Похороненный под Саркофагом

Глава 1. Разойтись со Смертью с двух попыток.

ЧАЭС, рядом с Исполнителем Желаний

Стены вновь и вновь сотрясались под напором незнакомой обычному миру стихии — выбросу на территории ЧЗО. Многие ли видели его? По сравнению с остальным миром они составляют какие-то жалкие тысячи. Многие ли его пережили или же были загипнотизированы разверзшимися небесами подобно учёному, заворожённо наблюдающему за тем, как длившийся десятилетия эксперимент выдал первый позитивный результат? Их счёт идёт на сотни. А тех, кто пережил его на открытом пространстве, можно было пересчитать по пальцам одной руки, и все они были легендами тех времён, пускай легендами малоизвестными, но они были ими.

И одна из этих «сталкерских» легенд шла по территории старого комплекса ЧАЭС, держа наперевес верный АКС-У, от начального концепта которого остался лишь приклад и рукоять. На поясе у Стрелка висел ряд артефактов, каждый из которых по отдельности и так являлся самым настоящим сокровищем для любого сталкера, а вместе они образовывали небывалый концепт мощи, которая стройным потоком вливалась в мужчину, постоянно обновляя изнашиваемый организм. Два «Пузыря» нивелировали радиоактивное излучение, исходившее от двух мифических для многих артефактов: «Компаса» и «Сердце Оазиса». Данные артефакты являлись самым настоящим сокровищем, помещающимся на ладони взрослого человека. И их свойства позволяли Стрелку выйти на новый уровень, когда он мог преобладать над любым представителем человеческого рода. Из подсумка ровными строчками торчали обоймы для автомата сталкера, всего их насчитывалось около десятка, и они совершенно не стесняли движений опытного охотника, долгое время выслеживавшего свою добычу — Исполнитель Желаний.

Раньше Стрелок хотел славы и богатства, которые, по слухам, мог обеспечить этот странный кусок камня, но после провалившейся попытки добраться до него, а потом и потери памяти, которую с таким трудом удалось вернуть, он изменил своё мнение. — Монолит должен быть уничтожен… — наконец увидев огромный обелиск, прошептал сталкер. Проведя беглый осмотр и не заметив с помощью тепловизора никаких сигнатур жизни, Стрелок перебежками добрался до камня, по пути убив пару тушканов, которые своим стадным инстинктом могли испортить ему всю малину.

Сняв с плеча чёрную сумку, доверху набитую гранатами и другими полезными предметами, содержащими тротил, мужчина выдернул несколько «ушек», после чего сумка полетела навстречу Исполнителю, а сталкер, в свою очередь, лёг между двух крепких бетонных плит, в уме отсчитывая секунды за секундой.

— Один… Два… Три… — Мощный взрыв сотряс всё помещение, заставив обвалиться с потолка каким-то чудом оставшуюся там проводку.

Аккуратно выглянувший из-за импровизированной баррикады сталкер стал свидетелем рассыпавшегося на мелкое крошево Монолита, среди осколков которого один особенно выделялся, притягивая взгляд.

Осторожно выйдя вперёд, Стрелок бросил в осколок пару болтов, реакции на которые не последовало. Всё так же настороженно приближаясь к осколку, мужчина почувствовал вибрации, исходящие от «Компаса», словно тот желал поскорее оказаться ещё ближе к праху Исполнителя.

— Такая реакция обычно происходит после долгого подбора внешних условий для синтеза двух артефактов… — держа в руках «Компас», пробормотал сталкер, иногда отдаляя и приближая артефакт, дабы запомнить любые происходящие с ним изменения.

Тихо вздохнув, Стрелок наконец решился подойти к осколку, уже держа в руках специальный контейнер для неизвестных аномальных образований с целью дальнейшего исследования данного кристалла. Но планам мужчины не суждено было сбыться: сияющий кристалл словно на сверхзвуке преодолел расстояние от земли до «Компаса».

Столкновение.

Коллапс аномального и инопланетного образований.

Вспышка пространственного искажения.

Тишина, нарушенная лишь фырканьем мутировавшей крысы.

Дальнейшая судьба Павла Стрелецкого более не была известная обычным смертным, для обитателей Чернобыльской Зоны Отчуждения он стал абсолютной Легендой, превратившей ЧАЭС в руины, а группировку «Монолит» — в обычных сталкеров, которые принялись искать себе новое пристанище, зарёкшись от всякой веры. Здравницы за его действия звучали под кирпичными сводами старых домов ещё долгие года.

Зона лишилась своей занимательной фигуры, отдав её более сильному игроку. Теперь её очередь играться с жизнью занимательного человека, отправив его туда, где такая сильная душа может пригодиться.

В Далёкую далёкую галактику.

***

Регион — Внешнее Кольцо Сектор — Мандалорский сектор Система — Система Гаргон Планета — ГаргонВечер

Светило Гаргона клонилось к горизонту, постепенно погружая во мрак эту часть пустынной планеты, никогда не изобилующей лесами, огромными океанами или же обилием фауны. Максимально простой и максимально обычный заштатный мирок на границе Внешнего Кольца.

На замену природному свету начали загораться фонари у дорог и лампы в домах. Но некоторые улочки оставались без света. Некогда они были полны детского смеха и жизнью. Ныне же этот район города носящего имя Джиззлис, был пуст и мрачен, как убогие нижайшие районы Корусанта.

Гордо именующие себя "Космическими Волками" пираты ещё несколько декад назад подмяли под себя квартал Джиззлиса, дабы грабить, насиловать и убивать незатейливых тружеников многочисленных шахт. В них добывали нечасто встречаемый в галактике чанлон — руду, являющуюся прототипом фобиума — прочного металлического сплава, который обычно используется для строительства кораблей и иного рода конструкций, которым необходима повышенная износостойкость и прочность. Только продажа данного металла позволяла планете оставаться «на плаву» и даже постепенно улучшать инфраструктуру.

В одном из многочисленных тёмных переулках, спрятавшись от преследующих его пиратов, сидел мальчик, внешне — еще подросток, лет десяти по виду, грязный, с запятнанными в масле волосами, прячущий за пазухой краюху свежего хлеба, которую он отобрал у спящих ксеносов.

— Малой, выходи! Мы знаем, что ты здесь, не выйдешь — хуже будет! — в паре десятков метров раздался голос обворованного идиота, желтокожего твилека-инвалида, с протезом вместо левой руки.

Угрозы его остались без ответа, ведь мальчик не собирался сдаваться без боя, крутя одну единственную мысль: "Сдохну - но не голодным, сучонок желторотый!"

Кусочек свежего тёмного хлеба, ещё тёплого, совсем недавно лежащего в пекарне, отправился мальчугану в рот, тая внутри от обилия слюны, выделяемой изнеможденным телом.

Плавно, почти паря над потрескавшейся от времени дорожкой, подросток добрался до выхода из переулка, поворот головы направо, визг интуиции с последующей попыткой увернуться - тщетно. Пускай и травмированный, но ловкий и проворный твилек со всей силы впечатал окованный металлом сапог в висок вора. Мир в глазах Кайла потемнел, в миг лишаясь всех красок. В следующий момент он очнулся на потрескавшемся от времени бетоне, во рту стоял солоноватый привкус металла, а пират прислонял бластер к его груди.

— А вот и ты, кусок дерьма! Возвращай украденную еду и выворачивай карманы, или я за себя не ручаюсь! — Приставив дуло бластерного пистолета к грудной клетке Кайла, прорычал уроженец Родии.

— Какая еда, о чём вы? — Скороговоркой выпалил мальчуган, судорожно ища выход из своего удручающего положения.

— Не заговаривай мне зубы, воришка, — ударив Кайла в грудь, прошептал родианец. — Я отчётливо запомнил твою порванную одежду и волосы, тёмные, словно ночь, и грязные, что хер пойми где ты лазал, так что давай, выкладывай бабки.

— Тогда слезьте с меня… Я не смогу отдать вам деньги в таком положении, — хрипя, ответил подросток. Ребро пробило лёгкое, но боль в виске и тонны адреналина не давали осознать такую простую истину: смерть эротически дышит ему на ушко.

— Скажи, где деньги, я сам их достану, — мерзопакостно ухмыльнулся бандит.

— Л… Левый карман, низ… робы… — хрипота стала ещё отчётливей, но жажда жить перевешивала здравый смысл.

Похлопав по указанному месту, ещё более растянувший улыбку родианец достал кредитный чип и, уходя, с садистским наслаждением наступил Кайлу на грудь своим бронированным ботинком, сминая её сантиметра на полтора. Крик мальчика был слышен на многие сотни метров — для обычных людей, но ещё больше он был слышен в Силе — его крик был подобен разрыву термоядерного детонатора над головой в радиусе трёх секторов, заставив возвращавшихся с миссий джедаев резко поменять курс, перегревая двигатели и ориентируясь на голую силу. В голове у той пятёрки приверженцев Светлой стороны Силы были лишь одни мысли:

— Только бы успеть, только бы успеть… Ордену нужен такой одарённый! Я не могу позволить себе из-за своей небрежности потерять его!

А тем временем мальчик, захлёбываясь собственной кровью, лежал под накрапывающим дождём и рыдал. Рыдал, кривясь от боли, разрывающей лёгкие.

— Мама… Папа… Где же вы… — вселенская горечь скопилась в глазах Кайла — сироты с планеты Гаргон, на место которого должен прийти Он…

***

Приближающиеся к планете джедаи ощутили оборвавшуюся жизненную нить, заставившую их заскрежетать зубами и сжать штурвалы. Был потерян потенциальный одарённый, чей крик Силы заставил их немедленно сорваться с места, преодолевая парсеки за пару минут, но даже с такой скоростью они опоздали…

Смявший штурвал мастер-джедай Плор начал разворачивать свой YT-1300, дабы выйти из гравитационного поля планеты.

«И сколько подобных случаев было на моём веку? Десять? Пятнадцать? И они всё никак не заканчиваются… Жизнь не даёт бутонам маленьких одарённых раскрыться, отдавая их в руки смерти…» — бормотание джедая прервалось так же резко, как и началось, на планете вновь воспылал огонь Силы, превосходивший прошлый в полтора раза.

— Ну вот теперь я тебя точно не упущу! — резким движением Плор вновь направился по пути, который прокладывало чутьё Силы, всё ближе подлетая к местонахождению неизвестного одарённого.

Быстро посадив свой транспорт на заброшенной многоэтажке, мастер-джедай оставил астродроида R3D5 на корабле, приказав тому никого не пускать на корабль, а если начнут вскрывать люки, расстрелять идиотов. Весело бибикнув на бинарном, дроид покатился к бортовому орудию, имевшему лучший угол обзора на основные люки корабля.

Выскочив из корабля и используя технику «Поиск жизни», мастер-джедай уловил ещё несколько огоньков силы, которые также стремились к планете, а о конечной цели Плор догадался сразу же. На бегу сняв с пояса коммуникатор, уже немолодой дурос настроил гарнитуру на частоту Ордена и принялся говорить в передатчик:

— На связи мастер-джедай Плор, всем джедаям, приближающимся к планете Гаргон, при отсутствии на борту целителя Силы или меддроида, вернуться к исполнению своих обязанностей, тем же, кто отвечает заданному запросу, продолжить движение, ориентируясь на мой сгусток Силы, — завидев находящихся рядом со слабо дышащим телом мальчика бандитов, джедай спокойно активировал световой меч, краем сознания отмечая развернувшуюся тройку кораблей, четвёртый же направлялся прямиком к нему, давая понять, что его выход на связь был не напрасным.

— Какого хатта тут делает дже!.. — Не дав опомниться убийцам, — иным словом этих отбросов нельзя было назвать, — дурос плавными движениями снёс им головы, присев на колено перед мальчиком, сканируя того Силой и быстро забирая у того кровь на анализ. На подростка без слёз нельзя было взглянуть: порванная одежда, струйка крови изо рта, ещё не смытая дождём; это и без сканирования Силой давало понять, что у мальчика были повреждены внутренние органы, в частности: печень, лёгкое, селезёнка. Но эти травмы могли быть вылечены либо целителем Силы, либо несколькими инъекциями бакты. Намного больше напрягал процесс восстановления организма подростка, совершенно не вписывающийся в регенерацию даже обученных пользователей Силы.

Мысли Плора были прерваны севшим рядом челноком, из которого выбежала представительница расы нети — мастер-джедай Т’ра Саа, которая славилась своими навыками, наработанными за более чем несколько сотен лет жизни.

— Мастер Т’ра Саа! Как же я рад вас видеть! Этому мальчику нужна помощь, — взяв на руки парня, Плор направился в сторону джедайки, которая со свойственным ей сочувствием смотрела на чумазого парня, и бережно приняла того в свои руки.

— Встретимся на орбите Корусанта, судя по виду, он бездомный сирота, так что с радостью примет предложение о вступлении в ряды нашего Ордена, — непререкаемым тоном высказалась джедай. На что дурос кивнул и ловким движением рук передал в руки целительницы кредитный чип, недавно снятый с трупа лидера шайки.

— Да прибудет с вами Сила, мастер Саа, — поклонился Плор, после чего бегом направился в сторону своего корабля, удостоверившись у R3D5 об отсутствии незваных гостей рядом с YT-1300.

Глава 2. Быть умным - вовремя притвориться тупым.

Регион — Центральные миры Сектор –Сектор Корусант Система –Система Корусант Планета –Корусант Точное местоположение — Храм Ордена Джедаев

Утро

Корусант-Прайм входил в свои права, заливая горизонты своим утренним светом. Миллиарды разумных вновь поднялись со своих постелей, дабы начать новый рабочий день, который позволит им и дальше жить на Корусанте.

Храм Ордена Джедаев в переливах лучей возымел своеобразный нимб, возникший вокруг башен Совета, в центре которого оказался Храмовый Шпиль. Здесь обычно предавался размышлениям Грандмагистр Йода, который пару часов назад был извещён о находке мастера-джедая Плора и Т’ра Саа — настоящий самородок, чья огранка должна достаться Ордену. Не каждый день и даже десятилетие встретишь юнца, который имеет четырнадцать тысяч мидихлориан в крови, так ещё и в Мандалорском секторе.

Перебирая пальцами по цилиндру своего светового меча, Йода никак не мог смириться с тем, что он увидел, взглянув на это дитя. Десятки… Нет, сотни нитей будущего вились клубком вокруг изнеможённого голодом тела, заставляя видевшего подобное лишь несколько раз за всю свою долгую жизнь разумного в благоговении сотрясаться.

Ребёнок словно кувалдой ударил по восприятию магистра, из-за чего тот в спешке направился в Храмовый Шпиль, зарываясь в тексты древних джедаев и ища в них ответы на свои вопросы. Но, обыскав все полки с древними книгами, перечитав все инфокристаллы с наиболее близкими темами, он… Не нашёл ничего. Лишь туманные даже для самого грандмагистра выражения, что ещё больше заставляли задуматься Йоду о скором будущем. Что же произойдёт после того, как юношу обучат? Будет ли это второй Реван или же светоч, несущий спасение нуждающимся?

Эти вопросы съедали магистра изнутри, словно черви, питающиеся гниющим трупом. За свою чрезмерно долгую, по меркам многих, жизнь, он совершил множество ошибок, груз которых весил, по ощущениям старого разумного, намного больше, чем рухнувший на Датомир Чу’унтор(Космический корабль, исполнявший функции Академии джедаев. Создан джедаями церенианцем Фин-Со-Рованом и человеком Ивиксой Делбаетом. В 230 ДБЯ разбился на планете Датомир).

Тяжело вздохнув, Йода направился к турболифту, ведущему в Залы Исцеления, где на данный момент спал предмет его размышлений.

— Кем же станешь ты, юноша: несущим свет или же, как умирающая сверхновая, в Силу отправишь вместе с собой половину Галактики? — Опираясь на клюку, пробормотал грандмагистр.

Залы Исцеления в данный момент представляли собой проснувшийся муравейник. Десятки целителей перемещались в огромном зале, создавая для новоприбывшего какой-то непонятный беспорядок. Для постоянного посетителя же была видна скупая чёткость и филигранность в движениях джедаев, которые не могли позволить себе тратить лишние крупицы энергии, необходимые для лечения прибывающих пациентов.

Основные действия происходили рядом с маленьким юношей, лежащим на кушетке, возле которого то и дело замечались целители Храма, каждый из которых что-то постоянно делал, кто-то забирал кровь, кто-то проводил сканирование.

Лежавший напротив мальчика Квай-Гон Джинн лишь тихо хмыкнул. Он точно так же носился с «Избранным» первые несколько дней, пока на Набу не потерял возможность двигаться на неопределённое время из-за последней атаки чёртова ситха-забрака. Недовольно потерев пронзённое тёмным световым мечом место, мастер-джедай принялся дальше размышлять о произошедших событиях.

После того как тёмный аколит был разрублен Оби-Ваном, события понеслись вскачь. Быстро расправившись с остатками сопротивления во дворце, был захвачен в плен Нут Ганрей и его помощники, в дальнейшем отправленные на Корусант для суда.

Сразу по прибытии Квай-Гона уложили в бакта-камеру. Физический ожог затянулся быстро — с этим бакта справлялась играючи. Но джедаи-целители, сканируя его в Силе, увидели другое. Тёмная сторона, коснувшаяся мастера через рану, никуда не исчезла. Она держалась на самой границе сознания — ослабленная, но живучая, словно плесень в сыром углу.

— Её сдерживали, — констатировала Вокара Че, не отрывая взгляда от голографического монитора. — Не давали разрастись. Причём не мастер-целитель. Кто был с ним на поле боя?

Оби-Ван, стоящий тут же, вскинул голову. Он выглядел измотанным — трое суток без сна, без медитаций, на одном адреналине и чувстве долга.

— Я, — ответил он тихо. — Я не знал, что делаю. Просто… держал.

Вокара Че переглянулась с подошедшим Йодой. Старый магистр опёрся на клюку и долго смотрел на падавана — не осуждающе, а с тем самым выражением, которое ничего не объясняло и всё говорило одновременно.

— Не просто держал ты, юный Кеноби. Сдержал Тьму ты. А теперь… — он перевёл взгляд на камеру, где в густом растворе бакты медленно закрывалась рана на груди Квай-Гона, — …теперь наша работа.

Целители работали двое суток. Не с телом — с духом. Вычищали Тьму, которую оставил клинок Мола, как вычищают грязь из глубокой раны. Бакта занималась плотью. Силой занимались джедаи.

На предложение Высшего Совета о становлении Оби-Вана рыцарем-джедаем Джинн отреагировал спокойно, понимая, что более он не сможет «водить за ручку» буйного парня. А вот на назначение ему в падаваны Энакина Скайуокера Квай-Гон резко запротестовал, заявляя, что смысла в этом нет, в чём получил поддержку от Яна Дуку, Мэйса Винду, Тивокки и Ки-Ади-Мунди, которые также начали приводить подтверждающие такую позицию доводы.

В первую очередь все они указывали на правило Ордена, в коем говорится о том, что с момента получения звания рыцаря джедай должен около двух-трёх лет участвовать в самостоятельных миссиях, получая рекомендации от своего наставника и более мудрых собратьев по Ордену. Последние разногласия были разбиты тем, что Скайуокеру были незнакомы идеалы джедаев, на скепсис к которым Джинн обратил внимание во время полёта на Набу. В конце обсуждения Йода постучал клюкой по полу и объявил о назначении Скайуокера юнлингом Храма джедаев, огласив список тех, кто мог ускоренно подготовить до уровня сверстников Энакина. В числе этих джедаев были многие друзья Джинна, но основное внимание Сила уделила Оппо Ранцизису, намекая на то, кто бы мог помочь с подготовкой юному «Избранному».

— Но Совет… — начал было протестовать магистр, но был перебит Винду.

— Никаких «но», Ранцизис, Сила указала сама на потенциального наставника, тем более, ты ближайшие три месяца не будешь задействован в большей части обсуждений в Совете из-за твоей болезни, — пристально смотря на тисспиасеца, проговорил Винду. — Так что будь добр помочь юноше освоиться в Ордене и вывести его подготовку на должный уровень.

Молча кивнув, Оппо принялся медитировать, устраняясь от беседы. Дальнейшее развитие событий было вполне приемлемо для Джинна, который вместе с Оби-Ваном направился в Залы Исцеления.

Выходя из размышлений, Квай-Гон заметил, что юноша начал открывать глаза, а Сила подсказывала, что он отнюдь не рад незнакомой для него обстановке. Заметив взглядом смотрящего на него джедая, мальчик лишь неуверенно кивнул, приветствуя его. Джинн в ответ же усмехнулся и также кивнул, подозвав ближайшего Целителя.

— Помогите юноше понять, где же он оказался, — попросил мастер-джедай, после чего погрузился в медитативное состояние, отслеживая эмоции юноши на вываливаемые ему познания.

Возведя очи горе, мальчик тихонько кивал, в Силе постепенно показывая, насколько ему не нравится его нынешнее положение.

— Право отказаться от вступления в Орден, как я понимаю, у меня отсутствует? — Недовольно спросил юноша.

— А куда ты пойдёшь без документов и родителей? — Вмешался в разговор Джинн. — Корусант — это планета с триллионом населения, планета-город, если угодно, ну и как он тебя примет? С распростёртыми объятиями? — Иронию в голосе Квай-Гона можно было черпать вёдрами.

— Блядский сыр… — Вздохнул юноша.

В помещение зашёл Грандмагистр Йода, которому поклонились многие присутствующие джедаи. Махнув рукой, глава Ордена Джедаев подошёл к койке и запрыгнул на её край, с укором глядя на мальчика.

— Не нужно сквернословить в обители целителей, юноша, лучше сосредоточься на проблеме своей, судьбу твою решающей, — прокомментировал брань Йода.

На секунду приоткрыв рот для ответного заявления, Кайл взял себя в руки и сосредоточенно посмотрел на Грандмагистра, словно выискивая у него что-то во взгляде. Наблюдавший со стороны Джинн лишь аккуратно поднял краешки губ, вспоминая свои извечные споры с Йодой на тему брани и прочих «словечек», прописавшихся на устах Квай Гона.

— Тогда… Грандмагистр Ордена Джедаев, Кайл Стрелецкий просит Вас принять его в ряды Храма Джедаев, как юнлинга, — встав с кровати и поклонившись, высказался юноша.

Удар клюкой по горбу и рёбрам был ему ответом.

— На Совете уже был обсуждён ты, так что даже не нужно мне вставать с кушетки, начиная что-то делать, — ухмыльнулся Йода, наблюдая за потирающим ушибленные места Кайлом. — Так что для начала пропишешься ты в палате на несколько дней либо на полноценную декаду.

— Но почему? — Негодуя, спросил юнлинг.

— На вас смотреть страшно, юнлинг Кайл, вот поэтому вы будете под присмотром целителей как минимум четыре дня, один из которых вам будет запрещено двигаться. — К говорящим подошла Вокара Че, осуждающе смотря на стоящего босыми ногами на каменном полу Стрелецкого. — А остальные три вы будете осваиваться в планировке храма, всё ясно? — выразительно подняла бровь тви’лечка.

— Так точно… — горестно вздохнул Кайл, смиренно ложась на кушетку, с которой в тот же момент спрыгнул Йода.

— Квай-Гон, — обратился грандмагистр к мастеру-джедаю. — Завтра доставят тебе гравикресло, на котором покажешь ты Кайлу Храм, а также, надеюсь я, расскажешь про джедаев старых времён, даже про Ревана и Малака, — выходящий из залов исцеления Йода услышал лишь обречённый вздох Джинна.

Стрелецкий, удобно устроившись на кушетке в этот момент, быстро размышлял, расставляя информацию по полочкам.

— «Что же я имею? А имею я полную задницу, или, по-местному, кучку банта поодо. Я в мире «Звёздных Войн», в теле пацана девяти лет отроду, так ещё и не в относительно мирном времени, а в период надвигающейся Войны Клонов. За-ме-ча-тель-но, просто великолепно» — самопроизвольно потянувшуюся к лицу руку Кайл усилием воли вернул на место, не обращая внимания на удивленно поднявшего брови Джинна.

«— … что там дальше по списку? Ах да, я до сих пор ощущаю влияние артефактов на свой организм, а судя по датападу рядом, в котором записана моя аномальная регенерация, не я один что-то да заподозрил. Но это мелочи, исходя из того, что Квай-Гон сейчас сидит передо мной и в ус не дует, а Вокара Че высказала мне мой ближайший план жизни, то я могу с гордостью сказать, что я в ещё большем банта поодо, чем мог бы быть, потому что это… Как там на молодёжном сленге-то было? Ах да, не канон, а значится, я могу лишь предполагать дальнейшее развитие событий, но и это лучше, чем ничего. Ещё повезло с тем, что я смог освоить память пацанёнка за те несколько часов комы, в которой он оказался после погибели. Да, хотя почему он? Теперь это я и только я. Остаётся только сказать спасибо той сверхъестественной силе, которая отправила мою душу в этот мир».

Потерев переносицу, Кайл машинально потянулся за спину, чтобы в следующий миг одёрнуть себя. Рюкзака-то нет, а значит, и тянуться сейчас некуда, единственно только для того, чтобы поправить подушку. Укрыв себя сложенным рядом пледом, юноша прикрыл глаза, быстро засыпая.

Глава 3. Ломать - не строить!

Глава 3. Ломать - не строить!

Спустя 10 дней добровольно-принудительного лечения. Регион — Центральные миры Сектор — Сектор Корусант Система — Система Корусант Планета — Корусант Точное местоположение — Храм Ордена Джедаев Залы Исцеления Раннее утро

— … Так и закончилась история Героя, Злодея, Спасителя и Завоевателя Ревана на Явине-4, в виде бездыханного и истерзанного ударами светового меча тела, — закрыв книгу, Квай-Гон взглянул на Кайла. — Как тебе история?

— Вам честно? — с иронией взглянул на мастера-джедая юнлинг, на что получил положительный кивок. — Тогда история олицетворяет всю горечь, которую мог передать лишь толковый составитель, ведь в самом деле, — маленький железный кубик, находящийся в руках мальчика, плавно взлетел, вертясь по своей оси, — Реван был лишь кубиком в механизме, поначалу свободным, способным перемещаться так, как сам того пожелает, по итогу же, — с заметным напряжением и появившейся на лбу испариной кубик трансформировался в шестерёнку под довольную улыбку Джинна.

— Он стал кусочком механизма, которым старые интриганы Ордена Джедаев и воспользовались, в конце концов выбросив битую карту из колоды в мусоросжигатель, — при помощи телекинеза кубик попал в устройство переработки отходов, вмонтированное в стену.

— Реалии нашей галактики, юнлинг, — устало вздохнул Квай-Гон. Десять дней, проведённые с этим юнлингом, изрядно испытали его во всех смыслах. Этот юноша мог, казалось бы, в простой истории о героизме мастера-джедая Аллусиса, выстоявшего под натиском тысяч кораблей Империи ситхов, найти ещё один смысл, найденный в огромном ворохе примечаний на самой последней странице истории. Конкретно это было примечание автора истории — Носта Дюрала, когда тот готовился уйти в Силу. Оно гласило: «К данному труду прикрепляю свой комментарий, на основании которого разрушится моя репутация как генерала, но войдёт в силу как образ джедая. Честного и справедливого защитника невинных и карателя виновных. Концентрация на защите сектора в целом, а Ботавуи в частности, привнесла множество проблем в оборону и дальнейшую планировку контратаки по силам Империи. Лишь благодаря смелости и отважным действиям немногочисленного гарнизона и флота планеты мы смогли создать окончательное превосходство республиканского флота на территории Среднего кольца». Из чего Кайлом было заключено, что подобное наблюдалось и при битве за Балморру, где ожесточённое сопротивление местного населения сыграло синонимичную роль упорству республиканской армии на Ботавуи, после чего горестно усмехнулся, причитая о «слабоумии и отваге».

— «Ты так обесцениваешь роль обычных разумных, что отважно бились за свой дом?» — решил спровоцировать Кайла Джинн, внимательно следя за его реакцией. После этой реплики усмешка юнлинга на пару секунд превратилась в тонкую полоску сжатых в напряжении губ, после чего вновь вернула своё прежнее состояние, чем ввела и так напряжённого джедая на новый уровень ожидания, что же скажет этот… воистину гениальный в понимании джедая мальчик, из-за которого этот десяток дней из навязанной Грандмагистром рутины превратился в революционное время для мастера-джедая, в буквальном смысле переворачивая и ломая об колено его устои. Даже в спорах этот юноша обыгрывал Квай-Гона, мастерски оперируя известными для самого джедая фактами!

Последнее по настоящему ударяло по самолюбию «Ходячего несогласного», как некоторые старшие джедаи называли гранд-падавана Йоды.

— «Или же заноза в заднице», — подумал про себя Джинн, продолжая внимать словам юнлинга, который быстро управился с накатившими чувствами и начавшего рассказывать сухую выжимку из полученного от самого мастера-джедая материалами.

— … По итогу мы увидели несостоятельность командования Республики, неспособной простейшим образом оказать помощь не то что Балморре, но и самой себе, хотя всё это решалось перетасовкой собственных сил, как космических, так и находящихся на планетах, — закончив, Кайл зевнул и сладко потянулся. — Вот, собственно, и все действия, которые были необходимы для помощи балморрским партизанам, — повертев головой в разные стороны и заметив Вокару Че, юнлинг уважительно поклонился раненому джедаю. — Ну, думаю, я пойду выписываться, с моими будущими… товарищами вы меня познакомили и показали моё будущее место проживания, с тренировками я сам разобрался, как и с расписанием учебных дней, выздоравливайте, мастер Джинн! — Помахал на прощание рукой Кайл и направился к Вокаре.

— Да прибудет с тобой Сила, юнлинг Кайл, — ударил кулаком в раскрытую ладонь Квай-Гон, подцепив этот жест от Стрелецкого, который уважительно чуть наклонял голову при виде наставников его группы юнлингов и выполнял, как назвал данное действие мальчик, «Поклон Ло». На вопрос, что же это означает, он ответил: «Благоденствие и процветание, мастер-джедай, то, чего так катастрофически мало желают членам Ордена от всего сердца, я бы хотел это исправить». Тем самым заставив вновь погрузиться в раздумья Квай-Гона.

Пару часов спустя. Тренировочный зал фехтования

Три десятка юнлингов сидели на дзабутонах и внимали наставлениям Цина Драллига, который на своём примере показывал плавное освоение Шии-Чо, первой формы боя на световых мечах. Младшее поколение в возрасте от девяти до десяти лет лишь тихо бубнило под себя о «скучности и неуклюжести движений», на что Стрелецкий лишь улыбался и продолжал внимательно наблюдать за наставником, который одобрительно кивнул, краем глаза заметив интерес Кайла.

Зрелище действительно было завораживающим: плавные движения под воздействием Центра Бытия одновременно ужасали и вызывали восторг, Чо Май и Шиак заставили трепетать лишь от одной мысли, что это возможно применить с такой лёгкостью и плавностью.

— Итак! — Тролль резко остановился, переводя весь спектр внимания на детей. — Как я слышал, многие из вас со скептицизмом относятся к первой форме, да, Скайуокер?

— Ну, если оно так и есть! — с возмущением пробубнил Энакин, неловко перебирая тренировочный сейбер в руках, медленно повторяя увиденные движения. — Вы же сами видите, какие топорные движения выполняете, я как будто смотрю, как таскены с Татуина ломают бедного дроида арматурой и монтировкой! — Тихий хохот прокатился по группе, но быстро закончился. Веселье весельем, а вот у Тролля оно обычно заканчивается горем и муками.

— Ах, вот как ты видишь искусство владения мечом в Ордене? — Издевательский тон Цина заставил пробежать табун мурашек по спине Скайуокера, быстро посмотревшего на детей рядом в поисках поддержки, которой там, к сожалению, не нашлось. — Тогда держите с Кайлом мечи и вставайте в круг, движения мы разучивали буквально пару минут назад, спарринг я проконтролирую.

Молча поднявшись, пара мальчишек встала в круг, приняв почти одинаковые стойки, лишь с тем отличием, что стойка Стрелецкого была стабильней; это было точной копией стойки Цина. Энакин в ответ недоумённо пожал плечами и встал в базовую стойку, которую они отрабатывали до этого. Подошедший Тролль дал отмашку:

— Начали!

Скайуокер решил открыть спарринг, аккуратно идя на сближение с Кайлом, который лишь спокойно стоял и умиротворённо улыбался, чем почему-то неимоверно бесил Энакина, быстро сократившего расстояние для столкновения «лоб в лоб».

Первый взмах, второй, третий… «Всё в молоко», — мысленно прокомментировал Драллиг. — «Пацан бьёт, как бешеная гизка, которой насрали на голову и сказали: это твоя шляпа. Попытка в Санджем ещё могла бы быть засчитана, если бы действовал так, как я говорил на занятии, Шии Чо — слишком буйный стиль, отлично подходит для развития контроля над эмоциями, но этот баран…». Тролль лишь покачал головой после того, как увидел закономерный итог: Кайл подловил его простым Шиимом по руке. окончив дело подсечкой.

— Победитель этой мышиной возни — Юнлинг Кайл! — Под аплодисменты Стрелецкий помог Скайуокеру подняться, после чего они пожали друг другу руки.

— Энакин, — окликнул недовольного поражением юнлинга Стрелецкий, чем привлёк внимание ребёнка с Татуина. — Сделай так, чтобы ты контролировал стиль и поле боя, а не они тебя, и ты сможешь победить любого противника, — Скайуокер, который по началу подумал, что Кайл решил над ним поиздеваться, расцвёл в довольной улыбке прямо на глазах, а обида быстро покинула его взор.

— Хорошо, Кайл! А как это сделать? — Невинно поинтересовался мальчик, подскочив к удивлённому такому поведению Кайлу, который даже отшатнулся от такого напора, но быстро вернул прежнее положение тела, приложив руку к своему лицу.

— Сама непосредственность, бля… — тихо выразился Стрелецкий, после чего шестым чувством понял. — «Допизделся»…

Моментально оказавшийся за ним Цин, крайне страшно для юнлинга скалясь, ловко положил руки ему на плечи и тихо произнёс:

— Двадцать кругов по всему периметру зала за сквернословие… Выполнять! — хлопнул Драллиг беднягу по спине для дополнительной аэродинамики, оставив красный отпечаток на ней, который ещё долго будет напоминать своему обладателю о вреде нецензурной брани в присутствии старших по Ордену.

— Так точно, сэр! — клацнув зубами, выкрикнул Кайл, пулей несясь вперёд и мысленно матеря всё, что есть на белом свете: «Белобрысый старый сукин сын! Я тебя точно когда-нибудь засужу за насилие над будущими поколениями джедаев! Хрен ты от меня отделаешься, специально юридический окончу!». Но Цин, даже не слыша мысли хмурого юнлинга, крикнул тому в спину:

— А за неуважение к наставнику добавляется ещё пробежка вокруг Храма!

— Да как так-то, а?!

Глава 4. Короли и пешки по итогу ложатся в один и тот же ящик.

Регион — Среднее кольцо Сектор — Чоммель Система — Набу Планета — НабуПолдень

Падме Амидала с самого утра занималась уже привычной работой — разбором наиболее важной документации и раздачей приоритетных указаний своим подчинённым, которые бледными мертвецами бегали от одной части дворца к другой. Но никто из них не жаловался, каждый понимал острую необходимость подобных действий, появившуюся после Набуанского Кризиса, как прозвали его галактические СМИ.

Богатая плазмой планета стала привлекательным кусочком торта для МБК(Межгалактический Банковский Клан), и его не остановил ни Сенат, ни джедаи, про отсутствующий в необходимой мере флот как Республики, так и Набу вообще следует промолчать, во что её, как нашкодившего котёнка, ткнули носом, красочно расписав возможные решения и перспективы. И тем, кто её ткнул, был Оби-Ван, казалось бы, юноша с горящим взором и умом настоящего джедая не мог использовать те припортовые эпитеты и речевые обороты такой силы, что уже на второй минуте прилив крови к лицу ощутили даже гвардейцы королевы, а на пятую попросили перейти на «более вежливую речь», на что той самой вежливой речью были опущены ниже плинтуса. Падме же стойко терпела и впитывала информацию, сортируя её в своей памяти по принципу: «Делаем буквально на днях или на неделе» и «Ёбаный дедлайн в агонии за сутки», но, к сожалению, информация из второй категории возвышалась над первой в катастрофических масштабах в виде датападов со структурированным указами на столе королевы.

