Приручить Писательницу

Пролог

Евгения Оул

Приручить Писательницу

Лизи

Настроение было пакостным, противным и унылым, как и погода на улице. Через два дня Новый год, а на дворе — мелко-моросящий дождь и грязь по колено. Даже яркие витрины и веселая музыка в честь праздников не радовали совершенно, лишь раздражали своей навязчивостью к веселью. Хотя обычно я всегда с энтузиазмом ждала раздачи подарков, встреч со знакомыми и выпусками новых, зимних романтичных и горячих историй, от которых не только снег, но и лёд плавился моментально.

Улыбки людей раньше чем-то тёплым отдавались в душе.

Но не в этом году.

Всё из-за Мии — я о ней жутко переживала, ведь её так неожиданно выбрали и мигом забрали леноксы, что мы даже и не попрощались! И теперь совесть грызла дико, потому что в последнюю нашу встречу я была с ней грубоватой, от чего на корне языка теперь постоянно горчило, а на душе скреблись кошки.

Тяжело вздохнула, обходя очередную лужу, не желая вымазать белые кроссовки, купленные совсем недавно. И нет, не жалела, ведь они были красивыми и легко отмывались.

Покосилась на пакет в руке и недовольно поджала и без того потресканные губы.

Окажись Мия рядом, я бы точно побила её вечно-спокойное и безэмоциональное личико этим самым пакетом, хранящий её подарочек, который я додумалась вскрыть прямо на почте от нетерпения. За что и жутко поплатилась — опозорилась по полной. А всё почему? Потому что в коробке, прям на самом верху был огромный, ярко-розовый фаллоимитатор, который невольно, но привлёк всеобщее внимание. А людей в честь праздников было много, так что и смешков, восторженных присвистываний, и расходящегося шепота, что тоже такой хотят — получила вдоволь.

Щёки то ли от смущения, то ли от злости за такую подставу, до сих пор ярко пылали, а руки нервно подрагивали. Хотелось и истерить, и спрятаться под одеялко от всех, чтобы забыть сиё происшествие поскорее.

Снова тяжело вздохнула, потому что как ни крути, но Мии с нами больше не было. И от осознания того факта, что не увижу её никогда, не узрю, как она недовольно закатывает глаза или не цедит сквозь зубы недовольства за доверчивость Сары, всё равно было тоскливо. Словно оторвали кусочек сердца, и теперь рана не то что не заживала, она гноилась, принося постоянную боль.

Она была злюкой, но при этом милой букой. В случае чего всегда за нас вступалась и не боялась выйти вперёд, ядовито ответить на грубые слова в мою сторону или послать куда подальше обидчиков. Она была невероятно сильной, и я искренне ею восхищалась, но и не признавалась в этом прямо, чтобы не видеть самодовольную усмешку на тонких губах.

А ещё оказалось, что мать, о которой она никогда не хотела говорить, была настоящей стервой и пиявкой. Когда Мия исчезла, мы ринулись в полицию, как и её босс (потому что без неё он резко стал беспомощным). Там же «удачно» встретили и её матушку — стройную, в брендовых вещах женщину, с кучей ярких сверкающих украшений и ужасно надменным взглядом. Она смотрела на всех как на мелких, противных и бесполезных насекомых, которые должны склонять перед ней головы. И ни в коем случае не беспокоить, что вы.

И если мы переживали за подругу, то Лолита, как она беззастенчиво и прямо заявила, нервничала лишь за деньги. Узнав, что Мия оплачивала жизнь матери и сестры, мы были в глубоком шоке и неверие. Потому что она по сути тянула всё на себе, терпя грубости и наглость, хотя это и не было на неё похоже совершенно. Но, видимо, была причина её поступков, хотя вряд ли хоть когда-то узнаю наверняка.

Полицейский, недовольно смотря на дамочку, что нетерпеливо постукивала длинным красным ноготком по стойке администрации, всё же спокойно нам объяснил ситуацию после того, как проверил в базе данных. Мия стала невестой валькийца и её забрали, так что она не пропала, а просто отправилась к муженьку. Но связи с той планетой нет, так что больше информации дать не мог.

Также мужчина протянул мне документы, где я значилась доверенным лицом Мии, если с ней что произойдет. И все её накопления (и откуда только взялись?) теперь были моими. И в тот миг я как-то не задалась вопросом — откуда это у полиции доверенность и как они могли её мне выдать. Но потом решила и не заморачиваться, весь всё равно вопросы остались бы открыты и без каких-либо ответов.

В тот миг, стоя на ватных ногах в участке, мне хотелось как расплакаться, ведь она доверяла именно мне! Но и стукнуть, ведь вечно экономила, семье деньги отдавала, ещё и каким-то чудом откладывала! Хотя могла бы жить и баловать себя временами, но нет, упрямая змейка держалась своей цели. И теперь результат её трудов и стараний как-то незаслуженно достался мне. Сара же не сдержалась и разрыдалась. Люциус сразу любезно подсунул ей платочек, будучи мрачным до ужаса. Видимо, Мию он всё же ценил и теперь злился на себя, ведь не знал о ней толком ничего. Впрочем, как оказалось, и мы тоже. Потому что особо никогда вопросами не заваливали и информацию о прошлом клещами не вытаскивали. И не замечали, когда ей было тяжело. И от этого становилось в душе только темнее.

Говорили только о себе и своих проблемах. А она слушала, давала дельные советы и бросала едкие замечания. Не удивительно, что она нас подругами-то и не считала. Но почему-то терпела и продолжала поддерживать.

Долг за лечение сестры Мия оплатила, отправившись с леноксами, так что за это переживать не стоило.

И то, что мать заставляла свою дочь платить за свою роскошь и лечение другого своего ребенка — в голове не укладывалось и пробуждало внутри кипящую, словно вулкан, злость. Но я тогда пребывала в целом в шоке и полной растерянности, всё казалось каким-то глупым розыгрышем.

А вот долг за починку её машины же перешел матушке, от чего та побагровела и едва не рычала. Потому что такой подставы она явно не ожидала. А сч

Теперь Лолите нужно было работать самой, что она категорически не хотела воспринимать как новую реальность. Даже пыталась надавить на меня, на Сару и Люциуса, дабы мы с какого-то перепугу выплачивали её долги и помогали жить

Но когда Лолита услышала холодный и резкий отказ — устроила дикую истерику. И обычно я с таких неуравновешенных посмеивалась, но в тот раз была до жути напугана. Что-то в её глазах было по настоящему адским.

Сотрудники полиции на неё настороженно косились и пытались утихомирить, а вот босс змейки решил нас увести подальше, ведь всё что смогли — мы уже узнали.

И не удивительно, что Мия тему детства и семьи старательно избегала и сразу же закрывалась в себе. Ведь такое поведение матери, работа с молодости и вечная экономия на себе, ведь все доходы шли Лолите, вряд ли сказывалось положительно на характере и восприятии людей в целом. Так что я даже чуток и поняла почему она стала Змейкой и всегда шипела на других, если те оказывались слишком близко.

Мимо на огромной скорости пролетела машина, окатив меня с ног до головы водой из огромной лужи, мимо которой я как раз проходила, резко вернув меня из воспоминаний. Я от шока застыла каменный извиняем, а потом завыла. Мысленно, конечно же, а то познакомиться поближе с добрыми дядями в белых халатах не горела желанием совершенно.

С волос капала вода, зато чёртов пакет с подарком был идеально сухим и словно злорадно косился на меня, издеваясь. Будь рядом мусорный бак — выкинула бы к чертям собачьим.

Сделав глубокий вдох, чтобы не распсиховаться и не расшатать и без того хлипкие нервы, решила поспешить домой. Сделав первый шаг, зажмурилась от резкого порыва ветра, который словно ледяной волной обдал всё тело. А когда открыла глаза, то увидела лишь ярко-слепящие фары перед собой, что неслись на меня.

Хорошо что я, по примеру Змейки, тоже составила завещание и переписала всё на Сару при первой же возможности. Правда не думала, что оно так скоро пригодится.

Глава 1

Но машина с визгом затормозила, причем, достаточно далеко от меня.

Дверцы как водителя, так и пассажира резко распахнулись и мне пришлось щуриться и прикрывать глаза, дабы разглядеть хоть что-то.

— Ты что, из рода оленей, что застыла при виде фар? — насмешливый, глубокий и бархатный голос с лёгкой хрипотцой без грамма раздражения ввёл в ещё больший ступор. Кто вообще говорит «из рода оленей»? Слишком странно.

А ещё тёплый ветерок и… лес вокруг вводили в ступор. Я же была в городе!

Одна из фигур нырнула в машину и фары перестали меня ослеплять, и я наконец-то разглядела перед собой огромного мужчину в обтягивающей форме шерифа. Только вот вместо пуза выпирали мускулы. Казалось, пуговицы на рубашке держатся из последних сил. И я была бы рада, если прямо в этот миг они отлетели к чертям и открыли моему взору его шикарное тело…

Подняв взгляд, разглядела и красивое лицо с идеальным ровным носом, широкими скулами и аккуратной, ухоженной бородой. Каштановые волосы коротко подстрижены, а карие глаза ярко сверкали. Господи, да он был моим идеалом и ожившей фантазией!

— Что, опять из-за леноксов попаданку к нам забросило? — повернулась на второй голос, ведь совсем позабыла о том, что с мистером Идеальность мы не одни.

Второй мужчина тоже был высоким, подтянутым, но в росте уступал шерифу (заметила значок на груди). Наверное, помощник. Русые волосы в стильной стрижке, нос с горбинкой и пухлые губы, растянутые в хищную ухмылку, а голубые глаза опасливо сверкали. Хоть блондины и не были в моем вкусе, да и в целом такой типаж лица никогда не привлекал, но было в нём что-то притягивающее. Думаю, он ещё тот сердцеед.

— Куда это к «вам»? — всё же, пришлось мысленно вытереть слюни и собраться в кучу, ведь вся ситуация в целом была далека от нормальной. — И в смысле попаданку? — хотелось запаниковать, но я уже и без того была эмоционально измотана. Да и я, чёрт возьми, была автором романов, о попаданках знала, читала и сама писала. Возможно, благодаря этому ещё держалась и не истерила. Хотя хотелось верить, что это розыгрыш или дурной сон.

— Садитесь в машину, мы отвезём вас на осмотр к врачу и по дороге всё объясним, — заговорил низким баритоном шериф. Значит, тот сексуальный голос принадлежал второму. Только вот ехать никуда мне не хотелось совершенно. Только домой.

— А мне в больницу не надо, — нервно прижала пакет с подарочком к груди, словно пытаясь отгородиться им от происходящего. Пакет с штучными членами, ага. Лучший защитник в мире. Хотя, может ими и побью кого, а если нет, то как минимум удивлю, застав врасплох, и сбегу.

— Это стандартная процедура, — чуть мягче продолжил шериф, тепло мне улыбнувшись. — Вас осмотрят и заодно зарегистрируют у нас.

— Где я? — глаз дёрнулся, а ведь только храбрилась и радовалась стальным нервам.

— В мире за Вуалью, — блондин сделал осторожный шаг ко мне, и я воистину уставилась на него, как испуганная лань перед хищником. Но видимо по моей мимике догадался, что его слова ситуацию не прояснили совершенно. — Если коротко, то мир делится на две части, разделенный невидимой вуалью. Эта сторона скрыта от людей, но о нас вы слышали в своих сказках и мифах.

Мои мозги стали закипать, перебирая различные варианты. Но важную роль сыграла моя фантазия и я решила несмело догадки озвучить.

— Оборотни?

Мужчина довольно кивнул и сделал ещё пару шагов ко мне.

— Храбрая малышка, даже не визжит и в обморок не падает, — улыбнулся лукаво, а я даже поморщилась. Тоже, нашел «малышку». Из-за неуверенности в себе и любви к сладостям я была пышечкой, хотя Мия мои попытки самобичевания и самоунижения мигом пресекала одним фырком и недовольным прищуренным взглядом. Словно строгая матушка, которая хотела, чтобы её дети были уверены в своих силах и внешности, и не позволяли никому себя унижать. Мужчина странно и шумно втянул носом воздух, и я вспомнила, что была мокрой и в грязи, наверняка воняла. Стало ещё больше неловко и я вся скукожилась. — Замёрзла, — не спросил, а констатировал блондин. И, не спрашивая, обняв меня одной рукой, тут же опаляя жаром своего тела, повёл к машине.

— Простите, я мокрая, — попыталась отстраниться, ведь униформа у него была идеально выглаженной, а рубаха и вовсе светло-коричневой, и не хотелось портить. А ещё с собой у меня налички было мало, и уже начиналась паника о неизвестных перспективах своего будущего.

— Что, уже? — лукаво стрельнул в меня взглядом и так самодовольно улыбнулся, что

Шериф тяжело и громко вздохнул, но комментировать не стал, лишь сел на переднее сиденье возле водителя. А меня закутали в плед и посадили сзади. Хорошо, что ограждающей сетки не было, иначе точно чувствовала бы себя преступницей.

* * *

— Вы говорили что-то о леноксах. Откуда вам о них известно? — поёрзала на сиденье, чувствуя себя криминалом, хотя даже на красный свет светофора никогда не переходила. Мужчины между собой переглянулись странно.

— Их технологии имеют негативное влияние на этот мир, — я аж затаила дыхание после осознания важности данных слов. — Они об этом знают, поэтому, чтобы наносить поменьше вреда, прилетают раз в год, а не чаще, как им хотелось бы, — повествовал блондин.

— Каким образом они наносят вред? Нам наоборот говорили, что они увеличили продолжительность жизни и избавили от множества заболеваний, — прохрипела я, сжимая кулаки, ведь это то, что нам рассказывали и в это искренне хотелось верить. Шериф фыркнул насмешливо, но всё так же молчал.

— Так и есть, — кивнул блондин, продолжая вести машину весьма аккуратно и неспеша. Я же в темноте видела лишь свет окон небольших домиков, явно попав в маленький городок. Хотя это волновало меня сейчас меньше всего. — Но выбросы их топлива, сделанное непонятно из чего, когда они отправляются уже к себе — наносит вред Вуали. А её создали когда-то не просто так.

— Кто создал? Зачем? Как давно? — вопросы посыпались из меня невольно, ибо я что-то нервничала всё больше и больше. — Как мне попасть домой? Через год, когда они снова нас посетят?

Блондин хрипло рассмеялся и стрельнул в меня весёлым взглядом через зеркало заднего вида. Ему весело, когда меня вот-вот накроет паника?

— Тише, — замурчал он ласково, а меня аж дрожь пробрала. Он воистину своим голос мог гипнотизировать. Но на меня подействовало, и нарастающий ком в горле испарился.

— Создали наши предки, дабы ни мы вас не трогали, ни вы нас. Глупое кровопролитие, длящееся веками порядком всем надоело, поэтому и приняли такое решение, — наконец-то заговорил шериф, и я затихла, внимательно вслушиваясь. — У нас об этом помнят, так же есть записи в исторических учебниках, у вас же решили, что лучше о таком не знать, и превратили всё в сказки и страшилки, — мужчина закончил, а я закусила губу, пытаясь разложить всё по полочкам. Правда, жутко хотелось верить, что это чёртов розыгрыш, но что-то внутри подсказывало, что я знатно так влипла.

Хотелось спросить откуда это они знают о том, как там у нас историю рассказывают, но потом вспомнила — я не первая попаданка, значит информация о нас у них есть. Только вот мы о них — не знали совершенно. Глупо было бы полагаться на всякие рассказы и принимать за чистую монету, правда вечно искривляется людьми.

Но они не ответили на мои главные вопросы и внутри всё сжалось пуще прежнего.

Блондин в центре городка, где было куча магазинов и кафе с ресторанами, завернул и плавно припарковался возле двухэтажного белого дома, при входе которого висел красный крест. М, какая больничка, прям мечта. А если кому операция нужна будет? Хотя, если они оборотни, живут в мире, то вряд ли у них часто бывает что-то экстренное.

Шериф вылез медленно, в то время как его напарник шустро выскочил и мигом открыл мне двери, подавая руку. Каков джентльмен, ей Богу.

Стоило мне осторожно вложить свою обледеневшую руку в его раскрытую ладонь, как всем телом вздрогнула от контраста наших температур, даже волосы везде дыбом встали. Он был очень горячим.

— Замёрзла? — вроде и спрашивал заботливо, но всё та же лукавая улыбка соблазнителя ярко вопила о том, что он прекрасно знал какое влияние имеет на женщин. Я же таких старалась избегать как в реальности, так и в книгах, ведь не верила в то, что они могут быть верными лишь одной. А для меня это было ох как важно.

— Спасибо, — буркнула я, опуская взгляд и игнорируя его вопрос, который явно не нуждался в ответе, ведь всё было предельно очевидно.

К нам вышел мужчина с сигаретой в руке, но ещё не закуренной.

Такой же сексуальный, как и шериф, да и похож внешне тоже. Родственники? Если да, то гены у них что надо. Каждый просто ходячая сексуальная бомба. Только этот в белом распахнутом халате — прям очередная мокрая фантазия из романа.

— Да, ты правильно отметила, они братья, — закивал блондин, с ухмылкой покосившись на меня, когда я вытянула пальцы из его ладони, которую он нежно сжимал и почему-то не отпускал.

— Вы хоть ей представились или снова молча засунули в машину и решили все объяснения спихнуть на меня? — доктор устало потёр мощную шею, и мои сопровождающие виновато взглянули на меня. Доктор, догадавшись, что примерно так и было, снова удручённо выдохнул воздух из лёгких.

— Можете покурить, я подожду, — заметив, что он собирается выкинуть сигарету, словила на себе удивлённые взгляды. Что такого? Я была не против курящих совершенно. Дело каждого. Сама когда-то по дурости баловалась, но потом надоело и удивительно легко бросила.

— Благодарю, — уголки тонких губ доктора дрогнули и я им прямо залюбовалась. Широкие скулы, голубые глаза, весь такой мужественный, что аж трепет в груди, как от картинки нового романа. Он достал из кармана халата зажигалку и закурил.

— Позволю себе представить двух индивидов, которые уже имеют опыт общения с попаданками, ведь наш город как раз возле границы Вуали. Но они всё никак не запомнят простые правила приличия, — недовольное сопение он проигнорировал. — Наш шериф, мой младший брат — Браян Блэк. Заботится обо всех, кроме себя.

— Это обязательно было добавлять? — буркнул шериф, нахмурившись, но почему-то грозным от этого он всё равно не стал. Наоборот показался милым.

— Его помощник-непоседа — Оуэн Стоун, — всё так же продолжил старший Блэк. Оуэн театрально поклонился, сверкая идеальной белозубой улыбкой. Актёрище, ему бы в театр, а не в полицию.

— И я — Лари Блэк, приятно познакомится, — закончил доктор, пока я мысленно всё так же пускала на него слюни.

— Лизи Вульф, — заговорила я и сразу услышала смешок от Оуэна, который вдруг облизнулся плотоядно, словно я стала вдруг ему лакомым куском мяса. Хотя, им наверняка это звучало комично — человечка с фамилией, больше подходящей оборотню. Но не я выбирала, так что на непонятного Стоуна решила забить, он явно игрок и спокойным, домашним

— Прекрати, ты её больше пугаешь, нежели соблазняешь, — буркнул Браян устало. Лари же сделав последнюю затяжку, сигарету потушил и выкинул в рядом стоящую урну. Я же только поджала губы и мысленно фыркнула. Скорее Оуэн издевался, чем соблазнял.

Дальше мы вошли в небольшую приёмную, где мне выдали кучу бланков, которые предстояло заполнить.

Усевшись на один из деревянных стульев, коих было крайне мало в целом, стала вчитываться и пыхтеть. Требовалось вспомнить все свои болезни, аллергии, операции и всё, что связано со здоровьем. Благо, я мало чем страдала. Но пока вычитывала все варианты, то тратила драгоценное время, из-за чего стала нетерпеливо дергать ногой.

Когда перед носом появилась чашка с чаем, подняла взгляд и удивилась — мне её протягивал не добрый доктор, а Оуэн.

— Спасибо, — хрипло выдавила из себя и с радостью приняла горячий напиток всё такими же озябшими пальцами. Хотя и сидела в пледе дальше, но согреться не получалось.

— Босс с доком заполняют бумаги о твоём прибытии и регистрируют в нашей базе данных. Обычно новые документы появляются месяца через два-три, — стал делиться информацией этот болтун, хотя я ни о чём и не спрашивала. И вроде звучало всё логично, только вот я не понимала — зачем столько волокиты для попаданки? Только я хотела задать столь трепетный вопрос, как в проходе появился Лари. При ходьбе обычные брючные штаны шикарно обтягивали его накачанные ноги. Могу только представить насколько шикарная у него задница. Оуэн рядом фыркнул и что-то буркнул, но я ничего не разобрала, любуясь старшим Блэком.

— Пойдём, я тебя осмотрю и задам ещё парочку вопросов, — забрав у меня бланки, жестом пригласил следовать за ним. Я сделала пару глотков чая и отдала чашку Стоуну. И про свой чёртов пакет не забыла. Не хотелось тут перед тремя красавчиками опозориться и войти в историю как попаданка, прихватившая с собой коробку с штучными членами.

В маленькой комнатке меня усадили на кушетку, послушали дыхание, взяли кровь на анализы, снова переуточнили об аллергиях и хронических болезнях, поинтересовались ничего ли сейчас не беспокоит. Лари отвернулся от меня к компьютеру и стал вводить информацию там.

— Когда я смогу вернуться домой? — снова задала свой вопрос, надеясь получить ответ. Мне нужно было назад — Сара была ещё сломлена потерей Мии, оставлять её одну — категорически нельзя! Хотя и самой было до дикого больно, но теперь моя очередь быть сильной, раз Змейки больше с нами нет. Мощная и широкая спину доктора напряглась и он шумно выдохнул. У меня же сердце ухнуло в пятки. А потом барабанной дробью застучало в ушах.

— Мне очень жаль, — повернулся всё же ко мне. — Но пути назад нет. Именно поэтому мы тебя регистрируем. Чтобы ты побыстрее стала полноценным членом нашего общества и… — он замолчал, в то время как к горлу подступила тошнота, а к глазам — слёзы. В смысле, я не вернусь домой? — Лизи, успокойся, — его голос доносился как из толщи воды, а мне самой стало трудно дышать, словно меня в самом деле пытались утопить.

В комнату ворвались мои сопровождающие и что-то говорили, но мне было плевать. В голове стучала молотом одна мысль — я не вернусь домой. Теперь я совершенно одна.

Только недавно приняла факт существования инопланетян, теперь другой мир и мистические твари? Это было слишком, даже для такой, как я.

— Прости, маленькая, — вдруг разобрала голос Лари и с ужасом заметила в его руке шприц. Миг, мне что-то вкололи и тело сразу же стало ватным, а сознанием моментально поплыло, позволяя погрузиться в блаженную тьму.

Глава 2

Лизи

Пробуждение было ужасным, веки разлепить всё никак не удавалось, зато слух вернулся быстрее и сразу же моя головушка от этого пристрадала — надоедливый и противный писк, словно хлыст трепал мне нервы.

Видимо, меня вчера сбила машина, и пока была в отключке моя воспалённая фантазия нарисовала историю с попаданием в другой мир. Стоило бы записать, уверена, девушкам понравилась бы идея иметь шикарных мужчин совсем рядышком, а не на другой планете.

— Лизи, ты меня слышишь? — голос доктора звучал эхом, в то время как писк пульсировал уже в висках. — Можешь открыть глаза?

Я попыталась и поморщилась от режущего яркого света. Но, спустя пару секунд, стало легче. И как только зрение сфокусировалось на докторе, мне снова стало дурно — писк аппарата участился.

— Тише-тише, ты чего? Разве я такой страшный? — мягко улыбнулся Лари, а осознание новой реальности врезало мне чугунную сковородой по затылку. — Мне дать тебе ещё успокоительное? — участливо поинтересовался, внимательно за мной наблюдая. Я с трудом сглотнула образовавшийся в горле ком и нервно мотнула головой в разные стороны.

То был не сон, вот же ж влипла.

— Настоятельно рекомендую всё же пропить таблетки, чтобы твоя нервная система выдержала. Хотя ты и так держалась получше многих, — ободряюще похлопал по плечу. — Я их выпишу, а ты пока пообщайся с Браяном, — и вышел. На его же место сразу же вошел в палату и сел на рядом пристроенный стул Браян. И по его лицу было видно, что он и сам не в восторге от происходящего, да и от предстоящего диалога в целом.

— Ты как? — всё же спросил он и мне воистину хотелось злобно фыркнуть, как Мия, и процедить сквозь зубы ядовито какую-то колкую грубость. Но я так не умела, да и понимала, что его вины в этом всём нет.

— Честно? Не очень, — выдохнула устало, садясь поудобнее и потирая виски. — Но я вас внимательно слушаю, — глаза шерифа странно заблестели, он задумчиво погладил свою бороду, а я уговаривала себя держаться и не упускать взгляд ниже его торса, дабы не залипнуть на ноги, которые при сидении ещё пуще прежнего были обтянуты штанами. Ну и на то, что было между ними.

— Что же, тогда начнём, — кивнул он сам себе. — Ты попала к нам и шансов вернуться нет — это печальный для тебя, но факт, — Блэк говорил ровно и явно уже не впервой, речь точно была заранее заготовлена. Да и в целом особого сочувствия я не ощущала, и от этого становилось зябко и страшно. — Первое время, пока ты не получишь новые документы, должна находиться здесь, в Соулвилле. Потом можешь отправиться в большие города, если, конечно же, захочешь, — я кивнула, давая понять, чтобы продолжал, ведь вопросов

Я снова послушно закивала, сжимая пальцами покрывало. Прям сказка, а не городок — все приветливые, все готовы помочь. Ага, как же. Такого не бывает, даже если попала в другой мир. Но спорить не стала, ведь стоило самой убедиться во всем попозже.

— Первые три месяца тебе предстоит жить с Оуэном, — а вот тут у меня брови поползли вверх и я уставилась на шерифа, надеясь услышать, что это глупая шуточка. — По сути было несколько вариантов со свободными комнатами, но именно он согласился первым. Да и он хоть ведёт себя иногда не совсем прилично и флиртует налево и направо, но парень-то он хороший и обижать точно не станет. Но, — тут голос мужчины стал ниже, — если он вдруг выкинет что или сделает — смело говори мне, я его…. кхм, — кашлянул, явно решив не выражаться грубо, — я преподам ему урок. Ладно?

Я пару секунд поразмышляла, и согласно угукнула. Всё равно особо вариантов выбора не было, да и Оуэна уже хотя бы знала. Он может и будет шуточки двусмысленные в меня бросать, но лишь первое время. Потом поймёт какая я скучная и обычная, и отстанет, позабыв о моём существовании. Я через такое проходила, не так уж и страшно.

— Думаю, сейчас тебе этого вполне достаточно. Больше о нас уже будешь узнавать потом, — мужчина встал во весь свой могучий рост, я невольно сглотнула. Окажись он на нашей стороне, за ним бы бегали толпы женщин и упорно окольцовывали. — Оуэн скоро закончит заполнять документы и зайдёт за тобой. Купит всё необходимое, ты только скажи.

— У меня с собой не так много денег, — вспомнила я эту немаловажную деталь. Шериф фыркнул насмешливо.

— Не переживай, тебе будут выдавать пособие, пока ты не найдёшь себе работу, — и, махнув на прощание, ушел, оставив меня наедине с роем мыслей. Выплаты это конечно хорошо. Но почему они так помогают? Может, сперва откормят, а потом пустят на фарш? Или запрут в лаборатории для эксперимеетов? А что? Удобно, никому не нужная и неизвестная попаданка, никто искать или оплакивать не будет.

Но бежать было некуда, оставалось лишь довериться и плыть по течению, узнавать новый мир и пытаться не свихнуться, да и в отчаянии не утонуть.

* * *

Торопливый и энергичный стук в двери, следом за которым, не дожидаясь моего ответа, вошел с широченной улыбкой помощник шерифа, имея в руках два пакета.

— Привет, красавица, — на моё скептическое выражения лица он не обратил совершенно никакого внимания, бодро прошагав к моей койке. — Итак, сперва покушаешь или переоденешься?

У меня же вдруг проснулись к нему трепетно-тёплые чувства — он принёс мне безумно вкусно пахнущую еду! Хохотнув, словно поняв мои желания, вытянул две коробки пиццы, от чего мой желудок предвкушающе и неприлично громко заурчал.

— Девушки обычно обожают сырную, — эти слова резанули по приподнятому настроению, но я решила это игнорировать. — Так что взял одну такую, а другую мясную. Ты же не против? — открыл, и я сглотнула, ибо слюни резко наполнили рот. Я пропустила обед из-за очереди на почте, потом и ужин, ну и напоследок завтрак, ибо проснулась-то ближе к обеду. Так что да, я была ужасно голодна.

— Как можно быть против пиццы? — я потянулась именно к мясной, сразу же откусывая побольше. От наполнивших меня вкусов, зажмурилась и замычала. Пища богов!

— Прости, думал приготовить домашнюю, но времени не было, поэтому заказная, — я же перестала жевать и уставилась на Оуэна круглыми глазами. Он умел готовить? Да и мало того, хотел приготовить мне? Ох, я так влюблюсь в него за два счёта. Ну или за две пиццы, мне многого не надо.

— Не стоит заморачиваться ради меня, — всё же смогла выдавить из себя что-то приличное, хотя на самом деле жутко хотелось узнать насколько высоки его кулинарные способности. Оуэн словно растерялся от моих слов и на пару секунд завис и замолчал. Возможно пытался придумать что-то остроумное или в целом не имел никакого понятия как с такими, как я, общаться.

— Мисс Вульф, — заглянула милая медсестричка, — вам что-нибудь нужно или уже можно готовить документы к выписке? — протараторила она и замерла, узрев в моей палате Стоуна, а также две коробки пиццы. Именно на последнем она заострила внимание и нахмурилась. Я же, включив инстинкт жлоба, притянула коробки к себе, показывая, что не отдам ни при каких условиях. Оуэн прыснул со смеху, привлекая внимание медовых глаз к себе. Девушка тут же кокетливо заправила чёрные локоны за ушко и стрельнула в мужчину игривый взгляд из под полуопущенных пушистых ресниц. Даже спинку выровняла и задницу оттопырила, вставая тем самым в более выгодную и привлекательную позу. Я так не умела, да и стеснялась. Не с моими габаритами подобное выкидывать. Да и перед кем, если уж быть совсем честными? И смысла-то и нет, скорее заставляю стыдливо отводить взгляд или же ржать. Ну его, соблазнения эти.

Покосилась на Оуэна — он весьма ожидаемо облизнулся и снова улыбнулся во весь рот, и медсестричка мило покраснела. А я вот ощутила себя дико некомфортно и вообще лишней.

— Оуэн, ну что, заглянешь сегодня ко мне? — промурлыкала она, а я опустила взгляд, откусив побольше, дабы рот был занят и не сорвалась с языка рекомендация им уединиться где-нибудь ещё.

— Что, Лари не поддается твоим чарам и ты решила переключиться на меня? — оскалился Оуэн беззлобно. Блондинка недовольно фыркнула.

— Какая тебе разница? Мы обое можем расслабиться и получить удовольствие. Так что скажешь?

Я же стала жевать активнее. Это что у них за отношения такие? Может, секс по дружбе? Мне такое не нравилось, но и не осуждала — каждому своё. Правда, уважения у меня это не вызывало — тут кривить душой не собиралась даже.

— Откажусь, — всё также улыбаясь, бросил как-то лениво Стоун и взял ещё куск пиццы. Воцарилась тишина и я подняла взгляд — у медсестрички едва глаза на лоб не лезли

— Ты заболел? — выдохнула она обеспокоенно и нахмурилась. Кажется, блондинка искренне вдруг заволновалась за его здоровье. — Впервые слышу, чтобы ты отказался от секса, — она скрестила руки на груди и недоверчиво прищурилась. А мои догадки, что он бабник — только подтвердились, хотя я и пыталась отогнать от себя подобные мысли и не вешать заранее ярлыки, но, видимо, зря.

— Всё бывает впервые, — пожал он плечами беззаботно, игнорируя девушку. Я же ощущала себя предметом декора максимум. Правда, как только взгляд медовых глаз метнулся ко мне, меня пробрала дрожь. Лучше бы и дальше игнорировала.

— Так тебя запрягли заботиться о человечке? — ехидная улыбка исказила её милое личико до ужаса. — Она не ребенок, уверена, ночь и без тебя переживет, — продолжила она сладко-ядовито. — Да и ты сам себя обезопасишь, ведь мало ли что она может с тобой сделать, как только останетесь одни.

— Лизи девушка приличная, — буркнул Оуэн, словно не замечая негатива в мою сторону. Он выглядел безмятежным и в целом довольным жизнью.

— Ну да, — фыркнула медсестра. — Соблазнять нечем, — окинула меня оценивающим взглядом. — Разве что попытается сожрать, — если насчет фигуры я могла игнорировать любые комментарии, то вот последние слова уже кольнули больнее. Даже аппетит резко пропал. И милой я её больше не считала.

— Джеки, — голос мужчины изменился так резко, что меня передернуло. Да и красивая ехидна вздрогнула всем телом. — Следи за словами. Стерв мало кто любит, — грубо, но он заступился за меня. И я была благодарна, потому что сама ответить не решилась бы, да и её слова были отчасти правдивы, так что я лишь могла что опустить взгляд и молча проглатывать обиду. Джеки же вспыхнула и оскалилась, словно готовясь вцепиться мне в глотку сию же минуту.

— Жаклин Абрамс, успокойся немедленно! — чей-то голос и невидимая сила мигом накрыли палату, вынуждая сжаться и склонить голову. Блондинка же вдруг заскулила.

— Лари, — жалобно пискнула она, нервно оборачиваясь. Высокая фигура доктора выглядела воистину устрашающе. Вот это у него басы громкие.

Стоило ему мотнуть головой, как медсестра, ссутулившись, быстро нас покинула.

— Ты как? — снова спросил меня Блэк, подойдя поближе. Давящее чувство исчезло.

