил в грунт, значит, автомобиль проезжал здесь, пока земля была мягкой, видимо после дождя. Вдаль дорога сначала извивалась как змея, а потом и вовсе куда-то сворачивала, но до поворота идти было довольно далеко, и поэтому офицер решил осмотреть другую сторону от поста. Здесь всё было проще, дорога прямая как стрела, и уходила почти до горизонта, следы также были на месте. Вернувшись к домику, офицер принял решение:
- Предлагаю расположиться пока тут, подождать пока не проедет какой-либо транспорт. Идти наугад, с оружием, не самая лучшая затея. Что у нас с водой?
- У меня половина фляжки – сказал Соколов
- У меня примерно так же – поддержал Степанов.
- Понятно, у меня фляжки нет, поэтому воду экономить. Не знаю, сколько нам придется здесь проторчать. Еды, как понимаете, у нас тоже нет – это проблема. Если в течение суток, никто тут не объявится, то единственное, что мы можем: это пойти по следам, судя по тому, как летела грязь из-под колес, то машина двигалась на запад – офицер показал в сторону виляющей дороги. Сейчас мы заходим внутрь и еще раз всё осматриваем. Соколов, продолжаешь нести службу, Степанов тебя сменит в девять.
Вопреки ожиданиям офицера, солдат нашел почти полный пятилитровый бутыль воды, две банки какой-то тушёнки, бутылку водки и коробок спичек, припрятанные под полом. Он, как-то уж очень быстро обнаружил в полу люк, открыл его и извлёк находки, объяснив это тем, что у них на даче, погреб сделан также, и что при таком хранении вода не протухает. Это было весьма кстати – бойцы наполнили фляжки, и от души напились. Несмотря на то, что на улице было, не так уж и жарко, жажда одолевала дикая. Больше ничего интересного в домике не нашлось. Весь день они просто прождали, меняясь каждые два часа. Офицер решил, что будет третьим караульным – при таких условиях, бойцам нужен отдых, а ему всё равно заняться нечем, к тому же, такой поступок немного поднимал боевой дух.
Глава 2. Смерть пришла
К вечеру погода ухудшилась: по небу поплыли большие тучи. Темнело очень быстро, неожиданно быстро. И на фоне всего происходящего у офицера разболелась голова. Степанова отправили отдыхать на чердаке – ему предстояло следующим нести пост. Жажда была нескончаемая, а в бутыли оставалось уже совсем немного воды.
Соколов, будучи часовым, заметил неподалёку движение:
- Там кто-то идёт – тихо произнес он.
- Так! Оружие наизготовку, с предохранителя не снимать, на людей не направлять, патрон в патронник не досылать, всё понял? – тихо спросил офицер у Соколова.
- Понял! – также тихо ответил боец.
- Степанов! – вполголоса позвал старший лейтенант.
- Я! – тихо отозвался боец.
- Сидишь тише воды ниже травы, в разговоры не лезешь!
- То ли пьяный, то ли… непонятно – мотает его из стороны в сторону. Сюда идёт – сообщил Соколов.
- Ясно, оружие не применять, кричать ему ничего не надо, если и правда, пьяный, то лучше его запустить сюда, а тут мы уж с ним потолкуем, понял?
- Понял.
- Далеко он?
- Метров двадцать осталось.
- Хорошо, ждём.
Офицер расположился у одной стены от входа, Соколов у другой. С улицы их было не видно, да и в домике стало уже достаточно темно, чтобы случайно зашедший никого не заметил.
Еще на подходе, все трое услышали, что человек то ли храпит на ходу, то ли пытается громко мурлыкать, в общем, издаёт непонятные звуки. Вот он уже на крыльце. Шаг в дом – половица скрипнула, еще шаг. Какое-то горловое урчание. Запах испражнений. В этот момент человек повернулся к офицеру и заурчал так громко, что тот испугался, он скорее почувствовал этот поворот, чем увидел. Короткий удар приклада в челюсть. Человек потерял равновесие. Щелчок предохранителя!
- Не стрелять!
Тень. Размах и удар затыльником, настолько сильный, что отошедший по инерции затвор, возвращаясь в нормальное состояние, захватил патрон, приведя оружие в готовность к немедленной стрельбе. Это был Соколов.
- Не стрелять! – повторить офицер.
Человек лежал на полу без движения.
- Сокол блин! Зачем? Оружие на предохранитель!
- Ну, я видел, как Вы его ударили, да и орал он страшно.
- Что там у вас? – послышался сверху голос Степанова
- У кого спички? – не ответив, поинтересовался офицер
- У меня – отозвался Степанов
- Кидай.
Боец аккуратно сбросил коробок спичек. Офицер, запалив одну из них, осмотрел не прошеного гостя. Камуфляж. Берцы. Воняет дерьмом и соляркой.
- Это, похоже, водитель – догадался Соколов
- Похоже
- Он пьяный?
- Хороший вопрос. Запаха я не чувствую. Может еще чем убился.
- Он живой?
- Пульс есть, правда какой-то уж очень частый – Сокол, блин! Надо его связать. Давай его оттащим, а там свяжем.
- А где мы веревку возьмем?
- Нахрена тебе веревка? Шнурки его же снимем.
Оттащив бессознательное тело, они связали между собой ботинки, а вторым шнурком завязали за спиной руки и, прислонив, посадили у стены.
- Дай глоток воды – попросил офицер. Жажда как будто они марш-бросок пробежали, а не протащили по полу несколько метров не самого крупного воина.
В этот момент послышался звук на чердаке, Степанов явно шёл к ним.
Предохранитель. Затвор.
Внутри всё похолодело.
- Степанов? – позвал офицер.
Вместо ответа, он услышал звук падающего автомата, и вслед за ним звук падающего кубарем тела. Хруст костей, и мягкое «шмяк».
- Твою ж мать! Степанов? Соколов, спички!
- Секунду!
Зажжённая спичка осветила лежащего на полу бойца.
- Да что б тебя! Степанов, ты слышишь меня?
Тишина. Попробовал развернуть его. Голова была повернута и сложена в сторону спины. Живые люди так не могут. И глаза – мутные, совсем не такие, как были раньше.
- Он что умер? – спросил Соколов – а что с глазами? У него они никогда такими не были.
Обмякшее тело Степанова не могло более сопротивляться. Он был как игрушка.
- Дай еще одну спичку, зажги её!
Пульса нет. Офицер поднес спичку к глазам – зрачки остались неподвижны.
- Боюсь всё плохо – тихо произнес офицер. Прислонившись спиной к печке.
- Степашка… - в голосе солдата были слёзы.
- Дай еще спичку – решил убедиться офицер.
Открыл левый глаз, подержал его в темноте помещения, а потом поднес огонёк – зрачок не изменил своего размера. Повторил с правым глазом – без результата.
Спичка погасла.
- Соберись! Соколов! Оплакивать будем позже, а сейчас помоги мне, его надо положить нормально. Давай, ты за руки, я за ноги.
Они молча положили бойца на спину.
- Боюсь, Соколов, остались мы вдвоём. У него нет пульса, а зрачки не реагируют на свет.
- Искусственное дыхание! – сообразил боец.
- Ты можешь его хоть час качать, он даже будет нормального цвета, но если зрачки не реагируют, то он мертв.
Повернувшись, в свете свежезажжёной спички офицер увидел блестящие капли на лице солдата.
Они переложили бойца, убрав его от несчастливой печки. Голова офицера разрывалась болью. Соколов, тихонько хныкал.
- Я пойду на улицу, не дай бог еще кто заявится. Наверх не лазь – офицер встал и пошёл к крыльцу.
На улице было ветрено, темно серые тучи лоскутами закрывали звёздное небо. Офицер попробовал рассмотреть звезды, но что-то тут было не так – он не раз видел большую медведицу, но сейчас её не было. Это вызвало беспокойство. Свежий прохладный воздух не принес облегчения – голова болела всё сильнее и сильнее и, похоже, переходила в мигрень: кое-где появились яркие пятна.
- Товарищ старший лейтенант! Там этот очухался! Водитель!
Офицер зашёл в дом и услышал, как связанный боец издает непонятные звуки, похожие на урчание живота. Взял у Соколова спички, и поднес к лицу солдата. Глаза мутные, такие же мутные, как у Степанова. Взгляд пустой. Боец увидел офицера, и начал биться как рыба в садке, но даже не пытался заговорить. Глаза наполнились хищной яростью. А изо рта потекла струйка слюны.
- Соколов, дай мне балаклаву Степанова!
Забрав у бойца головной убор, офицер смотал его так, чтобы в нижней части, сзади, получилось что-то наподобие кляпа и надел его на голову неадекватного солдата задом наперед, закрыв тому глаза и заткнув рот. Стало тише. А, не видя окружения, боец перестал биться и успокоился.
- Что с ним?
- Не знаю.
- Чего он орет-то так?
- Да не знаю я - с раздражением сказал офицер, головная боль уже полностью перешла в мигрень: слова Соколова звучали громом в голове офицера, а вонь от неадекватного воина была нестерпимой. – Я на улицу!
Ночь была тихой, кроме шелеста травы на ветру, никаких звуков. Ни сверчков, ни каких-то ночных животных. Когда ветер стихал, наступала тишина. Он простоял так минут двадцать, пока за спиной не послышались шаги.
- Я так не могу.… Это.… Не могу… Больно…
- Соколов?
Шаркающие шаги, щелчок предохранителя.
- Соколов! – позвал офицер
- Я так не могу…. Больше не могу….
Солдат подсветил себя спичкой, и офицер увидел такую же муть в его глазах, пустых глазах.
Спичка погасла.
- Соко…
Оглушительные выстрелы пронзили мозг офицера болью, а вспышка ударила по глазам, он схватился за уши, казалось, что голова сейчас разлетится. Звон в ушах был таким, что он не слышал сам себя, хотя прекрасно понимал, что сейчас он зовет Соколова, последнего из его бойцов. Он еще не знал, что произошло, и в кого тот стрелял. Ощупав себя, он не нашел никаких ранений. Слух постепенно восстанавливался – звон угасал. В свете звезд, краем глаза он увидел, что возле входа лежит что-то большое. Он понял, это был Соколов. Подойдя к телу, он попробовал нащупать пульс, но лишь испачкался в крови. Кровь заливала всё вокруг. Нащупал спички.
- Да твою ж мать!
Глаза, надо проверить глаза – сообразил офицер, у Степанова и водителя глаза одинаково мутные, с ними что-то не так.
У Соколова они были такие же.
Водитель! У него такой же взгляд, но он жив!
Перешагнув через Соколова, офицер приблизился к связанному воину, в темноте сдернул с него балаклаву и с силой ударил по голове:
- Что за херня тут происходит?
- Ууррр
- Почему ты живой, сука?
- Ууррр
Удар за ударом, пока связанный не прекратил отвечать. Тогда офицер сел посреди этого маленького темного домика и из его глаз беззвучно покатились слёзы. Он плакал, потому что не знал что происходит, он не знал, почему злой рок посетил его бойцов. Почему Соколов, один из лучших воинов застрелился. Он не знал, что будет с ним дальше и что ему делать. Он плакал до тех пор, пока у него не кончились слёзы. Потом встал, ориентируясь на ощупь – зрение в темном помещении было почти бесполезным, затащил в дом Соколова, забрал его автомат, и залез на чердак, в надежде, что если смерть придёт за ним, он сможет повторить путь своих бойцов.
Смерть пришла. Краем глаза, в щель между досками, он заметил, как к Камазу приближается какая-то фигура. Яркие пятна в глазах, проплывающие тучи – он не мог нормально рассмотреть это существо, но что-то всё-таки увидел: размером с лошадь, существо пыталось подлезть под машину, туда, где лежал Кузьмин. Когда это не получилось, зверь встал на задние лапы, а передними уперся в борт автомобиля и стал его раскачивать. Офицер снял свой автомат и зарядил. Существо мгновенно отреагировало на звук затвора, и направилось в его сторону. Где-то в глубине дома, в темноте, оживился связанный и начал громко урчать. Существо тоже урчало, громко урчало, это явно был не бык. Да и походка не бычья. Офицер уже не выглядывал, он сидел возле пролома, у входа, почти не дыша. Стук когтей по деревянному полу. Скрип половицы. Еще шаг. Водитель бьется как загнанный в ловушку зверь. Шаг. Запах смерти. Запах разлагающегося мяса. Запах дикого зверя. Шаг. Водитель затих. Зверь затих. Шаг. В проеме показалась огромная тень — голова чудовища. Шаг. Затылок. Наведя автомат на проем и практически не целясь, офицер нажал на спусковой крючок.
