Попаданцы вне закона

Интересное знакомство

Солнце только поднялось из-за высоток на соседнем берегу, вылив на реку длинную золотую дорожку. Демид шёл вдоль парапета, пиная носком редкий мелкий камешек. Где-то за деревьями уже проносились первые машины. Он глубоко вдохнул утренний воздух, пахнущий выхлопными газами. «Этот отравленный смрад города, — у него аж слёзы навернулись от удовольствия. — Я прямо чувствую, как с каждым глотком теряю день своей жизни. Круто!».

Десять лет. Десять грёбаных лет он не видел нормальных городов, не ел вкусной пищи, не спал в мягкой кровати, не пил классного пива и не пользовался туалетной бумагой. За эти десять лет он понял главное: фэнтези мир – это полное дерьмо. Разруха, насилие, беззаконие, грязь, болезни и страх. А здесь... Здесь даже бензином воняло вкусно. По родному. Ни кошмарного воя монстров из Отравленного леса, ни смрада от костров из высушенного помёта огненной виверны, которым люди отпугивали мелкую нечисть.

Он провёл рукой по чёрным волосам, зачёсанным назад. В том мире парикмахеры были... Лучше бы их не было. Руки из жопы! Тут даже при своём скромном бюджете сразу нашёл место, где всё сделали за полчаса. Демид поправил слегка давящий шею воротник рубашки. А ведь раньше он их терпеть не мог! Правда, из футболок он вырос, а денег на покупку одежды просто не было. Пришлось взять отцовскую рубаху. Это какой-то позор. Он выглядел... Ну не как бомж, но зато как чучело. В ином мире он одевался красиво. Там бы не поняли, если бы он пришёл на встречу без золота, шелков и цацек.

Демид остановился, упёрся руками в каменное ограждение и выдохнул. Нет, ну кайф же! Вернувшись на Землю, Демид первым делом ломанулся в душ. В тёплый с бесконечной горячей водой душ, а не в бочку с кипятком, который тащили рабыни. Рабыни...

А вот с девушками был полный облом. Демид скривился, вспоминая недавний вечер: как зашёл в клуб, сел к двум девкам, улыбнулся – ноль эмоций, сказал: «Привет, красавицы, как насчёт познакомиться?» – одна посмотрела на него как на дерьмо, а другая стала копаться в телефоне, словно от этого зависела её жизнь, усиленно делая вид, что его не существует. Разумеется! Кто будет общаться с парнем, который в двадцать восемь лет может только головы рубить? Ведь он попал в иной мир, едва закончив школу.

Обидно, блин. В том мире стоило лишь сказать, что ты Демид Коршунов, хозяин Высокого Замка, убийца виверны и великана – девки сами вешались на шею, раздвигая ноги. Им всем плевать на манеры, а важна была сила и замок. А тут? Здесь он просто парень без диплома, работы и с дырой в резюме на десять лет. Хоть магией сверкай – и то, наверное, в дурку сдадут. Но зато тут есть свобода, блин. Свобода быть никем.

Теперь Демид даже не понимал, чем заниматься в жизни. И вообще, что ему хочется? Он даже не разобрался в том, нравится ему дома или нет. Хотя он стремился вернуться на Землю. Он реально хотел этого!

Демид повернул голову и вдруг заметил, что на него смотрят. Она стояла в десяти шагах, опираясь спиной на тот же парапет, и держала в руках какую-то книгу, но не читала, а смотрела прямо на него. Длинные светлые волосы опускались на плечи, в серо-зелёных глазах плясали искорки и веселье. Спортивная и в лёгком платье, которое позволяло оценить её грудь и попу. Очень сексуальная.

Он сразу забыл про вчерашние обиды, а лицо расплылось в улыбке.

— Чего так смотришь? — Мысль сорвалась с языка раньше, чем он успел её поймать. Демид аж покраснел. — Хочешь познакомиться?

Обычно после такой фразы отворачиваются или возмущаются и обвиняют в хамстве, но девушка, наоборот, приятно улыбнулась.

— А ты наглый, — сказала она спокойно, с лёгкой насмешкой в глазах. — Тебя как зовут?

У Демида внутри всё перевернулось. Надо что-то сделать, чтобы она оставалась заинтересованной и не ушла. Но что именно?

— Демид, — ответил он, поправляя воротник.

— Какое необычное имя, — она чуть склонила голову, разглядывая его. — Я Виолетта. Чем здесь занимаешься?

— Просто гуляю, — Демид пожал плечами и сунул руки в карманы. Вдруг появилось ощущение, что их просто некуда деть. — А ты?

— В последнее время сидела дома, так что соскучилась по прогулкам. Увлекаешься чем? — спросила с любопытством Виолетта.

— Особо ничем, — ляпнул он и тут же осёкся, вспомнив бои, магию… Но не расскажешь ведь! И как вообще с ней поддержать диалог? — А ты?

— Я готовилась к поступлению на юридический. Сейчас, наконец, освободилась. Ну а ты где-то учишься или уже работаешь?

Вопрос неприятно ударил в сердце, Демид дёрнул плечом, снова поправил воротник.

— Ни учусь, ни работаю, — выпалил он быстрее, чем стоило.

Опять сто двадцать пять! После таких слов отношения с ним почти невозможны.

— Пока не знаю, чем заняться, — буркнул он, отводя взгляд на реку.

— И чем же ты занимался всё это время?

Виолетта смотрела на него с неподдельным интересом, а в её глазах не было ни тени осуждения или скуки.

Демид замялся на секунду. И что ей ответить? Сидел дома и ничего не делал – ответ крайне сомнительный. Или чёрт с ним и сказать правду?! Сама ведь спросила!

— Я прибыл из другого мира, — выдал он, как есть.

Он ожидал смеха, но Виолетта вдруг подошла ближе.

— Чем там занимался? — спросила она абсолютно серьёзно.

Демид аж поперхнулся воздухом. Она что, поверила? Или прикалывается? Но выглядела она слишком спокойной.

— Ну... — он замялся, перебирая в голове главные события. — Сначала пытался выжить и учился. А когда появился свой отряд, то пытался заработать. Убивал монстров, воевал со всеми подряд. Захватил замок, совершил пару подвигов. Виверну там завалил...

— Понятно, — сказала Виолетта.

«Идиот!» — дал себе оценку Демид. Он знал, как бредово всё звучит: другой мир, замок, монстры, виверна эта. «Не верит, — понял он. — Думает, что я псих или шучу, но не уходит и не язвит. Не хочет обижать? Значит, нравлюсь!».

— Ну, если серьёзно, то я что-то типа военного. Вернее, бывшего военного, — попытался он дать разумное объяснение. — И о своих занятиях не могу говорить. Лучше расскажи, чем сама увлекаешься?

— Психологией, спортом, — ответила она. — Но я же упоминала, что в последнее время занималась только учёбой. Ты сейчас куда идёшь?

— Просто погулять вышел, — Демид пожал плечами. — Есть предложения?

— Хочу пить, — сказала Виолетта.

— А я жрать, — добавил он.

Денег у него мало, но хватит, чтобы сводить девушку в кафе.

— Давай, сначала воды возьмём, — Виолетта махнула рукой в сторону.

Демид проследил за её жестом и увидел торговый автомат с разноцветными бутылками и банками. Огромный и с кучей кнопок. А ведь он совершенно забыл, как обращаться с техникой. Чёрт, да ему даже пришлось заново учиться пользоваться телефоном!

— Пошли, — сказал он неуверенно.

Он смотрел на эту железяку, как на артефакт древних магов. Десять лет назад они только-только появляться начали в каких-то офисах. Он видел их в кино, пару раз в торговых центрах, но сам не пользовался.

— Возьмёшь воды?

— Не... Я..., — смущаясь замычал он. Вот, блин, ситуация! И что сказать?

— Ты не знаешь, как им пользоваться?! — в голосе Виолетты послышалась усмешка.

— Нет, — признался Демид, чувствуя, как в штанах всё горит.

— Сейчас покажу, — она встала рядом, почти касаясь его сиськами. — Жми сюда...

Она указала пальцем на кнопку:

— Карту сюда... Теперь жми сюда.

Демид приложил карту, ткнул «Выдать» – в ту же секунду острая боль пронзила ладонь так, что пальцы свело.

— Ай! — одёрнул руку Демид. — Током бьёт!

— Чего? — Виолетта удивлённо моргнула. — Странно.

Демид глянул на автомат, потом на свою руку. Ладонь уже перестала болеть, но злость осталась. И кипела всё сильнее!

— Но вроде работает, — Виолетта достала бутылку и открыла.

Демид без размаха врезал прямо по кнопкам. БАХ! Удар вышел чудовищным: кулак пробил панель, смял металлическую обшивку, разнёс внутренности в хлам, а стекло треснуло. Виолетта поперхнулась. Автомат жалобно загудел, заискрил и погас.

— Теперь не работает, — выдохнул Демид, глядя на дело своих рук. — Вот блин.

Девушка кашляя отплёвывалась от воды.

— Ну ты силён! — выдохнула Виолетта. Глаза у неё стали круглыми.

— Я не хотел, — запротестовал он. — Просто не рассчитал силу.

И немного слукавил. Он не знал, что сумеет пробить автомат, но соврал бы, если сказал, что не хочет это повторить. Ему понравилась вспышка агрессии, и боль в костяшках была приятной, отрезвляющей. Он вдруг понял, что нуждался в такой разрядке.

— Но зря ты так, — добавила Виолетта серьёзнее. — Могут же арестовать за вандализм!

Демид только сейчас сообразил, что сделал. Он же на Земле! Впрочем, пусть сначала попробуют найти и поймать.

— Чёрт, правда, — буркнул он, оглядываясь по сторонам: людей почти не было.

— Тебе повезло, что камер нет, — сказала Виолетта и легко коснулась его локтя. — Не беспокойся, пока ты со мной, твоя удача на высоте.

— Надо уйти поскорее, — заторопился он, хватая её за тёплую и нежную руку. — Пошли вон туда, видишь? Шашлычная открывается.

Демид вошёл в помещение первым, придержав перед Виолеттой дверь. Заведение оказалось хорошим: деревянные столики, диковинная зелень в кадках, современный стеклянный мангал. Запах ударил так, что заурчало в животе, и он невольно сглотнул слюну. В том мире Демид жрал что попало, но мясо любил всегда и его хватало с избытком. Виолетта выбрала столик у самого входа, с видом на реку. Народу мало: всего несколько парочек. За стойкой суетился коренастый мужик в фартуке, ставя шашлыки на огонь. Демид сразу заметил, что готовых шампуров немного: пять штук, не больше.

— Продай шашлык! — выпалил Демид, подойдя к стойке.

— Продайте шашлык! — раздалось одновременно справа.

Демид резко повернул голову: какой-то мужик в дорогом пиджаке, с начищенными туфлями и очкастой рожей, тоже показывал на те же куски. Типичный офисный хмырь ему не ровня, так что пусть проваливает.

— Я был первый, так что отвали, — отчеканил Демид, сверля его взглядом.

— Прошу вас уступить, видите ли, я... — начал тот, улыбаясь и поправляя галстук.

— Пошёл ты, — отрезал Демид и повернулся к продавцу, который с любопытством наблюдал за перепалкой. — Мне всё, что есть.

— Может, мы сумеем договориться, я... — не унимался мужик.

Демид уже не слушал, а смотрел, как продавец, сгрёб куски на тарелку и протянул ему.

— Держи, — Демид грохнулся за стол. — Успел последние взять.

Виолетта смотрела на него с лёгкой усмешкой, подперев щёку рукой.

— Быстро ты, — сказала она. — Прямо боевая операция.

— Ага, — Демид отломил кусок лепёшки, схватил мясо пальцами, отправил в рот и прикрыл глаза от удовольствия. — Хорошо.

Виолетта взяла вилку, аккуратно отрезала маленький кусочек. Наблюдая, как она аккуратно ест его, Демид понял, что ему не хватает грубости того мира, где не надо притворяться, показывать воспитание, соблюдать какие-то нормы.

— Не жалко было этого мужчину.

— Надо брать то, что хочется, если можешь.

— Наглый, — усмехнулась она. — Не думал пойти в торговлю.

— Нет.

— А чем ты планируешь заниматься? Поступить никуда не хочешь?

Демид пожал плечами. Доел мясо, облизал пальцы, потянулся за следующим куском.

— Нет, — выдавил он с набитым ртом. — Хотелось бы зарабатывать. И много. Но точно не буду вкалывать на какого-то идиота.

Он и сам не знал, как именно начнёт зарабатывать, было только чёткое ощущение, что справится. С его силой, магией, опытом – да он тут любые проблемы решит. Бизнес откроет, деньги получит и всего добьётся. Обязательно. Ему всегда везло.

— Мне уже поздно в институты ходить. Надо действовать.

Виолетта глянула на него с лёгким прищуром.

— Ты сказал, что был в ином мире. Это ведь была не шутка?

— Может да, а может и нет. Но по-любому это дерьмовая тема для общения. Я был чем-то вроде наёмника, но не в России, далеко отсюда. А сейчас, типа как, вернулся и не знаю, чем заняться.

— Как родители отнеслись к твоему исчезновению?

Демид поперхнулся. Этот вопрос ударил в самое больное место. После возвращения они сказали, что не ждали его и что он может идти на все четыре стороны.

— Там полный абзац, — буркнул он, отводя взгляд. — Не хочу говорить об этом.

Он не хотел рассказывать, как мать смотрела на него, когда он вернулся. Как отец дверь закрыл и ответил, что у них нет сына. «Видно, много боли доставил им», — решил Демид. Виолетта лишь кивнула и не стала давить.

— Какие фильмы были в последнее время? — спросил он, меняя тему. — За десять лет, наверно, много всего крутого вышло.

— Я давно ничего не смотрела, — сказала она. — Последний фильм весной мельком видела. Какой-то боевик про шпионов. Там парень с горы прыгал без парашюта и выжил. Интересно, возможно, только название не помню.

Он оживился, ведь про фильмы поговорить любил. В том мире из развлечений были только выступления актёров. За разговорами о кино они доели шашлык, но Демид не спешил домой. Наоборот, ему хотелось продолжения. К тому же зачем тащиться в эту съёмную халупу? Он отодвинул тарелку и подался вперёд.

— Слушай, я в городе, считай, не был. Вчера разок вышел, и то недалеко. Так что, может, покажешь крутые места? Например, парки. А то я тут нифига не знаю.

Виолетта посмотрела на него, чуть склонив голову, помолчала секунду и кивнула:

— Пошли вон туда, — показала рукой в сторону, где за домами виднелась зелень. — Мы там часто с подругами гуляем. Я сегодня тоже у них заночую.

Они встали из-за стола, но на выходе Виолетта остановилась и принялась шарить в своей сумке. Нахмурилась, переложила что-то внутри, порылась в боковом кармашке.

— Телефон. Я его, кажется, забыла, — сказала она. — Демид, посмотри там. Может, я его на столе оставила, когда выходили. Я тут ещё раз в сумке поищу.

Он кивнул и рванул обратно. На столе было пусто, только грязные тарелки и салфетки. Он нахмурился, глянул по сторонам и заметил её телефон на соседнем столике. Демид взял его, шагнул к выходу, но в ту же секунду чьи-то пальцы сжали его запястье.

— Это моё, — раздалось над ухом.

Наглецом оказался тот самый мужик из очереди. Стоял, держал его за руку и сверкал злыми глазами в очках. Но телефон был Виолетты: точно такой же, в прозрачном чехле.

— Пусти, — сказал Демид тихо.

— Я сказал, это мой телефон, — офисный планктон старался выглядеть грозно, но голос его ломался, срываясь на визг. — Положите на место!

Демид дёрнулся, сбрасывая руку, и пихнул наглеца в грудь. Толкнул легко, без замаха, но тот отлетел и ударился спиной о соседний столик – звякнула посуда, кто-то ахнул.

Мужик открыл рот, чтобы заорать, но тут вмешалась Виолетта:

— Извините! Извините, пожалуйста! — Виолетта подбежала с телефоном в руке.

Видимо, всё же нашла его в сумке.

— Смартфон уже нашёлся, — сказала она Демиду. — Я, дура, запаниковала. Он у меня в сумке был, в другом отделении.

Она улыбнулась мужику своей обаятельной улыбкой.

— Извините нас, правда. Ошибка вышла.

Мужик поправил очки, одёрнул рубашку, глянул на Виолетту, потом на Демида. Тот, спохватившись, вернул телефон владельцу.

— Сначала выясняйте, чьи вещи берёте! — выпалил планктон.

— Проваливай, — ответил Демид коротко.

Офисный клерк дёрнулся, хотел сказать что-то, но промолчал.

— Ещё раз извините, — Виолетта схватила Демида за локоть и потащила к выходу. — Всего вам доброго.

Демид шёл, чувствуя, как внутри всё кипит. Он сам ни в чём не виноват! Просто хотел помочь, а этот хмырь... И Виолетта тоже хороша, ей не надо было паниковать. Он глянул на неё, и ярость тут же прошла. Да плевать на всё!

На набережной Виолетта отпустила его руку, вздохнула и посмотрела на Демида.

— Ну ты даёшь, — спокойно сказала она.

В интонациях была не злоба, а скорее удивление и ничего более. Демид улыбнулся и махнул рукой на деревья:

— Ладно. Пошли в парк.

Парк оказался реально красивым: повсюду разнообразные цветы, высокие липы тянулись вверх, закрывая небо, недалеко журчал фонтан, давая свежесть в жаркий день.

— Идём, — Виолетта дёрнула его за рукав.

Они прошли немного вглубь, где Демид плюхнулся на скамейку, вытянув ноги, а Виолетта села рядом. Он краем глаза отметил, что между ними ладонь расстояния, даже можно её сиськи в декольте рассмотреть. Она выгнула спину, повела плечами, а на её губах заиграла ехидная улыбка. Значит, не против, и ему точно перепадёт.

— Чем займёмся? — спросила Виолетта негромко.

— Ну... — начал он и тут же замолк, не зная, что ответить.

Она тихо рассмеялась, заправила прядь за ухо и отвернулась к фонтану. Демид тихо выругался про себя: чего он как пацан мелкий?! Надо уже думать, как уединиться с ней!

— Слышь, сладкая парочка!

Он поднял голову. Перед скамейкой стояли двое накачанных парней в спортивных костюмах: один в бейсболке, второй в тёмных очках.

Первый, в кепке, ухмыльнулся и махнул рукой на скамейку:

— Это мы тут сидели, поняли? Так что освобождайте место.

Виолетта тут же взяла сумку, собираясь встать.

— Да, конечно, — сказала она спокойно. — Сейчас уйдём.

Демид усмехнулся и сжал кулаки. Он никому и никогда не позволял собой командовать! И какие-то две отбивные котлеты будут ему указывать?

— Если не свалите, — сказал он, стараясь не повышать голос. — То будете кататься в инвалидных креслах до конца жизни. Таким уродам только на дилдоках сидеть.

— Демид! — Виолетта взяла его за локоть. — Забудь о них, лучше идём отсюда.

Второй приподнял очки и уставился на него.

— Я смотрю, ты любишь поострить, когда не сосёшь, — сказал он с усмешкой.

Что-то щёлкнуло в голове, и мир сузился до двух рож. Он оттолкнулся рукой от скамьи с такой силой, что деревянные доски треснули, ноги оторвались от земли, тело взлетело в воздух. Через мгновение кулак встретился с мордой очкастого. Удар пришёлся прямо в челюсть, и парня отбросило в кусты на другой стороне дорожки.

Когда Демид приземлился, то развернулся ко второму, а тот стоял, трясясь и подняв руки:

— Стоп! Стоп! — заорал он. — Мы уходим!

Но Демид не хотел отпускать их просто так. Они сами бросили ему вызов. Пусть получат по полной! Он подошёл к лежащему, наклонился так, будто разглядывал его рыло, мужик уже приходил в себя. «Отлично», — выдохнул Денис. Теперь второй.

— Поднимай эту скотину, — сказал он, подойдя к нему вплотную, чтобы его дыхание обдало рожу мерзавца. — И проваливай.

Тот лишь кивнул и стал поднимать своего дружка-голубка, который мычал и держался за разбитую морду. Демид улыбаясь смотрел вслед. Не в его стиле отпускать обидчиков, но при Виолетте нельзя кого-то убивать. Так что использовал коварный трюк – смертельное дыхание. Одного лёгкого вдоха хватит, чтобы умереть через полчаса в диких муках.

— Гниды, — прошипел он.

Виолетта взяла его за руку.

— Всё, хватит, — сказала она тихо, но твёрдо. — Они уходят.

Они перешли парк туда, где за деревьями была парковка, а скамейки прятались в тени высокого кустарника. Виолетта молчала, но Демид кожей чувствовал её взгляд. Наконец, она остановилась:

— Как ты стал таким сильным? — спросила она спокойно.

Демид пожал плечами и сел на ближайшую скамейку. Виолетта осторожно опустилась рядом, но чуть дальше, чем в первый раз.

— Была магия, которая усиливала тело. Ну не сразу, а при выполнении условий. Ещё можно было моментально учиться всякому, — он чуть помедлил, но решил рассказывать как есть. — Надо было лишь убивать или выполнять задания жрецов. Разумеется, чему-то пришлось обучаться самостоятельно.

— Все так делали?

Демид мотнул головой. Вообще, если вспомнить, то кое-кто из местных пользовался благами системы. Перед глазами промелькнули лица. Удивительно, но почти все они вызывали исключительно неприятные эмоции.

— Нет, такое доступно лишь избранным, — сказал он. — Чаще призванным людям с Земли. Но кое-кто из местных аборигенов тоже был на это способен. Главный страж церкви Ал, мастер меча Кай, командир наёмников...

— А кто они? — перебила Виолетта. — В смысле, чем отличались от остальных?

Демид в очередной пожал плечами. Умеет она задавать сложные вопросы! Он и сам не знал, почему именно эти дикари получили такие возможности.

— Ну, наверно, их просто боги больше любили. — скривился он. — Но не думаю, что они это заслужили. Ал, например, тот ещё выродок: вечно херачил учеников на занятиях. Кай просто долбанутый какой-то...

— Ал и тебя избивал? — голос Виолетты стал тише.

— А то.

— Вот мерзавец, — в её голосе послышалась злость.

Демид удивлённо посмотрел на неё. Раз она ему сочувствует, ещё не всё потеряно.

— Да, но он поплатился, — заметил он. — Позже, когда я стал сильнее, я вызвал его на дуэль из-за одной его тупорылой шутки.

— И что с ним стало? — спросила она оживлённо.

— Я его замочил, — выдавил Демид неохотно. — Но это дуэль. Или ты, или тебя.

— Это нормально вообще? — её глаза расширились от удивления.

— Для того мира – конечно! — ответил он твёрдо. — Так решались многие вопросы. И кстати, у все могут отказаться.

— И часто ты этим пользовался?

— Да постоянно, — улыбнулся он. — Кай, когда надоел своими выходками, тоже получил вызов. Он, видно, даже не думал, что я смогу его загасить на мечах.

Он замолчал, когда вдруг сообразил, что выглядит как маньяк. Конечно, Виолетте такое покажется жестоким и странным, но Демиду нравилось данное правило: ссоры не тянутся годами, прятать мёртвое тело не надо. Вызвал на дуэль, убил – и никто даже не спросит.

— А разве не с ними ты захватывал замок? — удивилась Виолетта.

Демид фыркнул.

— Нет. Эти бы никогда не согласились, мягкотелые были. Ну, кроме Ала, наверно. — Он потёр шею. — С ними у меня своего отряда никогда бы не появилось. Моя братва присоединилась позже, когда я сначала достал сокровища со дна озера, а потом в морской битве захватил корабль.

Виолетта подалась вперёд, глаза её заблестели.

— Так ты пиратом стал? — оживилась она. — И тогда же доспех и меч получил?

— Нет, море – огромный риск, как по мне. Много штормов, а проблемой становится даже жратва и вода. И ещё монстры гораздо сильнее, — он поморщился. — Я продал корабль, нанял команду и стал воевать за тупейшего в мире короля. И уже потом получил доспех с трупа невезучего идиота. Он отлично защищал от магии, так что я сумел убить одного вождя и отобрал его меч.

— И забрал его замок...

— Нет. — Демид покачал головой. — Король, с которым я работал, бесил своей тупостью и попытками мира с горными племенами, которые постоянно грабили крестьян. Была сотня недовольных рыцарей, так что я смог устроить переворот.

— Что случилось с ним и его семьёй?

Демид пристально посмотрел на неё. Умеет она задавать неудобные вопросы.

— А что обычно в таких случаях делают? Я убил короля, его жену и наследников.

А чего они хотели? Сами виноваты. Демид считал себя абсолютно правым. Нужно было держать власть крепче, не делать ошибок, следить за людьми, опираться на рыцарей и наёмников, а не на крестьян и торговцев. К тому же предки короля сами получили свою власть точно так же – мечом.

Ещё одно достоинство того мира. Можно было получить всё что угодно. Да риски высоки, но награда достойная. Этого здесь не хватает. Демид вдруг осознал, что несмотря на все блага цивилизации, ему тут не нравится. Здесь всё серо, уныло, а возможностей никаких. В идеале хотелось бы совместить иной мир и этот.

Виолетта молчала долго, смотрела куда-то в сторону, потом перевела взгляд на Демида:

— Как небольшой отряд смог захватить замок?

Демид усмехнулся, вспоминая тот день, крики и звон мечей. Лучший день в его жизни, а также самое правильное решение за всё время приключений.

— Меч, — сказал он просто. — У него есть способность «Резня». Если я волью в него свою ману, то смогу одним взмахом послать волну разрушительной энергии.

Виолетта подняла бровь.

— Ты что, снёс стену?

— Нет, — Демид покачал головой. — Способность не настолько сильная. Просто ударил пару раз в ворота, быстро их сломав, а потом перебил всех защитников. Я мог бы всё сделать сам, но люди нужны были, чтобы не дать уйти королю, наследникам и самым верным его вассалам. Большую часть врагов я убил сам.

— С помощью меча и его способности.

— Нет, скорее из-за своей силы и крутизны.

Демид вытянул руку вперёд, сосредоточился, вливая ману, чувствуя, как мышцы растут под кожей – рукав рубашки натянулся, ткань затрещала. Он посмотрел на Виолетту, довольно улыбаясь, потом сбросил концентрацию – мышцы опали, вернулись в норму.

— Я могу управлять своим телом, — пояснил он.

Виолетта пару раз моргнула, приходя в себя.

— Ничего себе, — выдохнула она, замолчала на секунду и спросила. — А призвавшие тебя люди стерпели твой поступок? В смысле жрецы или кто там?

Демид хмыкнул:

— Конечно. Пока ты сражаешься с монстрами и выполняешь их задания – они будут закрывать глаза на всё. Им главное, чтобы чудищ меньше становилось.

Он помолчал и добавил:

— Они не стерпели, когда я вырезал несколько диких горных племён. Они, видишь ли, поставляли редкие магические артефакты. Тогда меня попросили не покидать свои владения, а потом и вовсе вернули на Землю.

— И ты согласился? — Виолетта подалась вперёд.

Демид пожал плечами:

— А что такого? У меня были обширные земли, замок, люди. Я не видел смысла и дальше сражаться с монстрами. Хватит уже.

— А на твои земли не нападали?

— Иногда, но была масса рыцарей для их защиты.

Виолетта чуть прищурилась:

— Ты же говорил, что людей у тебя во время штурма было немного. Думаю, не все поддержали переворот. Как же ты управлял таким большим коллективом?

Это хороший вопрос, и Демид в который раз убедился, что она умная девушка. Ответ был прост: система, которую дали жрецы, позволяла осваивать магические навыки. Делать то, что не мог никто. Поэтому Демид просто перебил всех, кто хотел выступить против него. Но Виолетте он сказал другое:

— Главное, чтобы боялись.

Это тоже было правдой. Сила там решала всё. Да и на Земле она позволяла многое. Сила! Демид даже приподнялся на скамейке. Точно! А он, глупец, несколько дней не мог понять, чем заняться. Ему надо найти первого героя и остальных, а затем уговорить их завоевать Землю! Конечно, он будет лишь второсортным лидером по сравнению с ними, но всё равно. Так лучше, чем сидеть без дела.

Виолетта молчала, и Демиду вдруг стало не по себе. Он заёрзал на скамейке, поправил воротник. Зачем он всё это рассказал? Зачем вывалил на неё всю эту грязь? Она сейчас встанет и уйдёт. Точно уйдёт. Кто захочет общаться с убийцей?

— Знаешь, — заговорил он. — В ином мире было слишком много всякого говна. Да, я там поубивал кучу людей. Но тот мир был так устроен. И вообще, думаю, все эти разговоры лучше прекратить. Извини, если...

— Ничего, — перебила Виолетта.

Демид замер.

— Что?

Она улыбнулась с искоркой в глазах.

— Мне даже нравятся плохиши.

Демид выдохнул, а внутри всё так приятно стало.

— Ну... — начал он, не зная, что ответить.

— Короче, — сказала Виолетта, хлопнув ладонями по коленям, — Надо отвлечься, давай поиграем в слова? Быстро называем слово-ассоциацию. Кто запутался – проиграл.

Демид задумался. Переключиться с убийств и замков на игру в слова? Странная она. Но Виолетта в чём-то права: нужно отвлечься от скверной темы. Такой способ тоже годится.

— Давай, — кивнул он. — Я хочу выиграть.

— Я начинаю, — предупредила Виолетта. — Страх!

— Власть.

***

— Конфликт, — сказала Виолетта.

— Убийство, — ответил Демид, слегка замявшись.

— Сила.

— Деньги.

— Заработок.

— Грабёж.

— Народ, — выпалила Виолетта.

Демид запнулся, слово повисло в воздухе, а перед глазами появился образ толпы, а также их крики, запах дыма и лужи крови. Он стоял на стене замка, смотря вниз, на поле перед крепостью, где догорали костры, и на колья вдоль дороги, на которых корчились крестьяне. Бунтовщики. Он приказал выставить их вдоль тракта, чтобы остальным неповадно было, чтобы знали, кто здесь хозяин.

— Ха! — ткнула она пальцем ему в грудь. — Завис! Проиграл!

— Да не завис я, — буркнул он. — Просто... Слово неудачное.

— Ага, конечно, — Виолетта довольно потянулась на скамейке. — Значит, проиграл. Будешь должен.

— Чего?

— Пока не придумала. — Она встала, подхватив пустую бутылку из-под воды. — Я сейчас, выброшу только и скажу своё желание.

Демид смотрел ей вслед, наблюдая, как она идёт, как покачиваются её бёдра. Девка – просто секс. Самая лучшая, что он видел за десять лет. Виолетта отошла шагов на пять, когда раздалось рычание. Демид повернулся – из-за кустов вылетели две огромные собаки: одна чёрная, вторая серая, у обеих шерсть дыбом, глаза безумные.

— А-а-а-а! — закричала Виолетта.