— Когда же это всё кончится, а… — в пустоту спросила Падме, пересылая очередной приказ нижестоящему руководству, что только и успевало выполнять указания и вкалывать очередную дозу военных стимуляторов. Вредит здоровью? Со слов губернатора Тида: «Сама жизнь вредит здоровью, больше, меньше, всё равно мы когда-нибудь умрём, так что делайте своё дело, а я понесу вьющееся знамя». Вспомнив эти поначалу дурацкие для неё слова, юная Наберри залпом допила оставшийся в стоящей рядом кружке каф и принялась за новый документ с характерным названием: «Создание Набуанского флота. Шаг 1». В нём был расписан, вплоть до мельчайших подробностей, план по своеобразному перевороту мировоззрения галактики по отношению к Набу, на которой не просто «уютно и светло», а ещё, как выяснилось недавно, небезопасно, что собиралось исправить всё население планеты в общем и весь управляющий аппарат в частности.

— Н-6 Скурдж, бомбардировщик с отличными характеристиками и достойной ценой в 105 тысяч кредитов за единицу, не имеет явных аналогов в Галактическом масштабе, рекомендуется поставить на производство, в ближайший месяц создать около трёхсот единиц и подготовить для их управления и обслуживания более тысячи двухсот кадров, — монотонно шептала себе под нос Падме, демонстрируя первые признаки переутомления. — Приоритетны набуанцы, возможно привлечение ветеранов галактических сражений ближайшего десятка лет, бюджет на инструктора — тридцать тысяч республиканских кредитов… — не дочитав оставшийся текст, королева заверила документ и переслала его возвращённому в строй руководству планетарной военной академии, которое всего за пару недель после кризиса смогло увеличить академическое здание почти в три раза, дабы уместить весь поток желающих обучиться военному ремеслу юношей и девушек всех рас. За успехи в обучении полагались льготы и финансовые выплаты каждому студенту, семьи тоже получали некоторые преференции, в частности единовременную выплату на оплату первого года обучения из последующих за ним пяти, что позволяло не слишком обеспеченным семьям отправлять своё чадо в престижную академию. Выпускников прошлых лет вернули в полном составе и заставили переучиваться по экстренным курсам подготовки, ведь уже сейчас не хватало не то что опытных пилотов, даже военных инструкторов было катастрофически мало, из-за чего более половины от заработка с продажи плазмы пошло на ускорение развития военной стороны экономики.

Несколько раз это освещали Галактические СМИ, но особого дела до этого никто из «ранкоров» политической арены не испытывал. «По крайней мере публично», — подумала Падме, массируя висок левой рукой, а правой взяв новый датапад с ещё одним указом. Но не успев даже прочесть первый абзац текста, Наберри поступил срочный вызов на комлинк. Раздражённо «цыкнув», она приняла вызов.

— Королева, срочные новости, прибыла делегация джедаев с магистром Дуку во главе, — на лице губернатора Тида сияла плохо скрываемая улыбка, — вместе с собой они привезли сотню Антарских Рейнджеров в качестве инструкторов для нашей Академии и неизвестные мне сведения, которые, со слов Дуку, необходимо обговорить с вами тет-а-тет. Джедаи уже на пути к дворцу.

— Почему я узнаю об этом только сейчас?! — полный недоумения голос разнёсся по кабинету. — Мне же традиционную одежду надо подготовить, макияж, аксессуары… — под взглядом юной королевы губернатор обеспокоенно втянул голову в плечи. — Рэйнольдс, сегодня ты обязан выполнить три нормы вместо одной, приказ ясен?!

— Так точно, моя королева! — отключившись, Падме вскочила и кнопкой экстренного вызова подала сигнал служанкам, ведь для того, чтобы выглядеть достойно на встрече с джедаями, ей понадобится как минимум пять пар рук.

В это же время, башня высшего совета Ордена Джедаев

«Совету давно нужна была встряска», — с ухмылкой подумал Квай-Гон, замещая улетевшего на Набу Дуку. Вновь оглядев собравшихся, Джинн ухмыльнулся ещё шире, ведь улыбнуться было с чего.

Тени под глазами Мэйса Винду залегли настолько тёмные, что стали темнее кожи коруна, а осунувшиеся плечи добавили ему ещё десяток лет, делая из бодрого мужчины какого-то дряхлого старика, который при любой возможности хватался за голову и причитал о постоянных проблемах.

Мощный и грозный на вид Тивокка также осунулся так, словно тащил на себе один из шпилей Храма, и в голове мастера-джедая сразу возникла аллегория с песней, напеваемой Кайлом: «Атланты держат небо». Аллегория, как ни посмотри, была самая подходящая.

На оставшихся членов совета без слёз или истерического смеха тоже нельзя было взглянуть, один лишь Йода являл собой эталон спокойствия и умиротворённо пил свой любимый чай, внимая разгоревшемуся спору между членами Совета.

— Мы должны любой ценой выбить у Канцлера автономию на военные действия, которые могут возникнуть в ходе миссий джедаев, Набу нам это явственно показало! — с упорством танкера гнул свою линию Мэйс, в чём находил поддержку от Тивокки, Биллабы, Кота, Пло и приглашённого на совещание Ранцизиса.

— Сенаторы слишком жадные, они не отдадут нам автономию просто так, нам необходимо сконцентрировать силы для восстановления полного функционала Антарских Рейнджеров и репутации Ордена по всей Галактике, а уже после грызться с чёртовыми чиновниками! — парировали Пуф, Галлия, Пиелл и Йаддль с Тийном. Голос Дуку также был на их стороне, паритет не был нарушен Йодой, который своей размеренной чайной церемонией пытался нивелировать прения между джедаями и заставить капли негатива постепенно размываться по окружающей Силе, уж в этом он поднаторел за столько-то лет жизни.

— Нужда есть в автономии нашей, но нивелируется она нашей беспомощностью нынешней, чем мы будем управлять на операциях, если этого чего-то нет, м-м-м? — допив чай, выразился Йода, чем поставил жирную точку в споре. — Пиелл, направляйся на Датомир, я договорился с кланами ведьм на изъятие Чу’Унтора из болот, с тобой полетит Пуф и Тивокка и мастеров-джедаев два десятка. Несколько грузовых транспортников с рабочими и необходимым оборудованием ожидать вас будут на орбите через два часа, корабли ваши в ангаре В-4, выполнять немедленно. — странная манера речи гранд-магистра куда-то в миг запропастилась, заменившись на военный и непререкаемый тон, из-за чего трио магистров в быстром темпе покинуло зал Совета.

— Магистр Йода, — начал было корун, но был перебит.

— Знаю я, что хочешь сказать ты, отправляйся на Антар-4, необходимо там твоё руководство, — благодарно кивнув, Мэйс спешно покинул зал. — Вам же, — обращаясь ко всем оставшимся в зале магистрам, — хочу поручить я задачу нетривиальную, юнлингов обучение, должны мы показать младшему поколению, что не равнодушны к ним, не пропускаем их старания и оплошности мимо глаз. Да пребудет с нами Сила, — встав со своего кресла, произнёс Гранд-магистр.

— Да пребудет с нами Сила, — разнеслось пожелание руководства Ордена по помещению, после чего моток нитей судьбы в Силе был порван и связан вновь, уже с новыми узлами и невидимым в дали Галактики концом.

Зал Фехтования, вечер

Гул тренировочного меча раздавался по давно пустому залу уже четвёртый час подряд, щуплое тело ребёнка делало одни и те же приёмы вновь и вновь, забивая ими мышечную память, в то время как мозг слушал лекцию по военной тактике с ближайшего датапада.

— Шиим(Нанесение небольшой раны противнику краем лезвия светового меча)… — уставшие руки произвели первое движение комбинации. — Чо май(Отсечение руки, держащей оружие).… — быстро провернув кистью, связки которой выстрелили болью, юнлинг переставил опорную ногу назад, чтобы в следующий миг распрямить обе руки в направлении воображаемого противника и закончить атаку. — Шиак(«Укол», иногда используется как удар, пронзающий противника насквозь).… — от усталости упав сначала на колени, а затем на спину, Кайл, матерясь на трёх известных ему языках, поднял своё бедное тело в сидячее положение и принялся медитировать на полу, концентрируя в себе силу, и закладывая в неё мысль об ускоренной регенерации повреждений, чтобы получилось хотя бы дойти до койки и вырубиться на ней, а не на пороге комнаты.

Пристально следящий за Стрелецким Драллиг лишь посмеялся пришедшим позавчера мыслям. «Взять в падаваны? Его? Не мой уровень, он уже сформировался, уже идёт к цели и как лазерный резак вгрызается в знания, подтягивая за собой своё окружение. Поколение юнлингов, которое вживую видит его прогресс, принялось тренироваться с новым усилием, и эта цепная волна не останавливается, ведь юнлинги постарше тоже решили поучаствовать!» Пока Цин вспоминал послужной список всего пару недель как принятого в Храм Кайла, тот встал с земли, но не направился в сторону стойки с мечами, дабы забрать свой рюкзак оттуда и положить сэйбер на звоё законное место.

«Что за стойка?» — Цин недоумённо разглядывал стоящего с закрытыми глазами юнлинга, который, стоя на месте, телекинезом нажал на кнопку вызова дроида для тренировки предвидения, да не одного, а семерых сразу. «Отобьёт первую волну, на второй сдуется», — сделал вердикт Драллиг, оставшись в зале, чтобы уберечь юнлинга от травм, которые он мог бы ещё получить при падении — «дроиды пусть пожалят, в памяти отпечатается, хернёй заниматься не будет».

Тем временем Кайл даже не собирался тренироваться в отбивании выстрелов световым мечом, ведь какой дурак будет дальше ломать детский организм? Сегодня уже хватит, осталась Силовая тренировка и пора спать.

Сконцентрировавшись, вокруг юнлинга за пару секунд воздвигся Силовой Барьер, на что тот лишь раздражительно цокнул.

— Усталость тела победит тревогу разума, да, Лермонтов? — стиснув зубы, Кайл дал указ дроидам об атаке. По залу начал прокатываться, казалось бы, бесконечный гул лазерных выстрелов, по крайней мере, так думал сам юнлинг, который держал барьер вплоть до момента окончания боеприпасов у дроидов, после чего не выдержал и потерял сознание. Юное дарование подхватил в миг оказавшийся у тела Цин, на ходу запуская технику Сканирования и Регенерации.

— Гений или монстр?.. — задал вопрос в пустоту уже немолодой мужчина, чья искренняя улыбка сейчас совершенно не подходила тому образу, который он воздвиг вокруг своего имени. — Похоже, пора бы и мне вспомнить о своих тренировках, раз ты задаёшь такой темп, — с лёгкостью встав вместе со своей ношей, Цин быстрым шагом направился к комнатам юнлингов, в одну из которых и передал Кайла малышне с просьбой молчать о том, кто его принёс.

Развернувшись на пятках, Драллиг бегом направился к турболифту, который после пары нажатий на кнопки привёз его в Шпиль Спокойствия(Высочайший шпиль Храма Джедаев, расположенный прямо в его центре.), обитель, которая открыта всем джедаям уровня мастера и выше; она способна дать знания в тот миг, когда ты их желаешь больше всего. Именно сейчас настал такой момент, после которого у Кайла ещё долго будут гореть уши, ведь он в ближайшем будущем услышит: «Старый хрыч как будто помолодел! Виновнику сего торжества хочу пожать шею!»

Глава 5. Опять работать?!

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев.

— Залы Фехтования приняли крайне оживлённый вид в последнее время, интересно, с чем это связано? — спросил недоумевающий Оби-Ван у своего наставника, в то время как тот к своему нескрываемому удовольствию медитировал рядом с одной из площадок, на которой занимались юные джедаи.

— Есть тут один разумный, который ломает не только законы природы, но и чьи-то устои… — в конце реплики, Квай-Гон открыл глаза и выразительно посмотрел в сторону примечательного юнлинга, который выполнял со стороны вполне обычные отжимания. — На двух пальцах… Уже… — горестно вздохнул мастер-джедай, после чего, смирившись с ближайшим будущим, встал и направился в сторону уже обратившего на него внимание мальчишки.

— Мастер Джинн, вы что-то хотели от меня? — сразу задал вопрос Кайл, после чего достал маленький кусочек ткани из кармана и вытер пот со лба.

— Тут такое дело, — воровато оглянулся Квай-Гон, — гранд-магистр Йода попросил проводить тебя в его кабинет для беседы, а я в момент появления сей прекрасной мысли в его несомненно мудрой черепной коробке… Ай, мля!.. — недоговорив, Джинн получил по макушке клюкой от тихо подошедшего магистра, который с недовольным лицом, но так и пышущими смехом глазами смотрел на провинившегося гранд-падавана, который очень быстро бил себя по губам, что-то невнятно бормоча.

— Юн ты, чтобы мысли такие освещать пред юнлингами нашими, разум засоряешь им ты, злятся они от этого, — с крайне мудрым лицом вещал магистр, — на тёмную сторону путь этот… — с наигранной обречённостью постучал клюкой по полу маленький разумный.

— Уважаемый гранд-магистр, извините, пожалуйста, что перебиваю, но давайте поговорим у вас в кабинете? — тихо сказал Кайл, выразительно оглядев толпу юнлингов, падаванов и иных джедаев, которые с интересом наблюдали за диалогом.

Молча кивнув, Йода развернулся и молча сел в своё грави-кресло, жестом попросив следовать за ним. Пролетев мимо стоящего на месте Джинна, Йода что-то ловко тому передал, через Силу сказав всего пару слов: «Тренируй юнлингов». Обречённое выражение известного мастера-джедая ещё долго будет находиться в памяти всего присутствующего в Зале юного поколения.

— Кайл, иди за мной, — махнул своей маленькой рукой гранд-магистр, — а ты, рыцарь юный, помоги наставнику своему, чувствую я, не справится он без тебя.

Крадущийся как вор по стеночке к выходу из Зала Фехтования Кеноби споткнулся на месте, что-то пробормотав на хаттском и с таким же обречённым лицом, как у Квай-Гона, направился к шумной толпе юнлингов.

Тихо хмыкнув, Стрелецкий догнал Йоду, идя рядом с ним по правую руку, внимательно изучая путь, по которому они направлялись. По дороге то и дело попадались джедаи, которые с по большей части недоумением, а в меньшей с узнаванием, смотрели на юнлинга, который с гордо раскинутыми плечами и прямой спиной шёл рядом с магистром, причём вполне естественно! Как подобает каким-нибудь аристократам с Набу, а не сироте с шахтёрской планетки.

Йода, смотря на всё это, лишь тихо хмыкал, делая в уме понятные только ему заметки. Когда же они встретились с мастером-джедаем Т’ра Саа, Стрелецкий почему-то юрко спрятался за спинку грави-кресла магистра, заставив его в недоумении поднять бровь. А вот Кайлу было не до этого…

— Гранд-магистр Йода, — нети уважительно поклонилась старому разумному, — могу ли я поинтересоваться, куда вы идёте с этим… — Почему-то на мирно улыбавшемся лице на миг Кайл увидел вампирский оскал — Добропорядочным юнлингом?

— У меня к данному «добропорядочному юнлингу», — высказался маленький магистр со смешинкой в голосе, после чего глянул себе за спину, — есть много тем для разговора, потому мы с ним направляемся в мой кабинет, не хотите вместе с нами? Слышал я, что именно вы привели Кайла в Храм. — Обречённый вздох обсуждаемого, заставил одних из самых старейших членов Ордена засмеяться и уже втроём отправиться в кабинет гранд-магистра.

Дойдя до кабинета, Йода пригласил гостей внутрь и «располагаться за столиком». Сев напротив нети, Кайл изрядно нервничал, крутя в голове самые разнообразные мысли. В то время как Саа наслаждалась окружающим их интерьером.

— Не желаете ли чаю? — Спросил гранд-магистр неся телекинезом перед собой поднос с уже заваренным чаем и какими-то сладостями в пиале рядом. Отказа ни от кого из присутствующих не последовало.

Чайная церемония с одной стороны проходила крайне размеренно, старшие джедаи обменивались актуальными новостями, общались о молодом поколении, иногда спрашивая мнение самого Кайла в тех или иных аспектах, что должно было развеять обстановку, но…

— «Блять, да убавьте давление Силы вокруг, чёртовы монстры!» — Выл в мыслях Кайл, для которого чаепитие было самым настоящим испытанием на прочность — «С вами рядом юнлинг сидит, не смущает с-с-цука ничего?!» — И вдруг, как будто его вопрос был услышан, давление спало, превратив напряжённого почти до предела Стрелецкого в лужицу умиротворения и спокойствия, что с наслаждением дальше пил чай, под весёлыми взглядами старших джедаев.

— Уважаемый гранд-магистр, — после недолгого молчания решил обратиться к Йоде Кайл, — можете сказать, для чего вы меня позвали? — На миг переведя взгляд на нети, молча задавая вопрос: «А она тем более зачем с нами?».

— Всё очень просто, джедай юный, — аккуратно отлеветировав поднос с пустыми кружками, начал магистр. — Успехи ты демонстрируешь немалые в учёбе как таковой, юнлингов которые за помощью обращаются, в беде не оставляешь, наставляешь и помогаешь… А что-то и замалчиваешь. — Попытался обвинить Кайла Йода.

— Я что? Я ничего… — Аккуратно отвёл взгляд от магистра Стрелецкий, чтобы в следующий миг встретиться глазами с Т’ра Саа, что так же внимательно наблюдала за ним. «И вот как узнали то а? Мелкие разболтали?» — Анализировал сложившуюся ситуацию маленький джедай. — «Ну водиться за мной такой грешок, помогаю, замалчиваю, а как иначе то? Там только на эти любопытные мордочки смотришь, что к тебе с надеждой подходят, как не помочь?»

— Но не об этом речь будет, — продолжил гранд-магистр, — хочу поручить тебе миссию важную, юнлингов в тонусе поддерживать, видим мы, — указал глазами на мастера-джедая Йода, — огонь соперничества разгоревшийся, но не всех контролировать сможем. Потому поручаю тебе, как будущему Рыцарю Ордена Джедаев, помощь наставникам в воспитании поколения юнлингов третьего года обучения. — Под ошарашенный взгляд Кайла, магистр вручил ему датапад и комлинк, ожидая реакции мальчика.

— Гранд-магистр, но… — Попытался было отбиться от участи быть нянькой Стрелецкий, но был остановлен жестом руки Т’ра Саа.

— Кайл, не пойми неправильно, — виновато пожала плечами мастер-джедай, — мы искали и другие кандидатуры, но тем кто подошёл под наши требования был только ты.

Ты провёл за стенами Храма на три года больше, чем обучающиеся с тобой юнлинги, но ты сразу поставил себя как надёжного и немногословного ученика, что осознаёт ценность знаний и обучения, ведь тобой была занесена новая мода в виде раннего подъёма в комнате B-5-19? А твоя игровая система тренировок, которую уже использует наставник Церелла для юнлингов на первом году обучения? — С каждым новым вопросом Стрелецкий всё ниже опускал плечи, постепенно принимая свою участь.

— Можно последний вопрос? — Со взглядом побитой собаки обратился Кайл к магистру, на что получил кивок. — Перечень полномочий будет на этом датападе так? — Йода вновь кивнул. — Тогда с кем я могу согласовывать новые методики и получать консультации об обучении?

— По поводу методик, попридержи эту деятельность до следующего года, хорошо? — Попросила Т’ра Саа, под недоумённым взглядом юнлинга пояснив, — в Ордене есть массивная фракция консерваторов, что не принимает совершенно никаких изменений, Высший Совет работает над решением проблемы «групп по интересам» внутри Храма, прогнозы говорят о следующем году, потому пока что лучше попридержи до этого момента.

— Я понял вас, — со смирением в голосе выразился Кайл, — могу идти на тренировку?

— Конечно! — Нети сопроводила юнлинга до выхода, после чего вернулась за стол и совершенно переменившись в лице, спросила у гранд-магистра. — К чему всё это, магистр Йода?

— О чём ты, Саа? — Сделав вид, что не понял вопроса, старый джедай налил себе новую порцию чая, в ожидании смотря на женщину перед ним.

— Вы знаете о чём я. — Нети налила чай и в свою кружку, не спеша из неё пить, — движение в Ордене не заметил бы только слепой и глухой одновременно, даже Джокаста, закопавшаяся в Архивах, поняла что долгое время аккуратно реформируемый вами Орден пришёл в скачкообразное движение, это связано с Кайлом? — Непоколебимая маска магистра не дрогнула, он лишь спокойно отпил чай, после чего новым, давно забытым многими, но не ею взглядом, взглянул на неё.

— Ты сама знаешь, чем ярче свет, тем темнее тени рядом с ним. — Горячий чай моментально остыл, показывая истинное расположение духа старого гранд-мастера Ордена. — Я долгое время выводил Джедаев из-под цепких лап Сената, в законодательстве мы теперь имеем лишь обязанность встать на защиту Республики при масштабном военном конфликте и выполнять некоторые дипломатические миссии от Сената. — С грустью, Йода отпил остывший чай, после чего продолжил — тучи над Орденом стали настолько густыми, что я перестаю видеть веретено Силы в том объёме, в котором я видел его буквально год назад…

— Но как это возможно?! — В неверии спросила нети, ведь за четыре сотни лет своей жизни, это был второй раз, когда Тьма стала ещё страшнее, опаснее и… Чудовищнее…

Глава 6. Назначение.

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев 968 После Руусанской Реформы. Утро.

— Кайл… — сонно протирая глаза, буркнул маленький, мохнатый и крайне недовольный вуки. — Вот скажи мне на милость деревьев вечнозелёного Кашиика. К чему эти ранние подъёмы уже третью неделю подряд? (Шириивук выделен курсивом)

— Юта, не поверишь! — сделал самое честное лицо, какое только мог, Кайл. — Это полезно для нашей будущей жизни, как «Рыцарей Ордена Джедаев»! — явно пародируя кого-то в конце, воодушевлённо высказался юный Старший.

— А если без твоих извечных приколов? — вопросительно взглянул на него до странного широкоплечий зелёный тогрут, который выполнял разминочный комплекс, предоставленный Стрелецким.

— А если без моих извечных приколов, — с иронией начал Кайл, переходя на подтягивания обратным хватом, — то тут всё так, как я и сказал, — выполнив пару выходов силой, юнлинг продолжил, всё так же вися на перекладине: — Ну, вот сами подумайте, ребят, я же не только вас необходимости разминки учу, а также и тому, что мозг в нашей черепной коробке не шутки ради там находится, — оглядев слушателей в ожидании ответа, но не найдя и малейшего понимая, Старший вздохнул и начал объяснять причину. — Начнём с простого, это больше свободного времени…

— Да какое, блин, свободное время при проживании в одной с тобой комнате! — резко перебил Кайла Тома — тогрут, который выполнял разминку. — Я раньше думал, что детство на Шили не сахар, а тут вообще армия какая-то!

— Тома… — крайне медленно повернул голову к перебившему Стрелецкий, — что я говорил о прерывании речи Старших товарищей по Ордену? — в ответ на вопрос было слышно лишь тихое: «Понял, не дурак! Дурак бы не понял…» — Итак, продолжим, вы сами не заметили, что времени у вас действительно стало больше по сравнению с тем, как вы использовали его до этого?

— Ну… Как бы это сказать… — неуверенно начал самый маленький и скромный участник этого джедайского спортивного кружка. — Если учитывать лишь этот год обучения, то для меня времени действительно стало больше, — озадаченно почесал лапой свои чёрные ушки Микки(Нет, не Маус).

— И к вящему интересу, мы все стали уделять больше времени тренировкам, в которых даже я вижу смысл, — вставил свою реплику последний и вечно недовольный Хаку — серокожий забрак, чья особенность как биологического вида начинала только-только проявляться.

— Поверь моему скромному мнению уроженца Кашиика, — гортанно смеясь, заговорил Юта. — Ты нашёл в них смысл только после того, как Кайл тебя в сухую разнёс, как вспомню, смех берёт по полной!

— А ещё по полной я тебе сейчас накостыляю, мохнатое чудо-юдо! — взбеленился резко побагровевший забрак и подскочил к вуки, уже приготовившемуся блокировать занесённую руку Хаку, но был остановлен наипротивнейшим скрипом металла в паре метров, а затем появившимся рядом Кайлом, который моментально прописал два подзатыльника в страхе замершим юнлингам.

— Юта, Хаку, вы ж мои ненаглядные, — панибратский тон Стрелецкого совершенно не успокоил незатейливых драчунов, а лишь заставил вжать голову в плечи и виновато смотреть в пол. — Если подобное будет продолжаться, вы будете получать вдвое большую нагрузку как на разум, так и на тело, из-за чего у вас не то что сил о драках между товарищами не будет, даже мыслей о том, чтобы их задеть, не появится, — положив руки на плечи провинившихся и приблизив их поближе, Кайл прошептал: — Всё понятно объяснил? — на что получил крайне быстрые кивки. — Тогда десять кругов по периметру Зала, бегом!

Два обречённых вздоха были началом индивидуального филиала ада на территории Храма Ордена Джедаев.

Спустя некоторое время…

— Кайл… Я больше не могу… — тихо выразился бессильно распластавшийся на полу Хаку, поддержанный тихим рыком своего собрата по несчастью. — Мы больше так не будем…

— Не будем как? — аккуратно повернулся в их сторону Старший, также лежащий на полу.

— Задирать и обижать друг друга мы больше никогда не будем, да, Юта? — согласное урчанье было ему ответом, и это вызвало тихий хохот у крайне уставших юнлингов.

— Ладно, верю, дайте мне немножко отлежаться, а то я не могу даже пальцем ноги пошевелить, скоро всех подниму, — и это было правдой, спустя буквально пятнадцать минут пятеро юнлингов уже смогли самостоятельно добраться до столовой, от которой последовали к Залам Исцеления, в коих «какой уже раз?» были полностью поставлены на ноги и тем же составом отправились на заслуженный отдых, или… Звук комлинка на руке Кайла обломал все надежды на отдых.

— Ну давай, добей нас пришедшими новостями Старшой, — первым отреагировал Тома, за что получил по затылку от рядом стоящего Хаку, который прижал указательный палец к своим губам, рекомендуя тогруту молчать.

— Добивать некого, — моментально отреагировал Кайл, — тут руководство попросило собрать всех желающих юнлингов с нашего года обучения посмотреть на Турнир учеников Храма Джедаев, хотите? — с интересом подняв бровь, спросил Стрелецкий, умолчав о том, куда пойдёт лично он по приказу Совета.

— Ясен пень, спрашиваешь ещё! — первым отреагировал Микки, в чём нашёл поддержку от всей группы.

— Тогда решено, — хлопнул в ладоши Старший, — зовите всех, кого можете, встретимся в столовой через… — юнлинг посмотрел на комлинк, — полчаса, кто опоздает, тот будет тренироваться так же, как и я, всем всё ясно? — дружное «Да!» было ему ответом, после чего мальчишки разбежались кто куда, выискивая своих друзей и друзей друзей, ведь «Турнир!».

Буквально полчаса спустя в столовой было не протолкнуться от тех, кто желал взглянуть на ежегодно проводимое событие. Раздавался шум и гам огромной толпы юнлингов, которвя перебивала друг друга и пыталась подобраться к маленькой группке юнлингов, назначенных Старшими, которые тихо обсуждали что-то. Дождавшись определённого заранее времени, самый старший из троицы, а конкретно это был высокий и одновременно с этим худоватый мальчик человеческой расы с короткими тёмными волосами и небесного цвета глазами, который быстро привлёк внимание юнлингов к себе, прибавив в свой голос каплю Силы.

— Юнлинги Храма Джедаев! — присутствующие резко замолкли, переведя весь спектр внимания на говорящего, — сегодня, как все из вас знают, состоится Турнир учеников в Зале единоборств, Старшие проводят вас туда, — жестом руки выделив тех, за кем стоит идти, продолжал говорить темноволосый. — Моё имя Шен, по вопросам, связанным с турниром, можете обращаться ко мне, либо к Старшим вашего года обучения, вопросы? Нет вопросов, организованно за мной, друг друга не давим! — развернулся на пятках мальчишка и направился в известную ему сторону, ведя за собой остальную толпу.

— Кайл! — подбежал к названному возбуждённый Тома, — как думаешь, этот Турнир будет интересным же, да-да? Мне падаваны рассказывали о том, что там будут крутые поединки, не пошутили же они, да? — тогрут крутился рядом со Стрелецким, как падальщик над умирающей добычей, но был остановлен правой рукой Юты, который другой рукой уже вертел указательным пальцем у виска, показывая Томе, как он выглядит со стороны. — Ну, знаешь ли…

— Он-то как раз знает, — перебил его Хаку, — мы с ним неплохо так увеличили свой уровень знаний о нашем тугодумстве с позволения Кайла, так что лучше перестань кружиться вокруг нашего м-Учителя и спокойно его выслушай.

— Спасибо, Хаку, — благодарно кивнул Стрелецкий, — так вот, Турнир этот действительно содержит поединки, в нём участвует от 32 до 128 юнлингов, которые были направлены на этот турнир либо для становления чьими-то падаванами, либо по рекомендации учителей Храма, — заметив прибавившихся слушателей, Старший немного повысил голос, давая себя услышать. — По началу будут сражения на световых мечах один на один в каждом раунде, по правилам он заканчивается тем, что, — начал загибать пальцы на руке мальчик, — первое, один из них получает три ожога от светового меча, либо же кто-то сдаётся, автоматически отдавая победу сопернику…

— Хотелось бы дополнить, что… — органично продолжил тему Шен, — перед началом боя все ученики собираются вокруг места сражения. В финальном раунде участвовали только 8 либо же 24 лучших студента, которые сражались группой. Первые два боя традиционно состоятся в Зале единоборств.

— Так вот почему мы туда идём! — подал голос Юта, стукнув кулаком в ладонь.

— Да, капитан Очевидность, — с ухмылкой подтвердил Кайл, продолжая рассказ Шена. — По итогу же дальнейшее продвижение по турнирной лестнице делает условия схватки всё более реалистичными, в конце возможно столкновение даже в столовой!

— Кстати, говоря о столовой… — поднял взгляд Тома на летящий под самым потолком коридора шарик, который постоянно принимал совершенно разные формы, — ты для чего поднос с кухни забрал и теперь мнёшь его так, как будто последние соки из фрукта выдавливаешь?

— Телекинез тренирую… Я у наставников спрашивал, как это делать! — быстро пояснил Кайл под заинтересованными взглядами окруживших его юнлингов. — Что вы так смотрите то а?

— Ка-а-айл… А расскажи, как ты это делаешь? — десяток голосов приторно-ласковым тоном поинтересовался у Стрелецкого, который уже набрал первую космическую скорость по дороге в Зал единоборств, с ноги выбил дверь и спрятался за застывшим в шоке гранд-мастером Ордена. — Ну расскажи-и! — донеслось из коридора.

— Магистр Йода… Спасите… — взмолился юнлинг, с надеждой смотря на седого джедая.

— Ответственности груз за решения свои должен ты брать, — аккуратно переместив Кайла к двери, проговорил гранд-мастер, с улыбкой смотря на переменившееся лицо юнлинга.

— Вот дерьмо…

Глава 7. Это чертовски красиво, магистр...

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев Зал Единоборств

Быстро поняв своё нынешнее положение, Кайл сменил свой курс на сто восемьдесят градусов и бегом направился в самый тёмный угол зрительских трибун под усиливающийся гомон толпы юнлингов. Открытие двери совпало точь-в-точь с моментом того, как Стрелецкий использовал пародию на сокрытие в Силе, закрывшись от восприятия большинства маленьких джедаев, часть из которых в недоумении искала одного из Старших, который уже умиротворённо медитировал, поздно почувствовав угрозу, что приближалась к нему.

— Магистр Йода, — как подобает младшему поприветствовал старого джедая Кайл, чем привлёк внимание рассаживающихся юнлингов, которые быстро начали занимать места возле Гранд-мастера, добавляя Старшему головной боли.

— Как тебе ответственность за свои решения принять было, м? — Абсолютно спокойное выражение лица магистра сильно раздражало, ведь зелёное недоразумение определённо желало проверить на прочность ментальное состояние уже порядком уставшего за этот день мальчишки, который тихо засопел и достал из-за пазухи маленькую пачку сока, сосредоточенно пожирая ту взглядом.

— Знаете, гранд-мастер, — начал Кайл, одновременно с этим вставив трубочку в упаковку. — К моему удивлению, это не так сильно давит, как взгляды больше сотни маленьких джедаев, направленных в нашу сторону. — Зашевелившиеся уши Йоды сразу выдали его настроение, а следующая фраза окончательно подтвердила догадки Кайла.

— Прав ты, джедай юный, но точно ли ты понял, о какой ответственности я тебе говорил, м-м-м? — В ожидании взглянул гранд-магистр на юнлинга, что незатейливо пил сок и крайне быстро перебирал все намёки старого руководителя Ордена, даваемые им на протяжении всего их знакомства. Возникшая догадка заставила брови мальчика слегка подняться в негодовании, после чего тот по новому перевёл взгляд своих глаз на магистра.

— Став Старшим, я действительно ощутил груз ответственности на своих плечах, — заговорил юнлинг, для наглядности расправив плечи, что вызвало у наблюдающих за ним зрителей некоторое негодование. — Но он не является для меня бременем или поводом к возникновению гордыни, которая тихой сапой прикопает совесть где-то возле корней вроширов (Врошир — гигантские деревья, произраставшие на планете Кашиик. Вуки, местные жители Кашиика, строили свои города на ветвях и внутри стволов деревьев. Древесина вроширов использовалась вуки для создания оружия, а некоторые вуки создавали скульптуры из этого материала.). — Йода лишь усмехнулся незатейливой шутке Кайла, после чего перевёл свой спектр внимания на первый поединок турнира, который открыл Шен, базовой связкой положив быстрый конец так и не разгоревшейся схватке. После чего спокойно помог проигравшему подняться и направился в уголок для победителей, где, не обращая внимания на поддержку, быстро принял позу для медитации и отрешился от внешних раздражителей.

— Молодцы, — сразу после ухода победителя в медитацию заговорил Гранд-мастер, — как ты, так и Шен. — Ловким движением крохотных рук Йода быстро допил сок и вновь взглянул на Стрелецкого, — то, что назвал ты мне, рыцарь юный, является лишь частью того, что я хочу от тебя услышать в дальнейшем. — Тяжёлый взгляд магистра ввёл Кайла в некоторое напряжение, которое быстро сменилось недоумением, ведь старый глава Ордена телекинезом перенёс ему прямо в руки…

— Допуск к архивам уровня падавана? Гранд-мастер Йода, это не противоречит никаким правилам Джедаев? — Крутя в руках небольшой чип, Кайл вопросительно взглянул на ехидно улыбающегося главу Ордена, который проигнорировал вопрос юнлинга, вместо этого подозвав к ним одного знакомого мастера-джедая.

— Здравствуй, Плор, как поиски твои продвигаются? Нашёл ли ты кандидата в падаваны себе под стать? — Дурос на ходу запнулся, растеряв былой позитив, но быстро успокоился, после чего поклоном поприветствовал магистра и сел рядом.

— Поиски проходят с переменным успехом, уважаемый гранд-магистр, — уклончиво ответил мастер-джедай, почему-то с сочувствием покосившись на Кайла. — Мне бы хотелось узнать, что вам необходимо от меня? Я как раз собирался взглянуть на проходящий поединок поближе.

— Не позабыл ли ты, что обещал мне после того, как доставили вы с Т’ра Саа мальчишку с силовым потенциалом громадным в залы исцеления? — Плор лишь тихо вздохнул, понимая, что от данного в порыве эйфории обещания ему не отвертеться, что бы он не попытался сделать. Потому сосредоточенный взор дуроса уже был направлен на Кайла, которого подобный зрительный контакт стал крайне напрягать, ведь он обычно не сулил ничего хорошего.

