Прекрасная попаданка в поисках принца

Глава 1

Я с досадой передернула плечами и закрыла страничку сайта знакомств. Ну вот что за гадость, а?! Почему все мои подруги к сорока годам уже и замуж выскочили, и ребенка, а то и двух, родили, и все у них в семейной жизни нормально, а я?! Я почему одна?! Где мои муж, дети?!

Сижу, значит, в своей берлоге, и накатывает. Накатывает, как цунами нереализованного матриархального потенциала. В голове прокручиваю фильм про моих подруг. Катя – замужем, двое детей, муж – ходячий пример «хорошего мужика», который и посуду помоет, и в декрет уйти готов. Машка – замужем, один ребенок, но зато дом – полная чаша, ипотека и совместные фото у камина в соцсети, от которых зубы сводит от умильной сладости. Даже Людка, которая в тридцать пять верила, что ее принц примчится на единороге, и вот он, примчался! Правда, на простенькой иномарке, но с кольцом! А я?

А я сижу и провожу ревизию своих достоинств с точностью до аптекарских весов. Ну, объективно же! Черты лица… Ну, не фотомодель, конечно, но симметрия на месте, нос на своем, глаза на своем. Фигура? Так, ну ладно, не фитнес-бикини, но ведь и не шар! Формы имеются, и они вполне себе приличные. Волосы! Густые, мои гордые, непокорные волосы, на которые я трачу половину зарплаты на несмываемые сыворотки. И что? Кому они нужны, эти волосы, кроме меня и моего парикмахера?

А этим… этим стратегам с сайтов знакомств нужна одноразовая акция. «Заскочим на чаек?» – это у них уже верх романтики. А сегодняшний экземпляр, «мыслитель» под ником «Искатель истины», так вообще постель предложил. Прямо так, в лоб. Мол, зачем нам этот цирк с конями – ужины, цветы, кино? Давай сразу к сути. А суть моя, дорогой ты мой Искатель, не в твоей постели, а в кольце с камушком, пусть и маленьким! В росписи в ЗАГСе в платье, от которого все френдессы офигеют и будут ставить лайки, сцепив зубы от зависти! В праве запостить сто сторис с хештегом #моймужчинка и #смоимнеразлейвода!

А вместо этого – тишина. Нет в соцсети ни колечка на пальце, ни загадочной тени мужской руки на моем плече. Только я, моя лазанья и этот дурацкий сайт, где «Искатели истины» ищут ее исключительно между простынями. И вот сижу я, несчастная жертва матриархального заговора и собственных гонких волос, и думаю: «Ну почему все они уже с семьями, а я одна?». И самый главный вопрос: «Где мой муж, черт побери?! Он что, карту потерял, на которой я отмечена крестиком?» И плечи передергиваются уже не от досады, а от бессилия. И ладно бы я была страшилой… Но ведь нет! Сплошная несправедливость.

Спать я легла, что называется, в полном и беспросветном отвратном настроении. Чтобы хоть как-то отключиться от вечернего концерта соседей за стенкой – он традиционно состоял из ссоры на повышенных тонах, причитаний и грохота падающей мебели – я заглотнула пару снотворных. Не то чтобы я была фанаткой химического сна, но иначе приходилось слушать весь этот бытовой сериал без цензуры. Благо, завтра был выходной, и можно было позволить себе подрыхнуть до обеда, как сурок после спячки.

Обмякшее тело утонуло в матрасе, сознание поплыло куда-то в сторону, унося с собой образы наглых «искателей» и замужних подруг с их дурацкими семейными счастьями.

А проснулась я от птичьего щебета. Щебета, Карл! Не от дрели, не от мата соседа-сантехника и не от воя сигнализации под окном. От птичьего щебета.

Я медленно открыла глаза. И тут же зажмурилась. Потому что с потолка на меня смотрела хрустальная люстра-распустившийся цветок, от которой било в глаза даже в полумраке. Я рискнула снова. Потолок был белым и ровным. Ни трещинки, ни пятна от залива пятилетней давности.

Повернула голову. И застыла.

Комната была залита нежным, розовым светом, пробивавшимся сквозь шторы такого же, прости господи, розового оттенка. Стены были окрашены в цвет взбесившегося розового, но в самом его нежном проявлении. На тумбочке из светлого дерева стоял букетик лаванды в тонкой вазочке и аленький абажур на ночнике завершал эту сладкую, приторную идиллию.

Первой мыслью было: «Где я и чей это розовый кошмар?» Сердце заколотилось где-то в районе горла. Я медленно, как в замедленной съемке, приподнялась на локте. Одеяло было шелковым, противно скользящим. Постельное белье – с рюшами.

И тут в голове, воспитанной на тоннах фэнтези и романтической прозы, щелкнуло. Щелкнуло громко и отчетливо. Паника отступила, уступив место дикому, безумному, пульсирующему недоумению. Неужели?.. Не может быть... Это же...

Я снова осмотрела комнату. Никаких моих постеров с путешествиями. Ни стопки книг на полу. Ни носка, валяющегося под стулом. Все чистое, приятно пахнущее, розовое и абсолютно чужое.

Осторожно, боясь спугнуть саму возможность чуда, я прошептала: «Я... попаданка?»

И не поверите. Вместо ужаса, по мне ударила волна какого-то идиотского, пьянящего восторга. Ну да! Так и должно быть! Меня, несчастную затюканную Золушку, судьба выдернула из моей унылой реальности и швырнула... А куда? В мир, где нет сайтов знакомств? Где мужчины носят на руках, дарят цветы и сражаются на турнирах за право пригласить на танец?

Я почти физически ощутила, как где-то здесь, за этой розовой дверью, уже стоит Он. Мой принц. Мой суженый. Возможно, с букетом роз (куда же без них в этой пастельной сказке) и обручальным кольцом размером с грецкий орех.

На одну секунду я позволила себе в это поверить. Позволила этой дурацкой, сладкой надежде заполнить все мое естество. А что, черт возьми, а вдруг? Может, мой ЗАГС был просто в другом измерении?

Глава 2

Не веря своим собственным глазам, я выскользнула из розового плена спальни в темный, тихий коридор. Он был длинным, с множеством одинаковых темных дверей. Сердце колотилось где-то в висках, а в голове звенела одна мысль: «Попаданка, попаданка, я настоящая попаданка!»

И вот, одна из дверей, справа, была приоткрыта. Из щели лился теплый, оранжевый свет и доносился негромкий, размеренный разговор. Сделав глубокий вдох, я толкнула ее.

И замерла на пороге.

Комната была огромной, библиотекой или кабинетом. В огромном камине потрескивали поленья, отбрасывая танцующие тени на стены, уставленные книгами. А за массивным дубовым столом, уставленным изящным фарфоровым сервизом, сидели они.

Четверо. Четверо мужчин, от вида которых у меня перехватило дыхание. Но дело было не только в их очевидной, почти неестественной красоте. Дело было в ауре, что их окружала. Прямо напротив сидел тот, чьи удлиненные уши и идеальные, отстраненные черты лица выдавали в нем эльфа. Рядом с ним, в темном, безупречно сидящем камзоле, томно изучал содержимое своей чашки другой – с бледной кожей и взглядом, полким вековой мудрости. Настоящий вампир. Третий, с широкими плечами и золотистыми, хищными глазами, всем своим видом источал дикую, сдерживаемую силу. Оборотень. А четвертый... Четвертый просто сидел, но его присутствие, молчаливое и полное могущества, ощущалось физически. Рыжеватые волосы, смуглая кожа и глаза цвета расплавленного золота. Дракон.

И все они, как по команде, замолчали и повернули головы в мою сторону. Четыре пары глаз – пронзительных эльфийских, глубоких вампирских, зорких звериных и испепеляющих драконьих – уставились на меня. В их взглядах не было ни грубости, ни насмешки, лишь чистое, отстраненное удивление и настороженное внимание. Они явно никого не ждали.

Тишина повисла густая, как мед. Даже огонь в камине, казалось, потрескивал тише. Я чувствовала себя лабораторным образцом, внезапно оказавшимся в гостиной у ученых.

Первым нарушил молчание эльф. Он не поднял бровь, не изменил позы, лишь слегка склонил голову.

– Мы не ожидали гостей, – произнес он. Его голос был тихим и мелодичным, но в нем не было ни капли приветливости. Лишь констатация факта.

Вампир отставил в сторону фарфоровую чашку. Его движения были плавными и бесшумными.

– Действительно, – сказал он, и его томный баритон, казалось, вибрировал в самом воздухе. – Двери обычно заперты. Для всех.

Оборотень не сказал ни слова. Он лишь внимательно, по-звериному изучающе, вглядывался в меня, его ноздри чуть вздрагивали, будто он вынюхивал не только мой запах, но и мои намерения.

Дольше всех на меня смотрел дракон. Его золотые глаза, казалось, видели не мою растерянную физиономию, а что-то гораздо более глубокое. Он не улыбался. Его лицо было серьезным и невозмутимым.

– Вы заблудились? – спросил он наконец. Его голос был низким и глубоким, и от него по спине пробежали мурашки.

Я стояла, не в силах вымолвить ни слова. Моя розовая, приторная фэнтези-мечта столкнулась с суровой реальностью: я была незваным, непонятным гостем в компании существ, чье спокойствие было куда страшнее любой открытой агрессии. Они смотрели на меня как на аномалию. Словно бабочку, вдруг влетевшую в герметично закрытую лабораторию.

Сердце у меня в груди колотилось, как сумасшедшее, но отступать было некуда. Даром, что ли, я в другой мир попала, пусть и с розовыми обоями? Надо было проявлять смелость, как в тех романах, которые я зачитывала до дыр! Собрав всю свою решимость, я подняла бровки домиком – тренировалась перед зеркалом, между прочим – и спросила самым невинным тоном, на какой была способна:

– А вы не знаете, чья комната наверху, ну та, которая вся… розовая?

И о, чудо! Я увидела, как замер эльф с поднесенной к губам чашкой. Как вампир медленно, очень медленно повернул ко мне голову, и в его глазах, вместо томной скуки, вспыхнул настоящий шок. Оборотень резко вдохнул, словно учуяв не запах страха, а нечто совершенно немыслимое. А взгляд дракона… его золотые зрачки сузились в щелочки, и в них заплясали самые настоящие огненные искры.

Незнакомцы с немым изумлением уставились на меня, а потом с тем же чувством переглянулись между собой. Воздух в комнате сгустился, наполнившись таким напряженным ожиданием, что его можно было резать ножом.

– Богиня не солгала, – наконец выдохнул эльф, и его бесстрастный голос дрогнул, в нем послышалось почти благоговейное потрясение. – Истинная… Мы дождались!

«Истинная»? От этого слова у меня внутри всё ёкнуло и залилось торжествующим звоном. О, об истинных я читала, много читала, там, на Земле, заедая эти романы шоколадками в горьком одиночестве! Это же та самая, единственная, предназначенная судьбой!

И вот тут, опьяненная внезапно свалившейся на меня ролью, я совершила, вероятно, тактическую ошибку. Вместо того чтобы томно опустить ресницы, я уставилась на них с чисто практическим, я бы сказала, товароведческим интересом и спросила:

– Чья истинная? Всех четверых, что ли?

Эффект был ошеломляющим. Я никогда не видела, чтобы мужчины краснели. А уж тем более такие мужчины. Но все четверо – эльф, вампир, оборотень и дракон – синхронно покрылись легким, но совершенно отчетливым румянцем. Эльф откашлялся и отвернулся к камину, вампир поспешно сделал глоток чая, будто пытаясь скрыть смущение, оборотень сгорбился, и уши его, кажется, на секунду стали самыми что ни на есть волчьими, а дракон… дракон просто опустил взгляд, и пламя в камине вдруг погасло, чтобы через мгновение вспыхнуть с новой силой.

– Нет, конечно, – мягко, с такой осторожностью, будто я была хрустальным сосудом, готовым рассыпаться, заговорил со мной вампир. Его бархатный голос ласкал слух. – Только одного из нас. Но вот кого?.. Это ещё предстоит определить.

А мне, если честно, было уже почти все равно. Истинная, не истинная… Главное – наконец-то! Наконец-то я не просто «одиночка с густыми волосами», а «Истинная» с большой буквы! И где-то здесь, в этом самом доме, припасено мое колечко, мой ЗАГС и мое дурацкое розовое платье, которому позавидуют все френдессы! Пусть хоть оборотень, хоть дракон – был бы мужчина, и чтобы с росписью!

Глава 3

Короче, дальше началось самое интересное. Чтобы проверить мою «истинность», мне велели выйти во двор. Я вышла, и у меня дух захватило. Там была не просто весна, а этакая эталонная, открыточная весна, какой на Земле не бывает. Воздух – теплый, пьянящий, пахнет мокрой землей, цветущей вишней и чем-то незнакомым, волшебным. Трава изумрудная, птицы поют на все голоса, а солнце ласковое, но не жгучее.

Вампир, Аларик, с невозмутимым видом, будто читал лекцию в самом старом университете этого мира, подошел ко мне и окинул взглядом цветущий сад. Его томный баритон зазвучал торжественно и чуть печально.

– Много веков назад, когда эта роща была лишь молодыми побегами, богиня любви Верриса, уходя в изгнание из-за людского вероломства, дала нам последнее обещание, – начал он, и его слова, казалось, висели в самом воздухе. – Она сказала: «Я верну в ваш мир истинную любовь, но лишь однажды. В день, когда весна будет самой пылкой, когда земля, омытая дождями, родит самые яркие цветы, а соловьи споют свою первую песню, – в такой день я пошлю вам ту, что станет ключом к сердцу одного из вас. И вы познаете ее по неразрывной связи, что не знает расстояний».

Он повернул ко мне свое бледное, аристократичное лицо.

– Мы ждали этот день столетиями. И каждый год, когда наступала весна, мы внимали… но соловьи молчали, а цветы не пахли так сладко. До сегодняшнего дня. Богиня не солгала. Она прислала вас.

Метод проверки оказался до смешного простым, как будто его придумал тот самый «Искатель истины» с сайта знакомств, только тут этот самый метод сработал. Мне велели встать на каменные ступени крыльца, а мужчины по очереди должны были отходить от меня как можно дальше. Суть была в некоей невидимой связи: чем дальше уходит твой истинный, тем сильнее он должен чувствовать зов и… не мог уйти совсем.

Эльф, Лериан, пошел первым. Его стройная фигура удалялась по извилистой дорожке легко и грациозно. Он прошел добрую сотню метров, обернулся, его лицо оставалось спокойным. Легкий поклон – и он продолжил путь, скрывшись за рощей. Никакого зова. Никакой связи. Я почувствовала легкий укол разочарования. Ну, эльф и эльф, подумаешь.

Следом – Аларик. Он скользил бесшумно, его темный плащ почти не шелестел. Он отошел еще дальше, чем эльф, остановился, и я увидела, как он медленно повернулся. Его бледное лицо было задумчивым, но в глазах не было ни признака боли или тоски. Лишь легкая, почти научная заинтересованность. Он пожал плечами и жестом показал, что тоже не чувствует ничего.