Ночную тишину разорвали два выстрела.
Зверь мгновенно ослаб, его ноги подкосились, и огромная туша рухнула на пол, опорожнив при этом содержимое кишечника и мочевого пузыря, издав утробный гул – это выходил воздух из легких. Первая пуля, краем зацепила то, без чего не могли жить ни зараженные, ни иммунные, странный нарост на затылке. Вторая пуля срикошетила от костяной брони, и с жужжанием полетела в водителя, отправив того вслед за зверем. Но офицер всего этого не знал, после первого выстрела ударило по ушам так, что он мгновенно потерял сознание. Даже второй выстрел был сделан не осознанно, просто палец еще не успел отпустить спуск.
Глава 3. Живой
- Тормози!
- Что ты там увидел?
- Там вроде машина какая-то, дай ПНВ*…. Так, ну это точно КАМАЗ, и, судя по внешнему виду не местный: похоже зависший проснулся.
- Да ладно! Сколько себя помню, стаб стабом был.
- Ну, смотри сама: видишь в кювете КАМАЗ – местные без брони ездить не будут, а у этого даже борта ничем толком не прикрыты.
- Может там внутри капсула?
- Не, будь там капсула – он бы не на колесах стоял, а по самые борта в землю ушел бы. Так, а вот и наша киса, как раз в сторону Камаза топает, унюхала что-то.
- Ага, силушки ей не занимать, глянь, как шатает машину. Точно кто-то под ней сидит.
- Смотри!
Чудовище еще секунду назад пытавшееся достать вкуснейший для нее ужин резко повернулось в сторону и осторожным медленным шагом направилось в сторону сторожки.
- Похоже, там еще кто-то есть.
- Предлагаю спор: ставлю споран, что там сидит обратившийся водитель Камаза
- Повышаю, два спорана, что там кто-то живой, пока живой.
- Принимаю, будь там кто-то живой, во-первых, был бы костер. А во-вторых они бы сейчас уже круговую оборону занимали.
- Как думаешь, она уже перешла за десятку?
- Да какой там: уши торчком, хвост трубой, даже походка еще полностью не изменилась – не выше восьмерки.
- А с чего ты взял, что всё это должно изменится? Это всё-таки не человек, а мутации животных проходят несколько иначе. Это человек возвращается к первобытным корням – обрастает шерстью и когтями, а этим может это всё не нужно, их же сама природа создавала идеальными хищниками, может, только защитные изменения будут?
- Да чёрт его знает, ладно, смотрим.
Мутант, навострив уши, медленно подходил к двери уверенной походкой хищника, загнавшего добычу в угол. Вслушиваясь. Вглядываясь. Шаг. Другой. Он вошёл. Мгновение. Выстрелы.
- Ну, так что, гони мои спораны!
- Было всего два выстрела, и никаких криков, никакого шума. Может это ловушка. Подождем.
- И, тем не менее, два спорана мои.
- Твои, твои! Подождем, судя по моим наблюдениям, эта киса ела вчера, значит, сегодня будет хоронить бедолаг. Подождем.
Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать.
- Что-то там не так. Можешь даром посмотреть?
- Одна мужская особь, слабая.
- Подожди, там сейчас мужская особь?
- Да, я же тебе говорю, очень слабая – похоже, что его сильно потрепали, но он еще жив.
- Ничего не понимаю, там уже давно должны быть одни трупы, которых кошак сейчас по одному на улицу вытаскивать должен.
- Ну, может он решил там подкрепиться.
- Маловероятно, но возможно. Ждем еще пятнадцать минут.
В течение пятнадцати минут, ни мутант, ни кто-то другой из домика не вышли.
- Мужик еще живой?
- Ага
- Неладно это всё. Я пойду, проверю.
- С ума сошел! Хочешь, чтобы и тебя на фарш пустили?
- Я внутрь не пойду, только снаружи послушаю. А ты меня прикроешь.
- Иди! Пусть тебя киса съест!
До домика метров триста. Высокий крепкий мужчина со странным именем «Крест» шёл по пыльной дороге – на грунтовке шаги не слышны. Подходя ближе, он всё чаще прислушивался, но кроме ветра, никаких звуков не было. В наушнике тихим голосом сказали:
- Мужская особь еще жива. Будь острожен.
Отвечать не требовалось.
Сотня метров. Остановился.
- Жива.
Крест обошел домик так, чтобы оказаться напротив входа, снял ПНВ, и посмотрел через тепловизор: на полу лежало нечто, еще теплое, но уже явно не горячее. Оно не двигалось. Не дышало. Это существо, которое должно светиться как яркая лампа, было лишь слегка розовым – это означало, что оно уже мертво и просто-напросто остывает.
- У нас проблема – сказал шепотом Крест – Похоже, наша киса нас покинула.
- В каком смысле покинула?
- В самом, что ни на есть прямом. Я подойду ближе, возьми что-нибудь посерьезнее, вдруг я ошибся.
- Минуту!... Готова!
Крест снова надел ПНВ, и нацелив ствол в дверной проем медленно начал приближаться.
Зверь не шевелился. Подойдя на расстояние тридцати шагов, Крест остановился и присел на одно колено – это был знак, что нужна информация.
- Особь жива, на грани смерти, на мертвяка не похоже.
Крест встал и пошёл к двери. Перед самым входом он увидел, что монстр лежит в луже черной поблескивающей жидкости. Кровь. Отключив ПНВ, он перешел на подствольный фонарь. Раз особь на грани жизни и смерти, то вряд ли она представляет серьезную опасность, а тот монстр, которого они звали «кисой», уже точно не мог никому угрожать. Приблизившись вплотную, он посветил в проем: огромная туша его практически перекрыла. Такую зверюгу убить уже само по себе везенье, а с учетом того, что была всего пара выстрелов и явно не из крупного калибра, то такое везенье вообще граничило с фантастикой. Но как?
Крест приблизился к туше и увидел, что голова монстра была мокрой. Неужто прострелили? Но там же кости такие, что не каждый ствол возьмет – рассуждал он про себя – не похоже.
Входить в дом не стал, решил осмотреть всё через окно: на полу лежало два тела, и еще одно сидело. Никто из них не шевелился. Крест тихонько постучал по раме – никакой реакции, ударил посильнее – аналогично, никто даже не дернулся, посветил фонарем – без результата.
Обойдя дом, он встал напротив входа, повернулся в сторону, откуда пришёл, и поднял руку вверх.
- Ну, я жив, внутри двое лежат, один сидит, похоже, все мертвые. Киса тоже мертва.
- Одна особь жива.
- Пойду, посмотрю, можешь подъезжать, тут уже бояться некого.
К домику бесшумно подъехал автомобиль, выглядел он так, как будто из него пытались сделать танк: листы брони спереди и сзади, маленькая амбразура для водителя, шипы из заточенной арматуры, смотрящие во все стороны, и во главе всего этого безобразия вперед торчал ствол крупнокалиберного пулемёта. Из машины вышла девушка в камуфляже:
- Ну что там?
- Исходя из того, что я видел там три трупа, не считая собаки, ну, то есть кошки.
- А живой где?
- Ну, уж не знаю, кого ты там живого нашла, может мышонка, может таракана, но я среди описанных живых не видел.
- Там есть живой, он при смерти. Пойдем, проверим.
Крест вошёл первым, освещая проход фонарём. Краем стены они пробрались мимо туши мертвого чудовища, вошли в комнатку и принялись осматривать тела:
- Так, этот явно суицид – голова насквозь пробита. Этот…. Голова на бок — Крест ощупал шею мертвого бойца — шейные позвонки сломаны – я бы предположил, что этот еще может быть живым, но он уже остыл. Так, а с тобой чего? – Крест подошёл к сидевшему у стены. Убит выстрелом в грудь, кстати, этот, похоже, уже перекинулся, так что мои спораны останутся у меня, к тому же спорить с твоим-то даром вообще грешно. Итого: у нас один суицид, один застреленный и один со сломанной шеей, все холодные.
- И кто же тогда убил «кису»?
- Отличный вопрос.
Голоса. Далекие голоса. Они о чем-то говорят. Он слышит их. Темнота. Надо позвать их. Не может. Нет сил. Путается сознание. Пошевелить рукой, позвать их.
Где-то возле входа, со звоном упала гильза. Мужчина и девушка вздрогнули. Крест машинально направил в ту сторону автомат и, подсвечивая фонарём начал медленно приближаться. Подойдя, он увидел эту самую гильзу: обычная — автоматная. И только сейчас он догадался поднять глаза: в проломе на потолке была видна человеческая ладонь.
- Потолок! Быстрее, живой там!
- Я же тебе говорила! Проверь, лишь бы он не перекинулся.
Крест быстро забрался на лежанку печи, а потом и на потолок, его спутница последовала за ним.
- Держись, братишка! – обратился он к лежащему без сознания военному.
- Ну как?
Крест посветил фонариком в глаза, а потом ощупал затылок.
- Иммунный!
- Он ранен?
- Да вроде бы нет
- Тогда капни ему живицы на язык и коли спек, надо его вывозить отсюда!
- Ага, а ты пока барахло в машину перекидай, и не забудь кису осмотреть, земля ей пухом.
Крест приоткрыл рот военного и капнул несколько капель на язык крайне неприятной отдающей горечью жидкости, а потом сделал еще какой-то укол. Через минуту военный ослаб окончательно, дыхание стало реже. Крест подтащил тело к проему, слез на печь, положил страдальца на плечо и направился в сторону машины.
- Собрала?
- Да: три целых автомата и один поломанный, четыре магазина россыпью, две фляжки, два полных подсумка, два комплекта брони, три шлема. Вроде бы ничего не упустила. А ну и часы я у одного из бойцов забрала – вроде бы механика.
- А спораны?
- А! Ну да, я еще не смотрела – скинула всё в пакет, дома осмотрим. Кстати, он ему споровый мешок зацепил, прямо по краю пуля прошла.
- Везучий он, ладно поехали!
Глава 4. Новые знакомые
- Давай в санитарную, осмотришь его там, заодно и отоспится. И еще проверь документы, судя по всему это военный, у него они должны быть с собой, а я пока посмотрю, чем его киса одарила – распоряжалась девушка – а потом машину разгрузи.
- Хорошо – спокойно ответил Крест, он уже привык, что дома распоряжается жена, а его задача просто расслабиться и делать, как она говорит – он командует на вылазках.
Положив военного на кровать, Крест его раздел до нижнего белья, проверил кобуру – стандартный ПМ и еще один магазин, а вот патроны в подсумке были не совсем обычные – калибр стандартный, но у каждой третьей пули был белый наконечник. В форме нашёл документы, взял их, а всё остальное сложил на стул и вышел.
Открыл документы: старший лейтенант, Лукьянов Владимир Иванович. Двадцать пять лет. Звание получил три месяца назад. Командир взвода.
- Боже, да он же еще ребенок! – раздался голос из-за плеча.
- Ребенок — не ребенок, а мутанта завалил.
- Смотри! – девушка протянула мужу ярко-зеленый шарик с желтыми прожилками.
- Ого! Я такую первый раз вижу! Ты вообще знала, что они бывают разноцветные?
- Слышала, но вижу впервые.
- Говорил я тебе, надо было самим этого кошака оприходовать, а теперь вот, только и остается, что рассматривать его дары.
- Ну, напомню, что собственно ты сам также говорил, что стоит подождать, мол, еще маловат зверек, так что – пенять теперь можно только на себя самих.
- Везучий он, нереально везучий!
- Там еще горошина одна была и четыре спорана. Ладно, пойду.
Запах стерильности и медицинских препаратов разбудил офицера. Осмотрел себя: в трусах и футболке – уже хорошо, что не голышом, осмотрел помещение – белые стены, железные шкафы. Сел на край кровати – типичная армейская. Неужели его так сильно ударило Камазом, что ему такой бред в голову пришел? А он получается, сейчас в госпитале лежит?
На полу тапки – обычные, армейские, форма сложена на стуле, ну точно, он в госпитале, вон и тумбочка стандартная стоит.
Встал и подошёл к окну: лес и никаких заборов или ограждений. Натянул на себя штаны и китель – удивился тому, что пистолет и подсумок оказались на месте, берцы обувать не стал, вышел из комнатки. Что-то не похоже на госпиталь, скорее какая-то казарма: большое пустое помещение, комната с решетками у выхода, поискал взглядом туалет.
Умылся. Внешний вид был далёк от идеального: помятое лицо, грязные волосы торчат во все стороны, легкий налёт небритости. Но самое главное, он себя хорошо чувствовал – ничего не болело, ничего не тревожило.
