Разная судьба попаданцев

Глава 1

- И чё мы в этих дебрях ещё долго колесить будем? А вдруг обсохнем?

- Скока надо - стока и будем. Твоё дело бублик крутить да на дорогу зырить. Горючего залили под пробку: до Урала доехать можно.

- Точно. Кончай ныть.

Во внедорожнике, резво рассекающем по лесной дороге, сидело трое. За рулём пристроился невысокий и тощий неопределённого возраста и незапоминающейся внешности, откликающийся на имя Колян или кличку Буравчик. Двое пассажиров напротив, являлись обладателями как минимум центнера мышц и костей, так что один из них с некоторым трудом размещался на переднем пассажирском сидении. Бритые до синевы черепа, толщиной в палец золотые цепи на бычьих шеях, одинаковые чёрные кожаные куртки. Кувалда и Молот, вмиру известные, как Паша и Петя - два живых воплощения лихих девяностых. Не близнецы, но действительно друзья с детства и, как говориться, до гробовой доски. Даже клички им люди дали соответствующие.

- Эт конечно не моё дело, но на кой ляд мы попёрлись в эту глухомань? Люди бают, что места здесь гиблые и нехорошие.

- А ты не ссы в штанину - мокро и воняет.

- Точно, - поддержал кореша Кувалда, - Всё равно здесь страшнее нас может быть только медведь.

- Лажа, - не унимался Буравчик, - Люди бают, что из этих лесов некоторые и не возвращаются вовсе. У фрицев здесь в войну обоз как в воду канул. Охраны там цельный взвод был. А партизанов, старики бают, тут отродясь не бывало. Куды фрицы девались - одному лешаку ведомо.

- Вот лешего этого встретим - расспросим.

- Не поминай нечистого.

- Ладно, Молот. Лучше скажи ему, а то он своим блеянием уже достал. Того и гляди обгадиться.

- На себя зырь, - окрысился водила, ловко притормаживая перед очередной колдобиной.

- Батя нас послал местному леснику приветов передать. Он, жучара, КамАЗ леса остановил, водилу и работяг на землю уложил, да и продержал под стволом, пока менты не подтянулись. Заповедник, мол, и всё такое. А барыга, КамАЗ чейный, под Батей ходит. Нехорошо получилось, не по понятиям.

- А чё, лесник в доле был, али нет?

- Видать не был. Но мы этот вопрос не вентилировали - без надобности. Сказали приветов передать - мы и везём. А ты нам за водилу посажен.

- Так ведь к лесничеству можно по другой дороге подкатить. На кой ляд мы через эти дебри попёрлись?

- Батя нам тачку с другой области подогнал. И ехать мы должны типа как оттуда - с шашлыка едем и заблудились.

- Легенда такая, чтобы лесник сразу из своего карабина шмалять не начал - мы всё же при стволах.

- А-а, понял, - оскалился Колян, - Сумерки, номера, я недавно откинулся и моей рожи он не знает. А там уж вы двое подсуетитесь. Толково придумано.

- Во-во. Так шо не ссы раньше времени. А то... Чё за хрень?

Внедорожник вырулил очередной поворот и резко затормозил, почти уткнувшись кенгурятником в стену густого, как кисель, тумана. Особенно странным было то, что этот туман образовывал почти идеальную плоскость, а не клубился, как это ему и положено природой.

- Хрень, - согласился с корешем Кувалда, глядя на это чудо с заднего сидения, - А ну, Буравчик, вруби дальний.

Однако свет мощных ламп не был в состоянии пробить нависшую над дорогой серость.

- Гиблое место, я же говорил, - заныл Колян, - Поворачивать надо.

- Я тя шас поворочу, - осадил водилу Молот, - Чё мы Бате скажем? Прости, Батя, но к леснику нас туман не пущал. Вот он повеселится.

- Так ведь фрицев...

- Ша, я сказал! Заладил тут. Гляну, что там. Кувалда, дай дробовик - с одним ТТ как-то в лесу стрёмно.

Кореш протянул Молоту семизарядный Mossberg.

- "Калаш" бы надобно, - снова заладил Колян.

- Засохни! Много ты понимаешь в стволах, - обрезал Петя, выбираясь из салона внедорожника на лесной тракт.

- Дурья твоя бошка, - решил всё же просветить водилу Паша, - Кто на шашлык с АК ездит? А этот дробовик реально рулит - мужика в броннике в натуре с ног сносит.

- Наповал?

- В броннике? Не-а. Но кости ломает и нутро трясет реально. Гля, быстро Молот обернулся. Что там?

- А-а, хрень в натуре - ответил Петя усаживаясь обратно, - Тумана пару метров, а дальше лес как лес. Двигай, Буравчик, но осторожно - дорога там вообще никакая.

