Рассказы под Лунами Сильваны

Богиня Марса и дочь тысячи джеддаков

Прекрасная женщина восседала на большом резном троне чёрного дерева. Её кожа была абсолютно чёрная и напоминала гладкую поверхность отполированного обсидиана. Платиновые волосы ниспадали по божественным плечам. Они закручивались в локоны и вились, сбегая по сильным нежным рукам, и переплетаясь с выступающими из спинки трона резными ящерицами.

Трон стоял на платформе, тремя сторонами касавшейся стен огромного зала, а оставшейся обрывавшейся крутой лестницей к узорчатому полу. Узоры складывались в карту Марса с его давно высохшими морями, каналами и городами, и изображениями каких-то многоногих животных, колонн и людей по краям карты. Потолком служил высокий купол. Через открытое окно в нём можно было видеть противоположную сторону гигантской пещеры внутри Фобоса - ближайшего спутника Марса. Там виднелось озеро с блестящей полоской реки. Лес, поляны и строения с такого расстояния сливались в одно пёстрое покрывало ярких красных, оранжевых и жёлтых тонов. Сразу за озером располагалось отверстие вовне Фобоса, переходившее в кратер Лимток. В отверстие можно было видеть часть поверхности красной планеты с голубой дымкой атмосферы.

Посреди зала в воздухе висел стереоэкран. Он, как будто, открывал окно в освещённое неярким бледноватым светом помещение, обставленное с той же изысканной роскошью, что и обстановка по эту сторону. Чернокожий собеседник, явно принадлежал к той же расе, что и девушка на троне.

- Моя богиня! - воскликнул мужчина. - Уже полстолетия1, как твой народ на островах подземного моря Омин2 не пиратствует на просторах Барсума3! Воины утрачивают боевые навыки. Боясь раскрыть свою причастность к остальным городам перворождённых, мы практически прекратили обмениваться с ними людьми, как было вначале. Гелиум требует увеличить торговлю с другими государствами. Это приведёт к культурному обмену, что негативным образом скажется на поклонении Вам, моя божественная Исса!

- Мой преданный датор, - отвечала Исса со своего великолепного трона. - Я уже давно планирую закрыть Омен и вернуть ему былую славу перворождённых. Продолжай и дальше вынужденно "дружить" с Джоном Картером. Изменение же статуса Омена предоставь мне.

- Я мог бы заманить его в ловушку, пользуясь нашей с ним дружбой. Мне ненавистна сама мысль, что он смеет думать и думает каждый день, что убил богиню!

- О, да! Это была великолепная идея - снабдить мою наместницу возможностью, чтобы к ней обращались как ко мне. Землянин и впрямь решил, что перворождённые поклонялись старушке. Это несколько забавно, так что не бери близко к сердцу.

- А в ловушке нет необходимости, - продолжала она. - Джон Картер - только мой!

- Я повинуюсь воле богини вечной жизни!

- Так держать, Ксодар! - шутливо сверкнула белоснежной улыбкой Исса.

Датор перворождённых, правивший подземным морем, отсалютовал своему живому божеству и пропал вместе со стереоэкраном.

- У нас ещё на сегодня есть новости? - лениво задала вопрос богиня вечной жизни незаметному высохшему старичку, казалось слившемуся со стеной во время разговора.

- Что вы, повелительница над жизнью и смертью! Новая автоматическая станция землян, направлявшаяся к нам, перехвачена и заведена в Турию4. Наши ЭВМ5 перехватили и взяли на себя её связь ещё в полёте и теперь исправно отправляют снимки и видео несуществующей безжизненной планеты на Джасум6, - затараторил он. - Точно так же, как и для остальных зондов и марсоходов, прилетевших к нам!

- Надеюсь, что неожиданностей с этим не будет. Я ещё не забыла провал эвээмщиков, когда они отправили на Джасум фотографии моей планеты без каналов7.

- Не сомневайтесь, владычица вечной жизни! Но всё ведь получилось неплохо - люди немедленно придумали, что их зрение видит ломаные линии, там где много пятен!

- Даже не знаю - радоваться этому или удивляться. Можно ведь взять фотографию Барсума, положить её в компьютер, как жители Джасума называют свои ЭВМ, и установить, что линии им не мерещатся.

- Но за все эти годы они до этого не додумались, о богиня! - нараспев произнёс старичёк.

- Ладно-ладно, - остановила красноречие своего управляющего Исса. - Тогда я отправляюсь обратно в Гелиум.

Она величественно сошла с пьедестала и прошла в соседнее помещение, где белокожая и краснокожая рабыни обдали её быстро впитывающейся в кожу красной краской, а волосы - чёрной. Перевоплощение, после которого Исса перестала отличаться от представительницы красной расы, заняло пару минут.