Осмотрел комнату с решетками: ну точно, оружейная, вот и пирамиды стоят, только странно, что нет ни замка, ни печатей. Людей в помещении тоже не было, и поэтому он решил выйти во двор. А вот во дворе нашёлся один здоровенный мужик – он колол дрова и поэтому не сразу его заметил.
- Добрый день! – сказал офицер.
- Ух! Ёп! Напугал меня! Ты зачем так со спины подкрадываешься? – опешил мужик.
- Да я это, не специально.
- Фух! Очнулся, значит, как самочувствие?
- Жаловаться не на что.
- Это хорошо, я – Крест – мужик протянул руку.
- Владимир – ответил рукопожатием офицер.
- Так, Володя, пойдем внутрь, там и поговорим, здесь не стоит.
- Хорошо, пойдем – новый знакомый был довольно добродушен.
Зайдя в помещение, Крест громогласно крикнул: Лиса, давай к нам! И откуда-то из глубины помещения появилась девушка, рыжая как языки пламени. Она быстро подошла и протянула руку офицеру:
- Лиса, или Алиса – зови, как хочешь.
- Владимир, можно Вова, можно Володя – на Ваше усмотрение.
- Давай на «ты», так удобнее – предложила девушка.
- Идёт.
- Принеси нам что-нибудь поесть, и сама подтягивайся, надо парня окрестить – вмешался Крест.
- Так я уже крещеный – сказал Владимир.
- Это хорошо, предлагаю сначала перекусить, а потом уже разговоры разговаривать.
Владимир не понимал, что происходит, где он и кто эти люди. Девушка принесла весьма аппетитные макароны с тушенкой прямо на сковороде, у офицера непроизвольно заурчал живот, а рот наполнился слюной. Выдала каждому по ложке и поставила по кружке кофе.
- Ну, всем приятного аппетита! Володя, кушай не стесняйся – пригласил за стол Крест.
После того как сковорода опустела, он решил, что пришло время для разговоров:
- Володя, я так понимаю, ты сейчас в замешательстве, не понимаешь: где находишься, кто мы, что случилось и где все те люди, с которыми ты был. Я постараюсь рассказать всё по порядку, попутно я буду задавать тебе вопросы, чтобы было всё несколько яснее. Потом расскажу кто мы. А потом, мне бы очень хотелось услышать о том кто ты, договорились?
- Договорились!
- Итак! Начну я, пожалуй, с того, что происходило позапрошлой ночью. Ты видел сильный туман, пахло чем-то кислым. Предположу, что ты с бойцами ехал на Камазе и в тумане слетели с дороги, потом вы расположились в сторожке, а потом водитель стал себя вести неадекватно, и вы его связали. Потом один из бойцов застрелился. Второй оказался со сломанной шеей – тут я не знаю что произошло, уж извини, но ты не выглядишь, как человек способный сломать шею другому. Потом пришла какая-то тварь, и ты её подкараулил и застрелил. Всё так?
- Я убил её?
- Да, отличный выстрел, кстати. Ну, так что, я прав?
- Не совсем. КАМАЗ не наш. Мы шли на смену часовых, а этот идиот на нас налетел. Двое бойцов выжили, третьему не повезло – он его всё-таки сбил. – Крест с Лисой переглянулись – далее мы действительно расположились в домике. Водитель объявился к вечеру, начал орать и мы его связали. Касаемо бойцов, ты прав, один из них застрелился, и я не понимаю почему. Второй, сломал себе шею, упав с потолка, там, где печь. Тварь я подкараулил сидя на потолке. Когда выстрелил, то я отключился. А что насчёт водителя?
- Он тоже умер, пуля в грудь.
- Это ты его? – насторожился Владимир.
- Нет, когда мы пришли он уже остывал. Судя по ране, это был рикошет – там дыра огромная. Ты сказал, что одного бойца КАМАЗ сбил, он случаем не оказался под машиной?
- Почему ты спрашиваешь?
- Мы за тварью тогда наблюдали, она под КАМАЗ залезть пыталась, а в темноте мы не стали там ничего осматривать. Так он там?
- Да – офицер опустил голову.
- Твоей вины в этом нет. Теперь я тебе расскажу то, во что ты сначала не поверишь, и будешь отрицать, потом будешь злиться, потом пытаться вернуть всё назад, далее будет депрессия, хотя в случае с тобой вообще не факт, ну и наконец, принятие неизбежного. Ты будешь меня внимательно слушать, а потом задашь все имеющиеся вопросы, договорились?
- Да!
- Отлично! Когда вы вошли в кислый туман, мир вокруг вас сильно изменился: изменилось всё вокруг. Но увидеть это вы смогли только тогда, когда туман рассеялся. Мир, в котором мы живем, а теперь и ты тоже называют СТИКС. Бытует мнение, что это название идёт с древних времен и греческой мифологии, где стиксом называли мир, порождавший страшных монстров. Отчасти это так и есть: в нашем мире есть монстры, но об этом несколько позже. Это если вкратце. Теперь поговорим о том, кто мы: я – Крест, моя жена – Алиса. Мы живем здесь уже много лет, и поэтому можем тебя кое-чему научить. Но в первую очередь, сейчас необходимо тебя окрестить: это такой обряд, каждому, кто попадает в СТИКС, дают новое имя, и поскольку родителей твоих здесь нет, то имя тебе будет давать крестный – то есть я.
- А с чего это ты? – вмешалась девушка – Вообще-то это я сказала, что он живой, и только благодаря моему дару мы тут втроем сидим, так что крестить его буду я!
- Ну, парень, с ней спорить себе дороже, так что будет у тебя не крестный, а крестная! Что по местным меркам огромная редкость. Только давай так: теперь ты расскажешь о себе, а мы уже имя тебе придумаем соответствующее.
- Хорошо. Меня зовут Лукьянов Владимир Иванович, родился девятого августа девяносто восьмого года. Жил и учился в Саратовской области, потом поступил в училище. Закончил его два с половиной года назад, служу.… Служил. Командир взвода. Вредных привычек нет, разве что бываю саркастичным. Что еще рассказать?
- В каких войсках служил?
- Связь.
- Ясно, Лиса, что думаешь?
- А что тут думать, имя я тебе уже давно подобрала! Итак, Владимир, с сегодняшнего дня, тебе стоит забыть то имя, которым тебя звали раньше, теперь у тебя нет ни фамилии, ни отчества. Я, на правах крестной, нарекаю тебя Лаки!
- Лиса, да ты охренела! Ему же еще жить с этим! У меня собаку так звали! – вмешался Крест.
- А с чем ты собственно не согласен? Наверно, это у тебя при перемещении оказались при себе три автомата и два полных подсумка, не считая армейской брони? Или может, те, с кем ты прилетел, почувствовали собственный уход и добровольно ушли из жизни? Может это ты в первый день завалил восьмёрку? Или тебя со споровым голоданием знахарь нашёл? Ну, или может тебя прямо у стаба выкинуло? Что? Нет?! Или у тебя есть идея получше? – с явным раздражением выпалила девушка.
- Я бы поспорил, да вот аргументов у меня нет. Лиса, ну ты подумай, такое имя, может не стоит?
- Как корабль назовешь, так он и поплывет! А этот парень уже показал, насколько он удачлив, да и на фоне «рыбаков», «петухов» и прочих, не самое плохое имя.
- Ну, что же Лаки! Поздравляю тебя, теперь ты официально житель СТИКСа! Вижу, сказать что-то хочешь?
- Ага, скажите честно: у меня что, кукуха улетела? Я ни фига не понял из того что вы сейчас говорили.
Крест и Лиса переглянулись.
- Такое бывает. Привыкнешь. Пару дней поживешь у нас, сходим с тобой завтра на охоту, заодно и сам всё увидишь. А теперь продолжим мероприятие! Итак, Лаки, во-первых, поздравляю тебя с днём Рождения, а во-вторых, вот тебе небольшой подарочек от СТИКСа. – Крест положил на стол небольшой ярко-зеленый шарик с желтыми прожилками – Запомни, это жемчужина. Это один из самых ценных здесь предметов, зачастую он ценнее, чем чья-то жизнь. Они бывают разных цветов, но форма всегда примерно одинаковая. Жемчужины развивают в нас дары СТИКСа: каждому, кто появляется здесь, СТИКС дарит какой-то уникальный навык или умение. Если периодически есть жемчужины, то навыки будут быстро развиваться. Мой дар – это знахарство: раны, которые я лечу, заживают гораздо быстрее, чем у любого доктора, а еще я могу видеть дары у других. Если ты позволишь тебя осмотреть, то я смогу подсказать, какой у тебя дар.
- Осматривай - Лаки спокойно встал.
Крест провел одной ладонью над головой, а второй возле сердца. Обошёл и встал сзади, расставив руки в стороны так, чтобы ладони смотрели на уши Лаки.
- Ну что же, молодой человек, у тебя задатки сонара – если разовьешь свой навык, сможешь ориентироваться в пространстве как летучая мышь, ну и как бонус прекрасный слуховой аппарат, даже сейчас, твой дар активен, ты же слышишь то, чего не слышим мы?
- Слышу. За домом два каких-то мужика трутся. Зайти боятся. Её боятся – указал на Лису Лаки.
- Это нормально – ответила девушка – меня многие боятся. Мой дар – Инферно: она продемонстрировала пустую ладонь, через мгновенье воздух в ладони стал искажать пространство, как будто над огнём смотришь, а еще через мгновенье появился бледно-голубой огонёк, который с каждым мгновеньем набирал силу, и через несколько секунд из ладони девушки с гулом било пламя, как от плазменной горелки.
- Ладно, эти двое подождут! – вмешался Крест.
- Лаки! Тебе нужно съесть эту жемчужину, когда я говорил, что они бывают ценнее жизни, это была не игра слов: за них действительно могут убить – поэтому, самый простой и надежный способ спрятать жемчуг – это съесть его. Не бойся, не отравишься. Просто если эта парочка всё же решится войти, они его увидят, а такое лучше не показывать.
Лаки взял в руки шарик, покатал на ладошке, закинул в рот и проглотил.
- На, запей – сказала девушка и протянула фляжку с какой-то жидкостью.
Лаки сделал два больших глотка: жидкость была крайне мерзкая на вкус, то ли водка какая-то паленая, то ли самогон низкопробный. Но вида он не подал, проглотил как воду.
- Что это? – спокойным голосом спросил Лаки.
- Мы называем этот напиток живицей – без него нам тут не прожить, об этом тебе Крест на охоте расскажет. Названий у напитка много, но суть всегда одна, так что, даже в незнакомой местности, ты всегда поймешь, если речь пойдет о живице.
- Ну, теперь можно и бедолаг осмотреть, пойдём Лаки, будем тебя с местными жителями знакомить.
Выйдя на улицу, Крест убедился, что его новый знакомый был прав. Там стояли два мужичка, оба вооруженные. У одного из них была двустволка и топор, а у второго какой-то карабин и кирка. Оружие было в положении на ремень, что уже хорошо, но видя вооруженных людей, Лаки всё равно напрягся.
- Расслабься, они здесь не для стрельбы – подсказал Крест. - Ей! Вы! Идите сюда!
- Ты Крест? – спросил один из гостей.
- Да, а вы кто будете?
- Я – Леший, а это Топор, он новенький, я его только окрестил. Нам бы дар его посмотреть.
- Ну, раз вы здесь, то и таксу мою знаете. А дар посмотрим, без проблем.
- Да, вот держи – Леший протянул Кресту бумажный сверток с пятью маленькими черными шариками, очень похожими на перец.
- Итак, приступим. Подойдите ближе, молодой человек, я не кусаюсь.
Крест водил руками вокруг головы, живота, ног, а потом остановился и сказал:
- А ну-ка пойдём, и направился к стопке поленьев – итак, видишь колоду, на которой я дрова колю?
- Вижу.
- Подними её!
- Да в ней же полтонны веса, как же я её подниму?
- А ты попробуй, представь, что она из лёгкого пуха сделана. Для удобства советую глаза закрыть, чтобы они тебя не отвлекали.
Человек подошёл к огромной колоде, которая раньше была пнём какого-то мощного дерева, присел, обхватил как смог, зажмурился и поднял. У Лаки отвисла челюсть. Парень открыл глаза, они светились от восторга и изумления.
- Ну, что чувствуешь? – поинтересовался Крест.
- Да ничего особенного, как будто держу баул необъятный, а не тяжеленную деревяшку.
