Оборванец

Пролог

Старик все еще не мог прийти в себя. Давно он так не волновался, а это плохо в его возрасте. Хотя мало кто верит, что ему через два года стукнет сто лет. Дают примерно годков на десять-пятнадцать меньше. Но в восемьдесят пять он мог пробежать на лыжах десяток километров. А сейчас с трудом выходит из дома прогулять с собакой. Пару недель назад он как раз вернулся из больницы, где был на обследовании, и решил пройтись погулять с собакой. Около лифта нос к носу столкнулся с вышедшим из соседской квартиры парнем с рюкзаком за спиной. Казалось, что тут такого, сам сосед относительно молодой. Друзья иногда к нему приходят, но ведут себя тихо. Девушки тоже бывают. Дело оно такое.

Парень с рюкзаком поздоровался, они вошли в лифт, спустились на первый этаж. Он задержался у газетных ящиков, решил посмотреть свой. Когда вышел из подъезда, незнакомый парень стоял на ступеньках и смотрел карту. Почуяв волю, собака рванула, поводок почему-то заклинило и он, пытаясь ее удержать, оступился на мокрых ступеньках и…тут парень отложил карту и помог ему удержать равновесию. Хорошая реакция, еще подумалось ему.

Парень ушел к метро, а он все еще гулял с собакой по двору. И вдруг ему показалось - где-то же он уже встречал этого молодого человека. Причем достаточно давно. Бред какой-то, этому парню на вид всего года двадцать два-двадцать три, когда они успели пообщаться?

Ему тоже когда-то было двадцать два года. Как давно это было. Он успел окончить училище, жениться, родился старший сын, принял свое первое боевое крещение на Финской войне… В двадцать три года получил звание старшего лейтенанта, вскоре был назначен на должность командира разведывательного батальона формирующейся танковой дивизии. Должность-то майорская. Кому сейчас скажи – не поверят – за три года из лейтенантов в майоры. Но тогда было такое время. Правда учиться нужно было постоянно, как теперь говорят, всю неделю по двадцать четыре часа. Не у всех получилось. Кто-то на радостях загулял, "забронзовел", почил на лаврах…

Мужчина вошел на кухню, налил воды в электрочайник, включил. Газа в его квартире не было, внук позаботился, спасибо ему, переживает за деда. Присел рядом на стул. Нахлынули воспоминания…

Он вел занятие по физической подготовке с бойцами своего батальона, когда его срочно вызвали в штаб дивизии. Когда это было – в конце мая или в начале июня? На улице днем уже стало жарко, пот струится градом...

В помещении штаба дивизии пахнет свежей краской. То здесь, то там снуют люди, что-то пилят, приколачивают. Открывается дверь кабинета, полковник, командир дивизии просит его зайти. Вначале комдив стал рассказывать о планах на вторую половину лета – «мол техника начнет поступать в конце июля- начале августе. Так что сейчас можно спокойно ехать с семьей в отпуск. За месяц ничего не случится, он в этом убежден. Из штаба округа есть важная информация – слухи о войне распространяют паникеры и контра. А Вы товарищ капитан из этих? Нет? Тогда вот Вам заявление на отпуск, пишите при мне, я здесь и подпишу…»

Уже после войны хотел он разыскать бывшего комдива и спросить: сообщение из штаба округа на самом деле было или комдив выдумал? Но спросить оказалось не у кого – полковник пропал без вести в самом начале войны.

Электрочайник выключился, и мужчина поставил на стол маленький фарфоровый чайник, сполоснул его кипятком, взял старую металлическую банку с заваркой, маленькой ложной зачерпнул в ней лепестки чая, высыпал в чайник и залил водой.

В первых числах июня он вместе с другими командирами курил в пыльном тамбуре поезда, везшего их вместе с семьями в Минск. Дальше путь у каждого был свой – он со своими поехал в Вологду, к родителям. 22 июня встретил под Вологдой с отцом на рыбалке. К своим бойцам он так и не смог добраться - в Ленинграде получил назначение в другую часть. Так и воевал на Северо-Западном, потом на Ленинградском фронте. До того дня в феврале сорок третьего года, когда был тяжело ранен и после полугодового пребывания по госпиталям комиссован.

После войны времени поискать своих сослуживцев - тех, с кем служил тогда, в Западном Особом Военном Округе у него не было - хватало и других забот - рождение младшего сына, переезд в другой город, новая работа.

Под новый, 1949 год его разыскал один из сослуживцев Давид, служивший теперь в штабе Группы советских оккупационных войск в Германии. Они достаточно долго переписывались, почти шесть лет. Весной 55-го года друг неожиданно предложил встретиться летом в Крыму.

Конечно он согласился. Давно хотел свозить детей на Черное море! Они там ни разу не были! Да и с Давидом сколько же лет они не виделись!

Встреча произошла в ресторане, недалеко от набережной Ялты. Был теплый августовский вечер, на террасе слышался шум прибоя, голоса бесцельно гуляющих по набережной отдыхающих, где-то играла музыка.

Узнали они друг друга сразу, хотя Давида постарел, на фотографиях не так заметно было. Сели за столик, заказали салат, жаренное мясо, овощи, красное вино, выпили за встречу, стали вспоминать былое. Неожиданно Давид попросил у официантки графин водки и, разлив ее по стаканам, произнес тост:

- Помянем наших друзей, сослуживцев, кто исполнил до конца свой долг и чьи косточки лежат не захороненными в лесах и болотах. А родные и близкие все ждут и ждут их.

Много пить он не любил, но как же не помянуть погибших на той войне! Давид налил себе еще водки и продолжил – «Мы с тобой Володя считай чудом живы остались. Сходи в церковь, свечку поставить полковнику нашему, если бы не он, не сидел ты бы здесь передо мной, лежали твои кости где-нибудь в белорусском болоте».

Он попытался успокоить друга. Но тот еще хлебнул водки и понеслось:

- Помнишь наш разговор в тамбуре, о чем мы болтали? Как пройдет наш отпуск, куда поедем на рыбалку…А ты в курсе – все командиры, которые в отпуск не поехали и в части остались - все без вести пропавшими числятся?

Вот это было для него новостью:

- Неужели прям все?

- Войну из командного состава пережили всего пять человек, считая нас с тобой. И все были в отпусках. Я по своему полку смотрел и по твоему батальону. Семь лет на это ушло!

- Все так сложно?

- Все документы дивизии пропали – тут Давид достал из-за пазухи портсигар, вытащил две папиросы, предложил одну ему – он вежливо отказался. Друг махнул рукой, закурил. Молча просидели минуты две. Затем друг продолжил:

- Я слово дал, установить место гибели всех командиров и бойцов нашей дивизии, числящихся пропавшими без вести. Всех, кого смогу. Война десять лет как закончилась. Хотя бы честную память восстановим…Пропал без вести, это как клеймо, понимаешь?

В тот вечер они засиделись допоздна. Говорил в основном Давид, он только слушал и иногда спрашивал. А друг рассказал много чего – что он ездил на место их военного городка в Белоруссию. И что никого из довоенных знакомых не встретил. Что пытался опрашивать местных жителей что и как было в июне сорок первого. Но особо ничего не выяснил. Что не хватает на все это времени – очень много работы.

За почти десять лет совместными усилиями им вместе удалось разыскать еще нескольких сослуживцев, только они все в начале войны были далеко от линии фронта – кто в отпуске, кто в командировке. Ничего нового поведать не могли.

В их последнюю встречу летом 63-го Давид уже выглядел нездоровым, но не жаловался, наоборот храбрился – раз уволился из армии, значит есть время заняться систематическим поиском, есть время посидеть в архивах, съездить по местам боев, расспрашивать очевидцев. Ничего, Володя, мы еще повоюем! Через два года, практически в канун двадцатилетия Победы друга не стало.

Ну вот и чай заварился, можно налить в стакан. Жаль сахару ему увы нельзя, попьет в прикуску с печеньем. Спасибо внуку, достал такое печенье, что и старикам можно есть.

Отпив несколько глотков чаю, мужчина задумался, что же все-таки его так встревожило? Неделю назад он как обычно вышел погулять с собакой и опять встретил странного молодого человека у подъезда. Хотя почему странного. Обычный молодой человек. Был без рюкзака, но с сумкой для портативного компьютера. Видно обознался, с кем на старости не бывает. Казалось бы, можно успокоиться…Но тут опять нахлынули воспоминания…

Это было кажется в ноябре сорокового года. У них в бригаду приехал какой-то чин из штаба корпуса и стал интересоваться как у них с лыжной подготовкой. Командование бригады пообещало немедленно устроить лыжный кросс. Сказано – сделано. Неважно, что большинство бойцов на лыжи впервые встали. Освоятся, подтянутся. Он кстати тогда тоже так считал. Молодой был. Наивный.

На старт вышла почти тысяча участников. Бежали то ли тридцать, то ли пятьдесят километров. Среди прочих и он, новоиспеченный старший лейтенант отдельной разведывательной роты. Бегал он тогда на лыжах хорошо. И с самого начала гонки оказался в лидерах. Молодой горячий, слишком сильно разогнался на горке, зацепился за что-то, упал и подвернул ногу. Вроде и не сильно. Продолжать гонку к сожалению не смог. Тут от группы лидеров отделились трое и к нему. Оказалось, бойцы из разведывательной роты, его ребята. Они посовещались, один взял его под руку и помог идти, а двое других побежали догонять лидеров. Боец даже прокричал им вслед – «Ребята, выиграйте за нас! Без призового места не возвращайтесь»! В итоге один из его подчиненных занял третье место, а он две недели провалялся на койке с растяжением. В конце концов не выдержал и сбежал в роту…

Как давно это было…и почему сейчас вспомнилось, непонятно. Вчера утром он принял лекарства и повел собаку на улицу. На площадке стоял тот самый парень уже без рюкзака и сумки, ждал лифт и с кем-то болтал по мобильному телефону.

Старик подошел и встал рядом, парень поздоровался и продолжил разговор. И тут мужчине показалась как будто в разговоре молодой человек называет его фамилию: Подгорный Владимир Кузьмич. И добавляет – «Точно числится погибшим? Понял…очень жаль…»

Мужчина обмакнул печенье в чай и положил в рот. Вот дожил старый дед, зубов и нет – подумал еще про себя, - обычное печенье нечем разгрызть. Внук предлагал поставить искусственные зубы – отказался. Еще глоток чая. Опять нахлынули воспоминания.

Когда с семьей был уже на вокзале, ждали поезд до Минска, увидел он одного из своих бойцов в патруле. Отвел парня в сторону и стал быстро говорить – мол всякое может быть, будьте бдительны и тому подобное. Боец посмотрел на него ошалелыми глазами – видно не ожидал услышать подобного от своего командира. Тут объявили посадку, окликнула жена и беседа прекратилась.

Интересно, что про него подумали тогда его подчиненные… подумать они могли все что угодно - жить им оставалось не больше месяца.

Старик тяжело вздохнул, поднялся со стула и пошел в комнату, подошел к шкафу, открыл дверцу, достал фотоальбом. Присел на диван, включил лампочку и стал листать. Он искал старые, еще довоенные фотографии. Зачем? Он сам пока не мог ответить на этот вопрос. Захотелось найти где-нибудь на фотографии того самого бойца, которому он тогда на вокзале читал речь.

Фотография нашлась. Только на ней были стриженные затылки его бойцов. Красноармейцы сидели на скамейках и слушали комсомольского секретаря роты.

Как-то он показал эту фотографию внуку, тот очень удивился – «я представлял твоих бойцов восемнадцатилетними пацанами с воробьиными шеями, а тут лоси и кабаны сидят!» Насчет зверей внук конечно пошутил. Но ребята спортивные были. А на фотографии одного можно было все-таки узнать - докладчика. Как звали этого секретаря – кажется Василь. Фанатично веривший был парень. Но честный и не сволочь. Уж лучше бы с таким дело иметь, чем с приспособленцами и лицемерами, которые попадались ему после войны.

С этим Василем был у него конфликт. Дело обстояло так – двое его бойцов попались патрулю за драку на танцах. Одного как сейчас модно говорить, поняли и отпустили – он только что призван, правонарушение совершил впервые. А вот его товарищ попался во второй раз.

Как взводный командир, он выслушал бойца, уверявшего, что местные сами начали, что на танцах еще были летчики, что местные напали на летчиков, и местных было больше, поэтому они с товарищем решили помочь летунам. Он поверил парню. А Василь поднял бучу, устроил комсомольское собрание, дошел до командира бригады. Тот мужик крутой был, приказал дать бойцу десять суток ареста, в бригаде отменить увольнительные, а его, командира, вызвал к себе и устроил настоящий разнос. «Мы пришли сюда как освободители от гнета капиталистов и помещиков, а что твои бойцы себе позволяют? Пьянки и драки? Что о нас подумают!» Он же стоял на вытяжку, не смея ответить в течении минут пятнадцати, пока комбриг метал громы и молнии. Когда его отпустили, первой его мыслью набить морду Василю. А дальше будь что будет…

Но его подловил комиссар бригады – отвел в сторону и стал убеждать пока не дергаться, мол это не первая драка с участием летунов, будем разбираться. Мол боец твой, земляк Василя, они из одного села, мол клятвенно обещал больше на танцах не драться, но слова своего не сдержал.

Комиссар бригады был хорошим человеком. Как его фамилия-то, ох уже не вспомнить, с Урала вроде или с Казахстана. Единственный отказался ехать в отпуск, так и сказал – война на носу, товарищи командиры, никуда я не поеду!

Летчики же ребята молодые были, часто неженатые, сильные, дерзкие, даже нахальные. Девушки только на них и смотрели…Понятно местных понятно злило. Беднягу, земляка Василя выручили друзья – нашли этих летчиков, уговорили приехать в часть, дать показания самому комбригу. Даже Василь вроде им помогал.

Старик отпил немного чаю.

Вот память…уже и ни лиц, ни имен бойцов не помню. Хорошие были ребята. Погибли только не за грош. Практически безоружными пытаясь остановить немецкие танки. Почему-то опять вспомнился друг соседа из соседней квартиры…на кого-то он похож…но на кого…увы…не вспомнить.

Тогда даже признание летчиков не очень помогло – комбриг накинул еще три дня ареста бедолаге, рявкнув – «пусть с летунами их начальство разбирается», но хоть увольнительные разрешил. Больше всех досталось ротному. Угрюмому, невысокого роста, уже начавшему седеть, да к тому же и пьющему мужчине. Комбриг имел много претензий к капитану. Но тому все равно было.

Кстати своим повышением в будущем он именно ротному и обязан. Тот аккурат после 23 февраля ушел в запой, чем выше меры разозлил начальство. В итоге на должность командира разведывательного батальона назначили его, новоиспеченного старшего лейтенанта. Как давно это было…

На следующий год после ужасной жары семьдесят второго года, захватившей европейскую часть страны, жена заболела, и он выбил в профкоме завода путевку в санаторий. В санатории они оказались за одним столом вместе с семейной парой, военными врачами.

Слово за слово и выяснилось, что в июле 1941 эта женщина выходила из окружения в одной группе с тем самым комиссаром. Он даже несколько раз переспросил – оказалось да, именно это человек. На привалах она делала ему перевязки. Комиссар в свою очередь рассказал много о своей семье, родных и сослуживцах. К сожалению, не могла бывший военврач достоверно назвать то место. Помнила одно – где-то за Бобруйском за Днепром.

Выходило их около десяти человек. Командовал группой старший батальонный комиссар, раненный в ногу, его несли на самодельных носилках. С комиссаром было несколько бойцов из его части, шли они вроде от старой границы.

В один из дней группа остановилась на привал. Продукты почти закончились и посовещавшись, решили идти в располагавшуюся недалеко деревню за едой. Несколько бойцов сходили на разведку к деревне. Сказали, что немцев сейчас в деревне нет, но они проезжали недавно и могут вернуться. Так что нужно дождаться сумерек и уже тогда идти.

Старший батальонный комиссар был уже в бессознательном состоянии. В результате в группе началась анархия. Как итог - большинство высказалось «двинуть за продуктами немедленно».

Женщина и один красноармеец остались в лагере. Остальные ушли в деревню.

Прошел час, потом второй. Из деревни никто не вернулся. Затем ей показалось где-то далеко несколько раз бухнуло. Она спросила у красноармейца, слышал ли он что-нибудь. Мужчина ответил - нет, взял ведро и сказав, что идет к роднику за водой, скрылся в ближайшем ельнике.

Внезапно комиссар пришел в сознание, попросил забрать его документы, оставить одного и уходить. Врач взяла документы, но уходить отказалась. Стало темнеть. Никто так и не появился. Она прошла к роднику – но ни там, ни на тропинке никого не оказалось – красноармеец сбежал. Она стала сооружать из лапника шалаш для раненого. И как раз вовремя. Разразилась страшная гроза с ливнем. Женщина укрылась неподалеку под плащ-палаткой. Но все равно промокла до нитки. Внезапно рядом ударила молния. Удар был такой силы, что врач потеряла сознание. Когда пришла в себя, гроза закончилась, светало. Женщина бросилась к шалашу. Но там никого не оказалось. Больше часу ходила она по лесу, сжимая в руках пистолет с одним единственным патроном, но старшего батальонного комиссара так и не нашла – ни живым, ни мертвым. Целый день она провела около шалаша, надеясь, что хоть кто-нибудь вернется. Увы! Ей пришлось выходить из окружения одной. К счастью на следующий день она встретила еще одну группу «окруженцев», с которыми и попала к своим. Партбилет и другие документы старшего батальонного комиссара она передала командиру этой группы.

Женщину поразило равнодушие, с которым принял документы комиссара работник особо отела. И она написала письменное заявление, описав все события, произошедшие в эту ночь. Ее вежливо поблагодарили и отпустили.

Та история вызвала совершенно разные отклики у сидевших за столом в зале санатория. Муж этой женщины был уверен - комиссар не хотел быть обузой, отполз в лес и застрелился. Он был согласен с такой точкой зрения. Женщины заспорили, но в конце концов признали их правоту. А что могло случиться? Уж не пришельцы забрали с собой комиссара. Кстати внук, впервые услышав об этой истории четверть века назад, так и предположил. Шутник.

С женой и внуком в семьдесят шестом году он проехал в отпуске на машине по тем местам, где еще рукой Давида было начертаны места возможных боев. Увы, за тридцать пять лет следов не осталось даже в памяти местных жителей. Немногочисленные свидетели тех боев уже мало, что помнили.

Удивительно, но заявление военврача он нашел в начале 80-х в подольском архиве. Синим карандашом кто-то написал фразу – «Малодостоверно». Ишь ты, еще подумал он тогда, выходит пропал без вести – значит под подозрением остаешься. Правда сейчас может и в чем-то правы были в особом отделе – никаких названий населенных пунктов в записке не было. Точка координат - «За Бобруйском» выглядит не очень убедительно.

Личное дело комиссара оказалось на удивление тонким и венчала все небольшая справка – «Пропал без вести в районе города Мстиславль Могилевской области». Вот и думай – реальное место указал писарь или от балды взял. Родных найти не удалось – по указанному в анкете адресу никто уже не проживал.

На его 90-летие внук напомнил ту историю и опять пошутил насчет пришельцев. А еще подарил электронную книгу с записанной на ней повестью Стефана Цвейга «Вчерашний мир». Он пошутил тогда – «это ответ на мое старческое брюзжание, дескать раньше жили по-другому, более правильно?».

Вчерашний мир…его мир скорее позавчерашний...давно исчезнувший с лица планеты….

Вроде он особо и не занудствовал, просто пытался объяснить внуку и его друзьям простую вещь – его поколение в массе своей мыслило по-иному, не как сейчас. Во время дискуссии один из друзей внука поинтересовался – «У вас, наверное, одни колхозники служили, даже на велосипед смотрели как на чудо техники?».

Колхозники…были конечно и такие…только у них в части техники хватало – мотоциклы, автомобили, бронемашины, танки наконец.

Это было кажется в конце апреля сорок первого. Был теплый вечер – в Белоруссии весна приходит раньше. Он только что вышел с совещания у начальника штаба. Почти полдня часа судили-рядили – как разместить десять тысяч человек в помещениях, рассчитанных максимум на три.

Решил проведать бойцов своего батальона – командир не должен надолго оставлять своих подчиненных. В старом одноэтажном кирпичном здании бойцы слушали политинформацию. Видимо в занятиях был объявлен перерыв - подойдя к углу дома он услышал голоса и уловил запах курева. Остановился за углом и решил послушать. Просто было ему интересно – о чем болтают его подчиненные. Куда пойдут в выходные, получив увольнительную?

Оказалось, речь шла о будущем - как мы будем жить лет через 50. Спор был достаточно жарким, всех участников сейчас и не упомнишь. Вроде один был его командиром радиостанции…Так этот боец доказывал товарищам, что через 50 лет телефон будет умещаться в руке, в него будет встроена фотокамера и много чего полезного. Большинство красноармейцев не верили ему. Но кое-то согласился и спор разгорелся сильнее!

Внезапно скрипнула дверь. И почти сразу чей-то голос пропищал – заканчиваем с перекуром, занятие через пять минут начнется!

- Товарищ младший политрук, можно вопрос? – обратился кто-то из бойцов.

- Давай, но поскорее, - последовал недовольный ответ.

- Есть мнение, что через 50 лет, когда мы будем жить при коммунизме, у каждого советского человека, будет свой телефон, который будет умещаться в ладони, как Вы думаете, это правда?

Младший политрук был огорошен вопросом и не сразу ответил. Зато в беседу вмешался старшина роты (обладатель настоящего командирского голоса):

- Красноармеец Рабинович! Что будет через 50 лет мне неизвестно, а вот что будет сейчас, после окончания занятий знаю точно! Вы все будете чистить эту площадку! Лично приду проверять работу!

Мужчина отложил альбом, задумался, словно попытался что-то вспомнить. Его раздумья прервал звонок в дверь.

Кого еще принесло? - удивился старик, - управдома, жуликов или может собес о нем вспомнил. Жуликов он не боялся – взять у него нечего, а его счетами управляет внук. К его удивлению на пороге стояла рыжеволосая девушка в синем плаще. Капли воды стекали с собранного зонтика, который она держала в правой руке. В левой руке была темная, застегнутая на молнию папка.

- Можно пройти, Владимир Кузьмич? – поинтересовалась гостья, и продолжила с порога - я журналист, историк, пишу о Великой Отечественной Войне.

- Проходите, будьте как дома.

Старик помог девушке снять пальто, предложил чая с печением и когда она сделала первый глоток, спросил:

- Милая девушка, слушаю вас, вы же пришли по очень важному поводу, не так ли?

Глава 1 Два месяца назад. Июль 2016

- Стас, вставай, уже десятый час! – услышал он недовольный женский голос.

- Юль, сегодня же воскресенье, зачем куда-то торопиться? – он попытался успокоить девушку.

- Мы обещали приехать в двенадцать, ты это помнишь?

И он, Станислав Сидоров, 27 лет, по образованию юрист, волей жизненных обстоятельств работающий, как и многие его сверстники, обычным офисным менеджером, сладко потянулся и вскочил с дивана.

"И куда она спешит, впереди времени навалом...", - пробурчал Сидоров и побрел в ванную умываться, чистить зубы и бриться. Юля, высокая блондинка со стрижкой каре сидела на кухне и пила свежевыжатый сок.

- Стасик, ну сколько можно тебя ждать? – немного обиженно сказала девушка.

- Юль, не беспокойся, мы успеем, твоя подруга-экскурсовод будет довольна.

Вообще-то Юлька девушка очень обязательная и если что-то обещает, то кровь из носу, но все сделает. Сейчас такое - редкость. А вот Сидоров скорее наоборот. Например, обещал сводить Юлю в Третьяковскую галерею, в Дом Художника, в ЦПКО, ВДНХ и много еще куда. Но увы, обещания свои пока не сдержал.

- Ты фамилию, имя, отчество своего родственника узнал? – продолжила Юля. - Чтобы мы могли выложить информацию на «Память народа». Обещал еще к 9 мая все сделать!

Родился Сидоров в семье потомственных военных – прадед был летчиком, воевал в Великую Отечественную войну, дед был пограничником, все время мотался по СССР, отец служил в авиации, ремонтировал самолеты. А вот Стас стал юристом. И даже не служил в армии. Тема Великой Отечественной Войны его мало интересовала. Знал, что воевал его прадед, гвардии полковник – две полоски и три большие звездочки на погонах, награждён орденами. Правда, прадеда Сидоров не застал – тот умер задолго до его рождения. Когда трагически погиб его отец, они с матерью стали нуждаться в деньгах. И мама решилась попросить немного денег у своего отца, бывшего пограничника. К деду они поехали вдвоем. У матери были непростые отношения с отцом: после смерти бабушки дед в пятьдесят с лишним лет женился снова. И как бывает, отношения между мачехой и дочерью не заладились. Стасу же было не до семейных разборок, ему хотелось увидеть своего деда. Ведь последний раз он видел его, когда еще была жива бабушка.

Дед, высокий, крепкий седой мужчина, по выправке которого можно сразу сказать - бывший военный, встретил их довольно радушно, пригласил к себе в кабинет, угостил чаем. Стас был поражен размерами квартиры – это была «сталинка», с высокими потолками, две огромные комнаты.

- Нравится у меня? – спросил дед.

Стас кивнул – у них жилье было поскромнее.

Дед ушел другую комнату поговорить с мамой, а Сидоров от скуки занялся изучением содержимого огромного дедовского стола. Его внимание привлеклифотографии: на первой были родители деда - отец-летчик в парадном мундире, с орденами и медалями, и мама в платье и шляпке, на второй - светловолосый мальчик лет семи с плотно сжатыми губами – видимо, сводный брат его мамы и его дядя, на третьей,

На третьей фотографии незнакомый молодой человек в военной форме сидел за круглым белым столиком с вазой. Сидорову стало любопытно, кто же это на фотографии, явно родственник, но кто? И когда дед с мамой вернулись, оба в хорошем настроении, спросил, указывая на фотографию:

- Михаил Вячеславович, а это кто?

- Это, – назидательно сказал дед, - мой дядя. Пропал без вести. От него только эта фотография и осталась, перед самой войной сделана. С начала войны от него никаких вестей. После войны его матери, моей бабке, выдали справку, мол пропал без вести двадцать восьмого июня 1941 года в районе города Минска. Отписку прислали. Где реально парень погиб, никто не знает. Следующим летом поеду с поисковиками. Не хочешь со мной?

- Папа, давай решим все ближе к лету, у Станислава учеба, – вмешалась мама. И добавила: - Мне бабушка рассказывала, как брат запирал ее в комнате учить уроки, а она сбегала на свидание через окно второго этажа.

- У Никиты тоже учеба, – возразил дед. И продолжил: - На шее этого юного деспота, Ира, была больная мать, парализованная бабка и сестра-подросток.

"Суровый, видать, был парень. По фото этого не скажешь, взгляд добрый, хотя и печальный", – еще тогда подумал Стас. Представил себе такую картину:

Жара, пыльная улица, отгороженный от улицы высоким деревянным забором зеленый двор. Во дворе малышня гоняет мяч. Около дровницы стоит с книжкой в руках строгий молодой человек в рубашке, брюках и парусиновых туфлях – дядя Михаила Вячеславовича, перед этим заперший сестру в комнате учить уроки. Открывается калитка и заходит пара пацанов шпанской наружности в кепках с папиросами в зубах. И сразу к малышне – а ну гоните мяч, самокаты, велосипеды. Тем временем родственник закрывает книгу, аккуратно кладет ее на дровницу и бросается на хулиганов. Пара-тройка ударов и злодеи удирают на улицу.

Когда они приехали домой, Стас спросил у мамы, как звали того парня с фотографии и есть ли у них его фото. Мама с грустью заметила:

- Сынок, я уже не помню, как его звали. А фото где-то было, сейчас поищу.

После часовых поисков в старых фотоальбомах была найдена одна единственная черно-белая фотография – несколько молодых людей стоят на лыжах в сосновом лесу. Опознать родственника на ней не удалось – качество фотографии неважное, да и были все в шапках ушанках, лиц и не видно. Словно чувствуя вину, мама принялась рассказывать:

- Бабушка мне говорила, ее брат хорошо на лыжах бегал, даже призы получал. Они с друзьями 31 декабря на лыжах в лес уходили, Новый Год встречали.

Бред какой-то, - подумал Стас, - Зачем лезть в лес в самый холод? Не лучше ли встречать с друзьями в баре или клубе. Попивать пиво, слушать музыку, танцевать с девушками. Странные какие-то ребята.

Правда Сидорова поразили валенки, в которые были обуты все ребята. Как же они катаются в них? Когда Стас с родителями и сестрой изредка выбирались покататься на лыжах, у них были нормальные лыжные ботинки, лыжи из пластика. Все по-современному. А на фото настоящий «колхоз».

- А они сейчас живы, друзья? - спросил Сидоров.

- Один вроде умер в середине 80-х. Дочь другого я случайно в метро в начале 2000-х встретила, говорила папа болеет, - сказала мама, - про остальных ничего не слышала, наверное, с войны не вернулись.

Стасу стало грустно, и он перестал задавать вопросы.

На поиск особо ехать Сидорову не хотелось – жить в палатке, без удобств, в сырости, подвергаться нападениям комаров, копать целый день грязь или месить болотную жижу. Лучше поехать с друзьями в Турцию. Там теплое море, солнце, нет комаров и копать не нужно.

А дед фразой про юного деспота, похоже накликал проблемы на свою голову. У Стаса была младшая сестра, которая меньше чем через год разругалась с матерью и ушла жить в семью деда. Теперь Михаил Вячеславович вынужден был лавировать между женой, дочерью и внучкой – мирить, убеждать, а иногда и обещать. Правда через пару лет сестра выскочила замуж и избавила деда от необходимости опекать ее.

Через пару лет Стас наконец-то железно решил ехать вместе с дедом «на поиск», но случилось несчастье: Михаил Вячеславович скоропостижно скончался. И Сидоров вместо белорусских лесов и болот снова оказался на турецком пляже. Но до этого на похоронах познакомился с новой семьей деда – его второй женой, которая волком посмотрела на них с мамой, и своим сводным дядей – грустным невысоким пареньком в очках лет двенадцати, искренне обрадовавшимся встрече. Сестра тоже приехала на похороны, с ней был ее муж, важный брюнет лет тридцати, одетый в светлый костюм, который Стас оценил не менее чем в три штуки евро.

Общее горе лишь ненадолго сплотило семью. Вскоре мама поругалась с мачехой и с второй семьей деда больше не контактировала. А сестра в свою очередь довольно быстро перестала общаться с ними.

Про фотографию Сидоров вспомнил в прошлом году, во время одной из последних поездок с клубом на реконструкцию. Они с Юлей недавно познакомились, и Стас пригласил девушку посетить клубные мероприятия. Нельзя сказать, что ей все понравилось там, скорее наоборот, но вот рассказ про пропавшего без вести парня впечатлил. К тому же Сидоров слегка приврал, - рассказав, что стал реконструктором, узнав о судьбе родственника. К удивлению Стаса, девушка очень расстроилась из-за того, что он не знает о своем родственнике решительно ничего – даже имени и фамилии. Сидоров сразу же пообещал все выяснить за несколько месяцев и даже выложить всю информацию на интернет-сайте «Память народа». Но вот незадача - спросить оказалось не у кого. Деда уже нет в живых, мама наверняка не в курсе, а спрашивать у второй жены деда не стоило. Прошло больше года с даты обещания – а Стас так ничего и не разузнал, а главное не понимал, как это сделать.

- Ну что там в мире делается? - Сидоров решил сменить тему разговора и включил телевизор, подвешенный под потолком кухоньки. Юля фыркнула, она не любила, когда одновременно кушают и смотрят телевизор.

Примерно минуту Стас переключал каналы – никак не мог найти интересную передачу.

- Дай-ка я, – сказала Юля, отобрала пульт и наобум нажала кнопку. На экране появилась очередная реклама сотового телефона.

- Интересно, и почему в России не могут производить сотовые телефоны, – решил пофилософствовать Стас, - мозгов не хватает? Ты же у нас институт связи заканчивала?

- Что ты придираешься! – возразила девушка - У меня соседка есть по даче. Ее отец до войны был большим начальником в институте.

- И почему не разработали? Партия задачу не поставила? – съязвил Сидоров.

- Не знаю. Приезжай как-нибудь на дачу, пообщаешься с ней.

- Непременно, – ответил Стас, хотя большого желания ехать на дачу у него не было, а тем более общаться с незнакомой теткой, считающей своего папашу очередным непризнанным гением.

Вечером того же дня Сидоров сидел на кухне, пил пиво и смотрел футбол по телеку. Юля бы такого не одобрила, но сейчас она уехала к себе и обещала вернуться после выставки. Нет, против Юли Стас ничего не имел. Бывает правда, любит она покомандовать. А еще подчеркнуть свою близость к культуре и искусству - когда-то работала экскурсоводом, причем с техническим образованием. Хотя вот и у него образование юридическое, а работает он менеджером по продажам.

Правда, настроение у менеджера по продажам было неважным. Даже день, проведенный с любимой девушкой, его не особо поднял. В пятницу Сидоров узнал об увольнении своего начальника. Его босс был не только хорошим человеком, но и своеобразным буфером между простыми менеджерами и более высоким начальством. Их высокое начальство не отличалось ни интеллектом, ни знаниями, ни работоспособностью. Начальнику Стаса надоело работать под началом таких «талантливых» руководителей, и он написал заявление «по собственному желанию», заодно посоветовал Сидорову сменить место работы как можно быстрее.

Тем временем на футбольном поле творились нешуточные страсти – в добавленное время при ничейном счете судья решился дать пенальти. Теперь футболисты как муравьи облепили судью и одни пытались добиться отмены наказания, а другие защитить судью. Только Стас налил себе еще кружку пива, как запиликал сигнал на его мобильном телефоне. Звонил школьный приятель, с которым они аж после окончания школы, не виделись, но потом общение наладилось, - спасибо социальным сетям. Вначале была переписка, потом посидели в ресторане, потом оказалось, что одноклассник хорошо устроился в жизни – к 27 годам своя фирма, квартира в элитном доме в Москве, домик в Испании, джип новый японский. А он наемный работник, скромная однокомнатная квартира, зарплата не ахти какая, а автомобиль старый корейский (ну хоть не ваз). Почувствовав себя не в своей тарелке, Сидоров прекратил общение. Прошло примерно полгода. И тут звонок от того самого одноклассника.

– Привет, Стас! Я знаю, что ты любитель реконструкций битв? На форму полковника наполеоновской гвардии не скопил? Слушай, на следующей неделе под Смоленском твои друзья-реконструкторы собираются!

Стасу стало грустно: если его никто не предупредил, значит считай выгнали из клуба, хотя официально ему пока не сообщили.

- Приглашаю тебя съездить вместе со мной. Будут еще мои друзья. Заодно и порыбачим.

Сидоров задумался. Может, съездить? Развеять грусть-тоску. Отгул на пару дней на работе взять не проблема. А Юлька пусть пока своей выставкой занимается.

Глава 2

Теплым июльским утром 2016 года с рюкзаком за плечами офисный работник Станислав Сидоров подошел к подъезду нового элитного высотного дома. В этом доме жил его удачливый друг-одноклассник, активный невысоким молодой человек, с круглым лицом и пухлыми щеками, чем-то напоминающий хомячка. И хотя звали одноклассника Олег, школьное прозвище у него было Хомяк или Хома. Подошел сей Хома к поездке более чем серьезно -упаковал в багажник джипа пару больших баулов с палаткой, снастями, едой и прочими полезными предметами вроде резинового коврика, складных стульев и т.п. Рюкзак Стаса скромно приютился в сторонке. Одноклассник поцеловал на прощание супругу, вышедшую его проводить, и произнес небольшую речь – дорогая, я скоро вернусь! Станиславу даже немного противно стало.

Как только они сели в джип, Олег так дал по газам, что бедного Сидорова едва не размазало по пассажирскому сиденью. Джип вылетел на полупустую улицу. Они должны были направиться к МКАДу, чтобы там в свою очередь свернуть на Минское шоссе. Но одноклассник почему-то погнал в другую сторону. Минут через 10 автомобиль остановился у шлагбаума, закрывавшего въезд в старый московский двор. На вопрос – что случилось, кэп? - его приятель только достал свой айфон, вышел из джипа и стал с кем-то активно разговаривать. Через несколько минут к джипу подошла невысокая, симпатичная девушка в темных очках, с русыми волосами до плеч. На голове ее была панамка цвета хаки, в руках небольшой чемоданчик, как будто она собиралась лететь на выходные в Париж или Барселону, а не ехать на реконструкцию в смоленские леса. Чемоданчик запихнули в багажник, подвинув рюкзак Стаса. Девушка уселась на заднее сидение, и они опять рванули, да так, что его снова вдавило в кресло.

Теперь все стало ясно: Олег решил покатать свою очередную пассию, но чтобы жена не разглядела адюльтер, придумал эту историю с реконструкцией, рыбалкой и т.п. И Сидорова привлек, для отвлечения внимания. Хотя ему-то какое дело. Бесплатно довезут - и то хорошо. Его-то машина из сервисов не вылезает, вряд ли бы осилила даже 300км без приключений. На первой же остановке он пересел на заднее сиденье, с которого девушка мигом переместилась вперед. Достал из рюкзака планшет и стал читать детектив.

Дорога оказалась спокойной и даже скучной. Хома не гнал, ехал строго по правилам. Пару раз вставали в пробке – из-за аварии и ремонта дороги. До места рыбалки добрались к вечеру, по дороге остановились пару раз подзаправиться да перекусить. За это время он успел перечитать все детективы, которые были у него на планшете и откровенно скучал. Сидевшие на переднем сиденье говорили мало, видимо берегли силы для ночи. Его же просто не замечали. Как будто с ними на заднем сиденье ехал багаж.

Когда они подъехали к окраине небольшого поселка, стало темнеть. Как оказалось, их дороги с Олегом здесь разошлись – тот с подругой и еще несколькими знакомыми поставили свой лагерь у самой реки. А Сидорову пришлось отправиться в лагерь реконструкторской братии, расположившийся выше по склону и состоявший из одной единственной палатки. Однако ее обитатели вовсе не были рады появлению нового постояльца.

- Слушай, Сидоров – у нас тут свободных мест нет, ты бы напросился к своему другану в палатку. Говоришь, он там не один, так образуете шведскую семью, ха-ха, - отшил Стас старший реконструктор.

Ну ладно, вы у меня потом попляшете, - обиженно произнес про себя Сидоров и отправился в сторону поселка, справедливо полагая, что только там есть альтернатива ночевке под открытым небом в обществе комаров и муравьев.

Спал Стас плохо – в середине ночи разбудила гроза - все дико грохотало, долго не мог заснуть. И приснился ему сон. Вроде он на реконструкции, бежит с винтовкой по раскисшему от воды полю, что-то бухает, где-то стреляют. А ему нужно добежать до опушки. Рядом бегут еще несколько человек, почему-то почти все в штатском, один даже в пиджаке и галстуке. Сюр какой-то. Вскрикнул толстый мужик в пиджаке, рухнул на землю и закричал: " нога, нога, помогите", но никто не остановился, все продолжали бежать из последних сил к спасительной опушке. Сидоров резко остановился, припал на одно колено, вскинул винтовку, прицелился в фигурки около сарая на краю поля и разрядил в них весь магазин, вроде попал – пара фигурок упала, остальные залегли и принялись прицельно стрелять в его сторону. Пули противно засвистели совсем рядом. Стас прижался к земле и стал перезаряжать винтовку.

