О, прекрасная Равника!
Пролог
Что может быть лучше в середине дня? Многие из вас скажут, что лучше, чем дневной размеренный сон, нет для них ничего. Другие же возмущенно отметят, что день не для того, чтобы тратить время на восстановление сил, когда необходимо действовать в своих интересах.
Знаете, мне всегда казалось, что я отношусь к первым, к таким вот лежебокам, которые вот так легко могут размышлять обо всем на свете, находясь в тени от лучей полуденного солнца, залипая за книгой или ноутбуком, что нагревает живот. Только вот теперь последние происходящие со мной события заставляют иначе взглянуть на все мои взгляды и предпочтения.
Глупо, но только вот такие странные и даже идиотские мысли всплывают в голове в такой момент, когда смерть идет за мной буквально по пятам, хотя у меня было огромное число того, о чём необходимо было задуматься перед гибелью! Пришлось ускориться, пригнуться, что оказалось мне весьма на руку: над головой просвистела крепкая дубина с шипами, которая расколола бы мой череп как тыкву или арбуз. Не удержавшись, я покатился кубарем, попадая точно лавку местного торговца. Меня с ног до головы обсыпало порошками специй, от которых защипало в носу. Оглушительно чихнув, отмахнувшись от напиравшего на меня хозяина (у которого была голубая кожа, как у «Аватара» Кемерона, а также практически отсутствовал нос в прямом понимании этого слова), я вскочил на ноги, стараясь даже не смотреть в сторону одноглазого громилы, что, с оглушительным ревом, вновь заносил дубину над головой.
- Ты не Груул! – прорычал яростно он, обнажив ряд гнилых широких зубов, после чего я окончательно понял, что это самый, что ни на есть, циклоп, - Не Груул!
- Я не знаю за кого вы меня приняли, но, прошу… - попытался я как-то поиграть в дипломатию, но, кажется, это было бесполезно. В голове у меня была каша и мешанина из образов, а в нее ещё втесался этот бородатый одноглазый варвар, который рушил все мои теории о происходящем вокруг! Пришлось пятиться, боковым зрением я пытался отыскать на узкой торговой улочке хоть какой-то проход в соседний квартал, но местные, которых взбаламутила начавшаяся драка, совершенно не давали мне шанса на маневр. Правда, это не только играло против меня: циклопу они тоже мешали, так что ему оставалось лишь махать дубиной направо и налево, чудом не задевая зевак, оказавшихся рядом. Его налитый кровью глаз уставился точно на меня, он выцелил меня из всей толпы, а затем начал идти вперед, словно огромный ледокол через бушующее море.
В моей голове снова промелькнули мысли о дневном сне и полуденном солнце. Гадство! Вот так и сходят с ума? Мне придется умереть с такими идиотскими мыслями напоследок? Страх сковал меня по рукам и ногам, я не мог и двинуться, лишь наблюдая за тем, как циклоп быстро сокращает расстояние до меня…
Наверное, вы ничего не поняли из того, о чем говорится выше, верно? Циклопы, дубины, синекожие люди, мой несвязный бред от того, что я буквально чувствовал идущую по моему следу смерть. Да, потом, когда я начал думать обо всем этом, мне было немного стыдно за себя, за своё глупое состояние и поведение, но, дорогие друзья, поверьте, мне это простительно. Я бы посмотрел на вас, если бы оказались на моем месте! Что, уже не так смеяться хочется? Не знаю какие чувства сейчас вас наполняют: я не могу вас видеть сейчас, но, возможно, когда-нибудь, мы с вами сможем пересечься. Просто оказалось, что я planeswalker.
Искра
Противно зазвенел будильник. Вставать с самого утра мне было необычайно тяжело: сказывалась служба в армии, когда приходилось день за днем подниматься в непозволительно раннее время, когда солнце едва появляется на небосклоне. Проведенный год в вооружённых силах не сделал меня лучше, я не терял удовольствие от того, что могу понежиться в теплой постели.
Если раньше приходилось вставать мучиться, то теперь я вставал также для мучений, но за деньги. Это обстоятельство грело мне душу, заставляло откидывать одеяло раз за разом, каждый день, в самую рань. Противный трезвонящий аппарат дождался, когда я найду наконец нужную кнопку, покорно затих, а я пошлепал босыми ногами до ванной, где принялся за свой нехитрый утренний туалет. Стоит ли заострять на этом внимание?
- Эй, все в силе?
- Конечно. Ждем только тебя, - отозвался голос моего приятеля Николая из телефона, который я держал у уха плечом, попутно наливая себе в чашку кипяток, на дне которой был засыпан растворимый кофе, - Сделка стоящая, так что давай поторопись, не опаздывай.
Это замечание было лишним: не люблю критику в свой адрес, только если она дружеская и не намекает ни на что негодное. Скрипнув зубами, поставил чайник обратно на плиту.
- Ты же знаешь, что я не опаздываю. Черт возьми, я даже заранее прихожу!
- Что ты так завелся? Просто дружеское замечание! – обиженный голос в трубке захрустел, словно бы Ник раскрыл пачку чипсов, - Просто утром в Москве пробки стали уже ее настоящим и будущим, неотъемлимой частью…
- Я поеду на метро, - прервал я поток пламенной речи собеседника, а потом ткнул пальцем на сброс. Устало положил телефон рядом на столешницу, прихлебнул напитка, что должен был придать мне бодрости. Едва я сделал это, как аппарат вновь выдал трель звонка, от чего я едва не выронил чашку из рук. Мельком взглянув на экран, я сразу же обуздал свой гнев, запрятал его далеко-далеко, в самую глубокую и темную часть своей души, потому что для звонившей я всегда был готов на любые жертвы…
- Ох, привет, я даже не думал, что ты позвонишь так рано!
- Доброе утро! – ответил звонкий, довольный голос, - Ди-им, я уже выехала, так что к вечеру буду в Москве! Ты же встретишь меня?
- К-конечно! Я же давно говорил тебе: приезжай, можешь даже без предупреждения! – радостно залепетал я, невольно млея от происходящего. Шлепнул рукой по щеке слегка, приводя себя в чувство. С Алиной я познакомился там же, где и провожу большую часть своего времени – в Интернете. Интересная и образованная девушка (в чем я убедился уже спустя несколько минут общения) сразу же запала мне в душу, пробудила во мне чувства, которые, может даже, были близки к любовным. Наше общение пошло в гору, после обмена фотографиями рискнули даже пойти в видеочат, чтобы, так сказать, увидеть друг друга воочию. Для меня это был успех!
И большим успехом стало то, что она наконец сможет ко мне приехать! Алина из небольшого городка, где-то на Урале, я даже названия толком не помню. Холодная темноволосая красавица, от которой так и веяло первозданной красотой, всегда улыбалась мне, поддерживала во всех моих хобби и начинаниях, от нее я всегда мог услышать дельный совет относительно той или иной ситуации…
Я могу продолжать долго, описывать все качества и достоинства Алины, однако, наверное, много сказать тоже будет лишним. Для меня она была настоящей богиней, полностью поглотила меня и подчинила себе так, что я готов был сделать для нее всё. Но, знаете, по законам жанра бывает так, что девушки в таких ситуациях начинают использовать такое влечение в своих целях. Сколько раз такое бывало? Спешу вас уверить: не этот случай, совершенно не этот!
- Ну как же, без предупреждения… - сокрушенно отозвалась Алина, - Это неправильно, да так я бы напрашивалась бы к тебе…
- Господи, Алина! – взмолился я, - Я уже битых два месяца приглашаю тебя погостить к себе, а ты все никак не могла… Я просто рад тому, что всё так получилось!
- То есть, я тебя точно не буду стеснять? – тихонько поинтересовался голос моей богини. От этого я засмеялся.
- Нисколечки. Говори какой поезд, какой вокзал, вечером встречу!
- Дима, ты чудо! Вот, сейчас, возьму… билет… вот…
Я проворно схватил ручку, оторвал кусок бумаги, разгладил на разделочной доске. Быстро записал все данные, попутно прикидывая то, что мне придется вносить коррективы в мое обычное пятничное расписание дня. Черт побери, мне тогда нужно ещё и прибраться: нельзя показываться неряшливым и ни на что ни годным персонажем прямо накануне того, как к тебе приедет твоя девушка!
Звонок поставил окончательную границу моего настроения на позитивной отметке, так что я совершенно не задумывался ни о чем плохом. Сборы и завтрак пролетели как миг, и вот я уже завязывал шнурки, насвистывая веселый мотивчик какой-то услышанной ранее песенки. Надев куртку, надвинул шапку на голову, схватил сумку и, наконец, покинул квартиру. Все мысли мои были уже совершенно далеко от работы и от нашего мероприятия, на которое, собственно, я спешил. Под ногами хрустел свежий снег: осадки обещали в среду, но капризная непогода решила разразиться только сегодня ночью с четверга, поэтому утром меня встретил холодный ветер и трескающийся под ногами лёд. Но даже это не могло сбить с меня настроение. Наверное, со стороны было видно, что я улыбался как последний идиот, но мне было плевать.
Дорога от моего дома вела к остановке автобусов, что была соединена с вестибюлем станции метро. Немного странно, но если вы окажетесь в дальнем краю Москвы, где живу я, то поймете, что такое сочетание более чем хорошо отражает суть вышесказанного соединения. Вестибюль станции метро с кассами и спуском под землю, в свою очередь, также находился на небольшой глубине точно под местом, где останавливаются автобусы. Очень удобно, поверьте, а также достаточно экономично в плане места ввиду того, что Москва ширится и растет чуть ли не каждый месяц.
Спустившись к кассам, отстоял очередь за проездным (мой кончился вчера, как ни прискорбно). Сунув красную карточку в щель, я дождался разрешающего сигнала, после чего поехал по эскалатору вниз. Спуск был долгим: станцию заложили достаточно глубоко, дабы не повредить коммуникации на поверхности, поэтому с подобным неудобством нужно было просто смиряться и принимать таким, как оно есть. Зато было время поглазеть по сторонам. А что? Очень даже интересный способ убить время! В нашей подземке иногда попадаются такие фрики, что хоть стой, хоть плачь. Стоит хоть куда окинуть взглядом вокруг, так гарантированно что-то интересное да найдешь.
Вот, я не остался без объекта наблюдения: на соседнем эскалаторе, ниже, спиной ко мне, ехал косплеер. Почему именно косплеер? Глупый вопрос: кем же может ещё быть человек, одетый на японский манер, в московской подземке? Культура востока и аниме захватывали молодое население с большой интенсивностью, поэтому этому нет ничего удивительного, никто почти не тыкает пальцем и не тянется за телефоном как можно скорее, дабы запечатлеть очередного героя.
Знаете, а я вот не отношусь к этим невозмутимым людям, которых ничем не удивить! Меня сразу поразил костюм: белоснежные одеяния без единой помарочки, лишней обстрочки, широкополая шляпа, из-за которой совершенно не было видно лица, катана на поясе, выглядящая так, словно она настоящая. Рукоять была украшена незнакомыми мне орнаментами, иероглифами, что еще сильнее создавали впечатление того, что там у незнакомки (да, это девушка, я смог все же это понять после тщательного рассмотрения) действительно боевое оружие. Но такое же не может быть, правда?
Украдкой я достал телефон, сделал пару снимков. Отлично получается, прямо для обложки журнала, только сперва обработать на компе, но это минутное дело. Тем временем, девушка в шляпе спустилась ниже, сходя с эскалатора. Когда ее мягкие белые сапожки коснулись каменного пола, я успел заметить, что она что-то обронила. Издалека это было похоже на медальон с цепочкой. А что косплеерша? Она даже не заметила этого, спокойно пошла дальше, без труда прокладывая себе дорогу в людском потоке, ибо прохожие просто расступались перед ней, в благоговейном удивлении взирая на столь экстравагантную даму.
Медальон притягивал к себе взгляд. Быстро сойдя с эскалатора, я успел подойти, подхватить побрякушку. В моей руке лежал круглях размером с ладонь. Да, именно круглях, потому что я не мог подобрать других слов: неровности, шероховатости, царапины, спилы и даже сколы. Металл покрывал рукотворный узор, который складывался в отчетливый символ, который напоминал какое-то пламя костра, что устремлялось вверх, к краю кругляха, а в центре пламени был меньший кружок с выщербленным центром. Топорная работа, грубая, явно самоделка, она совершенно не подходила образу, который был у ушедшей далеко вперед девушки. Кстати, где она? Я осознал, что стою среди людского потока, как дебил держа на тонкой цепочке самодельный медальончик, а его обладательница скрылась из виду. Что же, кажется ей так не нужна сильно побрякушка, раз она даже не хватилась. Пожав плечами, я сунул находку в карман, а затем поспешил к поезду со стороны, что вела в сторону центра. Тут удача от меня более не отворачивалась: успел вклиниться в двери точно в тот момент, когда те уже норовили закрыться. Выдохнув, я пихнул случайно стоящего рядом парня в кожаной куртке, который крепко приложился лицом о поручень. Нда, кажется, я поспешил с утверждением о том, что мне повезло.
- Эй, друг, прости, я не хотел… - поспешил заверить пострадавшего я. Двери за моей спиной закрылись, поезд начал свое движение, укатываясь прочь со станции. Парень, которого я ударил, вздрогнул, потер ушибленный нос, а затем повернулся ко мне. Лоб у него был покрыт испариной, глаза выглядели так, словно бы он засыпал в них песка: красные, воспаленные, опухшие. Я осекся, проглотив фразу в горле, отступил чуть назад.
- Не хотел? Не хотел… - прошептал тот, а затем на лице появилась глуповатая улыбка. Его чуть шатало во время движения, поэтому он схватился левой рукой за поручень. Да что с ним такое?
- Друг, серьезно, это недоразумение… - отозвался я, медленно сделав шаг назад, насколько позволяли стоящие рядом люди. В груди кольнуло что-то не слишком приятное, заставляя меня вздрогнуть нервно, ощутить дрожь по всему телу. Настроение и поведение незнакомца настораживали. Псих или обкурившийся наркоман?
- Это было неприятно, - пробормотал он, словно не слыша моих слов. Держась левой рукой за поручень, он поднес к своему лицу правую руку, в которой было что-то зажато. Когда парень убрал большой палец, я увидел небольшую красную кнопку, что показалась на виду: словно бы в руке был небольшой джойстик.
- Я все думал… пытался, не мог заставить себя, - продолжил парень, глупо хихикая, от чего стоящие рядом люди наконец обратили свое внимание. На нас с наркоманом смотрели десятки глаз, от чего мне становилось не по себе, - А ты вот так вот… дал толчок, да… - засмеялся, обернулся к другим. Люди отпрянули по вагону, отодвинулись, в их глазах был ужас, - Да?
- Парень, успокойся…
- Кто-нибудь, вызовите полицию…
- Надо его ссадить с поезда!
Люди начали роптать, недовольно и громко. Я же молчал, пытаясь протиснуться назад, чувствуя подкатывающую к горлу панику. Чем пугал меня этот псих? В тот момент я не мог объяснить, просто беспричинный страх накрывал меня с головой, вытесняя все прочие мысли из головы.
Парень засмеялся, одним движением расстегнул свою куртку. Казалось бы, простое движение, которое не несет в себе ничего опасного, если бы не… несколько крупных пачек с маркировкой «С4» и куча проводов, что опоясывали его до груди.
Паника в вагоне началась в мгновение ока, словно чиркнули спичкой по серной полоске коробка и швырнули в ворох сухих листьев. Закричала женщина, вопль подхватили прочие испуганные люди. Меня сдавило с обеих сторон, окунуло в толпу так, что я даже пошевелиться не мог. Люди образовали давку, инстинктивно пытаясь броситься прочь из вагона с психом-самоубийцей. Как он пронес взрывчатку в метро? Это было неважно, ибо в голове стучала теперь одна мысль: бежать, спасаться бегством, найти укрытие. Разум вопил, что это бесполезно, что нет смысла, но инстинкты были сильнее. Под хохот смертника я активно работал локтями, пихал людей, бил, пробирался к дверям, за которыми проносились огни бесконечного тоннеля. Сердце стучало так, словно бы готовилось вырваться из груди, а в голове стучала лишь одна мысль:
«Прочь».