- Ну и отлично, ставь пенёк на место, он мне еще нужен. А теперь выпей. – Крест протянул пареньку фляжку с живицей: тот сделал два глотка и закашлялся.
- Понимаю, не яблочный сок, но так надо. В тебе задатки атланта, сила твоя растет по мере нагрузки, чем больше нагрузка, тем сильнее твои мышцы.
- Это чего, я танк могу поднять?
- Нет, не сможешь, мышцы и сила это хорошо, но кости твои пока к этому не готовы. Про дар свой, не говори никому, если кто сам спросит, скажи ему, что это не прилично. Такой информацией можно только с друзьями делиться, ибо враги могут использовать это против тебя. На этом, сеанс навыкотерапии считаю оконченным. Я могу еще, чем-нибудь Вам помочь?
Мужики замотали головами и расплылись в благодарностях. После чего быстро развернулись и пошли в сторону леса.
- Ну, Лаки, задавай вопросы.
- Что это было?
- Это то, о чем я говорил за столом, у каждого из нас свой дар. Этому парню достались задатки атланта, вещь действительно мощная, но чтобы её развить, нужно съесть гору жемчуга, да не простого, а желательно белого. Не думаю, что этот парень столько здесь протянет.
- Еще вопрос, этот мужик сказал, что сам крестил второго и назвал его «Топором», это вообще нормально?
- Пойдем, присядем на крыльцо, в ногах правды нет. Понимаю, что всё это сейчас выглядит максимально странно, нелогично, фантастично. Но, к сожалению, мы имеем то, что имеем, и на твоём пути встретятся и «топоры» и «рыбаки», а «стрелков» тут вообще, как собак не стреляных, и еще множество всяких странных. Обычно тут не церемонятся с именами, с чем в руках нашли, так и называют. Это Лиса, что-то расщедрилась, хотя надо отдать должное, ты и правда везучий. Вот как ты думаешь, почему меня Крестом назвали?
- Предположу, что у тебя был какой-то крест.
- Не какой-то, а самый что ни на есть православный, деревянный крест – я раньше был священником.
- А что сейчас?
- Сейчас? – Крест задумался – Сейчас, я даже не знаю, во что и верить. Понимаешь, ко мне приходят вот такие, раза два в неделю, я им помогаю, как могу, а потом они исчезают, зачастую навсегда. В нашем мире, человеческая жизнь не стоит ничего, если и есть какие-то высшие силы, то здесь они явно бездействуют. Порой мне кажется, что это чистилище.
- Если честно, я вообще ничего не понимаю.
- Бывает, все мы поначалу такие, как слепые котята, но кто-то впоследствии вырастет львом, а кого-то утопят, так и не дав прозреть.
- Крест, расскажи мне об этом мире?
- В нашем мире, идёт постоянная война: группировки между собой всё время что-то делят, зараженные на иммунных нападают и наоборот, а есть еще такие… Нелюди в человеческом обличие, они приходят из другого мира, и могут туда вернуться. Как – мы не знаем. Они своими тайнами не делятся, их легко отличить – они всегда в противогазах.
- Голова кругом. А что за тварь я подстрелил – это явно был не человек?!
- Это тварь особенная, была. Понимаешь, у любого живого существа есть любимое блюдо, ну вот допустим, собака предпочтет кусок свежего мяса куску падали, кошка предпочтет сметану мышке, и так далее. Так вот, у наших зараженных тоже есть свои вкусовые предпочтения – они очень любят домашних животных: кошки – это прям деликатес. И вот однажды, в наш мир занесло дикую крупную кошку. А теперь представь, что какой-то зараженный, решил полакомиться такой кисой, но проблема здесь оказалась в том, что, как и любое дикое животное, она оказалась слаба перед вирусом, и сама обратилась. И вот тут начинается самое интересное, зараженный очень хочет полакомиться кошатиной, но сам становится обедом. Потом следующий, и так, пока мелочь не кончилась. Те, кто покрупнее, смекнули, что еда не так уж проста, и ушли в поисках чего-то по съедобнее. Киса, в свою очередь, не пробовавшая живой человечины, привыкла питаться зараженными, ну или падалью. А тут как раз у тебя и боец под машиной, и водитель твой перекинувшийся, в общем, так и звали её на пир.
- Хорошо, а вы то, что там делали?
- Как что делали? Следили за кисой. Нам было поручено следить за ней. Если бы она попробовала живой человечины, то пришлось бы её ликвидировать. А так, для ученых записи делали.
- Для каких ученых?
- Тех, что исследуют наш мир. Пока одни палят друг по другу, да на органы пускают, другие пытаются выяснить, что же это за клоака такая, в которой мы живем.
- Крест, ты всё время говоришь о каких-то зараженных, кто это?
- Это те, кто были людьми, но теперь уже мало на них похожи. Помнишь водителя вашего? Так вот это уже был зараженный. Никакой связанной речи, никаких мыслей, только животные инстинкты.
- А бойцы мои?
- А бойцы твои, Лаки… Памятники бы им поставить! Один из них, тот который застрелился, явно почувствовал, что скоро обратится, и сам решил свою судьбу, насчет второго, не знаю, то ли судьба у него такая, то ли просто повезло вам.
- Он тоже оружие зарядил перед тем как упасть.
- Даже так! Ну, видимо, и он решил избавить себя и вас от страданий.
День шёл к концу, на небе стали появляться первые звезды. И Лаки вспомнил, что в ту роковую ночь, он пытался найти на небе большую медведицу, но так и не смог этого сделать.
- Крест, а вот скажи мне, что здесь со звездами?
- Тоже заметил? Не наши они, нет здесь привычного нам черпака.
- А что это за здание, где вы живете?
- Это – Крест указал на здание – старая казарма, по всей видимости, отдельной роты, я, когда служил, слышал о таких. Здесь стабильный кластер, то есть такой, который не перезагружается, мы такие стабами зовём. Народ в основном живёт на таких кластерах, тут можно хоть как-то планировать свою жизнь. Этот стаб довольно большой, тут даже есть небольшой городок. Люди там живут вполне себе нормальные.
- Что значит нормальные?
- Понимаешь, Лаки, в нашем мире выживать крайне не просто, и зачастую, нормальные люди погибают, а маргиналы беспринципные остаются жить. Вот смотри, если ты увидишь, что человек в смертельной опасности, станешь ли ты ему помогать?
- Всё зависит от ситуации, если ему можно помочь, то конечно стану, а если ситуация безвыходная…
- Вот поэтому, у тебя еще есть шанс выжить. Если правильно всё оценишь. А теперь представим еще одну ситуацию: ты идешь с товарищем по лесу, и вдруг на вас нападает медведь, огромный, и шансов на победу у вас практически нет, ты подставишь друга, чтобы выжить?
- Ну, очевидно, что нет.
- Вот поэтому ты можешь погибнуть. А человек без принципов, ударил бы товарища по ноге, а сам побежал бы подальше. Не зря говорят: не нужно быть быстрее льва, нужно быть быстрее других антилоп. И, к сожалению, в нашем мире, это закон выживания. Как правило, большинство из нас те самые антилопы.
- Неужели всё настолько плохо?
- Плохо Лаки. Несомненно, есть антилопы способные дать отпор льву, но этой антилопой еще нужно стать. Ладно, пора на сегодня завязывать, остальное сам всё увидишь завтра. А сейчас, заходим внутрь, делаем светомаскировку и готовимся ко сну, ты спишь в своей комнате.
Глава 5. Охота
Крест разбудил Лаки утром. Он уже был экипирован по полной.
- Ну что, вставай, сейчас чай попьем и будем выдвигаться. Проверь своё оружие, броню, и шлем. Знаки отличия лучше снять, мало ли кто нам повстречается, не стоит тут бравировать погонами.
- Понял, дай мне пару минут.
Через две минуты Лаки был готов, но в этот момент выяснилось, что оружия ближнего боя, кроме штык-ножа, у него нет.
- Вот, это называется «клюв» - Крест протянул оружие внешним видом сильно напоминающее кирку.
- Сдаётся мне, что старатель из меня хреновый, может у тебя лопатка найдётся?
- Что? Думаешь агроном из тебя лучше? Лопатка так лопатка, сейчас посмотрим, вроде что-то было – Крест зашёл в оружейную, и начал копаться в одной из пирамид – Во! Держи!
- Ну, вот это другое дело! – Лаки взял в руку привычный ему шанцевый инструмент.
- Я рад, что тебе понравилось! Смотри, сейчас мы с тобой поедем на одну точку, там у меня капкан стоит. Без моей команды ни в коем случае не стрелять. Если моя идея себя оправдала, то ты сможешь увидеть зараженного. Еще раз повторяю, без моей команды никуда не стрелять. Всё понял?
- Понял.
С другой стороны казармы стояла машина, точнее что-то отдаленно напоминающее автомобиль: броня, шипы, пушка наверху.
- Садись рядом, ехать тут недалеко, да и дорога должна быть спокойной, крупный калибр не понадобится.
Лаки открыл тяжелую дверь – внутри, как и ожидалось, никаких признаков комфорта: полное отсутствие обшивок и голый силовой каркас. Стекол тоже не было, лишь маленькие визоры прикрывали смотровые амбразуры. Но на удивление, кресло оказалось очень даже удобным. Крест уселся за руль, нажал какую-то кнопку, и они бесшумно начали движение.
- Это электричка – идеальный вариант для слежки. А с учетом [крутящего] момента, она может хоть тонну брони на себе тянуть.
- А что с аккумулятором?
- А что с ним может случиться? По округе поколесить хватает, а на дальняк на таком никто не поедет, там уже тяжелая бронетехника нужна.
- Почему?
- Там живут те, кто вторым десятком идёт в нашей шкале.
- Что за шкала?
- Мы зараженных, на классы поделили, в зависимости от стадии: первый это те, кого называют просто зараженные, шкала от нуля до десяти, второй класс, это те, кого в простонародье элитой зовут. Их мало кто различает, но всё же определенные признаки имеются. А вот третий класс, это те, кого тут называть вслух не принято. Это коренные жители этого мира. Рассказать о встрече с ними, мало кто может.
- Что за элита?
- Так, давай я сразу поясню: обсуждать зараженных вне стаба плохая идея, мысли материальны, и эти твари тоже материальны, примета это плохая – можешь беду накликать. Но пока мы еще здесь, я постараюсь в двух словах объяснить, кто есть кто, чтобы в дальнейшем ты не додумался спросить меня. Элита – это монстры огромной силы, помнишь кису? Она была восьмеркой, то есть до элиты не дотянула, помнишь как она Камаз шатала? Элитник бы его перевернул. Такого мелким калибром не возьмешь. А еще у них мозги работают, они умеют прятаться, выжидать, нападать исподтишка. Чем развитее зараженный, тем он умнее. Элита есть, но её мало, поскольку на неё идёт реальная охота, и не такая, как у нас с тобой, а с БТРами и танками. И обитает она в основном возле быстрых кластеров с большим количеством еды. Теперь о первом десятке: нуль – это тупой ползающий кусок мяса. От него пешком уйти вообще не проблема. Единичка, это ваш водитель – тоже тупой, но уже может нападать, характерные черты: обделался, но еще в штанах. Двойка, тоже, только без штанов.
- А куда штаны делись?
- Поймаешь — сам спросишь! Тройка быстро бегает, от такого на своих двоих не уйти, но по-прежнему тупая как пробка. Четверка уже опаснее – большие когти, прыгает метра на три, интеллектом не отличается. Пять – это середина, на ногах копыта, морда покрывается костяными пластинами, страшный до усрачки, опасный примерно настолько же, но при этом всё такой же тупой. Шесть – ноги уже более адаптированы к бегу по пересеченной местности, выносливость как у коня. Семь, к вышеперечисленному добавь костяные пластины защищающие грудину и все важные органы, свалить такого мелким калибром затея не простая. Восемь, это наша киса: броня, скорость, выносливость и еще прибавляется сила. Девять – это уже почти элита, сильный, выносливый, быстрый и хитрый – эти уже могут подлянку устроить. Десять – элита во всей, мать её, красе: здоровые как грузовик, со всем причитающимся младшим стадиям, но только умные. Теорему Пифагора они конечно не решат, но вот засады делать умеют. Если видишь, что посреди улицы что-то лежит некислой цены, а вокруг никого, стоит сто раз подумать идти за ним или всё-таки не стоит. А сейчас мы выезжаем за пределы нашего стаба, тут кластеры не быстрые, но всё же смотри по сторонам. Автомат можешь зарядить, но стрелять только по команде, наша охота тихая, по возможности работаем оружием ближнего боя. Если кого увидишь, сразу мне говори. А еще лучше, если услышишь, кстати, вот на, хлебни живицы.