- Парень, не бросай меня, помоги! – запричитал толстяк, пытаясь приложить платок к красному пятну на брюках. По виду этот субъект был очень похож на типичного хозяйственника-бюрократа из советских кинофильмов, не хватало только широкополой шляпы.

- Не высовывайтесь! – только и мог крикнуть Стас, схватил «хозяйственника» за ворот пиджака и поволок к опушке. Тащить оставалось еще метров сто. Мужик весил центнер, не меньше. Зато как бежал, наравне со всеми… жить захочешь, не так побежишь.

- Боец, не бросай меня, – продолжал причитать субъект в пиджаке, – я уж отблагодарю.

Со стороны сарая послышались разрывы и стрельба, затем из-за него выскочило несколько фигурок, которые сразу рванули в его сторону. Вроде наши! - решил он, но на всякий случай направил на них ствол винтовки. Наших оказалось трое: командир, лейтенант лет двадцати с усиками и трехлинейкой в руках, и двое бойцов – пацан, почти ровесник командира, и взрослый мужчина восточной внешности (ему Чингизхана играть можно и без грима, подумал Стас).

- Спасибо тэбэ, – произнес плюхнувшийся рядом с ним тяжело дышавший лейтенант, - отвлек фашистов. А мы гранатами закидали.

– Красноармеец! - обратился командир к «Чингизхану», - помогите товарищу сержанту дотащить гражданина до леса.

Сидоров не расслышал фамилию бойца.

Мужик в пиджаке был на редкость тяжелый, к тому же продолжал постоянно ныть.

- Слушай, дядя, потерпи, сейчас мы тебя дотащим до леса -перевяжем, – не выдержал двойник «повелителя вселенной».

Наконец они дотащили мужика в пиджаке до кустов на опушке, и тут рядом что-то бухнуло, его обдало комьями земли и… он проснулся. Сидоров лежал на кровати в маленьком номере, а за окном разверзлась настоящая буря – дождь вовсю хлестал по стеклам, сильно наклонялись стволы деревьев, где-то далеко вспыхивала зарница. Стас посильнее укутался в одеяло, отвернулся к стене и постарался побыстрее уснуть.

Но выспаться Стасу не удалось: под утро его разбудил страшный грохот. Вскочив и подбежав к окну, увидел: рассвело, буря закончилась, а на той стороне, куда выходило окно его номера, располагалась парковка контейнеров и мусоровоз с грохотом и скрежетом высыпал содержимое металлических баков в свой кузов. Стеклопакеты на окне совершенно не защищали от шума. Было начало седьмого утра. Сон больше не шел, оставалось только одеться, собраться и покинуть гостеприимный кров.

На улице было много воды: дождь пролился сильный. Как там его друзья в палатке, не залило? – подумал Сидоров и поспешил к ним, напевая при этом «гремя огнем, сверкая мощью стали, пойдут машины в яростный поход”!

У реки обнаружилось, что палатка цела, а ее обитатели уже проснулись и готовят себе завтрак - перловую кашу с добавлением мяса и кипяток с добавлением чая.

- Привет, Сидоров! – как-то не очень дружелюбно встретил Стаса «старший реконструктор», уже начинающий лысеть шатен с пивным брюшком и тренировочных с лампасами, восседавший на раскладном стуле.

- Здорово! - обратился к нему Стас. - Как тебе бриться таким древним девайсом?

Реконструктор скривил физиономию и вскрикнул:

- Вот порезался из-за тебя! Ты спал-то нормально?

- Вроде да, – соврал Сидоров.

- А мы тут всю ночь не спавши.

- И что случилось? – Стасу даже интересно стало.

- Да тут матросня понаехала, коллеги из клуба революционного, как его там – «Красный матрас» или «Зеленый матрос». Броневик не нашли, взамен где-то мотоцикл угнали и полночи катались по полю, песни орали, фейерверки пускали.

- Комиссар, а что ты со своими партейными не перетер, ты политрук или как? – ехидно заметил Сидоров. И подумал: "это тебе за вчерашнее, не пустил меня на ночлег – получи пилюлю от ревматросов".

- Дык их много было. Мы тут с Витей Зверевым вдвоем.

Долговязый Виктор, одетый в выцветшую древнюю штормовку (по семейным преданиям, именно в ней его отец покорял когда-то приполярный Урал), как автомат, мешал кашу деревянной палкой. Не прекращая это занятие, он поправил очки и кивнул Стасу. Тридцатипятилетний Виктор по кличке Академик был, наверное, единственным из членов клуба, с кем Сидоров мог поговорить откровенно. Остальные смотрели на Стаса как бывалые смотрят на молодых и за равного не считали.

Мужчина тем временем продолжил ныть:

- И что этой матросне не спится, у них такой шикарный следующий год будет. Столько всего замечательного: февральская революция, июльская контрреволюция, корниловщина, октябрьская революция. Живи и радуйся. А они тут под ногами путаются. Только матросня убралась, дружки твои с реки музон завели. Спать не давали. И кричали дико. Хорошо, когда гроза началась, притихли.

- Они такие же твои, как и мои. Что конкретно от меня нужно?

- Слушай, Стас, - вдруг заискивающе начал «комиссар», – тут матросня колеса у моей Нивы спустила, а компрессор я в гараже забыл. Мне бы в поселок сходить, компрессор одолжить, колеса накачать. Посидишь здесь, вещи посторожишь, ребятам поможешь, если что, а?

- Ночлег предоставишь? – Стас решил немного воспользоваться ситуацией, второй раз ночевать в поселковом клоповнике не хотелось.

- Конечно! Нивой клянусь! Серега скоро приедет, вторую палатку поставим!

- Виктор Сергеевич, а политруки носили треники с лампасами и кроссовки? – спросил Стас, глядя на удаляющегося в сторону поселка «комиссара».

- Хочешь сказать, что наш политрук позорит своим внешним видом гордое звание реконструктора?

- Да, и за этого его надо раасстрээллять!

- Нет, вначале напоить чаем, а только потом расстррэээлять!

Стас еще с минуту постоял молча, а затем принялся «пытать» коллегу по клубу:

- С чего матросня тут нарисовалась?

- Ты, гражданин Сидоров, задаешь странные вопросы, иди и спроси их сам!

"Играй в молчанку, я все равно узнаю и про матросню, и про наше клубное начальство", - усмехнулся про себя Стас и перевел разговор на другую тему:

- Помнишь, я тебе говорил про родственника своего, фамилию и имя которого установить надо?

- Не помню, – лениво отозвался Виктор.

- Я Юльке обещал к 9 мая все узнать.

- И как обычно продинамил.

- Там все глухо, все документы, если и были, остались у деда. Я ни фамилии, ни года рождения, ни места жительства - ничего про него не знаю.

- Поди туда, не знаю куда. Ты зачем за это дело взялся? Шансы минимальные, – начал учить его жизни Зверев.

Сидорову было неловко. Попытался выпутаться:

- Что посоветуешь?

- С такими вводными время поиска упирается в бесконечность, – заключил Виктор, - без фамилии, имени, отчества или точно адреса ничего не найдешь. Было понятно, что Звереву не интересны чужие проблемы, зато вот свои:

- Слушай, я тут почти всю ночь не спал, сейчас докурю и пойду в палатку вздремну. Каша готова, кипяток есть, чайные пакетики вот, соль, хлеб в сумке за палаткой. Если вдруг прибегут участники кросса, ты их, пожалуйста, накорми.

- А что за участники? – удивился Стас. - Я прошлый год пропустил.

- Наш отец-командир решил состав клуба омолодить – дескать старики много прогуливают, пьют часто без меры, да и за формой не смотрят – в прямом и переносном смысле. Сейчас немного вздремну и кое-что расскажу тебе.

Виктор забрался в палатку, а Стас взял миску, наложил каши, отрезал ломоть черного хлеба, посолил его, сел на бревно и принялся завтракать.

Как удивительно меняется летняя погода, еще недавно ярко светило солнце, а сейчас небо заволокло тучами и где-то вдалеке уже громыхнул гром. При первых раскатах грома Стаса охватило необъяснимое чувство тревоги, должно что-то случиться, хорошее или плохое – непонятно. А может это вовсе не раскаты грома, а орудийные залпы и он провалился в прошлое, лет так семьдесят пять лет назад...

Глава 3

Но прошлое где-то задержалось. Он спокойно позавтракал, точнее сказать утолил немного голод – каша была подгоревшей и слегка пересоленной, а чай представлял светло бурую жидкость - видимо в котелок с кипятком, опустили всего пару пакетиков среднесортного чая. Время тянулось очень медленно, гроза стихла, участники кросса куда-то пропали. Витя дремал в палатке, Санек пропал неизвестно где, его Нива сиротливо стояла со спущенными колесами. В лагере у реки тоже дрыхли после бурной ночи.

Эй! – ударило как-то внезапно по ушам.

Сидоров аж подскочил и повернулся. Метрах в трех нарисовался невысокий молодой мужчина в кепке, пальто серого цвета и измазанных в грязи брюках.

- Вот и местный объявился – усмехнулся про себя Стас. На лице аборигена была трехдневная щетина. Гость как-то заискивающе смотрел на него бегающими глазками, наконец решился задать вопрос:

- Папироски не найдется?

- Извините, не курю – вежливо ответил Сидоров.

Мужчина что-то буркнул себе под нос, постоял немного, посмотрел по сторонам и побрел в сторону поселка.

Стасу мужик не понравился – пришел, стал присматриваться, небось выискивает, что можно утащить. Глядишь еще и рюкзак его с формой оприходует. Сидоров раскрыл рюкзак, достал форму военфельдшера образца 1941 года, закинул рюкзак от греха подальше в палатку и стал переодеваться.

Тучи местами развеялись и в промежутках засветило солнце. В траве застрекотали кузнечики. Ничего не хотелось делать – просто сидеть на бревне и любоваться видом на реку. Примерно через полчаса, когда Стас уже собрался полезть в палатку за планшетом, его опять окликнули:

- Товарищ командир!

Сидоров медленно обернулся и увидел одного из тех начинающих реконструкторов, о которых говорил Виктор. Перед ним стоял парень лет двадцати в пилотке, высокий, короткие волосы, в темных глазах усталость. Одежда - обычная гимнастерка цвета хаки, брюки, обмотки и ботинки все вымазаны в грязи, на поясе ремень с патронными сумками, на боку брезентовая сумка.

- Садись боец, в ногах правды нет – немного вальяжно заметил Стас.

Парень плюхнулся прямо на землю. От него сильно пахло потом.

- Ешь давай, - Сидоров взял свободную миску, ложку, зачерпнул из котелка остатки каши и передал парню. Вот черный хлеб, соль – бери сколько хочешь. Чай в котелке, наливай хоть все. На голодный желудок сам знаешь, много не навоюешь.

- Спасибо, товарищ военфельдшер, - выдавил из себе боец и приступил к трапезе, с необыкновенной быстротой орудуя металлической ложкой, которую достал из сумки.

Пока парень ел, Стас решил прикинуть, сколько тот пробежал за марш-бросок?

До станции около 5-7 км. Это если через лес, а если по дороге все 10, а то и больше. Для бойца российской армии, наверное, немного, а вот для обычного городского пацанамноговато.

Идиллию нарушил будильник его телефона, возвестивший о наступлении девяти часов, тридцати минут – в это время у Сидорова начинался рабочий день. Блин, забыл отключить, Виктора Сергеевича разбужу – выругался про себя Стас, мигом подскочил к палатке, вытащил из нее рюкзак, извлек смартфон и отключил будильник. Парень с интересом вперемешку со страхом наблюдал за его манипуляциями. Потом стал убирать ложку в сумку и видимо сделал неловкое движение - бац, из сумки на землю вывалился темный металлический предмет, очень похожий на пистолет.

Боец быстро засунул этот предмет в сумку и как-то виновато посмотрел на Стаса.

Газовый пистолет или пневмат взял с собой на кросс? – прикинул Сидоров. Интересно, с кем воевать собрался? С другими участниками?

- Товарищ военфельдшер! – обратился к Стасу участник кросса - Скажите, какое сегодня число?

- Тридцатое июля, две тысячи шестнадцатого года. Девять часов, тридцать одна минута.

Парень вроде хотел что-то переспросить, но раздумал, подхватил сумку и направился в сторону леса.

Заблудился наверное – решил Стас.

Меж тем погода окончательно наладилась, тучи развеялись, выглянуло солнце. С палаточного городка внизу раздался смех.

- Гуляют же буржуины! – пробурчал проснувшийся и вылезший из палатки Виктор. Все-таки разбудил его будильник.

- Слушай, тут странный тип нарисовался и потом ушел.

- Кто же? – лениво зевая спросил Зверев.

- Весь в грязи, на еду набросился как будто два дня не ел, слопал твою стряпню с невероятной скоростью. Еще газовый пистолет ТТ с собой зачем-то прихватил.

- Участник кросса-слета поди был. А газовый пистолет взял от волков отбиваться!

- Ты много видишь реконов с ботинками и портянками?

- Это фишка Иваныча, дескать молодняк должен кросс бежать именно так. Хотя умные в рюкзак спрячут кроссовки, в лесу оденут, перед финишем снимут, – засмеялся Виктор, потом достал сигаретку, щелкнул зажигалкой, прикурил и затянулся:

- Давай расскажу кое-что, - и с важным видом посмотрел на Стаса, как будто Сидоров был студентом-первокурсником, а он минимум проректором, объясняющим реалии учебы в ВУЗе. - Ты за год все мероприятия пропустил, в Турции с мамзелью пропадал? У нас тут серьезные изменения. Ты в курсе, что учудили наши на последней реконструкции?

- Нет. От тебя первого слышу.

Виктор стряхнул пепел с сигареты и рассмеялся. Солнце блеснуло на линзах его очков:

- Тема шоу была – поимка фашистских диверсантов. Пара перцев выпрыгнула с парашютами, а наши всей шоблой должны были за ними гоняться. Но вместо поля фрицевских коммандос сбросили на дачный поселок. Однако наши останавливать шоу не стали.

- А почему не стали? – удивился Стас, представив, как вооруженный до зубов отряд кровавой гебни врывается в мирно спящее Садовое Некоммерческое Товарищество.

- Бабло сэр. Даже вылет скромного кукурузника стоит много бабла.

В итоге СНТ понес некоторые имущественные потери. Для пущего натурализма наши взяли с собой собаку, овчарку Карл! А эта овчарка загрызла не фашистского диверсанта, а кота одного из членов СНТ. Видимо посчитала кота пособником фашистов. Возможно, кстати, так оно и было. Но доказательств-то нет. Ну и там поломанные изгороди, потоптанные грядки. Кровавая гебня легких путей не ищет. В итоге главным у стал твой дорогой и любимый Иваныч. И надеюсь для тебя не секрет, что последняя должность Иваныча до увольнения в запас замкомполка по физподготовке. Теперича члены клуба должны сдавать ежегодный экзамен по этой самой физической подготовке. Кто не сдаст – милости просим на выход.

- Я не побегу, – отрезал Сидоров, пусть Иваныч катится куда подальше! - И помолчав некоторое время, спросил у Зверева: - А ты-то как собираешься сдавать сей тест, тоже кросс побежишь или сачковать будешь?

- Я стану историографом клуба!

- Это как?

- Вот решил теоретически подковаться, – и Виктор достал из рюкзака толстую книжку под названием «История Великой Отечественной войны Советского народа».

– Дашь на досуге почитать? – спросил Сидоров. Ему сразу же захотелось приобщиться к чему-то серьезному.

- Сия большая книга писана аж в одна тысяча девятьсот восемьдесят четвертом году, почти одного со мной года рождения. Писана языком зело малопонятным и посему быстро мне ее не одолеть. Давай я тебе лучше книжку про Гарри Поттера дам почитать, старший мой без ума от них, недавно сам прочел, ничего пишут скажу я тебе.

Стас хотел бы возразить, но поразмыслив, решил -лучше читать книгу про Гарри Поттера, чем изнывать от безделья. Тем более Сидоров подобных книг никогда не читал. Виктор нагнулся к входу в палатку и достал из нее книжку с пестрой обложкой.

И они присели на бревно около догоревшего костра читать каждый свое чтиво. Через десять минут Витек не выдержал:

- Стас, я еще полежу, ночью вообще не спал, только книжку мою умную не бери, хорошо?

- Не проблема, - отозвался Сидоров, уже втянувшийся в чтение книги о героях магии и меча.

Время пролетело незаметно. Уже солнце стало припекать, и он даже переместился под одинокое дерево недалеко от костра. Зато опять прошла гроза с коротким ливнем, загнав Стаса в палатку. Неожиданно появился новый гость, бородатый мужик в кепке и камуфляжной куртке. От гостя пахло костром и болотной тиной.

- Доброго дня, - начал мужчина, - Вы я вижу недавно заселились?

- И Вам не хворать, - ответил Сидоров, отвлекшись от чтения.

- У вас тут все нормально, никаких проблем? - бородатый начал издалека.

- Хотите создать? – нахмурился Стас.

Мужик смутился:

- Боже упаси. Просто хочу спросить, ничего необычного сегодня не заметили?

- А что такого необычного должно случиться? – ответил вопросом на вопрос Сидоров, - вспомнив об участнике кросса.

- Рад за Вас, - мужчина присел рядом на бревно, достал зажигалку, пытался прикурить, но не смог – руки дрожали.

- Что-нибудь серьезное случилось? - поинтересовался Стас, понявший, что перед ним один из поисковиков.

- Десятый год езжу на поиск, всякого насмотрелся, но чтобы такое.

- Водяной из болота вылез? - пошутил Сидоров.

- Да ну тебя, шутники Вы все, пока с ним не встретитесь!

- С водяным?

- Тут в лесах да болотах знаешь, сколько наших полегло!?

Стас промолчал. Он закрылся от поисковика книжкой.

- Что хоть читаешь? Про «Гарри Поттера», ну-ну, - и с этими словами мужчина поднялся с бревна, оглядел поляну недовольным взглядом и зашагал в сторону леса.

Сидоров же продолжил чтение. А, однако, неплохо пишет Джоан Ролингс!

Но примерно через час его спокойная жизнь была внезапно нарушена. К палаткам подкатил полицейский уазик. Из которого вылезли двое полицейских – сержант и рядовой, а также высокий мужчина в камуфляжной куртке и джинсах. Глядя, как мужчина сразу уставился на него, Стас почуял недоброе.

- Этот? – лениво спросил сержант, - указывая на Сидорова.

- Нет, - ответил мужчина в камуфляже. У этого лицо сытое, доброе, а тот злой был.

- Может он поел и подобрел? - хмыкнул второй полицейский.

- Да лица у них разные. Оба высокие, но в остальном не похожи.

- Кто-нибудь в палатках еще есть? – добродушно спросил сержант у Стаса. Как будто хотел услышать ответ: «нет, никого» и с чувством исполненного долга убраться отсюда.

- Есть еще один мой товарищ, сдал Виктора Сидоров, - я его сейчас разбужу. И Стас полез в палатку будить Зверева.

Через минуту Виктор стоял перед полицейскими, тер очки и пытался понять, что хотят от него служители закона.

- Не, этот слишком старый, - усмехнулся мужчина, - тот молодой был, лет двадцать-двадцать пять. И без очков.

- У вас здесь реконструкторы еще какие-нибудь есть? – поинтересовался сержант.

- Здесь нет. Все в поселке. У них там слет, - пояснил Зверев.

Полицейские вздохнули и стали садиться в уазик. Мужчина в камуфляже немного задержался, чтобы спросить:

- Вы здесь парня-реконструктора не видели? Молодой, высокого роста, волосы короткие, одет в форму советскую, еще довоенную.

- А вы не заметили, какого цвета петлицы, есть ли так какие-нибудь на них знаки отличия? - поинтересовался Сидоров.

- Вот не обратил внимания, некогда было, - с грустью ответил мужчина, - ладно, спасибо за помощь.

Когда уазик отъехал, Виктор задал вопрос:

- Слушай, Стас, чего здесь полиция делала? Мне такой сон прервали!

- Сам в недоумении.

- Небось какой-нибудь юный герой с этим мужиком подрался. Тот с обиды побежал в полицию. Пусть Иваныч со своими воспитанниками сам разбирается, а спать пойду. И Зверев полез обратно в палатку.

Запиликал будильник на его мобильном – час дня. В это время у Стаса на работе начинался обед. Книги была прочитана. Но только он развалился на травке под солнышком, как послышался шум мотора. Нарисовался темно-зеленый опель, который громыхая на буграх разбитой дороги медленно, но верно приближался к нему.

Ну вот еще одноклубники едут! – обрадовался Сидоров.

- Здорово, «попаданец»! - пробасил вылезший из кабины здоровяк, одетый в промасленную майку непонятного цвета и темно-зеленые шорты. На ногах носки сочетались с сандалями, а голову защищала от палящего солнца выцветшая «афганка». Прибывшего звали Сергей Артеменко. Этот Серега и придумал Сидорову кличку «попаданец». Со Стасом все время что-то происходило, в то время как с остальными, кто был рядом, ничего не случалось.

На одной из первых реконструкций Сидорова отправили за хлебом, сосисками и водкой. Стасу «было в лом» переодеваться, и он поплелся в магазин в красноармейской форме, прихватив с собой зачем-то муляж винтовки Мосина. В итоге Сидоров провел несколько часов в «обезьяннике», пока его не вызволили оттуда коллеги по клубу.

- И тебе, Серега, не хворать! - приветствовал здоровяка Стас. - Как твое немецкое авто поживает после прекрасных российских дорог?

- Нормально поживает, цела. Сидоров, ты один здесь? А где все? «Оглоеды» были? У них в поселке слет сегодня – перевел разговор на другую тему приятель.

- Комиссар утром ушел туда за компрессором, а Виктор спит без задних ног в палатке. «Оглоед» один утром забегал, видать сбился с пути. Полиция приезжала, кого-то искали. Еще поисковик приходил, о водяных спрашивал, о болотных.

- Если такие речи завел, пора доктору показаться, – покачал головой Артеменко, - полицаи теперь у нас на каждом мероприятии появляются. Народ нервный стал, чуть что, сразу драться лезет.

Потом Серега подумал о чем-то с минуту и спросил у Стаса:

- Тебе Витек рассказал, зачем мы здесь собрались?

- Я понял просто провести выходные на природе – Сидоров сделал вид, что ничего не знает.

- Ладно, Зверев проснется, все расскажет – важно добавил Артеменко и поинтересовался:

- Ты купался?

- Нет. И не собираюсь, – ответил Стас, - давай только палатку поставим и плескайся сколько хочешь.

Как только они поставили палатку, Серега разделся до трусов и с разгону прыгнул в воду, где принялся плескаться, поднимая тучи брызг.

Со скуки Сидоров достал из палатки еще одну книгу.

Тем временем вдоволь искупавшись Серега подсел к Стасу:

- Что читаешь, «попаданец», боевая фантастика?

– Нет, Гарри Поттер, – улыбнулся Сидоров.

При упоминании сего имени Серега фыркнул и побрел к своему автомобилю.

Раздался шум и чуть не снеся палатку из нее вылез Виктор, и потянувшись, поприветствовал всех:

- Как обстановочка, товарищи бойцы и командиры?

- Все нормально, только где наш главный, он уже к двенадцати обещался быть здесь, - заметил Серега.

- Иваныч звонил. Он приедет к нам. Что-то важное объявит. Но из-за проблем за пределами территории нашей Родины связь внезапно пропала. Специалисты работают над ее восстановлением.

Сидоров посмотрел на Артеменко. Тот выругался: - вот старый пердун, все скажу позже, конспиратор хренов.

- Иваныч что-то про меня конкретное говорил? - Стас решился поинтересоваться у Виктора.

- Сидоров, ты навеки в его черном списке. И вообще, везет тебе, каждый год на море катаешься. Катайся и дальше, - затянул свою песню Виктор.

– Во, один из бегунов нарисовался! - Серега указал пальцем на человека, идущего в их сторону со стороны поселка.

- Похоже, это победитель кросса, – предположил Виктор.

- У парня винтовка за плечами, – вставил Серега.

- Дык не одному тебе с модным стволом красоваться! – съехидничал Зверев.

Парень неспешно подвалил к костру. Теперь Сидоров смог более внимательно рассмотреть его: на вид лет двадцать, волосы коротко стриженные, лицо обычное, чуть кругловатое, с веснушками, глаза серые. И почти на полголовы ниже его 182 см. Пилотка, гимнастерка и брюки относительно чистые, только обмотки и ботинки – все в грязи. СВТ (скорострельная винтовка Токарева) за плечом, в левой руке пластиковый пакет с логотипом торговой сети. На черных петлицах два треугольника – сержант. Может, он и приходил утром? Тот правда повыше был ростом.

Пока Сидоров размышлял, парень неторопливо спустился к реке, умылся и поднялся к ним. Капли воды застыли на его уставшем лице.

- Сержант, к сожалению, обед временно задерживается, – безапелляционно сообщил Стас, как только участник кросса подошел к костру.

Тот кивнул в ответ, присел на траву, положил винтовку рядом с собой, снял пилотку, поясной ремень, ботинки, развязал обмотки, приспособил под голову пакет и растянулся на траве, раскинув руки в разные стороны. Затем, подняв голову, попросил:

– Когда обед будет готов, вы меня разбудите, хорошо? - И прилег на травке.

- Ну что, каков вам этот иванычев волчонок? – спросил Сидоров.

- По своим повадкам он типичный дембель, – высказался Виктор, - запросто мог с тем мужиком подраться. Хотя нет, тот высокий был…

- Какой волчонок – настоящий волчара, еще и наглый, точно дембель! - поддержал Серега и добавил:

- Гляди, дрыхнет и улыбается, небось голых женщин видит.

- Слышь, мужчина, у кого чего болит, тот про то и говорит! – сержант поднял голову, - дайте человеку поспать хоть немного.

Они отошли в сторону.

- Ну что получил, эротоман? – усмехнулся Стас.

- Странный тип, на оружие посмотри, самозарядка Токарева у него, причем копия хорошая, возможно даже с копа, – задумчиво произнес Сергей.

- Да ладно, сейчас из запасов бывшего СССР столько этого барахла продают. Если есть бабло, обзавестись не проблема, – показал свои знания Сидоров.

- А по-моему, это победитель кросса, винтарь специально взял, чтобы школоте показать как кросс бегать, теперь ждем Иваныча с медальками, этот получит самую большую, – вставил свои 5 копеек Витек.

- Кто будет готовить обед? – спросил Стас у товарищей.

- Ты! - Проорали две глотки.

Глава 4

Минут через сорок друзья сидели у костра и поедали сытный полевой обед: на первое - суп гороховый из пакетика, на второе - тушенка с гречневой кашей, на третье - сок из пакета.

- Стас, что молодого не позовешь? – спросил Виктор.

- И позову, а то Серега весь обед один схомячит.

Он набрал миску супа, миску каши, полбуханки черного хлеба и подошел к безмятежно лежавшему на траве парню. Положил всю еду рядом и пощекотал начинающего реконструктора по голой пятке: вставай боец, обед приехал. Когда сержант открыл глаза, на его лице вначале появилась гримаса удивления, как будто он видел какой-то интересный сон, а тут его бац и разбудили.

- Это все мне? – поинтересовался парень.

- Да, тебе. Подкрепляйся, если хочешь сок, пакет у костра, – сказал Стас.

- Спасибо, – ответил сержант. - А меня Мишей зовут. А Вас?

Пришлось Стасу представиться и представить друзей. Потом Миша покопался в пакете под головой, достал ложку и принялся за трапезу. Он не заметил, что из его пакета выпала белая бумажка. Сидоров поднял ее - оказалось, чек из сетевого магазина, машинально пробежал глазами: в чеке был небольшой набор повседневных продуктов - и протянул Мише:

- Твое?

- Наверное, - сержант взял бумажку, свернул ее вдвое и положил в карман гимнастерки.

За неторопливым приемом пищи пролетело некоторое время. Миша поел, спустился к реке, помыл посуду и принес ее к костру.

- Вот, у воды нашел, – парень протянул Стасу солнцезащитные очки. – Не ваши случайно?

- Нет, раз нашел – значит твои.

- Спасибо, – парень не скрывал радости. Надел очки, взял бревно, лежавшее недалеко от костра, улегся на спину, широко раскинул руки, положив голые до колен ноги на это бревно, а голову на траву и надвинул на глаза пилотку.

- А он, однако, вежливый, – заметил Серега.

- В Красной Армии все вежливые, – ухмыльнулся Зверев и продолжил: – Ты посмотри на него: вылитый терминатор! Интересно, откуда такой нарисовался? Небось Иваныч посоветовал ему к нам заглянуть, подхарчиться. Жмот старый, жалко было сотню рублей парню выдать.

Тем временем около палаток внизу началась суета и через несколько минут мимо них прошла компания, состоявшая из четырех мужчин и трех девушек. Сидоров смог рассмотреть приятелей Хомы. Двое из них, спортивного телосложения, одеты в камуфляжные костюмы. Четвертый, толстый, лысоватый, чуть повыше Олега, явно постарше своих спутников. На нем был хороший костюм, в руке он держал айфон. У Сидорова аж слюньки потекли, этот айфон был его мечтой, но стоил для него неподъемно - почти восемьдесят тысяч рублей. Еще один знакомый Олега остался в лагере и колол дрова около палаток. Небось к приходу босса шашлык готовит.

- Чего пялишься! Иди котелки мыть, казанова! – зашипел Виктор на Серегу, и объяснил ситуацию. - В поселок они пошли, время провести. Но мы здесь культурнее отдыхаем, чем они!

Пока Артеменко чертыхаясь мыл котелки, остальные реконструкторы присели на траве и принялись за чтение: Витек- за «Историю Великой Отечественной Войны», а Стас - за очередной роман о Гарри Поттере. Миша лежал неподалеку и дремал. И никто не заметил, как к ним подъехал, а точнее подкрался внедорожник цвета хаки. Как только автомобиль затормозил, из него выскочил невысокий, лысоватый, но очень энергичный мужчина, чем-то похожий на колобка. Поправив на себе куртку, он твердой походкой зашагал к костру.

- О, Иваныч прикатил, – только и выдавил из себя Зверев.

- Вы где лагерь разбили, туристы фиговы?! Молния ударит в дерево - и хана вам тут всем! – громко прорычал президент клуба.

- «Комиссар» выбирал место, – без колебаний сдал товарища Виктор, – пусть и переставляет.

- Где он? – продолжал орать Иваныч.

- Ушел в поселок на конференцию пропагандистов за методичками, товарищ главный реконструктор, – вежливо ответил Стас.

- Сидоров, я не тебя спрашиваю! – главный реконструктор надулся и переключился на Зверева:

- Виктор, ты почему кросс не бегал?

- Ногу потянул. Я тебе звонил, а там абонент сам знаешь где.

-У меня сел мобильный. Ладно, в следующий раз побежишь. Все отменяется, наш доктор книжных наук убыл отмечать юбилей в другое место.

- А вот этим типам, - и Иваныч указал в сторону Стаса и мирно отдыхающего сержанта, - советую близко к клубу не подходить!

- Теперь можно уже напиться? – влез в беседу Серега.

- Вы только за водкой и следите, – возмутился Иваныч, - тут ЧП у нас случилось.

- Наша молодь подралась с местными? - с улыбочкой произнес Виктор.

- Зверев, ты в курсе, что была попытка ограбления с применением огнестрельного оружия! - чуть ли не заорал главный реконструктор.

- Ничего себе! – присвистнул Артеменко, - тут такие расклады, а мы и не знаем!

- Что хоть пытались украсть? - спросил Виктор. Судя по его тону, в ограбление он не очень верил.

- Не знаю. Полиция проверяет всех реконструкторов. И еще, учтите, разбойник может прятаться в лесу!

- В лесу нет ничего, кроме комаров и мошек, - возразил Зверев.

Иваныч недовольно махнул на него рукой, заскочил в свой джип и покатил по полю в сторону поселка.

- Победителю кросса похоже не быть в клубе, – задумчиво произнес Серега, -

успел где-то с самим Иванычем поцапаться, будет дисквалифицирован за допинг.

- Он может вернуть расположение. Если поймает разбойника и приведет его в полицию, - хихикнул Зверев.

Похоже ищут парня с пистолетом, что утром приходил, - подумал Сидоров, - я же единственный, кто его видел. Сходить в полицию? А может это не он был? А у парня проблемы будут…и у меня тоже…

Тем временем набежали тучи и опять где-то вдалеке загремел гром. Народ словно не обращая внимание на приближающуюся грозу, занимался кто чем: Витек читал книжку, Серега копался в багажнике Опеля и тихо ругался, Миша отдыхал на травке. Глядя на эту картину, Стас вспомнил, зачем он сюда приехал, и пошел к палатке за удочкой. Взяв ее, пошел вдоль речки искать укромное место. Идти далеко не хотелось, поэтому Сидоров пристроился у небольшой заводи в паре сотен метров от их стоянки. Но у заводи пахло какой-то химией. Стас невольно поморщился и сменил место. Однако клева не было и здесь. Возвращаться не хотелось. Пытаясь найти рыбное место, Стас мигрировал вдоль берега, все больше отдаляясь от места стоянки. Но видимо, всю рыбу кто-то выловил или распугал. Промучившись примерно час и получив пару укусов слепней, Сидоров свернул снасти и поплелся к своим.

За время его отсутствия Артеменко успел пожарить шашлыки и уплетал их вместе с Виктором под винишко. Миша же продолжал валяться на травке, будто ни шашлык, ни вино его не интересовали.

- Смотрите, еще один участник нарисовался! – Серега приостановил процесс поедания шашлыка и показал на фигурку двигавшегося к ним по полю человека.

- Судя по форме одежды, это даже не участник, а участница, – поправил Виктор.

- Это подруга моего одноклассника, – заметил Стас.

Когда девушка приблизилась, Серега окликнул ее:

– Девушка, девушка, с вами все в порядке? - И получил в ответ:

- А тебе какое дело, козел!?

Но Серега не унимался:

- Юная леди, вижу, вас кто-то обидел. Могу помочь. Вот посмотрите на этого молодого человека. И он показал в сторону мирно лежащего Миши, - это настоящий мужчина! Предлагаю вам выйти за него замуж. 100% гарантия качества. Все ваши проблемы будут разом решены!

Девушка взглянула на сержанта и вскипела еще сильнее:

- Мои очки! Ты что сделал с ними, придурок! - И она подскочила к разлегшемуся на траве парню и сорвала очки с его лица. - Урод!

- Вы должны благодарить его, он нашел эти очки у реки, а я разрешил ему взять их себе. Если бы не он, вы бы их потеряли, – заступился Стас за Мишу.

- А ты заткнись! – выпалила девушка.

Миша поднял голову, недоуменно посмотрев на девушку, произнес:

- Хотелось бы пожелать вам мужа доброго, заботливого, а главное очень-очень терпеливого.

- Придурки ряженные! Вас бы на войну! – девушка никак не хотела успокаиваться.

- Я готов, отправляйте. Но только вместе с вами! – подал голос Серега.

- Как я вас всех ненавижу! - Из глаз девушки покатились слезы, и она стала быстро спускаться вниз к палаткам.

Стас поднялся, подошел к лежащему на траве сержанту и спросил:

- С тобой все нормально?

- Вроде да. Обидел ее кто-то очень сильно.

Через пару минут Миша, подхватив свою винтовку, босиком отправился к палаткам.

- Ты смотри, какой храбрый боец, готов идти разбираться с обидчиком девушки, – с уважением произнес Артеменко.

Но никто не сдвинулся с места, все наблюдали, как сержант дошел до палаток и стал о чем-то говорить с парнем, сидевшим там за столиком. Из одной из палаток вылезла девушка. Видимо она уже успокоилась и принялась что-то объяснять Мише. Тот развернулся и побрел к их костру.

- Интересно, что она ему сказала? – подумал вслух Стас.

- «Вали отсюда, козел!» – предположил Серега.

- «Уважаемый боец Красной Армии, мест на ночь в моей палатке нет. Все забронировано представителями западных держав» – домыслил Зверев.

Между тем Миша не стал подниматься к костру, а подошел к воде, снял с себя гимнастерку с майкой и принялся полоскать их в речке.

Друзья внимательно наблюдали за его действиями.

- Наверное девушку не устроил его запах? – предположил Сидоров.

- Нормальный запах – отозвался Артеменко – а этим дамочкам шанель номер пять подавай по два раза в день.

Виктор лишь усмехнулся. Сержант отжал одежду, поднялся к кострищу и развесил ее над ним, оставшись в одних брюках и демонстрируя всем свою прекрасную физическую форму. На его правом плече был заметен синяк. Серега тоже обратил внимание на синяк и спросил:

- Где тебя так?

- Да в лесу упал и о сук ударился, – нехотя ответил парень.

- Сам нарвался! – заключил Артеменко и потерял всякий интерес к сержанту. Миша же подошел к Звереву, сидевшему возле кучи книг, и поинтересовался:

- А можно что-нибудь почитать?

Виктор с интересом глянул на него, потом порылся в куче книг в палатке.

- Константина Симонова знаешь?

Тот кивнул.

- Вот возьми, «Разные дни войны». Прочитаешь, дам книжку потяжелей.

- Спасибо, – поблагодарил Миша и сев на бревно, сразу углубился в чтение.

Серега открыл капот своего автомобиля и принялся самозабвенно копаться в нем. Сидоров поднял с травы книжку и продолжил чтение.

Глава 5

Опять потянулось время. Солнце уже стало клониться к закату. Наступал жаркий летний вечер, от влажности, которая чувствовалась утром, не осталось и следа. Гимнастерка и майка Миши высохли. Подвалил невесть где пропадавший «комиссар». Быстро осмотрелся и радостно закричал:

- О, Серега приехал, спаситель мой!

- Гони пять тысяч, тогда пойду спасать, – мрачновато ответил Серега.

- Да ладно, друг, одолжи компрессор, а деньги я тебе обязательно отдам.

- Твои друзья в овраге лошадь доедают!

- Комиссар, ты дождись водителей вон тех джипаков, – Виктор показал рукой на стоящие внизу у воды большие черные внедорожники. - Богатый человек – добрый человек.

- Так, бойцы, вопросы есть? – «комиссар» подошел к сидящему на бревне Михаилу. Тот перевел взгляд с книжки, которую с упоением читал, на ряженного политрука и произнес:

- Товарищ политрук, но на обед была каша с кашей вместо каши с мясом. Хорошо бы мясца немного добавить в кашу, да и в суп тоже не помешало.

- Сидоров, это ты суп варил?

Стас оторвался от чтения книжки:

– Да я, а что?

- Тут боец… Кстати, как тебя зовут?

- Михаил Субботин.

- Боец Субботин выражает недовольство качеством обеда. Военфельдшер Сидоров, что скажете на это?

- Я сержант! – возмутился Миша.

Артеменко молча поднял вверх указательный палец.

- А кто за покупку продуктов в ответе? – возразил Стас. - Кто купил такую тушенку, где даже и шкурку не отыскать, одна соя! Кстати, утром приходил парень, полкотелка уплел за раз. Удивительно, как можно было съесть ваш пересоленный и подгоревший продукт!

- Сидоров, - это ты все сам слопал, а реконструктора придумал, - засмеялся Серега. Комиссар поддержал его. Зверев дипломатично промолчал.

- Вить, я тебе про этого парня рассказывал! – обратился к совести Зверева Стас.

- Ну да рассказывал. Только я его не видел. Может ты действительно слопал всю кашу и валишь сейчас на какого-то мифического пришельца.

- Да он фэнтази начитался! – заржал Серега. – Вперед Малдер, дуй в лес, поймай этого пришельца и накорми пилюлями, как настоящий Айболит. Только смотри, там могут водиться разбойники!

