По прямой извилистой дороге

Глава 1

Внедорожник продолжал уносить Антона с отцом по проселочной дороге вдоль леса, а внутри стояла тишина. За окнами проплывал темный, и кажущийся сейчас таким зловещим, лес, а в свете фар мелькал только снег. Укатанный на дороге, возвышающийся неправильными кучами на обочинах, и нетронутый далее, до самых деревьев.

Тот день, когда «престижная» машина отца сменилась на утилитарный внедорожник, Антон не помнил. Это был просто одним из дней во время их переезда, или, учитывая последние события, бегства? Причину замены парень даже не пытался найти, уже тут задумавшись, чего в этом поступке было больше – желания избавиться от приметной и дорогой машины или практичности с учетом окружающего их леса. Хотя сейчас он больше ценил тихо гудящий отопитель, чем отделку салона и статусность авто.

Антон снова сжал в кулаки озябшие пальцы, что даже в теплом салоне авто отказывались забывать морозный холод леса. Подняв глаза на дорогу, он только хотел начать разговор, как впереди что-то сверкнуло. Еще через миг вспышка оказалась уже ближе, словно на них на огромной скорости несся поезд с мигающим, неисправным прожектором.

Повернув голову, Антон потерял дар речи – отец, словно не видя вспышек впереди, продолжал спокойно держать руль и даже что-то говорил, хотя вокруг стояла тишина. Парень закричал, но из горла не вырвалось ни звука. Секунда – еще одна вспышка, совсем близко, и еще одна прям перед капотом внедорожника.

Авто тряхнуло, словно на скорости они налетели на ухаб, а потом еще и развернуло на дороге. И все закончилось.

— Ты не ушибся? – Раздался сбоку голос отца, который потирал явно ушибленный лоб, потянулся в бардачок и вытащил оттуда платок. Антон посмотрел вниз, на капающие из носа на куртку капли крови, и молча прижал протянутый кусок ткани в верхней губе. Его взгляд зацепился и не мог оторваться от показавшегося из недр бардачка пистолета, и из оцепенения вывел только резкий хлопок закрывшейся дверцы.

Вместо ответа он просто качнул головой, пытаясь понять, когда же он сам стукнулся носом, и почему нос не болит от удара. Но ответа не находил.

«Все дело в этих странных вспышках?» — другого в голову не приходило. – «Но почему отец об этом ничего не говорит? Он этого не видел, не мог не заметить?»

— Что случилось? – Решив для начала выяснить хоть это, парень чуть сдвинул платок. Кровь никак не хотела останавливаться.

— Запрокинь голову назад и посиди так, пока не остановится, — вместо ответа послышалось от отца, который больше оглядывался по сторонам.

Антон, запрокинув голову, скосил глаза в сторону окна, и так же замер в недоумении. Вместо узкой просеки с накатанной дорогой они стояли на обочине вполне широкой, двухполосной асфальтированной дороги, что к тому же была полностью очищена от снега. Никакого близкого леса, сугробов по обочинам, словно они оказались не в глуши у небольшого поселка, а неподалеку от крупного города.

— Думаю, следует заглянуть в поселок, чтобы в больнице посмотрели, что с тобой, — словно разговаривая сам с собой, мужчина завел двигатель и осторожно вырулил обратно на дорогу, развернувшись в сторону поселка.

В свете фар продолжала стелиться под колеса внедорожника дорога, никак не похожая на ту по которой они ехали несколько минут назад. Указатель начала поселка вынырнул из темноты совсем неожиданно, прежде чем впереди показались огни домов. Которых было больше, чем мог представить себе парень по увиденному утром и днем. А самое удивительное – в темноте явно угадывались огни в окнах многоэтажных домов, которых Антон в поселке не запомнил.

О том, что зрение его не подвело, даже с учетом потерянных очков, говорили и слова сидящего на водительском месте отца. Который, резко нажав на тормоз, стал посреди дороги и тихо, но отчетливо выругался. А потом резко рванул вперед, выкручивая руль и останавливаясь на обочине.

С рокотом, смешанным с отчетливым свистом, мимо них промчалось несколько силуэтов машин, все с выключенными фарами и прочими габаритными огнями. И неслись они из поселка в ту сторону, откуда только что приехал внедорожник.

Антон похолодел, вспоминая просмотренные по телевизору и на видеокассетах фильмы о том, как спецслужбы обращаются с найденными пришельцами. А ведь, похоже, они были совсем не дома.

«Как странно – уже то место домом называю, а как его еще назвать?» — Довести мысль до конца парень не успел, так как последнее авто в колонне сбросило скорость и остановилось, осветив джип красным светом стоп-сигналов, а потом медленно двинулось назад.

Отец, мельком глянув на Антона, потянулся к бардачку, когда в стекло водительской двери раздался стук. Приоткрыв окно, Борис едва сдержался, чтобы не открыть от удивления рот. Казалось, повидавший многое мужчина в шоке смотрел на то, что видел до этого в фильмах. Военную форму с петлицами и нарукавными знаками вместо погон.

— Сержант тринадцатого отдела НКГБ Горин. У вас что-то случилось? – Внимательный взгляд серых глаз скользнул пол салону, остановившись на парне, запрокинувшем голову и прижимавшему к носу окровавленный платок. Единственному, что было во всей машине нормальным. Сержант до этого не видел ни таких автомобилей, ни одежды его пассажиров.

Ассортимент продукции советского автопрома, конечно, поражал количеством выпускаемого транспорта, но совсем не поражал разнообразием. А с учетом требований по унификации, когда под капот мог устанавливаться и обычный ДВС, и техномагический паровой агрегат, а управление могло быть ручным или автоматизированным, под управлением искусственной или естественной сущности, за что недалекие люди именовали такие машины «одержимыми», вторая западной пропаганде, еще больше ограничивало полет творческой мысли.

И стоило учесть, что основным полем работы тринадцатого «чертового» отдела госбезопасности была как раз Европейская часть страны, где можно было увидеть и совсем причудливые техномагические транспортные средства. Но выхлоп и его запах не оставляли сомнений – это была чисто техническая машина. Очень странная и необычная машина, чем-то насторожившая сержанта, но пока четко сформулировать подозрения он не мог.

— Да вот у сына что-то носом кровь пошла, остановить не можем, едем в поликлинику, — все же смог ответить Борис, переборов первое удивление. Сейчас было главным избавиться от ненужного внимания, а там надо решать, что делать дальше.

— И правда, с этим надо поспешить, особенно тут, — как-то туманно ответил сероглазый и, развернувшись, направился к своему авто. Обернувшись и провожая того взглядом, Борис пытался понять, на какой машине ехал сержант, но в темноте рубленные формы не были похожи ни на что знакомое.

— Как нос, — повернувшись к Антону, мужчина протянул руку, чтобы убрать уже довольно мокрый платок от его лица.

— Все так же, не могу остановить, — прогундосил парень, пытаясь уже зажать платком нос.

— Зараза, все же придется ехать, хотя что за чертовщина тут твориться, неясно… НКГБ, надо же, да и форма странная, мы что, на съемки кино попали? Тогда тут точно должен быть медпункт…

Включив передачу, мужчина выехал на дорогу, направляясь в сторону огней поселка, который уже следовало называть городком. А Антон думал, не причастна ли к этому Алиса?

***

— Что почуяла? – Первое, что спросил сержант, усаживаясь в авто. Заглянув в салон, что Борис, что его сын были бы шокированы – водительское кресло стояло спиной по ходу движения, а приборная панель со всеми указателями висела в воздухе в виде голограммы.

Обращался сержант в странному существу, расположившемуся на почти полностью разложенном кресле, чтобы не цеплять внушительным рогом потолок автомобиля. Больше сего его собеседница напоминала единорога, с изогнутым, как сабля, рогом, достигавшем четверти ее роста.

— Ничего особенного. Полностью чужой запах, да еще вонь этих ваших двигателей… Отсюда больше не почуешь.

— Так вышла бы, обнюхала поближе, — явно недовольный результатом человек махнул рукой, и машина двинулась прочь от поселка, набирая скорость и догоняя колонну. Кто же мог подумать, что судьба подкинет ему такой вариант и его демон-контрактор окажется не самого высокого ранга, от чего он и застрял в звании сержанта. Прекрасный «нюхач» и поисковик, способная отыскать существо по малейшему следу, будь то аура, запах или волосок, она была совсем слабым бойцом. И, как иногда думал Титомир, схватилась за первую возможность убежать из своего мира, пусть и в контракторы.

— Давай я тебе копыта наколдую, и побегаешь по снегу и льду, — так же недовольно проворчала демонесса, на которой была аналогичная по знакам отличия форма. – Слушай, а ведь эта машина… «Опель» же компания в Рейхе.

Сержант резко наклонился вперед, уставившись в глаза контрактору. Все сложилось – подозрение вызвали едва заметные в темноте буквы на авто. «Опель Фронтера».

— Рейх, значит… Значит, решили сунуть ном подальше, надеясь что тут выход магического перехода никто не отследит? Как поймаем, надо обязательно будет сообщить в Гильдию, уж они по своим канал их дополнительно прижмут, чтобы не баловались порталами больше разрешенного. У нас на согласование пол часа ушло, чтобы группу перебросить.

Титомир Горин улыбнулся, предвкушая уже успешный доклад. Пусть выше сержанта, из-за слабого демона, ему не прыгнуть, не тот у них отдел где звания за заслуги дают, но вот награда за выполнение задания обычно компенсирует это.

Индрика, его контрактор, тоже предвкушающе улыбнулась. Тут можно было получить в качестве награды и несколько камней, и не с тем искусственным «пайком», которым вынуждены довольствоваться большинство рядовых демонов. Легендарный и тщательно оберегаемый «камень душ», создающих из остатков человеческих эмоций, всяких призраков и полтергейстов суррогатные души, которые получали демоны в качестве подпитки, был прорывом в своей области. Ведь, по слухам, даже священники были не против его использования, ведь он очищал территорию от всякой «паранормальщины», в том числе и посмертных проклятий, коих в первые годы было множество.

Но при всей выгоде это были не настоящие души, поглощая их демон мог восстановить энергию, но не увеличить ее или подняться в силе. А если вся эта операция окажется удачной, она может получить и настоящие души, то самое, что поможет ей стать сильнее.

— Осталось только доказать. Значит, ищем точку входа в пробой-портал. А я пока дам инструкции. – Взяв микрофон рации, закрепленный на потолке.

— «Семерка», я «тринадцать-семьдесят два». К вам движется автомобиль, статус объекта предположительно – «четыре эр-эр», прямых данных пока недостаточно. Автомобиль – «Опель Фронтера». Да, именно «Опель». По их словам, направляются в поликлинику, так что подготовьтесь. На все остальные случаи – установить наблюдение за основными объектами, в прямой контакт не вступать. Применить протокол «резидент».

«Теперь надо только получить данные про источник пробоя, и можно брать тепленькими. Связисты не подкачали, район накрыт куполом, ни технически, ни магически связаться с кем-то за пределами нельзя. Местная радиостанция работает, проводная связь тоже, так что действуем по плану. Главное не просто их взять, а понять к кому они направлялись. Тут поможет протокол, утро у персонала поликлиники будет тяжелым, но что поделать… Не зря же они все устроили – вероятно, связной как раз в поликлинике… Или же это просто импровизация?» — Вариант, что молодой парень получил в нос как раз перед их появлением, не стоило сбрасывать со счетов. Все же перед ними могла быть пара очень сильных магов, и не стоило обманывать внешностью.

