Пленник Закулисья

Глава 1

Под летним солнцем окнами многоэтажных домов и магазинов сияла Москва. Лабиринт дорог и зданий простирался, казалось, в бесконечность. Ревели бесчисленные машины. Спешили нагруженные едой курьеры. На просторных улицах толпились пешеходы. У кого-то даже летом были дела, кто-то просто бродил по зелёным бульварам и паркам, кто-то выгуливал собак. Назойливые голуби и воробьи донимали любого, у кого видели только что купленное в киоске угощение.

Некоторые прохожие пугались, когда мимо них проносился, торопливо извиняясь, паренёк в чёрной спортивной одежде и тихо шлёпавших по асфальту кроссовках. Примечательной чертой были его волосы: не то рыжие, не то русые, он и сам бы не смог точно сказать; состриженные с боков, но длинные и зачёсанные назад на макушке. Круглые очки норовили соскользнуть с широкого носа, но каждый раз парень успевал поправить их. За спиной трясся рюкзачок. Было видно, что бегун умелый. Он поддерживал быстрый, но не слишком изматывающий темп. Ноги и руки двигались в такт. Василий Иванович Пупкин — для друзей просто Вася — направлялся в спортзал. Во время учёбы у него не всегда хватало времени и сил для занятий, потому каждое лето он стремился восстановить форму. Быть может, ему и не суждено достичь уровня знаменитых атлетов из соцсетей, но спорт полезен, да и приятен. Перед занятием с весами он решил размяться пробежкой — зал недалеко, а свободных гироскутеров поблизости не оказалось.

Так для него начинались многие прошедшие дни и, несомненно, такими же будут многие грядущие. На летних каникулах школьник, до того живущий по недельному расписанию, забывает о времени. Больше не надо спешить с подготовками к экзаменам или сдачей домашних работ. Не надо ждать мимолётных выходных. Этот день забудется, слившись с остальными в одно размытое воспоминание о сонном безмятежном лете.

Впрочем, что-то вывело Васю из спокойствия повседневности. Он даже сбился с темпа и остановился, встревоженный. Он давно знал эти места, но сейчас в привычная картина резко поменялась. Жёлтый цвет. С каждым неуверенном шагом Вася видел всё больше жёлтого, а родная Москва пропадала из виду. Тут же он вздрогнул от оглушительной тишины. Все городские шумы стихли во мгновение. Слышалось только монотонное жужжание старых ламп. Вася даже не испугался и не вскрикнул, а застыл в шоке. Подобное чувство у него бывало после пробуждения, но он точно знал, что сейчас не спал. Всё было слишком детальным и долгим, совершенно непохожим на размытые безвременные сны. Мышцы ещё жгло от пробежки. Даже рюкзак с полотенцем, энергетиком и протеиновыми батончиками остался при нём. Он на самом деле бежал по давно знакомому маршруту, но теперь оказался в совершенно незнакомом месте. Хотя нет, кое-что он узнавал. Он раньше не видел этого сам, но читал в интернете. Жёлтые стены, мокрые пушистые ковры, терпкий запах… «Закулисье!» — выпалил он вслух. Некоторое время он топтался на месте, удивлённо осматриваясь. Потом сорвался и стал в панике искать выход, но за каждым углом был всё тот же лабиринт. Он злобно колотил по стенам, пытаясь вырваться, но лишь отбил кулаки. Через несколько минут бесплотных поисков он был выдохся, потеряв недавний тонус. В глазах потемнело и подкосились ноги. Вася прислонился к стене, обуреваемый сразу страхом, горем, раздражением и интересом. Его разум отказывался принимать обстоятельства. Ему хотелось отвлечься, забыться, заснуть, лишь бы не терпеть это безумие.

Глава 2

Внутри нарастало отчаяние. Огромных усилий стоило не сорваться на истерику. В таком мучительном состоянии Вася сидел несколько минут, но наконец нашёл в себе силы обдумать происходящее: «Невероятно, но это всё-таки произошло. Не надо ломать голову, как я сюда попал. Важнее понять, как отсюда выбраться. Я слышал, что эти коридоры тянутся на тысячи километров. Куда же идти?» Повсюду были одинаковые жёлтые стены, смрадные ковры и гудящие лампы. Так хотелось какой-то ясности, указания, объяснения.

Наконец однообразие было нарушено, когда послышались шаги. Тихие, мягкие и неторопливые, но приближающиеся. Словно кто-то сонный или уставший брёл посмотреть на незваного гостя. Должно быть, такой же несчастный пленник услышал его. Вася уже раскрыл рот, чтобы позвать, но одёрнул себя: «Человек ли это? Говорят, здесь водятся монстры!» Эта страшная догадка пересилила оптимистичную надежду. Теперь было ясно, куда идти — прочь. Вася торопился, но не бежал, чтобы не выдать себя громкими шагами.

Постепенно изначальный испуг угас, сменившись более умеренной тревогой. Он уже потерял счёт количеству пройденных комнат и поворотов. Он старался избегать большие залы с тусклыми лампами, в полумраке которых, как ему казалось, что-то шевелилось. Порой ему приходилось протискиваться через узкие ходы. В других местах потолок был низок и надо было ползти на четвереньках, обжигая спину об раскалённые лампы. Иногда пол вдруг начинал резко идти вверх или вниз, при этом не имея ступеней. Этот мир лишь на первый взгляд напоминал постройку человека, но был диким и хаотичным. Шаги таинственного существа давно стихли, быть оно и вовсе не гналось за Васей, но он продолжал идти. Не столько из страха, сколько из упрямства. Вася не должен был остаться здесь надолго. Всегда, когда есть проблема, должно быть решение.

Ноги ныли от усталости. Глаза слипались. Голова раскалывалась от непрекращающейся вони и гудения ламп. Если верить доживавшему последние проценты зарядки эпплвотчу, Вася бродил здесь уже пол дня. Печальные мысли посещали путника: «Как там мама и папа? Наверное уже и обзвонились, и в зал съездили проверить, и в полицию заявление подали…» Он часто спорил с родителями, но всё-равно любил их и знал, как они порой нервничают, если с ним что-то случается. «А ведь ежедневно кто-то умирает или пропадает без вести, быть может сюда. Когда об этом слышишь или читаешь, не придаёшь особого значения. Просто новость о чём-то далёком, к чему ты безразличен. Думаешь, что с тобой такого уж точно никогда не случится, у тебя ещё вся жизнь впереди. Ведь ещё сегодня всё было нормально, а теперь, похоже, конец. Через пару дней в газете напишут, что пропал такой-то мальчик и найти его не могут. Звоните по такому-то номеру, если встретите… Но никто не позвонит. Прочтут, попробуют что-то предпринять, но в итоге забудут. А что же мои родаки? Как же они без меня? Столько лет меня растили. Я стал для них смыслом жизни…» — дальше думать не было мочи. Хотелось повалиться на пол и расплакаться. Но нет, не так его воспитывали. Всю свою жизнь он шёл от цели к цели, как бы это его не изнуряло. Пока он жив, он не согнётся под тяжестью судьбы. «Ладно, если надежды нет — от нытья лучше не станет, а если есть — надо дальше искать выход» — приободрил он себя, хотя зубы заскрипели от напряжения и на глаза навернулись слёзы. Он продолжил путь в поисках чего-то выделяющегося из осточертевшем желтизны. Может тут всё-таки есть выход? Но если и так, какая вероятность отыскать его в этом бескрайнем лабиринте? Как долго ещё удастся избегать местных обитателей? Неважно, главное — пытаться, продолжать идти, продолжать искать, только не останавливаться и не задумываться. Сидеть в мыслях о собственной гибели — это точно свело бы с ума.