Ещё через минуту красный флаер стартовал с внутреннего дворика дворца, уверенно направившись прямо к отверстию выхода из пещеры, занимавшей практически все внутренности Фобоса. При приближении к нему воздушный корабль накрыл свою палубу прозрачным складывающимся колпаком, включил режим невидимости и вылетел в космос. Фобос с его кратерами остался позади, а небесный странник стал падать на распростёршуюся под ним планету.

Оказавшись недалеко от поверхности Марса, мало отличавшийся от марсианских патрульных катеров, флаер выпустил из себя одноместный бот. Сидящая на нём прекрасная женщина повела свой кораблик к башням дворца на краю двойного города, видневшегося на горизонте.

Под ботом простиралась поросшая рыжим лишайником жившая своей безыскусной жизнью пустыня. Справа и слева к городу приближались марсианские каналы - широкие полосы искусственно орошаемой возделанной земли. Вскоре стали видны причальные мачты, к которым были пришвартованы крупные суда.

На площадке, находившейся на крыше цели полёта, ей отсалютовал офицер дворцовой стражи со знаками различия гвардейца Тардоса Морса - джеддака8 Гелиума.

Ответив офицеру, женщина спустилась по пологому спуску, заменявшему на Марсе лестницы, и прошла по дорожке, бежавшей через высокие сводчатые помещения, к обеденной зале, где рабы накрывали хозяевам ужин.

За столом уже сидели: Тара - дочь Джона Картера и Деи Торис; её муж Гахан - они недавно прибыли из далёкого Гатола. Только подошедшие Карторис с Тувией обменивались с сидящими впечатлениями от прогулки на тотах9, коими они воспользовались, чтобы попасть на ужин вместо воздушного корабля. Тувия обладала настолько мощным телепатическим даром, что могла подчинить даже свирепых бэнсов10. Джеддак зелёных марсиан Тарс Таркас мило беседовал с джедом столицы Морсом Каяком, сжимая в средней правой руке шестигранный кубок.

Из соседнего коридора выскочил калот11.

- Моя несравненная Дея Торис! - воскликнул появившийся вслед за своим псом Джон Картер. Принц Гелиума подошёл к своей жене, обнял её, и они поцеловались под ликующие одобрительные возгласы присутствующих.

"Да, идея заменить яйцо, ещё не вылупившейся дочери Морса Каяка, на яйцо моего клона, только с модифицированным геном, отвечающим за цвет кожи, а как только он подрос, заменить его собой, была превосходна! Я получила ни с чем несравненное наслаждение от любви моего "отца" Морса Каяка и "деда" Тардоса Морса. А как только стало скучно - перенесла на Барсум Джона Картера. Наивно думать, что по прошествии всего нескольких дней он случайно встретил самую прекрасную девушку планеты. Впрочем, он до сих пор думает, что переносится между мирами по велению своего разума. Наивность моего милого виргинца впечатляет. Наверно именно её так обожают в нём женщины. Он даже не удивился тому, что у нас с ним получились дети. Чего стоило моим генным инженерам скрестить твои инопланетные гены с моими", - думала Исса, утопая в объятьях своего ничего не подозревающего мужа.

1 50 марсианских лет равняются ста земным

2 Омин - море в огромной пещере под южным полюсом Марса

3 Барсум - местное название Марса

4 Турия - местное название Фобоса

5 ЭВМ - электронно-вычислительная машина

6 Джасум - Земля

7 астрономы в телескоп с Земли наблюдают марсианские каналы и фотографируют их. Первая автоматическая станция, добравшаяся до Марса, Маринер-4 14 июля 1965 года передала на Землю фотографии красной планеты с близкого расстояния без каналов

8 джеддак - император

9 тот - верховое животное размером со слона с восемью лапами

10 бэнс - марсианский двенадцатилапый лев

11 калот - марсианский десятиногий пёс с мордой лягушки

Жестокие будни принцесс

Написано в соавторстве с Ириной Бондаренко.

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

- Жили были старик со старухой у самого синего моря. Старик ловил неводом рыбу, старуха пряла свою пряжу, - решила завести разговор совесть.

- А пряжа была не простая - ниточка каждая - судьба человеческая. И невод был непростой - ловил он только золотую рыбку. А вечером садились старик со старухой - смотрели на ниточки и дёргали их. И золотыми рыбками закусывали - жаренными, - глубокомысленно закончило желание.

- Бабка что ли ведьма? судьбы плела людям? И дед тоже???