- Гиблые места, - снова заныл тот, заводя двигатель, - Фрицев...

- Ещё раз их помянешь - фингал на роже нарисую. Поехали.

***

Посетители трактирщику Льоме не понравились с первого взгляда. Двое едва протиснулись в низкую дверь, были злы и явно из той породы, которая распускает кулаки по любому поводу. Натуру третьего он распознал, едва тот оказался в зале - вор. Редкая по нынешним временам в здешних местах птица. Таким господин барон безжалостно рубил правую руку при первой же поимке. Имел право и пользовался им. И прав был, хозяин местных окрестностей - воры миновали его владения десятой дорогой.

- Ризя, - окликнул трактирщик младшего сынишку, подметавшего пол, - Возьми мула и поезжай в замок. Скажи стражникам, - Льоме зацепил взглядом у одного из здоровяков знакомый предмет, - Скажи, что пожаловали трое. С громовым оружием. Один - вор. Опасаюсь я. Поспеши, сынок.

Пухлый Ризя живо определил веник в угол и шустрым колобком выкатился из таверны. Льоме вздохнул и поспешил к давешним посетителям. Ошибся он или нет - будущее покажет. А долг трактирщика посетителям предложить покушать. На том и стоим.

***

- Ну и дыра, - выдал Молот, усевшись на лавку, - Ты куда нас привёз, мудила?

- Я же говорил - карта врёт. А ты - хрен с ней. Вот те и нате.

- Чурка, что ли, - Кувалда уставился на приближающего мужика в неожиданно чистом переднике, - Гля, Молот, чурки точку в этой глуше открыли, а Батя и не в курсах. Триндец.

- Разрулим. Только чуток погодя. Жрать охота, - Петя шумно втянул носом насыщенный запахами воздух, - Готовят, по ходу, тут толково.

С общением неожиданно возникли проблемы. Хозяин шалмана напрочь отказался понимать русский, шустро лепетал какую-то тарабарщину, дополняя речь улыбками и широкими жестами. Но Буравчик вдруг блеснул познаниями иностранных языков, и затребовал "essen buter and schwein and - скотина узкоглазая - bier", после чего показал хозяину три пальца. К удивлению братков экспромт Коляна сработал - чурка в переднике закивал головой, словно китайский болванчик, сверкнул улыбкой на все тридцать два зуба и умчался туда, где, судя по идущим запахам, располагалась кухня.

- Полиглот хренов, - одобрительно похлопал Буравчика по спине Кувалда, - Ты где наблатыкался?

- Мы, хоть университетов и не кончали, но тоже кое-чего могём.

- А вот я не въезжаю - мы где? Ты на какой фене с чуркой ботал?

- Так немецкий в школе был, вот я и вспомнил фрицев пропавших.

- Если вот это Европа, - Молот обвел рукой забегаловку, - то я - Гагарин.

Хозяин выкатился из кухни с деревянным подносом, на котором стояли три оловянных кружки примерно полтора литра каждая. Там же на глиняной тарелке лежала горка поджаренных колбасок.

- Хрена себе, - выдавил Кувалда, когда всё это оказалось на столе.

- Ща подойду, - встал через минуту Колян, приглядевшись к общению шустрого хозяина с четвёркой жилистых мужиков в противоположном углу.

- Куда? - удивился Молот.

- Решать проблему нашей платежеспособности. По ходу, денежные знаки казначейства Российской Федерации здесь не в ходу.

- У меня баксы есть.

- Президенты тоже не ходят, - и Колян шустро упорхнул в галдящий угол.

- Вообще-то надо поглядеть, кто и кому платить должен. Кто тут крыша?

- Спокуха, Петя - пусть порулит пока, а мы поглядим. Пиво то вещь - "Балтика" и близко не пробегала.

***

Будущее показало, что Льоме в своих предположениях не ошибся. Щуплый проходимец успел потереться возле возвращающихся с ярмарки фермеров, на мигах и жестах предлагая им сторговать нож. Хорошую вещь, кстати, - один из мужиков польстился и таки дал воришке за клинок золотой и три серебренника. Тот попробовал поторговаться, но быстро понял, что цена справедливая. На том и порешили. Но едва Льоме подал на стол странным посетителям поросёнка, как фермеры снова ввалились в трактир. И на этот раз они явно не были настроены покушать или выпить пива. Однако самостоятельно восстановить справедливость и обличить щуплого в воровстве у них не получилось. Спутники вора быстро разбросали далеко не слабых мужиков по углах и уже отыскали взглядами притаившегося у стены Льоме, когда их везение закончилось. За окном зафыркали лошади, и в дверь трактира ввалились трое стражников в кольчугах и громовым оружием в руках. Громилы сразу сообразили, что их дело труба и подняли руки.