- Понял – Лаки взял фляжку, сделал пару крупных глотков и протянул её Кресту.
- Это твоя теперь, у меня есть. Фляжку мы у одного из бойцов взяли.
- Кстати о бойцах. А где они?
- Там же где и были. Мы тебя тогда ночью нашли, и времени разбираться, что делать с трупами у нас не было. К тому же, ты там нашумел знатно, поэтому мы свалили оттуда. И я тебе крайне не советую туда ходить. Живых ты там не найдешь, а на покойников еще насмотришься.
Выехав из леса Лаки увидел вдали пятиэтажки, они приближались к городу. Но, не доехав пары сотен метров, Крест резко свернул к каким-то кустам и остановил автомобиль рядом с одним из них.
- Ну, всё, приехали! Маскируем тачку, а дальше пешком. Помоги растянуть масксеть.
Затянув камуфляж на машину, и поставив несколько свежесрезанных веток охотники направились в сторону от городка, что несколько удивило Лаки, ведь он думал, что они пойдут в населенный пункт, но Крест объяснил, что капкан был поставлен совсем в другом месте, хоть и неподалёку.
- Теперь ведём себя тихо, твой слух может спасти нам жизни. Если услышишь людей или зараженных, то сразу говоришь мне.
- Людей поблизости нет, да и зараженных я пока не слышу.
- Отлично, тогда смотри в оба. Идём вдоль лесополосы вот до тех посадок – Крест указал на небольшое лесонасаждение – На той стороне как раз стоит капкан.
Передвигались они тихо, не торопясь, иногда останавливались и Крест рассматривал округу в бинокль. Но всё было спокойно. Лаки уже решил было, что охота провалилась, но в этот момент Крест остановил его и дал бинокль:
- Смотри, правый край опушки, у большой ёлки. Примерно на полвторого.
Лаки взял бинокль, и принялся искать указанное место: вот край опушки, вот большая ёлка, а это еще что? Он не мог поверить своим глазам – из капкана пыталось вырваться какое-то существо, вот только раньше он таких существ не встречал: двуногое, двурукое, но с копытами и рогами. Оно было словно из фильма ужасов про чертей и судя по поведению оно вообще не чувствовало боли: нога зажатая стальными зубами была изрядно потрепана и сильно кровила.
- Вот Лаки, это и есть зараженный, пятерка, самая настоящая. И сегодня он наша добыча.
- Подожди, это что человек?
- Когда-то был человек, а сейчас это дикий зверь, готовый полакомиться тобой в любое время дня и ночи.
- И что ты с ним сделаешь?
- Для начала, отправлю в мир иной, а потом всё тебе покажу.
- Ты же не собираешься его есть?
- Тьфу! Нет, конечно! Как тебе такое в голову пришло?
- Ну, в моих краях, обычно охотятся для пропитания.
- А как же любители всяких трофейных чучел?
- Это не охотники – это простые убийцы.
- Твоя правда. Смотри, мы здесь не для еды, точнее охота наша не для еды, но, тем не менее, кое-что мы с него заберем, это нам жизненно необходимо, так что считать это трофеем несправедливо – мы тоже выживаем. Поэтому, сейчас я подойду ближе к нашему кролику, а ты сиди тут и смотри, когда махну рукой можешь подходить.
- Хорошо, действуй!
Короткими перебежками от куста к кусту Крест начал своё движение к добыче. Вот он уже у лесопосадки, вот идёт краем на полусогнутых. Вот он достал свою кирку. Мгновенный рывок, удар, и вот он уже стоит машет рукой.
Лаки решил действовать также аккуратно. Не спеша добрался до посадки, и, пройдя тем же маршрутом, оказался рядом с Крестом.
- Можешь рассмотреть, он уже не кусается.
- Что-то не очень хочется
- А придётся. Смотри Лаки, это один из последних уроков, которые я тебе могу преподать: это споровый мешок – Крест указал на нарост на затылке существа – он есть у всех зараженных. В нем находится то, что нужно нам для выживания – Крест достал нож и присел – вскрывается это вот так: небольшой надрез снизу, и всё содержимое аккуратно вываливается наружу. – Лаки чуть не вырвало, но он сдержал позыв. – Не стесняйся, если тошнит можешь отвернуться и сделать своё дело, а потом поворачивайся снова и смотри сюда.
- Я нормально.
- Уверен? Ну, тогда я продолжу. Это Лаки, не кишки и не мозги мертвяка, это производная нашего вируса. Как грибы на деревьях. – Крест взял в руку клубок черных нитей – в этом грибе наша задача найти его споры, или спораны тут кто как называет, но это не суть. Еще бывают горошины, они покрупнее, и помнишь жемчужину? Это верх того, что можно здесь найти. А вот, кстати, и спораны – Крест извлёк пальцами несколько мелких чёрных шариков.
- Зачем тебе это?
- Из них мы готовим живицу.
Лаки вырвало.
- То есть, хочешь сказать, что я пил настойку из дохляка?
- Понимаю, шокирует, но если жить хочешь, то свыкнешься с этой мыслью. Все мы её пьем: и я, и ты, и Лиса моя тоже. Даже детям её дают. Без неё у любого иммунного начинается споровое голодание и в конечном счете человек умирает мучительной смертью. Помнишь жажду, когда сюда попал? Вот! Это первый признак. А помнишь, как тебе потом плохо было? Если бы я тебе тогда на язык живицы не налил, то мы бы сейчас с тобой не разговаривали, так что бери на заметку, как этих тварей потрошить! А теперь, мы пойдем в город, и там Лаки, ты получишь последний урок.
В городе было неприятно тихо. Лаки привык видеть города живыми, с кучей людей и транспортом, а этот город был мертв. Здесь не было ни единой живой души. От дома к дому они добрались до какого-то минимаркета, напрочь игнорируя крупные магазины:
- Так, мы на месте. Посмотри под прилавком, там должны быть два ящика с водкой. Я пока на стрёме постою.
- Зачем тебе водка? – поинтересовался Лаки.
- Для живицы, её на водке настаивают. Ну что, есть?
- Есть.
- Бери три бутылки и постарайся не греметь, я еще три возьму. Посмотри, может тушенка найдется?
- Тушенка есть, рыбные консервы есть, что-то еще надо?
- Мука есть?
- Да.
- Бери всё, Лиса тебе спасибо скажет!
- А тебя не смущает, что мы сейчас мародерством занимаемся?
- Нет, мародерство это если ты берешь чье-то, а тут это ничье, так что считай это тоже частью охоты – представь, что грибы собираешь.
- Давай сумку.
- Живицу только на водке настаивают?
- Не обязательно, хоть на уксусе, но он, как ты сам понимаешь, не вкусный, главное фильтровать хорошо: осадок — яд.
Собрав припасы, Лаки и Крест пошли в сторону машины, возле которой Крест показал, как делать живицу, отдал еще один полный подсумок и часы, которые Лиса забрала у бойца.
- Ну, всё Лаки, тут наши пути расходятся.
- Не понял…
- А что тут не понятного? Основы выживания я тебе рассказал, о нашем мире тоже. Показал тебе зараженного. И поверь мне, это очень много. Большинство из тех, кто сюда попадает, погибают в первые несколько часов, так и не успев осознать, что произошло. А ты прекрасно вооружен, живица у тебя есть, здоров как боров, да еще и с даром своим знаком. Вот тебе еще небольшой бонус от кисы, я решил сразу тебе всё не отдавать, приберечь до этого момента: четыре спорана. Была еще горошина, но сейчас она в твоей живице – так ты свой навык побыстрее разовьешь. В общем, Лаки, я хочу пожелать тебе еще большей удачи, и очень надеюсь на то, что мы когда-нибудь встретимся снова. Стаб на другой стороне городка. Ты это поймешь по состоянию дороги. Если тебя спросят кто твой крестный, а с твоим именем это сделают обязательно, то можешь не стесняться и не бояться, так и говори, что тебя Лиса крестила, её тут все знают. Еще раз удачи тебе!
Крест скинул с машины масксеть, забрался внутрь и поехал. Лаки стоял и смотрел вслед этому странному человеку. Теперь он остался один. И раз уж Крест дал направление на стаб, то стоило посетить его.
Когда машина скрылась из виду, Лаки еще раз осмотрелся и прислушался: вокруг не было никого, только деревья шумели листьями на ветру. Повесил автомат на ремень и пошёл в сторону городка. Подойдя к первой пятиэтажке, он аккуратно выглянул – никого, город по-прежнему мертв. Тогда он решил осмотреть всё с высоты, и, зайдя в первый подъезд начал подниматься.
Это была обычная хрущевка: бетонный лестничный марш, обшарпанные стены, некогда покрашенные масляной краской зеленого цвета, а ныне несущие современные мотивы в виде нечитаемых надписей перманентным маркером, потертые перила и застоявшийся воздух.
Поднявшись на второй этаж, Лаки увидел, что одна дверь была открыта – он постучал. Никто не отозвался. Слегка толкнул дверь, та открылась настежь. Постучал еще раз по дверному косяку – никого нет дома. Лаки снял с плеча оружие, перевел предохранитель в режим автоматического огня, проверил патронник – заряжено. Сделал пару шагов внутрь квартиры: тишина гробовая. Судя по планировке, это была двушка: направо санузел и кухня, далее расходящиеся в разные стороны комнаты. Осмотр решил начать с кухни: старая посуда, старая мебель, линолеум на полу. Взял кастрюлю и положил в неё вилки и ложки, а потом приставил её к входной двери так, чтобы при открытии она обязательно упала – это была его сигнализация. Закрыл двери в туалет и ванную, и направился осматривать комнаты.
Комната справа была большая: ковры на полу и стенах, мягкая мебель, набор шкафов и стеллажей во всю стену – в глаза бросилось отсутствие обязательного атрибута: телевизора. Но при этом один из пеналов был полностью заставлен книгами. Открыл дверцу: «Война и мир» в четырёх томах, собрания сочинений Пушкина и Лермонтова, Достоевский, Твардовский. Остановил взгляд на книге со знакомым названием: «Василий Тёркин». Книжка открылась на заложенной странице:
«Переправа, переправа! Берег левый, берег правый, Снег шершавый, кромка льда…
Кому память, кому слава, Кому темная вода, — Ни приметы, ни следа.
Ночью, первым из колонны, Обломав у края лед, Погрузился на понтоны Первый взвод. Погрузился, оттолкнулся И пошел. Второй за ним. Приготовился, пригнулся Третий следом за вторым.»
Эти строки он знал наизусть. Вернув книгу на место, продолжил осмотр квартиры.
Комната слева была типичной спальней: кровать, шкафы, диван и компьютерный стол. Всё это также сопровождали нескончаемые ковры. Подойдя к компьютерному столу, Лаки увидел подставку с компакт-дисками – это были игры, довольно старые. Компьютера на месте не оказалось.
Решив, что сейчас здесь безопасно, Лаки вернулся на кухню – он еще помнил, как Крест точным ударом уложил зараженного, да и самого зараженного он тоже прекрасно помнил. Его целью было найти что-то, чем можно было заточить лопатку.
Осмотрев шкафы и тумбы он нашел точилку для ножей, судя по внешнему виду это была какая-то китайская поделка, но имеющиеся следы говорили, что точить она всё же будет.
В этой квартире больше ничего полезного не было, поэтому он решил продолжить своё восхождение.
Глава 6. Дорога в стаб
Третий этаж. Всё закрыто. Четвертый этаж – закрыто. Пятый этаж – есть одна незапертая дверь. Постучал – никого. Вошёл. Квартира явно была меньше предыдущей – она практически вся просматривалась прямо со входа: кухня прямо, комната слева. В комнате не нашлось ничего интересного, кроме одного неприметного рюкзака мешковатого вида. Открыв шкаф, Лаки удивило отсутствие какой-либо одежды – неужели её кто-то забрал? В прошлой квартире он не догадался осмотреть шкафы. Компьютерный стол также был пуст. А на кухне кроме обычной знакомой всем утвари не было вообще ничего. Сделав еще один вариант простейшей сигнализации, Лаки решил выйти на балкон. Вид на пригород с его чередующимися лужайками, дорогами и лесопосадками был прекрасен.
В этот момент Лаки услышал звук двигателя, потом еще и еще. Это явно был какой-то грузовой транспорт. Он быстро зашёл в квартиру, закрыл входную дверь на ночную задвижку, а сам встал у окна.