- Бабка мойрой была, а деда, чтобы нескучно жилось прихватила. Из кота в деда превратила.

Жестокие будни принцесс

Жила была принцесса - прекрасная-прекрасная. Женихи просто стаями ходили - выйти из палат не давали, так как ступить было от женихов некуда.

Загрустила принцесса - так как гулять любила очень. А тут - не выйти на улицу уже пол года. Прям с принцессиного совершеннолетия.

А совершеннолетие в той стране наступало в 12 лет.

И вот принцесса вышла в коридор, ведущий из её покоев, встала на табуреточку, принесённую служанками и взмахнула ручкой, чтобы унять гомон женихов.

- Я отдам предпочтение тому, кто принесёт мне сапожки из кожи дракона! - объявила принцесса. Она знала, что рядом в горах жил дракон: огромное летающее бронированное и испепеляющее чудовище, любящее перекусить забредшими на огонёк полчищами рыцарей.

Принцесса добилась своего - стала гулять в саду как и раньше, а женихи перевелись - кто в другие земли сразу подался, а кого и съели.

Только опять беда - архиепископ заявил, что раз принцессу никто не берёт в жёны, то значит её в монастырь сдать надо. А защитить принцессу было некому - отец в походах не первый год пропадает, мать вообще сбежала и подалась в пираты.

Так что архиепископ и решил своего племянника на трон возвести, единственную наследницу в монастыре заперев.

- Сам себя не выручишь - никто не выручит, - сказала принцесса своему отражению в зеркале.

Переоделась она в лосины, блузу подпоясала широким поясом с ножнами кинжала, который по размерам вполне мог сойти за короткий меч гладиус. Застегнула тёмный плащ несколькими золотыми цепочками, ловко накинула берет с пером райской птицы и выскользнула в ночь дворцового парка.

Охрана была отвлечена от конюшен радостно тиская отправленных ради этого дела фрейлин. А статс-фрейлина уже выводила для принцессы коня.

Принцесса без особых приключений преодолела выезд в город, проскакала по ночным улицам, случайно задавив разлёгшегося на дороге любителя горилки (ночь была безлунная, а фонарей в городе не зажигали). И безбоязненно направилась в трактир "Логово тролля".

В освещённом факелами зале сидела разношерстная толпа - громилы в татуировках с портретами вождей заливали в луженые глотки пиво, по углам кучковались подозрительные личности.

Принцесса надвинула поглубже капюшон и шагнула в зал, думая сойти за кобольда или представителя другой мелкой расы. Она захотела нанять киллера для многоуважаемого архиепископа.

(***

- Добрая девочка, - думала втихаря совесть принцессы, - она б еще дракона в соратники взяла.

- Жизнь у принцесс такая. Это в сказках только они миленькие девочки, - вторило ей желание, - на дракона золота не напасёшься, так что придётся ограничится киллером. Что сейчас случится с принцессой в трактире, как думаешь?

- Что с ней может случиться, если она в мужском костюме....ну напьётся пива вместе со всеми. Придётся, да!

- Какое пиво??? она же ещё маленькая!!!

- Ну а как она докажет, что она не принцесса?

- А зачем? ей надо к содержателю притона сего пройти - он ей и посоветует кого-то - за определённое вознаграждение, конечно.

- Хм.......................... Чтобы ее саму куда-нибудь утащили??

- Ни-фи-га - при ней задаток только - жалкие 10 золотых. Вот чтобы платиновый рубль заработать - придётся потрудится.

***)

Оставив за собой трупы верзил, пытавшихся угостить её пивом - а нечего приставать к маленьким девочкам, которые боятся этих отъявленных головорезов, так и сказала принцесса ждущему заказчика котооборотню.

Потому что маленькие девочки ходят в такие криминальные заведения ооочень хорошо вооружёнными - например, газовыми баллончиками, разбрызгивающими во все стороны сильный яд.

(***

- Маленькие девочки туда вообще не ходят.

- Вот и верзилы так думали.

***)

Принцесса с чувством выполненного долга поскакала обратно.

Но на обратном пути она заскочила в ещё одно место, чтобы купить яда огнённых жуков для плана Б. Ну и противозачаточное для несчастных фрейлин.

(***

- А вот это уже явно поздно, - вставила свои пять копеек совесть.

- Оно у них закончилось этой ночью - просто запасы пополнить надо было, - сообщило желание.

***)

Как и предвидела принцесса, нанятый ею убийца с треском провалился.

Пришлось подарить архиепископу на день именин новую усыпанную драгоценными камнями тиару.

Архиепископ был не дурак и ещё с неделю проверял её на наличие ядов. Ничего не найдя он всё же соблазнился подарком.