Она отпрыгнула, но собаки даже не взглянули на неё, они развернулись и бросились на Демида. Он от удивления даже не пошевелился. Опасность и Земля ведь не совместимы! Чёрная вцепилась в левое предплечье, прокусила рубашку, впилась клыками в мясо – боль вспыхнула, затопив разум. Серая ухватилась за правую икру, дёрнула головой, раздирая кожу.

— На помощь! — где-то кричала Виолетта. — Помогите!

Ярость захлестнула Демида с головой, в глазах потемнело. Он даже не думал – тело сработало само. Правой ногой он ударил серую тварь так, что псина взвизгнула, её переломанное тело взлетело, перемахнув через кусты, исчезая где-то над парковкой.

Демид размахнулся свободной рукой и ладонью ударил чёрную так, что кисть вошла в рёбра до запястья. Хруст был такой, словно топором угодили в гнилое дерево. Собака даже не взвизгнула, лишь дёрнулась и сразу затихла, повиснув на руке. Серая тварь в этот момент где-то шмякнулась об асфальт. Демид стряхнул чёрную псину с ладони на землю, легко ударил по трупу, отправляя тело в ближайшие кусты.

— Ты их убил! Убил! — повторяла шокированная Виолетта.

Она стояла в нескольких метрах, смотря круглыми, ошарашенными на тела собак.

— Господи! — добавила она громче. — Ну ты силён!

Она шагнула к нему, и её взгляд упал на руку Демида, а затем на ногу.

— Чёрт! — спохватилась она. — Ты ранен! Больно?

Демид посмотрел на руку: сквозь рваную ткань виднелись глубокие следы от зубов, кровь текла по пальцам, капая вниз. Нога тоже горела огнём, а в ботинке уже было сыро. Раны выглядели страшно, но на деле проблема решалась быстро и просто. Он сосредоточился и для начала приказал боли уйти – та отступила на задний план.

— Уже нет, — ответил он спокойно. — Я смог её заглушить.

Виолетта моргнула.

— Невероятно! И совсем не больно?

— Первые секунды, да, — пояснил Демид. — Но я могу заглушить сильную боль.

— Но твои раны... — Виолетта указала на руку.

— Их сейчас не будет.

Демид сосредоточился и стал вливать ману в каждую клетку руки и ноги. Для начала он замедлил кровоток, затем заставил восстанавливаться повреждённые ткани. Края ран ожили, начали шевелиться, стягиваться. Через несколько минут на их месте находилась новая кожа. Остались только бледные полоски – эти следы, увы, не исчезнут. Вот только рубаха и штаны порваны, причём так, что придётся выбросить.

— Готово, — сказал он.

— Круто, — выдохнула Виолетта.

Демид отряхнулся, попробовал поправить одежду, но понял, что это бесполезно.

— Давно меня не ранили, — заметил он будто между прочим.

— Чёрт, — Виолетта потрогала его за здоровую руку. — Надо тебя умыть, а то руки и ноги в крови все. И переодеться бы тебе не мешало. Пошли.

Она потянула его в сторону парковки, Демид шёл, а в голове уже крутилась странная мысль: обычно после сильного страха людей трясёт с непривычки от адреналина, но Виолетта слишком спокойна. С самого начала она почти не удивлялась его рассказам. Не испугалась, когда он ударил того парня в парке. Когда на глазах зажили раны, просто сказала «круто». Не было ни истерики, ни шока. Словно фильм посмотрела. Как будто знала, что так и должно быть. Это ненормально.

Демид остановился, развернул Виолетту к себе:

— Слушай, — сказал он быстро. — Ты чего так спокойно всё принимаешь? Люди обычно в обморок падают, когда это видят. А ты даже не удивлена.

Виолетта загадочно улыбнулась.

— А что, надо? — спросила она игриво.

— Ну... Странно это. Ты будто знаешь уже всё. У вас тут были герои до меня?

— Про это я ничего не знаю, — сказала она спокойно. — А вместо того чтобы гадать, давай прокатимся в одно место?

— В какое?

— Укромное, — Виолетта подмигнула. — Где никто не помешает. Домой нельзя: родители там. Но я знаю одно необычное, но классное место.

Демид кивнул, хотя внутри всё горело от желания. Виолетта остановилась возле своей машины – большого джипа – и достала ключи.

— Поэтому, — продолжила она. — Я хочу отвезти тебя туда.

Промышленная зона

Машина остановилась. Демид оторвал взгляд от Виолетты, которой только что взахлёб рассказывал про свою способность управлять телом, и уставился в окно. Вокруг была самая настоящая заброшенная промзона: бетонные ангары, ржавые бочки, кое-где из земли торчали куски арматуры, сквозь трещины в асфальте лезла мелкая трава. Вдали находились какие-то дымящие заводы.

— Это что? — спросил Демид с нехорошим предчувствием.

Виолетта заглушила двигатель и улыбаясь повернулась к нему:

— Минутку терпения.

Она вышла первой, Демид выбрался следом из её джипа, с наслаждением разминая ноги. Тишина стояла полная, только где-то далеко каркала ворона да ветер шелестел мусором. Вокруг вообще никого.

И тут его осенило: а зачем куда-то идти? Можно ведь прямо здесь и сейчас. Машина рядом, девушка с классной жопой и сиськами, настроение у неё такое, что хоть сейчас бери и ставь раком. Он представил, как усаживает её на эти бочки или прижимает к дверце, затаскивает внутрь, и...

— Слушай, — начал он, делая шаг к ней, — а может...

— Нет, — сказала она, её голос моментально стал серьёзным. — Сначала дело.

— Какое, нафиг, дело? — Демид нахмурился.

— Ты спрашивал про других героев, — Виолетта сделала шаг назад. — Помнишь?

— Ну?

— Я соврала, сказав, что ничего не знаю про них, — Виолетта виновато потупила глазки, закусила губу и продолжила. — Не хотела тебе говорить и портить свидание. В общем, их ликвидировали. Почти всех, кто появлялся до тебя.

Он с недоверием посмотрел на неё. Шутит? Но по её виду он понял – не шутит. Она абсолютно серьёзна. Тут же в голове сложился пазл: почему Виолетта не удивляется его способностям, почему уклонилась от ответа на вопрос о героях, и почему он ничего не слышал о предыдущих своих соратниках, хотя они должны были появиться не один год назад. Сердце рухнуло куда вниз, под землю. Демид схватился за голову. Этого просто не может быть! Всех?! Тогда за его жопу тоже наверняка возьмутся!

— Стоп! А как же Колян?!

— Коля? — Виолетта удивлённо уставилась на него.

— Тот, кто вернулся первым. Он самый крутой среди нас.

— А-а-а, не уверена, что говорим про одного человека, — она поправила волосы. — Наверно, это его уничтожили ядерным ударом.

Он смотрел на Виолетту, не веря её словам.

— И что теперь, блин, делать?! — вздохнул он

Впрочем, вопрос был бессмысленным: его знакомая, наверняка не знает ответа.

— Я же говорила, что уничтожили не всех. Тех, кто встал на учёт, сотрудничает с властью, не только оставили в живых, но и ещё используют в различных боях.

— Кто они? — Демиду не нравилась идея контроля над ним, но стоило выяснить имена.

— В России героев на службе нет. Такие контрактники были только в Китае. Я даже не знаю, как у нас надо регистрироваться в СОК.

— Где?

— Специальный отдел контроля, — ответила Виолетта. — Военная организация. Они занимаются такими, как ты. Тебе надо отправиться к ним и встать на учёт.

— Чего?

— На учёт, — повторила она. — Там всё расскажут, объяснят правила. Есть, наверно, ограничения по использованию сил, чтобы ты не навредил обычным людям.

Демид слушал и чувствовал, как внутри клокочет злость. Ограничения? Ему? Да кто они такие, чтобы рамки ему ставить?!

— С чего бы мне кланяться перед ними? — спросил он жёстко.

— С того, — Виолетта говорила спокойно, будто ребёнку объясняла. — Так работают правила в нашем мире, Демид. Здесь за нарушения сажают в тюрьму.

— А если не хочу? — он сжал кулаки. — Если я не буду никому подчиняться?

— Ты готов работать на государство? — Виолетта чуть склонила голову.

Демид пожал плечами. Зарабатывать можно по-всякому, в том числе на службе у власти. Наёмником там, или ещё как. Он не думал, что его ожидает огромная зарплата или какие-то привилегии. Но дело было не в деньгах, а в ограничениях. В том, что кто-то будет ему говорить, что можно, а что нельзя. В том мире его постоянно бесила тупость короля, а также странные приказы и ограничения жрецов. Как же он ненавидел эти рамки, эти «нельзя» и «не смей»! И ему казалось, что на Земле власть будет точно такой же. Если что-то не меняется в разных мирах, так это человеческая тупость. Да ну нафиг.

— Нет, — отрезал он. — На хрен этот отдел.

— Почему?

— Потому что незачем, — усмехнулся Демид. — И что они смогут сделать? Да, многие убиты, но буду ещё герои. Я соберу их, тогда уже ничего боятся не придётся, и мы их заставим с нами считаться.

Виолетта покачала головой, в её глазах мелькнула какая-то странная эмоция.

— Слушай, извини, что испортила настроение — сказала он, шагнув ближе. — У меня для тебя подарок, который исправит ситуацию.

Она открыла сумочку, висевшую на плече, и вытащила оттуда пластиковый изогнутый прямоугольник, который своим изгибом и размером чем-то напоминал пистолет. Демид даже не понял, что это, а она уже направила эту штуку на него и нажала на кнопку.

Бах! Бах! Бах! Бах!

Резкие хлопки слились в один. Демид не успел среагировать – иглы впились в него сразу с четырёх сторон. Правую щёку, грудь, правое плечо, живот обожгло сводящей болью. В глаза ударил яркий свет, мир разлетелся на миллион осколков. Земля и небо закачались, и Демид рухнул на землю. Он попытался достать те иглы, что причиняли дикое мученье, но понял, что потерял контроль над мышцами.

Преодолевая мощный болезненный спазм, он направил в тело магическую энергию. Для начала выключил боль, а после усилил работу нервной системы, перебивая мешающие электрические импульсы, идущие от игл.

Левая рука дёрнулась к лицу, пальцы вцепились в какой-то предмет, торчащий из щеки, выдернули его. Потом достал второй такой же из плеча. Затем выдернул из груди и живота. Только тогда он успокоился и рассмотрел странное оружие. Какие-то дротики с тонкими иглами и пластиковыми коробочками на другом конце. «Грёбанные батарейки! — понял Демид. — Меня долбанули обычным шокером!».

Он повернулся в сторону въезда на промзону – джип Виолетты вылетел на дорогу и умчался прочь, только пыль закрутилась над асфальтом.

— Гнида, — прошипел он.

Демид ринулся туда, где визжали шины. Надо узнать, куда поехала эта дрянь, чтобы позже разорвать тварь голыми руками. Злоба кипела так, что он лишь в последнюю секунду заметил справа какое-то движение.

Раздался раскат грома – что-то ударило в бок с такой силой, что Демида швырнуло через стоящие рядом бочки, а рёбра взорвались болью. Он рухнул, не понимая, что случилось: лёгкие не слушались, в глазах темнело. Поднялся на колени, схватился за грудь – пальцы нащупали дыру, из которой хлестала тёплая кровь, заливая рубашку.

«Пулями в меня ещё не стреляли», — с каким-то странным спокойствием подумал Демид. Видимо, сказывался удар электрошоком и заглушение боли минутой ранее.

Он выглянул из-за бочек в поисках неприятеля, но людей не увидел. Вместо них из-за старых ангаров показались роботы: две боевые машины размером с собаку на гусеницах, с турелями и видеокамерами наверху. Над ними кружила пара дронов: маленьких, с ворону размером, крупными грузами под четырьмя пропеллерами, торчащими в разные стороны. «Из фэнтези в фантастику», — пронеслось в голове.

Как и раньше, Демид сначала убрал боль, чтобы проще сосредоточиться. В этот раз всё получалось быстрее. Далее он направил жизненную энергию на регенерацию, но не стал исцелять себя полностью. Понимая, что не успеет закрыть раны быстро, но он просто остановил кровь, свернув её. Нужно найти укрытие, чтобы вылечиться хотя бы частично.

Роботы уже объезжали его колонну, так что он вскочил и пригибаясь рванул зигзагами к распахнутым воротам цеха. Следующая пуля ударила в руку – Демид взвыл, но не остановился. Четвёртая пробила бедро, нога ослабела, он едва не рухнул, но успел влететь в распахнутые ворота и закатиться за упавшую бетонную колонну.

Он привстал, прижался спиной к холодному камню и посмотрел на свои раны: кровь заливала штаны, рубашка промокла насквозь. Боль адская, но он умел с ней работать. Сжал зубы, приказал телу затягивать раны, бросая все силы на исцеление. Кровь засохла моментально, раны тоже исчезали, но медленно. Слишком медленно.

«Меня же не пробить таким дерьмом! Как они это делают? — рычал мысленно Демид. — Бронебойные пули? Обычным железом меня не ранить».

Он выглянул из-за бочек: роботы приближались медленно, но методично. Летающие машинки не торопились действовать. Более того, в проёме ворот показалась лишь одна «птичка». Вторая, наверняка, обходит с тыла.

Демид тихо выругался. «Стальной Вождь, Чёрный Страж, — произнёс он мысленно имена своего меча и доспеха. — Ко мне!». Он знал, что оружие его услышало, и уже наверняка летело из города сюда. Но сколько потребуется минут? Пять? Десять? Слишком долго. Демид горько усмехнулся. Его вооружение противостояло магии, что было крайне важно в ином мире. Броня защищала от неё, а меч рассеивал и игнорировал магическую защиту. Вот только здесь всё это бесполезно.

Демид выглянул из-за колонны: робот на гусеницах полз к его укрытию, ствол шарил по сторонам, две «птички» уже висели у противоположных входов, как стервятники. В цеху находились старые бочки, валялись куски разрушенных бетонных панелей, а вдали стояло какое-то ржавое оборудование. Есть где укрыться.

Он ринулся вглубь помещения. Пули врезались в бетон там, где он только что сидел. Одна чиркнула по рёбрам, вырвав кусок кожи. Демид зарычал от злости и боли, но бежал дальше, петляя между колоннами.

Роботы прекрасно предугадывали каждое его движение. Следующая пуля задела плечо, вторая вспорола икру. Однако Демид успел укрыться за пирамидой ржавых бочек. Он чувствовал, как исцеление работает на пределе, быстро закрывая раны, но знал, что возможности организма не бесконечны: ещё пара попаданий и он истечёт кровью.

Нельзя прятаться, надо атаковать. Демид высвободил все ресурсы маны, укрепляя тело, резко повышая его скорость, прочность и силу. Это не будет продолжаться долго, но даст время, чтобы прилетел доспех.

«Посмотрим, кто кого!» — прорычал он и выскочил из-за угла, схватил здоровенный кусок бетона, размером с футбольный мяч, и швырнул в ближайшую «птичку». Попал! Летающая тварь оказалась не такой юркой и разлетелась на куски, столкнувшись с камнем, который улетел далеко на улицу.

Наземные машины начали стрелять. Пули доставляли сильную боль, оставляя крупные синяки, но кожу теперь не пробивали. Демид снова спрятался за укрытие, схватил бочку, но тут услышал громкое жужжание с другой стороны.

Вторая «птичка» уже пикировала прямо на него! Вспышка и грохот! Взрывная волна ударила по ушам, глазам, разуму – тьма накрыла Демида, вырубая все чувства.

Он пришёл в себя у стены, тряхнул головой, прогоняя звон. Перед глазами всё плыло, но он был жив и даже относительно цел. Только грудь превратилась в один сплошной синяк, да кровь текла из ушей.

— Фигня, — прохрипел он поднимаясь. — Таким взрывом меня не...

Автоматная очередь в упор прервала его брань. Пули врезались в грудь, живот, голову, швырнули его назад. Демид заскрежетал зубами от злобы, вскочил, прыгнул в сторону, глуша очередную боль. Затем влил в своё тело ману, укрепляя и усиливая его до максимума, и бросился на роботов.

Пули снова ударили в грудь, но теперь уже было не страшно. Голыми руками он вцепился в турель и гусеницу первого и дёрнул так, что металл затрещал. Ещё рывок и машина развалилась на части, брызнув искрами. Разорванный корпус он бросил во второго робота – от удара тот кувыркаясь улетел в стену, врезался, упал и затих.

Демид, тяжело дыша, выпустил кусок гусеницы и замер. Через ворота он видел, как на промзону въезжает новая техника: ещё два робота, но каждый размером с автомобиль. Тяжёлые, на гусеницах, с бронёй, каким-то оборудованием и крупнокалиберными стволами. А сверху донёсся странный звук: низкий, вибрирующий гул, нарастающий. Будто водопад рядом.

Однако в следующее мгновение в цех влетели детали его доспеха. Пластины брони закружились вихрем и стали приземляться на него, вставая на свои места. Наплечники, поножи, набедренники – всё само застёгивалось, затягивалось, прирастало к телу. Нагрудник сел и щёлкнул, соединяя все части в единое целое. В ладонь упал тяжёлый двуручный меч с тёмно-красными рунами на лезвии.

— Ну, мрази, — сказал Демид негромко. — Молитесь.

Пули забарабанили по доспеху, но он даже не покачнулся. Чёрный металл гасил удары, не получая даже вмятин. Демид прыгнул к машинам, взмахнул мечом – первый робот развалился на части. Второй попытался уйти, стреляя на ходу. Демид догнал его в три прыжка. Ещё удар – и тяжёлая машина перерублена пополам.

Сверху уже пикировали роботы-камикадзе. От одного Демид отпрыгнул – железная дура бахнула сзади, но ударная волна не причинила ущерба. Когда он приземлился возле ангара, второй врезался в стену рядом. От взрыва Демид почувствовал, как доспех заскрежетал, но выдержал. Он бросился в созданную в здании дыру, чтобы укрыться от возможных новых машин.

Но через пару секунд до него дошло, что роботов больше не было. Демид выглянул из укрытия: вражеской техники нигде нет, только мощный вибрирующий гул где-то сверху его ещё беспокоил.

— И это всё? — спросил он у пустоты.

Он подошёл к останкам ближайшего робота, пнул ногой. Такие машины просто так по промзоне не шастают, их завезли сюда заранее, спрятали в ангарах и ждали. А значит, Виолетта привела его в ловушку, всё было спланировано так с самого начала.

Видно, они рассчитывали, что девчонка сумеет уйти. Тяжёлые машины спрятали вдали, так как он мог их увидеть. А мелкие роботы должны были задержать Демида, чтобы они добрались до него вовремя.

Впрочем, они не учли одного момента: что его доспех не только может прилететь к нему, но и способен поднять его в воздух. «Взлетай!» — приказал Демид броне, и пластины оторвали его от земли. Он взмыл вверх, надеясь с высоты увидеть джип, догнать эту тварь, вытрясти из неё всё...

Но через секунду замер в воздухе. Источник шума нашёлся – вертолёт. Со стволами пушек и подвешенными ракетами. Он висел в полукилометре, разрубая лопастями воздух с тем самым гулом, который он слышал ранее. Демид рванул в сторону, но вертолёт даже не попытался его догнать, а просто висел.

Не успел он облегчённо выдохнуть, как из-под крыльев машины вырвались две ракеты. Ругаясь, Демид полетел вперёд, но тут же понял, что снаряды его догоняют. Тогда он выждал момент и резко ушёл влево. Но ракеты тоже дёрнулись в сторону, поднырнув под него.

— Вашу ма...! — успел крикнуть он, когда весь мир утонул в огне и адской боли.

***

Демид очнулся на земле. Перед глазами всё плыло. Тело ломило так, будто по нему проехала танковая дивизия. Но всё это не шло ни в какое сравнение с огромной, просто термоядерной болью в левой ноге.

Он приподнялся на локтях, посмотрел вниз и заорал: ниже колена ничего не было. Из искорёженного металла поножей торчали осколки кости, лоскуты мяса, кожа висела лохмотьями, а кровь заливала всё вокруг.

Ракета попала в сапог, уничтожила его вместе с ногой. Демид скрипел зубами, сдерживая вой, бросил останки энергии в регенерацию, пытаясь заткнуть рану, остановить кровь, но повреждений было слишком много, а маны – слишком мало.

— Суки! — заорал Демид в пустоту. — Суки-и-и!

Он попытался взлететь – доспех дёрнулся, но не оторвался от земли. Взрыв смял не только нижние, но вообще и все пластины, повредив руны. Летать больше не получится. А вибрирующий смертоносный гул снова нарастал: вертолёт заходил на второй круг.

Демид стиснул зубы и поднял меч. В нём ещё была энергия для одной магической атаки.

— Ну давай, — прохрипел он. — Я вас, уродов, в говне закопаю.

Когда вертушка показалась за деревьями, Демид взмахнул мечом, посылая в него приказ. Энергия вырвалась, устремилась вверх, превратила верхушки деревьев в щепки и ударила в вертолёт, начисто срезав ему хвост и повредив несущий винт. Машина тут же закружилась и пошла вниз, испуская тучу чёрного дыма. И летела прямо на него. Он попытался отползти в сторону, но двигался слишком медленно – вертолёт рухнул всего в паре метров. Новый взрыв и Демида опять накрыло тьмой.

***

Очнувшись, он понял, что всё ещё жив, иначе не было бы настолько больно в животе и ногах. Сколько времени прошло? Минута? Час?

Демид открыл глаза и осмотрел себя. Он лежал на спине, придавленный обломками. В животе торчал кусок лопасти вертолёта, кровь на левой ноге уже засохла, перекрыв рану, зато под щелями правого ботинка плясали языки пламени. Вокруг всё горело, дымилось, пахло керосином и металлом.

Он медленно выполз из-под завалов, скидывая с себя горячие куски обшивки. Кираса спасла: удар обломков пришёлся в основном в грудь. Здесь чёрный металл треснул, прогнулся, но выдержал. А вот живот... С ним всё было дерьмово. Но он сумеет исцелиться, надо только выбраться отсюда, спрятаться. А потом убить эту мразь.

Демид подтянулся на руках, встал на колено, поднял голову, чтобы осмотреться, и увидел танк. Огромная машина стояла в ста метрах, повернув в его сторону дуло. Хотелось сказать что-то, обматерить, плюнуть, заорать, но он успел только простонать:

— Что за...

Выстрел. Мир дрогнул, потемнел. Демид опустил взгляд: в груди, прямо в центре кирасы зияла огромная дыра размером с кулак. Он упал лицом в грязь и больше не шевелился.

Отчёт командованию

В хорошо освещённом помещении за длинным столом в мягких кожаных креслах сидело четверо: трое мужчин и женщина – все в гражданской одежде, хотя выправка выдавала военных. Перед ними лежали папки с грифом «Совершенно секретно», различные снимки тела и частей доспехов. Гудел кондиционер, освежая спёртый воздух.

Перед столом стоял высокий, широкий в плечах полковник с волевым лицом. Он опустил пульт, погасив экран, на котором только что мелькали снимки с места ликвидации.

— Пётр Ильич, если вы закончили отчёт по событиям, то расскажите про экспертизу, — обратился к нему толстенький маленький человек в очках за столом слева.

Тот посмотрел на сидящего: дорогие часы, спокойные, ничего не выражающие глаза. А ведь Пётр рассказывал о сложной операции, которая чуть не провалилась. Геннадий Сергеевич – его прямой начальник, но в вопросах оперативной работы почти не понимал и слишком спокойно воспринял его отчёт. Колесников человек аппарата: скрупулёзный, осторожный, с нужными связями, но боявшийся брать на себя ответственность.

— Экспертиза ещё не завершена, — сказал Пётр Ильич низким командирским голосом. — По телу: в момент смерти объекта кровотечение в повреждённой ноге уже остановилось, рана зажила, даже началась регенерация тканей. По мнению учёных, если бы не выстрел из танка, объект выжил, отрастил новую конечность и продолжил сражаться.

Справа нахмурил брови грузный мужчина с тяжёлой челюстью. Виктор Андреевич Громов – оперативник до мозга костей, который начинал с полевой работы и прошёл горячие точки. Он прочитал ситуацию правильно: попадание из танка прямо в грудь – настоящее чудо. Наводчик оказался снайпером. Без этого выстрела объект сбежал бы, залёг на дно, и потом его пришлось бы искать и добивать прямо в городе, посреди жилых районов.

— По оружию и доспеху, — продолжил Пётр. — Металл высокой плотности, магнитный. Предположительно железо с примесями, но уплотнённое в десять раз неизвестным способом. Мы видели, как меч создаёт энергетический выброс, но, разумеется, не можем воспроизвести его. Магия не поддаётся анализу существующими методами.

Пётр Ильич поднял глаза на седую женщину с острыми скулами. Орлова Валентина Петровна отвечала за аналитику и всегда настаивала на глубоком изучении объектов. Её положение было самым неустойчивым: имея буквально считаные дни перед началом операции, именно ей приходилось отвечать за ошибки разведки, причина которых всегда была в сжатых сроках.

Кроме того, исследование магического оружия современными методами не давало нужных результатов. Пётр сам пришёл из разведки и прекрасно знал, насколько мало времени и возможных средств для исследования таких аномальных предметов. Он провёл рукой по своей седой короткой военной стрижке, вытирая пот. Следующий пункт был неприятным для них обоих.

— Однако разведка так и не установила возможность полёта у доспеха и меча, — продолжил Пётр. — Это не было учтено в плане операции. Объект получил преимущество, из-за которого всё едва не сорвалось.

— Разведка не была провалена, многое удалось установить, в том числе скорость регенерации благодаря новой проверке с животными, — заметила Орлова, её пальцы сжали край папки чуть сильнее, чем требовалось. — Но думаю, что недостаток времени очевиден.

— Проверка оружия и возможностей цели – главная задача подготовительного этапа, — жёстко заметил Громов. — И то, что он мог быстро получить своё оружие – ключевой факт, меняющий всё тактику операции.

— Такое можно было выяснить лишь при разговоре с объектом, — возразила Валентина Петровна. — И как это сделать, если любой подобный диалог с ними быстро приводит к тому, что они сами начинают интересоваться нами.

На несколько мгновений все замолчали, не зная, что сказать о главной проблеме.

— Это уже не первый раз, — наконец, заговорил Пётр. — Мы плохо изучаем противника. Мы рассчитываем на внезапность, на то, что цель окажется слабее, но из-за плохой разведки всё идёт не по плану. В этот раз ситуацию спасли танкисты. Попасть со ста метров прямо в грудь человека – надо снайпером быть. К тому же пилоты вертолёта успели катапультироваться и уцелели.

Пётр Ильич обвёл взглядом присутствующих. На секунду в кабинете повисла тишина .

— Надо больше времени на подготовку, — сказала Орлова. — А не два-три дня, как сейчас. Вынуждена настаивать на этом. Я понимаю, что месяц – это нереальный срок, но нужна хотя бы неделя.

Она замолчала, посмотрев на остальных сидящих – Колесников покачал головой:

— Нельзя, чтобы наши цели узнавали о предыдущих убитых, — говорил он спокойно, но каждое слово звучало как окончательное решение. — Мы не поднимаем эту тему в СМИ, запрещаем её в играх, фильмах, крупных блогеров контролируем, но это даёт буквально один или несколько дней. Информации в сети предостаточно, вернувшимся достаточно лишь поискать её. Это вопрос времени, когда они спросят очевидные вещи.

Валентина Петровна хотела что-то возразить, но Громов подался вперёд к ней, упёрся локтями в стол:

— Если они узнаёт о том, как мы реагируем на предыдущих, то спрячутся и подготовятся к бою, — голос у Виктора Андреевича был низкий, с хрипотцой. — Тогда оценивать их станет значительно труднее. И это не говоря о том, что сражение выйдет на новый уровень сложности. А устранить без жертв среди населения и вовсе станет невозможно.

Конечно, Пётр Ильич понимал такую логику, но имелся и другой выход:

— Знаю, но время можно не менять, — предложил он. — Достаточно лишь увеличить число экспертов, а также используемое оборудование. На будущее предлагаю любое оружие и доспехи запирать в тяжёлом сейфе.

Валентина Петровна нервно барабанила пальцами по столу, она всегда старалась найти «договороспособные» объекты. И для решения этой задачи главным её ресурсом было время, которое ей заменить нечем. Громов одобрительно кивнул, он явно был на стороне Петра в этом вопросе.

— Я понимаю условия, — возразила Орлова после паузы. — Но данная тактика не поможет нам найти тех, с кем можно договориться, кто согласится сотрудничать с нами. Надо лучше изучать людей, искать подходы к ним.

Пётр Ильич сжал челюсть, и на скулах заиграли желваки. Что можно было ей ответить? На языке вертелось «лучше просто уничтожать без проверок», но ведь такое нельзя говорить в лоб, тем более руководству.

Он перевёл взгляд на худого смуглого мужчину, который до этого молчал. Трофимов Андрей Сергеевич был начальником отдела специальных проектов. Именно от него зависела разработка и финансирование вооружения.

— Мы можем увеличить число людей на проверке, — тихо ответил он. — Но лучше запирать оружие глубоко под землёй и не в сейфе, а в специальной камере уничтожения. Я уже дал задачу отделу разработки, но не уверен, что мы успеем к следующей операции. Однако время точно не можем увеличивать.

Удовлетворённый его поддержкой, Пётр шагнул ближе к столу и взял с него свою папку.

— Тогда прошу одно: готовить людей лучше, — у него было много претензий к агентам, но их желательно высказывать Громову наедине. — Один из агентов на месте решил проявить ненужную инициативу, допустив оскорбительную реплику в адрес объекта. Их задача – дать мелкий повод для конфликта, а не становится его причиной.

— Людям крайне опасно ссориться с объектами, — тут же закивал Колесников. — Какой смысл превращать весь парк и прилегающую территорию в зону испытаний с различными проверками, если сами оперативники плохо подготовлены.

— Вас понял, — кивнул Громов. — Усилим подготовку.

Тишина затянулась на пару секунд, Геннадий Сергеевич вытер пот со своей лысоватой головы и обвёл взглядом окружающих:

— Думаю, если ни у кого вопросов больше нет, то вы свободны, Пётр Ильич.

— Честь имею.

Он развернулся, вышел из зала, и дверь мягко щёлкнула за его спиной. В коридоре было пусто: только дежурный охранник в дальнем конце. Пётр шёл к лифту, и хотя его лицо оставалось спокойным, внутри всё кипело. Раздражение на себя, на эту дурацкую спешку, которая вечно мешает работать нормально... И ничего нельзя изменить, потому что время всегда против них.

Лифт открылся с тихим звоном, Пётр Ильич посмотрел на часы, нажал кнопку подземного паркинга и прислонился спиной к холодной стене кабины. Уже девять часов вечера, но Алексей Валентинович со своей командой должен быть во втором ангаре. Они всегда торчат там допоздна после тестов, где старик пилит своих инженеров. Или хвалит. Но скорее пилит: глава конструкторов редко бывал доволен результатами.