— Не позабыл, гранд-мастер, а вот похоже юнлинг даже не догадывается о том, что же я вам в теории мог пообещать, — правильно истолковал эмоциональное состояние юнлинга опытный джедай, что после кивка Йоды резво поднялся и расправил сложившийся плащ. — Пойдём со мной, тут сейчас крайне шумно, — не дав времени обдумать сказанное, дурос широким шагом направился на выход из зала единоборств с полной увереностью в том, что Кайл идёт вслед за ним.

Юнлинг оправдал ожидания, быстро сориентировавшись и чуть ли не бегом отправился за мастером-джедаем, предварительно дождавшись кивка зелёного магистра. Тот лишь пару секунд посмотрел в спину убежавшему Кайлу, после чего немного потряс седой головой и принялся смотреть за всё более жёсткими схватками между юнлингами, являясь готовым в любую секунду остановить «молодую кровь» от необдуманных порывов.

Зал Тысячи Фонтанов

Добравшись до Зала Тысячи Фонтанов, компания в виде Кайла и Плора быстро выбрала себе место под кронами могучего по виду дерева с густой светло-жёлтой листвой, что не пропускала искусственный свет на будущих собеседников.

— Итак, мастер Плор, объясните, пожалуйста, что же вы такого пообещали? — Прямо и без лишних намёков спросил юнлинг, вызвав слабую улыбку у дуроса.

— Честно сказать Кайл, наобещал я тогда… — Тихий смех смог передать всю неловкость ситуации для мастера-джедая, что с некоторым стыдом вспоминал своё поведение перед гранд-магистром прямо после того момента, как доставил с Саа мальчишку на руки Вокаре Че. — Больше чем смог бы выполнить и для своего собственного падавана, лет пять обучая его так, как не обучает Цин подопечные группы юнлингов, так что… — Плор быстро почесал свою лысую голову, после чего продолжил: — Пришлось принести клятву на Силе для магистра Йоды, а то старый ворчун никак не успокаивался, — рассказ в подобной манере повысил настроение Стрелецкого, который приготовился внимать наставлениям уже немолодого дуроса, на лице которого зиял крупный продолговатый шрам от левой скулы до самого подбородка. Морщины, являвшиеся особенностью расы мастера-джедая, представляли собой подобие непрерываемого речного потока, а глубокий взгляд зелёных глаз создавал впечатление того, что опытный консул быстро нашёл ключик во время беседы.

— Раз уж вы об этом говорите в таком ключе, — задумчиво протянул Кайл, отбивая неясный мотив пальцами рук, показывая явную настороженность, — скажите тогда, чему вы собираетесь обучить девятилетнего мальчишку?

— Тебе известна стандартная поза для медитации? — Получив скромный кивок от не до конца понимающего ситуацию Стрелецкого, мастер-джедай продолжил пояснять: — Медитативная техника, применяемая в нынешнем Ордене, является самым уравновешенным вариантом для любого пользователя Силы, как бы много у тебя мидихлориан не содержалось в крови, ты сможешь манипулировать силовым потоком по мере увеличения своего мастерства. — Плор принял позу для медитации, зеркальную позе Кайла, после чего начал постепенно управлять Силой вокруг себя. Сначала плавно направляя её, тем самым создавая определённую геометрическую фигуру, центром которой являлся сам джедай, а затем всё увеличивая давление вокруг до определённого уровня, которым не мог навредить окружающей его действительности. Лишь закачавшиеся ветви громадного древа и идущая волнами трава показывала обывателю чудеса, ни с чем не сравнимые в столь красивом месте, как зал Тысячи Фонтанов. — Это тот уровень, который ты освоишь во время своего будущего падаванства, если и дальше будешь показывать заметные успехи в обучении. — Юнлинг завороженно наблюдал за утихающей природой вокруг, не пропуская ни единого слова из уст старого мастера. — Не желаешь попробовать чуть более иной спектр действия, применимый данной техникой, так скажем, некоторый взгляд со стороны традиций?

— Конечно же да, уважаемый мастер-джедай! — Крайне активно согласился Кайл с горящими от любопытства глазами, следя за действиями Плора, который со слабой ухмылкой встал и обошёл мальчишку, положа тому руки на плечи. Одновременно с этим в мыслях юнлинга крутился единственный вопрос: «Это он так своей Силой шабахнул, что у меня чуть ли не из ушей в один момент стало литься желание учиться? Вот что делает внушение с такими как я, неопытными котятами, в огромной Небесной реке…»

— Внимательно слушай, что я тебе поведаю, — Стрелецкий быстро переключил весь спектр внимания на джедая, в ожидании на того смотря. — Немного измени положение рук, они должны покоится на твоих бёдрах, вот так, да, молодец, — сухо похвалил мальчика Плор. — А теперь я буду постепенно управлять потоком Силы в твоём теле, тебе же нужно полностью погрузиться в медитацию, следя за моими действиями и помогая мне в них. Если что-то пойдёт не так, я сразу остановлю процесс, так что действуй, Кайл.

— Для начала скажите, что я должен увидеть по итогу медитации? — Не спеша с головой погружаться в омут Силы, спросил юнлинг.

— А вот это ты уже узнаешь по её завершению, не волнуйся, я придам необходимый посыл Силе.

Молча кивнув, Кайл сосредоточенно стал погружаться в медитативное состояние, что давалось с некоторым трудом по сравнению с прошлыми медитациями. Силовой поток внутри его тела вместо плавного завихрения стал…

«Стелиться по моей телесной оболочке? Что за…»

Но не успел бывший сталкер удивиться, как тут же его сознание оказалось словно размазанным по всему Корусанту. В один бесконечный миг он ощутил всю Силу, что была сконцентрирована на этой планете-городе. Бесконечный калейдоскоп красок, которые невозможно описать связными словами, и при виде подобного зрелища Кайл мог лишь вставлять то дополняющие друг друга прилагательные, то совершенно противоречащие изречения.

«Я — обладатель знаний в трёх языках, но… Я не могу передать весь тот спектр ощущений, что воспринимаю через все шесть органов чувств, единственное определение, похожее на происходящее со мной, это… Авидья (В индийской философии — незнание или «исходная омрачённость сознания», являющаяся корневой причиной «неподлинного восприятия мира» и противодействующая «постижению сущности бытия»).!».

В то же время с крайней сложностью контролирующий процесс медитации Плор, чуть ли не крича в Силе, звал Телепатией магистра Йоду, что уже был на полпути к месту происшествия. Маленький гранд-мастер летел со скоростью пули, сбив по дороге не успевшего среагировать Оби-Вана, который в следующий же момент лежал на полу, с парой новых боевых отметин, а именно краснеющих участков на коже лица, чья форма подозрительно напоминала форму стопы Йоды.

Краем сознания магистр отметил у себя в голове пункт о том, чтобы извиниться перед бедным Кеноби, после чего подбежал к медитирующему юнлингу и пыжащемуся Плору, который мысленно материл самого себя, ведь если бы он создал перед Кайлом необходимый образ, он бы не залез в настолько глубокий медитативный анализ местности, последствия которого мастер-джедай переводил на своё тело, отдавая юнлингу своё угасающее спокойствие, ведь если он тоже ощутит то, что ощущает в данный момент дурос… Не только Храм, даже весь Корусант в недоумении схватиться за головы, внутри которых начнут процесс распада как минимум не один десяток нейронов, а что будет с хотя бы немного одарёнными юнлингами Храма…

Отодвинув Теликинезом свалившегося от усталости дуроса, Йода сам принялся усмирять поток Силы, круживший в Зале Тысячи Фонтанов, а особенно в Кайле, нашёптывая мантру-ключ: «Усмирись бесконечно вечная, услышь меня Воин беспечный…». Всего через пару минут давление сошло на нет, а обессилевший юнлинг не смог удержать сидячего положения и с помощью гранд-мастера мягко плюхнулся на вмятую в землю траву, взирая своими посветлевшими глазами на падающую на него листву, сказав лишь пару слов:

— Это чертовски красиво, магистр… Передайте спасибо мастеру Плору за меня, а то я в отключку, похоже… — Скупо улыбнувшийся среди окружающего хаоса Йода показал Плору, в это время наблюдающим за происходящим. Всё закончилось…

Глава 8. Под последним дождём...

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев Залы Исцеления

Пробудившись несколько минут назад, Кайл не желал подрываться с вполне удобной кушетки в Залах Исцеления. Сейчас он с усердием вспоминал всё то, что произощло во время медитации, а также свои ощущения после принудительного выхода из неё.

Особенности, которыми его наделила как Зона Отчуждения, так и Великая Сила, позволяли почти в стопроцентном эмоциональном спектре передать весь тот Корусантский универсум, что предстал пред ним в момент медитации. Весь калейдоскоп красок — полноценная картина произошедшего, наполненная всем тем, что он мог описать, а вместе и с тем неописуемо-торжественным, что слов нельзя было подобрать. Лишь несколько мыслей продолжали гложить его юное тело, но взрослый ум.

«Где же цена подобного? Почему, видя, чувствуя, внимая, я… Был столпом спокойствия среди этого водоворота чувств! Вот считал же эти изречения индусов об Авидье бредом сивой кобылы, а тут, как снег на голову, настолько неопровержимый аргумент, что мне даже возмущаться стыдно!»

Внутренне вздохнув, юнлинг перевёл своё внимание на окружающее пространство и бегло осмотрелся, замечая некоторую пустоту в залах Исцеления. Только пара джедаев и десяток меддроидов, которые аккуратно перемещались то к одному пациенту, то к другому, давая некоторую свободу своих пока ещё скромных по своему количеству действий. Мальчик аккуратно приподнялся, приняв необходимую для медитации позу, после чего со вторым вздохом аккуратно открыл свой разум для использования техники и охватил ей Храмовый комплекс, что произошло вполне легко, проблема возникла после. Удерживать от дальнейшего расширения зону охватываемую медитацией было намного труднее, чем просто следовать потоку, что в тот раз продемонстрировал Плор.

Несмотря на возникающую в голове брань и прочего рода словосочетания, пускай и вслух не произнесённые, разум Кайла оставался холодным и беспристрастным, ведь если он начнёт давать волю эмоциям… В лучшем случае, его закинут в тюрьму для тёмных, в худшем — зарубят на месте. Чрезмерные эмоции превратят все его труды в пепел, который в следующий миг развеется галактическим ветром. А сам он превратится либо в сосредоточение Тьмы, либо в маньяка-вивисектора с манией величия, который высунет наружу всё то потаённое, что покоится в глубине его души.

Вдох-выдох…

Приведя дыхание в порядок, разум юноши сосредоточенно стал искать в своей памяти якорь, который не даст ему скатиться с обрыва в глубины Тьмы. Этим анкером стал последний дождь в ЧЗО перед смертью Стрелка и появлением его бестелесной оболочки в тушке погибшего мальчишки. Дождь был повсюду, как и выстрелы, крики, всполохи срабатывающих аномалий и взрывающихся гранат. В его памяти это отчётливо видно, как и то, что под этим дождём было… Спокойно? Не тревожно? Кайл не знал, но это ощущение внутреннего спокойствия под проливным дождём, чьи капли жадно впивались в сухую, покрытую кровью и смертью землю, создало необходимый ментальный барьер для его духовной оболочки.

Вновь войдя в состояние транса, Кайл сосредоточился на Храмовом комплексе, закладывая единственную мысль:

«Помоги мне найти Гранд-магистра Йоду».

Пред глазами в мгновение ока пролетел калейдоскоп красок, ставший путём до искомой цели. Старый мастер находился в башне Высшего Совета, о чём-то горячо споря с Мэйсом Винду, но как только до собеседников дошла волна внимания, подкреплённая Силой, диалог сам по себе завершился, заставив тех перевести взгляд будто на самого Кайла, а не на бестелесную субстанцию, коей себя ощущал юнлинг. И что интересно, взор обоих различался кардинально, словно Лёд и Пламя, Свет и Тьма… Хотя с учётом цвета кожи магистров…

«М-мать… Это, наверное, нервное, о чём я только думаю в такой ситуации?».

Кайл на всей доступной разуму скорости вышел из транса, постаравшись скрыть свои манипуляции, подделав их под общий фон Силы Храмового источника, что возможно бы возымело успех, но теми, кто его заметил, были Магистры Ордена Джедаев, которых обычный юнлинг, пускай и чересчур талантливый, никогда не обманет, потому уже через десять минут в палате находился Винду на пару с его мастером, которые крайне недовольно смотрели на «ситхового экспериментатора», тихо переругиваясь между собой.

— Сначала Скайуокер, теперь вот это недоразумение, — сквозь зубы цедил Мэйс, активно отрываясь на причастном к произошедшему действию лице. — Уважаемый мастер Плор, вас случайно Квай Гон не кусал? — Самый что ни на есть «китайский» прищур отразился на морщинистом лице коруна, напоминая Кайлу какую-то забористую змеюку, во все стороны плюющуюся ядом, не потому что хочет защититься или напасть, а потому что все достали.

«Как же я тебя понимаю, синоним слова толерантность…» — Пронеслось в голове Стрелецкого, который молча слушал разгорающийся спор, лишь поудобнее устроившись на кушетке.

— Не менее уважаемый Магистр Винду, — ввернул шпильку тому внешне спокойный дурос, чья пульсирующая вена на лбу явно намекала на то, что Мэйс бьёт гладко, но гадко. — К вашему сведению, мастер Джинн принадлежит к человеческой расе и неожиданно возникших гурманских вкусов по отношению к иным расам у него не наблюдается, — скупым жестом мужчина-дурос достал из-за пазухи диагноз Квай Гона, продемонстрировав тот несколько удивлённому магистру, оценившему такой юмор.

Дружно посмеявшись, давно перемахнувшие звание рыцаря-джедая разумные перевели весь свой спектр внимания на юнлинга, который нервно сглотнул, приготовившись внимать уже открывшему рот Магистру.

— Что я могу вам сказать, Старший юнлинг Кайл… — Брови коруна сошлись в переносице, напоминая своеобразный домик, прекрасно передав его истинное расположение духа. — Это был самый бестактный и самый заметный из когда-либо виданных мной идиотских поступков, совершённых младшим джедаем за всё время моего пребывания в должности магистра Ордена, — тяжёлый вздох прервал спич Винду, дав обвиняемому пару секунд на размышления. — Вам есть что сказать в своё оправдание?

Юнлинг не спешил отвечать под требовательным взором Магистра, обдумывая каждую свою последующую реплику и иные варианты развития их своеобразного диалога. Необходимо было учесть всё, что могло бы выставить Кайла не в таком плачевном ключе, в котором его видит вождь темнокожих эсперов.

Старшие джедаи сидели и прокручивали в своих мыслях дальнейшие события, которые повлечёт за собой уже свершившееся действие молодого джедая. Как отреагируют фракции внутри Ордена? Что скажут иные Магистры после того, как узнают о подобном случае?

POV Магистр Мэйс Винду

Голова не просто нещадно трещала, она раскалывалась по швам, заставляя меня иногда прерывать порицание поступка юнлинга, лежащего предо мной на больничной койке. Что в нём нашёл Йода? Каким образом он вообще появился на просторах Галактики? Вопросы, вопросы и ещё раз вопросы!

Я в некотором раздражении сжал зубы, силясь успокоить накатившее чувство гнева. После создания Ваапада такие приступы были крайне редки, но события минувшего года не могли не сказаться на моём ментальном состоянии. Разум начал сдавать под натиском негативных эмоций, которые я всё никак не мог выплеснуть, ведь… Абсолютно всё требовало контроля! Каждое начинание, вызванное инициативой Высшего Совета, шло с таким скрипом, что в пору было заподозрить наличие ряда информаторов в составе Ордена, которые сливали наши действия на сторону. И как бы дико это не звучало, данная догадка, в спешке выданная мной на одном из собраний подтвердилась! Были отправлены в Призму чуть менее чем двадцать мастеров-джедаев и больше сотни рыцарей, которые продавали, а порой и просто разбалтывали информацию о действиях Ордена лицам подозрительной наружности. Тени и Стражи только начали распутывать этот клубок колючей проволоки, а уже по уши погрязли в ответвлениях, которые вели к иным целям, а порой и в тупики, заставляя ощущать лучших специалистов совсем зелёными рыцарями, только что поступившими в свой корпус.

Помассировав виски и немного снизив градус головной боли с помощью такого первобытного метода массажа, я вновь окунулся в произошедшие события.

Выделенные для проведения следствия джедаи столкнулись с иной напастью, о которой предупреждал Корпус Равновесия во главе с Рглором Тнимио, представителем расы Чиссов, который попал в Орден за пару лет до меня. Хитровы… Любящий тишину Тнимио быстро наметил себе цель, к которой пришёл всего за десять лет, став одним из самых результативных Провидцев за всю историю Ордена.

Чисс уже второй год подряд тыкал пальцем в каждого из Магистров, обвиняя их в бездействии, ведь в видении, которое он видел, под Храмом находится целый Склеп, который весь период Руусанской реформы лишь пополняется новыми трупами, окрашивающими природно-нейтральный источник в колодец тёмной стороны Силы.

Сформированная экспедиция в недра основания Храма из джедаев Стражей вернулась уменьшенной на четверть, восемь джедаев были убиты внезапно возникшими из тёмных коридоров волнами порождений ситхской алхимии и химерологии, сформировавших из них чудовищ, лишь телосложением похожих на людей, твилеков и… Самого крупного из виданных докладывающим джедаем эвока, обладавшего страшной силой, благодаря которой оторвал ногу ведущему Стражу, после чего началась фирменная бойня, в которой смогло выжить лишь двадцать четыре члена Ордена из посланных пяти десятков. Половина отряда, состоящая из крайне способных боевиков, была просто порвана на части.

После этого на нижние этажи был отправлен отряд во главе с Тивоккой, который окончательно расчистил нижние этажи и выставил посменный дозор из рыцарей-джедаев, тогда как сам занялся очисткой Источника. Что вызвало колебание Силы по всему Корусанту, из-за которого я влетел в комнатку Гранд-магистра и уже вместе начал обсуждение дальнейших действий, которые помогут Ордену избавиться от многовековой паутины, в которую нас замотали с нашего на то позволения.

Положение спасало лишь то, что Йода наравне с Йаддль и Саа всё время крутились в этом болоте, не позволяя Ордену быть окончательно погребённым под непрекращающимся ливнем событий, который чуть не стал для нас последним дождём, который оставил бы джедаев один на один с Галактикой.

— Ху-у… — Я выдохнул, отрешаясь от мыслей, что снедали меня пускай и малое, но крайне надоедливое время. — Так что, есть какие-то мысли, юнлинг? — Я вновь ожидающе взглянул на Кайла, который так и не ответил на мой вопрос.

Мальчик чуть мотнул головой, словно согнав с себя своеобразную пелену раздумий, и посмотрел на меня своими слишком взрослыми для ребёнка и слишком детскими для взрослого глазами благородного зелёного цвета, сияя двумя изумрудами.

— Есть, уважаемый магистр, — согласно кивнул юнлинг. — Я был крайне недальновиден и бестактен, ведь использовал подобную манипуляцию Силой без одобрения старших членов Ордена, за что должен понести наказание. — Плор вздёрнул правую бровь, с непонятным мне интересом слушая речь Кайла.

— С чего ты взял, что должен понести наказание? — Дурос задал интересующий меня вопрос быстрее, чем я открыл рот.

— Мной грубо нарушены не только самые обыкновенные нормы морали, которые уже делают из меня не самого образцового юнлинга. — Я лишь скупо усмехнулся, ведь используя подобного рода формулировку даже по отношению к джедаям моего поколения, можно найти крайне много нарушителей, как выразился Кайл "самых обыкновенных норм морали". — Но самое для меня несуразное — это то, что только сейчас я понял своё главное нарушение: я отошёл от Кодекса, просто плюнул с высоты здания Сената на строчку «Не страсть, а безмятежность».

— Хо-хо! — Плор хохотнул, после чего развёл руки в стороны, словно пытаясь обхватить что-то эфемерное. — Почему ты так считаешь, Кайл? И да, почему ты не используешь «официальную версию» кодекса?

— У меня те же вопросы, юнлинг, потому будь добр, ответь честно и развёрнуто. — Подал я голос, аккуратно окутав Силой близлежащее пространство радиусом в пару метров, дабы не создать опасность для не до конца понимающего свои слова мальчика, который говорил Разумом, а не Сердцем.

— Потому что я — будущий джедай, лицо Ордена, тот, по кому будут судить обо всех джедаях. — Юнлинг чуть прикусил губу, словно вспоминая что-то не очень приятное. — Я должен на собственной шкуре нести ответственность за принятые решения — это необходимый процесс обучения и воспитания достойной своих полномочий личности, и не важно, кто ты, человек, тви’лек, дурос, да хоть хатт, ты — и только ты — должен знать, что, как и какой ценой ты делаешь.

Кайл вздохнул, после чего телекинезом притянул к себе стоящую на столике рядом бутылку наполненную водой, смочил горло и продолжил свой спич.

— А причина, по которой я не пользуюсь версией Одан Урра… — Юнлинг на некоторое время задумался и спустя пару секунд неожиданно щёлкнул пальцами, словно уловив потерянную было мысль. — Он — учёный, не воин, в тех трактатах с биографией джедаев эпохи Старой Республики это ясно цитируется со слов самого мастера джедая, но… — Стрелецкий вновь задумался, скорее всего, над тем, стоит ли озвучивать окончание собственных отнюдь не радостных мыслей.

— А учёный не знает того, что знают воины, составившие первоначальный Кодекс Ордена джедаев? — С каплей ехидства спросил я, ожидая согласного кивка, но, к моему удивлению, лишь получил отрицание и усмешку рядом сидящего Плора. — Я сказал что-то смешное?

— Нет, Мэйс, ты просто не так понял Кайла, — ответил дурос, попросив юнлинга помолчать жестом правой руки. — Одан Урр по мнению мальчика — трус, нашедший причину скрыться в Храме, прикрывшись созданием Великой библиотеки джедаев. Он сбежал от войны, но война нашла его и там, в стенах из книг, датападов и иных носителей информации. — Стрелецкий коротко кивнул, в то время как я, загружаемый новой для меня информацией, продолжал внимать Плору. — Так почему же он должен использовать версию труса, который лишь после того, как к нему пришла война, буквально ввалилась в его уютный мир, взялся за меч и стал защищать ни в чём не повинных жителей Галактики?

— Я понял вашу позицию Стрелецкий, — какой раз я уже за сегодня вздыхаю? — И раз вы настаиваете на своём наказании, то я вынесу этот вопрос в Высший Совет, а пока отды… — Хотел было закончить на этом я, но был перебит забежавшим сюда чумазым падаваном с рассечённой рукой, с которой до сих пор стекала кровь. — Банта поодо…

Глава 9. На чём мы остановились? Ах да, мы в дерьме!

Регион — Внешнее кольцо Сектор — Эсстран Система — Хорусет Планета — Коррибан Местоположение — Долина Тёмных Лордов

Коррибан, Морибанд или же Песегам, в разные времена эта планета называлась по разному, но сама её квинтэссенция была одинаковой всегда и так будет впредь, навечно, пока её не распылят на атомы по всему галактическому простору.

Это не туристический рай с прекрасными пейзажами по типу Набу, не место скопления деловых партнёров и учёных, как на Альдераане, нет, всё куда проще.

Прекрасные пейзажи заменены бесконечной пустыней лишь с несколькими ориентирами, которые можно пересчитать по пальцам двух рук. Вместо деловых партнёров есть лишь вечные узники своих монструозных, или не очень, саркофагов, замков, крепостей, есть всё на любой вкус. Вкус боли, гнева, мучений и страданий, которыми пропитан воздух планеты-могильника.

Именно это место — отчий дом ситхов. Сама планета — место великой силы. Тёмная сторона живёт и дышит в самом ядре этого мира, с каждым её оборотом разгоняя, словно кровь по венам, волны негатива по всей поверхности планетоида.

Так где же ещё, кроме как в этом прекрасном месте может произойти пробуждение от вечного сна одного из Дартов? Того, кто своим гневом и болью заставил своё тело жить дальше, но было ли это жизнью? Он и сам не знал, живое ли он существо или лишь оболочка, в которой сконцентрирована Тёмная сторона, с чьей помощью он и продолжил свою деятельность. Деятельность палача и захватчика, Властелина и Правителя.

Атмосфера планеты разверзлась в крике, вылившимся в песчаную бурю по всему миру. Аванпосты джедаев стали отрезаны от мира на долгую декаду, пока внезапно возникший катаклизм так же внезапно не сошёл на нет, открыв невиданный доселе вид на окружающие Коррибан небесные тела. Небо этого мира никогда не было таким чистым как в тот миг. Миг, когда пробудился Дарт Империи Ситхов Экзара Куна — Дарт Сион, Владыка Боли. Он позволил себе умереть, остановив циркуляцию энергии по своему телу, переполненного Болью и Страданиями. Дал себе разрешение стать историей, а не быть продолжением настоящего, оставил грядущее без своего контроля и влияния, что для истинного ситха было сродни омовению рук на Набу. Он уходил от ответственности и был более не властен над будущими событиями, но Сила решила иначе, да и Сила ли? Этот вопрос, как и тысячи других, будет оставлен без ответа.

Дарт Сион пробудился от почти четырёх тысяч лет сна. Греми Галактика, страшная сказка стала настоящим!

*****

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев Нижний уровень Храмового комплекса

Винду бежал так быстро как только мог, став лишь смазанным силуэтом на фоне стен и редких ламп, что освещали его путь. Путь к погибающим братьям и сёстрам по Ордену, бывшим наставникам и наставницам, что сражались там, в конце этого слишком длинного коридора. Бились не ради себя, а ради того, чтобы чудовище пробудившееся в основании Храма, не пожрало невинных, не сделало разумных калеками, дабы ни чья жизнь более не была под угрозой…

— Магистр, позади! — Ослеплённый на долю секунды внезапной яркой вспышкой Мэйс сразу обнаружил врага. Тук’ата, с кожей цвета металла, а судя по тому, как от её хвоста, соприкасающегося со стенами, отлетали искры, то и с такими же свойствами, как и сам металл. Она напала на уже порядком израненного Тивокку, на чьём боку красовалась свежая рана в половину спины могучего вуки, про мелкие раны по всему телу следует промолчать.

— Вр-р-грха! — Визг на грани ультразвукового барьера смог на несколько мгновений выбить Тивокку из равновесия, чем сразу же воспользовалась тварь созданная ситхской алхимией, ударив своим шипованным хвостом по открывшемуся плечу вуки.

Но этому не суждено было случиться, ведь пускай и плохо уязвимая к манипуляциям с Силой тварь, была ими пронимаема, так что бодренько влетела в стену, после того как Винду с полной самоотдачей выполнил дроп-кик, наполненный Силой, прямо ей в голову.

Благодарно кивнув, Тивокка отдал управление боем в руки коруна, чьё расположение духа явно намекало на скорую расправу над как-то даже сжавшейся под таким взглядом Тук’атой, что стала настороженно обходить Мэйса по дуге, ища открытые места в его обороне.

Тук'ата

Винду лишь усмехнулся подобному, он вспомнил несколько вырезок из учебников об этих тварях. Быстрые, ловкие и… Разумные. Они могут чуять Силу так же, как он чует запахи, а их когти… Резали всё, останавливаясь лишь при контакте с лезвием светового меча и некоторого вида металлов, отличавшихся чрезмерной прочностью по сравнению даже с корабельной обшивкой.

Параллельно его мыслям, позади Тук’аты возник Джинн, что не издавал ни единого звука, вместе с этим сокрыв себя в Силе. Получив короткий направляющий взгляд от кандидата в магистры, Мэйс начал плавно перемещаться в угол, создавая иллюзию того, что он ищет пути отхода, либо же пытается избавиться от необходимости прикрывать свой тыл, отдав его на прочность Храмовых стен.

Насторожившаяся по началу Тук’ата, быстро восприняла себя хищником, что загнал в своё логово ещё одну жертву, со смертоносной грацией обходя ту. По крайней мере так подумал Винду, но слишком умное создание поставило точку в их импровизированном плане, когда вместо рывка вперёд, ударила хвостом ровно в ту область, в которой находился Джинн. Квай-Гон отразил атаку барьером в последний момент, а тварь выполнила невообразимый кульбит, результатом которого стала ещё одна атака, но уже по Винду, который ловко поднырнул под раскрытую челюсть, оказавшись под четырёхметровой мускулистой тушей, которая было дёрнулась вытащить его оттуда, но была остановлена на целую секунду телекинезом Джинна.

Этого хватило чтобы корун воткнул свой меч в мягкое сочленение между лапой и тушей, проткнув сердце и буквально выжигая внутренние органы. Боль, которую она ощутила, заставила сбросить с себя давление Силы и заметаться по покорёженному из-за прошедшей битвы помещению, в попытках сбросить с себя плотно закрепившегося на ней магистра. Но… безуспешно. Тук’ата лишь добила сама себя, помогая световому мечу рассечь собственную плоть и приблизить свою кончину, которая наступила в следующие несколько секунд, когда она завалилась на бок в последнем рывке и из-за инерции ударилась об ту же стену, в которую её и откинул Мэйс в начале их боя.

Корун сделал ещё пару контрольных движений световым мечом, после чего, убедившись в отсутствии реакции расслабился и с громким матом отключил световой меч и сполз с мёртвого тела.

Квай-Гон лишь с хрипом рассмеялся, но сразу схватился за повреждённые рёбра, которые всё же получили урон даже сквозь возведённый барьер Силы, из-за чего полный на подколки Джинн предпочёл промолчать и тихо посмеиваясь наклеивать бакта-пластыри на пострадавшую зону, чем язвить и шутить над Мэйсом.

Винду даже не обратил внимания на смешки товарища по Ордену, он изучал поверженного врага, успокаивая себя и одновременно заставляя сомневаться в самом себе. Невообразимый коктейль чувств, который перемешался внутри полного стресса разума и безграничного благодаря Силе сознания, что бурно кипели и фонтанировали проходящей в них деятельностью.

Разум вопил: «Как она тут оказалась?! Почему один из элитных монстров Империи Ситхов находится на нижних этажах Храма и до недавнего времени бодрствовал и представлял собой опасность для окружающих, а я, как Магистр Высшего Совета даже не в курсе об этом?!»

Сознание же в ответ холодно гласило: «Каковы причины, которые привели к подобному? Что именно мы, как Магистры не сделали и не увидели? Что с этим вообще можно сделать?»

Но самое страшное, что внутренне Я Винду больше интересовалось другими вопросами.

«Почему Орден НИЧЕГО не знал о ней?»

«Что ждёт нас НИЖЕ в сети туннелей?»

«А вдруг… Йода что-то знал, но НЕ сказал?»

«Что делать?»

Корун хлопнул себя по щекам, сгоняя наваждение. Ваапад и фон тёмной твари слишком сильно повлияли на его мысли. Необходимо срочно покинуть эту область и предупредить отошедшую группу стражей о том, что здесь будут проводить работу Тени.

Решив всё для себя, Мэйс полный решимости подхватил Джинна и направился на выход из помещения, намереваясь по итогу всего вороха свалившихся на него дел посетить Йоду и задать ему пару каверзных вопросов.

В это же время крайне подозрительно выглядящая тень у стены рядом.

«Сука, да уйди уже ты отсюда, лысая машина для убийств». — Кайл сам не знал, что повело его сюда. Моторчик на термоядерном топливе в одном месте или же отсутствие инстинкта самосохранения, но факт остаётся фактом. Он проследил за пролетевшим со скоростью молнии мимо него Магистром и пробрался мимо отступающих джедаев, что организовали блокпост метрах в двухсот от места битвы.

Большая часть сражения для Стрелецкого запомнилась как битва смазанных силуэтов на сверхскоростях мутузящих друг друга. Кто клыками с когтями и хвостом, а кто световыми мечами. Но даже в такой кутерьме он приметил кое-что очень манящее — хвост погибшего чудовища, который был усеян множеством шипов, не имевших никаких повреждений даже после прямого столкновения с световым мечом.

«Я конечно не Дед Мазай, но спи... лить то, что плохо лежит - святое дело сталкера, даже если он теперь в другой вселенной». С такими мыслями Кайл, удостоверившись в том, что Мэйс с Джинном покинули тоннель, подошёл к убитой твари и принялся вырезать окончание хвоста с пучком шипов с помощью короткого светового меча, украденного у нерасторопного падавана. Несколько напрягшись, ведь кожа была крайне прочна, но всё же не непробиваема, юнлинг вырезал необходимое и развернулся, дабы покинуть помещение, но упёрся во что-то мохнатое и мягкое. Или же в кого-то мохнатого и мягкого.

- Что ты здесь делаешь, Кайл? - Поинтересовался Тивокка, разглядывая опешившего Старшего.

- Бля...

Глава 10. Мне бы начать всё сначала...

Регион — Внешнее кольцо Сектор — Эсстран Система — Хорусет Планета — Коррибан Местоположение — Долина Тёмных Лордов

От лица Дарт Сиона

Сознание возвращалось урывками так же как и сильно ухудшившаяся память, заставляя черепную коробку разрываться от давно сосуществующей со мной боли… Стоп, а кем это — «мной»? Новая порция информации вонзилась в мозг, заставляя сжать зубы, которые, почему-то, ещё не рассыпались в песок.

Я ведь должен быть мёртв, так почему я… Дрянная память! Поодо! От гнева я ударил по каменному ложе, на котором сейчас находился. Я вспомнил, вспомнил, почему я ещё не представляю собой в лучшем случае серый скелет в каком-то музее. Трея… Чёртова Трея опять манипулирует моей жизнью, как-то ей заблагорассудиться!

«Ты послан для Баланса Силы…»

Шизанутая сука! Сжатая в кулак кисть вновь ударила по моему лежбищу, создавая вереницу трещин на нём. Я умирал ради тебя, ради толики твоего внимания! Ради вожделенного мною титула - Твоего Лучшего ученика, а ты же просто использовала меня как псину. Псину, что бросилась по команде «фас» на Сурик, на джедаев, а после и на не ожидавших нападения ситхов, так почему же я по итогу испытываю благодарность лишь к Митре? Той, кто показала мне твоё истинное лицо Трея?!

Ха… Глубокий вдох… Выдох… Нужно успокоиться…

К чёрту это всё, сейчас я жив и даже знаю где я. Коррибан, уже не тот, что раньше, но всё такой же переполненный Тёмной стороной Силы, к которой я уже было, потянулся, но… Одёрнул себя, очень даже вовремя, тело застыло в спазме. Если перед этим не просканирую себя с ног до головы, никакой Тёмной стороны, никакого допинга за счёт гнева, боли и мучений.

В первую очередь ощупал себя физически и осмотрел визуально. Ну, что могу сказать, я теперь тот самый Сион до вступления в Орден. Молодое тело с сероватой кожей, из-за особенностей моей родной шахтёрской планеты находящейся во Внешнем Кольце.

Воспоминания о родном доме столь далекие и столь светлые, что только благодаря им я оставил частичку своего собственного «Я» и не был поглощён Тёмной стороной полностью. Именно из-за этого Сурик не сражалась с самим воплощением Боли и смогла меня победить.

Что дальше… Лысая голова, из-за которой меня постоянно подначивал Нихилус теперь не лысая, а с короткими чёрными волосами. Это конечно далеко от вьющихся локонов, но как же мне их не хватало… Даже мечтательно провёл пятерней, по короткому ёжику волос, вспоминая то, чего я лишился в одной из битв в Великой войне ситхов.

Правая часть лица при ощупывании напрягла на пару мгновений, но затем обрадовала. Тонкая вереница шрамов, конечно, не делала из меня красавца, но и теперь полным уродом меня назвать нельзя. Выкуси, Нихилус!

Но… чего-то не хватает для полной картины, или же… Стоп… Хах… Граха-ха-ха! Сила, я не ощущаю боли! Той самой Боли и Гнева, что были со мной почти всю жизнь! Та вспышка была лишь в первые минуты, а сейчас… Сейчас я ощущаю себя живым. Не мертвецом, не порождением и сосредоточением Тьмы. Живым.