Тем не менее, пришлось сделать привал. Он лишь немного отпил энергетика и надкусил один батончик. Во-первых надо экономить еду, а во-вторых чем больше ешь, тем быстрее захочешь в туалет. Это было почти смешно, но даже в нынешней ситуации пленник продолжал помнить о гигиене. За весь путь он не нашёл ничего, похожего на туалет. Вася не хотел даже думать, что придётся справлять нужду без этого атрибута, кажущегося современному человеку обязательным. В итоге он просто сидел, тяжело дыша и не в силах подняться после изнурительного пути. При усталости тела не остаётся сил на переживание. Хотя бы на время Вася обрёл покой. Он задремал, убаюканный мертвенно безмятежным Закулисьем.

Глава 3

Разбудило его чьё-то прикосновение к лицу. Вася вздрогнул, но это оказалась самая заурядная муха, ползавшая по щеке. Вокруг жужжали её сородичи, наверное привлечённые запахом пота. Спросонья мальчик не сразу понял, где находится, но, оглядевшись, вспомнил. «Столько приятных вещей по утру оказывается сном, а это дерьмо происходит на самом деле» — пробубнил он с чувством мрачной иронии. На душу опять накатило тошнотворное чувство безысходности, но Вася строго сказал сам себе: «Поныли уже и хватит, может найдем что-нибудь полезное». Он пытался не думать о перспективе застрять тут навечно и пока сосредоточился на попытке найти хоть что-нибудь полезное - еду, воду, средства дезинфекции или мебель для отдыха. Путь к непонятной цели продолжился. Кроссовки шмыгали по мокрому ворсу. Звук, запах и сырость, сперва казавшиеся непереносимыми, постепенно стали привычными. Хотелось есть и голову по-прежнему мутили дурные чувства, но Вася всё ещё был полон сил. Люди созданы природой для долгих путешествий. Хорошо, что Закулисье не отняло у пленника и эту возможность, иначе он уже бы сдался от беспомощности и скуки. К сожалению, однако, пока его надежды не оправдались. Сколько залов и коридоров он не исследовал, все были пусты. Никакого намека на выход или заветный туалет. «В лесу тоже не на каждой поляне грибы растут, может еще повезет» — обнадеживал он себя.

Постепенно стало понятно, что Закулисье не так уж безжизненно. Помимо таинственных сущностей здесь водилась и вполне земная живность. Под потолком пауки раскинули свои сети, куда иногда попадали кружившиеся у ламп мухи. По стенам ползали крохотные ногохвостки. Оно было и неудивительно: раз люди иногда оказываются здесь, то с куда более многочисленными беспозвоночными такое происходит чаще. Вася внимательно смотрел под ноги, опасаясь встретить скорпиона или каракурта. «Хоть какая-то компания… или еда, если ничего вкуснее так и не найду» — подбодрил себя мальчик. Быть может, некоторые из попадавшихся ему насекомых них ещё недавно ползали в траве на каком-нибудь лугу или прокладывали туннели через гнилые деревья в лесной чаще, но одномоментно очутились здесь. «Такие же пленники, как и я… Хотя нет, не такие же. Они не скучают, не волнуются, не горюют. Они продолжают стремиться к тем же изначальной цели всякой жизни — выжить и размножиться. Впрочем, для этой же цели природа дала высшим позвоночным интеллект, но он не всегда работает, как надо. Душевные муки — цена разума» — рассуждал он.

Долго он ещё бродил в поисках сам не зная чего. Туалет отыскать так и не удалось, и, морщась от брезгливости, Вася справил нужду по-малому прямо на ковёр. Энергетика оставалось на самом донышке, а ноги уже ныли от усталости. Он не хотел заканчивать путь без результатов, но напомнил себе, что силы надо экономить на случай, если он снова встретит очередного монстра и надо будет бежать. Потому пришлось сделать привал. Он присел в углу маленькой комнаты, находившейся в стороне от просторных коридоров. Вася был подавлен и измотан. Не столько даже физическим трудом, сколько безвыходными обстоятельствами. Мальчик попытался отвлечься от тяжких мыслей, добыв из рюкзака электронную сигарету, но даже сладкий дымок не бодрил.

Вася злился, чувствуя вселенскую несправедливость в происходящем. Голову опять жгла страшная мысль, что выход не найти. Пришлось признать истину, столь претившую упрямому подростку: ничто в этой жизни не обещано человеку. Как ты ни желай, ни надейся, ни пытайся чего-то достичь, жестокая судьба внезапно отнимает это. Все мечты и планы Васи закончатся здесь, так и не дав начало реальным достижениям. Здесь умрёт любимый сын, прилежный ученик и пылкий оппозиционер. Не будет ни успешного блогера, ни могучего атлета, ни ответственного семьянина. Родители, посвятившие ему свои жизни, уже не будут радоваться его новым достижением, а проведут старость в горе и тоске.

Наедине со своей печалью он думал: «Неужели теперь это — моя жизнь? Блуждать и прятаться? Да разве это жизнь? Не лучше ли поскорее закончить?» От последней мысли на душе вдруг стало легко. Смерть уже не пугала. В самом деле — к чему тревожиться, если всё уже потеряно, если нет смысла бороться? Может остаться здесь и провести последние дни в покое, пока от изнеможения гаснут его жизнь и разум? Однако тут же он резко одёрнул себя: «Помереть успею, а пока рано сдаваться!» Так и решил, но пока надо было отдохнуть, а там уж будь, что будет.

Глава 4

К счастью, то ли монстры были редки, то ли не особо интересовались человеком. Вася и на этот раз выспался. Ноги уже не болели, но по-прежнему чувствовалась вялость. В животе разгорелся голод — не тот всем знакомый мимолётный каприз, когда хочется чего-то вкусного, а настоящий, тревожный голод. Вася допил остатки энергетика. Это немного прибавило сил, но мальчик понимал, что на долго их не хватит. Он задумался об источниках еды: «Если сюда случайно попадают люди, то, наверное, и вещи, и еда иногда могут. Впрочем, Закулисье очень велико. На вряд ли мне в ближайшее время повезёт отыскать фургон с арбузами. Ну ничего. Я капсулы для стирки по приколу ел, и тут не пропаду». Он отыскивал сырые места, где на стенах рос мох, сдирал его, тщательно очищал от пыли и робко засовывал в рот. Было не вкусно, но и не противно. Вот только голод был силён. Долго ещё мальчик собирал мох, лишайник и плесень. Насекомыми он всё-же брезговал — пока что.

Чтобы чего-то добиться, цель должна быть достаточно значимой, но и достаточно реалистичной. Стараясь пока не волноваться о выходе, он хотел найти… что-нибудь полезное. Лишь бы как-то изменить нынешнюю ситуацию, создать хотя бы видимость успеха для поднятия настроения. В поисках этого чего-то Вася тщательно, но и осторожно, сначала выглядывая из-за углов, рассматривал комнату за комнатой. Наконец в сумраке обширного плохо освещенного зала он разглядел стопку вещей. Вася довольно улыбнулся, но тут же задумался: «В остальных комнатах пусто, а тут так много всего, будто кто-то намеренно собирает эти вещи». Вася торопливо принялся изучать кучу, ежеминутно осматриваясь и прислушиваясь, не приближается ли кто-то. Больше всего тут было всяческих носков — длинных и коротких, пёстрых и одноцветных, дырявых и словно только из магазина, но почти все без пары. «Так вот куда вы пропадаете!» — рассмеялся Вася. Под ними оказался неряшливо скомканный, но чистый и приятный на ощупь серый плед. Приятным сюрпризом была ещё пачка влажных салфеток. Также тут имелась ещё не открытая упаковка с маленькими солёными сухариками — излюбленное лакомство Васи, которым он любил коротать долгие поездки. «Комфорт, гигиена, еда… вроде всё, что может пригодиться. Хотя это что? Компас? Да, но толку здесь от него нет — стрелка вертится, никуда не указывая» — Вася удовлетворился этими находками. Только он раскрыл свой рюкзак, чтобы упаковать их, как монотонное гудение ламп было нарушено новым звуком, немного похожим на цоканье языка об нёбо. Сначала отдалённый, еле слышимый, но отчётливо приближающийся. Частые и беспрерывные цоканья, то со стороны, то сверху. Вася был не из робких. В иной ситуации дерзкий зумер был бы рад испытать силу и удаль. Ему приходилось одному, без оружия драться и с гопниками, и пьяными десантниками, и с бродячими псами. Но тогда он хотя бы понимал, на что идёт. Не стоило рисковать встречей с монстром. Вася судорожно упаковал все нужные вещи, выкинул пустую бутылку от энергетика и мятую упаковку от протеинового батончика — вот, мол, бери взамен, только меня не трогай — и заспешил прочь. Цоканье, казалось, слышалось уже из соседней комнаты. Вася сдержал мутившую разум панику. Лишь, когда цоканье снова удалилось, он посмел оглянуться, но так и не смог ничего отчётливо разглядеть — лишь большой бесформенный силуэт промелькнул между стен. «Оно и к лучшему, некоторые вещи людям не стоит видеть близко» — усмехнулся Вася и на всякий случай прошёл ещё пару сотен метров.