Через пару минут из-за угла выехал автомобиль увешанный броней от колес до крыши. За ним еще и еще, всего было семь машин. Они остановились прямо под окнами и из них вышли вооруженные люди. Они не были похожи на военных: у большинства не было формы, а основу их гардероба составляли кожаные куртки не первой свежести. Эти люди были вооружены преимущественно ружьями разных видов. Они рассыпались на территории, делая вид, что создают прикрытие для своих автомобилей. Делали они это грубо и не профессионально. Но уже через пару минут из-за угла выехал еще один автомобиль – этот был похож на сильно переделанный внедорожник. Из него вышли два человека в военной экипировке и бронежилетах, с автоматами неизвестной модели наперевес.
Лаки поднялся и тихонько приоткрыл форточку, так, чтобы та не заскрипела. Теперь он мог их слышать. Его самого поражало до глубины души то, как он, стоя в квартире на пятом этаже мог спокойно понимать людей, находящихся на улице.
- Так, сейчас берешь троих и осматриваешь здание, выставляешь по одному у входа, и по одному на углах, нам не нужно чтобы кто-то додумался сюда сунуться. На крышу пару снайперов посади, если видят кого не из наших, то пусть сразу убирают – это один из камуфлированных.
- Понял – это второй.
Подойдя к одной из бронемашин он постучал по кузову, из него вышли два парня с какими-то невообразимо длинными винтовками с зачехленными прицелами. Лаки догадался, что это снайперы.
- Эй! Лысый! Иди-ка сюда, и братву с собой бери! – несколько человек стали собираться вокруг позвавшего. – Сейчас осматриваем здание, вы остаетесь на крыше, любого чужого убирать сразу и без шума. Пошли.
Лаки подбежал к двери и на всякий случай закрыл её еще и на замок, подёргал – надёжно, и вернулся к окну.
Внизу двое камуфлированных что-то обсуждали, судя по всему здесь должна была состояться какая-то встреча и они должны были что-то передать, что-то, что они называли «товар».
Лаки внимательно слушал. Из разговора он понял, что всего здесь около двух десятков человек, что товар в единичном экземпляре и что он очень ценен. На встречу с ними должны приехать еще около десятка человек и расплата с их стороны будет в виде оружия и боеприпасов. А еще они очень не лестно отзывались о людях с ружьями, обосновывая это их низкими интеллектуальными способностями. Они не обращались друг к другу по именам, поэтому Лаки их окрестил «первым» и «вторым», «первый» явно был главнее, поскольку он вообще ничего не делал, в то время как «второй» распределял людей.
Лаки услышал шаги на лестничной площадке, задергалась дверная ручка, он инстинктивно задержал дыхание, кто-то попробовал открыть дверь, но замок держал крепко. Подергав за ручку ещё несколько раз, незваные гости удалились. Лаки наконец-то смог выдохнуть. В следующие пять минут ничего не происходило, мужики в куртках разговаривали о чем-то своём: обсуждали женщин и выпивку, эти беседы Лаки не интересовали и поэтому он переключился на камуфлированных.
Внизу, судя по всему закончился осмотр здания, ко «второму» подошёл человек, которого он изначально назвал «лысым» и отчитался, что в здании пусто, открыто двенадцать квартир, остальные заперты, снайперы выставлены на крыше, в подъездах еще четверо, четверо по углам здания. На что получил одобрение и был отправлен к своей «братве».
Через несколько минут Лаки услышал звуки приближающихся автомобилей. Эта колонна была явно меньше, всего пять машин, причем грузовая была только одна. Остальные были очень похожи на армейские внедорожники, даже пулеметы стояли на крышах.
Они остановились метрах в десяти, напротив первой колонны. Пулеметчики сразу заняли места в турелях. Еще по два человека вышли с каждой стороны машины. Двигатели они глушить не стали. Эти люди явно были профессиональнее тех, что прибыли первыми. Из второго внедорожника вышел человек плотного телосложения в форме неизвестной Лаки армии, но то, что это был военный сомневаться не приходилось: строгий камуфляж, бронежилет и шлем, очки, разгрузка. Оружие он держал так, что его готовность к немедленному бою не вызывала вопросов.
«Первый» пошёл навстречу.
- Здорова, Мастер! – поприветствовал «первый».
- И тебе не хворать! Товар на месте?
- Как договаривались, в целости и сохранности. Ни волоска не обронила.
- Это хорошо, во вторую машину её.
- Не вопрос, только ты сначала свой товар покажи.
- Иди и смотри, всё в грузовике, его кстати тоже можешь себе оставить, этот КАМАЗ нам даром достался, его с перезагрузкой сюда закинуло.
Лаки вздрогнул, это судя по всему был тот самый КАМАЗ, который сбил его и бойцов. Но разглядеть наверняка он не мог, да и что бы он увидел? Даже номер не запомнил.
- КАМАЗ это хорошо – «первый» кивнул «второму», и тот без слов пошёл проверять машину.
- Как добрались? – поинтересовался «первый»
- Не плохо, дороги только тут паршивые, давненько этот кластер не перезагружался, уж не в стаб ли превращается?
- Стаб размером с город, да еще и с готовыми домами? Хоть у местных отжимай и живи здесь. Вот только сдаётся мне, что стабом он так и не станет – прошлая перезагрузка была дней десять назад.
- Это что же получается, что у них такие дороги и в другом мире? Вот не повезло местным.
В это время вернулся «второй», и кивком обозначил, что всё нормально, при этом, не останавливаясь, пошёл в сторону внедорожника. Открыл дверь и на улицу вышла маленькая девочка, лет пяти, в руках она держала какую-то мягкую игрушку. Ребенок явно был напуган, потому как она не спешила куда-то идти. «Второй» взял её за руку и повёл. Когда они проходили мимо предводителя второй колонны, он остановил их, присел и протянул что-то ребенку. Та не хотела брать, но «второй» вручил ей это в руку и они пошли дальше.
Как только закрылась дверь внедорожника Лаки услышал: «Огонь!» Из-за угла выбегали люди, началась перестрелка. Заговорили пулеметы, с шипением пролетела ракета, и один из внедорожников взлетел на воздух.
Лаки присел, чтобы не получить случайной пули. Снаружи грохотали пулеметы, раздавались автоматные очереди, свистели пули и разрывались гранаты. Среди этой канонады Лаки смог отчетливо различить:
- Вторая машина, повторяю, вторая машина! – незнакомый голос.
Стрельба стала разреженной, видимо, оружие потребовало перезарядки. Но очень быстро темп боя снизился до отдельных выстрелов, понятно, начали экономить патроны. Еще спустя несколько мгновений, стрельба стихла. Были слышны стоны раненых. Выстрел. Стон стих. Еще один, снова стало тише. И вот уже осталось только двое раненых. Лаки решил выглянуть. «Первый», спокойным шагом подходил к раненому человеку в форме больше всего напоминающей охотничий камуфляж. Направил пистолет на раненого и выстрелил. В этот момент, Лаки впервые в своей жизни увидел, как один человек убивает другого. Хладнокровно, без тени эмоций. Но был еще один раненый, он сидел прислонившись спиной к внедорожнику из первой колонны, чуть правее окна Лаки. В этот момент, открылась дверь автомобиля, где сидела девочка – это она вышла наружу, и не обращая никакого внимания на горящие машины и трупы вокруг, побежала к раненому:
- Папа!
Она пробежала мимо «первого», он её как будто и не заметил. Подбежав, девочка обняла сидящего человека, из-за чего тот закашлялся. «Первый» подходил всё ближе.
- Ну что барыга? Допрыгался? Говорили тебе: не лезь, но нет ведь, благородный ты наш. Сдалась тебе эта девка? Еще родите!
- Пошёл ты, потрошитель чёртов!
- Ну, вот смотри, что же у нас получается, вы положили и моих людей и людей Мастера, сами полегли, но хуже всего, то, что я теперь не могу вашу девку сдать куда положено, поскольку стану первым подозреваемым, а ментатов эти люди и слушать не станут. А я, знаешь ли, барыга, еще пожить намерен. Так что придётся мне и тебя и дочурку твою пристрелить здесь, и списать всё это на сопутствующие потери, так я вроде как в белом выйду – выгоды личной не будет.
Лаки понимал, что этот человек не блефует, и сейчас возможно будут совершены еще два убийства, но если на раненого ему было глубоко плевать, то мысли об убийстве ребенка заставляли его действовать. В голове прозвучало: «без предупреждения оружие может применяться … когда промедление в применении оружия создает непосредственную опасность для жизни людей». Найдя для себя весомый аргумент, он вышел на балкон. Как раз во время, «первый», судя по всему, закончил разговор, и сейчас перезаряжал пистолет. Вот он уже наводит оружие на ребенка. Времени думать не было, мушка и целик оказались совмещены на человеке с оружием, задержать дыхание, Лаки нажал на спуск. Короткая очередь и человек оказался на земле. Больше он не шевелился. Лаки быстро зашёл внутрь квартиры. От адреналина у него дрожали руки и ноги. В голове пульс отстукивал свой ритм. Опустив балаклаву на лицо, он подошёл к зеркалу и осмотрел себя. На самом деле это было совсем ни к чему, но он хотел убедиться, что его глаза сейчас не скажут о нём больше, чем требуется. А выражение лица останется неизвестным никому.
Открыв замок, Лаки осмотрел площадку, никого, только люк сверху был открыт. Он прислушался, на крыше тоже было тихо. Адреналин позволял ему слышать гораздо лучше, чем когда-либо и он услышал легкое урчание.
- Твою мать! – выругался Лаки, и побежал вниз по лестнице.
Выскочив из подъезда, он увидел трех зараженных, двое были в штанах, а один без них. Лаки бегом переместился за угол. Подбежал к убитому «первому», взял пистолет и протянул раненому. Тот сидел, потупив взгляд.
- Бери, будь готов прикрыть меня!
- Кто ты? – человек взял оружие.
Лаки начал медленно отходить, пятясь спиной вперед, в сторону от дороги, так, чтобы оставаться в поле зрения раненого, при этом постукивая автоматом об искореженный кузов автомобиля. Из-за угла выбежал зараженный без штанов, и только тут Лаки понял, что раненый и ребенок находятся на линии огня, положил автомат на землю, расчехлил лопатку и приготовился к бою.
Зараженный явно не отличался интеллектом, поскольку пробежал мимо раненого, даже не заметив его. Дистанция между Лаки и зомби сокращалась, три метра, два метра, один метр. Удар ребром лопатки рассек кожу на голове, но этого было явно недостаточно, зараженный оставался на ногах. Удар по шее, лопатка рассекла яремную вену и сонную артерию, кровь брызнула. Еще удар с другой стороны. Ноги заражённого подкосились, он встал на четвереньки. Истекая кровью, он продолжал урчать. Лаки ударил его по споровому мешку, и тот моментально обмяк, но не успел он перевести дыхание из-за угла выбежала оставшаяся парочка. Он не успел оценить их размеры, выбегая из подъезда, а вот теперь ему стало понятно: с одним из них он еще справится, а вот второй оказался существенно больше, и что делать с таким он не представлял. Первым бежал тот, что поменьше, и Лаки принял боевую стойку. Из первого поединка он понимал, что кости своей лопаткой не пробьет, поэтому придётся импровизировать. Три метра. Два метра. Метр. Удар ногой в живот заставил зараженного согнуться, удар по споровому мешку обездвижил его окончательно. Последний зараженный времени не терял, и уже подбегал к Лаки. Он был здоровый, около двух метров, да и телосложением явно покрепче. Времени на подготовку не было, ударил наотмашь по ноге, в надежде попробовать отбежать. Сработало это лишь частично. Зараженный присел на правую ногу, в это время Лаки уже бежал к своему автомату, а подранок встал и с еще большим урчанием продолжил погоню, хотя и слегка прихрамывая. До оружия уже пара метров, но в этот момент нога Лаки цепляется за какой-то корень, и он падает. До автомата еще метр, а зараженный рядом. Раздался хлопок пистолетного выстрела. Зомби упал рядом с Лаки, который уже простился с жизнью. Он поднял голову и посмотрел в сторону, откуда стреляли. В руке раненого был тот самый пистолет. Единственное о чем сейчас думал Лаки, так это то, что этот парень отличный стрелок, между ними метров двадцать, а ему удалось одним выстрелом уложить зараженного. Всё еще задыхаясь Лаки встал, поднял свой автомат. Осмотрел лопатку – она была вся покрыта вмятинами, он не успел её наточить. Повесил на пояс, сделал пару глотков из фляжки, и пошёл к раненому.
Остановился, прислушался. Тихо. Огонь доедал остатки транспорта, шипел и плавился пластик, падая горящими каплями, коптили черной сажей покрышки. Человек сидел у автомобиля и прижимал к себе ребенка.