«Комиссар» засмеялся и пошел дальше по своим делам. Он с нетерпением ждал, когда вернутся владельцы джипов. Миша же внимательно слушал их диалог, но в спор не вступил.

-Да ну вас, - решил Стас,- пойду погуляю, развеюсь. И с этими мыслями он поднялся и направился в лес.

В сосновом лесу было даже прохладно и приятно пахло хвоей. Через какое-то время, бесцельно бродя по лесу, Сидоров вышел на поляну, в центре которой лежала поваленная сосна. Тут его зоркий глаз и обнаружил, что в яме у основания сосны что-то есть. Заинтересовавшись, подошел поближе и - на тебе! – на дне ямы, слегка прикрытая лапником, лежит брезентовая накидка, а на ней виднеется металлическая каска с козырьком и боковыми скатами, ранец, пара подсумков для патронов, брезентовый патронташ. И несомненно яма вырыта недавно. Вот рядом в землю воткнута саперная лопатка.

Присев рядом с ямой, Стас вначале стал разбирать ранец. Там оказалась сумка с противогазом, котелок и какой-то сверток. Он взял в руки сверток и только начал его разворачивать, как где-то недалеко треснул сучок. Сидоров вскочил на ноги. Тишина. Рядом с поляной сплошь кусты, ничего не видно. Опять треснул сучок.

- Эй, выходи, кто там! – прокричал он.

Никто не ответил. Не спуская взгляда с кустов, Стас вырвал из земли саперную лопатку. На стальном штоке была выцарапана большая буква «В». Интересно, «В» - это чье-то имя? Перевернул лопатку другой стороной. И обомлел… острие было в зловеще коричневато-бурых пятнах. У Стаса похолодело внутри. Кровь? Чья? Явно здесь скрыты следы преступления! Может, черные копатели не поделили добычу и один из них убил другого? А сейчас наблюдает за ним из-за тех кустов? Или это грабитель, которого утром искали полицейские?

Набравшись храбрости, сжимая в руках лопатку, Сидоров шагнул в заросли. Продравшись через кусты, Стас едва не налетел на человека, сидевшего, привалившись к стволу большого дерева.

Это был крупный мужчина, лет сорока, одетый в военную форму времен Великой Отечественной войны. Коротко стриженая голова была закинута назад, серые глаза немигающим взглядом смотрели в небо. На одной ноге сапог, а другая обута в какие-то кровавые тряпки. Стас подошел поближе. На петлицах три шпалы, на рукаве звезда: выходит, это старший батальонный комиссар.

Сидоров уже собирался обратиться к мужчине, но тут его нос учуял неприятный запах. Одновременно заметил красное пятно на правом виске старшего батальонного комиссара.

Тут Стаса охватил дикий, первобытный страх, который чувствовали наши предки, оказавшись одни в лесу, полному опасностей. Он отшвырнул лопатку и бросился наутек. Давно он так быстро не бегал. Еще со школы, когда убегал от местных гопников. Только пятки сверкали. Добежав до опушки, Сидоров остановился, отдышался, спокойным шагом направился к костру и плюхнулся на траву.

- Что Малдер, поймал своего пришельца? – воскликнул Серега, уже переодевшийся в камуфляжный костюм и спокойно лежавший на траве с сигаретой в зубах и разводным ключом в руках.

Остальные не обратили на Стаса никакого внимания – Виктор в сторонке говорил с кем-то по мобильному телефону, «комиссар» тем временем хлопотал около костра, а Миша был увлечен чтением.

Сказать ребятам, что видел в лесу? Никто не поверит, станешь посмешищем. Нет, надо успокоиться. А вдруг ему просто все показалось. Может это розыгрыш? И тело, и лопатка со следами крови.

- У кого-нибудь есть выпить? – поинтересовался Стас.

- У нас вообще-то на время реконструкции сухой закон, – заметил Серега. - Но для хорошего человека ничего не жалко. - И с этими словами пошел к машине, открыл багажник, достал бутылку водки: - Подставляй стакан!

Стас протянул пластиковый стаканчик.

- Вот Сидоров, все у тебя никак у людей. Ни граненого стакана, ни даже кружки металлической.

Покритиковав Стаса, Серега отлил примерно треть стакана водки и убрал бутылку. Сидоров выпил водку залпом. Тепло приятно разлилось по телу. Он прилег на траву. Стало хорошо, вроде успокоился.

Прошел Олег с друзьями. «Комиссар» подскочил к ним, что-то спросил. Они кивнули и стали спускаться к реке. Там, у реки, уже стоят столик, мангал, оттуда так приятно пахло шашлыком. Пассия одноклассника хлопотала возле столика. Сам одноклассник сидел на раскладном стуле рядом, слушал музыку в наушниках. Помирились, поди. Вот «комиссар» спускается к палатке, обходит ее с правой стороны и останавливается как вкопанный, как будто натыкается на невидимую стену и начинает поднимать руки кверху. Стас поворачивает голову направо и видит спускающиеся из кустов фигуры в серых мундирах и хорошо знакомых касках.

- Е-мое, немцы! – это, кажется, Серега произнес.

Рядом кто-то плюхается на траву за бревном. Краем глаза он видит, что это Миша. В руках у того винтовка, ствол направлен в сторону фрицев. Несколько немцев идут к костру, остальные спускаются к реке. Вот попали! Что делать? Щелчок.

- Сержант, без команды не стреляй, живьем берем демонов, – внезапно Стас почувствовал прилив храбрости.

- Есть, командир.

Стас вскочил на ноги и заорал:

- Хэндэ хох! Хэндэ хох! Даю пять секунд, складывайте оружие. Если не сложите, то...

Стас сунул руку в карман и вытащил… клизму. Эту клизму он брал с собой как прикол: главное оружие военфельдшера - не пистолет, не ружье, не пулемет, а обыкновенная клизма. И с клизмой в руке рванул к двигающимся в его сторону немцам.

Далее все происходило как во сне. Справа фрицы подняли руки вверх, Миша выскочил из-за бревна и что-то орет им, не выпуская винтовку из рук. Впереди чуть левее около мангала стоит пассия одноклассника, на ее лице ужас, сам одноклассник нырнул под столик. «Комиссар» стоит с поднятыми руками с идиотским выражением лица.

- Хэндэ хох, - кричит Стас стоящему уже недалеко немцу. У того на лице недоумение, переходящее в ужас. Справа плюхается что-то мягкое. Но посмотреть, что там упало, уже нет времени. Он подскакивает к фрицу и изо всех сил засаживает ему клизму прямо в нос. Получи, фашист…

Через 10 минут все участники этого эпизода сидели на траве и вспоминали прошедшую баталию.

- У вас тут что, слет сумасшедших? – спросил мужчина в мундире немецкого унтера с ватой в носу. Один клизму сует в ноздрю, другой - ствол в лицо - и по-немецки орет «сдавайся», третий без слов бьет монтировкой в ухо.

- У нас тут, герр унтер, народ простой. Скажи спасибо, что наш Айболит вам клизму только в нос поставил! – ответил «немцу» Витек, затянувшись сигареткой. - И добавил: - А я, если честно, немного испугался, когда вас увидел.

- А кто мне в ухо монтировкой дал? – спросил еще один парень в немецком мундире с перевязанной головой. - Мы же пошутить хотели.

- Если бы шли всерьез, то монтировкой ты получил бы не в ухо, а по башке и каска бы не спасла, – доходчиво объяснил Серега.

- Ребят, а вы тут давно крутитесь? – спросил Виктор у «унтера».

- С обеда, – усмехнулся «фриц».

- А поточнее, когда к нам двинулись? – не унимался Виктор.

- Слушай, Академик, отстань от Ганса, – сказал Серега, – Иваныч в курсе про ваш набег?

- В курсе, в курсе, он считай и вдохновитель, – ответил «унтер», - друг его писатель-то не приехал, а кого еще разыграть-то?

- Может, поймаем его и немножко набьем морду? – предложил Артеменко.

- Он уже к Москве подъезжает – засмеялся один из «немцев».

- Парень, ты где немецкий язык учил? – спросил Витя у Субботина.

- В школе, а потом на курсах – кратко ответил тот.

Сидорова вдруг охватила сильная усталость. Наверняка водка подействовала. Он растянулся на теплой травке и слегка задремал. Но поспать не дали.

- Мужчина, подъем! Кто будет готовить?! Война-войной, а ужин у нас в семь ноль-ноль! – проорал возле его уха Серега. Стас хотел вмазать Артеменко по наглой морде. Но тот очень ловко отскочил в сторону.

- Сэр, вы тут залежались. Даже фрицы не выдержали и ушли! – начал читать нотации Витя. Стас взял ведро и пошел к реке за водой. Когда он вернулся к костру, Серега смотрел куда-то в сторону поселка:

- Еще участник кросса идет, сколько же их там? – Артеменко показал на парня с большим рюкзаком, идущего к ним со стороны поселка.

- Тебя как зовут, боец? – окликнул парня Виктор, когда тот подошел к костру. Одет этот высокий молодой человек лет двадцати был в гимнастерку без поясного ремня и джинсы, под гимнастеркой виднелась черная майка с белой надписью ROMА и рисунками каких-то зданий (из которых Стас узнал только Колизей).

- Данила.

- Норматив сдал? – продолжил допрос Артеменко.

- Нет, – огорченно ответил Данила. – Да и заблудился.

- Плохо тренируешься, значит. Бегай чаще, и все у тебя получится, – съязвил Серега.

- А что так долго в поселке торчал? – поинтересовался Зверев.

- Почему долго? Я в 10 часов стартовал, - сказал Данила.

- Забег в десять – это для самых маленьких? – хмыкнул Артеменко.

Данила смутился, а Виктор даже заступился за него:

– Это для тех, кто в армии не служил. Бери уроки у Сидорова: он научит, как уложиться в норматив, даже не выходя на старт!

- Я у вас немного посижу, можно? – попросил "оглоед". - У меня поезд только в семь утра. Но я договорился в поселке переночевать.

- А в палатке слабо? - вдруг взъелся Серега, – Зачем тогда кросс бежал? Сидел бы дома в танчики играл или с девочками в сети болтал!

- Разве нельзя? – насупился парень.

- Слушай парень, а это не тебя ли полиция сегодня искала? - поинтересовался Виктор.

- Нет, - с явным испугом ответил Данила, - а что такое?

- Да ничего, ищет полиция парня высокого лет двадцати. Совершил что-то серьезное, две машины полицейских понаехало с собаками, - принялся нагонять жути Зверев.

Данила явно испугался и пролепетал:

- Я в поселке весь день был, у меня свидетели есть.

Стас хотел было заступиться за парня. Но тут к костру подвалил Миша с книжкой в руках. Винтовка висела за спиной дулом вниз.

- Учитесь, как надо бегать, – сказал Серега, указывая на босые ноги Субботина. Бежал бы так – точно бы уложился.

- Ноги не болят? – спросил Данила.

- Нисколько, если часто бегать, привыкнешь, – пояснил Миша.

- А ты откуда взял форму? С мосфильмовских складов? – Видимо, Сереге не терпелось «наехать» на кого-нибудь из молодых реконструкторов.

Тот вначале недоуменно посмотрел на Артеменко, но потом с ответил:

- Там, где взял, уже нет.

- И вообще странный ты, – прищурился Серега, с винтарем своим не расстаешься, – небось кучу денег за него отвалил.

- А хотя бы и так!

- Отстань от парня, - неожиданно вмешался Зверев, - такой крутой ствол не только у тебя.

Серега одарил Виктора полным презрения взглядом, но спорить не стал, только спросил:

- У меня зарядка от прикуривателя сдохла, у кого-нибудь есть?

- А что в ней сломалось? – спросил Субботин. - Давайте гляну.

Глава 6

Стас развалился на травке и в одиночестве любовался закатом, пока солнце не зашло за лес. А заодно обдумывал, что ему теперь делать – «Пойти в полицию, сообщить о трупе старшего батальонного комиссара? Так его могут обвинить в убийстве. Тем более он и лопатку в руках держал. Нет, лучше этого не делать…Кем мог быть человек в форме комиссара? Копатель? Или загримированный актер? А трупный запах? Запах был настоящий или ему почудилось?»

Меж тем у костра начал собираться народ: подвалила пассия Олега, довольный Серега, которому Миша починил зарядку, Виктор с книжкой в руках, Данила, не спускающий глаз с девушки. Сам герой спасения зарядки присел на самый краешек бревна и похоже уже прикорнул, опираясь на винтовку. Стасу захотелось попить. Он поднял лежавшую на траве кружку, но только успел наполнить ее горячим чаем и сделать один глоток, как к нему подвалил Виктор и шепнул:

- Пойдем, поговорить надо.

Сидоров пожал плечами, но поставил кружку на землю и пошел за одноклубником. Зверев отвел его от костра к палатке и тихо спросил:

- Стас, ты ничего странного не видел сегодня в окрестном лесу?

- Это допрос? – стараясь быть как можно спокойнее, ответил Стас.

- Нет, это просто вопрос друга,

- Да, видел.

- Кого?

- Не кого, а что.

- Ну и что ты видел?

- Схрон копателей. Там была советская каска, ранец, сумки всякие. Про тело старшего батальонного комиссара и лопатку Стас благоразумно умолчал.

- Самих хозяев этого добра ты не видел?

- Нет, я же говорю, видел только схрон!

- Ясно, – отрезал Виктор. И сразу потеряв интерес к Сидорову, побрел к палатке.

Над костром висел котелок с заваренным чаем. Рядом, сидя на бревне, Серега и Данила вели светский разговор с пассией Олега, тут же на траве примостился «комиссар» и пил чай с шоколадкой, пытаясь читать автомобильный журнал, подсвечивая страницы фонариком. Субботин продолжал сидеть на краю бревна, закрыв лицо ладонями.

Стасу показалось, что Миша чувствует себя плохо, и он поинтересовался:

- У тебя все нормально?

Парень поднял на него красные как у кролика глаза и что-то ответил. Затем прикрыл лицо ладонями и ушел в себя.

"Вроде не пил, не пахнет от него, а выглядит как пьяный – день-то у парня тяжелый был – подъем рано утром, потом кросс, общение с Иванычем, подругой Фигурнова, коллегами из другого клуба… да и у меня тоже нелегкий". Стас отошел от сержанта и приблизился к компании, уютно устроившейся рядом с костром. Девушка и Никита притащили откуда-то пеньки и уселись на них. Серега присел на траве. На него никто не обратил внимание, общество дискутировало…

- А почему ты так относишься? – спросил явно с обидой молодой человек.

- По качану! – засмеялась девушка. И добавила уже серьезно: - Когда-то давным-давно, училась я еще в десятом классе, поручила мне старшая сестра разобрать бумаги дедушки.

- И что ты там нашла интересного?

- Настоящий блог! За несколько лет.

- Разве в те годы существовал интернет? – удивился Данила.

- Тогда дневники были, дурилка, но блогеров имелось не меньше, чем сейчас. Писали правда для себя, а не для дешевой саморекламы, – стал поучать молодого человека Артеменко.

- Сергей, Вы правы на все 200 процентов! – воскликнула девушка, одарив Серегу улыбкой.

- И что такого в том блоге?

- Оказалось, его писал не мой дед. Один его друг. Потом зачем-то отдал свой дневник дедушке.

- А что такого интересного было в дневнике? – повторил вопрос Стас.

- Все! – резко ответила девушка. Отношение с взрослыми, с друзьями, первая любовь, первое расставание, учеба, разборки между дворами, футбол, турпоходы,– и все описано с чувством юмора и верой во все лучшее! Мне даже стыдно было, я их совками какими-то представляла, ходящими по улицам с флагами и портретами вождей.

- Дашь почитать? – с надеждой спросил Данила.

- Подумаю – улыбнулась девушка – Вдруг не отдашь? Я, когда мне бывает грустно, перечитываю. В интернете не выкладывала и не собираюсь.

- Реально помогает? – удивился Артеменко.

- Конечно!!! Никто из вас ничего подобного написать не сможет!

- Неужели такой гениальный писатель?

- Да! Обычный парень. Но умница, оптимист и даже в чем-то футуролог.

- Футу-кто?

- С тобой все ясно!

- Узнать автора блога не пыталась? – опять влез Данила.

- А зачем? Его наверняка уже нет в живых. И если бы вдруг он каким-то образом переместился в наше время, ему было бы трудно сейчас жить.

- А почему ему плохо было жить? – добавил Данила.

- Он идеалист. Слишком оптимистичен по жизни. Такому жить сейчас было бы тяжело.

- Автор наверняка не вернулся с войны. Иначе бы твоей дед вернул дневник. А дневник отдал на хранение, чтобы мама не прочитала случаем, – решил вмешаться Сидоров

- «Попаданец»! Ты гений! – воскликнул Серега. - Я так и сделал, когда уходил в армию.

- У вас компьютера не было? – ехидно заметила девушка.

- Двадцать лет назад они были только у избранных!

"Ничего себе, - подумал Стас,- Серега Артеменко оказывается вел дневник! Видимо я ничего не понимаю в этой жизни".

Где-то в лесу раздался звук, похожий на выстрел. Но никто из сидящих у костра даже не вздрогнул. Только Субботин поднялся со своего бревна и стал озираться вокруг.

Сидоров подобрался к нему и тихо спросил:

- Ты тоже слышал выстрел?

- Ага, – Миша как-то жалостно посмотрел на него. Было заметно, что парню не здоровится.

- Слушай, тут утром парень прибегал, у него с собой пистолет был. Витя считает, что газовый, но я сомневаюсь.

Субботин мгновенно изменился в лице, болезненность пропала, перед ним была гончая, идущая по следу зайца:

- А как он выглядел, можешь описать? – Миша буквально впился в него взглядом. Но азарта погони в нем не было, скорее надежда.

- Высокий, видный парень, волосы короткие, темные, как и глаза. Весь в поту и грязи. Кашу слопал за пять минут.

- У него что-нибудь было с собой было?

- Сумка брезентовая. В ней и был ТТ.

- Куда он пошел?

- По той дороге, которая идет к лесу. Странно. Может, заблудился.

Миша задумался, одновременно ковыряя большим пальцем левой ноги лунку в земле.

- Странный парень, как думаешь? – поинтересовался Стас.

- Наверное. Жаль, что ты мне сейчас о нем сказал, темно уже, бесполезно его искать.

Солнце уже зашло, но воздух не охладился и был на удивление еще теплым.

Между тем компания у костра что-то бурно обсуждала.

- Вы феминистка, – долетел до Сидорова голос Данилы.

- Ты значение этого слова знаешь? – ответила девушка.

- Дурь чистой воды, – это уже Артеменко.

- Спроси у кого другого…

- Для тебя кроме бабла ничего нет…

- А как же иначе…

- Почему обязательно внедорожник…

Через некоторое время похолодало и стали докучать комары, Стас решил податься поближе к костру, а заодно и к обществу. Но едва он подошел к костру, как девушка поднялась и сказала:

- Мне пора, спасибо за компанию!

- Можно я Вас провожу? – спросил Данила.

- Только до палатки и адьос, амиго! – с улыбкой ответила пассия Олега.

Серега тут же полез в палатку. Сидоров отправился за ним. Но, чтобы достать средство от комаров. Минут десять он искал заветный флакон в рюкзаке. Пару раз случайно пнув лежащего Серегу и услышав от него не самые хорошие слова, наконец-то нашел и вылез из палатки.

В стороне от костра стояли только Виктор с Мишей и о чем-то тихо шептались. "Небось статью в интернете обсуждают или фильм, теоретики диванные", – решил Сидоров, опрыскал себя аэрозолью от комаров и полез в палатку.

Глава 7

Стасу приснился сон: он опять находится в лесу на той самой полянке, где видел схрон. Там стоит стол, за ним сидят незнакомый командир Красной Армии и знакомый старший батальонный комиссар. Над столом на двух жердях висит лозунг: огромными белыми буквами на красном полотнище – «Запись в Рабочее-Крестьянскую Красную Армию». Рядом с командирами примостился старшина с огромными усами, похожий на их Иваныча. Правда у Иваныча усов нет.

- Ну-с, кто добровольно желает вступить в РККА?

- Я! - На поляну вышел «комиссар» в гимнастерке политрука и всем известных трениках с лампасами.

- На какую должность претендуете, товарищ? – спросил усатый.

- Как на какую? Старший политрук .

- А почему не младший политрук? – интересуется старший батальонный комиссар. - Вот вам сразу хочется на высокую должность. Но для Вас у нас есть только одна вакансия – рядовой красноармеец.

И обращается к кому-то стоящему за кустами:

– Заберите товарища.

Выскакивают два мордоворота, хватают товарища под белы рученьки и тащат куда-то в глубь леса. «Комиссар» печально посмотрел на них и скрылся за деревьями.

- Кстати, вы в курсе, что рядовым оружие не положено, добудете его в бою? – обращается к ним командир. - Отказников все еще нет? Так, кто следующий?

- Товарищ офицер, моя фамилия Фигурнов. - Перед столом возник его одноклассник. И сразу выдал: – Хочу пожертвовать РККА свое авто.

- Это интересно, – заметил усатый. - Давайте ключи и документы.

Одноклассник выложил на стол ключи и техпаспорт. Старший батальонный комиссар взял в руки заламинированную бумажку: - Фольксваген? Немец, что ли?

- Так точно! – ответил одноклассник.

- Шпиен ты немецкий, да еще про офицеров болтал! – заорал усатый.

- Конвой, заберите этого…как его…Фигуру, – спокойно произнес старший батальонный комиссар.

- Ну, товарищи, еще хотите вступить в Красную Армию, а?

- Я хочу! – рявкнул Серега.

- На какую должность претендуете, Сергей Кириллович Артеменко? – внимательно посмотрел на него комиссар.

- Да, вот наверное к подаренному РККА джипу необходим хороший водитель и хороший механик одновременно.

- Ошибаетесь товарищ боец, хороших водителей в РККА много, а вот хороших механиков в танковых войсках не хватает. Так что вот Вам путевка туда. Проводите товарища.

-Кто еще остался? – спросил усатый. А то у нас скоро перерыв на обед.

- Я. Виктор Зайцев... – Витек как-то обречено шагнул к столу.

- А, Зайцев! – командир с интересом посмотрел на него. Опять в Красную Армию потянуло? На Вас тут персональное приглашение. Прадед Ваш Вами очень интересуется. На флот поедете, на Северный.

- Сержант Субботин! – подал голос Миша. Прошу восстановить меня в Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

- Так… Субботин, тебе русским языком было сказано: мы без тебя разберемся с фашистами. Твоя миссия в ... - И командир ткнул указательным пальцем вверх.

- То есть как так? Я дезертир выходит что ли? – растерянно спросил Миша.

- Еще раз повторяю: это приказ. Свыше. И командир опять ткнул пальцем вверх.

Но Субботин не унимался:

- Я младший командир! Почему я должен остаться в живых, а ребята наверняка погибнут?

- Миша, – как-то по-домашнему сказал командир. Кто-то же должен остаться в живых. Генофонд нужно сохранять и преумножать. Жениться не собираешься?

- Вроде мне рано еще, институт окончить бы, – Мишаня видимо уже смирился со своей участью.

- Тут моя внучка есть, младшенькая. Яночка, подойди.

И к столу подошла подруга Фигурнова. У Стаса чуть челюсть не отвисла.

- Яна Ковалевская, готова ли ты взять в мужья Михаила Субботина?

- Всегда мечтала выйти за такого, как Миша! – Яна взяла сержанта под ручку и очень ласково посмотрела на него.

- А ты, Михаил Субботин?

- Всегда готов. Такие девушки на дороге не валяются!

Наступила пауза. Все молчали. Усатый достал откуда-то сверток, развернул, в свертке оказался шматок сала.

- Возьмите меня – подал голос Стас.

- Молодой человек, в Красную Армию нужны подготовленные бойцы, а не такие хиляки. Сколько голов забиваете за футбольный матч? – спросил командир.

- Ни одного раза, – честно признался Стас – я в футбол редко играю, в основном смотрю по телевизору.

- Товарищ командир, я проведу с ним курс молодого бойца. Через три месяца можно будет выпускать в основе, – влез в разговор Субботин.

- Интересная связка получится... - начал было командир.

- Не верьте этим уголовникам! – на полянку буквально влетела высокая девушка в темном костюме и туфлях - это же Юлька! У Стаса опять отпала челюсть.

-Этот бандит только прикрывается личиной сержанта РККА. А Сидоров его покрывает! Наверняка не обошлось и без помощи Зверева! – кричала Юля.

Глава 8

Тут Стас проснулся, лениво протер глаза и огляделся, он лежал на надувном матрасе в палатке, а рядом сидел Серега.

- Сидоров! Что с тобой?

- Сон приснился прикольный.

- Да уж, прикольный - ты так орал «Не верьте этой предательнице!», - и далее что-то нечленораздельное. Больше так, не делай, я еще пару часов поспал бы. - И Артеменко забился в спальный мешок. Стас же стал выбираться наружу из палатки.

Снаружи было прохладно и почему-то пахло скошенной травой. У костра сидел «комиссар» и кипятил котелок с водой. Они поздоровались и Сидоров поинтересовался:

- Витя поди дрыхнет?

- Он не ночевал, наверное в поселок с этим, как его...

- Мишей, – подсказал Стас.

- Да, с этим, с молодым умотал.

- Что они там забыли? – удивился Сидоров.

- Как что, в сельский клуб пошли на дискотеку! – добавил «комиссар».

- Какая дискотека в этой дыре? Да и куда Виктору Сергеевичу… жена, двое детей.

- Ну так не в поселок, а в райцентр поехали, – нашелся собеседник.

- Ты сам-то видел? – недоверчиво спросил Стас.

«Комиссар» только кивнул – мол, плавали, знаем.

Дальше пререкаться не хотелось, и Стас просто набрал Витин номер. «Абонент находится вне зоны доступа, перезвоните позже», - ответил голос из трубки. Перезвоню позже, подумал Сидоров и пошел к реке, умылся, наполнил кружку водой и двинул в палатку будить Серегу.

Через полчаса, наскоро позавтракав, они втроем сидели и решали, что делать дальше. Саня предлагал ехать домой сейчас, Стас хотел подождать возвращения Зверева и Миши, а Серега молчал. Они так бы и спорили до вечера, пока к ним не подошла подруга Олега. На лице девушки были те самые темные очки и панамка.

- Доброе утро! – поприветствовала она.

- И Вам не хворать, – ответил Серега. - Зачем пожаловали?

- Вы под утро ничего не слышали подозрительного? – спросила девушка.

- Нет, а что могло быть? – ответил вопросом на вопрос Артеменко.

- Никто не посмел подойти к нам, все враги, заслышав Серегин храп, обходили наши палатки стороной, – подколол друга Стас.

Санек засмеялся, даже девушка улыбнулась. Серега же недовольно надулся.

- Хороши реконструкторы, у вас двое друзей потерялись, а вы не сном, ни духом, – с некоторым презрением произнесла девушка.

- Не беспокойтесь барышня, сейчас все выясним, – вальяжно заметил Серега.

- Давайте сходим в поселок, наверное, ребята там, – предложил Стас.

- А на кого хозяйство оставим? – встрял «комиссар», не желавший никуда уходить от свой Нивы, - они поди в «обезьяннике» сидят. Им и там неплохо – кормят, поят, есть где прилечь.

- Я постерегу, – предложила девушка.

Когда они прошли метров триста по дороге, Сидоров обратился к приятелям:

- Мужики, есть предложение сделать небольшой крюк по лесу. Я вам кое-что покажу.

В сосновом лесу стояла приятная прохлада. Но они не сделали и сотни шагов, как «комиссар» взбунтовался:

- Что ты собрался нам показать, Сидоров? Может, вернемся назад?

- Если страшно - вали в лагерь! А мы со Стасом как-нибудь без тебя обойдемся, – резко ответил Артеменко.

- И пойду! – обиделся «комиссар».

Полянку Стас нашел не сразу. Пришлось битый час плутать по лесу. Серега уже начал подшучивать над ним: «Куда ты завел нас, Сидоров герой». Когда Стас подбежал к яме, то к своему удивлению увидел, что она пуста – ни каски, ни ранца, ни лопатки. Подбежал к дереву – так и есть, тело старшего батальонного комиссара пропало. Артеменко был очень раздосадован и высказал все, что думает об их прогулке, Сидорову прямо в лицо. Стас молчал. Неужели все это почудилось? Как приеду, сразу запишусь к доктору.

Обратно к лагерю они шли почти в тишине. Сидоров чувствовал свою вину и молчал, а Серега громко ругал себя за доверчивость. Про себя.

Но приключения на этом не закончились. На полянке около лесной дороги стоял полицейский уазик. Около него стояли три человека: двое полицейских - грузный старший лейтенант полиции, с вымазанными в грязи ботинками и высокий молодой полицейский в бронежилете с автоматом и удивительно чистой обувью. Компанию им составлял невысокий крепкий бородатый мужчина в кепке и джинсовой куртке. В нем Стас узнал вчерашнего поисковика. Полицейские были уже правда другие. Представитель власти меж тем вел беседу:

- Ну, Дмитрич, сказывай, здесь ты его лицезрел?

- Неа, Викторович, метров сто дальше.

И показал в сторону высокой старой сосны. Полицейский вздохнул и продолжил:

- Можешь описать, как он выглядел?

- Молоденький еще, почти пацан. В каске, с винтовкой, ремень, подсумки, лопатка, ранец, все по-настоящему.

- Что он тебе сказал?

- Да ничего. Просто посмотрел, мне от его взгляда нехорошо стало. Подумал, может, это дух одного из наших солдат, что до сих пор здесь по болотам да лесам неубранные лежат.

- Вы вчера случаем не пили?

- Мы уже здесь две недели. Позавчера солдата нашего нашли, целый день по кусочкам откапывали. Решил сходить за подарком ребятам.

«Подарок - это бутылка водки», - решил Стас.

- Что потом произошло?

- Ну двинул я из лагеря в сторону поселка рано, часов в шесть, иду лесом, и вдруг чую, костром пахнет. Решил проверить, кто это в лесу поселился. Выхожу на полянку, а там кострище, угли еще теплые, жаренной картошкой пахнет.

- Может, это медведь был? У нас здесь медведи встречаются, - заметил молодой полицейский.

Бородатый мужчина не обратил внимание на шутку:

- Тут слышу, щелчок сзади, оборачиваюсь и …он в метрах пяти стоит под елкой.

- Кто?

- Боец. Винтовку на меня наставил, руку держит на спусковом крючке и картошку жаренную жует.

- И что вы сделали, гражданин Богданов? - в тоне полицейского появились официальные нотки.

- Я полез за смартфоном, ну чтобы сфотографировать, нервничал, уронил телефон, когда поднял, боец исчез.

- Почти как с Йети – хихикнул Серега, - как только фотограф поднял камеру, снежный человек дал деру со скоростью, превосходящей все известные рекорды.

- Красноармеец высокий был? - поинтересовался Сидоров.

- Под два метра. Или нет, наверное, чуток ниже.

- Товарищ старший лейтенант, может осмотрим место? – вступил в разговор второй полицейский.

- Незачем, картошку всю съели, – отрезал старший лейтенант. И обратился к бородачу:

- Все с тобой ясно, гражданин Богданов.

- Викторович, я вообще не пил на поиске в этом году, вот тебе крест!

- Все, в машину! – приказал Викторович. И тут обратил внимание на реконструкторов:

- Документики будьте добры, товарищи бойцы!

- Я вообще-то военфельдшер, – немного обиженно ответил Стас, доставая паспорт из кармана гимнастерки.

- А Вашему товарищу, что особое приглашение требуется? – процедил полицейский, вернув Сидорову паспорт.

- А у меня нету с собой документов, – с вызовом ответил Серега. - И вообще, по какому праву проверка?

- Сейчас я Вас в отделение доставлю, там Вам все и объяснят, – спокойно ответил полицейский.

- Товарищ старший лейтенант, – обратился Стас к полицейскому. - Давайте отойдем на пару слов.

Когда они отошли, Сидоров очень вежливо начал:

- Понимаете, тут фильм снимать будут, это товарищ из съемочной группы, они там наглые, мы реконструкторы, сами от них страдаем. Я могу за него поручиться. Давайте не будем конфликтовать.

Полицейский кивнул:

- Да какая-то ерунда творится, поисковый отряд с июля стоит, нормальные ребята, последние несколько лет сюда приезжают, и тут – старший лейтенант кивнул на Дмитрича, - уверяет, что вчера утром видел здесь живого красноармейца! И ведь нормальный мужик! Наверняка выпил лишнего, с кем не бывает! Но вчера кто-то остановил на дороге грузовик марки мерседес. Остановивший был одет в форму бойца Красной Армии и говорил по-немецки. Водила заметил, парень действовал профессионально. Когда убедился, что водитель русский, обматерил, дал ему затрещину и отвалил в лес, не тронув ни груз, ни деньги.

А так у нас место тихое, хотя бывает всякое. Пять лет назад черные копатели между собой подрались, одного в больницу увезли.

- И не поймали? – удивился Сидоров.

- Попробуй поймай! – махнул рукой полицейский, – тот, который в больницу попал, изменил показания, дескать никто меня не бил, это я в лесу упал и все такое. А с нас за их художества здорово спрашивают. Приезжают якобы на рыбалку, пикник, а сами шасть в лес и втихую копают.

Тут у старшего лейтенанта зазвонил мобильный телефон.

- Что, куда подъехать, плохо слышу, кто… Что за связь!

Разговор прервался и полицейский чуть ли не швырнул телефон на дорогу, но вовремя одумался и добавил, обращаясь к своим спутникам:

- Едем в опорный пункт.

- И что ты думаешь поводу мужика, мне он показался нормальным? - поинтересовался Сидоров, когда они с Артеменко пошли назад по дороге.

- Мент прав. Зомби, духи и тому подобное начинает чудиться после обильных возлияний. Мужик давно в лесу, решил расслабиться, с кем не бывает.

- А участник кросса не мог ему попасться? – поинтересовался Стас.

- Все может быть, больных на голову хватает. Облачился в подобие формы РККА, сделал крюк пять километров, чтобы попугать поисковиков и водил, потом выложил видео на ютубе. Розыгрыш в духе Иваныча.

- Вчера утром какой-то местный крутился возле палаток, может чего вынюхивал, морда мне его не понравилась.

- Наверняка хотел стащить что-нибудь. Интеллигенты вы с Витей. Я бы дал ему по роже разок и больше бы здесь он не крутился. Или в полицию сдал. Кстати, может менты искали именно его?

Вот с этим утверждением Сидоров был категорически не согласен, но промолчал:

- Как думаешь, чей тот схрон мог быть, черных копателей?

- Вполне. Учти «попаданец», там суровые ребята, – лопатой по горлу и в болото! – отрезал Серега.

В лагере ничего не изменилось. «Комиссар» уже был в лагере, сидел на бревне у костра и брился. Девушка переписывалась с кем-то по смартфону.

- В лесу полиция стоит, мужика допрашивают, ему зомби чудятся за каждым кустом, – подвел итог похода Артеменко.

- Интересно, что такого можно выжрать, чтобы зомби показались? – захихикал «комиссар».

Девушка бросила на него неодобрительный взгляд и спросила:

- Вы друзей своих нашли?

- Пока нет, – честно ответил Стас.

- Ищите! – произнесла девушка. Потом бросила взгляд на Сидорова и спросила:

- Мы скоро поедем. Вы с нами?

- Нет. Пока не найду моих друзей, я никуда не поеду!

- Ваше право. - И девушка, надвинув черные очки на глаза, повернулась и начала спускаться к лагерю у реки. На Сидорова что-то нашло, уж слишком вызывающим показалось ее поведение:

- А вы в поисках нам помочь не хотите?

- Я? – девушка повернулась. Стасу показалось, что он увидел на ее лице явное недоумение даже сквозь темные очки.

- Яна, там Ваш будущий муж!

- Кто?! – недоумение сменилось негодованием.

- Ну Миша, который нашел Ваши очки.

- Что? – и тут Яна громко рассмеялась. Это… - Стас не расслышал ее слов, но похоже она произнесла что-то вроде «быдло малаховское».

- Он еще с Вашим дедом знаком.

- Станислав, вот фантазер, ой спасибо! Давно так не смеялась. Мой дедушка был заслуженный человек, архитектор, а этот… короче, он не в моем вкусе!

Тут девушка перестала смеяться, подняла темные очки на лоб и уставившись Сидорову в прямо глаза, тихо, но с вызовом произнесла:

- Почти все друзья моего деда погибли на войне. Это были настоящие друзья. А с такими как некоторые из Вас… дедушка никаких дел бы не имел! И Яна быстрым шагом зашагала к своей палатке.

- Сидоров, а чем ты ее так рассмешил? – поинтересовался Серега.

- Семейная тайна, давай денег, расскажу, - вальяжно ответил приятелю Сидоров.

- Вы как хотите, а мне завтра на работу рано утром, я выдвигаюсь через 15 минут, – сообщил Саня.

- Вали отсюда, тряпка, – пробурчал Артеменко.

Между тем внизу свернули лагерь и погрузившись в машины стали выезжать по склону на дорогу.

- Зачетные тачки, – сквозь зубы процедил Серега.

- Да ладно, твой опель лучше всех, – засмеялся Сидоров. И добавил: - Давай так - ждем час и едем в поселок, если там ребят нет – решим на месте.

Час прошел спокойно. Никто их не потревожил, даже полиция. А вот Виктор с Мишей так и не появились.

Тогда они с Артеменко собрались и поехали в поселок, пытаясь найти тот самый опорный пункт, о котором говорил страж порядка. Но видать, его очень хорошо замаскировали. Сделали попытку спросить у аборигенов. Но первый ничего не слышал о таком явлении, а второй, похожий чем-то на Дмитрича, обрадовано закивал головой и показал куда-то на окраину поселка. Доехав туда по грязной, размытой дороге, обнаружили, что здание пункта представляет из себя пустой полуразвалившийся одноэтажный дом. Причем в нем если кто и бывал, то только бомжи.

- Поехали в Москву, ловить здесь нечего, – прорычал Серега, вытирая о траву налипшую на кроссовки жирную поселковую грязь.

Обратно ехали спокойно, но недалеко от Вязьмы навстречу им попались два больших черных, целиком тонированных внедорожника, идущих на большой скорости в сторону Смоленска.

- Вот носятся сволочи, а мигалку лень включить! – неодобрительно прокомментировал Артеменко, паркуя опель на обочине, чтобы перекусить. И добавил:

- Смотри, что я нашел недалеко от реки.

В руках Сереги был патрон.

- 7,62 миллиметра – пояснил он. - Сорокового года выпуска. Интересно, кто такую штуковину обронил.

"Копали небось”, – размышлял Сидоров, сидя на пассажирском кресле и кушая картофельное пюре из стаканчика. – “Интересно, Хома со своими дружками этим занимался или еще кто-то? А джипы куда едут? Может за парнем, который приходил утром к костру? Неужели это он пытался ограбить грузовик на дороге? Правда, лицо у него честного человека, не преступника. Хотя всякое может быть. И выходит это он напугал Богданова? А куда пропало тело политрука? И был ли это труп? Может розыгрыш? И кого тогда разыграли, меня?»

Глава 9 август

Уже наступил вечер. Летний московский воскресный вечер, когда на улице мало народу – все спасаются от жары и духоты где могут – в отпуске, за городом или в квартире под кондиционером.

Он отпросился всего на пару часов. Видимо, вид у него был настолько жалобный, что его отпустили, – только попросили прихватить мобильный телефон на всякий случай.

- Как пользоваться показать? – с легкой усмешкой спросил его новый командир.

- Назовите Ваш номер, – стараясь скрыть свое волнение ответил он.