— Можно мне успокоительные посильнее? — сглотнув, выдавила из себя кое-как. Ещё хотелось бы попросить всё же другого соседа, а то с этим, кажется, я обзаведусь не новыми друзьями, а толпой его подружек, которые объединятся в клуб против бедной-несчастной меня.

— Не держи зла на Джеки, она вспыльчивая, — слабо улыбнулся моей просьбе.

— Все его бывшие вспыльчивые и будут готовы порвать меня в клочья? — всё же усмехнулась криво и покосилась на спокойного Оуэна. От моих слов его брови поползли вверх.

— Мы с ней не встречались никогда, — выдал он совершенно искренне, словно был удивлен моим предположением в целом. Кажется, и правда просто секс по дружбе. Фу.

— Да и со всеми дамами у меня отличные отношения, — продолжил жевать пиццу как ни в чём не бывало.

У них тут что, полигамия?

— Думаю, у тебя много вопросов, но давай не все сразу? Сперва обоснуйся, а потом мы уже будем предоставлять тебе материалы, дабы ты узнавала всё постепенно, хорошо? — снова повторил свои слова Лари и я лишь послушно, хотя и заторможено кивнула. Вопросов становилось всё больше и больше. Да и от нового соседа всё же хотелось держать дистанцию, ибо сближение с ним ни к чему хорошему не приведет.

* * *

После выписки (которая прошла без приключений) мне выдали мои вещи и, сев в чёрный пикап рядом с Оуэном, стала рассматривать городок уже в дневном свете. Мужчина же на меня пару секунд пялился, словно я лишила его чего-то важного. Но потом он снова усмехнулся и повеселел. Рада, что хоть кто-то радуется происходящему.

Солнышко, тёплый ветерок, лес вокруг и множество деревьев вдоль дороги. Люди (или кто?) гуляли в легких футболках, кто-то даже шлёпанцах, а детишки так и вовсе босяком носились по ухоженным лужайкам.

— У вас лето? — выдавила хрипло и неверяще.

— Ну да, — кивнул Стоун, бросив на меня заинтересованный взгляд. — А у вас разве не так же?

— У нас был канун Нового Года, — вроде и принимала всё происходящее, но всё же тлела в себе крохотную надежду, что это всё дурной сон и я вот-вот очнусь.

— Ого, не знал, что у нас время идёт по разному, — присвистнул помощник шерифа. — Вот это тебе подарочек подсунула Судьба, да? — покосился на меня веселяще, но тут же улыбка слетела с его лица, ибо он увидел угрюмую меня с осуждающим взглядом. Я не стала говорить о том, что это не подарок, а подстава, если выражаться без грубых слов. — Прости, — буркнул он неловко, и мне стало стыдно чуточку, ведь он явно не со зла, наоборот пытался поднять настроение и хоть как-то поддерживать беседу, которая никак не клеилась.

— Ты можешь ещё передумать, — отвернувшись, проговорила я, хотя внутри всё и сжалось от тревоги.

— Ты о чём? — мужчина припарковался и уставился на меня крайне серьезно.

— Ну, — замялась, опустив взгляд на колени, — со мной сложно, я странная. Буду своей недовольной миной портить тебе настроение. Так что, думаю, тебе лучше отказаться от совместного сожительства. Мне говорили, что были ещё желающие приютить меня, так что…

— Пломбирка, я не изменю своё мнение, можешь даже не пытаться и… — начал было он, но у меня в голове звенело лишь первое слово.

— Пломбирка? — так меня ещё не называли.

— Да, ты пахнешь сладко и выглядишь так, что тебя так и хочется вылизать, — проурчал он и соблазнительно облизнулся, от чего у меня скрутило живот.

— Так вы людей жрете? — ужаснулась искренне, ведь о таком даже не задумывалась. Но видя, как вытянулось от удивления его лицо, и маска самоуверенного мачо и коллекционера кисок слетела, я не выдержала и рассмеялась. Такой паники и испуга в его глазах ну никак не ожидала.

— Предки, конечно, нет! — возмутился он и очаровательно надулся. — Противная Пломбирка, — я на новую кличку невольно фыркнула. Хорошо, что хоть не булочка или кексик какой. Хотя я против сладкого и подобных обращений не была против, но когда такое звучало в мою сторону — становилась более чувствительной из-за своих комплексов. — Ладно, давай купим тебе новую одежду, а потом уже домой, — и снова солнечная улыбка, будто не он только что обижался на меня секундой ранее. И хотя шоппинг любила, но предпочитала Сару, так как у неё был отличный вкус и она подбирала мне то, что скрывало недостатки и позволяло чувствовать себя

Обычно я бы придумала глупую отмазку и сбежала, но в этот раз мне правда нужно было заполучить себе ещё хотя бы одну футболку и штаны. Я модницей не была и забитый шкаф различных нарядов не требовался. Так что вздохнув обреченно, согласно кивнула и из машины вышла.

Оуэн буркнул о том, что не дождалась его и вылезла сама, на что я лишь отмахнулась. Не принцесса, в подобном обслуживания не нуждалась. Стоун жестом пригласил следовать за ним. Я же осматривалась и всё больше сжималась — все, кого видела, были красивы, подтянуты и ухожены. Ни одного прыщавого подростка или пузатого мужика!

Что за городок супер-моделей, а? Но на меня, как на дикого кабанчика, выскочившего из леса, не смотрели, что не могло не радовать.

Оуэн завернул в один из магазинчиков и осмотрелся — посетителей было мало. Молоденькая девушка в коротком топе, сверкала не только белозубой приветливой улыбкой, но и плоским животиком. Интересно, а у них вообще есть одежда моего размера? Или стоит сразу отправиться в мужской отдел? Ну а что? Мужчины тут большие, себе что-то, да подберу.

Мой новый сосед тоже сверкнул улыбкой и стал заигрывать, от чего консультант хоть и смущалась, но отвечала взаимностью. Наверное, он вообще не пропускает ни одной юбки, ловелас чёртов. И пока парочка обменивалась комплиментами и непонятными фразочками о жаре, я решила самостоятельно быстренько что-то нагребсти и поехать наконец-то в новый дом.

Сердце болезненно сжалось. Не хотела я признавать тот факт, что теперь нужно учиться жить заново, снова искать работу и прочие мелочи. Но и деваться было некуда, лишь терпеть и пытаться двигаться дальше.

Найдя ряд с чёрными вещами, выбрала на глаз. Примерочные заметила, но как-то не хотелось задерживать Оуэна. Но, возможно, пока он занят болтовней, то я…

— Почему выбираешь всё такое мрачное? — его голос за спиной заставил от неожиданности вздрогнуть. Я ведь была уверена, что до меня ему ещё какое-то время не будет дела. — Сейчас лето, посмотри сарафаны или ещё что.

Он говорил разумные вещи, но у меня воистину не было настроения. Я собиралась закрыться у себя в комнате минимум на недельку и как следует прорыдаться. А там гляди и попустит.

Повернувшись к собеседнику лицом, заметила, что он в руках уже держал немалую кучу одежды. На мои вопросительные брови он только улыбнулся.

— Это я подобрал для тебя. Дома примеряешь, а что не понравится — вернём, — заявил бодро. — Возражения не принимаются, — и пошел к кассе, не став дожидаться от меня ответа. Когда только успел столько набрать? И, не смотря на такую его фривольность, я могла бы и возмутиться или поспорить, но сил не было совершенно. Словно с каждым мигом дыра в душе увеличивалась.

Консультант всё быстро пробила, упаковала и в подарок положила парочку пробников духов. Я говорить Оуэну не стала, но для себя решила, что как только получу свои первые выплаты — сразу же верну ему деньги. А то с какой радости он за меня деньги выкидывает?

Закинув пакеты в сумку, зашли ещё в обувной, где я упрямо заявила, что достаточно одних кроссовок мне про запас. Оуэн покивал беззаботно, но почему-то в пакете оказалось три коробки. И на мой недовольный прищур он мне только подмигнул задорно.

А я всё задавалась вопросом — как он меня не бесит? Обычно такой типаж вызывал отвращение, а он… смешанные чувства. Странно.

Оставив меня в машине с молочным коктейлем, сам куда-то ускакал, попросив чуток подождать. Я же снова прикусила язык, дабы не напомнить ему, что мне некуда идти в любом случае.

И, действительно, когда лишь половина моего стакана вкусности была пуста, он вернулся с ещё одним пакетиком. Я подозрительно на него уставилась — мужчина прямо таки светился изнутри, выгнул гордо грудь колесом и вручил мне. И пока я разматывала красивую вишнёвую крафтовую бумагу, Стоун запрыгнул за руль и мы тронулись.

Содержимое подарочка перехватило дыхание, и глаз нервно дернулся.

Там было несколько комплектов белья. И кружевное, и сексуальное, и спортивное и что попроще.

— Откуда ты узнал мои габариты? — задала кое-как хриплым голосом вполне логичный вопрос.

— У меня глаз намётан, — снова весело и совершенно беззаботно.

— Кто бы сомневался, — усмехнулась я. И могла бы отказаться, но он заморочился, потратил время и деньги. Так что злиться на него я не могла, особенно из-за своих собственных заморочек. Мой комментарий, кажется, его удивил. Но я натянула на лицо улыбку — Спасибо, — поблагодарила искренне и решила с ним как можно меньше конфликтовать и свои негативные эмоции не срывать. Он такой, какой есть. Пока что ничего плохого мне не сделал, так что стоит быть благодарной за помощь и не ехидничать.

Оуэн явно был мной озадачен и попытки завести разговор ни о чем быстро забросил, что не могло не радовать. Так что дальше ехали мы молча.

* * *

Не очень далеко от центра сразу начался жилой квартал с очаровательными домиками, территория которых была ограждена не очень высокими белыми заборчиками. У всех аккуратно подстриженные зеленые газоны, у некоторых красовались посаженные и цветы.

Прям картина маслом, особенно, если учитывать тот факт, что я давно мечтала жить в одном из таких домиков в тихом районе небольшого городка, где жизнь течет тихо и размеренно.

Заехав во двор одного из множества домов, сразу подметила небесно-голубой цвет здания и белые двери, рядом с которыми, прям как вишенка на торте — скамейка-качели.

— Добро пожаловать, — пока я осматривала всё, затаив дыхание, Оуэн этим воспользовался и снова шустро вылез из машины, едва не перепрыгнул капот и открыл поспешно мне дверцы.

И, явно гордясь тем, что в этот раз успел, снова подарил мне улыбку до ушей. Он был слишком очаровательным, а я не имела иммунитета к таким мужчинам.

В очередной раз поблагодарив, собиралась взять новые вещи, но он жестом и карикатурно строгим взглядом остановил.

— Негоже девушкам тяжести таскать. Для этого созданы мужчины, верно? — заурчал он, игнорируя мой насмешливый взгляд и скепсис. Только, словно издеваясь, позволил нести пакет с бельем, который, по сути, ничего и не

Мужчина широкими шагами направился ко входу. Как только двери открылись, к нам выскочило золотистое, прекрасное, пушистое чудо, чья шерстка блестела на солнышке.

— Плюшка, веди себя прилично! — хохотнул Оуэн, с каким-то жадным интересом уставившись на меня. Но мне стало глубоко плевать на все его взгляды и улыбки.

Потому что красивенный и роскошный золотистый ретривер моментально покорил моё сердечко.

Я сразу присела и стала гладить собаку, восторженно подмечая какой он ухоженный и приветливый. Ещё и имя такое… Видимо, у Стоуна была склонность к сладкому. И это стало очередным плюсиком в его сторону, ибо я тоже обожала не только есть, но и выпекать различные десерты. И все, кто питал любовь к сладкому, автоматически начинали мне нравиться чуть больше. Глупо? Да. Но это были мои личные тараканы.

Когда же Плюшка полез меня облизывать, сопротивляться не стала, тихо смеясь с такой дружелюбности и любвеобильности.

— Красивая у тебя всё же улыбка, — вдруг прокомментировал Оуэн удивительно тихо и спокойно, а ведь до этого молча наблюдал за моим знакомством со своим питомцем. Я же замерла и вспомнив прошедшие сутки, осознала — да, я на самом деле при нём ещё ни разу не смеялась, а ходила мрачная и скептичная.

Плюшка же меня снова лизнул в нос, привлекая внимания к себе. И упал на спину, выставляя пузо и задирая лапы вверх, приглашая меня погладить.

— А меня ты не рад видеть, да? — совершенно беззлобно, но театрально строго вопросил у пса, что активно вилял хвостом, наслаждаясь моей нежностью. Ещё и рот приоткрыл, от чего казалось, что он улыбается. На такие слова Плюшка покосился на хозяина, чихнул забавно и… всё. Кажется, я стала его новым фаворитом. Стоун усмехнулся и зашел наконец-то в дом. Я же ещё чуток побаловала красавца и сама побалдела от его гладкой и мягкой шерсти. И всё же направилась следом за мужчиной. Плюшка, словно я его не один год дрессировала, потопал рядом, умиляя меня ещё больше.

— Ну что за сладкая собака, — не выдержав, наклонилась и стала целовать мордочку, уворачиваясь от шершавого языка.

— Я тоже хочу поцелуи, — выдал Оуэн, но я бросила на него лишь взгляд. — Эй, я ведь не менее очарователен? — и состроил воистину щенячий взгляд, от которого сердце ухнуло в пятки.

— У тебя целый городок женщин, которые с радостью тебя зацелуют, вот к ним и обращайся, — проворчала я тихо и неуверенно. Эх, а ведь собиралась держать язык за зубами. Но куда там. Как всегда вырвалось, и теперь жалела. Оуэн же снова застыл и всматривался в меня, словно пытаясь меня понять. Но я ему признаваться в своей нелюбви к ловеласам не собиралась.

Скоро новая игрушка в моём лице ему надоест и отстанет.

— Пойдем, покажу тебе твою комнату, — решив не комментировать мои слова, будто и не было секунду назад неловкой тишины, повел дальше. — Я вчера тут убрался, новую постель застелил. Если что-то нужно — говори, — начал вводить меня в курс дела.

Пройдя зал, объединенный с огромной и современной кухней в тёмно-серых тонах, открыл передо мной двери.

Комната с окном, выходящим в сад. Лёгкая полупрозрачная голубая тюль колыхалась от ветерка. Стены светлые, серо-голубые, делали обстановку спокойной и умиротворённой. Мои покупки поставил на пол. Среди них увидела и то, что приятнула с собой из своего мира. Вроде не открывали и не трогали. Вот и славно.

Я же свой пакетик с бельем положила сверху всего.

Большая кровать, на которой лежало несколько подушек разных размеров. Да и в целом выглядело всё очень мягким и воздушным, хотелось сию же секунду прыгнуть сверху и побалдеть.

Перед окном стоял письменный небольшой столик. Напротив кровати встроенный в стену шкаф с белыми дверцами. Прям комната мечты.

— Скромновато, но ты можешь всё поменять и… — Оуэн моё молчание интерпретировал по своему и неловко потоптавшись, потёр шею.

— Шутишь? — уставилась на него удивлённо. — Она прекрасна! — заявила уверенно и заметила, как мужчина сперва замешкался, а потом его глаза снова засверкали и пухлые губы растянулись в уже привычную широкую улыбку. Только вот не соблазняющая, а более тёплая и добрая.

— Рад, что нравится, — довольно кивнул он. — Ванна рядом, но в доме она одна, — на такую новость я пожала плечами — любителем поплескаться никогда не была, так что проблем возникнуть не должно. Оуэн вышел из комната, я последовала за ним. Плюшка же тыкался носом мне в ладонь, требуя ласки. Я поглаживала по голове, но продолжала осматриваться.

— Ой, я как-то не подумал… — Оуэн завис и виновато уставился на меня побитой и брошенной собакой. Только ушек прижатых не хватало для полной картины.

— О чём? — меня всё устраивало и наоборот казалось, что он подготовился к моему приезду весьма основательно.

— У меня тут девушки не бывали никогда, так что всяких кремов и прочих штучек нет.

Такое откровение поразило, ведь я уже представляла, как у него тут в постели каждую ночь другая красотка.

— Да я особо таким и не пользуюсь, — хотя Мия и пыталась приучить к уходу за собой, мне вечно было лень. — Зубной щётки и шампуня вполне достаточно.

Глаза Оуэна снова забавно округлились, будто услышать подобное от девушки — сродни появлению инопланетян, ну или того похуже.

— Ну, щётку я тебе купил, она уже в ванной, как и шампунь с гелем. Полотенца твои тоже уже висят — белые. Мои шоколадные.

Я снова закивала, косясь на него подозрительно. Когда он только успел не только продумать, но и сделать? Оставили же меня в больнице поздно вечером, приехал забирать в обед. И это при том, что и какие-то документы, как мой проводник в этом мире, тоже оформил.

— Моя комната рядом — если станет страшно или одиноко — зови, — снова стал задорным флиртовальщиком. — Ну или, если надо будет потереть спинку, тоже всегда к твоим услугам, — подмигнул, а я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. А я ещё удивлялась, как он не ляпнул это, когда говорил о том, что ванна в доме одна.

* * *

— Обязательно, — выдавила из себя, надеясь, что не вышло как рычание сквозь зубы. Я не прельщала себя надеждами о том, что это Оуэн резко и неожиданно в меня влюбился и теперь пытался добиться расположения. Просто понимала, ведь уже успела понаблюдать — это была его натура и стиль общения в целом. Не была я для него особенной, так что влюбляться или даже таять от его шарма — нельзя ни в коем

Но быть благодарной — обязательно. Хотя родителей и не знала, но в приюте нас научили стандартным правилам приличия. А ещё ценить то, что имеешь, и радоваться, если кто-то по доброте душевной протягивает руку помощи. Главное в эту самую руку не вцепиться отчаянно ногтями, чтобы не спугнуть и не утонуть в своём болоте окончательно.

Но от чувства неловкости, что теперь буду мешать ловеласу развлекаться — не могла отделаться, хотя и упорно отмахивалась и пыталась затоптать в зачатке. Правда, надеялась, что это всё от переизбытка эмоций в целом и вскоре я успокоюсь.

— У меня будут какие-то обязанности? — эта мысль стрельнула в голову резко, но вовремя, потому что наше молчание затягивалось и становилось неудобной петлей на шее.

— Хочешь чем-то заниматься, чтобы не сходить с ума? — одобрительно хмыкнул и потёр задумчиво свой острый подбородок. — Ну, готовка на мне, это не оговаривается. А вот уборку я не сильно люблю. Так что можем делать её по очереди, что скажешь?

Вау, он не решил радостно спихнуть это только на меня, а поступил более благородно, что подняло его в моих глазах. И какие же дикие контрастные эмоции он вызывал!

— Согласна, — закусила губу, пытаясь решиться. И, сделав вдох, неуверенно сжала пальцами подол футболки, что была на мне. — Ты любишь сладости?

Стоун замер, его зрачки сперва почти полностью закрыли радужку глаза, а потом резко превратились в две тонкие ниточки, от чего я покрылась мурашки и пораженно охнула. Вот это спецэффекты!

— Ты, — его голос стал ниже и сексуально захрипел. Кадык дёрнулся вверх и медленно опустил вниз, словно ему было даже дышать тяжело. Да и в целом стал таким серьезным и напряженным, что меня дрожь пробрала до костей от ужаса. Мало ли какие замашки у оборотней… — Ты умеешь печь сладости? — тихо и будто как-то угрожающе вопросил он, не сводя с меня звериного голодного взгляда. Они точно людишек не едят, а?

Я проглотила ком в горле и робко кивнул.

— И ты можешь мне что-то испечь? — облизнулся медленно и чертовски сексуально. Я же стала жалеть о том, что подняла эту тему. Знала бы, что он так бурно отреагирует, молчала. Но как всегда — язык мой — враг мой.

— Ага, — вторила его жест и облизала пересохшие губы. Свои, конечно же. Хотя и на его губы невольно опустила взгляд. Святые кексики, о чём я думала?

— Тогда, — снова мучительная пауза и слишком пристальное внимание к моей скромной персоне, — ты напиши мне список, что нужно, а я съезжу и всё куплю, — прикусила язык, дабы не съехидничать, что, может, у меня нет настроения возиться. Но как-то грубить не хотелось. — И порадуешь меня, как будет желание, хорошо?

Нет, ну вот как он может быть и таким хорошим, и таким фривольным одновременно? Да и почему до сих пор его никто не окольцевал? Хотя, думаю, он сам не готов завязывать с разгульной жизнью и становиться для кого-то единственным.

— Хорошо, — кивнула в очередной раз.

Оуэн медленно моргнул, шумно выдохнул и снова стал расслабленным и довольным.

— Прости, домашняя выпечка для меня трепетная тема, — он смущенно отвел взгляд, я же нервно усмехнулась. А ещё говорили, что это я на сладостях помешана. Теперь вот встретила кого похлеще. Буду задабривать его сладким, гляди и наладим отношения соседские.

Глава 3

Оуэн

Из-за того, что любовь к сладкому ударила мне в голову похлеще спермы в период течки самок, я Лизи вчера невольно, но всё же напугал. И хотя обычно на дам действовал как мята на кошек, то вот с Вульф всё происходило совершенно иначе. Она не реагировала на мои заигрывания и шуточки. Точнее, реагировала, но совершенно не так, как я привык. Я ощущал и видел, что чем больше я пытаюсь с ней кокетничать, тем больше она закрывалась от меня. Хотя на братьев Блэк едва слюни не пускала.

И можно было бы подумать, что она в целом колючка и злюка, но я видел с какой добротой она отнеслась к моему псу. И по опыту мог утверждать — плохой она не была. Закрытая, зажатая, явно с комплексами — я о таком только слышал, ведь мой вид относился ко всему значительно проще. Ведь зачем усложнять что-то, верно?

Да и Плюшка далеко не всем выставлял пузо, так что своим поступком удивил меня немало.

Лизи оказалась не такой, как другие девушки. Более скромная, совершенно непритязательная и не требующая ни положить мир к её ножкам, ни предоставить комнату пороскошнее, ни лечь с ней в постель. Хотя от последнего я бы не отказался. Потому что эта сладкая красотка с мягкими формами чем-то манила, хотя и смотрела загнанным в угол волком.

У нас в целом почему-то сладости особо не любили, да и не везде их можно было купить, в то время как я был от них без ума. Так что заполучить себе ту, что сможет утихомиривать мой голод, стало огромной удачей. А ведь вызывался приютить её у себя только из-за запаха ванили, что исходил от неё и успокаивал меня, приводя в блаженство.

Получив список продуктов, быстро свалил из дома, чтобы глотнуть свежего воздуха и привести мысли в порядок. Браян, которого так неудачно повстречал в магазине, потрепал меня по волосам, как мальчишку, испортив причёску. И почему-то улыбался как-то ехидно, хотя обычно на эмоции был весьма скуп.

Пытался шериф выведать, что случилось, ведь я в его глазах выглядел так, словно сбежал из дома. И он был совершенно прав, хотя признаваться в этом я не собирался. Да и бесил он меня своей проницательностью. Так что я пытался отшутиться.

На что Блэк лишь фыркнул и заявил, что я могу говорить, что хочу, но правду не скрыть, детективом быть не нужно. И не успел я даже поинтересоваться, с чего он взял, что со мной что-то не так, как босс сам ответил — я прошел мимо группы красивых женщин и даже не заметил их кокетливые взгляды, лишь агрессивно закидывал продукты в корзину и серьезно сверялся с листиком в руках.

Это стало ушатом ледяной воды на голову. Я словно очнулся от странного транса и осмотрелся. Заметил и ранее упомянутых девушек, и что в корзину помимо нужного, кинул парочку бутылок виски. Поморщившись, ибо старался алкоголь крепкий не употреблять, выложил обратно. Браян похлопал меня по плечу и ушел. А у меня даже желания покупаться во внимании прекрасных дам не

И как только вернулся домой, лёгкие сразу наполнил запах ванили. Плюшка, узрев меня, гавкнул, приветствуя, но остался сидеть у ног нашей новой соседки, которая с нежностью его гладила, умостившись на диване. Она уже сходила в душ, переоделась, но её природный запах даже гель с ароматом манго не перебил.

И почему-то мне казалось правильным видеть Лизи Вульф в моём доме.

— Плюшка, ты с каких пор у меня девушек начал отбивать? — поинтересовался я шутливо. Лизи же покосилась на меня как-то подозрительно, но отвечать не стала. Кажется, моё поведение не приводило её в восторг совершенно.

Вчера, когда узнал, что она умеет печь, хотел позвать её замуж, чтобы такое сокровище не упускать. Потом ночью сам себе удивлялся и ворочался, не имея сил уснуть, ведь мысли бешеным роем носились вокруг девушки в соседней комнате.

И вот, как только взошло солнце, я стал собираться с Плюшкой на пробежку. И ему весело, и мне полезно. Спалось крайне тревожно и неспокойно, что мне совершенно не свойственно, ведь обычно вырубался и просыпался едва-едва только после раздражающего трезвона будильника.

Собакен, который обычно всегда был рядом со мной, решил изменить мне и всю ночь провёл у Лизи. И утром с огромной неохотой вылез из её объятий, но меня всё же послушался. Маленький предатель, но и винить его не мог — сам бы с радостью умостился рядом с Пломбиркой.

Пробежка помогла успокоиться, но стоило вернуться в дом, как запах ванили сразу наполнил лёгкие, а в штанах стало жутко тесно.

Но я не гордый, пошёл в душ и поработал рукой. И да, представлял рядом с собой свою новую соседку. Обычно самки с радостью соглашались приятно провести время в постели, только вот Лизи точно отказалась бы. И, возможно, сбежала бы от меня к Лари, прося найти другое место для адаптации.

Челюсти сжались сильнее от этих мыслей.

Пломбирка, готовящая сладости на моей кухне — совершенно не то, чем я готов был бы поделиться хоть с кем-то.

И уж тем более, что она вся в целом пришлась мне по душе, хотя и оставалась загадкой.

На кухне стал готовить завтрак — яйца с беконом. Надеюсь, Лизи такое любит. Если же нет, то приготовлю что-то ещё. Нельзя морить её голодом, а то ещё утратит свои прекрасные округлости.

На запах бекона, который мигом распространился по всему дому, соседушка всё же вышла, сонно протирая глаза.

Интересно, она примеряла то сексуальное белье, которое я ей купил?

Так, стоит о таком не думать, а то снова буду вынужден заниматься самоудовлетворением.

— Доброе утро, — прохрипела она чертовски сексуально, а моя фантазия сразу нарисовала её подо мной, стонущей именно таким голосом.

Чёрт, вроде секс был регулярным и отличным, но стал ощущать себя как в пубертатный период.

Плюшка поспешил ластиться к ней. И к нему она была куда добрее, чем ко мне. Но ничего, расположение к себе ещё заполучу. И познаю вкус этих сладких губок.

— И тебе доброе, — улыбнулся как можно теплее. Лизи же зависла, уставившись на мой голый пресс (с идеальными кубиками между прочим), который я решил специально выставлять для неё. Она ж не узнает, что обычно я дома хожу полностью одетым, верно? Пусть думает, что одни спортивные штаны (без трусов) — моя обыденность. А Плюшка, к счастью, говорить не умел, а значит меня и не спалит.

Её щёки окрасились в очаровательный розовый и она стыдливо отвела взгляд, а я же свой самодовольный оскал даже и не думал скрывать. Что же, видимо, такой шаг был правильным. Главное её не спугнуть.

Мне выделили выходной, чтобы мы ещё заглянули в администрацию городка и уже Лизи поставила парочку подписей на документах — ведь принятие человека в другом мире дело не из простых.

Девушка с огромным аппетитом слопала мою стряпню, напоследок сладко облизавшись. Мне же пришлось взывать к самоконтролю, дабы не лизнуть её самому.

— Мне нравятся девушки с хорошим аппетитом, — всё же проурчал я, сложив руки на груди и поиграв немного мышцами.

Лизи снова смутилась, тихо ойкнув. И взгляд стыдливо опустила. Ну что за прелесть!

Она реагировала на моё тело — оно ей явно нравилось. Но вот мои слова явно восприняла иначе, не доев пару кусков бекона. Чёрт, неужели даже такиепростую реплику приняла на свой счёт, ещё и как упрек?

Нужно быть с ней осторожнее и мягче, а то будет меня шарахаться. И шеф за такое отвесит далеко не один подзатыльник. Рука же у него ох какая тяжелая.

* * *

— Благодарю за завтрак, — проговорила она тихо, смотря вниз, словно провинилась или ещё хуже — словно ей рядом со мной было некомфортно.

— Буду стараться радовать тебя каждое утро, — заявил бодро и девушка резко вскинула голову, удивленно уставившись на меня. Её губы соблазнительно приоткрылись и я всё же плотоядно облизнулся.

Лизи Вульф становилась для меня всё больше и больше желанным десертом, вкусить который мне было пока строго запрещено. И хотя я не привык к тому, что расположение надо добиваться, но ради Пломбирки был готов проявиться несвойственное мне терпение.

От моих действий и явно голодного взгляда, Вульф ярко вспыхнула.

— Я пока всё уберу, а ты собирайся, — решил нарушить тишину и сменить тему, но зрительного взгляда специально не разрывал. Что-то в её зелени глаз было волшебным и чарующим, а ещё там клубилось столько эмоций, что нетерпелось туда нырнуть и во всем разобраться.

— Куда? — соседка пару раз моргнула, прогоняя наваждение и разрушая тот пузырь из искр взаимного притяжение, что образовался вокруг нас.

— В администрацию. Надо ещё чуток повозиться с бумагами, — дал Плюшке маленький кусочек бекона, который специально оставил для него, ведь он у меня хороший и послушный малый. — Не забудь принять свои таблетки, — добавил чуть погодя на всякий случай, ведь нервы ей стоило бы беречь.

Лизи угукнула и поспешила приводить себя в порядок. Хотя даже сейчас — растрепанная, растерянная и вся такая настороженная — выглядела ох как привлекательно и мило одновременно.

Внутри что-то шевелилось от одного только взгляда на неё. И мне это чувство нравилось, вызывая сладость на корне языка. А сладости я ох как обожал.

* * *

По дороге в администрацию я, как всегда, со всеми здоровался, подмигивал очаровательным дамам всех возрастов и радовался, видя их счастливые улыбки. Женщины должны быть окутаны вниманием и комплиментами, тогда расцветут и подарят

Мне нравился такой подход, да и в целом все мои сородичи его придерживались.

Быть свободными и раскрепощённым до определённого момента. И я в последнее время стал всё чаще задумываться о постоянной паре, но пока мой волк крепко спал и даже ухом не шевелил, что уж говорить об заинтересованности.

Периодически косился на свою соседушку, что с интересом осматривала город, но вопросами меня не заваливала. Только вот яркие, зелёные и живые глаза волшебно сверкали, и она словно продумывала что-то наперёд.

Мне хотелось, чтобы Пломбирка больше полагалась на меня. Да и в целом в груди клубилось желание о ней заботиться и оберегать. Ещё с того момента, как она неожиданно появилась перед машиной прямо посреди дороги.

Но Вульф держала между нами дистанцию и в целом было легко понять, что ей со мной не совсем спокойно, хотя перед выходом было иначе.

Чем же я ей не угодил? Может, обиделась, ведь я решил не брать Плюшку?

— Пломбирка, как тебе наш городок? — мне действительно было интересно, ведь обычно его считали слишком маленьким и скучным. Люди из Другой стороны всегда старались свалить отсюда побыстрее и в целом шарахались нас так, словно мы сделали им хоть что-то плохое.

И понятное дело, Лизи поступала разумно, будучи осторожной, но так хотелось снова увидеть её очаровательную улыбочку.

Её изумруды задержались на мне на несколько секунд, но на симпатию там не было ни намека, лишь нечто холодное и мне неприятное.

— Очень милый и уютный, — отвернувшись, продолжила идти вперед. Кажется, разговор был окончен. Но в её в словах была искренность, что чуточку облегчила сердце. А желание разузнать, что же во мне так не нравится ей, только росло, ведь я привык совершенно к другому отношению женщин. Я же её не обижал, не оскорблял и не домогался, даже накормил. В чём проблема?

До здания администрации мы дошли молча и мне, болтуну, по идее должно было бы быть тяжело. Но оказалось удивительно приятно прогуливаться в тишине и не крутить мозгами, чтобы придумать тему для беседы поинтереснее.

О чём же думала Лизи, было загадкой, хотя обычно желания девушек я читал на раз-два.

Войдя в двухэтажное здание мэрии, сразу направились в нужный кабинет. За столом сидела Дорис — женщина чуть старше сорока, с аккуратным маникюром бежевого оттенка, в черном деловом костюме и белой рубахе. Как и все представительницы противоположного пола — выглядела прекрасно, о чем я тут же решил сообщиться. Дорис сразу звонко рассмеялась и пригласила присесть напротив, бросив мне комплимент о том, что у меня отличные мышцы. Я дурашливо ими поиграл, покрасивовался, и покосился на Лизи, желая увидеть в её глазах восторг.

Но вместо этого узрел скепсис и её настроение явно стало хуже прежнего, от чего я снова растерялся и весь свой пыл потерял.

Дорис как-то насмешливо усмехнулась, но комментировать или помогать мне не стала, а сразу перешла к делу, достав стопку документов. Вульф тяжело вздохнула и взялась снова возиться с бумагами.

Я же наблюдал за тем, как она забавно хмурится, кусает задумчиво губы, сосредоточенно всё вычитывая. Умница, относится к делу ответственно и желает знать свои права и возможности.

Пару раз задавала уточняющие вопросы, который я благополучно пропустил мимо ушей, любуясь ею. Сладенькая, такая манящая, что аж в глотке пересыхало.

— Если вопросов больше нет, вы свободны, — слова Дорис вырвали из транса, заставив встрепенуться и растеряно глянуть на часы. Мы просидели здесь достаточно долго, но для меня словно прошло лишь несколько минут. Интересно, Лизи обладала магией? Хотя, она из другого мира, о чём это я.

— Благодарим за помощь, — снова улыбка во все зубы, которая у Пломбирки вызвала сморщенный носик. Это я ей настолько противен или что?