К тому моменту, как микроавтобус добрался до района, в котором была обнаружена ненормальная активность, бронетехника уже перекрыла дорогу в обе стороны, а пара исследовательских броневиков развернули усы и параболы антенн, вслушиваясь в окружающую энергетику.

Нашлась работа и более приземленным специалистам, которые исследовали дорогу и окружающее пространство более примитивными методами. И они обнаружили следы вторжения первыми – появляющиеся буквально в полуметре от дороги следы, заканчивающиеся еще через пару метров, и обратный след в сторону дороги. К сожалению, торопливость и несогласованность не дали возможности сейчас выяснить, куда двинулась машина дальше, по тем же снежным следам на асфальте. А баламутить энергетику поисковыми заклинаниями, пока работает оборудование, было нельзя.

Но и так было понятно – странное авто со странными пассажирами подходило под «вторженцев» больше всего. Оставалось только определить, откуда произошел пробой, и можно отдавать распоряжение о поиске и захвате чужаков. В то, что они и правда направятся в поликлинику, сержанту не верилось.

Но ровно до того момента, когда люк одной из исследовательских бронемашин распахнулся, и торопливо выбирающийся оттуда сотрудник едва не растянулся на земле, в попытках спрыгнуть с брони поскорее.

— Категория «эм». Не знаю откуда они явились, но это не из нашей области. Совсем. – Потрясая в воздухе листком бумаги с несколькими графиками, ученый принялся перемежать дальнейшую речь терминами и значениями показателей, которые мало что говорили Титомиру.

— Погоди, ты хочешь сказать, что это пробой из иной реальности? Ты уверен? Если мы ошибемся и поднимем по тревоге все службы и даже армию – нам потом лес валить еще лет триста после смерти, благодаря некромантам. – От такой перспективы, а может просто хапнув много холодного зимнего воздуха, ученый поперхнулся и зашелся кашлем.

— Ошибки быть не может, мы три раза проверили, и даже отправили на сверку данных информацию в главную лабораторию. Они провели еще одно измерение, подключившись к нашим датчикам, и обработав их показатели своими ресурсами. Так что доклад уже ушел наверх. – Откашлявшись, мужчина снова протянул лист сержанту.

— Вот вверху графики стандартных порталов, из параметров и энергий, выше и ниже – максимальные отклонения. За этими показателями тебя просто или размажет по всему переходу, или произойдет пробой в иную реальность. Мы давно наблюдаем за драконами, дистанционно, так вот некоторые из них как раз в этих параметрах работают, — палец скользнул по дополнительно заштрихованным областям. – И тогда становится ясно, откуда у них столь чистые накопители с чистой же энергией. Из их родных миров.

— Про драконов потом расскажешь, а теперь давай по сути, — Горину пришлось оборвать рассказ ученого, и тот снова заговорил о деле.

— Вот тут, видите, графики замеров в этом месте – текущие и их возможные показатели, с учетом замеренного затухания. И вот их наложение на графики наших порталов, — палец показал графики, нисколько не совпадающие ни по фазе колебаний, ни по их величинам. Тут не требуется быть специалистом, «местные» графики были почти в два раза выше по значениям и имели в четыре или пять раз меньший период, буквально нарезая «нормальные» графики на ломтики.

— Каков шанс повторения пробоя, тут или в ином месте? – Сержанта интересовала более практичная и приземленная часть результатов. Но тут ученый просто поджал плечами.

— Сейчас проводят расчеты на всем имеющемся оборудовании, к утру обещают выдать результат и прогноз, с учетом анализа всей энергетической обстановки, поддающейся замерам оборудованием. И ведутся переговоры о допуске к расследованию представителей Гильдии. Они, думаю, смогут определить куда больше, даже без оборудования, все же порталами занимаются уже четверть века.

Когда почти пятьдесят пять лет назад эксперимент организации «Наследие предков» в Карпатах открыл древний портал, и на Землю полезли существа, раньше существовавшие лишь на страницах книг и в легендах, мир изменился. Потому что спустя считанные часы порталов по всей Европе были уже десятки, и если некоторые существовали секунду или минуты, то некоторые держались открытыми часами и днями, пропуская через себя уже не случайных гостей, а целые армии. Армии, умевшие использовать магию, и столкнувшиеся с технологией. Великаны, способные оторвать танковую башню и использовать ее потом как дубинку. Самолеты, сражающиеся в воздухе с драконами, грифонами, демонами и прочими крылатыми существами. Демоны, то заключающие на месте контракты на душу, или просто уничтожающие всех живых на своем пути.

С переменным успехом бои шли почти десяток лет, союзы появлялись и рассыпались, но Родине удалось удержать фронт и не откатиться назад, как случилось на западе. И даже продвинутся вперед, так что граница теперь проходила плюс-минут по тридцатому меридиану. Все, что западнее, до десятого, а то и пятого, теперь именовалось уже официально «Темными территориями» и правила там нелюдь. Так окрестили всех – и драконов с демонами, и эльфов с дворфами, и орков со зверолюдами. Еще западнее утвердился «Четвертый Рейх», или как они себя теперь называли, «Магический рейх». А вот юг Европы да северную Африку с Ближним Востоком контролировала Священная Империя, в которой сплелись все религии мира. И самыми выгодными «пограничниками» во всем этом выступали драконы, занявшие почти все горные хребты и не пропускающие армии по своим землям. Несколько попыток получили мощный отпор и лезть напролом никто из противников больше не желал.

А еще спустя несколько лет оказалось, что кроме магии пробудились, или пришли откуда-то существа, которых иначе как «богами» назвать было нельзя. Бесконечно могучие, с точки зрения людей и других смертных, в какой-то одной области, связанные с этим миром и откликающиеся именно на его указания, без учета мнения тех самых смертных.

Столкновения с Природой оказалось достаточно, чтобы все обитатели магической части мира, охватывающей Европу и Северную Африку с Ближним Востоком, поняли урок. И начали прислушиваться к «богам». Ведь те не просили много – всего лишь уважать их «владения» и их самих. И больше всего как раз получили обитатели Темных земель, что грызлись за территорию, не учитывая последствия и разбрасываясь магией, и не только, направо и налево. Маги оказались весьма умными, и довольно быстро освоили те технологии, что к ним попали, и мощь простого оружия, снаряженного магическими снарядами, возросла в разы. Простой пистолетный патрон при попадании в танк оказывал эффект пушечного снаряда, а если его делал сильный маг – то и крупнокалиберной артиллерии. Броня не осталась на месте, и деревянная телега, до предела напитанная магией, выдерживала град обычных снарядов.

И однажды, после очередной битвы, закончившейся буквально выжженной землей, в лагерь победителей пришла маленькая девочка. Пройдя прямо к главнокомандующему, она строго приказала больше так не делать, а войны свои вести потише, раз им так хочется отрывать друг другу головы. Демон в ответ только расхохотался, даже не подумав – а как вообще странная девочка попала в центр лагеря одной из самых сильных армий? А, отсмеявшись, пожалел. Всех наемников и смертных воинов уже через несколько часов сразили мыслимые и немыслимые хвори, продукты портили буквально на глазах, а вся окрестная природа буквально взбесилась. Полчища насекомых, зверей, птиц, и даже корни растений – все действовало слажено. А самым страшным врагом в той битве стал организм, точнее все, кто его населял – бактерии, паразиты, прочие живые существа, что начали бороться изнутри. Самая грозная армия сгинула за день.

Но Природу не послушали с первого раза, и ей пришлось преподать урок любителям разрушительных войн еще несколько раз, а потом подали знаки и другие боги. И мир замер в хрупком равновесии, сдерживаемый от падения в очередную пропасть войны сотнями цепей договоров, союзов и ограничений.

И когда все успокоилось, на свет вышла Гильдия. До этого маги, создававшие порталы, трудились на самых различных нанимателей или на себя, но меж тем сумели найти общий язык и объединиться, полностью, и почти одномоментно, захватив эту область. Все, кто проявлял таланты в этой области, вступал в Гильдию, а в каждом крупном поселении строилась портальная площадка, а то и не одна. На которой были как фиксированные порталы, так и те, которые настраивались по заказу. При этом Гильдия не шпионила ни на одну из сторон и не поддерживала ни одну из враждующих сторон – перебросить армию или даже небольшой отряд через портал было невозможно. А глупцов, пытающихся захватить портальную площадку, представляющую из себя крепость в миниатюре, не было.

Ведь кроме основной функции Гильдия защищала мир от вторжения. Отслеживала, закрывала и запечатывала порталы. Правда, ее сеть и власть, как оказалось, не распространялась за Уральские горы, где магия слабела и очень быстро сходила на ноль. И на переброс их группы была затрачена прорва энергии и накопителей. А представителей Гильдии, вероятно, доставят сюда более привычным для этой области транспортом – самолетом. Чтобы лишний раз не баламутить место и не стирать следы.

— Если так, то… Индрика, свяжись с базой, пусть вышлют сюда технику, организовать объезд этого участка. На расстоянии минимум… В общем, посчитайте как близко можно пускать обычную технику, чтобы больше тут ничего не затоптать. – легким «начальственным» толчком в спину ученый был направлен к штабному микроавтобусу, чтобы указать технике, где надо делать временный объезд. Какой аварией или утечкой это замаскируют – сержанта сейчас не волновало.

***

Дорога убегала назад, пока внедорожник медленно двигался в сторону уже совсем близкого поселка. И с каждым убегающим назад километром машина, казалось, ехала все медленнее. Бросив взгляд в окно, Антон убедился – так оно и было. Уехав от незнакомцев довольно быстро, отец постепенно отпускал педаль, и последние несколько метров машина двигалась накатом, пока не замерла неподвижно на обочине.

— Что-то не так? – Слегка гундося из-за прижимаемого к носу платка, в котором, наверное, уже и не было необходимости, решился уточнить Антон. Хотя и без вопроса было ясно – не так все вокруг. Дорога, поселок, странные люди.

— А ты как думаешь? А, вы еще на истории до этого не добрались, но у нас это самое «энкаведе», — выделив интонацией последнее слово, Борис хлопну ладонями по ободу руля, — перестало существовать давным-давно. Точнее, переименовалось, и не один раз.

— Энкаведе? Кажется, он сказал по-другому, «энкагэбэ»… — Решил поправить Антон, убирая от носа платок, покрытый красно-бурыми пятнами. Затем осторожно тронул нос, но никакой боли не ощутил.

— Какая разница, все равно этого всего не может существовать! – Казалось, слова сына были последней каплей для еще держащегося мужчины. Еще один удар по рулевому колесу, куда более сильный, и свистящий выдох сквозь сжатые зубы.

Нереальная реальность происходящего была прямо перед ним, в каких-то сотнях метров от остановившейся сразу за знаком населенного пункта авто. Дорога, окруженная поначалу такими же, как «там» частными домами уходила дальше. Туда, где возвышались уже не просто ряды огней, а темные силуэты многоэтажных домов.

— Так может попробуем вернуться? – Предложение от Антона было дельным, но сильно запоздалым.