- 89хх-ххх-хх-хх, – теперь уже с интересом произнес мужчина.

Он взял в руку мобильный телефон и набрал номер. В сумке, которая висела на плече начальника, раздалась бодрая мелодия – «Вдох глубокий, руки шире…».

- Через два часа буду, – ухмыльнулся он и почти бегом направился к павильону метро. Слышно было как мужчина вслух произнес ему вслед «Ну и дела!»

Но до участка быстро добраться не удалось. В метро проблем не возникло. А дальше, как оказалось, трамваи больше не ходили до кладбища. Судя по табло на остановке, ждать автобуса придется почти двадцать минут. Времени было впритык и он просто рванул по тротуару, будто бежал кросс. Навстречу люди почти не попадались. Да и было им не до него. Бежит парень, значит это ему нужно.

Через пятнадцать минут он был на участке…Там все заросло. Но видно было, что за могилами пытаются следить – калитка ограды на замке, сама ограда окрашена, причем недавно, в уголке лежит веник и мешок с тряпками, есть даже небольшая скамейка. Но все заросло травой. За полчаса он сильно взмок, убирая участок от травы, веток и пластиковых бутылок, принесенных ветром.

«Вот и все, ладно, в следующий раз приеду и уберусь как следует. Сейчас посижу немного и назад», – решил он, опускаясь на скамейку.

- Молодой человек, что вы здесь делаете? – раздался голос у него за спиной и кто-то неожиданно тронул за плечо. Он обернулся. Видимо, его взгляд настолько выражал отчаяние, что стоявшая за ним высокая женщина средних лет в синей панамке с рюкзаком в руках, отпрянула. Наверняка пришла прибраться на участке, значит родственница.

- Ты откуда взялся? Это разве твой участок? – заверещала женщина, доставая из рюкзака предмет, похожий на большие ножницы.

Надо как-то остановить ее, но как? Если она вызовет милицию, все пропало.

- Я могу показать документы – как можно вежливее выговорил он.

- Какие документы, жулик! Ты пришел присвоить наш участок! – женщина явно не собиралась останавливаться, – сейчас я вызову полицию!

Он достал эбонитовый цилиндр, отвинтил крышку и достал бумажку:

– Вот посмотрите, здесь все написано.

- Что у тебя там написано? – немного остыв, сказала женщина, впившись в него взглядом -ну-как повернись чуть правее, – продолжила она.

- Вы прочитайте – взмолился он.

- Усы, лапы и хвост твои документы! – отозвалась дама, но все-таки развернула бумажку - что за каракули!?

- Фамилия, имя, отчество, адрес проживания.

Женщина достала из рюкзака очки, надела, очень внимательно прочла бумажку и заявила:

- Ничего не понимаю. Ты просто объясни, откуда взялся и что здесь делаешь.

Минут десять он описывал все хитросплетения судьбы, понимая, что просто обязан ее убедить. Иначе…Лучше об этом не думать.

Женщина молчала. Затем спросила – ты на могилу матери пришел?

- Да, у нее сегодня день рождения! На два часа отпросился.

- У кого отпросился?

- Я на службе еще нахожусь, – он не знал, как объяснить свое нынешнее положение. - Мне через полчаса нужно вернуться.

-Никуда ты не поедешь! – резко заявила женщина

-Я слово дал, что вернусь. Меня искать будут.

- Ох и принесла же нелегкая!

- Давайте вместе поедем – неожиданно появилась у него мысль.

- Нашелся умник…Хорошо, – ответила женщина после короткого раздумья - куда ехать?

Он назвал адрес.

- Такси вызывать надо, иначе не успеем.

Они уже вышли на улицу, когда он все-таки решился задать мучавший его вопрос:

- Я могу с Леной увидеться?

- С какой-такой Леной? C Еленой Михайловной что ли? – тут женщина перекрестилась. И почему-то тихо, словно боялась, что ее услышат, продолжила:

– Так ты ее…?

Глава 10

Стас проснулся и встал с кровати. Был уже двенадцатый час, солнце парило во всю, а народ спешил по своим делам. Как это здорово, что сегодня не надо идти на работу! И еще хорошо, что окна выходят на северную сторону. Квартира не успевает нагревается. Зимой, правда, холодно, особенно когда ветер дует.

Завтракая яичницей с сосисками, Сидоров стал размышлять о событиях последних дней: «Наверное, черные копатели нашли что-то ценное. Один из них нарядился бойцом Красной Армии и стал пугать окружающих, чтобы те бежали из леса. Тем временем его дружки, все выкопали и стали делить. Тут возникла ссора, один из них получил лопаткой по голове и…Стоп. А почему он тоже одет в военную форму и рана на голове похоже не от лопатки, а пулевая…Хорошо, пугали двое, просто одетый в форму комиссара не светился, а получил потом пулю в висок от напарника…Стоп. Почему от напарника? Их разве только двое было. И как-то удобнее в затылок стрелять, чем в висок. Хорошо, копали двое – комиссар и парень. Потом пошли пугать, попугали, стали собирать вещи. Мужчине в форме старшего батальонного комиссара внезапно стало стыдно, и он застрелился…. Стоп.А кто интересовался так этим парнем? Миша Субботин. Вот она разгадка! Мишка же наверняка полицейский агент в стане копателей. Взял с поличным их, один застрелился, другой убежал… Стоп. Виктор тогда кто, тоже агент? Вместе с Субботиным пошли ловить преступников. И поймали??? Стоп…все, крыша едет, ну-ка что там пишут в интернете.»

Сидоров включил ноутбук и стал искать в интернете какое-нибудь упоминание про вчерашние события. Первым делом посмотрел местные новостные сайты. В хронике происшествий только пропавший кот гражданки А, да драка граждан Б и В из-за бегающих по чужому участку кур. Все. Про попытку вооруженного ограбления, тем более про убийство ничего.

Загадка однако, - подумал Стас и собирался зайти в социальную сеть, посмотреть как проводят лето его друзья и знакомые. Но только он ввел пароль, как на дисплее ноутбука появился столь знакомый многим пользователем Виндоуз синий экран, еще именуемый «экраном смерти».

- Йо мао, - выругался Сидоров, - опять! Последнее время «синие» экраны стали появляться достаточно регулярно, сообщая Стасу о явных неполадках в работе его девайса. Свой ноутбук Сидоров купил три года назад у одного своего знакомого, работавшего на компьютерном рынке.

- Стас, бери, хороший агрегат, - расхваливал свой товар знакомый, - Четырехядерный процессор, видеокарта огонь, память целых четыре гигабайт, новый жесткий диск поставил!

Сидоров тогда как раз плотно подсел на «Танчики». Его старый «десктоп», на котором он спокойно играл в «Сталкера», «Танки» тянул плохо. Вначале он хотел просто сменить системный блок, но продавец убедил его взять ноутбук – это модно, прогрессивно и да занимает меньше места.

- А по цене? - поинтересовался тогда Сидоров, - предчувствуя появление приличной дыры в бюджете.

- На десять процентов больше! - не моргнув глазом ответил знакомый.

Первый год ноутбук работал хорошо, потом вдруг начал внезапно выключаться, Стас возил его к знакомому, тот поколдовал пару недель, вроде все починил. И вот опять началось…

Сидоров выключил ноутбук и набрал телефон компьютерного торговца. Ждать пришлось почти минуту:

- Стас, это ты? Я в Турции, буду через две недели! Опять синий экран? Это ты вирус где-то подцепил! Приеду, разберусь.

Вот незадача, - подумал Сидоров, и позвонил врачу. Тот согласился принять его прямо сейчас. Не мешкая, оделся, спустился вниз и сел в машину. Она к его удивлению завелась без проблем. Настроение сразу поднялось. А он уже собирался покупать новый аккумулятор.

Доктор был в хорошем настроении:

- Проходите, Станислав. Как здоровье матушки?

-Уважаемый доктор, – начал Сидоров, - я хотел бы, чтобы о моем визите моя мама не узнала. Буду очень благодарен.

- Конечно-конечно, – доктор был весьма любезен.

Вот интересно, сдаст он меня или нет. Мама - женщина впечатлительная, и ему совершенно не хотелось нагружать ее еще и своими проблемами. Когда-то она вроде даже работала вместе с этим врачом. Правда с тех пор он ушел на вольные хлеба. А мама продолжает работать в бюджетном учреждении, которое помогает реабилитировать несчастных, пострадавших от войн, катастроф и т.п.

-На что жалуетесь, молодой человек? – произнес доктор дежурную фразу. - В вашем возрасте вроде рановато на болячки жаловаться.

«Может мне подняться, извиниться и уйти?» – подумал Стас. – «Хотя нет, раз договорился, пришел, оторвал человека от дел – будь добр отвечай на вопросы.»

- Знаете, я слишком эмоционально переживаю все. И кратко описал свою историю, правда главное утаил – про политрука, красноармейца и саперную лопатку.

- Молодой человек, – заключил доктор, когда Стас закончил свое повествование, - Вы давно на реконструкции ездите?

- Года два.

- А в танчики давно играете?

- Года три точно.

- А на природу давно выбирались? – внезапно спросил доктор

- Недавно был там, – удивился Сидоров.

- Поставлю вопрос по-другому: Вы на свежем воздухе бываете?

- В прошлом году был в Турции, отель 5 звезд, – похвалился Стас.

- И как там природа?

- Море на 5+, сервис правда на 4-, раньше лучше с этим было, – ответил Сидоров.

- Как проводите выходные? – сменил тему доктор.

- Да обычно. В субботу сплю до двенадцати, потом подъем, завтрак, еду на работу, если нужно, потом убираюсь дома, потом играю на компьютере, потом ложусь спать и сплю до полудня воскресенья.

- Скажем, хотя бы раз в неделю удавалось посетить парк?

- Конечно! У меня рядом с домом есть парк, пара осинок растет, газоны, вот в этом парке регулярно гуляю.

Доктор покачал головой. Может, пора уходить, – подумал Стаc, - еще пропишет постельный режим – и прощай «танчики-сманчики».

- А в театры, на концерты ходите? – не унимался доктор.

- Ну иногда выбираюсь, – вяло выдавил Стас.

- Когда хоть в последний раз были? – доктор продолжал напирать.

- Да вот зимой был в театре.

- Что за спектакль смотрели?

- Вроде по Шекспиру. Ах, да Ричард версия 3.

- Понравилось?

- Будете смеяться, да. Вполне реалистично. - И про себя добавил: «Все тебя предадут и продадут, когда им будет это выгодно».

Доктор внимательно посмотрел на него и произнес:

- Станислав, пропишу Вам это лекарство, – доктор протянул ему листок бумаги. -Принимайте согласно написанному. И конечно, Вам нужно сменить образ жизни. Больше гулять на свежем воздухе, посещать различные культурные мероприятия. У вас есть с кем сходить в парк, театр или на концерт?

Сидоров только собирался сказать: «Конечно есть, уважаемый доктор», как в его сумке громко заиграла мелодия из кинофильма «Розовая пантера».

- Стас! Ты куда пропал? Опять на эту дурацкую реконструкцию мотался?! – раздался из трубки Юлин голос. Врач с некоторым сочувствием посмотрел на Станислава.

- Извините, мне нужно срочно переговорить, – пролепетал Сидоров и выскочил из кабинета.

- Позвонить некогда было? С кем ты там был? С этими алкашами? – голос из трубки все не унимался.

- Юля, ты же знаешь, там были проблемы с сотовой связью. Да и дел у нас по горло было, – наконец-то решился ответить Стас.

- Какие дела? Водку небось пили не переставая! – продолжала возмущаться Юля.

- Я с Олегом Фигурновым там был, – нашелся Стас.

- С Фигурновым? – трубка вначале притихла. Но потом быстро пришла в себя: – С этим бабником? Вы чем там занимались???

«Ну все, достала ты меня, Юля», – подумал про себя Стас, отключил телефон и вернулся в кабинет.

- Извините!

- Шумная у Вас девушка, Станислав.

- Вот с ней и буду ходить и в театр, и на выставки, и в парк, в лес, на речку – радостно заключил Стас. Он было собрался уходить, но заметил, что доктор смотрит на него с укоризной. Ах да, консультация же платная даже для друзей.

- Сколько с меня? - сухо спросил он:

- 1000 рублей, – вежливо ответил доктор.

- Кредитные карты принимаете?

- Извините, только наличные.

«Вот жулик. И куда только налоговая смотрит!» – подумал Сидоров, расставаясь с бумажкой в тысячу рублей.

Но на этом события дня не закончились. По дороге домой Стас заехал в аптеку, купил выписанные доктором таблетки. Потом припарковавшись у дома – около подъезда еще были свободные места, поднялся к себе в квартиру и прилег на диван. Только он принял горизонтальное положение, сразу взял пульт и включил телевизор.

Где-то около часа Сидоров спокойно смотрел телек, никому не мешая. Вдруг затрезвонил домофон – дзынь-дзынь-дзынь. Стасу было лень вставать, и он продолжал лежать и смотреть телек. Звонок затих. Но через пять минут затрезвонил уже звонок в квартиру. «Кого там принесла нелегкая»? - Сидоров встал с дивана и пошел к двери, желая разобраться с тем, кто так злостно нарушает его право спокойно смотреть телевизор.

На пороге стояла Юля в строгом черном костюме и с аккуратной прической. «Вот бедная», - подумал Стас, - «заставляют ее ходить в такую жару в костюме. Точнее не ходить, а стоять на выставочной стойке и отвечать на многочисленные вопросы посетителей.»

Но Юлю интересовали совсем другие вопросы:

- Стас! Что с тобой случилось? Телефон не отвечает! Звонила по домофону - молчишь! Я отпросилась с работы!

- Юль, все нормально – как можно спокойнее ответил Стас. А вот домофон, похоже, не работает, надо вызвать мастера.

- Стас, можно я пройду? – поинтересовалась девушка. И бесцеремонно переступила порог его квартиры. Сидоров возмущаться не стал: за два года их знакомства он знал, что Юлю остановить практически невозможно. Сняв туфли, девушка, словно торпеда, проскочила в комнату. На диване Стас крайне неосмотрительно оставил рецепт и лекарство…Юля сразу наткнулась на них. Пришлось рассказать про доктора. Девушка поохала и заявила, что теперь, как только завершится выставка, она наконец-то займется его здоровьем, воспитанием и т.п.

- А когда выставка закончится? – поинтересовался он, когда он довез Юлю до подъезда ее дома.

- Через неделю, – радостно отозвалась девушка. - Могу я сейчас взять второй комплект ключей от квартиры?

Юля явно намеревалась переехать жить к Стасу. А вот Стас пока на это готов не был. Но разве такую целеустремленную девушку это остановит. И как можно остановить жительницу дальнего Подмосковья, которая мечтает перебраться в столичную квартиру! – подумал Стас, засыпая под шум улицы, который проникал в комнату через открытое окно. Хотя он с удовольствием переехал бы в родной город Юли.

Глава 11

- Проходите, - штатский жестом пригласил его зайти.

Он поднялся по ступенькам. В автобусе был откидной столик, за которым сидел другой штатский, высокий мужчина, внимательно наблюдавший за ним. Перед мужчиной на столе стопка бумаги и какой-то большой черный прямоугольный предмет.

- Анатолий, - представился высокий.

- Константин, - назвался его коллега.

Он отцепил магазин от винтовки и положил их на сидение. Константин поинтересовался:

- Это настоящая винтовка?

- В Красной Армии игрушечных не выдают!

Оба штатских улыбнулись, Константин взял в руки «светку» и стал осматривать, а Анатолий предложил:

- Устраивайтесь поудобнее, нас ждет долгая дорога. Переодеться не хотите?

Такая фраза ему не понравилась. На что намекают? Он ничего плохого не совершил! Но от переодевания не отказался. В военной форме почти восьмидесятилетней давности он будет выглядеть странно.

- Я вам буду задавать вопросы, а Вы если хотите, можете отвечать, но в ваших интересах отвечать наиболее развернуто, - посоветовал ему Анатолий.

«Ну да, вам нужно говорить правду и только правду.»

Он присел на сиденье. Автобус тронулся, в окно он мог наблюдать практически пустую дорогу и редкие домики. Некоторые из них были покрыты красивыми красными, коричневыми или зелеными крышами, а стены вместо дерева отделаны каким-то неизвестным материалом – светлым или желтым. Затем домики кончились, и автобус въехал в лес.

- Ну что, Вы готовы ответить на вопросы? - вежливо поинтересовался Константин.

- Да, - тихо произнес он.

- Не нервничайте так, - постарался успокоить его Алексей, - все будет хорошо.

«Ага, не нервничай. Сейчас привезете на «канатчикову» дачу, там и оставите», – подумал он, чувствуя, что на лбу выступает пот.

Допрос длился минут двадцать. У него спросили имя, фамилию, адрес, где учился, где работал, кто родители, номер воинской части, воинское звание... и еще много чего.

- Попейте, - Анатолий протянул ему бутылку воды. Он уже заметил, что бутылки не стеклянные, а сделаны из прозрачного легкого материала.

- Из чего сделана бутылка? – задал вопрос.

- Пластик, - ответил Константин, - у нас сейчас почти все из него делают, с 60-х годов распространен.

- Стены домов и крыши из него сделаны?

- Да, и не только, - Анатолий поднял со столика черный прямоугольник и перевернул его. С другой стороны поверхность прямоугольника была покрыта чем-то похожим на стекло, под стеклом светились картинки.

- Это планшетом называется, - пояснил Константин.

- Телефон с большим экраном, для чего он нужен? – полюбопытствовал он.

Потом они беседовали. Больше вопросов задавал он. Оказалось, в будущем появилось много интересных и, главное, полезных вещей, о большинстве из которых он и не подозревал. Единственное, о чем он имел представление – мобильные радиотелефоны. Но и это знание поразило его собеседников.

В свою очередь он попросил узнать что-нибудь о своих родных. К его удивлению, через некоторое время Константин показал ему на экране планшета справку о смерти мамы. Она умерла более полувека назад. Хотя он был готов к этому, ему стало очень грустно. Некоторое время он молча смотрел в одну точку перед собой. Штатские молчали, понимая его состояние.

- Вы могли бы показать электрический арифмометр, или как он сейчас называется? – прервал он свое молчание.

Константин пообещал сделать это на первой же остановке.

Когда они остановились на 5 минут, в автобус вошел еще один штатский, представившийся Романом с этим самым электрическим арифмометром, который назывался ноутбук. За ним в автобус забрался один из его новых друзей и в шутку пригрозил штатским:

- Вы нашего бойца не обижайте!

- Ты кого нам подсунул, Жора? - усмехнулся Константин, - Парень знает про мобильную радиотелефонию, говорит сам даже работал с таким телефоном!

- Не совсем, она на легковой машине монтировалась, почти двадцать килограмм весила, - заметил он Константину.

- Ноутбук просит с интернетом, - поддакнул Алексей.

- Так дайте человеку, что он просит! - воскликнул Жора.

- Слушай парень, ты можешь написать число три в двоичной системе? - задал вопрос Роман, - передвигая ему лист бумаги с ручкой – стеклянным карандашом, внутри которого были чернила.

«Соберись. Это же ты знаешь.» Он взял ручку в руку и написал - 011.

Штатские мигом замолкли. Роман поинтересовался:

- В институте учил?

- Нет. Я школу закончил, десятилетку, пошел работать. На работе коллега посоветовал изучать двоичную систему.

«Рассказывать о том, что еще с двумя коллегами пытался создать электрический арифмометр не стал.»

- Вы там компьютер что ли разрабатывали? Cоветский Цузе у вас работал?! - воскликнул Константин.

- А что такое «КОМПЬЮТЕР»? – спросил он.

- Таак, я останусь с молодым человеком, - приказал Роман, - посторонних прошу покинуть салон.

Алексей, Константин и его новый знакомый вышли из автобуса.

Следующие два часа ему рассказали, как работает этот прибор, называемый КОМПЬЮТЕР. Оказывается - НОУТБУК, это переносной КОМПЬЮТЕР, а компьютер и есть электрический арифмометр. К концу лекции голова пошла кругом.

На остановке ему разрешили выйти из автобуса.

Все четыре автобуса остановились на асфальтированной площадке рядом с березовой рощей. С другой стороны проходила широченная дорога, а за ней виднелись какие-то большие здания из бетона и стекла. По дороге неслись потоком автомашины.

Почти все штатские и пара его новых знакомых собрались у автобуса и глазели на него. Ну да, увидели диковинную зверушку.

Неожиданно раздался звук летящего самолета. Он уже по привычке резко обернулся и чуть было не упал на землю. Штатские это заметили и затихли. Над лесом пролетел одномоторный самолет, похожий на истребитель.

- Учебный самолет, здесь аэроклуб рядом, - заметил кто-то из штатских.

- Так, представление понимаешь устроили, а ну марш по машинам, - скомандовал мужчина в синей куртке, видимо старший.

Полез обратно в автобус. Старший остался на улице с Романом и Алексеем.

«…адекватный, толковый парень…знает…какой колхозник…» - слышались обрывки фраз снаружи.

В автобус залез Константин, посмотрел на него:

- Да не тушуйся, все нормально будет. Все правильно сделал, если бы не ты, всякое могло бы случиться. А про художества твоего друга все дружно забыли.

- Я ничего особенного не делал. Я лишь исполнял ДОЛГ перед РОДИНОЙ, - хрипло произнес он.

- Возьми воды, промочи горло, - мужчина протянул ему бутылку из пластика.

- Спасибо, - поблагодарил он, - а можно вопрос?

- Давай!

- Что значит «крыша поехала?».

Константин рассмеялся:

- Это когда с головой плохо.

- Пора на «канатчикову дачу»?

- Не совсем. Еще можно вылечить. Если нельзя, то да, дорога в психушку!

- Моих родных не удалось найти? – спросил он.

Мужчина не успел ответить, в автобус залез «старший».

- Как настроение, боец? - обратился «старший» к нему, усевшись за столик.

- Бодрое, товарищ командир, - сообщил он.

Ему не очень поверили, но спорить не стали. Предложили посмотреть на НОУТБУКЕ кино. Ему было жутко интересно, какие сейчас фильмы и как их ухитряются смотреть на таком маленьком экране. Фильм оказался 1965 года, комедия. «Операция Ы». Никого из актеров, правда, он не знал. Но фильм ему понравился. Так и смотрел до самой Москвы.

Автобусы остановились около какого-то парка. Эти места он совершенно не узнал. Напротив были высокие дома. Он насчитал по двенадцать этажей в каждом. Вылез из автобуса и подошел к «старшему»:

- Товарищ командир, разрешите отлучиться на пару часов.

- Что-то случилось? – удивленно спросил тот.

- У мамы сегодня день рождения. Я хотел бы съездить на ее могилу. Съезжу и сразу же вернусь.

Глава 12

Всю неделю Сидоров думал, как не допустить Юлькиного вторжения. Но ничего не придумывалось. А тем временем стали происходить весьма интересные события. В четверг, только Стас успел припарковать автомобиль около дома и собирался зайти в подъезд, как сзади его окликнули:

- Станислав Алексеевич?

Сидоров не испугался, просто оглянулся. Окликнувший его человек мужчина лет пятидесяти с внимательными, но неприятными серыми глазами. На висках седина. «Похож на бывшего сотрудника органов», - отметил про себя Стас, - «это хорошо, значит точно не по его душу пожаловали, скорее по Олежкину».

- Можно с Вами поговорить? Мужчина достал из барсетки, которую держал в руках, визитку и протянул Стасу.

- Юрий Андреевич Казаринов, частный детектив – прочитал тот.

- Давайте присядем здесь, – предложил Стас и подойдя к стоящей рядом лавочке, достал из своей сумки влажную салфетку и протер место, куда затем аккуратно присел. Детектив спокойно смотрел за приготовлениями Сидорова, но вытирать лавку не стал, присоседился рядом.

- Буду краток, - вкрадчиво произнес Юрий Андреевич, - я представляю интересы семьи Самусевич.

- Извините, не знаком, – вежливо ответил Стас.

- Вы знаете Олега Фигурнова? – незнакомец пристально смотрел на него.

«Не служил-с», – хотел было ответить Сидоров. В нем боролись два противоречивых чувства. Одно явно требовало «топить эту сволочь» Фигурнова – доносчика и приспособленца. А другое возражало: хоть Олег и сволочь какую поискать, но пригласил же тебя на рыбалку, ты там с дружками-реконструкторами пообщался, водки выпил.

- Мы учились с ним в одном классе – выдавил он из себя.

- Вы были с ним с 30 июля по 1 августа этого года на рыбалке? – продолжал гнуть свою линию детектив

Стас задумался. Вопросы будут наверняка: «с кем и как проводил время Хома». И ответил:

- Мой одноклассник довез меня до речки, там мы с ним и расстались. Больше я ничего не могу Вам сообщить.

- Может быть, Вы запомнили тех, кто был еще с Олегом Фигурновым? – вкрадчиво продолжил детектив.

- Я с Олегом мало общался. С ним была компания. Бизнесмены. Все твердили про котировки, кредиты, франшизу и т.п.

- А девушки там были? – осторожно спросил Юрий Андреевич.

- Наверное были, – просто ответил Стас.

- А это как понять – наверное? – удивился детектив.

- Ну внешне вроде девушки, а что там на самом деле, кто знает, - съязвил Сидоров.

Детектив сокрушенно покачал головой, было ясно, что он хотел услышать что-то другое. Потом он достал из портмоне фотографию и протянул ее Сидорову.

На фото была симпатичная особа с длинными вьющимися рыжими волосами и темными глазами. Стасу показалось, что эта девушка похожа на кого-то. Но вот на кого – вспомнить он не мог.

- Предлагаете познакомиться? Ищет мужа, да? – сдерживая смешок спросил Стас.

- Вы как муж ей не подойдете, – усмехнулся детектив и добавил – вы видели ее на вашем сборище…пардон, на шоу или как они там называются?

- Реконструкция, – холодно заметил Сидоров. - Нет, ее не видел. Сомневаюсь, что такая отважится ночевать в палатке. Другие фото есть? Может кто еще желает познакомиться?

- Станислав, – как-то вкрадчиво заметил детектив, - я могу на Вас положиться?

- Смотря в чем, – Сидоров был сама вежливость.

- Что Вы будете предоставлять информацию.

- За просто так? – Стас внимательно посмотрел в лицо детективу.

Тот явно смутился и выдавил из себя:

- Ну почему же запросто. Все будет зависеть от переданной информации.

- Ах информации, – Сидорову внезапно стало скучно. Он вынул из кармана костюма бумажник, покопался в нем, достал слегка грязную визитную карточку. На которой было написано: «Станислав Сидоров, менеджер по продажам».

- Вот возьмите, а если будет информация. - Тут Стас сделал паузу, – достойная хорошей оплаты, я с Вами свяжусь. И собирался откланялся довольный собой. Но на последок решил таки спросить у детектива:

- Вы ведь в милиции раньше работали раньше, правда?

- Вроде да, - спокойно ответил мужчина.

- У вас бывали на службе случаи, когда…когда, например, пропадал труп?

- Что пропадало? – удивился детектив.

- Ну вы идете по лесу, натыкаетесь на тело, бежите в милицию, потом приходите с ними на место, а там…ничего нет.

- Вы писать детективные романы не пробовали? - усмехнулся мужчина.

Потом уже сидя на кухне, попивая пиво и смотря футбол, Сидоров вспомнил откуда знает девушку, изображенную на фотографии – судя по всему была его родная сестра! Правда пару лет назад, когда он встречался с Алисой, это была брюнетка с короткой стрижкой. Зачем он вмешался в чужие разборки. Обломится детективу, пусть сам бегает за неверными мужьями.

Опять рылся в интернете в новостях, искал хоть какое-то упоминание о попытке ограбления грузовика в Смоленской области – ничего. Как будто ничего и не случилось.

Пытался дозвониться Звереву, - у того телефон до сих пор был отключен.

В пятницу после работы он договорил пересечься с Серегой и попить пива. Конечно, встреча была втайне от Юли. Стас обещал девушке забыть о подобных мероприятиях. Но от приятного так трудно отказаться…Вот когда они будут жить вместе с Юлей, о подобных мужских посиделках придется забыть.

Только Сидоров зашел в бар, недалеко от станции метро Проспект Мира, как увидел рядом с Серегой «главного реконструктора». Мужчины пили пиво и о чем-то беседовали. Стас подошел к столу и сел рядом с Артеменко, напротив Иваныча.

- Явился наш блудный сын. Ну рассказывай, что ты успел натворить со своими дружками, - обратился к Сидорову президент клуба.

- Это какие дружки? - переспросил Стас.

- Зверев и этот, придурошный, имени не знаю и знать не хочу.

Тут в разговор вмешался Серега, до этого мирно попивавший пиво:

- Ну Мишка, который со стволом своим еще красовался. Кажись Витькин родственник. Постоянно о чем-то шептались.

- Меня полицаи два раза допрашивали и не забрали, так что я чист перед законом, - сообщил Сидоров. Про себя же подумал: «А хрен я вам что-нибудь расскажу. И про труп комиссара и про схрон, и про того парня.»

- Видишь командир, чист наш военфельдшер. Зря ты на старых бойцов наезжаешь, молодняк надо лучше фильтровать. Набрали по объявлениям и получили, - ухмыльнулся Артеменко, - попытку ограбления с применением огнестрела.

Иваныч слегка надулся, но отвечать Сереге не стал, спросил у Стаса:

- Сидоров, у тебя есть адрес Виктора и домашний телефон?

- Неа, только мобильный, - с Стаса почему-то гора свалилась с плеч. Может боялся вопросов типа «что ты видел в лесу».

- Иваныч, это наша недоработка, неизвестны ни точные адреса, ни домашние телефоны большинства членов клуба, - заметил Артеменко.

- Знаю! – «взорвался» главный реконструктор, - Как нам на Виктора выйти? Я вчера с Богдановым говорил, их на следующий день менты вежливо попросили покинуть лес, мол спецоперация и все такое.

- Небось разбойника ловили, - улыбнулся Сидоров.

- Пока менты думали, он давно уже утек за много километров - засмеялся Серега.

Далее тему не развивали. Пили пиво и обсуждали жизнь. В конце концов Стас не выдержал и спросил Иваныча:

- Зачем вы нас собирали тогда?

Главный реконструктор только открыл рот, собираясь дать ответ на наглую речь Сидорова, как Артеменко его опередил:

- Да у Иваныча дружбан есть, у него как раз юбилей стукнул, пятьдесят лет. Вот решили подарок сделать. Пригласили на клубные мероприятия…

- А он, подлец уехал праздновать юбилей с женой в Суздаль, - добавил главный реконструктор.

- Все провалилось, а «немцы» со скуки пошли нас пугать и получили клизмой в нос, - захохотал Серега.

- Причем тут ревматросы? - спросил Стас.

Иваныч промолчал, за него ответил Артеменко:

- Да мужик больше революцией интересуется. Хотели матросов нанять, но они оказывается автора читали, контрой обозвали, пришлось нас срочно вызывать.

В выходные они с Юлей съездили в гости к Юлиной подруге, которая все-таки созрела, полгода спустя отпраздновать свое 30-летние. Но праздник закатила достойный – гости два дня гуляли на даче, пили вино, ели шашлыки, ходили купаться на водохранилище. И он, и Юлька были довольны.

Когда Стас отвез девушку домой, она вежливо спросила, помнит ли он, что через несколько дней она переедет жить к нему.

- Да, конечно, - ответил Сидоров, стараясь не показать своей неуверенности.

Поздно вечером, лежа один в постели, Стас все думал, как ему быть: попросить ли у Юли отсрочку или нет?

В понедельник ему на работу позвонила мама. После десятиминутного вступления, выразившегося в расспросах – «а что ты ел утром сынок», и заканчивая «когда ты свозишь меня в гипермаркет за покупками», последовала неожиданная просьба, которая слегка шокировала Сидорова:

- Сынок, я знаю, ты был недавно с друзьями на вашей игре, – Мама считала реконструкцию игрой типа «Зарницы».

Удивившись проницательности мамы и подумав, кто бы мог сдать его, Стас не предполагал, что следующая фраза так его поразит:

- Помнишь Мишу, который был там?

«Откуда она знает о нем?» – мысли заметались в голове Сидорова.

- Он наш родственник из Костромской области. Ты смог бы приютить его на месяц? А потом он подберет себе жилье.

В маминой просьбе не было ничего необычного. Подобное уже случалось не раз. Пару лет назад он приютил сына маминой одноклассницы, который приехал в Москву поступать в институт. А в прошлом году у него останавливалась двоюродная сестра отца, приехавшая из Перми, чтобы показать своим детям столицу.

- Он с другом завтра вечером подъедет к тебе.

- Жду! – Стас возликовал.

Да хоть на два месяца готов пустить! Когда Сидоров ехал с работы, в его душе все ликовало! И даже вновь барахливший аккумулятор не смог отменить праздник в душе.

Глава 13

Его разбудил луч солнца, проникший в комнату через огромное окно. Он лежал в пижаме на чистой простыне под белоснежным одеялом. Он и забыл, каково это!

А вчера он мог принять душ! И в душе была не только холодная, но и горячая вода! У них в квартире была только раковина с холодной водой. А мыться они ходили в баню или в «летний душ».

В дверь постучали и вошла женщина с подносом. На подносе тарелка с кашей, два куска хлеба – белый и черный, кусочек масла, два стакана – один белый из пластика с рисунком на крышке и обычный стеклянный с кофе.

- Как самочувствие? – ласково спросила женщина.

- Как в сказке! Все чистое, есть наволочки, простыни, одеяло. И масло есть, и кофе!

- Прости меня, я вчера накричала на тебя, - продолжила женщина.

- Ну что Вы, Ирина Михайловна, я не в обиде, очень рад с вами познакомиться.

- Давай я тебе давление померю, - предложила Ирина Михайловна, - и не забудь лекарство принять.

Через пять минут он ел йогурт – содержимое белого стаканчика. Чем-то напоминало бабушкину простоквашу. А вчера вечером ему ничего не хотелось.

- Это кто с тобой приехал? - удивленно спросил командир, показывая на Ирину Михайловну.

- Я капитан медицинской службы. Назовите себя.

- Игорь Львович, - представился командир.

- Давайте отойдем и поговорим, - предложила женщина, - это мой близкий родственник и я его вам не отдам. Он только что перенес сильный стресс и нуждается в специализированном медицинском уходе…

Минут десять Игорь Львович и Ирина Михайловна о чем-то беседовали, наконец договорились.

Женщина забралась к нему в автобус и сразу начала командовать:

- У вас тут так душно, задохнуться можно. Вода есть? Дайте ее сюда.

Потом они заехали в какое-то здание и там его осмотрел врач. Это был грузный мужчина, с явным интересом наблюдавший за ним. Видимо он был в курсе про него.

Ему померили давление, послушали легкие, взяли анализ крови. Потом еще что-то мерили проборами, о назначении которых он мог только догадываться, дали какие-то неизвестные лекарства. Под конец его привели в комнату с кроватью, столиком, тумбочкой и стоявшим на ней странным прибором с электронно-лучевой трубкой.

- Вот пижама, вот душ, располагайся, отдыхай, я завтра обязательно зайду к тебе, - попрощалась Ирина Михайловна и поцеловала его в макушку.

После душа он лег на кровать и моментально уснул.

Позавтракав, он решил осмотреться в комнате. Подошел к тумбе, на которой стоял странный аппарат. Похоже, это телевизор. Но трубка здесь смонтирована параллельно полу, а не перпендикулярно и изображение смотрели прямо с экрана, а не с зеркала, смонтированного на крышке. Тот телевизор казался чудом техники! А этот даже не чудо – чудище. Хотя, как назвать плоский экран у НОУТБУКА?

Вот розетка питания, а радиоканал, так и есть - отключили. А в тумбочке инструкция! Тут еще такой предмет, черного цвета из бакелита похоже, с цифрами и буквами, похожий на логарифмическую линейку. Сейчас почитаем. Помучившись, он понял – с помощью этой «линейки» можно управлять телевизором.

Телевизор долго смотреть надоело - то какие-то мужики ругались, то шел фильм, смысл которого он так и не понял, то фильм про войну показывали – он смотреть это не мог. Он войну вживую видел. Понравилась передача, где школьники отвечали на каверзные вопросы. К его удивлению, на некоторые из них он ответил правильно. Надо бы попросить учебники, сравнить свои знания по математике, физике, химии с нынешним выпускным классом. Он должен восстановить аттестат и поступить в институт.

Передача со школьниками закончилась и ему стало скучно. Интересно, а что там, за дверью? За дверью оказался длинный коридор. С обеих сторон стеклянные двери, слева закрытая, а справа вроде открытая. За дверью еще один коридор, в конце которого за столом сидел мужчина в белом халате. А почти рядом с дверью стоял стол, на котором другой мужчина, высокий, с лысиной, одетый в зеленую робу, что-то выкручивал из металлического шкафа. Подойдя поближе он догадался – так это же КОМПЬЮТЕР!

Мужчина, не обращая на него внимание, вытащил из недр КОМПЬЮТЕРА прямоугольный предмет. Материнская плата! Он хорошо запомнил устройство компьютера, о котором ему вчера рассказали.

Мужчина поставил плату на стол. Теперь он мог рассмотреть ее – вот вентилятор с радиатором, а под ними процессор, вот разъемы под оперативную память, а вот сюда подключается жесткий диск.

- И здесь «кондеи» вздулись, - зло выговорил мужчина.

- Конденсаторы? – переспросил он, - их выпаять можно и новые установить.

- А ты сможешь это сделать? - полюбопытствовал человек в зеленой робе.

- Думаю да.

- Тогда пошли!

Они пришли в небольшую комнату, это был явно склад –железные корпуса, какие-то небольшие ящики, платы, металлические и пластмассовые коробки лежали на стеллажах и на столе. Мужчина открыл дверцу шкафа и достал оттуда паяльник вместе с комплектом и коробку с конденсаторами.

- У Вас пара тонких деревянных палочек будет? - попросил он.

- Не проблема, сделаем, - ответил его новый знакомый.

Когда обе были установлены в корпуса компьютеров и все благополучно заработало, мужчина спросил:

- Где ты так паять научился? Сейчас молодежь с паяльниками не сидит, да и легче плату сменить, чем кондеры перепаять. Просто у нас не Газпром, бюджет ограничен, приходится крутиться.

- Так вышло, - пояснил он.

- Мне дед рассказывал, до войны у них в лаборатории парень работал, который любую пайку делал, самую ювелирную. Конечно, сейчас автоматы точнее паяют. Но тогда хороший монтажник в цене был.

Он поддакнул.

- Дед знаешь, чем занимался до войны? – спросил мужчина и сам же ответил, - прообразом современного компьютера!

Он кивнул. Мало ли кто еще мог заниматься чем-то подобным.

- Не веришь? Еще с двумя коллегами после работы оставался, даже в выходные работали. Увы, так ничего и не создали.

- А почему ничего не получилось? – спросил он.

Мужчина вздохнул:

- Знаний не хватило, опыта, начальство особо не поддерживало...ну и коллектив распался…

- Это как, распался? - вырвалось у него.

- Их трое было. Дед, аспират из МГУ и монтажник, о котором я тебе уже говорил. Монтажника в армию забрали, а аспирант с начальником поругался и уволился от них…Потом начальника сменили. Новый сказал деду – или работай над чем я скажу, либо пошел вон….

«А вот это уже что-то знакомое» - подумалось ему.

- Не веришь, думаешь наши глупее Цузе и компании были? Не глупее! Организовать работу не могли! Знаешь, как начальник лаборатории величал их? БАЛДА в третьей степени! Монтажник – балда с паяльником, аспирант – балда с блокнотом, а дед старший балда.