Попрощавшись, соседушка быстрыми шагами, не оглядываясь, направилась к выходу.

— Ты куда-то спешишь? — не смог обуздать своё любопытство я. Зеленые глаза удивленно блеснули.

— Я думала оставить вас наедине, чтобы не мешать, — проговорила она вроде спокойно, но недовольство звенело в гласных. И догадка о том, что она меня приревновала, вызвала довольный оскал.

— Но с чего ты вообще взяла, что я хотел заняться сексом с Дорис? — поспевать за её шагом, тем более с моими длинными ногами, не составляло труда. А вот Пломбирка запыхалась и всё же стала двигаться медленнее.

— Так вы изначально флиртовали и потом молча пожирали друг друга взглядами, — пожала девушка плечами, а у меня челюсть едва ли не отвисла.

— Вообще-то, я всё время смотрел на тебя, Пломбирка, — заговорил ласково, но её фырк, полный скепсиса, чётко дал понять, что мне она совершенно не верит. — Ладно, раз я стал причиной твоего плохого настроения, то давай зайдем в кафе и угощу тебя вкусненьким, м? — легонько, чтобы в случае чего она могла вырваться, я схватил её за кончики тёплых пальцев руки. Каждую подушечку хотелось бы поцеловать, но пока для этого явно было рановато.

— Нет, — отрезала радикально, но и вырывать руку не стала. Я же остановился, заставляя и её встать. Лизи странно огляделась и опустила голову, словно была готова вот-вот расплакаться, от чего у меня стала зарождаться в груди паника.

— Почему, моя хорошая? — от такого обращения вздрогнула всем телом и непонимающе уставилась на меня. Кажется, она была в замешательстве так же, как и я.

— Рядом с таким, как ты, не место таким, как я, — тяжело вздохнув, проворчала тихо. Но я расслышал, и мой мозг окончательно замкнуло, связь с миром и логикой была полностью потеряна.

— Кто сказал такую глупость? — пришлось прикусить внутреннюю сторону щеки, чтобы не выразиться матами. Но ответом стали недовольно поджатые губы и зеленые глаза, злобно засверкавшие, словно я спросил очевидное.

— Все пялятся на меня и посмеиваются, — я сжал её пальчики крепче, ощутив, что она хочет отдалиться. Но позволять этого не стал, а то сбежит, замкнется в себе и не достучишься же потом.

Я вроде ничего подобного не замечал, но Лизи явно видела происходящее и окружающий мир иначе.

— Вы все здесь такие красивые, идеальные, а я — пухлая свин…

— Ты — сладкая и прекрасная пломбирка, — наклонившись поближе к её личику, заставил замолчать. Близость с ней была приятна и будоражила получше алкоголя. — Не смей говорить о себе гадости, — чмокнул в лоб, не удержавшись. И от её шока, перетекающего в смущенное негодование, в груди приятно разлилось умиление. Я широко улыбнулся, но не отстранился. — Теперь каждый раз, когда будешь говорить такое, будешь получать наказание от меня, поняла?

Лизи

Пришлось резко выровняться и, не отпуская её, потянуть к дому. Всё же, её комфорт был превыше всего. Свожу на мороженко, когда она свыкнется со всем.

И Лизи, словно не зная как на мою шалость реагировать, послушно последовала за мной, не став причитать или ругаться.

* * *

Дома же нас встретил Плюшка. Ну как нас? Меня он удостоил лишь кратким взглядом, а вот к Лизи полез выпрашивать ласку и довольно мотылять хвостом. Засранец и предатель. Ещё и девушку у меня решил отбить.

Но так как соседушка сразу повеселела, я решила друга простить, сам принялся готовить стейки на заднем дворе. Мясо точно даст Лизи больше сил и улучшит настроение.

И моя догадка оказалась верна. Соседушка пришла на запах, сев на лавочку на заднем крыльце. Но словно кошка, держалась на расстоянии и просто наблюдала, дожидаясь, когда будет готово.

Я же делал вид, что её не замечаю, в душе радуясь тому, что она хотя бы не закрылась у себя в комнате.

Но стоило ей снова вернуться в дом, я не смог сдержать разочарованный вздох. Её сладкий запах успокаивал и поднимал настроение.

— Лизи, готово! — крикнул я, снимая стейки с гриля. Девушка тут же появилась с тарелками и миской свежего салата. Так вот почему она меня покинула, а не ждала спокойно, когда я всё сделаю сам. Прелесть какая.

Конечно же, Пломбирка от запаха и вида моего фирменного блюда тяжело сглотнула, вызвав у меня самодовольную усмешку. Но тут же встрепенулась и опустила взгляд, словно в её аппетите было что-то постыдное. Женщины всегда были сложными существами, но эта Сладость была и вовсе загадкой, ломающей мне мозги, ведь понять её было слишком сложно, если не сказать, что невозможно.

Какое-то время мы ели молча, всё так же на заднем дворе, ведь погодка была отличной.

— Прости, — всё же не смог держать язык за зубами, да и хотелось всё же узнать, что творится в её головушке. Вульф удивленно на меня уставилась, не понимая с чего это вдруг. — Я вёл себя как обычно и не уделил тебе по дороге в мэрию достаточно внимания, — решил всё же объясниться, чувствуя себя слегка неловко.

И внутри всё неприятно сжалось, когда девушка выдавила из себя горькую улыбку.

— Ты и не обязан, — пожала она плечами, возвращая внимание еде. Но я сдаваться просто так не намеревался, хотя и не знал, как реагировать на её слова. Ведь от части она была права.

— Почему ты так негативно относишься к флирту? — решил спросить в лоб, ведь заметил закономерность, когда она больше всего проявляла негативные эмоции. Пломбирка нахмурилась и засопела. Кажется, я попал в яблочко.

Она не хотела отвечать, но и я не собирался отступать просто так.

— Ты что-то слышал о верности? — и тут я подвис, пытаясь построить логическую цепочку. Пока всё упиралось только в разницу взглядов на подобное.

— Пока у меня нет пары, я наслаждаюсь жизнью и пробую разное, чтобы понять, что нравится, — задумчиво почесал подбородок. Для волков это было в норме вещей и никогда никто нас за это не корил, ведь у каждого вида свои заморочки.

Только вот Лизи поморщилась брезгливо и отвела взгляд. И я четко осознал, что в её глазах пал, ведь она, кажется, считала теперь меня ловеласом или ещё кем похуже. Вот чёрт.

Глава 4

ЛИЗИ

После обеда я Оуэна конечно же поблагодарила, ведь готовил он воистину божественно, да и в целом пытался быть милым и уделял куда больше внимания, нежели я заслуживала. Он ведь и вправду не обязан был со мной нянчиться и при этом вести себя так, как мне того хотелось. Но просто гулящих мужчин я воистину недолюбливала, и это мягко сказано.

И я корила себя за то, что не умела скрывать свои эмоции. Точнее, разучилась это делать. Потому что Мия мастерски выводила меня из себя и заставляла быть живой, а не лишь тихой тенью, какой я была в приюте временами, чтобы старшие не обращали внимание и не избивали.

О том времени вспоминать не хотелось.

Зажмурившись, накрылась мягким бежевым пледиком. Хотелось побыть одной.

А лучший способ успокоиться — поспать. Ведь могла сама себя ещё больше накрутить и пристрадать или того хуже — вызвериться на бедного оборотня, который, по сути, ни в чём не был виноват. Он такой, какой есть. И не мне его учить жизни или правилам приличия. Гостья не только в этом доме, но и мире — именно я.

Но мои нервы были на пределе, а сердце никак не хотелось мириться с тем фактом, что своих подруг не увижу больше никогда и всё, к чему стремилась и чего достигла — кануло в небытие.

Хотелось истерить и выть от безысходности. Почему я? Почему сейчас? За что всё это? И неужели на самом деле нет возможности вернуться в свою зону комфорта и спокойной жизни?

И почему успокоительный таблеточки не помогали? Мне было бы куда легче, не ощущай я всего этого.

За дверьми тихо, но проникновенно-жалобно заскулил Плюшка, от чего сердце сжалось пуще прежнего. Но я лишь шмыгнула носом и накрылась с головой, не желая даже шевелиться. Пусть это солнце меня в этот раз простит.

— Что, дружок, хочешь к нашей красавице? — хоть и приглушенно, но я расслышала Оуэна. И от его слов, сказанных собаке, сердце затрепетало. Глупая я, ведь ведусь на его сладкие речи, хотя и знаю, что точно с ним не суждено быть.

Дверь тихо отворилась, послішался топот лап, и мне под спину плюхнулась пёс.

— Присмотри за ней. Ты ей нравишься явно больше меня, — сказал напоследок сосед, но в голосе я, кажется, расслышала нотки горечи.

Глупости.

Он купается во внимании женщин.

Разве что я задела его эго, не упав на колени и не став кокетничать от одной его только улыбки.

Дверь закрылась и я моментально уснула, ощущая приятное тепло за спиной.

* * *

Вечером проснулась, но сразу поняла, что лучше не стало совершенно. Меня словно кто-то пожевал и выплюнул, да и настроение ничуть не улучшилось. Правда, как только Плюшка «жестоко напал» на меня, став лизать лицо, любовь к этой прелести чуток успокоила душу.

Аппетита не было, да и после нашего разговора, было неловко даже просто встретиться со Стоуном. Но и прятаться в комнате вечно тоже не вариант, так

Мужчина же сидел на диване и читал, кажется, газету. Хотя я и надеялась, что, возможно, он пойдет гулять и развлекаться с красотками, позволив мне чуток расслабиться.

Не зная, стоит ли вообще что-то говорить, я направилась к кухне. Набрав воды и включив чайник, открыла верхний шкафчик, где ранее видела чай. Но он пропал. Спрятал от меня, что ли?

— Я чай переставил в шуфляду. Подумал, что тебе будет удобнее доставать, — заговорил Оуэн, а меня аж передернуло. От отвращения к самой себе. Сдержала бы язык за зубами, да не портила и без того непонятные отношения с добрым созданием. Он, не смотря на моих тараканов, продолжал обо мне думать и заботиться. Сделав глубокий вдох и выдох, нашла коробочку с ромашкой.

— Спасибо, — вспомнив Мию, которая даже когда понимала, что была слишком груба или неправа, всё равно извинялась или благодарила, кривя мордашку, я тоже выдавила из себя кое-как. Закусив губу и немного сомневаясь, всё же решила быть более вежливой. — Ты что-то будешь?

Но оборачиваться не стала, не имея смелости.

— Да, завари и мне, пожалуйста, — голос мужчины тоже не пестрил былой энергией. Ему теперь тоже было неловко рядом со мной. И это в собственном доме. Наверное, стоит всё же обратиться к кому-то из Блэков и попросить переселить меня куда-то, чтобы не становиться для Стоуна той самой ложкой дёгтя в его сладкой бочке мёда.

Я кивнула и достала две чашки. И тишина, нарушаемая лишь моими действиями, в этот раз казалась дико-неуютной и неприятной.

— Послушай, — голос оборотня разрезал покрывало тишины, снова заставив вздрогнуть. Я же, натянув на лицо подобие улыбке, взяла чашку и направилась к нему, упорно делая вид, что меня совершенно ничего не беспокоит. — Лизи, — как-то жалобно, словно скуля, протянул он, видя мою маску насквозь.

И я собиралась трусливо сбежать. Ну а что тут такого? Я так часто делала, потому что была слабой во всех смыслах этого слова.

Но в дверь громко постучали и Плюшка побежал неожиданного гостя встречать, радостно виляя хвостом. Хотя до этого сидел тихо в сторонке и словно наблюдал за нами, не понимая, что происходит.

— Заходи, шеф! — крикнул Оуэн, делая пару глотков чая. Хорошо, что я была из тех извращенцев, что добавляли холодную воду в кипяток, чтобы можно было сразу пить. Иначе бы дружок обжегся. Или нет. Оборотень, как ни как.

Дверь отворилась и, слегка пригнувшись, вошел шериф.

— Доброго вам вечерочка, — протянул он расслабленно, но сразу настороженно застыл и принюхался, оценивая нас внимательным взглядом. Это что, эмоции пахнут? Или по нас и так было понятно, что не поладили?

Стушевавшись, я поздоровалась и всё же быстро спряталась в своей комнате. Если надо, позовут.

Я слышала приглушенные голоса мужчин, но подслушивать не собиралась, поэтому открыла окно, умостилась на стуле и, попивая чай, наслаждалась прекрасным заходом солнца. Я совершенно не знала, что мне теперь делать. Пыталась построить план, но даже не догадывалась с чего начать и в каком направлении двигаться.

Эта неизвестность будущего как угнетала, так и пугала до кома в горле и непришеных слёз в глазах.

Дома у меня была уже стабильность, я зарабатывала тем, к чему стремилась душа. Добилась популярности, как автор романов, и могла себе позволить путешествовать или покупать дорогие подарки подругам.

Но внутри меня всё ещё жил подросток, который опасался снова засыпать голодным, и не позволял тратить деньги попусту. Жизнь в приюте оставила в душе слишком глубокий и кривой след, который я никак не могла засыпать хорошими воспоминаниями. Словно посыпала огромное болото маленьким пакетиком сахарной пудры…

— Лизи, можно к тебе? — голос шерифа заставил вынырнуть из воспоминаний и я смогла лишь хрипло выдавить «да». Но меня всё же услышали.

Мужчина вошел и уставился на меня так, словно пытаясь что-то найти.

Он закрыл за собой аккуратно двери и сделав пару шагов, сел на кровать, дабы быть поближе ко мне.

— Я понимаю, что тебе наши устои кажутся странными, — видимо, сосед всё рассказал, да и Блэк не стал ходить вокруг да около, перейдя сразу к делу. — Но не злись на мальца, ладно? Он парень хороший, надёжный, — я на такие слова лишь поджала губы и опустила взгляд. И только теперь заметила, что в руках оборотень держал какую-то толстую книгу. Но название разобрать, из-за полу-темноты в комнате, не удалось. — К тому же, для их вида такое поведение вполне нормально, — легко было говорить тому, кто в этом вырос и не понимал, что может быть иначе.

— Все оборотни такие… — попыталась подобрать слово, которое бы не обидело, но словарный запас резко поредел и я лишь занервничала пуще прежнего. Но шериф меня понял и лишь спокойно улыбнулся.

— Волки — да. А вот медведи предпочитают ждать свою пару и быть верной только ей.

Я слушала, затаив дыхание, а потом мечтательно и вздохнула. Вот мишки лапушки, всем бы так. Но, опять же, выбор каждого и не мне указывать. — Волки гулящие ровно до того момента, как встречают пару. Потом они верны только ей и ни на кого другого не смотрят. Так что можешь не переживать.

Я же зависла, пытаясь понять к чему были сказаны последние слова. Нахмурившись, пробовала разглядеть хоть какой-то подвох или шутку, но на лице шерифа была всё так же легкая улыбка, которая делала его невероятно привлекательным. Эх, хотела бы я с ним жить….

* * *

Но что дальше? Я точно не пришлась бы ему по душе, да и в целом стала обузой. И что, лелеяла свою любовь, а потом внутри умирала, когда он найдет свою пару? Нет уж. Лучше здесь мне быть без этих чувств и пресекать всё на корню.

Тем более, что уже когда-то испытывала наивную влюбленность, а потом страдала, ведь каждый вдох давался с трудом — словно душа царапалась об осколки разбитого сердца. Признаться в своих чувствах не хватило смелости, поэтому в итоге просто наблюдала со стороны, как он дарил свою улыбку другой.

— Не мне становится его парой, которой точно не позавидуешь, — буркнула раздраженно, хотя злилась больше на себя за странные мысли. Какая к чёрту любовь, когда я ничего здесь и не имею?

— Я могу понять тебя, да и Оуэн добряк, но с другими лучше быть осторожной в высказываниях, — голос собеседника стал строже. — Некоторые могут и обозлиться, ведь это ты для них странная.

Меня словно окатили ледяной водой и я застыла, только сейчас

Они сильные, я слабая.

Таков расклад мне был хорошо знаком. И, к счастью, я умела в таком мире выживать. Хотя и сложно будет, но так хотя бы сохраню свою тушку. Правда, пока непонятно ради чего мне здесь вообще стараться.

— Лизи, здесь у самок раз в полгода бывает течка. Так что секс будет везде. И тебе просто стоит смириться и принять это, как нечто повседневное. В этом нет ничего плохого, — пожал он беззаботно плечами, а у меня тошнота в горле застряла.

Он не говорил грубости, просто констатировал факты и давал дельные советы. Только вот поменять себя и свои взгляды за одну ночь невозможно, как бы не старался.

— Я вас поняла, — опустив голову, смиренно проговорила я. Раз таков расклад, то иногда выхода всё равно нет, верно?

Шериф напрягся и неловко потер шею, словно не зная, что со мной делать.

— Вот, это обобщенная книга о нашем мире и некоторых традициях. Для ознакомления отлично подойдет, — положил книгу на кровать, сбоку от себя. — Приятных снов, Лизи.

— И вам того же, — всё так же, не поднимая головы, отозвалась я.

Мужчина вышел и сразу же стал что-то говорить Оуэну, но мне было всё равно.

Мне дали четко понять моё место и мягко попросили не открывать бездумно рот. Я урок поняла, спасибо.

Только вот разумом и понимала, но слёзы сами покатились по щекам. И как бы я их не терла, как бы не пыталась уговорить себя не плакать… Я продолжала рыдать, едва хватая ртом воздух.

Задыхаясь от безысходности и обиды на весь мир, от жестокости судьбы и от вторичной потери подруг, хотя ещё и от первой толком не отошла. Ведь я не позволяла себе плакать за Мией, поставив себе задачу быть сильной, когда на самом деле такой не была.

И вот, последствием стала прорванная дамба чувств, которые я упорно пыталась сдерживать, не смотря на то, что знала, что их слишком много.

Упав на кровать и прижав подушку к лицу, пыталась свои хрипы приглушить, чтобы никто не узнал о том, что сегодня Лизи Вульф окончательно сломалась под напором жизненных издевательств.

* * *

Следующим утром, едва разодрав опухшие глаза, первым делом пошла умываться холодной водой, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.

— Доброе утро, — на кухне, когда я вышла после долгого ледяного душа, уже приготовил завтрак Оуэн.

— Доброе, — опустила подбородок, склонив голову и не смотря на него прямо. Нужно ему показать, что я всё поняла и теперь буду тихой и послушной, слова дурного не скажу.

Плюшка, которого я к себе не пустила, тут же прискакал ко мне, прося ласки. Я его легонько по мордочке погладила, но не более того.

— Сегодня у нас тосты с авокадо и красной рыбой, — мужчина заговорил бодро и мне стало ещё более совестливо, что я не могу ответить ему тем же.

— Замечательно, — тихо буркнула, подходя к столешнице, откуда доносился запах запекшегося хлеба. И только сейчас поняла, что на самом деле сильно проголодалась, ведь не ела ничего со вчерашнего обеда.

— Надеюсь, аллергий у тебя нет? — как-то уже не так весело спросил Стоун, на что я, всё не так же не поднимая взгляда, молча отрицательно мотнула головой в разные стороны. — Тебе плохо? — я прям представила, как он хмурится, а шкодливая улыбка исчезает с лица.

— Нет, всё в порядке. Благодарю за беспокойство и за завтрак, — прочеканила ровно, потянувшись к завтраку.

— Лизи, тебя шеф обидел? — кажется, в его голосе зазвенело недовольство.

— Нет, он лишь сказал правду, — откусила побольше и активно заработала челюстью, чтобы побыстрее закончить и не мешать хозяину дома своим присутствием.

Да, я знала, что Оуэн не такой. Да, понимала, что веду себя глупо.

Но в приюте я осознала, что если вести себя тише воды и ниже травы, не поднимать взгляд и послушно держать голову опущенной, то сильные тебя не тронут, и жить будет легче. Ведь на тихих насекомых, как я, никто не обращает внимания, верно?

— Лизи! — мужчина вдруг оказался подле меня и, схватив за плечи, ощутимо так встряхнул. У меня же голова чуть не отпала!

Я тут пытаюсь приучиться быть тенью, а он ещё чем-то недоволен?

От злости и обиды, что даже и тут шло всё не так, как мне того хотелось, зыркнула на блондина. На его лице же сиял победный оскал. Но язык себе прикусила, дабы не сорвалось парочку ласковых.

— О, всё же эмоции у тебя есть, — вдруг выдал он счастливо, а я тупо растерялась. — И не стоит их от меня прятать, Пломбирка, — заурчал он довольно. Я же плотнее поджала губы, злясь на него. Чего вообще пристал-то, а? Кучу девиц имеет, но почему-то всё своё внимание уделяет мне. — Будешь прятать чувства, я буду лишь сильнее стараться их из тебя вытянуть, — проурчал он, склоняясь. Его же широкие ладони из моих плечи опустились к талии.

— Лучше не надо, — буркнула, не зная, как на него вообще реагировать и как бороться со смущением в его присутствии. Слишком противоречивые эмоции клубились внутри и не давали покоя. И я лишь тяжело вздохнула, не двигаясь.

— Может, лучше нам начать встречаться? — вдруг выдал он счастливо, а у меня глаза на лоб полезли. Святые кексики, это вообще как ему в голову такое взбрело?

— Нет, — сумела резко отреагировать и попыталась вырваться. Но в итоге смогла лишь развернуться, а потом меня нагло прижали к горячему голому торсу, на который я старалась не смотреть и не пускать слюни. А его ладони на моем животе и вовсе вызвали возбужденных мурашек по всему телу. Чёрт.

— Почему? — шепнул в ухо, опаляя своим дыханием и нагло возбуждая пуще прежнего.

— Иди пукни в тазик с мукой! — брякнула первое, что пришло в голову. И, воспользовавшись его полной растерянностью, смогла выскользнуть и отойти на пару шагов.

— Нам с тобой точно будет весело, — он вдруг плотоядно облизнулся и криво улыбнулся, словно предвкушая то самое веселье.

— Это каким образом? — осторожно поинтересовалась я, думая о том, как бы мне и тост схватить, и сбежать в комнату, подальше от этого оборотня, который резко выбил мысли о бытие тени в этом страшном мире.

— Ну, как минимум, я смогу узнать ещё парочку интересных фраз от

— Я могу их печь и просто так, — осторожно выдала я, продолжая медленно двигаться. Но тут Стоун одарил меня солнечной, но шкодливой улыбкой. Не успела я даже дернуться, как снова оказалась прижатой к сексуальному телу и ощущая вибрации в его груди от заливистого смеха. И эти вибрации эхом отдавались в моём сердце, которое и без того испуганно колотилось.

— Не переживай, Пломбирка, я сделаю тебя здесь счастливым, — пообещал он, целуя меня в волосы. Я же испуганной ланью застыла и не двигалась, ведь понимала, что вырваться всё равно не смогу. И хотя его сладкий голос приятно разлился по венам, как и желанные слова любой девушки, но я помнила о его натуре.

Глава 5

Лизи

И словно прочитав мои мысли, ну или имея всё же опыт со строптивыми и противными девицами, следующим утром Оуэн разбудил меня приятнейшим образом — принеся ароматный кофе в постель.

И да, беззастенчиво продолжал щеголять с голым торсом, нагло сбивая меня с правильного пути.

А о том, что я сразу заметила отсутствие трусов и наличие немалого хозяйства под штанами и заикаться не стоит. Только чудо, и никак иначе, что я не пускала открыто на него слюни и не выдавала тупые пошлые шуточки о том, что он там спрятал бейсбольную биту.

— Доброе утро, красавица, — мужчина буквально урчал, как тот кошак (а точно ли он волк?). Потому что он мало того, что удивил меня и моментально взбодрил, так ещё и точно был рад тому, как я невольно, залипаю на его идеальное тело. — Я сегодня ухожу пораньше, и вернусь лишь вечером, — вручил мне чашку ароматного напитка, и я лишь смогла угукнуть, ведь опять же не знала, что стоит говорить в такой ситуации.

— Хорошего дня, — и вдруг чмокнул, почти что клюнул меня в щеку, как мальчишка, который решился впервые показать симпатию девушке. И шкодливо-счастливая улыбка до ушей лишь вызвала трепет в груди.

На мое возмущенное сопение он лишь звонко и бархатно рассмеялся, совершенно не ощущая угрызений совести. Зараза.

Но не успела я ничего высказать, как это торнадо умчалось прочь, а за ним побежал счастливый Плюшка, явно думая, что это с ним решили поиграть.

И почему-то дольше пары секунд злиться я на Оуэна Стоуна не могла, поэтому лишь фыркнула и решила насладиться кофе.

Он воистину кошак — очаровательный и в тоже время противный, и отталкивать его не хотелось совершенно по глупым причинам.

Когда же входная дверь хлопнула, собака вернулся ко мне, прося ласки, я как раз отставила чашку на тумбочку. Такой милаха, ей Богу. Почухав вдоволь чудо золотистое, решила все же отправиться на кухню.

Там меня ждали в этот раз мюсли с фруктами.

Когда он просыпается, раз успевает всё приготовить? Ещё и бегает иногда. Бррр.

Моя ленивая тушка даже об одной мысли о спорте содрогалась.

Возле мисочки была записочка с сердечком в конце.

'Пломбирка, не скучай без меня, ладно?

Лучше отдохни хорошенько и позволь себе расслабиться. Для этого я в ванной оставил ароматические свечи и парочку бомбочек для ванны. Это точно должно помочь вернуть улыбку на твоё прекрасное личико.

Не забудь пообедать и выпить таблетки.

С любовью, твой парень'

Я перечитала несколько раз, безуспешно пытаясь кусать губы, дабы скрыть улыбку.

Моя романтичная натура аж пищала от восторга и того, каким ванильным был Оуэн. Да, глупо радоваться, ведь я знала его гуляющую натуру. Но поделать с собой ничего не могла.

Потому что на кончике пальцев покалывали искорки счастья.

Но напомнив себе, что всё же не стоит влюбляться в такого, как он, взяв завтрак, отправилась на заднюю веранду. Всегда мечтала вот так, расслабившись в доме, лениво поедать вкусности и никуда не спешить.

На уже полюбившейся мне лавочке, прижав ноги к груди и поставив миску на колени, ведь мне так было вполне удобно, с радостью поедала фрукты.

Плюшка бегал по двору, что-то вынюхивая, словно проверяя, всё ли в порядке с его территорией.

Я же пыталась разобраться в происходящем.

Вчера Оуэн вел себя смирно и знаков внимания особых не уделял, я даже было обрадовалась, что он уже потух и забыл о том, что решил меня добиваться. Ха! Моя наивность не знает границ.

Зато сегодня удивил так удивил (и возбудил своим видом).

Румянец снова опалил щеки.

— Приятного аппетита, — женский голос поразил и я подняла взгляд. За заборчиком, на соседнем участке стояла темноволосая красавица с загорелой кожей. Длинные и густые волосы собраны в небрежный хвостик, белый топ открывал вид не только красивую грудь, но и плоский животик. Короткие шорты подчеркивали стройные, просто идеальные ножки.

И вот эта модель спокойно поливала розы в саду. Правильно, лучше утром, пока нет жары. Она ещё и умница.

— Спасибо, — отреагировала заторможенно, продолжая ею любоваться.

— Ты ведь понимаешь, что не во вкусе Оуэна? — такого вопроса не совсем ожидала, но ответить не успела. Девушка продолжила. — Даже из жалости, но он не станет с тобой встречаться и вообще ты ему не пара.

— Полностью согласна! — закивала я с умным видом, довольная тем, что не я одна так думала. А то уже закрадывались мысли, что это со всеми здесь что-то не так.

— Что? — сконфуженно переуточнила девушка, явно надеясь на совершенно другую реакцию. Но не на ту напала. Я из приюта, да и Мия выработала иммунитет к противным комментариям или неприятным намекам.

— Я рада знать, что не одна так думаю, ведь ему подойдет девушка красивая. Например, вы, — продолжила как ни в чем не бывало я. И умилилась, ведь соседка смутилась и оторопела, ведь на попытку обидеть я ответила искренним комплиментом.

— Чудачка, — гаркнула она и, бросив шланг, недовольно потопала к себе.

Я же, доев фрукты, посмотрела на притихшего Плюшку.

— Ты мюсли любишь? — собакен согласно гавкнул и я, довольная всем, отдала ненавистную жижу ему. Вот мы и подружились с ним окончательно. Главное, чтобы Оуэн не узнал. — Это наш секрет, хорошо, красавчик? — прошептала я, улыбаясь. Всё же, собаки лучшие создания на планете.

* * *

Вечером, когда Оуэн вернулся, я увлеченно

А после ванны, которую всё же приняла, плюс успокоительное — смогла хорошенько так расслабиться.

— Ты что, не обедала? — поставив какие-то пакеты на стол, недовольно сощурив глаза, вопросил оборотень. Интересно, как он так быстро догадался, если даже холодильник не успел открыть и проверить, всё ли на месте или нет.

— Ой, — покосившись на него, а потом и на часы, виновато улыбнулась я. — Не заметила, как пролетело время и…

Не договорила, едва не подавившись воздухом — потому что Оуэн быстро оказался рядом и наклонился над диваном, упираясь руками по обе стороны от меня, словно беря в ловушку. Его запах ударил по всем рецепторам сразу и сердце предательски затрепыхалось в груди. А вид на шикарное тело в форме вызвало лишь повышенное слюноотделение.

— Плохая девочка, — протянул он, сверкая глазами, а я лишь смогла тяжело сглотнуть и проявлять силу воли, чтобы не пялиться на его длинные ноги в обтягивающих штанах. Да, мысли у меня в голове часто вертелись совершенно неприличные. — Ты должна за собой следить, — продолжил он опасливо-нежно, а я вся сжалась, облизавшись. Не о том я думала и фантазировала, ох не о том. — И заслуживаешь наказания.

И я была готова к часовой нравоучительной лекции (или грязным словечкам, от которых бы намокли трусы) или ещё чего, но в итоге получила неожиданно совершенно иное — мягкие губы мужчины коснулись моего лба в легком поцелуе, заставив меня зависнуть.

Шашлык мне в рот, вот это поворот.

И его шкодливая, самодовольная ухмылка, которая с каждым днем нравилась мне почему-то всё больше и больше, ничего хорошего для моего сердца не предвещала.

Только я собиралась всё же высказать недовольство за его фривольное поведение, как он отошел, достал из пакета какую-то коробку и торжественно вручил мне, сделав грудь колесом, явно гордясь собой.

Я хотела спросить что это, но на коробке был нарисован ноутбук. И снова я зависла, не веря в происходящее. Потому что дорогими подарками меня баловала только Мия.

— Зачем? — выдавила я неверяще, сжимая коробку до побелевших пальцев. — Я ведь не могу пока себе такое позволить и…

Его горячий большой палец коснулся губ, заставляя замолчать. И от проникновенного взгляда, да и такой близости, всё замерло. Кажется, во мне зарождались новые и неведомые звезды и вспыхивали маленькими искрами, щекоча всё внутри.

То Оуэн одним действием доводил до паники, ведь я боялась вероятности, что скоро ему наскучу и потом стану пожизненной рабыней, дабы отплатить за все продукты и прочее, что он на меня потратил. То мигом успокаивал тёплым взглядом, от которого было не по себе, ведь в моём мире люди не показывали свои эмоции так открыто. И не видеть даже тени какого-то тёмного умысла — было дико и странно.

— Потому что для тебя ничего не жалко, Пломбирка. Да и ты такая сладкая, что я просто хочу тебе задаривать всем подряд, — Оуэн легко пожал плечами. Он говорил серьезно, но так тепло и сладко улыбался, что моё сердечко снова из-за него затрепетало, хотя буквально утром и настраивала себя на совершенно иное отношение к нему. — Я и так сдерживаюсь, чтобы не покупать тебе что-то постоянно.

Такое солнце, как он, должно находится в в искренних и добрых руках, а не в моих. Потому что в своих ладонях я сжимала осколки разбитой души, которыми могла ранить его.

И дело было не в разбитом сердце, а просто в моей неуверенности в себе.

С каждым мгновением рядом со Стоуном я понимала, что слишком слабую силу воли имею, да иммунитета перед такими красавчиками совершенно нет.

И чтобы эти чувства вдруг не переросли в нечто большее, нежели восторг и возбуждение, я решила сделать его прототипом своей новой истории. Тем более, что ноутбук есть и я смогу все записывать и постепенно лепить новый мир, где персонажи тоже познают любовь и будут счастливы.

Да, именно когда я садилась писать свои романы, я одевала толстые розовые очки и погружалась в мир грёз.

И надеялась, что как только вылью свои зарождающиеся, словно первые бутоны роз, чувства на бумагу, меня попустит и так бурно реагировать на красавчика-соседа не буду.

Сомнение, нависшее надо мной мрачной тенью с ехидной усмешкой, я решила игнорировать.

Глава 6

Лизи

Пока я открывала ноутбук и исследовала его, удивляясь тому, что в этом плане всё было идентично, как и в моём мире, Оуэн из остальных пакетов достал упакованные готовые различные блюда.

Решив, что вечно сидеть у него на шее, как королевна, я не могу, поэтому, отложив всё, направилась к нему, чтобы хоть как-то помочь.

— Отдыхай, — сразу бросил мужчина, оторвав кусочек запеченной курицы и дав Плюшке. Я же насмешливо фыркнула.

— Отдыхала целый день, в отличии от тебя. Так что лучше сервировкой займусь я, а ты передохни, — доставая тарелки, не дожидаясь одобрения, бросила через плечо.

— Тебе так сложно принять мои ухаживания? — такой вопрос ввёл в ступор и заставил повернуться к соседу лицом. Я зависла и задумалась, а потом неуверенно, но всё же кивнула. Стоун застыл с горькой улыбкой на губах.

— Привыкла делать всё сама, — пожала плечами, ведь не видела в этом ничего постыдного. Мне такие ухаживание в реальной жизни были в новинку, ведь подобных мужчин не встречала.

— У вас что, мужчины обделены манерами? — оборотень нахмурился, совершенно точно недоумевая. Я же тоже задумалась — неужели здесь все стараются угодить самке, чтобы она ничего не делала и просто жила в удовольствие? Ха. Сказка какая-то.