Яд огнённых жуков был в эмали тиары, но на слуг архиепископа, которые её примеряли, яд не подействовал, так как действовал только при ярком солнечном свете, а в покоях архиепископа было всегда пасмурно.

Когда архиепископ вышел на площадь, чтобы толкнуть речь перед народом тиара ярко вспыхнула. И хотя тиару с архиепископа сорвали яд проник в кожу и мозг священнослужителя выгорел до тла.

Так принцесса спаслась.

(***

- Ладно - давай любовную сцену мутить, - проснулось желание, а то во всех романах она есть, а у нас - нет.

- Ты хочешь педофила подключить????

- А фрейлин тебе не жалко было? Их же подбирают ровесницами принцессе.

- Нуууу я забыла, что она у тебя ребенок. Извини.

- Как ты себе педофила представляешь?

***)

Но один педофил действительно попробовал:

- Ой, девочка! Давай я тебе конфетку дам! - посол Соединёноштатии с маслянистыми глазками, глубоко посаженными в жиру из-за чрезмерной любви к гамбургерам, приближался к принцессе.

"Но он не знал, что принцесса знает приемы каратэ. Только из-за жира послу было по барабану чем его лупасят", - обдумала принцесса вариант с восточными единоборствами.

- Конечно, дяденька! - обрадовалась принцесса, - только давайте сначала Тузика покормим - он голооодненький. И повела обнадёженного посла в клетку с крокодилами.

Крокодилы долго плакали вспоминая очень вкусный завтрак со вкусом гамбургеров.

- Ты у нас кормилец, - говорила жена Тузику, - и дальше с принцессой дружи!

Потом в королевство приехала посольская делегация эльфов.

Сановники заволновались - как встречать? Раньше эльфы из Дремучего леса не баловали человеческие королевства визитами.

Позвали принцессу - так как никого более достойного по происхождению, чтобы принять дорогих гостей в королевстве на то время не было.

Эльфы оказались маленькими мальчиками и девочками.

- А что? - ответил глава делегации на нескромный вопрос премьер-министра. - Мы растём в 10 раз медленнее чем вы первые 100 лет, а потом в 100 раз медленнее. Так что нам тут в основном по 300.

Принцесса расположилась встречать делегацию на золотом троне с мягкими вставками из львиной шкуры. Она была одета в эксклюзивное платье от вампирского модельера Жордена. Всё платье состояло из переплетения бус, верёвочек и тоненьких цепочек. При движении они то соскальзывали обнажая идеальную кожу, то обтекали волнами соблазнительные формы. Даже эльфы оценили это великолепие...

(***

- Какие там формы в 12 лет? - усомнилась совесть.

- Ну, какие? Принцесса старается - грудь колесом, ножку отставила, носочек тянет, - рассмотрело желание.

- Ей еще в куклы играть! - возражала совесть.

- Да какие куклы? С послами - интересней! - не сдавало позиций желание.

- Особенно если они игрушки привезли!

***)

Послы начали с вручения подарков. Каких, кстати? Украшения, золото, бриллианты - ах, если бы! - подарили несколько корзин лесных орхидей.

(***

- Продолжим после обеда, - предложило желание.

- ПИЯТНОГО, - пожелала совесть.

- Спасибо.

- ПРИЯТНОГО!

- Нет - я только поем.

- Ну. На будущее.

- У меня не такая насыщенная жизнь как у принцессы.

***)

В общем, принцесса от цветов опешила - она то на золото да брюлики рассчитывала. Потом приказала втихаря камер-фрейлине корзины с цветами отправить на рынок - авось что-то с них и можно будет выручить. Но потом передумала и велела украсить ими залу для бала.

На балу принцесса познакомилась с принцем эльфов Алесссандросергеипушкиниэлем.

Как только они уединились на террасе дворца от посторонних взглядов, эльфийский принц вздумал ей стихи читать и звёзды показывать. А принцесса ему и говорит:

- Мальчик, ты про свои лукоморья да дубы с золотыми цепями и котом будешь на литературном кружке рассказывать. А у нас времени совсем мало, - провела по всей длине своего наряда и тот спал к её ногам. Больше ничего, кроме короны и хрустальных туфелек, на принцессе не оказалось.

Принц посмотрел и подумал:

- Не рановато ли?? Принцессе ещё даже трёхсот не исполнилось!

Делегация улепётывала в свой лес - только пятки сверкали.

Не выдержала душа поэта такого надругательства над романтикой. Заперся и сочинил Евгениэля Онегиниэля.