БАА-БААХ. Неужели этот мужчина – внук Толи Короленко?! А балда с паяльником – это я!

- Анатолий Короленко, - это Ваш дед, он жив еще?

Мужчина посмотрел на него с любопытством:

- Деду в прошлом году было бы сто лет. Столько не живут. Умер двадцать лет назад. До последнего лекции читал в институте, вышел на перерыв между парами и сердце прихватило. Тебе сколько лет?

- Двадцать.

- Так откуда ты его знаешь?

- А вам дед рассказывал про вероятность встретить динозавра на другой стороне улицы?

- Точно! Была у него такая поговорка, - уже с удивлением произнес мужчина.

- Значит вы встретили динозавра…

Перед ужином он сидел в палате у друга и делился новостями:

- Везде асфальт! Брусчатки вообще нет нигде! Машин – море. А еще автобусы, троллейбусы, трамваи. Улицу просто так не перейдешь, только по переходу. Здания есть и по двенадцать, и по шестнадцать и выше этажей. Даже небоскребы видел! Люди все с мобильными телефонами ходят, чуть что – снимают все на телефон или болтают!

Друг лежал на кровати, заботливо укрытый одеялом и внимательно слушал, улыбаясь:

- А кто-то когда-то уже говорил и про улицы полные машин и про эти самые телефоны! Как девушки здесь?

- Кому что, а тебе девушки, - засмеялся он. - Разные. Видел с юбками выше колен и в брюках, в платьях мало встречалось. Прически, эх, разные, видел даже с розовыми и голубыми волосами!

- Ничего, тихоня, освоимся.

- Ты-то сам как? Ирина Михайловна сказала, слаб еще пока.

- Голова болит, слабость. Врач сказал это постепенно пройдет. Что еще нового?

- Я тут пару компьютеров отремонтировал. Завтра еще один привезут. Местный как его, администратор, оказывается, внук моего коллеги! Он мне одежду принес и карту с фотографией сделал. Иногда могу в город сбегать! Дал мне свой старый мобильный телефон, вот глянь. Без этих штук здесь уже никто не ходит.

- Здорово! А как здесь в метро зайти, билеты нужны, контроллеры стоят и проверяют?

- Ты что, какие контроллеры! Он достал из кармана небольшую карточку синего цвета, - Вот, смотри эту карту надо прислонить к кружку, дверь открывается и проходишь.

- А если карты нет? – ухмыльнулся друг.

- Не знаю, не пробовал. Можно что-нибудь придумать, но зачем?

- Что у тебя в сумке? - поинтересовался друг.

Он достал из сумки большой темный прямоугольный предмет, положил на стол и поднял крышку. Под крышкой были кнопки с буквами и цифрами.

- Для чего эта штуковина? – с некоторым страхом спросил друг.

- Эта штука называется НОУТБУК. Это КОМПЬЮТЕР, только компактный, который можно спокойно переносить с места на место. Анатолий дал мне его, чтобы я мог заниматься. Потом ты поправишься и будем вместе учиться.

- Я как представлю сколько придется учить, паниковать начинаю. Ведь мы даже и помыслить не могли об этих компьютерах, да и не только о них. Спасибо тебе хоть мобильные телефоны мне не в новинку.

- Умение работать с компьютером здесь так же, как и грамотность. Но ты не дрейф, прорвемся! Я тебе помогу, если что. Вот смотри, - и он нажал одну из кнопок.

Крышка засветилась, через полминуты раздался звук и экран окрасился в сине-голубой цвет.

- Ух ты, вот это вещь! - с восхищением произнес друг.

- Это называется рабочий стол, а картинки на нем называются хе-хе иконки.

- Что? Поповки?

- Сам ты «поповки», иконки - название такое. Вот смотри, я навожу такую штуку как курсор на иконку, жму кнопку.

Но навести сразу курсор на «иконку» не получилось. Помыкавшись, он - таки смог и навести курсор. «Эх, нужно еще потренироваться с курсором сегодня перед отбоем», подумал он и нажал кнопку…

Другу он не рассказал только об одном: на выходе его подловил уже знакомый ему Константин и понимая, куда он направляется, предложил показать город. Он согласился. И правильно сделал: несколько раз он не знал дорогу, и Константин его здорово выручил.

Потом Ирина Михайловна принесла ужин, померила давление. Очень удивилась, увидев на кровати ноутбук и книжку «Виндоуз для начинающих».

Но похвалила: «Ты молодец, Короленко тобой очень доволен» До отбоя он тренировался двигать курсор по экрану, нажимать иконки, потом выходить из меню, из программ…В 22:00 он выключил ноутбук лег на кровать и почти сразу уснул.

Глава 14

Во вторник Стас специально отпросился с работы, чтобы приехать домой пораньше, но новоиспеченный родственник уже ждал его у подъезда. И не один. А в компании с …Виктором Зверевым. Академик был в костюме, с галстуком, весь такой важный. А Миша наоборот тихий и молчаливый, одетый в старые джинсы, такую же старую стиранную майку, на ногах потертые кроссовки. За спиной большой рюкзак.

- Вить, а может ты тоже наш родственник? Тут какой-то сериал мексиканский начинается.

- Все может быть, – отшутился Академик.

Хотя чего тут удивительного? Зверев был единственный из реконструкторской братии, с кем общалась мама: интеллигентная семья, сам интеллигент, относительно малопьющий, без пяти минут кандидат наук. А еще Стас подозревал, что мама просила Виктора Сергеевича присмотреть за ее единственным сыном во время этих игрищ. Мало ли чем могут заниматься взрослые мужики, одни, да еще в лесу…

Наверное, в старые времена так и приезжал бедный родственник из деревни в город, чтобы устроиться на работу, к более удачливому односельчанину, успевшему уже пустить корни в городской среде…

***

Дореволюционная московская действительность. Деревянные дома, мощенная булыжником улица, сменяется грязью и лужами. Где-то вдалеке слышится гул проходящего трамвая. На крыльцо своего небольшого двухэтажного домишки выходит купец Станислав Алексеевич Сидоров, одетый в новый костюм аглицкого сукна.

Около крыльца стоят с котомками двое: мужчина в очках, с бородкой, в старом кителе и картузе и молодой коротко стриженный парень лет 20 в косоворотке и старых брюках. Это: деревенский школьный учитель Виктор Сергеевич Зверев и Мишка Субботин, его дальний родственник. Стоят и молчат, ждут, когда купец с ними заговорит.

- Добрый день, гости дорогие! С чем пожаловали в стольный град? – наконец вопросил Сидоров

- Добрый день, Станислав Свет Алексеевич – поприветствовал хозяина Зверев, снимая картуз.

И продолжил:

- Привез родственника своего в Москву. Ты уж помоги Станислав Алексеевич, пристрой к делу, научи уму-разуму. А за мной не станет, отблагодарю чем смогу.

- И тебе не хворать, любезный Виктор Сергеевич – отвечает Станислав Алексеевич, внимательно осматривая молодого человека, стоящего рядом с ним. Затем спросил:

- В каких ремеслах юноша успеха достиг?

Молодой человек смутился. Учитель же ответил за него, – во многих, ты не сомневайся Станислав Алексеевич.

***

- Стас, ты чего молчишь, оглох что ли? – вернул Станислава свет Алексеевича к действительности окрик Виктора.

- Миш, проходи, чувствуй себя как дома!

Сидоров поспешил в комнату, открыл шкаф. Затем помог Мише выложить на полки вещи из рюкзака. Таковых оказалось немного: джинсы, тренировочные, несколько пар трусов, носок, маек и рубашек, старая, выцветшая штормовка, пара полотенец.

Еще у Субботина оказались книги. Ничего интересного, учебники, видимо хочет куда-то поступать - подумал Стас, - и повел Мишу на кухню, где уже успел расположиться Виктор.

- Стас, у тебя пиво холодное есть? поинтересовался Зверев. Он явно был в хорошем настроении.

- Нет, Юлька пить не разрешает, – ответил Стас. Давно он не видел Академика таким наглым. Наверное года два. Тогда Виктор Сергеевич получил премию за лучшую научную работу. И пригласил клуб в ресторан отпраздновать успех.

- А что есть выпить? - продолжил ненасытный Зверев.

- Вот сок апельсиновый, – и Сидоров достал из холодильника открытую пачку.

- Ну давай его хлебнем! – Виктор взял кружку, на которой было написано желтыми латинскими буквами «Bodrum».

- Это Юлькина! Не бери! – завопил Стас и, схватив чашку, одной рукой, другой протянул Виктору граненый стакан. Субботину же досталась старая чашка, с отбитой ручкой. Это была чашка белого цвета с синим рисунком шахматной фигуры на боку. По семейным приданиям, родители Стаса умыкнули ее на турбазе, где проводили медовый месяц. С тех пор минуло целых 30 лет.

***

- Угощайтесь гости дорогие, – и Станислав Свет Алексеевич подвинул к односельчанам тарелку с пирогами. - Сама Ульяна Евгеньевна пекла!

- Спасибо, - ответствовал Виктор Сергеевич, встал и поклонился хозяину, потом взял с тарелки самый ближний пирожок. Миша тоже встал с лавки, трижды поклонился хозяину и взял самый маленький пирожок.

- Вы ешьте, ешьте пирожки. Правда, пару дней лежат. - И приказчик взял самый большой пирожок и положил себе в рот. Раздался слабый хруст. Пирожок был уже черствый, но пока зубы справлялись.

***

- Стас, а пожевать у тебя есть что-нибудь – спросил Витек, попивая сок из стакана, - а то мы с Мишей почти с утра не евши, полдня в бегах.

Сидоров открыл холодильник, достал из него батон вареной колбасы, положил на доску и отрезав большой ломоть, протянул Звереву. Виктор взял ломтик колбасы и протянул Мише со словами:

– Попробуй, мясо-то там осталось?

Субботин взял кусочек и осторожно откусил, как будто боялся, что колбаса отравлена. Потом еще откусил и, положив остаток ломтика на тарелку, произнес:

- Мясом и не пахнет, в колбасе его нет, там что-то другое.

- Ну не хотите, тогда я съем! – и Стас ловко положил ломоть колбасы на кусок черного хлеба и отправил себе в рот.

Пока Сидоров жевал бутерброд, прошло около минуты. За это время Витек и Миша молча пили сок и смотрели на Стаса. А он, как только прожевал колбасу, решил расспросить друзей, что же случилось десять дней назад на выездной сессии клуба:

- Так что стряслось на поляне, разбойника поймали?

- Какой такой поляне? – невозмутимо ответил Зверев.

- Виктор, хватит в дурочку играть, копали небось, да? – усмехнулся Стас.

- А чего копать-то? Я по этим делишкам не спец, сам знаешь, кого спрашивать надо.

- Мы всю банду накрыли, – вступил в разговор Субботин, хлебнув соку – Там консервы, мануфактура, спирт. И добавил:

- Стас, а у тебя кваса нет?

Виктор почему-то закрыл лицо руками и трясся мелкой дрожью от хохота.

- А куда вы банду дели? – только и смог спросил Сидоров

- Как куда? Сдали в милицию. Теперь нам премию должны выписать, правда Виктор Сергеевич? – продолжил Миша.

- Конечно! Вот думаю, что купить на премию? Может путевку в Турцию?

- Я себе планшет куплю, – мечтательно произнес Миша.

- Может лучше ноутбук? – вставил Виктор

- На ноутбук премии не хватит, – возразил Субботин, - тогда надо было по лесу подольше погулять, еще бы еще одну банду изловили.

- Мы с тобой, Мишаня, продешевили, тушенку можно было и подороже продать, - хохотал Витек.

- Не хотите рассказывать – не надо, – обиженно произнес Стас. До него дошло, что друзья не собираются рассказывать правду. А может и не имеют на это право.

***

- Пора гости дорогие и честь знать, – вальяжно заметил Станислав Алексеевич, вставая из-за стола. - Пойдем, покажу тебе, Михайло, твой угол.

Они пошли в небольшую пристройку, где стояла только деревянная лавка.

- Вот тут твое место будет – строго сказал приказчик

- Спасибо, Станислав Алексеевич, – Михайло поклонился в пояc, задев своею стриженной головой пузо приказчика.

- Благодарствую, благодарствую, никогда Вашу милость не забуду, – все лепетал учитель, постепенно вытесняемый Станиславом Алексеевичем за калитку.

- Ты уж того, торопись, Виктор, а то на последний поезд не успеешь, – пробасил хозяин. – Ночевать-то у меня негде!

***

В 7 утра привычно зазвонил будильник, настойчиво призывая Сидорова начать утренние процедуры. К своему удивлению он застал Мишу уже одетым, успевшим умыться, почистить зубы и готовящим завтрак.

- Стас, яйца будешь? – тоном освоившегося человека спросил Субботин.

- Две штуки вкрутую.

- А где инструкция на микроволновую печь?

- Инструкция? – удивился Стас, - под печью глянь, наверное, там. Сам он никогда инструкциями не пользовался, все и так понятно.

Пока Стас чистил зубы и брился, завтрак был готов.

Гроза разразилась, как и предполагал Сидоров, к вечеру. Позвонила Юля – хотела поинтересоваться, готова ли квартира к ее переезду. Узнав, что место занято новым жильцом на два месяца, в гневе бросила трубку.

Приехав домой, Стас застал на кухне Субботина, читающего книжку про компьютеры, а ужин в микроволновке. «Пронесло, Юлька не приедет», – подумал Стас. Но оказалось, что он был неправ. Они с Мишей поужинали, стали заниматься каждым своим делом: Сидоров на кухне смотреть чемпионат Англии по футболу, а Субботин в комнату закреплять на ноутбуке Стаса навыки работы на компьютере.

Юля не вошла, а влетела в квартиру и наткнулась на Мишу, вышедшего с книгой из комнаты в прихожую. Субботин решил сменить тему и почитать книжку о Третьяковской галерее.

- Ты кто? – строго спросила Юля

Миша не знал, что ответить. Он затравленно смотрел на грозную девушку, прижимая к себе книгу.

- Ты откуда взялся, оборванец? – продолжала допрос Юля

Субботин покосился на Стаса.

- Юля, это Миша Субботин, мой родственник. Он два месяца поживет у меня, а потом съедет, – Сидоров заступился за товарища.

- Чей родственник? Ты гад Сидоров!!! – рассвирепела Юля. И почему-то стала вырывать книжку из рук Субботина. Но тот держал ее крепко.

- Это же библиотечная книга! Вы что делаете? – возмутился Михаил.

- Юля, ты хочешь порвать книжку о культурных ценностях! – Стас перешел в контратаку. Девушка отпустила книгу. Но было видно, что она вне себя.

- Ты хоть раз в Третьяковке был, оборванец!? – обратилась она к Субботину.

Миша промолчал. Из Ивановской глубинки часто в Третьяковку не наездишься, – подумал Стас. И вдруг ему в голову пришла спасительная идея:

- А давайте в эти выходные сходим в Третьяковку?

- Согласен, – кивнул Субботин.

Юля молчала. Наконец выдавила из себя:

– Хорошо, пойдем. Только пусть этот оборванец оденется прилично.

- Хватит ругаться, нас ждет в эти выходные прекрасная культурная программа! – подвел итог дискуссии Стас.

Поздно вечером Сидоров спросил у Миши:

- А ты в Третьяковке бывал?

- Два раза – был ответ.

- В школе?

- Первый раз в школе, другой раз - когда работал.

- Вот даже как! – удивился Стас, а я единожды в школе.

Глава 15

На следующее утро Стас поставил будильник на 6:30, надеясь опередить Мишу и приготовить завтрак. Однако приятель уже мылся в душе.

- Я немного утром побегал, – замялся Субботин.

- В нашем районе? – удивился Стас.

- По улице и еще по небольшому скверу, – ответил костромской родственник.

- Собаки не пытались догнать?

- Сегодня нет, а вчера собачонка маленькая лаяла вслед. Если не боишься, давай завтра вместе побежим.

До выходных ничего серьезного не случилось. Вставали в 6 утра, делали зарядку на площадке в сквере, потом бежали домой завтракать и каждый ехал на работу. Сидоров в свой офис, а Субботин работал то ли охранником, то ли электриком. По вечерам Стас как правило смотрел футбол на кухне. Миша иногда присоединялся к нему. Но чаще копался со своим ноутбуком. Ноут у родственника был древний, прямоугольный, черного цвета, сам экран уже неяркий и не такой большой. Толи дело у Сидорова серебристый красавец, изящные формы, большой экран.

Книжек набрал Мишка где-то всяких умных - учебники, часть из них по компьютерам. Еще какие-то таблетки принимает – сказал, витамины, врачи прописали.

Пару раз ездили играть в футбол. Оказалось, Субботин неплохо играет, особенно на большом поле, но Миша был недоволен: «Я год почти не играл, на соревнованиях травму получил, восстанавливаться надо».

- А что за травма?

- Один парень играл в ботинках и прямо ногой ударил меня. Валялся потом на бровке.

- Что потом случилось с этим парнем?

- Извинился и пошел играть. Он же не нарочно.

- А почему в ботинках играл, а не в бутсах?

- Сам подумай, - засмеялся Субботин.

В пятницу Миша, придя с работы, принес несколько больших пакетов и стал их разбирать в комнате. Содержимым оказалась одежда – джинсы, майка, рубашка, куртка. И темные очки. Наверняка слово «оборванец» сильно задело парня. Небось тысяч десять за все выложил, а то и больше. Интересно, откуда деньги?

- Склад какой ограбил, что ли? – полушутя полюбопытствовал Стас.

- Да нет, просто премию дали.

"Что за премия такая? - подумал Сидоров. – Неужели дали за поимку бандитов?"

Решили в Третьяковку идти в воскресенье. Погода была почти осенняя, несмотря на середину августа, накрапывал дождик.

Юля была удивлена новым имиджем Субботина, но виду не подала.

В музее в основном говорила Юля, Стас молчал – он неважно разбирался в живописи. Михаил только пару вопросов задал Юле. После посещения Третьяковки решили прогуляться по окрестностям, а когда проснулся аппетит, присели перекусить в одном из многочисленных кафе.

- Ничего себе цены! – возмутилась Юля, пробежав глазами по меню.

- Место бойкое, все хотят кушать, – примирительно заметил Стас.

- Зачем драть втридорога?! – не унималась Юля.

- Давайте пойдем в другое кафе! – предложил Сидоров.

- Там то же самое будет!

Пока они спорили, Субботин подозвал официантку и заказал морс с пирогами на всех. Пришлось Стасу с Юлей закончить дискуссию и присоединиться к трапезе.

Но Юля все еще кипела от возмущения:

- Если бы эти деньги шли, скажем, на реставрацию исторической застройки! А идут в карман олигархам! Сносят исторические здания, а что взамен построили? Деревьев сколько вырубили!

- Юль, в Москве столько машин, что деревья от их выхлопов чахнут и гибнут, – возразил Стас.

- Помолчи лучше, защитник точечного беспредела! – вспылила Юля. - Я говорю об исторической застройке многих районов! Могли бы сохранить хоть один маленький и зеленый квартал!

- А ты разве помнишь старые дома? – спросил Субботин, справедливо намекая, что уже к моменту рождения девушки от исторической застройки ничего не осталось.

- Юля, а у тебя в родном городе историческая застройка была? – добавил Сидоров. - Сама же говорила, что последние бараки у вас снесли несколько лет назад. Чем не историческая застройка?

Такой вопрос Юле очень не понравился.

- Причем тут бараки? – начала она, - Стас, не передергивай! Люди жили в деревянных или каменных малоэтажных домах, вокруг была зелень, было приятно просыпаться утром, под окном палисадник, в котором растут красивые цветы.

- А запах какой там был! – как-то загадочно произнес Миша. - Ни с чем ни спутаешь! У нас печка была, красивая такая, с изразцами. Ее дровами топили. Зимой дважды в день топить надо. Утром поленился растопить, вечером приходишь - колотун в комнате! В валенках иногда спали. И хорошо, если в доме был туалет – один на весь дом - и кран на кухне. Были дома вообще без воды – брали ее в колонках на улице, в туалет во двор бегали.

Никто не прервал Субботина, наоборот, Юля внимательно слушала, Стас тоже.

- У нас во дворе георгины цвели. Целая клумба была. За ними следили моя мама и соседка. И садик небольшой был с яблонями.

- А где сейчас твоя мама? – осторожно спросила Юля.

- Ее давно нет в живых. Да и все это было считай в прошлой жизни, – с грустью ответил Субботин.

Стасу показалось, что его родственник слишком расстроился от своих воспоминаний и постарался тут же перевести разговор на другую тему, а потом предложил сходить на концерт классической музыки. Юля была довольна: "Сидоров, ты безусловно встал на светлую сторону".

Когда Стас подвозил Юлю до ее квартиры, девушка вдруг спросила:

- А ты давно этого Мишу знаешь?

- Примерно две недели, – честно ответил Сидоров. И добавил, чтобы успокоить девушку: – Это наш родственник из Ивановской области. Он, можно сказать, в деревне жил.

Глава 16

В понедельник на город обрушился ливень. На автомобиле Стаса сгорел генератор. К тому же аккумулятор продолжал дышать на ладан. Поставив машину во дворе, Сидоров в раздумьях поднялся к себе. Без машины ему сейчас сложно, работает-то на другом конце города. Нужно покупать новые генератор и аккумулятор. А зарплата будет в лучшем случае только через неделю.

Видимо Стас был настолько озадачен, что даже уткнувшийся в ноутбук Миша спросил:

– Что случилось?

- В машине генератор сгорел. Аккумулятор менять надо. Деньги нужны.

- У тебя нет денег? – удивленно спросил Субботин.

"Эх, провинция, считаешь, у москвичей бездонные кошельки?" - подумал Стас. А вслух сказал:

- Зарплата через неделю. А генератор если покупать «на развале» - тысячи три, а еще аккумулятор - тысячи четыре, не меньше. Итого минимум семь тысяч, а у меня всего половина есть, – грустно подвел итог Стас.

Миша посмотрел на него, потом подошел к шкафу, где держал свои вещи, покопался, достал красно-оранжевую бумажку и протянул Сидорову:

- Возьми.

Стас слегка оторопел. Он взял деньги и минуту молчал. Потом дар речи вернулся к нему и он пролепетал:

- Как зарплату получу, все отдам.

- Стас, как будут деньги, вернешь. Мне не к спеху.

Сидоров хотел спросить, откуда у его друга такие деньги. Но не стал, понял, что получит в ответ байку про немецкие сапоги или нечто подобное.

- Не боись, прорвемся, - успокоил его костромской родственник. - На макаронах протяну, не впервой.

"Где же это Миша питался одними макаронами?" – подумал Стас. Может, в детдоме или в… тюрьме?

Во вторник после работы они поехали к знакомому на автомобильный развал. Субботин напросился помочь, Стас не возражал – тащить одному тяжелый аккумулятор не хотелось.

Развал находился в гаражном автосервисе на восточной окраине Москвы, возле линии железной дороги. В железном боксе за стойкой их ждал невысокий темноволосый субъект в грязной робе, активно переписывающийся с кем-то по смартфону.

- Привет, Стас, – поприветствовал его субъект.

- Совсем покупателей нет, Ашот? – поинтересовался Сидоров.

- Не сезон пока. Когда холода начнутся, народ и потянется.

Субботин между тем сиротливо стоял у двери, разглядывая расклеенные на стенах старые календари с рекламой автомобилей.

- А это кто с тобой? – настороженно спросил субъект и вдруг радостно закричал: – Мишка, неужели ты?!

- Привет, Ашот! – радостно отозвался Субботин и быстро подскочив к прилавку крепко пожал руку продавцу.

- А вы знакомы? – удивился Стас.

- На реконструкции познакомились, – ответил Ашот.- Товарищ проявил революционную солидарность и, как подобает бойцу Красной Армии, помог трудящимся в момент нападения империалистических хищников.

Миша почему-то покраснел и пролепетал:

- Да, ладно, просто отогнал от вас того мужика.

- Кого? – спросил Стас.

- Да Иваныча вашего, тот скандал учинил. Сам пригласил, а потом вы не нужны, типа валите отсюда, – пояснил Ашот.

- А зачем пригласил? – поинтересовался Сидоров.

- Да он корешей каких-то своих разыграть хотел. Вначале нас пригласил, а потом передумал.

- Иваныч, конечно, еще тот жук. Но вот зачем вы всю ночь пьяные на мотоцикле катались, а еще революционные матросы! – съязвил Сидоров.

- Мы были пьяные? – воскликнул Ашот, - Разве от нас несло? И не все ночь, а час не более, потом мотоцикл сломался.

- От ваших винных паров небось и сломался, – ухмыльнулся Стас.

- Пошли, дорогой, покажу твой генератор, – запел Ашот, будто приглашая в пещеру Али-Бабы. Они уединились в подсобке, оставив Субботина одного в ангаре. Но похоже Миша и не обиделся, а продолжил коротать время изучением календарей и постеров.

Минут десять Стас выбирал генератор и торговался с Ашотом. Наконец вылез из подсобки с добычей. Потом Миша помог ему дотащить аккумулятор до двери. В этот момент Ашот вдруг спросил:

- Миш, а что вы на следующий день делали в поселке? Толян говорит, вас видел.

- Кого - вас? – спросил Сидоров и добавил: – И я там тоже был?

- Стас, тебя не было. Миша, еще один в очках, - забыл как зовут, - еще рекон, незнакомый, в красноармейской форме, потом мужики тоже незнакомые, в штатском - не понятно, реконы или нет.

- Да и я не всех знаю, - сухо ответил Субботин, явно не желая больше говорить на эту тему.

Поздно вечером, когда они приехали из автосервиса и ложились спать, Стас все-таки спросил Мишу:

- Что за члены клубов были, я их знаю?

- Некоторых знаешь, большинство нет, – отозвался Субботин, видно было, что ему не очень хочется говорить на эту тему.

- Помнишь парня, которого ты хотел идти его искать? – продолжил расспрос Сидоров.

- Помню. Его нашли, – зевнул Миша и продолжил: - Я понимаю, тебе интересно знать, что же там произошло. Практически ничего серьезного не случилось.

- Миш, - это парень явно не от мира сего, даже не из этого мира! – почти закричал Стас, - Еще мужик-поисковик историю рассказал, как за пару часов до этого в лесу с бойцом Красной Армии столкнулся.

- Это я был, - виновато улыбнулся Субботин.

- Парень, которого я накормил, его еще полиция искала, он кто, откуда?

- А кем он может быть?

- Он явно не из нашего времени!

- Стас, мы сами не знаем откуда он. У него …у него частичная потеря памяти, понимаешь? Я очень тебя прошу, никому не говори о нем, ладно? - взмолился Миша.

- Конечно, какие проблемы, я буду нем как могила – дал торжественную клятву Сидоров.

Хорошо. А сейчас давай спать, мне завтра в шесть утра вставать, а ты еще час будешь дрыхнуть! – подвел итог беседы Миша.

«Интересный поворот получается, - размышлял Стас, - Миша и Виктор Сергеевич в органах работают? Этого они парня нашли. А куда исчез политрук? Надо как-нибудь Мишку расспросить обо всем…»

Несколько дней пролетело. С Юлей они сходили на концерт. Стас обещал, что Субботин через месяц - максимум два съедет. Не гнать же парня на улицу. Девушка ничего не ответила.

В пятницу день не заладился. С утра на совещании директор наорал на всех, обозвал дармоедами и пообещал сократить всем зарплаты, а особо «отличившихся» уволить. Когда Стас приходил в себя после пережитого стресса, неожиданно раздался телефонный звонок. Поначалу Сидоров решил, что звонит кто-то из клиентов. Но звонивший, точнее звонившая представилась Яной и попросила о встрече.

Договорились встретиться после работы в небольшом кафе недалеко от Садового кольца. Весь остаток рабочего дня Сидоров пытался угадать, что нужно от него пассии Олега. Ради встречи пришлось отказался от распития пива с Артеменко. Соврал, дескать работы много, не получится. Серега, правда, надулся. Небось думает, что с Юлей куда-нибудь идем.

Яну он узнал сразу, девушка опоздала всего на пять минут. В руках у нее была небольшая сумочка и оранжевый зонт, с которого капала вода. Он заказал себе пива, а девушка чай с десертом. Они так бы сидели и смотрели друг на друга, пока девушка не начала диалог:

- Станислав, извините, что обращаюсь к Вам. Но дело действительно важное и ваша помощь необходима.

«Какая такая помощь?» - подумал Стас и внимательно посмотрел на Яну.

- Мне Ваш телефон дал Юрий Андреевич, – начала девушка. - Через страницу в соцсети писать не решилась.

- Яна! – возмутился Сидоров, - хватит выкать. Мне двадцать семь лет, в отцы не гожусь. И кто такой Юрий Андреевич?

- Ты же ему визитку дал!

Стас сразу все вспомнил. Это же тот детектив, который остановил его возле дома!

- Вы подумали, что я любовница Фигурнова? – с вызовом произнесла девушка.

Сидоров ничего не ответил, но почувствовал, что краснеет.

Яна засмеялась.

- Стас, это же моральный урод!

- Откуда вы это знаете? – спросил смутившийся Сидоров.

- А ты откуда?

- В школе вместе учились

- Несколько лет назад мы в Турции отдыхали: я со своим молодым человеком была, а он с Леной, своей женой, надеюсь, уже бывшей – последнюю фразу Яна произнесла как-то особенно зло. И продолжила: наши номера на одном этаже были.

- А как место называлось?

- Ичмилер, - произнесла девушка.

- Знаю, - радостно ответил Стас, - мы рядом отдыхали в отеле «Паша-бич». А в Ичмилер просто гулять ходили. А про себя вспомнил, как утомила его песня «Арам Зам Зам», звучащая весь вечер на тамошней дискотеке и разносившаяся на всю набережную.

- Здорово! – Сидорову показалось, что Яна впервые посмотрела на него с уважением, - я с Ленкой подружилась. А через пару месяцев она меня к себе в агентство работать пригласила.

- В агентство? – удивился Стас.

- У нее свое небольшой турагентство. Было. Пока эта гадина не украла, – зло проговорила девушка.

- Эта Лена меня всего на год моложе, откуда у нее своя турфирма? – продолжил удивляться Сидоров.

- Папа ей подарил. На окончание института, – ответила Яна.

- Мне бы такого папу.

- Кто мешает, попросите усыновить, – усмехнулась девушка.

- Мой папа погиб, – ответил Стас

Яна смутилась, – извините, не хотела обидеть.

- И у него был бизнес, не очень большой, но мог перейти мне. А его партнер после гибели папы обокрал нас.

- Твоего папу убили?! – с ужасом воскликнула девушка. «Хорошо, что за соседними столиками никого нет», – подумал Сидоров и ответил:

- Нет, он с охоты ехал с другом, попали в ДТП, разбились… - ему вдруг захотелось выговориться. – В итоге фирма досталась одному редкостному козлу. Эта сволочь вначале обещала помочь и даже помогла: оплатил мне учебу в гимназии, и на первых курсах института. А потом, во время кризиса, закрыл фирму и отвалил в Испанию с нашими деньгами.

- Грустная история, – с сочувствием произнесла Яна.

- А долги фирмы навесил на нас. Пришлось продать квартиру на Ленинском и переехать, - Сидоров грустно вздохнул.

- Мы немного отвлеклись, – девушка поспешила переменить тему. - Юрий Андреевич Вам ведь показывал фото?

- Да, такая эффектная рыжая девушка, но я ее ни разу не видел, тем более в обществе Фигурнова, - в наглую соврал Стас, еще подумав про себя «дела моей сестры меня не касаются. Совсем».

- Раньше я с ней была дружна.

- Вот как…а почему ну это…поругались? – спросил Сидоров.

- Какой любопытный, – Яна засмеялась, – все тебе расскажи и покажи. - И добавила уже примирительно:

- Мы с ней дружили. Кое-кого из ее родных знала.

Интересно, а кого из родных девушка имеет ввиду? Наверняка со стороны новой жены деда. С этими людьми ему не по дороге.

Последовавшую паузу прервала официантка, принесшая заказ.

Яна поддела ложечкой десерт и продолжила:

- Я у Лены в фирме полгода работала, а потом на свою голову подругу попросила к нам устроить.

- Что же так? – с интересом спросил Стас. На его памяти бывали подобные случаи: приводишь знакомого на работу, помогаешь, а в результате он подсиживает тебя.

- Она позвонила, говорит все так ужасно, с мужем развелась, с матерью поругалась, помоги.. У нас как раз вакансия была, пристроила к нам. Девушка с грустью посмотрела на Сидорова. Стас кивнул в ответ: мол плавали, знаем.

- Этот урод, Фигурнов, стащил деньги из нашего сейфа, аванс за путевку одного клиента и объявил, что дескать, я их потеряла, – возмущенно произнесла Яна. – И мне пришлось уволиться. Фигурнов, гад, так расшаркивался, извините, Яна, я знаю, что вы невиновны, но деньги пропали и т.п.

- А откуда ты узнала, что тебя именно он подставил? – поинтересовался Стас

- Главбух потом рассказала. Ее тоже подставили, чтобы уволить.

- А зачем вас было подставлять?

- Стас, тебе сколько лет? – возмутилась Яна. - Меня, чтобы я о шашнях этого урода не рассказала, а Нельку, главбуха, чтобы можно было поставить своего бухгалтера и без проблем деньги из фирмы выводить.

- И вывел?

- Да! - усмехнулась девушка. - Была хорошая фирма, «Океан» называлась, а потом превратилась в «кидалово» для туристов и закрылась. А денежки пошли этому козлу, – со злостью договорила Яна.

- А жена его, Лена что сделала? – удивился Сидоров.

- Ничего. Она в бизнесе плохо разбирается. Надо было этого козла сразу гнать, – злобно продолжила Яна.

- Так что от меня-то нужно – спросил Сидоров.

- Только одна просьба: когда Вы увидите их вместе, дайте знать Юрию Андреевичу.

- И все?

- И все, – ответила девушка. - Я вас очень прошу!

«А детектив не очень тебе доверяет, раз потом со мной встречался и выспрашивал кто был на рыбалке», – подумал Стас и поинтересовался:

- А чем это поможет? Я, кстати, юрист по образованию.

- Мы сможем их накрыть вместе и тогда при разводе ему больше ничего не достанется.

- Кроме того, что он уже успел украсть?

- Ага, – улыбнулась девушка и спросила: ты в каком юридическом учился?

Стас назвал свой вуз.

- Мы значит с тобой значит однокурсники, – Яна заметно повеселела.

- Помнишь, еще тогда, на поляне, ты спрашивала, не слышал ли мы ночью что-нибудь странного? – осторожно поинтересовался Сидоров.

- Помню-помню, - улыбнулась девушка, - это я пошутила, вы такие серьезные там были, друзей своих искали. В итоге нашли?

- Нашли, - ответил Стас.

- А там что-то загадочное произошло? – спросила Яна.

- Да ничего особенно, - неуверенно произнес Сидоров.

Но девушка сразу почувствовала – от нее что-то скрывают:

- Обожаю тайны Станислав! Давайте, рассказывайте!

Но продолжить разговор им не удалось. Лежавший без движения на столе смартфон девушки вдруг стал издавать восточные напевы. Яна схватила смартфон и поздоровалась со звонившим:

- Уже подъезжаешь? Я выхожу!

И обращаясь к Сидорову подвела итог встречи:

- Надеюсь на твою помощь.

Затем вынула из сумочки купюру в 500 рублей и положив на столик, встала со стула.

Внезапно Стасу на ум пришла одна мысль, и он решил не упускать момент:

- Яна, а твоя фамилия случайно не Ковалевская?

Девушка улыбнулась:

- Ковалевская? Моя фамилия самая обычная - Епифанова!

Потом сделав несколько шагов по направлению к дверям, она остановилась, обернулась и с не покидавшей ее лица улыбкой выговорила:

- Ковалевский - фамилия моего дедушки.

На выходные они с Юлей поехали в Подмосковье к ее родителям. Сидоров не выдержал и рассказал девушке о разговоре с Яной и предложении помочь поймать гада Фигурнова с поличным. Юля была не очень довольна:

- Стасик, ты зря связался с этим делом. Дружок твой сволочь, каких поискать надо, но эти - детектив, семейка жены – думаешь они намного лучше? Откуда деньги на покупку турфирмы? А как называлась фирма, «Океан»? У меня подруга с мужем в Турцию у них путевку купили. Обманули, другой отель подсунули.

Глава 17

Он совсем не узнал родные места. Столько лет прошло, все так изменилось: на месте 1-2 этажных деревянных домиков громадины многоэтажных бетонных коробок, местами разбавленные кирпичными домами. На месте зеленых палисадов – сплошной асфальт и редкие чахлые деревья. Свободного места во дворах мало, все заставлено машинами. Остановился, решил хоть немного постоять, предаться воспоминаниям. Неожиданно прозвучал гудок: оказалось он перекрыл проезд большому белому авто. И хотя вежливо отошел в сторону, сидевшая за рулем блондинка, приоткрыв окно, прокричала в его адрес несколько оскорбительных слов.

Стало как-то совсем грустно и чтобы развеяться, он решил немного пройтись. Сначала зашел в парк, прошел по аллеям, полным праздно шатающейся публики. И понял, что и парк сильно изменился: все в асфальте, другие аттракционы, другие павильоны. Даже деревья растут теперь другие.

Между тем небо нахмурилось и, напоминая о наступлении второй половины августа, пошел мелкий дождик. Спасаясь от дождя, укрылся в павильоне. Купил стакан чая - пакетик в пластмассовом стаканчике - и булку с изюмом. Продавщица косо посмотрела на него: вроде неплохо одет, а покупает как бедный студент.

Однако посидеть в одиночестве ему не дали, павильон быстро наполнился спасающимися от дождя людьми. И напротив него расположилась шумная компания: два парня, две девушки.

- Вы не знаете, как пройти к павильону «Море на двоих»? – спросила одна из девушек.

- Извините, я не здешний, – ответил он, допил чай, встал и спросил:

– А зачем Вам море, если есть дождь?

Компания прыснула от смеха. А он вышел из павильона, натянул капюшон и отправился было к метро. Но ехать никуда не хотелось, что-то заставляло его бесцельно бродить по переулкам мимо серых коробок жилых домов, магазинов с разноцветной рекламой, автомобильных парковок и гаражей. Наконец он остановился в небольшом переулке, напротив маленького магазинчика. Вода лилась на лицо, а он продолжал стоять, погруженный в свои мысли.

- Мужчччина, что вы здесь стоите? – прошипел женский голос.

Он обернулся. Перед ним стояла худощавая женщина лет 60 с зонтиком в одной руке и пакетами в другой. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего. Наверное, сейчас добавит: «Вот понаехали, даже пройти негде!».

- Мои родственники жили здесь до войны. Я разбирал дома старые книги и случайно нашел фотографии, снятые примерно тогда на этом месте.

- Извините! – голос женщины стал мягче. Я не хотела вас обидеть. Я еще застала эти деревянные дома. А вот там, за нынешнем магазином, была спортивная площадка. Моя соседка показывала фотографии. Почти все, кто запечатлен на фото, погибли на войне, в том числе и ее сын. Когда я прохожу мимо этого места, я вспоминаю их…

Он почувствовал, как комок подступает к горлу, а глаза влажнеют:

- Ваша соседка жива?

- Она давно умерла, – ответила женщина.

- Может вы помните ее фамилию?

- Не помню, столько лет прошло.

- А в каком вы доме жили тогда? – поинтересовался он.

- Да я и сейчас там живу, – и женщина указала на многоэтажный дом, стоявший недалеко, - говорят его перед войной построили, но моя семья позже переехала сюда.