— Ну, подобное я видела лишь в фильмах или читала в романах. В реальности же всех нормальных мужчин разобрали и окольцевали, — постаралась объяснить, хотя и сомневалась в полной правдивости своих слов. — По крайней мере, если судить по моему опыту, — попыталась внести ясность, чтобы он не подумал, что у нас там все мужики бесчувственные чурбаны.

— Тогда тебе стоит привыкать ко мне, чтобы поскорее наслаждаться и вертеть мной, как захочешь, — он снова подмигнул, флиртуя. Только вот мне его слова не понравились совершенно. Точнее, последняя часть.

— Почему я должна тобой вертеть в свою угоду? Ты тоже личность. Да и разве не лучше, когда в паре каждый дарит одинаково любовь?

Вполне вероятно, я была идеалисткой и наивной, но правда считала, что нельзя назвать отношения нормальными, где один пользуется другим и не дает ничего взамен.

Оуэн

— Пломбирка, — вдруг заурчал он, а меня дрожь пробрала. Прям морозными покалываниями по венам. Но не от испуга, а скорее от… предвкушения?

— Чего? — постаралась отвлечься, занимаясь распаковкой остальных блюд. Набрал он для двоих как-то слишком много.

— Ты мне нравишься всё больше и больше, — я на такое повела плечом, отгоняя дурные мысли. Поиграется и забудет. Не стоит влюбляться. Не стоит.

Я не привыкла к заботе, а он не привык к тому, что девушка не пытается использовать его в своих корыстных целях.

Возможно, из-за того, что мы оба не встречали кого-то адекватного, то и вели каждый свой образ жизни. Оуэн разгульный, чтобы к нему пиявка не присмокталась. Я же одиночный, чтобы никто сердце не разбил.

Хотя, это лишь мои догадки. Да и в книге, которую читала, четко говорилось о том, что это в природе волков — заботиться о самке. А те, получая достаточно внимания и имея возможность выбрать самца, пользовались этим и могли капризничать.

И они правда вели разгульный образ жизни ровно до того момента, как встречали пару, с которой желание потрахаться со всеми подряд исчезало.

Хорошо, что хотя бы потом хранили верность.

Но это ведь не наш случай, так что не стоит даже мечтать об этом.

* * *

Сказать легче, чем исполнить. Особенно, учитывая фактор упёртого Оуэна Стоуна, который явно решил всё же не сдаваться на мой счёт.

Потому что после того, как я его признание проигнорировала и отправила в душ, он снова явился, сверкая и белыми зубами, и кубиками пресса. Зараза.

Я лишь надеялась, что скоро к такому зрелищу привыкну и не буду столь бурно реагировать каждый раз и надеяться, что слюни не потекут.

После ужина в тишине, я собиралась в кои-то веки сделать что-то в доме, поэтому вызвалась мыть посуду. Но Оуэн не позволил, заявив, что есть посудомойка и мне не стоит тратить на подобное силы.

Но в знак благодарности, раз уж я настаивала, попросил посмотреть с ним фильм.

И я, не подозревая ни о чём, согласилась, ведь выполнить было не сложно.

Что ж, я говорила, что наивная, вот и снова за это расплачивалась.

Оуэн, явно испытывая меня — раскидал множество подушек, притянул пледик пушистый. И разлегся так, словно ждал, что я сама на него сяду сверху и просмотр фильма заменит нечто более пикантное.

Ну или это моя фантазия бушевала, ведь я давненько не давала ей волю.

И вот, когда умостилась рядом, притянув Плюшку и уложив его между нами (специально), Оуэн включил фильм на своём ноутбуке. Экран был больше, чем у моего, так что и смотреть было лучше. Но всё равно, мы были как-то слишком близко друг другу.

Но как только я поняла, что это ужастик с паранормальщиной, мой мозг отключился, махнув на прощание платочком. Потому что я такого жутко боялась и становилась истерично трусливой.

Так что я сама не поняла, как прижалась к Оуэну добровольно, ведь он оборотень и меня защитит уж точно. Даже его довольный смешок не вызвал раздражения или смущения, мне было плевать. Смотрела на всё сквозь пальцы и вздрагивала на каждом страшном моменте. Плюшка, кстати, тоже подрагивал и иногда рычал, а потом, скуля, прятал морду, утыкаясь мне в спину. Когда мы с ним поменялись местами — даже не заметила.

Ощущать жар Стоуна было приятно и успокаивающе. И я нагло собиралась этим пользоваться, пока страх не попустит.

— Пломбирка, ты в порядке? — участливо поинтересовался мужчина, а я, видя странные тени на потолке, лишь зажмурилась и недовольно замычала. Если раньше могла себя успокаивать тем, что паранормального не существует (но всё равно продолжала бояться), то теперь подобную отмазку использовать не могла. Уже знала, что здесь существуют не только добрые оборотни, но и всякая нечисть, от которой стоит держаться подальше, если жизнь дорога.

— Уже поздно, пора возвращаться в комнату, — поглаживая меня по голове, как ребенка, мягко продолжил сосед. Я же, представив себя одну в комнате, где под кроватью была поглощающая тьма, вздрогнула. Нет, точно не сегодня. А вдруг бугимен или ещё какая-то тварь заявится ко мне? Нет уж.

— Не хочу, тут буду, — нырнула под плед, намереваясь из теплого и безопасного кокона не вылезать. Тем более, за спиной уже сладко сопел пёсик, которого будить было откровенно жалко.

Только вот спустя пару секунд мозг, затуманенный призрачной опасностью, вдруг осознал, что носом я утыкалась в обнаженный торс мужчины.

И пах он чёртовски приятно. Шоколадно. А от шоколада я сходила с ума.

— Какая же ты милашка, — хмыкнул беззлобно оборотень и, повернувшись на бок, сгреб в свои объятия, словно закрывая от всего мира. И внутри зашевелилась дикая благодарность.

И будь это нормальная ситуация, а не я после ужастика, точно бы попыталась вырваться. Но сейчас была довольна тем, что впервые есть кто-то большой и сильный, с которым, чёрт побери, страх отступал. Так что я, довольно засопев, расслабилась и сразу уснула, не став себя терзать мыслями о том, что будет завтра.

Утро наступило быстро и я впервые ощущала себя отдохнувшей, а не измученной. И всё благодаря Оуэну.

Только вот его самодовольная победная ухмылка, когда я разлепила глаза и поняла, что всё так же прижата к нему, мигом отрезвила. Я всего лишь его новая игрушка. И своими действиями только подняла его эго.

— Ты такая сладкая, — чмокнул в нос, не смотря на то, что я молча сверлила его хмурым взглядом, намекая, что уже может меня отпустить. И эти его невинные чмоки сводили с ума, выбивая почву из под ног у моего здравомыслия. — А ещё ты так соблазнительно стонала во сне, — он вдруг заурчал, а у меня глаза на лоб полезли. А заторможенный мозг подсунул воспоминания о пошлом сне, где я в самом деле оседлала этого жеребца. Чёрт.

Явно видя моё смущение и наслаждаясь превосходством, оборотень решил подлить ещё масла в огонь, забравшись нагло своей конечностью под мою футболку и погладив спину, вызывая приятную дрожь, что сразу спустилась ниже, концентрируясь между бедер. И снова я отметила, что его руки странно мягкие и приятные. У меня аж дыхание перехватило и тело окаменело. Потому что было дико приятно. И это пугало.

— Могу тебе помочь снять напряжение в любой миг. Ты только скажи, — потёрся своим носом об мой, опаляя мои губы дыханием, но тонко не

И от таких услышанных, а не прочитанных слов, моё лицо вспыхнуло, а сердце бешено заколотилось в груди.

Я ведь слышала, что другим женщинам он просто бросал комплименты, одаривал широкой улыбкой, но на том всё. А на меня пошел с тяжелой артиллерией, что ли?

Да и почему такой тупой подкат поднял мне настроение?

Но говорить ничего не стала, лишь театрально закатила глаза, хотя улыбку сдержать так и не удалось. Дурак он.

Оуэн, снова радуясь тому, что шалость удалась, шкодливо чмокнул меня в нос и выскочил из под одеяла очень ловко и шустро. Я даже возмутиться не успела.

Смущенная тем, как легко поддавалась его чарам, накрылась с головой, желая дать эмоциям время поутихнуть.

Конечно же, этот мужчина приготовил завтрак и оставил его с милой записочкой на столе, потому что я отключилась, хотя вроде и выспалась, так что его ухода не заметила.

И хотя после сна меня обычно попускало и я обретала покой, в этот раз продолжала возвращаться воспоминаниями к его теплу. Чёрт.

Решив, что лучше себя чем-то занять, вспомнила о том, что сосед ещё в первый день купил все нужные ингредиенты. Так и голову забью чем-то привычным, и полезным делом займусь.

* * *

Оуэн

После ночи, когда эта сладость доверчиво прижималась ко мне, я осознал, что она становится всё более и более особенной для меня. Хотя я и старался не особо это показывать, но вот Браян словно с первого дня, как только мы её встретили, знал, что я на неё запал. И увлечённость резко перестала быть обычной, когда пробудилось желание утянуть её в свой дом. Потому что до неё я в своё логово предпочитал никого не пускать, чтобы была возможность отдохнуть от всего и всех. Только Плюшка был отрадой, который не удивлялся, когда я был серьёзным и молчаливым. Остальные самочки сразу прижимались ко мне грудью, предлагая поднять настроение. И изначально мне такое отношение нравилось, но я словно взрослел и перерастал тот пубертатный период, подумывая уже о том, чтобы сменить стиль жизни. Только вот не встретил пока пару, которая могла сделать моё пребывание в доме уютным.

И мне до жути нравилась её невинная смущённость, приправленная весьма красноречивым прожигающим взглядом каждый раз, когда она видела меня полуголым. И мне льстило то, что она видела во мне мужчину.

И нравилось то, что Лизи не хотела короткой интрижки. Она была словно из рода медвежьих и терпеливо ждала своего единственного.

А мне с каждым мигом, проведённым с ней, хотелось быть им. Тем самым, кому она будет дарить улыбки и поцелуи.

Она воистину была похожа на пломбир — манящая, мягкая, податливая и тающая от тёплых прикосновений. И ею невозможно было насытиться. И как же сильно мне хотелось узнать, как она потечёт, когда мой язык начнёт её вылизывать.

Я не был уверен в том, что именно она предназначена мне Луной, ведь Волка своего не имела. Но меня к ней тянуло и сопротивляться этому не собирался.

Да и мой Волк хотел её защищать и согревать.

Так что, когда я засобирался ровно в 18:00 домой, шеф хохотнул, но комментировать не стал, за что я был благодарен. Его взгляд и без того был ехидным и всезнающим.

Ехал я слегка поспешно, хотя правил и не нарушал. Но и не замечая ничего вокруг.

Когда же припарковался возле дома, замер. А потом резко выскочил из машины и поспешил к двери, махнув соседской волчице в знак приветствия. Кажется, она что-то говорила, но я не слышал. Сердце бешенно колотилось в груди, словно я попал на дикую охоту и вот-вот мог клацнуть зубами по добыче.

Ворвавшись в дом, словно там был пожар, в итоге пораженно замер на месте.

Запах ванили приятно защекотал ноздри, наполняя легкие блаженством.

Учуяв запах кексиков, пробудился не только мой голод, но и волк. Он заинтересованно зашевелил носом, принюхиваясь. И я совершенно невольно подошел к Лизи, что с гордостью смотрела на своё творение, уперев руки в бока. Кажется, она даже не обратила внимания на моё появление. Только Плюшка полез под руку, прося ласки, которую тут же и получил.

С десяток кексиков, уже притрушенных сахарной пудрой, красовались на столе.

Вульф предвкушающе облизнулась, а я лишь тяжело сглотнул, не сводя безумного взгляда с неё.

— Вкусно пахнет, правда? — подняла счастливый и совершенно невинный взгляд на меня. И я ощутил себя диким извращенцем, ибо уже представлял, как вылизываю её прямо на кухонном столе, слушая с наслаждением её стоны и мольбы о большем.

Пришлось тяжело сглотнуть и облизать пересохшие губы. Моя сладкая Пломбирка ждала похвалы, а я пялился на неё, как идиот, едва не воя от того, что у меня был каменный стояк. Хорошо, что я уже стоял достаточно близко к столешнице и она моей реакции не видела.

— Да, очень вкусно, — прохрипел я кое-как, поражаясь тому, как легко потерял свой хваленый контроль. — И выглядит очень аппетитно.

— Ты говоришь о чём? — моя красавица подозрительно, но всё равно крайне сексуально прищурилась.

— О кексах, — снова выдавил я. Лизи насмешливо фыркнула.

— Тогда почему так смотришь на меня?

— Потому что ты выглядишь вкуснее, — признался совершенно искренне, очень надеясь, что не задел, ведь знал, что девушки существа уязвимые и на такое могут обидеться. Но соседка вспыхнула, поняв всё совершенно правильно. И от этого мой голод лишь возрос.

— Дурак, — буркнула она, поспешно начиная убирать за собой. — Лучше попробуй и скажи, как тебе, — отвернулась, но я слышал, как очаровательно быстро, словно вприпрыжку, колотится её сердце. И мне нужно было взять себя в руки, чтобы не наброситься и не спугнуть, а то сбежит ещё к Лари, на которого засматривалась, и мне потом страдать.

Взяв шоколадный кекс, жадно втянул аромат. Боги, даже в кондитерской в большом городе так вкусно не пахло. Рот тут же наполнился слюной и я тяжело сглотнул.

Не в силах больше терпеть, откусил. И как только весь спектр вкусов наполнил рот, я зажмурился и блаженно застонал. Чёрт, это было лучше секса.

— Твои пальчики тоже умеют удовлетворять, — промычал я, потянувшись к следующему. Лизи резко обернулась и одарила меня недовольным взглядом, явно догадываясь о том, что я снова сказал весьма двоякую и пошлую фразу. Но ведь

— Я могу и без предложения готовить тебе сладости, — буркнула она, снова приняв моё серьезное намерение за шутку. И это задевало, но мозги в моей голове всё же были. Увы, но она уже имела обо мне не лучшее представление и просто так избавиться от своего образа я точно не смогу. Поэтому вынужден набраться терпения.

— Но за такое я обязан тебя как следует отблагодарить, — подошел к ней поближе, в то время как соседушка испуганно сделала шаг назад, забавляя меня. — Не убегай, сладкая, — протянул нежно, но в Волк уже предвкушающе навострил уши. Кажется, Пломбирка и ему теперь стала лакомым десертом.

Миг, и эта прелесть была прижата к столешнице, удивленно смотря на меня круглыми глазами. Вроде и напугана, но так соблазнительно облизала губы, словно предвкушая, что же будет дальше, что я не сдержался и, опустив руку ей на талию, прижал к себе.

Её сердце колотилось, как у загнанного в угол зайченка, и мои инстинкты всё больше и больше брали верх над здравомыслием.

Наступила тишина, даже Плюшка притих и наблюдал за нами, не мешая мне очаровывать Вульф. Чёрт, да даже её фамилия словно была создана для того, чтобы она стала моей.

Её пышная грудь красиво вздымалась, и как же хотелось наконец-то ощутить всю мягкость. Познать её вкус…

Динь-дилинь.

Я едва не заметерился, но рык сдержать не удалось, от чего моя сладость вздрогнула. Проморгалась и словно вырвалась из той атмосферы, где между нами летали искры и дыхания почти переплетались между собой.

Динь-дилинь.

Обреченно застонав, ведь такой момент был испорчен, я удручённо вздохнул. Деваться было некуда. Нежданный гость был упорным и продолжал звонить, действуя мне на нервы. А вот Лизи же наоборот облегченно выдохнула, что от меня не укрылось. Забавная она. Тоже имеет желания тела, но предпочитает принимать решения головой.

Но на мой стояк бросила быстрый взгляд и вспыхнула пуще прежнего. Эх.

Взяв волю в кулак, пошел ко входу, резко распахнул двери и недовольно уставился на Рози. Она была хороша собой, жила по соседству и мы с ней пару раз расслаблялись у неё дома. Это было удобно. Но особой привязанности между нами никогда не было. Просто пользовались друг другом, чтобы снять напряжение да получить удовольствие.

— Привет, — мурлыкнула она, кокетливо наматывая прядь тёмных волос себе на пальчик. Странным было то, что она сама явилась ко мне, хотя раньше такого себе не позволяла.

— Чего тебе? — буркнул недовольно, ведь чудное настроение она мне подпортила знатно. И в штанах было слишком тесно и некомфортно.

И флиртовать с ней, или хотя бы любезничать, желания не было. Мой грубоватый тон её явно удивил. Но истерить не стала, ведь отказы мы — волки — принимали так же легко, как и приглашение перепихнуться.

— Решила заглянуть к тебе, чтобы развлечь. Ведь твою соседку видела. С ней явно скучно, да и красотой обделена, — Рози сложила руки перед собой, тем самым поднимая свои груди, чтобы соблазнить меня. Только вот теперь, сравнивая с Лизи, я понимал, что Рози не так уж и привлекательна.

— Не смей говорить гадости о моей чудной Лизи, — холодно отозвался я, ведь ощущал, что и Вульф напряглась. Лизи замерла на кухне и не шевелилась, словно боялась привлечь к себе ненужное внимание.

Рози же на миг удивилась, ведь я никогда никого из женщин не выделял, а тут за пару дней вдруг встал на сторону человечки.

Это было странно, но я ощущал, что несомненно правильно. И этому инстинкту собирался следовать.

— Скоро течка, мой дорогой. Сам ко мне прибежишь, — взяв себя в руки, протянула она победно, на что я лишь фыркнул. Потому что для себя всё решил. И портить планы только ради короткого удовольствия точно не собирался. Только вот Рози была иного мнения и свято верила, что мне, как и всегда, сорвет крышу и я поимею не одну самочку.

Глава 7

Лизи

Кажется, кексики ударили Оуэну в голову похлеше наркотиков, потому что он сразу стал вести себя, как мартовский кот. И я хоть и пыталась это отрицать, но мне нравились его знаки внимания, глупые двояки фразы и мальчишеские улыбки. И чем больше на него смотрела, тем больше хотела познать его лучше.

Но при этом сама себя пыталась убедить, что он не может быть серьёзен на мой счёт, просто играется с новой куклой, о которой вскоре забудет.

И я никак не ожидала, что он вдруг вступится за меня и скажет красивой соседке плохо обо мне не отзываться. Хотя они явно не раз и не два занимались сексом.

Если верить книге от шерифа, которую я продолжала читать, пока Оуэн был на работе, то волки и правда были весьма свободны в плане отношений и не обременяли себя долгими прелюдиями.

А вот о течке я ещё не читала, но слова Блэка помнила. Секс будет везде.

Значит мне нужно найти себе занятие, чтобы не сидеть в доме и не сходить с ума.

Схватив один кекс, пока Оуэн уже скупо кинул гостье сухое «Пока», я поспешила к себе.

— Всё остальное тебе, — бросила я, нагло сбегая. Потому что моё сердце не было готово к продолжению нашего непонятного сближения, когда он прижимает меня к себе и завораживая голодным взглядом.

Плюшка верно последовал за мной, виляя прекрасным хвостом.

Сев за стол, включила ноутбук и стала искать открытые вакансии. В их городке предложений было катастрофически мало. Да и образования у меня не было. Хотя, будь даже диплом университета, здесь бы вряд ли пригодился.

Хотелось найти укромное местечко, хотя бы на время их марафона траха, чтобы поменьше всего видеть и слышать. Становится невольным зрителем порно не собиралась.

К счастью, вскоре мне удивительно легко улыбнулась удача.

В объявлении искали помощницу библиотекаря. Я счастливо закусила губу, ведь в подростковом возрасте даже о таком мечтала. А тут такой шанс подвернулся!

Так как новую почту создала первым делом, то смогла быстренько написать письмо, желая заполучить работенку. Даже пугающая тётка-начальница не пугала и не отталкивала. Я намеревалась попробовать свои силы.

Как только нажала кнопку «Отправить», потянулась. В дверь тихонько пошкреблись. И так как пёс был рядом, умостив голову у меня на коленях, поняла, что это Оуэн

— Да? — настроение снова стало прекрасным и я решила не быть букой.

Дверь тихо отворилась и в проем заглянул Стоун.

— Я съел все кексики, — опустив взгляд, как-то виновато протянул он, сцепив руки в замок перед собой. Я же хоть удивилась, но в итоге лишь рассмеялась. Дитя, её богу. Высокий, взрослый мужчина выглядела подавленно, словно обрушился весь его мир.

— Значит, потом приготовлю ещё, — пожала беззаботно плечами, поглаживая собаку.

— Правда? — так резко поднял сияющие глаза на меня, что аж русые волосы всколыхнулись, воистину радуясь, словно я ему сокровища предлагала отдать просто так. Он и правда любил сладости. А я же уже заметила, что не видела здесь ни пекарен, ни кондитерских, и это порядком так поразило. Ведь как они могли жить без сладкого, ещё и быть в хорошем настроении?

— Конечно, — кивнула согласно. Немного подумав, всё же решила поднять важную тему. — Не стоит так меня выгораживать, иначе другие подумают, что я для тебя особенная.

— А что, если так и есть? — он скрестил руки на груди и вальяжно прислонился к косяку. И хотя вроде бы выглядел расслабленным, что-то того ветреного веселья, которое он показал мне в первый день, уже не ощущалось. Он словно за эти пару дней на самом деле менялся.

Но на его слова я лишь фыркнула. Нет-нет, нельзя легко поддаваться вере в чудеса.

Он на мой молчаливый скепсис лишь вздохнул.

— Тогда, может, устроит вечернюю прогулку с Плюшкой? — я этого не ожидала, да и в целом собакен мало выходил на улицу, предпочитая валяться со мной дома. И в этот раз, переведя взгляд на очаровательные глаза-бусинки, ощутила, что он и сегодня не хочет шевелиться.

— Нам лень, — констатировала я с самым серьёзным лицом. Плюшка довольно замотылял хвостом и одобрительно лизнул мне руку. Прелесть.

— Плюха, я тебя люблю, но ты слишком нагло уводишь у меня девушку, — весело протянул Стоун.

— Я не твоя девушка, — сразу поправила как бы между прочим, удивляясь тому, что уже получив пару отказов, Оуэн почему-то отказывался сдаваться и отступать.

— Пока что, — пожал мужчина беззаботно плечами. И от его уверенности меня аж в жар бросило. — Ну так что, прогуляемся? На улице ещё тепло. Я тебя мороженкой угощу, — подошёл ко мне и сделал слишком заманчивое предложение.

На улице лето, но из-за того, что я особо на дворе не появлялась, то всей жары не ощущала, ведь дом хранил приятную прохладу.

Пришлось задрать голову и тяжело сглотнуть. Смотреть на него снизу вверх было как-то… порочно-интимно.

И не знай я, что у оборотней слишком хороший слух, точно бы воспользовалась подарком Мии, чтобы снять напряжение между ног.

— Ладно, — решила сдаться, чтобы проветриться и избавиться от греховных фантазий, которые стали заглядывать ко мне не только по ночам, но и уже при свете солнца.

Оуэн просиял и широко улыбнулся. Эх, я слишком слаба, чтобы противостоять мужским чарам.

— Там всё ещё жарко, так что накинь что полегче. Думаю, тот голубой сарафан, который я тебе выбрал, отлично подойдёт, — подмигнул и бодрой походкой покинул меня с псом. Я же даже до сих пор не пересмотрела свой новый гардероб, и не имея сил бороться, решила последовать совету оборотня.

Порывшись в шкафу, нашла нужную вещь. Примерив, удивилась тому, как хорошо село, словно на меня было сшито. И как Оуэн смог угадать размер, ведь видел он меня впервые в пуховике и толстом свитере? Даже в день покупки я была в огромной футболке, которую он мне принёс в больницу.

Глаз намётан аж так хорошо?

Поняв, что неприятные мысли лезут в голову, отмахнулась. Нет-нет, никакой ревности или чего подобного.

Покрутившись перед зеркалом, достала и белые босоножки. Прям сама нежность. И мои округлые бока меня не сильно и смущали, ведь к ним привыкла. И да, мне в моем теле было комфортно, так что изнурять себя тренировками или тем более отказываться от сладкого — не стала бы ни за какие деньги мира.

Оставшись довольной образом, засунула навязчивую мысль, что у нас свидание, куда подальше. В комнату с розовыми мечтами. И хотя дверца едва закрылась, ведь была переполнена, я всё же смогла успокоиться.

Но лишь на пару мгновений. Ведь как только Оуэн увидел меня, заворожённо уставился, как на кексик. Вожделенно и восихищённо.

И выдохнул лишь:

— Вау.

И смущение снова окрасило щеки, заставляя скромно потупить взгляд.

Не зная тем для разговоров, мы молча дошли до огромного парка с озером. Солнце уже садилось и потому его блики на воде создавали настоящую сказку с невероятно умиротворяющей атмосферой.

В парке были и парочки, и семьи с детишками, и группы подростков. И да, все были очень хороши собой.

На нас заинтересованно косились. Многие особи женского пола здоровались с Оуэном и пытались завести разговор. Я же любовалась мирным временем и молча следовала за Плюшкой, что шёл впереди, ловя внимание и восхищение прохожих точно так же, как и его хозяин.

Оуэн, что остановился возле парочки куколок, поразительно быстро догнал меня. И уже с рожком ванильного мороженного. Значит, он затормозил не для того, чтобы пофлиртовать, а сбегал за обещанной вкусняхой. И снова я не могла думать о нём слишком плохо.

Я довольно принялась лизать, но сразу поняла, что мороженое не очень-то и сладкое. Оуэн, что слишком пристально и открыто пялился на меня, понимающе и как-то виновато улыбнулся.

— Да, сахар у нас мало где используют, и то в небольших количествах, — объяснился он. Раз так, то его любовь к сладостям была мучительной, в таком-то мире. Я же смотрела на дорогу лишь мельком, уделяя всё внимание рожку. Оуэн свой слопал в два счета и в итоге зыркал как-то по сторонам, став жутко хмурым. Хотелось спросить, что стало причиной перепада настроения, ведь вроде всё было хорошо.

— Ты ешь мороженное слишком сексуально, Пломбирка, — его голос сел и охрип, а я глупо подвисла. Это ж в каком свете он меня видел? Обычно, на меня мужчины редко смотрели и считали какой угодно, но точно не сексуальной. — На тебя засматриваются, — буркнул тише и положил руку мне на талию, словно в защитном (или собственническом) жесте прижав к себе. Я снова фыркнула насмешливо, не веря в подобное.

Но как всегда — сердце возликовало, а разум попытался мыслить здраво, не поддаваясь возникающим эмоциям.

— Ты меня ревновала? — вдруг опустил взор на меня, когда я как раз засунула остатки рожка за щеку. Я вскинула брови и усмехнулась. Вот взяла и

— Ревность — жестокий инструмент для удовлетворения эго, — выдала свои мысли по этому поводу, нагло уходя от ответа, чтобы подумать. — Заставлять ревновать пару — глупо и бесчувственно. Словно издевательство над чувствами партнёра. Так что, будь мы парой, после лицезрения того, как ты флиртуешь с другими, я бы тебя бросила, — старалась говорить спокойно, но его горячая ладонь на талии слишком отвлекала и не позволяла сосредоточиться.

После моих слов пальцы Оуэна слегка дрогнули, а потом и сжались. Стоун будто боялся, что я сейчас вырвусь и гордо пойду одна. Но я на подобное не могла почему-то решиться.

Оборотень поджал губы, угукнул и погрузился в размышления. Хотя я надеялась, что он отшутится и пойдёт искать утешения в объятиях какой-то дамы. Вместо этого притих и молчал до возвращения домой. Он даже не слышал, как его зовут другие, не замечал, какие похотливые взгляды бросали самки.

А меня они словно не видели вовсе, что не могло не радовать. Потому что от пристального женского внимания мне было бы точно не по себе.

— Я накрою на стол, а ты передохни, — сказал тихо, но мягко, напоследок погладив по спине. И я хотела возразить, ведь ничуть не устала, но оборотень дальше был слишком тихим. Что же, было даже интересно узнать его с такой стороны. Не став спорить, отправилась к себе. И сразу же полезла к ноутбуку, нетерпеливо ожидая, когда откроется почта.

И, узрев положительный ответ из библиотеки, где меня уже на завтра пригласили заглянуть, я едва не запищала от восторга. Что же, видимо, дела мои не будут вечно плохи и смогу себя заняться чем-то, да и поскорее стану независимой.

Глава 8

Лизи

Конечно же, когда ранним утром я вылезла из своей комнаты, борясь с желанием спрятаться под одеяло обратно, я не ожидала увидеть Оуэна мокрым в одном только полотенце, что хлипко держалось на бёдрах.

По его телу мучительно медленно и тягуче-соблазнительно стекали капельки воды. Пришлось тяжело сглотнуть и потрясти головой, прогоняя наваждение, а то фантазия уже подсказывала, что полотенцу нужно помочь упасть.

Самодовольная ухмылка мужчины, что молча наблюдал за тем, как я плотоядно пожираю его шикарное тело глазами, вызвала смущенное раздражение.

— Мне его снять? — поиграл бровями кокетливо, на что я демонстративно закатила глаза и пошлепала в сторону кухни. — И чего это ты так рано проснулась, Пломбирка?

Во-первых, его обращение ко мне вызывало тепло в груди, хотя я пыталась это отрицать. — Я ведь не успел ещё приготовить тебе завтрак. Да и будить принц должен свою принцессу именно поцелуем, забыла?

Во-вторых, он словно не заметил мои кривляния и продолжил общаться в весёлой манере, словно его моё поведение не задевало. И да, чёрт возьми, я была даже рада, ведь совесть тогда не грызла ночью.

В-третьих, меня ужасающе подкупало то, что он мне готовил.

— У меня будет собеседование, — ответила, наливая в стакан воды и залпом выпивая. И Оуэн завис, удивленно открыв рот.

— Уже? — как-то грустно протянул он, понурив голову. Словно пёс, расстроенный уходом хозяйки на работу. Стоун был ровно настолько милым, насколько и сексуальным. Слишком гремучая смесь для женского сердца.

— Не знаю, возьмут ли меня, опыта-то нет, — пожала плечами беззаботно, хотя на самом деле по этому поводу очень переживала и в целом нервничала. Даже Плюшка под боком, которого я перед сном тискала, не мог меня успокоить полностью.

— Тебе стоит только улыбнуться — и тебя возьмут, — оборотень, явно издеваясь над моей выдержкой, подошел ко мне, сладко улыбаясь. Вот кому только за улыбку и отдадут не только работу, но и все деньги — так это ему. Но уж точно не мне.

Мой скепсис он быстро заметил и, взяв аккуратно мой подбородок своими горячими пальцами, заставил поднять взгляд на него.

Обычно, после такого следовал поцелуй. Но это в романах и фильмах.

А это была моя жестокая реальность. Только вот оттолкнуть его я не могла. Застыла каменным изваянием и с пугающим трепетом ждала дальнейших его действий.

— Ты — само очарование и не смей в этом сомневаться. Иначе буду наказывать, помнишь? — наклонился чуть ниже, едва шевеля губами, на которых играла лёгкая улыбка. Только вот его зрачки расширились настолько, что не было видно радужку. И моя душа возликовала, что я не одна тут теряю контроль над собой.

Я не знала как бы колко или остроумно ответить. Растерялась и просто жадно вдыхала его шоколадный аромат, от которого кружилась голова. Радовало лишь то, что не поддалась хочучками и сдержала руки при себе.

И за это гордилась собой.

Не каждая бы выдержала такую пытку соблазном, когда манящие кубики совсем близко — а ты их не лапаешь.

— Мне кажется, сейчас в твоей головке порочные мысли, — выдохнул хрипло Оуэн, всё так же не отпуская меня. Я нервно облизала губы, хаотично пытаясь придумать, как бы из этой щекотливой ситуации сбежать, ибо жар между нами только нарастал, опаляя мои нервы и пробуждая ненужные реакции тела.

— Головка здесь есть только у тебя, — брякнула, не подумав. Глаза напротив расширились и мужчина, откинув голову назад, громко расхохотался. Сладко, бархатно, сексуально. Я же, мысленно проклиная себя, последний раз глянула на противное полотенце. И оно, кажется, держалось из последних сил.

Дабы не искушать судьбу, да и свою силу воли, отвернулась.

Попытки убедить себя, что он меня привлекает чисто физически, были провальными. Внутренний голос разума с меня только посмеивался, но я пыталась теперь придерживаться именно этой мысли.

Хотя, рядом с ними я сама не знала что чувствую и чего хочу, боролась с сердцем при помощи разума. И в целом уже ощущала себя не совсем уравновешенной.

Вот бы мне сюда Мию, она бы мигом остудила пыл и дала парочку советов или гадких замечаний, чтобы я пришла в себя и увидела всю ситуацию со стороны.

— Ты воистину неповторима, — успокоившись, выдохнул Оуэн и чмокнул меня в затылок. — Иди в душ, а я приготовлю нам что-то.

Не став благоразумно спорить, я, не оборачиваясь, поспешила скрыться от его пронзающего взора, от которого мурашки возбужденно носились по всему телу.

Плюшка, предвкушая, что и ему вкусненькое дадут, остался с хозяином, а я наконец-то очутилась одна и смогла нервно выдохнуть. Чертовщина какая-то со мной творилась, и это пугало.

* * *

После завтрака, хотя я и пыталась отпираться, Оуэн подвез меня к огромному зданию библиотеки, несмотря на то, что ему нужно было совершенно в

Но спорить с ним я пока была морально не готова, да и целом опасалась смотреть в глаза, чтобы снова не очутиться в паутине его соблазна.

Так что, поблагодарив его, резво выскочила из машины и буквально взлетела по лестнице, что вела к моему возможному месту работы. Величественные колонны и статуи выделяли это место среди других. Архитектура была совершенно иной, более сказочной, что ли.

Войдя через тяжелые деревянные двери, что удивительно легко поддались при легком нажиме руки, восторженно охнула.

Пахло книгами и стариной, отчего в груди зародилась детская радость.