Слово ударило набатом, прямо в челюсть. Я схватился рукой за ушибленное место, охнул. Нет, это не было слово: просто кто-то в суматохе долбанул меня. Сознание закипело.
«Бежать».
Я ощущал себя мухой в янтаре, что сковывал мои движения, не давал и пошевелиться. Толпа сдавливала, бесновалась, пыталась выжить любой ценой, но как спасешься, когда эпицентр взрыва находится рядом с тобой?
«Вон!»
Почему это происходит? Я никогда не думал, что окажусь в такой ситуации. Это было странно, непонятно. Такое бывает только в фильмах, книгах, но никак не в реальной жизни! Когда по телевизору передавали новости об очередном теракте, я лишь посмеивался, рассуждал об опасности современной жизни, но никак не ожидал оказаться на месте несчастного, жизнь которого оборвется по вине психа с поясом со взрывчаткой!
Мне действительно захотелось жить. Жить долго и счастливо, как бывает в детских сказках, жить вместе с Алиной, ни в чем не нуждаться… Жизнь опьяняла, стремление к ней было столь яростным, что мне захотелось кричать. Закрыв уши руками, я заорал что есть мочи, долго и протяжно, рухнув на колени, ощущая удары множества ног по спине, по плечам. Я орал на одной ноте, надсадно, непрерывно, ожидая неминуемого взрыва…
Но его не было. Лишь странная вспышка, что ослепила меня даже через плотно закрытые веки. В какое-то мгновение всё стихло. Потянуло холодным.
- Эй, ты, чего орешь?
Грубый хриплый голос окликнул меня, потом в плечо ударило. Я охнул, распахнул глаза…
- Что? – сорвалось с моих губ слово, а взгляд уставился на невысокого верзилу с зеленой кожей и длинным носом. Гоблин? Чего?
Передо мной стоял грозного вида рыцарь. Латы отливали на солнце, что освещало широкую улицу города, вынырнувшего из какого-то Средневековья. Я широко раскрыл рот, озираясь вокруг на шпили башен, других домов, что были понатыканы друг между другом так плотно, что словно бы совсем не оставляли зазоров. Еще бросились в глаза флаги. Множество странных и не знакомых мне флагов развевались где не попадя: белое полотнище с красными вертикальными линиями по бокам и символа в виде вертикального сжатого кулака в середине. К слову, такой же символ был на наплечниках стоявшего передо мной рыцаря. Рыцаря-гоблина, самого настоящего гоблина, что нацелил на меня небольшой кривой клинок!
- Ты что, больной, человека? – зарычал зеленокожий, а затем, ловко развернув меч, долбанул меня рукояткой по голове. Боль пронзила череп, я повалился на землю, до сих пор не понимая ничего. Я что, умер, а это всё происходит в моей голове? Только тогда почему голова от удара раскалывается так, словно я еще жив?!
- О, шпионь! – прошипел проклятый рыцарь, деловито запустив свои тонкие ручки в перчатках без пальцев в карманы моей куртки. В глазах плыло, но я отчетливо видел, как на цепочке у мелкого засранца покачивался медальон косплеерши, который я подобрал у эскалатора.
- Я… это не моё, - выдохнул я, но получил ещё один удар рукояткой клинка по голове. Боль вспыхнула пламенем, а вместе с этим пришла и злость. Я рыкнул, перехватил медальон, потянул на себя, ногой пихнув рыцаря. Не ожидая такого отпора, коротышка вздрогнул, разжал пальцы, в результате чего медальон остался в моих руках. Зачем я так сделал? Я не знаю.
- Взять его! – рявкнул гоблин, а затем пронзительно свистнул. Я протер глаза, попятился на карачках прочь от вида надвигающихся на меня рыцарей. Все, как один, были облачены в доспехи, как у верещащего зеленого карлика, только эти уже точно были людьми, если смотреть на рост и комплекцию. У двоих были длинные копья, третий достал из ножен меч, четвертый выудил из-за пазухи стальные кандалы.
Что за бред происходит?? Я отполз к стене, дрожа всем телом. Что за черт? Вокруг полно людей, но все старательно делали вид, что ничего не происходит! И что с этими людьми? Бродяги, какой-то сброд в плащах, разномастные рубахи, грязные и стоптанные сапоги и ботинки… Голова у меня была как чугунная, хотелось блевануть.
- Где я? Что это?? – только и смог пробормотать я, когда двое нацелили мне острия своего оружия точно в грудь, не давая и пошевелиться. Это точно не может быть правдой, это точно в моей голове, точно в голове…
- Молчать! Ты не имеешь права ничего говорить, проклятый дикарь!
Это я дикарь? Сами стоят передо мной в доспехах, тычут в меня мечами, что-то требуют. Что-то мне подсказывало: если я пойду с ними – явно будет хуже. Но вот что я сделаю против пятерых психов с мечами и копьями? Зажав медальон в руке, я медленно по стеночке поднялся на ноги. За спинами напиравших на меня рыцарей я обнаружил нечто, заставившее меня сильнее напрячься и округлить глаза.
Высокий громила с косматой бородой и копной волос на голове, которого также окружили эти «светлые» рыцари, не сводя с него остриев копий. Несмотря на то, что он был выше каждого на несколько голов, он смиренно сидел на коленях, опустив голову, сложив руки за спиной, которые, судя по всему, были крепко связаны. Пленник?
При гоблинском выкрике про дикаря, громила поднял голову. На меня смотрел один глаз, который виднелся между грязных немытых волос. Я же стоял, прислонившись спиной к стенке, подняв руки, в одной из которых был зажат медальон. Картина маслом прямо. Что он на меня так пырится?
- Брат! Брат Груул! – пробасил он, а затем рот расплылся в улыбке. Это привлекло внимание остальных рыцарей. Гоблин недовольно поправил шлем, наставил клинок в сторону пленника.
- Заткнись! Вы все отправить куда надо! – рявкнул он, однако его тонкий писклявый голосок совершенно не ставился в соответствие с громогласным басом здоровяка, который словно бы приобрел второе дыхание.
- Груулы не сдаются!
При этом возгласе, прозвучавшем как боевой клич, гигант встал с колен. Всё внимание теперь было привлечено к нему. О, даже местные жители теперь зашевелились: это не я, маленький задохлик, которому может даже гоблин настучать по голове.
Кстати о гоблине. Похоже, среди этих рыцарей он был главным, так как лишь он визглявым голосом отдавал команды. Рыцари бросились назад, стремясь остановить разбушевавшегося пленника, который внезапно встал во весь рост, разорвав путы единым движением. Я с неким ужасом взирал на огромные мускулы, которые перекатывались под кожей дикаря. Да для него все как игрушки тут!
- Живо! Нам нужно подкрепление! – надрывался гоблин, брызгая слюной, размахивая своим клинком, - Остановите дикарей!
Громила перехватил копья, сломал их так, словно это были зубочистки, а затем сгреб парочку рыцарей, шмякнул их о землю. Мне показалось, или я слышал хруст? Так или иначе, фигурки в грязных смятых доспехах более не шевелились. Что?
- Если это мое подсознание так разбушевалось – то я хочу скорее проснуться… - пробормотал я, пятясь вбок по стенке, присаживаясь рядом с лотком фруктов местного торговца. Несчастный медальон я держал дрожащей рукой.
К слову о медальоне. Только сейчас до меня дошло, что символ, который был изображен на стальном кругляхе, был у косматого громилы. Я прищурился: на плече гиганта был аккуратно выжжен татуировкой точно такой же символ. Что-то в голове щелкнуло, я аккуратно достал телефон, запечатлев на фотографии то, как бывший пленник голыми руками расправляется с рыцарями, разбрасывая их словно кегли.
Вот теперь местные жители запаниковали. О, да неужели? Едва от отряда рыцарей остался лишь писклявый, удирающий прочь гоблин, потерявший свой шлем, окружающие начали торопливо покидать улочку. Торговцы сворачивали свои лотки, запирали магазины, тащили прочь ящики или мешки, крича и ругаясь. В мгновение ока тут все было забито разномастной толпой, которая, в панике, металась туда-сюда. Я тоже подумывал уже броситься наутек, но понял, что теперь внимание громилы было приковано ко мне. Может быть это из-за того, что это мой сон? Я решил все же остановиться на месте, сглотнув ком в горле.
Раскидав рыцарей, не обращая внимания на смятые тела, варвар двинулся ко мне. На его заросшем лице была довольная улыбка, а в руке он спокойно удерживал здоровенную дубину, которая напоминала, скорее, небольшой дубок, с корнями вырванный из лесной рощицы.
- Брат Груул! Бежать нада! – пробасил он громогласно, - Они возвращаться!
- А… они кто? – пробормотал я. Хоть я и пытался представить, что это всё сон, реализм происходящего меня пугал до чертиков. Громила стоял напротив меня, смотрел сверху-вниз, глуповато улыбался.
- Борос, - произнес он странное для меня слово, - Брат, ты странный…
Прищурив глаз (я предположил так, ибо второго до сих пор не было видно за волосами), он внимательно осматривал меня. Почувствовав такое пристальное внимание к себе, я тоже мельком оглядел свои одеяния. Ветровка синяя, вся в пятнах грязи, замызганные сапоги, такие же грязные джинсы, к тому же еще и промокшие, потому что я сел, до этого, задом в лужу грязной воды. Все эти ощущения грязи, отвращения и мокроты накладывались друг на друга, были слишком явными. Слишком явными, чтобы быть нереальными.
- Ты не Груул, - вдруг заявил громила. Это заявление заставило меня вздрогнуть, ибо гигант сразу же насупился, прищурил свой глаз. Складывалось ощущение, что он у него был только один.
- Эм… ну я нашел этот медальон… Если он нужен – то вот, берите, - пробормотал я. Вытянув руку, я разжал пальцы. Цепочка звякнула, медальон плюхнулся прямо у стоптанных сапог здоровяка. Ох, зря я это сделал…
Пришлось ускориться, пригнуться, что оказалось мне весьма на руку: над головой просвистела крепкая дубина с шипами, которая расколола бы мой череп как тыкву или арбуз. Не удержавшись, я покатился кубарем, попадая точно лавку местного торговца. Меня с ног до головы обсыпало порошками специй, от которых защипало в носу.
- Ты не Груул! – донеслось мне в спину. Дежавю не отпускало: только вот совсем недавно я также пытался пробиваться через плотную толпу людей в вагоне метро, как делал я это же сейчас. Совершенно не смотрел по сторонам, страх гнал меня вперед.
Страх от того, что я наконец понял, что это всё реально!
Реальность накинулась на меня тяжелым грузом, когда циклоп занес над моей головой шипастую дубину. Я понял, что если сейчас не сдвинусь с места, то погибну. Как те рыцари, которых здоровяк раскидал просто за милую душу.
- Черт, черт, черт! – бормотал я, распихивая всех на своем пути, - С дороги! Прочь!
Местные отпрыгивали назад, сторонились, прижимались к стенкам, забегали в дома. Я искал хоть какой-то закуток, дабы скрыться наконец от яростно напиравшего врага, но улица, как назло, была прямой, как стрела. Вокруг реяли флаги, по земле струились странные тени, словно гигантские птицы были в синем небе, но я не поднимал голову. Боялся сбиться с пути.
Спасительный проулок! Я довольно охнул, увидев, что дорога резко перечеркнулась перекрестком, пронзающим прямой путь слева-направо. Недолго думая, я бросился было вправо, но тут меня что-то остановило. Тонкие и холодные пальцы стиснули меня за плечо, дернули назад. Раздался довольный рев циклопа, совсем рядом.
- Размажу! – пообещал он. Я просто закрыл глаза, падая на спину, ожидая удара, но вместо этого услышал лишь громкий звон…
Открыв глаза, я увидел, что меня закрывала темная фигура в развевающемся за спиной плаще, которую от разъяренного циклопа отделял огромный сияющий прозрачный щит, возникший точно в воздухе. Дубина гиганта ударила точно в центр, с протяжным звоном завибрировала, от чего громила едва не выпустил её из рук.
- Вставай, - приказала фигура в темном. Судя по всему, это было мне. Я сглотнул ком в горле. Ледяные иглы в голосе говорившего не терпели возражений. Фигура отпрыгнула от циклопа, одновременно с этим сияющий щит в воздухе растворился дымкой, словно ничего на том месте и не было. Циклоп еще вертелся на месте недоуменно, но тут на него сверху неожиданно налетел большой ошейник. Подняв взгляд… я охренел еще сильнее. Мне даже захотелось перекреститься: циклопа деловито связывали летучие люди в знакомых мне доспехах. Белоснежные крылья развевались за спиной, держали воителей в воздухе. Два ангельских «пилота» проворно нарезали круги вокруг гиганта, опутывая его крепкой веревкой, затягивая ошейник на шее.
Досмотреть мне не дали. Фигура в черном недовольно зашипела, поволокла меня за собой. Я был словно кукла, едва переставлял ноги.
- Так разозлить и Боросов и Груула – каким надо быть идиотом? Ты что, впервые тут?
- А? Вы… о чем? – пробормотал я, вновь услышав ледяной голос моей спасительницы. Да, спасительницы: голос точно был женским. Что же, в бреду происходящего, это нормально. Пусть меня спасает девушка, мне уже как-то всё равно.
- Мда. Всё ясно с тобой. Надо уйти отсюда скорее…
Уровень дебилизма зашкаливал. Я хотел задать еще парочку вопросов, но тут над нами проскользнула тень. Пришлось остановиться, ибо впереди «рухнула» преграда...
Хотя нет, не так. «Рухнула» - это не то слово. Скорее сочетание «вальяжно опустилась». Я увидел прекрасную деву, которая напомнила мне смесь ангела и валькирии. Величественная дева-рыцарь, широко раскрывая белоснежные крылья, плавно приземлилась прямо на нашем пути. Облаченная в доспехи, что закрывали практически всё её тело, она выглядела чрезвычайно грозно и опасно.
- Именем Легиона Борос, вы заде…
Договорить она не успела: моя сопровождающая выкинула правую руку вперед. Я не успел моргнуть, как из глазницы крылатой воительницы уже торчала рукоять черного тонкого стилета, который прошел точно между прорезями шлема. Брызнула кровь, дева охнула, мешком повалилась на землю. Мне снова захотелось опорожнить свой желудок от утреннего кофе и вчерашнего ужина.
- Тупой ангел, - прокомментировала спасительница, хватая меня за руку. Пальцы у нее были необычайно холодными, - Не стой столбом, - потянула за собой, спокойно шагая прямо по распростертым крыльям павшей.
- А-ангел? – вырвалось у меня, я закашлялся. Старался не смотреть на тело под своими ногами. Странно: когда умирали от рук циклопа другие рыцари, меня особенно не пронимало, а тут… Труп был прямо передо мной, труп, который еще пару мгновений назад был живым человеком!
- У вас что, нет ангелов?
- У кого? У м-меня?
Девушка лишь вздохнула, продолжать разговор не стала. Вела лишь какими-то закоулками и подворотнями. Мимо пробегали пару раз кошки, потом собаки… Я не успевал толком ничего заметить, понять. Может это были и не собаки, не кошки! Я чувствовал, что схожу с ума…
В глаза ударило солнце. Я прищурился, прикрылся рукой от яркого света. Кажется, мы вышли на улицу снова, но, в отличие от того, что было ранее, здесь было спокойно, тихо. Люди были заняты своими делами, никуда не спешили.
- Веди себя естественно, не глазей, - шепнула девушка на ухо. Я попытался взглянуть на нее, но рассмотреть не успел: она схватила холодными пальцами меня за щеку, заставила повернуться и смотреть прямо. Я успел заметить лишь часть ее лица: слегка заострённый подбородок и пухлые губы ярко красного цвета.
- Не на меня. Вперед смотри!