На подземных уровнях почти никого не было, и шаги Петра гулко отдавались от стен, обшитых металлическими панелями. Первый ангар, где испытывали отдельные узлы, он миновал быстро. Лишь заглянул на секунду, убедиться, что там пусто и нет ничего нового или интересного, и пошёл дальше.

Второй ангар находился в конце длинного коридора, за массивными дверями. Пётр приложил пропуск, и ворота со щелчком открылись. Внутри было светло, как днём. Ряды мощных ламп под высоким потолком заливали белым светом оборудование и бетонный пол, расчерченный разметкой.

У дальней стены стояли мишени: от простых квадратов в рост человека до сложных манекенов с датчиками. Посреди ангара на специальных подставках замерли образцы техники. Среди них выделялись два чёрных экзоскелета и ещё один в камуфляжной раскраске. Все снаружи были обшиты бронированными пластинами. Рядом на столах находились дроны разной формы, комплектации и размеров: от крошечных, с ладонь до крупных, с мотоцикл. В углу лежало новое крупнокалиберное оружие.

У экзоскелетов копошились люди в белых халатах. Над одним из дронов склонилась пара инженеров, что-то оживлённо обсуждая, а за ними ходил высокий, пожилой, но активный учёный – Алексей Валентинович, как всегда что-то бурчащий под нос. Видимо, чем-то недоволен – Пётр Ильич приготовился к неприятным новостям.

— В чём дело? — спросил он, останавливаясь рядом.

Алексей Валентинович обернулся. Подтянутый, прямой, несмотря на свои шестьдесят, с седой короткой бородкой и острыми глазами.

— А, Пётр Ильич, — старик махнул рукой на агрегаты. — Новости, знаешь ли, не очень хорошие.

— В чём дело? — тот подошёл к стендам, оглядывая прототипы.

— Экзоскелеты готовы. Указанный вес поднимают, скорость реакции гидравлики в норме. Но мы не учли один момент – изменение центра тяжести. С равновесием, знаешь ли, беда. Испытатель делает шаг – и его заваливает в сторону. Калибровка требуется, и немалая. Люди едва не падают при каждом резком движении.

— Что с ИИ? — спросил Пётр.

Алексей Валентинович вздохнул, потянул себя за бородку.

— Оборонная нейросеть штаба готова частично. Если сценарий шаблонный, то система справляется. Но в любой нестандартной ситуации эффективность падает до нуля. А у нас, знаешь ли, враги всегда уникальные. Не под шаблоны.

— Она вообще не готова?

— Нет, нейронка хорошо работает под контролем человека, если командир даёт чёткие указания и ясный порядок действий. Но самостоятельно она не справляется никак. Нужно много времени на её обучение.

— Так, — сказал Пётр, сдерживая нарастающее раздражение. — Что готово?

Учёный оживился. Подошёл к дальним стендам, где на стойках под прозрачной плёнкой лежало несколько образцов оружия.

— Крупнокалиберные автоматические пулемёты готовы, — он похлопал по массивному стволу. — Двадцать миллиметров, с вольфрамовым сердечником.

— Из таких без экзоскелета не выстрелишь, — перебил Пётр. — Отдача плечо вырвет.

— Ну да, — Алексей Валентинович поморщился. — Но вы спросили, что готово. Крупнокалиберное готово.

Он вернулся обратно, к столам, где стояли раскрытые контейнеры с дронами, и показал на огромный дрон, размером с мотоцикл. По мнению Петра, тот был слишком большой. Это он ещё без винтовых лопастей!

— Новый разведчик. Оптика мощная. Но вес... — он вздохнул. — Превысил расчётный ненамного, но автономность стала чуть ниже. Зато оптику разработали мощнее запланированного, поэтому сможет держаться на огромном расстоянии от цели. И он очень быстрый: догнать автомобиль для него не проблема. Отлично подойдёт для наблюдения за машинами в черте города и даже на федеральных трассах, но пока ограничен двумя тысячами километров.

Он сделал жест инженеру, и тот метнулся в сторону, принося с соседнего стола дрон куда меньшего размера, который легко помещался на ладонь. Правда, винтовые лопасти были велики, но, взяв его в руки, Пётр понял причину – робот оказался довольно массивным.

— Разведчик для городских условий, — Алексей Валентинович ткнул пальцем в его камеру. — С мощной оптикой, так что сможет держатся на расстоянии. Вес превышает расчётный, но мы установили новые винтовые лопасти, так что его подвижность осталась в рамках задуманного, но автономность снизилась. Держится в воздухе на двадцать минут меньше, чем планировали. Зато имеет инфракрасную оптику, так что можно использовать в ночное время.

Пётр Ильич молчал, его взгляд упал на новые, ещё меньшие дроны, размером с палец, и странными винтами в форме четырёхлистного цветка.

— А эти? — Пётр кивнул на аппараты.

— Тоже разведчики, но уже для наблюдения за целью вблизи. — Алексей взял одного, покрутил в пальцах. — Оптика заметно слабее, но шума почти не издают. Уже с десяти метров слышно, как комара над ухом. Идеальны для наблюдения в зданиях, разумеется, не в любых комнатах, но отлично себя показывают в коридорах или в больших офисных помещениях. В городе его вообще никто не заметит.

Пётр Ильич провёл ладонью по волосам. Полностью всем техническим требованиям соответствовал только один из дронов, а экзоскелеты вообще не были готовы.

— Так работать невозможно, — сказал он глухо.

Алексей Валентинович неожиданно улыбнулся, а острые глаза его блеснули.

— Знаешь ли, не всё так плохо. Экзоскелеты из Кореи уже получили. Собраны, работают. А партия дронов из Китая пришла ещё на днях. Там специалисты хорошо продвинулись.

Пётр облегчённо выдохнул.

— Так, — кивнул он. — Это уже новости.

— Пётр Ильич, — перебил его Алексей Валентинович. — Лучше скажите, как показал себя новый ИИ для ракет.

Эта новая разработка была крайне важной и сложной. Летающий человек не самолёт и не даёт мощного инфракрасного, радиоэлектронного и любого другого излучения. При этом из-за магии враги могли становиться невидимыми даже в обычном спектре. Ультразвуковое определение цели тоже имело недостатки. Наконец, скорость полёта объекта могла быть такой, что наведение ракеты внешним наблюдателем оказывалось бесполезным. В итоге единственно правильным решением стала разработка ракеты со встроенным ИИ и собственными системами наблюдения.

— Хорошо, — кивнул он. — Даже изменение траектории полёта сработало. Я уже сдал отчёт, так что сможешь посмотреть сам.

— Здорово, — улыбнулся конструктор. — Пойду, скопирую данные, прочту на выходных.

— Уже поздно, не перерабатывай.

Он развернулся и пошёл к выходу, оставляя Алексея с его инженерами. Сзади глава конструкторского отдела уже ругал кого-то за неправильно составленный отчёт.

Пётр вышел из ангара и сразу наткнулся на Веру: красивую молоденькую девушку с серо-зелёными глазами, её длинные светлые волосы были убраны в хвост. В джинсах, лёгкой куртке она выглядела непринуждённой, листая что-то в телефоне, прислонившись плечом к стене. Увидев его, убрала смартфон в карман и выпрямилась по струнке.

— Пётр Ильич.

— Луга, — кивнул он останавливаясь. — Хорошо, что ты здесь. Есть новое задание.

Он дал ей плотную коричневую папку, перетянутую резинкой. Вера взяла, но открывать не стала, ожидая пояснений. После операции ей дали три дня на отдых – стандартный протокол после боевого контакта, но отдых мог не дать нужного результата. Пётр остался доволен её реакцией, субординацией, спокойствием. Нет заторможенности, суетливости, рассеянности и других признаков ПТСР.

— Объект странный, — сказал Пётр. — Из дома почти не выходит. Еду предпочитает заказывать, а не ходить в магазины. Играет в компьютерные игры, чаще в одиночные, но бывает и в ММО, где с ними пообщались наши агенты.

Вера чуть склонила голову слушая. Пётр помолчал секунду и добавил:

— Подойдёт схема четыре.

Вера подняла бровь, на её лице мелькнуло быстрое, почти неуловимое удивление.

— Четвёрка? — переспросила она, открывая папку. — Никогда не применяли.

— Да, но я думаю, надо использовать новые решения.

Четвёртая схема подразумевала, что Вере сначала придётся познакомиться с человеком в интернете, а первые тесты и проверка объекта начнётся в онлайне. Он уже собирался отдать распоряжения, когда Вера заговорила снова:

— Пётр Ильич, я бы посоветовала не опираться на эти записи.

— Почему?

— Поведение людей в онлайне и офлайне сильно отличается, — пояснила Вера. — Многие позволяют в интернете то, что в реальности никогда бы не сделали. Люди теряют социальные границы не только из-за анонимности, но ещё из-за асинхронности между сообщением и реакцией собеседника, а также исчезновением маркеров статуса и авторитета.

Часть этих формулировок Пётр вообще не понял, но общий смысл уловил. Правда, у него появилось сомнение, что в этом споре была не профессиональная оценка, а что-то личное. Признаки ПТСР? Слишком быстро и горячо говорила. После парка она могла бояться вновь вывозить объект на ликвидацию и попытаться с ним договориться. Он перебрал в голове её поведение за последние минуты: голос до спора был ровный, моторика не выдавала напряжения. Всё же это, скорее, профессиональный конфликт.

— У тебя нет времени на полный анализ его личности. Твоя задача: провести тесты из четвёртой схемы и вытащить его из дома, заставить очередного психа проявить характер.

— Не стоит так оценивать каждого.

— И всё же я не думаю, что он чем-то отличается.

Вера закрыла папку, постучала по ней пальцем.

— Всё, что я вижу – просто геймера. Наоборот, с таким увлечением человек даст выход стрессу, найдёт друзей, социализируется.

— Познакомься с ним, поговори, проведи указанные тесты, а мы пока составим план ликвидации. Завтра в восемь брифинг. Не опаздывай.

— Мне нужно больше времени. Вы со своими планами ликвидации можете задержаться, пока Валентина Петровна не примет решение.

Пётр посмотрел на неё в упор: такое возражение граничило с нарушением субординации и походило на дерзость. Впрочем, Луга – протеже Орловой и чувствовала себя уверенно. По мнению Петра, они обе были идеалистками. Для них объект – возможный союзник, пока не доказано обратное. Это делает Веру ценной в переговорах: она всегда идёт до конца и готова на риски. Но по той же причине операции с её участием становятся опаснее. Идеалисты долго не живут в СОК. Если она не начнёт видеть угрозу там, где её нет на первый взгляд, то скоро Пётр будет описывать причины её гибели в рапорте.

— О сроках проведения операции не вам решать, — сказал он коротко. — Можешь вспомнить Демида: он тоже поначалу казался нормальным.

— Демид был хулиганом в школе, также имелись проблемы с родителями. Они лишь усложнились после возвращения. Он показал многие психопатические черты по тесту Хаэра. Наконец, он убил двух агентов в парке! У Артура тоже есть проблемы, но вполне обычные. Родители живы, он с ними провёл некоторое время сразу после возвращения. Они же помогли трудоустроиться.

— Никто не поменяет планы из-за подозрения, что с ним можно договориться, — ответил Пётр спокойно. — Изучи всё хорошенько и ты наверняка найдёшь отклонения.

Он не стал больше спорить и зашагал по коридору, оставляя Веру одну с папкой в руках. Сзади из ангара всё ещё доносилось недовольное бурчание Алексея Валентиновича.

Пётр Ильич был уверен, что договариваться с ними нельзя. Все эти «герои» получили свои способности в феодальном мире, где рабство и право сильного было нормой, а государственная власть держалась на таких же мощных воинах. Все они обладали мистическими, необъяснимыми способностями, а также богатым боевым опытом.

Вера профессионал, хоть и молодая, но мотивированная и своё дело знает. Но в работе она старается найти людей, с которыми можно договориться, а потом встроить в систему. Такие же идеи есть и в руководстве, но, по мнению Петра, всё это бесполезно и даже опасно. И ни к чему хорошему не приведёт.

Необычный экземпляр

Вера сидела на скамейке в парке и медленно ела мороженое. Солнце уже клонилось к закату, длинные тени от деревьев ложились на асфальт, а где-то вдалеке кричали дети, гоняя мяч. Она исподтишка наблюдала за Артуром, который сидел рядом. Обычный черноволосый парень в толстовке с капюшоном, джинсах, старых кедах. Довольно высокий и очень мускулистый, жилистый. Разве что глаза светло-карие, почти янтарные, которые ярко выделяются на загорелом лице.

Он был очень странный: непривычно спокойный и даже замкнутый, но не страдал неуверенностью, а скорее был интровертом. При этом импульсивность и нейротизм были низкими. Артур был достаточно ответственный и активный для меланхолика.

Но самое интересное, что от него исходило ощущение какой-то необузданной могучей силы, хотя он при этом старательно избегал ссор и конфликтов. Это было аномальным сочетанием для человека с его физическими данными. Такая мускулатура должна идти в паре с высоким тестостероном, который толкает к доминированию и конфликту. Ничего подобного у него не было, как и избыточного контроля, зажатости и телесных блоков.

Вера прокручивала в голове прошедший час: знакомство, прогулка, разговоры и скрытые тесты. Артур прошёл их все. Все до единого. Первый человек, который это сделал. Он старался уходить от конфликтов, если допускал ошибку, извинялся и даже испытывал чувство стыда. И не пытался её впечатлить.

Но при этом о себе рассказывал мало. Очень мало. Обычно говорил коротко, уклоняясь от ответов об ином мире, делая вид, что ничего не знает об этом. Последняя попытка – игра в слова-ассоциации, которая с Демидом сработала блестяще – провалилась с треском. Артур сначала называл скучные, бытовые ассоциации, но потом резко прекратил игру, не дав хоть какого-то представления о своей картине мире.

Смартфон в кармане сумочки коротко завибрировал. Вера извинилась, достала его, глянула на экран: «Доставка заказа №112 будет через пять минут». Сообщение говорило, что сейчас будет проверка собаками. Сердце пропустило удар от понимания, что протокол ломают. На данном этапе тест совершенно лишний, при этом он способен резко изменить поведение объекта, из-за чего пойдут ложноположительные реакции на эксперименты. Она быстро написала: «Я не готова забрать заказ».

— Валя, что-то случилось? — спросил её Артур басистым, хрипловатым голосом.

У неё было новое имя и биография для этой операции.

— Нет, всё отлично, — соврала Вера, приятно улыбнувшись.

Она тут же ответила: «Я не готова забрать заказ». Ей раньше не приходилось ещё отменять какие-то действия. Но она уже давно хотела перехватить управление, сделав свою экспертизу не формальным, а обязательным этапом, без которого ликвидация человека станет незаконной.

Не успела она положить смартфон, как он снова завибрировал. На этот раз сообщение вызвало у неё неподдельную ярость: «Принято. Заказ №112 будет через три минуты». Ей просто ткнули в лицо, что её мнение не имеет значения! Значит, Пётр уже сделал вывод и просто ищет формальный повод?

Она быстро набрала ответ: «Против. Объект не проявляет агрессии. Повторяю: против». Отказ от шифрования сообщения было грубым нарушением правил. Позже ей сделают выговор, но сейчас уже не до этого.

Ответ пришёл через несколько секунд: «Приказ командования. Готовность две минуты». Вере захотелось заорать от злобы или просто позвонить и обматерить Петра Ильича, но это было непрофессионально и в будущем лишь повредит.

Нужно грамотное решение. Надо позвонить и поговорить, но сделать это аккуратно.

— Вкусно? — спросила она, указав на его мороженое.

— Ага, — кивнул довольный Артур.

— Мне надо позвонить, — сказала Вера. — Хорошо?

— Я выброшу это, — он взял обёртки.

— Спасибо.

Он развернулся и пошёл к урне. Вера смотрела ему в спину, но потом спохватилась и взяла телефон. И тут услышала низкое, злобное рычание – слева из-за кустов вылетели две собаки. Артур даже не обернулся, когда они добежали до него, но неожиданно они остановились за пару метров, потом одна попятилась, поджав хвост, а вторая взвизгнула и рванула прочь. Через секунду обе исчезли в кустах – только ветки затрещали.

Артур бросил мусор в урну, развернулся и спокойно пошёл обратно, будто ничего не случилось. Вера смотрела на него, пытаясь понять, что сейчас произошло? Управление эмоциями? Нет, он вообще не делал хоть что-то. Возможно, это какая-то пассивная способность, не требующая внимания.

Артур сел рядом и посмотрел на неё своими тёплыми янтарными глазами. Вера поймала себя на мысли, что ощущение силы и превосходства увеличилось. Или просто кажется?

— Испугалась? — спросил он бархатистым голосом.

Вера моргнула, чувствуя, как бьётся сердце и горят щёки.

— Не успела, — ответила честно. — Всё слишком быстро произошло.

— Ну это... Хорошо, — Артур кивнул и снова уставился в сторону.

Вера лихорадочно соображала, что делать дальше, когда тишину парка разорвал крик.

— Вы ошалели со своими псинами! — орал прохожий, размахивая руками. — Они чуть человека не порвали!

По аллее шёл мужчина в деловом костюме. Он не был знаком Вере, не являлся оперативником или служащим СОК. Как он вообще очутился в парке, где проходила спецоперация? Кричал он на владельцев служебных собак, которые должны были провести чёртов «тест». Один из них с поводком в руке, второй с рюкзаком и в спортивном костюме.

— Спокойно, — первый поднял ладони. — Мы уходим уже.

— Спокойно?! — прохожий побагровел. — Да ваших псов усыпить надо!

— Ничего же не случилось. Всё под контролем.

Второй оперативник шагнул вперёд, заслоняя товарища:

— Мы уже уходим, — сказал он твёрдо.

— Ты чего совсем охренел?! — прохожий подошёл вплотную, нависая над парнем. — Я тебя сейчас научу как надо...

Вера внутренне похолодела: это не по сценарию. Прохожий – случайный человек, он не должен был вмешиваться. Сейчас начнётся драка, и проверка пойдёт прахом. А если Артур вступится за кого-то? Его способности могут причинить вред.

— Пошли, — вдруг сказал он и встал.

Вера поднялась за ним.

— Куда? Зачем? — спросила она, хотя уже догадывалась.

Артур лишь кивнул на разгоравшуюся ссору.

— Сейчас драка начнётся, — нехотя ответил он. — А я не люблю насилие.

Он развернулся и пошёл по аллее. Вера поспешила следом, бросив быстрый взгляд назад: там к случайному прохожему подоспели другие агенты, так что нестандартная ситуация уже разрешилась.

Они отошли достаточно далеко, когда Вера решила прекратить проверку. Конечно, это огромный риск: СОК ещё никогда не доходил до этого этапа. С предыдущими объектами либо становилось ясно, что они опасны и подлежат ликвидации, либо они сами нападали, срывая проверку. Это серьёзный риск, ведь они никогда ещё не доходили до следующей стадии и не прорабатывали возможные варианты развития событий.

Но ведь был положительный опыт в Китае: некоторые люди согласились сотрудничать. И работают на правительство до сих пор. Но это Китай. У них другие методы, менталитет, государственное устройство и ресурсы. К тому же Артур мало рассказал о себе и не было гарантии, что он отреагирует согласием или хотя бы спокойно.

Но если не сейчас, то когда? Артур вроде избегает насилия, предпочитает сидеть дома. Идеальных кандидатов не бывает. Вера достала телефон и написала короткое сообщение: «Действую по протоколу №2».

Они сели на другую скамейку, подальше от аллеи. Вера начала издалека:

— Ты с кем живёшь?

— Комнату снимаю, — Артур пожал плечами. — В общаге.

— Один?

— Ага. Сосед редко появляется.

— А родители?

— Далеко.

Вера кивнула.

— А ты? — спросил Артур.

— Одна.

— А родители? — он смотрел в сторону, но голос звучал участливо. — Далеко?

Вера немного замялась: всё же неприятно об этом говорить.

— Они умерли. Из-за войны первого вернувшегося сверхчеловека со способностями... Магическими. Отец был военным и погиб в бою, а мама пропала без вести.

Артур повернулся, в глазах мелькнула какая-то эмоция. Сочувствие?

— Кто он был? — спросил тихо. — Что с ним стало?

Вера вздохнула.

— Он появился непонятно откуда. Объявил войну всей стране. Уничтожил несколько правительственных зданий, военные базы... В итоге его убили ядерным оружием, но ценой огромных жертв. Мои родители погибли в одном из первых сражений в городе.

— Кошмар, — выдохнул Артур. — Соболезную.

Он помолчал.

— Я не знаком с Колей, но наслышан о его подвигах в ином мире. Там он был легендой. Были, конечно, и сильнее него, но из нашей команды он был самым крутым.

Вера насторожилась:

— Откуда ты знаешь о его подвигах в ином мире? Об этом нет информации на Земле.

Артур усмехнулся одними уголками губ.

— Потому что я тоже оттуда.

— Я поняла, — кивнула Вера. — Но почему не рассказывал о своих приключениях?

— Не люблю вспоминать, — буркнул он.

— Было много плохого?

Артур посмотрел на неё с какой-то грустью в глазах:

— Да, наверно.

— Ты вроде добрый парень. Я хочу помочь, чтобы ты не повторил судьбу своих предшественников.

— Не повторю, — сказал он спокойно.

— Будешь сотрудничать с властью?

— Не знаю.

— Будешь скрываться?

— Посмотрим.

— Расскажешь об ином мире? — Вера решила немного сменить тактику.

Артур поморщился, почесал голову, взлохматив и без того растрёпанные чёрные волосы.

— Насилие, война, мор, предательство кругом, — сказал он глухо. — Что ты хочешь услышать? Там все друг друга режут за власть, земли, ресурсы, магические артефакты. Даже просто так, ради забавы.

— Как ты вообще попал туда? Магия?

— Можно и так сказать. Деталей не знаю, я ведь не колдун. Но местные маги тоже не призывают нас самостоятельно. Не знаю, как всё устроено. Могу сказать только, что это происходит с помощью могущественных существ. Вроде богов.

Вера замерла.

— Богов?

— Ага. О них мало информации, — Артур говорил медленно, подбирая слова. — Богов много и с разными религиями. Даже дьявол есть. Но всё это не в нашем понимании, не в христианском. Они не создавали мир. Просто достаточно могущественные, даже по меркам магов, чтобы их называли богами. Эти существа сражаются друг с другом ради власти, влияния. Один из них призывает в свой мир людей с Земли.

— Земля интересует его?

Артур усмехнулся без веселья.

— Спроси что полегче.

— Как он выбирает людей? Как создаёт порталы?

— Ты спрашиваешь о том, что даже не все волшебники знают. Как я понял, призывают людей, которые чувствительны к магии. Но порталы также передаёт магию на Землю, повышая общий её фон. А возвращение героев ещё сильнее усиливает её.

— Но их убили, — сказала Вера. — Большинство отказалось сотрудничать и были ликвидированы. Неизвестно сколько точно, в сети есть информация о нескольких, но думаю, их куда больше.

— Их смерть лишь ещё сильнее поднимет уровень энергии. Пока они были живы, магия концентрировалась в них, а с их гибелью она вырвалась наружу.

— Тебе вроде плевать, — Вера прищурилась. — Они ведь твои...

— Мы не были знакомы, — перебил Артур. — Раз убили, значит, они были преступниками и тупыми, так что я не буду о них жалеть.

Вера смотрела на него и понимала, что с ним можно работать. Он не агрессивен, не лезет в драки, не рвётся к власти. Его не интересует месть за предшественников. Он хочет тишины и покоя. Идеальный кандидат.

Она должна была попрощаться. Задание выполнено: объект проверен, вердикт можно выносить заочно. Но вместо этого Вера услышала свой голос:

— А в какие игры ты играешь?

Артур удивлённо поднял бровь.

— В разные. В основном одиночные. А что?

— Просто интересно, — Вера улыбнулась. — Расскажешь?

Она знала, что нарушает протокол, знала, что Пётр Ильич будет недоволен. Но сидеть на этой скамейке, слушать его голос, ловить тёплый свет его глаз было приятно.

Раскрытие карт

Пётр Ильич вышел из машины возле пятиэтажки из серого кирпича. Здание было старым обшарпанным, с облупившейся краской на оконных рамах, кое-где оставались следы недавнего ремонта. Типичная общага для тех, кому некуда больше идти. Пётр осмотрел окрестности: ничего не вызывало подозрений, со стороны никого не видно, его люди надёжно скрыли своё присутствие. Разве что несколько машин, которые ранее не показывались в этом дворе, могли вызвать подозрение. Но они постарались выбрать старые авто, не привлекающие внимания в бедном районе.

Пётр Ильич нажал кнопку на замаскированном микрофоне, пристёгнутом к лацкану пиджака, и сказал:

— Всем группам: краткий доклад.

В наушнике раздался тихий голос:

— Группа «Восток»: вход перекрыт, объект не покидал квартиры, к нему заходил сосед, пробыл одну минуту, ничего не приносил и не забирал.

— «Запад»: окна под прицелом, на них плотные шторы, комнат не видно.

— Группа: «Центр»: БПЛА в воздухе, вся территория под наблюдением. Доклад от агентов: объект играет в ММО. Мы установили пару камер, так что видим его в комнате.

Петру было бы спокойнее, если группа «Запад» могла видеть их в помещении и при необходимости сделать прицельный выстрел. Но идеальных ситуаций не бывает.

Подъездная дверь поддалась с трудом. Внутри пахло кошками, сыростью и чем-то кислым. Пётр поморщился, но быстро поднялся на второй этаж и вышел в узкий плохо освещённый коридор, где лампочки моргали через одну. Объект, скорее всего, можно мотивировать деньгами, о чём говорила даже дверь, обитая старым дерматином, где номер «27» был нарисован краской от руки.

Пётр остановился, поправил пиджак, и коротко сказал в микрофон:

— Я у двери.

Когда он позвонил, то никаких шагов или скрипов с той стороны не услышал, хотя он был уверен, что хлипкая дверь вряд ли имеет хоть какую-то звукоизоляцию. И всё же через несколько секунд щёлкнул замок и на пороге появился высокий, мускулистый и смуглый парень в серой толстовке с угрюмым лицом, чёрными волосами и золотистыми глазами.

— Чего надо? — голос низкий, хрипловатый, настороженный.

— Артур Соколов? — он ответил властно, давая понять, что спорить не надо. — Меня зовут Пётр Ильич. Я знаю о твоих приключениях в ином мире. Нам нужно поговорить.

Объект молчал пару секунд.

— Откуда знаете?

— Долгая история. Впустишь?

Парень отступил вглубь прихожей, открывая дверь полностью.

— Заходите, — буркнул он.

Пётр шагнул внутрь и осмотрелся: узкий коридор, в прихожей шкаф, где по данным разведки хранилось копьё – оружие того мира. Его способности ещё не выяснили, но некоторые косвенные исследования показали, что оно заряжено какой-то энергией под завязку. Главная комната метров пятнадцать, у стены старый диван с продавленными подушками, рядом стол с недорогим компьютером, банки из-под пива – неудобное место для драки с превосходящим тебя противником. Занавески задёрнуты, так что царил полумрак – снайперам нельзя прицелиться.

Комната ничего плохого не говорила о владельце. Он взглянул на Артура: тот стоял у стола, сунув руки в карманы толстовки, смотрел спокойно, даже равнодушно. Затворник, таких много – это не повод для приказа на ликвидацию. Но что-то было не так. От всего его существа веяло чем-то жутким. Или, может, это просто паранойя?

— Меня зовут Пётр Ильич, — ещё раз представился он. — Я полковник Специального отдела контроля.

— Кого контролируете? Меня что ли?

— Всех, кто представляет опасность.

— Я что-то нарушил?

— Нет. — Пётр Ильич покачал головой. — Дело не в действиях, а в твоих возможностях. Такие, как ты, уже появлялись, и не все соглашались жить мирно. Поэтому было принято решение наблюдать за всеми, кто получил магические способности.

Он выдержал паузу, но Артур оставался спокойным и даже не смотрел в сторону шкафа, где находилось его оружие.

— Ты из иного мира, — продолжил Пётр. — Обладаешь способностями, которых нет у обычных людей, что делает тебя потенциально опасным. Наша задача — определить, представляешь ли ты угрозу для общества.

Он прошёлся по комнате, делая вид, что разглядывает её и не смотрит на Артура. Может, хотя бы так получится спровоцировать его?

— С первым из вас вышло плохо, — сказал Пётр, остановившись. — Парень, примерно такого же возраста, как ты. Вернувшись он сначала ничего не делал, мы даже ничего не знали о его способностях. Но он быстро обнаружил, что потерял всё: учёбу, карьеру, любимую девушку, даже друзей. Это сильно подкосило его, и он сорвался.

Артур отвёл взгляд.

— Сначала стал преступником, а потом попытался захватить власть. — Пётр говорил сухо, стараясь не выдавать собственную горечь от потерь. — Это была настоящая война с авиацией, танками. Ничего не помогало и пришлось применить ядерное оружие.

— Слышал, — сухо сказал тот. — Уже знаю людей, которые потеряли родных.

Пётр Ильич опустился на шаткий стул у стола. Артур остался стоять у окна, всё такой же расслабленный и даже с каким-то виноватым видом.

— Такие люди появляются во многих странах, — продолжил Пётр. — Почти все с боевым опытом, но что хуже – они привыкли решать проблемы силой.

Пётр пристально посмотрел на парня, но его лицо ничего не выражало. Вера была права: этот сильно отличается. Какой-то равнодушный и спокойный.

— Ты понимаешь, почему мы насторожены?

— Понимаю, — Артур кивнул. — Но я не такой.

Диалог шёл конструктивно, но именно это Петру не нравилось. Теперь нужно предложить сотрудничество, а если объект согласится, то встраивать в систему, постоянно следить и контролировать. Если бы парень начал бунтовать, то Пётр просто ушёл, отдал приказ на ликвидацию, а после операции забыл о нём.

— Знаю, мы присмотрелись, — ответил он и заставил выдавить себя следующие слова. — Ты нормален: есть увлечения, работа, поддерживаешь отношения с близкими. Мы считаем, что ты готов адаптироваться, встраиваться в общество.

Он сделал паузу.

— Поэтому к тебе отношение другое. Мы не враги, просто хотим, чтобы ты соблюдал законы. Силы свои можешь использовать как пожелаешь, но в разумных пределах. Во-первых, не в спорте: честные соревнования на равных оставь людям. Во-вторых, используй свои способности так, чтобы люди не замечали.

Артур слушал, никак не реагируя на ограничения и требования.

— Можешь пойти к нам на службу, — добавил Пётр. — Государство подберёт задачи под твои способности. Дадим образование, деньги, жильё нормальное, а не эту общагу.

Артур молчал и смотрел в пол. У Петра вдруг снова возникло ощущение, что с парнем что-то не так, но такое подозрение к делу не пришьёшь.

— Ну? — Пётр Ильич ждал. — Будешь работать на нас?

— Я не из тех, кто легко общается, — горько усмехнулся Артур. — И не горю желанием служить в армии. Мой максимум – консультирование.

