Петрович в древнем Риме

Глава 1

Петрович запихнул курево и спички по карманам растянутых треников. Скатал ковёр из большой комнаты.

— Мать, я ковер чистить. Кричи если шо.

— Иди уж, работничек.

Суббота выдалась погожая, жена затеяла стряпню. Пиво закуплено с вечера, ждёт своего часа в холодильнике. Вот приберусь и после обеда дворовый турнир, как говорили местные любители забить «козла».

Раскинул ковер на трубчатой раскоряке, сваренной соседом Тихонычем и дружной мужской компанией вкопанной в дальнем углу двора. Хороший июль выдался и начальник в отпуске.

Пара хлопков по ковру и перекур. Спичка стрельнула и беломорина потиху занялась, отдавая первую, самую вкусную затяжку. Вторая вдогон, а вот третья...

Глаза заволокло туманом, по мозгам как каток проехался, брр.

Петрович потряс головой, протер глаза. Смахнул неожиданный пот с бровей. Жарило не по местному. В Кушке во время службы так же было. Вот только запахи покрепче однако будут.

В глазах прояснилось. Странные дома, незнакомые люди, много смуглых и черных. Ослики, волы запряженные в арбы. Навоз, вот он главный источник запахов.

Майка алкоголичка, треники и старые кожаные шлёпанцы не привлекают внимания. Многие в набедренных повязках, ну это мы знаем, в бане удобно, простыня не соскользнет если правильно закрутить. А тут на улице как в бане, немудрено.

Ещё одна беломорина пошла как обычно, но родной двор не вернулся.

О, рыбкой потянуло, базар однако. Суета, гомон. Вон тот с рыбой чисто из анекдота.

Стоит армянин, рыбу продает.

— Слушай, ара, твоя рыба, он тухлый савсэм, да? — подваливает к прилавку грузин.

— Ай, не хочешь не бери.

— Ана тухлый ваще, — наезжает покупатель.

— прахады дарагой, не мещай, да! — отмахивается продавец.

— ана тухлый, ванает уже.

— иды, иды, ана спыт,ты кагда спыщь, ты сибя кснтралируэшь, да?

Вот, руками махать начали, только слов не понять, на каком языке общаются. Хотя тут на жестах всё. Вон Катерина моя в Одессе с греками на рынке торговалась, ух. Не понять ни слова, а скумбрию на треть сторговала.

Опаньки, тож не грузин, а грек, точно а вдруг поймемся, а?

Петрович рванул к прилавку. Подцепил уважаемого покупателя под локоток.

Диалог этот я тут приводить не буду, ибо древнегреческую обсценную лексику плохо помню, а наш посконный, он шибко сакральный, его с особой точностью передавать следует. Ибо, ну кто знает — поймет.

В общем сговорились и пошли с базара. Задержались правда чутка в рыбном ряду, скумбрии всё же сторговали копчёной. А и всего два пятака с алтыном. Ну и пивка, как без него в летнюю жарь. Гривенник за кувшинчик. Вот и всё что в кармане зацепилось из наличности.

Хорошо посидели, Шурик, он молодец, ну Александропулос по ихнему. Да он после второго стакана внял и проникся. А как беломориной затянулся, так сразу — свой в доску.

Во дворе у него сидели в теньке. И впрямь свой оказался. Медник, самый что ни наесть рабочий человек, с понятием.

Как пиво приговорили, жену кликнул. Ну и Софья подтаскивает кувшинчик, да запотевший. Видать с погребка. Плеснула по полстакашка нам и норовит водой разбавить. Бабы они такие, ни черта в выпивке не шарют.

Ясное дело пресёк такой беспредел. Кувшинчик узурпировал, а Софу за закусью послал. Ничего так винцо и сыр соленый пошел на ура.

По завершению кувшина мы уж скорешились и обсудили как жить будем, чем кормиться и на что вином закупаться.

Горницы у них чудные, кровати низкие, ну с устатку и на коврике отдых, а на соломенном тюфяке — рай.

На завтра мы поперву краник смастерили, типа самоварного. Я кажинно слово у Санька выспрашиваю, всяко обращение проясняю. Он ить ни бельмеса пока не петрит в теме то. А к клиенту уважение показать,так и он завсегда с открытым карманом. Знающий мастер за замену прокладки полбанки снимет. Подход нужен дивидуальный, как наставник мой, дед Семен говаривал, грамотющий был мужчина.

Да, краник задался. Вот мастер Санька то. Не отымешь. Руки золотые, муфты платиновы.

Замастрячил я умывальничек у Софочки на кухне. Дак расцеловала как поняла красоту агрегата. Санёк того ещё косяка отдавил, но на кувшинчике смягчился.

Почтенная, да тут одной бронзы сколько, а какая работа, формы, это у вашего супруга крючок вязальный. а отполировать после установки. Да все соседи перемрут от зависти.

Да какие термы, да в ванной, а раб у вас я слышал получше многих.

Ну конечно задаток, не могу же я абы что в такой прекрасный дом установить. Конечно в единственном экземпляре. Второго такого и быть не может.

Лучше, ну конечно. Даже позолотить можно. Правнуки Ваши пользоваться будут и нахваливать.

Ну всё, и это свалил, неплохо, даже золотишко появилось, теперь и отдохнуть.

Фалернское, кислятина. Жаль пиво тут редкость, а до Столичной и-и. Проклятье кувшин, ну когда же прозрачные то делать научатся?

Я вот горшечнику Аверьяну всё разьяснил и про песок и про соду. Нет лень ему, мол горшки и так хорошо идут. Так ведь и придется всё самому.

А к корешу Шурику за котлом и змеевиком уж я обращусь. В лучшем виде сделает.

А сам гнать не стану, не не мужское дело отмерять, вывешивать. Нехай Акулинушка займется, хороша бабенка.

Долго она по Костику своему горевала, года три. А как наладил я ей и печь водогрейку и трубы до ванны провел. Дом то не велик у нее. Вот как мы ту ванну испытали, так у нас всё и сладилось.

А где наша не пропадала?

Нигде, сантехник он везде и всегда при деле, всяко ремесло прокормит. Знай работай и заработаешь. И на хлеб и на пивко и на рыбку.