Удостоверившись, что вокруг спокойно, и вытерев ладони спиртовой салфеткой, Вася с нетерпением принялся за еду. От одного вида добычи у него уже текли слюни. Хлебный аромат наполнил нос. Мальчик закидывал в рот сразу по пригоршне. Он усердно жевал, пока не размалывал хрустящие сухари в сочную кашицу. От удовольствия жмурился и морщился. Хотелось ещё, но Вася опомнился — надо беречь драгоценную пищу. Успешная находка приободрила мальчика, хотя в душе и осталась гложущая тоска по дому. Теперь, когда сиюминутные потребности были удовлетворены, можно было поразмыслить о будущем: «Я могу остаться здесь и попробовать взять ещё что-то полезное из того зала. С другой стороны, может многие местные существа коллекционируют вещи в подобных кучках? Я не могу быть уверен, что отыщу их, ведь и на эту набрёл не сразу. Однако, оставаясь здесь, я рискую привлечь внимание того существа. Решено — продолжим путь. В крайнем случае продолжу перебиваться подножным кормом».

Глава 5

Утолённый голод сменился подступившей сзади нуждой, и мальчик по-прежнему отчаянно хотел найти туалет. «Да, было бы странно найти его посреди коридора, но, в конце концов, тут всё странно!» — подбодрил он себя и заторопился путь. Он внимательно оглядывал каждый закуток. Наконец казавшаяся глупой надежда оправдалась. В стене очередного коридора была небольшая комнатка. Там, на фоне жёлтых стен ослепительной белизной выделялись закрытый унитаз и раковина для мытья рук. Вася весело усмехнулся и заспешил к цели. Терпеть было уже тяжело. Салфетки были с собой.

Вася уже поднял крышку и собрался спустить штаны, но что-то его остановило. Он не привык доверять предчувствиям более осмысленного знания, но сейчас именно чувствовал опасность. «В самом деле. Мало ли, что тут может случиться. Вдруг это — необычный унитаз, а…» — его мысли были прерваны, когда в сливной трубе показалось движение. Мальчик молча отпрыгнул. В ту же секунду из унитаза вырвалась голова — человеческая, но с уродливо кривыми чертами лица и на длинной изгибающейся шее. Из раскрывшегося в глупой улыбке рта раздалось: «Skibidi dop dop dop yes yes, skibidi dabadu neep n». Чудовище пело эти слова снова и снова, бешено вертя головой, скалясь и пуча глаза. Вася даже не кричал и не бежал, а просто в шоке смотрел на происходящее перед ним. Только, когда монстр вытянул шею, пытаясь достать мальчика, тот опомнился и в последний момент увернулся. Он мог бы убежать, но у него были иные цели: «На пол срать я не буду. Слышал об этих тварях. Знаю, как победить».

Скибиди-туалет сделал несколько резких выпадов, ведя себя подобно разозлённой змее. Вася каждый раз ловко уклонялся и в итоге смог обхватить врага за шею. Он не нащупал ни кадыка, ни позвонков, лишь сплошные тугие мышцы, не поддающиеся его силе. Монстр перестал петь и принялся бешено извиваться. Рыча от натуги, Вася пытался обуздать его и придавить к земле, но тварь оказалась сильнее и отбросила его. Вася приложился затылком об стену. Голова загудела. Очнувшись, он увидел прямо перед собой неестественно широко разинутую пасть. Ещё немного и скибиди-туалет отгрыз бы ему лицо, но Вася судорожно вцепился руками в подбородок и нос существа, не давая ему сомкнуть челюсти. С тяжким усилием он приподнялся, продолжая удерживать монстра. Однако стало ясно, что грубой силой его не одолеть. На секунду в душу закрался страх поражения, но Вася знал, что делать. До унитаза был один метр. Надо было лишь дотянуться до кнопки слива. Парень торопливо задрал ногу — другая чуть не сломалась от обрушившейся на тело силы — и стукнул по кнопке. Зашумел слив. На лице скибиди-туалета выразилась гримаса удивления и гнева, но уже не успел атаковать. Длинную шею и наконец голову засосало, вертя, в трубу унитаза. Через несколько секунд всё было кончено.

Когда адреналина поубавилось, Вася заныл и прислонился к стене от ноющих ушибов. Прийдя в себя, он обдумал произошедшее. Даже после попадания в Закулисье его ещё можно было удивить. Это взбудоражило его душу. Победа над монстром приободрила, но в то же время пробрала дрожь от осознания, насколько близок он был к смерти. В памяти ярко отпечаталась широченная пасть. «Да… наверное, благоразумнее было бы отступить, но мне лучше мёртвым, чем грязным» — рассмеялся он над собственным поступком. Ещё на всякий случай поглядев в прозрачные воды унитаза и убедившись, что там никого нет, Вася наконец дал волю так долго сдерживаемому позыву. От блаженства он на минуту забыл о тревогах. Облегчение после тяжбы — лучшее из удовольствий.

Глава 6

После процедуры наконец исчезли боли от долгого воздержания, почувствовалась лёгкость и будто-бы даже прибавилось сил. Правда, всё ещё побаливали синяки после драки с монстром. Вася не хотел оставлять только что приобретенную ценность, потому около получаса бродил поблизости, каждый раз возвращаясь из очередного закутка к заветной комнате. К сожалению, никакой двери или люка он здесь не отыскал. «Жалко, что туалет с собой нельзя носить. Наверное, впредь придётся срать, где попало» — хмуро пробормотал он и двинулся дальше.

Выросший на компьютерных играх, Вася невольно провёл аналогию между ними и своим положением. В знакомых ему бродилках выход на следующий уровень часто был как-бы на виду, но скрыт. Выделялся какой-то особенностью, не сразу заметной. Вот и сейчас мальчик искал подобные ходы. Он выискивал узкие и спрятанные где-нибудь в углу, почти незаметные при первом осмотре ходы. Проходил через витиеватые коридорчики, образовываемые несколькими параллельными стенами. Ему попадались отвесные ходы — словно бы пустые лифтовые шахты, по которым он лез, упираясь в стены ступнями и ладонями. Время от времени он находил двери и различные предметы мебели, но к, сожалению, они не могли ему ничем помочь. Как не мучила его постоянная тревога, а упрямая надежда была сильнее.