Блаженную тишину нарушали лишь мои шаги, эхом отбивающиеся от стен.

— Доброе утро, моя хорошая, — совершенно бесшумно ко мне вышла пожилая женщина с доброй улыбкой на губах. Полностью седые волосы были заплетены в густую косу, что покоилась у нее на плече. Белая блузка и коричневая юбка ниже колена явно были из моды прошлого, но до сих пор выглядели ухожено и стильно. — Ты пришла вовремя, что весьма похвально, — библиотекарша одобрительно закивала головой, растянув тонкие, красные губы в добрую улыбку. Она имела ауру той милой бабуленьки, что с радостью накормит до отвала и позволит бездельничать целый день.

— Доброе утро, госпожа Кляйн, — поздоровалась и я. Хорошо, что обратила внимание на её подпись в конце сообщения, и хотя бы знала, как зовут.

Старшая как-то странно сверкнула голубыми глазами через линзы больших очков в красной оправе, и её улыбка стала ещё шире.

— Что же, ты мне нравишься, — кивнула она головой, даже не задав ни одного вопроса. — Так что с завтрашнего дня можешь приступать к работе, я тебя всему обучу, — хлопнув радостно в ладоши, начала задорно щебетать, как ребёнок, получивший давно желаемую игрушку. И началась достаточно длинная лекция о том, где и что находится, что будет входить в мои обязанности и так далее.

Конечно же, от переживаний, что не справлюсь, ведь всё совершенно новое, соображала в целом туго, но успевала делать пометки у себя в телефоне, чтобы случайно ничего не забыть.

Когда же госпожа Кляйн оставила меня одну, дав возможность выбрать парочку книг на дом, я решительно набрала себе местные романы, желая познакомиться с их книжной культурой поближе. Прощупать почву для дальнейшего плана, так сказать.

Оставшись вполне себе довольной, потопала домой, надеясь, что не заблужусь. Хорошо, что адрес запомнила сразу, как только получила документы.

Солнышко уже ощутимо припекало, ведь наступил обед. На улицах было много людей, все смеялись, болтали и просто наслаждались мирной жизнью.

И мне стоило бы вливаться в их поток, но тоска по дому зияла дырой в груди. И избавиться от этого чувства вряд ли выйдет просто так. Да и не хотелось мне забывать то, что осталось в моем мире. Не смотря на все сложности — я добилась своей мечты и была вполне себе счастлива, хотя в деньгах не купалась, да и семьи не имела.

Как добралась до дома — сама не заметила, погрузившись в воспоминания и далеко не радужные мысли о перспективах здесь.

Но стоило увидеть улыбающеюся мордочку золотистого чуда, что так искренне радовался моему приходу, как липкое, неприятное и сковывающее сердце чувство безысходности — отступило, позволяя снова свободно вздохнуть. Этот пёс был настоящим подарком судьбы.

Вдоволь нагладив его пузо и зацеловав морду, приготовила чай.

Устроив гнездо из подушек и пледа, умостилась поудобнее прямо в зале. Выбрав первую книгу из набранных, нырнула в новый мир.

Пока читала, делала пометки в телефоне, чтобы не забыть разные интересные моменты или свои мысли. Потом составлю целую таблицу с клише в романах этого мира. Это было и любопытно для сравнения, и полезно, ведь я всё же намеревалась попытаться удачу и тоже здесь издаваться.

— Может, ты будешь и на меня смотреть так же восторженно, как на этот роман? — вопрос Оуэна застал врасплох и я икнула от испуга, ведь так увлеклась, что даже не слышала, как мужчина вернулся домой. — Прости, — сразу же запереживал, видя мой шок. До меня же медленно дошел смысл его слов и я снова закатила глаза, заставляя мозг вернуться из книги в реальность. А я ведь прям зачиталась, ведь как раз была постельная сцена, описанная ох как горячо и возбуждающе.

— И зачем тебе мой восторженный взгляд? — вскинула брови, делая вид, что у меня между ног не стало жарко и мокро, а фантазия уже рисовала сцену из книги, только за участием меня и Оуэна. — Чтобы потешить и без того раздутое эго?

— Я же говорил — ты мне нравишься и я хочу с тобой встречаться. Чем я тебе не идеальный кандидат для отношений? — от таких слов смех сам невольно вырвался из горла.

— Ты бабник, а я таких на дух не переношу, — и я, не смотря на свою наивность и мечтательность, не верила, что именно я смогу его остепенить. И совесть намекала, что я вела себя слишком грубо, но лучше нам держать дистанцию, иначе потом будет плохо именно мне.

— Я же говорил, что до серьезных отношений у нас в норме вещей пробовать разных партнеров, — Оуэн, к удивлению, не злился и не оскорблялся, хотя я правда пыталась его уколоть. Он был спокоен, но обычного задора в глазах не было.

— А для меня это лишь значит, что ты свой член в штанах удержать не можешь. Поэтому как и ранее — мой ответ нет, — отвернулась от него и, захлопнув книгу, решила из уютного гнездышка выбраться. Надо себя чем-то занять, чтобы успокоиться.

— Ты думаешь, что я не серьезен? — этот вопрос заставил меня напрячься. Я нахмурилась и зыркнула на мужчину из под лоба. Упрямый.

— Именно так. Любая симпатичная девушка, а тут каждая симпатичнее и привлекательнее меня, пройдет мимо и ты сразу же повернешься головкой к ней, бросив меня. А зачем мне быть брошенной? Правильно, нафиг надо, — перебила его я, заметив как он открыл было рот, чтобы возразить. И тараторила быстро, чтобы он не мог вклиниться. — И ещё — на моём кладбище растоптанных иллюзий уже нет места для могил.

— Ого, как завернула, — восторженно охнул Оуэн, но тут же присел передо мной на корточки, заглядывая в глаза. Прямо как Плюшка, когда просил ласки или вкусняшки. И да, моё сердце снова предательски дрогнуло, не смотря на то, каким грубым тоном я с ним говорила. — Но, может, дашь мне шанс? Я даже готов предложить тебе сделку.

— Какую? — всё же, я не могла его оттолкнуть или послать куда подальше. К той

— Ты заполучишь меня на 24 часа и я выполняю все твои просьбы, — я от такого удивилась и повеселела, потому что быть стервой слишком долго попросту не умела и радовалась смене атмосферы. А по его ухмылке догадывалась на что этот красивый гад намекал. Только вот не с той он связался.

— Прям всё-всё? — склонив голову на бок, переуточнила на всякий случай, мельком отмечая, что его штаны слишком сексуально обтягивали нижнюю часть его тела, привлекая туда ненужное и неприличное внимание.

— Всё, что пожелает твоя душа, — заурчал он, уверенно положив руки мне на колени и став нежно поглаживать большим пальцем. Хорошо, что я была в домашних штанах и жар его прикосновений не имел столь сильного эффекта, как Стоуну хотелось бы.

— Тогда, — демонстративно закусила губу и склонилась к нему, дабы быть ещё ближе. И его глаза засверкали, а еще он нетерпеливо и крайне сексуально облизнулся, предвкушая. — Хотя бы денек ходи в футболке и не беспокой меня, — изрекла ровно, хитро щурясь. Оуэн опешил и на пару мгновений растерялся, словно не мог поверить в услышанное.

Его удивление переросло в разочарование, но потом в опасный победный оскал.

— Значит, ты все же смотрела на меня и замечала мой каменный пресс? — снова урчал и продолжал поглаживать мои колени. Зараза.

— Тяжело было не заметить, — отодвинулась и закатила глаза, ибо его близость опьяняла. И хотя пыталась вести себя равнодушно, сердце бешенно колотилось, а по его сверкающему взгляду понимала, что актриса из меня никакущая.

— Знаешь, а ведь у меня не только пресс каменный, — руки нагло прошлись выше коленок и приподнявшись, он оперся руками уже об диван, заключая меня в клетку из рук. Чёрт, надо было раньше встать и увеличить дистанцию между нами, а то при такой близости мои мозги отказывались функционировать.

— Да, еще у тебя фамилия Стоун, — фыркнула демонстративно, мысленно забавляясь, потому что я снова обламывала его намеки и не велась на феромоны. Ну, как не велась. Пыталась.

— Противная пломбирка, — урчал дальше, словно чтобы я не сказала, его не останавливало и не отталкивало, только манило больше. — Интересно, какая ты будешь на вкус, оказавшись на моем языке, м?

Паника, Восторг, а ну кыш из моей головы! Нужно реагировать быстро и не дать ему окутать в свою паутину ещё больше!

— Снова мое сальцо откусить хочешь? — хохотнула и щелкнула его по носу. Ура! Нужные слова снова нашлись вовремя. — Нельзя тебе жирное, а то все фанатски разбегутся, — покачала сокрушительно головой. Но не слишком сильно, ведь наши лица и без того были слишком близко друг к другу.

— Противная, — буркнул он обреченно, явно сдаваясь. Уткнувшись носом мне в плечо и недовольно засопел. Ха! Моя взяла. Но я явно играла с огнем и сама могла легко поддаться искушению. Но азарт всё же взыграл в крови я решила подлить масла в огонь. Глупо? Да. Но благоразумия мне, как и подмечала не раз Мия, иногда недоставало.

— А знаешь где ещё ты можешь отлично использовать язык и пальцы? — понизив голос, зазубоскалила открыто. Мужчина напрягся всем телом и, отлипнув от плеча, заинтересованно и восторженно посмотрела на моё лицо снова. — Я таким сама тоже занимаюсь, — добавила чуть тише, кусая губы, чтобы сдерживать свой смех. И моя цель — заинтриговать — отлично удалась, от чего я собой прям возгордилась. Оуэн тут же оживился и снова облизнулся. Я даже смогла заметить его чуть острее человеческих парочку клыков. и выглядело это ох как соблазнительно. Но нужно было держаться, а то сама его поцелуи и конец моей бравады.

— И что же? — прошептал он, явно ликуя. Наивный красавчик. Я даже сама едва дышала, желая как можно скорее увидеть его яркие эмоции.

— Переворачивать страницы книги, — сладко мурлыкнула, слова выдавая самую страшную тайну, опалила его губы своим дыханием, открыто дразня и издеваясь.

И как только на его лице снова был шок, разочарование и непонимание происходящего, я всё же не выдержала и расхохоталась. Да, оно того стоило.

Правда, когда я вдруг оказалась лежащей на спине, а сверху восседал Оуэн, сразу притихла. Его взгляд был пожирающим. Руки, оказавшись на моей талии, забравшись под футболку — опаляющее-нетерпеливыми.

Я не верила, что он может взять меня насильно, как какой-то варвар. Да и я сама его хотела. Но всё же страх на миг поскреб рёбра.

— Моя пломбирка заслуживает наказания, — прорычал мужчина и… начал щекотать. Безжалостно и долго. Он не слышал мои мольбы и не позволял вырваться, как бы я не извивалась.

Но в один непонятный для обоих миг — наши лица снова оказались слишком близко, и вдруг вокруг нас словно залетали искры. Мы замерли, затаив дыхание, просто смотря друг в другу в глаза. Губы Оуэна приоткрылись, словно он хотел что-то сказать.

Не успел. В дверь постучали, а потом, не дожидаясь ответа, распахнули, фривольно входя.

Шериф, узрев нас слегка в двоякой позе, странно повёл носом, будто принюхиваясь, а потом ехидно оскалился, вгоняя меня в дикое смущение.

Глава 9

Лизи

— Месяц течки ещё не начался, а вы уже начали развлекаться? — весело поинтересовался шериф, а я же хотела провалиться сквозь землю. Его насмешливый, задорный взгляд вгонял в краску, словно иного он и не ожидал вовсе. Да и в целом ухмылка, с которой он говорил, делала его лицо мальчишеским, вырывая из образа огромного накаченного мужчины, от которого стоит держаться подальше.

Да и интересно — когда это я перестала думать о нём как об идеальном экземпляре сексуального мужа?

А ещё рой мыслей адски загудел в голове, перекрывая все окружающие звуки.

Во-первых, в целом всё было глупо, ведь я поддалась эмоциям и теперь ужасно жалела. Нет на меня осуждающего взгляда Змейки.

Во-вторых, было жутко неловко.

Но, в третьих, я всё же ощутила облегчение от прихода знакомого, ведь тот прервал нас до того, как я могла совершить ещё большую глупость. А ведь в начале пафосно говорила о кладбище растоптанных иллюзий…

— Ты мешаешь, — Оуэн, всё так же нависающий надо мной, буквально рычал. И, в отличии от меня, приходу незваного гостя был совершенно не рад, ведь почти пробил мою защиту. И от такого наглого заявления у меня мозги резко встали на место.

— А вот и нет, — постаралась храбриться и, пока Оуэн заторможено переваривал мои слова, строя обиженную мину, я слезла с дивана, нырнув под

— Зачем пришёл? — мой сосед шумно плюхнулся на диван, не проявляя уважения или минимального гостеприимства. И будь всё иначе, я бы наградила его осуждающим зырком. Но сейчас была слишком смущена и сердце продолжало грохотать в ушах.

Так что поспешила к кухне, вытаскивая из тумбы кексики. Не то, чтобы я их прятала от Оуэна — он ведь оборотень и имел прекрасный нюх. Просто засунула, чтобы на открытом месте не соблазняли слопать их побыстрее за один присест.

Шериф заинтересованно принюхался и, закрыв наконец-то за собой двери, пошёл в мою сторону. Удивительным было то, что не смотря на его габариты, двигался он легко и почти бесшумно. В то время как я сама передвигалась с громкостью слона.

— Я просто хотел проверить, всё ли у тебя хорошо, да сообщить, что твои документы ещё не готовы, — Браян сглотнул, заворожённо уставившись на кексы с малиной. Я специально сделала отдельно с этим вкусом, дабы понаблюдать за реакцией мишек.

И не прогадала. Он смотрел так, словно перед ним лежало настоящее сокровище, о котором он долгие годы мог только мечтать. Облизал пухлые губы так сексуально, что аж внутри всё сжалось.

Видимо, сладкоежек среди оборотней было куда больше, чем я думала.

И с сахаром у них проблем не было. Но вот выпечкой почему-то никто особо не занимался. Выискивать же причину такого — мне было откровенно лень.

Но отмахнувшись от ненужных мыслей, вернула внимание шерифу.

— Вместо сахара я использовала мёд и… — довольно мычание прервало меня, заставив замереть. Оуэн тут же подскочил и оказался рядом, пытаясь закрыть меня собой. Я, не понимая из-за чего у них такая бурная реакция, всё же с любопытством выглянула из-за плеча мужчины.

— Я правда могу попробовать? — кажется, шериф едва не давился слюнями, но без спроса не взял. Ну что за прелесть!

— Конечно, это всё вам, — кивнула, ощущая, как бутон смущения расцвёл в груди, ибо на меня смотрели как на божество (а я к такому не привыкла). Правда, Блэк сразу переключился на угощение и, засунув один в рот, зажмурился, слегка закинул голову и снова утробно застонал, пробуждая у меня мурашки по всему телу.

Он был чертовски горяч.

Только вот насладиться порочным зрелищем мне не дал нагло Оуэн. Он развернулся ко мне лицом, полностью перекрывая обзор на своего шефа.

Я открыла рот, собираясь возмутиться, только вот воздухом едва не подавилась, узрев его тяжёлый, напряженный взгляд. Это он что, ревновал? Глупости какие. У мишки экстаз не из-за меня. А я же просто хотела полюбоваться.

— Ты отдаёшь ему кексики? — хрипло выдал он, сделав жалобную мордашку, будто был готов сам вот-вот расплакаться.

У меня даже сердце на миг замерло от догадки.

Сладкоежка не хотел делиться сладостями?

Я, сама того не замечая, растянула губы в широченную улыбку, открыто умиляясь.

— Я тебе ещё приготовлю, — собиралась успокаивающе похлопать по плечу, но вовремя осознала, что он, как всегда, без футболки. А прикосновения коже к коже — слишком интимно, и накалять непонятное нечто между нами было категорически нельзя.

— Вижу, вы отлично ладите, — заговорил гость, сладко причмокивая губами. И я искренне хотела насладиться видом на него, ведь он был той ещё эстетикой для глаз, от которой мокли трусики и ночами снились жаркие сны.

Но Оуэн фривольно обвил руки вокруг моей талии и прижал к себе, вынуждая уткнуться носом в его шикарную, оголённую, загорелую грудь, которую в своих фантазиях я уже пару раз лизала и кусала.

Жар его тела, прикосновения и взгляд — жадный и голодный — сбивали с правильного пути здравомыслия, пробуждая необузданную похоть.

— Ладили бы ещё лучше, если бы кто-то не являлся без приглашения, — Оуэн, положив руку мне на затылок, прижал к себе, чтобы я уж точно не имела ни малейшего шанса попялиться на сексуального шерифа.

И я вроде слышала, что Браян что-то насмешливо отвечает, но слов разобрать не могла, ибо в ушах барабанной дробью звучало собственное сердце. Запах Оуэна будто впитывался в кожу, щекотал нервы возбуждения и затуманивал разум, как наркотик.

Я утыкалась носом в грудь, ощущая жар его тела и упорно кусала губы, уговаривая себя не поддаваться глупым мыслям и не усугублять для себя ситуацию ещё больше.

А лизнуть его, узреть реакцию — ох как хотелось!

Но всё же здравомыслие меня не покинуло, и я понимала, что своей игривой выходкой смогу насладиться пару секунд, а потом будут последствия, с которыми я явно не готова иметь дело.

Возможно, оборотень воспримет это как зелёный свет и попрёт на меня бульдозером, а мне такого не надо. И без того едва держусь.

— Сладкая, о чём ты так задумалась, что даже не услышала, как ушёл шеф? — пальцы Стоуна стали мягко перебирать мои волосы, а другой рукой поглаживал спину, как кошке — аккуратно и ласково.

Я же с ужасом вдруг осознала — из-за чего едва воздухом не подавилась — в объятиях Оуэна мне было комфортно находиться, его прикосновения не вызывали отвращение, и вообще не хотелось от него отстраняться.

— Лизи, — позвал меня мужчина и пришлось всё же открыть глаза и поднять заинтересовано голову, ибо голос соседа звучал непривычно тихо и довольно. И сразу же пожалела, ибо лёгкая улыбка, расширенные зрачки и непонятное блаженство на его лице — привнесли в мою душу ещё больше смуты, вытесняя глас разума, что пытался удержать эмоции сердца за дверьми.

Рука, что была в волосах, оказалась на щеке. Большим пальцем поглаживал и, кажется, едва дышал, словно боялся меня спугнуть.

Я же вовсе не знала, что делать, видя, как его лицо стало ко мне ещё ближе. Настолько, что дыхания переплелись между собой. А могли бы и наши языки и…

* * *

— С чем ты хочешь кексики? — мой голос хрипел, будто после простуды, щёки полыхали от смущения, но я всё же нашла что сказать и как снова вывернуться из щекотливой ситуации, ведь вряд ли могло повезти дважды за день — чтобы кто-то снова пришёл и спас мою тушку.

Оуэн замер. Я видела, как в его глазах зарождается удивление, а потом и вовсе накрывает непонимание и растерянность. Всё его тело напряглось, затвердело, и непрошенные пошлые мысли стали возбуждать.

Но было правильным держаться от его чар подальше, пусть знает, что я не лыком шита и послушной овечкой не буду. Может, хоть теперь успокоится и

Так будет лучше для всех. Но почему же тогда внутри словно кошки решили рёбра поскрести и протестующе заорать, словно им на хвост кирпич упал?

На лице Оуэна медленно растянулась хищная, а ещё чрезмерно довольная ухмылка, а глаза заблестели, словно в предвкушении перед великим пиром.

Я всеми фибрами души ощущала, что он хочет выдать какую-то дразняще-пошлую фразочку, от которой у меня внутри всё воспламенится только сильнее.

— Я бы не прочь попробовать тебя, — наклонившись, лизнул мои губы своим горячим языком, и всё — я пропала и растворилась в накрывшей меня волне приятных ощущений, потому что это было настолько возбуждающе-порочно, что я едва не застонала. Хотя по разумному должна была бы скривиться и оттолкнуть его.

Если от такого у меня крышу снесло, то что будет при настоящем поцелуе?

— Моя сладкая Лизи, ты столь мила, что вскоре я не смогу себя сдерживать, — большие, сильные ладони продолжали меня гладить, но не как котенка, а как кису — которой вот-вот подарит блаженство и откроет новые галактики ощущений.

— А это ты сдерживаешься? — пискнула я удивлённо, мысленно себе твердя — что раз уж потекла от его действий, хотя и запрещала сама себе, то хотя бы лапать его не должна, а то все барьеры здравомыслия падут, и я вместе с ним.

— Конечно, — чмокнул в щеку, продолжая крепко прижимать к себе, чтобы не сбежала. Он уже явно понял мой трусливый нрав. — Ты даже не представляешь, — чмокнул в другую скулу, пока я замерла, пораженно затаив дыхание, — сколько усилий я прилагаю, — мягко и невинно чмокнул в нос и заглянул мне в глаза, пронзая по глубины души и дразня резко пересохшие губы своим пьянящим дыханием, — чтобы не вылизать тебя и не узнать, какое же личико ты покажешь, когда я буду внутри тебя.

АААААААААААААААААААААААААААААА!!!

Хотелось мне заорать белугой и трусливо сбежать, в то время как щеки уже были похлеще спелых помидоров, а сердце восторженно трепыхалось в груди. Внутри зарождались звёзды чего-то нового и неизведанного, но вызывающего восторг и адреналин.

Покалывающее смущение и сияющий экстаз, сковывающий страх и полыхающее вожделение — всё смешивалось в такой ядреный коктейль эмоций, что я просто не знала что делать и куда деваться, ибо к такому совершенно не привыкла. Боги, да я столько пошлых романов прочитала, и уже не думала, что такими фразами меня можно удивить. Но его хриплый голос и опасная близость вскружили голову, и новая реальность оказалась куда вкуснее, сочнее и волнительнее любых книг, какими бы красочными описаниями они не пестрили.

— Ты ещё не готова, так что не бойся, я позволю тебе привыкнуть ко мне и только тогда перейду твои границы и заставлю сто… — я не выдержала и истерично дернувшись, накрыла эти порочные губы ладошками, тяжело дыша и ощущая, что уже, кажется, покраснела до пят.

Передо мной стоял не просто сосед, мне в глаза проникновенно заглядывал искуситель и чёртов соблазнитель, противиться которому, как бы я не хорохорилась, всё же не могла.

Ощутив, как под моими пальцами его губы снова растянулись в лукавую улыбку, ведь он прекрасно видел, что со мной творил и какое влияние имел, я не успела среагировать, ибо да, фантазия бушевала и я догадывалась, что он может выкинуть, дабы точно довести меня до потери сознания.

Оуэн схватил меня за кисть и лизнул. И глазюки так ехидно сверкали, что аж злость пробудилась. Но восторг и смущение от того, что он, не смотря на мой характер, поступки и слова — продолжал мной интересовать и так открыто это показывал — рушили все остальные эмоции и мысли.

Меня прошибло током и пришлось закусить губу, чтобы постыдный стон всё же не вырвался из груди, давая ему зелёный свет.

Он надо мной издевался и изводил. Я пыталась вдолбить себе это в голову, но от его касаний языка — всё плыло, и я в том числе.

— Ты же сказал, что сдерживаешься, — выдала я плаксиво-пискляво, осознавая, что ещё парочка его выкидов и я, забив на всё — сама на него наброшусь, а потом буду дико жалеть и пожирать себя за глупый поступок.

— Твоё сердце ещё не отдано мне, да? — коснулся бережно и нагло-чувственно губами внутренней стороне кисти, но с внимательностью хищника наблюдая за мной. Стоун точно видел и чувствовал, как я дрожу, но видимо в глазах еще и подмечал моих тараканов в виде сомнений и страхов. — Я терпелив, сладкая, — снова вжав в себя, одарил целомудренным поцелуем в лоб.

И снова его пьянящий аромат затуманил разум, от чего я неосознанно втянула шумно и глубоко носом воздух. Он уже был у меня под кожей и щекотал изнутри натянутые нервы. Но чудом я ещё держалась.

— Приятных снов, — заурчал наглец, отступая и поднимая руки словно в капитуляции. Благо, мои инстинкты и нрав среагировали быстрее мозга и я кабанчиком умчалась к себе, слыша бархатный смех в спину.

Сердце колотилось в груди, а тело, хоть и пылало, словно ощущало непривычный и странный холод без ощущения Оуэна рядом, его объятий и прикосновений.

Я точно сошла с ума.

Побоявшись высовываться лишний раз, ведь шанс столкнуться был слишком высок, просто упала лицом в подушку и решила, что один раз проживу без ванных процедур.

Видимо, после таких эмоциональных качелей моё тело и разум так вымотались, что я моментально отрубилась. И конечно же, даже во сне Оуэн меня мучил, не давая передышки. Словно решил очаровать целиком и полностью, чтобы уже завтра была готова его принять.

* * *

Когда я оказалась ранним утром в библиотеке, Марго немало так удивилась, ведь я пришла раньше положенного едва ли не на два часа. И всему был виной Оуэн, с которым стыкаться не хотела, ведь за ночь не успела остыть, а даже наоборот — распалилась из-за фантазии только сильнее. Да и сердце моё бедное-несчастное (нет) ещё не отошло от его вечерних выкрутасов, так что мне нужно было ещё немного спокойства и пространства, чтобы держать себя в узде.

Начальница словно знала причину моего рвения к труду — уж больно улыбка у неё была хитро-понимающая, но я отмалчивалась и болтать об этом точно не собиралась. Поэтому вызвалась расставить по местам высокую гору книг, ведь так могла сосредоточиться на чём-то другом и перестать думать о том, какой у Оуэна горячий язык…

Эх.

Мой тяжёлый вздох вызвал у Марго смешок, который я решила гордо игнорировать.

Пока была спрятана от всего мира в

Через огромное панорамное арочное окно пробивались тёплые солнечные лучи, создавая уют и умиротворение, в котором я так нуждалась. Всё же, было правильным решением попытаться здесь найти своё место.

Правда, когда меня резко развернули и прижали к стеллажу шикарным телом, я лишь охнула. Но даже не испугалась, нет. По нескольким причинам.

Первая — только Оуэн видел во мне женщину, ну или ту, с которой хочет переспать. Другие самцы на меня вообще не смотрели, явно не видя ничего интересно или привлекательного.

Вторая — я уловила его аромат за пару секунд до, и как-то странно спокойно приняла факт его особы в моём личном пространстве.

— Пломбирка, — склонившись низко, прорычал мне в шею, жадно втягивая носом воздух. — Ты доиграешься, и я точно тебя накажу.

Оуэн хрипло порыкивал и опалял горячим дыханием мою кожу.

Я же попыталась понять, что сделала не так. Правда, его близость, да и рука на талии — отвлекали знатно.

— И за что же? — не стала ломать себе мозги, решив просто спросить. Мужчина слегка выпрямился, но так, чтобы наши лица были почти на одном уровне.

— Ты не позавтракала, — констатировал строго, и я лишь фыркнула и закатила глаза. Вот же ж противный.

— Я ела хлеб с джемом, — пальцы на талии сжались слегка, показывая, что такое ему почему-то не по душе. И это вызвало во мне какое-то умиление.

— Это не завтрак, — качнул укоризненно головой. — Нужно нормально кушать. Тем более, что ты принимаешь после завтрака таблетки.

— От твоих сытных блюд меня скоро разнесёт так, что ни в одни двери не пролезу, — надулась наигранно, скрестив руки на груди. Оуэн же опустил на миг взгляд, задержался на моих округлостях и медленно облизнулся, а потом тяжело сглотнул. И это на мне была обычная рубаха, без особо глубокого выреза. Но ему явно нравилось, и моё женское самолюбие снова возликовало. Правда, хотелось ещё ему рассказать о том, что меня на самом деле легко может разнести, а так как спортом заниматься не люблю, то воистину быстро потолстею и ничто не спасёт.

Но у Стоуна явно были свои мысли на этот счёт — и насмешливая ухмылка в паре со скептическим взглядом, говорили о том, что он не верит. Но мы же разные виды и генетикой у меня не заложено быть красавицей с подтянутым задом, не смотря на всю еду, засунутую в мой ненасытный рот.

— Ты ещё и обед не взяла, — не стал комментировать или спорить со мной, но и отступать тоже не стал. Упрямый баран. Ну или волк, если быть точной.

— Мне полезно иногда голодать, — буркнула, смотря в сторону прохода. Сегодня было очень тихо, да и в эту часть, если верить словам госпожи Кляйн, мало кто забредал. Так что не опозорюсь, пока в очередной раз буду сбегать от красавчика.

Но Оуэн словно узнал о моих мыслях и просунул колено между моих ног, вжимая в себя, от чего я только охнула, и воспоминания о вчерашнем вечере накрыли, как чёртовая лавина, выбивая весь воздух из лёгких. А я ведь только нашла дзен!

— Если не хочешь кушать, то можем заняться чем-то поинтереснее, — снова стал дразнить горячим дыханием мои губы, гипнотизируя взглядом. — В твоих книжечках же были такие сцены?

— Какие сцены? — пискнула сперва, а потом всё же поняла, о чём речь. Писательница же.

— Секс в библиотеке, — заурчал, словно пробуя каждый звук на вкус, а меня аж дрожь пробрала. — Звучит чёртовски возбуждающе, правда? — провёл носом по шее и поднялся к уху, который и прикусил легонько, от чего мое желание сдвинуть колени пошатнулось.

— Нет, — истерично брякнула, но совершенно неубедительно, вызвав у мужчины лишь смешок. Всё он видел и понимал, но не давил слишком сильно, за что я была благодарна (или нет).

— Нельзя, — попыталась быть чуть строже, но весёлые искорки в глазах напротив лишь активнее засверкали. И каким же красивым он был в лучах солнца, таким нереальным и сказрчным…

— Почему? — склонил голову на бок и чуть отстранился, позволяя вздохнуть, хотя поглаживающая талию рука — ох как сильно продолжала отвлекать. О его ноге между моих ног упорно старалась не думать.

— Мы не встречаемся! — выдала я гениальную фразу, сделав грудь колесом, возгордившись собой.

Стоун же замер и непонимающе на меня уставился. И это растерянность на его лица была крайне забавной, от чего я заулыбалась ещё шире.

— Эм, я же предлагал, ты отказалась, — тыкнул прямо фактом, на что я вспыхнула и отвела стыдливо взгляд. Тут не поспоришь.

— Лучше позови кого-то из своих подружек, уверена, они с радостью согласятся, — буркнула, нахмурившись. Это оставалось последним рубежем и красным флагом, из-за которого я не хотела и не сдавалась, дабы пасть к нему в постель.

Но Оуэн не обиделся и не отмахнулся раздражённо от моей упёртости, лишь чмокнул звонко в нос, отстранился и, взяв за руку, повёл на выход.

— Я подожду, когда ты будешь со мной течь, — снова его словечки вогнали в краску, заставляя смотреть в пол, да и не находиться с ответом — колким и противным, чтобы оставил уже меня в покое.

На стойке администрации, где сидела мирно Марго, поедая печеньки, он взял корзинку второй рукой, не отпуская меня.

— Мы на обед, — кинул он бодро. Марго, видя нас вместе — лишь подмигнула мне.

— Только верни мне её сегодня, — кивнула она беззаботно, не став спасать мою тушку и лишая тем самым последнего шанса на побег.

В парке напротив было много народа, и большая половина уже что-то жевала.

Стоун, найдя место в тени под деревом, усадил меня, а потом стал доставать из корзины сэндвичи, которые выглядели так шикарно, словно с глянцевой обложки журнала. Пришлось тяжело сглотнуть.

И как он мог так готовить, иметь прекрасную внешность и до сих пор оставался без кольца? Удивительно просто.

— Спасибо, — выдохнула, вгрызаясь в свой обед. Правда, когда ощутила редиску, попыталась выплюнуть, ибо не любила, но мужчина так строго на меня зыркнул, что я даже на миг засомневалась. Но упрямства мне же не занимать.

— Вылижу, — выдал он, заставив меня удивлённо замереть. И что-то подсказывало, что он не шутил. — И сделаю то, что ты советовала делать со страницами книги, — откусил

Упрямство-упрямством, но здравомыслие победило. Так что с недовольной миной, но я всё же жевала дальше, боковым зрением замечая, что соседушка за мной следит пристально, и шансов выплюнуть гадость — нет никаких.

Когда корзина была пуста, а мой желудок наоборот полон, Оуэн, погладив мою поясницу и чмокнув в висок, пообещал вечером за мной заехать.

А потом удалился, оставив меня в смятении и смущение, потому что на нас всё же стали обращать внимание. И я сбежала от любопытных взглядов туда, где был покой.

* * *

— И над чем моя сладость так усердно думает? — приятный голос прорвался сквозь густой туман мыслей о том, что я действительно хочу продолжить публиковаться, но уже здесь. И из-за того, что раздумывала после сытного ужина слишком долго, сидя на диване перед ноутбуком, сердце лишь слегка дрогнуло от слов «моя сладость».

— Хочу написать роман, — выдала честно, хотя и не могла решиться, какой сюжет выбрать, чтобы понравилось здешним существам. А Оуэн, хотя и знал, что я писательница, но благоразумно не лез с вопросами, хотя явно хотел.

Но он был умницей, никогда не давил и не пытался вытянуть из меня хоть что-то клещами.

— Напиши о помощнике шерифа и сексуальной библиотекарше, которые нарушают тишину своими стонами и мокрыми шлепками, — Стоун плюхнулся рядом, даря частичку своего тепла, от которого мурашки по коже и колющее между рёбер желание прижаться к его боку и удобно положить голову на плечо.

Но сдержалась, сжав сильнее зубы.

Вместо этого, чтобы отвлечься, представила Браяна и Марго — сразу хрюкнула от смешной картинки. Слишком разными они были, особенно в плане возраста. Хотя, любви все возрасты покорны…

Но Оуэн принял это по-своему и, приобняв всё же меня за плечи и прижав всё же к себе (от чего я довольно мысленно пискнула), заставил посмотреть на непривычно серьёзное лицо.