***

Премьер-министр бежал по дворцовому парку не обращая внимания на свой возраст и важность. Запыхавшись он взлетел по мраморным ступенькам в беседку на берегу реки в которой принцесса прикармливала из рук нового архиепископа орешками.

(***

- Принцесса-извращенка, - прокомментировала совесть.

- Ей просто в монастырь не хочется, да и денег на такие дорогостоящие яды не напасёшься.

***)

- Ваше высочество! - возопил премьер. - Эльфы объявили нам войну! Спасите своих подданных! Мы не выстоим! Армия вся с вашим батенькой в походах. Гарнизона и того в городах кот наплакал!

- Прекратите панику. - принцесса величественно махнула ручкой.

- Как меня замуж выдавать, так тут даже без моего ведома, а как воевать, так меня в первую линию! Прекрасно! Значит так - я объявляю военное положение и беру всю власть в свои руки! - заявила принцесса. - Собрать штаб в зале Войн. А я пока пойду - доспехи примерю!

На военный совет в зал Войн собрались: командир гарнизона, капитан гвардии, охранявшей принцессу, старый герцог-генерал и министры.

Принцесса примеряла доспехи, которые заказала совсем недавно для бала-маскарада, но по её прихоти они были самые настоящие, выкованные самым лучшим кузнецом ближайших трёх королевств, а не бутафорские.

Фрейлинам так же заказали доспехи для бала и как раз вовремя.

Конечно, доспехи были украшены золотом и платиной, сапфирами и рубинами - камнями необходимыми полководцу, если верить астрологам, а шлём заканчивался шикарным алым плюмажем в половину роста принцессы.

Закончив наряжаться принцесса в сопровождении так же переодевшихся фрейлин отправилась на заседание военного совета.

- Министр тайной стражи! - позвала принцесса входя в зал увешанный портретами полководцев и картинами былых сражений. - Дайте вводную: какая численность и состав войск врага, как далеко они находятся, какова местность между нами.

Министр тайной стражи - сухопарый старичёк служивший ещё деду принцессы держал в своих руках как разведку, так и контрразведку королевства.

- Ваше Высочество, - обратился он к принцессе, - эльфы лучшие в мире лучники, но сражаться врукопашную они не будут, поэтому пехоту составляют гномы, а кавалерия противника - всадники на грифонах.

- И они уже в трёх днях пути от столицы! - перебил докладчика толстенький министр финансов.

- А из-за чего собственно объявили они нам войну? - вопросила принцесса.

- Гм, они говорят, что вы оскорбили их идеалы, когда остались наедине с принцем!

"Я это тебе припомню, Сашка!" - подумала принцесса. - "Я тут ему понимаешь всё на блюдечке, а он!"

А вслух сказала:

- Нам нужна армия способная противостоять захватчикам. Однако такой взять негде - с фалангой гномов ещё можно как-то справится ввиду её неповоротливости, но вот с лучниками и грифонами здорово не повоюешь.

Так что принцесса приказала собрать какие удастся войска и выехала со своей армией навстречу эльфам и гномам.

Когда гномий хирд ринулся на человеческое ополчение те, по хитроумному плану принцессы, выкатили бочёнки с пивом.

- Да тут халявное пиво!!! - заорал гном разрубивший одну из бочек обоюдоострым топором.

Гномы оставили построение и рванули к халяве.

- Что вы делаете, балбесы!!! - орал предводитель гномов. - Мне что, возвращать задаток этим остроухим?!! А ну, ***!!! ***!!! *****!!! - только его никто уже никто не слушал - страшное дело эта халява.

(***

- Халява только в мышеловке и то для второй мыши, - прокомментировала совесть.

***)

Оставались отряды эльфов по бокам от гномьего хирда и лучники на грифонах уже круживших в воздухе.

Далее по плану принцессы её войска подожгли мокрое сено на предварительно взятых повозках. Белый дым укрыл их непроницаемой пеленой и эльфийские лучники уже не видели по кому стрелять. А потом повозки двинулись вперёд!

Запыхавшиеся эльфы остановились только в ближайшем лесу.

Грифонья авиация так же решила, что ей одной тут делать нечего и не спеша отступила с поля брани, на котором продолжал браниться предводитель гномов.

На следующий день принцесса подписала с гномами, разбежавшимися по кустикам после такого обилия пива, и эльфами, готовыми подписывать всё что угодно по пять раз на день, так как провели бессонную ночь в несвежем белье и без своих пуховых спальников на деревьях, пакт о мире.

Захваченный обоз эльфов со свежим бельём она им вернула.

И с победой на белом коне въехала в свою столицу.