- Добрый день, Наталья Алексеевна! – раздался звонкий женский голос, показавшийся знакомым. Он обернулся. Перед ними стояла невысокая девушка в красной куртке, русыми до плеч волосами и цветным зонтом.

- Ой, – изумилась девушка. И вы здесь?

- А ты знаешь этого молодого человека? – удивилась Наталья Алексеевна.

- Немного знакомы, – по лицу девушки скользнула не то улыбка, не то усмешка.

- Он интересуется моей соседкой, – с некоторым подозрением произнесла женщина.

- Мои родственники жили здесь до войны. Только не в этом большом доме, а в маленьком деревянном двухэтажном где-то недалеко, стал оправдываться он.

- Мои бабушка и дедушка со многими дружили. Если бы они были живы, несомненно помогли бы вам.

- Ну ладно, я пойду, меня домашние ждут, – сказала Наталья Алексеевна и удалилась к видневшемуся недалеко дому. Лет шестьдесят назад он возвышался над округой, как исполин. А сейчас казался каким-то замухрышкой среди 12-16-этажных серых коробок.

- Знаете, - начала девушка, - я хотела бы извиниться за тот случай. И за то, что потом не извинилась.

- Бывает – ответил он, – это пустяки. А вы здесь родились и выросли?

- Не совсем, некоторое время жила и часто бываю, у меня здесь сестра с семьей живет, – пояснила она.

- Значит, и парк хорошо знаете – он пытался найти слова, чтобы…продолжить разговор.

Мое дело только предупредить, - подсказал ему внутренний голос.

- Конечно, а ты?

- Сейчас только во второй раз был.

Ну-ну - высказался внутренний голос.

- Может Вы мне покажете парк – осторожно попросил он. Внутренний голос молчал, он уже сказал, что хотел.

- Какой ты интересный! – засмеялась девушка. Не успели познакомиться и уже в парк погулять приглашаешь. А может быть ты маньяк?

Он смутился:

- Нет, мне в парке понравилось. Но я еще плохо ориентируюсь.

- Ну ладно, - по лицу девушки скользнула улыбка, - так и быть, в качестве меры обеспечения извинения пройдусь с тобой. Только чур – не более часа и если что, – тут улыбка исчезла с ее лица, – обижусь серьезно.

Дождь тем временем перестал, и выглянуло августовское солнце, уже не такое жаркое, как в июле, но все еще пока теплое. Вместо обещанного часа они гуляли целых три. Когда они вышли из парка, девушка сказала:

– Спасибо тебе за прогулку. Я даже не помню, когда по тем местам последний раз гуляла, наверное, только в детстве с дедушкой. Дедушка хорошо парк знал, с друзьями его весь исходил – зимой на лыжах и летом пешком.

- А что больше не ходишь? – спросил он.

- Времени нет. Да и хожу в основном в другие места.

Затем девушка внимательно посмотрела ему в глаза, прищурилась и сказала:

- Мне вот кажется, ты знаешь парк лучше меня. Не хуже моих бабушки и дедушки.

- Почему так считаешь? - попытался возразить он.

- Может просто женская интуиция, да и видела, как ты в парке ориентируешься, – невозмутимо ответила она. А еще я уверена, что видела тебя раньше, только вот не припомню где.

- Интересно где же ты меня успела увидеть? – он был немного заинтригован.

- Я вспомню и обязательно тебе скажу.

Глава 18

Вся следующая неделя была для Стаса сущим испытанием. На работе начальство внезапно решило перевести фирму в новый офис, расположенный около МКАДа.

Приходилось вставать рано, а домой приезжать поздно. На плите ждал ужин, заботливо приготовленный Субботиным, сам же он копался в своем ноутбуке или смотрел на нем фильм.

К счастью, в четверг переезд закончился, и Стас смог вернуться домой немного пораньше. Родственник был еще на работе. Сидоров открыл шкаф, чтобы повесить костюм и вдруг увидел внизу слева большой сверток, прислоненный к стенке шкафа. Когда Стас развернул сверток, внутри оказалась саперная лопатка. Вытащил ее. В саперных лопатках Сидоров большим докой не был, но сразу определил – лопатка времен войны и точно советская. И сохранилась хорошо. В земле точно не лежала. Потрогал лезвие – заточено. Перевернул лопатку. И тут взгляд его упал на так хорошо знакомую букву «В» сбоку стального штока. Минуту он стоял неподвижно и все смотрел на эту букву. Машинально перевернул лопатку – крови на лезвии не было. Отложил лопатку и присел на диван. Ему стало нехорошо. Тогда чью же кровь видел он на лезвии?Зачем копали – понятно: для Сереги это просто приятное времяпровождение, у Виктора Сергеевича двое детей, нужны деньги, Мише деньги тоже нужны обустроиться в столице. Постеснялся сказать, что накопал и продал. Про труп политрука Стас старался вообще не думать. Почудилось со страху видимо.

Сидоров завернул лопатку обратно в бумагу. Подошел к шкафу, открыл полку, где как он знал, лежали личные вещи Субботина. Первым на полке обнаружился лист бумаги, исписанный с обеих сторон. На одной стороне оказались названия вроде «Кавказская пленница», «С легким паром», «Иван Васильевич меняет профессию», «Кин Дза Дза», и другие. На обороте: «Жандарм», «Жандарм женится», «Замороженный», «Закон есть закон», «Форест Гамп» и т.д. «Так это отечественные фильмы и зарубежные», - догадался Стас. Зачем Мишке выписывать названия, он так и не понял.

Под листком лежала записная книжка. Сидоров взял ее в руки, раскрыл. Заполнена была лишь первая страница. На ней был список из двух десятков фамилий. Вот первая в списке некая Литовченко Анна. Кто она такая, Стас не представлял. То же касалось и остальных фамилий. Напротив некоторых фамилий располагалось четырехзначное число, наверное год: 1941,1976,1994. У большей же части вместо четырехзначного числа стоял знак вопроса. Одна из фамилий - Ковалевский Илья. Число стоит 2006. Однофамилец Яны? Или родственник? Сидоров положил книжку на место и задвинул полку. Кто могут быть эти люди? Наверное, они как-то связаны с Мишей.

Субботин ночевать не приехал, словно почувствовал что-то, позвонил, сказал что едет на пару дней в командировку и будет в пятницу поздно.

Ночью Сидоров спал плохо, ему снился кошмарный сон: он почему-то попал на выпускной экзамен по литературе в школе (хотя у них был уже пресловутый ЕГЭ), вопрос по повести Лермонтова «Герой нашего времени». Но Стас ничего не помнил из школьного курса. Кто главный герой, о чем произведение и т.п.. За экзаменационным столом сидит их учительница литературы, пожилая дама в очках и пучком волос на затылке. Сидоров хорошо помнил, с каким особым пиететом относилась она к произведениям Лермонтова. Рядом с учительницей примостилась его сестра, Алиса, в длинном красном платье, курящая сигарету и постоянно стряхивающая пепел в банку из под кильки, водруженную в центр стола. Ближе к двери сидит Серега Артеменко, в дорогом костюме с бабочкой. Перед ним на столе лежит та самая саперная лопатка.

- Ну-с молодой человек, так вы помните, о чем рассказывается в произведении Михаила Юрьевича Лермонтова «Герой Нашего времени»? – строго спросила учительница.

Стас не помнил. Он помнил только «Евгения Онегина». Вроде, у Онегина был друг. Как его звали? Ах да, Владимир Ленский.

- Владимир Ленский!

- Что? – лицо учительницы побагровело.

Рыжая захохотала, а Серега набычился и протянул руку к саперной лопатке.

Стаса бросило в пот. С одноq стороны он понимал, что это сон, а с другой…

- Мне кажется, экзаменуемый Сидоров вообще не знает ни одного персонажа «Героя нашего времени», – вставила девушка, и задала вопрос: – Ленский, это кто?

- Друг Онегина, – нашелся Стас.

- Горячо, – ухмыльнулась Алиса, затянулась сигаретой и продолжила: – кто такой Онегин?

Краем глаза Сидоров заметил, что Серега подтянул лопатку к себе и внимательно смотрит в его сторону.

- Онегин - герой произведения…- тут Стас запнулся, - ах да, Евгений Онегин! - и радостно воскликнул - это Пушкин!

- Ну вот хоть с Онегиным разобрались – примирительно сказала учительница, теперь остается с «Героем нашего времени» точки над «i» расставить.

- Так как фамилия главного героя? – зло спросила сестра.

Сидорову даже стало немного не по себе. Серега молчал, достал откуда-то папаху и положил на стол рядом с лопаткой.

- Я не помню фамилию главного героя, но я помню, что он грабил богатых, на все награбленное покупал акции на Лондонской бирже, а проценты раздавал бедным, – нашелся Стас.

- Дубровский - его фамилия? – радостно воскликнула девушка.

- Да! – заявил Стас.

- Кол, Сидоров! – тихо сказала учительница.

А Серега, схватил в руки лопатку, вскочил из-за стола и выкрикнул:

- Ты, что, Лермонтова не уважаешь? И запустил в него лопатку.

Стас проснулся в холодном поту. Уже светало. Пошел на кухню, поставил чайник, согрел кипятку, заварил чаю. Он зашел в комнату, включил ноутбук, сел в виртуальный танк и поехал на войну. Виртуальную, конечно же.

Понятно, что потом рабочий день не заладился, Сидорову хотелось спать, голова плохо соображала. Боссу было на это наплевать, он грозно пообещал депремировать его, если тот не подготовит вовремя план продаж на месяц, нет, на квартал, нет, до конца года! И бедный Сидоров в полуобморочном состоянии пытался сделать хоть какой-нибудь план продаж. Сосредоточиться не удавалось, то он ехал на Т-34 по автобану где-то под Берлином, а из-за поворота выскакивала пара «Пантер», то он должен был подсчитать возможную выручку от продаж за последний месяц…

Обычно в пятницу Стас уже к шести часам сбегал с работы. Но сегодня он освободился только в девятом часу. Хорошо, что был не на машине. В метро едва не проспал свою остановку. Когда выходил из лифта, столкнулся с соседом, вышедшим погулять с собакой. Мужчина еще как-то странно посмотрел. Небось ругает – мол совсем молодежь не та пошла, а вот года я был молодым…

Добравшись до своего жилища, Сидоров прямо в одежде завалился на диван и отрубился. Проснулся он уже утром. Лежал на простыни, заботливо укрытый одеялом. Одежда была аккуратно сложена на стуле. Рядом на ковре Субботин делал зарядку.

- Миш, привет, - нашел он в себе силы.

- Здорово!

- Это кто меня так аккуратно уложил? – удивился Стас.

- Мы с Юлей.

- Юля была здесь?

- Да, она к родителям уехала, просила перезвонить, как придешь в себя.

Сидоров поднялся с кровати, сделал пару наклонов вместо зарядки и пошел в ванную бриться.

Через десять минут он уже вовсю налег на завтрак. Утолив голод, Стас позвонил Юле. Девушка поинтересовалась как он себя чувствует. Сидоров ответил: все хорошо и предложил куда-нибудь сходить завтра. Поболтав с Юлей, Стас вспомнил про лопатку и записную книжку. И решил немного расспросить Мишу, сидевшему за ноутбуком.

- Миш, я тут в шкафу лопатку саперную видел, это твоя? – спросил осторожно Сидоров.

- Нет, – спокойно ответил Субботин. У Стаса отлегло от сердца.

- Это друга, он мне ее, считай, подарил, – пояснил Миша.

Далее Стасу расспрашивать не захотелось. Друг скорее всего Виктор Зверев. Вот и думай, что хочешь…Интеллигент в четвертом поколении, а занимается «черной археологией». Да и не только копает, а еще и…страшно подумать. Лучше я расспрошу Мишку, как он там жил в Костроме:

- Ты про свой дом рассказывал. Народу там много проживало?

- В доме или в комнате? – ответил вопросом на вопрос Субботин, оторвавшись от ноутбука.

- В комнате.

- Четверо. Мама с папой, сестра и я. Комната большая была, двадцать метров. Потом папа умер. И стало трое. Но недолго. Папину маму парализовало и ее перевезли к нам. Но она через полгода скончалась и нас опять стало трое.

- У вас какой провайдер там был? – не нашел ничего лучше спросить Стас.

- Не помню. По-моему, Костромская телефонная сеть что ли, – хитро посмотрел на него Миша, - скорости низкие были, не как в Москве, и вдруг предложил:

- А вы с Юлей в парк Горького завтра сходить не хотите? Я с друзьями туда иду.

- Если Юля будет не против – почему бы и нет. Я сто лет там не был.

- Я несколько меньше, – улыбнулся Субботин. – А еще хочу в Измайловском парке погулять, пока аттракционы работают.

Сидоров ни разу не был в Измайловском парке, поэтому промолчал.

Глава 19

Юля с радостью приняла приглашение сходить в Центральный Парк Культуры и Отдыха. Может, с Субботиным сговорилась? Сговорилась или нет, но в два часа дня Сидоров заехал за Юлей и они двинули с сторону парка. Был уже самый конец августа, но надежда на небольшое количество народу не оправдалась. Стасу пришлось полчаса крутиться по окрестным переулкам, пытаясь припарковаться.

Примерно час они бродили с Юлей по территории, поели мороженного, посидели на лавочке. Ничто не предвещало проблем. Но на одной из аллей его неожиданно окликнули:

- Сидоров!

Когда Стас обернулся, то с удивлением увидел Хому в компании высокого парня с небольшой бородкой, темноволосой кудрявой девушки в желтой кофте и еще одной рыжей дамы, в белых брюках, синей майке, с длинными вьющимися волосами.

Сестра тут. Интересно, а Алиса узнает его - подумал Сидоров, - Со своей стороны, он первым родство признавать не будет. Звонить детективу, как его там, Юрий, Юрий Андреевич? Нет, мальчик что ли он на побегушках.

Спинным мозгом Стас почувствовал, как напряглась Юля. Ну недолюбливает она Фигурнова.

- Привет, Олег, – как можно вежливее ответил Сидоров.

- Присоединяйтесь, мы тут с друзьями гуляем, сейчас пойдем куда-нибудь поесть.

«Еще скажи «мы рады Вас видеть», лицемер паршивый, – подумал про себя Стас, - сейчас затащишь в самое дорогое кафе парка». Но возражать не стал. Юля тоже промолчала.

Кафе, куда повел Олег, оказалось на берегу пруда. Столики стояли под большими «грибками» на случай дождя. Народу оказалось немного и можно было найти свободный столик. Пробираясь к выбранному столу, Сидоров услышал знакомый голос и чуть не столкнулся с Субботиным. Тот сидел за столом в компании двух мужчин. Первый - тот самый «унтер» вермахта, которому Стас водрузил клизму в нос. А вот лица второго он не видел: тот сидел спиной. На столе стояли две кружки пива и бокал с соком, тарелки с салатом, шашлыком, еще какой-то снедью. Было видно, что ребята гуляют от души.

- Всякое бывало, раз поймали мышонка и наверх классной доски подложили. Училка пришла. – рассказывал Миша. Увидев Стаса, вскочил, поздоровался. «Унтер» вяло кивнул ему. А сидевший спиной парень даже и не повернулся в его сторону. Сидорова это не смутило. Они с Юлей сели за столик рядом и стали изучать меню. Что там продолжил говорить Субботин, не слышали.

Олег заказал себе куриных котлеток с картофельным пюре и пиво. Его бородатый приятель закал салат и какую-то мясную закуску, девушка в желтой кофте вообще ничего не стала заказывать, а сидела уткнувшись в планшет. Алиса заказала суши.

Юля повертела меню и тихо сказала на ухо Стасу: «Мне здесь ничего не нравится, если хочешь, закажем чаю с пирогами».

- Что там, Настя, пишут в интернете? – с усмешкой спросил бородатый у девушки с планшетом.

- Пишут? – переспросила та. – То, что ты, Артем, редкостный скряга. Не хочешь дать мне еще десять тысяч баксов на раскрутку моего блога.

- Я уже влил десятку килобаксов в твой блог. Ты деньги кушаешь, что ли? – недовольно ответил мужчина.

- Ты противный, – скривила губки девушка, - вот вроде инвестор, должен знать, что для раскрутки блога или ютуб-канала нужны деньги.

- Извините, а на что нужны такие большие деньги? – влез в разговор Стас. Юля попыталась незаметно толкнуть его кулаком в бок, но было уже поздно.

- Какие такие большие деньги?! – Настя аж подскочила. – Это крохи! Думаете, можно задешево нанять тех, кто обеспечит продвижение???

- Я думаю можно, – вставил Артем, - Ты опять свою подругу привлекла и ее муженька?

- Да ну тебя, не хочу об этом говорить! – резко ответила девушка и уставилась в свой планшет.

- А ей сколько денег не давай, все мало будет, – встряла в разговор сестра, до сей поры погруженная в свой телефон.

- Алиса! – одернул Фигурнов.

- Ой, Олежка, не учи меня жить, – был получен ответ.

Настя насупилась:

- Вы ничего не понимаете. Нужно платить людям за хорошие и плохие отзывы, за нейтральные отзывы, за поиск плохих отзывов!

- Неужели нужно платить? – искренне удивился Сидоров.

- Конечно! – Настя аж подскочила на стуле. - Напишите в сети, что два плюс два равняется четыре. Вам поставят кучу дизлайков и объявят, что два плюс два равняется пять! Или десять! А заплатите, все согласятся.

Никто не стал возражать и воцарилось молчание, которое длилось пока официант не принес заказ. Зато от стола, где сидел Субботин с приятелями, доносился смех.

- А что у Вас за блог? – спросил Стас у Насти.

- Да так, рекламирую туристические продукты, – ответила девушка, не поднимая глаз от планшета. – До этого косметику пробовала.

- И как, успешно? – продолжил Сидоров. Юля слегка цапнула его за плечо.

- Не очень. Артем жмотничает.

- Вы бы у Олега проконсультировались, у него свой турбизнес есть, – Стас продолжал несмотря на очередной Юлькин тычок в спину.

- У меня сейчас нет этого бизнеса, – спокойно ответил Фигурнов.

- Ой, а что стало с нашим Океанчиком? – Алиса встряхнула рыжими кудряшками.

- Налоговая проверками замучила, пришлось закрыть.

«Какая ты сволочь! Ты же вывел все деньги, а потом специально разорил компанию.» - подумал Сидоров.

- Это у нас государство такое – только разорять может, – заметил бородатый Артем.

Вступать в спор Стас не стал. Бесполезно. И решил предложить Олегу:

- А ты в Испании бизнес открыть не пробовал?

- Там налоговая еще та, – последовал ответ.

- Да ладно! – вставил Артем и продолжил, – Я кстати тебе предлагал открыть бизнес именно в Испании.

- Что за дело? – оживилась Алиса.

- Проституция, наркотики или торговля оружием! – вставил Стас.

Артем захохотал, Юля, оторвавшись от чая с пирогом, легонько стукнула его по спине. А Хома недобро посмотрел на Сидорова.

- Слабак наш Олежка для таких дел, – прокомментировала сестра, – может обирать только слабых и тупых.

И поманила официанта: бутылку вот этого вина хочу.

Фигурнов окончательно потерял доверие Стаса. Поэтому он решил позвонить детективу и сообщить, что Олежка гуляет в ЦПКО со своей любовницей. На сестру Сидорову было плевать: выпутается если что.

- Я отойду в туалет, – сказал он на ухо Юле и встал из-за стола.

Подойдя к туалету, Сидоров огляделся по сторонам. Но все сидели на своих местах и не обращали на него никакого внимания. Стас зашел за угол, достал из кармана телефон и набрал номер Юрия Андреевича. Однако никто не брал трубку, пришлось перезвонить еще раз и примерно через полминуты трубку наконец взяли и послышался недовольный голос:

- Кого Вам? Юрия Андреевича? Это я. А кто говорит? Станислав? А по какому поводу? Ах да, извините, забыл.

«Ну и дела», - подумал Сидоров, - «видать Самусевичи так урезали финансирование проекта по отлову Фигурнова, что детектив послал их далеко и надолго.»

- Вы просили меня связаться с вами, если я увижу вашего клиента с любовницей.

- Помню-помню.

- Вот я и сообщаю.

- Спасибо. Но я уже больше не работаю по этому делу, – заметил Юрий Андреевич.

Тут Стас не выдержал и спросил:

- Заказчик жадный попался?

- Приятно иметь дело с умным человеком! – детектив усмехнулся, - Я давно работаю в этом теме, разных заказчиков повидал. Но таких жадных вижу впервые:

- Погуглите в интернете «Братья Самусевичи, суд, наследство» - и все поймете. Пусть Ваш приятель гуляет, сколько хочет.

Сидорову стало обидно, он уже представил себе, как детектив примчится, сядет на хвост Фигурнову, а потом в решающий момент снимет все на камеру. И на суде предъявит компромат: «Ваша честь, смотрите, чем занимался ответчик, когда его жена была дома, ждала его из командировки и варила на кухне борщ…». Тут Стас вспомнил про Яну и спросил:

- Юрий Андреевич, мне звонила Яна и просила помочь в этом деле. Может связаться с ней?

- Яна? – переспросил детектив. – Ах да, помню, энергичная такая барышня. Она мне помогла, причем совершенно бескорыстно. Передайте ей привет. И Юрий Андреевич повесил трубку.

Ну вот и все. Хома в очередной раз выпутался. - как тогда в седьмом классе, когда он стукнул на ребят, куривших в туалете, или уже перед выпускным, когда ребята хотели его бить за клевету в адрес учителя математики.

- Стас, что, грустишь? – окликнул его Субботин.

Оказалось, Миша тоже вышел в туалет. И теперь возвращался в кафе.

- Есть немного, – ответил Сидоров.

- Тогда идем к нам, у нас весело!

За столиком все было без изменения, друзья Субботина сидели на своих местах, только тарелки стояли на столах уже пустые, а пива в кружках на донышке. «Унтер» пьет пиво, немецкое поди. А вот и тот, который сидел спиной, повернулся в его сторону, и Стас узнал его: это был тот самый «красноармеец», который приплелся тогда утром к костру и которого потом искала полиция.

Глава 20 сентябрь

Теперь он мог более подробно рассмотреть парня – высокий, ростом даже чуть повыше его, волосы темные, как и глаза. И главное: не выглядит таким усталым и заискивающим как тогда.

А за столом царило веселье. Субботин рассказывал:

- «Мужик стоит и на меня пялится. Взгляд, как будто одновременно лешего и водяного увидел…»

«Унтер», хохоча, сполз на стул, «красноармеец» тоже смеется.

- Привет! Узнаешь? – поприветствовал Сидоров, прервав рассказ Субботина.

На лице парня вначале мелькнуло удивление, а потом страх. Видимо он узнал Стаса.

- Миш, я про него и рассказывал тогда, на поляне, – сообщил Сидоров.

- Это не военврач, а менеджер по продажам Станислав Алексеевич Сидоров, сын Ирины Михайловны, - засмеялся Миша. – Валик, не дрейфь, не съест он тебя: мяса в тебе нет, одни жилы.

Стас тоже засмеялся. Валентин улыбнулся, кивнул на «унтера» и спросил у Стаса:

- Это ты Георгию Анатольевичу клизму в нос поставил?

- Я, – простодушно подтвердил Стас.

- Ты ему этой клизмой, считай, жизнь спас, – добавил Валентин.

Все резко затихли. Стало слышно, как шипят пузырьки в чьем-то стакане за соседним столом.

- Ну Валя, ты даешь, – усмехнулся Георгий Анатольевич.

- Он не знает? – испуганный «красноармеец» показал на Стаса кивком головы.

- Да! – подтвердил Миша. Лицо Субботина в миг стало серьезным, и обратившись к Стасу пояснил: Не обижайся, я тебе потом сам все расскажу.

«Ничего себе, какие, оказывается, расклады были там, на поляне.» – подумал про себя Сидоров.

- Стас, ты скоро? - Я тебя устала ждать, – прилетел издалека недовольный голос Юли.

Сидоров помахал ребятам и с некоторым сожалением переместился к столику, за которым сидела компания Фигурнова.

Олег все еще ел котлетки, бородатый хипстер говорил с кем-то по телефону, произнося фразы типа – «покупай, продавай» и в том же духе, а его подруга похоже жила общей жизнью с планшетом. «Наверное, с ним ест и спит, может и секс у них есть,» – хихикнул про себя Стас.

Алиса опрокинула в рот бокал красного вина, да так, что пролила несколько капель на свои белоснежные брюки и, впившись грустным взглядом в Сидорова, спросила:

- Привет, неужели не узнаешь?

Стас не знал, что ответить, его мозг больше был занят мыслями о компании за соседним столом, чем своей сестрой. Но спинным мозгом почувствовал, как напряглась Юля.

- Ну ты братик даешь! – продолжила сестра.

- Да, но… – мозг Стаса лихорадочно пытался придумать оправдание, почему он не узнал Алису.

- У меня тогда другой имидж был, – гордо произнесла сестра и закончила дежурной фразой:

- Как здоровье мамы? Все забываю вам позвонить.

- Спасибо, ничего, – Стас, - И решил перевести разговор на первую попавшуюся тему:

- Алис, а ты случайно не работаешь учительницей? – он вдруг вспомнил свой сон.

- Учительницей? Ой братик, ты сказочник! – хихикнула девушка,

и бросив взгляд на брюки закричала: Вот зараза, такие брюки испачкала!!!

- Алиса – твоя сестра? – удивился Олег, - Вот не знал.

- Она с нами давно не общается – ответил Сидоров.

- Правда братик я с такой прической неотразима? – обратилась Алиса к Стасу.

- Алиса, поехали домой – не выдержал Олег, уже покончивший с котлетками.

- Я с тобой не поеду, я с братиком поеду, – усмехнулась девушка и отпила еще немного вина. Ее лицо заметно порозовело.

Сидоров расплатился, взял Юлю под ручку и повел прочь от столика, за которым сидела фигурновская компания.

Когда они шли мимо соседнего столика, Миша жестом пригласил их присесть. Стас не раздумывая плюхнулся на свободное место рядом с «красноармейцем», несмотря на неодобрительный взгляд Юли. Оказалось, что «унтер» уже собирался уходить, а Субботин с Валентином еще сидели.

Внезапно к их столику подсела и Алиса вместе со стулом и бокалом вина. Теперь их было пятеро. На одной половине - Стас с Валиком, на другой - Субботин. Справа от Сидорова сидела Юля, а напротив ее – сестра Стаса.

Алиса отпила вина и спросила, обращаясь ко всем:

- Как жизнь, мальчики?

- Не дождетесь! – Субботину явно не понравилась манера общения девушки.

- Ну а ты, мальчик симпатичный такой, давно приперся в столицу? – теперь вопрос был задан лично Валентину.

Тот стушевался, покраснел:

- Недавно, еще пока осваиваюсь…

Девушка принялась сверлить его своими глазами как буравчиками:

– Судя по говору, хохол, ой малоросс. Понаехал?

- Да, - тихо проговорил Валик, - Украина, Сумская область.

- И что такого? Москва твоя, что ли? – взорвалась наконец Юля. – Тоже мне, столбовая дворянка!

- Я думаю, из нас пятерых только ты, Алиса, – родилась в Москве, – резюмировал Стас.

- Ой, да неужели?

- Я родился в Мурманске, Юля - в Московской области, Миша - в Костромской.

- Я тоже из этих – хихикнул Субботин – из столбовых. И продолжил:

- Но какое это имеет значение? Главное, чтобы был хороший человек.

- А у тебя регистрация есть? – спросила Алиса Валентина.

- Девушка, вы специально к нему пристаете? – вступился за друга Миша.

- Хочу и пристаю, а к такому, как ты, я даже за деньги приставать не буду! –

с вызовом ответила та, сверля Мишу своим взглядом.

- А я с такой кошкой драной даже танцевать не стану! – Субботин не лез за словом в карман.

- Алиса, а ты знаешь, что Миша – наш родственник из Костромской области, – вмешался в спор Стас.

Раздался только звук разбитого стекла: от неожиданности сестра выронила бокал.

- Что?

Наступила тишина. Первой ее нарушила Алиса.

- Хорошо, если он, – указала она на Мишу, действительно наш родственник, то я, конечно, готова извиниться. - И обращаясь к Субботину, спросила:

- Готов пройти ДНК-тест?

Субботин замялся на пару секунд, но потом кивнул в знак согласия.

- Какие проблемы? – поинтересовался Сидоров, - Если что, я помогу.

- Я скажу, куда подъехать, - заключила сестра. И обратилась к Мише:

- Можно твой паспорт?

Миша без слов достал его из рюкзака и протянул Алисе. Та открыла паспорт и громко прочитала вслух:

- Субботин Михаил Михайлович, родился 27 марта 1996 года. Место рождения Москва.

- Ничего себе, – развеселился Валентин.

- Что смеешься, у тебя пока только справка из детдома! - парировал Миша.

«Пора расходиться, - решил Сидоров, - а то опять поругаемся». Но его опередили.

Станислав, - обратилась Алиса к нему, - ты не мог бы подбросить меня до дома, как брат.

В машину набились впятером. Старенький корейский седан аж заскрипел, когда они все влезли в автомобиль. Юля уселась рядом с ним на пассажирском кресле, а Субботин с его сестрой и Валентином расположились на заднем сиденье.

- В Тушино! – радостно сообщила Алиса и продолжила, обратившись ко всем, – через пару месяцев у меня день рождения, всех приглашаю!

Стас промолчал, Юля с Мишей тоже. А вот Валентин вдруг ответил:

- А я приду!

- Валик, ты куда собрался? - только и смог возмутиться Субботин.

- Ой, молодой человек хочет посетить мой день рождения, не мешай ему!

Стас вел машину по воскресным улицам, стояло последнее воскресенье лета и, наверное, последний теплый вечер года. Но на тротуаре небольшими кучками лежали желтые листья. Не пройдет и месяца, и наступит настоящая осень – с дождями, слякотью. Эх, надо будет взять отпуск и поехать в Турцию, пока еще там тепло!

На задних сиденьях затихли. Так ехали до дома Алисы – это был большой 16-этажный панельный дом с двором, напрочь забитым автомобилями. Вот уже дачники вернулись, не проедешь – подумал Стас. Припарковался, где смог, и пошел проводить сестру. Юля грустно посмотрела на него: мол побыстрей возвращайся.

Они дошли до подъезда.

- Дальше я сама, спасибо, – поблагодарила Алиса, – Приятно было встретиться с братиком. И полюбопытствовала:

- Ты давно с этим Михаилом знаком?

- Где-то месяц. Мама в курсе.

- Ах, матушка в курсе, ну-ну. И продолжила уже более спокойно: - Давай обменяемся телефонами, мне придется вызвать Михаила для прохождения теста.

Затем Алиса так посмотрела на брата, что у того мурашки побежали по телу. Наверное, когда-то инквизиторы такими взглядами смотрели на еретиков, перед тем, как отправить их на костер:

- Знаешь, кто он?

- Кто?

- Стас, это дядя нашего деда собственной персоной!!!

- Миша?

- Да! Ты в курсе, что девичья фамилия матери нашего деда была СУББОТИНА!

- Ты точно сумасшедшая! Прошло больше семидесяти лет, он слишком хорошо сохранился, – попробовал пошутить ошарашенный Сидоров, - да и у мамы деда было много двоюродных братьев и сестер.

- Его фотография стояла на столе у деда в кабинете, помнишь? – не сдавалась сестра, - Это он, я не могу обознаться! Кстати, недавно мама звонила мне и интересовалась тем фото.

- От тебя впервые слышу... – удивился Сидоров и задумался, зачем маме нужно было то старое фото. Гипотеза сестры повергла его в шок. Это уже слишком. Алиса впечатлительная девушка. Но всему есть предел.

- Проводил свою кошку драную? – съязвила Юля. – Вот уж не думала, что у тебя такая сестра!

- Она не кошка и не драная! – стал защищать Алису «красноармеец». - Она красивая девушка. У нее, наверное, куча ухажеров.

- Ты че, влюбился, да?! Даже и не думай. Ты кто такой? Ты оборванец! – резко сказал Валику Субботин.

- Да и она стерва еще та! – поддержала его Юля.

- Отстаньте от моей сестры! – не выдержал Стас.

- Молчу-молчу, я ее сегодня впервые увидел. Правда, наслышан премного о ее подвигах, – засмеялся Субботин. И неожиданно спросил:

- А вот вы с Юлей когда поженитесь?

Возникла пауза. Слышно, как поет магнитола - что-то о свадьбе.

"Вот гад, Мишка! – подумал Сидоров. - Спелся с Юлькой. А было время, она говорила Стасу "ты не боишься, что Субботин – бывший уголовник?"

- А я может и не пойду за тебя замуж! – обиделась Юля. - Все в танчики по ночам играешь и книжки про «попаданцев» читаешь!

- В танчики он точно не играет, по крайней мере в моем присутствии, – сообщил Субботин, - а вместо книжек про «попаданцев» читает про героев «Меча и Магии».

- А кто такие попаданцы? – поинтересовался «красноармеец».

- Попаданцы, Валик, это люди светлого будущего, которые несут всяким оборванцам из прошлого сплошной прогресс, – пояснил Миша.

- Не понимаю.

- Ну это жанр фантастики, где герой попадает в прошлое, – вставил Стас.

- И учит местных как надо правильно жить, – добавил Субботин.

- А если человек попал в будущее, это как называется?

- Он учит местных, как не надо жить правильно, - засмеялся Миша.

- Понял, товарищ сержант! – Валик заметно повеселел.

- Старший сержант! – с гордостью поправил Субботин и обратился к Сидорову:

- Подбросишь нас, нам тут недалеко, адрес я скажу?

Он довез приятелей до какого-то казенного учреждения, напоминавшего не то больницу, не то НИИ. Территорию вокруг здания закрывал высокий серый забор.

- Я завтра буду, – сказал Мишу, когда они прощались у проходной.

- Ты не бойся, ДНК-тест ты обязательно пройдешь, – поддержал Стас.

- Я его уже прошел, – тихо произнес Субботин.

- Когда, с кем?

- С Ириной Михайловной.

- Вот видишь, и здесь все будет хорошо! Алиса конечно фантазерка и строит из себя крутую бизнес-вумен, но в душе она добрая.

Когда поздно вечером они с Юлей сидели у него на кухне и пили чай с вареньем (варенье было сварено юлиной мамой из ягод, собранных на их дачном участке, причем Стас лично участвовал в сборе), девушка поинтересовалась:

- Твоя сестра совсем на тебя не похожа. Она всегда такая была… неуправляемая?

- Нет. До шестнадцати лет все нормально было. Потом словно с цепи сорвалась: ушла жить в семью деда, через два года выскочила замуж и почти перестала с нами общаться.

- Может вы чем-то обидели ее?

- Баловали ее слишком много, – ничего другого в голову Стаса не пришло. Немного помолчал и спросил о наболевшем:

- Это ты Мишку подговорила про свадьбу разговор начать?

- Стасик, ты что? – удивилась девушка. – Ни о чем таком я с ним не говорила. Просто он умный и все понимает. Хорошо, что его родители увезли в раннем детстве подальше из Москвы, в провинции народ не испорчен, как здесь.

- А кто говорил про уголовника? – ехидно заметил он.

- Я лишь предположила, что у Миши были проблемы с законом. В прошлом.

- Понятно, – подытожил Стас и положил себе в рот ложку варенья. Потом продолжил беседу:

- А как тебе этот Валентин?

- Обычный парень.

- Я его еще там, на реконструкции впервые встретил. Думал, он кросс бежал. А он...

- Что он?

- Очень странный парень.

- Стасик, ты устал сегодня. Иди спать.

- Юль, я тебе ничего не говорил, что было на реконструкции?

- И что там было?

- Полиция лес оцепила и кого-то искали. Их всех из леса выгнали.

- Меньше пить надо! – девушка недолюбливала Виктора, впрочем как и всю компанию реконструкторов.

- Я в лес тоже находил. Нашел там чей-то схрон.

Юля с грустью посмотрела на него:

- Стасик, ты сильно переутомился, давай лучше о чем-нибудь хорошем поговорим…

Глава 21

Он попал... Вышел с девушкой из кино и не знает, что делать, куда ее пригласить. На его предложение пойти в парк девушка скривила губки: – «какие аттракционы - это для детей, а на колесе обозрения мы с тобой катались в прошлый раз». Хорошо, хоть кино ей понравилось – веселое и бессмысленное. Один раз посмотреть и посмеяться можно. Девушка озорно посмотрела на него:

- Ну что, провинция, не знаешь куда можно пойти в Москве? У вас в городе только парк с аттракционами и все?

Придется изображать из себя провинциала:

- Да.

- А театр, выставочный зал? – продолжила засыпать его вопросами девушка.

- Был какой-то, но это в центре, а я на окраине жил, - пробурчал он.

Девушка с жалостью посмотрела на него:

- Пошли, покажу хорошее место.

Они проехали пару остановок на метро, поднялись в город, прошли метров двести по улице. Кафе оказалось на первом этаже красивого четырехэтажного здания. Перед входом в кафе девушка остановилась:

- Запомни место, будешь приглашать сюда девушек. Здесь очень вкусный кофе и штрудель.

У него по телу пробежал холодок: значит все, отставка? Нет, действуй!

-Приглашаю тебя посетить это чудесное заведение, - и он открыл дверь.

Девушка улыбнулась:

- Приглашаешь?

- Ну да, давай посидим, кофе попьем.

- Спасибо, я не против, - девушка, смело прошла в внутрь кафе и привычным маршрутом направилась в глубину зала.

Он заказал себе кофе и этот самый штрудель, а девушка кофе с мороженным. Она, откинувшись на спинку стула, неожиданно спросила:

- Где ты работаешь?

Он на миг задумался. Как правильнее назвать свою должность, чтобы заслужить авторитет в глазах неглупой девушки?

Айтишником в военном госпитале. -Ты военный? - с явным удивлением произнесла девушка.

-Да. Не похож? – соврал он. На самом деле он уже был гражданским, работающим по контракту. Демобилизовали их с другом всего месяц назад.

-У меня был знакомый, курсант. Вы совсем разные!

Он достал удостоверение и протянул ей. Но на девушку оно, как будто никакого впечатления произвело.

- И тебе нравится твоя работа? – спросила она.

- Не очень. Я хочу поступить в институт.

- Профиль какой?

- Связанный с защитой информации или искусственным интеллектом, - заявил он.«Куда тебе с твоими знаниями, парень! Сдай ЕГЭ и будешь думать, мечтатель», - съязвил его внутренний голос.

Девушка проинтуичила это и улыбнулась:

- Мне кажется, ты и кофе и штрудель впервые видишь.

У него похолодело внутри. Кофе он несколько раз пробовал, когда работал в лаборатории, был коллега - любитель этого напитка. А штрудель ел действительно впервые. Он был приучен с детства к компоту из сухофруктов, морсу, соку или чаю, а также к бабушкиным пирожкам.

Девушка продолжила:

- Ты такой забавный. Иногда мне кажется, ты из деревни приехал. Расскажи что-нибудь о себе.

- Учился в школе, потом пошел работать, потом служил в армии.

- А родители, друзья, остались там, в твоем городе?

- Папы уже нет в живых. А мама и друзья да, там остались.

«Прости, мама. Как ты жила без папы и меня? Хорошо, хоть моя фотография дошла»

- Я что-то не то спросила, - смутилась девушка, - у тебя повлажнели глаза.

- Да нет. Все нормально. Просто вспомнилось, что у папы отказало сердце.

- Извини, не знала.