— Почему нет?

Я даже подвисла, потому что в его гласных звучала какая-то горькая обида в перемешку с крохами сладкой надежды. Я прямо ощутила эту смесь на кончике языка и сердце невольно сжалось.

— Лучше о шерифе и библиотекарше. Молодой, — добавила чисто для себя, принимая, что идея неплоха. И да, решила всё же не поддаваться его обиженной моське. — За прототип можно взять твоего начальника, мужчина он шикарный и завидный, — закивала головой и, схватив ноут, стала быстро печатать, чтобы записать пришедшие идеи. Ну и чтобы не быть зачарованной его потемневшим взглядом.

Оуэн же недовольно засопел, ведь я явно задела его эго, выбрав не его в качестве примера сексуального мужчины. Или (страшно представить) ему не понравилось то, что я другого мужчину считала привлекательным, ещё и так открыто об этом при нём призналась?

Я ощутила, как его тело рядом всё напряглось, но сильнее сжимать меня в своих объятиях он не стал, как и требовать изменить задумку. Его взгляд был направлен в никуда, брови нахмурены, а губы плотно сжаты в тонкую линию. Кажется, он либо злился на то, что шеф у него красивый, либо на меня, что такая упрямая и столь нагло перед ним называю других самцов привлекательными.

Последняя мысль неприятно кольнула мою совесть. Чёрт, я об этом как-то и не думала, ведь выбрала шерифа по иной причине…

Вслух не скажу, но я не хотела показывать другим, и тем самым делить Оуэна даже на страницах книги. Эгоистично нравилось быть той единственной, кто знает его таким, какой он есть на самом деле.

Так что свою затею сделать его прототипом персонажа, чтобы вылить свои чувства на бумагу и притупить в реальности, пришлось забыть.

Я просто хотела сохранить Оуэна Стоуна только для себя. Но в итоге, кажется, его лишь обидела.

Глава 10

Оуэн

Уже месяц Пломбирка жила с нами — чему и я, и Плюшка, были дико рады. Одно её присутствие рядом дарило радость и умиротворение. И хотя я другу завидовал — ведь она его всегда баловала своими нежными поцелуями и тёплыми объятиями, но и не сдавался.

Тем более, что Лизи постепенно, но свои позиции рядом со мной сдавала. Хотя прорывался я к её доверию с трудом. Первое время по привычке, когда мы вечерами выгуливали Плюшку, я всем дамам улыбался и подмигивал, но потом ловил насмешливый взгляд Лизи и сразу терялся, да и извинялся, а потом задабривал её вкусностями.

Теперь кроме неё мне никто не был интересен.

Брян уже говорил, что я бегаю за ней скуля, как верный пёс, боясь потерять или обидеть. И со стороны всё выглядело комично, ведь мои габариты против её хрупкости — та ещё картина. Но мне было плевать кто и что думает. Маленькая, мягкая и сладко пахнущая Пломбирка поглотила все мои мысли, заколдовала, как та ведьма своими зелёными глазищами, которыми жадно пожирала моё тело, пока я делал вид, что не замечаю этого.

Но как же было приятно знать, что она видит во мне мужчину. Но…

Мне не было понятно почему Лизи, явно желая меня, так упрямится и сдерживается, но я вычитал, что для её вида далеко не всеми принято иметь связи без обязательств. Прямо как оборотни-медведи. Так что просто смирился и ждал, когда же она поймёт, что я настроен серьёзно.

И я не упускал возможности её касаться и слегка целовать, зажимать это манящую мягкость в своих руках и смущать. Но установленные границы не переходил, ведь хотел, чтобы она приняла меня и больше не боялась, что я сбегу при первом повороте бёдер другой самки.

Правда, один раз, когда она, собрав волосы в хвостик, увлечённо готовила кексики, не удержался и, подойдя к ней сзади, оставил засос. Потому что её шея была такой соблазнительной, а кожа на под губами оказалась такой нежной, что сдержаться просто не смог. На краткий миг самоконтроль покинул меня, но я ни о чём не жалел.

Ох, Предки, как же она тогда задрожала в моих руках и стала пахнуть ещё слаще! Если бы не испуганный взгляд через плечо — я бы сорвался и сделал её своей прямо на столе. Но голова победила головку, и я ушёл дрочить в душ, чтобы не доводить Лизи до паники, чтобы она снова от меня не шарахалась.

И, стоя под ледяными струями воды, перед глазами видел свою прелесть, что готовила вкусности только для меня. И это возбуждало только больше. Так что вышел я тогда лишь через час,

— Смотри, сколько наготовила, — уперев руки в бока, гордо улыбаясь, заявила Пломбирка. Кажется, она решила таким образом извиниться за то, что выбрала Браяна, как пример для её нового персонажа, приняв тогда моё молчание за обиду.

Да, признаюсь, мне тогда было слегка неприятно, но… Я знал, что она в целом всех здесь называла красивыми, да и не мог же запретить смотреть на других мужчин. Но я тогда просто обдумывал, как мне действовать дальше, чтобы эта прелесть думала лишь обо мне.

Но в итоге теперь получил множество сладостей, чему несказанно рад. И потому не стал развеивать недопонимание, чтобы не смущать Пломбирку.

— Вкусно пахнет и шикарно выглядит, — протянул я, понимая, что эта девушка стала моей большей слабостью и одержимостью, нежели сладости. Хотя совсем недавно о таком и думать не мог.

— Правда ведь? — сияющий взгляд и довольный румянец делали её очаровательной. А волосы она распустила, скрыв мой след на ней. Обидно. Но ничего, в будущем уже ей будет делать это куда сложнее.

— Да, ты прекрасна, — выдохнул и не смог сдержать широкой самодовольной улыбки, когда она смущённо покраснела и опустила взгляд, затрепетав длинными ресницами.

— Дурак, — буркнула она в ответ, не смотря на меня. Знала, что я могу разглядеть в её взгляде вожделение, которого она почему-то стыдилась. Но когда резко отмахнулась от комара (который не пойми откуда взялся), я моментально оказался рядом и, прижав к себе одной рукой, другой вредителя уничтожил.

— Только я могу тебя кусать, верно? — малышка затрепетала, смотря на меня со смесью веселья, желания и упрёка. И как только могла всё это совмещать в себе одновременно?

— Дурак, — повторила она, покачав головой, но всё же мягко улыбаясь. — Лучше попробуй и скажи, как тебе кексики? — сменила тему, и я решил снова поддаться, ведь давить ни в коем случае нельзя.

Хотя попробовать больше всего на свете хотел именно её.

* * *

Утром, выпивая таблетки, взятую у Лари буквально вчера, узрел сонную Пломбирку, которую хотелось зацеловать в розовые щеки и оставить прелесть себе, чтобы никто не видел её очарования.

— Что это ты пьёшь? — сразу нахмурилась она, и я внутри расплылся — переживала за меня, хотя и строила из себя колючку. И хорошо, что свои успокоительные больше не принимала, пропив первые две недели, как и советовал Лари. А то временами бывала какой-то подавленной.

— Витамины, — соврал невольно, ибо как-то не был к вопросам готов. На милом личике отобразилась коварная насмешка, заставив меня напрячься.

— Что, с каменным жезлом проблемы? — хохотнула Вульф, а у меня аж дыхание спёрло. Я читал романы вместе с ней и уже был осведомлён, что многие авторы почему-то избегали слова «член» и заменяли его всякими глупыми названиями.

Да и гордость она мою задела. С чем-чем, но с мужским достоинством проблем никогда не было.

— Могу тебе продемонстрировать, что у меня всё в порядке, — сделал пару шагов к ней. И когда соседка отступила, хищник во мне только возбудился. Любила же она от меня бегать, но даже не догадывалась, какой эффект это на меня имело.

— Не надо, — напряглась она, но взглядом по моему торсу пробежалась и облизнулась. Рано или поздно я своего добьюсь и при каждом таком её жесте буду потом целовать эти губы до покраснения, ибо дразнит меня она слишком долго. — Так что за таблетки? — попыталась обойти меня стороной, но я путь преградил, ловя в свои объятия. Втянув носом её запах, блаженно выдохнул.

— Помогают не реагировать на запах течки самок, — всё же признался, жадно следя за её эмоциями. Лизи удивилась и уставилась на меня непонимающе.

— Зачем это тебе? — нахмурилась Пломбирка, выглядя в моих руках до ужаса правильно. Мой волк с этим был согласен тоже.

— Я ведь уже говорил, — улыбнулся, поглаживая её спинку, — что хочу быть только с тобой. Вот и пью для страховки, чтобы в случае чего инстинкты не взяли верх.

В зелёных глазах плескалось неверие и сомнение. Но она вдруг сделала глубокий вдох-медленный выдох, словно решаясь на что-то.

— Ладно, — буркнула она. И я чувствовал, что это была не просто её реакция и принятия того, что я пью лекарства.

— Что ладно, Пломбирка? — я весь напрягся, ведь от неё можно было ожидать чего-угодно.

— Давай встречаться, — осторожно посмотрела на меня сверху вниз и тут же взвизгнула, когда я подхватил её на руки и начал кружить по комнате, широко и счастливо улыбаясь.

Я понимал и видел — она во мне до сих пор не уверена, но важный шаг был сделан. И мне теперь лишь нужно было завоевать её доверие окончательно, да и убедить, что лучше меня для неё никого в этом мире нет.

* * *

Конечно же, на работе шеф заметил мою довольную морду, и я сразу с гордостью заявил, что теперь Лизи Вульф — моя девушка. Моя. Это я повторил Блэку несколько раз, ведь именно его моя Пломбирка считала привлекательным, чем и трепала мне нервы, пробуждая раздражение и жгучую ревность. Хотя я и пытался отрицать это.

Возможно, из-за того, что она не хотела меня ко всем ревновать, ведь я был тем ещё любителем пофлиртовать — вот Лизи и не соглашалась на отношения со мной. Только теперь я понял её опасения получше. Лизи пыталась перестраховаться, чтобы сберечь своё сердце. И это было разумно.

Брян на мои слова только усмехался беззлобно и поздравил с тем, что я наконец-то нашёл себе пару. Хотя это и не было сто процентов, ведь ещё не фиксировались у нас истинные связи между оборотнем и обычным человеком. Но что-то внутри подсказывало, что она — та самая, поэтому так и зацепила с первой встречи.

Но я смог показать ей серьёзность намерений, ведь не встречался ни с кем, и со временем вовсе перестал флиртовать с другими самками. Всё внимание и заботу дарил только ей одной. Поэтому она и оттаяла, дав мне шанс.

Вечером же, возвращаясь домой, уловил в воздухе сладковатый запах и понял — сезон течки вот-вот начнётся. И мне нельзя оплошать.

Лизи встретила меня с Плюшкой, смущённо улыбаясь. Она чуть ранее написала, что так как пятница — её госпожа Марго решила отпустить пораньше и что мне не стоит за ней заезжать.

Конечно же, я был рад, что девушка отдохнёт и сможет уделить своему роману больше времени, но и переживал, что по дороге домой кто-то её прелести заметит и посмеет покуситься на моё

Но как только она оказалась в моих объятиях, все тревоги меня покинули, потому что на дне зелёных омутов плескалась надежда, что у нас всё будет хорошо.

После ужина, поцеловав её в щеку, хотя и хотелось куда большего, я ушёл к себе, вновь фантазируя и представляя, как Лизи будет смотреться на мне, подо мной, на кровати и столе… и много чего ещё порочного. Но, оставаясь с собой наедине, я только об этом мог и думать, ощущая себя одержимым ею.

Ночью же, услышав громкие стоны, вскочил на ноги. Догадавшись, что это просто кто-то с соседей начал развлекаться, поспешил к Пломбирке. Она удивлённо смотрела в сторону окна, явно не зная, что во время течки стоны будут слышны постоянно — ещё и очень громко и отчётливо. А иногда с домов всех соседей сразу, ведь жил я в холостяцком районе.

Опустив наружные жалюзи, чтобы хоть немного приглушить для неё звуки, собирался просто уйти. Но один её робкий голосок, позвавший меня по имени, едва ли не обрушил всю мою выдержку.

— Что такое, моя хорошая? — спросил как можно мягче, радуясь, что из-за кромешной темноты она точно не видит мой стояк.

— Поспи сегодня со мной, — робость сквозила в каждой гласной. Но я был нужен своей Пломбирке и отказать ей не мог никак. Ликование и радость наполнили лёгкие, сжимая сердце.

— Просто полежать рядом, да? — переуточнил, ведь ощущал, как она замялась и вся сжалась, боясь, что я неправильно её пойму. Правда, было странным то, что она так резко стала мягче и сама тянулась ко мне. Хотя нарекать на это не собирался, решив брать от ситуации всё.

— Угу, — мяукнула она тихо и молча отодвинулась, давая для меня место. Плюшка, предатель пушистый, с места у её ног не сдвинулся. Я же как можно аккуратнее лёг поверх одеяла, дабы малышку не пугать и не смущать. — Спасибо, — прислонилась лбом к моей груди, щекоча оголенную кожу своим дыханием. Не став сдерживаться, притянул прелесть к себе поближе, но не слишком, ведь мой каменный жезл точно будет её нервировать. Но это пока.

* * *

Утро следующего дня выдалось странным. Я и без того спал чутко, чтобы случайно не потревожить свою писательницу, которую так трепетно приручал.

В её привычном мне сладком аромате мешалось что-то неприятное и неправильное.

Когда же сонный и уставший мозг осознал, что откуда-то исходит запах крови, аж в дрожь пробрало. Открыв резко глаза, принюхался. Моя Пломбирка мирно спала, но именно от неё веяло кровью.

И это чертовски пугало, заставляя в всё внутри сжиматься от ужаса. Я ведь спал так, что не мог ей навредить? Да и видимых ранений не было…

— Лизи! — легонько потряс её за плечо. Пломбирка сонно открыла глаза и посмотрела на меня совершенно спокойно, хотя нос и поморщила, когда пошевелилась.

— Где ты ранена? Ты истекаешь кровью? — откинув одеяло, узрел на простынях пятнышко. И сердце ухнуло в пятки. У неё внутреннее кровотечение, чёрт побери!

Схватив её на руки, мимолётно позабавился с вытянутого от удивления лица.

— Да это просто месячные, — зевнула она, даже не вырываясь. Да и в целом была слишком флегматична. Потёршись носом о мою шею, вдруг укусила легонько за ключицу, пока я присел чуток, чтобы взять ключи. Но так и застыл, поражённо смотря на её ленивую, довольную улыбочку. — Лучше пошли в кроватку, потискаешь меня ещё, м? — она буквально мурчала, словно совершенно не осознавая всей серьёзности ситуации. Не будь всё так плохо, я бы с радостью согласился, но её здоровье было важнее моих хотелок.

Не став больше медлить, прямо в одних спортивных штанах выскочил на улицу, просто закрыв за собой двери ногой, крикнув Плюшке «сидеть!».

Усадив странную Лизи на сиденье, запрыгнул за руль и дал по газам. Хорошо, что было ранее утро субботы и никто по пути не мешался.

— Что такое твои месячные? — сжимая руль до хруста костей, всё же поинтересовался, периодически поглядывая на неё.

— Это когда женщина раз в месяц пару дней истекает кровью, страдает от болей и перепадов настроения, — протерев глаза, пробубнела Вульф.

— Тебе больно? — прорычал я, проезжая на красный свет.

— Пока не очень, — повела плечом. — Бывало и похуже. Всё нормально, так что давай…

— Тебя должен осмотреть врач! — я слегка повысил голос, не справившись с эмоциями. Она, чёрт возьми, мучается от боли и не контролирует кровотечение, и смеет говорить, что всё нормально⁈ — Прости, — выдохнул, ведь злиться не хотел.

— Ты такой сексуальный, — вдруг выдала соседка и без стеснения прошлась пальчиками по моим плечам, пощекотала шею и, приблизившись, чмокнула в щеку. Что, чёрт возьми, в неё вселилось?

Резко припарковавшись возле больницы, схватив её на руки, игнорируя посмеивания, влетел в здание. Джеки удивлённо выпучила глаза, но тоже уловил запах крови и подлетела к нам, став осматривать мою Пломбирку.

Тут же появился и Лари. Пока он огромными шагами преодолевал расстояние между нами, я ощущал его тяжёлый, угрожающий взгляд.

— Я тебе говорил быть с ней осторожной! — зарычал громко он, когда понял, что у Лизи именно трусы в крови. Чудом, что он не врезал мне сразу же, ведь насилие у нас никоим случаем не одобрялось.

Лизи снова хихикнула, заставив нас замереть и уставиться на неё.

— Такие грозные, но заботливые. Милота-то какая, — заулыбалась шире, а мы же переглянулись, ведь такое поведение ей было совершенно не свойственно.

— Почитайте, док, что такое месячные. Думаю, у вас уже должна быть эта информация, раз попаданки вроде меня у вас бывали, — посоветовала она и удобно умостила голову у меня на груди. Думаю, трясись она от ужаса или страха — из меня даже Джеки стала бы выбивать дурь. Но Лизи была спокойна и в отличном настроение.

Лари кинулся к компьютеру, а Джеки рысью за ним.

Они вчитывались в строки, пока я баюкал Пломбирку и молился предкам, чтобы с ней всё было в порядке. Потому что одна мысль — что могу её потерять, рвала душу острыми когтями, впилась в сердце и заставляла стыть от безысходности. Даже Волк внутри поскуливал и метался от тревоги.

— Боже, у них это каждый месяц, — ахнула Джеки. Но я, следящий за Лари, что направился в свой кабинет, заметив, что его плечи расслабились, сам выдохнул.

— Ну что, убедились? Теперь дайте мне обезболивающее и прокладки, если есть. И мы пойдём валяться в кроватке дальше, — заявила Вульф, болтая ногами в воздухе.

— Это последствия, — буркнул

— Лучше уж будет прямолинейной, нежели унылой, как некоторые, — поддакнула Джеки, и я наконец-то смог выдохнуть напряжение. — И с каких пор вы вместе, раз она уже привыкла к тебе так сильно? — стрельнула в нас заинтересованный взгляд.

— Мой, — Лизи обвила меня за шею и надулась, вызвав у меня приятный трепет и умиление.

— Ой, фу, что за слащавая атмосфера? — Джеки театрально скривилась и отвернулась. — Кто бы мог подумать, что ты превратишься в такого, — проворчала она тише. Но мне было всё равно. Поцеловав свою Пломбирку в затылок, дал Блэку её на осмотр, ведь мало ли.

Так называемые прокладки он сразу и заказал, ведь в городе у нас их не было. Но где-то уже их изготовляли, ведь попаданки у нас стали появляются не первый год.

Поблагодарив, унёс Лизи к себе автомобиль, а потом и в дом. Правда, на парковке едва успел увернуться от кулака Браяна, который уже успел узнать о том, что я привез Лизи в больницу с кровотечением. Но, когда старший из братьев явился, то младшего успокоил и посоветовал мне езжать.

Потом даже получил смс-ку, что мне дают неделю, чтобы позаботиться о соседке. Ведь забота, внимание и любовь нужный ей как никогда.

И я, на пару с Плюшкой, стал самым сладким, теплым и милым, каким только мог в своём представлении. И от того, как Лизи ко мне сама тянулась, прижималась и в целом нуждалась — не мог не урчать от удовольствия.

Когда же выезжал за продуктами, мог думать только о Лизи Вульф, поэтому спешил всегда домой и не замечал ничего вокруг.

Только потом, в конце недели до меня дошло — Лизи затмила для меня весь окружающий мир. Я даже не почуял течки, не смотря на то, что и не пил таблетки.

Хотя сперва меня пронзало осколками чувств, о существовании которых я даже не подозревал, сейчас мне хотелось быть только рядом с ней.

Глава 11

Лизи

Неделя выдалась довольно-таки странной.

Мои скрытые эмоции и желания взяли вверх, вырвались наружу вредной кошкой, которая бесстыдно и нагло лезла к Оуэну, требуя и сразу получая ласку и заботу, от которой едва не урчала.

Рядом с ним было дико комфортно, уютно и спокойно. И всё своё внимание уделял мне, хотя и про Плюшку не забывал.

Но всё же я была на первом месте. Впервые именно я, странная, пугливая и не такая уж и привлекательная, но была для кого-то в приоритете.

Оуэн Стоун изменился ради меня, не только словами, но и делом доказывая, что настроен серьёзно. Правда, увы, моё сердце ещё дрожало в сомнении, ведь страх (хотя на это раньше была надежда), что вскоре ему надоем, не позволял полностью расслабиться и насладиться его теплом.

Лёжа на диване, всё ещё ощущая его мягкий чмок в лоб перед выходом на работу, я уже не пыталась строить планы и решить, как действовать, ведь с ним всё шло совершенно иначе, и я не хотела заморачиваться. Плюшка, уложив голову мне на колени, слегка вилял хвостом, пока я его поглаживала, осмысливая всё то, что в целом произошло со мной.

Было даже как-то стыдно, что я временами совершенно забывала о подругах, думая лишь об Оуэне. Но связаться с ними не могла, поэтому оставалось лишь надеяться, что у них всё хорошо.

Чтобы хоть чем-то себя занять, решила испечь различные кексы, ведь сосед дражайший накупил массу фруктов. От выпечки мужчина был в восторге и тискал меня чаще. И я хоть и со смущением, но призналась сама себе, что мне это начинает нравиться. Ну и стоило бы его отблагодарить за всё в целом.

В дверь тихо постучали, когда всё уже было в духовке, заставив вынырнуть из мыслей. Шериф стучал громче, а Рози более энергично.

Немного опасаясь, всё же поспешила незваного гостя встретить. На пороге, к моему удивлению, стояла Марго, приветливо мне улыбаясь. Оуэн позаботился обо всём и договорился о моём неожиданном отпуске, которого, по сути ещё и не заработала. Но библиотекарша пошла на встречу без проблем или пререканий.

— Здравствуйте, — немного растерянно поздоровалась я и, просто нервно оглядываясь, ведь вдруг решили уволить? — заметила Рози, что стояла на тротуаре и сверлила меня жутко недовольным взглядом. Что я ей могла сделать, сидя безвылазно дома?

Но догадка быстро стрельнула в голове.

Забрала себе Оуэна?

— Тебе уже можно вставать? — начальница обеспокоено оглядела меня и я, отойдя в сторону, пригласила её войти, решив на Рози силы не тратить.

— Честно говоря, уже дня три как всё хорошо. Но Оуэн и Лари не давали выйти работать, переживая слишком сильно. Так что прошу прощения за то, что пропала. В следующем месяце из-за такой мелочи брать выходные не буду, — протараторила, нервно сжимая пальцами края футболки. Футболки Оуэна, которую я у него нагло отжала. И судя по его довольному взгляду, он был только рад.

— Что ты, моя хорошая, — Марго покачала головой, улыбаясь. — Я как услышала, то ужаснулась. Всё же, у нас такого нет. Но зато есть течка.

Я поставила чайник и достала чай.

Заглянув в духовку и сверившись со временем, достала всё. Как раз будет чем угостить женщину.

— Кстати, все заметили, что в этот раз наш Оуэн ни на кого не смотрел и ни на какие запахи не реагировал, — эти слова заставили меня замереть и как-то неуверенно посмотреть на собеседницу, в чьих глазах плясали искры веселья. Это она вообще к чему клонит?

— Он вроде таблетки принимал, — почесала задумчиво нос, хотя честно не могла сказать, пил ли он их регулярно. Ведь видела это лишь раз. Потом обычно либо грелась у него под боком, либо висела коалой, потому что оставаться без его объятий могла не дольше пары минут.

Меня к нему так сильно тянуло, что, кажется, разум перестал функционировать и я лишь поддавалась прихотям. Да, во время месячных я становилась той ещё мартовской кошкой, но в этот раз переплюнула сама себя. Хотя и понять — почему так — не могла.

— От них оборотень становится вялым и сонливым, — Марго покачала головой, но заинтересованно смотрела на кексики. Кажется, это моё оружие по завоеванию местных. Я же нахмурилась — сосед был тихим и учтивым, но никак не вялым. — А Оуэн, бегая

Я налила горячую воду в чашку и подсунула гостье. На блюдце же положила парочку кексов, чтобы она могла попробовать с разными начинками.

Если не принимал ничего, то как не повёлся на запахи и не пустился в веселье? Да и вряд ли имел перепихон хоть с кем-то, ибо возвращался домой всегда очень быстро и запахов других женщин не имел. Я это точно знала, ибо каждый раз при возвращение заключал в свои крепкие объятия так, словно мы не виделись годами, пытаясь впитать его жар в свою кожу. Так что его пьянящий аромат я вдыхала с жадность и никаких других инородных примесей не замечала.

— Угощайтесь, — подсунула всё, и сама откусила побольше, чтобы забить рот и не иметь возможности говорить. Да и не знала, что вообще можно ответить. Но внутри всё же была рада, от чего сердце восторженно трепетало.

— Ещё эту недельку посиди дома, — вдруг выдала Марго, сделав глоток чая. — Возражения не принимаются, — сразу выставила ладонь вперёд, когда я только открыла рот. — Лучше сходи с Оуэном на парочку свиданий, погуляй и позволь себе расслабиться.

— Но я уже и так долго ничего не делаю, — выдала жалобно, ведь действительно всю неделю только лежала. Меня кормили, носили на ручках и обнимали. Только в душе он ещё мне спинку не тёр. Хотя да, предлагал.

— Ничего не знаю, — фыркнула насмешливо женщина. — Я тебя не пущу, так и знай, — театрально грозно помахала пальцем и, взяв лишь один кексик, встала. — Спасибо за угощение, я пойду.

— Уже? — я снова растерялась, ведь начальница могла же просто позвонить или написать, а не заявляться сюда.

— Хотела убедиться лично, как ты, — подмигнула мне через плечо у самой двери, когда я глупо последовала за ней.

Махнув на прощание, она ушла, оставив меня в смешанных чувствах.

Забота… наверное, именно так я могла бы себя ощущать, будь у меня бабушка?

Внутри всё защемило, ведь о семье я мечтала всегда. И с завистью смотрела на тех, у кого была адекватная и поддерживающая родня. Собираться вместе за столом, делиться последними новостями, окунаться в это тёплую атмосферу гомона и счастья…

Тряхнула головой. Видимо, гормоны всё ещё играли и не давали мне быть спокойной.

Решив за собой всё убрать после готовки, а потом и заодно и весь дом, с энтузиазмом взялась за это дело, желая хоть немного разомнуть тело, что уже превратилось в мягкое желе и ничего тяжелее вилки поднять не могло. Потому что Оуэн словно целенаправленно баловал, чтобы я без него потом не могла и дня прожить.

В итоге время пролетело незаметно, тем более, что Плюшка ходил за мной хвостиком и мешал, требуя уделять внимание только ему. Второй Оуэн, честное слово.

Но его прекрасная мордашка и просящий взгляд были слишком сильными противниками для моего слабого сердца и я то и дело отвлекалась, чтобы его почесать, потискать или поцеловать.

Благо к вечеру, когда Стоун вернулся с работы (на которую я его выгнала, потому что негоже из-за меня от работы отлынивать), я успела всё закончить и даже приготовила рагу.

— Ты почему не в кровати? — мужчина метнулся ко мне и обеспокоенно оглядел, вызвав у меня улыбку. Ну не фарфоровая я. И так как настроение было чудесным, да и всё хотелось быть хотя бы пару мгновений счастливой, я лишь обвила руками его талию.

Сосед застыл. Я же подняла голову и подбородком прижалась к его груди, следя за его мимикой.

— Тебя там не было, — выдала неожиданно даже для себя, но не хотела жалеть. Он заслуживал того, чтобы я ему всё же доверилась. Да и не врала, ведь за пару дней привыкла к тому, что он всегда рядом.

Оборотень тяжело сглотнул, обнял меня, буквально вжимая в себя, чтобы я могла прочувствовать всего его мышцы и… выпуклости.

— Сладкая, — проурчал он довольно, расслабляясь. — Ты само очарование, но должна беречь себя, — я не ожидала, что он всё же не включит режим соблазнителя, ведь надеялась, что забудет. Но выслушивать такое не хотелось, да и не маленькая, могла сама понять, когда можно напрячься, а когда действительно стоит отлежаться.

— Лучше бы поцеловал, — буркнул я, надувшись.

* * *

И атмосфера резко изменился, воздух потяжелел, и мужчина словно стал горячее. В прямом смысле слова. Я ощутила исходящий от него жар.

— Когда начну, то не остановлюсь, даже если будешь умолять, — его руки стали поглаживать спину, постепенно спускаясь ниже. Я же не была против, ибо от этого возбуждающие мурашки пронеслись по всему телу. — Лизи, — прорычал он хрипло, облизывая нервно пересохшие губы. И моё желание помочь ему утолить жажду — тоже резко подскочило.

— Почему я должна умолять остановиться? — сама неуверенно и неловко, но забралась под его рубаху и коснулась с предвкушением его обнажённой кожи спины, с удовольствием отмечая, что он весь окаменел, дышал тяжело, да и взгляд был таким все отражающим, что я не видела смысла противиться.

Одновременно с тем, как Оуэн решил ко мне наклониться… в дверь постучали.

Недовольное рычание, вырвавшееся из его горла, отдалось вибрациями во мне.

И хотя сама была разочарована разрушенным моментом, недовольная мордаха Оуэна была слишком милой и забавной.

— Оуэн, я видела, что ты приехал, открывай, — а вот женский голос моё настроение подпортил.

Мужчина чмокнул меня в лоб и в два шага оказался возле двери, вызывая странное чувство дежавю.

Распахнув резко двери, уставился на Рози.

— Приветик, — она кокетливо улыбнулась, красиво изогнувшись, чтобы показать все достоинства прекрасной фигуры. Ещё и топ с короткими шортами подчеркивали всё, пробуждая порочные фантазии.

— Зачем пришла? — Оуэн не улыбнулся, не ответил флиртом, его голос был холодным и жёстким, словно перед ним была не прекрасная дама. Рози даже вздрогнула, но заметила его стояк и сразу же плотоядно улыбнулась, сощурив в предвкушении глаза.

— Ты всю течку был с ней, — она презрительно кивнула в мою сторону, пока я продолжала стоять на месте, наблюдая со всем со стороны. И упорно старалась сдерживать порывы подойти к мужчине, обнять и показать соседке язык, говоря о том, что этот красавчик теперь мой и делиться не собираюсь. — Так что я решила помочь тебе расслабиться и повеселиться… — продолжила девушка, снова изгибаясь так, чтобы выставить в выгодном свете все свои прелести.

— Мне это не нужно, — грубо перебил Оуэ, не предлагая ей даже войти. Хотя моё сердце и забилось в страхе, но потом сразу же возликовало.

— Ей уже лучше, ты не обязан

Да и, кажется, её раздражал сам факт того, что ей отказывали. Или у неё были куда глубокие чувства к Стоуну, нежели она показывала?

— Ты права, — тут у меня вся душа ушла в пятки и от победной улыбки на девичьих губах во рту образовалась горечь То, как она посмотрела на меня, пробудило желание чем-то в неё кинуть. — Я не её пёс, я — её волк.

И тут в ушах зазвенело, а в голове были лишь строчки из книги об оборотнях.

Такие слова они произносили, когда признавались в чувствах своей паре. Паре, с которой они собирались провести всю свою жизнь. Я запомнила, ведь посчитала романтичным и планировала использовать в своей книге.

Это поразило до дрожи, пронзило сотнями иголок в самоё сердце и заставило поражённо уставиться на этого чудака, от широкой улыбки которого внутри щекотало счастье. Он смотрел на меня. И только на меня. Пока я же зависла и не растеряно пыталась сообразить, что делать и говорить, ведь в такой ситуации была впервые.

— Боже, какая она милаха! — вдруг выдала звонко Рози, выводя меня из транса. — Так удивилась, вместо того, чтобы победно мне показать язык!

— Что? — заторможено выдавила я, переводя непонимающий взгляд с Рози на Оуэна.

— Да просто мы, волчицы, привыкли быть колкими, любим поддеть да посоперничать, — она пожала плечами, ведь для неё, видимо, это и вправду было нормой. — Ой, а она ещё и пахнет вкусно!

Тут Стоун предупреждающе рыкнул, пытаясь спрятать меня от взора соседки, чье настроение резко изменилось. Неужели она правда просто хотела поспорить и таким образом поразвлекаться?

— Это не я, а кексы. Хочешь? — ляпнула невольно, ибо вспомнив, что это моё оружие, решила, что попробовать стоит. И не прогадала.

Рози оживилась, подпрыгнула и, проскочив мимо ошалевшего Оуэна, кинулась на меня.

С объятиями. Хотя она и была хрупкой на вид, по весу мне показалось, что на меня кинули пару мешков картошки, от чего пошатнулась и едва устояла на ногах.

— Ну что же ты за булочка, — звонко чмокнула меня в щеку, широко улыбаясь.

Я же была в шоке и могла лишь нервно улыбаться, так как мозг не успевал за событиями.

— Пломбирка, — поправил сосед, обречённо вздыхая. — И не липни, она моя, — попытался оторвать осторожно Рози от меня, то та вцепилась крепко, шкодливо хихикая.

В итоге, мой день, что начинался так спокойно, закончился тем, что я оказалась зажата с двух сторон оборотнями-сладкоежками, а сверху ещё и придавлена Плюшкой. Все прижимались ко мне и просили ласки. И хотя это смущало, но и умиляло, и я пыталась убедить себя в том, что заслуживаю на такую любовь и обожание.

* * *

На следующий день, проводив Оуэна, который так любезно не пытался всё же возбудить меня снова, ведь настрой был испорчен, а момент упущен, вёл себя как обычно. И это не могло не радовать.

Я же, подумав о том, что меня окружают совершенно прекрасные создания, решила всех разом отблагодарить. Да и как знак приветствия, хотя и с большим опозданием.

Всё заняло часа три, но так как встала рано, то ещё и не наступил обед.

Несколько небольших яблочных пирогов упаковала в разные коробочки. Аккуратно всё сложив, натянув белое платьице, купленное Оуэном в самом начале, вышла на свою миссию, оставив Плюшку дома за главного, ведь не знала, могу ли его брать с собой.