- Живой? – спросил Лаки.
- Да, потрепало слегка.
- Покажи.
- Да тут ничего нет, заброневой удар словил, похоже, ребра сломаны.
- Знаешь, где стаб безопасный есть?
- Он тут недалеко, но боюсь, что пешком нам туда не дойти.
Лаки осмотрелся. Внедорожник, куда посадили девочку, был цел.
- На машине доедем?
- Только если гнать будешь вовсю.
- Тогда вставай, я помогу.
Лаки помог человеку подняться, тот сильно сутулился, и как впоследствии выяснилось еще и хромал. Посадив раненого в машину, Лаки хотел помочь ребенку, но девочка к этому моменту уже сидела на заднем сиденье, и потому он направился за руль. Осмотрел коробку передач – обычная механика, двигатель работал, и они начали выезжать из этого проклятого места.
- Как тебя зовут? – человек говорил с отдышкой и паузами, видимо, ребра всё-таки пострадали.
- Сказали называться Лаки!
- Крещеный значит, не слышал о таком раньше. Давно ты тут?
- Третий день.
- Ого, а кто же тебя так окрестил?
- Лиса.
- Рыжая? Та, что со знахарем живет?
- Она самая.
- Да, ты действительно везучий.
- Что-то не так?
- Она говорила о своём даре?
- Даже продемонстрировала.
- И тебя это не смутило?
- Что именно?
- Ты много огнедышащих женщин знаешь?
- Ну, получается что одну.
- Говорят, она взглядом испепелить может!
- Что-то я не видел у них горы скелетов, да и зажаренных принцев тоже не было.
- Ты был у них? В смысле в дом их заходил?
- Да.
- Да ты вдвойне везучий! Говорят, оттуда живым никто не выходит, кроме знахаря.
- А кто говорит-то тогда?
- Ну, знаешь, слухи на ровном месте не рождаются.
- Да боятся её и всё. А у страха глаза велики. Ты лучше расскажи, что за замес вы устроили и с чего весь сыр-бор?
- Не вопрос, только в стабе – человек кивнул в сторону заднего сиденья.
- Хорошо, тогда показывай куда ехать.
- Поезжай точно по дороге, как дома закончатся, будет перекресток, там направо. Через пару километров будет наш стаб. Только прошу тебя, гони так, как будто тебя толпа гомосеков преследует. Мы тут нашумели знатно, валить отсюда надо!
Глава 7. Стаб
Дорога была сначала плохая, а потом вообще стала как после бомбёжки. Гнать по такой было как минимум невозможно, подвеска то и дело отстукивала отбойниками, тяжелые вездеходные колеса давали о себе знать. Но Лаки гнал, гнал, как мог. Через пару километров, твердое покрытие закончилось, и пошла грунтовка. Колеса грузовиков и внедорожников превратили это полотно в подобие стиральной доски. Песчинки песка и пыли поднимались длинным шлейфом за автомобилем.
- Сейчас после поворота будет блокпост. Там надо остановиться – дрожащим голосом сказал раненый.
- Это стаб?
- Почти. Охраняемый рубеж... – Человек согнулся и закашлялся, обняв себя за грудь.
- Терпи казак! Атаманом будешь!
- Терплю…
Справа показался песчаный карьер. Дорога обогнула его и пошла вправо. И вышла, точно, как и сказал раненый – у блокпоста. Вот только этот блокпост выглядел весьма странно: бетонные бойницы с какими-то крупнокалиберными пулеметами, несколько стволов непонятного назначения, и полоса шириной в метров тридцать из колючей ленты. А еще была какая-то башня, возвышавшаяся над макушками деревьев.
Навстречу автомобилю выдвинулся человек в камуфляже. Он не был похож на военного, скорее на ЧОПовца. Поднял руку, и тут же на машину навелись два пулемета. Лаки остановился.
- Кто такие?
- Дилер – отозвался ранее безымянный человек.
- Дилер? Что-то ты паршиво выглядишь!
- Ты! Давай ствол на предохранитель и медленно выйди из машины, не вздумай дергаться, ты на мушке. – Это уже было сказано Лаки. Такой нерадушный прием его не порадовал, но выбора не было. Он действительно был на мушке.
- Ставлю ствол на предохранитель и выхожу – Лаки демонстративно показал автомат, и не менее демонстративно перевел предохранитель в безопасное положение, после чего открыл дверь и вышел.
- Вот молодец, теперь ствол на землю, а сам два шага в сторону.
- Мой ствол будем при мне! Два шага – без проблем.
- А ты дерзкий! Ствол говорю, на землю положи.
- Я сказал, ствол останется при мне – Лаки демонстративно взял оружие в положение на ремень и сделал несколько шагов назад.
ЧОПовец посмотрел на Лаки сверлящим взглядом, но промолчал. Открыл дверь внедорожника и сел на место водителя. Пару минут он о чем-то разговаривал с раненым, после чего вышел и жестом указал Лаки, что тот может занять своё место. Когда они поравнялись, ЧОПовец, остановил его и сказал так, чтобы никто другой не мог этого услышать:
- Знаешь, а у нас дерзких не любят. Ты либо выполняешь правила, либо тебе хана. Выбирай сам. Дилер сказал, что ты зелёный, а еще что ты его с малышкой из какой-то задницы вытащил, за это я тебе прощаю твою глупую выходку. Но впредь, если я говорю положить ствол, значит надо положить. Пулеметы здесь не для красоты стоят. Как тебя зовут?
- Лаки.
- Кто же тебя так окрестил?
- Да я смотрю это вопрос сегодняшнего дня – Лиса меня крестила, рыжая, та, что со знахарем.
- Ого! Ну, с таким именем, это будет вопрос не дня, а вопрос всей твоей жизни. Ладно, меня звать Пятый. Сейчас ты заедешь на территорию, а затем машину поведет мой человек, ты пересядешь назад. Когда приедете, пойдешь куда скажет водитель, он направит тебя к начальнику обороны. Его зовут Стрелок. Пообщаетесь. И не глупи, на входе к нему тебе скажут сдать всё оружие. Сдавай. Там парни шуток не понимают, и на твои заслуги плевать им с высокой колокольни, почки отобьют – потом кровью ссать будешь. Садись в машину.
Тяжелые стальные ворота со скрипом поехали в сторону. Лаки загнал автомобиль на территорию, и пересел назад, как и говорил «ЧОПовец», а за руль сел кто-то из охранников блокпоста. Дорога была довольно извилистой, но без ответвлений, зачем требовалась смена водителей Лаки не понимал. Но через несколько поворотов, они выехали к домам. Здесь были люди, и это, несомненно, обрадовало Лаки, а еще его обрадовало то, что все они были безоружными. Машина остановилась возле небольшого одноэтажного домика с красным крестом на белом фоне, выцветшая от времени табличка вещала, что когда-то здесь находился фельдшерско-акушерский пункт. Раненый повернулся, и хриплым голосом сказал:
- Лаки, я тебе безмерно благодарен, когда освободишься, зайди ко мне, я постараюсь что-нибудь придумать. Найти меня легко, у меня тут магазинчик, называется «у Дилера», его здесь все знают – любой дорогу подскажет. Удачи тебе! Не забудь зайти!
Человек вышел из машины и открыл дверь ребенку, девочка моментально выскочила и дверь захлопнули. Машина вновь начала движение. Они ехали по улицам какого-то небольшого поселка. Дома были преимущественно одноэтажными, но они все были обжитыми: занавески на окнах, чистые дворики, даже цветы росли.
Машина остановилась у какого-то серого мрачного здания с большими буквами «КБО». Значение этой аббревиатуры Лаки было неизвестно, но даже сам внешний вид здания, говорил, что тут люди не живут.
- Второй этаж, направо до конца, дверь слева – сказал водитель, повернувшись в пол оборота.
- Понял.
Лаки вышел из машины. Сухой теплый ветер облизал его лицо, а яркое солнце заставило зажмуриться на мгновенье.
Внутри здания была прохлада и полумрак. Почти на пороге, его встретил вооруженный человек, и в приказном порядке потребовал сдать оружие и боеприпасы, указав на маленькое окошко с решеткой. Лаки подчинился. В обмен на оружие ему выдали карточку с номером – стало понятно, что это не бандиты – такие карточки-заменители были и у них в части, значит, оружие попадёт в оружейную комнату и будет там под охраной. Сдав автомат, пистолет и все боеприпасы Лаки направился на поиски лестницы, но всё тот же человек его остановил:
- Не спеши, ноги на ширине плеч, руки в стороны, сейчас проверим тебя еще раз, и если всё нормально, то больше тебя задерживать не стану.
Ощупав руки, ноги и тело Лаки мужчина остановился на лопатке:
- Это тоже нужно сдать. Броню тоже сдавай, здесь она тебе не нужна – у нас не стреляют. А это что?
- ИПП – перевязочный пакет – пояснил Лаки.
- Можешь оставить.
Лаки снял с пояса шанцевый инструмент и передал его в руки охранника, бронежилет со шлемом отдал в окошко. За лопатку Лаки не переживал, даже если та пропадёт, всё равно она уже сильно пострадала в бою с зараженными. Приняв лопатку, мужчина жестом указал направление к лестнице.
Поднявшись на второй этаж, Лаки без труда нашёл нужную дверь с табличкой «Стрелок». Постучал.
- Да! – послышалось из-за двери.
- Разрешите?
- Заходи. Это ты — Лаки? Мне Пятый уже сообщил.
Лаки зашёл и закрыл за собой дверь. Вопреки ожиданиям, Стрелок был не один: на стуле рядом с его столом сидел еще один мужчина. Высокий, худощавый. В джинсах, свитере и кроссовках.
- Я - Стрелок, это Звездочёт – указал он на второго человека.
- Я - Лаки.
Человек в свитере выдал тихий смешок.
- Ну, рассказывай, Лаки, какими судьбами к нам попал? И кто тебя окрестил так… странно? Куда путь держишь?
- Попал я сюда три дня назад. Мои ребята превратились в зомби, и покончили с собой…
- Все?
- Кроме одного, его машина сбила.
- Продолжай.
- В первую ночь, к нам пришла какая-то тварь, я её убил. Дальше, всё смутно, помню, что было плохо, какие-то голоса. Очнулся я у Знахаря.
Стрелок и Звездочёт переглянулись.
- Крестила меня Лиса, имя тоже выбрала она. Потом, утром, поехал со Знахарем на охоту, там он какого-то мерзкого зомбака убил, пополнили запасы в городе, а потом он уехал.
- Он кинул тебя одного в городе?
- В пригороде. Потом я пошёл по домам, Знахарь сказал, что там уже никого нет, но я решил проверить. Когда был в одной из квартир подъехали несколько машин, сначала разговаривали, потом пересадили ребенка из одной колонны в другую, а потом началась стрельба. Они там перестреляли друг друга, оставались двое. Один из них, вроде бы, назвался Дилером. Второго не знаю. Второй собирался убить Дилера и ребенка. Я убил его. Потом была небольшая заварушка с зомби, но мы справились, а потом мы приехали сюда и вот я здесь.
- Интересная история. Что думаешь, Звездочёт?
- Думаю, что он не врёт. Только одного понять не могу: ты сказал, что завалил какую-то тварь, из последних слухов, был убит руббер лабораторный, уж не твоих ли рук это дело?
- Я понятия не имею, кто такой руббер, Знахарь сказал, что это была восьмерка, какая-то необычная.
- Восьмерка и есть матёрый руббер, так как ты его убил?
- Подкараулил сверху, и пока он охотился на зомбака, выстрелил ему в затылок. Кстати Знахарь его «ей» называл. Говорил, это была «киса».
- Ясно. Он показал тебе, как делают живицу?
- Да.
- А сказал, из чего её делают?
- Да.
- У тебя есть нужные ингредиенты?
- Немного.
- Что ж Стрелок. Этот парень не врёт.
- Так, Лаки, раз ты у нас тут новенький, то по старинной русской традиции, нам стоит тебя накормить, напоить и спать уложить. Это сегодня, а завтра… – Стрелок задумался. Ты в каких войсках служил?
- Связь.
- Стало быть, ты инженер, ну это с одной стороны даже хорошо, значит думать умеешь. Так, Лаки, сейчас ты пойдешь и поешь, потом тебе выделят койко-место в казарме охраны – уж извини, не пятизвездочный отель, но тебе должно быть привычно. Завтра утром придешь ко мне, постараюсь тебя куда-нибудь пристроить. Вопросы есть?