Уделял он внимание и другим чувствам. Может какой-нибудь звук, запах, изменение температуры или колыхание воздуха укажут путь к выходу на Землю? К сожалению, не всегда можно было рискнуть исследовать неизвестное. Иногда Вася торопился уйти, когда неподалёку слышался шелест, скрип или свист. «Эх… Вдруг это был вовсе не монстр, а что-то с Земли? Может ненадолго открылся портал, а я упустил шанс…» — хмуро размышлял он. Сейчас даже просто услышать что-то знакомое и понятное было бы приятно. Как же он обрадовался, когда отчётливо услышал человеческий крик. Это была какая-то короткая фраза на незнакомом языке. В этом крике не было ужаса или боли, лишь тревога и просьба о помощи. Вася уже хотел отозваться, но в последний момент передумал. Мало ли, какие люди попадают сюда? Не хотелось бы оказаться наедине с венесуэльским бандитом или исламским боевиком. С другой стороны, зовущему могла быть нужна срочная помощь. Потому Вася всё-же направился искать собрата по несчастью — в крайнем случае, он сможет за себя постоять.

Скачущее по стенам эхо мешало определить, откуда именно был слышен крик и как далеко было до зовущего. Парень в нерешительности остановился перед треугольным залом с несколькими ходами. Словно поняв эту проблему, неизвестный вновь позвал. Теперь стало понятно, куда идти, но Вася усомнился, стоит ли. Его смутила следующая особенность: во второй раз возглас был точно таким-же, как и в первый. Звуки, интонация, громкость — всё идентично. Люди при желании то не всегда могут дважды сказать настолько одинаково. Больше походило на повторяющуюся аудиозапись. Мальчик протянул задумчивое: «Хммм…». Этот звук оказался достаточно громким, чтобы нечто услышало его. Неподалёку донеслись частые шаги. Судя по ритму, какое-то четвероногое. Вася стал пятиться, но не бежал, чтобы не выдать себя громким топотом. Из коридора показалось существо, столь умело подражавшее человеку.

При взгляде на него Вася чуть не заорал. Это была громадная четвероногая безглазая тварь. Могучие мышцы бугрились под полупрозрачной красной кожей. В длинной приоткрытой пасти мерцали красным светом кривые острые зубы. О драке не было и речи — этот зверь просто откусил бы мальчику голову. Впервые в жизни мальчика объял настоящий ужас — не тревога или мутный страх неизвестного, а пробиравшее до костей ясное чувство близкой смерти. Впрочем, монстр не спешил нападать. Вскоре второй такой же показался из другого коридора. Они рыскали по залу, топорща длинные иглы на спинах и скребя стены когтистыми лапами. Вася отдалялся медленными мягкими шагами. Он не делал лишних движений и даже дышал сдержанно, чтобы не всколыхнуть воздух. Слепое существо может находить добычу по многим чувствам, не только слуху. Оставалось надеяться, что эти монстры не учуют запах или телесное тепло. Один из них произнёс уже другую фразу, на английском: «Oh my God, help!». Так по-человечески испуганно, так до шока неуместно это доносилось из зубастой пасти. Наверное, это произнёс несчастный перед тем, как его растерзали. Удивление и даже некоторое восхищение способностью существ немного заглушили страх.

Чудовища расхаживали по залу. Одно из них приближалось. «Может бросить какую-нибудь вещь и отвлечь их? Нет, я слишком громко буду шуметь, открывая рюкзак…» — он судорожно перебирал все возможные варианты. Монстр топтался в паре метров от мальчика. Тот с трудом сохранял спокойное дыхание. В этой ситуации Вася внезапно понял, как много звуков издаёт человек, даже не обращая на это внимания. Ему приходилось следить за каждой мелочью — не скрипеть стиснутыми от напряжения зубами, не сглатывать накопившуюся во рту слюну, не хрустеть суставами. Он стал подобен статуе и лишь бешено бьющееся сердце выдавало испуганного человека. Сердце. Как-бы тварь не услышала эти стуки. Отшагнуть подальше? Но тогда громко чавкнет мокрый ковёр. Приходилось стоять на месте, не имея возможности что-либо предпринять, пока совсем рядом скалилась слепая морда. Вася уже отметил про себя, что, видимо, тут ему и конец, но вдруг кто-то прошуршал в соседнем коридоре. Монстры встрепенулись и рысью побежали на звук.

Вася ещё минуту стоял в оцепенении, но, опомнившись, осмелился двигаться. «Хорошо, что я уже сходил в туалет, а то бы прямо здесь обделался» — подумал он и заспешил прочь. Выжидание спасло его, но теперь надо было бежать прочь из охотничьих угодий многоголосых хищников. Вася шёл без устали, уже не пытаясь запомнить ходы и не обращая внимания на какие-нибудь интересные детали. От чего-то его воспоминания немного мутились и он не мог точно вспомнить мелочи, ещё совсем недавно казавшиеся ясными. Сейчас было и не до этого. В голове не осталось ни мыслей, ни чувств. Даже страх уступил место единственной цели, ставшей всем естеством Васи: выживание. Сейчас он был не человеком разумным, а загнанным зверем.

Глава 7

Измождённый мальчик брёл, еле поднимая ноги и опираясь о стену. Он ушёл за несколько километров от того зала, где встретил слепых чудовищ. Сейчас было тихо, но Вася всё-равно опасался погони. Их пути снова могут пересечься. Наконец он осмелился дать себя передышку и лёг на ковёр, уже не обращая внимания на сырость. Сил еле хватало, чтобы снять и открыть рюкзак. Вася старался делать всё как можно тише — даже сейчас, когда тело требовало отдыха, разум помнил об осторожности. Он лениво прожевал несколько сухариков и запил их. Вода казалось чудесно сладкой изодранному тяжёлым дыханием горлу, но пришлось ограничиться двумя глотками. Постепенно боль в мышцах отступала и пульс успокаивался. Хотелось… нет, надо было отдохнуть. Вместе с усталостью докучали другие ощущения. Запах собственного пота становился заметным. После слишком долгого ношения носков ноги стало щипать, а футболка неприятно липла к вспотевшему телу. Вася разделся, оставив на себе лишь трусы и шорты. Это немного помогло освежиться.

Ещё минут 10 передышки и можно было продолжить путь. В ином случае, конечно, он бы отдыхал дольше. Укромных мест тут нет, если где-то задержаться — рано или поздно кто-то там тебя найдёт. Хотя Вася и смирился с положением вещей, он до сих не привык к такому напряжённому психическому состоянию постоянного страха и поиска. Это было неправильно. Человек спит, ест и развлекается, когда захочет. Такова должна быть жизнь. «Такова была моя жизнь, но как раз это было исключением из правила. И многим людям, и прочим живым существам надо бороться за выживание. Просто некоторые привыкли к комфорту. Мы беззаботно гуляем по лесным тропинкам, а не прячемся в зарослях. Нам угрожает больше ожирение, чем голод. С другой стороны, мы всё-равно от природы склонны к тревоге и страху, потому ищем их даже в отсутствии реальных угроз» — эта последняя мысль вызвала улыбку. Сколь нелепыми сейчас казались прежние волнения по поводу учёбы, отношений и собственной личности. Как вода слаще для страдающего от жажды, так и жизнь приятнее тому, кто был близок к смерти. Если удастся найти выход из Закулисья, то Вася будет очень счастливым мальчиком.

От пространных рассуждений он перешёл к более насущной теме: как избежать встречи со слепыми монстрами. «Итак, они не видят, но при этом бегают довольно резво и уверенно. Наверное, кроме звука они чувствуют вибрации стен, давление воздуха и запах. Как-бы не учуяли мой пот…» — предположив это, Вася торопливо вытер подмышки и голову спиртовыми салфетками. Надо было продолжать идти, иначе сон овладел бы им. Неподвижный сопящий мальчик стал бы лёгкой добычей. Каждый шаг Вася делал с предельной осторожностью. Это было утомительно и сильно замедлило продвижение. Слепцы же, как оказалось, по прежнему рыскали рядом: то тут, то там слышались их манящие призывы. То скулит собака, то плачет ребёнок, то ласково зовёт женщина. Разумны были эти существа или делали всё инстинктивно, но они явно умели заманить человека. Они умели пробуждать надежду, чувство долга и любопытство. Эмоции Васи едва не брали верх над разумом. Так иногда хотелось побежать на зов. «А вдруг на этот раз там действительно человек?» — думал он со смесью тревоги и надежды, но потом замечал четвероногие силуэты в сумрачных коридорах, лишь в паре десятков метров от него.