Первым делом поставила пирог Рози в знак начала нормального знакомства. Она правда оказалась не такой стервой, как мне казалось сперва.

Потом заглянула к Марго. Та удивилась, увидев меня. И по лицу было видно, что собиралась наигранно отчитать. Но я лишь поставил ей коробочку на стол, пожелала приятного аппетита и сбежала. Её удивлённое вытянутое лицо стоило того, чтобы я вела себя чуток по-детски.

Дальше была нацелена на офис шерифа, хотя и понимала, что его может и не быть на месте.

Проходя мимо кафе, что было как раз по пути, столкнулась с братьями Блэк. Они стояли у входа в кафе и о чём-то говорили, попивая кофе и не замечая голодные взгляды дам вокруг.

— Здравствуйте, — я несмело подошла к ним и задрала голову, чтобы видеть их лица. Кажется, встреча со мной их почему-то сильно удивила и обескуражила.

— Привет, Лизи. Как ты? — сразу заговорил Лари, пока Браян заворожённо смотрел на мой пакет.

— Всё прекрасно, спасибо, — кивнула я, улыбаясь. Они были настоящей усладой для глаз. — Это, кстати, вам. Я собиралась занести по отдельности каждому. Но раз всё так удачно сложилось то вот, держите, — и протянула руку вперёд. В пакете как раз было две коробки для них.

Старший, не особо понимая, не успел даже среагировать, так как шериф схватил пакет и спрятал у себя за спиной, словно ребёнок (под два метра ростом), который не собирался делиться любимым угощением.

— Тебя Оуэн не обижает? — не объясняя свои действия, словно он ничего такого не сделал, спросил спокойно и серьёзно меня Браян.

— Нет, всё хорошо. Он чудесный, — последнее вырвалось невольно. И от ухмылок мужчин я смутилась, покраснев до пят.

— Вот и славно, — меня погладили по голове, как дитя, большой и тяжёлой ладонью. Но было странно-приятно. — Он изменился в лучшую сторону благодаря тебе, — и снова в груди всё защемило от надежды на то, что, возможно, я нашла того, о ком всегда мечтала. Но всё же боялась, что моя прекрасная сказка в один миг закончится, и потому осторожничала. — Кстати, твои документы ещё не готовы, у них произошёл какой-то сбой, — сообщил шериф с виноватым взглядом, на что я только отмахнулась с улыбкой. Всё равно с самого начала говорили, что ждать надо будет около трех месяцев.

— Я могу и без них жить, — пожала плечами и вдруг ощутила нечто странное. Резко обернувшись, сразу уткнулась носом в грудь Оуэна. Не нужно было смотреть на лицо — узнала по аромату.

Его руки сразу же оказались на моей талии, прижимая собственнически к себе.

— И что моя Пломбирка делала одна с двумя мужчинами, м? — пришлось снова задрать голову. И спрашивал он не меня, а смотрел напряженно на братьев Блэк.

— Принесла им яблочные пироги, — объяснила я и сразу же получила в ответ обиженную моську, словно я только что разрушила его веру в человечество. Сделала шаг назад, чтобы шее было легче.

— Так вот что там, — протянул Лари лениво, закуривая. Браян же продолжил прятать угощение за спиной.

— А тебе я приготовила и оставила дома самый большой, — конечно же, я позаботилась и об порции для Оуэна, ведь помнила его дикую любовь к выпечке и сладостям в целом. Лицо Стоуна тут же просветлело и он, гордо выпятив грудь колесом, прижал меня к своему боку.

— Видите, какая у меня прекрасная пара? — заурчал он, хвастаясь. И от внимания я снова смутилась и решила рассмотреть свои пальцы на руках.

— Да-да, мы видим, что ты её любишь даже больше, чем пломбир в детстве, — закивал шериф и, махнув на прощание, ушёл. Так и не отдав порцию брату. Лари тоже с нами быстро попрощался и направился в клинику, подмигнув напоследок.

— О чём это он? — сразу всполошилась я. Решила акцентировать внимание на чём-угодно, но не на словах о любви.

— Ну, как я и говорил, — Оуэн смущённо почесал нос, — у нас мало сладкого в мире. Раньше из сладкого я мог получить только пломбирное мороженое. Мог лопать его бесконечно, ведь оно было самым любимым блюдом.

Я задумалась, смогла ли выжить здесь, не будь у них сахара.

— Поэтому, — Оуэн видимо не закончил с откровениями, и я взглянула на него. В лучах солнца его волосы словно светились, а глаза стали ещё светлее и ярче, гипнотизируя своим телом. Загорелая кожа стала казаться ещё более манящей и привлекательной. — Поэтому я и называл тебя Пломбиркой, ведь понимал, что ты так же сладка. Правда, только потом понял, что и тебя я готов лизать бесконечно, — и эта его самодовольная, соблазнительная улыбка пробудила вожделение, прямо как было вчера. — Сладкая, если продолжишь так на меня смотреть, то я не сдержусь и поцелую тебя прямо у всех на глазах, — его медовый голос тягуче тёк по венах, но, когда смысл дошёл до моего мозга, мой здравый рассудок вырвался из тумана пошлых фантазий.

С моей реакции он лишь бархатно рассмеялся и, чмокнув в лоб, повёл в то самое кафе.

— Как раз пообедаем вместе, — просто озвучил свои мысли, на что я лишь послушно кивнула.

На нас другие посетители заинтересованно поглядывали, но какого-то недовольства или презрения я не ощущала. Да и в целом не могла оторвать взгляд от Оуэна, понимая, что теперь в моих глазах он куда прекраснее и привлекательнее Браяна, хотя в первую нашу встречу у меня были совершенно иные мысли.

За бургерами с жаренной картошечкой я соскучилась, поэтому слопала с большим удовольствием. Оуэна конечно же не дал мне заплатить, прошептав на ухо, что плату за всё возьмёт вечером. Конечно же, пошлости полезли в голову, но я попыталась убедить себя, что плата — это сладости и не более того.

И как же я ошибалась.

Потому что вечером, пока я активно редактировала первые главы своей новой книги о горячем шерифе и библиотекарше, да и регистрировалась на одном сайте, где планировала выкладывать своё детище, я совершенно не обращала ни на что внимание. Сбоку меня грел мирно спящий пёс, внутри в целом было тепло, ведь лазанья на ужин от Оуэна оказалась невероятной.

Да и в целом я нервничала, ведь боялась, что книжечка местным читателям не зайдет. Ведь после изучения самых популярных книг и жанров, собиралась внести нечто новое. И не факт, что интересное, ведь пока особо культуру и менталитет не понимала.

А вот свой псевдоним — Алисия Хот, решила использовать и в этом мире. Не хотелось от него отказываться, ведь сердце цеплялось за прошлое.

— Пломбирка, — услышав Оуэна, что вроде как принимал душ, автоматически повернула голову на звук. И зависла.

Потому что этот чёртов Аполлон во плоти стоял голым. Вот вообще. Полностью. Даже полотенчиком не прикрывал свой огромный стояк. И да, именно на него я заворожённо уставилась, не веря, что он настоящий, а не игрушка, как та, которую мне подарила Мия.

— Оу, — выдала я, облизывая резко пересохшие губы и тяжело сглатывая.

— Эн, — закончил Стоун с улыбкой. И я осознала, что он не шутил насчёт того, что не только фамилия у него каменная. — Оуэн моё имя. Что-то не так? — он совершенно беззастенчиво подошёл ко мне ближе, продолжая гордо улыбаться, ведь заполучил от меня бурную реакцию. И мне потребовалось приложить все свои силы, чтобы посмотреть на его самодовольную морду.

— Это какие глисты тебя покусали, что ты так отчаянно решил меня соблазнить? — язык мой — враг мой. Я не собиралась шутить, да и было ожидаемо, что вскоре мы пересечем черту обычного флирта. Но я думала, что первым делом буду привыкать к поцелуям.

А тут он голый и готовый меня удовлетворять.

Хотя я и не против более решительных действий. Потому что ещё ни один живой мужчина не заставлял меня чувствовать себя такой голодной к сексу и ласкам. Чего уж там, у меня опыта было крайне мало, ведь занималась этим с мужчинами всего пару раз и ни разу не достигала того восторженного пика, о котором писала в книгах.

— Нет у меня глистов! — обиженно воскликнул оборотень, зыркая на меня недовольно через прищуренные глаза. И что-то мне подсказывало, что я поплачусь за свои шуточки. Хотя и воспринимать Оуэна серьезно, когда он стоит голый со стояком напротив моего лица, я как-то не могла совершенно.

Плюшка, словно предчувствуя боевые действия, свалил на лежанку, оставив меня один на один с обиженно-возбужденным оборотнем, сбежать от которого шансов не было.

Да и не хотелось. Но я всё же дернулась, но тут же была повалена на спину и вжата с поджарое тело. И его член, даже через обычные шорты, ощущался ох как восхитительно.

— Лизи, — выдохнул он мне прямо в губы, замерев. И сперва я растерялась, чего это он, но по плотно сжатым губам тяжело сдымающейся груди догадалась.

Боги, он всё ещё думал обо мне. Ждал моего решения и давал выбор. Не набросился, не воспользовался моментом, когда моя оборона дала трещину.

Чёртов идеальный мужчина.

Вместо ответила я потянулась к его шее, чтобы притянуть поближе к себе и наконец-то узнать каковы же его губы на вкус.

И да, он был на вкус, как самый восхитительный в моей жизни шоколад.

Глава 12

Лизи

К хорошему быстро привыкают. И это чистейшая правда.

Ещё и Оуэн Стоун старался

И не знаю откуда у него был вообще такой страх, ведь я-то не привлекательная самочка, за которую будут биться, и он был в целом единственным мужчиной в моей жизни, который смотрел на меня с обожанием и восторгом, словно я его главное счастье во всём мире.

Да и если бы вдруг заинтересовала кого-то ещё, то не стала бы играть с чувствами других лишь бы потешить своё самолюбие. Для меня такие поступки считались низкими и мерзкими.

В объятиях Оуэна было так блаженно-спокойно, тепло и уютно, что я совершенно забывала обо всём остальном мире, просто наслаждаясь его близостью и яркими улыбками, которые теперь он дарил только мне. И Плюшке.

Плюшка же тоже вечно, как и его хозяин, просил ласки, прижимался к боку и, используя свои очаровательные глазки-бусинки, выпрашивал вкусняшки. И да, перед этими двумя моё сердце было слишком слабо и я раз за разом сдавалась, давая им то, что они хотят. Одному собачьи угощения, а Оуэну — готовила торты и прочие сладости.

Потому что видеть потом их счастливыми и довольными — оказалось одним из лучших зрелищ в мире,

И время, такое ценное и прекрасное, наполненное щемящим счастьем, летело совершенно для меня незаметно.

Работа в библиотеке была тихой и спокойной. И мне правда нравилось окунаться в ту необычную загадочную атмосферу и наслаждаться тишиной.

Я даже оформила быстро документы, отказавшись от социальной помощи. Те деньги, что получила за первый месяц, даже и потратить не смогла, ведь Стоун платил за всё. И мои попытки всегда пресекал одним лишь взглядом. Да даже за продукты я лишь раз смогла заплатить!

Моя первая книга, которую я толком даже и не продумала, а просто поддалась вдохновению и начала выкладывать, набирала популярность так стремительно, что мне даже и не верилось. А когда слышала, как в кафе или на улице её обсуждают, едва не пищала от восторга и смущения одновременно.

В том, своём мире, хотя и зарабатывала на жизнь писательством, всё же не встречала просто так тех, кому бы зашла моя книга. Здесь зарождался фурор, и все только гадали, кто же автор.

Кроме Оуэна я об этом никому не говорила, но, кажется, по хитро сверкающим глазам Марго — она что-то если не знала, так точно подозревала. Но я её взгляды стойко выдерживала и ни в чём не признавалась. Правда, на всякий случай в качестве взятки — приносила свою выпечку. Чисто для перестраховки, ага.

Начальница посмеивалась, принимала с благодарностью и вопросами не заваливала. И каждый раз, когда Оуэн заглядывал ко мне во время обеда, тактично уходила на перекус куда-то ещё, закрывая нас одних. И тем самым давала помощнику шерифа зелёный свет — так он мог меня беззастенчиво вжимать в книжные полки или, подхватив под попу, усадив на стол, возбуждать поцелуями.

Боги, как же он целовался. Это было каждый раз потрясающе и крышесносяще, словно внутри снова и снова рождались звёзды, делая меня счастливой. И дико возбуждённой, между прочим.

Никогда не знала, что могу быть голодной не только к еде, но и к сексу. Если же быть точнее, к сексу с моим оборотнем, который давал мне всё, о чем не смела даже мечтать.

Как же умело он дарил мне наслаждение, словно зная моё тело получше меня самой.

И да, грешна, не могла оттолкнуть его никогда. Даже в библиотеке, тишину которой нарушали в итоге наши порочные стоны (как и предлагал когда-то Стоун). И как бы стыдно мне потом не было, видя довольного Оуэна — я сама радовалась. Да и чего душой кривить — я всегда была не против вновь ощутить его губы на своей коже и его член внутри.

Нам было хорошо вместе, и я хотела это хрупкое и прекрасное нечто между нами хранить и оберегать как можно дольше.

Правда, потом стеснялась смотреть Марго в глаза, стыдливо опуская взгляд, но женщина никогда об этом не заикалась, не сварила и не поддевала, словно ничего не замечала.

Обычно, когда я садилась писать новую главу, мой прекрасный оборотень либо садился рядом, заглядывая, что же там будет дальше, либо и вовсе устраивался у меня за спиной, обнимал за талию и мостил голову на моём плече. И не мешал, не прерывал и вообще был паинькой. Словно знал, что в такие моменты меня лучше не трогать и не дёргать.

Но вот сегодня, кажется, что-то было не так.

Я не сразу заметила, ведь слишком погрузилась в процесс.

— Пломбирка, — его голос был хриплым и тяжёлым, а длинные, горячие пальцы вдруг забрались под футболку и поглаживали живот, вызывая приятную дрожь от бабочек внутри, что от его действий снова зашевелились.

Я проморгалась и непонимающе повернула чуток голову, чтобы разглядеть его лицо и понять, что происходит. Но почти одновременно с этим поерзала и ощутила так же и то, что он возбуждён. Снова.

Я всё ещё не могла поверить, что такой самец достался мне, и что он снова и снова хотел меня, считая привлекательной.

— Ты чего? — всё же поинтересовалась я, ведь вроде никак его не соблазняла.

— Ты так искусно описываешь секс, используешь такие слова, которые вслух никогда не произносишь. Да и в целом в жизни ведёшь себя скромнее, — его большой палец задел слегка грудь, а губы коснулись шеи сзади, ведь волосы были собраны в хвостик и давали ему полный доступ.

Правда, от его слов стало слегка неловко, и я отвернулась, втыкнувшись в экран. Поднесла пальцы над клавиатурой, но так и застыла, не зная, что писать, дабы увильнуть от щекотливой темы.

— Лизи, — лизнул мочку уха, и я шумно выдохнула, закрывая глаза.

— У меня секс до тебя был всего пару раз, да и то — особых впечатлений не вызвал, — призналась наконец-то, хотя и не хотела, ведь об этом, помимо меня, знал.

Стоун замер, застыв полностью.

— И как ты жила без мужчины? — я слышала, как он тяжело сглотнул. В голосе слышалась как тревога, так и дикое любопытство.

— Сама, пальцами, а разок давали попробовать и вибратор, — закусив губы, проговорила чуть тише, ощущая, что уже вся горю от стыда. Потому что писать — всегда проще. Но когда проговариваешь всё в слух — ощущается и звучит совершенно иначе.

Оуэн вжал меня в

— Что такое вибратор?

* * *

Такого я не ожидала и глупо растерялась. Но потом, чтобы не мямлить и краснеть пуще прежнего, резко вскочила на ноги и метнулась в свою комнату. Там, в шкафу, в тёмном углу был подарок Мии. Я достала коробку и собиралась вернуться, но сосед уже стоял прямо за мной, смотря как-то хищно.

— Прости, Пломбирка, сыграл инстинкт. Как только ты побежала, захотел свалить тебя и залюбить прямо на месте, — Оуэн облизнулся, смотря на меня потемневшими глазами. У меня же пробежались мурашки по коже, ведь я хоть и знала, что он оборотень, но видимо не полностью осознавала, что живу с хищником. Но всё равно страха или ужаса он у меня не вызывал. Просто сделала пометочку, что бегать от него — себе дороже.

— Вот, — не став ворчать о том, что его наглая соблазнительная улыбка прямо кричит о том, что ему ничуть не жаль, просто открыла подарочек Змейки и показала Стоуну содержимое.

И тут его глаза на миг распахнулись, а потом так опасно засверкали, а губы растянулись в широченном оскале, от которого я прямо вздрогнула.

— Ты удовлетворяла себя этим? — склонил голову на бок, скрестив руки на обнажённой груди. Хитрый прищур, сладкий, тягучий баритон голоса — меня наглым образом гипнотизировали, не давая и шанса отвертеться.

— М-м, — промычала, опустив глаза на пол. — Этими нет. У меня был вариант поменьше.

— Покажешь, как ты это делала? — такой вопрос ввёл в шок, и я истерично замотала головой в разные стороны.

— Нет! — может мои героини и любили такое, но я — точно нет.

— Тогда, хочешь ощутить, как в тебе сразу два члена? — он был бесстыж и греховно-соблазнительным. Я возмущённо запыхтела, зыркая на него из под лба. Как только язык поворачивался произносить такое вслух?

— Оуэн! — возмутилась, желая, чтобы эта беседа закончилась побыстрее.

— Сладкая, ты ответила не сразу. Значит, думала о таком, — он урчал сладко и слишком самодовольно, но выдержать его наглый взгляд, проникающий в душу, сил не имела. — Я готов с радостью воплотить все твои желания в реальность. Но с одним условием — второй член может быть только штучным, ведь другого мужчину я к тебе не подпущу, — добавил вкрадчиво, изящно присев рядом со мной, чтобы нашли лица были ближе друг к другу.

И я заметила несколько вещей.

Первое — его стояк выпирал из-под штанов внушительно и маняще.

Второе — его глаза были полностью чёрными.

И я поняла, что хотя тон его был расслабленным и лёгким, сам он сдерживал своё вожделение и фантазии.

Я тяжело сглотнула, чувствуя, что мои щёки вновь полыхают, как спелые помидоры. Чёртова реакция тела, которую я контролировать не могла.

Но надо было выходить из этой ситуации хоть как-то. Главным было избежать использование подарочка, который я случайно захватила в этот мир.

— Оуэн, — нервно закусила губу и заглянула в его глаза с мольбой. — Давай без этой штуки, а? — почти что пропищала, с ужасом слыша истеричные нотки в каждой гласной.

Мужчина облизнулся. Медленно, задумчиво, предвкушающее.

Но моё мнение и мои желания всё же были для него важны, поэтому он согласно кивнул, не став настаивать на экспериментах, к которым я была совершенно — ни морально, ни физически готова.

Но не успела я облегчённо выдохнуть, как на меня буквально накинулись с требовательными, жадными и в тоже время голодными поцелуями.

Против такого я не имела ничего против, поэтому, довольно застонав прямо ему в рот, обвила руками его шею и прижалась поближе, предвкушая очередное удовольствие.

* * *

Утро началось с уже знакомых, но всё ещё непривычных поцелуев. Оуэн осыпал ими всё моё лицо. И когда я открывала глаза — видела его счастливую, довольную мордаху.

И невольно улыбалась сама, жмурясь и прижимаясь к нему поближе.

Вдыхать его аромат и ощущать тёплые объятия — никак не надоедало и радовало, приводя в восторг и трепет сердца снова и снова.

Я была счастлива рядом с ними. И хотя сомнения и страхи продолжали иногда грызть, я старалась верить в лучшее. Потому что Оуэн этого заслуживал как никто другой.

Всегда меня во всём поддерживал и ни к чему не принуждал.

Хотя вот недавно строил жалобную моську и вёл себя, как обиженный щенок и умолял меня не бросать его. Тискал меня и не отходил ни на шаг, умиляя до невозможности.

А ведь я почти сразу сказала, что ему переживать не о чём, но этот сладкоежка не смог сдержать собственнические замашки.

И было даже смешно, ведь он вроде говорил, что это мой выбор и я вправе делать что пожелаю, но в тоже время дулся и скулил, что мои сладости должны принадлежать только ему.

А всё случилось из-за того, что Рози, в очередной раз заглянув к нам на чай, учуяв запах свежей выпечки (чем и бесила Стоуна), предложила мне открыть свою пекарню, ведь у них такого нет. А шансы на успех — невероятно высоки.

Я же лишь посмеялась с её слов, но задумалась. Мне ведь нравилось это дело, и сердце трепетало каждый раз, когда мои сладости пробовали и сразу улыбались. Это тоже приносило мне счастье.

И, видимо, из-за моей молчаливой задумчивости после ухода соседки, мой оборотень решил, что я и вправду займусь новым бизнесом и он уже не будет первым, кому я готовлю.

Вот и прилип ко мне, а с ним за компанию и Плюшка.

Я смогла продержаться недолго и, рассмеявшись, чмокнула пса, умиляясь тому, как он завилял хвостом. А потому и Оуэна. Но он не смог отделаться одним поцелуем. Его я любила пробовать и вкушать медленно, растягивая наслаждение и наслаждаясь жаром шикарного подтянутого тела. Правда, обычно такие мои выходки быстро перетекали в горизонтальное положение, и я оказывалась в нашей спальне, что раньше именовалась его комнатой.

Мы тогда не договаривались, просто как-то раз за разом оказывались именно у него — кровать была больше, а на моей он разок даже и свалился. И в какой-то момент половина моих вещей перекочевала в его шкаф, а все ночи проводила под его горячим боком. Моя же комната стала мини-офисом.

— Так ты не будешь печь всё время для других? — надув губы, всё же спросил он аккуратно, и уткнувшись носом мне в шею. Но я успела заметить, что он — мой мачо беззастенчивый, покраснел и явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Нет, не буду, — стала поглаживать

Теперь мужчина как-то странно-недовольно засопел.

— А ещё я хочу иногда растягивать само приготовление на неопределённое время, отвлекаясь на тебя, — всё же добавила, ведь догадалась, что Стоун мог обидеться, ведь я не назвала его первоочередной причиной отказа от затеи Рози.

Вибрации в его груди и тихое, довольное урчание, послужило сигналом — я всё правильно угадала и сказала. А если сделала его счастливым — то счастлива и сама.

Слегка отстранившись, заглянула в глаза напротив.

Вновь увидев бесконечное обожание без примеси сомнений, потянулась за поцелуем.

Да, именно с этим мужчиной мне хотелось быть и в будущем. С ним я нашла покой.

Ведь если раньше губы пекли от того, что постоянно трескались, то теперь — горели от его поцелуев.

Рана, что гноилась и болела прямо в сердце — зажила и больше не ныла.

Глава 13

Лизи

Прекрасная летняя пора подошла к концу, оставив после себя тепло в душе и приятные воспоминания в сердце.

Мои отношения с Оуэном были прекрасны, да и с соседкой, что прониклась ко мне любовью через сладости, тоже.

Получая свои деньги, гордилась и даже пыталась хоть что-то вернуть, ведь в первый день Стоун прилично так потратился. Но слушать меня оборотень отказывался, прося в знак благодарности хоть иногда примерять то сексуальное белье, которое он выбрал.

Я же морозилась и этой темы упорно убегала, дико смущаясь.

Но я понимала, что скоро похолодает, и мне нужно пополнить свой гардероб, чтобы потом не заболеть случайным образом. Да и в целом мёрзнуть я не любила. Как выражалась о себе Мия — я теплолюбивая тварь.

Хоть и стесняясь, но я позвала Рози с собой, ведь мнение другой девушки всегда полезно. Тем более, что она за свои грубые слова извинилась давно, да и оказалась интересной собеседницей.

Прямолинейностью напоминала мою Змейку, а вот любовью больших членов — Сару. Гремучая смесь, но она мне всё равно нравилась, от чего Оуэн только дулся и открыто ревновал, а потом в кровати доводил до изнеможения, ведь доказывал и себе, и мне, что я только его пара.

Мне казалось слегка глупым — так сильно ревновать, но со временем и у меня стали проявляться собственнические замашки, которые контролировать было ох как тяжело.

Доктор Блэк пытался узнать, могут ли в человеке пробуждаться инстинкты, как и у оборотня, но исследований на эту тему почти никто не проводил. Но если верить лишь слухам, то да.

Поэтому, ощутив на своей шкуре лишь малую часть привязанности, которую испытывал Оуэн, я не злилась на него и не шутила, лишь старалась и словом, и делом показывать, что и для меня он единственный любимый. И Плюшка — эту сладкую булочку невозможно было не тискать по сто раз на дню.

И вот, прекрасный выходной, всё ещё солнечный и тёплый, словно не конец сентября, а июня. На улице, в кафе и магазин — оживлённо и многолюдно.

Я спокойно выбирала себе вещи, упорно игнорируя и Рози, и Оуэна (что увязался за мной верным волком).

Эти двое спорили за любую мелочь, ведь у каждого было своё видение, что же мне лучше подойдёт. И сперва я пыталась их утихомирить, ведь мы привлекали слишком много внимания окружающих, но потом просто устала и забила. Банально поняла, что им, кажется, было даже весело пререкаться и доказывать свою точку зрения, при этом нахваливая меня так, словно я супер-модель, которая будет выглядеть шикарно абсолютно во всём.

Набрав несколько вещей для осени, и на примерку пару спортивных топов, ведь дома в них было бы удобнее находиться, направилась в сторону примерочных.

Мои компаньоны, не смотря на жаркую дискуссию, сразу мои передвижения заметили и вдвоём ломанулись ко мне в кабинку.

Я даже растерялась, уставившись на них непонимающе.

Но соседка и Оуэн стали сверлить друг друга испепеляющими взглядами, недовольно сопя. Выглядели так, словно готовы броситься в бой не на жизнь, а на смерть.

— Я ей помогу, а ты куда лезешь? — уперев руки в бока, насупилась Рози.

— Чем? — фыркнул мой оборотень. — Держать грудь? Так я тоже могу, тем более, что у меня руки большие и в них как раз идеально всё помещается, — заявил, гордо надув грудь колесом, а я же вспыхнула и опустила взгляд. К его откровенным фразочкам всё ещё не привыкла.

— Я сама справлюсь, — буркнула и закрылась, ощущая полыхающие щёки. Правда, эти два чуда тут же начали жалобно ко мне скрестись, вызвав умилительную улыбку. — Подождите немного, — покачала головой, ведь всё же понимала, что сама справлюсь быстрее.

С моими подругами шоппинг тоже был весёлым занятием. Был.

Снова горечь на корне языка напомнила о себе. Я ведь так и не нашла в библиотеке информации о способе связаться с моими девочками, или хотя бы просто так узнать, как у них дела.

Тяжело вздохнула, пока переодевалась, но натянула на лицо улыбку, чтобы мои оборотни напрасно не волновались.

Всё ведь хорошо и накручивать себя не стоит.

* * *

Утром понедельника, проснувшись раньше обычного, снова тяжело вздохнула. Почему-то выкинуть тревогу за подруг не выходило никак, хотя Оуэн правда старался поднять мне настроение и окружить своей заботой.

Но как только я замолкала или оставалась хотя бы на пару минут одна — всё, тревога возвращалась. Ещё и совесть мучила — я тут своё счастье нашла, а о них словно позабыла, будто они для меня больше не были важны.

От этого не получалось избавиться никак, хотя я и пыталась мыслить рационально — портя себе нервы — никому и никак не помогу и лучше не сделаю.

Поэтому утром, под обеспокоенный взгляд Оуэна, что подарил мне на прощание очень долгий, глубокий и мучительно медленный поцелуй, я зашла в библиотеку.

И застыла сразу от шока, когда увидела Марго, летающий стеклянный шар и парящие зелёные огоньки вокруг неё. И глаза у неё друг стали фиолетовыми, ярко сверкая и пугая.

— Эм, доброе утро, — выдавила из себя кое-как, стараясь не выдать шок и панику.

Книгу, что мне давал в начале шериф, больше рассказывала об оборотнях в целом, а об их мире уже искала информацию сама. И, конечно же, знала, что тут обитают и другие существа. Но в книгах говорилось, что разные виды обычно на одной территории не

— И тебе доброго утречка, — как ни в чём не бывало, отозвалась Марго, мило улыбнувшись.

— А чем это вы тут занимаетесь? — поинтересовалась осторожно, медленно подходя ближе, с любопытством пытаясь разобрать, что там такого интересного мелькает в шаре. Присмотревшись, кажется, смогла разобрать силуэты, но лиц или деталей — нет.

— Решила глянуть, как дела у твоих подруг, — буднично отозвалась начальница, а у меня сердце в пятки ухнуло, да и в ушах зазвенело. Пару раз проморгалась, пытаясь понять, не послышалось ли мне.

— Простите, что? — выдавила из себя кое-как хрипящим голосом.

— Дитя, — ласка и нежность приятным тембром отдались в душе. — Я же видела, что ты пытаешься искать способ связаться с ними или хотя бы узнать, что с ними. И видела твоё отчаяние каждый раз, когда ты со злостью захлопывала очередную книгу. Вот и решила помочь.

Горечь на корне языка усилилась и пришлось снова часто поморгать, прогоняя непрошенные слёзы. Как благодарности, так и обиды.

— Я копила силы, чтобы это провернуть, ведь одна из них оказалась слишком далеко, — всё так же спокойно и с улыбкой объяснилась Марго, легко догадавшись по моему лицу о чём я думала. Я ведь не один месяц пыталась, но всё безрезультатно. А теперь оказалось, что начальница имела силы всё это провернуть, но молчала. Могла бы хоть как-то намекнуть, я бы всё поняла и смирно подождала.

Но сейчас это было не важно. Марго могла мне не доверять или не была уверена, что всё выйдет, вот и не давала ложных надежд. Причин может существовать предостаточно и злиться я не имела права.

Затаив дыхание, подошла совсем близко и тяжело сглотнула неприятный ком в горле прежде, чем заговорить:

— И как, удалось что-то узнать?

— Да.

Сердце снова заколотилось в груди. Даже сильнее, чем в момент, когда думала, что меня вот-вот собьют.

— Лишь в общих чертах, но всё же. Одна нашла свою истинную любовь и выглядит счастливой. Вторая упорно трудится и, кажется, учится быть сильной в одиночестве.

Почему-то я ни секунды не сомневалась, что первая, о ком заговорила Марго, была Мия — не зря же её забрали леноксы. И, услышав, что Змейка наконец-то нашла своё уютное гнёздышко, сразу заулыбалась. Я была искренне рада, что у неё всё хорошо.

А вот за Сару беспокоилась, хотя и возгордилась, узнав, что она становится сильнее. Видимо, потеряв опоры в виде меня и Мии, она решила не сдаваться, а бороться и меняться.

И это заслуживало уважения, ведь далеко не все нежные и ранимые цветочки, как она, нашли бы в себе силы на перемены.

Я думала, что завалю Марго вопросами, но в голове стояла звенящая пустота. Одно лишь осознание, что подруги в порядке — подарило покой. И я, шмыгнув носом и поблагодарив библиотекаршу, поспешила скрыться в дальних рядах.

Там, забившись в тёмный угол, закрыв рот руками, разрыдалась.

Видимо, эмоций у меня было куда больше, чем я предполагала, и вот теперь они вырвались наружу огромной лавиной. Я не могла даже сама себя объяснить почему плакала так сильно.

Возможно, моя привязанность к ним была куда сильнее. И невозможность видеть и слышать их — давила сильнее, чем предполагалось.

Или же — меня просто мучила совесть.

Хотя была и вероятность, что всё разом.

Я ведь не раз ловила себя на том, что брала телефон и хотела им написать или позвонить, а потом с грустью останавливалась, ведь их больше в моей жизни не было.

И не будет.

От осознания данного факта всегда становилось тошно, но я упорно пыталась вдолбить себе это в голову и принять как данное, ведь выбора-то у меня всё равно не было.

* * *

Обеденный перерыв наступил весьма быстро, я даже не заметила, как пролетело время, ведь всё так же торчала в дальнем углу и расставляла старые книги, до которых никому не было дела. Но я просто хотела себя чем-то занять, чтобы поменьше думать.

— Надеюсь у моей милой Пломбирки всё хоро… — Оуэн, чьё присутствие я уловила с появлением аромата шоколада, не договорил, ведь увидел мои опухшие глаза. — Кто посмел тебя обидеть? — сладость и задорные нотки в его голосе моментально испарились от полыхающего жара негодования. У меня даже дыхание перехватило от того, как его лицо исказила гримаса злости. Все черты стали острее, будто лицо вытянулось, а глаза засветились ярким золотом, от чего меня пробрала дрожь. Потому что я вроде и знала, что он не человек, но всё равно не осознавала всё в полной мере и забывала об этом. — Лизи, — он рычал, но угрозы в свою сторону я не ощущала. И внутри что-то окончательно и громко щёлкнуло.

Да, рядом не было моих девочек. Но теперь я могла спрятаться за его спиной. Большой, сильной, непоколебимой. И он действительно заботился обо мне. Видел меня, и принимал такой, какая есть. Не пытался переделать под себя или навязать свои взгляды. Просто упорно и терпеливо доказывал каждым действием и словом, что он искренен.

Да, я уже поддалась страсти и встречалась с ним. Но сердце своё ему ещё не доверила.

— Хочу обнимашки, — хрипло пискнула я. И после секунды замешательства, Оуэн моментально выполнил мою просьбу. Мужчина нежно и успокаивающе поглаживал меня по спине и целовал волосы, словно пытался закрыть от всего мира и укутать только своим теплом.

— Лизи, — начал было он, но я вынырнула из своей полудремы в его объятиях из-за того, что услышала звон часов. Обед прошел, а мой парень так и не стал мучить вопросами. Просто был рядом.