- Да смотрю я, смотрю, - буркнул я, делая как сказано. Почувствовал, что девушка взяла меня под руку, повела вперед. Со стороны мы казались какой-то странной парочкой, я бы точно заострил на нас внимание, но прохожие… Словно смотрели сквозь нас. Не глазеть я не мог в принципе, поэтому украдкой скользил взглядом то туда, то сюда… Архитектура была такой же, похожей на некую смесь готики позднего Средневековья с современной застроенностью мегаполисов… я не знаю, как лучше описать то, что перед глазами, с описанием у меня всегда было не очень. Проще так: у зданий были ровными, преобладали прямые углы, острые шпили на крышах, где снова развевались флаги. Но на сей раз штандарт там был совершенно иной: на белом полотнище с синими вертикальными полосами был изображен равнобедренный треугольник, внутри которого были изображены различные узоры, состоящие из острых углов, пересекающимися друг с другом.
- Тут другие правят что ли? – шепнул я на ухо провожатой, но та лишь недовольно шикнула.
- Просто иди вперед, не зли меня!
- Я задал простой вопрос, что тут такого? - продолжил я любопытствовать. Это чувство включилось из-за того, что страх, более не подгоняемый ревущим циклопом, начал ослабевать. Девушка снова недовольно зашипела.
- Вот остановимся в безопасном месте – я тебе все объясню, planeswalker…
- Что? Вот последнее слово я не понял, можешь повто…
Но девушка повторять не стала. Она просто пихнула меня в бок, от чего я завалился влево, влетая в стену. Но, вместо того, чтобы врезаться в нее, я скользнул внутрь, прямо через камень, словно он был мыльной водой. Потеряв равновесие, я рухнул на деревянный пол.
Знакомство
Я лежал на полу в полумрачном помещении, что освещалось лишь множеством свечей. Напоминало ночной клуб, это первое, что пришло в голову, но потом сообразил, что более походит на какую-то таверну. Как в ММОРПГ, вот точно!
Круглые деревянные столы, запах выпивки кислой, а также мрачные личности, что сидели по углам большого зала. Пахло табаком, пивной пеной, морепродуктами, а также чем-то горелым. Самое удивительное то, что никто совершенно никак не среагировал на мое появление тут: всем было все-равно. Даже головы никто не повернул в мою сторону.
- Так понимаю, это место безопасное? – произнес я, ожидая то, что спасительница будет рядом. Так оно и было: меня рывком подняли за шкирку, как котенка, поставили на ноги. Я начал отряхиваться.
- Да. Безопасное. Иди сюда, - поманила меня девушка. В своем черном одеянии она совсем сливалась с пространством, словно была тенью в ночи. Она выбрала один из пустых столиков у стены, взяла в руки свечу. С ее пальцев сорвался огонек, который опалил огарок, после чего он занялся чадящим мерцающим светом, убрав немного мрак прочь.
- Либо я свихнулся, либо это магия. Я же прав? – осторожно произнес я, присаживаясь напротив. Постарался придать своему голосу немного твердости, но все-равно он предательски дрожал: сказывались последние события.
- Да-да, магия. Кончай валять дурака, planeswalker, это не красит тебя.
Девушка стянула с головы капюшон. Темные длинные волосы аккуратной шапкой ниспадали по ее плечам. Лицо было овальным, немного вытянутым, аккуратный маленький нос, а также, как я заметил ранее, ярко-красные губы. Хорошая помада, однако.
- Ты снова назвала меня этим странным словом. Что оно значит? – произнес я, постукивая пальцами по столешнице, - Кто я? И где мы вообще? Что происходит?!
В моем голосе явно прозвучали крайне нервные нотки, так как девушка скривилась тут же.
- Если будешь орать – ничего не узнаешь об этом мире, ничего не поймешь.
- О мире?
- Об одном из множества.
- Так есть другие?? – охнул я. Девушка закатила глаза.
- По-твоему, ты откуда сам?
Я наморщил лоб, насупился. Она разговаривает со мной, как с ребенком!
- Я из Москвы, - брякнул я. Девушка усмехнулась.
- Вот. Ты из Москвы, а это Равника.
- Нет, нет, это город так называется! – замахал я руками. Девушка легко улыбнулась.
- А Равника, думаешь, не город? Мы сейчас с тобой сидим в чистом поле?
Вполне резонное замечание, так что мне пришлось прикусить язык. Действительно: мы были в огромном городе. Если бы не общее окружение, то я бы назвал его мегаполисом.
Моя спасительница торжествующе улыбнулась.
- Так вот. Введу тебя в курс дела. Если судить по твоему поведению, ты только овладел своей силой. Искра только зажглась в тебе…
- Искра? Какая искра? – произнес я. В этот момент передо мной, словно из воздуха, появилась большая деревянная кружка, в которой пенилась коричневая жидкость с тонким слоем пены. Это было малость неожиданно, но мои нервы уже отказывались действовать так, как полагается, поэтому я лишь вздрогнул, не стал громко вопить. Перед девушкой же возник стеклянный фужер, наполненный красноватой жидкостью почти до краев.
- Искра, - повторила собеседница, пригубив напиток, - Нечто внутри тебя, что позволяет шагать через миры. Пока понимаешь?
- Смутно, - буркнул я, беря кружку. Решившись, я сделал глоток. Ммм… я зря опасался: на вкус это было обычное пиво! Холодное, приятное, вкусное!
- Значит, поймешь потом, - кивнула девушка, - Я сама точно не знаю до конца всего…
- Тогда с чего ты так утверждаешь тогда? – насупился я, поставив полупустую кружку рядом, ощущая, как на губах лопаются пузырьки пены пивной, - Ты решила меня учить чему-то, но сама не знаешь сути?
- Я уже встречалась с подобными тебе, - произнесла она. Взгляд у нее стал ледяным, колким, - Именно поэтому тебе повезло, что я решила помочь тебе. Хотя, наверное, стоило отдать на растерзание Боросам.
Повисло неловкое молчание. Как ни крути, она спасла меня, вытащила из передряги столь серьезной, что я бы давно погиб, считая это всё сном. Хотя, по сути, это так и может быть сном, но я решил пока отложить эту версию.
- Извини, - я почесал затылок, - Кстати, кто эти рыцари? Боросы?
Попутчица мне досталась отходчивая. Пригубила напиток, продолжила разговор:
- Легион Борос. Ребята твердоголовые, помешанные на порядке крепко. Военная структура практически полностью состоит из сил Боросов – одной из десяти гильдий, что держат контроль над Равникой.
- Над всем городом? А это похоже на мафиозные разборки, - ухмыльнулся я, делая мысленные пометочки в мысленный блокнот.
- Равника простирается на многие мили, - пожала плечами собеседница, - Точно нельзя сказать насколько она велика, но, скажу от себя, я никогда не покидала городских стен. Я даже не была рядом с ними, а уж, поверь, я излазила Равнику вдоль и поперек…
- Вот даже как, - перебил я девушку, - Это звучит странно, но, что уж, я в другом мире, приму как данное, - покачал в руке кружку, с грустью наблюдая за остатками пива на донышке. Вкусное, мне понравилось.
- Тебе ничего не остается. Без принятия ты легко станешь жертвой любой из гильдий, - пообещала собеседница, прищурившись.
- Тут так не любят этих… как их там… - я щелкнул пальцами, пытаясь вспомнить как она меня назвала, - Планвал…
- Planeswalker! Ну, если тебе удобнее, еще вас называют мироходцами.
- «Ходящий-по-мирам»… Ми-ро-хо-дец, - я пожевал слово, покатал его на языке, попробовал. Что же, вполне удобоваримо, - Я выберу что мне больше нравится.
- Называйся хоть владыкой мира, но, если кто-то узнает кто ты есть на самом деле – за тобой будет объявлена охота. И, поверь, многие готовы заполучить в свои руки planeswalker`a.
- Почему же?
- Твои способности могут открыть проход в иной мир через Слепую Бесконечность, - вздохнула девушка, явно дивясь моей тупости и сокрушаясь насчет своей помощи мне, - Экспансия, расширение влияния.
- Понятно, - угрюмо отозвался я, ощущая, что у меня мозг болит от всей информации, что на меня вылили, - То есть, мне надо скрыться от гильдий. От всех десяти? И как, мать вашу, это сделать?? Гильдии… кхе… - я кашлянул. Злоба начала кипеть во мне от несправедливости, что наваливалась на меня со всех сторон. В другое время я, скорее всего, испугался, но тут, видать, пиво ударило в голову, - Куда смотрит официальная власть в городе??
- Гильдии и есть официальная власть. Централизованности нет. У каждой гильдии свой мастер, - пожала плечами девушка, - Рал, Враска, Эммара, Ракдос, Домри, Аурелия… а также новенькие: Довин и Кайя.
- Ты их всех знаешь? И, кажется, ты только восемь имен назвала, - подсчитал я. Девушка кивнула.
- Верно. У Симиков постоянно кто-то мутирует от экспериментов, я не помню кто именно сейчас у них мастер, вроде Ваннифар была, а у Димиров всё держат в тайне. Остальные же не делают из себя затворников.
Мутирует? Ох, мутантов только ещё не хватало. Я потер щёки.
- Ладно. Кого, тогда, стоит больше опасаться? – перешёл я на деловой тон, сцепив пальцы перед собой.
- Довина и Аурелию. С подчинёнными второй ты знаком: она воевода Боросов. А вот Довин возглавляет Сенат Азориусов, в «Новом Праве». Странный ведалкен, но дело своё знает…
- Так, погоди, погоди, - я прервал девушку, понимая, что мозг снова начал закипать, - Азориусы? Ведалкен? Извини, но для меня это просто набор звуков.
- Синекожего вон видишь? – ткнула пальцем девушка в сторону. Я повернул голову. За одним из столиков у стены сидел долговязый синекожий гуманоид с необычайно худыми и тонкими шестипалыми руками, которыми он крепко держал кружку, боясь уронить ее. Уродливая лысая голова напоминала мне пришельцев, которых рисовали в комиксах. Только тут глаза были не черными, а красными. А ещё он постоянно мигал ими.
- Это ведалкен.
- Я уже понял. Ладно, лезть к нему не буду, к этому Довину, - фыркнул я, - Парней его как узнать?
- На доспехах синие метки в виде треугольника с кругом в центре, - девушка начертала в воздухе светящийся символ, в котором я узнал изображение на флагах снаружи.
- Эй, ты сказала, что мне нужно их опасаться, а сама привела меня к ним?? – тут я понял, что не знаю кто передо мной, почему помогает. Чёрт, я даже имени её не знаю! А если она меня сдаст?
- Эта таверна безопасна, Азориусы не знают о ней, несмотря на то, что она в их квартале. Бояться нечего, - уверила меня. Вот только я никак не успокаивался! Мысли о крупной подставе засели в моей голове. Если я мироходец, то вдруг она хочет меня сдать кому? И для этого спасает? А если она сама к какой гильдии принадлежит? Может, спросить напрямую? Нет, она не ответит!
- Бояться нечего, да… - повторил я, а затем встал. Девушка недовольно фыркнула.
- Ты чего?
- В туалет хочу. Тут есть туалет? – спросил я у нее, - Пивка выпил, хочу отлить.
- По коридору направо, - махнула она рукой, успокаиваясь внешне. Едва не запутавшись ногами среди стоящих рядом стульев, я выскочил в указанном направлении. Коридор узкий, без ответвлений куда-либо. Где же тут выход?
Конечно мне не нужен никакой сортир! Быстрее, бежать отсюда, пока она меня не хватилась! Пока она сообразит, я уже выйду из этой таверны, попытаюсь куда-нибудь уйти… Ох, не нарваться бы на этих Азориусов, или как она там их назвала?
В глаза ударил яркий свет. Дверь открылась, выпуская меня в закуток рядом с улицей. Я торопливо выскочил, прикрыл за собой, прислонился к ней спиной. Только потом осознал, что прислоняюсь к холодному камню: дверь исчезла, словно её там никогда и не было.
Что мне теперь сделать? Нужно слиться с толпой, чтобы не было «хвоста». Откуда я этого нахватался? Наверное, из шпионских боевиков, что любил смотреть в детстве. Натянув на голову капюшон куртки, сунув руки в карманы, я поспешил вперед, выходя на просторный проспект. Синие флаги Азориусов реяли тут и там, виднелись отдельные проходящие стражники. Патрули? Лучше держаться от них подальше: кто знает, что это за ребята такие, может почище Боросов.
Как и от моей сопровождающей. Я плавно обернулся, посматривая назад. Мой взгляд скользнул по соседним домам, соседней улочке, по спешащим по своим делам людям и… прочим гуманоидным лицам непонятных мне рас, описать которые мне было сложно. Знакомой черной тени нигде не было видно. Неужели мне удалось удрать?
Моя маленькая победа, что уж тут сказать? Надо закрепить успех, скрыться от всех окончательно туда, где меня никто точно искать не будет.
- Представление! Сегодня представление! Хотите познать самого себя?
Тонкий, но громкий голосок привлек моё внимание. Я остановился на тротуаре, посмотрел через дорогу. Среди множества уличных торговцев ходила девчушка, которая привлекала внимание не только своим громким и ясным голосом, но и весьма экстравагантным видом. В одеяниях преобладали красные и черные цвета, которые переплетались между собой множеством разных узоров. Весь её наряд мне напоминал наряд какого-то шута, который особенно подчёркивался клоунской шляпой, которая была украшена, почему-то, тяжелыми изогнутыми рогами. Костюм-трико был расшит квадратами и треугольниками, словно лоскутами, на сапожках были острые шипы, торчащие в разные стороны. Надо отдать должное: заинтересовала.
- Что за представление? – молвил я, когда подошел к ней ближе. Девчушка вздрогнула, повернулась ко мне лицом. Просияла.
- Не «представление», а «Представление»! – с гордым видом заключила она, беря меня за руку, вкладывая в нее красную тряпочку, расписанную странными символами, - Хотите увидеть?
Местный цирк? Ну, атрибуты подходящие, прямо-таки шутовские, если можно так выразиться. Чуть поодаль, у столба, я заметил одноколесный велосипед с погнутыми спицами. Ну прямо точно из цирка на нём уехали!
И вот теперь продолжение моей гениальной мысли: никто не додумается искать меня в цирке. Вместо того, чтобы скрываться, я буду у всех на виду там, где никто не додумается меня искать! В среднем, цирковое представление идет достаточно долго. У меня будет несколько часов форы после того, как оно кончится, да и повеселюсь немного, отдохну от кавардака последних событий.
- Конечно хочу! Вы меня заинтриговали этим Представлением! – отозвался я с улыбкой, принимая полотнище, аккуратно и бережно складывая его. Девчушка прямо сияла, готова была обнять, расцеловать.
- Отлично! Начало через несколько минут, вас привела сама судьба!
- Ого! Я весь во внимании! Так, куда идти? – я начал озираться вокруг в надежде увидеть большой цирковой купол где-нибудь поблизости. Но девчонка потянула меня за собой. Ее лицо, размалеванное красной краской, выражало заразительную искреннюю радость, что я сам не мог не улыбаться. Проворно взлетев на свой моносипед, она крутанула педали.
- Сюда, сюда! – покатила на соседнюю улочку. Я старался не отставать. Стянул с головы капюшон, взъерошил волосы. В руке сжимал красную тряпку, которая, видимо, была местным билетом. Кстати, о билете…
- Я совсем забыл спросить! Стойте! – я едва успел догнать ее. Схватил за плечо, но тут же одернул руку: укололся пальцем об острые украшения, - Ау!
- Да? Что такое? – девочка ловко развернулась на моносипеде, держа равновесие.
- Я вам должен за… приглашение? – я поднял руку с красной тряпицей.
- О, конечно нет! – она заулыбалась, - За представление не берут золотом! Вам сюда, - она показала рукой в сторону. Я увидел небольшую каменную лестницу, которая вела к большим дверям. Походило на подвал, а не на цирк. Хотя, может быть, мое видение отличается от местного? Чего нос воротить? К тому же я явно слышал оттуда множество голосов, гул которых проникал наружу через щель приоткрытой двери, а также звуки странной инструментальной музыки.
- Вот, прямо туда, да? – решил уточнить я, показывая пальцем. Девчушка кивнула, широко развела руки в стороны, сияя, как начищенный таз.
- Спускайтесь. Вас проведут в зал! Вам понравится Представление!
***
- О, вы на Представление? Добро, добро!
