Поход сквозь прошлое

Поход сквозь прошлое

Война закончилась Победой, и экипаж малого бронекатера должен быть перегнать свою посудину из Дуная в Азовское море, где его погрузят на поезд и отправят на Восток. Бензина залили под завязку и малым ходом пошли по течению. Вот уже и Чёрное море показалось и тут наполз такой туман, что вытянутой руки не видно.

– Стоп машина! Ждём, пока туман рассеется, – приказал командир. – Такого тумана я ещё не видел.

Между там в тумане раздавались странные звуки, там что-то ухало и скрежетало, поэтому экипаж находился в боевой готовности. Двое на ощупь пробрались к башне и забрались внутрь, зарядив на всякий случай пушку. И вот, подул ветерок и разогнал туман, но перед экипажем уже не мутная вода чёрного моря у впадения Дуная, а прозрачная голубая океанская вода. Мало того, рядом оказался большой трёхпалубный парусник, который открыл огонь по катеру.

– Полный вперёд! – скомандовал командир и катер рванул из-под огня. – Башня, огонь по нижним портам!

Вовремя он сообразил, что их орудие намного эффективнее старых пушек. Пулемёт пока вёл огонь по верхней палубе, выбивая орудийную прислугу. Первое же попадание вызвало переполох на паруснике, снаряд взорвался, оставив в борту большую дыру, мало того, осколки пробили и палубу выше, вздыбив там толстые доски. Ещё два снаряда, и на паруснике с детонировала крюйт-камера. Взрывом корабль разнесло в щепки, а место гибели корабля заволокло дымом.

– Стоп машина! – скомандовал командир.

Раз они оказались в другом времени, то топливо надо экономить, здесь его достать невозможно. Постепенно дым рассеялся и место крушения стало видно, как на ладони. На поверхности плавали обломки, пара мачт, бочки, которые не уничтожило взрывом. Нашли и пару человек моряков живыми. Очнувшись от взрыва, они собирали плотик, на котором и разместились.

– Командир, берём выживших на борт? – старший рулевой посмотрел на командира.

– Берём, не бросать же их, к тому же надо получить кое-какую информацию.

Катер на малом ходу подошёл к выжившим и тех подняли на борт. Английский знал только радист, его и привлекли в качестве переводчика. Оказалось, что туман перенёс их во времени, и катер оказался в начале 17 века. Боцман и юнга с английского корабля удивились, не совсем поняв, что это за корабль и как он ходит без парусов. До ближайшей суши миль триста, что ввело команду катера в некоторое замешательство, даже с использованием топлива в бочках на палубе, им не дойти до берега.

– Надо поставить паруса, – старший рулевой раньше увлекался яхтенным спортом, участвовал в регатах.

– Где мы их возьмём, у нас и брезента мало? – командир задумался, но потом осмотрел место катастрофы внимательно. – идём к мачтам и снимаем всё, что можно.

Паруса нашлись, хотя целых оказалось совсем немного, но сняли всё, фалы, брасы и гордени. Теперь пришлось думать, какие паруса в состоянии нести их катер. Узкий, у него и остойчивость невелика. По этой причине мачты сделали короткие, из брам-реев, установив одну за рубкой, а вторую раскрепили за кормовой пулемётной башней. На них установили бом-брамсели, поставив их, как люгерные паруса, чтобы проще было убрать при усилении ветра. На нос завели канат и на него приспособили обрывок большого паруса в качестве стакселя

– Надо осмотреть бочки, – по-хозяйски заметил английский боцман.

В этом был свой резон, а в бочках нашлось кое-что интересное. Ром, солонина, сухари. Боцман и пустые бочки советовал взять, будет дождь, можно воды набрать.

– Зачем нам это пойло? –не сразу понял командир.

– Продать, мы же тут неизвестно насколько, – пояснил радист, переговорив с боцманом.

Юнга в это время интересовался всем вокруг, орудиями, пулемётами, камбузом и мотором. Боцман зачем-то и все вёсла собрал, что плавали на поверхности, жалея, что шлюпку разнесло взрывом, а кормовая ушла на дно вместе с кормой. Палуба катера представляла собой живописное зрелище цыганского табора, посреди океана. Бочки, вёсла, обрывки парусов создавали картину небольшого хаоса, но впоследствии всё пригодилось.