***

- Что за хрень? - уже в который раз выдавил из себя Молот, уставившись на знакомый с детства по фильмах о войне угловатый МП в руках у сурового усатого мужика в кольчуге с мечём в ножнах на поясе.

- Триндец, - добавил Кувалда, когда хозяин шалмана ловко вытащил у них из-за поясов ТТ и передал одному из этих необычных представителей местной власти.

Всё это время стволы МП глядели браткам прямо в пузо, а по выражению усатых лиц оба сообразили, что чурка в качестве заложника будет очень плохой идеей. Спустя пару минут всех троих нарушителей порядка уже ловко забили в деревянные колодки, а на столе лежали улики совершённого преступления - два срезанных у избитых мужиков кошеля с позвякивающими монетами внутри.

- Я же говорил - фрицы. А ты - заткнись, фингал нарисую, - хныкал Буравчик, когда их выталкивали в дверь.

Один из избитых мужиков так и не пришёл в себя, несмотря на вылитые на него два ведра ледяной воды.

Стало понятно - предстоит встреча с местной фемидой.

***

- Русишь швайне, - поскрипел седой старик, восседающий на резном деревянном троне, - Не обижайся Ифан.

Старик был дряхл телом, так что его со всех сторон обложили подушками, но глаза глядели зорко и цепко. Стоящему рядом с троном мужику было примерно полтинник, но только седина и борода выдавали его возраст. Крепок был мужик, хотя и не дотягивал до забитых в колодки братков.

- Чего уж там, господин барон. Швайне она швайне и есть, хоть и русская. Ну что, урка, наверное, адвоката желаешь?

Колян, сквозь прорехи порванной рубашки которого светилась синева блатных портаков, жалобно шмыгнул носом.

- Бес попутал, начальник. Как здесь оказались, так и в непонятке. Я и слетел с котушек. А так я в завязке - как раз откинулся. А адвоката можно?

- Бес говоришь, - огладил бороду мужик, - Ты нечистого сюда не припутывай - с него пусть священники спрашивают. Сам кошели срезал - самому и отвечать. А местного адвоката я не советую - потопнешь.

- Как так?

- А так - свяжут тебя и в пруд. Выплывешь - знать нет вины за тобой, а потопнешь - свершилось правосудие. Только на моей памяти ещё ни один не выплывал. Не было прецедента, так сказать.

- И чего?

- Во-ор? - спросил старик у мужика.

- Самый что ни на есть ворюга, господин барон. Клейма ставить негде - сплошь синий под рубахой.

- Убийца?

- Стражники говорят, что нет - не участвовал в драке, и к убийству причастен лишь косвенно: его воровство стало причиной драки. Что прикажете, господин барон?

- Рас форостфо докасано - отрупить руку.

- А жить то я как буду?! - завопил Колян от такой перспективы.

- Как бог даст. Язык учи да милостыню проси, - и, перейдя на местный язык, Иван приказал страже, - Уведите вора в подземелье. Завтра прилюдно огласить приговор и отрубить ему правую руку.

Орущего благим матом Коляна тут же уволокли прочь.

- Ну а с вами, душегубы, и говорить не о чем. Но порядок есть порядок. Каков приговор, господин барон?

- Ordnung ist ordnung, - проскрипел старик, и добавил, - Убийц пофесить.

- Как прикажете, господин барон.

- Чё за беспредел? Мы под Владимирским ходим! Ну не рассчитали малость - помер мужик. Давай нам по червонцу или пятнашке, как УК пишет. За беспредел ответите!

- Я ни о каком Владимирском слыхом не слыхивал. Так что о чём ты лопочешь - не понимаю.

- Главный наш - Владимирский. Люди кличут Батей.

- Главарь, значит. Ну, растолкую я вам напоследок, что здесь да как. Можно, господин барон?

- Дафай Ифан, просфети убийц.

- Вот это,- мужик указал на старика, - Барон фон Хобербах. Настоящий барон. Он и там бароном был, и здесь свой титул сохранил. Он здесь с войны - лейтенантом охраной обоза командовал. Так всем обозом здесь и оказались. Все его товарищи уже померли давно, так что кроме сыновей и внуков я тут самый близкий ему человек. Правая рука. В семьдесят шестом на охоте заблудился, а вышел здесь.

- В тумане?

- В тумане. Попали вы, душегубы в другой мир, и как раз в землях барона преступление совершили. А здесь закон прост и справедлив: нарушил - отвечай согласно тяжести преступления. Так что за убийство ждёт вас петля на шею. Помочь вам не могу, да и желания такого не имею. Виселица во дворе уже ожидает, - мужик снова перешёл на местный, - Барон приказал повесить убийц. Пусть палач поторопиться, - и он снова перешёл на русский, - Как говориться: добро пожаловать и прощайте. А меня дела семейные ждут. Да и с вещами вашими разобраться надобно.