Это заинтересовало Петра: вернувшиеся крайне мало рассказывали об ином мире, ведь их слишком быстро убивали. Ради важной информации он готов был сотрудничать с кем угодно, даже с потенциальным врагом.

— СОК будет рад полезным данным, и мы даже готовы заплатить, если, конечно, сведенья ценные.

— Сколько? — тут спросил он.

Пётр знал, что на него можно надавить деньгами, теперь нужно дать объекту заглотить наживку и аккуратно вытягивать информацию.

— Прилично, так что с одной консультации сразу компьютер себе новый купишь, — ответил он с удовольствием наблюдая, как парень оживился. — Но для начала нужно составить договор, а для этого вообще понять, стоят ли твои сведенья хоть что-то. Сможешь рассказать что-нибудь интересное?

— Что вам нужно?

— Ну давай начнём с чего-то простого, — протянул Пётр, закидывая идею, что вопрос якобы для него неважный. — Знаешь ли ты тех, кто должен вернуться или уже вернулся?

— Я мало знаком с остальными, — Артур пожал плечами. — Знаю, что Алёна и Саша вернулись, но фамилий не помню. Да они, наверно, и не говорили их никогда. Алёна из подмосковья, а Саня из Твери.

Пётр прошёлся по комнате, обдумывая информацию. Они следили тщательно за всеми пропавшими людьми, ведь все они могли попасть в иной мир. Так что зная имя и город, СОК быстро их найдёт. Это крайне ценная информация, но, разумеется, парню не нужно было об этом знать.

— Да уж, я надеялся на большее — со вздохом сожаления ответил Пётр. — Может, хотя бы знаешь кого-то, кто должен появиться в скором времени?

— Есть график возвращения героев, — сказал Артур спокойно. — Следующий вернётся ровно через неделю, поздно вечером, как стемнеет, но точное время сказать не смогу.

Пётр непроизвольно замер: если предыдущая информация была ценной, то сейчас произошёл настоящий прорыв. Зная график можно готовиться заранее!

— А где именно?

— Ну конкретной точки на самом деле я не скажу – это знает лишь герой. Но возвращают всегда недалеко от родного дома или места, откуда забрали человека.

Это заставило Петра замолчать. Теперь всегда можно предположить зону появления и вести объекты с первых же секунд.

— Я знаком со следующим, — добавил парень. — Его зовут Стёпа или Стефан, как он просит себя называть. Появится в этом же городе. Могу дать пару возможных мест.

— Это поможет, — кивнул Пётр. — Где?

— В парке Победы в центре или у него дома, но скорее всего в парке, — Артур посмотрел нерешительно. — И я хочу присутствовать, ведь это мой друг и мы...

— Исключено, — резко возразил Пётр. — Проверка вернувшегося – не твоя задача.

Артур нахмурился и отвёл взгляд.

— Но учтём ваши отношения, — добавил Пётр мягче. — И сообщим, что ты уже сотрудничаешь с нами.

Артур кивнул, затем подошёл к столу, взял небольшой листок, быстро написал на нём что-то и протянул Петру.

— Тогда передайте ему письмо, — сказал он. — Как встретите.

Пётр взял, развернул листок и замер: буквы были незнакомыми. Ни одного понятного символа. Скорее, это вообще не буквы – иероглифы или руны.

— Что это? — спросил он, поднимая взгляд.

— Письмо, — Артур пожал плечами. — Стёпа поймёт.

— Это что за язык?

— Иного мира, на нём многие говорят.

— Что здесь написано?

— Всего лишь приветствие и просьба сотрудничать.

Пётр смотрел на лист, и в голове крутились мысли. Просто послание другу? Или опасная шифровка? Надо отдать лингвистам, пусть изучают. Но время поджимает, лучше вручить агенту копию бумаги, на всякий случай. При этом желательно послание передать. Если и второй согласится работать, но узнает о недошедшем письме, то доверие подорвётся.

Он сложил листок, убрал во внутренний карман.

— Передам, — сказал коротко. — Теперь вынужден попрощаться. Завтра к тебе явятся два наших сотрудника поговорить об ином мире и возможном контракте. Предварительно позвонят, телефон твой мы уже знаем.

— Ладно, буду ждать, — кивнул Артур.

Пётр развернулся и пошёл к выходу. Когда он плотно закрыл дверь в наушнике раздался голос:

— Командир, всё нормально?

— Да, — ответил он, спускаясь по лестнице. — Оставьте группу наблюдателей и человека с дроном.

Он вышел из подъезда и глубоко вдохнул свежий вечерний воздух. Разговор прошёл лучше, чем он ожидал. Он не особо верил, что с кем-то из вернувшихся можно работать, но вот ценные сведенья от них – приятная неожиданность. Впрочем, всё когда-то случается впервые. Но и тут был нюанс – ему могли скормить дезинформацию.

Особенно беспокоило это письмо на незнакомом языке, которое наверняка является шифровкой. Нужно его проверить, прежде чем передавать новому объекту.

— Свяжите меня с лингвистами, — сказал Пётр в микрофон. — Срочно.

Странный парень

Поздним вечером на окраине парка Вера шла по аллее мимо высоких тополей, которые нависали над дорожкой, закрывая небо. Солнце уже почти село, только багровая полоска тлела на горизонте, пробиваясь сквозь ветви. Она поёжилась от холода, в который раз убедившись, что легко оделась. Впрочем, главное, чтобы объекту понравилось.

Вера достала листок, который передал ей Пётр. Он сказал, что это письмо от Артура к новому человеку – Стефану. Точнее, ей дали копию, которая была у каждого агента, который мог вступить в контакт. Вера знала, что не сумеет прочитать зашифрованное сообщение, но её притягивал сам неземной язык и письменность.

Она, вздохнув, положила листок в нагрудный карман блузки и достала телефон. На экране тишина: никто из группы не сообщал об изменениях. Значит, объект ещё не появился или оборудование не сработало, и они прошляпили его возвращение. Здесь гуляло сразу несколько агентов внедрения, наткнуться мог любой из них, но парк большой, так что они могли пропустить его.

В её наушнике в форме замысловатой серьги раздался голос Петра Ильича:

— Всем агентам, приборы зафиксировали гравитационные колебания. Объект должен появиться в любую секунду. Будьте готовы.

Вера улыбнулась: значит, теперь они могут отслеживать прибытие людей заранее. Она плохо понимала, как именно работает новая техника. Алексей Валентинович смог лишь объяснить, что они используют незначительный перепад в гравитации на Земле и в ином мире. Разница небольшая, но достаточная для обнаружения. Теперь нужно лишь увеличить число оборудования, сделать его повсеместным, и тогда они смогут обнаруживать их сразу же и везде, где есть приборы.

Она подняла голову и огляделась. Если он появится рядом, то прямо сейчас. И тут она увидела его. Молодой человек лет двадцати стоял на тропинке в десяти метрах от неё, там, где секунду назад никого не было. Просто появился из пустоты. Конечно, он мог прятаться в кустах и выскочить, когда она отвернулась. Но скорее он телепортировался. К тому же парень оглядывался, будто удивился, что оказался в парке и пытался понять, где именно он находится. И потом... Его одежда!

Вера едва сдержала улыбку: тёмное длинное пальто до колен, трость с набалдашником из чёрного камня, на пальцах массивные белые перстни. Тёмные волосы до плеч были уложены назад, открывая бледное до синевы лицо с острыми скулами. Он выглядел так, будто сбежал с костюмированного шоу. У неё в голове мгновенно пронеслось с десяток вариантов знакомства. Но Стефан не дал ей выбрать, а очаровательно улыбнулся и зашагал к ней. Вера вдруг поймала себя на том, что улыбается в ответ.

— Добрый вечер, — сказал он вкрадчивым, спокойным голосом. — Не боитесь ли вы одна гулять в столь поздний час?

Он остановился в паре метров. Странно, она должна напрячься, ведь он потенциально опасен, а она чувствовала себя совершенно спокойно.

— Немного, поэтому я иду на встречу с подругами. А вы откуда в таком виде?

Она кивнула его пальто и трость. Он выглядел так, будто сошёл со старинной гравюры. При этом абсолютно не стеснялся своего вида – один из признаков социопатии, но такие выводы делать пока рано.

— Приехал издалека, — ответил он уклончиво. — Хочу заняться чем-то весёлым. Могу составить вам компанию, если вы не будете скучными.

Почему Артур не рассказал о том, что он такой... Странный? Его уверенность, даже наглость напоминала Демида, но не вызывала неприятных чувств, скорее всё это было забавным. Она окинула его взглядом, пытаясь понять, стоит ли вообще продолжать знакомство. Лицо красивое, даже слишком красивое, а ещё очаровательные красно-карие глаза. Было что-то странное в нём. Загадочное и притягательное.

— Договорились, — сказала Вера, и сама удивилась, как легко согласилась. — Мои подруги ждут меня там.

Они вышли к освещённой части парка. Здесь было огромное открытое пространство, а в центре – большой пруд, вокруг которого стояли скамейки. Вода блестела, отражая лучи заходящего солнца.

— Что нынче показывают в кинотеатрах? — спросил Стефан, глядя на пруд.

— Не знаю, — Вера пожала плечами. — Давно не была, работала.

— Не желаете посетить? — Стефан остановился, повернулся к ней. — Кинотеатр далеко?

Вера кивнула в сторону высоток:

— Через пару кварталов.

— Вы на машине?

— Да, — неуверенно протянула Вера.

Стоило ли говорить правду? Вообще, диалог как-то резко пошёл не туда.

— Тогда едем.

— Подруг захватим, — Вера махнула рукой в сторону водоёма, где должны сидеть другие агенты. — Вон они на том берегу.

— Нет, — отрезал он мягко, но властно. — Отправимся вдвоём. Согласитесь, третья – всегда лишняя. Где ваша машина?

Вера указала в направлении парковки. «Да что я делаю?! — ругала она себя. — Надо вернуться к запланированной программе!». Но почему-то желания сопротивляться не было никакого. Она даже придумать ничего не успела, когда Стефан властно и нежно взял её за руку и повёл за собой.

В наушнике раздалось злобное шипение Петра Ильича:

— Луга, ты с ума сошла? Что ты...

— Это кто там пищит? — Стефан остановился прислушиваясь.

— Сообщение пришло, — быстро соврала Вера.

— Какое очаровательное украшение, — Стефан протянул руку и слегка коснулся её уха.

В наушнике раздался щелчок, и связь пропала.

— Изумительное изделие, — заметил он, убирая руку. — Кто такое подарил?

— Коллега на работе, — пискнула Вера, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

Они вышли на парковку. Несмотря на позднее время, всё пространство было заставлено машинами. Вера даже с трудом увидела свой «Haval». Зато рядом с ним обнаружила огромный джип «Toyota», который был припаркован вплотную так, что блокировал выезд. Вера усмехнулась про себя, удивляясь, как Пётр Ильич оперативно сработал. Теперь можно вернуться к предыдущему плану.

— Ну блин, — сказала она с досадой, показывая на авто. — Ничего не сделаешь. Надо...

Она не успела договорить – Стефан подошёл к нему, положил руку на капот и без какого-то напряжения толкнул. Машина сразу съехала в сторону, освобождая проезд. Джип остановился в нескольких метрах от прежнего места, перегородив теперь уже другой ряд. Стефан отряхнул ладонь и с довольной улыбкой повернулся к Вере.

— Прошу, — указал он рукой в сторону проезда. — Путь свободен. Можем отправляться.

Вера смотрела на него, открыв рот: «Land Cruiser» весит тонн пять, наверное.

— Ничего себе ты сильный! — вырвалось у неё. — А ты где так накачался?

Она не заметила, как шагнула к нему, протянула руку и потрогала его плечо, которое под пальто оказалось твёрдым как камень. От прикосновения сердце забилось быстрее, и Вера тут же отдёрнула ладонь, осознав, как сильно, до жжения пылают её щёки. И тут же поняла, что у неё подкашиваются колени от его красоты и что она смотрит на него и не может отвести взгляд.

— В любом месте можно, — ответил Стефан с лёгкой усмешкой. — Секрета здесь нет, уверяю вас. Лишь долгие годы усердия.

Вера хихикнула.

— А ты скромный!

«Да что со мной? — ругала она себя за свои спутанные и разбегающиеся мысли. — Возьми себя в руки! Ты на задании!». Но парень был слишком классный! Если окажется, что с ним нельзя работать, то это будет обидно.

— А чем ты увлекаешься? — спросила она, пытаясь прийти в себя.

— Стрельбой из лука, — Стефан прикрыл глаза, будто вспоминая что-то приятное. — Старинное благородное искусство. Должен признаться, я достиг в нём немалых успехов.

Вера нервно рассмеялась.

— Вот так?!

Ей надо было потянуть время, чтобы придумать повод не уезжать из контролируемой зоны, но пальцы сами собой нащупали ключи в сумочке. «Увози его, дурёха! — крикнула она себе. — Хотя нет, нельзя! Это работа. Надо вернуть контроль над ситуацией!».

— Так чего же мы медлим? — спросил Стефан, глядя на неё с лёгким любопытством.

— Ничего, — выдохнула Вера. — Садись.

Она нырнула в машину, он сел на пассажирское рядом. Очень близко. Вера чувствовала его терпкий, с нотками вина запах. Ей захотелось прямо сейчас, не думая о последствиях, прижаться к нему плечом, почувствовать его тепло.

— У вас пылают щёки, — заметил Стефан. — Всё хорошо?

— Да! Мне ещё никогда не было так здорово!

— Осторожно, — он улыбнулся, и в глазах мелькнуло веселье. — Не влюбись.

Она покраснела ещё сильнее и отвела взгляд.

— Поздно.

Стефан наклонился, приблизился и обнял её: одна его рука взяла её за плечи, едва коснувшись груди, а вторая уверенно и спокойно легла на бедро. Вера не выдержала и сама потянулась к его губам.

— Что это? — вдруг спросил он, слегка отстраняясь.

Вера хотела продолжения и раздражённо посмотрела на него. Стефан убрал руку от её плеч и развернул в ладонях листок. Письмо Артура!

Стефан пробежался по бумаге, отчего его глаза расширились, затем он ещё раз стал читать, будто не понимал, что там было написано, а брови его поднимались всё выше. А Вера сидела и чувствовала, как отступает наваждение.

И вдруг она поняла, что это были не её чувства. Он как-то влиял на неё, гипнотизировал, подчинял своей воле. Теперь будто пелена упала с глаз. Ещё минуту назад она готова была отдаться ему прямо здесь, в машине, а теперь смотрела на него и видела лишь обычного человека. Во внешности она уже не находила ничего удивительного, а из-за бледности его даже красивым назвать нельзя. К тому же она знала, что он опасен.

И ей вдруг стало стыдно. Прямо до желания провалиться сквозь землю. Как она могла? Как позволила себя так легко сломать? Захотелось выскочить из машины и убежать.

— Кто с вами ещё, кроме Артура? — голос Стефана стал другим: жёстким, холодным.

Ей показалось или он стал каким-то злобным? Вера с трудом посмотрела ему в глаза: было страшно и невыносимо стыдно от унижения.

— Пока только он.

Стефан усмехнулся – улыбка вышла не такой очаровательной, как прежде.

— Остальные?

— В России первый был убит ещё много месяцев назад, — Вера заставила себя говорить спокойно. — Информации о нём до его восстания почти нет. Так что не совсем ясно, из-за чего именно он вдруг сошёл с ума и решил подмять под себя страну. Он оказался самым сильным: уничтожил несколько военных баз, государственных зданий. Его смогли победить лишь ядерным оружием.

— Коля, — Стефан покачал головой. — Будь он неладен. Он был сильнейшим среди нас. Жаль, что своё могущество направил не туда. Ещё кого нашли?

— Позже мы обнаружили ещё нескольких, — добавила Вера. — Они отказались с нами сотрудничать, но вели себя спокойно, так что СОК оставила их в покое, но позже все они стали опасными преступниками.

Стефан никак не прореагировал, будто ему было всё равно, так что Вера продолжила:

— Один был по-настоящему безумным: легко приходил в ярость. Жуткий, со шрамами через всё лицо и беловолосый.

— Руслан, — улыбнулся Стефан. — Истинный варвар. Ему даже прозвище Викинг дали. Удивительно, но до попадания в иной мир он был скромным парнем.

Вере вдруг показалось, что он доволен результатом их работы.

— Второй тоже был спокойным, он даже нашёл работу, жильё. Мы его сначала оставили в покое, но потом узнали, что он подмял под себя все преступные организации в стране. Он мог телепортироваться и видеть сквозь стены. Выследить его оказалось нелегко.

— Ясно, — Стефан усмехнулся. — Игорь из Теней.

Он повертел письмо в руках, спрятал во внутренний карман пальто.

— Обо мне узнали от Артура?

— Да, — Вера кивнула. — Он сказал, что есть график возвращения, что знает тебя и возможные места, где ты появишься.

Стефан покачал головой:

— Это не совсем график. Отправляют людей, когда могут, всё же война в том мире ещё идёт, и основные силы пока заняты. Так что известна лишь дата следующей отправки. Кстати, я даже знаю нового человека.

Вера насторожилась.

— Кто он?

— Появится в этом городе через неделю, — Стефан посмотрел на неё. — Но место не могу сказать, я ведь его и сам не знаю.

Вера внутренне выругалась: недели мало. Новые приборы засекают телепорты на приличном расстоянии, но до следующей отправки они не успеют произвести много оборудования и покрыть весь город. Так что придётся его искать не один день.

— Как его зовут? — спросила она, надеясь на лучшее.

— Вова Ежов.

Вера мысленно обрадовалась. Найти пропавшего человека по базам – дело нескольких часов. Она оценивающе посмотрела на Стефана. В теории, она должна рассказать о СОК и предложить сотрудничество лишь после проверки. Но всё пошло не по плану, хотя он отреагировал спокойно на новости о ликвидации предыдущих героев.

И всё же у Веры оставалось ощущение, что что-то не так. Стефан вроде нормальный парень, но слишком легко начал применять свои способности. К тому же его умение управлять эмоциями её пугало. С другой стороны, он не сделал ничего противозаконного и не демонстрировал признаков социопатии. Хотя в своей способности оценивать этого человека Вера теперь сомневалась.

— Ты будешь сотрудничать с нами? — всё же решилась она спросить прямо.

— Благодарю за предложение, — рассмеялся он холодно. — Но вынужден отказаться.

А вот это серьёзная проблема. Пётр Ильич не оставит его в покое, узнав о способностях парня. По факту, он своим умением управлять эмоциями поставил СОК перед выбором: подчинить, склонить к сотрудничеству или уничтожить. Оставить в покое – не вариант.

— Не беспокойтесь, — добавил Стефан. — Я не доставлю вам хлопот. Даже смогу проконсультировать по некоторым вопросам, но позже. Увы, меня ждут неотложные дела.

Вера выдохнула. Неужели получилось? Хоть где-то ей сегодня повезло.

— О Вове, впрочем, скажу особо, — Стефан стал серьёзен. — Не похож на предыдущих: спокойный, вежливый, интеллигентный. Человек, с которым приятно провести время.

Он помолчал и продолжил:

— Но помните главное: он фанатик своего бога и сделает всё, что тот ему скажет.

— Что его бог хочет? — насторожилась Вера.

— Понятия не имею, — Стефан развёл руками. — Но какие-то планы на Землю есть. Так что даю простой совет.

Он посмотрел ей прямо в глаза:

— Лучше сразу убейте его.

— Мы контролируем ситуацию, — сказала Вера, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Стефан криво, даже злобно усмехнулся.

— Вы уже пропустили нескольких: Антон, Серёга, Алёна... И это лишь те, кого знаю я.

Он открыл дверцу машины, вышел, но затем обернулся и заглянул в салон:

— Мы ещё свидимся, Вера.

И пошёл в темноту парка. Вера выхватила телефон, чтобы сообщить, что объект уходит, но обнаружила, что Стефан исчез, будто его и не было вовсе. Она откинулась на спинку кресла, сжимая руль. Только сейчас она поняла, что знакомство было таким быстрым, что она не успела даже сказать своё имя. Откуда он узнал, как её зовут? А ещё он обещал связаться с ней, но номера её телефона не спросил.

— Чёрт, — выдохнула она. — Чёрт, чёрт, чёрт.

Достижения разведки

Пётр Ильич зашёл в отдел наблюдения. Со стороны комната могла бы показаться обычным офисным помещением с компьютерами и оргтехникой, если бы не люди, которые вместо рубашек и футболок носили военную форму СОК.

— Показывайте, что сумели найти, — потребовал он у дежурного офицера.

Его вызвали из-за «интересной записи», которую получили при наблюдении за Артуром. За ним смотрели круглые сутки. Следили бы и за Степаном, если бы он не исчез в парке, проскочив каким-то чудом мимо всех сотрудников.

— С Артуром встретился Степан Валерьев.

Пётр замер на пару секунд.

— Повтори, — потребовал он. — Тот самый, что был с Лугановой?

— Так точно. Мы засекли их встречу в клубе «Парнас». Мы смогли прочитать их общение по губам и даже восстановили диалог с помощью нейросети. Хотите посмотреть?

— Спрашиваешь! Выведи на большой экран, — указал Пётр на огромный телевизор, висящий на стене.

Сотрудник кивнул и нажал пару кнопок. Тут же на мониторе отобразилась картинка. Пётр увидел обычный клуб: темно, люди танцуют, но звука не было.

— Мы удалили любой посторонний шум, — пояснил офицер.

Пётр лишь кивнул, наблюдая, как Артур сидит за столиком в дальнем углу клуба. Рядом с ним светловолосая девушка в коротком платье и с бокалом в руке. Она что-то говорила, наклоняясь к его уху, Артур радостно кивал.

— Что за девушка?

— Это не наша сотрудница. Они познакомились в клубе. Артур провёл у неё ночь, так что установить прослушку пока не удалось. Выяснили её близкие связи – ничего серьёзного.

Артур вдруг выпрямился – Степан вышел из служебного коридора в своей дурацкой старомодной одежде.

— Стоп! — скомандовал Пётр. — Откуда он появился?

— Мы не смогли это выяснить, — сконфуженно ответил подчинённый. — Камеры стоят везде, кроме пары служебных помещений. Оттуда он и вышел, но как там оказался, неясно. Возможно, умеет телепортироваться.

— Чёрт! — процедил сквозь зубы Пётр.

Этот парень с каждой минутой становится всё опаснее. Теперь он жалел, что не прикончил его на месте сразу же, без проверки.

— Ты голоден? — спросил Артур, глядя на приятеля снизу вверх.

Стефан остановился у стола, глазами задержался на девушке.

— Да, но это подождёт. Ты знаешь, кто прибудет следующим?

Артур помолчал секунду, потом повернулся к спутнице.

— Сходи потанцуй, — кивнул он головой в сторону людей. — Я сейчас подойду.

Девушка надула губы, отставила бокал, встала, бросила на Артура обиженный взгляд, но он не смотрел в её сторону, и тогда она фыркнула и ушла, качая бёдрами. Пётр даже губу закусил: поведение Артура явно указывало, что он не знает о наблюдении, но при этом хочет поговорить о деле. Значит, он сейчас услышит ценную информацию.

— Ну? — Артур поднял глаза на Степана. — Кто?

Тот не торопясь сел на диван рядом, положил трость на стол, откинулся на спинку.

— Его преосвященство Вильгельм фон Айхенвальд, — произнёс он с расстановкой.

— Стоп! — снова скомандовал Пётр. — Это что ещё за Вильгельм?

— Слушайте дальше, — посоветовал дежурный офицер.

Артур нахмурился, видимо, он тоже не понимал, о ком речь:

— Кто?

— Вова Ежов, — усмехнувшись ответил Степан.

Пётр чертыхнулся. Этот «Стефан» очевидно любит дешёвый пафос, красивые имена и словечки, а также бриллиантовую пыль в глазах собеседника! Ну, что за клоун?!

— Блин, — поморщился Артур.

— Именно. Надо действовать, — кивнул Степан. — С учётом прошлого, не удивлюсь, если СОК попытается устранить его. Но сколько времени пройдёт? Мы должны нанести удар первыми, чтобы Вова не успел причинить нам вред.

Степан подался вперёд, опёрся локтями о стол:

— Сколько у тебя дней?

— Трое суток, — ответил тот глухо.

— Он прибывает послезавтра, к тому же не думаю, что его найдут сразу — Стефан чуть склонил голову. — Так что ты будешь в наилучшей форме.

Артур резко повернулся к Степану.

— Я уже сделал свою работу, — возразил он, в его голосе явно чувствовалось раздражение. — И не хочу участвовать в будущих сражениях.

Это было интересно. У вернувшихся «героев» были какие-то свои конфликты? Или этот Ежов действительно опасен, а они хотят устранить его, чтобы он не бросал тень на них? И о каких сражениях идёт речь?

Степан смотрел на него спокойно.

— Ты знаешь, что не сможешь сотрудничать с ними, — холодно произнёс он и добавил с грозным шипением. — Так что постарайся быть при возвращении Вовы?

Артур молча поёжился под его пристальным взглядом.

— Если позаботишься о нём, то будешь свободен — мягко продолжил Степан. — Я даже помогу тебе сбежать далеко в леса, чтобы ты не участвовал в дальнейших событиях, раз они тебе не нравятся.

Пётр опёрся руками о стол, чувствуя, как бешено колотится сердце. Это двое только что начали обсуждать какую-то заварушку или ему показалось?!

— Чего сам не займёшься? — спросил Артур ровно. — Ты гораздо сильнее меня.

— У меня иные заботы, — спокойно ответил Степан. — К тому же они уже пропустили нескольких. Их нужно отыскать, пока не поздно.

— СОК вроде уже нашёл пару, — заметил Артур. — По крайней мере, они пытались узнать детали об Алёне и Саше. Думаю, вышли на их.

«Умный, гад», — выругался про себя Пётр. Всё же они недооценили его. Нельзя было посылать агентов с расспросами по объектам.

— Мы не знаем, как всё обернётся, а посему лучше перестраховаться, — продолжал давить на него Степан. — Контроль не бывает лишним.

— Мне не разрешали присутствовать при контакте с тобой, — отвёл взгляд Артур. — Вряд ли сумею чего-то добиться в этот раз.

— Я поговорю с Верой и остальными, — сказал тот спокойно. — Вот увидишь, они сами тебя уговаривать будут.

От такой наглости у Петра едва челюсть на пол не выпала. Этот выпендрёжник вздумал здесь командовать! «Веру надо отстранить от работы, — сразу решил Пётр. — К тому же она серьёзно подвела нас в последней операции». Но он тут же взял себя в руки. Такой шаг даст врагу понять, что они знают о его планах. Так делать нельзя, скорее наоборот, нужно позволить ему действовать и узнать о его навыках, целях, связях.

Он вспомнил, как руководство настояло на участии Артура в операции. Тогда он списал это на необходимость проверки парня в контролируемой ситуации. А если Стефан уже влияет на кого-то? Например, на Виктора Андреевича, который отвечает за оперативное направление? Или на Орлову, которая всегда давила на диалог с объектами?

Степан поднялся, опираясь на трость.

— Нам не стоит долго бывать на людях вместе, — произнёс он, глядя на Артура сверху вниз. — Не хочу, чтобы о наших разговорах узнали посторонние.

Степан развернулся и пошёл к тому же коридору и служебным помещениям. Видеозапись остановилась, экран погас.

— И всё? — спросил Пётр.

— Так точно, — кивнул офицер. — Больше встреч с ним не было.

Пётр задумался. Ситуация была совершенно непонятной. На видео не было каких-то серьёзных доказательств, что эти двое затевают что-то недоброе. При этом до появления Ежова оставалась пара дней и подготовка шла полным ходом. В новую программу уже были включены Вера и Артур. Можно всё отменить и начать подготовку с нуля. Но согласится ли руководство? Очевидно, нет.

Уж лучше пойти на поводу у заговорщиков, притвориться, что ничего не знаешь, и посмотреть, что они затевают. Тогда хватит увеличения боевой группы, а также дополнительного силового сценария, когда на месте окажется сразу несколько целей.

«И Веру отстранять нельзя, — решил он. — Это станет слишком заметно. Если он следит за ней, то его реакция на её отстранение будет непредсказуемой».

— Вызови мне майора Комарова, — попросил Пётр.

Дождавшись звонка, но вздохнул, собираясь отдать один из самых неприятных приказов.

— Валера.

— Слушаю, товарищ полковник.

— Вот тебе приказ: установи наблюдение за Верой Лугановой.

— За Верой Дмитриевной? — майор, видно, не поверил своим ушам.

— Да, за ней. Разумеется, скрытно, — подтвердил он. — И подбери новых людей, которых она ни разу не видела.

Была бы возможность, Пётр сказал бы следить и за руководством. Но, во-первых, приказ этот опасно отдавать, а, во-вторых, Стефан знает лишь Веру и на других оперативников должен выходить через неё, так что можно пока обойтись лишь контролем за ней.

Интересные факты

До того, как провалиться в иной мир, он книг не жаловал, а теперь Вова стоял посреди библиотеки и чувствовал себя так, будто зашёл в родной храм. Высоченные потолки, ряды стеллажей, огромные окна, через которые лился свет. Тишина стояла такая, что было слышно, как где-то тихо поскрипывали половицы под ногами редких посетителей.

Он подошёл к стойке, протянул библиотекарю список, та кивнула и ушла между стеллажами. Раньше Вова никогда не читал церковных книг, вообще не был религиозным человеком, пока не попал в иной мир. Впрочем, сейчас его отношение верой назвать нельзя. Это скорее чёткое знание, что боги существуют. Он видел их деяния, регулярно получал откровения и обладал их дарами.

В ином мире Вова убивал драконов, химер и других существ, о которых ранее читал лишь в сказках, да видел в фильмах. Но если они существовали там, тогда как о них узнали на Земле? Ответа в библиотеке он, скорее всего, не найдёт, но ему было интересно, что говориться в сборниках народных мифов и религиозных текстах.

К тому же надо начинать подготовку к распространению Слова Света, для чего неплохо бы узнать местные религии, а также их историю. Вообще, стало бы намного проще заниматься пропагандой, если он мог творить чудеса, но большая часть возможностей осталась в том мире, ведь сила Повелителя Света на Земле серьёзно ограничена. Лишь благодаря амулету солнца Вова ещё может получать защиту своего господина.

Так что первое время придётся действовать тоньше, а для начала надо изучить местные верования, почему и он зашёл сюда, чтобы получить информацию. Библиотекарша как раз пришла с книгами по теме, он сложил их в рюкзак, поблагодарил и вышел в коридор.

Навстречу ему шла красивая длинноволосая блондинка в красной юбке и белой блузке. Но больше всего Вову заинтересовали её серо-зелёные глаза. Именно такие глаза он видел в очередном пророческом сне. С этой девушкой было связано несколько видений, и все они были кошмарными – один хуже другого.

Она шла, согнувшись под тяжестью огромной сумки из коричневой старой кожи, которая явно набита под завязку книгами, потому что руки девушки дрожали от напряжения. «Может познакомиться? — он не знал, что делать: пророчество явно было недобрым, и неясно, какое действие спровоцирует приближение будущего. — Впрочем, бежать от опасности не в моём стиле».

Конечно, всё неожиданно, но Вова был вполне уверен в себе: он хорошо одет (брюки, рубашка), красив, с тонкими чертами лица, аккуратной стрижкой. Вот только в голове оказалось пусто – он совершенно не знал, что сказать.

И в ту же секунду сумка не выдержала и швы на её боку разошлись с душераздирающим треском – содержимое водопадом рухнуло на пол. Книги, брошюры, какие-то папки – всё разлетелось по мраморным плитам. Девушка охнула, кинула сумку и присела на корточки, пытаясь собрать разлетевшиеся бумаги.

— Помочь книги донести? — спросил Вова, уже собирая брошюры.

— Да, было бы неплохо, — девушка залилась звонким, как колокольчик смехом. — У меня есть пакеты. Если разделим на двоих, донесём до моей машины.

Она порылась в остатках сумки, вытащила пару плотных пакетов. Вова помогал складывать книги, краем глаза читая названия: «Криминалистика», «Уголовный кодекс РФ», «Судебная психиатрия». Странный набор, непохожий на лёгкое чтиво.

— Где учишься? — спросил он, когда они наполнили первый пакет.

— РАНХиГС, на последнем курсе, — девушка поправила выбившуюся прядь. — Дипломную работу готовлю.

Вова сразу понял, что она врёт. Один из даров Повелителя Света был в том, что он всегда распознавал ложь. Оставался вопрос, почему она солгала? Но тут, наверно, всё просто: она для подруги их взяла и решила произвести впечатление. Это нормально, все хотят выглядеть лучше. Пока в девушке он не видел ничего странного.

— А ты где учишься? — спросила она, поднимаясь с пакетом. — Или работаешь?

Вова взял оба пакета, встал рядом.

— Ни то, ни то, — ответил он честно. — Я скорее занимался духовной службой.

— О... — она чуть приподняла брови. — Интересно.

Он поставил один из пакетов и протянул свободную руку:

— Я Вова. А ты?

— Валентина, — девушка пожала ладонь.

И снова ложь. Вова почувствовал сразу, что она назвала ненастоящее имя. А вот это уже его насторожило. Зачем скрывать имя? Или она всегда представляется Валентиной, потому не любит своё имя?

Они вышли из библиотеки. Солнце уже клонилось к закату, но вокруг всё ещё суетились люди, ездили машины, на детской площадке кричали дети.

— Где твоё авто? — спросил Вова.

Валентина – или как там её на самом деле – указала рукой за библиотеку

— Там. А ты чем увлекаешься?

— Времени мало было, — Вова пожал плечами. — Так что, наверное, ничем. Но сейчас хочу посвятить себя древней истории и археологии.

Они завернули за угол, прошли мимо кафе и вышли на парковку.

— О, какая машина! — вырвалось у него, когда он увидел её джип.

Валентина остановилась, проследила за его взглядом.

— Они сейчас самые популярные в стране, — сказала она с лёгким удивлением. — Ты что, китайских машин не видел?

— Нет, — честно ответил Вова.

— Странный ты. — Она чуть склонила голову, разглядывая его. — Ты где жил раньше?

— Очень далеко, — Вова улыбнулся. — В глухомани.

— У вас там машин, что ли, нет?

— Много чего не было.

Валентина подошла к машине и открыла багажник.

— Добро пожаловать в цивилизацию, — сказала она, загружая книги. — Раз помог мне, пошли в кафе, я тебя угощу.

А вот это было очень приятно! Его никогда ещё девушка не звала сама на свидание.

— Часто ты парней приглашаешь? — улыбнулся Вова.

— Первый раз, — ответила она и добавила: — Ты мне просто понравился.

И снова сплошная ложь: она не первый раз приглашает парней, и он ей не нравился. «Почему она врёт? — задавался вопросами Вова. — И что с ней не так?».

Ложь он ненавидел. В том мире ложь означала смерть, предательство, засаду, удар в спину. Всё это в лучшем случае. В худшем – ты становился обедом у монстров. Конечно, на Земле правила другие, но уже хотелось просто развернуться и уйти. Однако нужно продолжить игру и попытаться расшифровать пророчество, которые было связано с этой завравшейся красоткой.

Вова посмотрел на неё. Мошенница? Вряд ли, на мошенницу непохожа. Девушка явно обеспеченная: одежда хорошая, машина новая. А он вообще нищий, без денег и жилья. Разве что долгов нет, и связей тоже.

— Да, конечно, соглашусь, — сказал Вова. — Огромное спасибо.

Кафе оказалось уютным местечком с мягкими диванами и приглушённым светом. Они сели у окна, заказали чай, кофе и десерты. Вова пил и наблюдал за девушкой, которая рассказывала про учёбу, экзамены, строгого профессора – он же кивал, мало говорил, но зато много анализировал.

Он уже понял, что она не только не учится на юридическом, но и вообще не учится, а в общении с ним преследует какие-то странные цели. Например, Вова понял, что её очень интересует его прошлое. Она несколько раз пыталась задавать наводящие вопросы:

— А ты чем занимался в своей глухомани?

— А где ты служил? В каком храме?

— А как ты оказался в такой глуши?

— А твои родители знают, что ты вернулся?

Вова уходил от ответов, а когда спрашивал, зачем ей всё это, неизбежно натыкался на очередную ложь: «Просто так», «Поддержать разговор», «Сама не знаю».

— Слушай, — сказала она, отодвигая чашку. — Ты мне очень интересен. Давай сыграем в слова? Это помогает лучше узнать человека.

Вова удивлённо посмотрел на неё. А вот сейчас она сказала правду: ей действительно он интересен, и она в самом деле хочет узнать его получше. Вот только одновременно с этим он ей не особо нравился. И по большей части её интересовало его прошлое.

В любом случае ему всё уже надоело. Пора заканчивать этот цирк, отпускать коней, а клоунов отправлять на выходные.

— Что ты знаешь об ином мире? — спросил он прямо.

«Валентина» замерла на секунду, лицо её стало испуганным, но она быстро вернула контроль. А вот это уже было интересно.

— Ничего, — ответила она.

Её ложь была ожидаемой, как и то, откуда она могла узнать о нём.

— Врёшь, — сказал Вова спокойно. — Ты ведь должна слышать о других вернувшихся героях.

— Я не понимаю, о чём ты, — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

Очередная ложь, но на этот раз не простая, а крайне глубокая и тёмная. Она прекрасно всё понимала, и Вове даже показалось, что она лично была с ними знакома.

— Где остальные? — Вова подался вперёд, голос его зазвенел сталью. — Что с ними?

— Я не знаю, — девчонка отшатнулась.

Знала! Причём не просто знала, а имела к их судьбе непосредственное отношение.

— Лжёшь! — Вова ударил по столу, и тот с громким треском развалился пополам. — Прекращай! Ты в курсе, что с ними произошло!

Вера побледнела, а руки у неё задрожали. Она оглянулась по сторонам, будто ища поддержки, но посетители и официанты сами смотрели на него с нескрываемым страхом, опасаясь вмешиваться.

— Был... был человек, — заговорила она сбивчиво. — Он устроил бойню по всей стране, уничтожал всё вокруг, а я потеряла родителей из-за него. Его убили ядерным оружием.

Вова откинулся на спинку дивана. «Что же я делаю? — со злобой и стыдом подумал он. — Наорал на девчонку. Можно, ведь было просто уйти и выяснить всё самостоятельно». Злость схлынула быстро, оставив лишь разочарование в себе.

— А, это видно ты про Колю, — сказал он устало. — Он был настоящим психом. Ему тяжело досталось в ином мире.

Он посмотрел на Веру: она сжимала край сломанного стола, готовая вскочить и убежать.

— Он сам виноват, — добавил Вова тише. — Впрочем, он и сам жертва обстоятельств.

Вера дрожащими пальцами вытащила из сумочки сложенный лист.

— Вот, — сказала она тихо. — Прочитай, пожалуйста.

Вова взял бумагу, развернул и ошалел от увиденного. Письмо оказалось коротким: «Это Артур, я теперь сотрудничаю с ними. Прошу никого не убивать и найти меня». Вова знал его, как и то, что парень давно погиб. А ещё текст был написан на чёрном наречии – так писали исключительно адепты тьмы. Использованный язык мог бы объяснить, почему его соратник пропал – он просто предал своих товарищей.

Вова скомкал листок. Злоба ударила в голову, полностью смыв любую жалость, а мир сжался до букв отвратительного послания и мерзкой девчонки перед ним.

— Не могу поверить, — прохрипел он, сжимая кулаки. — Не могу поверить, что некоторые из вас такие же монстры.

Вера отшатнулась, в её глазах читался неподдельный ужас.

— Кто твой руководитель? — Вова подался вперёд, стараясь удержать свою ярость. — Где остальные?

Девчонку колотило от страха, смотрела на него и не могла вымолвить ни слова, но потом вдруг резко повернула голову в сторону. Вова проследил за её взглядом: за соседним столиком, в тени большой пальмы в кадке, сидел парень. Высокий, жилистый, в серой толстовке с капюшоном, волосы чёрные и взлохмаченные, и странные янтарные, даже золотистые глаза. Артур. Он смотрел прямо на Вову, и от бывшего соратника веяло чем-то тёмным, звериным и бесчеловечным.

***

Вере ещё никогда не было так страшно. А ведь несколько секунд назад казалось, что она контролирует ситуацию! Она повернулась в сторону Артура, надеясь, что он как тот вмешается, но не успела даже моргнуть – напарник выскочил из-за растения, будто его катапультировали. В руках у него уже было копьё – откуда он только его взял?! Длинное, чёрное, с острым наконечником, который вдруг засветился ослепительно-белым светом.

— А-а-а-а-! — заорала Вера.

Луч ударил из копья, как из лазерной пушки. Яркая полоска разрезала пространство, но Вова дёрнулся в сторону, и каким-то чудом вспышка пролетела мимо него, снесла обломки столика, за которым сидела Вера, и врезалась в стену барной стойки. Грохот стоял такой, что заложило уши.

— Господи, — выдохнула Вера, прячась за соседним диваном.

Вова будто знал, что сейчас будет, успев увернуться перед самым выстрелом, но луч всё же задел его по плечу, оставив глубокую, дымящуюся рану. От столика, где они сидели, остались лишь обгоревшие головёшки, а в барной стойке появилась огромная дыра из угольков, оплавленных останков металлических конструкций. Вова перекатился, вскочил и нырнул в дымящийся проём.

Она видела, как за своим укрытием Вова упал на колени, сжимая плечо. Кровь текла сквозь пальцы, заливая серую рубашку.

Вера сжалась в комок, закрывая голову руками, сердце бешенно колотилось, дым разъедал горло. Пальцы сами собой нащупали кольцо с тревожной кнопкой и нажали на него. Сигнал ушёл, но это было лишним – все сотрудники, скорее всего, уже знали, что объект стал агрессивным.

— Вера, прячься! — крикнул Артур громким басом.

Он перевернул стол и зашагал в их сторону.

Вова быстро, отрывисто что-то шептал на непонятном языке. Ладонь его засветилась, и рана на плече прямо на глазах зажила. Артур не стал подходить близко, а остановился недалеко от Веры, поднял копьё, и новый луч ударил в барную стойку. Дерево, пластик, металл – всё разлетелось в щепки. Вова в последний момент отпрыгнул в подсобку. Прилавок просто исчез, будто его сожрал гигантский монстр, оставив после себя лишь обгоревшие угли.

Артур замер, опустил копьё и повернулся к Вере.

— Уходи, — сказал он коротко.

Она не заставила себя упрашивать, а вскочила и рванула к выходу, перепрыгивая через упавшие стулья, огибая опрокинутые столы.

Она вылетела на улицу и побежала между машинами на парковке. Сердце стучало в голове, руки дрожали. Вера присела за своим джипом, немного успокоилась и только сейчас поняла, что ключи и всё остальное она забыла в кафе. Выглянув из-за капота, она увидела, что стеклянные двери заведения выбиты, а внутри Артур медленно шёл к тлеющим останкам барной стойки, держа копьё наперевес.

В ухе раздался голос Петра Ильича:

— Луга, уходи оттуда! Дроны через минуту будут на месте! Уходи!

Она оглянулась: сзади, за рядами автомобилей уже суетились люди в форме, но до них бежать и бежать. А машина?! Нельзя же её оставлять. Вера была готова расплакаться, из-за того, что придётся бросить свою крошку.

Она снова выглянула из-за джипа, вглядываясь в кафе: Артур подошёл к проёму, где раньше была барная стойка, и заглянул в подсобку. Он вроде контролирует ситуацию, может, дроны не нужны?

— Артур справляется сам, — зашептала Вера в микрофон. — Отмените...

И в этот момент стена справа от Артура взорвалась: кирпичи, пыль, куски штукатурки брызнули во все стороны. Из пролома вылетел некто в сверкающем золотом доспехе с выбитыми звёздами и рунами на кирасе. В руке он держал меч, или что-то похожее на него, но состоящее из ослепительного чистого света. Вера не сомневалась, что это Вова.

Он прыгнул на Артура – тот вскинул копьё, выстрелил лучом почти в упор. Но Вова выставил другую руку, и перед ним появился светящийся золотой щит. Луч ударил в барьер, на месте столкновения образовалась такая вспышка, что Вера на секунду ослепла, а когда зрение восстановилось, она поняла, что Вову отбросило назад, хотя он сам и его щит никак не пострадали. Напротив, он тут же встал и снова бросился вперёд.

Артур открыл рот и издал мощный, жуткий, нечеловеческий крик. Низкий, вибрирующий, он проникал в кости, мозг, каждую клетку, замораживал кровь, заставлял забыть, как дышать. Ноги подкосились, и Вера села, вжавшись в машину, зажмурилась, закрыла уши ладонями, наблюдая, как солдаты на улице падают на колени.

Но через пару секунд всё прошло, она смогла отдышаться и снова выглянуть, оценивая ситуацию. Артур атаковал противника: копьё мелькнуло в воздухе, целя Вове в шею, но тот успел уклониться в сторону, будто знал траекторию заранее. Остриё скользнуло по доспеху, оставив глубокую царапину на золоте. Вова при этом ударил щитом по древку, отправляя его назад.

Артур использовал энергию удара врага, крутанул копьё и задней частью древка хлестнул по щиту с такой силой, что Вова пошатнулся, открыв бок. Артур снова атаковал остриём, целя в прореху защиты. Но Вова будто читал его мысли – чуть повернулся, принимая удар на наплечник, и световым клинком ударил Артура наотмашь.

Вера увидела фонтан крови. Не веря своим глазам, она наблюдала, как он покачнулся, как кровь из груди заливала его одежду и весь пол под ним. Артур, собрав остатки сил, поднял копьё, но тут же Вова ударил его ногой прямо в рану. Артур вылетел из кафе, проломив остатки стеклянного окна, и врезался в машину, стоящую в двух метрах от Веры. Кузов жалобно застонал, сигнализация взвыла.

Из кафе вышел Вова. Его золотой доспех сиял, щит мягко светился, а меч горел ярким ровным пламенем. На нём не было никаких видимых повреждений.

— Отойди от него! — приказал он ей.

И в тот же миг в его броню врезался дрон. Вера так и не успела спрятаться за машиной, когда ударная волна прокатилась по парковке.

***

В ушах звенело, а мир плыл. Вера тряхнула головой, прогоняя наваждение, Артур всё ещё лежал в двух метрах, из его груди по-прежнему текла кровь, заливая весь асфальт между ними. Трудно было поверить, что в человеке может оказаться столько крови.

Вера осторожно выглянула из-за капота, но Вовы нигде не было. Вместо него – огромный пролом в стене, от фундамента и воронки до самой крыши, которая просела от удара. Тело, видимо, взрывом отбросило обратно в кафе.

Вера шатаясь подошла к Артуру. Он лежал на боку с закрытыми глазами, весь бледный, а на груди огромная рваная рана, из которой ритмичными толчками хлестала кровь. Значит, сердце ещё бьётся.

— Артур! — закричала Вера, хватая его за плечо. — Артур, вставай!

Конечно, он не отвечал, но говорить с ним нужно было – благодаря этому люди чаще выживают. Вера попробовала его поднять. Нет! Тяжёлый, как мешок с цементом! Как десять мешков с цементом! Вера приподняла его, положила к себе на колени, упёрлась и потащила за свою машину, под укрытие.

Мимо пролетел ещё один дрон и скрылся в кафе – взрыв грохнул снова, земля дрогнула и Веру швырнуло на асфальт.

***

Она лежала, оглушённая, и смотрела в небо. В ушах звенело так, что не слышно было собственных мыслей. Мир кружился в безумном танце.

Кто-то схватил её за плечи, поднял, поставил на ноги. Люди в форме: чёрные маски, автоматы. Её саму тошнило, жутко хотелось спать – видимо, у неё сотрясение. До Веры не сразу дошло, что у неё что-то спрашивают.

— Вы в порядке? — прокричал спецназовец, но его голос доносился будто издалека.

— В норме, — попыталась ответить она, но с губ слетело что-то нечленораздельное.

— Вам лучше покинуть место операции, — сказал человек в форме, подталкивая её к выходу с парковки.

Вера отошла за кольцо оцепления. Ноги плохо слушались, так что приходилось быть осторожной. Она увидела машину скорой помощи с открытыми дверцами, где суетились врачи, и куда уже поднимали Артура на носилках.

— Дышит, — сказал врач. — Сердце бьётся ровно!

— Везучий, — буркнул второй, втыкая катетер в вену.

Дверцы скорой захлопнулись, машина рванула с места, разрезая ночь сиреной. Вера осталась стоять на тротуаре, вся в чужой крови, и смотрела вслед удаляющимся огням.

Неожиданный поворот

Вера захлопнула дверь квартиры и прислонилась к ней спиной. Наконец-то тишина. Она должна быть рада, но её буквально трясло от произошедшего. На людях она держалась молодцом: быстро прошла проверку у врачей, написала подробный рапорт Петру Ильичу, ответила на вопросы руководства. А теперь, в тихой прихожей её затрясло.

Вера опустилась на корточки, обхватив голову руками, её плечи и колени дрожали, будто она попала под высоковольтные провода.

— Я готова к таким поворотам, — зашептала она вслух, чтобы слышать свой голос. — Я прошла спецподготовку. Рано или поздно это должно было произойти. Я готовилась.

Не помогало.

— Чёрт, — выдохнула она поднимаясь. — Надо выпить.

Для начала она переоделась в брюки и футболку, а потом прошла на кухню с белым гарнитуром, цветочками на подоконнике и холодильником, забитым полуфабрикатами. Она открыла его, достала бутылку пива, с усилием сковырнула крышку и сделала глоток.

В голове крутились события вечера, она села на табуретку, приложившись к бутылке ещё раз. Всё шло по плану. Они были готовы сразиться с Вовой прямо там. Они расспросили Артура о способностях нового объекта, изучили местность вдоль и поперёк, продумали все сценарии. Её напарник был там именно для подстраховки, на случай агрессии цели. Сама Вера сработала на отлично: вовремя сбежала, не рисковала зря, но при этом умудрилась вынести Артура.

Конечно, были и неожиданности. Например, они не предугадали реакции на письмо. Ведь Пётр Ильич отказался посвящать Артура в детали операции. Надо было лучше работать с парнем, расспросить о содержании письма, о том, какие есть фракции в ином мире, боги и что они хотят. Вообще, нужно было больше расспрашивать о той вселенной. Они почти не общаются с прибывшими! У них вся работа выстроена для их уничтожения, а не общения!!! Зато в рамках созданной системы они готовились максимально тщательно.

Просто случился один из редких сценариев, который они, кстати, прорабатывали. Вера выдохнула, дрожь постепенно утихала.

— Надо выделить время для боевой подготовки, — сказала она себе, отставляя бутылку. — Чтобы в следующий раз не просто убегать, а...

Она замерла: из гостиной донёсся звук. Чьи-то шаги.

Вера вскочила. Пётр Ильич? Нет, он бы не стал залезать в квартиру. Грабители? Вера прислушалась: шаги стихли, но она точно слышала, как кто-то ходил по комнате.

— А это удачно, — прошептала она, чувствуя, как злость вытесняет страх. — Сейчас я их отпинаю по яйцам.

Она оценила свои силы. С парой обычных воров она справится. Рукопашный бой входил в подготовку, и не на последнем месте. Вера взяла нож, бесшумно вышла в коридор и заглянула в гостиную, но там было слишком темно. Нужно включить свет, но это выдаст её. Впрочем, рискнуть всё же придётся. Она зашла, прижимаясь к стене, щёлкнула выключателем и пришла в ужас.

В её кресле сидел Вова. Вера замерла, чувствуя, как тело немеет от страха – нож выпал из ослабевших пальцев, упав на пол. Он сидел, забросив ногу на ногу, и рассматривал книги на её полке. На нём были чёрные брюки, серая рубашка, а его светлые волосы аккуратно уложены – ни следа недавней битвы, ни крови, грязи или усталости.

Затем он, наконец, повернул голову: голубые глаза смотрели без обиды или злобы, с лёгким любопытством, на лице играла дружелюбная улыбка. Вера попятилась. Спина ударилась о дверной косяк, а ноги стали ватными. Надо бежать, но она понимала, что Вова будет быстрее.

— Добрый вечер, — сказал он. — Валентина? Или всё-таки Вера?

Вера вжалась в косяк, не в силах пошевелиться.

— Я пришёл просто поговорить, — продолжил он, не двигаясь с места. — Если ты не сделаешь ничего опасного для меня, то мы просто поговорим и всё.

Он поднял ладони, показывая, что безоружен. В его мягкий, спокойный голос можно было поверить, а маркеров агрессии она не наблюдала. Вова был немного напряжён, но не более того. Конечно, он мог оказаться психопатом, но ранее Вера не обнаружила никаких симптомов диссоциативного расстройства. Она немного успокоилась: по крайней мере, прямо сейчас ей ничего не угрожает.

— Договорились?

Вера просто кивнула: горло пересохло так, что выдавить слово было невозможно. В голове лихорадочно заметались мысли. Сбежать? Предупредить своих? Кольцо с тревожной кнопкой на пальце могло её выручить. Но Вера тут же остановилась. А стоит ли подавать сигнал Петру? Да, Вова проявил агрессию днём и здорово её напугал, но ведь он не сделал ничего незаконного в кафе, при этом Артур атаковал первым. Сейчас Вова просто предлагает пообщаться. Впрочем, предупредить своих всё же надо: если его настроение резко изменится, СОК уже должен быть на месте.

— Где Артур? — спросил Вова.

Вера молчала. Странно, но при таком вопросе у Вовы не было признаков злобы. И что ему ответить? Соврать? Так ведь он прекрасно чувствует ложь!

— Он жив? — Вова чуть склонил голову. — Я ранил его серьёзно, но не смертельно. Если ему помогут, выживет. Так где он?

Её мысли метались: сказать правду или соврать? Как вариант – ничего не говорить, но опытный психолог даже из молчания поймёт скрытый ответ. Значит, надо взять контроль над диалогом и подвести к нужному выводу, но при этом не отвечать прямо и не врать.

— Зачем тебе? — выдавила Вера.

— Затем, что он враг людей, а вы пустили адепта тьмы в свой двор.

Всё же в ином мире были разные враждующие между собой фракции. Вот именно такие детали им нужно было узнать от Артура!

— Он не станет для тебя угрозой, — сказала Вера.

— Для меня – нет, — со вздохом ответил он. — Но, боюсь, он станет опасностью для вас.

Она вопросительно посмотрела на него.

— В том мире он погиб, — пояснил Вова. — Вернее, нам сообщили, что он погиб в одном из сражений с монстрами. А они пленных берут крайне редко, лишь для того, чтобы они побыли живыми консервами, ну или для своих жестоких развлечений. В исключительных случаях – для получения информации, но только если среди тварей попадётся существо, обладающее разумом. Впрочем, бывает, людей не убивают, а делают своими слугами или превращают в чудовищ. Такое происходит часто, но, разумеется, никто не считает бедолаг выжившими. К ним относятся как к монстрам.

Вера молча смотрела на него и пыталась понять, врёт он или нет. Артур не выглядел как чудовище. Он был человеком. Возможно, немного странным, но они все такими были. Вере вдруг пришло на ум, что он всё же отличался кое-чем – он не любил рассказывать о своих приключениях. И всё же...

— С чего бы мне тебе..., — начала она, но недоговорила

Вова смотрел на неё с нескрываемой ненавистью. «Бежать!» — промелькнуло в её голове, но Вова сделал какое-то быстрое движение и комнату разрезала вспышка – светящийся меч воткнулся в стену рядом с её головой. В ту же секунду в огненное лезвие что-то ударило так, что оно задрожало, а мелкий предмет срикошетил, ударился о стену, отскочил от неё, срикошетил ещё дважды и улетел безумным смертоносным снарядом на кухню. В окне зияла огромная, с кулак, дыра, от которой по стеклу шла паутина мелких трещин. Пуля! В неё стреляли!

Через мгновение рука Вовы врезалась в стену на уровне груди Веры. Сразу же в его предплечье врезалась ещё одна пуля, отчего рука взорвалась огненными искрами – и обоих кинуло на пол от удара. Вера с удивлением смотрела, как под рубахой парня блестит золотой наруч, на котором пылала яркая точка – раскалённый след от пули. Сам рукав разлетелся сгоревшими лоскутами по квартире, а обои на стене уже охватили языки пламени, идущие от места, куда воткнулся световой клинок.

— Я убью их, а ты пока спрячься, а лучше затуши огонь, но не вставай с пола.

Пока он говорил, наруч стал разрастаться, растекаясь золотом по его телу. Через секунду металл уже покрывал большую часть его фигуры, а на руке и груди проступили очертания доспеха с узорами и рунами. Вова вскочил, сразу отклонился назад – очередная пуля пролетела мимо него, врезавшись в стену где-то на кухне. Он молниеносно вытащил меч и выпрыгнул в окно.

Вера по-пластунски отправилась сначала в прихожую, где достала табельное оружие, потом на кухню за водой, а затем обратно – тушить разгорающийся пожар.

***

Пётр Ильич вошёл в медблок, часы показывали почти двенадцать ночи, но в подземном комплексе СОК время текло по своим законам. Здесь было светло и тихо, только мерно пищали приборы.

Артур лежал на койке, его лицо оставалось бледным, осунувшимся. Пётр подошёл ближе, приподнял край простыни. Выглядел он паршиво: в горло вставлена трубка аппарата ИВЛ, с его помощью грудь равномерно поднималась и опускалась. Травма от удара ногой и мелкие раны от осколков уже зажили: кожа на руках и плечах была чистой, розовой. Их даже зашивать не пришлось! Регенерация работала отлично.

Но рана на груди... Пётр поморщился. Она была закрыта марлевыми повязками, но даже сквозь них угадывались контуры. Огромный разрез от ключицы до солнечного сплетения был стянут частыми швами.

— Когда его ввезли в отделение, раны от осколков уже зажили, — сказал вошедший седой врач в очках. — Но ткани на груди никак не хотят регенерировать. Наложили двадцать восемь швов. Надеюсь, поможет.

Пётр кивнул.

— Проблема в мече?

— Похоже на то, — врач пожал плечами. — Он оставил ожог по краям. Мы удалили повреждённые огнём ткани, однако это не помогло. Но думаю, что он справится.

— Он очнётся?

— Должен, — уверенно кивнул врач. — Критических повреждений нет. Потеря крови, шок – но не более того. Если рана не откроется, то через пару дней придёт в себя.

Пётр ещё раз посмотрел на Артура. Что ж, неплохо. Они хотя бы получили ценную информацию: оружие Вовы всегда при нём и обладает особыми свойствами.

— Пётр Ильич, вам лучше пойти домой, — заметил доктор.

— Докладывайте, если что-то изменится, — раздражённо ответил тот.

Врач кивнул, а Пётр вышел в коридор. Как будто его интересовало мнение докторов! Проблем по горло, а тут ещё очередной доклад. Да и зачем ему домой? После того, первого... Там уже нет никого. Сын погиб при обороне военной базы, а дочь пропала без вести. Жена ушла последней из-за радиации.

Кабинет встретил его привычной тишиной. Пётр сел за стол, открыл ноутбук, запустил защищённый канал связи. Через минуту на экране появились Колесников, Орлова и Громов. Должен быть и Трофимов, но Пётр не стал вдаваться в причины его отсутствия.

Он кратко рассказал, как прошёл контакт с объектом: что Вова при стандартных процедурах вёл себя странно, отстранялся, а при передаче письма проявил агрессию и напал на Веру, в итоге Артур был вынужден вступить в бой. Разумеется, он не стал говорить о том, что они готовились устранить обоих. В новых условиях эти действия Петра вызовут подозрение, излишние вопросы и внутреннее расследование.

— В результате боя с ним Артур оказался тяжело ранен, — закончил он доклад. — Его рана резанная, широкая, полостная, но неглубокая. Жить будет.

— Кто атаковал первым?

— Артур, — ответил Пётр. — Но, по словам Лугановой, Ежов проявил неожиданную и сильную агрессию. Думаю, это достаточный повод для такой реакции. Артур действовал в рамках протокола.

Громов подался вперёд:

— Возобновите поиски Ежова. Подготовьте засаду, но в бой сразу не вступать. Сначала надо попытаться установить контакт и договориться. Если пойдёт на сотрудничество, то будет здорово. Если нет – тут же ликвидировать.

— Принято, — кивнул Пётр.

В этот момент раздался сигнал тревоги. Вой сирены врезался в уши, заглушая остальные звуки. Пётр Ильич вскочил, даже не попрощавшись с руководством, и выбежал в коридор. Снаружи вроде всё было спокойно: никаких взрывов, выстрелов, криков. Идущие мимо люди беспокоились, но не паниковали.

— Чего зеваете?! — гаркнул на них Пётр. — Всем действовать по протоколу!

Люди заметались: кто-то бежал к оружейной комнате, кто-то ринулся в убежище. Но паники по-прежнему не было. Пётр Ильич отправился в центр охраны. Если они подняли тревогу из-за глупой случайности, то всю неделю будут драить унитазы по всей базе!

Комната находилась в этом же коридоре, за бронированной дверью. Пётр за мгновение пробежался взглядом по просторному помещению с мониторами: никто не мечется, не кричит, все операторы сидели за столами, но напряжение чувствовалось. Капитан у компьютера одного из подчинённых. Человек новенький, и Пётр не помнил его имени.

— Докладывайте, — обратился он к дежурному.

Молодой капитан обернулся, его лицо было бледным, на лбу испарина. От одного его вида Петру Ильичу стало не по себе. Что-то явно было не так!

— Артур Соколов, — ответил он. — Превратился в монстра.

— Что? Покажите запись! — Пётр Ильич шагнул к нему. — И выведите на главный экран.

Он ткнул в большой монитор на стене, на котором всё можно будет рассмотреть как следует. Ближайший оператор повернулся к своему компьютеру, нажал несколько кнопок, и на огромном экране появилось изображение палаты с Артуром.

Сначала парень спокойно лежал на койке, но вдруг его тело выгнулось дугой, мышцы свело судорогой. Пётр Ильич смотрел и не верил глазам: его кожа покрылась шерстью, челюсть вытянулась, позвоночник трещал, руки и ноги превращались в длинные лапы, выросли когти. Через несколько секунд на койке лежало чудовище ростом под три метра, покрытое шерстью, с жёлтыми горящими глазами. Он дёрнулся, вскочил и огляделся.

— Заблокировать дверь! — приказал Пётр, чувствуя, как холодеет спина.

Она тут же захлопнулась, с лязгом закрылись все замки. Он подошёл к микрофону.

— Включи общий канал, — приказал он и, дождавшись исполнения, наклонился. — Говорит полковник Ветров, на базу вторглось чудовище. Обслуживающему персоналу эвакуироваться, а при невозможности – забаррикадироваться и ждать помощи. Постам охраны – обеспечить безопасность научных сотрудников.

Пётр Ильич перевёл дух и обернулся к экрану, чтобы увидеть, как дверь в палату с монстром открыл врач, замер на пороге, выронив планшет, потом медленно развернулся, чтобы сбежать, но чудовище среагировало мгновенно – рванулось к нему, схватило его длинной лапой. Один укус – и голова врача исчезла в пасти монстра.

В дверном проёме показалась молодая, светловолосая медсестра с папкой в руках. Увидев чудище, закричала, бросила документы и побежала. Картинка сменилась, показывая коридор больничного отделения. Девушка не сумела скрыться – Артур нагнал её за два прыжка. Лапа с длинными когтями взметнулась – и медсестра разлетелась на части, кровь забрызгала все стены, куски тела упали на пол.

Чудовище остановилось над останками и, почти не жуя, стало проглатывать куски тел.

— Стоп, — приказал Пётр. — Покажите запись снова, но увеличьте кадры, чтобы всегда была видна грудная клетка.

Оператор перевёл видео на сцену превращения Артура. После того как чудовище сорвало повязки, ещё была видна рана от светового клинка под шерстью, как она тянется от ключицы до солнечного сплетения. Но когда монстр откусил голову врачу, разрез чуть уменьшился. А после гибели медсестры почти исчез за серой всклокоченной шерстью.

— Он исцеляет себя, пожирая людей, — прошептал капитан.

Пётр выругался сквозь зубы. Тут же где-то далеко раздались выстрелы, но почти сразу всё стихло.

— Покажите, где он сейчас! — приказал Пётр.

Операторы забегали пальцами по клавиатурам.

— Коридор Е-3, — доложил один. — Направляется к больничному посту охраны.

Картинка переключилась на проход, где два охранника с пистолетами стояли за углом и палили в монстра. Артур нёсся на них, не сбавляя скорости. Через секунду он выскочил на них. Первый охранник выстрелил в упор, но монстр даже не обратил внимания на попадание – лапа снесла голову с плеч, а труп рухнул на пол. Второй успел выстрелить прямо в морду. Но чудовище лишь мотнуло головой, а потом ударило человека так, что его тело развалилось на части.

— Замедленное воспроизведение по кадрам, — приказал Пётр. — С увеличением. Покажите момент попадания пуль в эту тварь.

Оператор послушно прокрутил запись, а потом стал показывать кадр за кадром. Изображение было размытым, но Пётр увидел, как пуля просто отскочила от шерсти. Ударилась и улетела в сторону, а шкура даже не пострадала.

— Шерсть как стальная проволока, табельное бесполезно, — пробормотал Пётр. — Дайте мне связь.

Ему протянули гарнитуру с микрофоном и наушником. Он вышел на общий канал базы.

— Всем постам охраны! Избегать монстра, стрелять только в упор, целя в глаза и в рот. Табельное оружие не пробивает шкуру. Поэтому использовать пистолеты лишь для самообороны. Ваша задача – спрятаться и дождаться помощи!

Затем Пётр переключил канал.

— Боевая группа, доложите о готовности.

— Одна минута!

— Антон, ты, что ли?

— Так точно, Пётр Ильич.

— Хорошо, Антон, слушай. Берите бронебойные патроны. У этого монстра шкура такая, что ему табельное оружие даже шерсть не пробивает. Понял?

— Да.

— Возьми FPV, старайтесь не приближаться. Чудовище крайне быстрое, а людей разрывает так, будто они из соломы сделаны. Сейчас оно в больничном комплексе. Последний раз видели в коридоре Е-3, как доберётесь, выходите на связь.

— Сделаем.

Где-то снова раздались выстрелы. Чудовище опять нашло кого-то? Или у одного из охранников не выдержали нервы, и он нарушил приказ? Пётр снова переключил канал:

— Второй ангар, есть кто?

— Пётр Ильич, я слушаю.

Голос был ему хорошо знаком.

— Алексей Валентинович?! Ты какого хрена там делаешь?! Я же отдавал приказ на эвакуацию!

— Извините, Пётр Ильич, но мне же нужно было достать людей из костюмов, прежде...

— Нет! Нет! Слушай, Алексей, на базе бушует монстр. Огромная волосатая тварь рвёт людей, словно они сделаны из бумаги. Поэтому ты бери всех испытателей и засовывай обратно в экзоскелеты. Они настроены?

— Ну, с ними ещё есть проблемы.

— Ладно, других вариантов нет. Я отправил уже группу с обычным вооружением, но боюсь, что даже бронебойные патроны лишь разозлят его. Поэтому необходимы новые крупнокалиберные пушки. Кто там старший из испытателей?

— Серёжа... Капитан Соколов, — чуть запнулся Алексей Валентинович.

— Хорошо, дай его мне.

Через пару секунд раздался голос молодого испытателя.

— Товарищ полковник, слушаю.

— Соколов, бери новые пушки двадцать миллиметров, бронебойные снаряды к ним и найди в третьем ангаре тяжёлые FPV-дроны. Оставь пару человек с учёными. Остальным по готовности сообщить, я направлю вас.

— Есть.

Он щёлкнул переключателем.

— Товарищ полковник, группа лейтенанта Логинова на месте, — крикнул капитан.

— Сориентируйте их сами, — ответил он.

Пётр перевёл дух и снова взялся за микрофон.

— Площадка, что у вас?

— Два вертолёта заправлены.

— Хорошо, установите контейнеры неуправляемых ракет и каждому по паре ракет «Атака». Поднимите в воздух обе машины. Внутри базы бушует чудовище, пусть пилоты используют инфракрасное наблюдение. Монстра легко отличить от людей. Если попытается сбежать, вы его прикончите. Сколько потребуется времени?

— Пятнадцать минут.

Пётр снова переключил канал:

— Бронетанковой группе вывести технику на внутренний периметр базы. В зданиях находится чудовище. Основная задача: обеспечить безопасную эвакуацию персонала, а при необходимости: уничтожить монстра, если тот попытается прорваться наружу.

— Выдвигаемся.

— Товарищ капитан, — окликнул офицера один из операторов. — Зверь вышел на группу учёных.

— Чёрт! — старший охранник подбежал к компьютеру.

Пётр тоже подошёл и посмотрел на монитор. Камера в коридоре показала монстра: тот стоял, обнюхивая воздух.

— Через дверь сидят учёные в комнате сто один. Рядом на посту Е восемь охранников вооружаются автоматами.

— Вывести на главный экран камеры из комнат и коридора, — вмешался Пётр. — Чем они вооружены?

— АК-12.

— Дай мне канал этого поста.

Оператор нажал несколько кнопок:

— Охрана поста Е, — обратился Пётр. — Рядом с вами монстр вышел на группу учёных. Они находятся прямо напротив, через одну комнату в сто первой. Вам надо защитить их, отвлечь огнём монстра на себя. Через минуту прибудет помощь – спецотряд уже в вашем крыле здания. Сейчас подлетят дроны, так что вы не останетесь одни.

Удивительно, но это сработало – охрана поднялась и нерешительно вышла в коридор. Пётр переключился на подходящую группу:

— Антон, доклад, — приказал он.

— Мы на этаже.

— Там впереди длинный коридор, в конце поворот налево, затем до конца и ещё один поворот. Вы уже почти на месте, но проблема в том, что монстр вышел на группу учёных, там есть охрана с автоматами, они вступят в бой, но вам надо выслать вперёд FPV-дронов, чтобы дать им время продержаться.

— Вас понял, — последовал ответ. — Отправляю обоих дронов.

Обоих? Всего два дрона? Впрочем, этого может вполне хватить для уничтожения твари.

— Переключите на монстра.

Пётр отдал приказ как раз вовремя, чтобы увидеть, как чудовище выламывает дверь в комнату учёных. Однако проникнуть внутрь оно не сумело – прямо под видеокамерой появились охранники и открыли огонь. Пётр с удовольствием отметил, что автоматные очереди неприятны монстру – тот мгновенно переключился на стреляющих, даже попытался закрыться оторванной дверью. Впрочем, через секунду стало ясно, что такие пули хоть и неприятны, но не страшны ему.

Тварь окончательно оторвала дверь и швырнула её вперёд, но промахнулся – панель пролетела мимо людей и видеокамерой под потолком. Монстр закрыл морду одной лапой и бросился на охрану.

Но над головами охранников проскочил маленький FPV-дрон. Чудовище увидело его и даже ударило, но взрыв всё же прогремел. Коридор накрыло облаком пыли, охрану отбросило ударной волной, камера дрогнула и покосилась, но изображение по-прежнему передавала. Однако, когда пыль улеглась, Пётр увидел, что монстр вообще не пострадал и уже повернул оскаленную пасть в охране.

Несколько человек поднялось и снова открыло огонь. Чудовище вновь кинулось к людям и через секунду влетело в их строй. Мгновение – и руки одного охранника падают на пол. Удар – и голова другого летит по коридору. Несколько человек бросилось бежать, ещё пара сидела и стреляла в упор по твари, но зверь лишь прикрыл морду лапой и за секунду разорвал оставшихся.

— Поверни камеру! — когда Пётр получил изображение бегущих охранников, он попробовал их сориентировать. — Всем выжившим...

Монстр бросился за людьми – и тут же в него влетел ещё дрон. От второго взрыва видеокамеру вырубило.

— Дайте картинку и что с учёными?

— Всё ещё сидят на месте.

Пётр снова переключил канал:

— Идиоты кабинета сто один, немедленно к чёрному выходу! Чего вы сидите, черти?!

Оператор уже переключился на другую камеру, но через неё был виден лишь ближайший поворот, из-за угла которого выбежала пара охранников, но тут же одного из них поймало чудовище и оторвало ему руку. Монстр был разъярён, шерсть на его морде дымилась, но никаких серьёзных повреждений на нём не оказалось.

— Лейтенант Андреев прибыл с ротой спецотряда СОК, — доложил капитан.

— Пусть расставят посты у всех выходов, выставят баррикады, обеспечат отход персонала и ждут дальнейших указаний. Где Логинов?

— Десять секунд до контакта!

Солдаты с обычным оружием ничего здесь поделать не могут. Даже бронебойные пули отряда Логинова в лучшем случае только задержат. Всерьёз можно рассчитывать лишь на новое вооружение:

— Испытатели в экзоскелетах когда будут?

— Минута до выхода, пошли за оружием.

— И бронебойными снарядами? — уточнил Пётр.

— Да.

А пока эту минуту надо как-то протянуть.

Новый противник

Солдаты Логинова выбежали из-за угла и сразу открыли прицельный огонь, давая выжившему охраннику отступить за их спины. Бронебойные пули застучали по шкуре, выбивая искры, будто шерсть действительно была стальной. «Работает!» — радостно подумал он, как вдруг чудовище издало мощный рёв. Пётр увидел, как застыли солдаты, будто их парализовало, некоторые даже упали или привалились к стене, закрывая уши, прямо как тогда у библиотеки.

— Антон, приди в себя! — крикнул он в микрофон.

Монстр прыгнул. Одной лапой схватил за голову ближайшего солдата – из-под когтей брызнула кровь. А второй лапой ударил соседнего человека по рукам, моментально превратив их в переломанные лохмотья. Отряд, наконец, пришёл в себя, открыв огонь в упор – чудовище взревело от боли, отшатнулось... И закричало снова.

Солдаты, только начавшие приходить в себя, опять рухнули, прижимая руки к ушам. Монстр ударил третьего человека в живот, вырвав ему все кишки, а следующим ударом сломал шею Антону, отшвырнув тело командира. Оставшиеся бойцы бросились бежать, кто-то отпрыгнул в небольшое помещение, прячась от монстра.

— Прекратить панику! — заорал Пётр в микрофон. — Всем взять себя в руки!

Он лихорадочно просматривал внутренние помещения и коридоры, пытаясь найти путь отступления для своих людей.

— Группа в коридоре, направляйтесь к главному выходу, установите оборону там. Группа в комнате, отходите в биолаборатории, найдите там учёных, обеспечьте их безопасность.

— Испытатели выдвигаются! — доложил оператор.

— Направьте их в зону боя, — скомандовал Пётр.

Хорошо, уже недолго до прибытия стоящих сил.

— Где ещё остались учёные?

— Больше нигде, но есть врачи в больничном крыле. Они не могут покинуть место – там тяжелораненые с предыдущих операций.

Ситуация была далека от совершенства, но её можно было ещё начать контролировать.

— Дайте видео с шлема командира и всего отряда.

На экране появилось изображение от шести человек в массивных экзоскелетах, в тяжёлой броне и крупными скорострельными пушками наперевес. Они двигались медленно, но уверенно.

— Соколов, имей в виду, что в здании ещё остался персонал и тяжелораненые, — сообщил Пётр, выйдя на частоту отряда. — Вам надо будет убить этого монстра как можно быстрее. И он ещё издаёт какой-то рык, который подавляет волю бойцов, так что вам запрещено открывать свои шлемы, слушать его можно только через наушники.

— Есть.

— Стойте, — приказал Пётр: на видео монстр как раз выходил навстречу группе. Им нельзя шуметь. — Поставить дымовую завесу, использовать инфракрасную оптику.

В коридор вылетели шашки, и он заполнился густым белым туманом.

— Включайте инфра! — повторил он приказ операторам.

Изображение сменилось: коридоры стали тёмными, зато вдали из-за поворота появился чёткий яркий силуэт монстра, который ничего не видел, но всё слышал.

— Огонь!

Грохот поднялся такой, что у Петра заложило уши. Снаряды выбивали из твари фонтаны крови и куски мяса. Чудовище взревело и кинулось в боковое помещение. Раздались возгласы операторов, которые радовались, что наконец-то нашли управу на тварь.

— Молчать! — приказал Пётр. — Соколов, вы серьёзно ранили мерзость, она в боковом помещении справа.

— Вас понял, идём по следу.

Группа медленно двинулась к двери. Их тяжёлые шаги монстр, наверняка, прекрасно слышал. И что он будет делать? Ответ не заставил себя ждать – правая стена позади группы разлетелась на мелкие кусочки. Тварь, проломив бетонокартон, влетела прямо в центр боевого построения.

Экзоскелеты были мощными, но медленными, и люди не успели развернуться. Монстр схватил первого за голову, сминая его шлем вместе с черепом, а второго отбросил ударом лапы.

— Огонь! — заорал командир группы.

Оставшиеся открыли стрельбу. Кровь монстра брызнула во все стороны, но большая часть снарядов пролетала мимо, попадая по своим. Один солдат рухнул, получив огромную пробоину в груди, второй схватился за простреленную ногу.

— Прекратить панику, только прицельный огонь! — закричал Пётр.

И в этот момент в строй влетел FPV-дрон и взрыв разбросал людей в стороны. Почти все камеры бойцов вырубило от этого удара.

— Кто выпустил дрона?! Чей был приказ?! — Пётр почувствовал холодок на спине. Неужели он теряет контроль над ситуацией?

Когда он переключился на видео со шлема уцелевшего бойца, то картина предстала чудовищной: трое убитых, трое раненных. Но при этом монстру было не до людей: его рука висела на куске мяса, изогнутая в неестественном месте, из перелома торчали осколки костей.

— Ну хоть что-то получилось, — выдохнул Пётр.

— Товарищ полковник! — раздался голос оператора. — Вертолёт триста четырнадцать сбит! Падает над стартовой площадкой!

— Повторите!

— «Аллигатор» триста четырнадцать получил из РПГ в хвостовой ротор! Выстрел с территории базы! Он упал на стартовой площадке.

На центральном мониторе появилось изображение вертолёта, лежащего на боку, с обломанными лопастями несущего винта. Из двигателя валил густой, маслянистый дым, половина хвоста вообще отсутствовала.

— Товарищ полковник! — снова крикнул оператор. — Анализ траектории завершён, выстрел был с территории КПП.

Пётр медленно сел за стол. Свои же палят по своим? Или он чего-то не видит?

— Камеры внешнего наблюдения на главный экран, — приказал Пётр. — Выведи мне южную часть базы, всю панораму.

Оператор переключил картинку. Камера захватывала КПП и поле за ним, а также технику и людей, которые должны были не дать монстру покинуть базу. Но тут за солдатами блеснула вспышка – и ещё один снаряд полетел вверх. На другой картинке было видно, как бок «Аллигатора-309» взорвался чёрно-рыжим огнём, и второй вертолёт, кувыркаясь, полетел на землю, оставляя за собой шлейф дыма.

Пётр переключился на операторов БПЛА.

— Всем разведчикам! Поднять дроны над южным сектором, прямо за КПП неизвестным врагом было выпущено два РПГ по вертолётам. Найти эту группу диверсантов и убить.

Пётр Ильич ждал, медленно считая про себя.

— Это первый, мой дрон в воздухе, захожу с востока, — раздался ответ разведчика.

Через пару секунд в эфире появился другой голос:

— Третий, веду своего с запада.

Уже хорошо, осталось ещё двое разведчиков. Они должны перекрыть зону выстрела со всех сторон и найти врагов. Пётр подождал ещё пять секунд, но операторы молчали.

— Второй и четвёртый, я повторяю приказ! — рявкнул Пётр.

Тишина. Ветров резко вскочил, поняв, что дело не в обрыве связи, а в перебитом личном составе. Несколько человек, работающих в разных точках по периметру, молчали. Он переключился на лейтенанта, который должен был перекрыть выходы.

— Андреев, слушай внимательно, — сказал Пётр, стараясь сохранять спокойствие. — Оба вертолёта сбиты выстрелами из РПГ в районе КПП. Некоторые мои люди снаружи не выходят на связь. Скорее всего, нас атакуют с тыла. Приказываю перестроиться, отойти к бронетехнике снаружи и прикрыть её от возможных гранатомётчиков. Первый и третий запустили дроны, работайте с ними в команде.

Солдаты засуетились перестраиваясь. Они окружили БМП, танки и другую бронетехнику, небольшой отряд установил пулемётную точку и направился к КПП.

— Разверните роботов, пусть поддержат пехоту, — приказал Пётр.

Танки он не стал разворачивать. Во-первых, слишком мало пространства. Во-вторых, внутри ещё бушевал монстр, так что пусть прикрывают главные входы. Наконец, боевые роботы быстрее. Четыре машины с пулемётными турелями, на гусеницах с визгом развернулись на месте, перестраиваясь в заслон. Пётр успел подумать, что темп перестроения приемлемый, когда территорию базы затопило лавиной зверья.

Из темноты, со всех сторон хлынули сотни собак: овчарки, бульдоги, какие-то лохматые дворняги. Над ними с отвратительным писком парила целая туча из мерзких летучих мышей. Тут же прямо с КПП вылетел очередной РПГ и устремился к танку. Активная динамическая защита сработала, но тут же второй снаряд поразил машину.

— Твою мать... — выдохнул кто-то из операторов.

Звери захлестнули строй солдат. Мыши с визгом обрушились на лица, вцепляясь в глаза. Тут же одни собаки зубами хватали бойцов за автоматы или руки, вырывая оружие, а другие вгрызались им в глотки. Солдаты открыли огонь, но животные смешались с людьми, и пули рикошетили от асфальта, ранили своих. Кто-то стрелял в мышей, промахивался и попадал в сослуживцев.

— Прекратить панику! — заорал Пётр в микрофон. — Работать короткими прицельными!

Он всё же сумел заставить себя взглянуть на стаю тварей с холодным расчётом. Летучие мыши своими телами облепили почти все камеры и мешали нормальному обзору. Даже бронетехника оказалась слепа: твари перекрыли все приборы наблюдения на машинах. Стоп! Эти звери действовали слишком организованно!

Ими кто-то управляет сейчас, давая указания прямо по ходу боя. Монстр в здании? Вряд ли, Артур потерял все остатки разума. Значит, его союзник. На ум сразу пришёл Степан: они дружат, виделись в клубе, где договаривались о какой-то махинации. И этот бледный урод говорил о подготовке к чему-то важному.

Петра вернули в реальность крики людей из второго танка, которого подбили метким выстрелом. Зато большая часть солдат вернула хладнокровие, отбиваясь прикладами, но некоторые продолжали стрелять. Один боец выпустил очередь в сторону и срезал троих сослуживцев, стоявших в цепи. Кто-то прицелился в летучих мышей, промахнулся, и пули ушли в спину сержанта, который пытался организовать людей.

И тут Пётр заметил неладное. Эти люди вообще стреляли не в зверей. Они стреляли в своих, даже в тех, кто пытался отползти за укрытие или был ранен. Прицельно. Солдат с нашивкой младшего сержанта, хладнокровно всаживал пулю за пулей в спины убегающих сослуживцев. Его лицо было спокойным, глаза пустыми.

Пётр оторвал взгляд от экрана и посмотрел на людей в центре охраны. Капитан и один из операторов пытались организовать людей на новую атаку по Артуру. Ещё пара матерясь старалась управлять роботами.

В дальнем углу сидел сержант, общаясь с выжившим персоналом, который ещё был заперт в здании. У входа на посту стоял рядовой, который был удивительно спокоен и смотрел в никуда. Рука солдата резко дёрнулась к кобуре. Пётр Ильич не думал – он рванулся вбок, одновременно уходя вниз за ближайший компьютерный стол.

Выстрел – и пуля влетела в монитор, обдав Петра брызгами искр и стекла. Он выхватил из кобуры свой «Грач» и выпрыгнул с другой стороны стола, сменив позицию. Несколько раз нажал на спусковой крючок, дважды попал: в грудь и живот. Но враг продолжил стоять и выстрелил снова! Плечо отозвалось дикой болью, и Пётр упал за своё укрытие.

Охранники, наконец-то, среагировали с опозданием. Двое выхватили оружие. Один успел выстрелить дважды, попав сослуживцу в руку, прежде чем получил ответную пулю в грудь. Очередь из автомата сержанта прошила грудь неумирающего солдата насквозь, но тот даже не заметил проблемы. Из него кровь не текла! Он, как марионетка, выпрямился и вскинул пистолет.

Пётр, тщательно прицелившись, выстрелил ему в голову. Пуля вошла в переносицу, и затылок солдата разлетелся красным облаком. Тело обмякло и рухнуло на пол.

— Все целы?

— Самойлов убит, — последовал чей-то ответ.

— Я ранен, — отозвался Пётр. — Помогите с перевязкой.

Кровь лилась не очень быстро, но за пять минут можно потерять несколько литров. Когда ему наложили жгут, он заставил себя встать и подойти к телу. Слишком легко парень упал после одного выстрела, когда до этого держался под автоматными пулями.

Присел и двумя пальцами надавил на сонную артерию. Пульса, как он и думал, не было, но зато кожа оказалась холодной, просто ледяной.

— Он мёртв уже около суток, — сказал Пётр, поднимаясь. — К нам на службу пришёл покойник.

Пётр вдруг с тихим ужасом осознал слова Стефана о том, что он «поговорит» с людьми из СОК, чтобы «убедить» их включить Артура в спецоперацию. Он точно не отказался от планов на влияние, несмотря на то, что его друг должен в ней участвовать. Кто-то из руководителей уже стал его рабом? Кто? Трофимов, который не появился на последнем совещании? Или Колесников, который всегда занимал выжидательную позицию? Орлова со своей верой в диалог? Или все трое, кто вышел на связь, уже действуют под чужим контролем? Пётр отбросил эту мысль. Паранойя в такой ситуации – верная смерть.

— Что говорил Алексей Валентинович про центральный ИИ? — обратился Пётр к капитану охраны. — Он может работать?

— Да..., — неуверенно ответил тот. — Но только под руководством людей.

Пётр устало кивнул. Этого более чем достаточно для его плана. «Пора задействовать передовые технологии», — решил он и скомандовал:

— Аргус.

— Слушаю вас? — ответил ровный мужской голос.

— Я «Карат».

— Слушаю приказы, товарищ полковник.

— Включить инфракрасное зрение по всем каналам наружного наблюдения, — скомандовал он. — Задача: найти людей с температурой тела ниже двадцати пяти градусов Цельсия, которые продолжают двигаться.

— Найдено восемнадцать человек.

Пётр мысленно выругался от такого количества людей.

— Аргус, сколько FPV-дронов готово к работе.

— На складе готовы к запуску шесть единиц, ещё восемь находится у сотрудников СОК в разных частях базы, ещё пять – в воздухе.

— Перехвати управления всеми FPV-дронами. Цели: найденные тобою люди с низкой температурой тела, которые всё ещё двигаются или стоят. Поразить всех дронами в голову или верхний отдел позвоночника.

— Подтверждаю перехват, — бесстрастно ответил механический голос. — Дроны в воздухе, начинаю уничтожение целей.

Пётр смотрел на экран, наблюдая через камеры, как FPV-дроны влетали в головы «мёртвым» бойцам, разнося их черепные коробки в кровавое месиво. Тела, которые еще секунду назад вели прицельный огонь, просто падали и больше не шевелились.

Проблема с «мертвецами» была решена, но масса солдат и персонала уже перебита. Собаки рвали раненых, добивали тех, кто пытался ползти в укрытия. Однако звери были неглавной проблемой: внутри всё ещё метался огромный монстр.

— Аргус, найди в здании монстра высотой где-то под три метра, — приказал Пётр.

— Сектор Б-14, лаборатория биоматериалов.

Готовых дронов уже почти не осталось, но это был первый этаж, а значит, туда могут заехать роботы.

— Хорошо, — ответил он, — Твоя задача: выкурить чудовище в четвёртый ангар. На ходу есть ещё роботы, пусть они разозлят его огнём из своих пулемётов. Построй их в цепочку от лаборатории до ангара, чтобы каждый коридор простреливали. Чудовище быстрое, и роботы не смогут уйти от него, так что придётся жертвовать ими. Когда тварь попадёт в ангар, закрой его там.

— Понял, товарищ полковник.

Четвёртый – новый ангар с толстенными стенами и огромной бронированной дверью. Тварь была сильна, но не всесильна, и оттуда не выберется. А Петру нужно лишь время, чтобы собрать ударную группу.

— Товарищ полковник! — закричал оператор. — Мертвецы встают!

Тела, которые лежали в лужах крови – убитые в первой волне атаки бойцы – начали шевелиться. Не все, только те, у кого голова оставалась на плечах. Мертвец с разорванной шеей и вырванным кадыком, сначала дёрнулся, потом поднялся на четвереньки. Тут же вставал другой, у которого отсутствовала половина руки. Они тянулись к оружию, которое валялось рядом.

Они вставали десятками. Те, кого загрызли собаки, те, кого застрелили свои же, те, кто погиб в первых схватках с монстром. Даже из вертолётов и танков выбрались обгоревшие тела. Все они теперь брали оружие и шли внутрь здания. А дронов под руководством ИИ уже не осталось. Пётр почувствовал, как в желудке сжался холодный комок.

— Мать вашу... — прошептал кто-то из операторов за его спиной.

— Нужно подкрепление, — мрачно констатировал Пётр.

— Я вызвал его, когда первую вертушку сбили, — сказал капитан.

Он рванул к пульту экстренной связи, отшвырнув стул, взял трубку защищённой линии.

— Центральный, это СОК «Бункер-1». Нам нужно армейское подкрепление. База атакована неустановленным противником. Личный состав понёс тяжёлые потери. Противник..., — он слегка замялся, всё же не каждый день говоришь такое. — Противник поднимает убитых бойцов. Нам требуется огневая поддержка и эвакуация.

В трубке повисла пауза, затем раздался спокойный голос командования:

— Полковник Ветров, подкрепление уже собрано и выехало. Расчётное время прибытия передового отряда – тридцать минут. Держитесь.

Пётр медленно положил трубку. Он посмотрел на экран, где было видно, как на плацу копились восставшие мертвецы, и на свой бункер, двери которого явно не рассчитаны против тяжёлого вооружения. Тридцать минут в этих условиях – настоящая вечность.

— Аргус, отмена задачи, — приказал Пётр. — Всех уцелевших роботов сюда. Обеспечить нам коридор от центрального поста охраны до второго ангара.

— Понял вас.

— Мы идём на прорыв, — сказал он окружавшим его людям.

И приготовился к самому долгому получасу в своей жизни.

Опасный бросок

— Мы не всех обнаружили, — сказала Вера, держась за руль машины. — Неделю назад выяснили у Артура пару имён, думаю, Пётр их нашёл, но я сама их ещё не видела. Контакты хранятся на главном сервере СОК.

— Как их зовут, хотя бы знаешь? — спросил сидящий рядом Вова

— Не помню точно, — рассеянно ответила она, слушая гудки в телефоне. — Одну зовут Алёна, а второго... Не помню! Чёрт!

Она сбросила вызов: всё равно никто не отвечал. Вера вдавила педаль газа в пол, ускоряя машину, хотя по тёмным улицам так гонять было самоубийством.

— Не отвечают, — процедила она сквозь зубы.

Вова вместо неё набирал номера, чтобы она не отвлекалась от дороги. Но все телефоны СОК молчали: центральный пост, второй, третий. Даже личный номер Петра Ильича. Тишина была хуже любых сирен.

— Ты говорила, что Артура увезли в больничный комплекс СОК, — заметил Вова.

— И?

— Может, попробовать пост госпиталя.

— Давай, — выдохнула Вера, диктуя очередной номер.

Вова послушно набрал его.

— Сигнал есть, — спокойно заметил он, передавая трубку.

Гудки, конечно, были, но сколько она их слышала, уже не сосчитать. Неожиданно раздался щелчок: кто-то поднял трубку.

— Пост! — закричала она. — Что у вас происходит?

В ответ тишина, но потом Вера услышала странный шёпот: тихий женский голос что-то неразборчиво бормотал.

— Я вас не понимаю, говорите громче!

— На нас напали, помогите нам, — произнесла девушка и зарыдала.

И тут же раздался её дикий, нечеловеческий, полный ужаса крик и ещё... Рычание! Связь оборвалась, и Вера выронила телефон в подстаканник, вцепившись в руль.

— Дело дрянь, — выдохнула она, стараясь успокоиться. — Штаб атакован.

Она выжала газ ещё сильнее. За поворотом показались знакомые строения: стена с колючей проволокой, вышки, здания ангаров – и над всем этим чёрный дым, отлично видимый даже на фоне тёмного неба.

— Ещё раз набери Петра, — сказала она негромко.

И тут раздался гудок телефона.

— А-а-а-а! — заорала Вера от неожиданности.

— Успокойся, — холодно скомандовал Вова. — И остановись. Сначала узнаем, что происходит, и спланируем действия.

Он поднял телефон и отдал Вере. Номер Ильича! Господи, она так не радовалась с выпускных экзаменов!

— Что у вас? — спросила Вера.

— Луга... Ты..., — голос Петра был непривычно хриплым, сбивающимся. — Ты не поверишь, но нас атаковали собаки и летучие мыши! И ещё настоящие мертвецы! Луга, собственные солдаты превращаются в зомби! Встают и стреляют в своих!

Вова рядом тихо выругался.

— Подъезжаем к базе, — выпалила Вера. — Чем вам помочь?

— Я тебе всё это рассказал, как раз чтобы ты не совалась сюда, — раздражённо ответил Пётр. — Мы идём во второй ангар, там наденем экзоскелеты, вооружимся и прорвёмся.

Вера мгновенно успокоилась. Если Пётр Ильич сказал, что прорвётся, значит, так и будет.

— Все смогли эвакуироваться? Может, нужна помощь кому-то из персонала?

— Не знаю, я потерял управление над обороной. Если найдёшь кого-то, то сначала проверь его температуру и пульс. Табельное с собой?

— Да.

— Если перед тобой окажется оживший мертвец, стреляй в голову.

При этих словах внутри всё как-то неприятно сжалось. Чёрт, дело дрянь.

— И ни при каких обстоятельствах не заходи внутрь базы, — продолжил Пётр. В трубке слышались выстрелы. — Внутри есть ещё учёные и врачи, но там монстр... Артур. Этот парень превратился в чудовище. Он не даст тебе шанса.

— В какого монстра превратился Артур?! — крикнул Вова. — Как он выглядит?!

— Кто это? — голос Петра вдруг стал жёстким.

— Вова Ежов, — ответила Вера. — Он предупредил меня...

— Луга, — резко скомандовал Ильич. — Убирайся от этого ублюдка! Он один из них! Все эти уроды нас предали!

— Товарищ полковник... — попыталась она переубедить его.

— Прострелите ему башку! — заорал вдруг Пётр куда-то в сторону. — Цельтесь в голову, идиоты! НЕ ДАЙТЕ ЕМУ...!

Раздались выстрелы и связь оборвалась.

Машина вылетела из-за угла и завизжала шинами прямо у КПП. Вера выскочила, хлопнув дверцей. Ворота были выломаны, будто их снесло тараном, с другой стороны стены стояла дымящаяся, сгоревшая бронетехника. Где-то ещё раздавались выстрелы, крики и чьё-то рычание.

Едва они зашли в проходную и миновали ворота, как из темноты вышла фигура. Им оказался бывший охранник, судя по остаткам формы, но уже без половины лица: с пустой глазницей, отвисшей челюстью. Он был безоружен, но стремительно бросился на них. Вова прыгнул вперёд, ударил в мертвеца голову – и та лопнула, как перезревшая тыква. Тело рухнуло на асфальт.

— Что делать будем? — спросил Вова, слегка высунувшись из КПП и оглядывая базу.

— Хотелось бы найти Петра Ильича, — неуверенно ответила она.

— На вашей базе ещё один монстр, помимо бывшего Артура, — заметил Вова. — Я пойду напролом, найду Артура и второе чудовище. Буду действовать громко, отвлеку внимание на себя, а ты беги вокруг, выходи к северным воротам.

Он что её совсем не слушает?

— Меня убьют! — выпалила она.

Вова кивнул, глядя на здание, откуда доносилась пальба, потом расстегнул воротник, снял с шеи крупный медальон, размером с часы:

— Дай руку.

Когда она протянула ладонь и взяла предмет, Вова прошептал какое-то заклинание или молитву – и по телу Веры сразу пробежала тёплая волна.

— Он защитит, — пояснил он.

Вера обнаружила, что держит талисман из чистого золота с гравировкой в виде звезды.

— Артур может стать человеком?

Вова поморщился, видимо, вопрос ему не нравился.

— Да, но сейчас это ничего не меняет. Он слишком опасен и находится недалеко от крупного города. Надо убить его до того, как он попадёт туда.

— А второй монстр?

— Он разумен. Именно он управляет зверьми и создаёт зомби. Раз за ним последовали летучие мыши, то, наверно, это вампир.

Вера вздрогнула от этого слова.

— Ты с ним справишься?

Вова помедлил, повернулся и посмотрел ей в глаза.

— Не уверен, — процедил он. — Я не проиграю ему, но ведь задача – убить его, а он гораздо быстрее и у него есть мертвецы и звери, которые могут задержать меня. В одиночку мне не справится, но и отпускать его нельзя, иначе он вернётся с настоящей армией, поэтому ты мне должна рассказать, где и как я смогу получить контакты тех людей, что вы нашли.

Вера с сомнением посмотрела на него. Ещё в машине она выдала ему секретную информацию – уже за это она могла быть навсегда отстранена от службы. Но если она расскажет о внутренней планировке базы, то это посчитают предательством страны.

— Слушай, — добавил Вова. — Я отдал тебе свой талисман, который дарит особую защиту моего бога. Если вампир нападёт, то он не сможет прикоснуться к тебе и всем людям, которые будут рядом. Но при этом я окажусь без необходимой защиты, что должно спровоцировать его разобраться со мной лично. Я здорово рискую собственной жизнью, и мне нужна помощь моих товарищей.

Вера неуверенно кивнула:

— Хорошо, тебе нужно будет пройти в кабинет Петра Ильича или на центральный пункт охраны. Об на одном подземном уровне. Но из кабинета ты не сможешь открыть базу данных: потребуется код доступа. Однако с поста вход свободный. Конечно, там другая сложность: войти на пост охраны можно только по специальному пропуску, но ведь ты можешь просто выломать дверь. Добраться легко: сразу за главным ходом будет прямой коридор, доходишь до конца и спускаешься вниз, после чего идёшь налево и тут же направо, а дальше снова до конца.

— Как я найду файл на компьютере? Не хочу искать, время дорого.

— Набери меня по телефону, подскажу, как придёшь.

Вова кивнул ей ещё раз и спокойно пошёл к центральному входу.

***

«Каким образом я осталась одна? — крутилась мысль в её голове. — Я вообще не должна была выходить из машины. Нет, из квартиры!». Она двигалась медленно, стараясь идти бесшумно в тени дымящей бронетехники, хотя внутренний голос твердил, что нужно бежать. Где-то сзади слышался вой, а впереди грызла трупы свора собак.

— Ну же, Вова.

И тут за спиной раздался звук, от которого заложило уши, по телу побежали мурашки, а волосы от вибрации встали дыбом. Будто ударили в гигантский колокол размером с дом. Из окон возле центрального входа полился ослепительный свет, озаряя всё вокруг: трупы, разрушенную технику, чёрные фигуры собак. И Веру у дальней стены.

Однако твари впереди проигнорировали ей и с воплем ринулись к центральному входу. Вера сорвалась с места и побежала в противоположную сторону, пригибаясь ещё ниже.

— Идиот, — выдохнула она, обходя дымящийся танк. — Герой недоделанный.

Укрыться здесь было негде: вокруг голое пространство, залитое светом, и ни одного безопасного угла. Она проклинала себя, Вову, его магию, которая сделала её фигуру слишком заметной, и собственную медлительность.

Из-за угла прямо на неё вылетела свора собак: десяток огромных тварей с бешеными глазами и пеной на мордах. Они неслись прямо на неё, и Вера замерла, понимая, что не сумеет ни убежать, ни спрятаться. Она даже не успела вскрикнуть – первая из них устремилась прямо к ней, разинув пасть.

Вдруг амулет на её груди дёрнулся, словно живой, и вспыхнул мягким, тёплым светом, окутывая Веру. Ближайшая собака замерла на секунду, остальные вслед за ней тоже остановились, словно забыли, зачем бежали. Они неуверенно осматривались, потом подошли и нерешительно понюхали Веру, виляя хвостом. Одна даже коротко и весело тявкнула, как щенок.

— Хорошие собачки, — похвалила она их.

Стая уже потеряла к ней интерес и принялась играть с друг другом, словно с них спало жуткое зачарование. В здании раздалась длинная автоматная очередь – собаки вздрогнули и, поджав хвосты, побежали прочь. Вера облегчённо выдохнула и даже подумала, что она уже и не против их компании.

Вова знал своё дело. Она понимала это по тому, как сзади стрельба стала агрессивнее, плотнее. Путь к воротам был относительно чистым. Дважды приходилось прижиматься к стене, пропуская то ли зомби, то ли простых людей: Вера старалась не злоупотреблять силой талисмана. Мертвеца он, скорее всего, остановит, а вот пулю – вряд ли.

Северные ворота можно было узнать по двум покорёженным опорам, на которых когда-то висели прожектора. Теперь они торчали в разные стороны, как сломанные руки, а тяжёлые ворота были сорваны с петель и валялись на асфальте.

Здесь Вера остановилась, оценивая обстановку. Внутри в проёме ворот двигались какие-то фигуры. Перед ними метрах в двадцати от входа за машинами сидело пятеро человек. Они стреляли короткими очередями, целясь в проём, куда Вера сама только что собиралась зайти. Это зомби? Со спины было совершенно неясно. Но если Пётр Ильич хотел прорываться наружу, то это враги. К тому же самого полковника среди них нет.

Из дверного проёма раздались выстрелы, и пули защёлкали по асфальту. Вера спряталась за машину у стены, куда не доставал свет. Пальцы привычно нащупали кольцо с тревожной кнопкой. Может, стоит нажать, дать какой-то сигнал?

Краем глаза она следила за стрелками. Те работали слаженно, хотя были ранены. Вера прищурилась, разглядывая их внимательнее. Из дыр в телах людей не текла кровь! И тут из проёма ворот вышел человек в экзоскелете и сплошной броне. Вера о них только слышала и ни разу не видела.

Громоздкий, почти двухметровый, с гидравлическими приводами, которые тихо шипели при движениях. Пластины были иссечены царапинами, на левом плече зияла глубокая вмятина, но экзоскелет двигался легко, даже изящно для своей массы.

Бронированный человек поднял крупнокалиберный пулемёт и нажал спусковой крючок. Снаряды пробивали её машину насквозь, укрытия нигде не было. Вера даже закричала от страха. Троих людей буквально разорвало на части, но остальные почему-то не пытались бежать, и закованный солдат добил их методично короткими очередями.

Вера аккуратно выглянула из-за укрытия: из ворот, следом за человеком в экзоскелете, вышли четверо. Они двигались тяжело, с особой осторожностью раненых, у которых каждое движение вызывает боль. В центре, поддерживаемый под руку молодым бойцом, шёл усталый и бледный Пётр Ильич.

— Не стреляйте! — закричала Вера, подняв ладони из укрытия. — Свои!

Она шагнула из-за машины, и солдаты, увидев её, опустили оружие.

— Луга? — раздался голос Петра. — Почему ты здесь?

Вера подбежала и остановилась в шаге от него, с трудом подавляя желание схватить его, проверить, что ей не мерещится. Пётр оказался ранен в плечо, но умудрялся двигать им. Видимо, вколол обезболивающее. У одного бойца рука неестественно вывернута, наверно, перелом. У капитана на шее повязка, пропитанная кровью. Парень рядом с полковником постоянно моргал, его обожжённое лицо было перепачкано копотью. Лишь сержант казался невредимым, если не считать мелких царапин.

— Не могла вас оставить одних, — выпалила она.

— Где Ежов? — спросил Пётр.

— Он отвлекает на себя основные силы, — неуверенно ответила Вера. — Без него я бы не добралась до вас.

— Я же говорил тебе, чтобы ты не привозила его! — рявкнул он.

Вера от неожиданности вздрогнула. Она никогда не смогла бы представить, что Ильич способен мгновенно выйти из себя.

— Мы сами справились! — орал он на неё. — Вот зачем ты сюда его привела?!

— Ну, я...

— Закрой свой рот! — грубо перебил он её. — Ты ослушалась приказа! Более того, помогла пособнику проникнуть на охраняемый объект! Где он сейчас?!

— Отправился в центр охраны, — тихо ответила она.

Пётр Ильич буквально позеленел от злости, фыркнул, скривился, повернулся к стоящему рядом капитану и выдавил:

— Арестовать.

— Пётр Ильич, — попыталась оправдаться она. — Я...

— Табельное с собой?

Но Вера не ответила, а показала на проём ворот, откуда вышел молодой человек с тонким бледным лицом, чёрными волосами и ярко-красными глазами. Он выглядел иначе, нежели при первой встрече, но узнать его было легко.

— Стефан, — выдохнула Вера, отходя назад.

Пётр среагировал моментально: вскинув пистолет, он сделал несколько выстрелов. Одна пуля пробила шею, другая угодила в глаз. Стефан лишь удивлённо моргнул уцелевшим веком. Капитан вскинул автомат – очередь прошла насквозь, не причиняя ощутимого вреда. Наконец, человек в экзоскелете развернулся и открыл огонь, из-за которого Вера оглохла и с криком отбежала ещё дальше.

Крупнокалиберные снаряды ударили в грудь вампира, разрывая его почти пополам, выходя наружу с ошмётками плоти. Стефан качнулся назад – и молниеносно бросился вперёд. Вера не успела даже моргнуть, а монстр уже одной рукой схватил человека за шлем, а другой отвёл его здоровенную пушку в сторону. Остальные снова начали стрелять. Вампир что-то тихо сказал, пальцы на голове несчастного сомкнулись – бронированное стекло хрустнуло, как яичная скорлупа.

— Тварь! — Пётр нажал на спусковой крючок пистолета, но из него раздались лишь щелчки: патроны кончились.

Вампир улыбнулся и дёрнул рукой, срывая шлем вместе с половиной черепа и куском бронированного воротника. Стефан отбросил тело в сторону Петра, так что ему пришлось отпрыгнуть. Доспех пролетел метра три, прежде чем ударился о землю. Пётр не удержал равновесие и рухнул на асфальт – Вера бросилась к нему.

— Уходи, Луга, — прохрипел старик.

Монстр с той же очаровательной улыбкой метнулся вихрем: шея капитана разорвалась от удара рукой, обожжённый парень получил такой удар, что перелетел через машину, за которой пряталась Вера. Через мгновение оставшийся сержант упал с проломленной головой, а последнему бойцу Стефан оторвал сломанную руку.

Чудовище отпустило кричащего от боли человека, с улыбкой развернулось к Вере и Петру и сделало пару шагов. Только теперь она заметила, что весь рот, подбородок и даже грудь вампира были в свежей крови. Стало ясно, что он делает с некоторыми жертвами. И почему-то ей казалось, что он выпьет всю её кровь до капли.

— Пощади... — всхлипнула Вера.

Вампир усмехнулся и сделал несколько шагов к ним. «Это конец», — пронеслось в её голове, как вдруг из амулета на её шее вырвался свет, образуя сферу и закрывая её и Петра, которому она помогала встать.

— Чёрт! — закричала Вера, только сейчас поняв, что нужно было сделать раньше.

Стефан замер на месте, его раны уже затянулись: края разорванной плоти сомкнулись. Выбитый глаз восстановился: под веком появился белок, красная радужка и зрачок. Вампир оценивающе посмотрел на барьер и Петра, сделал шаг и протянул руку.

Сфера света вдруг вспыхнула ярче, пальцы Стефана коснулись барьера, и раздалось шипение, какое бывает, если бросить мясо на раскалённую сковородку. Ладонь вампира начала чернеть и плавиться. Монстр отдёрнул руку, его пальцы остались на месте, но превратились в обугленные головешки.

Стефан секунду смотрел на свою искалеченную, дымящуюся ладонь, затем поднял на них глаза. В них не было боли, только чистая ярость.

— Хорошая игрушка, — сказал он. — Думаю, Вильгельм серьёзно ослабел, дав её тебе. Знаешь, так даже лучше. Вы пока никуда не уходите, я скоро с ним разберусь.

Он развернулся и ушёл в темноту здания. Вера сидела, смотрела ему вслед, сжимала медальон и не верила своему счастью. Пётр поднялся и подошёл к экзоскелету.

— Вера, — позвал он. — Помоги мне с этим.

— Зачем?

Пётр Ильич взглянул на неё усталыми глазами, внутри которых горело пламя ненависти.

— Хочу убить их всех, — ответил он. — Отомстить за своих людей.

Решительный отпор

Вова стоял у главного входа в штаб и смотрел, как Вера, прижимая к груди его медальон, исчезает за углом. Затем он перевёл взгляд на здание: в некоторых окнах были видны фигуры бродящих людей. Наверняка, зомби, судя по тому, что между ними мелькали тени летучих мышей. Укусы от них он обнаруживал на всех подчинённых вампиром существах, в том числе на паре тех солдат, что покушались на жизнь Веры.

Вова достал рукоятку меча, из которой торчал короткий кусок клинка, неровно и косо обломанный почти у самого основания. По легенде у священного оружия никогда и не было лезвия, но зато одарённый благословением воин мог воплотить его на время, используя собственную ману. Точно так же работал и щит, являясь обломком рукоятки древнего артефакта. А вот доспех отличался: он не только не требовал ману, но даже мог сам восстанавливаться со временем.

Золотой наруч уже превратился в полную броню, так что Вова активировал меч со щитом и отправился в штаб СОК. Внутри он ожидал увидеть тьму и разруху, но освещение, пусть и частично, ещё работало. Тут было бы даже вполне комфортно, если не кровь на полу и отверстия в стенах от пуль.

Вова прошёл несколько шагов, и из-за развороченной стойки охраны, боковых коридоров на него выпрыгнули псы. Три, нет, пять огромных тварей с бешеными мутными глазами и окровавленными клыками.

Первая попыталась вцепиться в руку со щитом, и Вова быстро отвёл её в сторону, но псина вцепилась в локоть, пытаясь добраться до сочленения доспеха. Клыки с визгом скользнули по золоту, не оставив даже царапины. Второй пёс попытался укусить за ногу, а третий – за шею, но наткнулся на высокий воротник кирасы. Две другие собаки схватили его за руку, держащую меч.

Вова секунду с любопытством наблюдал за их усилиями. Это было даже немного забавно. «Бедняги, — мелькнуло у него в голове. — Вас натаскивали на людей, а не консервную банку из священного металла».

— Тяжёлые вы, ребята, — процедил Вова, стряхивая их одним движением. — Но вы не ту цель выбрали.

Он без замаха просто провернул меч кистью – дуга света прошла сквозь двух псов почти без сопротивления. Звери, издав сдавленный хрип, развалились на половинки, которые мгновенно охватило яркое пламя, идущее от места разреза. Оставшиеся попятились, зарычали, но Вова добил их несколькими короткими ударами.

Он остановился посреди коридора, ожидая новой атаки, но её не последовало. Это ему не нравилось: Вова рассчитывал, что моментально привлечёт к себе внимание. Нужно как-то исправлять ситуацию, выманивать на себя всех существ в округе, чтобы дать Вере шанс пройти незамеченной.

— Ладно, пора устраивать концерт по заявкам, — прошептал он.

Он влил в щит и меч больше маны, отчего они засветились ярче. Теперь они точно оба выдержат! Вова закрыл глаза, чтобы не ослепнуть, заткнул бы и уши, но свободных рук не было. «Придётся походить какое-то время глухим», — вздохнул он и с размаху ударил мечом по щиту. Звук разнёсся по этажам, как визгливая ударная волна, проникая сквозь стены, перекрытия, плоть и кости. Но Вова не стал убирать руку, вжимая меч в щит, из-за чего они становились всё ярче, затапливая пространство ослепительным режущим огнём.

Теперь каждая тварь в здании услышит этот вызов, но самое главное – летучие мыши не смогут игнорировать его присутствие. Вова опасался этих мелких тварей гораздо больше, чем собак или зомби. Ведь именно они помогали вампиру пополнить ряды своей армии.

Он замер, прислушиваясь. Меч и щит продолжали сиять – теперь они не дадут ему видеть некоторое время, но заодно ослепят его врагов. Из глубины здания донёсся быстро нарастающий топот сотен лап, шелест тысячи крыльев, вой и рычание, сливающиеся в единую какофонию безумия.

— Пришли на огонёк, — удовлетворённо кивнул Вова.

Первой из темноты вырвалась туча: живая и шелестящая тьма мерзких перепончатых тварей с горящими красными точками глаз. Они заполнили холл, закрывая собой всё, создавая пищащую завесу, мгновенно облепили его доспехи, стараясь дотянуться до лица, но Вова легко стряхнул отвратительных тварей.

Когда за ними выбежала стая псов, он поднял щит перед собой и влил в него ещё больше маны, одновременно произнеся простую молитву:

— Свет Творения, защити меня.

Щит взорвался светом, из его центра вырвалось ослепительное, обжигающее сияние, от которого даже Вове пришлось отвести лицо, иначе можно было получить ожог. Воздух наполнился шипением и вонью палёной шерсти. Мыши вспыхивали, как бумажные самолётики над костром, дождём падали вниз, беспомощно барахтались на полу, постепенно превращаясь в горстки пепла.

Собаки взвизгнули и заметались, натыкаясь друг на друга, врезаясь в стены. Стая, только что казавшаяся неудержимой лавиной, превратилась в кучу слепых, испуганных тварей, которые с визгом кинулись прочь: в двери, коридоры – подальше от этого невыносимого света. В холле воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением догорающих мышей.

— А были такими страшными! — сказал Вова, опуская щит.

Он уже не был ослепительно ярким, но в глазах ещё плясали огни, а в ушах стоял звон. Видеть и слышать какое-то время ему будет сложно.

Вова двинулся внутрь, углубляясь в главный коридор первого этажа. Штаб дальше был разрушен сильнее: стены в дырках, на полу куски штукатурки, облитые кровью. Кое-где лежали трупы: солдаты, учёные в халатах, какие-то гражданские. Видимо, было сражение между людьми и монстрами

Пройдя половину пути, он почувствовал тёплую, знакомую вибрацию – эхо силы от его амулета. Это Вера, пробираясь в обход, воспользовалась талисманом. Слабый, короткий выброс – значит, проблема оказалась неопасной и всё уже разрешилось. «Не бойся и держись молодцом, Верочка, — мысленно улыбнулся он. — Пусть знают, с кем связались».

Радость моментально прервали шаги сзади: по коридору двигались двое, уже проделав половину пути до него. А ведь он знал, что из-за глухоты он нарвётся на засаду! На них были грязные, пропитанные кровью обрывки военной формы СОК. Они одновременно вскинули пистолеты и открыли прицельный огонь – пули барабанили по кирасе, оставляя на ней едва заметные царапины. Одна, чиркнув по шлему, отскочила с противным визгом.

— Ну, с вами даже неинтересно, — мрачно сказал Вова. — Псы и те были бодрее.

Он просто рванул вперёд, сокращая расстояние тремя мощными прыжками. Рабы вампира не отступали, и Вова приземлился прямо перед ними. «Удобно стоят, — подумал он, когда световой клинок одной дугой разрезал оба тела. — Будто хотят умереть быстрее». Зомби-половинки рухнули в разные стороны, вспыхнув ярким пламенем. Огонь из разреза за секунду охватил куски тел.

Вова отправился побыстрее вглубь здания. Путь вниз он нашёл сразу, а вот дальше пришлось замедлиться: на лестнице царила разруха и абсолютная, непроглядная тьма. Он поднял меч выше, чтобы освещать себе путь. Но это несильно помогало: основной проблемой стали переломанные ступеньки, разбросанные куски бетона и куча мелких крошек и гильз. Однако на самом подземном этаже всё оказалось ещё хуже.

Штаб напоминал здание после бомбардировки. В стенах пробоины размером форточку, через которые можно было видеть помещения. Все двери сорваны с петель, кое-где потолок обвалился, преграждая путь рухнувшими балками и камнем. В коридоре было совсем темно, немного света давали чудом уцелевшие лампы в отдельных комнатах. Свет из них пробивался сквозь пробоины и дверные проёмы.

Везде трупы, обломки роботов и сверху всё покрыто кровью и гильзами. Вова перешагнул через тело то ли солдата, то ли учёного – по куску мяса, разорванного на части, было трудно узнать обладателя. Чуть дальше лежала женщина. Вернее, её рука с изысканным маникюром, торчащая из-под бетонной плиты.

Вова прошёл ещё немного, когда в слабом свете увидел фигуры: зомби в коридорном перекрёстке заняли места в дверных проёмах и за углами. «Грамотно действуют, черти, — выругался он. — Как настоящие солдаты, только лица синие и глаза белые».

— Эй, мёртвая голова! — крикнул Вова, и голос эхом разнёсся по коридорам. — Русские не сдаются! Ферштадн?!

Лавина огня стала ему ответом. Если бы Вова не оглох ранее от собственного приёма, то в очередной раз потерял бы слух. Пули выбивали из стен бетонные фонтанчики крошки. Он рефлекторно поднял щит, закрывая им забрало шлема. Прорези для глаз узкие, а свинца летает слишком много – можно случайно схватить порцию. Снаряды били по щиту с такой силой, что его начало трясти, словно Вова держал отбойный молоток.

«Ну, хватит прятаться», — подумал он и рванул вперёд.

Он покрыл расстояние до них в несколько огромных, пружинистых скачков. Первый удар сделал вслепую: просто прочертил дугу на уровне груди, разрезая стены и людей за укрытием. Судя по прекратившейся стрельбе, он достал противника. Вова чуть отставил щит, пытаясь сориентироваться, но тут же получил очереди в голову сразу от нескольких бойцов за углом. «В глаза метят, — понял он. — Знают, куда бить и не дадут открыться».

Второй удар вслепую не принёс никакого эффекта. Тогда Вова просто ринулся в сторону ближайшей пальбы, крутанулся волчком и всё же сумел поразить ещё двух или трёх. Стрельба рядом прекратилась и раздался характерный звук падающих тел, но вот сколько их было – неясно.

Следующий такой же приём ничего не дал. Эти твари быстро учились! Клинок света рассёк только воздух. Вова на секунду остановился и тут кто-то из сообразительных и метких зомби стал стрелять сбоку и сзади, но не в спину, а в щит – пули рикошетили от внутренней его части, попадая в шлем в сантиметрах от забрала.

— Бесите! — крикнул он.

Эта десятка заставила его отступить! Современное оружие и опытные стрелки могли сделать то, что ранее не удавалось никому! Вова наклонил голову, чтобы пуля не залетела внутрь, и слегка отодвинул щит, чтобы увидеть тени врагов. Но к своему удивлению, под ногами он заметил гранату. Он отпрыгнул назад и закрыл лицо щитом.

Взрыв оглушил его ещё сильнее. Волна ударила во всё тело, подбросила его в воздух, словно пушинку. Он больно врезался спиной в стену, рухнул на пол – сверху упала куча обломков. В ушах стоял звон, перед глазами плыли тёмные круги. «Проверка систем», — мысленно скомандовал он себе, оценивая состояние. Доспех его спас, даже шлем смягчил удар. Правда, контузии, судя по слабости и тошноте, избежать не удалось.

— Неплохо, — прохрипел он, поднимаясь.

Но нужно было менять тактику, иначе они его ослабят и найдут как прикончить. Когда пули забарабанили по броне снова, он прыгнул в соседнее помещение, а из него через пролом в ещё одно, и здесь спрятался между стеной и наполовину развалившимся шкафом. А заодно погасил свой щит и меч, стараясь не выдавать себя. Снаружи послышался топот, который почти сразу перешёл в аккуратные шаги.

Сначала в помещение влетела граната. Однако новый взрыв уже не произвёл прежнего эффекта, зато один из шкафов рухнул на пол. В следующий миг в комнату ворвались зомби, а Вова бросился на ближайшую группу.

Взмах – сразу две головы оторвались от своих тел и полетели в темноту. Ещё два удара и бойцы упали, вспыхивая огнём. Замкнутое помещение играло на руку Вове. Оставшиеся поняли, что в ближнем бою им не победить, и снова отступили, прячась за углом коридора. Пули рикошетили от стен, одна задела шлем, заставив его отвернуться.

— Надоели, — процедил Вова сквозь зубы.

Он вложил в щит больше маны и сильным броском метнул его вперёд – светящийся диск разрубил часть стены и тех рабов, что стояли за ней. Стрельба стихла, а потом раздался последний, сдавленный хрип и удары падающих тела. Он секунду стоял, наслаждаясь тишиной, звоном в ушах и своим тяжёлым, частым дыханием.

— Физкульт-привет, блин.

Когда сердце немного успокоилось, Вова осознал неприятный факт: он понятия не имел, где находится. Лабиринт коридоров, изрытый взрывами и проломами, превратился в хаотичное нагромождение комнат и проходов. Он попробовал идти наугад, но быстро понял, что не может даже вернуться на бывшее место боя.

Пройдя через пару помещений, он услышал странный звук: тихий, прерывистый, похожий на писк зверька. Он минуту стоял прислушиваясь, и наконец понял: кто-то всхлипывал! Где-то совсем рядом! Он огляделся: кажется, звук шёл из-за чудом уцелевшей двери.

Вова толкнул её плечом – петли с противным скрежетом вырвало из поломанного косяка. Внутри обычный кабинет со шкафами, креслом и столом. На последнем как раз стоял включённый ноутбук, давая экраном немного света. Вся мебель уцелела, даже пыли здесь оказалось гораздо меньше. А ещё всхлипы прекратились, как только он переступил порог.

— Есть кто? — спросил Вова, его голос в шлеме был глухим и, возможно, пугающим.

Тишина. Но он точно слышал отсюда плач. Его взгляд упал на старый, массивный шкаф в углу. Он подошёл и рывком открыл обе створки: внутри сидела черноволосая девушка. Её лицо было грязным, на щеке красовалась длинная свежая царапина. Она испуганными глазами смотрела на его меч.

— Ого, — сказал Вова. — Извините, что я без стука. Не страшно вам здесь?

Девушка молчала, тогда он убрал меч, чтобы не пугать её лишний раз, и присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне.

— С вами всё в порядке? — спросил он. — Двигаться можете? Ноги-руки целы?

Она несколько раз судорожно кивнула, её губы тряслись. Затем, собравшись с силами, выдавила из себя дрожащим голосом:

— Вы... Вы меня спасёте?

Вова тяжело вздохнул, чувствуя отвращение к себе, ведь сейчас придётся не просто отказать, но и заставить сделать её что-то неприятное.

— Понимаете. Мне самому сейчас необходима помощь. Знаю, вы хотите выбраться, но мне очень нужно дойти до центрального поста охраны. А я немножко заблудился.

— Я могу сказать...

— Нет, — жёстко прервал он её. — Там всё разрушено, так что вам придётся показывать дорогу. К тому же со мной вам будет безопасней. Я не дам вас в обиду, честное слово.

Он подмигнул ей. Ну или постарался. Сквозь забрало это, наверное, выглядело странно. Девушка немного успокоилась: безумный страх в её глазах сменился простым опасением.