Даже объятый изнуряющим страхом, Вася наблюдал и запоминал. Ему вообще нравилось изучать живую природу, но сейчас им двигало не праздное любопытство, а практичность. Чем больше он узнает о многоголосых, тем больше шансов у него выжить. Он заметил, что они всегда держатся или совсем тёмных, или тускло освещённых помещений. Комнаты с яркими лампами они обходили стороной. «Не видят и избегают света… Должно быть, они из пещер или какой-нибудь тёмной страны, где нет солнца» — заключил Вася. То есть, как и он сам, они не были местными жителями. Быть может, кроме Земли есть ещё немало обитаемых миров и Закулисье связывает их? Эту интересную тему Вася оставил в тихом уголке мозга на более спокойное время. Сейчас главное было самому оставаться на свету. Комнаты впереди ярко озарялись большими плафонами. Вася думал, не отдохнуть ли ему там, но не решился. Многоголосые не любят света, не это значит, что они не решатся выйти на свет в погоне за добычей. А был ли он их добычей? Суля по тому, как они снова и снова встречались, монстры ощущали его присутствие, но без громких звуков не могли установить точное местоположение. Они преследовали его. Для еды? А может из интереса? Пытаются побольше узнать о непривычном для них месте? Смешно, если бы эти грозные на вид звери оказались безобидными и просто бы хотели познакомиться, но их зубы и когти наводили на иную мысль.

Вдруг позади раздался топот. Погоня? Тут уж Вася забыл об осторожности. Он и сам не ожидал, что у него ещё хватало сил на бег, но в отчаянной ситуации организм выжимал все резервы. Вася почти летел по коридору длинными скачками, но всё-же преследователь приближался. Помимо грузных грохочущих шагов стали различаться другие, более лёгкие и частые. Боясь оглянуться, мальчик мотал глазами в поисках какого-то спасения. Он достиг квадратного зала, чьи стены в высоту были больше, чем в длину. В этих стенах имелись большие выемки, комнаты в нескольких метрах над полом. До одной из них Вася сумел достать в прыжке руками и резким рывком подтянул своё тело наверх. Это место казалось уютным, но слепые твари, наверное, могли бы допрыгнуть и сюда. Вася съёжился в углу комнаты, словно пытаясь спрятаться внутрь стены. «Всё-таки не получилось» — угрюмо подумал он, но сжал кулаки для последней, безнадёжной битвы. Однако за ним, должно быть, вовсе не гнались. Когда топот стал достаточно громким, Вася краем глаза выглянул из своего убежища. По залу носились два существа. Одно было уже знакомым монстром. Другое же толком не удавалось разглядеть — так стремительно оно скакало, каждый раз уворачиваясь от атак слепца. Лишь подобный зелёной ленте силуэт мелькал в воздухе и многочисленные ноги оставляли вмятине на ворсе. Даже уследить за ним глазами было трудно. Вскоре подоспели ещё два хищника, но и втроём они не сумели поймать скакуна. Тот вырвался из окружения и умчался дальше, уведя за собой и стаю.

Он вновь остался один, ошарашенный и обрадованный удачным стечением обстоятельств. Поразмыслив обо всём увиденном, он решил остаться здесь подольше. Раз слепые монстры происходят из другого места, то в Закулисье, должно быть, у них нет постоянной территории. Лучше подождать, пока они сами уйдут отсюда подальше в погоне за зелёной тварью. Конечно, нельзя быть уверенным, что они не вернутся опять, но, с другой стороны, в таком лабиринте даже умелые охотники могут заблудиться и не вернуться на прежнее место. Тогда можно будет идти спокойно. Чтобы скоротать время и успокоить изнурённую душу, Вася погрузился в медитацию. Этому его когда-то обучила мама, желая решить психологические проблемы подростка. Пусть тревога и раздражение на время уйдут, нет сейчас в них нужды.

Глава 8

Время исчезло. Темнота под закрытыми веками стала привычной, будто и нет больше вокруг ничего. Жужжание ламп слилось в единую мелодию с дыханием и пульсом. Время от времени на краю сознания проскакивали страшные воспоминания и беспокойные мысли о будущем, но Вася их игнорировал.

Наконец мальчик открыл глаза. Размявшись, он ощутил прилив сил. Теперь хотелось идти дальше. Недавно произошедшая погоня теперь казалась туманным сном. И всё-таки нельзя было дать облегчению перерасти в опасную беспечность. Вася по-прежнему сохранял осторожность — он не только не издавал звуков, но и шёл, придираясь к стенам и аккуратно выглядывая из-за каждого угла. Шёл лишь по ярко освещённым коридорам. В несколько приподнятом настроении после медитации, он был уже более уверен в успехе. Была ли это бесполезная надежда обречённого или же героическое упорство, основанное на реальном, пускай и маловероятном шансе?

Постепенно снова о себе напомнил голод. Как не старался Вася терпеть, а в итоге в коробке от сухарей не осталось даже крошек. Тут уж мальчик решился и стал хватать попадавшихся на пути букашек. Было горько, но терпимо. Вскоре привык. Таким мерзким это казалось ещё пару минут назад, а теперь нормально. Впрочем, мух он не трогал, чтобы не подцепить болезни. Ловил на лету маленьких мотыльков. Хватал сенокосцев. Подпускал голодных комариков на руку и слизывал. Запить бы ещё, да нечем — не раствор же с ковра пить. Всё-таки чувствовался недостаток. Может не жизнь, но красоту и силу на такой скудной диете потеряешь. Наверное, не стоило покидать ту комнату с вещами. Может таинственный коллекционер не был опасен и можно было взять что-то ещё? С другой стороны, если таких существ в Закулисье много, то и подобные комнаты ещё могут попасться на пути.

Озабоченный поисками пропитания, он не сразу расслышал, как его шагам вторят другие. Кто-то еле слышно крался рядом. Краем глаза Вася заметил, как что-то выглянуло из-за угла и тут же снова пропало. Существо испугалось его или, напротив, готовилось к нападению? Вася торопливо осмотрелся. Судя по звуку шагов, на сей раз это был не один из безглазых монстров, а кто-то двуногий и меньший по размеру. Он приближался, но по-прежнему пытался прятаться. Вдруг совсем рядом из-за разъёма между стенами, который Вася не сразу заметил, выскочил человек. Молчаливый, сутулый, вонючий, в изодранной грязной одежде, но человек. Скорее всего, азиат, хотя черты лица было трудно разглядеть под щетиной и длинными колтунами. Вася поднял руку, чтобы приветствием расположить к себе незнакомца, но тот лишь вздрогнул и злобно оскалил жёлтые зубы. В этом месте монстры говорили человеческим голосом, а вот первый встреченный человек зарычал. Вася не успел опомниться, как на незнакомец кинулся на него.

Дикарь был тощий и низкорослый, но так свиреп и быстр, что повалил обескураженного мальчика. Отросшие ногти впивались в тело, челюсти клацнули перед самым носом. Вася резким движением сбросил противника. Тот снова бросился в бой, но Вася ловко увернулся, поймал его за шею и прижал к стене. «Успокойся! Calm Down!» — он пробовал разные языки, но враг не стал бы слушать, даже если бы понимал. Мальчик хотел помочь такому-же, как он, узнику Закулисья. Он пытался усмирить его, обиздвиживая борцовыми хватками, пытался успокоить дружелюбным голосом и жестами, но всё без толку. Безумец каждый вырывался и не обращал внимания на уговоры.