- Как мне Дилера найти, он говорил про какой-то магазинчик?
- Выходишь из здания, и идёшь направо вдоль дороги, метров через двести будет твой магазинчик, старое здание желтого цвета. Кафе кстати там же, вход только другой. После того как поешь, подойдешь сюда и спросишь у охранника, как тебе попасть в казарму охраны, он вызовет кого-нибудь, кто тебя сопроводит. Еще вопросы?
- Вопросов нет.
- Отлично, тогда еще немножко о наших порядках: у нас тут жизнь цивилизованная, поэтому люди безоружны, и тебе своим стволом тоже бравировать не стоит, поэтому он останется в оружейке. В остальном всё как везде: женщины и дети здесь на уровне святых, за поножовщину караем строго. Это всё, можешь быть свободен. Хотя, подожди, если ты не сильно голоден, то мне бы хотелось немного узнать о том месте, где ты жил раньше. Расскажешь?
- Пожалуй, да.
Разговор продлился около двух часов. У Лаки сложилось стойкое впечатление, что Стрелок вообще из другого мира, потому как задаваемые им вопросы были, не всегда логичны, а когда Лаки вышел, Стрелок еще раз посмотрел на Звездочёта:
- Что ты думаешь?
- Ну, он явно не тёртый калач, пацан еще, но держится неплохо. А еще, он ни разу даже не попробовал соврать или увильнуть с темы. Это хорошо, значит доверяет. Может из него и получится что-то стоящее.
- Ты бы проследил за ним, неспокойно тут последнее время.
- Думаешь засланный казачок?
- Да хрен его знает. Ситуация с Дилером этим, хреновей некуда. Ты вообще знал, что этот идиот затеял?
- Наверняка – нет, но догадывался. Пропажу ребенка не скроешь.
- Надо будет потом у него разузнать несколько вещей: во-первых, откуда он узнал про встречу, во-вторых, где набрал столько мяса для этой операции, ну и в-третьих, какого хрена он всё это за нашей спиной провернуть решил?
- Это не трудно, после того что случилось, думаю, что он сам к тебе на поклон явится. Грешок-то совсем не маленький.
- Ладно, еще будет время. Проследи за этим пацаном.
Лаки выйдя из сумрачного здания направился вдоль дороги, как и указал ему Стрелок. Пирамидальные тополя стояли молчаливыми стражами. Примерно через двести метров, за деревьями, показалось желтое здание. Подойдя ближе, Лаки увидел два входа, на ближнем к нему висела табличка: «У Дилера». Он постучал. Тишина. Потянул на себя тяжелую дверь. К его удивлению она открылась. Зайдя внутрь, он увидел, что за прилавком пусто:
- Есть тут кто живой?
- Есть! – хриплым голосом ответили откуда-то из стеллажей. – А, Лаки, это ты! Рад, что ты зашёл! Раз Стрелок тебя отпустил, значит, будешь теперь с нами!
- Дилер? Правильно?
- Да, он самый – Дилер!
- Если не секрет, откуда такое имя?
- Да какой уж тут секрет – в свое время дурью барыжил, а когда попал сюда, пытался местным продать, я ж тогда еще не знал как тут и что, и вот мой крестный, шутник мать его, и окрестил меня Дилером.
- Ты довольно смело рассказываешь о своём прошлом…
- Ну, так на то оно и прошлое, что уже прошло. Я нынче честный бизнесмен!
- Ну да, бизнесмен. Рассказывай, что вы там за бойню устроили?
- Бойня – какое хорошее слово ты выбрал, а главное правильное. Знаешь почему? На бойне забивают скотину. Те, кого мы там положили, тоже не достойны людьми называться. Понимаешь Лаки, в нашем мире, дети это огромная редкость. Потому что баб мало! – Дилер засмеялся, но увидев серьезное лицо Лаки, быстро затих – так вот, дети, как я сказал, это огромная редкость. Во-первых, тут действительно тяжело с женщинами – большинство из тех, кто не обратился, погибает, а те, кто смог выжить, зачастую не блещут привлекательностью. Во-вторых, по достижении определенного возраста, дети тоже могут обратиться, для этого приходится им жемчуг искать. В-третьих, ребенок, родившийся в СТИКСе, зачастую крепче и выносливее перенесенных сюда детей, а их дары развиваются быстрее. Вот и идёт охота на местных детишек. Куда их отвозят, одному СТИКСу известно: кто-то говорит, что их муры на органы пускают, типа у них регенерация лучше – человеческие фермы делают, кто-то говорит, что учёные к себе на опыты забирают. В общем, ни одного приятного места. Те типы, которые остались на кластере, выкрали мою девочку два дня назад. Поскольку все торговые караваны проходят через меня. То мне удалось узнать о месте встречи. Я до последнего не знал, мой там ребенок или нет. Но выбора у меня не было.
- Продолжай.
- Те твари, в куртках – обычные бандиты, как правило, в такие шайки собираются всякие отребья, которые кроме как убивать, грабить и насиловать больше ничего не могут. К нашему несчастью, таких в СТИКСе много – они беспринципные, поэтому легко выживают. А вот те, что были в камуфляже, это нынче загадка, мы ожидали увидеть такую же шайку и с другой стороны, но они явно были не дилетанты, собственно потому мой отряд там и полёг. Блин, если б не ты, я бы тоже там лежал, да что я, дочурка моя тоже там лежала бы. Лаки, я видел, как ты своей лопаткой орудовал, и видел, что с ней стало. В нашем мире, без оружия ближнего боя никуда. Поэтому, в знак моей благодарности, я хочу подарить тебе вот это – дилер достал из-под стола лопатку в каком-то необычном чехле. – Это, Лаки, дамаск, сталь первоклассная, ручка чуть длиннее той, что у тебя была, но думаю, что тебе она понравится. Чехол тоже не простой – он магнитный, для быстрого съема самое то.
Лаки взял в руку лопатку, тигровое полотно было очень красивым, а черенок хоть и несколько длинноват, но баланс и хват были идеальны. Проверил пальцем заточку – не бритва, конечно, но тоже острая.
- Спасибо!
- Тебе спасибо, дорогой!
- Ладно, я пойду.
- А ты куда направляешься?
- Да судя по всему в соседнюю дверь. Есть охота.
- Я бы составил тебе компанию, но сейчас не могу – самому надо на ковер к Стрелку идти, давай так, я сейчас туда позвоню, и тебя накормят за мой счёт? Не спорь, это всё равно ничто по сравнению с тем, что сделал ты.
- Хорошо – Лаки и не собирался спорить, платить ему всё равно было нечем. А то, что отдал ему знахарь, он решил никому не показывать.
- Вот и славно! – Дилер поднял черную трубку, в которой угадывался известный всем военным ТА-57. Покрутил ручку. – Добрый вечер, а соедините меня, пожалуйста, с кафе, спасибо.
Лаки не стал дожидаться окончания разговора, попрощался жестом и вышел на улицу. Вечер был в самом разгаре, облака окрасились в красные цвета. Посмотрел на вторую дверь: «Кафе». Ну, что же, стоило зайти и осмотреть и его. К тому же у него действительно уже сосало под ложечкой.
Внутри был полумрак, тихо играла музыка. Половина столов была занята. Он подошёл к барной стойке, за которой стоял мужчина лет тридцати пяти.
- Я так понимаю, это про тебя мне Дилер сказал?
- Возможно, еще бы знать, что сказали, тогда бы я наверняка ответил: обо мне шла речь или нет.
- Сказал военный зайдёт, накормить его надо лучшими блюдами, и всё за его счет. Удивительно, что же ты такого сделал, что этот жмотяра так расщедрился?
- Это наше личное.
- Ясно, тогда занимай свободный стол, сейчас всё принесут.
Лаки прошёл к дальнему свободному столу – он не любил сидеть у входа, а из дальнего угла помещение прекрасно просматривалось. Положил лопатку рядом, оглядел зал, прислушался: за одним столом сидела пара мужиков и обсуждала что-то своё – не интересно, за другим еще какая-то компания из трех человек, тоже обсуждали какие-то свои похождения. Третий стол – ничего интересного, четвёртый – аналогично, а вот за пятым столом сидели трое, и обсуждали его самого:
- Да военный, говорю тебе.
- Какой-то он дрищ, для военного.
- Ну, так не все военные спецназ.
- Как думаешь, у него ствол есть?
- Если и есть, то в оружейке.
В этот момент, бармен принес Лаки тарелку какого-то наваристого супа, корзину хлеба, второе и салат. В животе заурчало. Он отвлекся от компании и принялся есть. Суп был хорош – в меру горячий, ароматный и вкусный. К столу подошёл невысокого роста щуплый мужичок из обсуждавшей его компании.
- Добрый вечер! Могу я поинтересоваться, откуда наш дорогой гость?
- Добрый, я сейчас ем, закончу, и поговорим.
- А тебя что, не учили, что когда подходит «дедушка» нужно встать?
Лаки оторвался от тарелки с супом, оценивающе осмотрел непрошеного собеседника – тот явно не представлял какой-либо угрозы, слишком хилый.
- Дедушка, шёл бы ты отсюда, а то я ведь и правда могу встать.
Мужик ударил кулаком по столу, суп расплескался.
Лаки демонстративно вытер губы салфеткой и встал. Мужик всё не унимался.
- Ты чё, салага? Совсем берега попутал? – человек подошёл в упор.
Лаки его с силой оттолкнул, так, что тот упал на мягкое место. Мужик еще больше разозлился:
- Да я тебя сейчас! – согнулся в поясе и попробовал боднуть Лаки, но разница в массе была не на его стороне. Лаки легко прижал этого странного типа к полу животом. Придавил коленом сверху:
- Ну, сам успокоишься или мне тебя успокаивать?
- Мужики, помогите, бьют! – закричал агрессор.
И действительно из-за стола встала оставшаяся парочка. Один, немногим больше этого, а вот второй, на голову выше Лаки, жилистый. А еще он заметил, что у него что-то отблескивает на кулаке, осознание пришло моментально – кастет.
Лаки быстро встал на ноги и ударил в живот лежащего на полу. Только он успел выхватить лопатку, как увидел, что в его сторону летит нога высокого. Отбил ногу вниз черенком лопатки, ударив ей по берцовой кости. Руки нападавшего закрывали лицо, но локти разошлись в стороны и Лаки машинально нанес короткий удар черенком снизу – точно в челюсть. Враг такого не ожидал, и лицо открылось полностью. Прямой удар торцом черенка в голову заставил человека сделать пару шагов назад. В это время Лаки нанес еще один удар лопаткой: полотном, плашмя сверху, послышался звон металла, и высокий распластался на полу. Третий стоял в боевой позе, но нападать не спешил. А потом он достал из-за спины нож. Лаки перехватил лопатку так, чтобы парень с ножом понял: теперь лопатка будет рубить. Никто не нападал, они просто стояли и смотрели друг на друга, как вдруг лопатка дернулась и выскочила из руки, Лаки машинально повернулся в сторону, и парень с ножом нанёс удар в живот. Вот только ножа в руке не оказалось, Лаки его оттолкнул и ударил ногой в грудь, тот осел.
- Ну и ну, первый день, а уже в драку вляпался. Лаки, я ожидал от тебя большей благоразумности – это был Звездочёт.
- Благоразумность это хорошо, но вот только не я к их столу подошёл.
- Да, я вижу. И так, кто это у нас здесь? Мелкий, Костолом, и Сизый? Мелкий, тебя ждёт сортир. Сизый, а тебя что-нибудь поинтереснее, твоя игрушка? – Звездочёт продемонстрировал нож – можешь не отвечать, знаю, что твоя. На выход, тебя там ждут.
Парень, опустив голову, пошёл в сторону выхода.
Человек с кастетом начал приходить в себя, и еще не очень понимал, что происходит, поэтому продолжил начатое:
- Слышь, я сейчас встану, а ты ляжешь, понял? Я тебя обработаю, как бог черепаху!
- О, Костолом очнулся! – Звездочёт подошёл в упор – так это твоих рук дело, понятно. Костолом, а что это за бинты у тебя на руках такие странные? Или ты на спарринг с кастетом пришёл?
Парень поднял голову.
- Звездочёт! Валил бы ты на хер! Я этого ублюдка на тот свет отправлю!
Звездочёт на подобное хамство никак не отреагировал.
- Говорил я тебе, Костолом, что нарвешься ты когда-нибудь на настоящего бойца. В общем, за твои железки, на выход.
- Да ты охренел?
- Я сказал на выход!
Костолом поднялся, жестом показал Лаки, что отрежет ему голову, и направился в сторону выхода.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге