Повезло

Глава 1

Степаныч, седой как лунь старик, возился на полу, пытаясь застегнуть раздувшийся чемодан. Варвара Петровна, опрятная старушка с крашеными хной волосами, отчего те сияли в лучах заходящего солнца огненной шапочкой, суетилась рядом.

- Билеты положил? Документы взял?

- Положил, взял, – Степаныч похлопал по карману потёртого на обшлагах пиджака, крякнул, поднимая чемодан, и тут же поставил его обратно на пол. – Что ты туда опять насовала?!

- Да как всегда: вещи на неделю, полотенца, зонтики, тапочки, купальники… – принялась перечислять содержимое Варвара Петровна. – Пару книжек почитать. Еду́ я отдельно положу в сумку, а чай сейчас заварю прямо в термосе, от проводников-то не дождёшься.

Будто бы услышав их разговор в кухне на плите засвистел чайник.

- Кофе завари да сгущёнки налей – не жадничай. Впотьмах приедем: самое то, чтобы проснуться.

Старушка аккуратно разорвала газету на части и завернула в неё отваренную вчера курочку, яйца, картошку и помидоры с огурцами. Всё это вместе с термосом и набором складных стаканов отправилось в широкое отделение сумки с надписью «Олимпиада-80». Сумку два года назад подарили внуки. Старики гордились – спортсмены! В боковом отделении устроились спичечный коробок с солью, вафельное полотенце и бережно хранимая для таких случаев небольшая стопка салфеток. Подумав немного, Варвара Петровна положила туда ещё пару газет. Можно будет заодно и почитать в дороге.

- Ну, присядем на дорожку, – сосед, который всегда присматривал за квартирой во время отъезда, устроился возле окна на стуле.

Старики молча присели на край дивана, и пару минут помолчали. Потом кряхтя, поднялись и пошли к дверям. Варвара Петровна всплеснула руками и метнулась на кухню отключить газ.

Хорошо хоть таксист попался добрый – помог донести чемодан до платформы, благо от стоянки было рукой подать.

Путёвки в крымский дом отдыха Степанычу торжественно вручили в военкомате ещё в мае на День Победы, а как ветерану и дорогу оплатили. Старики были довольны. Почти каждый год они ездили на море с детьми, а в этот раз решили сами. Хватит уже надоедать своим ворчанием, да и грех не воспользоваться – сплошная экономия.

В поезде тоже повезло. На первой же остановке проводница за трояк переселила стариков из своего плацкарта в полупустой СВ – оба их билета оказались на боковые верхние полки. Степаныч покряхтел и добавил ещё два рубля от щедрот, уж больно новенький вагон ему понравился.

К ночи подъехали на переправу. Варвара Петровна уже посапывала на нижней полке, а старик всё вертелся наверху под лязг расцепляемых вагонов, окрики обходчиков и мерное постукивание молотков по буксам. Дежурная по громкой связи считала вагоны и давала указания маневровому паровозу:

- Двадцать первый бери… Теперь девятнадцатый…

Наконец всё стихло. С выходом парома в море заснул и Степаныч.

Как и ожидалось – прибыли затемно. Не успели старики расположиться на вокзале и попить кофейку из термоса, как их настиг странного вида молодой человек со спутанными в грязные с виду патлы – иначе и не скажешь – и затычками в ушах.

- Вы двое на «Остров невезения»? Машуня, я последних подобрал, щас приведу.

- Мы на «Остров», мы, – крикнул Степаныч прямо в ухо патлатому, от чего тот подпрыгнул на месте.

- Чего дед орёшь, как потерпевший? У меня что на лбу написано, что глухой?! Год у вас какой?

- С двадцать второго я, а Варвара с двадцать четвёртого…

- Блин, во тупой народ пошёл! Время у вас какое?

- Московское…

Патлатый закатил глаза, отошёл в сторону и пару минут выяснял отношения с высокой чёрной урной, называя её то Марусей, то тупой Машкой.

Старики переглянулись и, не сговариваясь, решили было сами добираться рейсовым автобусом, как патлатый закончил свои переговоры и вернулся.

- Пошли в автобус загружаться. «21-82» – вы последние будете.

- Вот и славно, – с облегчением вздохнул Степаныч. – Повезло!

Автобус оказался импортным – большой, двухэтажный, с мягкими сиденьями и телевизором. После того как в его недрах в самом низу буквально исчез багаж, старики поднялись вверх и уселись на свободные сиденья. За полумраком приглушённого света остальных пассажиров в салоне было не видно.

Патлатый отдал водителю листок со списком пассажиров и вышел. Дверь автоматически закрылась и автобус плавно тронулся.

- Праздник что ли какой в городе? – Варвара Петровна зевнула и закрыла глаза.

- Вечно ты спишь по дороге, – хмыкнул Степаныч. – Хоть бы вокруг посмотрела. Дорога новая – к олимпиаде небось сделали…

За окном то тут, то там мелькали яркие разноцветные огни. Они постепенно слились в ровную полосу серого асфальта, от которого глаза у старика закрылись, и он тоже заснул.

Приехали довольно быстро, выгружались в полусонном состоянии, поднялись на лифте и тут же увалились досыпать на мягкую двуспальную кровать, толком ничего и рассмотрев в номере. За эти два дня дорога их всё-таки изрядно вымотала.

- Смотри-ка дед, халат, тапочки, полотенца… Фен в ванной на шнурке кручёном висит.

- Цивилизация, – хмыкнул Степаныч, – а с этим что делать?

На журнальном столике в ряд были выложены довольно плоские чёрные пеналы и две плотные карточки с их именами.

Варвара Петровна попыталась усесться на низкий диванчик и схватилась за столик. Правая рука попала на пеналы и что-то там в них нажала. Одновременно подул ветер и включился телевизор.

- Ишь ты! Тоже импорт.

- Поесть бы не мешало, импорт. Пошли столовую искать.

Столики уже были все заняты, а к старикам со всех ног бежал патлатый.

- Собирайтесь быстрее, не ваш был автобус! «19-82» ваш!

- Так и знал, – расстроился Степаныч. – Не может на таком «Острове» повезти…

Через час старики сидели в душном номере на скрипучей кровати и доедали варёную курицу с газетки, купленной в киоске «Союзпечать» по дороге.

- «21 августа 1982 года на станции Цветково ОдЖД машинист пассажирского состава не выполнил экстренного торможения и врезался в хвост стоящего впереди поезда. Проводится расследование», – прочитала Варвара Петровна на расстеленной газете. – Не было же этого...

- Глупая ты, Варвара, как та Машка у патлатого. Мы же девятнадцатого ехали. Повезло!