Какое короткое определение, но как же оно для меня много значит…

Так, в сторону меланхолию, что у нас по сканированию?.. Так-так… Это уже интересно, значит, моё бытие уже полностью отрицает существование во мне баланса Серых? Даже тут, сука, лазейки не оставила… Меня просто разорвёт если уровень Светлой стороны во мне превысит порог в половину, твою же ж мать…

А если я сейчас немного почерпну Тёмной стороны? Та-ак… Я явственно ощущаю смещение собственного баланса и чувство полноценности паззла. Вот ведь поодо, а!

Оставила мне окно для более лёгкого доступа к Гневу? Не бывать такому. Пускай я не прежний, ведь внутри меня нет такой концентрации Тьмы, но я Дарт и этот титул даёт больше обязанностей, чем привилегий и возможностей. Так что пора бы изучить окружающее меня пространство и узнать, сколько же лет прошло с Великой войны.

Ловко встав, понял, что место моего появления относительно цело и даже не продувается постоянно курсирующими по планете ветрами с песчаными бурями, что, несомненно, даёт некоторое время для изучения окружающих помещений без необходимости нестись куда-то и искать нормальное укрытие.

Побродив взглядом по парочке дверей по обе стороны от меня, которые являлись входами в арсенал и, насколько позволяет зрение различить символику на второй двери, ещё и в какой-то архив. В первую очередь направился в арсенал, чтобы обзавестись хоть каким-то оружием и одеждой, ведь при перемещении меня обратно в мир живых, мерзкая су… Трея, не озаботилась хоть каким-то куском ткани для этого тела.

Под такие мысли я быстро прошёл коридор, находящийся за дверью и действительно попал в арсенал. Стенды для световых мечей были полупусты, но всё же хранили на себе с десяток добротного вида цилиндров не тронутых коррозией и прочими негативными эффектами. Значит, они созданы не дилетантами или каким-нибудь самоучкой, либо же на постоянной основе обслуживаются, что в принципе было бы возможным, но, поверхностно осмотрев ближайшие стены Зрением Силы, мной не было замечено никакого движения. Так что, верным рассуждением было самое первое, ведь и на ощупь, да на сканирование, мечи реагировали с некоторой задержкой, но после, словно просыпаясь, высасывали из меня и окружающего пространства Силу, пробуя ту и либо принимая меня, как нового владельца в полной мере, либо даже не активировались, показывая свой скверный характер.

Но всё же пара световых мечей приняла мою Силу, податливо впитав ту и оказавшись в моей полной власти, что не могло меня не порадовать. Но, безусловно, самым счастливым событием с моего пробуждения стал комплект ситхской брони. Потрёпанный временем, с парой дыр в плаще, сотканном из хитрого плетения металлических нитей, но внушающий доверие добрым нагрудником и иными полностью целыми элементами.

Наспех одевшись и прикрепив световые мечи, я направился на выход, по дороге приметив брошенный рюкзак в углу арсенала. Решив не разбрасываться подобного рода подарками, быстро оттряхнул его, после чего, положив несколько накидок внутрь, надел рюкзак на спину и направился на выход из арсенала, больше ловить здесь нечего.

Споро пройдя мимо погребального зала, я отворил двери в Архив, где наконец-то ощутил потоки относительно свежего воздуха с поверхности, значит, выход относительно близко.

Ускорив шаг, я тщательно осмотрел находящееся напротив меня пространство. Несколько полок с множеством пластиковых книжек, и несколько отдельно стоящих терминалов, которые, к моему удивлению, были рабочими.

Активировав громоздкую аппаратуру, передо мной высветилось рабочее окно с несколькими вкладками. Среди которых были какие-то личные записи, датируемые 23989 годом Тапани месяца Нелоны. А окно с актуальной датой… 969 год от Руусанской реформы месяц Нелона. Краткая вспышка гнева вылилась в потрескавшуюся стену от удара бронированной перчаткой. Вот ведь дерьмо. Причём полное море этой субстанции. Быстрыми нажатиями по клавишам, в строку каким-то чудом работающего поисковика, мной было выяснено, что с момента погибели в баснословные 4 тысячи лет Республика отпустила несущую её на всей доступной скорости военную машину, которая просто расшиблась о первое же препятствие на дороге без грамотного извозчика.

Флота — нет. Единой армии — нет. Орден, по крайней мере, из доступной сейчас информации — почти в полной зависимости от Канцлера и Судебного департамента. С кем тут мать его воевать? Какой баланс восстанавливать? Хотя…

«Лишь в пламени битвы мы становимся сильнее, получая шрамы и незаживающие раны на теле, закаляя душу и плоть. Убей слабых и пусть лишь сильные вознесутся».

Если идти от этого.… То действительно, необходимо восстановить баланс сил. А для этого необходима Идея, общая Цель и Враг против кого пойдут миллиарды и триллионы разумных душ. И вместе с этим необходимо узнать полностью актуальные сведения. Несколько лёжек в исконно тёмных мирах я оставил, да и помню некоторые убежища своих подчинённых, так что с местом нахождения проблем не возникнет. Материально техническая база… Я взглянул на стоящий предо мной терминал.

При необходимости вернусь сюда и заберу это оборудование и данные на датападах. Деньги получить я всегда успею, минимальный запас в лёжках точно есть. Ну-с… Набросок первого этапа есть, так что надо найти ангар и, надеюсь, стоящий в нём работающий корабль, либо хоть какое-то транспортное средство и сматываться отсюда, так как на те волны Тёмной Стороны, что разошлись при моём «подъёме», сейчас прибудут все, кому не лень, а мне это уж точно не нужно.

Отключив терминал, я бегом последовал в соседнее помещение, оказавшееся разветвлённым коридором. Взглянув Зрением Силы и запомнив маршрут до видневшегося в углу сооружения ангара, я побежал в его направлении, полностью игнорируя неясный зов позади. Скорее всего, истинный владелец этого могильника вежливо просит поговорить. Пустив в сторону доносившегося звука нейтральную волну энергии, получил так необходимое мне молчание для хорошей двухэтажной конструкции, ведь в наличии был побитый спидер и убитый в хлам космический корабль.

Искать что-то наверху не имело смысла, ведь площадка, которая там должна быть, была чем-то частично снесена в сторону и вместе с этим осыпалась внутрь строения, так что хватаю канистру со стандартным топливом и вырываюсь на свободу барханов и дюн.

И, наконец, понимаю — Трея очень сильно оплошала. Ведь она хотела призвать полностью неадекватного меня, что пошёл бы на всё, дабы поглотить Республику вместе с Джедаями, а призвала полностью здравомыслящего разумного. Хоть где-то пресловутая Карма нашла выход в моей жизни!

Именно с такими мыслями я направился в сторону ближайшего скопления разумных, которые, с большей вероятностью, являются расхитителями могил и простым бандитским отребьем. Так что, проверю навыки на этом теле и утолю всё нарастающий Голод, из-за которого я и не могу послать Трею с её миссией спасения.

В это время в Храме Джедаев.

В кабинете Гранд-магистра Йоды собрались несколько разумных, в числе которых был Мэйс Винду, Тивокка, сам владелец помещения, Т’ра Саа и Плор, а так же не прямая, но одна из причин сбора всех здесь находящихся.

Сидя на коленях с поднятыми вверх руками, Кайл уже не бранился, а судорожно пытался продумать дальнейший диалог с одними из самых сильных в известной галактике существ. Слишком сосредоточился на не вовремя вылезшей привычке к разделке поверженной туши, за что и поплатился.

Тивокка, не особо слушая причитания юнлинга, спеленал его словно ребёнка, каким тот являлся и направился в кабинет Гранд-магистра, по пути аккуратно залечивая себя целительной энергией.

Все присутствующие здесь собрались буквально за пару минут после случившегося происшествия в нижних уровнях Храма, так что были взвинчены и недовольны, особенно Винду и Т’ра Саа, что буравили взглядами провинившегося ребёнка.

— Кайл, — первым заговорил Йода. — Вот сколько смотрю я на тебя, совершенно не могу понять одного… — Он прошёлся глазами по всё так же неподвижному Стрелецкому. — Как у тебя получилось пробраться мимо рыцарей и мастеров, стоящих на охране того прохода?

— А тот факт, — Винду заскрежетал зубами. — Что он покинул Залы Исцеления по собственной воле, так ещё и направился следом за мной на место сражения с порождением Тёмной стороны, вас совсем не смущает?!

— Согласна с Мэйсом. — Коротко выразилась Т’ра Саа, после чего отпила травяной отвар, любезно пододвинутый ей Йодой.

— Не будьте столь категоричны. – Низким голосом проговорил Тивокка, без каких-то явно выраженных эмоций кроме едва заметной гордости. — Вина тут в первую очередь на всех тех воинах, включая меня с Винду, что допустили проникновение одного единственного юнлинга, у которого кое-где постоянно играет шило. – Вуки широко разинул пасть, показывая белоснежные клыки. — И это мог быть не Кайл, а потенциальный противник, который имел все шансы доставить нам много неудобств, а возможно и лишить кого-то из нас жизни.

— Не имею ничего против сказанного магистром Тивоккой, — сухо ответил Плор в образовавшейся тишине, после чего добавил. — Подобное поведение, естественно, не останется безнаказанным, — у поначалу недовольного Винду разгладилось лицо. — Но и не только Кайл должен понести наказание за подобного рода перфоманс, а так же в рядах наших доблестных подразделений защитников необходимо провести… — Дурос пощёлкал пальцами, словно вспоминая на мгновение забытое слово, в чём ему решил помочь Йода.

— Ряд мероприятий на повышение концентрации и осмотрительности на поле боя, а так же в любой подобной ситуации. — Серьёзно произнёс гранд-магистр. — Не так их готовили и не этот уровень должен быть у наших сильнейших воинов. — На этот раз были согласны все.

— Раз с наказанием причастных решили, как будем наказывать виновного? — Ехидно произнёс корун, обещая все известные кары на голову сжавшегося Кайла.

— Разрешите? — Первым поднял руку Плор, на что получил кивок от Йоды. — На мой взгляд, больше всего подойдёт как минимум два месяца медитаций у Звездочётов, вместе с которыми будут и максимально интенсивные тренировки с преподавателями Храма.

— Чтобы на осуществление какой-нибудь вмиг возникшей идеи у него не было и толики сил для неё? — Т’ра Саа широко усмехнулась, выказывая одобрение предложенному Плором наказанию. — Но хотелось бы внести и иной момент воспитания, пусть его тренируют учителя из корпуса Стражей, со всей самоотдачей и благодарностью.

— Предложения ваши принимаются, — важно кивнул Йода, — но и на этом я, думаю, заканчиваются, добавлю лишь то, что Кайл послужит наглядным пособием для противодействия скрытным противникам. — На не полностью понимающие взгляды, гранд-магистр пояснил. — Он использует свой новообретённый навык, а стражи учатся искать таких, как он.

Согласно покивав, Старшего сдали на руки прибывшему Рглору Тнимио, что с широким оскалом поприветствовал идущего, словно на эшафот Стрелецкого.

Присутствующие в кабинете хмыкнули и убрали с лиц остатки веселья, возникшего за краткую вводную к основному разговору. Сейчас будут услышаны ответы, которые до этого скрывались от всех, сорваны гнойники, которые стало невозможно терпеть. В маленьком кабинете будет решаться будущее Храма и всех джедаев. В принципе, как и всегда.

Глава 11. Итоги принятых решений.

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев Зал Медитаций Два галактических месяца спустя

Кайл проснулся от привычного разряда электричества. Тонкий браслет на запястье предупреждающе мигнул красным, но не стал жалить своего носителя ещё раз, не мог чисто физически. Зато если бы юнлинг не проснулся от такого звоночка, джедаи-стражи помогли бы ему подняться, в зависимости от их фантазии конечно же. Забрак Хорш выносил его телекинезом вверх ногами, после чего отправлял его умываться. Твилек Оуэн не был таким милосердным, поэтому окатывал его ведром ледяной воды и отправлял тренироваться, злого, промокшего до последней нитки серой туники подростка. Но самой страшной по мнению Кайла была единственная за весь период нахождения в этой маленькой комнатке побудка от Цина Драллига.

Юнлинга аж перекосило от нахлынувших воспоминаний, из-за чего умывание вышло слишком неаккуратным и привело к удару головой об кран. Протянув низкое «с-су-у…», Кайл потёр место удара и молча сконцентрировал Силу в месте повреждения. Приятная прохлада прошла с головы до пят, а мысли вновь перешли к не самому приятному моменту в его двух жизнях.

Тролль зашёл беззвучно, даже механизм дверей не скрипнул ни единой своей деталью, как по обыкновению происходило при входе юнлинга в его комнатушку. Но Цин зашёл не один, в руках у него было около пяти БДУД-ов. Маленьких шарообразных дроидов производства ПА — Промышленных Автоматов, создателей дроидов серии R. Шарики, как их называл сам Кайл, использовались для отработки защиты от бластерного огня, который они могли выпускать почти во всех плоскостях. В последующем данные тренировки позволяли одарённому развивать Боевое предвидение.

Цин, видя отсутствие реакции у спящего юнлинга, браслет которого во всю трещал электричеством, тихо хмыкнул и выпустил весь пяток Шариков в воздух, активируя их. Боль и последующий за ней отборный мат накрыл комнату в мгновение ока. Кайл взлетел с кровати словно под воздействием телекинеза и со всей доступной силой использовал Толчок, но не получил никакого результата, из-за того что он был поглощён более мощным Силовым действием со стороны Драллига.

Долгие пять минут юнлинг скакал по комнате словно загнанная в угол мышь, уворачиваясь, матерясь и снова уворачиваясь. Тролль же, по обыкновению своему, мешал быстро расправиться с летающими дроидами то и дело цепляясь телекинезом за одежду Кайла, заставляя подростка изворачиваться словно змею и моментально реагировать на боевую обстановку.

Нейтрально хмыкнув, Цин выключил пятёрку дроидов и подхватил Кайла телекинезом, с усмешкой осматривая опалённого и злого подростка.

— Ещё раз мне скажут, что ты не в состоянии соблюсти обыкновенный режим сна, будешь просыпаться так десять дней, уяснил? — Тролль красноречиво взглянул за поёжившегося словно от зубной боли Кайла.

— Так точно, уважаемый мастер Драллиг — коротко кивнул юнлинг.

Мастер-джедай удовлетворённо хмыкнул, после чего поставил висящего в воздухе подростка на бренный пол Храма и взял с собой пятёрку дроидов и вышел из помещения. Подождав пока аура главного бедствия наставника Храма Джедаев уйдёт больше чем на пол сотни метров, Кайл рухнул задницей на пол и выдохнул из себя весь воздух. Не смотря на всё своё показное спокойствие, его сердце билось с бешеной скоростью, не до конца понимая команды мозга о том, что его не убивают и можно перейти в режим спокойствия.

Несколько десятков секунд тягучего, вяжущего чувства схлынувшего адреналина и подросток ударяется головой о холодный пол, приводя себя в чувство окончательно. Волна злобы на самого себя была быстро подавлена и её энергия была направлена на более необходимые вещи. Анализ и попутное выполнение иных необходимых утренних действий, таких как смена опалённой одежды на новую и нормальный утренний моцион.

Именно с того дня он стал ещё больше изматываться на тренировках со Стражей Храма, слишком задело его самолюбие и старую сталкерскую гордость за душу то действие Драллига.

Полотенце в руках жалобно скрипнуло из-за сжатых в раздражении пальцев, даже спустя полтора месяца воспоминания не пропали, покрылись пеленой, но не более. Повесив ткань на необходимое место, подросток вперил взгляд в зеркало, рассматривая своё недовольное лицо, как-то незаметно огрубевшее за проведённое в тренировках время. В свои 11 лет он выглядел на все 13, сказывались постоянные физические нагрузки и полноценные спарринги со Стражами Храма, лучшие бойцы Ордена в бою на мечах и прочих орудиях войны.

Кайл провёл пятернёй по тёмным волосам, бока сбриты в ноль, на макушке около пяти-шести сантиметров волос, просто и сердито, самое то для извечно занятого подростка, которому особо и нет дела для своей причёски.

Осмотрев зубы и убедившись в их белизне, юнлинг проверил крепление тренировочного светового меча на поясе обхватывающем серую тунику, а так же наполненность наплечной сумки. Бутылка витаминной бурды, изрядно заправленная питательными веществами для наилучшего роста его организма, была кисло-сладкой и изрядно освежающей. Оуэн, который в первый день их тренировок кинул ему ёмкость наполненную жёлто-оранжевой жидкостью строго наказал брать на каждую тренировку по паре литров этого волшебного снадобья.

Согласившись изначально из простого послушания мнению своего инструктора, Кайл через две недели уже почувствовал прибавившуюся выносливость, мышцы теперь могли выдержать тренировки со Стражами на целых три минуты дольше и это был далеко не предел. Почувствовал эффект самолично, подросток принялся штурмовать Оуэна на предмет того, как вообще называется это чудо-зелье, а так же где оно производится.

Оуэн отмалчивался.

Оуэн ужесточал тренировки.

Оуэн бился головой о стену.

Но по итогу через десять дней непрерывного выедания своего мозга маленьким уродцем подростком — сдался, на радость ничем не показывавшего своего настроения юнлинга. Твилек впервые за всё знакомство с ним смачно выматерился минуты на две, потом замолчал и усадил темноволосого подростка напротив в позе медитации и принялся рассказывать.

Как оказалось — чудо-зелье зубодробительно называлось «Витоминный Комплекс Мгновенного Воздействия Аур-Дэш Восемь» за глаза называемый его обычными пользователями — Кислинка. Изготавливалась она на одном из подземных предприятий Храма вместе с другими составами маленькой бригадой падаванов из корпуса Исцеления. Около тридцати юношей и девушек от 16 до 20 лет по человеческим меркам денно и нощно трудились в организованных лабораториях и теплицах, в которых создавали и выращивали соответственно новые, всё более мощные и неприхотливые составы и растения. Им же на смену приходила вторая и третьи бригады, безостановочно штампуя подобные Кислинке снадобья.

Например, как рассказал Оуэн, многие падаваны стремятся создать полу-мифическую эссенцию Усиления — состав, созданный в эпоху мандалорских войн, около четырёх тысяч лет назад, во времена таких легендарных пользователей силы как Реван, Дарт Малак, Бастила Шан и многие другие, оставившие после себя строки в истории. Тогда, усилиями лучших Целителей Ордена была создана эта эссенция, особенностью которой было полное восстановление джедая от любого рода травм. Неважно, были ли они нанесены тёмным аколитом, ядом, радиацией либо чем-то ещё более убористым, адепт светлой стороны буквально за недели мог из состояния прожаренного окорока с целым мозгом и сердцем вновь встать свои собственные ноги и руки, воссозданные почти в первозданном виде, на реабилитацию требовалось всего лишь два месяца.

Когда Кайл услышал эту фразу, сказанную твилеком на полном серьёзе, он сначала подумал что тот шутит, но не решился задавать этот вопрос, поняв всю глупость такого рода действия, поэтому молча продолжил слушать своего инструктора поневоле.

Сам концепт возник из-за того, что в то далёкое тридцать третье тысячелетие после прибытия То Йоров джедаи-целители поняли всю ущербность протезов для почти полностью привязанного к своей физической структуре адепта светлой стороны. Лучшим материалом признанным джедайским сообществом выступил сплав дюрастали с напылением из кортозиса перемешанного с фриком в пропорции 50 на 50. Такой протез мог прослужить около полугода в режиме постоянного пользования в боевых действиях, но был почти что простой болванкой, еле-еле способной проводить Силу сквозь своё естество. Многие джедаи просто не доживали до того момента, чтобы полноценно освоится с протезом, поэтому, консилиум самых мудрых Целителей и прочих джедаев, создали то, к чему теперь стремятся живущие ныне представители Светлой стороны Силы.

— Эссенция Усиления могла бы и дойти до нашего поколения, — рассказывал Оуэн, находясь в Подвижной Медитации. — Но, в течении двух лет после её создания, Храм Джедаев, вместе с находящимся в нём Архивом был подвержен массированной атаке и разграблению. — Твилек раздражённо повёл покрытым сеткой шрамов плечом. — Всё бы ничего, Орден переживал подобного рода события уже более десятка раз за всю его долгую историю, но Малак, — по заигравшим желвакам на лице, можно было с точностью понять, как же страж ненавидит погибшего Лорда Ситхов. — Грязный сучий выродок, постарался на славу, вынес все записи с достижениями наших Целителей и Алхимиков со всех баз данных, забрав с собой в свою грёбанную Империю.

— И Орден это стерпел? — В изумлении спросил подросток. — Не послал вслед за ним никакого карательного отряда?

— Пф-ф, почему же, послал — невольно фыркнул Оуэн. — Целая флотилия на тот момент, двадцать крейсеров, полностью из ветеранов Мандалорской Войны и сотня джедаев. — Твилек грустно улыбнулся, словно вспоминая что-то неприятно лично для него. — Все боевики, цвет Ордена который остался после злополучной атаки. Из сотни осталось полтора десятка, половина без как минимум одной конечности, а другие… — Оуэн сжал пальцы рук, покоящиеся на коленях. — Я видел голо-запись их возвращения, если хочешь понять мою реакцию, я покажу тебе его. — Кайл решительно кивнул. — Оставшаяся половина сломанными куклами лежала на плечах у прибывших стражей, их ментальную сущность просто уничтожили, рассеяли атомами в Силе, отправив их души не в круг перерождения Великой, а насильно достали и разорвали, не давая шанса уйти в Силу.

— Инструктор Оуэн, неужели это возможно? — Кайл неверяще раскрыл глаза, слишком большое откровение для юного адепта Светлой Стороны. Слишком меняющая расклады информация, которую он даже со своим допуском Падавана в Архивы Ордена не смог найти.

Оуэн лишь вновь фыркнул, понимая в каком душевном волнении находится сидевший напротив него юнлинг, пускай и очень умный для своих лет и крайне дисциплинированный, но остающийся до сих пор обыкновенным подростком.

— Сила безгранична, юнлинг, — Проскрипел старческий голос позади Кайла. — Она ограничивается лишь Знанием и Волей. — Магистр Йода возник, словно снег в летний день, совершенно неожиданно и громогласно.

— Здравствуйте, Магистр Йода, — страж и юнлинг быстро поднялись и поклонились главе Ордена.

— Присаживайтесь, нет смысла в официозе — добродушно улыбнулся старый джедай, сам присаживаясь на траву рядом. Оуэн часто менял места их тренировок и порой они захаживали в Зал Тысячи Фонтанов. Одно из, если не самое прекрасное место во всём Храме Джедаев.

Вняв словам Йоды, страж и юнлинг вновь сели на места и принялись за продолжение прерванного диалога.

Кайл вынырнул из воспоминаний уже на подходе к тренировочной комнате, откуда доносились рубленные слова с командами и хриплое дыхание тренирующихся адептов Светлой стороны Силы. Свет помещения на секунду ослепил подростка, а когда он, проморгавшись, всё-таки смог осмотреться, то встретил до сих пор будоражащую его картину.

Десятки и сотни джедаев от мала до велика тренировались в огромной секции Корпуса Стражей, гул мечей, крики инструкторов, редкие крики боли от нерасторопных падаванов, обучавшихся боевому предвиденью и запах, прошибающий запах пота и жжёной плоти вместе с редкими нотками крови.

Настоящий военный полигон обустроенный по последнему слову техники всей Далёкой галактики, чьей целью было только одно — подготовить и обучить в максимально возможном объёме будущий военный столп Ордена — стражей. И именно здесь Кайл должен провести оставшиеся полмесяца своего «наказания».

Хмыкнув от вспомненной даты окончания его пребывания в условиях джедайского военного лагеря, подросток направился в сторону забрака Хорша, вбивавшего какую-то науку в тугодума падавана.

Уже на подходе к стражу, Кайла остановила чья-то мощная рука с длинными человеческими пальцами, взявшая его стальной хваткой за правое плечо. Юнлингу даже не нужно было думать, кто его мог таким образом остановить, ведь сделать так мог только один человек.

— Здравствуйте, Мастер Драллиг!

Глава 12. Сойдётся лёд и пламя.

Регион — Центральные миры Сектор — Корусант Планета — Корусант Местоположение — Храм Ордена Джедаев Секция корпуса Стражей

— Здравствуйте, Мастер Драллиг! — юнлинг на пятках развернулся к слабо ухмыляющемуся светловолосому мужчине, убравшему свою руку с плеча подростка.

— Здравствуй, Кайл — кивнул Цин, осматривая обозримое пространство в поисках свободного места и вводя в курс дела смотрящего на него подростка. — Сегодня я с группой будущих падаванов, буквально через неделю их заберут будущие учителя на ежеквартальном наборе. — Главный наставник Храма махнул рукой позади себя, показывая на семёрку юношей и девушек разных рас, с интересом осматривающих представшего перед ними юнлинга, не особо от них отличающихся. — В соответствии с приказом Магистра Тивокки мне нужно подтянуть их боевые навыки максимально возможным образом, я думаю ты уже догадался почему ты мне сейчас нужен? — Цин вздёрнул чёрную бровь вверх, с ожиданием посмотрев на подростка, через секунду картинно вздохнувшего.

— Тренировочное пособие и спарринг-партнёр, которого не жалко? — Драллиг улыбнулся, показав острые клыки в своих белоснежных зубах. Стоящие позади него юные джедаи несколько отпрянули, увидев такую личину Тролля, которую он очень редко показывал в обществе, совершенно забывая о такой своей модели поведения при виде одного конкретного юнлинга.

— Абсолютно, банта поодо, верно — кивнул мужчина, а затем крикнул за спину Кайла. — Престо! Заканчивай свою разминку и выдели место под спарринги нового поколения!

Бывший сталкер обернулся, понимая кому обозначается данное предложение. Уил Престо — пожилой, даже по меркам пользователей Силы, мастер-джедай человеческой расы появился в стенах Корпуса Стражей позже Кайла на одну декаду, сразу же зарезервировав под свои тренировки относительно маленький пятачок пространства на территории секции. Мужчина был добр к нему, оказывая поддержку Кайлу во время тренировочного процесса, а порой и отвечая на многие теоретические вопросы, на которые по каким-то причинам не могли ответить его непосредственные учителя.

Обратив внимание на крик со стороны Драллига, Уил прекратил разминку, приглашающе махнув рукой в их сторону и отойдя к находящейся рядом стене.

— Чего встали? — Цин взглянул на своих подопечных и с нажимом продолжил. — Шагом — марш!

Что-то говорить Кайлу Тролль не стал, ибо тот уже находился рядом с Престо, что-то с ним обсуждая и через некоторое время получая от пожилого мастера еле заметные кивки головой с длинными седыми волосами.

— Семеро, значит, — негромко произнёс Уил, окидывая взглядом будущих падаванов, выстроившихся у края площадки. Голос у него был под стать внешности — сухой, с лёгким скрипом, как старая кожаная перевязь. — Драллиг своего не упустит. Ты хоть понимаешь, что он тебя на износ пустит?

— Понимаю, — Кайл поправил пояс с тренировочным мечом. — Не в первый раз.

— Вот именно, — Престо чуть сощурил выцветшие голубые глаза. — Что не в первый. Значит, ты либо дурак, либо привык.

— Либо как каф, два в одном, — буркнул юнлинг.

Старый мастер тихо хмыкнул, и в этом хмыке Кайлу почудилось что-то похожее на одобрение.

Драллиг построил семёрку в линию, оглядел каждого, задержав взгляд на долговязом забраке с нервно подрагивающими пальцами, и рявкнул:

— Это, — он ткнул большим пальцем в сторону бывшего сталкера, — юнлинг Кайл Стрелецкий. Для вас на ближайшие два часа — спарринг-партнёр, инструктор и персональный кошмар. Он будет гонять вас по одному и по двое. Ваша задача проста, — Цин выдержал паузу, заставив семёрку замереть. — Продержаться дольше тридцати секунд. Кто продержится минуту — получит рекомендацию в Корпус Стражей. Вопросы?

Вопросов не было. Только забрак сглотнул так громко, что это услышали даже на соседней площадке.

— Отлично. Первый — Зетт, шаг вперёд. Остальные смотрят, мотают на ус. Особенно на то, как он будет ошибаться.

Кайл вышел в центр круга, размял плечи и внимательно осмотрел представшего перед ним падавана. Зетт — тот самый долговязый забрак — встал напротив, нервно перебирая пальцами металлическую рукоятку, после чего всё же активировал тренировочный меч. Клинок задрожал синим, выдавая напряжение хозяина, неодобрительно жужжа, словно недовольный шмель. Юнлинг, не торопясь, активировал свой. Тёмно-голубого цвета, такой какой он всегда берёт.

Тролль, осмотрев представших его взору юношей, чему-то молча кивнул и чётко бросил:

— Начали

Забрак ринулся вперёд с прытью, на которую способен только насмерть перепуганный юнец, начав с самой стандартной во всей истории Храма связки. Три удара — Шиим, Чо Май, Санджем. Быстро, но до невозможного предсказуемо. Кайл плавно ушёл с линии атаки, блокировал второй удар под углом, гася инерцию, и на третьем движении, используя силу более крупного соперника, просто выбил меч из дрожащих от напряжения рук. Клинок, ухнув и заискрив от столкновения, завращался и улетел в ближайшую стену, отключившись в середине полёта и подхваченный телекинезом Драллига. Зетт рухнул на задницу, опираясь руками и тяжело дыша.

— Двенадцать секунд, — объявил Кайл, опуская уже отключённый тренировочный меч. —Всё, что мне потребовалось из твоих действий, это твой Санджем, не прощупав мою реакцию более тщательно, где хоть пять секунд обыкновенных укуксов? — Юнлинг немного поднял правую бровь, обозначая своё удивление выбранной падаваном тактикой. — Санджем хорош, когда противник медленнее тебя и ты в этом уверен. Я не медленнее. — Он протянул забраку руку, которую тот, спустя пару секунд промедления, бодро ухватил. — Вставай. Второй заход через круг.

Зетт поднялся, быстро отряхнулся и поймал кинутый Драллигом меч, с решимостью встав обратно в строй, наблюдая за каждым движением Кайла.

Теперь против юнлинга пошли двое: девушка-твилечка и коренастый парень-человек, явно старше остальных. Юноша был вполне обычным по свему виду, стандартная внешность, никакой особой внешней атрибутики, но вот твилечка… Лекку у лаймо-кожей разумной были не просто собраны — они были предельно туго, почти жестоко скручены у основания черепа и зафиксированы простым металлическим зажимом. Никаких украшений. Чистая функциональность, выдающая в ней практичного разумного, который не привык оставлять врагу шанс ухватиться за самую болезненную точку его биологического вида. Двойка работала в паре, пытаясь зажать Кайла в клещи. Неплохая тактика для тех, кто провёл вместе хотя бы пару тренировок. Но не для тех, кто впервые видит друг друга.

Кайл пропустил их сквозь себя: ушёл вниз, выбросил правую ногу, опираясь одной из рук на не особо ровный пол, сделал подсечку — парень рухнул, увлекая за собой напарницу. Обоим по лёгкому ожогу на предплечьях обыкновенным уколом и на всё про всё — двадцать секунд.

— Лучше, — оценил Кайл, смотря на недовольно сопящих падаванов. — Но не синхронно, словно вы две банты в загоне. Ты, — он указал на парня, — ждал, пока она начнёт, и потерял темп, который с самого начала и взял. А ты, — взгляд на твилечку, — слишком сильно замахнулась на Чо Май, потому и запнулась об своего коллегу, укороти дугу удара, потому что по ощущениям ты меня хотела хлыстом огреть, словно взбеленившуюся лошадь. И следи за дистанцией до напарника, — твилечка недовольно засопела, но кивнула, принимая во внимание всё произнесённое, потому, Кайл взглянул на смотрящих на него в ожидании оставшихся падаванов и подозвал их. — Следующий!

Третий, четвёртый, пятый. Кайл работал методично, как хорошо смазанный механизм, но Престо, стоящий у стены, заметил то, чего не видели другие, кроме Драллига, конечно.

На четвёртом спарринге у юнлинга на долю секунды замедлилась реакция: он пропустил укол в плечо, по касательной, но всё же. Кайл тут же собрался, закончил бой, но Уил уже сделал пометку в памяти. «Выносливость на пределе. Не физическая — ментальная, слишком тяжело следить за движениями, пускай и не умело пользующихся преимуществом в возрасте и навыках, детишек, которые старше чем он года на три каждый».

Шестой по счёту вышла девушка-тогрута. Высокая для своих лет, с белыми пигментными пятнами на монтралах. Она двигалась иначе, чем остальные: мягче, плавнее, словно текла, а не шла. Кайл насторожился ещё до сигнала Драллига. Он уже знал этот тип бойцов — они не атакуют в лоб, таким был Оуэн, такими были и все те тогруты, с которыми ему довелось сразиться. Их натура хищников, не позволяла бесшабашно нестись вперёд, они не торопятся и не спешат. Они ждут момента и создают его.

— Начали. — Снова выбросил Драллиг.

Первые три секунды скрещённых клинков ничего необычного не показали. Обмен ударами, разведка дай бог в две трети истинной силы. Тогрута двигалась экономно, не тратя ни одного лишнего движения. На четвёртой секунде она сократила дистанцию и вдруг, прямо во время фехтовальной связки, Кайл ощутил давление. Не физическое и не телекинетическое — кто-то словно пытался протолкнуть в его разум смазанный образ страха. Ментальный толчок. Прямо в бою.

Он сбился с ритма на долю мгновения, словно запутался в собственных пальцах на руках. Тогрута тут же использовала это: укол в корпус, который Кайл блокировал в последний момент, согнав наваждение и отведя клинок буквально в сантиметре от груди. В голове на миг вспыхнула картинка — подземелья Агропрома, крик вышедшего на охоту кровососа, и хрип рассечённого горла невольного спутника — и погасла. Он выдохнул сквозь зубы, с раздражением усилив выработку артефактов и перехватил в моменте потерянную инициативу, тремя быстрыми движениями обезоружив падавана.

— Достаточно, — произнёс Драллиг, внимательно следя за Стрелецким. Для него не осталось незамеченным на момент изменившаяся аура этого юнлинга, словно вот на его месте стоит взрослый мужчина в какой-то потрёпанной кустарной броне, а в следующий же миг всё тот же мальчишка.

Кайл стоял, тяжело дыша. В висках пульсировало. Сердце колотилось о рёбра, как пойманная истинно дикая птица. Он взглянул на тогруту и заметил, как та, отходя, чуть сощурила глаза — словно запоминала его реакцию. Или почувствовала что-то, что ей не понравилось.

— Имя? — спросил он, потирая висок.

— Тарис, — ответила она низким, спокойным голосом, так же вглядываясь в глаза юнлинга, Кайл решил не заострять на этом внимание.

— Нестандартный подход, Тарис. — Показал большой палец вверх юнлинг, подавая правую руку упавшей на пятую точке тогруте, которую та приняла. — Ты соединила ментальную атаку с физической связкой. Это редко практикуют и в принципе преподают.

— Я знаю, — просто сказала она, не затрагивая момент того, где она этому научилась. — Поэтому и использую.

Драллиг одобрительно хмыкнул, но ничего более не сказал. Его интерес к тогруте был очевиден — такие самородки он чуял за версту.

Когда последний спарринг закончился и семёрка, шатаясь от усталости, выстроилась для разбора полётов, Драллиг кивнул Кайлу:

— Свободен. Завтра продолжим.

Кайл поклонился наставнику, развернулся и побрёл к стене, где всё так же стоял Престо. Старый мастер, не говоря ни слова, протянул ему флягу с тоником, который достал из поклажи бывшего сталкера. Юнлинг сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как холодная жидкость проваливается в пустой желудок, вытер рот рукавом. Руки всё ещё слегка дрожали после ментальной атаки.

— Тогрута тебя зацепила, — произнёс Уил, глядя не на Кайла, а на опустевшую площадку.

— Зацепила. Я не ожидал ментального удара. — Кайл поморщился, возвращая флягу. — Глупо.

— В реальном бою никто не будет предупреждать, — пожал плечами Престо. — Но ты не о том думаешь. Ты сейчас прокручиваешь, где ошибся и как это исправить. А о том, что тебя зацепили на пятом часу тренировок, даже не вспоминаешь. — Старик помолчал, разглядывая носки своих стоптанных сапог. — Я за тобой давно наблюдаю, Кайл, почти что слежу за каждой твоей тренировкой с уже доказавшими свои навыки Стражами. Ты дерёшься так, будто за тобой всё время кто-то идёт… — Уил на секунду замялся, после чего несколько изменил свою фразу. — даже не идёт, а дышит тебе в спину, грозясь воткнуть нож в незащищённый тыл.