Насчёт суши боцман махнул рукой, и катер взял курс. Ровный ветерок подгонял его и ход оказался даже не такой и слабый, узлов шесть они точно делали. Через неделю начались проблемы с водой, она заканчивалась с катастрофической скоростью, а двенадцать человек потребляли его не так уж и мало. И тут всех выручил старший моторист, он соорудил змеевик из какой-то запасной трубки, валявшейся в его немалом хозяйстве. Его поместили в пустую бочку, аккуратно просверлив отверстие в клёпке, а потом бочку залили морской водой.

Изготовить печку не проблема для рукастого человека и вскоре дистиллятор заработал вполне, выдавая по литру в день на каждого. Так и продержались до дождя, когда набрали полные бочки дождевой воды. Её перекачали в танки, чтобы не портилась, но дождь шёл столько, что бочки снова набрали полными. Тропические ливни льют мощно и долго. Автономность катера всего пару недель, но сейчас предстояло неизвестно сколько находится в море.

– Командир, – старший моторист, головастый мужик. – Это пойло можно перегнать в спирт, на край мотор и на нём будет работать, – объявил он однажды. – Его получится примерно половина от нынешнего, но всё равно, немало.

– Оставим на чёрный день, – согласился тот. – Вот что мы будем делать в шторм?

– Есть идея, пустые бочки привязать по бортам, чтобы повысить остойчивость.

Этим и занялись, тем более, что бочки регулярно освобождались, прокормить двенадцать человек непросто. Между тем небо затянули тучи, и боцман сообщил, что будет шторм. Теперь все стояли на палубе, в любой момент готовые убрать паруса. Тут командовал боцман, он больше знаком с местными особенностями. Всё увязали по-штормовому, пригодились канаты с мачты, а тут и шквал налетел.

– Убрать паруса! – скомандовал он и радист тут же перевёл.

Люгерные паруса быстро убираются, достаточно потравить фалы. Носовой стаксель тоже убрали, запустили двигатель и на малых оборотах повернули против ветра. Потом три дня их болтало по волнам, но катер с честью выдержал это испытание. Помогли и бочки на бортах, здорово повысив остойчивость. Но вот шторм закончился, ветер пролетел, а за ним наступил штиль и катер качался на мёртвой зыби.

– Командир, боцман советует взяться за вёсла, – перевёл радист.

В этом был свой резон, топлива больше не станет, заправиться негде, а болтаться на мёртвой зыби, то ещё удовольствие. Шесть вёсел оказались совсем не лишними, закреплённые за стойки лееров, они придали ход катеру и двигатель остановили. Теперь гребли все по очереди, даже командир садился на палубу и грёб вместе со всеми. На вторые сутки показался крошечный островок с пальмами, и командир решил пристать.

Остров небольшой, меньше мили, но на нём росли кокосовые пальмы, а ещё хлебное дерево и даже бананы, дикие, полные семечек, но кок, приспособил и их. Протирая через дуршлаг, он получил вполне съедобную массу, из которой можно было кое-что приготовить. К этому времени и солонина закончилась, не так уж её и много было, поэтому любая еда годилась. Кокосы тоже пошли в дело, когда юнга научил их залезать на пальмы.

Этого добра они набрали полный трюм, заполнив всё, что только можно было. Топливо в бочках постепенно перекочевало в топливные баки, и тут старший моторист приступил к перегонке рома. Пить его никто не собирался, хотя по сто граммов «наркомовских» приняли по случаю того, что добрались до берега. Юнга занялся рыбалкой, снасть ему помогли сделать, и он удил с кормы всяческую рыбу, которая попадалась на самодельные крючки. Кок варил уху, и команда отъедалась, устав от солонины.

Первую бочку спирта приветствовали все, а моторист топил печь всяким сушняком на берегу и сухими пальмовыми листьями. Как он и определил, получалось не больше половины от количества рома, но какая разница, если спирт горит и способен оживить любой мотор. У этого островка проторчали две недели, а потом с ровным ветром ушли дальше. Боцман уже неплохо освоился на катере, особенно, когда радист объяснил, что в их времени англичане союзники в войне с Германией.

Вот тут на них и напали пираты на быстроходной бригантине. Только им пришлось сразу сдаться, когда кормовая пулемётная башня лихо прошлась по борту парусника, прошивая его пулями насквозь. Носовое орудие только навели, и пираты сразу выкинули белый флаг. Переговоры вели боцман и радист, а в итоге забрали все запасы рома и судовую кассу, отпустив морских разбойников на все четыре стороны им ещё судно ремонтировать. Ром перегнали, заполнив пустые бочки под завязку, а потом ушли с хорошим ветерком дальше.