В битве на смерть проиграет тот, кто сам не готов убивать. Вася понял это едва ли не слишком поздно. Он попробовал бежать, но враг схватил его за ноги и вновь повалил, пытаясь загрызть. Пришлось ответить яростью на ярость. Никогда раньше Вася не дрался так жестоко и отчаянно. Его кусали и били — он бил, пинал и душил в ответ. Боль разлилась по телу, но это лишь придало сил. Он сумел схватить врага за голову и с силой ударить его об стену. Ещё раз. Ещё. Глухие стуки разносились по коридорам, хлюпала кровь и хрустел хрящ. Однако по-прежнему дикарь злобно хрипел и пытался укусить полу беззубым ртом. Он дотянулся до лица Васи, пытаясь выдавить глаза. Мальчик же нащупал горло и сдавил изо всех оставшихся сил. Хруст. Стук обмякшего тела об пол. Тишина.

Вася прислонился к стене, пытаясь отдышаться. Как спал адреналин, дали знать о себе синяки и царапины. Мальчик взглянул на валявшееся перед ним тело. Только тогда он полностью осознал, что сделал. Удивление, вина, страх и даже некая странная гордость смешались в подавляющий шок. От боли и эмоций мальчик потерял сознание. Прийдя же в себя, он немного успокоился и решился обдумать произошедшее: «Когда-то жил человек, работал и отдыхал, к чему-то стремился, любил и его любили. Целая история, как и у каждого из нас. Это место изменило его. Я убил бешеного зверя, а человек умер уже давно». Это немного успокоило, отвело чувство вины, но тут же появилась другая неприятная мысль: долго ли он сам продержится, пока его также не сведут с ума одиночество, страх и голод? Пока что медитации и внутренние монологи поддерживали некое подобие хорошего настроения, но рано или поздно даже самый сильный человек будет сломлен.

Звук битвы и запах крови могли привлечь опасных существ, а Вася не был готов к ещё одной драке. С тяжёлым вздохом он поднялся и заковылял. Всё тело ныло от ушибов и царапин. Вновь о себе напомнил голод. Мальчик оглянулся на труп — его победа, его добыча. Раньше, рассуждая теоретически, он не видел ничего плохого в каннибализме — мёртвому уже без разницы, а живому надо есть. Тем не менее, трудно было переступить культурный запрет. Да и опасно есть сырое мясо — мало ли, сколько болезней из нашего мира или скрытых сущностей из этого носил в себе этот дикарь. Вася представил себе процесс и поморщился от отвращения. И всё же голод был страшнее. Надо было хоть немного подкрепиться. Мальчик подобрал брошенный неподалёку изодранный рюкзак, добыл спиртовые салфетки и вытер мертвеца. Затем вцепился зубами в окоченевшую руку и грыз, пока не ощутил горькую влагу. Он жадно всасывал ещё не до конца свернувшуюся кровь. Когда рана высохла, он проделал ещё несколько отверстий и тоже выпил всё до капли. От мерзкой трапезы чуть не вырвало, но сил и уверенности прибавилось.

Глава 9

Одиночество продолжалось недолго. Следующая встреча стала для Васи неожиданной. Из-за угла в нескольких шагах от него бесшумно показался силуэт. Путник замер в испуге — на бег уже не осталось сил. На сей раз перед ним стоял не потусторонний монстр, а вполне заурядный зверь. Волк? Нет, маловат, да и морда немного не та — слишком тонкая, с большими ушами. Пёс? Тоже вряд ли — пушистый хвост не поднят, а свисает до самой земли. «Койот» — с облегчением понял мальчик. Всего лишь койот. Они на людей не нападают. «Откуда же ты? Наверное ещё недавно жил у в какой-то дикой прерии, но, как и я, случайно шагнул в Закулисье? Вместе нам теперь идти, что ли?» — сочувственно пробормотал Вася.

Впрочем, понаблюдав за новым знакомым, он начал подозревать что-то неладное. Койот был спокоен. Не скалился, не лаял и не выл. Обычно мелкие животные избегают людей, а этот сам подошёл, будто чего-то ожидая. Может он ещё до попадания в Закулисье привык к людям, живя в зоопарке или в близи города? Ещё больше Вася смутился, взглянув в жёлтые глаза койота. Тот глядел как-то не по-звериному, слишком пристально и осмысленно. Мальчик не знал, чем объяснить произошедшее, но от этого взгляда стало неладно на душе. Будто какая-то чуждая воля вторгается в его душу, усыпляет, к чему-то подталкивает. Усилием воли Вася зажмурился, разгоняя навождение. Койот же спокойно обошёл человека кругом и кивком указал идти за собой. По крайней мере именно так Вася истолковал этот жест. «Зверь-проводник? Почему бы и нет. После драки с туалетом это уже не так странно. Мне всё-равно нечего терять» — рассудил мальчик и последовал за койотом. Тот шёл неторопливо, но целеустремлённо. Время от времени он оглядывался и негромким лаем поторапливал человека. Вася опять встревожился: не ведёт ли койот его в ловушку? Хотя может, наоборот, ему нужна помощь? Слишком странная ситуация, чтобы строить предположения. Исход мог быть, каким угодно. Несмотря на опасность, парень постепенно привык к проводнику. Чтобы проверить, не мерещится ли ему, Вася аккуратно провёл по спине, ощущая мягкую густую шерсть. Койот лишь немного дёрнул ушами и прищурился, выражая сдержанное удовольствие.

Дальше, молча, прошли они десяток залов и пять коридоров. Вдруг зверь приостановился и гавкнул, подзывая мальчика быть рядом. Тот и сам услышал крадущиеся шаги неподалёку, а вскоре и различил еле видимый, призрачный силуэт, пригородивший им путь. Вася невольно попятился за спину койота, но, укорив себя за трусость, вернулся на место — уж если зверь вступается за него, то и он не бросит зверя. Когда существо приблизилось на пять шагов, словно спала пелена. Из всех встреченных им монстров этот был наиболее человекоподобен — двуногий, долговязый, с голой серо-бурой кожей. Лоб и верхняя часть лица тоже были вполне человеческими, но вместо нормального рта до груди свисали щупальца, а руки оканчивались длинными острыми когтями. Ужаснувшийся мальчик понял, кто перед ним — кровосос, одно из порождений Чернобыля. Это место таит много секретов, наверное оттуда можно попасть и в Закулисье. Вася был наслышан о чудовищах Зоны. Кровососы сильны и свирепы, они сосут людскую кровь щупальцами. Даже бывалые сталкеры иногда становятся их добычей. Однако сейчас кровосос не спешил нападать, не особо обращал внимание на человека. Он принюхивался и осматривал койота с непониманием, даже с опаской. Койот не оскалился и не зарычал, а лишь глянул на монстра пробирающим душу взглядом, который Вася уже испытал на себе. Кровосос хрипло прорычал, попятился и снова словно бы растворился в воздухе. Шаги, уже торопливые, удалялись. «Кто же ты такой?» — протянул шокированный мальчик.

Глава 10

После встречи с кровососом путь продолжался ещё долго. Уже привыкший к новому попутчику Вася полусонно брёл, шатаясь от усталости. Он оживился, когда в очередной комнате заметил необычную для этого места особенность — дверь. Чёрная, с блестящей золочёной ручкой дверь выделялась среди осточертевших стен. Похоже, именно сюда и лежал их путь. «Если я открою дверь, то попаду домой?» — недоверчиво пробормотал Вася. Койот в ответ лишь царапнул по двери когтями, как бы подзывая мальчика. Вася хотел бы разузнать больше, но как говорить со зверем?

Вдруг койот встал на дыбы и стал постепенно меняться. Лапы искривились, расплющилась морда, пропал хвост. Вася попятился, не то чтобы испуганный, а скорее шокированный наблюдением за этим неестественным действием. В его спутнике всё больше угадывались человеческие черты. Пропали когти и хвост, разошлась лохматая шкура. Через несколько секунд перед ним стоял краснокожий мужчина, заметно выше и сильнее Васи. Одежда из звериных шкур укрывала его тело. На голове возвышалась корона из белых перьев. Чёрные волосы спадали до плеч, морщинистое лицо почти не выдавало эмоций, лишь в глазах читалось сдержанное дружелюбие. Вася попятился в испуге, но всё-же решился заговорить и спросил по-английски:

— Ты… Оборотень? Скинуолкер?

— Да, так бледнолицые нас называют. — голос был басовитый, грозный, но вполне человеческий.

— Я думал, что вы — злые. Так о вас рассказывают. Почему ты мне помогаешь?

— Злые… — скинуолкер хрипло рассмеялся — Так рабы зовут свободных, не признающих ненужных законов. Мы просто живём, как сами хотим, и используем силы, которых другие боятся. Мы лишь хотим получать удовольствие от жизни.

— Ради этого вы убиваете собственных родичей и пугаете путников?

— Бывало и такое, но я живу много лет. То, что для других запретно, мне уже надоело. Потому я и покинул Черепаший Остров, думая найти что-то интересное в этих краях. Мы знаем тайные ходы между мирами, но вот такие люди, как ты, попавшие сюда случайно, привлекают моё внимание.

— Ты знал и того человека, которого я… с которым я дрался?

— Да. Я наблюдал, как это место губит его, как дух Вендиго берёт верх над его разумом. Следил я и за тобой. Должен признаться, хоть вы наивны и слабы, ваше упорство к выживанию впечатлило меня. Я так давно не помогал людям, что мне стало интересно попробовать, каково это.

— Так ты… действительно меня спасаешь? Я уж начал думать, что это — какая-то ловушка.

— Я всё ещё могу убить тебя, если передумаю. — усмехнулся индеец — Так что не теряй времени. За этой дверью ты увидишь многие миры, но ты сможешь добраться домой. Доверься своему сердцу. Ты почувствуешь правильный путь.

— Спасибо…

Больше ничего сказать он не успел. Индеец обернулся змеёй и скрылся в узкой щели.

Совету Вася внял не сразу. Неопределённое время он просто стоял в ступоре от странной встречи. Наконец прийдя в себя, он уже потянулся к двери — концу его бед — но тут же сомнение придержало его. Слишком уж оптимистично всё выглядело: непонятно кто отвёл его непонятно куда и на это закончится трудный путь? Вася достаточно читал о скинуолкерах, о хитрый и подлых тварях. Может этот только затем спас его от кровососа, чтобы дать ложное чувство надежды, а потом посмеяться над наивным человечком, попавшем в его ловушку. Даже если за дверью действительно путь на Землю, какие ужасы, чуждые миры ещё опаснее Закулисья предстоит преодолеть?

С другой стороны, на что ещё оставалось надеяться здесь? Даже если Вася не умрёт от истощения и не станет жертвой чудовищ, по-нормальному жить тут не получится, а только выживать. Как же глупо и обидно будет, если всё случившееся окажется зря от проявленной в последний момент слабости. «Шанс — он не получка, не аванс, он выпадает только раз» — вспомнил Вася песню из мультфильма и всё-таки решил шанс не упускать. Лишь немного посидел, чтобы восстановить силы, после чего отворил заветную дверь и шагнул во тьму.

Глава 11

Казалось, будто он заснул или, напротив, проснулся от ото сна. Мгновение он прибывал во тьме, а потом вдруг снова появились цвета. Пространство вокруг было столь пёстрым и ярким, что резало глаза. Отдалённо это проходило на воск в лавовой лампе или разводы красок в воде. Потоки энергии обжигали тело. Вася не шёл и даже не плыл, а летел в бушующей стихии. Неистовые водовороты скручивали его тело до боли в костях, до крови из носа и рта. Уши болели от нестерпимой какофонии грома, звона и воя. Из комков материи зарождались уродливые химеры, подобные детским рисункам животных. Некоторые из них тянулись к мальчику, душили, царапали, кусали и бодали, но он каждый раз вырывался и чудовища растворялись в том же хаосе, который их породил. Первое время Вася кричал, потом уже только бесслышно стонал. Это была даже не совсем боль, а подавляющий нестерпимый напор всех чувств. Как бы хотелось закончить это, пусть даже вернуться в Закулисье, в тихие коридоры, но назад дороги уже не было. Как и говорил оборотень, Вася явно чувствовал зов домой даже на фоне всех остальных ощущений. Это было что-то глубже мыслей и чувств, некая духовная связь человека со тем, что ему знакомо и дорого. Стиснув зубы, мальчик продолжал, как мог, двигаться в указанном направлении. Он то стремительно летел на попутном ветре, то бешено извивался, чтобы преодолеть встречный ветер, обдирающий причёску и бивший в глаза.

Наконец эпилептическое буйство цветов и звуков стихло, сменившись черно-белой тишиной. Вася упал на гладкую, словно стеклянную поверхность. Долго он приходил в себя после тяжелого пути, не в силах противиться изнеможению, когда наконец появился шанс отдохнуть. Он бы вздремнул, но всё-же опасался неизвестности, да и было всё не совсем безмятежно — ибо то, на чём он был, двигалось. Приоткрыв глаза и вытерев кровь с лица, он был поражён размахом и в то же время упорядоченностью происходящего вокруг. Бесчисленные фигуры — шары, цилиндры, кубы, параллелепипеды, призмы и многогранные платоновские объекты — вились караванами в белой пустоте. Там, где вереницы тысяч фигур встречались, формы сливались вместе, распадались на более мелкие или перестраивались. Сам Вася оказался на одной из таких фигур — приплюснутом параллелепипеде степенно плывшим в окружении других, совершенно одинаковых. «Вроде тут ничего особенного не происходит. До ближайшего перекрёстка, похоже, несколько километров, а движемся неторопливо. Отдохну немного, а то всё тело ломит» — подумал Вася, но ему пришлось передумать. Он заметил, как с разных сторон к нему приближаются чёрные линии, вьющиеся в пустоте подобно змеям. Почему-то нарушился безмятежный порядок. Нет, это не были нарушители, они не мешали ходу фигур. Нарушитель здесь был он, чужак только что вышедший из царства хаоса, не было ему место в этой гармонии. Чёрные линии были подобны иммунным клеткам в организме, истребляющим заразу. Они окружили мальчика. Тот, кряхтя, привстал, готовый обороняться, но оказалось, что он никак не может себя защитить. При каждом касании линии проходили сквозь его тело и вызывали колющую боль, подобно тончайшим иглам. Схватить и отогнать их не получалось. Вася пытался говорить, что он не враг, но без толку. Надо было терпеть нападки местных стражей, пока он сам ней поймёт, как уйти. В итоге понял. Сокровенное чувство вновь проснулось и позвало его вниз, в белую бездну. Вася неуверенно ступил на боковую грань параллелепипеда, но вдруг понял, что его ничто не тянет вниз. Перешёл на нижнюю и встал, будто бы это был верх. Хотя есть ли здесь вообще верх и низ, если нет притяжения? Пришлось с силой оттолкнуться и прыгнуть. Тогда только его медленно понесло вниз, прочь от кусачих линий и безразличных фигур.