Оборотень, Гаррис, прошел свой путь быстро, почти бегом, словно проверял выносливость. Достигнув дальней изгороди, он обернулся, махнул мне рукой и, видимо, также не ощутив магического «поводка», спокойно направился обратно.

И вот настала очередь дракона. Аррион. Он стоял, чуть отклонив голову, его золотые глаза были прикованы ко мне. Потом он медленно сделал первый шаг назад. Затем второй. Расстояние между нами увеличивалось. Десять метров, двадцать, пятьдесят... Он был уже дальше всех. Сто метров. Его мощная фигура начала казаться меньше.

И тут я сама почувствовала нечто странное. Легкое, едва заметное натяжение где-то в груди, будто невидимая шелковая нить, связывающая нас, натянулась до предела. Я невольно сделала шаг вперед.

Аррион замер. Он был уже у самого края огромного сада, где начинался лес. Его руки сжались в кулаки, мышцы на плечах напряглись. Он попытался сделать еще шаг, но нога будто приросла к земле. Он обернулся, и я увидела его лицо. На нем не было прежней невозмутимости. Его глаза горели настоящим, диким, невероятным изумлением. В них читалась борьба – могучее тело хотело уйти, но что-то внутри, какая-то сила, сильнее его собственной воли, приковывала его к месту. Ко мне.

– Она… – его голос, обычно глубокий и ровный, прозвучал сдавленно. – Я не могу… уйти.

Эльф и вампир переглянулись, и на их губах расцвели тихие, почти умиротворенные улыбки. Аларик, стоявший рядом со мной, тихо выдохнул: «Так оно и есть. Обещание исполнено». Оборотень громко, по-мужски, хмыкнул и одобрительно кивнул.

А я стояла на ступеньках, и восторг бушевал во мне, как шампанское. Так вот оно как! Не принц на белом коне, а дракон, который не может от меня уйти! В прямом смысле!

Аррион медленно, будто преодолевая невидимое сопротивление, пошел ко мне обратно. С каждым его шагом то странное натяжение в моей груди ослабевало, сменяясь теплой, радостной уверенностью. Аррион подошел вплотную, его высокая тень накрыла меня. Он смотрел на меня с новым, пронзительным пониманием.

– Значит, это ты, – тихо произнес он.

А у меня в голове уже звонили колокола, и френдессы в восторге закатывали глаза, разглядывая в соцсетях моего дракона. Ну, почти. Сначала бы роспись в ЗАГСе, а там и до френдесс недалеко!

Глава 4

Короче, оказалось, что мой новый «скромный» приют – это не что иное, как главный дворец империи Гарранташ. Да-да, той самой, что на всех старинных картах этого мира была раскрашена золотом и обозначена словом «Величайшая». А мой дракон, Аррион, – ее полноправный правитель. Искатель истины с сайта знакомств нервно курит в сторонке.

Остальные мои «соседи» по не сложившемуся гарему, как выяснилось, тоже были не лыком сшиты. Лериан правил эльфийскими лесами, Аларик – землями вампиров, а Гаррис – вольными кланами оборотней. Целая команда «холостяков-императоров».

Они, как истинные аристократы, изящно откланялись. Лериан элегантно взмахнул рукой, и в воздухе распустился портал, пахнущий хвоей и древней магией. Аларик просто шагнул в тень у стены и растворился в ней. Гаррис, не мудрствуя лукаво, рыкнул, разорвав пространство перед собой когтистой лапой, и скрылся в прорези. Я осталась стоять с открытым ртом, чувствуя себя Золушкой, которой только что вручили не хрустальную туфельку, а целое королевство. С драконом в придачу. Сюрприз, ага.

Когда мы остались одни, Аррион обернулся ко мне. В огромном, пустом еще зале, его фигура казалась еще монументальнее.

– Голодна? – спросил он, и в его глазах мелькнула искорка чего-то теплого, почти человеческого. – Дворец может предложить обед. Не столь утонченный, как у эльфов, но… сытный.

Я лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Аррион повел меня по бесконечным коридорам, и я окончательно поняла, что здесь все держится на магии. Свет исходил ниоткуда, мягко разливаясь по стенам. Двери бесшумно растворялись перед нами. В столовой с высоким, звездным потолком посередине стоял один-единственный стол, но стоило Арриону бросить на него взгляд, как из воздуха материализовались два роскошных кресла, а на столе появились блюда – запеченная птица, сочные фрукты, теплый хлеб.

– Завтра, – сказал Аррион, отламывая кусок хлеба, и магия сама подала ему на тарелку, – дворец проснется. Вернутся слуги, советники, придворные. Начнется… рутина власти.

Он посмотрел на меня через стол, и в его золотых глазах читалась какая-то неуверенность, что казалось немыслимым для такого существа.

– Но сегодня… сегодня у нас есть вечер. Только мы. Пока еще не император и не его… истинная. Просто два существа, оказавшиеся в одном доме благодаря капризу богини.

И вот сижу я, жую этот божественно запеченный окорок, смотрю на этого могущественного дракона-императора, который не может от меня уйти, и думаю. Ну вот, казалось бы, лови момент! Романтика, магия, приватный ужин с правителем империи! А у меня в голове вертится только одна навязчивая мысль: «И когда же он, наконец, пригласит меня в свой ЗАГС?»

После обеда, который прошел в странной, но приятной атмосфере – между вопросами о моем мире и задумчивыми взглядами с его стороны – Аррион предложил показать мне дворец.

– Здесь может быть немного… пустынно, – предупредил он, и магия, будто в ответ, зажгла в высоких сводах мерцающие огоньки.

Мы шли по бесконечным галереям, и Аррион рассказывал. Его голос, низкий и глубокий, оживлял стены. Вот Зал Советов, где его предки, в своих драконьих обличьях, решали судьбы континентов. Вот внутренний сад, где под куполом сияли настоящие звезды, привезенные, по его словам, «из дальних странствий». Вот портретная галерея – и я с удивлением узнала, что его мать была огненной драконессой, а отец – горным драконом.

Истории лились рекой, и каждая делала его в моих глазах менее императором и драконом, и более – живым существом с долгой, порой одинокой жизнью. Я слушала, завороженная, и мое сердце оттаивало, забывая о сайтах знакомств и одиноких вечерах с лазаньей.

Мы оказались в небольшой, уютной гостиной. Стены здесь были обиты темно-синим бархатом, а вместо потолка висело настоящее ночное небо с медленно плывущими планетами. Аррион замолк, глядя на эту красоту, а потом повернулся ко мне.

– И среди всей этой истории, – тихо сказал он, – не было никого, кто бы просто… остался.

Аррион сделал шаг ко мне. Потом еще один. Его тепло ощущалось кожей, а в воздухе запахло дымом и старыми книгами. Он медленно, давая мне время отстраниться, наклонился и коснулся губами моих.

Это был не поцелуй страсти, нет. Это было что-то другое. Нечто тихое, безмолвное и полное такого признания, что у меня подкосились ноги. Все мои мечты о ЗАГСе, френдессах и розовом платье куда-то испарились, оставив лишь тепло его губ и головокружительное чувство полета.

Я не помню, как мы оказались в его покоях. Вернее, в моих. В той самой розовой спальне, которая теперь казалась не дурацкой, а волшебной. Магия мягко погасила свет, оставив лишь сияние звезд за окном и золотой отсвет в его глазах.

И когда его руки, сильные и невероятно нежные, коснулись меня, я поняла, что готова променять все соцсети своего мира на это одно-единственное «сегодня», подаренное нам капризной богиней. Пусть завтра вернутся слуги, придворные и рутина власти. А пока что у нас была только эта ночь, тихая, как обещание, и жаркая, как дыхание дракона.