«Надо было сразу выйти, все осмотреть, может что-то и получилось бы найти. Но теперь уже поздно, да и вся та техника направлялась явно туда.»

— Пытаться надо было сразу, а так мы уже далеко и времени прошло много… — А ведь и правда возвращаться домой как-то надо было, вот только рабочего варианта мужчина не видел. Может его сын и верил в то, что их могут отпустить, или они смогут сбежать, на примере фильмов и мультиков, которые смотрел. Но сам Борис прекрасно знал, что такое организованная структура, пусть и в виде преступной организации. И представить, на что способна такая вещь, как «госбезопасность», мог.

«Итак, ни документов, ни денег у нас сейчас нет, подходящих для этих мест. Как-то просить местных – могут удивиться, что не знаем простейших вещей. Может тут продукты и подобное бесплатно, как и медпомощь, при наличии документов. А без документов передвигаться нельзя. Как тем же колхозникам, рассказывали. Уверен, все достать можно, но не нам, без единого контакта и выхода. Грабить продуктовый, чтобы стащить булку хлеба и палку колбасы? Самое нелепое что можно придумать, но рано или поздно придется. Как и искать топливо, если оно тут есть подходящее. Значит, все же деньги – без них никуда. В магазинах кассу сдают вечером, может остаться только мелочь для сдачи на утро.»

Взгляд снова непроизвольно скользнул по салону в сторону бардачка, но вариант вооруженного ограбления Борис отбросил. Будь он один, попытался, напугать человека куда проще, чем уговорить, но вот впутывать в это дело сына не желал.

Встряхнув головой, он понял, что сын уже некоторое время что-то рассказывает, и вслушался. Может он сам, зажатый рамками прошлой жизни и привычек, не видит какое-то простейшее решение, до которого додумается ребенок. Ему же не завод продавать за копейки сейчас надо было.

— … и тогда могут помочь, что думаешь?

— Прости, задумался, что ты предлагал?

— Вечно ты задумываешься и никого не слушаешь! Говорю можно найти что-то работающее и попросить помощи, а в случае его сказать — документы выронил, и они где-то в машине или в поле. Только кровь уже остановилась, так что не знаю что делать.

— В нос получить, — попытался отшутиться Борис, но по взгляду сына понял, что другого варианта он не придумал. – Так, этот вариант отметаем, это слишком. А ну руки покажи… Покажи-покажи, не откушу.

Борис внимательно рассматривал несколько секунд руки с аккуратно подстриженными ногтями, но все же не срезанными под самую подушечку пальца.

— Сначала попробуй сильно высморкаться… Но не тут, на улицу. Не поможет – просто поковыряйся в носу, поцарапай там ногтем. Чтобы и правда помогли, следов что тебе дали в нос не должно быть – кровотечение должно быть странным и необычным. Или как минимум из-за давления, что потребует и правда доставки в больницу. Эй, погоди, не сейчас же, а то и правда или сама остановится, или наоборот остановить не сможем… - Резко остановив Антона, что уже готовился потянуть ручку двери.

Снова рыкнув мотором, машина тронулась, осторожно пересекая невидимую черту, за которой возврата уже не было. Границу между пустынной дорогой и обитаемым местом.

В сторону центральных улиц Борис не поехал, свернув на первом же перекрестке в сторону. Он запомнил, как пристально сержант рассматривал его машину, и догадался что тут такая техника непривычна, и явно привлечет огромное количество ненужного внимания.

«Достать бы местную машину на местных же номерах – вторая проблема была бы решена. Можно, конечно, попробовать, в таком городке хозяев всех машин не знаю, но нарваться на знакомого можно легко. Угон – не вариант, да и неизвестно как тут с сигнализацией. Особенно кустарной, всякие выключатели и секретки…»

Маневрируя по небольшим улочкам, и смотря на знаки чтобы не заехать случайно в тупик, мужчина так же часто поглядывал и в боковое окно, ориентируясь на расположение многоэтажек, как на центр городка. Вблизи эти дома уже можно было разглядеть подробнее, и привычных «хрущевок» и «брежневок» тут в глаза не бросалось. Дома выглядели типовыми, но не выше четырех этажей, с некоторым количеством украшений на фасадах, что превращало однотипные дома в подобие замков.

Свернув на одну из улиц, Борис с удивлением отметил ворота, ведущие во дворы. Пусть они были открыты, но дома, похоже, представляли из себя даже не столько типовые строения, сколько типовые микрорайоны. Но то, что во многих из них первые этажи были заняты магазинами, ателье или почтой, не изменилось. Но все они сейчас темнели пустыми окнами, да красными лампочками коробок сигнализации на фасаде, что окончательно хоронило идею взлома.

— Так, думаю, там можно попробовать… — Через квартал виднелась хоть и не ярко, но освещенная витрина, над которой продолжала гореть нечитаемая с торца вывеска. – Наверное, какой-то дежурный магазин, работающий до позднего вечера, а то и всю ночь.

Остановившись в тени и выключив фары, мужчина посмотрел на сына, что уже не казался таким решительным, как несколько минут назад, готовый рискнуть своим носом в прямом смысле. Но все же, сжав платок, открыл дверь и наклонил голову.

Нервно постукивающий по рулю Борис не заметил, как из темноты в подворотне появилась фигура и направилась к ним. Фигура, в темноте казавшаяся человеческой, но вот чем ближе приближавшая, тем больше отличий от человека было заметно. Вытянутая морда, торчащие над головой уши, внушительный хвост, что колыхался в такт движению.

— Что-то случилось, мальчик? – раздавшийся женский голос заставил вздрогнуть как Антона, ковыряющегося в носу, так и его отца, снова слишком задумавшегося.

— А… Алиса? – Подняв голову, сначала произнес Антон, а потом вздрогнул и попытался забиться в салон, все же расцарапав себе нос и теперь пачкая куртку каплями крови, позабыв про платок.

Незнакомка если и была похожа на его знакомую, то только общим видом и маской лисы на лице. Точнее, ее маска была бы больше похожа на волка, если бы не яркая, кричащая раскраска шерсти на ней, как и прядей «волос», торчащих между ушей. И самое страшное - маска не была неподвижна, губы шевелились и глаза двигались как настоящие.

— Говорила я этому Ивану-дураку, что так и будет… — С силой упираясь ладонью в дверь, она не давал Антону, истово дергающему ручку, захлопнуть дверь.

— Сука, ты что за хрень такая!? – Крик мужчины, что дернулся к бардачку, разорвал тишину.

— Зачем так при ребенке-то? – Водительскую дверь дернули снаружи, когда Борис сообразил что уже поздно, и попытался все исправить, вдавив в пол педаль акселератора. Но машина отозвалась только взрыкнувшим мотором да туманом выхлопа позади. Мужчина растерялся – с одной стороны над сыном возвышалась непонятная тварь, похожая на раскрашенную всякими нерформалами-графитчиками статую волка из детского парка, иллюстрирующую какую-то из сказок. С другой ручку двери снаружи дергал весьма настойчиво человек, снова привлекающий внимание формой и петлицами на ней.

— Блять! – С силой ударив по рулю, он попал на кнопку сигнала и громкий гудок машины заставил всех замереть на пару мгновений. Даже незнакомец перестал дергать дверь, видать так и не разобравшись впопыхах с дверной ручкой.

***

— Так значит диверсанты и разведчики, хоть что-то, — демонесса, напоминающая ярко раскрашенную прямоходящую волчицу или лису, потянулась и захлопнула стоящую на столе шкатулку с драгоценными камнями. Весьма внушительными камнями, за которые многие ювелиры попытались дать немалую сумму до тех пор, пока не взяли бы их в руки. Ведь все камни были искусственными, или техническими. Только как показала практика, такие камни, выращенные как копия природных в тех же условиях, но в лаборатории, для сохранения магической энергии подходили ненамного хуже природных.

Сняв с вешалки теплую куртку под дежурную шуточку напарника, Ивана Царева, о том, что ей и своей шерсти должно хватать, она направилась на улицу. Именно привычка парня повторять одну и ту же шутку из раза в раз, не обращая внимания на недовольство окружающих, помноженное на его фамилию, и дало ему прозвище «Иван-дурак». Как отшучивалась в ответ Ронни, именно под этим именем остальные знали сержанта-демонессу, «до царевича пока не дорос».

За годы совместной работы шуточки, как и прозвища, в их паре каждый из них пропускал мимо ушей, и ответы на набившую оскомину фразы, как и сами фразы, стали своего рода ритуалом. Как ни странно, ритуал этот неизменно приносил удачу, так что попытки отказаться от шуточек были отброшены давно.

— Так что, хватит энергии на полноценный поиск? – Кивнув на шкатулку в руках напарницы-контрактора, Иван пристроился следом. Сам он был тоже неплохим поисковиком и аналитиком, часто замечая связь между совершенно разрозненными, на первый взгляд, фактами. Но предпочитал делать это за столом, разложив вокруг на столе, стульях и прочих местах бумаги, заметки и фотографии, так что пройти и не зацепить что-то становилось проблематично. И в итоге почти весь кабинет, за исключением пары стульев для Ивана и Ронни, и притулившихся в углах шкафов, занимал самодельный стол в виде досок, уложенных поверх стандартных казенных столов.

И командировки Иван не любил по этой же причине – приходилось искать место, где можно было поработать с документами с привычным размахом, что сложно как в машине или вагоне, так и в предоставляемом кабинете.

Ронни же была практиком-поисковиком, способная по малейшему следу отыскать объект. Тем более в таких условиях, когда ничего не должно мешать и сбивать со следа, а собственные силы всегда можно было подпитать накопителями. Чем сейчас она и собиралась заняться.

— Полноценного не потребуется, хватит и узкого, мне примерно указали где они должны быть. Если у них, конечно, нет при себе маскировки, но тогда мы просто станем искать не чужаков, а аномалии.

Поднявшись на крышу здания, вмещавшему в себе почти все правоохранительные и силовые структуры небольшого городка, демонесса повернулась в известную только ей сторону и принялась вычерчивать пальцами странный узор, который со слабым красноватым свечением застывал в воздухе. А после сменил цвет с красноватого на золотистый и рассыпался в воздухе, оставив после бея видимую только Ронни дорожку, как раз на уровне крыши здания, что уходила в сторону буквально соседнего микрорайона.

— Нам туда, — указав рукой направление, она двинулась назад, остановившись у напарника на несколько мгновений. – Что уже надумал?

— Ничего необычного – там один из нескольких магазинов, работающих в это время. Совсем дилетанты, или это отвлекающий маневр, ты бы поискала маскировку…

— Поискала, это был комплексный поиск, который указал бы на аномалии поблизости, но ничего не нашлось. А так – пока мы проверим, тут на всякий случай приготовят все для полноценного поиска – чего нам терять почти час времени? Разомнемся заодно. – Разминувшись с поднимающимися по лестнице сотрудниками, что несли самый важный для любого ритуала инвентарь – лопаты для расчистки места, напарники покинули здание.

— Пешком, что ли? – Буркнул Царев, застегивая форменную куртку и догоняя напарницу.

— А ты как думал, мы больше объезжать все будем, а по прямой через дворы тут совсем рядом. Зря что ли наши бегали, все ворота открывали во дворах под ворчание местных?