Снова стало темно, лишь белые огоньки мерцали вдалеке. Выла вьюга. Вася брёл по чёрной земле, шатаясь от судорог. Даже одевшись и укутавшись в плед, он не мог укрыться от мороза. Лицо и пальцы онемели. Кровь и сопли застыли на лице тёмным инеем, но было не до чистоты. Снова пожалел путник о своей былой решимости. Долго ли ещё идти? Надо было срочно что-то делать. Не было понятно, как велики и далеки огни, но мальчик побежал к самому яркому. К счастью, путь был не так уж и далёк. Уже через минуту огонь заметно приблизился. Стали видны мелькающие вокруг него тени. Неужто и тут кто-то живёт? Оставалось надеяться, что они гостеприимны. Терять было нечего. Вася, уже теряя чувства от обморожения, рухнул перед огнём. Его окружили местные — лохматые шарики на ножках, чёрные и бурые, ростом не больше теннисного мяча. Самые смелые подходили и щупали незваного гостя длинными усиками. Мальчик слегка напрягся, но из опаски не стал отгонять странных существ. Здесь земля была тёплой и мягкой. Вставать не хотелось. Постепенно тёплый воздух при каждом вдохе разогревал тело. Онемение прошло. Было приятно, но не так, как обычно в тепле после мороза. Вася чувствовал, как невероятно быстро затягиваются раны и проходит зудящая боль. Вскоре он встал и даже пробежался вокруг костра, ощущая прилив сил. Теперь стало ясно, откуда получают еду мельтешащие под ногами лохматые шарики — животворный огонь даёт им силы. И всё же, даже с новыми силами Вася не хотел идти дальше. Он бы остался здесь, зачарованный пламенем. Казалось, нет больше ничего кроме этих очагов среди промёрзлой пустоши. Сколько он тут уже сидел? Минуту? Час? Вечность? Лучше бы и дальше сидеть здесь, в тепле и уюте… Нет, такое существование было бы безмятежным, но и бессмысленным. Не для такого рождён человек. Вася вновь напомнил себе обо всём, что он оставил там, на Земле. Что было и что ещё может быть, если только удастся вернуться. Он отдыхал ещё у нескольких огней, но каждый раз, переступив через себя, снова пускался в холодную тьму. Он чувствовал, что дом уже близко.

Долог был мучительный поход, но окончился в момент. Мороз сменился летним зноем. Вместо тоскливого воя ветра послышались забытые, но так знакомые гудки машин. Щебень скрипела под кроссовками. Заросли полыни и щавеля щекотали ноги. Пропали белые огоньки, но розовая заря освещала город. Не чудовища, но люди гуляли по тротуарам и дорожкам в парке, с удивлением поглядывая на ещё дрожащего от холода мальчика, откуда не возьмись появившегося на пустыре. В шоке Вася присел, потом снова встал и осторожно прошёлся, боясь снова потеряться. Один прохожий осведомился у него, всё ли в порядке. Только услышав речь другого человека, Вася окончательно убедился в своём возвращении и по-детски рассмеялся.

- Вам нужна помощь? — боязливо спросил тот.

- Уже нет… — пробормотал Вася и побрёл домой.

Этот район был ему знакомо. Несколько лет назад, когда тут ещё высилась Ховринская больница, охочий до приключений мальчик приходил сюда и бродил по мрачным коридорам заброшки. Тогда он чуть не угодил на жертвенный алтарь какой-то сатанинской секты, и, отбившись от фанатиков, зарёкся сюда ходить. Однако по иронии судьбы это место загадок и ужасов стало для него проходом домой. Пускай до дома надо было идти несколько километров, такой путь был пустяком после всего случившегося. Однако он при каждом шаге он следил, как бы снова не зажелтели вокруг коридоры ненавистного Закулисья.

Эпилог

Домой Вася добрался уже затемно. Едва держась на ногах, он добрался до нужного этажа и подошёл к двери квартиры, но погодил звонить. «Сколько времени прошло? Два дня? Родаки, наверное, уже с ума посходили. Что я им скажу… Хорошо хоть мама в командировке и не знает… если папа не сказал…» — наконец он решился и, попытавшись придать лицу более приятное выражение, нажал на кнопку звонка. За стеной раздалось назойливое жужжание и торопливые шаги. Свет блеснул в дверном глазке. Не открылась ещё дверь, а по подъезду уже разнеслось радостное: «Вася! вернулся!» Отец выглядел немногим лучше сына — неопрятный и измотанный тревогой, но по-детски счастливый. Они тут же бросились в объятия друг другу. Такой ничем не замутнённой радости и облегчения давно не было в их доме.

Главным желанием было отмыться от пота и крови, а потом Вася завалился в кровать и почти сразу уснул. Утром же, за завтраком из хлопьев, папа стал донимать его расспросами. Вася успокоил его по поводу своего физического и психического здоровья — тяжело, мол, но сам поправлюсь, в больницу идти не надо. Когда же папа захотел узнать, что именно случилось, Вася замялся.

— Тебя похитили?

— Нет.

— Заблудился?

— Я всегда в зал по одной дороге хожу, да и Москва — не лес, мог бы на такси приехать.

— Откуда новые вещи и где старые?

— Не могу объяснить.

— В смысле? Ты не волнуйся, я всё пойму. Если ты…

— Нет, я ничего не крал.

— Тогда что тебе скрывать? Расскажи же, как всё было.

— Эх… Ладно. Только не удивляйся.

Не удивиться не получилось, но отец всё выслушал до конца. Реакцией его было задумчивое молчание. Васе это не понравилось.

— Потому и не хотел рассказывать, что ты бы не поверил.

— В такое попробуй поверить…

— Но подумай. Шутить бы я так не стал, да и раны у меня настоящие. Не в том уже возрасте, чтобы собственному воображению верить. Алкоголя или наркоты тоже не употребляю.

— Может к психиатру сходить провериться?

— Пап, ну вы же сами меня воспитывали и знаете, что всё со мной нормальной. Не было у меня галлюцинаций и во сне я тоже не ходил.

— И то верно… но всё-же непонятно, как это могло случиться.

— Я бы тоже знать хотел, но в любом случае это случилось. Главное, что закончилось.

Шли дни. Раны зажили. Жизнь постепенно вернулась в обычный ритм. Однако на душе было неспокойно. Хотя в чём-то Васе даже понравилось приключение в Закулисье, он понимал, что рисковал там жизнью. Со временем эти воспоминания так и не погасли, а, напротив, стали переходить в тревогу. Вася даже на время забросил ходить в зал, став вместо этого тренироваться дома. Он боялся, что это снова может повториться. Забавно, но на фоне этого страха он даже не задумывался о потере Айфона, что в иной ситуации было бы для него серьёзно. Стоило ему уединиться или попытаться отдохнуть между будничными делами, как набегали гнетущие мысли. Как часто Закулисье соприкасается с миром людей? Быть может, многие из пропавших без вести — такие жертвы, как и Вася, но менее счастливые? Что будет, если он снова попадёт туда, но на сей раз не сумеет вовремя найти выход? А если Закулисье существует, какие ещё легенды и слухи могут оказаться правдой. Вася не мог уже спокойно жить. В каждом унитазе ему мерещился Скибиди-туалет, а в каждом столбе — Сиреноголовый. Играя в Майнкрафт, он вздрагивал от мыслей о белоглазом Хиробрине, а на даче следил, не покажется ли из лесной чаши Тонкий Человек.

Так долго он хотел, чтобы в его монотонной жизни произошло что-то необычное. Не так он себе это представлял. Ему хотелось как-то показать себя, проверить свою стойкость перед неожиданностями и трудностями. Он справился, но какой ценой? Пусть он снова вернулся домой, но тот, беззаботный, уверенный в своих силах парень сгинул. Ещё лишь несколько дней назад Вася мыслил себя непобедимым, что всё ему по плечу, что всех своих целей он в жизни добьётся. Теперь же стало ясно то, о чём ранее он не задумывался: в жизни тебе ничего не обещано. Не была ли тут жестокая игра скинуолкера - спасти мальчику жизнь, но оставить его с искалеченной душой? «Эх, ладно, от тоски лучше не станет. Главное, что я в порядке. Пока. Если опять произойдёт какой-то пиздец, то и мы опять попробуем справиться. Не умирать же, пока ещё можешь жить».