– Из вас могли получиться лихие пираты, – заметил как-то боцман.

Хорошо, что радист не стал переводить этого, зато объяснил боцману, что они воины, а не разбойники и вообще, у русских так не принято. Убедил, ведь он комсомолец, идейный борец за дело мирового пролетариата. Через месяц, они добрались до английского порта, где купили провиант долгого хранения, засолили пару бочек капусты, к удивлению боцмана, а потом ушли дальше, думая дойти до Владивостока, раз уж они в этой части океана.

Стаксель к тому времени заменили на ещё один люгерный парус и катер стал прекрасно управляться и без руля, хотя им и пользовались постоянно. Носовая орудийная башня потеряла небольшой сектор обстрела, но стрелять по курсу им и вовсе не пришлось. Зато большим военным кораблям доставалось, если те рискнули напасть на небольшое судёнышко. Фугасный снаряд, это вам не ядро, последствия от его взрыва чудовищные по тем временам.

Топить не стремились, если противник сдавался. Забирали ром и деньги, даже провиант и воду больше не брали, кому нужна солонина, когда рыба порой попадалась на удочку, а кокосы гарантировали, что воды и еды хватит до очередного острова. Пройдя Индонезию и Малайзию, они уже шли вдоль берегов Индокитая, когда на них напала целая армада пиратов на джонках. Вот где пришлось пострелять основательно, но снаряды ещё были, и они усеяли морскую гладь обломками пиратских судов.

Кто не сбежал, а таких нашлось немного, ушли на морское дно. Слишком мощное оружие было на катере для тех времён. С этих пиратов они ничего не взяли, да и нечего было брать, но никто не сожалел о произошедшем, они защищались, это их право. Печалило другое, это запасы топлива. Иногда приходилось запускать двигатели, и оно расходовалось. Уже в один танк залили спирт из бочек, впрочем, мотору он понравился вполне, хотя мощность и упала. Уже и Корея впереди, и тут снова попались английские линейные корабли. Два трёх палубника решили, что для них эта посудина не соперник, надо только изорвать паруса и расстрелять неподвижное судно. Но их пушки стреляют на пару миль от силы, а пушка катера бьёт намного дальше. Пара снарядов, попавших по баку парусника, вразумила зарвавшихся англичан, а третий, пущенный для верности, взорвался прямо возле крюйт-камеры и парусник разнесло на куски.

Второй счёл за благо убраться ко всем чертям, а команда катера занялась сбором того, что плавало на поверхности. Теперь собирали не только бочки, но и обломки на дрова, пора перегонять остатки рома в спирт, да и воду порой приходилось дистиллировать. Под парусами обогнув Корею, ушли вдоль китайских берегов к Владивостоку, но тут попали в густой туман. В нём опять что-то завывало, скрежетало и ухало, а когда туман рассеялся, они снова оказались у впадения Дуная в Чёрное море.

– Интересно, в каком мы сейчас времени? – старший рулевой смотрит на командира.

И тут вдалеке показался гидросамолёт, летевший прямо на них. Громогласное ура огласило водный простор, а катер запустил двигатель и пошёл в сторону Севастополя. Необычное зрелище представлял он собой, входя в порт. Паруса и мачты убрали, зато бочки по бортам так и остались, как и вёсла, сложенные на корме. Катер бодро полз по морю, распространяя вокруг спиртовой запах.

– Где это вас носило? – строго спросил начальник порта.

– Пришлось повоевать с немецкими катерами, прятавшимися в плавнях возле Одессы, – соврал, не моргнув командир катера. – они потопили британское торговое судно, а мы подобрали двоих выживших и кое-какой груз.

– Спиртом-то почему воняете? – запах не скрыть.

– Пришлось заправиться по пути спиртом, бензин закончился, бочки с торговца плавали на поверхности, – на всё придумали ответы, пока шли к Севастополю.

Заодно и радист провёл «политбеседу» с боцманом и юнгой, объяснив им, что они моряки британского торгового парохода, иначе будут большие проблемы. Слив спирт, к радости портовых служащих, они залили бензин и ушли в Азовское море, где катер погрузили в Жданове на платформу и увезли на восток, воевать с Японией. Боцман с юнгой уехали в Мурманск, откуда попали на остров и дальнейшая их судьба неизвестна. А экипаж катера воевал на Амуре, пока Вторая мировая не закончилась полным разгромом Японии. И никто не знал, в какую переделку попали эти люди в тумане времён.