Тени забытых предков

Я расправила камзол. Жаль в зеркало не посмотреться. В заброшенной церквушке на краю деревни его просто не было. Да и как сказать - край. Далеко за краем. Было слышно, как невдалеке бьётся прибой. Рядом - Каховское водохранилище. Небольшой луг за стеной церквушки обрывался сточенным волнами обрывом. Ракушки мелового периода смотрели со стены на каменистый пляж. А с другой стороны здания - кладбище, за оградой которого начинаются поля.

На дворе послышался стук несмазанного двигателя, шуршание песка под колёсами легковушки. Машина посветила фарами в окно и остановилась перед входом. Хлопнула дверца.

Кто мог явиться сюда ночью под утро? Все деревенские знают, что тут водится чертовщина, и не поедут.

Дверь распахнулась, и вошёл детина с бородой лопатой, выразительными чертами лица, кустистыми бровями и довольно пухленький. Но бицепсы выдавали в нём силача. Только одет он был в джинсы и свитер, а для полного антуража не хватало рясы. Мужчина осмотрелся и, увидев меня, улыбнулся и спросил густым басом:

- Девочка, что ты тут делаешь?

Ну, мог бы и что-то оригинальное завернуть.

- Живу я здесь. А вы надолго пожаловали?

- Хм. Я - отец Пётр. Меня направили сюда служить.

Священник прошёлся по церквушке, заглядывая во все щели.

- Смотрю, убрано тут - чисто. Окна, где и выбиты, но картонкой забраны. Вот только, что тут гроб делает? - гроб и правда стоял посреди помещения.

- Сплю я в нём.

- Что ж, ничего поудобнее не нашлось? Да ты не бойся, дочка - вместе жить будем. Только не в церкви. Тут же должен быть дом, какой для священнослужителей.

Священник чем-то подкупал. Может своей простотой в разговоре. А была не была, вместе как-то веселее.

- У церкви есть пристройка, вполне возможно, что её использовали для персонала.

- А говоришь ты совсем не по-деревенски. Здешние на суржике, в основном, изъясняются.

- Я учусь хорошо. А вы сами-то откуда?

- А меня сюда аж из Чернигова направили, - отец Пётр помрачнел. - В РПЦ сейчас то же происходит, что и в государстве - все урвать кусок побольше норовят. Стал я им там поперёк горла - вот и услали. Но служить людям и тут можно. На всё воля Божья!

В твоём случае - воля церковных сановников, чуть не брякнула я. Затем предложила заняться подготовкой помещений. Священник перетащил мой гроб в подсобку. Я за это время сбегала на кладбище и раздобыла сырники и варёные яйца с хлебом - подношение усопшим. Вот только к яйцам не оставили соли, а к сырникам - сметаны. Вот, люди, вы как думаете, ваши почившие родственники свои вкусовые пристрастия после смерти изменяют? Впрочем, соль у батюшки Петра нашлась. В миру он был известен, как Алексей, о чём мне поведал, уминая яйца с сырниками, подогретыми на электрической плитке, подключённой к аккумулятору автомобиля.

- А ты почему ничего не ешь, девочка? Вон, какая худенькая вся! - и где он девочку увидел? Выгляжу я на 16-ть.

- Зовите меня Бояна. Я на особой диете - мне сельский врач прописал. Так что я буду отдельно питаться.

Батюшка Пётр покачал головой, так что лопатая борода заходила из стороны в сторону.

- Негоже людей обманывать - я ведь твои зубки хорошо вижу - до конца не скрываются они у тебя. Но я объездил все сёла в округе - нигде на упырей не жалуются.

- Я собак да ворон кровь пью. И то - не насмерть.

- И как тебя так угораздило, девонька? Упырь, небось, укусил?

Посмотрела я на него, и захотелось душу излить - давно ни с кем не разговаривала. А тут - приятный такой слушатель.

- Как там - в Чернигове? - спросила.

- Да стоит Чернигов-град. Стоит. Люди так же в парке Детинца, да на Валу гуляют. Детишек в этом году много родилось - с колясочками ездят, - священник пристально глядел мне в глаза, может хотел увидеть сожаление по оставленной смертной жизни. - Достраивают город, правда. Улицы расширяют. На пустыре за Детинцем начали строить гостиницу, да посадили владельцев - так она недостроенной и осталась. У магазина Дружбы на аллее сейчас стеклянные пирамидки поставили, над подземным магазином, деревья выкорчевав. Так что уменьшаются зелёные насаждения, помалу.