Едва я спустился вниз, как сразу попал в лапы долговязого верзилы в похожем шутовском наряде. На лице у него была раскосая маска, закрывающая половину лица до губ. Повсюду на его наряде были какие-то острые крючья, иглы, шею крепко стиснул ошейник с шипами, соединенный цепями с руками, от чего, при каждом движении, он звонко скрежетал.
- Да, мне вот дали… - я протянул было тряпицу, как её тут же выхватили у меня из рук. Долговязый расправил ее, при свете множества свечей посмотрел на свет, повертел.
- Да, разумеется! – в голосе его звучали доброжелательные нотки. Хорош клоун: походит на какого-то БДСМщика, но у всех свои традиции, верно? Может тут циркачи должны так выглядеть? Я улыбнулся в ответ.
- Там мне дальше в зал пройти, да?
- Верно! Я вас проведу, но сперва… наденьте вот это.
Парень снял со стены странную цепь, звенья которой украшали острые лезвия. Пока я не успел возразить, он аккуратно водрузил на мою шею, защелкнул.
- Не порезались?
- Я не…
- Вот, аккуратно, головой не вертите. Не туго? Поворачивайте голову осторожно и плавно, хорошо?
- Х-хорошо… А зачем это? – проблеял я, явно не в комфорте находясь рядом с острыми лезвиями цепи на моей шее, что тянулась до живота. Она была легкой, совсем не тяжелой, но вот я боялся порезаться.
- Для одного из номеров. Счастливчиков. Все зрители могут стать частью Представления, - отозвался долговязый, - Участие в нём – большая честь! Уверен, вам сегодня повезет.
- А… Ага… - протянул я, сглотнув ком в горле. Подталкиваемый в спину провожатым, я прошел в сторону зала. Меня провели по длинному темному коридору, предварительно велев повернуть направо. Моему взору открылся огромный подземный амфитеатр, с ареной посередине. Везде под потолком были натянуты цепи, канаты, везде горели множество факелов, а также мерцающие красным сферы, парившие в воздухе. Дух захватывало, признаюсь. Раскрыв рот от удивления, я шагал по ступенькам вниз. Вокруг садились другие зрители, переговаривались, делились впечатлениями и ожиданиями. Я аккуратно вертел головой, дабы не порезаться о лезвия «украшения». Вот тут действительно чувствовался размах наступающего Представления!
- Вот, ваше место, - долговязый жестом предложил мне сесть рядом с седовласым мужчиной в коричневом пальто (ну или в чем-то похожем). Он постоянно кашлял, прикрывая рот кулаком, что мне уже не понравилось. Будет мешать смотреть, однозначно! Сам того не ведая, я уже предвкушал общую атмосферу предстоящего праздника, интерес захватывал меня.
- Вы уже бывали? – осторожно поинтересовался я у своего соседа, когда кашель его стих. Мужчина выдохнул, повернулся ко мне, звякнув цепью, что также висела на его шее.
- Нет, я впервые. Как и вы, - отозвался он, смерив меня внимательным взором. В свете подземных огней было видно его старое морщинистое лицо, украшенное аккуратными усами и косматой бородой.
- С чего вы решили, что я впервые тут? – натянуто улыбнулся я, почувствовав легкое напряжение. Уж слишком прямой был ответ с утверждением, что он никак не мог знать. Или у меня просто паранойя разыгралась? Вообще, я пытался слиться с местным населением!
- Ну… вы здесь. Значит, тут впервые, - лаконично отозвался старик таким тоном, словно тут всё логично и не требует объяснений. Видимо, это должно быть очевидно и мне, раз уж так всё происходит. Пожав плечами, я попытался устроиться поудобнее в жестком кресле, расслабиться. Я же пришел смотреть Представление, верно?
К слову, зал был полон, чуть ли не битком. Ряды сидений впереди меня были заняты разномастной публикой. Среди рядов ходили провожатые из числа местных циркачей, похожих на моего долговязого проводника, рассаживали последних зрителей. Вот-вот всё начнётся, верно? Стараясь не обращать внимание на надсадный кашель моего соседа справа, я погрузился в мысли.
Как мне теперь быть? Куда идти, куда бежать? Если верить моей бывшей спасительнице, гильдии будут меня искать, если прознают, что я какой-то planeswalker. Может пойти самому на контакт с кем-то? Может мне специально сгущали краски в объяснениях, чтобы я так не поступал? Она слишком много про меня знала, сразу понимала, что делать и как меня вытащить. Совпадение? Не думаю. А гильдии, возможно, помогут мне вернуться домой. Так понимаю, я не один в Равнике, есть и другие мироходцы. Только вот без помощи я их не найду, ведь я даже не знаю где искать. Боги, я совсем ничего не знаю!
Лишь сейчас, под звуки начинающегося представления я понял, что совсем один, в незнакомом мне мире, который не настроен ко мне радостно и участливо.
Может я поступил опрометчиво?
Грянули трубы. Звуки пронеслись по подземному амфитеатру, привлекая моё внимание к происходящему на сцене. Лязгали цепи, двигались по всей площади, поднимая вверх множество платформ, на которых были акробаты. Мужчины и женщины, под удивленные возгласы толпы, совершали невозможные трюки, перелетали по платформам. Зрелище действительно завораживало. Я смотрел за всем, широко раскрыв рот от удивления. Артисты знали своё дело…
Толпа рукоплескала, радовалась, звенела цепями. Я решил не отставать, начал хлопать, как и все, но не слишком резко: острая цепь на шее всё ещё нервировала меня. Над моей головой разлетались искры, горячие брызги какой-то огненной жидкости летели во все стороны. Я торопливо смахнул с плеча каплю, недовольно фыркнул: прожженная дырка стала итогом пролёта надо мной акробатки на длинной цепи…
Амфитеатр сотряс громкий вопль. Я видел, как на новой выдвинувшейся сцене происходило странное действо. В ряд на коленях сидели молодые девушки в одинаковых масках. Руки у них были скованы единой цепью. Механизмы пришли в движение, цепи дернулись, заставляя их поднять руки над головой. Я кашлянул, увидев, что они все голые. Это тоже часть представления?
Девушки радостно улыбались, кричали, когда их спин, с размаха, касались острые плети стоящих позади циркачей. Что же, видимо, я был немного прав в своих мыслях об элементах БДСМ. Эта порка сопровождалась трюками цирковых артистов под потолком подземелья. Полыхнуло пламя, ярко освещая фигуру в длинных красных одеяниях, которая появилась на большой выдвинутой вышке. Рогатая маска стоящего на этой вышке добавляла колорита артисту, а когда он начал жонглировать огромными ножами… Градус Представления повышался. Я отвлекся на мгновение от жонглера, ибо внимание моё привлекли акробатки. Пролетая над толпой, они громко визжали, смеялись. На моих глазах одна выхватила из-за пояса клинок, полоснула по своему трико. Хохоча, она избавлялась от одеяний в полёте, не обращая внимания на порезы и раны. Я изогнул бровь, видя, как обрывки одежды разлетались по всему амфитеатру.
Толпа охнула, а затем раздался глухой звук удара. Я вздрогнул, вскочил на ноги. Моему взору предстала ещё одна из артисток. Её голое тело лежало в луже крови на одной из выдвинутых сцен, а из груди торчало лезвие клинка. Еще пару мгновений назад она была под самым потолком, а сейчас… Ч-чего?
Представление не заканчивалось, оно набирало обороты. Публика следила за всем как заворожённая, краски становились ярче, сильнее. Никого не волновали смерти, что шли одна за другой. Еще несколько акробаток сорвались с цепей, пронзенные ножами жонглера, а на сцену с мученицами, спины которых уже превратились в кровавое месиво, выбегали странные хвостатые бесы. Девушки сладостно кричали, стонали. Замолкали они с громким бульканьем, когда бесы проворно разрезали им горло длинными острыми клинками, что каждый держал в лапах.
Не было жалости, не было сожаления. Смерть захлестывала всё вокруг. Я вжался в кресло, боясь пошевелиться. Какого черта?? Почему никто не остановит эту вакханалию? Высокий клоун в раскосой маске ловко обезглавил своего товарища ритуальным топором, который сам покорно встал перед ним, артистки вымазывались в крови своих почивших товарок, кидаясь в новый зажигательный танец со свежими силами. Зрители не могли пошевелиться, словно бы их сдерживала некая злая сила.
- Я всегда мечтал увидеть Представление, - вдруг раздался голос справа. Я в ужасе повернул голову. Глаза старика сияли. Он кашлял, сильно кашлял, но его лицо выражало лишь восторг.
- Вам что, нравится это?? Вы больной! – пролепетал я, невольно косясь на новые смерти на арене. Черт!
- Да, я болен. Мне осталось жить несколько месяцев. Я прожил хорошую жизнь, - пожал плечами старик, - Почему бы не потратить остаток, дабы увидеть то, что многие видят лишь раз в жизни? Представление Ракдосов как раз одна из таких вещей.
Меня как молнией ударило.
- Как вы сказали? Ракдосов?
Имена глав гильдий, что называла моя спасительница. Я точно помню там это имя. Ракдос! Это что, его банда??
- Это… прекрасно в своем великолепии! – возопил старик, радостно хохоча, давясь своим кашлем. Его тело охватывали горящие красным сиянием цепи, не давали двинуться со стула. Я попытался вскочить на ноги, но обнаружил, что также не могу пошевелиться: сковали по рукам и ногам.
- Чёрт!
Я дергал руками, но неведомая сила не давала мне пошевелиться. Только перед глазами был амфитеатр, многоступенчатая сцена. Убийства продолжались: одна из голых гимнасток всплеснула руками, распорола свой живот длинным мечом. Кровь брызнула на ближайших к сцене зрителей, но они лишь радостно закричали. В их глазах полыхало пламя, они смеялись и наслаждались. Моё сознание затапливала эта вакханалия… Приходилось стряхивать оцепенение, чтобы совсем не погрязнуть в происходящем, как все несчастные в этом цирке.
- Ещё! Ещё!
Зрители улюлюкали, кричали, вопили, плакали. Никто не замечал сковывающие их цепи. Били барабаны незримых музыкантов откуда-то из ниш зала. Со сверкающих ножей капала шипящая горячая кровь. Акробатки срывали с себя маски, швыряли в зал, пили стекающую ручьями кровь, размазывали по телам. Чуть поодаль некоторые из участников представления яростно сношались прямо у всех на виду, так что к общей плеяде звуков добавлялись еще более громкие крики, от которых буквально срывало крышу вкупе с солоноватым запахом пота, что заполнял тут всё вокруг. Мне казалось, что я теряю рассудок…
Артисты пошли в зал. Лица покрывали застывшие красные пятна, которые я сперва принимал за краску. Хохоча, они подходили к зрителям, а затем резко хватались за цепи, висевшие на шеях. Головы срубались одна за другой, кровь брызгала вовсю, орошая всех, кто был рядом с жертвой. Голые девушки играюче рубили, орудовали ножами, срывали цепи с лезвиями, постепенно идя по лестницам вверх среди рядов.
- Ах… как вы, довольны? – услышал я елейный голос. Нервно дрожа, повернул голову направо. Пышногрудая красотка села прямо на колени к моему соседу, мягко проводила окровавленными пальцами по его щекам, по всему телу. Тот смотрел на неё, совершенно заворожённый и потерявший голову, что-то бормотал, шептал, совершенно не сопротивлялся, даже кашель его больше не душил. Девушка одарила его напоследок самой очаровательной улыбкой, медленно натягивая цепь, что висела у него на шее. Кровь из рассеченных ладоней струилась вниз по рукам, но она не обращала на это внимания. Резкое движение – и отсеченная голова кашляющего старика отлетела в сторону. Девушка смеялась, не обращала пока на меня внимания. Но, стоило лишь пошевелиться, как вдруг…
- А вы? Довольны? – произнесла она, медленно поднимаясь на ноги. Ее красивые руки поглаживали мои плечи, словно массировали. Вид её соблазнял, мешал думать, даже притуплял страх, однако перед глазами была ещё картина обезглавливания моего соседа.
- З-зачем всё это? – прохрипел я, пытаясь отодвинуться насколько позволяли цепи. От девушки шёл сильный жар, но каждое прикосновение, признаюсь, обжигало приятно.
- Мы все умрем. Так не лучше ли сделать это красиво? – отозвалась она. В голосе прозвучала небольшая нотка удивления, словно она не ожидала это услышать. Всегда все зрители шли на убой, как послушные овцы, а тут я… Может из-за этого? Боги, мои мысли путают меня же самого!
- Лично я ещё хочу… жить, - прохрипел я. Пальцы девушки сомкнулись на цепи. Она довольно улыбнулась, засмеялась…
Её грудь пронзила стрела. Смачно и точно, с громким хрустом. Она ещё секунду стояла на месте, недоумевая, а затем, со сладким стоном, повалилась на меня. Руки крепко сжимали цепь, я почувствовал, что сзади лезвия пропороли кожу на шее, вонзились в плоть. Неприятно, больно.
- Идиот… придурок… Самоубийца! – прошипел знакомый ледяной голос на ухо. Это заставило меня протрезветь. Вместо симфонии музыки и криков я слышал лишь стоны умирающих, эйфория улетучилась прочь.
- Т-ты? – только и смог выдавить я из себя, когда тело артистки стянули с меня. Перед моим лицом оказалась моя знакомая с луком в руках. Та, которую я кинул в таверне. Та, о которой я до сих пор ничего не знаю. Та, которую я записал в шпионы.
- Может, оставить тебя тут? – поинтересовалась она, а затем залепила смачную пощечину, от которой у меня аж зубы загудели.
- Ау! Сними… цепь… прошу…
- Оставлю так, - рыкнула она, а затем оскалилась. Я вжался в кресло: у неё на верхней челюсти ясно виднелись два острых длинных клыка. Девушка развернулась, выхватывая меч из ножен, парируя удар подлетевшей акробатки. Вооруженная ножами артистка с яростным воплем рассекала воздух рядом с моей спасительницей, пытаясь задеть её, но, видимо, бойцом являлась весьма посредственным. Моя знакомая без проблем пронзила ей живот, вспорола, откинула в сторону. Тело покатилось по ступенькам вниз.
- Помоги! Вы-выпусти… - проблеял я, уже не зная, что и хуже сейчас: полоумные артисты цирка Ракдоса или же вампирша, которая дважды уже спасла мою жизнь. Впрочем, повторять мне не пришлось: через мгновение я был свободен. Цепь полетела вниз, кровь заливала мою шею. Правда, стоит отметить, я сам был весь вымазан в ней полностью…
- Наверх! Беги! – рявкнула вампирша, толкнув меня в спину. Тяжело дыша, я бежал вперед, задыхаясь от переизбытка адреналина. Вот, дверь, через которую меня заводили в зал! Моё тело буквально врезалось в неё. Чего я добивался этим? Сбить с петель, как в фильмах? В приступе паники я начал барабанить в нее кулаками, пытался навалиться всем весом… пока не пришлось отпрянуть в сторону, когда створки отворились.
- Ещё слишком рано! Представление… не закончено! – простонал долговязый клоун в маске, который встречал меня на входе. Он держался рукой за шею, пытаясь остановить кровь, второй рукой сжимал клинок, которым неумело махал перед собой. Его тело было исполосовано ножами, сбитый напрочь ошейник валялся у ног. Он еще пару мгновений пытался нас остановить, пока не рухнул на пол. Я перепрыгнул через распростёртое тело, опрометью бросился дальше по коридору, через который меня вели в зал. Пробежав еще пару десятков шагов, я уперся в стену. Коридор сворачивал налево, к ступеням, которые поднимались к настежь распахнутым дверям! Свобода! Ноги подкосились, дальше полз на четвереньках.
- Ах!
Я вывалился на улицу, с наслаждением вдохнул свежий воздух Равники полной грудью. Вымазанный в крови, выполз по ступенькам, ощущая дрожание рук, которые грозились вот-вот не выдержать мой вес. Когда я начал осознавать произошедшее, организм дал слабину, и меня вывернуло наизнанку прямо на ступеньках.
- Жалкое зрелище.
Я икнул, виновато вытер губы рукавом испачканной куртки. Вампирша стояла рядом, совершенно невозмутимая. Двери в подземный зал были крепко заперты, всё стихло, были слышны лишь звуки города на соседних улицах. Когда она успела вернуться?
- Ты… ты…
- Ну? Давай, договаривай, - ледяным тоном произнесла девушка, скрестив руки на груди, - Хватит мямлить.
- Ты… - выдохнул я. Мутило от запаха собственной рвоты, а стоило мне закрыть глаза, как свистопляска безумных циркачей в подземном зале начиналась снова, - … Как мне тебя называть?
Спасительница изогнула бровь.
- Что?
- Как… имя твое? – выдохнул я.
- Зачем тебе моё имя?
- Ты… спасла меня. Дважды, - голос мой чуть окреп, я аккуратно поднялся на дрожащие ноги, держась за поручни лестницы, - Ты полезла за мной в этот… безумный подвал, рисковала… а я даже имени твоего не знаю. Чтобы отблагодарить.
Девушка немного смягчилась, лицо у нее стало проще. Она больше не поливала меня ледяными пронзающими иглами, от которых было не по себе.
- Ника, - коротко сказала она после раздумий, а затем протянула руку, - Зови меня так.
- Ника… - пробормотал я заплетающимся языком, - А я, это… Дима. Приятно позна… - картина вокруг поплыла. Я рухнул обратно на ступеньки, звуки вокруг исчезали, глохли. Последнее, что я услышал, прежде чем провалиться во тьму, были слова Ники:
- … только не вздумай в обморок.
На улице Жестянщиков
Странные сны. По темным коридорам бегаю от клоуна в маске цирка Ракдоса, который размахивает окровавленным топором. Казалось, что я просто могу сделать его на прямой, добежать до выхода и запереть дверь перед носом, но… Коридор всё не кончался. Я ожидал спасительного поворота, но проход шёл стремительной стрелой, без единого ответвления. Спотыкался, падал, оборачивался. Вместо клоуна уже была толпа разъяренных артистов в цветастых разноцветных трико. Одеяния были покрыты кровью, в глазах – безумие, ярость, жажда убийства. Что будет, если они меня догонят?
Знать не хотелось. Я бежал так долго, насколько позволял воздух в легких, а затем решил прибегнуть к технике, которой часто пользовался в таких случаях.
- Всё сон. Просто сон, да?
Впереди разверзлась пропасть. Я вылетел стремглав, прыгая точно в нее. Воздух вокруг засвистел, бешеные артисты остались позади, а я…
Открыл глаза в кромешной темноте. Ощущал, что лежу на мягкой кровати, на нескольких одеялах, голова прямо-таки утопает в большой подушке. Это однозначно не моя кровать. Так, а где я тогда ночевал? Сколько времени сейчас?
Где-то тут должны были быть часы. В темноте нащупал что-то похожее на стул, на котором лежал… Телефон? Я аккуратно пальцами нащупал гладкую поверхность сенсора. Да, однозначно, это моя мобилка. Потянувшись, я взял аппарат, разблокировал. Странно: время было половина пятого дня. Тогда почему так темно за окном? Отчаянно зевнув, я кое-как сел на кровати, подсвечивая себе экраном. Большая теплая перина верхнего одеяла, под ним еще одно, шерстяное. Кто-то позаботился обо мне. Кто же это?
- Ты быстро очухался.
- Е* твою мать! – выругался я, когда резко зажегся свет. Вокруг вспыхивали искрящие продолговатые лампы в виде стеклянных спиралей, расположенные на стенах. Я с ужасом потянул одеяло на себя, видя перед собой Нику. Да, мою спасительницу. Украдкой пришлось ущипнуть себя.
- Так это не сон был, да?
- Если ты про то, что случайно или не случайно забрел на вечеринку Ракдосов, то это не сон, - отозвалась девушка, довольно улыбнувшись, демонстрируя свои вампирские клыки. Я сглотнул ком в горле, помотал головой.
- Мне снилось, что клоуны пытались меня убить, - пробормотал я, а затем продолжил скрипеть мозгами дальше. Постепенно начали рождаться новые вопросы, - Где мы?
- У меня дома, на улице Жестянщиков, - спокойно ответила вампирша, садясь на соседний с кроватью стул. Свой черный плащ она сменила на серую рубаху с закатанными рукавами, волосы сзади стянула в пучок, причесалась, смыла помаду со своих губ. Бледность кожи ярко подчеркивалась в свете работающих трескучих ламп, в которых плавало нечто булькающее.
- Где… моя одежда? – я похлопал себя по карманам, точнее, попытался сделать это машинально. На мне была неудобная рубашка с широким воротом и рукавами, отделанными бахромой. Я сунул руку под одеяло, выдохнул.
- Я её выкинула, кроме обуви. Все-равно залита кровью, испорчена донельзя, - Ника усмехнулась, - Исподнее твоё я не трогала, ты мне не любовник, чтобы снимать с тебя трусы. Выложила вещи, оставила рядом, - показала рукой. На стуле, что был у изголовья кровати, обнаружился кошелек, ключи от дома, горстка мелочи, что я хранил во внутреннем кармане, проездной на метро, а также телефон, который уже был у меня в руках.
- Весьма… любезно с твоей стороны, - вздохнул я, потыкал пальцем по экрану. Заметил интерес со стороны Ники к этому чуду техники, - Спасибо. А зарядки у вас случаем тут нет?
- Чего? – не поняла вампирша, - Если ты про магическую дощечку свою – то к ней ману надо покупать…
- Нет, - я помотал головой. Показал пальцем на трескучую лампу, - Свет. На чем работает?
- На магии. Иззеты производят, во все дома проводят, - невозмутимо ответила Ника, пожимая плечами, - Воду, свет, огонь…
- О, у вас водопровод есть?! – радостно воскликнул я, потерев рукой щеку, где чувствовал корку запекшейся крови, - Замечательно! А вот с зарядкой жаль, - я повертел мобильник без сотовой сети в руках, - Магией тут не поможешь.
- Ну, не зарекайся так уж, - пожала плечами девушка, вставая на ноги, - Умельцы у Иззетов многое могут.
- Ты говоришь о них уже какой раз подряд, - помотал я головой, - Дай угадаю: это тоже члены какой-то гильдии, да?
- Да. Лига Иззет. Отвечает за инфраструктуру города, - отозвалась Ника, - Изобретатели, инженеры, взрыватели, строители. Иззеты на всём специализируются. Впрочем, как и многие другие.
- Другие?
- Другие гильдии.
- У меня сейчас снова мозг начнет плавиться, мне хватило полоумных циркачей…
Ника усмехнулась, пошла неторопливо из комнаты.
- Если ты хочешь тут выжить – тебе придется узнать о городе, а также о гильдиях всё, - донеслось из коридора, - Иди сюда, planeswalker, я тебе подключу воду.
Я не стал спорить. Только чувство вины кольнуло меня под ложечкой, засосало. Я бросил Нику, сбежал неизвестно куда, нарвался по своей дурости, считая себя рассудительным беглецом. И что же в итоге? Ника ведет себя так, словно ничего не произошло! Груз вины начал давить на меня сильнее, скатывался на плечи. Я вздохнул, выполз из-под одеял, поплелся в ванную комнату.
Ника обнаружилась рядом с большой мраморной белой ванной. Крутила вентили, дергала рычажки на трубах, что выходили из стены. Широкий кран загудел, зарычал, а затем выплюнул поток воды, заполняющей ванну.
- Спасибо, - произнес я угрюмо, вставая рядом. Ника перевела взгляд на меня. Только сейчас я заметил, что её глаза лишены зрачков, совершенно белые, словно вампирша была слепой. Но, судя по всему, это было не так.
- Не за что. Хотя, воду ты и сам мог включить.
- Нет, я не об этом… Спасибо, что вытащила. Снова.
- Ты уже вроде извинялся, - Ника прищурилась. Взгляд был холодным, спокойным.
- Ну и за то, что я сбежал…
- Да, точно, - вампирша ухмыльнулась, хмыкнула. Крутанула вентиль, а затем вода начала сбавлять свой ток, - Так и почему ты это сделал?
Я лишь развел руками. Врать спасительнице было стыдно, совесть моя мне не простит.
- Я думал, что ты меня сдать хочешь…
- Если это так, тогда почему я ещё этого не сделала?
Резонный вопрос, который расставил всё по своим местам. Зачем Нике спасать меня и приводить к себе, если я был бы прав? Или, она не то имела ввиду? Запутаться было достаточно легко, но ее фраза вопросительная говорила сама за себя. Я раскрыл рот было, хотел что-то еще сказать, но промолчал. Стыд заливал мои щеки. Вампирша положила руку мне на плечо. Холодное касание заставило меня слегка дернуться.
- Неприятно?
- Нет, просто неожиданно, - помотал я головой. Рывком стянул рубашку, оставаясь лишь в трусах. Взглянул украдкой в зеркало. Ух, ну и видок: запекшаяся кровь на лице, шрам на шее. Сильно зудело сзади чуть ниже затылка, ух… Проведя пальцами там, я почувствовал свежую корку от раны цепью.
- А ты… пила мою кровь? – вдруг выпалил я.
- Что, прости? – усмехнулась Ника, скрестив руки на груди, - Зачем?
- Ну ты же это… ну… - я развел руками, смотря на Нику через отражение в зеркале.
- Если я мертва, то это не означает, что я должна, как упырь, пить кровь каждого встречного, - фыркнула девушка беззлобно. Я выдохнул с облегчением.
- Так это… ты умерла уже, получается? – решил продолжить я тему разговора, но, видимо, перестарался.
- Давно. Давай не будем касаться этой темы, - Ника кинула в меня полотенцем, которое накрыло меня с головой, - Я приготовлю тебе поесть, а ты пока мойся.
Чёрт! Кажется, я все же вызвал её недовольство. Неприятно получилось, я не хотел такого. Ругая себя мысленно, я залез в ванную. Вода была теплой, пахла серой, но всё же это был душ, который мне приятно было принять. Недалеко обнаружился коричневый брусочек мыла. Повертев его в руках, понюхав, я решил, что он годится к использованию.
Чужая кровь стиралась, смешивалась с водой, окрашивая её в бледный грязновато-багряный цвет. Трубы шумели, гудели. Я же старательно намылил лицо, голову, встал под струю воды, зафыркал. Стало легче. Рана на шее оголилась, но не щипала, даже когда я мазанул там мылом. Провозившись почти десять минут, я наскоро вытерся. Обнаружил длинный женский халат синего цвета, что висел на деревянной вешалке чуть поодаль. Ничего не оставалось, пришлось надевать его.
Дом Ники напоминал небольшую квартирку где-то на окраинах Москвы. Одна комната, ванная, коридор, кухня, откуда слышались шаги и грохот посуды. Оставляя за собой мокрые следы, я прошлепал на звуки, оказываясь в маленьком помещении. Большую часть занимал странный агрегат, который, кажется, был аналогом современной плиты. Большие чугунные створки, за которыми полыхало пламя, содержали на себе символ в виде силуэта дракона, держащего свои крылья в полусогнутом состоянии. Клеймо изготовителя?
Чуть дальше стояли кувшины, какие-то вазы, кастрюли. Ника, повязав фартук с красными пятнами (я догадывался о природе этих пятен, но не стал заострять на этом внимание), вытаскивала с огня железный противень, на котором гордо возлежала мясная тушка какого-то животного, щедро приправленная овощами. Пахло аппетитно, особенно с голодухи, что крутила мой живот последние минут двадцать.
- Садись, - велела она, ставя кушанье на кособокий столик, за который мне пришлось примоститься. Места было мало: явно вся обстановка была рассчитана на одного человека. Значит, Ника живет тут одна.
- Спасибо.
- Хватит благодарностей на сегодня. Просто ешь и набирайся сил, planeswalker, - вампирша вручила мне вилку и нож. Повертев столовые приборы в руках, я в очередной раз не стал спорить. В течение некоторого времени была тишина, прерываемая лишь легким звяканьем столовых приборов о мою тарелку. Я старался не думать, полностью погружаясь в процесс принятия пищи, от чего просто молчал. Ника тоже не желала первой начать разговор, смотрела в окно, хотя, на мой взгляд, там было не видно ни зги.
Однако, вопреки моим ожиданиям, вскоре мое суждение оказалось ложным.
- Я помогаю тебе, потому что должна.
- Что? – я отвлекся, замерев с вилкой у рта, - О чём ты?
- О твоём спасении. О том, что я сделала, почему помогаю тебе.
Я сделал усиленный глоток, кашлянул, вытер губы рукой.
- Ну… я…
- Рано или поздно ты бы стал допытываться. Так? – Ника прищурила свои белёсые мертвые глаза, - Пока я в настроении рассказывать, я могу поделиться с тобой.
Вот она почему была такой загруженной! Решала говорить или нет. Ну, зная меня, я бы все-равно потом донимал её расспросами. Подцепив вилкой кусок помидора (или нечто похожего на помидор, я не знаю!), кивнул.
- Ну, в чём-то ты права. Потом я бы хотел знать… ну твои мотивы там… Просто так ничего не бывает же.
- Planeswalker спас меня, - произнесла Ника, скрестив руки на груди, отводя взгляд, - После смерти я связалась с Церковью Орзовов, заключила с ними контракт. Они подарили мне жизнь в таком виде, - улыбнулась слегка, - Ценой контракта было служение им, выплата контрибуций золотом. Орзовы любят золото и должников, - вампиршу слегка передернуло, а затем она приподняла край своей рубахи. На белой коже, на животе, обнаружился наполовину затёртый выжженный знак: диск, похожий на солнце, из которого выходили острые шпили, похожие на иглы, указывающие на стороны горизонта (если понятия направлений в Равнике такие же!).
- Это метка этой Церкви? – спросил я. Ника кивнула, поправила рубаху.
- Да. Я долго была в их услужении, ещё когда Обседат правил Орзовами…
- Кто?
- Совет призраков, - поморщилась Ника, вздохнув, - Души, нашедшие способ быть бессмертными. Их совет назывался Обседатом, ибо имена давно затерялись в истории нашего города. Я была связана контрактом, ежемесячно вносила им плату за свою жизнь. Для того, чтобы существовать.
- А если бы не смогла внести плату, тогда что? – тихо спросил я, отложив вилку в сторону. Ника пожала плечами.
- У меня отобрали бы возможность жить. Всё просто. Даже тень жизни, такое существование я научилась ценить, а, следовательно, шла на любые ухищрения и низости, чтобы добыть деньги…
Я вспомнил с каким хладнокровием Ника расправилась с ангелом из Легиона, как вспарывала циркачей Ракдоса. Убивать ей приходилось не раз и не два. Наверняка, за деньги она делала то же самое.
- Кхем… Кажется, ты сказала, что эти… призраки… правили Церковью. А что же сейчас? Что-то изменилось? – аккуратно спросил я, поддерживая нить разговора, но уводя Нику от не очень приятной для нее темы. Вампирша вновь взглянула на меня.
- Да. Совет убила волшебница, которая известна под именем Кайя. Дворцовый переворот, как бы ни смешно это ни звучало, - ответила она, - Забавно: убить призраков. Но ей это удалось. С гибелью Обседата мой контракт разорвали в одностороннем порядке. Церковь прислала почтового трулла с этим известием. Сказать честно, я сперва не поверила в это, - Ника начала смеяться, вытерла слезинку, которая покатилась по её щеке, - Орзовы… отпускают меня. Что я им ничего не должна. Звучит как анекдот, который гоблин рассказал другому гоблину, попутно переврав…
- Похоже на нашу налоговую, - я тоже улыбнулся в ответ девушке, - Только у нас таких чудес не бывает. Я бы тоже не поверил.
- И я. Но, когда в назначенный срок, не прибыл сборщик податей, я истинно уверовала в это, - произнесла Ника с улыбкой, - Груз упал с моих плеч, я была… свободной, а не собственностью Церкви. В тот день Кайя простила множество должников, и тысячи душ кружили тогда над Равникой, имеющие возможность уйти. И тогда я поняла: я никому ничего не должна, кроме Кайи. Волшебницы из другого мира.
- Стоп. Ты хочешь сказать, что она planeswalker?? Она как я? – я округлил глаза от удивления, сердце моё забилось чаще.
- Мне пришлось потрудиться, чтобы выяснить это. Да, Кайя из другого мира. Она пришла как освободительница и спасительница душ, - Ника просияла, - Сама для себя я решила, что должна ответить тем же. Спасением души. И, когда я увидела тебя, растерянного и забитого, не понимающего ничего вокруг, я поняла, что это мой шанс вернуть долг Кайе. Вернуть долг другому planeswalker`у.
Повисло молчание. Я был под впечатлением от этой истории. Церковь Орзовов, призраки, а также загадочная Кайя, которая также была мироходцем! Всё же я был прав, что я тут не один такой!
- Почему ты решила, что я planeswalker? – тихо задал я следующий вопрос. Пальцы мои крепко сжали вилку, сердце застучало сильнее. Ника засмеялась, подперла голову рукой.
- А кто ещё может появиться посреди улицы в странной одежде, орущий как ненормальный?
Моё лицо залила краска, я даже закашлялся. Получается, я выглядел идиотом таким, как прилетел сюда? Ну, меня можно понять: я пытался спастись от смертника в вагоне метро, который норовил вот-вот взорваться!
- Я думал, что погибну… Там… у меня… было всякое, - выпалил я, продолжая краснеть, - Я не хотел умирать!
- Никто не хочет умирать. Я не смеюсь над тобой, знаю, что такое смерть, - произнесла Ника, - Зато в моменты перед ней и активируется Искра. Если она у тебя есть, конечно.
- Что значит «активируется»? Теперь ты можешь мне объяснить всё подробнее?
- Я долго изучала материалы, которые смогла найти о planeswalker`ах, - отозвалась вампирша, - Искра активируется в тот момент, когда её носитель находится в отчаянном положении. Страх, ненависть, горечь утраты, например… По заметкам некоторых planeswalker`ов, которые бывали в Равнике, у каждого было что-то своё. Искра зажигается внезапно, спасает своего носителя случайным перебросом через Слепую Бесконечность. Что ты испытывал? – внимательно посмотрела на меня. Я задумался.
- Поезд вот-вот бы взорвался, - мой голос звучал грустно. Я прокручивал моменты осознания прошлого, как пытался спастись, - В вагоне был смертник с кучей взрывчатки. Я был рядом с ним, когда он расстегнул куртку и продемонстрировал всем. Я был напуган, я хотел выжить, сбежать…
Страх сковал моё сердце. Я чувствовал бешеный стук в грудь, схватился левой рукой, выдохнул. Страшно было в тот момент как никогда ранее. Кажется, что это было очень и очень давно, а не несколько часов назад.
- Всё сходится, - кивнула Ника, - Искра зажглась в тебе в момент опасности, перенесла тебя сюда, в Равнику. Могло закинуть в любой другой мир, просто воля случая.
- Что же теперь, я не могу вернуться обратно? – пробормотал я, подняв взгляд на вампиршу, - Или мне снова надо оказаться в опасности, чтобы меня портануло?
- Думаю, это не сработает, - покачала головой собеседница, - Planeswalker`ы сами учатся открывать проходы через Слепую Бесконечность в другие миры. Как именно? Я не знаю.
- То есть, я тут застрял, так? – изогнул бровь я. Честно сказать, осознание этой темы было для меня больным. Не хватало времени чтобы задуматься о таком: погони, драки, цирк психов и убийства. Я удивлён как ещё не свихнулся от происходящего вокруг, но вот сейчас, в свободной обстановке, на меня начали накатываться волны печального осознания. Моя работа, мой дом, родители, которым я хотел позвонить вечером, а также встреча с Алиной. Кулаки мои сжались сильно, ногти впились в кожу. Я обещал встретить её на вокзале… а оказался в этой Равнике. Вся моя жизнь осталась где-то далеко.
- Пока что да. Но ты вернешься домой, - вдруг произнесла Ника. Я глухо засопел, но эти слова походили на ушат ледяной воды, который резко опустили мне на голову.
- Почему ты так думаешь? Я даже не знаю кто я такой. Я не волшебник, не маг, я даже не знаю, как быть мироходцем! – выпалил я, ударив рукой по столу. Ладонь ожгло, так что мне пришлось потрясти кистью, дабы унять боль. Ника лишь фыркнула.
- Все учатся. Ты что же, считаешь себя хуже других?
- Это ты меня так подбадриваешь что ли? – я подул на ладонь, попытался улыбнуться, но получилось криво.
- Можно сказать и так. Пока можешь пожить тут, у меня, на улице Жестянщиков. Я помогу тебе разобраться в городе, научу тут жить. И ты постараешься научиться использовать свои силы.
- Этим ты отдашь долг Кайе? Только из-за этого всё? – произнес я. На лице Ники не дрогнул ни один мускул.
- Да. Доедай уже, а то остынет, - велела она, отворачиваясь к окну. Разговор можно было считать завершенным на сейчас. Меня не отпускало чувство, что в последней фразе я все же сказал что-то неправильное, но усугублять положение всё же не стал.
***
Дом, в котором жила Ника, был многоквартирной постройки однотипного заселения в одном из не самых благополучных районов города. Здесь жили, в большинстве своём, многочисленные рабочие из числа гильдейских образований Иззетов, а также семьи гоблинов. Патрули Орзовов частенько заглядывали на улицу Жестянщиков, так как среди числа жителей было множество их должников. Мне приходилось мириться с гоблинским ором, с постоянным визгом за окном, когда очередной посланец Церкви пролетал перед окном…
- Срок оплаты! Срок оплаты!
Я протёр глаза, отпрянул от окна. В небе парила странная птица, лапы которой напоминали человеческие руки, покрытые перьями. Длинная шея венчалась крупной, почти человеческой головой, лицо которой было скрыто золотой маской, а на лбу был выгравирован знак гильдии. Тварь без остановки визжала, повторяла одну и ту же фразу. Одновременно с этим во всём доме начался бедлам, шум и гам. Потолок трясся, качалась подсвешниковая люстра под потолком. Птица покричала ещё, а затем резко спикировала вниз. Дабы лучше всё осмотреть, я раскрыл окно, осторожно взглянул вниз.
- Это почтовый трулл.
- Да е* твою мать! – выругался я, схватившись за сердце. Ника неслышно прошла в комнату, а я даже не заметил. Едва не выпав из окна, я втянул голову назад, в комнату, - Зачем ты так пугаешь??
- И в мыслях не было, - невозмутимо ответила вампирша, снимая с головы капюшон, ставя корзинку с едой на стол, - А тебе нужно быть более сдержанным, planeswalker.
- Кажется, мы договорились, чтобы ты звала меня по имени, - поджал я губы недовольно. Ника пожала плечами.
- Как скажешь, Дима. Так что же там тебя привлекло, Дима?
Сказано это было деланным елейным тоном, с которым она, обычно, решала надо мной издеваться. За пять дней, проведённых у нее дома, я уже начал привыкать к её подколам, но не до конца.
- Эта хрень заорала «Срок оплаты» - и дом свихнулся. Все ломанулись вниз, - я аккуратно выглянул наружу. Наш скверик Жестянщиков заполнился многочисленными жильцами, большую часть из которых составляли гоблины. Прямо на глазах зеленокожие целыми семьями вылезали из закоулков, выбегали из соседних подъездов, чернеющих тут и там.
- Это не хрень. Это трулл.
- Груул?
- Если ты сравнишь Груула с труллом – тот явно обидится, - вздохнула Ника, вставая рядом со мной, с недовольной миной смотря вниз, на приём податей.
- Груул, трулл… Разницы мало как по мне, - буркнул я. Золото внизу лилось рекой. Гоблины галдели, прыгали, трясли монетами, отбирали друг от друга, дети кричали, плакали, родители пытались их успокоить. Люди и синекожие ведалкены старались держаться подальше от зелёной толпы полуросликов, которую сдерживали мрачного вида рыцари Орзовов. Сплошные латы полностью закрывали тела, высокие шлемы без видимых разрезов для глаз, вместо оружия – двуручные тяжелые клинки. Подати принимали члены гильдии, которые смахивали на католических священников. В их одеяниях преобладали черные и белые цвета балахонов и длинных плащей, что волочились по земле. Каждый из собирателей проворно подхватывал монеты, высыпал из мешочков в большую чашу, громко оглашал заковыристые имена гоблинов или же прочих должников, подзывая к себе. Над всем этим праздником злата кружил мерзкий трулл, каркая гортанным тяжелым голосом что-то непонятное.
- И как часто такое происходит?
- Раз в неделю. Ровно в это время. В прошлом я тоже была среди этой толпы. Теперь же меня сборщики не замечают, чему я рада, - произнесла Ника, подперев голову рукой, - Пережиток прошлого.
- Что же там такое покупают у этих Орзовов, что столько желающих? – удивленно спросил я. Ника пожала плечами.
- Всё. Буквально всё. Орзовы торгуют всем. Без исключения.
- Наверное, им приятно иметь монополию в своём деле, - вздохнул я, а затем отошёл от окна, - Не понимаю, как ты тут живешь, - схватил подушку, закрыл ей ухо, - Эти гоблины шумят с утра до ночи…
- Квартиры в центральных округах стоят дорого. В твоём мире так всё легко с домами? – усмехнулась Ника, закрывая окно. Улюлюканье гоблинов сразу стало тише.
- Совсем нет, у нас такая же проблема. Но у нас нет гоблинов.
- Везет же вам…
Ника прошла мимо меня, прилегла на диван, даже не снимая сапог, устало выдохнула. Наверняка очередная тяжелая ночка: девушка уходила под вечер, ближе к ночи, возвращалась утром. Я не пытался допытываться у неё о творящихся ночью делах, понимая, что это не моё дело сейчас, но интерес прямо распирал. И не только к тому куда она пропадает.
- Ника…
- Мм?
- Ты так и собираешься держать меня тут взаперти и приносить еду? Я хочу помочь тебе.
- Чем ты собираешься мне помогать? – Ника подняла взгляд белесых глаз, - Зачем?
- Ну, хотя бы, чтобы отблагодарить за моё спасение, - фыркнул я, - И я не хочу сидеть в четырех стенах, как последние несколько дней.
- Там много гоблинов, - Ника натянула на голову капюшон, откинулась на подушку, - Ты сам говорил, что они тебя нервируют и бесят.
- Да, но не во всей Равнике же эти гоблины! – возопил я, ощущая, что она говорит со мной так, будто бы я ребенок. Быть может, для неё, по возрасту, я ещё дитя, но раньше она была человеком живым! – И ты говорила, что мне нужно узнавать город. А как я могу узнавать его, не выходя никуда?
- Ты про все гильдии запомнил? – прервала меня Ника. Я прикусил язык: перед ночными уходами, Ника давала мне своеобразные уроки по истории Равники. Разговоры касались гильдий, я старался запомнить их разнообразие и особенности каждой, но, честно сказать… постоянно путался. Поэтому пришлось лишь развести руками.
- Ну так… запомнил вроде, - пробормотал я, отводя взгляд. Вампирша прищурилась, приподнялась с подушек на локтях.
- Кратко о Рое Голгари, - произнесла она, - Давай, отвечай.
Я изумлённо посмотрел на неё. Нет, это она серьёзно? Я чуть склонил голову, развел руками, ожидая слов о том, что это шутка или что-то в этом роде.
Ника не шевелилась. Пронзала своим ледяным мертвым взглядом. Ожидала ответа.
- О Голгари? – тупо произнес я, кивнув, - Ну… это…
- Я жду, Дима. Ты же внимательно слушал? У нас был уговор: я выведу тебя лишь тогда, когда буду уверена в том, что ты не наломаешь дров, будешь знать, как вести себя. И вот, простой вопрос, а ты ничего не можешь ответить. Это выдаст тебя с головой.
- Ты зануда, - фыркнул я, - Даже если и так! – я развел руки в стороны, - Ты имеешь право меня тут держать? Нет, как мне кажется. Я не гражданин Равники, я вообще не отсюда! И что же? По-твоему, как только я выйду, все сразу обратят на меня внимание? Оглянись вокруг! – я развел руками, - Чёрт возьми, если ты не зеленокожий – ты растворяешься в толпе, всем плевать на тебя!
- У нас был договор, planeswalker, - устало произнесла Ника, - Я не хочу рисковать, потому что…
- Да, да, знаю! Подведешь свою спасительницу! – рыкнул я, - Ты говорила это уже очень часто. Но, уверяю тебя, не будет так, как ты говоришь, - сбавил резкость в голосе и тоне, желая пойти на компромисс, - Ника…
- Ты закончил тираду? – снова прервала меня флегматичным тоном вампирша. Она даже не пошевелилась, всё также лежала на диване, запрокинув ноги в грязных сапогах на подлокотник. Это меня несколько взбесило, если честно. Всё, хватит.
- Нет. Вот сейчас я выйду. И ты меня не остановишь, - я показал пальцем на неё. Пошёл медленно назад, спиной к двери из комнаты. Ника провожала меня взглядом, всё также лежала на своём ложе. Что-то тут было не так, но я слишком гневался, чтобы думать адекватно. Дух противоречия кипел во мне, бурлил, направлял все мои движения. Я пулей вылетел в прихожую, напялил свои ботинки торопливо. В раскрытом шкафу висели плащи Ники, парочка пальто (или похожих на пальто одеяний). Наплевав на разные атрибуты одежды, я, прямо на майку, собрался натянуть один из плащей, как раздался стук в дверь. Совершенно забыв где я, машинально протянул руку. Замок щёлкнул, дверь отворилась… И я только тогда осознал, что наделал.
- Здравствуйте, - произнес голос, - Кто вы?
Я икнул от неожиданности, крутанулся на пятках, повернулся лицом к выходу. На лестничной клетке, утопающей во мраке, в свете магического шарика, что парил над головой, стояла немолодая дама. Широкая белая шляпа и полностью закрытые одеяния делали её похожей на католическую монахиню, но это, разумеется, было не так. На меня смотрели пронзительные карие глаза повидавшего много человека. Дама была в возрасте: по плечам ниспадали седые волосы, на лице морщины, нос слегка крючком, ноздри широко раздувались при дыхании, словно она хотела меня обнюхать всего. Тонкие губы маленького ротика были гневно сжаты, она ожидала моего ответа.
- Я… это… - начал было я, но дама перебила меня. Стукнула длинной черной тростью, прямо рядом с моей ногой, едва не попав по ботинку. Стоит отметить, что конец трости был острым: на деревянном полу квартиры остался заметный след-укол.
- Где Ника? Что вы тут делаете?
- Графиня! Всё в порядке! Это мой друг! – раздался спасительный голос за моей спиной. Ника вынырнула, подобно черной тени, из-за моей фигуры. Как только дама увидела вампиршу, сразу же смягчилась.
- О, дорогая Ника! Вы бы сразу сказали, что не одни, а то я и не знала, что и думать! – радостно возопила она, - Какое счастье! А тут, кажется, ваша добыча решает сбежать без вашего ведома…
Добыча?? Чего? Я рот раскрыл от удивления, но Ника проворно рукой заставила меня «подобрать челюсть». Графиня этого не заметила. Ну или не обратила внимание.
- Что вы! Я так долго не держу про запас, - пожала плечами девушка, - Знакомьтесь: мой друг из Седьмого Округа, - пихнула меня, дабы я сделал шаг вперед. Пальцы с острыми ногтями сжали меня чуть выше локтя, ожгли холодом, - Дима! Он работал грузчиком в одном из складских филиалов Иззетов, но лишился работы, когда по улице прошел карнавал Ракдосов, - развела руками, - Сами понимаете, что там и кирпичика от склада не осталось…
- Какой ужас! – дама всплеснула руками, - Дима, вам очень повезло, что вы остались живы! Культисты этого проклятого демона… - она вздрогнула, недовольно фыркнула, - Так что же, вы теперь такой же безгильдейный, как и дорогуша Ника?
«Подруга» сильнее сжала пальцы на предплечье. Я изобразил на лице улыбку. Что ещё оставалось?
- Д-да! Совсем… Буду искать работу, но про гильдии… пока не думал, - только и смог выдавить из себя. Сомнение и странный липкий страх сковали моё тело, я ощущал себя игрушкой в руках опытного кукловода.