Кайл промолчал. В голове некстати всплыла Зона, тёмные подвалы, одиночество и собственный зубовный скрежет от находившей безысходности.

— Это важно? — спросил он наконец, не понимая, куда клонит старый мастер.

Уил помолчал, провёл ладонью по седым волосам, собирая их в короткий хвост на затылке. Потом заговорил — медленно, словно пробуя каждое слово на вес:

— Был у меня один… ученик, как звали, уже не важно. Давно это было, ещё до того, как я ушёл в Корпус Стражей. — Он замолчал, переводя взгляд на потолок, где под высокими сводами гуляли блики от тренировочных мечей. — Такой же, как ты. Упрямый словно тупейшая на свете банта, воспринявшая себя терентатеком. Всё думал, что если не он, то никто. Всей глубиной своей души считал, что просить о помощи — слабость. Что один в поле воин, если этот воин — он.

Кайл молчал. Он чувствовал, что перебивать сейчас нельзя.

— Сильный был. Очень сильный, ты похож на него в его возрасте — Престо сжал пальцы, и костяшки на его старческих руках побелели, принимая на себя душевную боль давно не молодого человека. — И погиб, один. Так же героически сука, как и бессмысленно.

Повисла тишина. Даже гул тренировочного зала словно отступил на второй план.

— Что с ним случилось? — тихо спросил Кайл.

— Он решил, что может всё сам. И ошибся, — Престо взял из рук юнлинга пустую флягу, закрыл её и сунул в подсумок на поясе. — Не повторяй его ошибок, мальчик. Когда придёт время, не отталкивай тех, кто хочет встать рядом с тобой.

Он хотел добавить что-то ещё — Кайл видел это по тому, как дёрнулся уголок его губ, — но в этот момент в зал быстрым шагом вошёл молодой падаван в пропылённой тунике. Огляделся, заметил Кайла и направился прямиком к нему.

— Юнлинг Стрелецкий? Мастер Плор вызывает вас в ангар 7-B. Срочно.

Кайл переглянулся с Престо. Старик едва заметно пожал плечами: «Иди».

— Спасибо, мастер Престо. За разговор.

— Не за что пока, — отозвался Уил. — Будь осторожен, юнлинг. Судя по тому, что тебя вызывают в ангар, твоё наказание закончилось несколько раньше, чем планировалось.

Ангар 7-B оказался небольшим, на два лёгких челнока. Пахло машинным маслом и озоном — где-то в углу дроид-техник заваривал обшивку, разбрасывая снопы синих искр. Мастер Плор стоял у трапа одного из челноков, сверяя показания на датападе. Заметив Кайла, он отключил прибор и жестом подозвал юнлинга ближе.

— Собирайся, юнлинг. Вылет через два часа. — У Стрелецкого засвербело в затылке, от ощущения дежавю момента фильма, только не с собой в главной роли и даже не во второстепенной.

— На Набу? — спросил Кайл, тайно надеясь, что он ошибается, и по тому, как дёрнулся уголок рта дуроса, понял, что не ошибся и про себя добавил:

Сука

— Совет получил донесение два часа назад. — Дурос был в скверном расположении духа, что было слышно по его интонации. — В системе Чоммель замечены неизвестные корабли. Старой конструкции, но в хорошем состоянии. Ситхская символика времён Империи. — Плор скрестил руки на груди. — Официальная миссия — инспекция военной программы королевы Амидалы. Неофициальная — мы должны выяснить, что это за корабли и кто ими управляет.

— По официальным сводкам, ситхи уничтожены почти как тысячу лет назад, — Кайл старался, чтобы голос звучал ровно, но внутри похолодело. Он-то знал, что заклятые враги джедаев находятся прямо под носом, но произносить это вслух не собирался.

— Мы тоже так думали, — сухо произнёс Плор. — Похоже, ошибались.

Он шагнул к Кайлу, опустил тяжёлую руку на его плечо.

— Ты будешь моим падаваном. — Огорошил он Кайла. — Не официально — для этого нужно документарно закреплённое решение Совета, а времени на то чтобы собрать всех необходимых лиц нет, — дурос недовольно цыкнул, раздражённый нерасторопностью магистров. — По сути электронный носитель заверенный половиной Совета у меня есть, но это мы должны были сделать ещё вчера, а по итогу тебя вырывают сегодня совершенно ничего не объяснив. — Плор вздохнул и взглянул на потерянного уже падавана. — Не сильно тебя обрадую, но я беру ответственность за тебя, если придётся, пожертвую жизнью. Это понятно?

— Так точно, мастер. — Стрелецкий кивнул, ничего более не добавляя. Слишком раздражённый и негативный взгляд был у Плора, он не желал зла Кайлу, он был неимоверно взбешён из-за того, что ребёнка отправляют в какое-то непонятное приключение, которое со всей подготовкой может закончится так и не начавшись.

— Тогда бегом собираться. — махнул шершавой рукой дурос и направился в свой корабль.

Кайл развернулся и почти бегом направился к выходу из ангара, но у самой двери едва не врезался в маленькую фигуру в плаще. Гранд-магистр Йода стоял, опираясь на клюку, и смотрел на него снизу вверх с выражением, которое Кайл так и не смог расшифровать.

— Кайл, — проскрипел старый джедай, смотря в удивлённые глаза «падавана». — На Набу найдёшь ты не только ответы, но и вопросы. Главное — не перепутай их.

— Магистр Йода… — попытался спросить о смысле его отсыла Стрелецкий, но был прерван.

— Времени нет на разговоры, — перебил его старый джедай и, чуть смягчившись, добавил: — Да пребудет с тобой Сила, джедай юный. Верю я, что вернёшься ты. Вопрос лишь стоит, кем же.

Он стукнул клюкой по полу и, не дожидаясь ответа, поковылял прочь, оставив Кайла в полном недоумении.

Внешнее Кольцо. Планета Коррибан.Долина Тёмных Лордов.

Буря улеглась так же внезапно, как и началась. Дарт Сион стоял на краю песчаного обрыва, глядя вниз, где среди скал копошились четверо. Расхитители гробниц. Грязные, измотанные, с парой бластерных винтовок на всех и одним работающим дроидом-помощником, который буксовал в песке.

Их лидер — рослый родианец с одним кривым зелёным отростком — громко матерился, приказывая остальным тащить какой-то ящик к спидеру. Ящик был опечатан ситхской вязью. Сион усмехнулся. Они нашли склеп Марки. И пережили это. Значит, либо Марка был в хорошем настроении, либо ему было плевать.

— Эй! — родианец заметил его первым. — Ты кто такой? Это наша добыча, проваливай подобру-поздорову!

Сион не ответил. Он спустился с обрыва — не спеша, даже вальяжно, песок словно нёс его на себе, настолько плавно он оказался рядом с группой расхитителей гробниц. В панике выпущенный в него бластерный болт ударил в плечо, едва он приблизился. Казалось сейчас он должен упасть от дикой боли, но… её не было. Просто импульс, который ударил в сустав, не более. Он даже не замедлил шаг.

Выстреливший твилек во все глаза посмотрел на совершенно не пострадавшего мужчину, со спокойным лицом идущего прямо на него, наполненными неверием глазами, от переизбытка чувств он выронил бластер. Сион, гляда на это, улыбнулся и движением руки притянул оружие к себе.

— Вы нашли склеп Марки Рагноса, — произнёс он, и его голос, усиленный Тёмной стороной, прокатился эхом по сколам находящегося рядом склепа. — И выжили. Хорошо. Значит, вы умеете быть осторожными. А осторожные мне нужны.

Он оглядел четвёрку. Все четверо дрожали.

— Кто вы? — выдавил родианец, пятясь к ящику.

— Я — Дарт Сион, ситх. — произнёс мужчина, обнажив белоснежные зубы. — Владыка Боли. И с сегодняшнего дня — ваш наниматель. Вы будете работать на меня, а я дам вам то, чего вы искали в гробницах.

Он выдержал паузу, наслаждаясь их страхом. Вкус его был восхитителен после тысячелетий сна.

— Силу

Один из расхитителей — самый младший, почти мальчишка-забрак, серый словно старая сажа — вдруг перестал дрожать и с нетерпением взглянул на Сиона. В его юных глазах загорелся опасный огонёк. Тот самый дикий и неукротимый пламень, который Сион так хорошо помнил по старым временам, когда до боли похожий на это мальчишку забрак, стал его вторым учеником. Он смотрел с ожиданием и нетерпением.

— Какую силу? — спросил забрак, и его юный, почти мальчишеский, голос, почти не дрогнул.

Сион улыбнулся. Начало положено.

— Силу, которая позволит вам стать теми, от упоминания имени которых эта Галактика дрожит. — Лорд ситхов с помощью телекинеза поднял перед собой старый бластер и щелчком пальцем превратил его в металлический шарик, который превратил в пыль, взяв в свою руку. — Так же, как вы дрожите, видя меня.

Он развёл руки в стороны, в предвкушении смотря на стоящих перед ним разумных. И они не подвели. Четверо расхитителей, переглянувшись, один за другим опустились на колени.

Дарт Сион закрыл глаза, вдыхая воздух Коррибана. Пахло песком, озоном, страхом расползающимся от его первых подчинённых в этом времени, а так же бешенством и лютой злобой, разящими из вынесенного из гробницы ящика. Видимо Рагнос решил выйти из берлоги, взяв силу Шторма Силы наполненного Тёмной стороной и поместив свою суть в этот чёртов короб.

Лорд Ситхов хмыкнул, даже об этом полукровном уродце Трея умолчала, он был готов взорваться негодованием, но теперь он был не один и его эмоции были теперь не только его, а так же влияли и на его подчинённых, со страхом и восхищением смотря на их Повелителя. Ведь кто бы в здравом уме, кроме того мальчишки забрака согласился бы на служение ситху? Поэтому Сион сломал их волю, подчинив себе, задействовав сырую силу и одну из светлых техник в области менталистики. Это была старая разработка одного отступника джедая, явившего в своём труде продолжение Обмана Разума. Развитая техника буквально вскрывала мозг и заставляла нечувствительного к Силе разумного буквально боготворить своего Повелителя.

Вот только техника требовала обновления каждые две недели и вечно нагружала мозг пользователя Силы задачей подчинения, слишком много ментальных ресурсов она требовала, да и работала только на сломленные умы. Но здесь и сейчас — ей не было цены.

Теперь осталось использовать их корабль, связи и деньги на своё благо, ведь Баланс и Власть, сами собой не наступят.

— Поднимитесь, — коротко бросил Сион, и в его голосе больше не было ни тени той медовой вкрадчивости, которой он умасливал их минуту назад. Теперь это был сухой приказ для солдат.

Расхитители поднялись, двигаясь чуть заторможенно, словно после долгого сна — наследие ментального воздействия. Родианец часто моргал, тряся головой, но взгляд его, направленный на Сиона, был ныне полон угодливого обожания, а не животного страха. Твилек-стрелок подобрал с песка запасную батарею для бластера, которую уронил при выстреле и сунул её в карман с таким видом, будто это не ему только что сломали волю.

Забрак-мальчишка не сводил с ситха горящих глаз. Он уже не боялся. Он хотел учиться.

— Грузите ящик на спидер, — Сион махнул рукой в сторону покорёженной машины. — И подготовьте корабль к вылету. Курс — Нар-Шаддаа. Там нас уже… ждут старые знакомые вашего бывшего нанимателя.

Как узнал из взрыхлённого у дуроса разума, эти расхитители, перед самой бурей получили заказ на перевозку небольшого, но ценного груза от одного скупщика древностей с луны контрабандистов. Этот заказ Сион вытащил из памяти родианца, пока ломал его разум. Груз был не важен. Важны были явки, пароли и место встречи.

Он подошёл к ящику и опустил на него ладонь. Шквал Тёмной стороны внутри исписанной ситхскими письменами коробки, отозвался глухим, утробным гулом. Марка спал, но сон его был чутким, поэтому он покрыл его сферой, ограничивая его взор маленьким пространством полным привычной ему Тёмной Стороной. «Потерпи, старый дух, — мысленно произнёс Сион. — Скоро ты проснёшься в таком месте, где даже тени боятся света».

Корабль взревел двигателями, поднимая облако песка. Сион забрался в кабину последним, бросив прощальный взгляд на Долину Тёмных Лордов. Он знал, что больше сюда не вернётся. Его путь лежал не в прошлое, а в будущее, которое он собирался перекроить по своей воле. Осталось лишь найти первых настоящих союзников и тех, кто примет учение о ситхах так, как оно и задумывалось далёкие четыре тысячи лет назад.

На Явине-IV, в старых храмах Массаси, до сих пор хранились карты ситхских тайников. А где-то в этом секторе, как подсказывала Сила, уже проснулся кто-то, кто мог стать либо его величайшим оружием, либо последней угрозой.

— Планета Горгон…

Сион запомнил это.

Глава 13. Тайное не станет явным.

Храм Ордена Джедаев, кабинет Гранд-магистра Йоды сразу после отлёта Плора и Кайла

Цин Драллиг вошёл без привычного ему стука, не потому что забылся или же возомнил себя одним из магистров, нет, уж кто-кто, а он… он никогда не забывался. Просто сейчас уже немолодому мастеру шести форм боя было целиком и полностью плевать на мнение самого главного разумного в Ордене Джедаев. Тяжёлая дверь закрылась за его спиной с глухим стуком, отсекая звуки коридора.

Йода сидел в своём кресле, слишком большом для его маленького тела, и смотрел на вошедшего с выражением, которое Цин не смог расшифровать. Усталость? Ожидание? Смирение? Впервые за долгое время Тролль не понимал, что видит в глазах, достаточно хорошо по его мнению изученного, гранд-магистра.

— Ты знал, — произнёс Драллиг не приветствуя, утверждая, совершенно не давая вопросительной интонации.

— Знал, — спокойно ответил Йода. — Присядь, Цин. Разговор сей, долгим будет. Выматывающим даже.

Драллиг не сел, а раздражённо прошёл к столу возле которого сидел гранд-магистр, после чего опёрся кулаками о столешницу и навис над старым магистром. Его тень упала на Йоду, закрыв свет настольной лампы.

— Я смотрел, как он тренируется. Каждый день, две полные декады подряд. И я видел то же, что и все: вундеркинд, талант, упрямство. Но сегодня… — Драллиг сжал челюсти, и на его скулах проступили желваки. — Сегодня, во время спарринга с одним из будущих падаванов, его аура изменилась. На секунду. Меньше чем на секунду, миг, слишком краткий для многих, но не для меня. — Йода внимательно смотрел в яркие, наполненные негодованием, голубые глаза мужчины. — Но я увидел. — Он выпрямился, скрестив руки на груди. — Это был не мальчик. Не юнлинг. На том ринге стоял взрослый мужчина, магистр Йода. Ветеран, прошедший через такое дерьмо, какое не снилось и половине наших воинственных рыцарей.

Йода молчал. Его пальцы, сжимавшие набалдашник клюки, чуть побелели.

— И теперь я узнаю, — продолжил Драллиг, а в его голосе прорезался тот самый рык, из-за которого его и прозвали Троллем, зычный, наполненный негодованием и раздражением утробный тембр. — Что этого мальчика, которого я должен был готовить ещё как минимум месяц, отправили на Набу. С Плором. В зону, где, по донесениям, замечены ситхские корабли. Без полного посвящения в падаваны. Без решения Совета. Без единого слова мне. Я требую ответа, гранд-магистр. — Секунда раздумий, после чего он рублено добавил. — Вашего ответа.

Драллиг выдохнул и в комнате повисла тягучая тишина, нарушаемая лишь лёгким, совсем на грани восприятия, гудением встроенных в стены систем жизнеобеспечения.

Йода медленно, словно нехотя, повёл головой и кивнул на кресло перед собой. Требовательно, без наличия какого-то иного варианта, если мастер-джедай всё-таки хочет услышать ответ. Драллиг молча сел и приготовился слушать.

— Ответ ты получишь, Цин. Но боюсь я, не понравится он тебе.

— Я не за тем сюда шёл, чтобы мне нравилось.

— Хорошо. — Йода нажал кнопку на подлокотнике кресла, и по комнате прошла едва заметная волна — устройство помех было активировано на полную мощность. — Тогда слушай.

Он заговорил неспешно, но без обычной своей манеры переставлять слова. Сейчас Йода был не наставником-философом. Он предстал тем самым разумным, который вёл Орден Джедаев уже не одну сотню лет сквозь все преграды и перепитии, совершивший множество правильных и плохих поступков, загубивший сотни джедаев своей неосмотрительностью и жалеющий об этом до сих пор.

— Кайл — не просто одарённый. Ты это видел. Я это знал с того дня, как его привезли с Горгона. Четырнадцать тысяч мидихлориан, Цин. Четырнадцать. И нити судьбы вокруг него сплетены так плотно, что я не вижу его будущего — только тени, только обрывки. — Он помолчал, переводя дыхание, словно заново смотря на тягучий моток нитей, которые иногда заволакивали образ Кайла пред глазами магистра. — Но дело не только в нём, дело в самом Храме Джедаев.

— Я слушаю, — сухо бросил Драллиг.

— Орден расколот. Не официально. Не так, чтобы ты мог ткнуть пальцем и сказать: вот этот — враг. Нет. Всё тоньше, даже в сравнении с тем, что знаешь ты. — Йода не двигаясь притянул к себе кружку с ароматным чаем из каких-то непонятных трав, после чего отпил и продолжил. — Точнее, в сравнении с тем, к чему допустили тебя. — Драллиг хотел было возмутиться, но оказался окутан аурой магистра с ног до головы, из-за чего был вынужден молча слушать дальше. — У нас есть фракции, Цин. Группы, объединённые не Кодексом, а интересами. Одни хотят большей автономии от Сената — ты знаешь этих, ты сам среди них. Другие считают, что мы должны уйти из Республики и закрыться от внешнего мира, как делали после Руусана. Третьи… — Йода сжал пальцы на клюке, и старая древесина тихо скрипнула, — третьи верят, что тьма неизбежна и готовятся к ней способами, которые Кодекс не одобряет.

— Я знаю о Тенях, — негромко произнёс Драллиг. — Тнимио докладывал.

— Знал ты не всё. — Йода поднял на него усталые глаза. — Последние полгода мы вычищали нижние уровни. Ты слышал о боях в подвалах. О тук’ате. Но не слышал, что мы нашли там записи. Переписку. Некто в Храме — не могу назвать тебе имя, потому что сам не знаю его — уводил НАШУ — Йода сделал акцент на единственном слове за весь разговор. — информацию на сторону. Информацию об одарённых детях, найденных в последние годы. О тех, чей потенциал особенно высок.

Драллиг побледнел. Его пальцы, сжимавшие предплечья скрещённых рук, побелели.

— Ты хочешь сказать… Кайла…

— Кайла, — подтвердил Йода. — И Энакина Скайуокера. И ещё пятерых. Все они — цели. Для кого? Не знаю. — Йода с сожалением взглянул на показавшееся дно стакана. — И никто другой из джедаев верных Ордену не знает. — Драллиг всё ещё сжимал предплечья. — Возможно, для тех, кто стоит за кораблями в системе Чоммель. Возможно, для кого-то в Сенате. Возможно — для третьей силы, о которой мы даже не догадываемся. — Он помолчал, давая Драллигу переварить услышанное. — Поэтому я отправил Кайла с Плором. Не потому что хотел. Потому что вынужден, Цин, в самом Храме мальчик был бы лёгкой мишенью. Он слишком заметен, слишком ярок. Переместить его, спрятать на время — единственное, что я мог сделать.

— Спрятать? — переспросил Драллиг, и в его голосе зазвенела сталь. — Вы отправили его в систему, где только что видели ситхские корабли, и называете это «спрятать»?

— Ситхские корабли видела Падме Амидала, — устало произнёс Йода. — А её советник по безопасности — один из тех, чьё имя фигурирует в записях. Я не знаю, кому верить, Цин. Я знаю только, то, что со стороны Совета и меня сделано всё, чтобы Кайла было в разы сложнее найти, чем если бы он находился в Храме дальше. — Магистр на мгновение замолчал и добавил. — А ещё я знаю то, что Плор — один из честнейших мастеров, он умрёт за мальчика, если придётся.

Драллиг молчал. Его гнев никуда не делся, но теперь он был холодным, сжатым до размеров тлеющего угля в груди.

— Почему ты не сказал мне раньше? — спросил он наконец.

— Потому что не мог рисковать, — просто ответил Йода. — Ты — хороший боец, Цин. Один из лучших. Но ты — не Страж. Ты не умеешь прятать свои мысли, тебя не готовили к этому… — Йода чуть свесил уши. — Я, тебя не готовил к этому. Если бы ты знал, ты бы действовал. А одно неверное действие — и тот, кто стоит за всем этим, ушёл бы в тень ещё глубже.

— И что теперь?

— Теперь, — Йода впервые за весь разговор позволил себе слабую, почти незаметную усмешку, — ты будешь делать то, что у тебя получается лучше всего. Готовить юных джедаев к войне. О Кайле позаботится Плор. А о тех, кто за ним охотится… — старый магистр сжал клюку обеими руками, и на мгновение в его глазах мелькнуло что-то древнее, опасное, — о них позабочусь я.

Драллиг медленно выпрямился. Он посмотрел на Йоду — маленькую фигурку в огромном кресле, седого и уставшего, но не сломленного. И вдруг понял, что за этой усталостью скрывается не слабость. За ней — ярость. Такая же холодная, как его собственная.

— Я хочу знать, когда ты его найдёшь, — произнёс Цин, разворачиваясь к выходу.

— Узнаешь. Первым.

Дверь закрылась. Йода остался один. Он откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и позволил себе на несколько секунд перестать быть гранд-магистром. Просто старый, уставший разумный, который только что отправил в самое пекло одиннадцатилетнего мальчика, потому что не видел иного выхода.

— Да пребудет с тобой Сила, юный Кайл, — прошептал он в пустоту. — Ты понадобишься ей раньше, чем думаешь.

Регион — Внешнее Кольцо Сектор — Чоммель Система — Набу Борт лёгкого челнока «Сияние»

Гиперпространство схлопнулось за кормой челнока с тихим, едва уловимым гулом. Звёзды из бесконечных линий вновь стали точками, а прямо по курсу, занимая почти всё обозримое пространство иллюминатора, раскинулась планета. Набу. Зелёно-голубой шар, опоясанный тонкими кольцами облаков, висел в пустоте, и при взгляде на него у Кайла на мгновение перехватило дыхание.

Не от красоты — хотя планета была прекрасна, этого он не отрицал. От узнавания, он видел её. Видел в другой жизни, на экране старого телевизора, в тесной комнате общежития, где пахло дешёвым табаком и такой приевшейся сыростью. Тогда Набу была просто картинкой. Теперь она была реальной и стояла пред ним во всю проекцию.

— Никогда не видел планету с таким количеством зелени? — раздался голос Плора. Дурос сидел в кресле пилота, не оборачиваясь, но Кайл чувствовал на себе его внимание — не взгляд, но нечто, ощущаемое через Силу. Спокойное, тёплое, с лёгкой искоркой любопытства.

— Видел, — коротко ответил юнлинг. — Просто… не так близко. Плор чуть повернул голову, и на его лице мелькнуло что-то похожее на улыбку.

— Что ты знаешь о Набу, юнлинг? Из архивов, из учебных материалов? Кайл отвёл взгляд от проекции планеты, собираясь со своими мыслями. Вопрос был простым. Слишком простым. И он понимал, что за этой простотой кроется нечто большее — Плор не задавал пустых вопросов.

— Набу, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал как обычно, — третья планета системы с одноимённым названием. Два спутника. Доминирующий рельеф — равнины, болота и горные цепи. Коренное население — гунганы, амфибийные гуманоиды, проживающие в подводных городах. Колонизирована людьми с планеты Гризмальт около четырёх тысяч стандартных лет назад. — Он сделал короткую паузу, переводя дыхание, и продолжил, не заметив, что его интонации стали чуть более сухими, почти лекторскими. — Форма правления — конституционная монархия. Нынешний монарх — королева Падме Амидала, избранная четыре года назад в возрасте четырнадцати лет. В период её правления Набу пережила блокаду Торговой Федерации и последующий военный конфликт, разрешённый при участии Ордена Джедаев и лично гранд-магистра Йоды. Основной экспорт — плазма. В настоящий момент планета активно милитаризуется, что вызвано последствиями блокады и личной инициативой королевы.

Он замолчал. В кабине повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом двигателей.

Плор обернулся полностью. Его глаза — тёмные, глубоко посаженные — смотрели на Кайла без осуждения, но с цепким, изучающим вниманием.

— Это почти дословная выдержка из архивов падавана, — произнёс он негромко. — С дополнением из новостных сводок последних месяцев. Ты не должен был иметь доступа к половине этих материалов, Кайл.

Юнлинг выдержал его взгляд, хотя внутри всё сжалось.

— У меня был допуск к архивам уровня падавана. Гранд-магистр Йода распорядился ещё во время моего пребывания у Стражей.

— Я знаю о допуске, — дурос чуть склонил голову набок, и его голос приобрёл ту особую мягкость, за которой, как Кайл уже успел усвоить, скрывалась опасность. — Я спрашиваю не о том, как ты получил информацию. Я спрашиваю, почему ты запомнил именно это. Ты перечислил статистику, политическое устройство, экономику. Но не сказал ни слова о людях. О культуре. О том, что Набу называют планетой художников.

Кайл промолчал.

— Ты смотришь на мир как военный, — продолжил Плор, и теперь в его голосе не было ни мягкости, ни угрозы — только усталая констатация факта. — Как разведчик, оценивающий территорию перед высадкой. Это не плохо, Кайл. Но это… необычно для одиннадцатилетнего мальчика.

— Я вырос на Горгоне, — тихо произнёс Стрелецкий, глядя в выводимую сенсорами проекцию какой-то непонятной ряби вдали от их корабля. — Там не было художников.

Плор помолчал. Потом отвернулся обратно к пульту управления, и Кайл услышал, как он тихо, едва слышно выдохнул — не разочарованно, скорее обречённо.

— Я знаю, — сказал дурос. — И я помню, что случилось, когда я впервые попытался обучить тебя медитации. Ты едва не выжег себе разум. И едва не выжег меня за компанию.

Кайл вздрогнул. Он не ожидал, что Плор заговорит об этом. Случай в Зале Тысячи Фонтанов был тем, что он предпочёл бы оставить в прошлом. Но дурос, похоже, не собирался оставлять.

— Тогда я списал это на твою неопытность, — продолжил Плор. — На чрезмерную чувствительность к Силе. Сейчас я так не думаю. — Он снова обернулся, и на этот раз его взгляд был твёрдым. — Я не знаю, что ты скрываешь, Кайл. И не буду спрашивать. Но если то, что ты носишь в себе, однажды вырвется наружу и навредит тебе или другим — я должен быть готов.

Юнлинг, а ныне уже «падаван» сжал челюсти. В голове некстати всплыли слова Престо: «Не отталкивай тех, кто хочет встать рядом с тобой». Он хотел что-то сказать — но не знал, что именно. Признаться? Рассказать об артефактах? О том, что он — не Кайл, а Павел Стрелецкий, мёртвый сталкер из мёртвого же мира? Это было немыслимо.

Он не успел даже произнести какой-то звук, ведь рубку заполонил странный писк.

На пульте управления вспыхнул красный индикатор. Плор резко развернулся к приборам, и его лицо изменилось — напряжение мгновенно стёрло все следы усталости.

— Поле обломков, — произнёс он. — Остатки флота Федерации.

Кайл прильнул ближе к проекции. Впереди, заслоняя часть звёздного неба, висели искорёженные остовы кораблей. Огромные, длиной в несколько километров, секции транспортных барж, разорванные взрывами переборки, застывшие в пустоте обломки истребителей. Всё это медленно дрейфовало, создавая лабиринт из мёртвого металла.

— Здесь они потеряли флагман, — негромко произнёс Плор, направляя челнок в обход наиболее крупных обломков. — После того, как мальчишка-человек взорвал станцию управления дроидами. Симпатичный парень, кстати. Скайуокер.

Кайл не ответил. Он знал эту историю лучше, чем кто-либо на этом корабле. Но сейчас его внимание было приковано к другому. Среди обломков, в тени перевёрнутой десантной баржи, что-то двигалось.

— Мастер, — произнёс он, и голос его прозвучал ровно, без паники, но с той особой интонацией, которая заставила Плора немедленно перевести взгляд туда, куда смотрел его падаван.

Из тени выплывали они. Четыре, нет — пять силуэтов. Дроиды-стервятники. Их тонкие, хищные корпуса поблёскивали в свете далёкой звезды, а головные фоторецепторы уже горели красным — они засекли челнок.

— Активировались, — сквозь зубы процедил Плор. Его руки легли на штурвал, и в тот же миг челнок резко ушёл вправо, уклоняясь от первого бластерного разряда. Луч прошёл в считанных метрах от левого крыла, опалив обшивку.

— Держись, — коротко бросил дурос.

Кайл вцепился в подлокотники кресла. Он видел, как Плор работает. Движения дуроса были скупыми, почти экономными — ни одного лишнего жеста, ни одной потерянной секунды. Челнок нырнул под вторым разрядом, заложил крутой вираж, огибая торчащий из обломков остов крейсера, и на мгновение скрылся из поля зрения дроидов.

— Стреляют не прицельно, — произнёс Плор, не отрывая взгляда от приборов. — У них повреждены системы наведения. Бьют по движению. Этим можно воспользоваться. Он резко выключил двигатели. Челнок перестал быть движущейся целью и превратился в ещё один кусок металла среди тысяч других. Дроиды, потеряв цель, замедлились, их фоторецепторы заметались, сканируя пространство.

— Что вы делаете? — спросил Кайл, не узнав собственного голоса.

— Даю им то, чего они не ждут, — ответил Плор, и в его голосе прозвучала холодная, почти волчья усмешка. — Смотри.

Он активировал консоль вооружения. Челнок был не боевым кораблём — всего две лазерные пушки малого калибра, предназначенные для отпугивания пиратов, а не для боя с дроидами около-военной конфигурации. Но Плор и не собирался вступать в перестрелку. Он выждал, пока один из стервятников приблизится к обломку транспортной баржи, и нажал на гашетку.

Выстрел был точечным. Короткий, почти незаметный импульс ударил не в дроида, а в ржавый крепёж, удерживающий массивную секцию обшивки. Металл, и без того ослабленный временем, лопнул. Огромный кусок брони сорвался с места и, вращаясь из-за возникшей инерции, врезался в ближайшего стервятника. Дроид вспыхнул и разлетелся облаком искр.

— Один, — констатировал Плор.

Остальные четыре дроида мгновенно развернулись на источник взрыва, но не видели цели. Их примитивные процессоры, лишённые центрального управления, не могли вычислить корабль, который не двигался и не излучал энергию. Они начали рыскать среди обломков, удаляясь.

— Уходим, — дурос снова активировал двигатели. Челнок плавно, почти бесшумно скользнул сквозь поле обломков, оставив стервятников позади. — Остальные не успеют развернуться. А если и успеют — у нас уже будет преимущество в скорости.

Кайл выдохнул. Только сейчас он заметил, что всё это время сжимал подлокотники так сильно, что побелели костяшки пальцев.

— Вы использовали обломки как оружие, — произнёс он, глядя на Плора.

— Я использовал то, что было под рукой, — спокойно ответил дурос. — Война — это не только световой меч, Кайл. Это ещё и умение видеть то, что другие пропускают.

Он помолчал, а затем добавил — тише, словно обращаясь не к Кайлу, а к самому себе: — И умение принимать помощь, когда её предлагают.

Юнлинг ничего не ответил. Но слова Престо эхом отозвались в его голове: «Когда придёт время, не отталкивай тех, кто хочет встать рядом с тобой».

Набу

Тид, королевский дворец

Челнок приземлился на посадочной площадке дворца через час. Их встретили без помпы — пара гвардейцев в тёмно-бордовой броне и суховатый немолодой мужчина с посеребрёнными висками, представившийся советником по протоколу. Он провёл их через анфиладу коридоров, отделанных светлым мрамором и украшенных гобеленами с изображениями набуанских пейзажей.

Плор шёл впереди, спокойный и невозмутимый, как всегда. Кайл держался чуть позади, внимательно фиксируя взглядом каждую деталь.

Дворец был красив. Но он был не просто красив — он был укреплён. Юнлинг заметил это сразу. Слишком много скрытых постов охраны. Слишком часто встречаются замаскированные под декоративные панели двери, ведущие неизвестно куда. Набу готовилась к войне. Их привели не в тронный зал, а в малый кабинет на втором этаже. Советник открыл дверь, поклонился и бесшумно исчез за поворотом.

Падме Амидала сидела за столом, заваленным датападами, стилусами и пластиковыми листами с пометками. Она была одна — ни фрейлин, ни гвардейцев. Одежда — простая, тёмно-синяя, без украшений. Макияж отсутствовал. Под глазами залегли тени, и юное лицо королевы выглядело старше своих лет. Когда она подняла голову, Кайл увидел взгляд человека, который уже несколько месяцев спит меньше, чем нужно, и работает больше, чем возможно.

— Мастер Плор, — произнесла она, поднимаясь из-за стола и приветствуя дуроса лёгким поклоном. — Рада видеть вас снова. Хотела бы я сказать, что при более приятных обстоятельствах, но, увы. — Её взгляд скользнул на Кайла, и на мгновение в нём промелькнуло что-то похожее на узнавание. — А это, полагаю, ваш падаван?

— Кайл Стрелецкий, ваше величество, — ответил юнлинг, склоняя голову.

— Бросьте, — устало махнула рукой Падме. — Для формальностей у нас будет отдельный приём. Сейчас я просто хочу разобраться с тем, что происходит в моей системе. — Она нажала небольшую кнопку на столе, и воздух в комнате едва заметно завибрировал — подавитель теперь был активен.

— Теперь можно говорить, — произнесла она, усаживаясь обратно. — Присаживайтесь, мастер. Вы тоже, юнлинг.

Они сели. Падме пододвинула к ним один из датападов. На экране светилась схема системы Набу с отмеченными красным точками.

— Вот здесь, — она ткнула пальцем в одну из точек, — два дня назад наши сенсоры засекли неопознанный корабль. Старой конструкции, но полностью функционирующий. Ситхская символика, — она подняла глаза на Плора. — Я не эксперт в истории Ордена, но наши аналитики утверждают, что подобные корабли не строили уже три тысячи лет.

— Это соответствует данным Совета, — кивнул дурос. — Но вы сказали «корабль», в единственном числе. А в донесении говорилось о нескольких.

— Потому что он был не один, — Падме перевела дух. — Наши радары засекли ещё как минимум два силуэта. Но они не оставили следов. Вообще. Как будто их не существовало. — Она взглянула на Плора, и в её глазах промелькнул страх, который она явно старалась скрыть. — Я понимаю, что это звучит как паранойя. Но у меня слишком хорошие пилоты, чтобы списать это на сбой оборудования.

Плор помолчал, обдумывая услышанное.

— Если позволите, ваше величество, я бы хотел ознакомиться с первичными данными с радаров. И осмотреть место, где корабль был замечен в последний раз.

— Данные я вам предоставлю, — кивнула Падме. — Но с осмотром… — она замялась. — Ситхский корабль ушёл в гиперпрыжок до того, как наши перехватчики успели приблизиться. Но в его обломках… вернее, в следе, который он оставил, есть кое-что странное.

Она провела пальцем по экрану, и изображение сменилось на спектрограмму. Кайл подался вперёд, всматриваясь в графики. Он понимал в этом не так много, но одно заметил сразу: помимо стандартного излучения гиперпривода, на графике присутствовала вторая, слабая линия. Не знакомая ему.

— Это не ситхская технология, — негромко произнесла Падме. — Наши эксперты вообще не смогли её идентифицировать.

Плор медленно кивнул.