Глава 2

— Итак, расскажи еще раз – СССР распался в девяносто первом году, да? – Борис вздохнул, не отводя взгляда от человека, сидящего зав столом. Почему-то смотреть в сторону странного существа в такой же форме, словно сбежавшего из мультика, совершенно не хотелось. Как и принимать слова о том, что это демон. Точнее, демонесса.

То, что в местных силовых структурах, а точнее – в государственной безопасности, был целый отдел, в штате которого состояли исключительно демоны и заключившие с ними договор люди, было странной новостью. Всякие «Очевидное-невероятное» и выступления гипнотизеров, заряжающих воду через телевизор или ударяющих человека по лбу небольшой палочкой с шариком на конце, чтобы излечить все болезни, были для прагматичного человека лишь способом заработка. А тут вся эта мистика не то что постучалась – вломилась в его жизнь, и жизнь сына.

Который в итоге рассказал, почему назвал Ронни Алисой, чем вызвал куда больше интереса со стороны «особистов», чем Борис, сам факт их появления тут и, тем более, их машина.

Это оказалось еще одним шоком – большинство вещей, только недавно вошедших в обиход дома, тут имели аналоги довольно давно, или не вызвали особого интереса. При чем часто были техномагическими, как тут говорили, вещами. И потребляли тут, за Уралом, энергию из накопителей в виде драгоценных камней. Емкость кристаллов подгонялась так, чтобы заряда хватало примерно на месяц регулярного использования, а потом их меняли в специальных центрах по обслуживанию. И все эти устройства были довольно компактными и съемными, просто вставляясь в специальные места в салоне автомобиля, другой техники и даже квартиры.

Попытки выяснить их устройство ни к чему не привели – «магия и все тут». Не до конца поверившему мужчине продемонстрировали устройство, в котором и правда был только кристалл, и несколько странных узоров на корпусе или вставленных внутрь платинах. Как оказалось – для разных режимов работы местного кондиционера – нагрев, охлаждение, очищение или ароматизация воздуха. Вставил нужный набор пластин внутрь, остальные закрепил в специальных местах снаружи, чтобы не нарушать комплектность, и вставил небольшую, с переносной магнитофон или транзисторный радиоприемник, коробку в форточку. А дальше все как у обычного кондиционера – несколько кнопок выбора режима, точнее активации пластин, и пара «крутилок» для регулировки скорости потока и температуры воздуха на выходе. И никакого шума.

Но на вопрос, почему при таком уровне развития под окном пышет жаром обычная чугунная гармошка батареи, пожали плечами и заявили про затраты. Сюда, где магии нет и построить станцию зарядки накопителей нет возможно, накопители приходится доставлять издалека. И обогревать дома, вырабатывать электроэнергию и множество других вещей проще и эффективнее получать исключительно технологическими способами. Например, у транспорта тут классические двигатели на бензине или дизельном топливе.

Но и эта область не заинтересовала местных. Точнее, «особистов», а вот что сейчас делают с машиной техники, Борис не хотел даже представлять. Оставалось надеяться, что и правда автомобиль – не самое интересное что у них с собой.

С Антоном Ронни разговаривала исключительно в присутствии Бориса, для которого история про девочку в маске лисы и то, что его сыну предлагали примерить такую же маску Зайчика, была шоком. Особенно после цитирования считалочки, заставившей демонессу задуматься, а затем и вовсе выйти из кабинета. Что удивило даже Ивана, соблаговолившего разъяснить пришельцам, что та пошла советоваться с начальством. Которое видело вовсе не в аду, а в центре Европы, точнее – в Праге, тут и правда оказавшийся «столицей нечисти».

На невысказанный вопрос мужчины о доверии и выдумкам сержант просто кивнул на прибор на столе, который Борис все это время принимал за «письменный прибор», довольно любимый всякими начальниками и чиновниками, с календарем, подставками для ручек, блокнота. А оказавшегося местным детектором лжи, наверняка тоже порождением смеси магии и технологии.

— Уже совсем поздно, — раздавшийся со стороны двери голос Ронни был неожиданным для всех. – С жильем все решилось, так что отдыхайте до завтра, все равно раньше утра согласования не будет. А с тобой хотят теперь поговорить очень важные личности.

Последнее было адресовано уже Антону.

— Не бойтесь, это не подвалы и не застенки с расстрельной комнатой, — Хмыкнул Иван, поднимаясь из-за стола. – Местная гостиница. Сейчас она все равно пустовала, так что все помещения там зарезервированы. Думаю, чтобы не дергать никого, поедем на вашей машине. Топливо уже взяли на анализ, подберут подходящее, чтобы мотор не угробить.

***

Ночь прошла на удивление спокойно. Гостиница оказалась, конечно, не шикарными апартаментами, но однокомнатный номер с двумя кроватями, санузлом и ванной был неплох. Постель чистая, пыли и непрошенных жильцов в виде тараканов нет, да и отопление работало на славу.

По пути, правда, пришлось все же заехать в магазин и купить немного самых простых вещей – зубные щетки, бритвенный набор для Бориса, и прочие трусы-носки. Пистолета в бардачке ожидаемо не оказалось, об этом даже спрашивать было глупо, а финансовый вопрос взяли на себя особисты.

«интересно, по какой графе пройдут эти расходы в командировочном бланке?» — с исключительно профессиональным интересом отметил про себя мужчина, выходя из магазина с бумажным пакетом, который отправился в багажник автомобиля.

Приводя себя в порядок утром, Борис даже не подумал выглянуть сначала в окно, так что выйдя со всеми сопровождающими на улицу, ограничившись чаем, довольно вкусным на его взгляд, был удивлен. Даже, скорее, шокирован.

Так как толпа, иначе не скажешь, местной ребятни буквально облепила машину, заглядывая в салон сквозь припорошенные инеем стекла, рассматривая «кенгурятник» и дополнительные фары на переднем бампере, прикрытые фирменными чехлами. Еще немного, кажется, и они полезли бы под авто высматривая там интересные им подробности.

Но стоило компании взрослых двинуться в сторону машины, как компания парней и девчонок, что с удивлением отметил мужчина, бросилась врассыпную и в считаные минуты скрылась в подворотнях и закоулках дворов и гаражей вокруг.

— А вы говорили что никому не интересно, — попытался подколоть Ивана бывший бухгалтер, но в ответ услышал лишь хмык.

— Так это дети – им любой новый автомобиль интересен, тем более такой необычный.

Тем временем владелец машины достал из кармана брелок и нажал на кнопку. Но ничего не произошло. Тогда он и вспомнил, что вчера так же точно, машинально, поставил машину на сигнализацию, и не обратил внимания что авто в ответ не пиликнуло привычно, и не мигнуло поворотниками.

— Что-то сломалось? – С неподдельным интересом уточнила демонесса, переводя взгляд с владельца на авто.

— Не знаю, если только конечно это не ваши специалисты постарались… — Борис медленно начинал злится, только теперь сообразив, что в машине могла быть гора шпионских устройств, да и в комнате тоже. Причем вычислить их как-то он не смог бы – настолько «жучки» тут могли сделать непохожим на микрофон или камеру.

«Хорошо еще ничего не обсуждали, а то мало ли…» — Пусть никаких секретов и «военных тайн» они не открывали, но малейшая оговорка могла дать ключ к влиянию и давлению что на него, что на Антона. А иллюзий по поводу добродушного тона и улыбок особистов он не испытывал.

— Никто вашу машину не трогал, кроме того обследования при котором вы сами присутствовали. И никто вам не мешал после этого проверить все самолично, — похоже, Ивана задело такое отношение или к его службе вообще или к специалистам, осматривающим машину. А может просто утром у него было не самое лучшее настроение, да и напарница тоже не казалась такой беззаботной, как вчера.

— Может просто батарейки сели, — решил вклиниться в разговор взрослых Антон, за что заработал сразу несколько недовольных взглядов. Показалось даже, что до этого про него вообще забыли и он мог бы уйти, раствориться в переулочках и никто ничего бы не заметил.

— Но в машине аккумулятор же в порядке, — словно пытаясь найти ответ, задумчиво протянул мужчина, напрягая память и пытаясь вспомнить, заводил ли он заново машину после того, как вылетел с дороги, или она все время работала? Ведь на индикатор зарядки батареи он не смотрел, и аккумулятор в машине тоже мог разрядиться в момент перехода, просто его сразу же начал заряжать генератор.

Сев на водительское место и порадовавшись, что никто из детей не потянул за ручку, как оказалось, незапертой двери, он повернул замок зажигания. Мигнули лампы на панели приборов, и двигатель завелся. Посмотрев на индикатор аккумулятора, Борис снова хмыкнул. Или за ночь на холоде батарея подсела, или и правда переход почему-то разряжал такие вещи, не мешая при этом работать мотору.

«Все становится запутаннее, чем казалось сначала, да еще все эти недомолвки…» — Их появление и все что они рассказали, похоже, заставило Ронни и Ивана вызвать кого-то рангом повыше. Да и там, на дороге, человек тоже представился сержантом, а значит и его демон был где-то рядом. Ведь знаки отличия, относящиеся к подразделению, у него были аналогичными.

Все это пронеслось в голове, пока мотор прогревался, а потом авто медленно двинулось по расчищенным от снега улицам. Немного удивляло то, что снег, даже на обочинах городских улиц, был белым, а не серым от сажи, грязи и реактивов, как там, дома. Хотя это касалось лишь большого города – в поселке кучи снега тоже не были похожи на пыльные холмы.

По указаниям спутников он вернулся к тому зданию, где вчера они провели вечер, и с удивлением отметил немного странный вид стоявших рядом автомобилей. Темно-синие, с широкой красной полосой, они не были похожи на «канареечные» машины милиции, да и внешне отличались.

Мягкие, округлые, чуть дутые формы больше напоминали авто пятидесятых-шестидесятых, чем рубленные формы, как у его внедорожника, чаще встречающиеся сейчас. Старые «Москвичи», «Волги» и даже «Буханки» смотрелись бы в этом мире органично, не вызывая любопытных взглядов.

Борису захотелось хлопнуть себя по лбу, когда он понял, что больше всего напоминали ему милицейские авто этого мира. Польские курносые микроавтобусы с забавным названием «Нюся». Или как-то так их называли водители. И все бы ничего, но по словам местных сопровождающих, Польша тоже оказалась за границей, и была территорией демонов и прочих потусторонних существ.

— Так кого, по итогу, мы все же ждем? – Зайдя в знакомый по вчерашнему разговору кабинет, мужчина еще раз удивился пустоте в здании. Никто не разговаривал в коридорах, никто не ходил из кабинета в кабинет, словно коридоры расчистили перед их появлением.

«Хотя почему «словно» — вероятно так оно и есть. Странно это все. С одной стороны, мы едва ли не по городу спокойно ходим, я на своей машине езжу, а с другой – такая вот секретность чтобы ни с кем не заговорил? Или это я уже себя накручиваю и тут людям просто есть чем заняться, кроме перекладывания бумажек и хождения по знакомым?»

— Тех, кто сможет решить вашу проблему, — не подозревая, насколько двусмысленно прозвучала эта фраза, демонесса спокойно уселась на подоконник. А вот Антон и его отец напряглись, ожидая теперь худшего, и у обоих в головах почти одновременно пронеслась печально известная фраза «нет человека – нет проблемы».

— Зачем же так плохо думать о нас, и тем более о местном правителе, — чуть хрипловатый голос раздался от двери, и в помещении появилась рогатая девушка.

— В каком смысле «местном правителе»? – В голове Бориса снова появилась мысль о том, что он не пытался даже выяснить что-то про этот мир за пределами того, что им рассказали.

«Не быть мне шпионом, как там, рассказывают, проверяли претендентов? Оставляли на десять минут в кабинете, а потом спрашивали, что лежит в конкретном ящике?»

— Ведь эту фразу приписывают именно товарищу Сталину, а он является легитимным правителем этих земель, — новость для пришельцев была, мягко говоря, удивительной. Ведь дату, которую им назвали, они приняли на веру, пусть это и казалось удивительным. Две тысячи двадцать седьмой год.

— Но тогда… Сколько ему лет, — от неожиданности Антон позабыл, где находится, и заговорил без разрешения среди взрослых. Хотя рогатая незнакомка производила впечатление совсем юной особы, не сильно старше его самого.

Но судя по реакции собравшихся, особенно Ронни, снова все было не так просто.

— А ты сам посчитать не можешь? Или у вас там таким вещам не учат? – Поймав ее взгляд, парень замер, а потом моргнул и странное оцепенение пропало.

— Как интересно, все сложилось даже так? – У Антона все немного поплыло перед глазами, и он вцепился руками в стул, словно пытаясь на нем удержаться. Через несколько секунд стало полегче, и картина в глазах прояснилась.

— Что это значит? – Борис вскочил, возвышаясь над рогатой, и сжимая кулаки, но вдруг сделал шаг назад, усаживаясь на стул, а на его лице гнев сменяло удивление, а потом и ужас.

— То и значит. Сидишь и молчишь, смертный.

— Госпожа Робин, может не стоит так… — Ронни хватило одного взгляда, чтобы замолкнуть. Все же второй по силе менталист, и как следствие – доверенное лицо и «заместитель» демонического монарха, сейчас королевы Сиалак, не то существо с которой охота спорить. А внешность – она обманчива, Природа часто являлась в виде маленькой девочки, которой не дашь больше десяти лет.

— Стоит. Это быстро и не даст вилять. Да и все что надо я узнала. Все, что они рассказали – правда. Точнее, они считают это правдой, а наличие магов, способных на работу с память так, чтобы я не смогла найти следы, под большим сомнением.

Менталистов, по сути, не любили нигде. Боялись, не любили и старались лишний раз с ними не пересекаться. Кому понравиться вести дела с тем, кто может прочитать твои мысли, а то и внушить что-то? Но иного способа держать в узде демонов, как настоящих, которым нужны для жизни и восстановления сил души, так и просто магически стильных существ, не похожих на людей и имеющих внешние атрибуты, приписываемые демонам, не было. А зная, что тебе в разум в любой момент может кто-то вторгнуться, если ты начнешь буянить, и подчинить своей воле, почти все сдерживали свои порывы.

— Итак… Антон, или называть тебя Зайчик? Могу разочаровать тебя – то существо в маске не является не только твоим другом, но и даже не является человеком. Твои способности по меркам нашего мира малы, но вот у тебя дома их достаточно, чтобы прилечь внимание хозяина тех земель. А эти куклы – лишь его марионетки, имеющие какое-то подобие своей воли, но приказам хозяина они не повиноваться не могут. При этом их хозяин хитер, и может погружать остатки их личности в иллюзию, своего рода тюрьму, никак не связанную с внешним миром. Да, когда-то они были людьми. И чтобы удержать в теле их душу, а не превратить в нежить, ему приходится идти на такие хитрости.

— Ему? Вы хотите сказать…

— Ничего я не хочу сказать, просто вам проще воспринять это существо как мужчину, хотя он может выглядеть и как женщина, и как ребенок, ведь он может менять тела. Как паразит, вселятся в носителя и медленно поглощать его личность и душу, когда его слуги не могут принести ему достаточно пропитания. Плоти и душ. Все эти древние верования о том, что съевший часть своего врага получит часть его сил, восходят к тем временам, когда в вашем мире такие существа ходили по миру. Всякие «хозяева лесов-болот», заманивающие к себе путников, которые потом возвращались к своим семьям «другими» — именно про них. Часть из них уничтожили, часть вымерла с голоду, но некоторые остались. И всякие маньяки, орудующие в определенном месте, не покидающие его, и которых не могут найти десятилетиями – часто из их рода. Меняя маски-тела, прячась от других по лесам, они живут столетиями.

Как героиня дешевого фильма, рогатая, к которой обратились как к Робин, уселась на стол. И удобно опреревшись на него руками, продолжила, болтая в воздухе ногой.

— Если такое существо живет, оно довольно древнее и хитрое. И очень умное, и совладать с ним непросто. Все сказки вам соврут, так как часто придумываются именно этими тварями. Почему тварями? Потому что это они и есть – изначально это просто сгустки злобы, гнева, которые поглощали чужие души и тела, собирая в себе осколки их воспоминаний. Для обретения хоть какого-то разума им требуются столетия. Но со временем они становятся очень опасным противником, способным вывернуть реальность в твоей голове, погрузить в иллюзию, превратив в марионетку. И вырваться из нее возможно только если тебя отпустят. Сам ты никогда не найдешь путь наружу. Для тебя это будет счастливая жизнь, в которой исполнятся свои мечты. Может, не все, чтобы у тебя не возникло даже подозрения, что это сон.

— Но зачем тогда отпускать и показывать реальность? – Антон с удивлением и страхом смотрел на девушку.

— Чтобы доломать. Чтобы превратить в покорную марионетку, которая будет сама держаться за иллюзию, и бояться ее покинуть, чтобы не видеть тех ужасов, что творит. Как говорится, самая лучшая темница – та, которую заключенный считает безопасным местом в опасном мире. А зачем я это рассказала? Тебе придется с ним столкнуться, когда вернешься. Оставлять вас тут нет смысла и опасно. Не бойся, это не твоя фантастика, которая приведет к гибели мира. Ваше присутствие тут просто не принесет пользы местным властям, а ваши идеи могут оказаться вредными, за которые вы же получите неприятности с местными законами. И тратить ресурсы на ваше содержание никто не станет. Так что выбор у вас невелик – либо ликвидация, либо возвращение обратно.

Робин повернулась к особистам.

— Только не рассказывайте сказки, что не получали подобного приказа. Тут не надо быть гением – даже мы так поступаем с теми, кто все еще попадает через порталы. Или уничтожаем, или отправляем обратно. Сейчас как раз такая ситуация, к вечеру прибудут Гильдейские, чтобы попробовать открыть портал обратно. Усиление, чтобы твари не пролезли сюда, тоже будет, все согласовано.

Борис посмотрел на сына, ощущая, как в душе поселился липкий страх. Девочка, которой судя по тону было не впервой обрекать кого-то на смерть, только усмехнулась, явно читая его мысли и эмоции без малейшего зазрения совести. И мужчина понимал – ликвидация, какое хорошее казенное слово, его самого и его сына не вызовет ни тени эмоции на ее лице. Это просто работа. Как это напоминало некоторых его знакомых, которые, глотая кофе из стана, без тени эмоций рассказывали, как получили еще одну квартиру, добившись подписи на документе молотком и паяльником, и вывезя потом бывшего хозяина в лес и там оставив. На глубине в пару метров.

— Вот, ты прекрасно меня понимаешь, — ответила его мыслям рогатая. И не спрашивая разрешения, закурила. Немного недовольно поморщившаяся Ронни подошла к окну и что-то сделала у коробки кондиционера там. Итогом стало то, что дым по сложному пути, огибая сидящих людей, втягивался в коробку, а запаха курева в комнате почти не осталось.

Но Бориса это не впечатлило – в его голове намертво засела мысль о ликвидации. И судя по реакции местных, спорить с этой девчонкой никто не станет, если они и правда получили соответствующий приказ. Сержант не отвел взгляда, а значит явно не в первый раз с таким сталкивался. Мужчина вздохнул и опустил глаза. Бороться с системой бессмысленно, тем более так мало зная о мире. Даже затеряться среди местных, выдав себя за приезжего, не выйдет.

— Как я понимаю, стирать память нам не будут?

— А зачем? – похоже, искренне удивилась Робин. – Даже если вы все это расскажите, вам не поверят. Ведь даже твой сын не рассказал тебе о своей знакомой в маске лисы. Ведь у вас рассказы о демонах, духах и призраках приводят либо на телевидение, либо в дом для умалишенных. По-вашему, в «дурку». А этого не надо ни тебе, ни твоему сыну. Так что помалкивать и выдумать историю о том, что машина заглохла по дороге, в ваших же интересах.

Антон переводил взгляд с отца на Робин, потом на Ронни и Ивана, и никак не мог принять того, что его жизнью и судьбой, а также судьбой его отца, так легко распоряжаются какие-то посторонние люди и нелюди. И то что отец воспринимал это с какой-то спокойно обреченностью, никак не мог принять.

— а что ты можешь сделать? – Явно прочитав его мысли, фыркнула рогатая. – Мне даже интересно послушать, как вы попытаетесь прорваться отсюда, получить хотя бы документы, не говоря уже о финансах и чем-то подобном, и спрятаться в мире, о котором ничего не знаешь.

Вытащив из кармана монету, она кинула ее Антону.

— Давай, расскажи, что ты сможешь купить на эти деньги.

Антон смотрел на довольно массивную монету с ребристым краем, с непривычным ему гербом с колосьями и серпом с молотом на фоне планеты, и надпись «два рубля» на другой стороне, и пытался вспомнить, какую же сумму в итоге им назвали вчера в магазине. За все то, что они купили.

— Ну вот… — Неожиданно она замолкла на середине фразы, да и остальные в кабинете замерли без движения, словно прислушиваясь к чему-то. Чему-то, неслышимому пришельцам.

А потом кабинет словно взорвался. Робин вылетела за дверь, при чем в почти прямом смысле – остатки двери теперь тихо покачивались на смазанных петлях. Ронни и Иван схватились за телефоны, начав набирать номера и отрывисто обдавать команды.

— Общий сбор. Отозвать всех с отгулов и отпусков. Инструкции будут через пол часа, в главном зале.

— Выставить посты на въездах в город. Полная экипировка.

— Запрос на дополнительные силы был отправлен? Какой ответ? Зараза!

— Да, через пол часа всех собрать в зале.

Отец с сыном ничего не понимали, но благоразумно попытались слиться со стенами кабинета и не выдавать свое присутствие даже дыханием, не говоря уже про уточняющие вопросы. С коридора все чаще стали доноситься трели звонков и отрывистые команды и приказы, большинство слов которых было не разобрать.

Но понятно было самое главное – что-то случилось, и теперь всей могучей машине госбезопасности стало резко не до парочки пришельцев из иного мира.

Снаружи в окно раздался стук. Сначала легкий, похожий на царапанье окна. Потом все громче. Только никто из находящихся в комнате, казалось, не обращал на него внимания. Ни отец, ни занятые переговорами по телефонам сотрудники госбезопасности.

Встав со стула, Антон подошел к окну, и замер в шаге от подоконника. Снаружи, на жестяном отливе стояла девочка в маске сороки и выцарапывала на стекле слова. От каждого ее движения на прозрачном стекле оставалась полоска, а буквы были кривоваты, как у первоклашки.

Но слова можно было разобрать.

Раз-два, скачет Сорока,

Три-четыре, Паук у норы,

Пять-шесть, Белка на ветке,

Семь-восемь, Зайка в сети.

Сорока всем даёт подсказку:

Кому бежать, кому кружиться,

Кому стоять, кому играть,

А кому водить и ждать!

Заорав, Антон сделал шаг назад и, зацепившись за что-то, упал на пол. В кабинете повисла тишина, а странное существо исчезло. Но слова на стекле остались, показывая собравшимся – местный Хозяин проснулся.

Глава 3

Борис мерял шагами камеру, шипя сквозь стиснутые зубы. Только присутствие сына сдерживало его еще от многоэтажных матерных конструкций, выражающих всю ту бурю, что творилась внутри у мужчины.

«Безопасность, для вашего же блага… Собаки бешенные…» — Ведь сначала все показалось даже разумным, после появления и исчезновения непонятного существа, и общей напряженности, предложение о безопасном месте было наилучшим.

«Прошу, заключите меня в бронированную камеру, как же…» — Смотря на покрытую слабо мерцающей дымкой дверь, на которой в дополнение к замку тускло засветились светились узоры в тот момент, когда камера закрылась, он ничего не мог поделать.

Где-то в глубине души еще теплилась надежда, что их не обманули, и все это и правда для безопасности, ведь происходившее наверху не походило на представление. Слишком много ресурсов потратили бы на такое развлечение пары залетных шпионов, будь они даже самого высокого ранга.

— Думаешь, там и правда случилось что-то вроде… Чернобыля? – Впервые за время нахождения в камере подал голос Антон, и мужчина замер, приходя в себя и глянув на часы. Проморгался и посмотрел еще раз. Прошло всего немногим более десяти минут, как все завертелось наверху, а Борису казалось, что прошло намного больше времени. Как минимум пара часов.

— Не знаю, возможно… Может не такое серьезно, а может наоборот, серьезнее. Но тут ожидаются массовые беспорядки или какие-то столкновение, судя по тому, что я услышал. – А может и его сын был прав, и все это было как раз связано с эвакуацией. И все, что тут происходило, было связано с тем что они оказались в каком-то закрытом городе или районе, с очень усиленной охраной. Тогда шанс выбраться отсюда был, и даже как-то устроится в новом месте на тот период, пока не решат вопрос возвращения.

Ключевым тут было прошедшее время – из запертой камеры много не сделаешь. Оставалось попытаться успокоиться, снова, и ждать.

Усевшись на деревянную скамью, слово «нары» вызывало отвращение даже в мыслях, Борис еще раз окинул взглядом камеру. Лавки у стен в количестве трех штук, огороженное перегородкой чуть выше пояса отхожее место в углу. Мало чем отличалось от описанного в книгах и показываемого в фильмах, разве что тут совсем не было окна с пресловутой решеткой. Что не удивительно- это был третий подземный уровень здания. Ена первом, как оказалось, находился гараж, на втором были склады, в которых как раз облачались в «полную экипировку» сотрудники, когда они проходили по коридору. Проход соединял расположенные в разных углах здания лестницы на верхний уровень, чтобы выбраться из казематов было сложнее.

А вот экипировка заставила мужчину запнуться, ведь при нем люди облачались в подобие доспеха, каким его рисуют иллюстраторы на ранних обложках. Вычурные, с множеством узоров и драгоценностей, подходящие для парадов и приемов, но чтобы это было боевой экипировкой? Сейчас же, глядя на скрытую маревом дверь, он изменил мнение. Вспомнил, что в этом мире все эти драгоценности – как батареи для местных фантастических вещей. И вполне возможно, что активированным такой доспех превращался в силовую броню, скафандр или в чем там еще щеголяли герои мультфильмов, любимых его сыном.

Со странным звуком, похожим одновременно и на звон струны, и на звон стекла, пленка с двери пропала, лязгнул замок, вот только в дверях не оказалось ни одного знакомого лица. Или морды. Обычные парни в форме, даже без бросающихся в глаза золотых петлиц и странного нарукавного знака, похожего и на три переплетенных шестерки, и на пародию на солярный символ. Жаль, Борис не увлекался историй и не мог сходу определить ни род войск, ни звание пришедших конвоиров. Но то, что у них в руках не было оружия, он заметил.

— Следуйте за нами, быстро. – Никаких пояснений или чего-то еще. Один сопровождающий шел впереди, еще один замыкал строй.

Быстрая пробежка по лестнице, знакомый коридор с запертыми и также покрытыми уже виденной дымкой дверьми, еще одна лестница, внушительное пространство подземного гаража, в котором его внедорожник и еще один фургон смотрелись совсем сиротливо.

Подойдя ближе, Борис снова с шумом выдохнул воздух – на его машину топорно, коряво, и явно в спешке прикрепили какие-то изрисованные коробки, явно безжалостно продырявив болтами, или чем-то еще, металл. Хотя теперь машина тоже была покрыта маревом, которое для себя мужчина решил считать защитой.

— Ух ты, силовое поле, — а вот Антону изуродованная машина понравилась явно больше, чем изначальный вариант.

— Вы меня вообще слушаете? – Одному из сопровождающих пришлось повысить голос, породив в гараже эхо, чтобы привлечь внимание. Как оказалось, он протягивал им чуть громоздкую, но явно исключительно технологическую рацию. Ящик размером с обувную коробку, из которого торчал согнутый в несколько раз штырь антенны и наушник с закрепленным микрофоном.

— Поставите рядом с собой, инструкции выполнять неукоснительно и немедленно, без задержки, поняли? – Борису оставалось только кивнуть, и, забравшись в машину, поставить коробку на переднее пассажирское сиденье. Пока Антон забирался назад вместе с одном из сопровождающих, еще и пристегнул коробку ремнем безопасности, на всякий случай.

— Да хватит! – огрызнулся, когда сопровождающий бесцеремонно попытался натянуть на его голову «гарнитуру». – Я не беспомощный младенец!

— Счет идет на минуты – не успеем выбраться пока все еще спокойно, можем попасть в мясорубку. – Так же нервно ответил конвоир, и только тут Борис осознал, насколько все виденные только что люди были взвинчены. И что никого из знакомых, а тем более никого в странных доспехах, сейчас тут не было.

Антон просто молчал, вжавшись в сиденье. Ему хотелось стать поменьше, незаметнее, чтобы никто его не видел. А еще лучше – забраться с головой под одеяло, свернувшись там, и убеждать себя, что ничего страшного снаружи нет.

Двигатель чихнул, а потом заработал ровно. Времени прогревать машину не было – фургон уже двинулся к выезду, и в наушнике прозвучало коротко:

— Движение!

Пришлось втопить педаль и рвануть с места с пронзительным, пусть и коротким, визгом покрышек. Хорошо, что машины стояли как раз напротив выезда, и не надо было крутить руль.

«Как же перетаскивали, машина же на ручнике стояла…» — потом вспомнил, что вся сигнализация благополучно умерла и не работала. А выехав на поверхность, мужчине стало не до размышлений.

Город был залит переливающимся розово-фиолетовым светом, источник которого, если он не ошибался, находился примерно так, где они появились в этом мире. Там висел над землей похожий на смерч столб, переливающийся этими цветами, и их сполохами освещая пустой теперь город.

Несколько коротких команд о направлении движения, и впереди показался «хвост» колонны из самой разной техники, что двигалась в сторону от этого жуткого явления. Догнать ее оказалось не так и просто – машины, похоже, все были примерно равны по скорости и сейчас выжимали из себя все. Точнее, из машин выжимали водители.

Ни Борису, ни Антону не хотелось проверять, что же случится если они встретятся с этим странным смерчем. Сосредоточение на дороге, на которой периодически попадались странные выбоины, которых раньше мужчина не замечал, помогало с этим справится.

Неожиданно яркость свечения усилилась, так что стало некомфортно смотреть в зеркала, а рация разразилась не короткой инструкцией, а матерными пожеланиями ехать быстрее, пока их не накрыло.

Спрашивать и уточнять не хотелось, так как свечение потускло, а вот летящий со стороны смерча переливающийся черно-алым, как застывающая лава внушительный шар нагонял колонну.

На некотором расстоянии от смерча шар раскололся, падая на землю кусками. Борису показалось, что вместе с кусками из шара выпали какие-то существа, похожие на людей.

— Там что, кто-то выпал? – Побледневший и вцепившийся в салонную ручку Антон, оказывается, тоже смотрел в зеркала.

— Надеюсь, дохлый, иначе это хана, — подол голос конвоир, который, развернувшись, смотрел в заднее окно машины.

— Почему? – Антон повернул голову, пристальнее рассматривая сопровождающего. Совсем еще юный парень, не старше двадцати лет.

«Скорее всего срочник, кажется так их называют», — думать о плохом не хотелось, и мысли цеплялись за все что угодно, что казалось не таким опасным как происходящее снаружи.

— Потому что из такого портала может вылезти что угодно. Человек, велика, демон… Даже дракон, и в каком настроении оно вылезет – неизвестно.

— Но ведь у вас с ними договоры, союзы, сами говорили…

— То с местными, а откуда эти лезут – неизвестно, такой портал может несколько миров пронзить и тянуть оттуда все, что имеет хоть сколько-то магии. Говорят, именно так сюда даже богов затягивает.

— Богов? Это как Зевс?

— Именно. Так что чем дальше от такого места – тем лучше. Хорошо еще что там черти остались, которые из-за вас сюда явились, у них опыт и оборудование есть.

— Черти?

— Тринадцатый отдел. Накрылось же все. Порталы теперь лет пять не открыть сюда, пока не улягутся возмущения. Обычный транспорт может попасть под удар, а тащить сюда что-то с защитой Батареи… Думаю, им в других местах хватит работы. Янки клятые…

— А они тут при чем? – продолжал допытываться Антон, пока отец сосредоточился на дороге и медленно приближающемся хвосте колонны. Они уже почти покинули город, с двух сторон от дороги стояли уже заборы частных домов, изредка разрезанными уходящими вглубь частного сектора переулками.

— Так очень хотели и себе магию, и провели еще один ритуал, найдя у себя портал. Никто не думал, что они устроят массовое жертвоприношение, как нацисты в сорок третьем. А они сделали, и пошел каскад, пробуждая остальные порталы по миру, и теперь по всей планете такое… Рвет реальность и лезет из иномирья всякое…

Договорить парень не успел, так как машина резко рванула с дороги в один из переулков, так что Антон не удержался и всем телом врезался в соседа. Который только охнул, врезавшись боком в ручку двери.

— Пригнись! – Рявкнул отец, разворачиваясь и со всего маху припечатывая кулаком парнишку в голову.

— Дверь открывай, выкинь его! – Ошарашенный Антон подчинился молча, выталкивая ничего не сделавшего ему парня из салона в снег. Через пару мгновений туда же полетела рация, а машина, снова взвизгнув колесами, рванула вдаль.

— Вот сука, — усевшись на земле и держась за голову, парнишка смотрел вслед удалявшимся огням.

— Как это забавно, да? – Раздавшийся сбоку звонкий женский, даже девчачий голос заставил парня подобраться и вскочить на ноги, чтобы через пару мгновений снова рухнуть на землю, держась за голову.

Перевернувшись на спину, он смотрел снизу-вверх на девушку, или девочку, в птичьей маске и серо-черной короткой шубе.

— Не надо было вам трогать Зайчика, он нам нужен… — Наклонившись к нему, она по-птичьи наклонила голову набок. В неверном переливающемся свете стали заметны еще приближающиеся тени. У одной казался огромным хвост, у другой было множество рук.

— Но добычу он принес. Сейчас главное его не упустить, а для этого нужны силы… — Перед лицом парня мелькнули две серпоподобных лапы.

***

Тихо матерясь, при помощи монтировки из набора инструментов Борис отрывал от корпуса странные местные приборы, пока сидящий рядом Антон при помощи отвертки расковыривал их, и осторожно вытаскивал находящиеся внутри камни-накопители.

Уже потратив на это десяток минут, они избавились от почти всех ящиков, которые и правда крепились впопыхах, и держались на честном слове и каких-то липучках, а не на болтах, как боялся владелец внедорожника. Пятна на краске были меньшей неприятностью, чем дыры, но упускать шанс раздобыть драгоценности мужчина не стал.

Все равно от устройств требовалось избавиться. Они могли служить маячками, да и неизвестно, как они поведут себя при приближении к порталу. Возможно, это было глупым решением, лишаться защиты, но менять его Борис не собирался.

— Все вытащил, — поднимаясь на ноги и протягивая отцу небольшой мешочек, сказал Антон, окидывая взглядом раскуроченные ящики. Было видно, что делались они по тому же принципу, что и кондиционер. Ящик с несколькими регуляторами снаружи, и местами для пластинок с установленным камнем внутри. Всего надо было, что выломать крышку из тонкой фанеры и осторожно разогнуть лапки-усики, держащие камень в покрытой гравировкой пластине.

— Хорошо, садись и поехали, бензина должно хватить…

— А что мы там будем делать, если там оцепление?

— Прорвемся как-нибудь, судя по всему там своих проблем хватает, надо только не мешкать. – О том, что придется бросить машину, думать не хотелось. Но пробраться пешком сейчас казалось хорошей идеей.

— Да, главное успеть, — от воспоминаний о госте или гостье, замеченной в окне, по спине парня пробежали мурашки.

— Что, думаешь тут лесные звери не такие милые и жвачкой не угощают? – Историю сына отец слушал вместе со всеми особистами, вот только как решить проблемы после возвращения домой, еще не придумал. Идей сейчас, кроме очередного бегства, не было.

— Значит так, слушаешь меня внимательно и делаешь то что я говорю. И быстро. – Усаживаясь на водительское сиденье, начал Борис.

— Да-да, ты говоришь то же самое что они, — буркнул Антон, забираясь на заднее сиденье. Почему-то ехать рядом с отцом сейчас не хотелось.

Фыркнул мотор, вспыхнули фары, освещая короткий отрезок дороги, упирающийся в забор. Не зная городка, они заехали в тупик. Только теперь в свете фар стоял силуэт в птичьей маске. Спрятав руки в муфте на животе, она медленно двинулась к машине. Стиснув зубы, Борис медленно надавил на педаль, и машина двинулась назад. Отводить глаза от странной гостьи и смотреть что там позади машины почему-то не было желания.

Удар по крыше заставил машину качнуться, а водителя нажать на тормоз, освещая перекресток красным светом стоп-сигналов. Сверху раздался стук по металлу.

— Тук-тук, а Зайчик выйдет погулять?

Машина резко рванула назад, через лобовое стекло и капот прокатилась тень. В какой-то момент показалось, что их было двое, но нет – это был всего лишь хвост, который был размером в две трети поднимающегося на ноги силуэта.

Не став ждать продолжения, машина мазнула фарами по существам и двинулась обратно к дороге.

— Думаешь, стоит сказать? – Голос у Белки был низким, мужским. Вместо ответа сорока лишь покачала головой.

— Не надо, он сам все увидит. Паук сделала им приветствие, хихик…

***

Направляясь обратно к дороге, мужчина думал о возможной засаде или группе особистов, которые решили не отпускать добычу. И вполне могли вернуться, ведь чтобы разобраться с ним и Антоном хватит и пары человек. Единственная надежда была на то, что вывезти людей из города и правда важнее, чем ловить непонятно кого. Они и так потеряли много времени на избавления машины от всего, что на нее наставили.

Вот то место, где они избавились от спутника, и рация все так же лежит на снегу. Но вот самого парня нигде не видно. Непроизвольно мужчина чуть сбросил скорость, внимательно всматриваясь в окружающий пейзаж. Дорога, лежащая рация, сугробы по бокам проезда.

«Странные сугробы, высотой почти с забор. Буквально пять минут назад они были не такими… И почему они колышутся, это так свет… Бля!»

Осознание того, что дорогу окружали вовсе не сугробы, а огромные паутинные «гамаки», как у некоторых пауков, что оплетали углы старых домов, и самое противное – кусты и деревья. А представлять, кто мог сплести такое, даже не хотелось.

Не смотря уже по сторонам, а подчиняясь одному желанию – оказаться подальше от этого омерзительного места, Борис снова вдавил педаль. Машина, набирая скорость, с визгом колес и заносом вылетела на пустую дорогу и понеслась через город. Теперь тоже пустой, но мужчине в каждом сугробе, занавеске, оборванном плакате мерещилась паутина.

Непроизвольно он несколько раз провел рукой по лицу, словно липкие нити могли попасть в салон машины и налипнуть на него. Ожидаемо, на руке не было ничего, кроме липкого пота.

Видевший то же самое Антон снова сжался на заднем сиденье авто, даже не рискуя посмотреть в окна, боясь, что там снова покажется хихикающая птичья маска.

— Зачем ты дала им уйти? – Сорока обратилась к Пауку, что вышла словно из паутины. Ее тропы и дорожки не было видно до тех пор, пока зама хозяйка не покажется из них. И ходить по ним без хозяйки сетей было еще опаснее, можно навсегда остаться в белом лабиринте, что не поменяется, сколько шагов ты не сделай.

— Они двигаются куда надо. Я подправил их путь. Зачем тащить добычу в логово, если она сама туда бежит? Идем.

Три силуэта скрылись в паутинной пелене, что плавно таяла, как снег на солнце, обнажая почерневшие заборы. Единственное, что не пропало – комок, напоминающий очертаниями человеческое тело.

***

Жуткую тишину разрезал только свист генераторов. Больше всего напоминающие небольшие деревца, усыпанные драгоценными камнями, они словно сошли с иллюстраций сказок. Но это были весьма утилитарные вещи. Улавливая энергию, они направляли ее в накопители, из накопителей – в другие накопители, и так несколько десятков раз, пока энергия не очистится достаточно для ее использования в артефактах.

А то, что с чистотой магической энергии тут бела были плохи, намекали множественные пустые ячейки на «ветвях, особенно по краю «кроны». Накопители просто не выдерживали, рассыпаясь в пыль после нескольких десятков циклов перезарядки-очистки.

— Хватит еще на пару часов, потом придется драпать отсюда быстрее света. — Рогатая девушка закурила очередную сигарету. Поганая человеческая привычка прилипла к демонессе и никак не хотела уходить. Ей самой вреда это не приносило, но позволяло маскировать паузы в разговоре.

— Смысла кого-то ждать уже нет, думаю пора сворачиваться и под защитой оставшихся щитов отходить. Местные уже на достаточном расстоянии чтобы их сразу не достали, а мы отобьемся, если сохраним побольше накопителей с чистой энергией.

Никто не ответил – то что это оптимальный вариант было ясно всем. Бесшумное светопреставление продолжалось, то тут, то там из переливающегося смерча показывался сгусток энергии, ударялся в щит, и отлетал обратно. В эти моменты еще несколько кристаллов рассыпались в пыль.

— А что с гостями? – Ронни в доспехе стояла у броневика, поглядывая то на темный городок, то на сдерживаемый щитами портал.

— Как и ожидались, дали деру. Говорила нечего кого-то к ним в машину садить, но нет – «для достоверности, ничего не будет». А теперь те твари, которых создал парнишка, охотятся за людьми. Это ведь голодные хищники.

— И ничего нельзя сделать?

— Сейчас ничего, потом закроем зону, почистим от всякой гадости… Эх, кончились спокойные деньки, лет сто будем чистить только наши территории, и любоваться как жрут соседей.

— Любимое занятие – дележка мира, понимаю. Говорят, святоши весь флот в воздух подняли, расширяют границы. Да и остальные не отстают. Рейх, говорят, вообще учудил – половину своих крепостей отправил через океан с враждебным визитом. Янки будет не до шуток через недельку.

— Да, но это не самое главное. Если удастся договориться с новоявленным Императором драконов, у нас будут все шансы опередить всех.

— Тот самый случай, когда через пять миров путь ближе, чем через океан? – Ронни оскалилась. Демоны давно разработали план на тот момент, когда людям за океаном надоест довольствоваться крохами. И даже позволили им «украсть» некоторые магические вещи и самое важное – примерные координаты порталов. Оставалось только ждать, кто первый добьется успеха.

Правда, на резонанс, что накроет весь мир, они не рассчитывали, так что вариант пробития обычного портала отпадал, а дальним воздушным флотом Темные земли не обзавелись. И теперь для них самым лучшим вариантом было использовать порталы между мирами. Оставалось только найти нужные и связать их в петлю, начинающуюся и заканчивающуюся в одном мире, но в разных местах. И еще, желательно, закрыть от вторжения извне.

И в данный момент, за исключением божеств, единственным существом, способным на такое, был дракон. Который не только жил на два мира, но и сумел на этом зарабатывать, еще и оказался мироходцем. То есть тем, кто может ощущать и открывать, точнее заново запускать, порталы между мирами.

— Именно. Сворачиваемся. – Получив донесение о том, что машина гостей двинулась в их сторону, отдельный полевой отряд тринадцатого отдела НКГБ принялся занимать места в технике. Еще несколько минут – и взревев моторами, бронетехника двинулась в объезд города, догоняя ушедшую колонну с гражданскими.

Словно ощутив это, сияние смерча портала стало насыщеннее, а кристаллы с деревьев-преобразователей начали осыпаться один за другим.

Глава 4

Оставив машину под прикрытием голых зимой кустов, Борис наблюдал за цепочкой огней, двигавшихся по полу. Пульсирующий свет позволял видеть только общие силуэты машин, но они нисколько не походили на дутые контуры виденной в этом мире техники. Грубые, рубленные линии, отсутствие всяких габаритов на боках, только светящиеся огоньки впереди и позади машины.

Подобное он видел в этом мире до этого лишь раз, когда пропускал колонну техники до того, как попасть в городок. Колонну бронетехники.

«Получается, они удерживали эту штуку только пока жителей города эвакуируют?» — Идея что все это ради него и сына, конечно, была заманчивой, но не выдерживала критики. Будь они настолько важны, их вывозили из города в первую, а не в последнюю очередь. Да и все происходящее с играми в догонялки с основной колонной намекало – их не просто эвакуировали в последнюю очередь, о них вообще вспомнили в конце, и вероятно, даже случайно.

Убедившись, что колонна не думает сворачивать, да и вообще выполнять какие-то маневры, а просто движется по прямой в нужную точку, игнорируя не только поля, но и лесные дебри, прорезая в них путь наверняка местной магией, Борис вернулся к машине, которую в этот раз решил не глушить. Кто знает, что случится?

— Ты уверен, что это хорошая идея? – Этот вопрос от сына звучал уже несколько раз за время их продвижения к сияющему смерчу. Каждый раз, когда, добравшись до очередного поворота, машина съезжала с дороги, а отец уходил на разведку, Антон задавал этот вопрос. И отцу, и себе. И сидя в машине, прислушивался к каждому шороху снаружи, боясь услышать чужие шаги. И, тем более, девичий смех.

— А у нас других вариантов нет. И нет, дело не в событиях в переулке, — Борис решил не ограничиваться в этот раз простым ответом, а все же рассказать, как он вообще решился на подобное. Все же впечатление о его должности у сына было иным. Да и любой человек, слышащий «бухгалтер», представит человека в очках, склонившегося над толстым гроссбухом, а не героя боевика.

Хотя именно таким и был Борис. Не героем боевика, но видевшим в жизни всякое, и не боявшемся брать в руки пистолет. Пусть на стрелки-перестрелки он не ездил, но знал слишком много таких вещей, за которые вывозят в лес, дают лопату и говорят «копай себе могилу».

— Это сейчас они говорят, что во всем виноваты «янки», но этот смерч появился там, где появились мы. Кто помешает нас обвинить во всем? Никто, мы чужаки, у нас куча вещей, доказывающих это. И снять ответственность с себя хотят все. «Это не мы проморгали что сделали противники – это они появились и все началось».

В какой-то момент Борис даже задумался - - а настолько ли его слова выдумка и фантазии? Что если по отдельности открытие портала где-то в Америке и их появление тут ничего не изменили бы, а вот вместе запустили несколько раз упоминаемый в разговорах «резонанс»? но потом отмел эту мысль – даже если их появление было причиной, они также были жертвами.

— А спрятаться в такой ситуации еще сложнее, чем было до этого. Сейчас рассказ о потерянных документах и сгоревшей бухгалтерии вызовет еще больше подозрений. И наш единственный шанс сейчас – прорваться внутрь и надеяться, что мы попадем домой.

Отогрев руки и пошевелив пальцами, мужчина снова сжал руль и вывел машину на дорогу. Плавно набирая скорость, он не успел отъехать далеко, как очередная вспышка смерча заставила выкрутить руль, снова бросая внедорожник на обочину.

Из столба смерча снова вылетел более тусклый шар, и, оставляя за собой шлейф из осколков, словно пробил стекло, быстро снижаясь полетел к городку.

А в месте его появления смерч засиял ярче, ослепляя глаза. Проморгавшись, мужчина понял – это не смерч сиял ярче. Это вылетевший шар пробил какой-то барьер, что сейчас быстро зарастал, и вскоре яркость вернулась к знакомым величинам.

Обернувшись, он смотрел как шал упал на дорогу, не пролетев и половины расстояния до городка. И при падении, как и тот, в городе, разлетелся на куски, а из шара посыпались странные существа. Отсюда было заметно только то, что внешне больше всего они напоминали кентавров. Сгрудившись в том месте, где они оказались на земле, они явно были удивлены своему появлению тут

«Скорее, не появлению тут, а изменившемуся окружению», — вспомнив свое появление тут, Борис похолодел. Представив, как на лесном проселке появляется такой же смерч, заливая все вокруг потусторонним светом, не сдерживаемый ничем, растет и выплевывает из себя таких же, как они, несчастных, занимавшихся своими делами в своем мире. И вдруг очутившиеся в сердце зимнего леса. Или поселка. Или…

В голове сама собой появилась картина, как к их стоящему далеко, за лесом, домику подходят монстры. Без усилий выбивают дверь, врываются внутрь. Как кричат его жена и дочка, не в силах противостоять порождениям чьего-то кошмара. Демонам, оборотням, память услужливо подсовывала кадры из фильмов ужасов, где чудовища разрывали на части беззащитных людей.

«Если бы только разрывающих…» — выплыла в памяти истекающая слюнями, лоснящаяся голова космического монстра.

Не дожидаясь, пока пришельцы сориентируются, он надавил на педаль, разгоняя машину. Уже не останавливаясь перед поворотами, он гнал прямо к смерчу впереди, механически повышая передачу, и не смотря на спидометр, стрелка которого плавно двигалась вправо.

Резкий удар по капоты был расплатой за торопливость и скорость. Нога уже вдавливала педаль тормоза в пол, когда до разума водителя дошло – это не машина ударилась во что-то, а что-то упало на капот. Точнее, приземлилось.

Но было уже поздно – потерявшая управление машина пошла боком, зацепила сугроб на обочине, полетела по дороге уже багажником вперед, и с грохотом остановилась в сугробе противоположной обочины.

А на капоте спокойно сидела девочка в шубе и птичьей маске.

Теперь отцова очередь была вытирать кровь с верхней губы, после того как встретился лицом с рулевым колесом, а Антон просто поправил многострадальные очки. Он не пристегивался на заднем сиденье, и не особо крепко держался, но все же не получил ни царапины.

И попытавшись поднять руки, понял почему. Все его тело было плотно приклеено к спинке сиденья чем-то наподобие сладкой ваты. Такое же воздушное, невесомое и липкое. И очень прочное – понял парень, попытавшись вскочить.

— Куда же ты, мы еще не познакомились толком… — голос, раздавшийся снаружи машины, был на удивление четким и звонким. Пару раз моргнув, Антон понял, почему. Лобовое стекло покачивалось в воздухе на каких-то нитях.

Вспомнив считалочку, написанную на окне, и затянутые паутинными гамаками заборы, парень догадался, что это были за нити.

— З-зачем в-вам эт-то? – От волнения и шока голос подрагивал, но Антон старался храбриться.

— Как зачем? Познакомиться, конечно же… Или ты нас боишься? – В руках у незнакомки показалась маска. Она протянула ее парню, ожидая его реакции. Чуть запоздало парень понял – удерживающая его «вата» исчезла, только сиденье машины выглядело так, будто ему не один десяток лет.

Словно со стороны, парень смотрел как щуплый очкарик тянет руку и берет маску. В руке ощущалась странная тяжесть, которую он не помнил по прошлому разу. Маска из папье-маше почти ничего не весила, по сравнению с этой, массивной, резной.

Чем-то напоминавшая маски из телепередач про Африку и Америку, изготовленная из темного дерева, она вызывала внутреннюю дрожь. Совсем не то, что пусть старая и облезлая, но «детская» маска из дома. В неверном свете было заметно, как из-под верхней губы зайца на маске показывается острый частокол зубов. Как выделяются клыки, выпирающие из нижней челюсти. Как само выражение морды на маске меняется в неверном, переливающемся свете, словно зверь то хмурится, то улыбается, что что-то жует.

Оторвав взгляд от маски, Антон вернулся в реальность. Оказывается, так и продолжавшая сидеть на капоте на корточках девочка рассказывала историю.

— … и вот он и говорит «объявляем общую эвакуацию, транспортники вылетели», а потом смотрит – а у него в руках не телефонная трубка, а оторванная рука, его собственная рука! Представляете! А на стуле напротив он сам и сидит. Без руки.

Антон тряхнул головой, пытаясь понять – это ему кажется или происходит на самом деле? Но ничего не изменилось, только заныла шея. А девочка сидела на капоте и продолжала рассказывать истории о том, как проходила эвакуация из города, кажется, нисколько не заботясь тем, слушают ли ее вообще.

Но движение Антона привлекло ее внимание, и прорези в маске уставились на него.

— О, очнулся… А я думала все, только на дерево и вешать.

Спрыгнув с капота, направилась вдоль машины к двери. А отец за то время даже не шевельнулся. Антон, ожидая худшего, потянулся к нему рукой, и услышал:

— Черт, не думал, что тебе придется говорить. Она видит только то, что движется…

— Так это змеи, а не птицы, вроде бы, — стушевавшись, возразил Антон, вспоминая передачи о дикой природе, что смотрел.

— Разве?

— Кажется, да. Но я точно не помню, а вот то что птицы прекрасно видят, и иногда их зрение даже лучше, чем у человека, кажется факт. Тем более у таких птиц, как сорока.

Их короткий разговор прервал звук открывающейся двери.

— Идем, Зайчик, тебя все уже ждут. Или не ждут, а уже пришли…

Маска повернулась в сторону леса, откуда показалась высокая фигура.

Антон вспомнил передачу, где рассказывалось о Хозяине Леса, и непроизвольно сравнивал силуэт приближающегося существа с описанием, записанным на кассете. Высокий рост, рогатая голова, похожая козлиную. Кажется, там было как-то так…

Только тут это существо казалось ярким пятном на фоне всего происходящего. Тело с буро-оранжевыми узорами, такого же оттенка рога, огромный хвост. Все это удивляло, ведь цвета нисколько не менялись от переливов беснующегося рядом смерча.

Но самым необычным и пугающим был музыкальный инструмент, висевший на груди местного Хозяина. Кажется, такой назывался ксилофоном, но у Антона он вызывал воспоминания не про уроки музыки в школе, а о черно-белом мультике, когда-то увиденным на чужой кассете. Там один скелет использовал ребра другого как раз как музыкальный инструмент. Дополняли сходство венчающий этот инструмент с одной стороны череп, и напоминающие кости палочки для игры.

«Хотя почему напоминающие?» — Мысль в голове парня была отрезвляющей, и заставила отползти от открытой двери, до боли в спине вжимаясь в ручку противоположной. Неожиданно он провалился назад, падая спиной в снег, а затем кто-то дернул его за руку, резко поднимая на ноги.

— Бегом, тут недалеко! – голос отца был хрипловатый, но крепко сжимающая ладонь рука не давала шанса вырваться. Да и не сильно хотелось этого Антону, если честно.

— Эй, куда же вы, я еще не все рассказала, — возмущенный крик Сороки раздался от машины, а слышимая на фоне мелодия вдруг ускорилась. Дернув головой, Антон увидел, как сбоку к ним приближается непонятный силуэт, похожий на многоногую кляксу.

Сообразив, что все еще сжимает во второй руке деревянную маску, он размахнулся и кинул ее в сторону музыканта. И споткнулся, когда хвост того дернулся, и сомкнул зубы на маске, встретившись взглядом светящихся алым глазниц черепа со взглядом Антона.

Но вот по сторонам мелькнули странные деревья, сделанные из металла, а перед ними ослепительно сиял смерч портала… Шаг, еще один…

***

Раздался тихий звон металла, и на каждом стволе «дерева» засветились цепочки символов. Еще миг, и они потекли-поползли вниз, сначала по металлическому стволу, а затем и по снегу. Собравшись у небольшой круглой коробочки, они втянулись в нее, а та с тихим щелчком развернулась в металлическую многоножку. Окутавшись тусклым маревом, она зарылась в снег. Техномагический автоматон мог ждать очень долго, храня в себе собранные данные. А мог двигаться к нужному месту, невидимый и неощутимый под толщей снега.

***

— Мы упустили Зайчика! – Капризно заявила сорока, смотря на Хозяина.

— Не упустили. Мы найдем его, — погрозив пальцем черепу, венчающему его хвост, он отобрал маску, и вручил ее Сороке.

— Это был Зайчик… Но не наш Зайчик. Мы должны найти своего…