- А вот зря. Быть может, вы подумаете насчет Орзовов? Поверьте: лучше условий вы не найдете, - продолжила напор графиня. Ч-чего? Я вылупился на медальон, что висел на груди дамы, охнул. Золотой диск с символом Церкви ясно давал понять «политическую» принадлежность нашей гостьи.
- Графиня Джелайра, - вклинилась Ника, продолжая сиять клыкастой белозубой улыбкой, - Он обязательно подумает над этим предложением, но сейчас…
- А что же вы, Ника? – Джелайра посмотрела на вампиршу, - Вы же раньше были нашей сестрой. Неужели первый договор так сильно обременил вас? Может подумаете о втором?
Пальцы Ники сильнее сжали моё плечо, казалось, что кость сейчас треснет пополам: силища у мертвой девушки была ещё какой… Я изо всех сил старался не думать о тупой боли, что расползалась от моей конечности дальше, силился улыбаться.
- Я выплатила долг, пока более не планировала обращаться. Но, если надумаю, обязательно обращусь к вам, графиня! – процедила сквозь зубы Ника. Потянула меня за собой, по лестнице вниз. Дверь в её квартиру захлопнулась сама, как по волшебству. Снаружи она оказалась простой деревянной, покрытой замысловатыми узорами, вырезанными прямо на ней. Графиня, казалось, ничуть не смутилась такому отходу, лишь кивнула.
- Конечно, дорогая! Я буду очень рада! – донеслось вслед. Я спускался по лестничным пролетам, едва перебирал ногами, ибо Ника тащила меня за собой с приличной скоростью. Внезапно весь дом бухнул, его тряхнуло. Иззетовские лампы освещения мигнули, зашипели, а затем часть из них погасла. Стоит отметить, что такое частенько бывало, так что я даже удивиться не успел.
Мы с Никой стояли на широком пролете, на котором были две двери, что вели в диаметрально разные квартиры. Я взирал на левую, которая была украшена изображениями пейзажей с деревьями и птицами, выжженных с красивыми орнаментами прямо на поверхности. Табличка с номером была из зеленого стекла, внутри которого что-то блистало и переливалось, давало пламя огоньков, мерцающих то в одной цифре, то в другой. Соседняя же дверь была простецкой. Даже слишком: из того, что привлекало взгляд, было только большое черное пятно, неравномерно покрывавшее часть от дверной ручки вниз. Дверь явно латали не один раз: трещины, сколы, слезшая краска, а номерок одиноко покачивался на одном ржавом гвозде…
- Ты что же, ведешь меня на улицу? – отозвался я, когда мы замерли на этом пролете. Ника фыркнула, отпустила мою руку. Боль продолжала сковывать, так что я непроизвольно охнул, начал растирать побелевшую без тока крови руку, - Но ты сама говорила вроде…
- Я передумала. Молись своим богам, чтобы я не передумала снова. Ты же хотел увидеть город? – пробормотала она недовольно, так и не поворачиваясь ко мне лицом, лишь сильнее натягивая на голову капюшон.
- Это из-за графини? – хитро спросил я. Вампирша фыркнула громче, наконец повернулась ко мне. Её белые глаза снова метали ледяные молнии.
- Причем она тут?? – резко отозвалась Ника, чем и выдала себя с головой. Неужели из-за графини Джелайры пять дней квартира Ники была мне клеткой? Так, так, так.
- А с того, что ты как-то слишком резко поменяла своё мнение, - вкрадчиво произнёс я, - Она же с Орзовами, да?
- Да. Поэтому она ко мне хорошо относится. Я же раньше была с ними, - поджала губы Ника, - Сама она занимается тем же: купила защиту жизни у Церкви, выплачивает кредит, живёт припеваючи.
- В каком это смысле? – изогнул я бровь, - Если платит кредит Орзовам, то в чём тут ей выгода?
- А с того, что, если ей кто-то будет грозить, из портала явятся ребятки с клинками и превратят обидчика в кусок мяса. Бедняге самому придется выкупать себе право жить.
- Оу…
Дом снова качнулся. Нам с Никой пришлось схватиться за поручни лестницы. Ближайшая к нам лампа раскалилась, изменила оттенок своего горения, а затем взорвалась во вспышке пламени, осыпав нас осколками…
- Проклятье! Ты опять?? – раздался в коридоре громкий возглас.
Я даже не заметил открытия соседней расписной двери. Из проёма высунулась молодая рыжеволосая девица. Лицо было осыпано веснушками от чуть вздернутого носа до щёк, волосы были завиты в длинную крепкую косу. В руке она сжимала крепкий прямой клинок, а на шее покачивался зелёный медальон с изображением раскидистого дерева гильдии Селезнии.
Соседняя дверь также распахнулась, так что мы с Никой синхронно повернули головы в сторону. На лестничный проём повалил дым, в котором появилась высокая кашляющая фигура. Моему взору предстал синекожий ведалкен, тощий, как жердь. На глазах закопчённые гоглы, на теле замызганная рабочая роба с символиками гильдии Иззетов, а в руках обугленный остов какого-то устройства с разбитыми стёклами, что и являлся источником копоти и смрада в доме. В нос ударил резкий запах кислятины.
- Всё в порядке, я контролирую ситуацию, не стоит и переживать! – завопил он хриплым голосом, - Всё починю!
- Ты говоришь это каждый раз! – рыжеволосая пихнула дверь свою, раскрывая её полностью. Девушка была облачена в легкий блестящий доспех, в котором только не доставало шлема, - Мне нужно собираться, а ты вырубил освещение!
- Попросите подсветить себе кого-нибудь, - отозвался ведалкен, пожав плечами, - Вон, - показал тонким пальцем в сторону вампирши, - Госпожа Ника пусть поможет.
- Не втравливайте меня в ваши разборки, - развела руками моя «подруга», - Я вообще мимо шла.
- Вот и иди дальше! – погрозила ей рыжая. Я сглотнул ком в горле, когда почувствовал испытывающий взгляд на себе. Воительница прищурилась.
- А ты ещё кто? – произнесла она, - Что тут делаешь?
- Он со мной, Грита, - оскалилась Ника, - Большего тебе знать не надо.
Рыжая поджала губы, вернула меч в ножны.
- Вот получу повышение – ты не будешь так дерзить, кровопийца. Я устрою тебе веселый обыск.
- Я не вредила Селезнии, у тебя на меня ничего нет, - начала Ника, явно задетая таким отношением к себе. Мы с ведалкеном почтительно молчали. Синекожий поправил очки, протянул мне руку. Я ответил взаимностью, сжал холодные гладкие пальцы аккуратно.
- Мистер Пэр.
- Д-дмитрий… - кивнул я, чуть потряся руку, - Очень приятно. Так это, получается, от вас постоянно грохот и освещение барахлит?
- Что не успеваю сделать на работе – доделываю дома, - пожал плечами ведалкен, выбрасывая на пол своей квартиры сгоревший агрегат, - Иногда случаются огрехи, но это ничего: я всегда за собой всё чиню за весь дом, так что претензии мисс Гриты и вашей подруги мисс Ники совершенно неуместны…
В этот момент Ника громко зашипела, выхватила клинок. Грита с довольной улыбкой подняла свой меч.
- Давай, рискни!
- Я твою кровь всю выпью, рыжая, не зли меня!
Ох, а ситуация начала накаляться. Я оторвался от разговора с иззетовским механиком (или техником, или учёным… неважно), вклинился между Никой и селезнийкой.
- Дамы, дамы! Вы же не хотите тут драться? – возопил я, а затем схватил Нику за руку, отводя клинок в сторону, - Мы уже идем, да? – посмотрел в белые глаза вампирши. Ника вздрогнула, позволила себя вести вперед. Рыжая Грита лишь рассмеялась. Смех гремел по всему этажу, пока мы торопливо спускались ниже по пролётам. Ника кипела, шипела, рычала, но не вырывалась, пока позволяла себя вести. Её холодная кожа обжигала пальцы, сводила их, словно я держал на морозе железный прут.
- Дрянь! Убью! Она мне надоела!
- Спокойнее! Ты сама говорила, что нужно быть осторожнее и не привлекать к себе внимание! К тому же, было видно, что она тебя специально провоцирует…
- Не привлекать внимание? Осторожнее? Хах! Тут другое! – кипела вампирша. Я лишь вздохнул горестно. Пальцы не разжимал, пока не добрались до первого этажа, где всё заполонили зеленокожие. Гоблины дребезжали, ругались, прыгали, хлопали дверьми, бегали вереницами туда-сюда. Ника вырвала наконец руку из моего захвата, стремительно двинулась через гоблинское море. Раздались ругательства, выкрики, однако гоблины явно не решались оставаться на пути разозлённой вампирши. Потирая руку, я не отставал.
- Что же другое?
- Тебе так хочется это знать? – огрызнулась Ника через плечо, с пинка открывая дверь. Пахнуло свежестью на мгновение, а затем вперед протиснулась мерзкая жирная гоблинша, подбирая подол грязного платья. Я лупал глазами, смотря на то, как она торопливо пропускала вперед своих мелких, то и дело раздавая живительные ускоряющие подзатыльники, дабы те не оставались в проходе дверном слишком долго. Ника терпеливо держала дверь, ожидая прохода семейства.
- Вы все часть Равники. Так что да, мне хотелось бы знать, - произнес я тихо на ухо девушке. Ника повернула голову, её волосы шмякнули легко меня по лицу. Гоблины наконец освободили проход, так что нам удалось выбраться на улицу. Посланцы гильдии Орзовов уже укатили, на месте стоянки остались лишь обрывки гоблинской одежды, пустые мешки да потрескавшийся камень мощёной плитки.
Сама улица представляла собой печальное зрелище. Однотипные дома казались пустыми, заброшенными, стёкла на первых этажах были все в трещинах. Повсюду были низкие дверки или даже норы, которые принадлежали гоблинам. Неблагополучие района подчёркивалось рисунками разной степени приличия и мастерства, которые были не только на стенах, но и на мостовой. Я даже слегка улыбнулся, видя мрачного вида гоблина, который, с тяжёлой печалью на лице, методично подметал щебень и застывшую грязь с одного из наиболее больших рисунков у соседнего дома.
- Не повезло мне с соседями. Не все любят живых мертвецов, - отозвалась Ника. Взяв меня за рукав, легко повела за собой по тротуару.
- Дай угадаю: потому что ты была в Орзовах? – спросил я, глазея по сторонам. Вампирша как-то неопределённо пожала плечами.
- Не знаю. Зеленая как заехала сюда меня невзлюбила. Мы с ней в первый же день и рассорились, а она вышвырнула меня из того окна, - показала пальцем на разбитое окно, которое сейчас было закрыто кованой решеткой.
- Ух… – я представил себе падение, которое закончилось бы смертью, будь Ника жива, - Соболезную. Кстати, а почему ты назвала её «зеленой»? Или я не так понял?
- Она – дружинница Селезнии. Их за глаза называют «зелеными».
- Дружинница? То есть, состоит на службе в гильдии?
- В нашем доме, среди гоблинов, есть много занятных членов разных гильдий. Живем все вместе, дружим и ненавидим друг друга, - вздохнула Ника, - А то, что она дружинница, не мешает ей иметь своё жильё. Селезния – это тебе не Боросы, которые муштруют своих до тошноты.
- У вас прямо общежитие какое-то… - задумчиво произнёс я, почесав затылок. Мимо нас шли другие люди, спешащие по своим делам. Никто даже не смотрел в нашу сторону. Я же единственный, который озирался с плохо скрываемым любопытством. Улица Жестянщиков жила своей собственной жизнью, не обращая внимание на двух маленьких жителей, которые выбрали это место своим домом. А я обращал внимание на всё.
- Да. Можно сказать и так, - в тон мне отозвалась Ника, тоже о чём-то размышляя, - Дом для сумасшедших.
Договор Гильдий
Равника походила чем-то на Москву. Она была таким же живым муравейником, как и первопрестольная, однако живость здесь была более ярко выражена из-за большего разнообразия. Не было метро, не было наземного транспорта, кроме гужевого разве что, да и то он встречался редко. Вот верхом – пожалуйста! Мимо нас то и дело величественно проезжали патрули Азориусов на белых рысаках. Рыцари смеряли нас взглядом, оценивали, но не трогали, продолжая свой путь вперед. Спокойствие наше было нашим пропуском?
Ника не волновалась, шаг её был легок. Я старался быть под стать ей, не отставал, не разевал рот, но смотрел во все глаза. Равника раскрывалась передо мной во всём великолепии с каждым шагом. Кварталы менялись один за другим, а на каждом кипела жизнь. Многочисленные лавки, оружейные, рынки, городские парки, кузницы, гончарные… Тут не было чего-то одного, всё причудливо переплеталось друг с другом, словно каждый хотел втиснуть свой маленький кусочек в единый паззл картины Равники.
Улицы петляли, были то короткими, то длинными. Ориентироваться тут было сложно, я старался искать хоть какие-то обозначения или указатели, но всё было тщетно. Либо их не было, либо я просто слепой. Поэтому мне оставалось лишь шагать за Никой. В один момент её пальцы крепко сжали мои пальцы, переплелись с ними. Я слегка вздрогнул, посмотрел на неё, но вампирша даже не повернула головы.
Чем дальше мы шли, тем чище становились улицы. Флаги Азориусов где-то менялись флагами Боросов, а иногда на их местах возникали знамена Орзовов, реже Иззетов и Селезнии. Членов различных гильдий становилось всё больше, и это были не только патрули. Простые жители или же просто находящие под патронатом той или иной политической силы… Гоблины с нашивками Иззетов на спинах катили странное колесо, которое на голову было выше меня с Никой, а зеленокожих и подавно. Вместо спиц у колеса были какие-то потрескивающие стальные трубы, откуда то и дело сыпали искры. Гоблины ругались, поворачивали колесо то так, то сяк, явно не приняв решение как с ним поступить…
Чуть поодаль, на другой стороне улицы, в кофейне с открытой верандой сидела величественный ангел. Сняв с головы шлем, девушка, поправляя свои волосы, слушала восхищенные фразы поклонников, которые окружили её со всех сторон, изредка отвечала на их вопросы. На наплечнике был выгравирован знак гильдии Борос.
Раскрыв рот, я едва поспевал за Никой, которая явно куда-то меня вела. Взгляд мой упал сперва на рыцаря Азориусов, который выходил из цирюльни, поправляя свежую стрижку, затем на жонглера с шипастой маской Ракдоса и в красно-черном трико, который ловко подкидывал огненные шары вверх, веселя собравшуюся публику, на стоящих чуть поодаль селезнийских всадниц, кормивших своего ездового грифона, преграждавшего своим телом целый пролет квартала, из-за чего с высокой эльфийской жрицей с медальоном Селезнии на груди спорил сурового вида гигант в униформе Боросов, держа за плечами большую клетку со связанными пленниками.
Всё это выглядело… слишком гармонично и живо. Мне не верилось, что в городе все спят и видят, как насолить друг другу. Гильдии жили, гильдии процветали. Сейчас я начинал внимать рассказам Ники: слова её, подпитанные всем тем, что я видел перед собой, раскрывались букетами новых цветов, озаряли меня. Каждая гильдия выделялась, имела свои отличительные черты, а, главное, дополняла общую картину.
- Ты говорила, что все враждуют, - тихо произнес я. Ника повернула голову, посмотрела на меня.
- Так и есть.
- Но тут такое не скажешь…
- Есть моменты, когда вражда не нужна. Вражда не выгодна обычным жителям, они хотят просто существовать, жить в своём мире. Впрочем, такое желание присуще всем.