— Похоже, ваше величество, наша миссия здесь будет несколько сложнее, чем мы предполагали.

Кайл сидел молча, глядя на спектрограмму. Вторая линия на графике пульсировала, словно живая. И где-то на задворках сознания, в том тёмном уголке, где жили инстинкты старого сталкера, свербела мысль: «Это не ситхи. Это что-то другое, словно телепатия контролёра в башке и это что-то… здесь».

Он перевёл взгляд на Плора. Учитель сидел с каменным лицом, но пальцы его правой руки, лежащей на колене, чуть подрагивали. Кайл знал этот жест. Так Плор реагировал, когда чувствовал опасность, которую не мог объяснить.

— С вашего позволения, ваше величество, — произнёс дурос, поднимаясь, — мы немедленно приступим к работе. Падме кивнула.

— Я распоряжусь, чтобы вам выделили кабинет и доступ к нашим базам данных. — Она поднялась, и на мгновение её лицо смягчилось. — Я рада, что вы здесь, мастер. Нам нужна помощь.

— Мы окажем её, — просто ответил Плор. — Это то, для чего мы здесь.

Он развернулся и направился к выходу. Кайл последовал за ним, но у самой двери задержался, обернувшись на королеву.

— Ваше величество, — произнёс он тихо. — Спасибо.

Падме взглянула на него с лёгким удивлением.

— За что?

Кайл на секунду замялся. Он не мог объяснить. Не мог сказать, что только в прошлой жизни он видел легко водимую сенаторшу, а сейчас… Сейчас он своими глазами видел человека, который в будущем отдаст жизнь за Республику — и не получит взамен ничего, кроме предательства. Он не мог сказать, что знает её судьбу. Поэтому он просто ответил:

— За то, что не сдаётесь.

И вышел, прежде чем королева успела ответить.

Глава 14. Подготовка к встрече.

Регион — Внешнее Кольцо

Сектор — Чоммель

Система — Набу

Планета — Набу

Город Тид, королевский дворец

Выделенный кабинет джедаев

Две стандартные канцелярские лампы заливали кабинет холодным белым светом, от которого у Кайла уже начинало ломить в висках. Он тёр глаза тыльной стороной ладони, пытаясь отогнать наваливавшуюся усталость, но цифры на датападе упрямо не желали складываться во что-то осмысленное. Четыре часа работы — и только гора сырых данных, которые отказывались превращаться в картину.

Плор сидел напротив, неподвижный, и изучал ту же спектрограмму, которую показывала Падме. Его длинные пальцы медленно прокручивали график, останавливаясь на одних и тех же участках — там, где вторая линия пульсировала особенно сильно. Тёмные глаза дуроса, глубоко посаженные и окружённые сеткой мелких морщин, смотрели на данные с холодной, отточенной годами цепкостью.

— Это не просто излучение, — произнёс он наконец, не поднимая глаз. — Это сигнал. Кто-то или что-то передаёт его намеренно. — Он провёл пальцем по графику, и спектрограмма послушно увеличила выбранный участок. — Смотри на ритм. Видишь, интервалы между пиками меняются? Они подстраиваются. Словно дыхание. Словно пульс.

Кайл оторвался от своего датапада и подался вперёд, вглядываясь в график. Плор был прав: ритм действительно напоминал биение сердца — неровное, рваное, но подчиняющееся какому-то внутреннему ритму.

— Похоже на сонар, — сказал он, не подумав. Слова вырвались сами, из той части памяти, которая ещё помнила Зону, аномалии и тварей, ориентировавшихся в пространстве невидимыми импульсами. — Как у морских хищников. Они посылают сигнал и слушают эхо. Или как у летучих мышей. Только здесь не звук, а что-то другое.

Плор медленно поднял голову. В его взгляде читалось то самое цепкое внимание, от которого юнлингу всегда становилось не по себе — не угроза, не подозрение, но изучающий интерес натуралиста, обнаружившего необычный образец.

— Интересное сравнение, — произнёс дурос. — Особенно для одиннадцатилетнего мальчика с шахтёрской планеты, где, насколько мне известно, не водились ни морские хищники, ни летучие мыши.

Кайл мысленно выругался. Прокол. Мелкий, но Плор такие мелочи замечал мгновенно.

«Горгон. Удобная отмазка. Но внутри меня сжалось не воспоминание о планете, а привычный, липкий зуд под рёбрами. Как перед выбросом в ЧЗО. Только здесь давит не аномалия, а то, что спрятано глубоко — в душевном слое, где „Компас" и „Сердце" давно срослись с его сутью. Они отзываются. Тревожно. Чуть-чуть вибрируют, натягивая нервы, словно струны перед обрывом.»

— Я читал про них, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — В архивах. Когда изучал биологию других миров.

— В архивах, — повторил Плор без выражения. — Разумеется. — Он отложил датапад и полностью развернулся к Кайлу. Его пальцы, лежавшие на краю стола, едва заметно подрагивали — тот самый жест, который Кайл уже научился распознавать как признак напряжённой работы мысли. — Ты вздрогнул, когда увидел спектрограмму. Ещё там, в кабинете королевы. Не как юнлинг, который увидел непонятный график. Как человек, который узнал знакомое. Я видел это. И я хочу спросить тебя, Кайл — не как наставник, а как тот, кто несёт за тебя ответственность. Что ты там увидел?

Кайл ожидал этого вопроса. Знал, что он прозвучит — не сейчас, так позже. Плор был слишком хорошим наблюдателем, чтобы пропустить его реакцию. И сейчас, сидя в холодном свете ламп, он чувствовал, как правда и ложь борются внутри него. Рассказать? Признаться во всём? Немыслимо. Но и врать в открытую тому, кто только что сказал «я не знаю, что ты скрываешь, но я должен быть готов» — тоже невозможно.

— Я не уверен, мастер, — ответил он, и это было почти правдой. — Сигнал... он напомнил мне кое-что. С Горгона. — Он сделал паузу, подбирая слова и чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой узел. — Там иногда случались странные вещи. Излучения, помехи, которые не могли объяснить шахтёры. Они говорили, что глубоко под землёй есть что-то, чего не должны были найти. Что-то, что не принадлежит этому миру. Я никогда не видел этого сам. Но этот график... он похож. Не точно. Но похож.

Плор молчал несколько секунд.

— Горгон — планета с нестабильной геологией, — произнёс он наконец. — Я читал отчёты. Подземные толчки, выбросы газов, иногда — странные электромагнитные аномалии. Если там действительно было что-то... необычное, оно могло вызывать похожие сигнатуры. — Он помолчал, что-то обдумывая. — Но здесь, на Набу... — дурос снова взглянул на спектрограмму, — это не геология. Это... нечто живое. И оно пульсирует.

— Живое? — Кайл подался вперёд, вглядываясь в график.

— Посмотри на ритм, — Плор провёл пальцем по графику, и изображение снова увеличилось. — Видишь? Интервалы меняются, но не хаотично. Они подстраиваются друг под друга. Это не случайный шум. Это осмысленный сигнал. Кто-то или что-то пытается что-то сказать. Или... — он замолчал, и его лицо стало мрачнее, — или привлечь внимание.

— Как приманка? — тихо спросил Кайл.

— Именно, — подтвердил Плор. — Как приманка.

В кабинете повисла тишина. Кайл смотрел на пульсирующую линию спектрограммы и чувствовал, как внутри разрастается холодный ком — тот самый, что появлялся в Зоне перед выходом в особо опасный рейд. Он знал это чувство. Оно означало, что впереди ждёт нечто, к чему нельзя подготовиться заранее.

— За долгие годы, Кайл, — произнёс Плор, и в его голосе появилась та самая усталая нота, которую юнлинг уже научился распознавать, — я видел много существ, чувствительных к Силе. Некоторые из них были древними. Некоторые — опасными. Но ни одно из них не излучало такой сигнал. — Он откинулся на спинку стула и потёр переносицу длинными пальцами. — В последнее время я чувствую сдвиг в Силе. Не только я — Йода, Винду, Саа. Все, кто достаточно чувствителен. Словно чаши весов, которые долго стояли ровно, вдруг качнулись. И тьма... стала ближе.

Кайл промолчал. Он знал, о чём говорит учитель. Знал о том, кто пробудился совсем недавно на дрянном Коррибане, но не мог сказать, с таким бы подходом его бы определённо отправили в застенки Призмы. А вместе с ним пробуждались и другие вещи — те, что спали тысячелетиями.

— Если этот сигнал связан со сдвигом, — осторожно произнёс он, — значит, тот, кто его посылает, тоже проснулся. Из-за тьмы.

— Именно, — подтвердил Плор. — И именно поэтому мы здесь.

Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент дверь кабинета открылась, и на пороге возникла Падме. Она выглядела ещё более уставшей, чем при их первой встрече — тени под глазами стали глубже, а движения, обычно плавные и выверенные, сейчас были резкими, почти дёргаными. Но в её глазах горел всё тот же огонёк — огонёк человека, который не сдаётся, даже когда всё идёт к банта поодо.

— Прошу прощения, что прерываю, — произнесла она, подходя к столу. В руках у неё был новый датапад, экран которого светился тревожно-красным. — Но у меня есть новости. И они не очень хорошие. Плор поднялся одним плавным движением, мгновенно забыв об усталости.

— Мы слушаем, ваше величество.

Падме положила датапад на стол и активировала голографическую карту. Над поверхностью стола развернулось изображение северного полушария Набу — зелёные равнины, тёмные массивы лесов, белые шапки гор. И одна красная точка, пульсирующая на северо-западе, вдали от населённых территорий.

— Час назад наш патруль — лёгкий разведывательный корабль набуанской службы безопасности — обнаружил след, — заговорила она быстро, словно боялась не успеть. Её палец коснулся красной точки, и изображение сменилось: глубокая расщелина в скальной породе, вокруг которой снег был выжжен дочерна. Выжжен идеально ровным кругом, диаметром около двухсот метров — словно кто-то приложил к земле раскалённую печать. — Они шли вдоль сигнала, который мы обсуждали. Пытались отследить источник. И нашли это.

Плор склонился над голограммой. Его лицо стало похоже на каменную маску. — Выжженный снег. Термический след? Посадочный?

— Не похоже, — Падме покачала головой. — Наши эксперты говорят, что это не тепловое воздействие. Скорее... радиационное. Или что-то, чего они не могут объяснить. — Она провела пальцем по датападу, и изображение сменилось на трёхмерную проекцию расщелины. — Но самое странное не это. Патруль сообщил, что в расщелине, прямо под этим кругом, они засекли движение. И источник сигнала — он там. На глубине. Как будто что-то зарыто в скалах.

Повисла пауза. Кайл смотрел на выжженный круг, и в голове у него крутилась одна-единственная мысль. «Как в Зоне. Как в чёртовой Зоне. Только хуже».

— Где сейчас патруль? — спросил Плор, и его голос прозвучал так, словно он уже знал ответ.

Падме подняла на него глаза, и Кайл увидел в них то, чего не ожидал увидеть у королевы, пережившей блокаду. Страх. Самый обычный, человеческий страх.

— Мы потеряли с ним связь, — тихо произнесла она. — Через двадцать минут после того, как они передали эти данные. Последнее, что мы услышали, был доклад пилота: «Здесь что-то есть. Оно смотрит на нас». А потом — тишина.

Плор медленно выпрямился. Пальцы замерли на краю стола. В уголках рта залегла жёсткая складка, выдающая сжатую до предела решимость.

— Значит, — произнёс он, и каждое слово падало как камень, — у нас есть не только источник сигнала, но и исчезнувший патруль. И древнее существо, которое пульсирует Тьмой. — Он повернулся к Падме. — Ваше величество, я прошу немедленно предоставить нам корабль. Лёгкий патрульный «Скай-Рейнджер» подойдёт. Мы должны осмотреть расщелину до того, как там появятся... другие заинтересованные стороны.

Падме кивнула. — Корабль уже готов. Я распорядилась, как только получила данные от патруля. — Она замялась на мгновение, и Кайл заметил, как её пальцы, сжимающие датапад, побелели. — Мастер Плор... будьте осторожны. Если то, что сидит в расщелине, смогло уничтожить патруль за двадцать минут...

— Мы будем осторожны, — прервал её дурос, но в его голосе не было резкости — только усталая решимость. — Но ждать мы не можем. Каждый час промедления даёт этому существу время освоиться. Или даёт время тем, кто может захотеть его использовать. Он развернулся к Кайлу.

— Собирайся. Вылет через полчаса. Возьми с собой всё, что может пригодиться в замкнутом пространстве. Мы не знаем, с чем столкнёмся.

— Так точно, мастер, — ответил юнлинг, поднимаясь.

Падме проводила их до двери. Когда Кайл проходил мимо, она вдруг коснулась его плеча — легко, почти невесомо.

— То, что вы сказали мне там, в коридоре... — произнесла она тихо. — Я запомнила. Спасибо.

Кайл обернулся, встретился с ней взглядом. В её глазах больше не было страха — только та самая решимость, которую он видел в глазах настоящих лидеров.

— Я не шутил, ваше величество, — ответил он. — Вы держитесь. Этого достаточно. И вышел, прежде чем королева успела ответить.

Нар-Шаддаа.

Глубинные уровни.

Приблизительно в то же время.

Дарт Сион стоял у иллюминатора старого грузового ангара и смотрел на неоновые огни Нар-Шаддаа. Лунный пейзаж контрабандистской столицы переливался тысячью оттенков — ядовито-зелёный, грязно-жёлтый, багровый, словно запёкшаяся кровь. Где-то внизу, в бесконечных лабиринтах нижних уровней, гремела перестрелка, но Сион не обращал на неё внимания. Его глаза были закрыты.

Он слушал.

Смещение баланса, вызванное его пробуждением, расходилось по Галактике кругами — как волны от брошенного в воду камня. И где-то там, на самом краю восприятия, он чувствовал ответ чего-то... Древнего. Голодного. Пульсирующего в такт его собственному сердцу. Оно пробудилось недавно — может быть, несколько дней назад, может быть, пару недель. И теперь оно звало.

— Я чувствую его, — произнёс Сион, не оборачиваясь. Его голос, обычно холодный и отстранённый, сейчас звучал почти... зачарованно. — Древнего. Пробудившеегося от бесконечно долгого сна. Пульсация его Силы ощущается во Внешнем Кольце, в секторе Чоммель.

Родианец, стоящий у двери, нервно переступил с ноги на ногу. С момента их отлёта с Коррибана он так и не привык к тому, как его новый хозяин разговаривает сам с собой. Или с тем, что он называл «Силой».

— Это... это там, где Набу, мой лорд? — осторожно спросил он. — Я слышал про эту планету. Блокада, джедаи, всё такое. Говорят, там сейчас неспокойно.

Сион открыл глаза и медленно развернулся. На его губах мелькнула тень усмешки.

— Неспокойно, — повторил он, и от этого слова, произнесённого его голосом, у родианца мурашки побежали по спине. — Скоро там станет ещё неспокойнее. — Он подошёл к ящику, стоящему в углу ангара — тому самому, который расхитители вынесли из склепа Марки Рагноса. Провёл пальцами по его крышке, и дерево под его рукой едва заметно завибрировало, словно живое. — Готовь корабль. Мы вылетаем немедленно. Родианец поклонился и исчез за дверью. Сион остался один. Он снова закрыл глаза, потянувшись к тому далёкому пульсу, который звал его через всю Галактику.

Пока лёгкий патрульный «Скай-Рейнджер» набирал высоту над Тидом, грузовой буксир Сиона только выходил из гиперпространства на орбиту Нар-Шаддаа. Шесть-восемь стандартных часов до системы Набу. Времени достаточно, чтобы подготовиться, но недостаточно, чтобы опередить тех, кто уже летит на сигнал. Пробудившееся нечто должно стать либо его, либо ничьим более. И Сион намеревался быть первым, кто увидит, на чью сторону оно встанет.

— Я иду, — прошептал он в пустоту. — Жди меня. Ящик Марки Рагноса тихо загудел в ответ.

Набу.

Посадочная площадка дворца.

Полчаса спустя.

Кайл проверил крепление светового меча на поясе, поправил наплечную сумку с набором выживания и поднялся по трапу на борт «Скай-Рейнджера». Корпус был вытянутым, с узким профилем и двумя боковыми двигателями — не боевой крейсер, конечно, но быстрый и манёвренный. Как раз для разведки.

Плор уже сидел в кресле второго пилота, проверяя показания приборов. Рядом с ним, в кресле основного пилота, устраивался молодой лейтенант сил безопасности Набу — высокий, светловолосый, с фамилией, которую Кайл так и не запомнил.

— Взлетаем через пять минут, — сообщил лейтенант, не оборачиваясь. Его голос звучал спокойно, но пальцы, бегающие по консоли, двигались чуть быстрее, чем нужно. Кайл сел в кресло позади Плора и пристегнул ремни. Он бросил взгляд в иллюминатор — там, на краю посадочной площадки, стояла Падме, провожая их взглядом. Ветер трепал её волосы, но она не уходила.

— Мастер, — произнёс он, не глядя на дуроса. — То, что мы найдём в расщелине... вы уже знаете, что это?

Плор помолчал. Потом ответил, и в его голосе прозвучала та самая нота, которую Кайл уже научился бояться — нота человека, который знает, что идёт на смертельный риск, но не может отказаться:

— Нет, Кайл. Но я знаю, что оно древнее. Очень древнее. И очень злое.

Двигатели «Скай-Рейнджера» взвыли, набирая мощность. Корабль дрогнул и начал подниматься, оставляя позади шпили дворца, зелёные купола садов и одинокую фигуру королевы на краю площадки.

Кайл закрыл глаза и прислушался к себе. Где-то глубоко внутри, в том душевном слое, где артефакты давно срослись с его сутью, «Компас» начал давать сбой. Направление размывалось, сопровождаясь тревожным фоном, натягивающим нервы. Он вынужденно отключил ментальную привязку, оставляя только собственную, наработанную в ЧЗО интуицию. Приближение к существу создавало ощущение того, что вместо далёкой далёкой, он вновь впервые встречается с контролёром, который начинал завывать миллиардом тихих голосов в голове пытаясь подчинить. И каждый из этого миллиарда голосов становился всё громче.

Глава 15. Не жалейте о своих решениях.

Регион — Внешнее Кольцо

Сектор — Чоммель

Система — Набу

Планета — Набу

Северо-западный горный массив

Борт патрульного «Скай-Рейнджера»

Двигатели гудели ровно, почти убаюкивающе, но Кайл не спал. Он сидел, откинувшись в кресле, и смотрел в иллюминатор на проплывающие внизу заснеженные пики. Горы Набу были красивы — белые шапки, разрезанные тёмными полосами скальных выходов, редкие пятна хвойных лесов на склонах, цепляющихся за жизнь на такой высоте. Но с каждой минутой полёта красота эта казалась ему всё более чужой, неестественной — словно планета сама чувствовала, что в её недрах завелось нечто, чему здесь не место, и теперь сжималась в ожидании. Линия горизонта подрагивала в дымке, искажаясь, будто воздух над горячим асфальтом, хотя за бортом царил лютый холод.

«Компас» в глубине души завибрировал.

Не физически — артефакт давно уже не был материальным предметом, который можно потрогать руками. Он врос в саму суть Кайла за те месяцы, что прошли с момента пробуждения в Храме, переплёлся с его нервной системой, с его Силой, с тем, что джедаи назвали бы «духом». И сейчас этот симбионт подавал сигнал тревоги — глухой, нарастающий гул, похожий на вибрацию земли перед обвалом, когда камни ещё не начали падать, но воздух уже дрожит.

«Сердце Оазиса» тоже беспокоилось. Его ритм, обычно ровный и успокаивающий — размеренное «тук-тук», к которому Кайл привык, как к собственному пульсу, — сбился. Словно второе сердце в груди начало давать перебои, то замирая на долю секунды, то пускаясь в галоп.

Он прикрыл глаза и сосредоточился на дыхании. Вдох — холодный воздух, пахнущий переработанным кислородом из систем жизнеобеспечения. Выдох — облачко пара, хотя в кабине было не настолько холодно. «Компас» реагировал на близость источника. Пытался настроиться, но сигнал был слишком мощным, слишком чуждым. Артефакт не понимал, с чем имеет дело, и от этого его вибрация становилась только сильнее, отдаваясь в зубах тупой ноющей болью.

— Мастер, — произнёс Кайл, не оборачиваясь. Голос прозвучал глуше, чем он рассчитывал — словно воздух в кабине стал плотнее за последние минуты. — Вы чувствуете?

Плор сидел в кресле второго пилота, выпрямившись, как натянутая струна. Его длинные пальцы сжимали подлокотники с такой силой, что пластик едва слышно потрескивал — тонкий, неприятный звук, вплетающийся в ровный гул двигателей. На лбу дуроса, чуть выше переносицы, где костяные пластины его расы образовывали естественный узор, выступила тонкая плёнка испарины.

— Да, — ответил он коротко. Голос его звучал суше обычного, слова падали, как камни — без интонаций, без эмоций. — Ментальное давление. Нарастает по мере приближения.

Он повернул голову, и Кайл увидел его глаза. Обычно спокойные и изучающие, сейчас они были напряжены — не страхом, но той особой, отточенной годами настороженностью, которая появляется у ветерана, почуявшего засаду.

— Ты тоже чувствуешь это, — произнёс Плор. Это был не вопрос.

— Да. Оно пытается… прощупать нас. Как слепой, который шарит руками в темноте и задевает лица, — тихо ответил Кайл.

— Хорошая аналогия. — Дурос едва заметно кивнул. — Держи ментальный блок. Если почувствуешь, что давление усиливается — сразу говори.

Лейтенант за штурвалом — молодой светловолосый парень, фамилию которого Кайл во второй раз не запомнил, а спрашивать сейчас было уже неловко — обернулся на мгновение. Его зрачки были расширены неестественно, на висках блестели капли пота, хотя система климат-контроля работала исправно.

— Я тоже… что-то чувствую, — произнёс он, и в его голосе прозвучала плохо скрываемая дрожь — та самая, которую Кайл сотни раз слышал в Зоне у новичков, впервые попавших под ментальную атаку контролёра. — Как будто в голове шумит. Как статика в комлинке, только громче. И давит на глаза. — Он потёр переносицу свободной рукой. — Это из-за той штуки, которую вы ищете?

— Да, — ответил Плор, не вдаваясь в подробности. — Постарайтесь сосредоточиться на управлении. Чем быстрее мы сядем, тем лучше. Думайте о курсе, о показаниях приборов, о чём угодно конкретном. Не позволяйте мыслям рассеиваться.

Лейтенант кивнул и отвернулся к приборам, но Кайл заметил, как его пальцы, лежащие на штурвале, мелко подрагивают, а дыхание стало чуть более частым. Пацан был напуган. И правильно делал. Страх — это инстинкт, а инстинкт в таких местах часто оказывается умнее разума.

Кайл перевёл взгляд на иллюминатор. Горы внизу стали выше, острее, словно планета ощетинилась, защищая то, что скрывала в своих недрах. Снег на склонах лежал неровно — местами его срывало ветром, обнажая чёрные проплешины скал. И в этих проплешинах Кайлу мерещилось что-то неправильное — тени, которых не должно было быть при таком освещении, провалы, уходящие вглубь горного массива. Один из провалов напоминал трещину на стекле — слишком ровную, слишком прямую.

Прямо по курсу показалась расщелина.

Она была огромной — гораздо больше, чем можно было представить по голографической карте. Тёмная трещина в теле горы, шириной в добрую сотню метров, уходящая вниз на глубину, которую не брали сенсоры. Её края не были рваными — они были оплавлены, словно кто-то прожёг скалу насквозь. А прямо перед ней, на пологом каменистом плато, лежал выжженный круг — идеально ровный, чёрный, словно кто-то приложил к земле раскалённую печать и держал её, пока камень не превратился в стекло.

— Садимся, — скомандовал Плор, и в его голосе прозвучала та самая сталь, которую Кайл уже научился уважать.

Расщелина. Посадочная зона.

«Скай-Рейнджер» опустился на каменистую площадку в полусотне метров от края выжженного круга. Посадочные опоры с глухим стуком коснулись камня, и двигатели, взвыв напоследок, смолкли. В наступившей тишине стал слышен только ветер — тонкий, заунывный свист, гуляющий между скал и залетающий в самые мелкие трещины. Ветер был ледяным — гораздо холоднее, чем можно было ожидать для этого времени года на Набу, и от него перехватывало дыхание.

Плор вышел первым. Его плащ взметнулся под порывом воздуха, и дурос на мгновение замер, сканируя пространство Силой. Кайл видел, как его плечи едва заметно напряглись, а пальцы, лежащие на рукояти светового меча, побелели.

— Холодно, — произнёс Плор. — Слишком холодно. И тихо.

Кайл спустился следом, и как только его ботинки коснулись камня, он понял, что имел в виду учитель. Тишина здесь была неправильной. В горах всегда есть звуки: ветер, шорох камней, далёкие крики птиц или треск льда. Здесь не было ничего. Абсолютная, мёртвая тишина, нарушаемая только свистом ветра — и даже он казался приглушённым, словно доносился из-за плотно закрытой двери.

Лейтенант выбрался последним, сжимая в руках бластерную винтовку. Его лицо было бледным, но движения — собранными. Кайл мысленно отметил это: парень был профессионалом, несмотря на страх.

Картина, открывшаяся перед ними, была… неправильной. Выжженный круг диаметром в две сотни метров лежал перед ними, словно рана на теле планеты. Снег внутри круга отсутствовал полностью — только чёрная, спекшаяся в стекло порода, покрытая сеткой мелких трещин. Края круга были идеально ровными — ни оплавленности, ни постепенного перехода. Словно кто-то провёл невидимым лезвием и отсёк всё лишнее.

Никакого запаха гари. Никакого дыма. Только холод — пронизывающий, неестественный, пробирающий до костей даже сквозь термоодежду.

Плор опустился на одно колено у края круга. Его пальцы коснулись чёрного стекла — и он тут же отдёрнул руку с тихим шипением.

— Холодное. Как лёд. Как сама смерть. — Он поднялся и отряхнул ладонь. — Это не тепловое воздействие. И не радиационное в привычном смысле. Это что-то другое.

— Тёмная сторона? — спросил Кайл, хотя уже знал ответ.

— Да, — дурос посмотрел на него, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на тревогу. — Но не такая, как я чувствовал раньше. Это нечто древнее. Гораздо старее всего, с чем я когда-либо сталкивался.

Кайл молчал. Он смотрел на круг, и в голове у него крутилась одна-единственная мысль.

«Выброс. Только выброс в Зоне оставляет такие следы — идеально ровные, выжженные, без тепла. Но здесь не привычные просторы ЧЗО, а, блять, Далёкая Далёкая. Здесь эта тварь спала тысячи лет, а теперь проснулась, и она очень сука злая».

— Идём, — Плор поднялся и направился к расщелине. — Держитесь рядом. И будьте готовы ко всему. Лейтенант, вы замыкаете. Если увидите или услышите что-то необычное — докладывайте немедленно.

— Есть, — коротко ответил пилот, передёргивая затвор винтовки.

Спуск. Первый час.

Расщелина уходила вниз под углом градусов в тридцать — достаточно пологим, чтобы идти пешком, не используя альпинистское снаряжение, но достаточно крутым, чтобы каждый шаг отдавался эхом от каменных стен. Свет с поверхности исчез быстро — через каких-то пятьдесят метров вокруг сомкнулась темнота, и теперь единственным источником освещения были налобные фонари, выхватывающие из мрака неровные, покрытые инеем стены.

Иней здесь был повсюду. Толстый, серебристый, переливающийся в лучах фонарей, словно россыпь алмазной крошки. Но воздух при этом оставался сухим и холодным, без капли влаги — Кайл чувствовал это по тому, как пересыхало в горле. Иней не таял. Он лежал мёртвым грузом, и с каждым десятком метров спуска становился гуще. Когда Кайл случайно коснулся его рукой, кожа мгновенно онемела от холода, а на перчатке остался белый след, который не исчез.

Плор шёл первым. Его шаги были размеренными и уверенными, но Кайл заметил, что дурос время от времени замирал на полсекунды, прислушиваясь — не к звукам, а к Силе. Его правая рука постоянно находилась на рукояти светового меча, готовая активировать клинок в любой момент.

Кайл двигался следом. Его собственные ощущения были… странными. «Компас» больше не вибрировал — он гудел, как натянутая до предела струна, и этот гул отдавался в зубах, в костях, в кончиках пальцев. «Сердце Оазиса» работало с перебоями, то замирая, то пускаясь в галоп. А поверх всего этого наслаивалось то самое ментальное давление — чужое, холодное, скребущееся на границе сознания.

Лейтенант шёл последним. Его дыхание было самым громким звуком в туннеле — рваное, частое, с присвистом. Кайл не оборачивался, но слышал, как пальцы пилота скрипят на рукояти винтовки.

Через час спуска стены расщелины начали меняться. Иней на них стал толще, но теперь в нём появились… прожилки. Тонкие, едва заметные нити, пульсирующие тем же белым светом, что и спектрограмма. Они тянулись вдоль стен, словно вены, и все сходились куда-то вниз, к единому источнику.

Плор остановился, провёл пальцем по одной из таких прожилок. Та запульсировала ярче от прикосновения, и Кайл услышал, как в голове у него что-то прошелестело — не слово, но предвестие слова, словно кто-то вдохнул перед тем, как заговорить.

— Эти нити… — произнёс дурос, выпрямляясь. — Они проводят Силу. Как нервы. Или как щупальца.

— Оно чувствует нас через них? — спросил Кайл.

— Да. — Плор посмотрел в темноту впереди. — Оно знает, что мы здесь. И оно ждёт.

Они продолжили спуск. Прожилки на стенах становились всё толще, всё ярче, и теперь их пульсация была видна невооружённым глазом — ритмичная, как биение сердца. Того самого сердца, которое Кайл чувствовал внутри себя.

— Мастер, — тихо произнёс он, когда они прошли ещё полкилометра. — Здесь… неправильно. Я чувствую, как будто кто-то пытается протолкнуть в мой разум слова. Не мысли — именно слова. Как шёпот. Как будто кто-то стоит за плечом и шепчет на незнакомом языке, но я почти понимаю.

Плор остановился и обернулся. В свете налобного фонаря его лицо показалось Кайлу старше, чем обычно — морщины вокруг глаз стали глубже, а кожа приобрела сероватый оттенок.

— Я тоже это чувствую, — ответил он. — Уже около получаса. Оно пытается прощупать нас, найти брешь в ментальной защите. — Он положил руку на плечо Кайла. — Не слушай. Блокируй. Используйте технику, которую я показывал тебе в Зале Тысячи Фонтанов. Медитация на внутренний поток. Ты помнишь?

Кайл кивнул. Он помнил. Та медитация едва не выжгла ему разум — он тогда увидел весь Корусант, размазанный по Силе, и его сознание чуть не растворилось в этом потоке. Но сейчас выбора не было.

Он закрыл глаза на несколько секунд, сосредоточился на дыхании, представил, как Сила течёт сквозь него — не наружу, а внутрь, сворачиваясь в тугой клубок где-то в центре груди. «Компас» на мгновение затих, «Сердце Оазиса» выровняло ритм. Шёпот в голове стал тише — не исчез, но отступил, словно кто-то прикрыл дверь в соседнюю комнату.

— Готово, — произнёс он, открывая глаза.

Плор кивнул и повернулся, чтобы продолжить путь, но в этот момент лейтенант, идущий позади, вдруг остановился и привалился плечом к стене. Его винтовка с глухим стуком ударилась о камень.

— Я… я не могу, — выдавил он. Его лицо было бледным до синевы, а глаза — широко распахнутыми, с расширенными зрачками, в которых отражался пульсирующий свет прожилок. — Голос в голове. Он говорит… говорит, что я должен идти вперёд. Что меня ждут. Что все меня ждут. — Он поднял на Плора взгляд, и в этом взгляде Кайл увидел что-то пугающее — не просто страх, а подчинение. — Это наши? Те, из патруля? Они живы?

Плор в два шага оказался рядом с ним, схватил за плечо и резко встряхнул. Голова лейтенанта мотнулась, и на мгновение в его глазах промелькнуло что-то осмысленное.

— Слушайте меня, лейтенант. — Голос дуроса был жёстким, как удар хлыста. — Это не ваши. Это не люди. Ваши товарищи мертвы. То, что вы слышите — ложь, приманка, попытка подчинить вас. Блокируйте голос. Думайте о доме. Думайте о тех, кого вы любите. Как их зовут?

— М-моя жена… — пробормотал лейтенант. — И дочери. Мира и Лина.

— Думайте о них, — приказал Плор. — Держите их лица перед глазами. Не слушайте никого, кроме меня.

Лейтенант зажмурился, задышал часто-часто, его губы зашевелились — то ли молитва, то ли просто повторение имён. Через несколько секунд он открыл глаза, и взгляд его стал чуть более осмысленным.

— Я… я в порядке. Идём.

Плор отпустил его плечо, но Кайл заметил, как дурос едва заметно покачал головой — жест, предназначенный только для него. Кайл понял без слов. Лейтенант долго не продержится. Ментальное давление было слишком сильным для обычного человека, не обученного техникам джедаев.

Они продолжили спуск.

Ещё через двадцать минут туннель начал расширяться. Стены расступились, потолок ушёл вверх, и налобные фонари перестали достигать границ пространства. Они вышли в огромную подземную пещеру — настолько большую, что свет терялся в темноте, не находя преграды.

Луч фонаря Кайла скользнул по полу и выхватил из мрака блеск металла. Обломки.

Искорёженные куски обшивки, смятые консоли, разорванные провода, свисающие с потолка, как внутренности мёртвого зверя.

— Патруль, — тихо произнёс Плор. — Они… разбились здесь?

Кайл провёл лучом дальше и увидел фюзеляж корабля. Тот был расколот надвое, словно кто-то сжал его в кулаке и разорвал пополам. Внутри что-то мерцало — аварийные огни, всё ещё работающие на остатках энергии. Свет был тусклым, красноватым, и в нём обломки выглядели как декорации к кошмару.

Но Кайл уже смотрел не на обломки. Он смотрел в темноту, откуда, спотыкаясь и дёргаясь, выходили фигуры.

Три. Четыре. Пять. В форме сил безопасности Набу — те самые тёмно-синие комбинезоны, которые Кайл видел на лейтенанте. Только одежда была разорвана в нескольких местах, обнажая бледную, покрытую инеем кожу. А глаза — полностью белые, светящиеся изнутри тем самым светом, который пульсировал на спектрограмме. Светом, который шёл от прожилок на стенах.

Но самое страшное было не это. Самое страшное было то, что они говорили.

— Здесь… что-то есть… — прохрипел первый — высокий мужчина с разорванным рукавом. Его голос был не его — механический, лишённый интонаций, словно запись, проигрываемая в обратную сторону.

— Оно… смотрит… на нас… — подхватил второй. Его челюсть была вывихнута и болталась неестественно, но рот всё равно шевелился.

— Оно смотрит на нас.

— Оно смотрит на нас.

— ОНО СМОТРИТ НА НАС.

Все пятеро заговорили одновременно, и их голоса слились в один жуткий, резонирующий хор, который эхом прокатился по пещере. Это были последние слова, переданные патрулём перед исчезновением — Кайл узнал их. И теперь они повторялись снова и снова, словно сломанная голоплёнка.

Лейтенант вскрикнул. Не от страха — от узнавания.

— Тарек! — выкрикнул он, глядя на высокого мужчину с разорванным рукавом. — Это Тарек! Он был моим инструктором! Я летал с ним три года! — Его голос сорвался на крик. — Тарек, это я, Дев, слышишь?! Тарек!

Фигура, которую он назвал Тареком, медленно повернула голову. Белые глаза уставились на лейтенанта.

— Здесь… что-то есть… Дев… — прохрипела она. — Иди… к нам…

Лейтенант выстрелил.

Бластерный болт ударил в грудь Тарека, отбросив его к стене. Тело рухнуло, но через секунду — медленно, дёргано, как сломанная кукла, которую кто-то тянул за ниточки — поднялось на ноги. В груди зияла дыра с оплавленными краями, из которой не вытекло ни капли крови.