Батюшка замолчал, не желая ставить меня в неловкое положение расспросами. Очень тактично. Ну что ж:

- Я - черниговская княжна. В те времена - конце десятого века князь Владимир решил ввести на Руси христианство. А вводилось оно - огнём и мечём. Из Киева прибыла дружина, чтобы проследить за уничтожением идолов. А кто отдаст своих богов без боя? Я помню ту ночь, как сейчас: горели языческие святилища. Люди вышли с мечами на улицы. Отец велел закрыть меня в палатах, но я связала простыни и спустилась из окна терема, а затем - стены цитадели. Когда я добежала до Болдиной горы, на её вершине уже рубили вырезанного из дуба Перуна. Лестница на гору была усеяна телами киевлян и моих соплеменников. У подножья ещё сражались. Я схватила чей-то меч и бросилась на ненавистных дружинников. Нам удалось окружить и перебить их. Пока с горы не подоспело подкрепление. Меня ранили в живот. Я лежала пару минут в беспамятстве. Когда очнулась - рядом никого уже не было. Из раны хлестала чёрная кровь, я поняла, что пробита печень. Такие раны смертельны. У меня оставалось ещё несколько минут. Зажимая рану, я встала в полный рост и взмолилась Треглаву: Перуну, Святовиту и Сварогу. "Дайте мне силу, чтобы карать негодяев вечно - правителей, ради ничтожной выгоды топчущих веру своих подданных. И бояр, которые видят только свою выгоду, которые давно уже отреклись от своего народа, и открывших неприступные ворота приспешникам проклятого князя!" Но они молчали. И тогда я обратилась к Велесу: "Хозяин Нави! Вспомни, что ты - покровитель моего рода! Неужели и ты отвернёшься от своей дочери в такую минуту?!". С безоблачного неба ударила молния прямо мне в грудь. И я стала той, кто сейчас стоит перед тобой. Я обратилась в чёрного волка и с удвоенной энергией набросилась на предателей веры предков.

- Под утро я вернулась в Детинец. Стража разбегалась при виде меня. Мой сарафан был пробит в сотнях мест - там, где в волчью шкуру впивались жала стрел. Князь, увидев меня, побледнел, как полотно. "Доча", - произнёс только он. "Что, отсиделся в палатах, отдал вероотступникам своих людей и богов? Знаешь - я люблю тебя, отец. И негоже детям судить своих родителей. Но бывает, что это сделать больше просто некому."

- Последнему князю Чёрного града насыпали огромный курган. Я подожгла погребальный костёр на его вершине и долго стояла, глядя на языки пламени, лизавшие черты самого дорогого для меня человека.

- Я отомстила Владимиру только через двадцать шесть лет. Ему служили колдуны, способные защитить его от меня. Смешно - он так и не поверил в христианского бога. Он просто перебил столько людей ради небольшой политической выгоды, ради желанного договора с Византией, скреплённого браком. От моего укуса он занемог и умер.

- Я исколесила всю Русь. Но побороть христианство уже не смогла. Слава моя была столь ужасна, что из летописей изъяли все упоминания о языческом периоде моего родного города и династии. А мой род закончился со смертью отца - у меня не было ни братьев, ни сестёр.

- На протяжении тысячелетия я боролась за родных русских людей и карала забывших о своих обязанностях властьимущих. Не из-за родственных браков европейские монархи страдают гемофилией, эта болезнь - последствие моих кровопусканий, сделанных их предкам.

- В 1917-м я присоединилась к Красной Армии. Это на мои деньги, до поры хранившихся в немецких банках, свершилась Октябрьская революция. В идеях советского коммунизма я видела освобождение своего народа от произвола бояр, ставших зваться капиталистами, и властей. Воображение рисовало мне народное вече и князя, исполняющего его волю. Пусть они зовутся советом и комиссаром - не суть. Красным комиссаром я прошла всю Россию от Петрограда до Дальнего Востока. Аристократам и буржуям пришлось взяться за лопату и зарабатывать на жизнь честным трудом - как простым людям. Затем начался НЭП. Россия процветала, особенно на фоне мирового экономического кризиса, обесценивавшего выдаваемую ежедневно европейским рабочим зарплату уже на следующее утро. Умер Ленин. Сталин хоть и был его соратником, но занимал должность министра культуры. Подняли головы буржуи, предатели зашевелились на своих высоких постах, и я вступила в ряды НКВД. У меня была холодная голова, чистое сердце и горячие от крови врагов народа руки.

Мои глаза затуманились. Я видела сейчас историю своей жизни, намертво переплетённой с судьбой моего народа.

- Я устала... Тысяча лет прошло, - негромко прошептали мои губы.

И тут священник ударил меня в грудь массивным серебряным крестом. Но на его пути уже была моя рука.