— Ксюша, — тихо представилась она, выбираясь из шкафа и отряхивая юбку. — Я... Я аналитик. Здесь работала.

— Очень приятно, я Вова, — кивнул он. — Специалист по наведению шума и выносу мусора. Пойдёмте быстрее.

Ксюша тихонько семенила рядом, лишь пару раз вскрикнула, когда натыкалась на тело очередного знакомого, тут же зажимая рот рукой. Вова шёл впереди, время от времени останавливаясь, чтобы разгрести очередной завал. Ближе к штабу трупов и поломанных роботов становилось всё больше, абсолютно все мертвецы были добиты выстрелом в голову. Видно, из штаба кто-то отчаянно прорывался, но чем дальше они углублялись, тем тише становилось. Или осаждённым удалось пробиться, или они все убиты.

Дверь поста охраны оказалась заблокирована, и Вове пришлось её вырезать своим мечом. Когда они вошли внутрь, то ему стало легче: в самом центре нет никого, лишь пара трупов. Им всё же удалось вырваться наружу! Почти всё оборудование осталось целым: только один разбитый монитор, несколько перевёрнутых кресел и пара трупов. Ксюша вздрогнула, но перешагнула через них и села за один из компьютеров:

— Вот, — сказала она через минуту. — Я открыла базу данных объектов.

— Молодец, — похвалил Вова, снимая шлем и проводя рукой по взмокшим волосам. — А теперь найди мне телефон Алёны... Чёрт, не знаю фамилии!

— Алёна здесь только одна. Африкановна.

Вова взял у Ксюши телефон и набрал номер. Только бы она взяла трубку! Иначе всё пропало. Через пару секунд гудки прекратились и послышалось тихое дыхание.

— Алёна? — спросил он.

— Да, — ответил голос.

Какая-то она слишком тихая, словно боится говорить.

— Это Вова.

— Я так рада тебя слышать! Ты...

— Послушай! — резко перебил её Вова. — Ты знаешь, что есть служба СОК, которая за нами, героями, следит?

— Знаю, — голос Алёны стал ещё тише. — И многие из тех, кто вернулся... Они все убиты... Я не знаю, кто жив, и... Я не знаю... По-моему, за мной следят.

— Да, слушай, тебе не кажется, — кивнул Вова, хотя она его не видела. — За тобой действительно следят, но это сейчас...

— Я боюсь! — крикнула Алёна. — Помоги мне, пожалуйста.

Вова горько усмехнулся:

— Это смешно, Алёна, но сейчас именно мне нужна твоя помощь. Я стою посреди разрушенной базы СОК. Уничтожили её двое. Один из них Артур.

В трубке повисла напряжённая тишина. Наконец, Алёна сказала:

— Артур? Он же погиб.

— Я сам его видел. Он напал на меня ещё вчера. Теперь он бушует на базе СОК, уничтожая всё вокруг. Я не знаю, что именно с ним случилось. Слышал, что он сейчас превратился в монстра, но в какого именно, неясно, — продолжил Вова. — Впрочем, с Артуром я, наверно, справлюсь. Но есть ещё второй. Скорее всего, это вампир, причём не из слабых. И мне нужно подкрепление, а именно ты и Саша.

— Саша?

— Ты через телепорт забираешь его и потом оба живо сюда, на базу СОК. Справишься?

— Я... Да, у меня хватит маны, — голос Алёны обрёл чуть больше уверенности. — Но мощные заклинания после этого станут недоступны. И я не знаю, где Саша.

— Я сейчас передам трубку Ксюше. Она сотрудница СОК и поможет тебе найти Сашу, затем попасть сюда и сориентироваться тут, — сказал Вова и немного помедлив добавил. — Алёна, я отдал свой талисман и здорово рискую. Надеюсь на тебя и Саню.

Он оторвал трубку от уха и взглянул на Ксюшу, которая смотрела на него круглыми глазами, явно не понимая половины сказанного.

— Сейчас с тобой будет говорить одна сильная, но стеснительная волшебница, — сказал он, протягивая ей телефон. — . Объясни ей, где находится Саша, а потом помоги ей добраться сюда и сориентируй на базе.

Ксюша взяла трубку дрожащими руками.

— Алло? — сказала она в неё неуверенно. — Да... Я здесь.

Вова посмотрел на Ксюшу, которая уже начала что-то быстро объяснять. Он выпрямился, снова надел шлем и направился к выходу. Помощь он запросил, и теперь нужно было найти того, кто всё это устроил.

Выбраться на первый этаж оказалось проще, как и найти нужный коридор, вопрос оставался в том, где найти Артура. Он уже почти дошёл до госпиталя, когда из боковых проходов впереди, выскочили люди в броне и с автоматами. Пули забарабанили по золоту, но для него это было не опаснее, чем предыдущая стрельба зомби.

— Ребята, вы серьёзно?! — крикнул он. — Вам это надо?!

Вова ринулся к ним, прикрывая забрало рукой. Вспоминая прошлый опыт, щитом пользоваться не хотелось. Но едва он преодолел половину пути, как из-за углов к предыдущей десятке добавились два огромных бойца в экзоскелетах с гидравлическими приводами и толстыми плитами брони. В руках они держали не пулемёты, а огромные автоматические пушки.

Они открыли огонь одновременно, и первые же выстрелы ударили по кирасе с такой силой, что Вова пошатнулся. На золоте появились глубокие вмятины – это было уже серьёзно. «Ого, — удивился Вова. — А эти опасны». Он снова выставил вперёд щит – тот дрожал от снарядов так, что он едва удерживал его. Ему даже пришлось перейти на шаг, чтобы не потерять равновесие и не упасть.

Но враги, поняв его действия, синхронно перевели стрельбу на ноги. От первого же попадания крупнокалиберного снаряда Вова оступился, чувствуя, как голень ошпарило огнём, но сумел удержаться на ногах. Ещё один снаряд – и он почувствовал, как металл на бедре затрещал. «Ещё немного и они пробьют броню!» — с ужасом понял он.

Тогда он, быстро прицелившись, бросил щит в самого крупного бронированного врага. Светящийся диск вращаясь полетел вперед, мгновенно разрубив солдата в экзоскелете пополам. В ту же секунду ногу Вовы обожгло резкой, острой болью: в правых поножах зияла дыра, из которой била кровь. Щит, потеряв управление, врезался в стену где-то за спинами врагов и застрял.

Вова рухнул на одно колено. Несколько крупнокалиберных снарядов ударили в нагрудник, оставив в нём глубокие вмятины. Он едва удержался, чтобы не упасть спиной назад.

«Кажется, они меня убьют, — мелькнула в голове отвратительно холодная мысль, когда несколько пуль ударило в шлем, выбивая искры. — Моя броня недостаточно прочная!». Он быстро поднял левую руку, прикрывая забрало. И в ту же секунду очередной снаряд с нечеловеческой силой ударил в наруч – адская, жгучая боль пронзила руку до локтя. Через предплечье, пробив броню насквозь, прошла ещё одна пуля.

— Свет, дай мне сил, — прошептал он, призывая щит изуродованной рукой.

Щит вылетел из стены за спинами врагов, понёсся обратно словно гильотина. Он наискосок ударил в спину второго солдата в экзоскелете, разрубив его, а затем рассёк ещё двоих, стоящих перед ним, и полетел назад. Вова попытался его поймать, но руку пронзила острая боль, едва она столкнулась с летящим щитом.

— Ах, чёрт! — прохрипел он, чувствуя, как кровь заливает перчатку. — Ну, держите.

Он метнул вперёд свой меч – тот вращаясь, разрубил ещё одного неприятеля вместе с углом коридора, за которым тот прятался. Враги, увидев, что тяжёлые бойцы уничтожены, начали отступать, продолжая стрелять. Но Вова не собирался давать им передышку. Он, шатаясь, поднял свой щит и швырнул второй раз. Щит, описав дугу, срубил сразу троих. Затем, не дожидаясь, когда враги сбегут, снова призвал его – на обратном пути щит прошёл сквозь двоих, оставляя за собой кровавый след.

Выжившие враги, потеряв надежды на победу, бросились в бегство, даже не пытаясь стрелять в ответ. В одно мгновение Вова остался один и тут же упал, привалившись спиной к ближайшей стене: воздуха не хватало, сердце бешено стучало в висках, перед глазами плясали тёмные круги. Ещё чуть-чуть и он бы сдох от потери крови.

«А они умеют сражаться», — с неожиданным уважением подумал он, глядя на груду разрубленных тел и дымящиеся экзоскелеты. Чтобы преследовать их, не осталось ни сил, ни желания. Он с трудом встал на колени и сложил ладони.

— Свет Творения, Владыка Неба, — зашептал он молитву. — Прими благодарность мою, что сохранил жизнь в священной битве. Исцели раны раба своего, чтобы я продолжил служение Тебе. Верни силы в тело моё, чтобы сразил я врагов Твоих.

На последних словах его доспех начал светиться. Руны на кирасе и щите замерцали ровным золотым светом. Боль в руке и ноге начала стихать, тепло разлилось по телу. Вова чувствовал, как уходит усталость, успокаивается сердце. Он открыл глаза и посмотрел на свою руку: сквозь дыру в броне была видна чистая, розовая кожа.

— Спасибо, — тихо сказал он, поднимаясь на ноги.

Теперь его движения снова стали лёгкими. Он поднял меч и щит, и посмотрел в сторону, куда убежали враги.

Последнее усилие

Удивительно, но госпиталь хоть и выглядел более целым, но при этом оказался намного кошмарнее. Серо-зелёные стены украшали не только дырки от пуль и сквозные проломы, но и глубокие длинные борозды от гигантских когтей. Коридоры превратились в жестокую пародию на лабиринт Минотавра, где вместо нитей Ариадны к чудовищу вели кишки, размотанные по полу. Вова шагал по этому кафкианскому кошмару, обходя обломки мебели и то, что когда-то было людьми.

Очередной зомби вывалился из-за угла: бывший учёный, судя по белому халату. Его глаза смотрели в разные стороны, будто повсюду искали новую жертву. Зомби зарычал, вернее, попытался: нижней челюсти не было, так что из глотки вырвалось какое-то бульканье утопленника. Он шагнул вперёд, явно намереваясь обсудить свои проблемы на повышенных тонах.

— Прости, — сказал Вова, взмахивая мечом. — Защита диссертации отменяется.

Тело развалилось на половинки, мгновенно вспыхнув ярким пламенем. Он уже собрался двинуться дальше, когда из глубины коридора донеслась короткая очередь из автомата и сразу же – низкий, горловой рык. Вова пошёл в сторону звуков, стараясь не шуметь. Впереди раздались очередные выстрелы, крики и звон разбитого стекла, а вслед за ними – хруст чего-то очень костлявого.

Вова вошёл в большой зал, скорее всего, столовую: столы перевёрнуты, стулья разломаны в щепки, на полу разорванные трупы. А в центре этого хаоса стоял он: огромный, под три метра, с лохматой шерстью и жёлтыми глазами. В лапах монстр держал останки солдата, голова которого болталась на лоскуте кожи, а внутренности вывалились на пол.

Сердце сжалось так, будто его стиснули в кулаке. Он знал Артура. Знал его человеком. Спокойный, тихий парень, который на всех совещаниях сидел с таким видом, будто окружающие проблемы к нему не относятся. Он всегда был сам себе на уме, ненавидел насилие, отводил взгляд при разговоре и стеснялся девушек. Артур согласился быть героем только ради того, чтобы его вернули на Землю. А потом он пропал на очередном задании. Вскоре все узнали о его гибели, но в конце до Вовы дошли слухи, что у врагов появился особо сильный оборотень со странными способностями. И вот этот самый Артур стоял посреди кровавого месива и смотрел на Вову глазами, в которых не осталось ничего человеческого.

— Прости, дружище, — сказал Вова. — Ты не заслужил такой участи. Но ты стал монстром и убиваешь людей. Я не могу позволить тебе гулять здесь дальше.

Оборотень не ответил. Конечно, он вообще не понимал человеческой речи сейчас. Его жёлтые глаза уставились на золотой доспех, монстр открыл пасть – низкий, вибрирующий рык ударил кувалдой по ушам, и все внутренности покрылись инеем от страха.

Однако Вова моментально сбросил оцепенение: он хорошо справлялся с ментальными атаками. Артур прыгнул. Огромная туша взлетела в воздух с нечеловеческой скоростью, а когти описали дугу, целя в голову. Он подставил щит – удар огромной силы пришёлся в центр сияющих рун, отшвырнув Вову назад и выбив из него дух. Он пролетел несколько метров и врезался спиной в стену.

В ушах гудело, в глазах плясали тёмные круги, а в лёгких не осталось воздуха. Рука онемела, но в ней ещё были силы, чтобы держать щит.

— Неплохо, — прохрипел он, отрываясь от стены. — На троечку.

Артур в одно мгновение оказался рядом, Вова взмахнул рубящим ударом снизу вверх – клинок из света полоснул монстра по груди, и стальная шерсть вспыхнула, а на теле оборотня появилась глубокая, дымящаяся рана.

Артур заорал от боли и ярости, а затем бросился на него снова – удары посыпались градом. Вова едва успел подставить щит. От первого же удара рука дёрнулась, а плечо прострелило болью, от второго подогнулись ноги. Затем Артур отбросил щит и схватил его за голову – шлем моментально заскрипел под давлением могучей лапы.

— Блин, — выдохнул Вова и ткнул не глядя мечом вверх.

Световой клинок наполовину вошёл в живот Артура. Оборотень с воем отшатнулся, а в его боку появилась вторая более глубокая рана, из которой валил дым. Вова, пользуясь секундной передышкой, вскочил и ударил монстра снова, но Артур, несмотря на боль, оказался быстрее. Его когти метнулись вперёд и схватили его за руку с мечом.

— Это нечестно, — прохрипел Вова, чувствуя, как наручи со скрипом гнутся. — У тебя лапы длиннее.

Артур вывернул ему руку, отчего сустав отозвался болью. Тогда левой Вова метнул щит прямо в морду оборотня, тот попытался уклониться, но яркий диск вонзился в грудь, заставив его пошатнуться, но не отпустить руку. Вова выкинул меч и быстро перехватил его второй ладонью. Успел вовремя – монстр уже достал и швырнул щит в сторону. Но Вова, не меняя положения, рубанул вверх. Световой клинок прошёл через предплечье, и лапа отделилась от тела.

Оборотень заорал, отпрыгнул назад, прижимая культю к груди, и бросился бежать. Но теперь он стал не такой стремительный, так что Вова не собирался давать ему шанс на исцеление. Он поднял щит и кинул вдогонку – тот врезался чудовищу в затылок.

Оборотень рухнул, как подкошенный, и Вова догнал его за секунду. Оглушённый Артур пытался встать, но святой меч воткнулся ему в спину. Монстр дёрнулся последний раз и затих. Тело его задымилось, вспыхнуло, и пламя охватило его за пару секунд.

— Прости, друг, — устало выдохнул Вова. — Свет примет тебя.

В этот момент сзади что-то ударило в спину с чудовищной силой. Резкая боль хлынула от лопатки в голову, а Вова перекатился через труп Артура и рухнул за тушей оборотня. «Удачно, — мелькнуло в голове. — Отличное укрытие!».

В спине что-то торчало, вызывая острую, раздирающую боль. Вова нащупал стрелу и вытащил её: красное древко, багровое оперение. Наконечник вошёл в доспех на сантиметр, пробил золотую пластину, но застрял из-за своих широких крыльев. Стрела определённо была сделана из крови и обладала мощной магией.

Вторая такая же вылетела из темноты и пробила труп Артура насквозь: куски мяса разбросало по коридору. Остриё ударило в наплечник по касательной, но отскочило, помяв броню. Доспех выдержал. Скорее всего, труп погасил часть энергии.

— Ну, спасибо, Артур, — прохрипел Вова, глядя на дымящуюся дыру в теле чудовища. — И после смерти пригодился.

Время было на исходе, если он не начнёт двигаться, следующая стрела найдёт цель. Он схватил труп монстра за лапу, вскочил и со всей силы швырнул его вперёд, в ту сторону, откуда били стрелы.

Останки оборотня заслонили собой Вову, давая возможность приблизиться к врагу. Туша пролетела метров десять, но следующая стрела ударила так, что труп разлетелся на куски прямо в воздухе. Взрыв был такой силы, что стены пошли трещинами, а потолок рухнул кусками штукатурки, и всё заволокло пылью.

Поднятое взрывом облако прикрыло Вову на время. Но противник чувствовал его на расстоянии, и третья стрела вылетела навстречу, но он успел подставить щит. От удара щит мотнуло в сторону так, что Вова едва удержался на ногах, но не остановился, и через секунду в серых клубах пыли проявилась фигура стрелка.

Перед ним в длинном чёрном пальто и багровым луком в руках стоял и хищно улыбался Степан. Ему сейчас должно быть 27 или 26 лет, но выглядел он едва ли на двадцать. Несмотря на прошедшие годы, Вова его легко узнал. От неожиданности он попытался остановиться и чуть не упал.

— Стёпа? Ты серьёзно?!

— Вильгельм, — он театрально помахал рукой. — Извини, но обстоятельства...

В глазах бывшего товарища не было ничего от того вежливого, весёлого парня. Лишь нечто злобное и голодное, от чего на секунду перехватило дыхание. Стёпа, не тратя слов на дальнейшие любезности, быстро положил на тетиву четвёртую стрелу. Вова не успел среагировать: ступор стоил ему драгоценных мгновений. Она вошла в то же самое правое плечо, пробив броню, и взорвалась внутри, разрывая мышцы.

От острой боли Вова на секунду ослеп. Правая рука повисла плетью. Пальцы ещё держали рукоятку меча, но сражаться он уже неспособен, а на исцеление потребуется несколько секунд, которые Стёпа не даст. Тогда он левой метнул щит в вампира – тот легко уклонился от него, но секундная задержка позволила переложить меч в другую руку и сделать последние шаги. Но его удар не стал неожиданным. Напротив, Степан уклонился с грацией балерины.

— Медленно, Вильгельм, — усмехнулся вампир. — Или уже годы не те?

Его легкомысленность и неторопливость сделали своё дело: позволили Вове отойти от болевого шока и бить быстрее. Следующий удар едва не достиг цели, но бледный уродец подставил свой лук под лезвие. Магическое древко не выдержало и разлетелось в щепки, но позволило вампиру извернуться и уклониться от светового клинка.

Вампир отбросил обломки лука, его рука дёрнулась, из ладони вырвалась струя тёмной, густой крови, которая мгновенно затвердела, превратившись в изогнутый клинок. Вова ударил снова – Степан легко, почти небрежно, отбил его выпад. Кровавый меч зашипел и треснул, лезвие испустило клубок чёрного дыма, но тут же восстановилось.

Вова ударил снова, а потом ещё и ещё. Каждый раз Степан либо отводил его выпады, либо просто уклонялся, двигаясь с неестественной скоростью. Его кровавый меч постоянно покрывался трещинами, но затем мгновенно восстанавливался.

«Он быстрее, — понял Вова. — А я дерусь левой, что дико неудобно, и кровь течёт, как из прорванной трубы». Он чувствовал, что каждая серия ударов даётся тяжелее предыдущей. Степан, казалось, даже не устал. Он просто развлекался и ждал, когда противник выдохнется, чтобы можно было поиздеваться напоследок.

Вова отступил на шаг, делая вид, что выдыхается. Степан, как и следовало ожидать, двинулся вперёд, поднимая свой кровавый клинок.

— Неужели ты выдохся, Вильгельм? — насмешливо спросил вампир.

— Укажи, Свет, путь моему мечу, — прошептал молитву Вова и ударил в ответ.

Эффект не предназначался для атаки или защиты. Это была простая почти бытовая просьба, чтобы меч засветился ярче, и паладин смог найти путь во тьме. Банальная молитва для заблудившегося путника никогда не использовалась в бою. Вот только его противником был вампир, боящийся истинного света, вооружённый оружием из собственной, осквернённой крови.

Меч ярко вспыхнул, и клинок Степана взорвался мелкими осколками. Вампир отшатнулся, и в его глазах впервые мелькнул настоящий первобытный ужас.

И в этот момент сзади раздался грохот, и что-то ударило в спину Вовы с жуткой силой, бросая его вперёд, прямо на Степана, который, не растерявшись, выбросил руку с обломком кровавого клинка, который ещё не успел полностью исчезнуть.

Обломок лезвия вошёл Вове прямо в подмышку: туда, где золотой наплечник смыкался с кирасой, оставляя узкую щель для движения. Левая рука вспыхнула болью и тут же ослабела. Степан, не теряя ни секунды, схватил его, не давая призвать щит, и ударил ногой в грудь.

Мир на секунду превратился в быстродвижущийся серый туман. Но полёт был коротким: второй удар пришёлся в спину, отправляя его куда-то в сторону. Вову отбросило ещё на несколько метров, и он врезался в кирпичную стену.

Сознание возвращалось рывками. Сначала Вова услышал грохот выстрелов, которые казались слишком тяжёлыми и мощными. Он приоткрыл глаза и увидел человека в бронированном экзоскелете. Крупная, массивная фигура, закрывающая собой полкоридора, гудела гидравликой и стреляла из автоматической пушки в Степана.

А тот, несмотря на свою чудовищную скорость, не мог увернуться. Крупные снаряды рвали его тело на части: один уничтожил левую руку по самое плечо, а другой разорвал живот с правой стороны. Из раны хлынула черная, густая кровь, которая начала сворачиваться, пытаясь восстановить утраченное.

— Вова! — рядом опустилась на колени Вера.

— Где он? — спросил он, удивившись своему хриплому голосу. — Где мой амулет?

— У Петра Ильича, — виновато ответила она. — Он сказал, что ему нужна защита.

— Глупец, — выдохнул он. — Талисман не защитит его. Я дал благословение только тебе, когда ты взяла его. Я не рассчитывал больше ни на кого.

У Веры от ужаса расширились глаза. Вова попытался подняться, но тело не слушалось: обе руки висели плетью, боль в спине стала невыносимой, грудная клетка, кажется, треснула от мощного удара вампира.

— Пётр Ильич! — закричала Вера оборачиваясь. — Отдайте амулет! Он...

Степан даже с оторванной рукой и половиной туловища бегал быстрее, чем мог себе позволить человек в тяжёлом, медленном экзоскелете. Двигаясь по дуге, он преодолел разделявшее их расстояние, и его единственная оставшаяся правая рука выбросила вперёд кровавый клинок, который прошёл сквозь броню и сердце полковника.

Пётр Ильич даже не вскрикнул, а просто замер, глядя на рукоять, торчащую из его груди, с выражением крайнего удивления на лице. Степан, не тратя времени, впился зубами в шею полковника, и его тело буквально на глазах начало восстанавливаться. Оторванная рука выросла заново, дыры в туловище затянулись, покрываясь плотью и кожей.

Когда Степан закончил, он просто отшвырнул тело в сторону. Труп полковника пролетел в двух шагах от девушки, едва не сбив её с ног, и с грохотом рухнул на пол.

— Старик! — Вера рванула к нему.

Степан, вытирая рот тыльной стороной ладони, медленно шёл к Вове.

— Кто-то ещё знает обо мне? — спросил он. — Кроме тебя и Артура? Говори, и, возможно, я позволю тебе умереть быстро.

Он лёгкими танцующими шагами приблизился к нему, поигрывая кровавым клинком. Вампир чувствовал себя уверенно, ведь он был победителем: единственный выживший противник валялся на полу, как сломанная игрушка. Вова молчал и смотрел в сторону, туда, где за спиной монстра, вдоль стены кралась Вера, прижимавшая к груди что-то блестящее. Его талисман! Видимо, будет второй раунд.

— Знаешь, — ответил он улыбаясь. — Тебе следовало быть осторожнее.

Степан нахмурился, и в этот момент Вера, оказавшаяся прямо за его спиной, швырнула амулет. Вова был готов и вскинул руку, принимая вспышку боли от раны. Когда талисман коснулся его ладони, яркий свет от него ударил в лицо Степана, обжигая его кожу, плоть, превращая его в живую, кричащую головешку. Вампир отпрыгнул назад, прикрываясь рукой, развернулся, бросился бежать и замер через пару шагов.

— Твари! — выкрикнул он, пятясь.

Навстречу ему вышли двое: Саша в белом доспехе и с мечом в руке, а также Алёна в длинной мантии и с посохом, в котором светился голубой сапфир. Саня шагнул вперёд, и его меч полыхнул огнём.

Вова, чувствуя, как амулет пульсирует теплом, наполнил его своей маной и активировал магический барьер. Сфера из чистого света развернулась вокруг него, закрывая проход. Теперь вампир оказался зажат со всех сторон.

— Живой? — присела рядом Вера.

— Вроде, — прохрипел Вова.

— Волшебница? — удивилась она, глядя на Алёну. — Так быстро!

— Потом, — отрезал Вова.

— Ну что, — сказал Саша, поднимая огненный меч. — Поиграем?

Алёна взмахнула посохом – в воздухе появился рой острых кристаллов, которые вонзились в Степана, пробивая его плоть и заставляя кровь брызнуть фонтаном. Вампир зашипел и бросился на волшебницу, но Саша уже был рядом. Он был таким же быстрым, так что они обменялись несколькими выпадами, но без результата, однако вскоре камень в посохе Алёны ярко вспыхнул, ослепляя противника. Благодаря этому пылающий меч опустился на плечо монстра, разрубая его почти до пояса.

Но вампир одним ударом отбросил Саню назад. Алёна подняла посох, и перед Степаном выросла стена из острых кристаллов. Чудовище с яростным криком начало разбивать камни. Его тело регенерировало на глазах: плоть стягивалась, кости сращивались, кровь возвращалась в сосуды.

— Я не сдохну от царапин! — крикнул монстр.

Алёна в этот момент колдовала над мечом Сани, так что, когда Степан разбил стену кристаллов, он взмахнул клинком – из оружия вырвалась волна пламени, которая сожгла одежду и кожу вампира, отбросив его назад.

— Голышом походишь! — крикнул Саша.

Окровавленная фигура попыталась прорваться через барьер Вовы, надеясь, что свет не настолько силён, чтобы остановить его. Но барьер поддерживался чистой верой, и стоило Степану коснуться, как его левая ладонь превратилась в головёшку.

— Не пройдешь, — сказал Вова.

Он всё ещё лежал на полу, опираясь спиной о стену. Вампир развернулся к рыцарю и волшебнице. Казалось, что сил в нём почти не осталось, но чудовище вдруг вырвало у себя левую руку, которая тут же превратилась в огромный зазубренный меч. Его удар оказался молниеносным, но Саня успел подставить огненный клинок, однако тот взорвался, переломившись пополам от удара проклятого меча.

Зазубренное лезвие врезалось в серебряный доспех, отчего по нему пошла трещина, из которой хлынула кровь. Вампир одним ударом отшвырнул противника в сторону. Алёна продолжила его атаковать: кристаллы камнями появлялись в воздухе и врезались в тело Степана, отбрасывая его к священному барьеру.

— Да что ж ты за... — прошипел он, уклоняясь от очередной атаки. — Чё за хрень!

Вампир отбивался мечом – он слишком быстр, чтобы его можно было поймать в ловушку, и слишком живуч, чтобы умереть от обычного оружия, но достаточно силён и вынослив, чтобы со временем убить их всех.

— Мы не можем его добить! — крикнула Алёна.

Вова знал это. Простые атаки его не уничтожат.

— Вера, — сказал он, повернув голову к девушке. — Помоги.

Она подхватила его под правую руку, помогая встать. Вова стиснул зубы, терпя боль, но всё же поднялся, опираясь на девушку. Из-за ран он не мог высоко поднять свой меч, но для одного удара в спину этого и не нужно.

— Держи амулет, — сказал он тихо. — И не двигайся.

Вера замерла, так что барьер остановился на месте, и Вова, подняв обломок меча на уровень груди, вышел к вампиру. Алёна всё прекрасно поняла и вложила все силы в последнюю атаку, отбрасывая вампира назад: прямо на загоревшийся клинок света.

Луч пронзил тело чудовища насквозь. Монстр замер, глядя на рвущийся из груди яркий поток, а его кровавое оружие рассыпалось. Огонь внутри вампира вспыхнул с новой силой, разрывая его изнутри. Он дёрнулся, попытался вырваться, но Алёна следующей атакой лишь сильнее насадила его на клинок, а свет уже лился сквозь рёбра, выжигая проклятую плоть. Через секунду с клинка уже пытался слезть обгоревший скелет. Ещё через мгновение Степан развалился на кости и рухнул на пол облаком пепла.

***

Вова сидел, прислонившись спиной к стене, которая чудом ещё держалась. В паре метров от него, на полу лежали останки Степана: тонкий почерневший скелет, который рассыпался, как трухлявое дерево. Рядом с кучкой костей и пепла сидел Саша, а над ним колдовала Алёна, исцеляя его раны. С другой стороны рядом с телом Петра Ильича опустилась на корточки Вера.

Вова закрыл глаза и зашептал молитву. Тёплый свет разливался по телу, затягивая раны, возвращая силу. Ничего больше не болело, тяжесть исчезла, сердце успокоилось, и даже рука, которая ещё минуту назад висела плетью, теперь послушно сжималась в кулак.

— Ну вот, — сказал он. — Как новенький. Только гарантийный талон потерялся.

Он пошевелил плечами, проверяя подвижность. Даже золотая броня двигалась без проблем: вмятин на ней стало заметно меньше.

— Так, — сказал Вова, подойдя к Вере. — Давай расставим точки над ё.

Она равнодушно посмотрела на него: в её взгляде читалась усталость, но страха или недоверия не было. Это радовало.

— Мы готовы сотрудничать, — сказал Вова. — Алёна, Саша и я. Расскажем всё, что знаем о планах. О вторжениях, монстрах...

— Вторжении? — её взгляд стал острым.

— Были предсказания, — сказала Алёна. — Главное из них о том, что будет война за этот мир. Те монстры, с которым мы сражались там, теперь вторгнуться на Землю. Но мы не знаем точно, когда и где всё начнётся.

— Так вот, — продолжил Вова. — Мы готовы сотрудничать и расскажем о монстрах, неприятеле и о том, кто планирует превратить Землю в зверинец. Но есть условие.

— Я не та, кто может принимать такие решения, — резко возразила Вера.

— Но именно ты донесёшь наше послание, — жёстко ответил Вова. — Никаких убийств.

Он сделал паузу, давая словам осесть, а потом указал на Алёну и Сашу:

— Мы полностью берём на себя контроль и работу с вернувшимися. Всех, кто оказался в этой мясорубке не по своей воле. Мы объясним им, как работать вместе и сотрудничать. И приструним, если потребуется.

Вера лишь молча смотрела на него.

— Твоя задача, — продолжил он. — Сообщить об этом своему руководству. Донести, что мы не враги, что у нас есть общая цель: не дать этому миру превратиться в филиал ада.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Я передам.

— Вот и отлично, — кивнул Вова. — А теперь, может, выберемся отсюда?