«Естественно, я не буду говорить, что папу вызвали к следователю НКВД. Арестовали директора депо и нужны были показания других. Папа отказался свидетельствовать против него, пришел домой и сердце его не выдержало. Но все равно директора осудили на десять лет, несчастный вышел через 17 лет и вскоре умер. А донос написал один из его замов, который и стал в итоге директором. И потом тридцать лет работал то на железке, то в наркомате. И никто не привлек его к ответственности за донос, даже в лицо не плюнул. Разве что старый директор, освободившись из тюрьмы и желая поговорить с доносчиком, разбил костылем окно на его даче.

О вызове отца к следователю ему под большим секретом через год рассказала мама, а об обстоятельствах дела - Константин. Мир и тогда был несправедлив.»

Решил сам задавать вопросы, чтобы случайно не сболтнуть лишнего:

- Ты про меня почти все знаешь, а вот я про тебя ничего.

- Хитрый какой, про себя ничего не рассказал, а обо мне спрашиваешь, - усмехнулась девушка, - помнишь, я тебе говорила, видела тебя где-то. Вот никак не могу вспомнить, где.

- Может, ты с кем-то путаешь?

- Нет, это точно был ты. У меня хорошая память на лица.

- А когда видела?

- Не помню… Может несколько лет назад.

Он хотел было сказать, что не было его тогда в Москве, но решил промолчать.

Официантка принесла заказ. Девушка взяла стаканчик с кофе и сделала пару глотков:

- Уже вовсю идет театральный сезон. Слышал что-нибудь о новых спектаклях?

В театре он последний раз был еще до службы. В самом начали осени с друзьями сходили в летний театр в парке на закрытие сезона. Смотрели веселую комедию из жизни отдыхающих. Театр сгорел почти полвека назад, а спектакль уже давно не идет.

- Я изучу этот вопрос и выберу самый лучший спектакль! – важно сообщил он девушке. Друг советовал ему выглядеть и говорить солидно.

- Давай. Если это будет самый лучший спектакль, пойду с удовольствием, - засмеялась она, - а если ерунда какая-нибудь, не взыщи!

- Ты на лыжах ходишь? – он сам не понял, почему задал именно этот вопрос. Может было просто любопытно.

- Нет. Лыжами в школе занималась, на уроках физкультуры. Сейчас на коньках катаюсь, иногда, - лениво сказала девушка, - ты, наверное, хорошо на лыжах бегаешь?

- Есть такое.

- У меня родители ходили когда-то, да и дедушка с бабушкой. А мы с сестрой не лыжники, не наш вид спорта!

- А какой наш? Интересно, - улыбнулся он.

- Театр, выставки, кафе, - засмеялась девушка.

Они пили кофе, ели штрудель и беседовали. Когда уже он собирался расплатиться, его окликнули.

- Привет!

Он оглянулся. Рядом со столиком стоял Роман, чуть дальше - женщина и мальчик: видимо, жена и сын.

- Добрый день, Роман Николаевич!

- Как жизнь, боец? Я вижу ты полностью освоился! – продолжил мужчина, с улыбкой глядя на него с девушкой.

- Вроде да. Скоро буду сдавать на права, Георгий Алексеевич меня учит водить в этих каменных джунглях.

- Удачи, у тебя все получиться, - напутствовал мужчина, прощаясь и неожиданно обратился к его спутнице:

- Вы, девушка, просто не подозреваете, насколько талантлив этот молодой человек!

Он залился краской. Когда Роман с семьей ушли, девушка с улыбкой заметила:

- Ага, покраснел, значит есть чего скрывать!

- Да нет, - попытался оправдаться он.

Прощались они у павильона метро, где жила девушка.

-Спасибо за вечер! Провожать до дома не надо. Вот расскажешь всю правду про себя, разрешу проводить!

-Ладно, - буркнул он, - Рад, что тебе понравилось.

Глава 22

В середине рабочей недели Сидоров сидел на работе и готовил очередной отчет о плане продаж. Продажи падали, но настроение Стаса наоборот росло.

Утром они с Юлей обсудили свои дальнейшие действия: на этой неделе Юля будет готовиться к переезду, а через две недели уже переберется к нему окончательно. Миша же будет собирать вещи.

На работе Стас был один. Только начальник куда-то укатил, якобы к партнерам, коллеги сразу же куда-то испарились. Посему Стас был в хорошем настроении и ответил на первый звонок по мобильному.

- Добрый день, Станислав! – начал приятный женский голос.

Сидоров молчал. Он не узнавал голос в трубке. Может, это из банка звонят, предлагают взять кредит? А может, это пранк? Лексус и Вован на проводе? Нет – Лексуса и Вована. Говорит одна, а другая трясется от смеха рядом.

- Вы меня не узнали? – обиженно продолжила трубка.

- Кто же не знает Лексуса? – возразил Стас. Наступила пауза секунд на десять.

- Лексус? Чей лексус? У меня даже прав нет, – заметил голос из трубки.

- Ну и что из этого следует? – по-филосовски возразил Сидоров.

- Это ЯНА! – вскричала трубка.

- Ах, Яна…помню-помню, ассистентка Юрия Андреевича, охотника за неверными мужьями.

Трубка затихла.

- Извините, девушка, а вы не в курсе, что детектив больше не работает, потому что скупердяи Самусевичи прекратили финансирование проекта «Неверный муж»?

- Нет, – робко отозвалась трубка.

- Так вот, довожу до вашего сведения, будущая коллега.

- А откуда вы знаете? – Яна еще приходила в себя.

- Я вчера с ним разговаривал.

- Вы?

- Да, вчера я застал Фигурнова с любовницей. Они совершенно не скрываясь сидели в кафе. Эта скотина ел куриные котлетки, а дама пила вино.

- И вы позвонили Юрию Андреевичу...

- Да, почти сразу. А в ответ получил – "проект закрыт, больше не звоните".

- Жаль...

- Чего?

- Что эту сволочь не поймали на месте.

- Не сволочь, а скотину, сударыня! – парировал Стас и продолжил: - Кстати, она послала Фигурнова подальше и мы подбросили ее до дома.

- Вы? Зачем? Вы слишком добрый, Станислав... Поехала бы на одиннадцатом номере, не растаяла. И как Алиса сейчас выглядит?

- Боюсь вас разочаровать, но моя сестра выглядит прекрасно.

- Сестра? – трубка затихла, потом собралась с силами спросила: – Вы шутите?

- Увы, нет. Моя сестра семь лет назад ушла из семьи и живет своей жизнью. Признаюсь, узнать ее было непросто.

На эти слова Сидорова трубка смогла только пролепетать:

- Ой, извините, я вам перезвоню.

Домой Сидоров вернулся где-то в половине восьмого. Родственник был дома, сидел в комнате на диване и читал какой-то журнал. Стас пошел на кухню ужинать и одновременно смотреть футбол. Увы, интересного матча не получилось. За каких-то тридцать минут одна из сторон получила три мяча и фактически капитулировала. Сидоров еще пощелкал каналы, ничего не нашел и со скуки пошел в комнату.

- Что читаешь? – поинтересовался Стас.

- Хочу знать все о современной театральной жизни, – отозвался Миша.

- Ты раньше вроде грыз гранит науки, – удивился Сидоров.

- Ну передышку надо сделать. Я еще правила движения учу, хочу сдать на права.

- У тебя нет прав? – Стас был немного шокирован. Он считал, что сейчас нормальный молодой человек обязательно должен иметь права. И машину – хоть старенькую вазовскую девятку, хоть новую бэху за несколько миллионов.

- Увы нет. Я поспорил с Жилинским, что в течении месяца сдам на права.

- Хе, а кто такой Жилинский – эта фамилия ничего не говорила Сидорову.

- Это мужик, которому ты клизму в нос вставил, – ехидно заметил Миша, - если я в следующем месяце сдам на права, он продаст мне старую машину своей жены.

- Ух, ты и что за машина? – спросил Стас и подумал - Ничего себе, видать кроссовер какой-то Мишке перепадет.

Субботин смутился и даже покраснел.

- Я название не запомнил, но машинка небольшая, шустрая, а внутри много места.

- Небось корейское авто – солярис, рио?

- Вспомню и скажу, хорошо. Тут Миша вздохнул – а ты можешь мне помочь в одном деле?

- Конечно, что нужно сделать?

- Да завтра подъехать в одно место, это в области, туда лучше на машине выбраться.

- А когда?

- Утром сможешь? Часов в десять?

Сидоров задумался. Придется отпрашиваться с работы. Но тут же вспомнил: – «Начальник же уволился, а новое начальство сейчас в офисе редко появляется, отпрашиваться не у кого!»

- Хорошо, давай завтра утром поедем.

- Спасибо!

- Слушай, Миш, – Стас наконец решился спросить, - ты хотел рассказать про того парня, Валентина? Который с нами был недавно в кафе, кто он и откуда?

Субботин оторвался от журнала:

– Валик? Пока не могу тебе всего рассказать. Прости служба.

- А ты в армии служишь?

- Вольнонаемным служащим. А ты служил?

Сидоров стушевался – он-то не служил, даже не офицер запаса. Просто не годен к строевой. Вспоминать о том, как Стас получил освобождение от армии было противно.

- Я собирался идти. Папа был военный. Но он погиб.

- Ирина Михайловна говорила, он разбился на машине, – сочувственно прокомментировал Миша. И добавил: - У моего папы остановилось сердце. И остались мы с мамой и сестренкой.

- А где теперь твоя сестра?

- Где-то там, – неопределенно махнул рукой родственник и погрустнел.

«Небось уехала из страны», решил Стас и продолжил рассказ:

- Я тогда в гимназии учился, дурак был, не понимал, что жизнь меняется. А некоторые одноклассники все поняли.

- Это как?

Сидоров объяснил:

- На осенние каникулы они с классом должны были ехать в Лондон. Но в Лондон он не попал - нужно было заплатить за поездку, а лишних денег не было. Далее на зимние каникулы класс поехал в Рим, а он опять остался дома – по той же причине. После этого почти все «друзья» куда-то испарились, а одной из первых была его девушка.

- У меня что-то подобное было, мы расстались в выпускном классе, перед экзаменами, – сказал Миша.

- Тоже не поехал в Лондон? – поинтересовался Сидоров.

- Нет, просто она посчитала, что я ей не пара. Мамаша Анькина всегда меня недолюбливала. И Субботин вздохнул и углубился в чтение, а Сидоров пошел на кухню смотреть телевизор.

Глава 23

Когда они утром выехали из города, похолодало, запахло осенью, пошел мелкий нудный дождь. Двигаться нужно было на юго-восток от Москвы в те места, куда еще не проложили метро и обыватели по утрам атаковали автобусы и маршрутки. Или стояли в пробках перед МКАД. А кто добрался до метро, вынуждены были брать штурмом вагоны.

Район, куда они приехали, состоял из старых кирпичных пятиэтажных домов, до которых еще не добрались настырные риэлторы. Возле домов росли высокие деревья, видимо такие же старые, как и дома. Удивительно, но во дворе были места для автомобилей. Дверь в подъезд оказалась открыта. Вроде и был домофон, но он не работал. В подъезде пахло кошками. Обшарпанные стены были местами изрисованы всякими лозунгами или картинками, иногда не очень приличного содержания. Они поднялись на четвертый этаж, Субботин позвонил в деревянную, облезлую светло-коричневую дверь. Им открыла пожилая женщина, одетая в серое платье.

- Добрый день, София Викторовна, – поприветствовал ее Миша. - Это мой друг, Станислав.

- Проходите, проходите, молодые люди, вот тапочки! У нас есть около часа, потом придет ученик.

Квартира выглядела довольно скромно: на полу половицы, мебель обшарпана. Друзья одели тапочки и прошли в комнату. В комнате на небольшом столике у окна лежали фотоальбомы.

Софья Викторовна одела очки и открыла альбом. Там были аккуратно разложены фотографии. Старые пожелтевшие фотографии людей, которых, наверное, уже нет в живых.

Субботин внимательно смотрел, а женщина поясняла:

– Вот мама с сестрой, вот с подругами.

Фотографий было не очень много. Стас слышал, что до войны фотоаппараты были редкостью – если нужно было сделать снимок, шли к фотографу. Или были фотографы, которые сами предлагали свои услуги всем желающим. Это сейчас ничего сложного – навел камеру, щелкнул, не понравился снимок, удалил. А тогда съемка, проявка и печатание фотографий было непростым делом, считай искусством.

- А вот выпускной класс – Софья Викторовна достала отдельно лежащую в альбоме фотографию – на ней в три ряда стояли мальчики и девочки, снизу надпись 10 «А» 1938 год.

- Вы кого-нибудь знаете? – произнес Субботин и аккуратно указал пальцем на фотографию.

- Нет, Миша, – ответила женщина, – только маму могу узнать. Давайте вашего деда попробую найти.

Софья Викторовна поводила пальцем по фотографии и, указав на молодого человека, спросила:

– Он?

- Нет, Софья Викторовна, вот он, – Миша указал на своего деда. - А это Ваша мама?

- Молодец, а ты на него похож. И как узнал?

Субботин смутился.

- Я дома нашел старые фотографии. На них был мой дед и Анна Владимировна. И еще несколько ребят и девушек. Они гуляли около пруда. На обороте были перечислены их имена и фамилии и подпись «парк имени Сталина, май 1938.»

- Как интересно! – воскликнула женщина, - а мама никогда мне не говорила о своих школьных друзьях, только пару раз обмолвилась, что многие мальчики из ее класса погибли на войне. Ты можешь показать эти фотографии?

- К сожалению, они все пропали. После смерти мамы.

- Очень жаль, – София Викторовна с сочувствием посмотрела на Мишу.

- Можно сфотографировать выпускную фотографию?

- Конечно!

- Стас, а ты можешь переснять телефоном?

- Легко.

Они еще полчаса провели за рассматриванием старых фотографий, попили чаю и попрощались с гостеприимной хозяйкой.

На улице все еще шел мелкий дождик, Стас остановился, чтобы открыть зонт. Неожиданно Субботин обратился к нему:

- Вопросы есть?

- Нет! – весело ответил Сидоров. Вопросов у него не было.

- Когда будут, ты обращайся! – улыбнулся Миша.

- Непременно!

Вечером Стаса ждал дома сюрприз: приехала мама. Якобы помочь собрать Мише его нехитрые пожитки. Но на самом деле проведать как живет ее единственный сын. И Сидорову влетело за плохо вымытую посуду, грязь на кухне и т.п. Короче за все, за что мамы ругают своих сыновей, даже взрослых.

- Жениться тебе надо, сынок, – закончила свою речь мама.

«И мама туда же. Сговорилась с Юлей и Мишей», – недовольно подумал про себя Стас. Вслух спорить не стал, перевел разговор на другую тему:

- Я в воскресенье с Алисой виделся.

Мама сразу встала в боевую стойку.

- С этой неблагодарной?

- Мы с Юлей пошли в кафе. Алиса там была со своими друзьями.

Сидоров вначале думал ляпнуть что-нибудь типа с любовником, но решил не нервировать маму. Уже одно упоминание о блудной дочери вызвало у нее приступ желчи.

- Она извиниться перед матерью не собирается? – грозно полюбопытствовала мама.

- Обещала позвонить, - кратко обрисовал ситуацию Стас.

Мама усмехнулась и перевела разговор на другую тему:

- Как тебе Миша? По-моему, вы успели подружиться.

- Это точно, как братья стали.

- Я знала, что вы подружитесь. У Миши была непростая жизнь, но смотри как он старается, тебе бы у него поучиться целеустремленности, – продолжила мама. - Миша будет жить у меня, ты не против?

Сидоров удивился (мама жила в однокомнатной квартире в Перово), но дипломатично промолчал. И свою очередь поинтересовался, зачем мама спрашивала у сестры про старую фотографию.

Мама замялась - мол не совсем понимаю, о чем ты, какая фотография, ах та, просто захотела уточнить. И перевела разговор о Юле и ее родителях.

Но долго побеседовать не удалось. Пришел Субботин и все внимание мамы было переключилось на него. Стасу даже легче стало.

Через час мама уехала, и они сидели с Мишей на кухне и пили пиво. Родственник обычно не пил, а тут внезапно согласился.

- Что-то случилось? – подколол его Стас, - почти не пьешь, а тут целую кружку?

- Я, когда после школы на работу в депо устроился и первую зарплату получил, пришлось всех ребят в цеху угостить. Домой меня потом на руках принесли и на крылечке положили. Ох уж влетело мне от мамы! Решил после этого водку никогда не пить, только пиво и то иногда.

- Ты ведь в Костроме жил, наверняка на лыжах хорошо бегаешь, – Сидоров решил подыскать себе товарища для лыжной вылазки. На тот случай, если Юля как в прошлый раз скажет – «Вдвоем надо идти на концерт или в театр, а на лыжах - компанией!»

- Есть такое, - Миша улыбнулся.

- Алиса тоже хорошо на лыжах бегает. Ее папа даже в лыжную секцию отдал, но она сбежала оттуда.

- Значит не хотела. А вот моя девушка не любила лыжи, да и спорт вообще. Мы с друзьями на Новый год в парк бегали. Наряжали елку и встречали Новый год.

«Интересно, где-то я уже слышал подобное, вот вспомнить не могу» - подумал Сидоров и вспомнил:

- Мамина бабушка с братом таким же образом развлекались! Ее брат хорошим лыжником был, даже соревнования выигрывал!

- Неужели, - улыбнулся Миша.

- Я вот хотел бы узнать его имя, Юле обещание дал год назад, никак не могу выполнить. Про то, что фамилию он узнал от сестры, Стас предпочел промолчать.

Субботин фыркнул: зачем, мол, обещал, если ничего не знаешь. Потом вдруг спросил уже серьезно:

- Зачем тебе это надо? Узнать имя, фамилию, только чтобы куда-то в сеть выложить?

- Человек живет, пока его помнят. Иначе как-то абстрактно все. Парень жил, любил, радовался жизни, строил планы, а потом бац. И его не в живых. И мы даже не знаем, где его могила – пояснил Стас.

- Как и многих его сверстников… – немного отрешенно заметил Миша.

- А мы о нем забыли, я даже имени его не знаю, стыдно. Дед вот знал и всегда хранил память о нем.

- Правда? – поинтересовался Субботин.

- Суровый парень был – сестру серьезно так защищал, в морду дать мог любому обидчику, не удивлюсь, если весь двор в кулаке держал! –заметил Стас.

Услышав эти слова Миша принялся хохотать:

– Деспот какой-то, тиран домашний, обыкновенный, дон Педро вылитый, тиранил сестру, соседей, почтальона, а еще в придачу и дворника.

Сидоров попытался возразить:

– Знаешь какие нравы тогда были – суровые!

Субботин повалился на диван и продолжил от души хохотать, пытаясь что-то сказать, но давился от смеха и не мог. Наконец он с трудом пришел себя, выдавив:

«спасибо тебе Стас, давно так не смеялся.»

Сидоров так и не поняв причину истерического хохота, стал дальше рассказывать:

- У нас дома есть фотография, довоенная, пацаны еще в лесу на лыжах катаются.

- Я видел ее. Это парк, а не лес, - поправил Миша, - сейчас уж точно.

- Давай, как снег выпадет, поедем на лыжах кататься? Может в тот же самый парк.

- Конечно, я Вальку приглашу! - обрадовался Субботин. Он весь светился от счастья.

- А ему разрешат? – поинтересовался Стас.

Миша смутился:

- Попрошу начальство. Думают не откажут. Ты хотел с ним поближе познакомиться, надеюсь получится.

Глава 24

Решили встретиться в том же кафе, что и в прошлый раз. На улице прохладно и дождливо – уже середина сентября. У девушки уже не с оранжевый зонт, а розовый. Правда, в этот раз пиво Сидоров заказывать не стал, обошелся чаем – заказал большой чайник на двоих. Яна не возражала, только добавила десерт.

- А где же ваш такой красивый оранжевый зонт? – начал Стас, пытаясь понять, что привлекло девушку на повторную встречу, когда уже некого ловить на адюльтере. «Может хочет помириться с моей сестренкой?» - подумал он.

- Улетел неделю назад. Я только кнопочку нажала, а купол - раз и улетел на соседский клен. Побежала в магазин покупать новый. Но он мне не нравится, попробую заказать через интернет еще один оранжевый.

- А Вы все через интернет покупаете? – спросил Стас. Сам он в интернете покупал только различные компьютерные устройства, да и то не все.

- Почти все. Иногда даже продукты! - и девушка улыбнулась, явно довольная собой.

Официант принес чайник и Сидоров стал разливать чай по кружкам.

- Вы совсем не похожи на вашего деда, на Михаила Вячеславовича – неожиданно произнесла Яна, с любопытством глядя ему в глаза.

- Совсем?

- Совсем-совсем. А мы, кстати, могли познакомиться с тобой раньше, семь лет назад. Я тогда с твоим дедом на поиск ездила. Он расстроен был «внук не приехал, греет задницу на теплом турецком море.» Извини, это его слова. Не дословно, конечно.

- Что он еще про меня говорил? – полюбопытствовал Стас.

- Что ты добрый, но ленивый.

- Спасибо за информацию!

- Пожалуйста! – весело ответила девушка.

- Ян, а ты знаешь, что Миша, который твои очки спас, он мой родственник по линии деда.

Девушка задумалась где-то на минуту:

- А ведь это так и есть! Я как-то не подумала об этом. Вот он кстати похож на Михаила Вячеславовича. Только он мои очки не спас, а стащил.

- Ты обвиняешь моего родственника в краже? - ухмыльнулся Сидоров.

- В какой степени у вас родство? – на лице девушки застыло неприкрытое любопытство.

«Вот не лезьте мадам в наши семейные дела!» - подумал Стас:

- Я как-нибудь соберусь писать родословную и обязательно сообщу. А когда вы с Мишей успели познакомиться?

- А вот это не твое дело! – резко ответила девушка. И продолжила высказывать свои мысли вслух: Что родственник Михаила Вячеславовича, это да. Интересно, что Миша делал тогда, на вашей сходке?

- Он вырос в Костромской области. А кросс бегал, для клубного отбора.

- Ах кросс! – засмеялась девушка – Странный кросс тогда он бегал.

- Почему же?

- Он как пьяный был. Или обкуренный. С нами еще один кросс-мэн нарисовался, как его, Данила, так он вокруг меня все крутился, как муха вокруг меда. А Миша даже внимания не обратил!

«Скажите пожалуйста, парень не обратил на тебя внимание - и все, он пьяница и наркоман. Ты дрыхла почти до обеда, а он встал в пять утра, чтобы успеть к старту.»

- Он, кстати, пошел заступаться за тебя, а ты его грубо отшила! – Стас вспомнил эпизод, как Миша двинул к палаткам на разборки.

- Я отшила? Просто сказала, что устала и хочу отдохнуть!

- Правда?

- Правда-правда! – засмеялась девушка. Потом отпив чаю и откусив кусочек десерта продолжила:

- Твой родственничек - странный тип. Я с такими редко встречалась.

- Он марсианин или на машине времени к нам приехал? – Сидоров улыбнулся, но, вспомнив Валентина, сразу осекся.

- Скажешь еще глупость! – Яна насупилась. – Я с такими людьми встречалась и не раз. Просто их интересно изучать.

- Как подопытных кроликов?

- Сам ты кролик! – засмеялась девушка. - Но ты не думай, что это психи, просто им не повезло со временем, в котором они живут.

- Миша почти всю жизнь прожил в деревне.

- Что как раз и объясняет его поведение. Хотя должна сказать, он очень быстро учится, месяц назад был полным недотепой.

- Быдлом малаховским? – вырвалось у Стаса.

- Я слово «быдло» не употребляла, – парировала Яна. - Ты знаешь, на какие курсы он ходит?

- Автовождение.

- Не только. Ни за что не угадаешь! Выращивание цветов!

- Ну и что такого, его мама этим занималась.

- Мама? А с ней можно связаться?

- Не знаю, вроде она давно умерла. Он, кажется, был в детдоме, еще сестра есть, но она в Америку свалила. - Это уже Стас домыслил, Субботин об этом ничего не говорил. Как и про детдом.

- Еще у него нет страницы в соцсетях!

- Это уже проблема?

- Это несовременно! И…знаешь, - тут девушка нагнулась к нему и тихо произнесла:

- Миша похож на одного человека.

- Ну и что тут такого? – удивился Сидоров.

- Этот человек давно умер, - прошептала девушка.

- Мистика какая-то!

- А испугался! – засмеялась Яна, - Раз вы родственники, то, конечно, Миша должен быть чем-то похож на этого человека! Этот человек, кстати, был другом моего дедушки.

- Ну вот и разобрались – улыбнулся Стас.

- И еще, может тебе что-то говорит фамилия Литовченко?

- Это он или она.

- Она. Анна Литовченко.

- Не помню такую, – соврал Сидоров, он точно помнил эту фамилию и имя в Мишиной записной книжке, просто не хотел раскрывать чужие тайны. - Какая-то загадка?

- Представь себе, да. Яна встала из-за стола, вынула из сумочки купюру и положила рядом с чашкой, попрощалась - «До встречи!» и отправилась к выходу.

«С этой девушкой не соскучишься! Интересно кого или что нужно будет искать или ловить в следующий раз?» – подумал Сидоров, допивая чай.

Глава 25

На входе Миша прислонил карточку к кружку на турникете и сказал вахтеру, показывая на Стаса, - «этот со мной». Судя по всему, вахтер знал Субботина. Поднявшись на лифте на третий этаж, они наткнулись на нового вахтера. Тот еще лучше знал Субботиным: они поздоровались как старые знакомые.

- Это сын Ирины Михайловны, – кивнул на него Субботин.

Стас прошел вместе с Мишей в широкий коридор, покрашенный ярко зеленой краской. На всех дверях, кроме одной, была номера. Но Миша зашел именно в ту дверь, на которой была надпись: «Проверочная». Сидоров поспешил за ним. Комната была небольшая и скромно обставленная: – обычный стол с каким-то прибором за которым восседал средних лет мужчина в белом халате. Рядом тумбочка и небольшой шкафчик с засыхающим цветком и кактусом. На стенке известный постер «Не болтай».

Субботин поздоровался с мужчиной и, кивнув в сторону Стаса, сказал:

- Проверьте моего…брата.

- Это твой брат? – засмеялся «белый халат».

- А кто же еще? Сын Ирины Михайловны!

- Аааа – улыбнулся мужчина, проверим по высшему разряду.

- Спасибо! – обрадовался Субботин, – и обратился к Сидорову: Я сейчас сбегаю за квартиру заплачу, пока тебя здесь пытать будут.

- Ну-с молодой человек, Вы готовы пройти тестирование? – обратился к нему «белый халат», когда Миша ушел.

«Пытка» полиграфом продолжалась минут 10. Мужчина задавал вопросы, а Стас отвечал. Ничего сложного. Субботин так не появился. Но «белый халат» вежливо попросил Сидорова выйти: «наверное, твой друг в холле, у банкомата».

Рядом с банкоматом и Мишей стояла мамой.

- Привет, мам! – приветствовал Стас

- Здравствуй, сынок – немного смущенно ответила мама. – а мы тут с Мишей за квартиру платим, сейчас закончим и к тебе присоединимся.

В течении десяти минут мама рассказывала Сидорову, как нужно правильно убираться в квартире, стирать белье, готовить еду. Закончила напутствием, когда они с Суботиным собрались возвращались в «Проверочную»:

- Ты Мишу слушай, а мне пора на работу.

«Белого халата» уже не было на месте. За столом сидел строгого вида короткостриженный мужчина лет 50. Может военком, подумалось Сидорову. За мной пришел. Хотя Стас не годен к строевой службе.

- Молодой человек, Вы в армии служили? – обратился к нему «военком».

«Ну вот, попал. Еще не хватает в армию загреметь», - подумал Сидоров, - И коротко ответил:

- Нет.

- А хотите? – с усмешкой продолжил допрос мужчина.

- Виктор Борисович, Вы в Станиславе не сомневайтесь. Я бы с ним в разведку пошел…наверное, – встрял в разговор Миша.

- Ты? – удивился «военком», - С этим?

- Вы у Жилинского спросите.

- Это он, что ли?

- Он-он, – закивал Субботин.

- Это почему «наверное»? – Сидорову стало даже обидно.

- Ленив ты к сожалению, – последовал ответ.

«Военком» достал из шкафа какие-то бумаги и глядя в них сказал:

- Нда, врет только в 50% случаев. По нынешнем временам уже достижение.

- Будем работать товарищ полковник, – четко отрапортовал Миша.

- Так, тогда подписывай бумагу! – врач протянул небольшой листок Стасу.

- Это что? – удивленно спросил тот.

- Допуск. Можешь не подписывать конечно, но тогда пойдешь домой.

- Ты же хотел знать, что тогда случилось, в лесу? – спросил Субботин.

- Хочу!

- Подписывай.

И Сидоров подписал. В конце концов мама и Миша выручат. Потом Стас был направлен на инструктаж в соседнюю комнату, где ему минут пятнадцать читали лекцию вначале о противопожарной, а потом и по электробезопасности. Затем дошел до лестницы, поднялся еще на этаж и оказался около комнаты номер 41, хотя номера на соседних комнатах были 12 и 14.

«Ну и суеверные же люди здесь работают», – подумал Стас, открывая дверь. За дверью оказалась небольшая комнатка, напоминающая больничную палату, стены, окрашенные в желтый цвет, кровать у стены, рядом тумбочка и стул. У другой стены небольшой столик, за которым на табуретках сидели Миша и …Валентин. На столике ноутбук, и Субботин показывал что-то на экране.

- Так, что это вы тут смотрите, небось порнуху?

Валентин смутился, он похоже не понял слова «порнуха». А Миша оживился:

- Вы гражданин Сидоров, клевещете на доблестных бойцов Красной Армии. Мы просто изучаем связи известной Вам Алисы Алексеевны. Чтобы вывести ее в скором времени на чистую воду. Советую сотрудничать с нами!

- Кого? Алису?

Сидоров нагнулся к ноутбуку и увидел на экране страничку Алисы в социальной сети. Сестра, оказывается, обожала выкладывать в сеть свои фотографии с разных курортов. Вот она в Таиланде, вот на Бали, вот в Италии.

- Мою страничку тоже смотрели? – поинтересовался Стас.

- А как же! – Миша засмеялся, – Первым делом. Вот Валик тоже хочет свою создать. Чтобы с Алисой общаться.

- Да легко. Мыло есть? – спросил Сидоров у Валентина. Тот смутился:

- Какое мыло, банное? А зачем?

Услышав это, Субботин затрясся от смеха - Валик, мылом называют электронную почту. У вас в колхозе была почта?

- Ну была.

- И там был почтовый ящик?

- Был.

- А это почтовый ящик, только электронный и туда приходит почта, только электронная.

- Понял, – засопел Валентин.

- Ничего ты не понял, – буркнул Субботин.

- Будем делать страницу?

Через несколько минут страница была создана.

- Давайте заполнять. Имя, фамилия, год рождения.

- Валентин…Костенко.. родился первого июня…

- 1995 года добавил Миша. А фамилию точно эту писать?

Валик одобрительно кивнул.

- Стас можешь его сфотографировать?

- Легко! А ты еще нормальный телефон не купил, все со своим старьем носишься?

- У него прием хороший. Да и пока денег мало – ответил Субботин.

- Ой ли, - оживился Валик, – На машину есть, а на этот…

- Смартфон?

- Ну да, на смартфон, не хватает?

- Мне обычного мобильного телефона пока достаточно – не сдавался Миша. Ты лучше думай, что даме сердца писать будешь…И место жительство «Москва» лучше написать.

- Это почему? - возмутился Валик.

- Миша тебе правильно советует, Алиса девушка гламурная, ей минимум москвича подавай.

- А максимум?

- Какого-нибудь Дональда Трампа!

Когда страницу создали, Валентин написал письмо девушке. Печатал он долго, с трудом попадая по нужным клавишам. Стас и Миша терпеливо наблюдали за процессом. В конце концов Сидоров не выдержал и полез помочь.

- Не надо, я сам! – возмутился Валик.

- Стас, он сам должен научиться, – с укоризной заметил Субботин.

- А думаешь, она скоро ответит? – усомнился Валентин.

- Всяко может быть, – уклончиво ответил Сидоров.

Через час, когда они вышли из здания, Миша вдруг начал рассказывать о Валентине. Дескать, у Валика провал в памяти и он не помнит, откуда он, кем был и т.п. Возможно, он принимает нас за своих старых друзей, поэтому нужно обязательно подыграть ему.

Стас спинным мозгом почувствовал: - родственник что-то недоговаривает, но допрос устраивать не стал, наверняка начальство запрещает разглашать лишнюю информацию. И все-таки спросил:

- Миш, ты знаешь, как Валентин отреагировал тогда на мобильный телефон?

- Нет, расскажи, даже интересно.

Стас живо описал реакцию Валика на звонок будильника. Но родственник не оценил его подозрительность: «Ну и что, что такого, неожиданно зазвонил будильник и человек испугался, нашел чему удивляться»,

- Ладно, я поеду, у меня встреча, – попрощался Субботин.

- С девушкой?

- С инструктором. Учит меня водить в каменных джунглях. Мужчина. Средних лет. Женат. Есть сын школьник. Еще есть собака неопознанной породы. Вопросы еще будут?

- До вечера!

- Пока!

Глава 26

Выходные у Стас не заладились. Начальник вызвал его и нескольких коллег на работу в субботу, – дескать прибыли нет, идите работайте! На вопрос «а оплатят ли нам выход в субботу» ответил коротко: «не нравится, увольняйтесь!» Кто не выйдет – накажу! – визжал с пеной у рта босс.

Пришлось Стасу выходить. Юля на выходные уехала к родителям. Правда, к его удивлению, с работой справились до обеда. Видимо, коллегам тоже хотелось побыстрей свалить с работы. Поэтому и работали как заведенные. Конечно, все были очень недовольны, но увольняться не будут – понял Сидоров – уходить некуда. Все, кто хотел, уже покинули их контору. А почему он не хочет искать новую работу, может пора?

В задумчивости выйдя за проходную, Стас почувствовал желание

куда-нибудь прогуляться. Он достал телефон и стал вызванивать друзей. Мишин номер был все время занят. Серега не брал трубку: небось на рыбалку укатил. Виктор оказался на проводе:

- Привет, Стас! А я тут с твоими родственниками в Измайловском парке гуляю. Если скучно, приезжай, пива попьем.

Через час Сидоров уже был на месте. Правда, небо понемногу затягивало дымкой. Зверев и Миша сидели на открытой веранде кафе вместе с невысоким белобрысым пацаном лет четырнадцати. Взрослые пили пиво, а пацан поедал мороженое. «Узнаёшь?» - кивнул на Стаса Миша, когда Сидоров присел за столик.Пацан как-то неуверенно произнес «это …мой…племянник.» Стас решил было засмеяться, но вовремя понял, что перед ним действительно его дядя, которого он видел только раз, на похоронах деда.

Оказалось, парня зовут Никита, ему пятнадцать лет, он уже успел познакомиться и подружиться с Мишей и очень рад знакомству и с ним.

- Поздно ты подвалил, Сидоров, – усмехнулся Виктор, - мы уже весь парк обошли.

- Даже на лодках покатались! – сообщил Субботин. - Никита оказывается хорошо умеет грести.

- Меня папа научил, - с гордостью ответил парень, - мы с ним ездили на рыбалку на Волгу.

- В Астрахань? – поинтересовался Зверев.

- Ага. А еще в Кострому.

- Мишу небось с тех времен знаешь? – полюбопытствовал Стас.

- Нет, – отозвался Никита.

- Я был тогда в других местах – пояснил Субботин.

Зверев, мирно пивший пиво чуть было не поперхнулся. На лице мелькнула хитрая улыбочка: похоже знает, где именно был Миша. «Неужели в колонии для малолетних преступников?» Сидорову хватило ума не спрашивать: – «не в столь отдаленных ли ты бывал, Миша?»

- И много вы где с отцом бывали? – поинтересовался Виктор.

- В Санкт-Петербурге, в Белоруссии, в Карелии, в Крыму.

- А за границей бывал? – поинтересовался Стас, помня, что дед за бугор почти не ездил.

- Конечно были! В Ханье и Линдосе! - с гордостью ответил Никита.

- Где это? – подивился Сидоров. - Названия вроде знакомые, но в Турции таких он не встречал.

- Спроси у Яндекса! Для чего создали интернет, википедию и мобильную связь! – улыбнулся Миша.

Поставив кружку на стол, Зверев обхватил лицо руками и забился в истерическом смехе.

Никита и Стас молчали, не понимая в чем дело. Субботин тронул за плечо Виктора, видимо пытаясь остановить истерику, но Зверев сам пришел в себя и обратился к нему: «Пожалуйста, больше не тролль Сидорова в моем присутствии, иначе я помру со смеху!»

- Хорошо, - ответил Миша, - а остальных можно?

- Можно, только осторожно! – разрешил Академик.

Смысл их разговора Сидоров так и не понял: издеваются над ним, конечно. Раньше Витек с Серегой потешались, теперь Артеменко выбыл, но его удачно заменил Миша.

Никита задумался о чем-то своем, подростковом, потом доел мороженое и обратился к Субботину:

- Миш, ты фотографию получил? И не дожидаясь ответа, достал из рюкзака планшет и показал всем фотку с парнем в еще довоенной форме, сидящем за белым столиком с вазой. Видать, дед успел отсканировать все фотографии, ай да молодец!

Субботин же кивнул – да получил, спасибо. Виктор даже встал со стула, чтобы посмотреть фотку и присвистнул, переглянувшись с Мишей. Небось оба прекрасно знают, кто изображен на фото. Странно, почему Субботин не переслал фото Стасу. Может, забыл?

- На Мишу похож, – авторитетно заявил Никита.

Субботин неожиданно покраснел и развел руками. Зверев промолчал.

- Я фотку по программке нашел, – продолжил Никита, – загнал Мишино фото в программу и она автоматом стала искать на компьютере фотографии с похожими на него человеком.

Разговор прервал Субботин: – Хватит сидеть, пойдемте еще кататься на лодках, а то скоро дождь пойдет!

На лодках они еще немного покатались, даже Стасу понравилось, и он решил, что в следующем году обязательно пригласит Юлю кататься.

Когда Миша с Никитой уехали, Сидоров спросил у Зверева, хочет ли тот еще пива, Стас знаю тут бар неподалеку. Но Виктор отказался, мол, извини, домой надо ехать, дела. Сидоров, пожал плечами и поехал домой смотреть футбол, надеясь, что Миша вернется и присоединится к нему. Но Субботин явился поздно, уставший, и попросив оставить его в покое, поплелся в ванную.

Глава 27

Утро воскресенья выдалось дождливым. Юля прислала смску, попросила вечером забрать ее у родителей. Субботин умотал сдавать экзамен на права.

Ну и хорошо, - решил Стас, - поиграю-ка я в «Танчики». Но поиграть не удалось – ноутбук не захотел грузиться и выкинула уже не синий экран, а черный с надписью – «ой, не могу найти системный раздел, ай, помогите»…

Сидоров схватил телефон и стал звонить знакомому с компьютерного рынка. Минут пять трубку никто не брал, потом послышался недовольный голос:

- Это кто?

- Это я, Стас Сидоров, не помнишь?

- Да, помню. Ноут накрылся?

- Угу, не грузится, можешь помочь? - взмолился Стас.

- Стас, где ты почти два месяца пропадал, я тебя ждал, ждал.

- Так получилось, можно сейчас подъехать?

- Э…не выйдет, я сейчас пиво пью в Питере. Давай через пару деньков.

- Ясно, - смог только выдавить из себя Сидоров, вешая трубку. Стас пошел на кухню и включил телек…Из состояния ступора его вывело появление Миши:

- Экзамен перенесли на три часа. А ты чего такой грустный?