— Это не люди! — крикнул Плор, активируя световой меч. Синий клинок с шипением разрезал темноту, осветив пещеру холодным светом. — Их разум мёртв. Это оболочки! Тела, управляемые существом!

Кайл активировал свой меч. Голубой клинок привычно лёг в ладонь, и в этом свете его лицо выглядело не по-детски жёстким — лицо человека, который видел подобное раньше. «Как в Зоне. Зомбированные. Разрушенный мозг. Подчинение через пси-излучение. Значит, тварь — контролёр. Огромный, древний, чёртов контролёр, который спал здесь тысячи лет».

Первая фигура — та, которую лейтенант назвал Тареком — бросилась на Плора. Дурос встретил её Шиимом: одно движение — и рука с растопыренными пальцами отделилась от тела. Второе движение — голова покатилась по камням. Тело рухнуло, но из обрубка шеи не хлынула кровь — только облачко ледяного пара, словно внутри не было ничего, кроме холода. Иней, покрывавший кожу, медленно начал таять, превращаясь в воду — первую воду, которую Кайл видел за весь спуск.

Вторая и третья фигуры набросились на Кайла. Он ушёл вниз, подсекая одну, и проткнул мечом вторую. Клинок вошёл в тело с неестественной лёгкостью — плоть была проморожена насквозь. Оболочка задёргалась, из её рта вырвался последний, захлёбывающийся хрип — не слова, просто звук, полный боли. Кайл отдёрнул меч и развернулся к оставшейся.

Четвёртая фигура двигалась быстрее остальных. Пока Плор добивал третью, а Кайл вытаскивал меч из второй, она оказалась позади лейтенанта. Тот не успел обернуться — он всё ещё смотрел на обезглавленное тело своего инструктора, и его глаза были полны ужаса и горя.

Холодные, мёртвые руки сомкнулись на его шее. Кайл услышал, как хрустнули позвонки — сухо, обыденно, словно сломалась ветка. Лейтенант даже не успел вскрикнуть.

— Дев! — крик Плора опоздал на секунду.

Тело лейтенанта — молодого светловолосого парня, который любил жену и дочерей, — рухнуло на каменный пол. Фонарь на его лбу погас. Винтовка со стуком ударилась о камни и затихла.

Четвёртая оболочка развернулась к Плору, но дурос уже был рядом. Один удар — и она развалилась надвое, осыпавшись облаком ледяного пара.

Пятая фигура, бормоча всё те же слова, попыталась отступить в темноту, но Кайл догнал её в три прыжка. Его меч отсёк ей ноги — она рухнула, но продолжала ползти, цепляясь пальцами за камни. Он приставил клинок к её горлу и на мгновение замер.

Вблизи он увидел лицо. Молодой парень, может быть, на пять лет старше его самого. Короткие тёмные волосы, припорошённые инеем. Тонкий шрам на подбородке — возможно, след от детской драки или учебного спарринга. И глаза — полностью белые, светящиеся изнутри. И губы, всё ещё шевелящиеся:

— Здесь… что-то… есть… Оно… ждёт… тебя…

Кайл отсёк ему голову. Быстро. Без эмоций. Так, как делал это будучи ещё сталкером в той, казавшейся уже далёкой, жизни.

Он выключил меч и выпрямился. В пещере снова стало темно — только синий клинок Плора освещал пространство и пульсирующие прожилки на стенах, которые теперь светились ярче, словно радуясь произошедшему.

Плор стоял над телом лейтенанта. Его лицо было каменным, но Кайл видел, как дрожат пальцы дуроса, сжимающие рукоять меча. Не от страха — от ярости. Холодной, сжатой в кулак ярости, которая была гораздо страшнее любого крика.

— Он был хорошим пилотом, — произнёс дурос. Голос его звучал ровно, но в нём появилась та самая нота, которую Кайл уже научился бояться. — И хорошим человеком. У него осталась жена. И дочери. Мира и Лина.

— Здесь больше нет хороших людей, — тихо ответил Кайл, убирая меч в петлю на поясе. — Здесь только мы. И оно.

Плор поднял голову и посмотрел в темноту. Прожилки на стенах пульсировали всё быстрее, и теперь в их ритме слышалось что-то новое. Торжество. Словно существо радовалось.

— Тогда идём, — сказал он. — И покончим с этим.

Сион. Борт грузового буксира. Гиперпространство.

Дарт Сион стоял в грузовом отсеке, положив ладонь на крышку ящика. Вокруг него гудели старые двигатели буксира, где-то в углу переругивались двое из его новых подчинённых, но он не обращал на них внимания. Всё его естество было сосредоточено на том далёком пульсе, который с каждым часом становился всё громче.

Дерево под его пальцами вибрировало. Мелкая, непрерывная дрожь, похожая на мурлыканье хищника, почуявшего добычу. Ящик Марки Рагноса знал, куда они летят. Знал и предвкушал.

— Я слышу тебя, — произнёс Сион в пустоту. Его голос звучал спокойно, почти ласково. — Ты зовёшь. Ты хочешь, чтобы я пришёл. Ты хочешь подчинить меня, как подчинило тех жалких существ в форме. — Он провёл пальцами по крышке ящика, и дерево отозвалось низким, утробным гулом. — Но ты не знаешь, с кем имеешь дело. Я — не патрульный. Я — не джедай. Я — Дарт Сион. Владыка Боли. И я не подчиняюсь никому.

Родианец, сидящий в углу, нервно переступил с ноги на ногу. Он так и не привык к тому, как его хозяин разговаривает с ящиком.

— Мы будем в системе через три с половиной часа, мой лорд, — доложил он. — Двигатели работают на пределе, но этот корабль… он не предназначен для таких скоростей.

— Он выдержит, — отрезал Сион, не оборачиваясь. — Если развалится — я выживу. А ты… — он на мгновение замолчал, — постарайся не развалиться вместе с ним.

Родианец побледнел и предпочёл не отвечать.

Сион закрыл глаза, погружаясь в Силу. Пульс стал чётче. Теперь он мог различить не только ритм, но и… направление. Сектор Чоммель. Система Набу. Северо-западный горный массив. Глубокая расщелина, скрытая от глаз. И там, в глубине — оно. Древнее. Голодное. Ждущее.

— Я иду, — прошептал он. — Жди меня. И готовься служить.

Ящик загудел в ответ.

Глубины расщелины. Ещё час спустя.

Они шли молча. Тело лейтенанта осталось позади — у них не было времени хоронить его, и Плор лишь накрыл его лицо обрывком плаща, прежде чем продолжить путь. Кайл запомнил координаты. Если они выживут, он вернётся за ним. Если нет — это не будет иметь значения.

Туннель продолжал расширяться. Прожилки на стенах стали такими толстыми, что напоминали корни гигантского дерева, оплетающие камень. Их пульсация была видна невооружённым глазом — ритмичная, как биение сердца. И с каждым шагом этот ритм становился громче, отдаваясь в груди.

— Оно близко, — произнёс Плор, останавливаясь. Его голос звучал глухо, как через толщу воды. — Совсем рядом. Я чувствую его разум. Огромный. Холодный. И очень, очень голодный.

Кайл кивнул. «Компас» внутри него уже не вибрировал — он выл. «Сердце Оазиса» колотилось как бешеное, пытаясь компенсировать разрушительное воздействие извне. А шёпот в голове стал отчётливее — теперь он различал слова. Не на общегалактическом. На каком-то древнем языке, которого не слышал никто из живущих.

Но он понимал их.

«Вы пришли… Вы пришли. Вы пришли!».

Туннель оборвался. Они вышли в пещеру — такую огромную, что света фонарей не хватало, чтобы разглядеть её границы. Стены, пол, потолок — всё было покрыто толстым слоем инея и оплетено пульсирующими прожилками. Они сходились в центре пещеры, как нервы сходятся к мозгу.

И там, в центре, висело Оно.

Огромное. Бесформенное. Пульсирующее в такт сигналу, который Кайл видел на спектрограмме. Мозг — или то, что когда-то было мозгом, а потом росло тысячи лет, питаясь Тьмой и холодом. Его поверхность была покрыта складками и бороздами, как у человеческого органа, но размеры… размеры были невообразимы. Десятки метров в поперечнике. Сотни тонн живой, мыслящей плоти, подвешенной на толстых, похожих на корни щупальцах, уходящих в стены, в пол, в потолок.

И оно говорило.

Не голосом — мыслью. Прямо в голове. Слова падали, как ледяные капли, и каждая отдавалась болью в висках.

«Вы пришли. Хорошо. Я ждал вас. Я ждал так долго».

Кайл сжал рукоять меча, чувствуя, как «Компас» внутри него вибрирует всё яростнее, пытаясь настроиться на чужеродный сигнал и не находя зацепок.

«Ты силён, маленький. В тебе есть что-то… чуждое. Что-то, чего я не узнаю».

Ментальное давление усилилось. Кайл почувствовал, как чужая воля пытается проникнуть в его разум — не грубо, но настойчиво, словно щупальце, ощупывающее незнакомый предмет. Артефакты внутри него взвыли, ставя блок. «Компас» развернулся, создавая поле отчуждения, «Сердце Оазиса» ускорило регенерацию, восстанавливая повреждённые нейронные связи.

«Подойди ближе. Я хочу видеть тебя».

— Не слушай его, — голос Плора прозвучал как сквозь вату. — Кайл, блокируй! Держи ментальный барьер!

Но Кайл уже сделал шаг вперёд.

Ноги двигались сами. Не по своей воле — нет, контроль над телом оставался при нём. Но любопытство, смешанное с упрямством старого сталкера, тянуло его вперёд.

«Хочешь посмотреть на меня, тварь? — мелькнула мысль в его голове. — Ну смотри. Только не пожалей потом». Он чувствовал, как ярость закипает в груди, смешиваясь с холодным расчётом. Это не был гнев джедая, готового пожертвовать собой ради других. Это была злость человека, который уже умирал однажды и теперь не боялся ни тьмы, ни смерти, ни того, что скрывалось в глубине.

«Компас» в его душе взвыл, пытаясь остановить его.

«Сердце Оазиса» ускорило ритм, готовя тело к тому, что должно было произойти.

А существо ждало. Его щупальца едва заметно шевелились, прожилки на стенах пульсировали всё быстрее, и в ментальном фоне появилось что-то новое — предвкушение.

«Хорошо. Подойди. Я покажу тебе то, что ты ищешь».

— Кайл! — крик Плора разорвал тишину пещеры.

Юнлинг сделал второй шаг.

Глава 16. Смерть близка.

Регион — Внешнее Кольцо

Сектор — Чоммель

Система — Набу

Планета — Набу

Северо-западный горный массив

Глубины расщелины

Существо ждало.

Его щупальца, уходящие в стены, пол и потолок, едва заметно шевелились, словно водоросли в медленном течении. Прожилки на стенах пульсировали чаще, и их ритм совпадал с тем самым пульсом, который Кайл чувствовал в груди с момента выхода из «Скай-Рейнджера». В пещере стало светлее — холодный белый свет исходил от самого Мозга, заливая пространство мертвенным сиянием.

Кайл сделал третий шаг.

— Стоять! — голос Плора разорвал тишину, и в тот же миг дурос сорвался с места. Его синий клинок описал дугу, рассекая воздух, и обрушился на ближайшее щупальце — туда, где оно соединялось с центральной массой.

Клинок вошёл в плоть. И не оставил следа.

Не было ни дыма, ни искр, ни пара — только Тьма, густая и холодная, на мгновение сгустилась вокруг лезвия и сомкнулась за ним, как вода за кормой корабля. Плор ударил снова — рубящий, прямой, снизу вверх. Тот же результат. Клинок проходил сквозь биомассу, но не резал её, не жёг, не оставлял ран. Словно само понятие «урона» здесь не имело смысла.

— Невозможно... — выдохнул дурос, отступая на шаг. Его глаза, обычно спокойные, сейчас горели холодной яростью и — Кайл видел это — тенью страха.

«Твоё оружие — свет. А я — тьма».

Голос прозвучал в голове у обоих одновременно. Кайл вздрогнул — этот голос отличался от того шёпота, который он слышал раньше. Тот был шёпотом, скребущимся о края сознания. Этот — говорил. Чётко. Властно. С насмешкой.

«Свет не может ранить тьму, джедай. Он может лишь осветить её. Ты пришёл с факелом в царство ночи и думаешь, что факел — это оружие?»

Плор сжал рукоять меча так, что пластик затрещал. Кайл видел, как побелели костяшки его пальцев.

— Ты не тьма, — произнёс дурос. Его голос звучал ровно, но в нём появилась та самая нота, которую Кайл уже научился распознавать — нота человека, который понял, что бой будет смертельным. — Ты — порождение тьмы. Паразит, возомнивший себя богом.

«Я — то, что было до вас. До джедаев. До ситхов. До этой планеты. Я — эксперимент, который пережил своих создателей».

Кайл стоял, не в силах пошевелиться. Не от страха — от того, что голос в его голове звучал теперь не как чужой. Он звучал как... знакомый. Словно кто-то, кого он знал когда-то, говорил с ним через толщу времени.

«Компас» в его душе взвыл.

Существо обратилось к нему напрямую. Плор что-то кричал — Кайл видел, как шевелятся его губы, — но звук не доходил до его ушей. Вокруг сгустилась тишина, плотная, как вакуум, и в этой тишине были только он и Оно.

«Ты боишься, маленький».

«Ты боишься не меня. Ты боишься того, что потерял. Того, что оставил позади».

Кайл почувствовал, как чужая воля касается его разума. Не грубо — не так, как контролёр в Зоне, который врывался в мозг, словно нож в масло. Иначе. Мягко. Почти ласково. Оно не пыталось сломать его — оно исследовало. Просматривало. Читало.

Перед его внутренним взором промелькнули образы. Зона. Ржавый остов вертолёта на фоне серого неба. Костёр в заброшенном доме. Лица — Призрак, Клык, Болотный Доктор. Монолит. Вспышка. Падение.

«Ты потерял свой мир. Ты хочешь вернуться».

Это был не вопрос.

Кайл сжал зубы. Он чувствовал, как «Сердце Оазиса» внутри него бьётся всё быстрее, пытаясь создать барьер, но существо не атаковало — оно просто говорило. И в его словах была правда. Та самая, которую Кайл прятал глубоко внутри, даже от самого себя.

«Я знаю путь, маленький. Я — порождение разрыва. Меня создали, чтобы пробить ткань реальности. Мои создатели хотели достичь того, что лежит за гранью Силы. Они добились успеха — но не смогли контролировать результат. И теперь я здесь. Запечатанный. Ждущий».

Щупальца Мозга шевельнулись, и одно из них — тонкое, полупрозрачное — потянулось к Кайлу. Плор метнулся вперёд, но другое щупальце, толстое, как ствол дерева, преградило ему путь. Дурос отсёк его кончик — но, как и раньше, Тьма сомкнулась за лезвием, не оставив раны.

«Служи мне. И я покажу тебе путь назад. В твой мир. К твоим друзьям. К твоей жизни. Всё, что ты потерял — я могу вернуть».

Кайл молчал. Его рука, сжимающая световой меч, дрожала.

— Не слушай его, Кайл! — голос Плора наконец прорвался сквозь пелену. — Это ложь! Оно питается твоим страхом!

«Это не ложь. Я не умею лгать. Я — разум, а разум оперирует фактами. Ты хочешь вернуться — я знаю путь. Ты хочешь спасти своих друзей — я могу дать тебе силу. Ты хочешь, чтобы те, кого ты потерял...»

— Заткнись.

Слово вырвалось у Кайла раньше, чем он успел подумать. Он поднял голову и посмотрел прямо в центр бесформенной массы — туда, где пульсировало ядро.

— Ты не знаешь, чего я хочу. Ты видишь обрывки. Картинки. Ты не понимаешь, что они значат.

«Я понимаю больше, чем ты думаешь».

— Тогда ты понимаешь и другое. — Кайл активировал меч, и голубой клинок осветил его лицо. — Я уже терял всё. И я не собираюсь терять это снова.

В тот же миг Плор нанёс удар.

Не мечом — Силой.

Кайл почувствовал, как вокруг дуроса сгустилось давление — не физическое, но ментальное, плотное, как кулак. Плор вошёл в медитативный транс, тот самый, которому учил Кайла в Зале Тысячи Фонтанов, и бросил всю свою волю против сознания твари. Это был не просто ментальный удар — это был поединок. Два разума схлестнулись в невидимом пространстве, и Кайл, всё ещё связанный с существом через «Компас», ощутил это как удар грома.

Плор давил. Тварь сопротивлялась. На мгновение давление ослабло — и Кайл увидел то, что дурос вытащил из глубин сознания Мозга.

Древние машины. Огромные кристаллы, пульсирующие Тьмой. Существа в мантиях — не ситхи, не джедаи, кто-то иной, более древний. Они что-то создавали. Что-то, что должно было пробить ткань реальности. Оружие. Или инструмент. Или — мост.

Эксперимент вышел из-под контроля. Существо вырвалось на свободу — и его запечатали здесь, в недрах Набу, за тысячи лет до того, как первые колонисты ступили на эту планету.

— Древний эксперимент, — произнёс Плор сквозь сжатые зубы. — Ему тысячи лет. Его создали не ситхи — кто-то иной. Те, кто хотел пробить грань между мирами. — Он повернул голову к Кайлу, и юнлинг увидел, как по лицу дуроса струится пот, а глаза налились кровью. — Оно питается Тьмой, но само — не Тьма. Оно — разум, заключённый в биомассу. И у него есть ядро. В центре. Если мы уничтожим ядро...

«Ты умрёшь раньше, чем приблизишься к нему», — голос существа стал холодным. — «Твоя воля сильна, джедай. Но Тьма — сильнее».

Ментальное давление усилилось стократно. Плор пошатнулся, но устоял.

— Кайл... — выдавил он. — То, что ты хранишь в себе... используй это. Ты видишь больше, чем я.

Кайл понял без лишних слов. Плор не знал об артефактах — но он видел достаточно, чтобы понять: в его падаване скрыто нечто, что не принадлежит этому миру. И сейчас это нечто было их единственным шансом.

«Компас» в его душе уже не выл — он работал. Тот самый артефакт, который в Зоне помогал находить аномалии и безопасные проходы, теперь настраивался на структуру существа. Кайл закрыл глаза и позволил ему вести.

Мир перед его внутренним взором изменился. Он видел Тьму — не как отсутствие света, а как субстанцию, плотную, текучую, пронизывающую каждый сантиметр биомассы. Он видел щупальца — не физические, а ментальные, тянущиеся от Мозга к стенам пещеры, к полу, к потолку, к ним. И он видел ядро.

Оно пульсировало в центре — сгусток чистой Тьмы, окружённый слоями биомассы. И в этом сгустке было что-то ещё. Что-то знакомое.

Сигнал. Тот самый сигнал, который они видели на спектрограмме. Он исходил не от всей твари — он исходил от ядра.

— Я вижу его, — произнёс Кайл. — Ядро. Оно в центре.

— Тогда иди! — крикнул Плор. — Я держу его!

Дурос вложил в ментальный блок все оставшиеся силы. Тварь взревела — не голосом, но волной давления, от которой у Кайла зазвенело в ушах. Но он уже бежал.

«Сердце Оазиса» работало на пределе, залечивая микроразрывы нервных тканей, которые возникали от ментальных атак. «Компас» вёл его, показывая путь сквозь лабиринт щупалец и прожилок.

Он добежал до центральной массы. Вонзил меч.

Клинок вошёл в плоть — и на этот раз оставил рану. Не глубокую, но настоящую: края разреза задымились, и существо вздрогнуло всем своим исполинским телом. Кайл почувствовал, как «Компас» внутри него завибрировал иначе — словно артефакт наконец нашёл то, что искал. Его энергия потекла по руке, смешиваясь с Силой, проходящей через кристалл меча, и клинок на долю секунды изменил цвет — не голубой, а какой-то иной, с оттенком, которого не существовало в спектре джедайских мечей. Чужеродный. Не принадлежащий этому миру.

Существо закричало.

Это был настоящий крик — не ментальный, а физический, вырвавшийся из глубин биомассы. Стены пещеры задрожали. С потолка посыпались камни. Щупальца задёргались в конвульсиях, и одно из них, толстое, как колонна, ударило Кайла в грудь, отбросив его к стене.

Он врезался в камень, выбив облако инея. Воздух вылетел из лёгких, перед глазами поплыли круги. Но он не выпустил меч.

А потом он увидел это.

Тварь, обезумев от боли, собрала всю свою мощь для ответного удара. Не физического — ментального. Такого, который должен был стереть разум Кайла в пыль.

Плор это понял. Плор, который держал ментальный блок на пределе сил. Он видел, как его падаван поднимается у стены, оглушённый и не готовый защищаться.

— НЕТ! — крикнул дурос и сделал то единственное, что мог.

Он шагнул вперёд и принял удар на себя.

Кайл увидел, как лицо его учителя исказилось. Не от боли — от запредельного напряжения. Глаза Плора закатились, из носа хлынула кровь, и он рухнул на колени, а затем — лицом вниз, в иней, который тут же начал таять от тепла его тела.

Ментальный крик оборвался. Тварь потратила на этот удар почти все силы.

— Мастер... — прохрипел Кайл, поднимаясь на ноги.

Плор не ответил. Его сознание угасло — Кайл чувствовал это через Силу. Не умер — Сила ещё теплилась в нём, слабая, как огонёк свечи на ветру, — но джедай был где-то далеко, за гранью досягаемости. Кайл опустился рядом на колени и положил руку на лоб учителя, пытаясь применить ту базовую технику исцеления, которую им показывали в Храме. Ничего.

Ментальные раны так не лечатся. Он стиснул зубы, чувствуя, как внутри закипает ярость — не на тварь, а на самого себя. Беспомощного. Слишком слабого. «Сердце Оазиса» внутри него билось ровно, но его сила была направлена внутрь, на самого Кайла. Он не умел делиться ею. Пока не умел.

Он остался один.

Тварь пульсировала. Её ядро было повреждено, но не уничтожено. Биомасса медленно стягивалась к центру, залечивая рану. У Кайла было, может быть, несколько минут, прежде чем она восстановится.

Он поднял меч.

И в этот момент услышал шаги.

Тяжёлые. Уверенные. Не крадущиеся, не осторожные — спокойные шаги человека, который не боится того, что может встретить в темноте.

Кайл обернулся.

Из туннеля вышел человек. Высокий, плечистый, одетый в простой дорожный плащ поверх тёмной, добротной одежды — не броня, не мантия ситха, просто вещи, которые можно найти в любом магазине одежды. Его лицо было сероватым, покрытым сеткой старых шрамов — но шрамы эти были тонкими, почти незаметными, словно память о том, что было давно и уже не болит.

Голова — с длинными чёрными волосами, собранными в низкий хвост — небрежно, но видно было, что он носит их с гордостью и порой проводит по ним длинными пальцами, словно всё ещё не может привыкнуть к тому, что они у него есть.

И глаза. Кайл ожидал увидеть жёлтые — пламя Тёмной стороны, горящее в глазницах, как у ситхов из старых записей. Он готовился к этому. Но глаза незнакомца были тёмными.

Глубокими. Спокойными. Глазами человека, который видел слишком много и вернулся оттуда, откуда не возвращаются. И от этого спокойствия Кайлу стало страшнее, чем от любой Тьмы.

Тварь тоже почувствовала его. Биомасса задрожала. Щупальца втянулись ближе к центру. Ядро запульсировало чаще.

И тогда оно заговорило. Не с Кайлом. Не с Плором. С ним.

«Подчинись».

Голос существа прозвучал в пещере — не мыслью, а вслух, физическим звуком, заставившим стены завибрировать. Это был приказ. Тот самый, которым оно подчинило патруль, лейтенанта, десятки других существ до них.

Человек остановился. Медленно, очень медленно повернул голову к Мозгу. На его лице не было ни страха, ни гнева — только лёгкое, почти незаметное удивление. Словно ему только что сказали что-то настолько глупое, что он не сразу поверил своим ушам.

— Я? — произнёс он.

Он шагнул вперёд. Не к Кайлу — к существу. Его голос, тихий и спокойный, разнёсся по пещере, как эхо грома.

— Ты смеешь говорить мне, Дарт Сиону, Владыке Боли, реликт древней эпохи, что Я должен подчиниться?!

Он рассмеялся — коротко, сухо, без пафоса. Смех человека, который только что услышал очень старую и очень несмешную шутку.

— Ты, который прятался в этой дыре тысячелетиями. Ты, который питался страхом мелких существ и возомнил себя богом. Ты, жалкий сгусток протоплазмы с амбициями — ты приказываешь МНЕ?!

На мгновение — на одно короткое, почти неуловимое мгновение — Кайл почувствовал, как вокруг человека сгустилась Тьма. Не та, что текла в прожилках существа — холодная и чужая. Иная. Живая. Древняя, как сама Галактика, и такая же безразличная. «Компас» взвыл. «Сердце Оазиса» забилось в панике. Кайл понял: этот человек не просто пользовался Тёмной стороной. Он был ею — когда-то, давно, в прошлой жизни. И даже сейчас, ослабленный и не желающий привлекать к себе внимание, он мог раздавить Мозг, как насекомое.

Существо это тоже поняло. Его щупальца задрожали, биомасса сжалась до половины прежнего размера. Ядро пульсировало так быстро, что отдельные вспышки слились в одно непрерывное сияние. Оно боялось. Впервые за тысячи лет оно встретило того, кто был сильнее.

А Сион уже отвернулся от него, потеряв интерес. Теперь он смотрел на Кайла. Не на Плора — на Кайла.

— Юнлинг, — произнёс он. — С мечом. И с чем-то ещё. — Он чуть склонил голову набок, рассматривая мальчика. — Ты ударил его. Ты, а не мастер. Чем?

Кайл не ответил. Он стоял, сжимая меч, между бессознательным телом учителя и двумя порождениями Тьмы. И впервые за долгое время он почувствовал себя не сталкером, не джедаем, а просто мальчиком, который оказался не в том месте и не в то время.

Сион улыбнулся — одной стороной рта, и от этой улыбки у Кайла мороз пробежал по коже.

— Что ж, — произнёс он. — Похоже, у нас с тобой будет долгий разговор.

Глава 17. Выбрались, мастер!

Регион — Внешнее Кольцо

Сектор — Чоммель

Система — Набу

Планета — Набу

Северо-западный горный массив

Глубины расщелины

Сион ждал.

Несколько секунд, растянувшихся в маленькую вечность. Кайл же, находясь напротив него, чувствовал, как воздух в пещере стал плотным, словно перед грозой, и в этом воздухе висело ожидание. Сион смотрел на него — не как на врага, не как на жертву, а... как на загадку. Загадку, которую небходимо разгадать. И это было хуже всего.

— Ты не отвечаешь, — произнёс Сион, вглядываясь в не по детски холодные глаза находящегося перед ним юнлинга. Его голос звучал всё так же спокойно, но Кайл уловил в нём нотку раздражения — тонкую, едва заметную, как трещина в камне. — Я спросил тебя, юнлинг: чем ты ударил его?

Кайл молчал, даже дышать стал пару раз в минуту. Его разум работал на пределе, перебирая варианты, отбрасывая те, что вели к немедленной смерти, и цепляясь за те, что давали хотя бы крохотный шанс. Шанс если и не выжить, то воткнуть меч в черепную коробку надменного сукина сына, стоящего перед ним и уже решающего ЕГО судьбу.

«Он не нападает. Почему? Мог бы уже убить. Мог бы сломать меня, как это нечто позади нас. Но он ждёт ответа, значит - ему интересно, а его интерес — это наше время. Время — на то, чтобы сохранить жизнь».

— Твой меч изменил цвет, — продолжил Сион. Он чуть склонил голову набок, и в этом жесте Кайлу почудилось что-то птичье — хищное, изучающее. — На малую долю секунды, но я успел заметить. Так не бывает с обычными кристаллами. Так бывает, когда через клинок проходит нечто, чего обычный мир не знает. — Он сделал шаг вперёд. — Я чувствую это в тебе. Чужое. Не принадлежащее Силе или хоть чему-либо существующему в этой галактике. То, чего не было здесь и нигде одновременно, пока я не вышел из вечного сна.

Кайл сжал рукоять меча. «Компас» внутри него вибрировал, «Сердце Оазиса» разгоняло кровь. Артефакты чувствовали угрозу и готовились защищать носителя.

— Я совершенно не понимаю, о чём вы говорите, — произнёс он. Голос прозвучал ровно, без дрожи.

Сион улыбнулся. Жутко. Одной стороной рта.

— Лжёшь. — Он произнёс это без злобы, почти одобрительно. — Ты лжёшь мне в лицо, юнлинг, хотя знаешь, кто я. Врёшь, не смотря на то, что пред тобой и твоим учителем стоит твой палач, тот, кто мановением руки может низвести тебя до атомов. - Дарт отслеживал реакцию, ждал чего-то, что не смог получить, из-за чего с прищуром взглянул на юношу поближе и продолжил. - Или догадываешься. Это смелость. Или глупость. — Он сделал ещё один шаг. — Но я не люблю, когда меня держат за дурака.

Он больше не ждал.

Сион повернулся к телу Плора, чьё лицо было грязным из-за крови и комьев пыли, прилипших к нему, лежащему в инее, и небрежно, почти лениво взмахнул рукой. Дурос взмыл в воздух, подхваченный телекинезом — безвольный, с запрокинутой головой. Плащ повис, как сломанные крылья.

— Твой учитель, — произнёс Сион. — Сильный. Я чувствую его волю даже сейчас, когда он без сознания. Он подставил себя под удар, чтобы защитить тебя. Это вызывает уважение. — Он развернул Плора лицом к Кайлу. — Но уважение не спасёт его, если ты продолжишь молчать.

Кайл стиснул зубы. Он знал, что Сион блефует — пока блефует, — но это не делало ситуацию менее опасной.

— Отпустите его, — произнёс он. — Он вам не нужен. Вы пришли за тем же, за чем и мы, этим... Экспериментом Силы.

— Верно, — согласился Сион. — Я пришёл за существом. Но ты — неожиданность. А неожиданности нужно изучать, ведь никто не хочет, чтобы она всегда оставалась такой.

Он поднял вторую руку, и Кайл почувствовал, как невидимая сила обхватила его торс. Рывок — и он повис в воздухе, беспомощный, как пойманная рыба. Световой меч выскользнул из пальцев и упал в иней.

Но не сразу. На пол секунды позже, чем следовало. Телекинез Сиона встретил сопротивление — не физическое, но какое-то иное, глухое, словно Кайл был тяжелее, чем должен был быть. Сион нахмурился. Почти незаметно.

— Интересно, — пробормотал он. — Ты сопротивляешься. Не осознанно — на уровне сути. То, что внутри тебя, не хочет подчиняться. Даже мне.

Он мог бы надавить сильнее — но не стал. Слишком много неизвестных. Слишком близко джедаи. Он до сих пор был ослаблен после воскрешения и не мог тратить драгоценное время на любопытство сейчас, это было бы глупо.

Он подтянул Кайла ближе, и юнлинг увидел его глаза вблизи. Тёмные. Спокойные. Усталые. Но в их глубине горел холодный, расчётливый интерес исследователя, обнаружившего новый вид.

— Я предлагаю тебе выбор, юнлинг. — Голос Сиона стал тише, но от этого не менее опасным. — Ты расскажешь мне, что ты такое и как тебе удалось ранить то, что не ранит световой меч. А я, в обмен, сохраню жизнь твоему учителю. И тебе.

Он чуть повернул голову в сторону Мозга, который всё ещё пульсировал, сжавшись до половины прежнего размера.

— Существо я заберу, оно моё по праву сильного. Пускай и в порыве дурости попыталось подчинить меня, но за это оно будет служить. Но вы… вы можете уйти. Если ответишь.

Кайл молчал. «Компас» внутри него выл, «Сердце Оазиса» разгоняло кровь до предела, и где-то на границе сознания он чувствовал, как его собственная Сила — та, что была в нём до артефактов, та, что делала его джедаем, — тянется к учителю, пытаясь то ли защитить, то ли исцелить.

— Вы не оставите нас в живых, — произнёс он. — Вы ситх. Ситхи не оставляют свидетелей.

— Я Дарт Сион, — поправил его человек. — Я не «ситх». Я — Владыка Боли. И я держу слово. Всегда.

Он усмехнулся.

— Кроме тех случаев, когда не держу.

Он подтянул Кайла ещё ближе, так что их лица разделяло не больше метра. Плор висел рядом, безвольный и беззащитный, как сломанная кукла.

— У тебя десять секунд, юнлинг. — Голос Сиона стал жёстким, раздражение прорвалось наружу. — Потом я начну ломать твоего учителя. Медленно. Больно. А когда закончу — возьмусь за тебя. И ты расскажешь мне всё сам. Просто это будет гораздо, гораздо неприятнее.

Кайл смотрел в его глаза. Тёмные. Спокойные. И видел там не безумие — расчёт. Не садизм — прагматизм. Сион не угрожал ради удовольствия. Он просто ставил условия. И он выполнит угрозу, если Кайл не ответит.

Десять секунд — это больше, чем кажется. Когда каждая секунда может стать последней, время течёт иначе, словно расплавленный металл, заливающий сознание. Кайл успел подумать о многом. О том, что врать бесполезно — Сион чувствует ложь. О том, что правда убьёт их быстрее лжи. О том, что лучшая защита — это нападение, но нападать сейчас нечем и не на кого. О том, что сталкер не сдаётся, пока у него есть хотя бы один неиспользованный шанс.

И он успел заметить, как в свете пульсирующих прожилок на стенах что-то изменилось. Тени стали короче. Воздух дрогнул.

— Время вышло, — произнёс Сион и развернул ладонь к Плору.

Дурос захрипел. Его тело выгнулось дугой, пальцы заскребли по воздуху, а горло сжалось под невидимой хваткой. Сион не касался его — просто смотрел, как учитель Кайла задыхается в беспамятстве, и ждал ответа.

И в этот момент заговорил коммуникатор.

— Говорит полковник Сурк, 4-й батальон сил безопасности Набу! Всем, кто находится в зоне поражения: мы начинаем зачистку! Приготовьтесь к сейсмической волне!

Голос хлынул из нагрудного крепежа Кайла — громкий, уверенный, настоящий. Сион замер. Его хватка на горле Плора ослабла.

«Падме, — понял Кайл. — Королева не стала ждать. Хах. Подняла резерв и приказала: если не выйдем на связь, значит штурм. Не зря получается блокада проходила, хоть что-то в мозгах да осталось».

— Что это? — спросил Сион. В его голосе впервые прозвучало что-то, похожее на удивление.

Ответ пришёл раньше, чем Кайл успел открыть рот.

Стены пещеры дрогнули. С потолка посыпались камни — сначала мелкие, потом крупнее. Одно из щупалец Мозга, соединяющее его с потолком, лопнуло, разбрызгивая сгустки Тьмы. Гул, низкий и мощный, прокатился по пещере, отдаваясь в костях.

— Сейсмические заряды, — произнёс Кайл. — Они решили не ждать.

Сион выругался. Не на общегалактическом — на каком-то древнем языке, которого Кайл не знал, но смысл угадал безошибочно.

— Твои друзья? — бросил он, не оборачиваясь.

— Скорее, коллеги, — ответил Кайл. — Я здесь по работе.

Сион посмотрел на него — и вдруг расхохотался. Коротко, зло, но искренне.

— А ты мне нравишься, юнлинг. — Он опустил Плора на землю — не бросил, а именно опустил, аккуратно, словно передумал ломать. — Жаль, что у нас нет времени поболтать побольше.

Он развернулся к Мозгу. Существо, всё ещё ослабленное после удара Кайла, сжалось ещё сильнее, почувствовав его приближение. Сион коснулся биомассы ладонью, и по щупальцам пробежала дрожь.

«Ты будешь подчиняться, — произнёс он мысленно. — Не потому что хочешь. Потому что теперь ты — часть меня». Тьма вокруг его пальцев вплелась в плоть Мозга, и существо затихло, принимая оковы.

Он повернулся к Кайлу в последний раз.

— Мы ещё встретимся, юнлинг. — Он усмехнулся. — И тогда ты ответишь на мой вопрос. Добровольно. Или нет.