— Ой, тебе уже пора, а ты даже не поел из-за меня, — отстранилась слегка и подняла голову, чтобы видеть его глаза получше. Стоун усмехнулся и подарил целомудренный поцелуй в нос.

— У нас всё спокойно, могу и задержаться или даже отпроситься, Браян поймёт.

Я же ощутила укол совести. Мало того, что сама толком не работала, так ещё и его отвлекала

— Так неправильно, — нахмурилась я, но от шкодливой широкой улыбки сразу растаяла.

— Думаю, мой босс будет только рад, если меня рядом не будет, — протянул он загадочно и, обняв меня за талию, повёл на выход.

— Это ты к чему клонишь? — прищурившись, полюбопытствовала я.

Марго, заметив нас, вяло махнула рукой и на несколько долгих секунд прикрыла веки. Выглядела она бледноватой и измученной. Я сразу всполошилась, но ведьма лишь отмахнулась.

— Просто использовала больше сил, чем могла. Вот

Я подвисла, не веря, что тут так просто можно уйти с работы и все ко всему ставятся с огромным пониманием.

— Вас подвезти, госпожа Кляйн? — аккуратно спросил Оуэн, но получил вежливый отказ. — Тогда, до встречи, — и повёл меня на выход, обнимая за талию. — А мы с тобой пойдём обедать, а потом отдыхать дома, — меня не спрашивали, а ставили перед фактом. Но план был идеальным, поэтому я лишь угукнула. Быть настороже или в целом накручивать себя рядом с этим оборотнем не хотела, ведь знала, что плохого от него ожидать нет смысла.

Но пока мы шли, я раздумывала о произошедшем.

Видимо, то, что Марго узнала о моих подругах — действительно оказалось делом сложным, поэтому она и копила силы. Ради меня, хотя и не обязана была. И это трогало только сильнее.

Наверное, мой план с подкупом всех оборотней сладостями всё же окупился и принёс свои плоды. Значит, буду продолжать таскать ей свою выпечку в знак благодарности.

— Так к чему ты клонил, когда говорил про шерифа? — идя по улице в сторону кафе, снова уточнила я, ведь интересно же! Оуэн усмехнулся, стрельнув в меня весёлым взглядом.

— Скажем так, мишка решил позаботиться об одной совушке, — моя фантазия сразу взбудоражилась, став рисовать милую мелкую совень, что сидит на голове огромного медведя. Напушив перья, она мирно дрыхла, в то время как мишка был совершенно не против.

Такая картина вызвала умилительную улыбку, а мой оборотень тихо, но облегчённо выдохнул. Я остановилась, и он тоже, вопросительно подняв брови.

— Ты чего? — спросила я, как только мужчина открыл рот. Шестеренки в голове усиленно закрутились и, хотя сомневалась чуток, но всё же сделала смелое предположение: — Боялся, что я расстроюсь из-за того, что у нашего сексуального шерифа появилась пара? — склонила голову на бок, с орлиной внимательностью следя за каждой мелкой мимикой Оуэна.

Тот, поджав губы и отведя взгляд, коротко кивнул. Ну что за прелесть? Здоровый, вроде всегда уверенный в себе и без стеснения говорящий грязные и пошлые слова, но иногда такой стесняшка.

— Он красив, как и Лари, — на скулах мужчины заиграли желваки, но я, улыбаясь, продолжила, — как и Рози, Марго и Джеки, — тут его лицо вытянулось от удивления, вызвав у меня смешок. — Все по-своему красивы. Но чисто как эстетика для глаз, ничего более.

— Правда? — сделал мелкий шаг ко мне, становясь ближе. Положив ладонь мне на щеку, явно собираясь погладить большим пальцем, но я, смотря ему прямо в глаза, просто прижалась к горячей руке и на миг зажмурилась.

— Правда.

— Только я тебя возбуждаю? — наклонился к лицу, опаляя губы своим горячим дыханием. Я же только закатила глаза, ведь разрушил такой момент!

И я, вспомнив, что мы вообще-то на улице, отстранилась.

Точнее, попыталась, но мигом была прижата к широкой груди, из которой приятными вибрациями от его смеха по мне разбегались мурашки и щекотали между рёбер.

— Ну же, Пломбирка, ответь, я ведь не отстану, — соблазнительно шептал на ухо, и, хотя голос его был весел, я инстинктивно знала, что для него это правда очень важно. Тяжело вздохнув, уткнувшись носом ему в грудь, пытаясь за волосами спрятать покрасневшие щёки, лишь угукнула. Ведь это и так было очевидно!

Звук, похожий на мурчание огромного кошака снова вызвал сомнения, волк ли Оуэн. Но я лишь довольно засопела, наслаждаясь приятной близостью.

— Ты смотри, течка лишь через неделю, а от них уже сексом пахнет, — услышав чей-то голос, я всем телом вздрогнула и совершила очередную попытку отстраниться, и в этот раз Стоун мне это позволил.

Его широченная, самодовольная ухмылка прям сияла, в то время как я была смущена тем, что мы так просто выставили наши отношения напоказ.

И хотя было стыдно, но всё же сама себе призналась — была даже рада показать всем, что этот самец мой и только.

Глава 14

Лизи

Проснувшись куда раньше обычного, впервые получила привилегию лицезреть спящего и полностью расслабленного Оуэна. Он был в моих глазах прекрасен. Горбинка на носу, что сперва казалась не очень, теперь придавала ему ещё больше шарма. Светлые волосы стали любимыми, полностью изменив мои вкусы.

А уголки губ даже во сне были приподняты, словно он вечно улыбающееся солнышко.

Хотя кое-что в нём и так было идеально — умение дарить любовь, заботу и поддержку.

В конечном итоге я ему всё же рассказала причину своих слёз. И Стоун не стал упрекать в излишней эмоциональности или ещё что. Вместо этого весь день обнимал, снова носил на руках и целовал куда только мог дотянуться.

И его взгляд, восторженный и обожающий был теперь направлен лишь на меня. Хотя некоторые дамы позволяли себе морщить носики и ворчать, что я ему не пара, но быстро замолкали. И нет, не потому что на них зло зыркал Оуэн. А из-за Рози и Джеки, что создали коалицию и защищали меня, угрожающе на всех шипя, а потом тиская меня, словно я самая сладкая и прекрасная буся в мире.

Но я-то знала, что они обе просто хотят заполучить лишнюю порцию моих кексиков с вишней. И Оуэна это бесило, ведь ничем — ни мною, ни десертами, он жутко не желал делиться.

И когда мой здоровяк дулся и пытался закрыть меня от всех и вся, я лишь довольно лыбилась и не пыталась вырываться, позволяя им дурачиться.

Такие простые, но милые моменты словно сшивали прочными нитями и моё сердце, и мою самооценку.

Не выдержав, коснулась острых скул мужчины, провела подушечками пальцев до подбородка, и замерла с придыханием возле его губ. Ох, какими порочными они были. Что умели со мной творить…

Пару секунд поразмышляв и не заметив изменений в дыхании оборотня, подсунувшись, решившись, легонько его чмокнула.

И тут же пискнула, потому что глазюки напротив резко распахнулись и засияли наглой радостью. А потом я оказалась лежащей на спине и придавленной идеальный мускулистым телом, на которое каждый день пускала слюни.

И нет, не надоедало.

— Пломбирочка моя, — он громко урчал, довольно щурясь и растянув губы в сексуальной ухмылке. И я хоть и смутилась того, что меня так легко застукали, но отвести взгляд от этого солнышка не могла совершенно. Его любовь тягучим мёдом текла по венам, заполняя меня до краёв сладостью, уютом и покоем.

Я ощущала себя дома. В правильном месте, с правильным мужчиной. С правильным умиротворением внутри.

Да, уже началась течка и я

Но его обращение ко мне, каждый вдох, слово и движение — убедило окончательно и бесповоротно в кое-чем очень важном.

— Я люблю тебя, — улыбнулась ему в ответ, слыша лишь дикий ритм своего сердца, что барабанной громкой дробью отдавалось в ушах.

Оуэн замер, застыл и смотрел на меня так поражённо, словно не ожидал от меня услышать эти слова не то, что сегодня, а вообще никогда.

— Моя ты хорошая, — чмок в нос, — прекрасная, — в правую щеку, — сладкая, — в левую, — смелая писательница, — целомудренно его губы коснулись моего лба. Я же надулась — мне хотелось куда большего, но пока требовать ничего не спешила. Кажется, его переполняла щемящая нежность, которую он пытался сдерживать, чтобы меня на радостях не задушить. Отстранился, но всё так же нависая надо мной. — Я тебя тоже люблю. И точно знаю, что ты моя истинная пара, — нос к носу, глаза в глаза, и между нами со звоном словно закрепилась крепкая связь, соединив окончательно и бесповоротно.

И я заулыбалась от уха до уха, ведь оборотни не бросались такими словами, им можно было верить. И Оуэн заслуживал всей моей любви и обожания, на которые я вообще была способна. Поэтому, не став, как обычно, дожидаться первого шага с его стороны, обвив руками его шею, потянула к себе и поцеловала.

Оуэн одобряюще застонал и вжал меня в кровать, давая понять, что он доволен и уже возбуждён.

Больше течка других самок меня не волновала, я на подсознательном уровне уже знала, что они никак не повлияют на мою пару, поэтому мы можем спокойно выходить гулять, когда нам вздумается.

И хорошо, что день у нас начался куда раньше обычного, иначе из-за утреннего секса я могла бы знатно опоздать на работу.

Но влетела весьма вовремя, и на хитрый сверкающий взгляд Марго ответила лишь смущённой, но счастливой улыбкой, потому что положительные эмоции переполняли меня.

Правда, фиолетовые всполохи в глазах начальницы слегка насторожили. Она словно видела нечто мне неведомое, но пока не спешила делиться. Но я была рада, что она всё же чувствовала себя лучше.

Ближе к обеду Оуэн сообщил по смс, что слегка задержится, потому что ему нужно объехать их территории для проверки. Я же, помня об этом из книги, лишь попросила быть осторожным.

Потому что осмотр границ обозначал лишь одно — скоро Хэллоуин, и тут его отмечали слегка иначе, чем в моем мире. Вуаль становилась тоньше из-за уходящей в этот день магии, и чтобы сохранялся баланс, в нашем городке собирались различные виды.

Каждое существо имело свою силу, свою крупицу волшебства. И чтобы была гармония и Вуаль не была разрушена, к нам съезжались и ведьмы, и другие оборотни.

Так что меня ожидало нечто новое и интересное, да и выпадет шанс увидеть оборотней в их второй ипостаси, что не могло не волновать.

Решив выйти и попить горячий шоколад, наткнулась на Марго, что уже несла две дымящиеся чашки с чем-то вкусно пахнущим.

— Не против отобедать сегодня со мной? — Марго улыбалась и выглядела как божий одуванчик, только вот откуда она так быстро узнала, что сегодня к нам не заглянет Оуэн?

Хотя, обычаи она наверняка знала, вот и логически рассчитала время.

Я осторожно кивнула, убрала стопку книг со стола на подоконник и подсунула единственный стул ведьме. Та снова вспыхнула фиолетовой дымкой в глазах и радостно села.

Она за все месяцы, что я здесь, ни разу со мной не лезла общаться, если не считать беспокойства при моих первых месячных в этом мире. Поэтому я совершенно не знала, чего от неё ожидать и с чего вдруг она решила что-то поменять в уже привычных мне буднях.

— Ты приняла тот факт, что принадлежишь этому месту, — констатировала она факт, который я сама осознала лишь сегодня утром. Рука, что тянула к чашке с чаем, замерла в воздухе, потому что я зависла.

Откуда она, чёрт возьми, об этом знала⁈

— Спокойно, — женщина рассмеялась и вытянула из кармана мои печеньки с шоколадной крошкой, которыми я угощала её днём ранее. Откусив кусочек, запила медленно чаем, пока я стояла вся напряженная. — Твоя магия наконец-то пробудилась, я это вижу, вот и поняла, что ты больше не думаешь о том, чтобы вернуться домой. Теперь ты считаешь это место домом.

Я нахмурилась ещё больше, пытаясь переварить услышанное. Но пазлы пока не спешили складываться в понятную картинку.

— Понимаешь, только когда юная ведьма находит дом для своего сердца, она пробуждает свою магию и может полноценно ею пользоваться, — продолжила Кляйн, подбирая слова, чтобы я хоть что-то поняла.

Книга от шерифа в основном рассказывала об оборотнях, а ведьмы и прочие иные существа просто мельком упоминались.

Но до меня дошло одно — Марго считала меня ведьмой.

И так как она не была склонна к розыгрышам, а ещё сама являлась оной, не верить ей смысла не было. Я заторможенно поморгала, словно надеясь, что это сон и я вот-вот проснусь, а потом хлебнула чаю. Ромашкового. Видимо, она предугадала, что я буду в шоке, вот и подготовила лёгкое успокоительное.

— Я сразу поняла, что ты необычная, ведь этот мир тебя приняла и не отталкивал, — подождав, когда я чуток расслаблюсь, продолжила библиотекарша. Не став дожидаться логичного вопроса от меня, продолжила: — Обычно всем попаданцам первые дни было плохо, потому что магия давила на них и требовалось привыкание. Но тебе дышалось легко с первой же минуты здесь.

Я поджала губы, ведь да, никакого дискомфорта у меня не было, только мысли о непонятном будущем угнетали. Да и как-то не искала сама информацию о том, как себя вели и что чувствовали те, кто пересекал Вуаль до меня. Потому что слишком много всего происходило, слишком много новой информации, углубляться в что-то ещё не было никакого желания.

— Да и в твоей выпечке тоже ощущалась магия. Невольно, но ты вкладывала её в каждую свою сладость.

Я, которая уже думала, что меня ничем не удивить, выпучила глаза и едва не потеряла челюсть.

— И как эта магия влияла на тех, кто её ел? — прошептала нервно. Неужели, сама того не ведая, Оуэна магией приворожила, и никакая это не любовь?

Сердце ухнуло в пятки, а внутри все заштормило до тошноты.

— Лизи, — Марго встала и, взяв меня за трясущиеся руки, заставила смотреть на неё. — Ты просто

Пришлось проморгаться, прогоняя непрошенные истеричные слёзы.

Сглотнув колючий ком в горле, сделала глубокий вдох и выдох.

— Но теперь, когда твоя магия свободна, ты правда можешь заставить кого-то влюбиться в тебя или же возненавидеть кого-то другого. И тебе стоит лишь подумать об этом мельком, как магия пропитает твои кексы получше любого сиропа.

Меня передёрнуло, ведь я знала себя. Пока готовила, могла надумать кучу всяких глупостей. А теперь буду бояться даже подходить к кухне.

— Поэтому я буду тебя обучать, хорошо? Ты девочка умная, уверена, быстро научишься контролировать свою силу и сможешь спокойно печь сладости и радовать всех вокруг.

Я неуверенно кивнула и слегка сжала пальцы Марго, которыми она всё ещё меня держала, словно боялась, что я убегу от неё, как от сумасшедшей.

— Вот и славно, — она очаровательно улыбнулась тонкими губами, и стала ходить по библиотеке, беря разные книги со всех полок. В итоге у меня на столе образовалась целая стена, за которой можно было бы и спрятаться при желании. — Тебе нужно это всё прочесть. И параллельно с этим будем ещё и практиковаться, — довольно хлопнула в ладоши, а я едва не застонала от отчаяния.

Я любила книги, но лишь романы или детективы. Учиться же я ненавидела и чудом закончила школу в целом. А тут прям нечто новое и неведомое. И наверняка безумно сложное.

А ещё почему-то ощущала пугающую дрожь загнанного в угол котёнка. Я инстинктивно знала, что Марго мне спуску не даст, какой бы милой бабулькой не казалась.

* * *

Конечно же, Оуэн был немало удивлён, когда вечером застал моё бренное тело на диване. Ведь я не писала свою историю и не читала очередную книжечку. А просто лежала, пялясь в потолок пустым взглядом и чисто на автомате поглаживая Плюшку, что умостился рядом и грел бок.

А когда же мой любимый узнал, что я оказывается ведьма, то лишь спокойно пожал плечами. Потому что догадывался, что со мной что-то не так. Он ведь уже встречал попаданцев, и обычно, по его словам, те едва держались на ногах и были бледными поганками первые дня два. Потом всех попускала тошнота, но наступала истерика от осознания новой реальности.

Поэтому я его и поразила своей стойкостью и спокойствием. Я же не стала переубеждать в обратном и красочно описывать, что внутри у меня ураганом носилась истерика и паника.

Зато Стоун расстроился, что какое-то время я не буду ничего печь. Ведь я решила отнестись к словам Марго серьёзно и не рисковать, чтобы не натворить дел страшных.

Но потом он просиял солнышком и заявил, что я тоже сладкая и будет довольствовать мной одной. И я бы похихикала с его флирта, но вот голодный взгляд чёрных бездонных глаз и то, как он облизался, произнося это, говорило лишь о том, что я буду залюблена и зацеловала, а ещё и наверняка вылизана до блаженной потери сознания.

И от предвкушения я кусала губы, улыбалась сама и даже не думала скрывать свой восторг. Потому что пугать таким меня было бы глупо, я сама была вечно голодной, когда дело касалось Оуэна. И мне казалось, что с каждым днём мне он нужен всё больше и больше. Просто жизненно необходим, как воздух.

И мужчина не стал разочаровывать или играть с моим терпением, тут же переходя к выполнению своих слов. Нам было хорошо вместо во всех смыслах. И мы существовали друг для друга.

Переход в новый мир, который казался кошмаром наяву, в итоге превратился в настоящую прекрасную сказку.

Глава 15

Лизи

Когда наконец-то наступил Хэллоуин, я облегчённо вздохнула. Марго мучила меня тренировками концентрации, ничуть не жалея и не ведясь на жалобные взгляды. А я обучалась милоте у величайшего мастера — Плюшки!

И даже подкупать сладостями не получалось, а ведь это было моим главным оружием.

А ведь помимо теории, обучалась и контролю. И вроде бы ничего страшного — сиди себе, улавливай потоки магии внутри и бери в узду. Но у меня это получалось плохо, да и давалось с трудом. Я словно пыталась обуздать бушующий океан, который был сам себе на уме, да и постоянно пытался утянуть меня в неизвестные пучины.

Если бы не Марго, не только я могла бы пострадать, но и окружающие меня оборотни.

Она задерживала меня после работы и выжимала все соки. На ворчание Оуэна не обращала никакого внимания, отмахиваясь от него, как от назойливого комара, пока тот упорно крутился рядом.

Она просила нам не мешать и свои шалости устраивать дома, но как бы не так.

Из-за её тренировок я была выжата, как лимон, почти каждый день. Даже на выходных она не давала мне передышки. Я приходила домой, едва волоча ноги (если Оуэн меня не заносил сам) и, падая лицом в подушку, я сразу засыпала.

И в итоге жаркий секс вместо сладостей Оуэну так и не достался, потому что я не была способна ни на что больше. Хотя в начале и не думала, что сдерживать свою магию окажется такой сложной и выматывающей задачей. Но Марго пыталась меня натренировать так, чтобы блокировка была на подсознательном уровне, чем-то привычным, как ходьба.

А ещё начальница, она же теперь и учительница, безжалостно регулярно проводила тесты по пройдённому материалу. И я только выла и хныкала, иногда проваливалась по полной, но, сцепив зубы, писала и пыталась хоть что-то зубрить.

Потому что, как оказалось, магия имела тут огромное влияние на всё. И многие предметы имели свои особенности и применение. А ещё травушки-муравушки, с которыми можно было как вкусный ликёрчик сделать, так и яд случайно сварить.

Поэтому, чтобы в случае чего не убить кого, приходилось учиться.

Да и отказаться всё равно не могла. Потому что все ведьмы должны были сдать экзамен, дабы могли свободно пользоваться своими силами как для себя, так и бизнеса. Если же кто упрямился и отказывался, то оказывался запертым в лесу ковэна, защищая окружающих от влияния неконтролируемой магии.

А так как быть вдалеке от Оуэна мне уж точно не хотелось, даже претила одна лишь такая мысль, потому и терпела всё, да старалась, как никогда ранее.

Но на Хэллоуин и неделю после — Кляйн пообещала каникулы, которые я ждала с огромным нетерпением. Ровно как

Потому что он с пониманием отнёсся к моим действиям и снова поддерживал, как только мог. Кормил, ведь я иногда забывала об этом. Согревал вечерами, пока я читала книги. Помогал подготовиться к тестам, хотя мог бы посмотреть фильмец да расслабиться. И не ворчал, что я не уделяю ему должного внимания.

И когда я извинилась за это, то в ответ получила лишь поцелуй в лоб.

— Я знаю, что ты стараешься для того, чтобы остаться рядом со мной. И это делает меня счастливым. К тому же, Пломбирка, мне нравится, как ты нуждаешься во мне и ищешь поддержки.

Его мягкая улыбка, пока он говорил это, придала мне сил двигаться дальше и не сдаваться. Я собиралась потом его зацеловать и откормить тортиками так, чтобы он перекатывался, а не ходил!

В городке значительно увеличилось количество (не)людей, кафе подобавляли новые позиции, чтобы порадовать посетителей, а отель, который с момента моего появления был закрыт, распахнул свои двери перед многочисленными гостями.

И я уже даже не ворчала и не думала обижаться, ведь всё сложилось для меня наилучшим образом. А ещё логически понимала, что ради меня одной было бы глупо открывать целый отель и вызывать персонал.

И, так как магию я уже контролировала и ощущала лучше, то могла видеть от кого какая аура и сила исходит.

От ведьм фонило больше всего. И эти прекрасные женщины держались кучкой, особо с другими видами не контактируя. А вот оборотни из других территорий непринуждённо общались друг с другом, делились последними новостями и обсуждали что-то своё. Таким оживлённым наш городок я ещё не видела, но от Оуэна не отлипала, потому что опасалась гостей. Я на своей шкуре и опыте убедилась, что в Соулвиле меня приняли и все были дружелюбны, а вот чего ожидать от других — не знала, а потому рисковать не собиралась. Да и, в отличии от Сары, искать приключений на свою задницу не любила.

Ещё были создания, которые по габаритам напоминали оборотней, но по ауре отличались, да и хранили в себе больше магии. Как подсказал Оуэн, заметив мой заинтересованный взгляд, это были демоны. Красивые, загадочные, но опасные.

Так же повстречались и вампиры, и эльфы, и гномы. И это только те, кого я смогла определить. Видела и таких, об истинной сущности которых могла лишь догадываться. И хотя было страшновато, в телефоне я регулярно делала пометки для будущих персонажей или связанных с ними историй. Потому что мои книги набирали популярности, и я собиралась радовать новых читателей снова и снова. Хотя раскрывать свою личность не хотела, ведь нравилось читать комментарии и обсуждения с попытками угадать кто же такая Алисия Хот и откуда она взялась.

И пока я строила планы и в целом пребывала в прекрасном настроении, ведь уже два дня как отдыхала и могла насладиться Оуэном сполна, то не заметила сразу, что за мной пристально наблюдают.

И когда ближе к полуночи Стоун повёл меня к краю города, где все и собрались, то я увидела, как воздух сперва начал колебаться, а затем появилась лёгкая дымка. Дымка, через мутную толщу которой я смогла разглядеть и узнать свой город. То самое место откуда меня перенесло сюда.

Сердце заколотилось в груди.

Почему-то никто ничего не делал. Все лишь выстроились в линию, словно создавая дополнительный щит для Вуали.

Некоторые оборотни даже были в зверином обличии, вызвал безмолвное восхищение. Правда, по размерам что волки, что мишки, были в разы больше тех, каких я видела в своём мире.

Но мой мозг удивительно-спокойно принимал такую реальность.

Но сама Вуаль и то, что было за ней, интересовало меня куда больше остального.

Невольно, но я сделала шаг вперёд. Простое любопытство и ничего более.

Коснувшись тумана, что отделял два мира, с удивлением поняла, что могу пройти сквозь. Лишь кончики пальцев слегка обдало легкой прохладой.

Все дружно охнули, а я же заколебалась. Это, возможно, был мой первый и последний шанс вернуться.

* * *

Но потом решительно сделала шаг назад. Нет.

Как и сказала Марго, я обрела свой настоящий дом здесь. И смысла возвращаться, хотя и скучала за подругами, уже не видела. Я нашла своё место, нашла свою пару. Моё счастье и будущее видела только рядом с Оуэном.

И когда подняла голову, чтобы снова получить удовольствие для глаз, заметила его напряжение и беспокойство. Он как-то слишком непривычно сильно прижал меня к себе и облегчённо шумно выдохнул.

Невольно, но я снова заставила его переживать и волноваться. Но теперь и сама показала ему, и доказала, что настроена на его счёт серьёзно и покидать его не собираюсь. Я выбрала его.

— Мы должны её забрать, — женский голос разнёсся между толпой и заставил меня вздрогнуть. Оуэн тут же угрожающе зарычал, и я мигом оказалась у него за спиной. Рядом же появились и браться Блэк, и Рози с Джеки. И все были напряжена и воинственно настроены.

Те, кто был не в человеческом обличии, громко рычали, вызывая липкий страх вдоль позвоночника.

Атмосфера резко накалилась, а я не понимала почему это кто-то вдруг решил, что меня, как сувенир какой-то, можно вот так просто забрать, даже мнения моего не спрашивая.

— Она его пара, — от тяжёлого и ледяного голоса Лари я покрылась мурашками. Он звучал и ощущался иначе. Я видела, как его силы стали расползаться вокруг, отталкивая от нас всех остальных.

Только вот женщина в чёрном плаще скинула свой капюшон, показывая всем идеальное кукольное личико молодой девушки. Только вот я знала, что она тут была сильнейшей, и её магия была тёмно-синего оттенка, а это указывало на то, что ей не одна сотня лет. Темнее цвет был лишь у Марго, но её возраст я постеснялась спрашивать.

— Оборотни и ведьмы парой быть не могут, — насмешливо фыркнула глава Ковэна. И хотя я её не могла видеть полностью за широкими спинами своих защитников, что заслонили меня от ведьм, но могла представить её надменный взгляд. И это меня разозлило.

— А я из другого мира, так что на меня ваши правила не действуют, — голос дрогнул в начале, но я высказалась достаточно громко, чтобы дамочка меня услышала. Да, я была трусихой, и мои собственные тараканы заставляли меня долго бегать от своего счастья.

Но Оуэн называл меня смелой, и я собиралась стать таковой, даже если только на сегодня.

Оборотни от меня такого не ожидали и все оглянулись, удивлённо вскинув брови и начав одобрительно улыбаться.

Я же подвисла, ведь когда необдуманно к Вуали подошла, не догадывалась, что так просто она никого не пропускает. И теперь расплачивалась за свою глупость.

Кажется, воздух потрескивал и искрился напряжением. Оборотни и ведьмы были готовы столкнуться лбами, в то время как остальные отошли в сторонку и просто с нетерпением ожидали шоу. Им не хватало лишь попкорна.

— Оставь девочку, Калия, — из ниоткуда появилась Марго, медленно ставая между ведьмами и моими лапушками.

— Великая, — я выглянула из под руки Оуэна в тот миг, когда ведьма с восхищением выдохнула и склонилась в уважительном поклоне перед моей учительницей. Остальные сёстры ковэна вторили за ней.

Если память мне не изменяла, то Великими называли бывших глав Ковэна, если те достигали небывалых высот. И я, конечно, имела подозрения, но не была уверена, что моя Марго относилась к числу таковых.

— Этих детей разделять нельзя, они связаны звёздами, — прочеканила Кляйн, словно проводя окончательную черту в споре. Я довольно засопела, но оборотни продолжали быть в боевой готовности и расслабляться никто не спешил.

Калия поджала красные губы и зыкрнула на меня осуждающе, на что я лишь оскалилась, едва сдержавшись, чтобы не показать ей капризно язык. Против оборотней и Великой она уж точно не попрёт.

— Тогда, тут должна быть действующая сестра, — выпрямив гордо осанку, процедила глава, на что я лишь закатила глаза. Правил и нюансов у ведьм было слишком много, и я, честно говоря, не особо старалась их запомнить, если об этом не просила Марго.

— Что же, — спокойно продолжила библиотекарша и, обведя остальных ведьм взглядом, указала на женщину с тёмными волнистыми волосами и карими глазами. Судя по её ауре — она была молода и не очень могущественна, да и в целом казалась мне приятной и спокойной. Наверное, Марго тоже не видела в ней угрозы, вот и выбрала.

Ноздри Калии широко раздулись, она явно негодовала, но против Великой не посмела открывать рот и спорить, поэтому нехотя, но коротко кивнула, соглашаясь.

И хотя я радовалась, что появится новая-подруга ведьма, оборотни мои прекрасные порыкивали. Особенно Браян. Ему явно не нравилось, что в его городе будет ведьма-доносчица. Чужая. Пришедшая не с лучшими намерениями.

Но я то понимала, что и сама ведьма не в восторге и напугана — её мимика не была скрыта за непроницаемой маской спокойствия, и это стало ещё одним плюсиком в её сторону.

— Эмили Дирт останется здесь. Её специализация — лечение.

После этих слов глава ковэна сухо попрощалась и, слегка задрав нос, поспешно нас покинула. И я-то вздохнула с облегчением, но вот шериф негодовал и метал глазами молнии.

— Успокойся, — снова заговорил Лари, а я же задалась только сейчас вопросом — почему главным был младший брат, хотя старший был ох как силён во всех смыслах? — Я за ней буду присматривать, — похлопав брата по плечу, доктор достал сигареты и закурил, направляясь к новой ведьме.

Марго, мимо которой он проходил, что-то шепнула, вызвав у Лари ухмылку. Но я звериного слуха не имела, поэтому могла лишь фантазировать.

Браян же снова чертыхнулся и, ворча что-то о женщинах, стал толпу зевак разгонять.

Кажется, риутал стабилизации они успели провести до того, как мы сюда пришли. Жаль, я ведь хотела за этим действием понаблюдать!

— Наша сладость остаётся с нами! — запищала Рози и полезла ко мне обниматься, возвращая к реальности. Джеки, бросив мне скупую улыбку, злобно стала сверлить взглядом Эмили. И я догадывалась почему — Джеки бегала за Лари и добивалась давно. А тут он взял под свой надзор милую ведьмочку, с которой наверняка найдёт общие темы для разговора, ведь призвание у них всё же одно — помогать и лечить других.

— Перестань тискать мою пару, — заворчал Оуэн, что наконец-то повернулся ко мне лицом, заключил вместе с Рози в объятия и выдохнул свободно. Я хихикнула, ведь мне нравилось быть рядом с ними. А ещё за смехом пыталась скрыть свою нервозность. Ведь если бы не Марго, всё могло бы закончиться для нас куда печальнее.

Но волшебным образом разрешилось без кровопролития и слёз.

И почему-то я была уверена, что теперь у нас у всех всё будет хорошо. А если же нет, то мы за свою любовь поборемся и никому не дадим разрушить наш укромный уголок счастья.

Эпилог

Оуэн

Моя Лизи была прекрасна во всех смыслах этого слова. Она оказалась действительно храброй малышкой. И хотя медленно, но она всё же вылезала из своей скорлупы и постепенно делала мелкие шажки к большей уверенности в себе.

Она стала улыбаться чаще, приветствовала всех, когда мы прогуливались, больше не боялась никого и ничего. Даже оборотней в обычном обличии не шарахалась.

Марго хвалила её словами за старательность, я же вознаграждал её дома, особенно в постели.

Пломбирка была ненасытной и страстной, сладко текущей по моему языку, стоило к ней лишь прикоснуться.

И хотя на людях она стеснялась и максимум позволяла обнять себя, то дома громко стонала и со смущением, но раздвигала ноги прямо на кухне, где я доставлял ей удовольствие чем только мог и умел.

Ох, а как мне нравилось измазывать её взбитыми сливками, а потом вылизывать каждый сантиметр её бархатной кожи… Эти воспоминания будоражили меня снова и снова.

Моя сладкая и милая Пломбирка. Я любовался ею каждое утро, ведь просыпался раньше именно для того, чтобы полюбоваться её спящим спокойным личиком.

Я едва не пищал от восторга, когда она во сне доверительно прижималась ко мне, ища тепла.

Я был готов каждый раз кончать, когда она спросонья улыбалась мне и дарила свои нежные поцелуи.

Я был готов ради неё на всё, но моей паре для счастья было достаточно завтрака в постель и трепетного поцелуя перед уходом на работу. Она и вправду была совершенно не капризной, и от этого я ценил её только больше, ведь уже знал вредные характеры самок.

И мне нравилось и дальше дразнить её, гуляя с голым торсом по дому. Нравилось слышать её смех, когда я драматично ворчал на Плюшку, что тот так нагло уводил мою девушку.

Нравилось получать её утешающие объятия после того, как бесцеремонная Рози крала моё время с Лизи, заявляясь к нам в дом без

Нравилось, что на её лице расцветала особая улыбка, щеки розовели и глаза начинали ярко сверкать, когда среди остальных она замечала меня и сразу же спешила ко мне в объятия.

Моя Лизи. Моя пара.

Радость, что едва не попала под колёса машины.

Писательница, строчившая горячие романы, которые я тоже читал и брал себе на заметку, намереваясь воплощать в жизнь, чтобы она имела опыт и знала о чём пишет.

Я ей помогал улучшить возможность писать ярче, разве нет?

Только вот такую причину, почему я вдруг предлагал заняться впервые сексом в душе, моя Пломбирка не приняла. Но и не отказала.

Смущённо опустив взгляд, снова краснея и доводя меня до предела выдержки, аккуратно взяв за кончики пальцев, потянула в ванную комнату.

И я не мог сдерживать довольной победной ухмылки, ведь уже предвкушал что и как сделаю с ней. И как снова заставлю плавиться в моих руках.

Я буду делать её счастливой до тех пор, пока мы с ней вместе не отдадим души Луне, чтобы и там быть вместе.

Навсегда и до бесконечности, ведь наши души связаны звёздами.

Ну а пока мы будем наслаждаться тем, что имеем и не особо заглядывать в будущее.

Ведь чтобы дальше не происходило, мы будем поддержкой друг для друга.

КОНЕЦ(?)