- Это я специально сказала, чтобы вывести тебя на чистую воду. Ха! Как я могу устать от жизни, коль не старею? Я как была, так и осталась шестнадцатилетним подростком с его верой в идеалы. И буду им до конца времён. Не тебе, пёс своих хозяёв, завершить мою вечность! Разве можешь ты понять, что значит быть свободным волком?

От креста охваченного моей ладонью валил дым. Пальцы обугливались.

- Ты заставил меня почувствовать давно забытую боль, служитель распятого божества. Но она - ничто по сравнению с болью по утраченному моему народу! Я - княжна края дремучих лесов, голубых озёр и стремительных рек. Княжна Чёрной Руси!

Двери распахнулись - к своему предводителю на помощь бежали люди.

Спустя минуту я вышла из занявшейся пламенем церквушки. С обнажённой сабли стекали капли горькой крови. Где-то близко шумел прибой, а память услужливо показывала быстроходные чайки казаков, пересекавшие воды Днепра в этом месте три столетия назад. Атаман на носу челна командовал: "Ляпай тыхо! Але велико!" То есть "Гребите тихо, но быстро!". И ту, видную отсюда, деревню назвали Великой Лепетихой. А следующую за ней - Малой Лепетихой. Так как от того места недалеко был турецкий лагерь и атаманы переправлявшихся в том месте казаков командовали: "Ляпай тыхо! Та помалу!"

...

У подножия Болдиной горы меня встретили гигантские изваяния воинов и барельефы битв. Витязи в кольчугах и остроконечных шлёмах стояли рука об руку с советскими солдатами, сжимая копья, мечи и автоматы. Миновав Аллею Славы, я поднялась по широкой лестнице на вершину. На месте идола Перуна располагалась стелла - памятник Неизвестному солдату. Перед ней уже 67 лет, не затухая ни на минуту, горел Вечный огонь. Школьники возлагали у языков пламени цветы. Болдина гора всегда была некрополем - за стеллой возвышались курганы. Два крупных - князей, а затем один за другим маленькие, уменьшившиеся за тысячелетие и поросшие невысокими деревьями - простых воинов.

Мои ноги ступали по вымощенной трёхлепестковым камнем дорожке, бегущей по краю горы. Вдалеке, за посёлком, виднелось озеро и лес. Ветер донёс из-за леса гудок локомотива. Какая-то парочка крепко держалась за руки в беседке на краю почти отвесного обрыва. Я прошла мимо памятника Михаилу Коцюбинскому - помню, мы познакомились с ним тут же. Он был революционером. Ленин назвал его ближайшим к большевикам писателем. Вдохновлённый рассказом одного из эпизодов моей жизни он написал "Тени забытых предков".

Под моими ногами появились ступени - дорожка свернула к входу в Антониевы пещеры. Старые кресты чернели над могилами. Угадывались холмики над усопшими кошками и собаками. Лестница, то сменялась ровной дорожкой, кое-где перекрытой решёткой дождевых стоков, то вновь продолжала спуск. У входа собралась группа туристов. Гид, что-то вдохновлённо рассказывал им, готовясь ввести в мрачные подземелья. Может, пугает их "Чёрной рукой"?

Я спустилась ниже часовенки, открывавшей вход в пещеры. Туда, где спуск заканчивался. В самом начале горы вытесанная из дерева возвышалась скульптура. Бородатый старик что-то писал гусиным пером на рулоне пергамента. Я впрыгнула на бордюр и опустилась перед ним на колени. Мои руки пробежались по потрескавшемуся от времени и отполированному дождями дереву. Мои пальцы наткнулись на металлическую табличку - я сама некогда её меняла. Табличка утверждала, что это "Летописец". И раз скульптура ещё стоит - утверждала успешно.

- Тебя всегда ставили ниже капища других богов, - еле слышно говорила я. - Бог поэтов и сказителей. Неизвестный художник не стал покрывать твоё изображение древними, как мир, знаками - он изобразил тебя таким, каким увидел в своём сердце. В ту ночь тебя просто не заметили у подножия с другой стороны горы. Кто туда смотрел?

Некоторое время я сидела, прислонившись к идолу.

- Скажи, Велес, почему ты не дал мне возможность обращать людей в таких как я? Я всё тысячелетие не только мстила, но и пыталась создать мир, где простые люди получат свободу, смогут сами вершить свою судьбу и судьбу своего народа. Так как в былые времена. Я создавала революционные движения, но ярые поборники старели и утрачивали боевой пыл. С приближением смерти многие из них всё больше пытались набить свой карман, обеспечить детей и внуков.

- Ты мудр, - продолжала я. - Верно, людям было бы горько сознавать, что за них всё свершили потусторонние силы. Нужно иметь свою гордость, а остальное - приложится.