Он взмахнул рукой, и Тьма вокруг него сгустилась, поглощая свет. Через мгновение ни Сиона, ни существа в пещере не было — только потревоженный воздух и удаляющийся звук шагов где-то в дальнем туннеле.

Кайл рухнул на землю. Телекинез, державший его, исчез. Он лежал на холодном камне, тяжело дыша, и смотрел в темноту, куда ушёл Владыка Боли.

«Компас» внутри него успокаивался. «Сердце Оазиса» замедляло ритм. Опасность наконец-то миновала.

Он подполз к Плору, проверил пульс. Жив. Дыхание ровное. Сознание не вернулось, но Сила в нём теплилась ярче, чем раньше. Ментальный блок, который держал дурос, медленно рассасывался.

А сверху, из туннеля, уже доносились голоса и топот десятков ног.

— Сюда! Я слышал голос! Они здесь!

Кайл поднялся на ноги. Световой меч сам прыгнул в ладонь — он активировал его, просто чтобы осветить пространство.

Первым в пещеру ворвался рослый офицер в походной броне сил безопасности Набу. Его винтовка была вскинута, а взгляд метался по сторонам, выискивая угрозу. За ним — ещё пятеро, веером рассыпавшиеся по краям пещеры.

Офицер открыл рот, чтобы отдать команду, но осёкся. Его взгляд скользнул по обрубленным щупальцам, которые всё ещё дымились, по выжженному кругу в центре пещеры, по инею, местами превратившемуся в пар. Он видел разрушения, которые не могло оставить обычное оружие, и на мгновение в его глазах промелькнуло то самое выражение, которое бывает у ветеранов, столкнувшихся с чем-то за пределами их понимания.

«Что здесь, хатт побери, произошло?» — читалось на его лице.

— Стоять! — рявкнул он, справившись с собой. — Руки чтобы я видел! Ты кто такой? Где объект?

Кайл медленно, очень медленно поднял руки. Меч он активировать не стал — просто держал в опущенной ладони, показывая, что не собирается атаковать.

— Какие люди в Голливуде, — произнёс он. Голос прозвучал хрипло, но в нём явственно слышалась ирония. — Вы, я так понимаю, не из доставки пиццы?

Офицер нахмурился. Он явно не понял ни слова, но винтовку не опустил.

— Я юнлинг Ордена Джедаев Кайл Стрелецкий, — продолжил Кайл уже серьёзнее. — Со мной мастер Плор Кун, он ранен и без сознания. Угроза нейтрализована. Объект покинул пещеру. А теперь, — он кивнул на всё ещё вскинутую винтовку, — будьте добры, уберите ствол. У меня был очень долгий день, и я не в настроении играть в гляделки.

Офицер помедлил секунду, потом опустил винтовку и жестом приказал своим людям рассредоточиться по пещере.

— Полковник Сурк, 4-й батальон, — представился он. — Её величество приказала начинать штурм, если вы не выйдете на связь через пару-тройку часов после прибытия. Вы не вышли.

— Я заметил, — сухо отозвался Кайл. — Спасибо, что не опоздали.

Сурк оглядел пещеру ещё раз, задержав взгляд на обрубленных щупальцах и выжженном круге, потом снова повернулся к юнлингу.

— Что здесь произошло? Где патруль?

Кайл провёл ладонью по лицу, стирая кровь и пот. Пальцы дрожали — он только сейчас это заметил. «Я не железный. Мне нужно отключиться хотя бы на час». Он заставил себя выпрямиться и встретил взгляд полковника.

— Патруль мёртв, — произнёс он. Голос прозвучал глухо, с хрипотцой. — Лейтенант Дев погиб, выполняя долг. Остальные — ещё раньше, если вы прошли не по нашему туннелю, то понятно почему вы спрашиваете... - Стрелецкий глубоко вздохнул и продолжил. - Тела остались лежать где-то в километре от этого места, вон в том направлении, забрать надо будет. - Сурк кивнул и направил подошедшую пару бойцов в указанный туннель. - Все подробности произошедшего здесь я сообщу лично её величеству. Не потому что не доверяю вам, полковник, — он чуть усмехнулся, но улыбка вышла усталой, вымученной, — а потому что не хочу повторять одно и то же дважды. У меня нет на это сил.

Танн смерил его взглядом. Стоящий перед ним мальчишка выглядел лет на двенадцать, но говорил как ветеран, и в его глазах полковник увидел то, что привык видеть у солдат после долгого боя — пустоту, за которой пряталась усталость, готовая в любой момент обернуться обмороком.

— Принято, — коротко сказал он. — Медики! Мастера Плора на носилки. Остальным — прочесать пещеру. Дэвид, Андерсон, жду выход на связь через 10 минут!

Кайл опустился на колено рядом с Плором, пока медики перекладывали дуроса на носилки. Учитель дышал ровно, но сознание так и не вернулось. «Сердце Оазиса» внутри Кайла билось ровно, и он в очередной раз с раздражением подумал о том, что не умеет делиться его силой.

— Держись, мастер, — тихо произнёс он. — Мы выбрались...

Королевский дворец. Тид. Час спустя.

Кайл сидел в том же малом кабинете, где они с Плором были всего несколько часов назад. Те же лампы, тот же стол, та же королева напротив — только теперь всё изменилось. Падме выглядела ещё более уставшей, чем при их первой встрече, но в её глазах, когда она слушала его рассказ, не было ни тени сомнения.

Кайл говорил ровно, но медленнее обычного — каждое слово давалось с усилием, словно он выталкивал его сквозь вязкий туман усталости. О спуске. О ментальном давлении. О лейтенанте Деве, который погиб, пытаясь спасти своего бывшего инструктора. О существе — древнем Мозге, порождении Тёмной стороны. О том, как Плор принял ментальный удар на себя. И о том, что произошло после.

Пару раз он замолкал, прикрывая глаза, и Падме не торопила его — просто ждала, пододвинув стакан с водой.

— Там был ещё кое-кто, — произнёс он, когда основная часть рассказа была закончена. Пальцы, сжимающие стакан, чуть дрогнули.

Падме подалась вперёд.

— Кто?

— Дарт Сион, — произнёс Кайл. — Владыка Боли. Ситх старой эпохи. Он забрал существо и ушёл.

В кабинете повисла тишина. Падме смотрела на него, не перебивая, и Кайл продолжил — рассказал всё. Как Сион появился в пещере, как существо попыталось подчинить его и получило отпор, как Сион предложил Кайлу сделку и как сейсмические заряды спугнули его.

Когда он закончил, Падме долго молчала. Потом поднялась, подошла к окну и несколько секунд смотрела на огни города.

— Вы уверены, что это был ситх? — спросила она, не оборачиваясь.

— Он сам так сказал. И Тёмная сторона вокруг него была... — Кайл замялся, подбирая слово, — настоящей. Древней. Не как у того... существа. Как у кого-то, кто родился с ней.

— И он вас не убил.

— Я ему зачем-то понадобился. — Кайл помолчал. — Он сказал, что мы ещё встретимся.

Падме обернулась. Её лицо было спокойным, но Кайл видел, как она сжала край стола — тонкие пальцы побелели от напряжения.

— Я распоряжусь усилить патрули, — произнесла она. — Если этот Сион ещё в системе, мы его найдём.

— Не найдёте, — тихо сказал Кайл. — Он ушёл. Он не хотел, чтобы его заметили. — Он поднял на неё глаза. — Но он вернётся. За мной.

Падме выдержала его взгляд. Потом кивнула.

— Тогда мы должны быть готовы. — Она вернулась к столу и активировала датапад. — Я отправляю запрос на корабль с джедаем-целителем. Мастеру Плору нужна помощь, которую наши врачи оказать не в силах. Ментальные раны — это за пределами их компетенции. — Она на мгновение замялась, и Кайл увидел в её глазах тень того самого страха, который она прятала с момента их первой встречи. — Он выживет?

— Выживет, — ответил Кайл. Он не знал этого наверняка, но «Сердце Оазиса» внутри него билось ровно, и где-то на границе Силы он чувствовал, что учитель держится. — Он сильный.

Падме кивнула и нажала кнопку вызова.

— А теперь, — произнесла она, — вы, юнлинг, отправитесь в лазарет. И не спорьте.

Кайл хотел возразить, но понял, что с момента столкновения с пещерными сводами, почти с пяток рёбер нещадно ныли, намекая о внутренних травмах. Удар щупальца о стену не прошёл бесследно. «Сердце Оазиса» уже работало над этии, но даже его возможностей было недостаточно, чтобы исцелить всё мгновенно.

— Хорошо, — сдался он, поднимаясь. — Но сначала — связь с Корусантом. Совет должен знать, что здесь произошло.

Королевский дворец. Лазарет. Час спустя.

Кайл сидел на краю медицинской койки, пока дроид-медик обрабатывал ссадины на его спине и вкалывал регенеративный состав в потрескавшиеся рёбра. Он почти не чувствовал боли — «Сердце Оазиса» уже притупило её до уровня фонового шума, — но тело всё ещё помнило каждое попадание и требовало отдыха.

Он смотрел в потолок, прокручивая в голове произошедшее. Не бой и не встречу с Мозгом, его интересовал Владыка, блять, Боли. Сион. Человек, который появился из ниоткуда и исчез в никуда. Человек, который держал его в плену тела обыкновенным телекинезом. Человек, который сказал: «Мы ещё встретимся».

«Я жив. Плор жив. Сион и Сущестсво ушли. Первый из пары имеет очень плотный интерес ко мне. И что теперь?»

Ответа у него не было. Но он знал одно: нужно готовиться. Не к экзаменам в Храме. Не к турнирам юнлингов. К войне. К настоящей войне, где противник сильнее, быстрее и опытнее, и самое, сука, опасное - про него ничего не известно.

Он поднялся с койки, когда дроид закончил, и направился к выходу. В коридоре его уже ждала Падме.

— Связь с Корусантом готова, — произнесла она. — Совет ждёт.

Королевский дворец. Зал защищённой связи.

Голубые голограммы мерцали в полумраке. Девять магистров Высшего Совета — Йода, Мэйс Винду, Тивокка, Оппо Ранцизис, Пло Кун, Ки-Ади-Мунди, Ади Галлия, Сэси Тийн и Йаддль — смотрели на юнлинга, который только что пережил встречу с Владыкой Боли. Эвен Пиелл и Яраэль Пуф всё ещё были на Датомире, но кворум был собран. Кайл сидел перед передатчиком, Падме стояла чуть позади, готовая подтвердить его слова.

Кайл рассказывал так же, как и Падме — ровно, без эмоций, не утаивая ничего, кроме природы артефактов. Когда он дошёл до момента, где его меч ранил существо, он просто сказал: «Я не знаю, как это вышло. Возможно, дело в концентрации Силы в точке удара. Возможно — в самом существе, которое было ослаблено после ментальной атаки мастера Плора».

Йода слушал, не перебивая. Его маленькие пальцы сжимали клюку, а глаза — тёмные, глубокие — смотрели куда-то сквозь Кайла, словно читали не слова, а что-то за ними.

Когда рассказ был окончен, первым заговорил Винду.

— Дарт Сион, — произнёс он, и в его голосе прозвучала та самая сталь, которую Кайл уже слышал однажды. — Это имя из легенд. Из тех, что считались вымыслом.

— Не вымысел, — тихо произнесла Падме. — Я говорила с юнлингом. Он не лжёт.

— Мы не сомневаемся в его правдивости, — отозвался Ранцизис. Его голос звучал сухо, почти скрипуче. — Но появление Владыки Боли — это катастрофа. Если он действительно пробудился, мы должны немедленно начинать поиски.

— Искать его сейчас — только тратить ресурсы, — возразил Тивокка. — Он ушёл, и ушёл намеренно. Он не хочет, чтобы его нашли. Мы должны сосредоточиться на том, что мы можем контролировать. А именно — на защите юнлинга и восстановлении мастера Плора.

Йода наконец поднял голову. Он посмотрел на Кайла долгим, изучающим взглядом, и в этом взгляде было что-то, отчего у юнлинга пересохло во рту. Старый магистр не выглядел рассерженным. Он выглядел понимающим — и это пугало больше.

— Не знаешь, говоришь ты, как удалось ранить существо, — произнёс он. — Хм. А чувствую я, что знаешь ты больше, чем говоришь. — Он чуть склонил голову набок. — Но время для правды всей ещё не пришло, видимо. Когда придёт — надеюсь, доверишься ты Совету. А пока... — он стукнул клюкой по полу, и голограммы дрогнули, — согласен с Тивоккой я. Останешься на Набу ты. Дождись пробуждения учителя. Защищён ты там лучше, чем в Храме, — он помолчал, и в его глазах промелькнуло что-то, похожее на горечь, — как ни горько это признавать.

— Отправят ли к нам джедая? — спросил Кайл, чувствуя, как внутри отпускает тугая пружина. Йода не стал допрашивать. Йода понял. И от этого было легче — и одновременно тяжелее.

— Уже отправлен, — ответил Винду. — Мастер Т'ра Саа вылетела немедленно, как только мы получили ваш предварительный запрос. Она будет на Набу через несколько часов.

Кайл кивнул, чувствуя, как с плеч падает ещё одна тяжесть. Т'ра Саа была одной из лучших целителей Ордена, сравнятся с которой смогла лишь Вокара Че да пара других мастеров. Если кто и мог помочь Плору прямо сейчас, да встать на его страже до поправки — то только она.

— Есть ещё кое-что, — произнёс Йода, и Кайл напрягся. — Сион заинтересовался тобой. Не просто как джедаем — как феноменом. Он сказал, что вы ещё встретитесь. Это значит, что ты теперь — цель. Не только для него, но и для тех, кто может захотеть использовать тебя как приманку. Будь осторожен, юнлинг.

— Я всегда осторожен, — ответил Кайл. — Меня так учили.

— Учили тебя хорошо, — согласился Йода. — Но против Владыки Боли осторожности недостаточно.

Он стукнул клюкой по полу, и голограммы погасли. Кайл остался сидеть в полумраке, чувствуя, как «Компас» внутри него снова начинает вибрировать — на этот раз тихо, предупреждающе.

— «Он знает, — подумал Кайл. — Не всё. Но достаточно, чтобы догадываться. И он не давит. Почему? Потому что доверяет, или потому что ждёт?»

Ответа не было. Но он знал одно: когда придёт время, этот разговор продолжится. И к нему нужно быть готовым.

Гиперпространство. Борт грузового буксира.

Дарт Сион сидел в грузовом отсеке, скрестив ноги, и смотрел на маленькое хранилище в углу. Мозг, сжавшийся до размеров мотоциклетного шлема, пульсировал внутри контейнера, опутанный сетью Тьмы. Он больше не пытался подчинять — он ждал. Сион чувствовал его страх и его ненависть, смешанные в один тугой комок. Из такого материала получались отличные слуги.

Но сейчас его мысли были заняты не существом. Юнлинг. Мальчишка с мечом, который изменил цвет. Мальчишка, который сопротивлялся его телекинезу и даже не заметил этого. Мальчишка, в котором Сион почувствовал то, чего не чувствовал никогда раньше. Чужое. Не принадлежащее этому миру.

«Кайл. — Он вспомнил, как ухватил это имя из разума дуроса, когда держал его в захвате. Последняя мысль учителя перед ударом была о падаване. — Интересно, знает ли сам мальчишка, что он такое? Или он так же слеп, как его наставник?»

— Кто же ты такой? — произнёс он в пустоту.

Ответа не было. Но Сион знал, что однажды он его получит. Терпение было его сильной стороной — когда-то давно, до боли, до смерти, до всего этого. И теперь, обретя новое тело и новую цель, он мог ждать.

Он провёл пальцами по волосам, всё ещё помня, как был лишён их, и улыбнулся.

— Мы ещё встретимся, Кайл, — произнёс он. — И тогда ты ответишь на мой вопрос. Добровольно. Или нет.

Буксир нёсся сквозь гиперпространство, унося Владыку Боли и его нового слугу всё дальше от Набу. Но мысли Сиона оставались там — в холодной пещере, где он впервые за долгое время встретил нечто, чего не понимал.

И это было прекрасно.

Глава 18. Жизнь не заканчивается на одном ухабе.

Регион — Внешнее Кольцо

Сектор — Чоммель

Система — Набу

Планета — Набу

Город Тид, королевский дворец

Палата мастера Плора

Плор открыл глаза через двадцать шесть часов после того, как рухнул лицом в иней.

Первое, что он почувствовал — не боль. Шёпот. Тихий, неразборчивый, словно кто-то говорил на древнем языке в соседней комнате. Он звучал внутри черепа, под самым основанием мозга, и пульсировал в такт сердцу. Слова были чужими, но интонация — понятной. Голод. Бесконечный, неутолимый голод, который длился тысячелетиями.

Свет резал глаза. Мышцы ныли так, будто он пробежал без остановки от Храма до нижних уровней Корусанта. Во рту стоял металлический привкус, а пальцы, лежащие поверх одеяла, мелко подрагивали, словно всё ещё сжимали рукоять светового меча. Он чувствовал каждый шов на простыне, каждую складку подушки — тело заново училось ощущать мир.

— Тише, мастер, — раздался голос откуда-то слева. — Вы в безопасности. Вы на Набу, в королевском дворце. Не пытайтесь двигаться.

Плор скосил глаза. Рядом с койкой сидела Т'ра Саа — её древесная кожа отливала серебром в свете медицинских ламп, а длинные пальцы были сложены в целительскую мудру. Она выглядела уставшей, но спокойной — той особой спокойной усталостью, которая бывает только у целителей, только что вытащивших пациента с того света.

— Шёпот, — произнёс дурос. Голос прозвучал как скрежет камня о камень. — Я слышу шёпот.

Т'ра Саа помолчала. Потом кивнула — не ему, а скорее своим мыслям.

— Это эхо, — сказала она. — Существо, которое атаковало вас, оставило след. Не рану — скорее, отпечаток. Как ожог на сетчатке от слишком яркого света. Вы будете слышать его некоторое время. Возможно — всегда.

— О чём оно шепчет?

— О разном. О древних машинах, которые его создали. О Тьме, которая его питала. О голоде. — Целительница помолчала, разглядывая показания приборов. — И о мальчике. О вашем падаване. Оно его боится.

Плор прикрыл глаза. Шёпот в голове на мгновение стал громче, и перед внутренним взором мелькнул образ: огромная пещера, пульсирующие прожилки на стенах, и маленькая фигура с голубым мечом, стоящая перед бесформенной массой. Он попытался сосредоточиться, разобрать слова — но шёпот ускользал, как вода сквозь пальцы.

— С этим можно справиться, — произнесла Т'ра Саа, отвечая на незаданный вопрос. — Не вылечить, но приглушить. Медитация на внутренний поток помогает. Вы учили этому своего падавана — теперь примените на себе.

Плор кивнул. Медитация на внутренний поток. Та самая, которой он учил Кайла в Зале Тысячи Фонтанов и которая едва не выжгла мальчишке разум.

— Кайл? — спросил он.

— Жив, — ответила Т'ра Саа, и в её голосе промелькнуло что-то, похожее на одобрение. — Здоров, насколько это возможно после всего, что вы пережили. Сейчас он спит в соседней палате. Я настояла.

Дверь открылась. На пороге стоял Кайл — бледный, с тёмными кругами под глазами, но с той самой знакомой цепкостью во взгляде, которую Плор уже привык видеть. В руке он держал стакан с какой-то мутной жидкостью — судя по запаху, витаминный раствор, которым его пичкали целители.

— Мастер, — произнёс он. Голос прозвучал ровно, но дурос услышал в нём то, что не услышал бы никто другой — облегчение, спрятанное глубоко внутри.

— Юнлинг, — ответил Плор и впервые за долгое время позволил себе слабую, едва заметную усмешку. — Ты выглядишь так, будто по тебе проехал спидер.

— Это было щупальце, — сухо отозвался Кайл, проходя в палату. — Но спасибо за заботу.

Он сел на стул рядом с койкой и несколько секунд просто смотрел на учителя. В голове мелькнуло воспоминание — не из этой жизни. Зона. Тёмный подвал, сырой до невозможности из-за тающих снегов,рядом тяжело раненный, корчащийся от боли Клык, который лежал на импровизированной койке, а Стрелок сидел рядом, сжимая в руке автомат и вслушиваясь в звуки снаружи. Тогда он тоже не мог ничего сделать — только ждать. И ненавидеть себя за это. За казавшееся бесконечным сопение Клыка. За собственную беспечность из-за которой его товарищ чуть не поплатился СВОЕЙ жизнью.

"Сука..."

Кайл отогнал воспоминание. Оно было из прошлой жизни. Сейчас у него другая жизнь, другие возможности, а так же... наставник. Но вот ненавидимое чувство беспомощности осталось тем же.

— Я рад, что вы живы, — произнёс он.

— Я тоже, — ответил дурос. — Спасибо тебе.

Кайл отвёл взгляд. Он не умел принимать благодарность — никогда не умел. Вместо этого он сменил тему.

— Т'ра Саа сказала, что вы будете в порядке через пару дней. Ментальный блок, который вы держали, спас вас от полного выгорания. Но... — он замялся, подбирая слова, — она сказала, что вы порой будете испытывать что-то вроде... галлюцинаций? Это правда?

Плор закрыл глаза. Шёпот в голове стал чуть тише, но не исчез.

— Правда, — ответил он. — Это существо оставило свой запоминающийся след. Я бы даже сказал, своеобразное эхо. Я слышу его постоянно, словно отдалённый голос спускающийся с гор, но он не контролирует меня. Просто... присутствует. — Он помолчал, прислушиваясь. — Сейчас оно показывает мне древние машины. Огромные кристаллы, пульсирующие Тьмой. И голод. Постоянный, неутолимый голод.

— Я убью его, — произнёс Кайл. Без пафоса, без эмоций. Как констатировал факт.

— Мы убьём его, — поправил Плор. — Вместе.

Он помолчал, собираясь с мыслями, и Кайл не торопил его. За окном медленно гасли огни Тида — город готовился ко сну, не подозревая, что где-то в гиперпространстве летит буксир с Владыкой Боли на борту.

— Т'ра Саа рассказала мне, — наконец произнёс Плор. — О Сионе. О том, что он приходил за существом. И о том, что он заинтересовался тобой.

— Он сказал, что мы ещё встретимся, — тихо ответил Кайл.

Плор долго лежал молча, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя — к шёпоту, который теперь всегда будет с ним.

— Тогда мы должны быть готовы, — произнёс он. — Ты и я. Вместе.

— Вместе, — повторил Кайл, и в этом слове было больше обещания, чем в любой клятве.

Регион — Центральные миры

Сектор — Корусант

Планета — Корусант

Храм Ордена Джедаев

Зал Фехтования

В Зале Фехтования было непривычно тихо.

Нет, мечи гудели, как обычно, инструкторы выкрикивали команды, падаваны отрабатывали связки — но в самом воздухе висело что-то, чего не было раньше. Напряжение. Ожидание. Словно весь Храм затаил дыхание перед чем-то неотвратимым.

Юта стоял в дальнем углу зала, вяло отрабатывая Шиим. Его огромные лапы, обычно сжимающие тренировочный меч с уверенностью, сейчас двигались медленно, почти нехотя. Каждый взмах давался с трудом — не потому что не хватало сил, а потому что не хватало желания.

— Ты опять сбился, — буркнул Хаку, проходя мимо с полотенцем на плече. — Это уже четвёртый раз за тренировку.

— Отстань, — рыкнул вуки, но в его рычании не было настоящей злости. Только усталость.

— Я серьёзно. — Хаку остановился, скрестив руки на груди. Его серое лицо, обычно выражавшее вечное недовольство, сейчас выглядело скорее обеспокоенным. — Если Драллиг увидит...

— Драллиг уже увидел, — раздался голос у них за спиной.

Оба юнлинга вздрогнули. Мастер-джедай Цин Драллиг стоял в двух шагах, и на его лице не было привычной жесткой усмешки. Он смотрел на них — не как на провинившихся учеников, а как на солдат, которые вот-вот отправятся в бой.

— Вы скучаете по вашему другу, — произнёс он. Это был не вопрос.

Юта опустил меч. Хаку отвёл взгляд.

— Я тоже по нему скучаю, — неожиданно добавил Драллиг. — Но если вы не будете готовы к тому, что грядёт, он, вернувшись, не захочет иметь с вами дела, не будет испытывать и толики желания брать вас туда, куда Сила поведёт Стрелецкого. Потому что на войне, которая, возможно, приближается, слабые — обуза. А Кайл не оставит обузу, он соединится с Силой, но не бросит, так что... — Он помолчал, обводя взглядом притихших юнлингов. — Будьте достойны его.

Он развернулся и ушёл, оставив Юту и Хаку стоять в тишине.

— А Тролль то прав, — произнёс Юта через несколько секунд.

— Знаю, — буркнул Хаку. — Но от этого не легче.

Зал Тысячи Фонтанов. Полчаса спустя.

Четверо юнлингов сидели под кроной гигантского дерева, чья светло-жёлтая листва не пропускала искусственный свет. Тома вертел в пальцах тренировочный меч, Микки молча смотрел на воду, а Хаку и Юта сидели напротив друг друга, всё ещё переваривая слова Драллига.

— Он говорил о войне, — произнёс Тома. Его голос звучал непривычно серьёзно. — Не о турнире, не о будущей нашей жизни в качестве падаванов или... рыцарей там. - Он вновь промолчал, после чего шёпотом добавил. - А о войне.

— Все последние дни только о ней и говорят, — проворчал Юта. — Словно она уже началась.

— Может, и началась, — тихо произнёс чей-то голос.

Из-за высокого кустарника перед группой вышел Уил Престо. Его длинные седые волосы были собраны в короткий хвост, выцветшие голубые глаза смотрели на юнлингов с тем самым выражением, которое никто из них не мог расшифровать, — помесью вручную созданного безразличия, ставшего почти новым лицом, с мудростью прожитых лет и вечным спокойствием, приобретённым за долгие годы жизни.

— Мастер Престо, — Тома вскочил на ноги, остальные последовали его примеру.

— Сидите, — махнул рукой старик. — Я не за тем пришёл, чтобы муштровать вас. — Он опустился на траву рядом с ними, и в этом простом жесте было что-то, что заставило всех четверых замереть. — Я понимаю что вы испытываете и о чём думаете, ведь пускай и десятки лет назад, но я был на похожем с вами месте. - Уил опустил ладони на колени и внимательно присмотрелся к каждому юнлингу. - Вам нужно какое-либо утешение, понимание и так далее, только Драллиг не может этого дать, он привычен к командам, к выдаче приказов. Пускай это не то, что вам нужно в сей момент, но, к сожалению или к счастью для вас, это то, что вам нужно будет завтра.

Он помолчал и заговорил снова — медленно, словно пробуя каждое слово на вес:

— Как бы объяснить... — Престо провёл взглядом по хмуро смотрящим на него юнлингам и зацепился за дерево позади них - огромное, с мощными ветвями и серебристой корой, уходящей корнями глубоко под каменный пол. — Взгляните на это дерево. Сколько себя помню, оно находится здесь уже почти сотню лет. В тиши, спокойствии и без каких-либо трудностей растёт, кратно превосходя своих сородичей, которые живут в диких лесах Кашиика. — Он помолчал, и его пальцы рассеянно погладили кору. — Мой мастер в молодости привёз его оттуда. Маленький, недоразвитый, кривой росток, найденный на скалистом обрыве. Единственное, что держало его в почве — корни, воистину крупные, они были одного размера со стволом. Они пробурились сквозь твёрдую породу и надёжно спасали ствол от нападок стихии.

Престо перевёл взгляд на притихших юнлингов.

— Война, которой нас пугают, идёт не только снаружи. Она всегда начинается здесь, в корнях. И если корни слабы, сгнили или же кто-то их повредил — никакая крона не спасёт. — Он поднялся — медленно, как старик, которым он и был, — и уже собирался уйти, но задержался. — Ваш друг Кайл... В нём есть все те качества, которые позволят ему дойти до конца своего пути, быть сильным, но не безгранично, быть мудрым, но не мудрейшим. Он во многом похож на моего погибшего ученика. Но в столь же многом они кардинально разные. — Он помолчал. — Не дайте ему повторить эту судьбу. Будьте его корнями, будьте тем, что позволит ему идти дальше, прорезать путь через тернии к звёздам, не вынуждая его оборачиваться в поиске опасности.

И ушёл, оставив четверых юнлингов в тишине.

Тома первым нарушил молчание. Он встал, одёрнул тунику и протянул руку в центр круга — ладонью вниз, по-солдатски.

— Престо прав, надо вернуться к былому темпу и относится к этому серьёзно, не делая скидки на какие бы то ни было причины, — произнёс он.

Хаку фыркнул, но положил свою ладонь поверх.

— И делать это денно и нощно.

Юта накрыл обе ладони своей огромной мохнатой лапой.

— Пока не станем достойной опорой нашему другу.

Микки, самый младший, тихо добавил свою — тонкую, ещё почти детскую.

— И быть для него крепки, как корни.

Они стояли так несколько секунд — четверо юнлингов под кроной дерева, которое когда-то было кривым ростком на мёртвом пустыре.

Зал Фехтования. Час спустя.

Когда Драллиг вернулся в зал после короткого совещания с Йодой, он ожидал увидеть пустое помещение. Вместо этого он застал четверых юнлингов, отрабатывающих связки.

Тома двигался первым — быстрее, чем раньше, но уже не хаотично, а с той самой холодной сосредоточенностью, которую он явно скопировал у Кайла. Хаку страховал его слева, и его движения стали точнее — ни одного лишнего взмаха. Юта, огромный и мохнатый, держал центр, принимая на себя удары тренировочных дроидов. А Микки, самый младший, прикрывал тыл — тихо, без единого звука, как учил его Старший.

Драллиг остановился в дверях и несколько секунд просто смотрел. Потом усмехнулся — той самой своей хищной усмешкой, от которой у впервые увидивших его юнлингов дрожали колени.

— Уже лучше, — произнёс он. — Но всё ещё недостаточно.

Тома, не останавливаясь, бросил через плечо:

— Мы знаем. Поэтому мы всё ещё здесь.

Драллиг ничего не ответил. Он просто прошёл к своему месту у стены, скрестил руки на груди и продолжил смотреть. И в его взгляде было что-то, чего он не показывал никому уже очень давно.

Удовлетворение.

Регион — Внешнее Кольцо

Сектор — Чоммель

Система — Набу

Планета — Набу

Город Тид, королевский дворец

Кабинет Королевы

Падме сидела за столом, просматривая отчёты о зачистке расщелины. Список погибших был коротким, но каждая фамилия в нём обжигала пальцы. Лейтенант Дев. Патрульные Тарек, Линс, Корр, Дженкинс. Пять человек, которые отправились на задание и не вернулись.

Она отложила датапад и потёрла виски. За окном темнело, и огни Тида загорались один за другим, как маяки в спокойном море.

«Сион. Владыка Боли. Ситх, способный одним мановением руки обезвредить двух... Бог с ним, одного, но джедая. Мановением. Руки.»

Падме вспомнила слова Кайла: «Он вернётся. За мной». И подумала о том, что джедаи — странные разумные. Они говорят о войне, о Тьме, о Владыках Боли так, будто это что-то само собой разумеющееся. Будто они родились с этим знанием. И... Словно они не страшатся Смерти и несущих её личностей.

Но ладно бы только это, но ведь мальчишка, который сидел перед ней в этом самом кабинете несколько часов назад, не был обычным джедаем. Обычных джедаев не учат правильно анализировать местность, запоминать планировки зданий и анализировать информацию, которая после первых пяти листов вызывает сонливость и скуку. От неё не укрылся и другой факт. Одиннадцатилетний подросток, говорил как солдат. И смотрел как солдат. И шутил так, как шутят только те, кто уже видел смерть и не боится её.

Она нажала кнопку вызова.

— Да, ваше величество? — раздался голос советника.

— Усильте охрану лазарета. И пришлите мне полный отчёт о состоянии мастера Плора. Я хочу знать, когда он сможет говорить.

— Будет исполнено.

Падме отключила передатчик и снова посмотрела в окно. Где-то там, в соседнем крыле дворца, спали два джедая — учитель и ученик. Те, кто прилетел решить возникшую проблему, а по итогу один из них ей стал, а другой почти умер. А помимо этого, где-то далеко, среди звёзд, летел тот, кто хотел их найти.

Головная боль вновь дала о себе знать, ведь теперь и так скудный ручеёк доходов, который шёл на мирные нужды, придётся перенаправить на военные рельсы. Но, единственный плюс, с джедаев можно будет взыскать маленькую компенсацию в виде пары десятков миллионов кредитов.

Город Тид, королевский дворец

Два дня спустя

Кайл сидел на скамейке в королевском саду и смотрел на закат. Набу умела быть красивой, этого он не отрицал. Золотистый свет заливал купола дворца, и где-то вдалеке пели птицы, названия которых он не знал.

«Компас» внутри него молчал. Впервые за долгое время — молчал.

— Я думал, ты спишь, — раздался голос Плора.

Дурос вышел из дворца, опираясь на трость. Он всё ещё был бледен, и движения его были медленнее обычного, но глаза смотрели ясно. Кайл заметил, как учитель на мгновение замер, прислушиваясь к чему-то внутри себя — к шёпоту, который теперь всегда будет с ним.

— Что он говорит? — тихо спросил Кайл.

Плор опустился на скамейку рядом с ним.

— Сегодня — ничего важного. Образы. Тени. — Он помолчал. — Иногда я вижу пещеру. Иногда — тебя, стоящего перед ним с мечом. И каждый раз оно... боится.

— Правильно делает, — сухо отозвался Кайл.

Плор чуть усмехнулся, но улыбка вышла усталой.

— Я говорил с Советом. Они обеспокоены. Сион — не та угроза, которую можно игнорировать. Но они согласны, что искать его сейчас бессмысленно.

— Знаю, — ответил Кайл. — Йода уже сказал.

— Йода сказал не всё. — Плор повернулся к нему. — Он спросил меня о тебе. О том, что произошло в пещере. О том, как ты смог ранить существо.

Кайл напрягся.

— Я не сказал ему ничего, чего не знал бы ты, — продолжил дурос. — Но я сказал ему, что доверяю тебе. Полностью. И он принял это.

— Спасибо, — тихо произнёс Кайл.

— Не за что, — ответил Плор. — Ты мой падаван, пускай и назначенный в половину номинально, но всё же, я за тебя отвечаю. — Он помолчал, и Кайл увидел, как его пальцы едва заметно дрогнули — то ли от усталости, то ли от очередной волны шёпота. — И я знаю, что ты скрываешь что-то, у тебя нет необходимости говорить об этом мне. Пускай твой секрет, позволивший спасти нам жизнь, останется твоим. Когда придёт время — ты сам решишь, сказать или нет. Но знай: я на твоей стороне. Что бы ни шептала эта тварь у меня в голове.

Кайл ничего не ответил. Вместо этого он сделал то, чего никогда не делал раньше — закрыл глаза и потянулся Силой не к себе, а к учителю.

«Сердце Оазиса» внутри него дрогнуло. Энергия, обычно направленная внутрь, на мгновение потекла иначе — тонким, едва заметным ручейком, пробежавшим по невидимой нити от его груди к груди Плора. Кайл не умел этим управлять, не понимал, как это работает, но он попытался — не исцелить, нет, а просто поделиться тем теплом, которое артефакт давал ему самому.

Плор вздрогнул. Его глаза расширились, а пальцы, сжимающие трость, на мгновение расслабились.

— Что это было? — спросил он. — Шёпот... он стал тише. На несколько секунд. Что ты сделал?

— Не знаю, — честно ответил Кайл. — Попытался помочь.

Плор долго смотрел на него. Потом кивнул — теперь уже не обычному ученику, а соратнику, спасшему жизнь.

— У тебя получилось.

Кайл отвернулся, скрывая усталую, едва заметную усмешку. Он не знал, как повторить это снова. Но он знал, что теперь — сможет, сточит зубы от напряжения, порвёт все свои жилы, но сделает. И он будет тренироваться, благо, капля времени ещё имеется.

Они сидели в саду, пока последние лучи солнца исчезали за горизонтом. И где-то на границе сознания Кайла «Компас» тихо, почти ласково вибрировал, вторя шёпоту, который слышал только Плор.