- Что радоваться, ноут сломался, никуда по нормальному не зайти.

- И как же жили люди всего лишь двадцать лет назад?! - хмыкнул Субботин.

- Не знаю. Но современному человеку без интернета тяжко.

Миша с удивлением кивнул на лежащий на столе смартфон Сидорова.

- Ютуб еще посмотреть можно. Но читать текст нельзя – глаза болят, - парировал Стас.

- Тогда давай я посмотрю, что там сломалось?

Через две минуты родственник поставил диагноз: «что-то с жестким диском». И предложил вариант решения проблемы: «Поехали ко мне на работу, я гляну, может чем помогу».

В больнице было пусто – воскресенье. Миша провел его коридорами в небольшую комнату, которую Стас определил, как прибежище сисадмина, а сам вместе с его ноутбуком скрылся в соседнем закутке.

В помещении пахло чем-то кислым. У окна стоял стол, уставленный пустыми пивными бутылками. Субботин выскочил из закутка, выругался, открыл окно, взял пакет и стал убирать туда бутылки. И опять исчез.

Рядом со столом находились стеллажи со старыми мониторами, системными блоками и прочими вышедшими из строя компьютерными комплектующими. За стеллажами был небольшой закуток – маленький столик, монитор, какой-то прибор, паяльник, аккуратно сложенная стопка материнских плат и ноутбук со снятой задней крышкой – один в один, как и у родственника. На монитор были прилеплены фотографии. На одной Яна позирует на фоне какого-то памятника, на другой…мама Михаила Вячеславовича с мужем. «Интересная у Мишки подборка», - задумался Сидоров, рассматривая фотографии. Но скучать долго не удалось:

- Стас, подойди сюда, - позвал его Субботин, - все починил.

- Класс! и как это тебе удалось? - не смог сдержать своего восхищения Сидоров.

- Ничего сложного, просто жесткий диск накрылся, я временно взял из запасных и поставил тебе. Сейчас винда накатится и все будет в порядке. Пока с этим походишь, потом себе новый диск купишь. Сложно – это то работает, а то нет. Поди разбери. Вот без Алексея, начальника мне пока не разобраться.

От радости Стас был готов обнять и расцеловать родственника!

Миша меж тем извлек из шкафа и развернул большой лист бумаги. На нем была фотография Алисы во весь рост в синем купальнике на фоне белоснежного пляжа и лазурной полоски воды. Ко рту девушка поднесла палец «не болтай».

- Неплохо! Валентину подарим?

Но подарок отнести не успели. Открылась дверь и в помещение зашел Виктор Борисович.

- Привет! – поприветствовал мужчина Субботина.

- Здравия желаю, товарищ майор, - ответил Миша.

- Чем обязаны столь необычному визиту? – поинтересовался мужчина у Сидорова.

Стас замялся.

- У него ноутбук сломался, привез чинить, - сообщил родственник, - жесткий диск накрылся, т.е. сломался. А без него ему работать никак.

- Молодец, - похвалили майор Субботина, - а Алексей где?

- На дачу поехал, к матери, - ответил родственник.

Виктор Борисович укоризненно покачал головой и удалился. Он явно не поверил в Мишин ответ.

«Наверняка бухал вчера этот Алексей, а Субботин его покрывает» - решил Стас.

Валентин сидел на кровати и читал какую-то книжку. Увидев их, вскочил явно с радостью – А я думал вы уже на этой неделе не придете!

- Все нормально! – мы здесь, вот тебе подарок – и Субботин развернул постер.

- Это что такое? – удивился Валентин.

- Как что? Женщина твоей мечты!

- На мое сообщение она еще не ответила.

- Не все сразу. Она на свою страницу заходит раз в месяц, привыкай к здешнему ритму жизни, москвич!

- Миш, скажи, пусть чаще выпускают погулять. Сидеть-то в четырех стенах тяжко – обратился к Субботину Валик.

- Пошли к командиру, – предложил тот и добавил, – Стас, мы сейчас вернемся.

Минут через десять они пришли довольные.

- На днях съездим, – сказал Валентину Миша.

- Хорошо!

- Ты давай учи матчасть, Алиса Алексеевна будет наблюдать за тобой, – напутствовал друга Миша, когда они расставались.

Из больнички Субботин отправился сдавать экзамен на водительские права, а Сидоров - в Подмосковье за Юлей. Попил чаю у ее родителей, завез девушку на ее съемную квартиру, помог собрать вещи (Юля никак не могла решить, что нужно взять в первую очередь) и только в девятом часу был дома.

Родственник уже ждал его сидел на кухне, пил чай с бубликами.

- Сдал?

- Сдал. Но семь потов сошло. Рубашку, в которой сдавал, в ванной замочил.

- Поздравляю! Давай отметим!

- Вот чай с бубликами – как раз подойдет! – улыбнулся Миша. - Для спиртного повод нужен посерьезнее, например свадьба!

- Ты этой свадьбой достал! – надулся Стас. - Но если она будет, тебя приглашу как свидетеля!

- Меня? – Субботин вначале удивился, а потом даже обрадовался – Здорово! Заметано!

- Твои-то дела как? Когда успел с Яной познакомиться? – ухмыльнулся Сидоров.

- Да случайно встретились, – Миша немного смутился.

- Случайно не бывает – возразил Стас. - Мы с Юлей тоже вроде случайно, на выставке познакомились.

И внезапно на ум пришел один вопрос:

- А кто такая Анна Литовченко? Яна про нее спрашивала.

- Яна знает про Аню? – очень удивился Субботин.

- Узнала про твою бывшую подружку? – засмеялся Сидоров. - Может, проверяет тебя!

Миша молчал, собирался с мыслями. Так продолжалось примерно минуту:

- Не могу понять, откуда она знает про Аню.

- Ну там страницы в соцсетях, школьные фотографии и т.п.

- Школьная фотография? – пробубнил себе под нос Миша.

- Это очень важно? – переспросил Сидоров, удивленный такой реакцией на фамилию девушки. Хотя Яна особа дотошная и докопаться до чего угодно может.

- Важно, – отрезал Субботин. Она не должна была знать про Аню.

- Значит, к ней попали твои удаленные страницы в соцсетях, электронная почта,

мало ли что.

Субботин покачал головой и предложил посмотреть футбол, что они и сделали.

Матч был драматическим. Вначале одна команда вела 2:0, потом противник отыгрался и вышел вперед 2:3, потом счет сравнялся 3:3 и в лишь добавленное время одна из команд вырвала победу 4:3!

После такой игры Сидоров не сразу смог уснуть и ворочался на кровати.

- Стас, ты спишь? – окликнул его Миша, лежащий рядом на раскладушке.

- Не сплю.

- Я вчера сдал ДНК тест, через пару дней обещали результаты, - сообщил Субботин.

- Алиса таки добилась своего, - засмеялся Стас.

- Она изменилась. Была очень вежливая, даже заботливая. Необычно, не ожидал. С чего бы это?

- Она тебя подозревает, - хмыкнул Сидоров.

- В чем же?

- То, что ты скрыл свое настоящее происхождение.

- Как скрыл?

- Когда я провожал ее до подъезда, Алиса такое про тебя стала нести, даже и не знаю, говорить ли.

- Давай, что она там трепала?

- Помнишь я тебе рассказывал про брата моей прабабки? Она уверена, что это ты и есть.

Миша ответил не сразу, прошло минуты две, Стас уже подумал, может не надо было такое говорить, решит что сестра умом тронулась.

- Слушай, а ты про ДНК-тесты читал? Правда, что по ним действительно родство можно определить?

- Вроде да, отец-мать-сын-дочь с высокой степенью вероятности. Даже племянник-дядя определяют!

- Племянник? – переспросил родственник.

- Ага. Сейчас наука так далеко продвинулась!

Тут до Сидорова стал стало доходить: ежели Алиса провела тест, то с кем сравнивали. С дедом? А откуда у сестры его днк?

- Стас, у Алисы днк Михаила Вячеславича есть. Ленкина внучка мне рассказывала, со второй женой когда он разругался, то проводил тест на отцовство Никиты и что-то там сдавал. У твоей сестры кстати знакомый в лаборатории, которая делает подобные анализы, есть. Дед твой скорее всего там анализ и делал.

Сидоров задумался. И не нашел ничего лучше спросить:

- А кто такие эта Ленка и ее внучка?

Родственник аж подпрыгнул, раскладушка затряслась:

- Стас, ну ты даешь. Я вот все думаю, когда ты догадаешься. С Валиком поспорили на банку компота. Он поставил на тебя!

- Что поставил…, - ляпнул было Сидоров. И тут до него стало доходить: если Алиса не сумасшедшая, то выходит…а ведь…Никитина программа не врала, сходство очень высокое. И эта женщина, мама которой звали Анна…Анна Владимировна.

Собравшись с силами Стас произнес:

- Слушай, а Анна Литовченко это твоя девушка?

- Когда-то дружили. В школе.

- Мы были у ее дочери с тобой???

- Ну да. Только Софья Викторовна после войны родилась. Первый Анькин муж на войне погиб. Без вести пропал под Киевом. Я только здесь узнал. А второй от ран через несколько лет умер.

- Не фига себе, - Сидоров силился понять Мишины слова, - выходит Алиса была права…Мишка родственник, но с другой стороны. Дядя его деда…мозг раскалывается. Караул...доктора!

- Стас, ты этого, ты много не думай, вредно, – пошутил родственник, - и это…ты никому про меня не говори...официально мне двадцать лет. А не девяносто пять! Кому нужно, все знают.

- Миш, я буду нем как могила! - выпалил Стас.

- Юльке не надо ничего говорить. Пусть для нее я буду выходцем из Костромской глубинки. Где вышел за околицу, а рядом медведь!

- Хорошо. Ты кстати туда ездил?

- Когда в школе учился, каждое лето приезжал. Там у отца брат жил. С его сыном Витькой мы почти одногодки. Только они оба на войне погибли. А мама Витькина после войны умерла. И этой деревни давно уже нет, - грустно заметил Миша, - сестра Витькина в Костроме жила, может ты ее помнишь?

Пришлось Сидорову напрячь память. Дальше отрывочных воспоминаний дело не дошло:

- Смутно. Мне четыре года было, когда туда приезжали. Миш, а я сестру твою помню, Елену Михайловну. Мы в Москву тогда заехали и у нее неделю жили.

- Это хорошо, что ты помнишь. Завтра Алиса должна сюда приехать, говорит у нее для меня сюрприз. И для тебя конечно. Валя завтра к нам приедет. Он если захочет, про себя расскажет. У него фашисты расстреляли мать и младшего брата. Пока ему говорить не стали, нет полной уверенности. Понимаешь. Он не должен чувствовать себя одиноким.

Ладно, давай спать.

- Миш, можно один вопрос, - взмолился Стас.

- Один можно!

- Чья лопатка была и яма с ранцем?

- Мои. Я их там прикопал. Не тащить же их с собой в поселок. Лопатка Валькина. Она мне жизнь спасла…было или ты или тебя. Я успел первый.

Но Сидорову очень хотелось еще попытать родственника, раз представился такой случай:

- Миш, а старший батальонный комиссар, я же его тело видел в лесу около твоего тайника?

- Когда я его нашел, он уже мертвый был. Застрелился. Он очень плох был, вся кость ноги раздроблена, крови много потерял. Мы боялись его не донесем. Неизвестно, смогли бы его спасти. Да и смог бы он жить здесь.

- А ты ведь на поляне уже понял куда попал?

- Конечно. Мы в деревню за едой пошли, на немцев нарвались. Пришлось быстро сматывать. Их полсотни было, с пулеметами. А на семеро и у каждого по пять патронов. В кино все смелые. Просто так умирать никто не хочет.

- И вы так сбежали, даже на прощание не стрельнули?

- Двоих фашистов застрелили, еще одного я лопаткой. Бежали потом в разные стороны. Потом гроза началась, дождь льет как из ведра, темно уже. Шел-шел, вроде туда, а лагеря нашего нет. Чую сил нет больше, под елкой присел, думаю утром солнце выглянет, сориентируюсь. Как оказалось, я рядом с лагерем был, как и Валька. Только он с другой стороны. Как молния рядом шарахнула. Я сознание потерял. Очнулся, уже утро, гроза прошла, поднялся и пошел в…противоположную сторону. Вот так с Валькой и разминулись. Есть хочется, достал из ранца картошки закопанной, решил запечь. А тут Богданов пришел на запах. Когда с ним столкнулся, смекнул, что-то не то. Уж больно лицо какое-то не то...какое-то спокойное. Еще он достал телефон и хотел меня сфотографировать. Думаю – странный мужик, странная штуковина. А ну к лешему. Вышел на тропинку. Там штуковина висит на кустах, пестрая вся, внял ее, это пакет был. Смотрю там бумажка, разворачиваю это чек из магазина, только дата 25 июля 2016 года. Вот тут мне нехорошо стало. Сел под сосной и час просидел, соображал, что теперь делать. Решил лагерь наш поискать. Нашел. Вижу тело товарища политрука под елкой. Попытался копать – тяжело, устал. Все не очень нужное в яме оставил. Винтовку только взял и все оставшиеся патроны. И так вышел к поселку. А там матросы. Что мог у них спросил. Они меня за реконструктора приняли и к вам направили.

Вальку молния сильнее оглушила. Попозже оклемался. Но сориентировался лучше меня - сразу нашел лагерь и тело старшего батальонного комиссара. Взял у того ТТ, подождал некоторое время и пошел на разведку. Вышел к тебе, ты его хорошо накормил, он до сих пор той кашей восхищается. Потом ему плохо стало. Не от каши твоей. Молния его сильно ударила. Забился в чащу леса, там и лежал пластом. Пока мы его не нашли.

Стас усмехнулся, вспомнил вкус той пересоленной и подгоревшей каши. Хотелось еще задать родственнику вопросов. Но тот понял намерения Сидорова:

- Стас, завтра задавай сколько хочешь вопросов. А сейчас – рота отбой!

Но Сидоров все-таки задал один вопрос:

- А как ты себя здесь ощущаешь?

- ОБОРВАНЦЕМ. Все спим! Еще один вопрос красноармеец Сидоров и наряд вне очереди!

Глава 28

Алиса опередила всех. Стас специально отпросился с работы. Но она уже была у него дома и сидела в компании Миши и его друга. Судя по тону, сестра была в хорошем настроении, кокетливо шутила с Валентином. На столике стоял торт, пустые чайный кружки, банка компота и блюдце, превращенное в пепельницу. Сидоров недовольно покачал головой. В ответ Алиса лишь пожала плечами.

- Братик, вот что ты такой вредный и покурить нельзя. Я вот сюрприз принесла, угадай какой.

- Результат теста? – спросил Стас.

- Ну это вы все уже знаете, у меня глаз алмаз! А братик мне не верил, думал я чокнулась?

- Ничего я такого не думал, - насупился Сидоров.

- Ой братик, не ври! – засмеялась сестра, - хотел меня в психушку сдать! Но сюрприз в другом. Владимира Кузьмича Подгорного все знают?

Ответом было молчание. Стас о таком человеке ничего не знал, а ребята сразу как-то оживились.

- Майор в отставке Владимир Кузьмич Подгорный проживает в квартире напротив. Ему 98-й год. Как я это узнала – не скажу. В архивах иногда такой бардак стоит. Дед уже не раз так попадал, поэтому научился все перепроверять.

- Алис, спасибо тебе! А мне говорят вот справка - погиб 1 февраля 1943 года, - казалось родственник сейчас вскочит и расцелует сестру.

- Это здорово! Это единственный человек, который нас должен помнить! – закричал Валентин, - я очень на это надеюсь.

- Тебя, драчун, он запомнил больше, чем братика, - улыбнулась Алиса, - надеюсь Стас, ты не будешь возражать, если у нас появится братик?

Сидоров промолчал, а сестра продолжила:

- Миш, какой из тебя дедушка, даже усов нет, не то что бороды!

Потом они все пошли к соседу. К сожалению торт ему нельзя, поэтому Стас отнес его назад и позвонив Юле, проболтал с ней целый час. Ребята же с Алисой остались у соседа. Вернулись они уже поздно. И поехали провожать сестру. А Сидоров завалился на диван и быстро уснул…

***

- Ну что скажешь Станислав Алексеевич, - Субботин обратился к нему, не фунт изюма продаем, внучку единственную замуж выдаем, кровинку от себя отрываем.

- Дедушка – начал Стас, и сам подивился своим словам. Мишке все-таки двадцать лет, хоть он и двадцать первого года рождения, но большую часть из них где-то шлялся. Так что он, Сидоров должен быть старший в роде. Должен-то должен. Но лучше пусть Субботин с мамой принимает решение, а Стас будет консультантом. - Я думаю молодой человек должен показать глубину своих чувств.

- Ты слышал??? - это уже обратилась к молодому человеку по имени Валентин – мама Станислава, Ирина Михайловна, высокая женщина средних лет, одетая в белый халат и панамку с красным крестом.

Они сидели во дворе какого-то старого двухэтажного деревянного дома под яблонями на вынесенных из дома «витых» стульях. Сиденье стула было не очень удобным, но Сидоров терпел. Слева от него сидела мама, а справа Миша Субботин, одетый в строгий форменный костюм. Железнодорожник что ли, подумал Стас.

Перед ним стояли Валентин, в строгом костюме и галстуке и почему-то заплаканная Алина в майке, джинсах, на голове ее была прическа из завитых рыжих волос

- Верно внук, глубина чувств это главное – дед Миша оторвался от планшета, который держал в руках и что-то настраивал на нем. - Интернет конечно вещь, но можно ли виртуально доказать сию глубину. Что скажете, матушка?

- Не верю я этому жулику. Что тебе в Киеве своем не сиделось? Там не хуже, чем в Москве!

- Он не из Киева приехал, а из Сумской области – заступилась за парня Алиса – он меня любит!

- Он не тебя любит, а твою квартиру! – зло отрезала Ирина Михайловна

- Расскажи-ка брат про свое э…материальное состояние – обратился Михаил к Валентину, не выпуская из рук планшет.

- Спасибо любезный Михаил Михайлович – поблагодарил Субботина Валентин – владею двадцатью сотками черноземной земли и домом двухэтажным кирпичным в Сумской губернии, а также имею долю в продюсерской компании в граде Киеве.

- Вот это уже дело – вмешался в разговор Стас и подумал, а откуда у Валика и дом и земля и бизнес?

- Вот видите матушка, у нас с Валентином будет где и на что жить – возразила матери Алиса

Ирина Михайловна насупилась и ничего не ответила.

- Что скажешь внук? - обратился к нему, нехотя оторвавшись от планшета дед Михаил.

- Думаю можно отдать нашу Алису Алексеевну замуж за Валентина Степановича – продекламировал Стас.

- Стасик, какая Алиса Алексеевна, какая свадьба? – грозно сказала Юля.

Станислав свет Алексеевич открыл глаза и удивленно уставился на девушку, стоявшую рядом с кроватью. Юля была уже одета, причесана и видимо собиралась завтракать.

- Я сейчас Мише позвоню, похоже только он может воздействовать на тебя!

- Юль, я все, встаю.

- Ты помнишь, что нам к двенадцати нужно быть на экскурсии? – с упреком обратилась к нему девушка.

Ах да, опять забыл. И решил перевести тему.

- Слушай, мне такой сон приснился. Мы как бы сто лет назад живем и выдаем замуж Алису за Валентина.

- Валентин это кто такой? - удивилась Юля

- Мишин друг. Сидоров встал с кровати и собравшись с силами и обратился к девушке – Юль, выходи за меня замуж!

- Стас, ты серьезно? – спросила немного смущенная Юля.

- Да!

- А ты хорошо подумал? Может быть я такая стерва, в первый же день сбежишь!

- Миша тебя одобрил, значит не стерва – хихикнул Стас, я его свидетелем на свадьбу приглашу, хорошо?

Юля как-то смутилась и только спросила:

- Поедем завтра к моим родителям, попросишь моей руки, если они согласятся, то так и быть пойду за тебя, лентяя!

Глава 29

- Привет! На моем компьютере стала долго грузиться винда, поехали ко мне, посмотрим, какой-ты айтишник! – улыбнулась Яна.

Ее улыбка была немного загадочной. Может девушка что-то узнала про него. Про Анну же она как-то узнала. Интересно как. Они собирались сходить на выставку, ради этого он приехал сюда на машине и встречал Яну в метро. И тут такой оборот.

В принципе он даже был рад этому. Диск с тест-программами с собой, если что, Никита подскажет. На машину Яна отреагировала сдержанно, а на знак «!» усмехнулась. А внутри «калины» даже обрадовалась – «вау, сколько свободного места, могу вытянуть ноги». Правда, дальше началось:

- Что ты тащишься, как «чайник»!?

- Кто такой «чайник»? – поинтересовался он.

- Кто? Ты! Плетешься еле-еле в правом ряду, час будем ехать! – засмеялась девушка.

- Навигатор пишет, через двадцать минут приедем.

- У меня парень был, так он за пять минут доезжал, - заявила Яна. И спохватилась:

- Это было одно из его немногих достоинств.

Девушка жила в семиэтажном доме недалеко от метро Новослободская. Въезд во двор был закрыт шлагбаумом. Основной проблемой было найти место для парковки. Минут десять он пытался запарковаться, а девушка внимательно наблюдала за его действиями. Когда они вылезли из машины, Яна похвалила его:

- Молодец, быстро управился!

- А почему во двор заехать нельзя? – возмутился он.

- Въезд только для жильцов дома. У которых есть машины. У нас нет.

- Нет машины? – удивился он, - сейчас в Москве почти в каждой семье есть машина, а у некоторых по две-три! У Стаса есть, у Алисы есть.

- И так машин полно, скоро деваться от них некуда будет. А если что, ты же мне не откажешь, - засмеялась девушка, и схватила его за руку. - Пойдем, у меня дома мама, но ты не бойся!

Они вошли в подъезд и поднялись на четвертый этаж. Подъезд оказался чистым, не загаженным, никаких рисунков на стенах и в лифте. В квартире Яна сразу предложила ему одеть тапочки.

- Тут комната родителей, а тут - моя, - пояснила девушка, открывая дверь в свою комнату.

Компьютерный столик стоял слева от огромного окна, справа - раскладной диван, над диваном огромная, почти во всю стену картина – берег озера, синяя вода, скалы, деревья зеленые, желтые, красные. Он засмотрелся на картину.

- Нравится? – поинтересовалась девушка.

Он молча кивнул.

Между картиной и окном висел постер – пограничник с собакой охраняют границу, снизу подпись: «Всегда на боевом посту».

Он достал из сумки флэшку с тестовыми программами, загрузил компьютер, запустил тест жесткого диска. Первое, что пришло на ум: накрывается жесткий диск.

Яна стала копаться в шкафу, стоящем рядом с компьютерным столиком. А у него неожиданно пересохло в горле, и он пошел попить воды на кухню.

На кухне было жарко. У плиты пожилая темноволосая женщина в очках вынимала противень из духовки. Напротив двери - небольшой буфет. Буфет очень похож на тот, который стоял в квартире одного его друга. Там внутри буфета всегда стоял графин с водой или морсом, и когда они прибегали с футбола или с лыжной прогулки, то утоляли жажду из этого графина.

- Ольга Ильинична, можно я попью? - автоматом вырвалось у него.

- Да, проходите, молодой человек, только меня зовут Надежда Ильинична, - ответила женщина, увлеченная готовкой.

Он по привычке подошел к буфету, открыл дверцы. Слева стоял графин с водой. Вот это да. На столешнице такой же скол, как был в буфете Илюхиных родителей. Ну да, если женщину зовут Надежда Ильинична, значит она дочь Ильи. А Яна, выходит, внучка?

Об этом он впервые подумал, что Стас рассказал про Анну. Только вот не знал чья родственница. Теперь стало все понятно.

- Вот ты где, - раздался сзади голос Яны.

- Дай молодому человеку попить воды, - отозвалась Надежда Ильинична.

- Миш, пойдем, поговорить надо, - в голосе девушки прозвучали серьезные нотки, - потом воду допьешь.

Они вернулись в комнату Яны. Он уже был готов ко всему. Видимо, девушка заметила его волнение:

- Помнишь я говорила, что где-то видела тебя, вот теперь я знаю где!

- И где же ты меня видела? – удивился он.

- Я в мистику не верила до знакомства с тобой. Но смотри, - и девушка взяла со стола два листа пожелтевшей бумаги. Первым был старый газетный лист. Дату правда можно было разобрать – 26 февраля 1939 года, второй представлял собой выполненный карандашом портрет лыжника, под портретом была надпись «Мишка – победитель»!

- Узнаешь? – строго спросила девушка.

Они с Юркой тогда бежали. Друг пришел пятым. И это тоже был успех. А потом отмечали его победу у Юрки в спортклубе. Там Илья и нарисовал его портрет.

- Вместе с портретом есть газета с заметкой о лыжном кроссе, посвященном Дню Красной Армии. Победитель некто семнадцатилетний Михаил Субботин.

- И что, мало ли моих однофамильцев? – усмехнулся он. А про себя подумал: - «Молоток Илюха, сохранил газету»!

Но девушка не сдавалась:

- Еще я нашла в бумагах деда письмо, написанное твоим подчерком. У меня есть знакомый графолог, он уверен - письмо писал ты!

- Ты дала ему все письмо?

- Нет конечно, только небольшую часть. Миш, ты можешь мне это объяснить?

- Я обычный «пришелец», каждую неделю езжу на обследования, ученые смотрят: не превратился ли я в вампира или зомбака! – попробовал он пошутить.

- Вот сейчас я обижусь! Мне не до шуток! - разозлилась Яна.

Так. Надо вдохнуть и выдохнуть.

- Я родился 27 марта 1921 года. Как сюда попал, не знаю, поверь мне! Мы с тобой познакомились в первый день моего пребывания здесь!

Девушка ничего ответила, закрыла лицо руками и так сидела минут десять. Затем пришла в себя:

- Ты письмо, написанное моему деду, хорошо помнишь?

- Да, оно небольшое, в армии особо нет свободного времени. Написал, что меня как младший командный состав, возможно, оставят служить еще на год, просил передать одной гниде, если он не оставит в покое мою сестру, то пожалеет об этом!

- О, я была восхищена автором этого письма! – кажется, Яна поверила ему.

Девушка подошла к шкафу и достала старую толстую тетрадь. Протянула ему.

- Посмотри. Кто, думаешь, автор дневника?

- Мой друг, - заявил он, просмотрев первые десять страниц, - поступил в литературный институт, потом, правда, бросил и поехал в Харьков поступать в военное училище, погиб в сорок втором.

- Ты прав! Автор действительно учился в литературном, но про то, чтобы бросить, нигде не писал!

- Он мне в армию прислал письмо, спрашивал совета, стоит ли бросить институт и поступить в военное училище. Я пытался его отговорить.

- А почему он решил бросить литературный институт? – удивилась девушка.

- Считал, что ему нужен жизненный опыт. И этот опыт ему даст Красная Армия.

- Яна, подойди пожалуйста на кухню, - раздался строгий женский голос.

- Пришелец, располагайся как дома, - хихикнула девушка и выскочила за дверь.

Он открыл тетрадь и принялся читать. Прошло, наверное, минут десять. Из Димки получился бы настоящий писатель. И зачем бросил институт?

Программа подала звук – тестирование законченно. Сел за компьютерный стол. Ой, как много плохих кластеров, диск явно просится на замену.

- Здравствуйте еще раз молодой человек, - в комнату вошла Янина мама.

Сейчас только он заметил, что она похожа на Илью. Встреть он ее на улицу даже и не обратил бы внимания.

- Яна, просила меня починить ее компьютер, - объяснил он.

- Вижу, - констатировала женщина, одарив его ироничной улыбкой, похожей на ту, которой встречала его Анькина мама уже после смерти его отца. «Мол с вами все ясно, молодой человек, Вы не пара моей дочери».

- Вы кем работаете? - поинтересовалась мама Яны.

- Айтишник, - гордо ответил он.

Женщина похоже не очень поверила:

- Вы институт уже закончили?

Илюха, что твоя дочь вытворяет, она на меня как на врага семьи смотрит!

- И работаю и учусь.

- В каком институте, если не секрет?

- Я военнослужащий, - сообщил он, решив давать о себе как можно меньше информации.

- И как там наша армия? - с усмешкой спросила женщина.

Усмешка явно относилась к нему.

- Хорошо, - а что еще мог он ответить?

Женщина многозначительно промолчала.

- Я надеюсь поступить в институт в следующем году.

Сейчас она начнет спрашивать, где я учился…

- Мама, Миша родственник Михаила Вячеславовича, - это Яна зашла в комнату.

«Уф, немного потеплело, его племянник наверняка был другом семьи…а Лена? Только бы не начала расспрос про степень родства и т.п.»

- Смотрите, что я принесла! Наверное, тебе интересно будет посмотреть! - девушка положила ему на колени фотоальбом.

Вот тут он испугался: А что если там будут фотографии с ним, Надежда Ильинична увидит, что она подумает!? Придется объяснять, а нужен ли подобный оборот ему сейчас?

-У тебя жесткий диск выходит из строя, я закажу по интернету такой же, - обратился он к девушке.

-Молодец! Настоящий айтишник, - улыбнулась Яна.

Но видимо, Надежда Ильинична не жаловала эту профессию:

- Михаил, скажите, а чем занимаются айтишники? У меня внук подруги тожеайтишник: сидит в подвале, попивает пиво, смотрит кино и ничего не делает.

- Если «сетка» грамотно настроена, то вмешательство и не нужно. А вот если что-нибудь выйдет из строя, тут начинает пляска, - заступился он за коллегу.

Яна тем временем открыла альбом. Пролистав пару страниц, он-таки наткнулся на свою фотографию. Пятеро молодых людей с лыжами. Все в шапках, черты лица особо не разглядишь. Но девушка ткнула пальцем и… угадала. Он кивнул.

Надежда Ильинична присоединилась к просмотру:

- Это папа с друзьями, они часто ходили кататься на лыжах.

Женщина перевернула несколько страниц фотоальбома:

- Вот смотрите, это начало семидесятых.

На фотографии была большая компания, человек десять, все на лыжах, довольные улыбаются.

- Вот папа с мамой, а вот я, мне лет пятнадцать-шестнадцать.

Илью он узнал сразу. А кто стоит рядом с женой Ильи, кажется, Лена?

- Вот Юрий, друг папы, он без руки пришел с войны, но все время бегал с нами, - продолжила Надежда Ильинична.

«Неужели Юрка Колобков!? Вот о нем он ничего не узнал! С Колобком он всегда соревновался, кто придет первый. В школе чаще побеждал Юра. Потом уже, после окончания школы почти всегда выигрывал он.»

- Вот Ваш, Миша родственник, только что окончил военное училище, - палец Яниной мамы указал на высокого спортивного молодого человека, - лучше всех бегал!

«Твой, Миша племянник. Племянник…ха…дедушка!»

- Вот его мама, Елена Михайловна, мамина подруга, вот муж ее, летчик. Он через несколько лет умер, сердце…

«Ну здравствуй сестренка. Сколько же тебе здесь лет? Уже под пятьдесят. А я тебя последний раз видел на своих проводах. Тебе тогда сколько было? Всего пятнадцать…А муж твой герой! Жаль не встретились.»

Вот тут его понесло:

- А давайте, как снег выпадет, пойдем кататься на лыжах? Я друзей приглашу!

- Миша, Вы давно в Москве живете? - с укоризной заметила мама Яны, - в прошлом году зима пришла только в конце декабря, а ушла в конце января!

Вот это да! Он что-то слышал про потепление, но чтобы так все поменялось! В его время снег, как правило, ложился к концу ноября, а сходил к концу марта.

Тем временем Надежда Ильинична, похоже, решила заняться воспитанием молодого поколения:

- Миша, молодые люди сейчас ничем не интересуются, кроме компьютеров, скажи, что тебе еще важно в жизни?

«Каверзный вопрос. Илюха помоги! Я сейчас ляпну «Ваша дочь»!

- Я не считаю, что нынешние молодые хуже, чем…чем Ваш папа и его друзья! Да, к сожалению в моде эгоизм, индивидуализм, мы почти не замечаем чужие слезы и боль. Но ведь есть и те, кто хочет сделать наш мир лучше, кто готов бескорыстно помогать людям!

Яна приподняла голову и с удивлением посмотрела на него.

«Так, тебя куда понесло, «оборванец»? – возмутился внутренний голос.

Надежда Ильинична улыбнулась и взяла в руки альбом:

- Вот еще фотография, - Надежда Ильинична перевернула несколько страниц.

Опять лыжная прогулка! Он сразу узнал Илью, Нину, маму Яны. Но кто этот молодой человек рядом?

- Это мой старший сын, он сейчас живет в Канаде, - пояснила женщина.

Вот Лена, Вячеслав Михайлович, Юрка Колобков.

- Ирина Михайловна? - он ткнул в фигурку в светлом костюме и темной шапке с помпоном.

- Да, сколько же я с Ирой не виделась?! Еще папа был жив.

- Я живу у Ирины Михайловны, - непонятно зачем вставил он, - а Юра, он сейчас жив?

«Ты вообще, что несешь, «оборванец»? - проснулся его внутренний голос. Назвать Юрия Кузьмича Колобкова Юркой?»

Но мама Яны не придала этому особого значения:

- Он умер через несколько лет. Это один из наших последних походов. В 90-ые, стало уже не до лыжных прогулок, потом умерла мама, потом Елена Михайловна, мой сын уехал в Канаду. Муж по командировкам мотается. А молодые, что Яна, что ее сестра, привыкли дома сидеть, - последнюю фразу Надежда Ильинична выговорила с какой-то обидой.

- Мама, сейчас 21 век. В моде другие увлечения, - парировала девушка.

Надежда Ильинична не стала спорить и продолжила:

- Папа и мама с Еленой Михайловной в одном классе учились. Миша, ты в каком родстве состоишь с Михаилом Вячеславовичем?

«Баабах…зачем ей это? Молчи Миша, молчи. А Яна обняла его за плечи. Значит поверила ему?»

Михаил Субботин…«Жизнь советует, иногда, играть в дурака. Что мне сказать, ДЯДЯ? Я не псих! Не так понял Ваш вопрос, уважаемая Надежда Ильинична.»

- У Елены Михайловны брат был, папа с ним дружил, говорил очень талантливый был парень.

- В чем талантливый? – вырвалось у него.

Яна несильно ткнула его в правый бок. «Ну прости, не сдержался!»

- Папа считал из него получился бы известный ученый.

«Из балды с паяльником? Хотя был же балда с блокнотом – чуть не стал доктором наук!

Молчи, Миша, молчи! Только не рассмейся!»

- Помню, с папой ходили в гости к маме Елены Михайловны. Она одна жила, дочь с мужем то на Дальнем Востоке, то в Закавказье.

«Баабах! Илюха, скажи своей дочери не копать эту тему!Глаза повлажнели, терпи, не хватало еще расплакаться!»

Но Надежда Ильинична продолжала:

- Хорошая, добрая женщина. Сын у нее единственный погиб, а она не верила в его смерть, говорила он вернется, обязательно вернется. Придем к ней с папой, она меня чем-нибудь угостит. Помню фотографии ее родных на столике. А умерла, как Хрущева сняли. Родители еще ходили квартиру ее сторожить, пока Елена Михайловна из Еревана не прилетела.

«Все…Похоже слезы не сдержать. Бедная мама, ты ждала меня, но вернулся так поздно, почему…Спасибо тебе, Илюха, ты настоящий друг! Жаль и ты меня не дождался…»

- Миш, что с тобой? - с испугом пролепетала Яна.

Он пытался ответить, но комок застрял в горле, а слезы полились из глаз. Закрыл лицо руками. Последний раз он плакал на похоронах отца. Вот на войне слез не было, была жуткая боль и обида, что погибли такие хорошие ребята.

Надежда Ильинична и Яна тихо вышли из комнаты и о чем-то беседовали в коридоре.

«Я знаю…помочь…уверена» - доносилось из-за двери.

Сколько времени он просидел закрыв лицо руками – минут десять, а может пятнадцать?

Кто-то присел рядом, Яна. Девушка обняла его, поцеловала в макушку и шепнула:

- Миш, с тобой все в порядке?

- Вроде. Прости, не мог сдержаться.

- Я все понимаю, пойдем на кухню пить чай, мама пирожков напекла!

Всю оставшуюся часть вечера он провел в обществе Яны и ее мамы. Получилось что-то вроде вечера воспоминаний. Когда он стал собираться домой, Надежда Ильинична передала коробку с пирожками: «бери Миша, Ирину Михайловну угостишь. Обязательно приезжай, будем тебе ждать!»

Яна вышла провожать его на лестничную клетку:

- Мама тебя не очень обидела?

- Нет, я сам виноват, расплакался как дурак, - ответил он.

- Что ты! Я окончательно тебе поверила, когда ты заплакал после слов о твоей маме, - улыбнулась девушка.

- А до этого?

- Были подозрения, - засмеялась Яна.

- Слушай, я тут билеты в театр присмотрел, на следующей неделе сходим?

- Вау! Мишка! Растешь! – девушка повисла у него на шее.

- Диск я тебе послезавтра привезу, хорошо, - предложил он.

- Конечно, буду ждать! Миш, ты как домой приедешь, скинь смс-ку. Дождь во всю идет, а ты не очень хорошо водишь, - сказала напоследок Яна и …бац поцеловав его в щеку и сказав «пока-пока», скрылась за дверью.

Воскресный вечер оказался очень дождливым. До дома пришлось добираться больше часа. Поужинал, написал Яне, что доехал, вынес мусор, и сел общаться с друзьями. Стас прислал список чуть ли не из десятка спектаклей.

«Ладно, есть чем заняться, одно только настораживает, почему все считают меня то героем, то гением. Я даже пока этот ЕГЭ сдать не могу. Хотя, как не могу, я его еще не сдавал, буду готовиться…»

Эпилог

Зима действительно оказалось теплой. Но как только на праздники появился снежный покров, они с Мишей сразу объявил лыжный поход. К сожалению, не все смогли прийти – у мамы случилось дежурстве, родители Яны приболели. Но основной костяк таки собрался.

- Миш, давай по первому разу маршрут забега будет не очень длинный, от круга и далее по лучевым просекам. Потом пойдем пить чай в какое-нибудь парковое кафе, - предложил Стас.

- Дельно, - ответил Субботин, - Янка со школы не бегала на лыжах. Юля тоже давно не выходила.

- А Валик?

- Валя? Сейчас ноги мастера увидишь. Третье место занял в гонке на 30 км в бригаде! Бежало две сотни спортсменов.

- А ты какое занял? - переспросил Стас.

- Я? Я судил, - засмеялся Миша.

Тем временем Стас поставил штатив, водрузил на него фотоаппарат - свадебный подарок им с Юлей. Так, сейчас нужно навести так, чтобы в кадр попали все:

Он с Юлей, Миша с Яной, Валентин с Алисой. Включил таймер и побежал к Юле.

После торжественного фотографирования сразу «сбросил» фотографию внуку Виктора Кузьмича. Тот незамедлительно покажет ее старику.

Только все дружно выстроились на старт, Миша стал дразнить Валентина:

- Спорим, я первый приду

- Давай, на что? – засмеялся тот.

- На чай?

- Первой приду я, мальчики! - встряла в спор Алиса, тряхнув своими рыжими, усыпанными снегом волосами, - но чаем не отделаетесь, что-нибудь из косметики подарите! Братик, тебя это тоже касается!

-Так, на старт, внимание, марш! – закричал Стас и покатился по лыжне, отчаянно работая палками.