- Тогда, как это лучше назвать? Всё это? – я развел руками, показывая на небольшую площадь, которую мы только что миновали. Мимо нас медленно прополз грузовой трулл Орзовов, погоняемый безликими всадниками в золотых масках. Мы подождали, пока дорога будет свободна, двинулись дальше. Ника вела меня к большой лестнице, ведущей к большому зданию, которое, на первый взгляд, напомнило мне храм Василия Блаженного. Только без такого количества куполов, конечно…
- Мир-между-войной, - пожала плечами Ника, - В центральных округах города всегда тихо и спокойно, порядок поддерживается совместно. Жители в центральных округах довольны жизнью, поэтому это можно назвать зоной без битв, - Ника усмехнулась, - Хотя вооруженных солдат тут больше всего…
- Поэтому и спокойно, - я улыбнулся слегка. Тем временем, мы уже дошли до крутой лестницы. Только сейчас я заметил, что на каждом пролете наверх были статуи каменных сфинксов. Они были похожи на наших, египетских (о, боги, египетских уже считаю своими!), только здесь у них были более человечные лица. Опытные резчики передали все необходимые черты, чтобы сделать этих сфинксов живыми. Подождав моё любование, Ника повела меня по лестнице наверх.
- Куда мы идем?
- К Палате Договора Гильдий… - отозвалась вампирша. Она уверенно шагала вперед, а вот я что-то начал отставать, сбивать шаг. Лестница оказалась намного круче, чем я предполагал. Так или иначе, мы поднимались дальше, и я, наконец, мог видеть Равнику с высоты. Дома стояли так плотно, что с высоты птичьего полета она бы казалась бесконечной, единой и монолитной… Наверное так и было ибо я ни ангел, ни трулл, ни наездник на грифоне, взлететь не могу, чтобы рассмотреть её как следует.
- Что это за место такое? – поинтересовался я, стараясь не показывать то, что я выдохся. Ника усмехнулась.
- Там собираются представители гильдий для решения важных вопросов. Ну или заместители представителей. Решаются важные вопросы управления городом или урегулирование тех или иных конфликтов…
- Короче, государственная дума, я понял. А мы зачем там? – я нутром ощущал, что лицо у меня всё красное от усталости. А ступени и не думали кончаться! Неужели я такой задохлик?
- Место красивое, - неопределенно сказала Ника, а затем вдруг резко дернула меня за шкирку. Я едва не упал, выставил руки вперед. Лестница кончилась совершенно внезапно для меня, так что споткнуться и расквасить себе нос было бы вполне обычным делом. Я встал, отряхнулся, с удивлением взирая на большую просторную площадь. Она была несколько выше основного уровня города, возвышалась над самыми низкими зданиями Равники. Люди и прочие представители разных рас гуляли по площади, бегали, развлекались, работали. Площадь была круговой, имела площадки для наблюдения за городом, где толпились зеваки. Чуть поодаль дремал сторожевой гигант со знаками отличия Боросов, рядом с ним играли дети, расчерчивая на плитке незамысловатые картинки или же играя в нечто похожее на «классики». Венцом площади был громадный собор с высокими готическими куполами, перед которым возвышался не менее могущественный постамент в виде гигантского каменного диска. Именно к нему и повела меня Ника.
- Постамент знаменует единство Равники. Даже если про это единство все забыли, - пояснила вампирша, подходя чуть ближе. Пальцы коснулись холодной каменной поверхности. На постаменте были выгравированы все десять символов гильдий города. Я видел знакомое солнце Орзовов, пламя и щит Груулов, рунический треугольник Азориусов, кулак единства Боросов, раскидистое древо Селезнии под которым был более пышный куст (или тоже древо, я не рассмотрел как следует) Симиков, а также дракон Иззетов. Меня заинтересовали символы, что шли далее по кругу. Кроме объяснений Ники на бумаге, более пока я нигде не видел их. Раскосая маска культа Ракдоса, могильный символьный жук Голгари и раскрытый глаз на фоне паука, что принадлежал гильдии Димиров.
- Сперва все жили в мире? – спросил я, также касаясь поверхности постамента, как и Ника. Вампирша пожала плечами.
- Было живое воплощение Договора.
- Воплощение?
- Гарант того, что в Равнике не будет противоречий. Живущий для мира в нашем городе. А потом он исчез… Его звали Джейс Белерен.
- И где же он сейчас? – спросил я, смотря вверх, на верхние символы гильдий. В голове вертелись обрывки разных мыслей, которые я никак не мог собрать в кучу. Ника снова пожала плечами неопределённо.
- Слухи разные ходят. Кто-то говорит, что он отошёл от дел, кто-то говорит, что он planeswalker`ом оказался, ушел прочь, кто-то говорит, что он умер. Слухи разные, но суть одна: Равнику раздирают противоречия, а его нет.
- Видимо, он достаточно крут, раз все ему доверились, - задумчиво произнёс я, делая пару шагов назад, рассматривая постамент. Мы так и стояли с Никой, погруженный каждый в свои мысли, не замечая ничего вокруг. Равника жила, переливалась красками, не замечая двух маленьких людей, что были лишь песчинками на жерновах истории. Хоть и живя здесь так мало, я потихоньку начал пропитываться этой атмосферой, погружаться в неё. Москва казалась мне теперь слепой, глухой, покалеченной жизнью старушкой. Равника же была таинственной молодой девушкой, которая хранила в себе тайны существования всего сущего. Хотелось ли разгадать эти тайны? Признаюсь, иногда возникало такое желание…
Но, с другой стороны, я понимал, что я тут чужак. Как и все planeswalker`ы. И, какой бы ни была Москва, хотелось вернуться к этой старушке, вернуться в мою тихую, но зато спокойную и размеренную жизнь, которая не разбавляется погонями, битвами с культистами и озверевшими циклопами…
- Ника.
- Да?
- Я бы хотел научиться распоряжаться своей силой.
- Так что тебе мешает? – вампирша чуть повернула голову в мою сторону, положила руки перед собой, сцепив пальцы на груди.
- Я профан в таких делах, если ты могла заметить, - я пожал плечами, - Я даже не знаю с чего начать.
- Я уже говорила, что…
- Да, я знаю, что мироходцы сами учатся всему, пробуют, постигают, - фыркнул я беззлобно, - Да, знаю. Но, наверняка, они более к этому расположены. У меня дома понятие «магия» относится только к разряду сказок и былин. У нас нет такого.
- Только в книжках?
- Только в книжках, да…
Мы снова замолчали, всё стоя у постамента Договора. Ника сняла с головы капюшон, подняла на меня свои бесцветные очи.
- Если у тебя есть Искра, то, возможно, её силу можно использовать для обычного колдовства. Для начала, - произнесла она. Я приподнял бровь.
- Это как же?
- Вот так, например, - она выставила свою ладонь. Бледное голубое пламя, которое было плохо видно в лучах солнца, зажглось без какой-либо задержки, словно по чьему-то велению. Я отпрянул было машинально, но потом понял, что это выглядело глупо. Шагнул ближе к Нике, протянул руку к пламени.
- Оно холодное.
- Как и я сама, - улыбнулась Ника, - У меня немного магической энергии. У настоящих магов её хватает на самые разные заклинания, она восполняется с течением времени, так что они могут кидаться заклятиями налево и направо. Так что у них и пламя горячее, больше похоже на настоящее, - усмехнулась, сжала ладонь, схлопывая огонь. Я попробовал сделать как она: выставил ладонь. А что делать дальше?
- Представь цветок пламени, расцветающий у тебя на ладони, - произнесла Ника. Я пожал плечами. Воображение – не мой конёк, я с трудом в школе писал изложения, ибо там нужно было представлять то, о чём ты хочешь писать. А тут прямо вот такую картинку в голове…
- Может просто огонёк?
- Что, розу не можешь в голове представить? – вампирша оскалила клыки. Я нахмурился, уставился на свою ладонь. Ничего не происходило. Я напряг мышцы всего тела, оскалился машинально.
- Легко… сказать…
- Расслабься.
Рука Ники легла на моё плечо. Повеяло холодом, который начал растекаться по всему телу. Воу, но так не должно было быть! Я же пламя хотел вроде, а тут…
Я вздрогнул, охнул, посмотрел на ладонь. Пальцы онемели, я едва мог ими шевелить, а вся рука была покрыта слоем инея, словно мою руку обдали жидким азотом. С усилием я ломал хрустящий иней, превращающийся в беглый ручеёк, стекающий вниз к рукаву.
- Что это было? – проблеял я, сглотнув ком в горле. Ника довольно похлопала в ладоши.
- Молодец. У тебя что-то получилось.
- Я заморозил себе руку! – кожа на руке была теперь красная, пальцы кололо. Я сжимал и разжимал кулак, ощущая, как кровь начала снова идти по венам.
- Это тоже хорошо для начала. Хотя мы ожидали противоположного, - отозвалась вампирша, а затем замерла, смотря куда-то вверх. Я изогнул бровь, видя, как девушка торопливо натянула капюшон на голову. Через мгновение в уши прошёл странный дребезжаще-крутящийся звук, который напомнил мне звук винтов. Вот точно за спиной квадрокоптер! Я резко развернулся, приподнял голову. Ну, я почти угадал: чуть выше постамента Договора жужжала странная механическая стрекоза. Точнее, смесь стрекозы и квадрокоптера, как по мне. Вытянутое стальное тело, мелкие крылышки, крутящиеся как пропеллеры, большие лупоглазые окуляры. Стальная штука замерла на одном месте, смотрела точно на меня с Никой.
- Ха. Забавная вещица. Ника, а что это та… - начал было я, поворачивая голову, но тут же замер на месте, потому что вампирши рядом не было. След простыл. Я недоуменно повертелся на одном месте.
- Ника? Эй, ты где?
Вокруг были лишь прохожие, зеваки, гуляки. Я стоял посреди площади, у постамента Договора Гильдий, широко разведя руки в стороны, оглядываясь в поисках знакомой фигурки в чёрном. Это уже было не смешно. Куда она подевалась?
Скрежетание над ухом уже раздражало. Я погрозил местному «коптеру» кулаком, решительно пошел прочь от постамента. Хотел было уже пойти к лестнице через толпу, как вдруг меня схватили за руку.
- Ох, Ника, вернулась таки? – произнес я, разворачиваясь… А затем понял, что это совсем не Ника была. Меня за руку держал высокий рыцарь в белых доспехах с синими вкраплениями и плащом того же цвета за плечами. На груди, в лучах солнца, сиял знак гильдии Азориусов.
- Вы задержаны, - пророкотал он грозно, взирая на меня невидимыми для меня глазами через прорези шлема.
- За что? Я ничего не сделал! – пробормотал я, ощутив, что ноги едва не подкосились от неожиданности. Машинально попытался вырвать руку, но захват рыцаря казался неколебимым. Скорее всего, я просто такой слабак.
- Наблюдающий топтер зафиксировал применение магии, что запрещено в данном районе города. Вы будете доставлены в «Новый Прав» для выяснения…
- Да постойте, какая магия?? Я не колдовал, я даже не умею! – возопил я. Сердце бешено начало стучать в груди. Рыцарь поднял левую руку, указательный и средний палец, а затем я заткнулся, ибо мои губы не могли пошевелиться даже. Нечто сияющее мерцало у меня под носом, от чего я просто мычал и дергался. Руки мне сковали похожим способом: запястья крепко держали голубые сгустки энергии, не давая и пошевелиться. Я выражал свой протест громкими звуками, стонами, продолжал дергаться, пока азориус терпеливо сковывал меня магией. А почему ему можно пользоваться магией, а мне нет??
- Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас в «Новом Праве», - произнес рыцарь и, готов поклясться, в голосе была нескрываемая издёвка!
***
- Отпустите! Пустите! Свобо-о-о-ду меньшинствам!
Удар по решетке. Я вздохнул, перевернулся на другой бок, накрыл голову подушкой, но это не помогало: вопли соседа не стихали. В другое время я бы тоже голосил, орал, но, видя «старания», понял, что это бесполезно. Даже просить так делать бесполезно… ибо мой сосед - это гоблин.
Моя лежанка располагалась на широкой деревянной скамье без спинки. Клетка была широкой, грязной, тут дурно пахло, в особенности из угла, где сидел гоблин, когда меня привели. Казематы «Нового Права» Азориусов располагались под землёй: везде горели факелы вперемешку с лампами Иззетов, ни единого намёка на луч света. Ничего не объясняя, никуда не докладывая, меня протащили до клетки, запихнули внутрь. Магические путы рассеялись в тот же миг.
- Отпустите! Пустите! Свобо-о-о-ду меньшинствам! Нарушение прав и договорённостей!
Тощий гоблин в потрепанном костюмчике брызгал слюной, бесновался на решетке с тех пор как я сюда попал. Зеленокожий бился головой, бил ногами, на которых отсутствовали ботинки, совершенно не уставал. Прямо над нашими головами, на потолке, освещаемом огнями, был громадный знак Азориусов, который всем своим видом говорил, что мне конец.
Странно, но из-за воплей гоблина мне не было страшно. Наверное из-за того, что только раздражение оставалось в глубине моей души. Свистопляска не прекращалась ни на минуту с тех пор как я попал в клетку. Я просто плюхнулся на свою койку, ожидая, когда сосед угомонится.
Но у гоблина было либо огромное желание свалить отсюда, либо лужёная глотка. А может быть и то, и то.
- Договор защищает, а вы губите! Угнетение прав! Угнетение! Отпустите!
- Да, е* твою мать, ты уже задолбал! – не выдержал я. Собравшись с силами, я громко выпалил эту фразу, рывком поднялся с кровати. В ушах звенело от воплей, от злости и гнева, что кипели внутри моей души. Гоблин громко крякнул, услышав это. Кажется, он только сейчас осознал, что не один в камере.
- Человек? Чего мешаешь? – произнес он подозрительным тоном. Он четко выговаривал слова, что было для меня неким удивлением: за дни жизни на улице Жестянщиков я от гоблинов слышал только нескладные словосочетания с коверканьем слов на свой манер, а тут… Почти чистая речь.
- А ты чего надрываешься? Сюда никто не придет, охране плевать, - рявкнул я, - За*бал! Уши от тебя болят!
Гоблин хмыкнул, спрыгнул с решетки.
- А ты? За что сел? – вкрадчиво спросил он, подойдя ближе, положив руки за спину. Я сел обратно на свою койку, скривил нос от вони, что исходила от моего соседа.
- Колдовал в неположенном месте.
- О, ты маг? – гоблин изогнул бровь, ухмыльнулся, - Совсем дурак колдовать под носом у Азориусов?
- А ты больно умный! – не выдержал я снова. Будет меня ещё учить какой-то зеленый гном! – Орёшь тут бестолку только! Сядь и заткнись уже наконец, у меня голова из-за тебя болит!
- Значит, дурак, - пожал плечами гоблин, а затем, потеряв ко мне интерес, снова запрыгнул на прутья. Широко раскрыл рот, собираясь орать на одной ноте…
- Б*я, б*я, б*я, - простонал я, накрываясь подушкой. Вопли стали чуть тише, но долго в таком положении лежать не очень удобно. Чего зеленокожий хочет добиться? Чтобы у всех охранников взорвались головы от громкого звука или же они все разом оглохли? Гоблинская душа – потемки, я это уже понял на примере моего соседа. Стараясь не обращать внимание на вопли, я пытался собрать мысли в кучку. Значит, колдовать в городе просто так не следует, а не то придут злые дяди Азориусы и заберут тебя в каталажку. Ника это знала, но, почему то, решила сбежать, оставить меня.
Исчезновение вампирши в самый последний момент расстроило меня. Ника оставила меня на произвол судьбы, хотя плела что-то про долг и желание защитить меня. Ну и где её защита? Обидеться очень хотелось, но, возможно… тут нечто другое. С таким же успехом Ника могла бросить меня в подвале циркачей Ракдоса. Быть может мне нужно лишь подождать?
Глупо. Я тут не продержусь долго, в особенности под аккомпанемент воплей гоблина. Как скоро меня уведут на допрос там какой-нибудь? Когда будут разборки или же суд? Тут есть суды? Ну должно быть какое-то заседание, на котором будет решаться моя судьба! Главное не выдать в себе planeswalker`а, а то проблем не оберусь потом. Ну, это не сложно: я даже не умею управлять Искрой своей.
А если всё же узнают? По телу прошёл холодок, я поджал ноги к груди. Вдруг у Азориусов есть супер-маги, которые… ну там… чувствуют эту Искру? Ника говорила, что это особая магическая энергия, так? Так. Значит всё может быть.
- Согласно Договору, вы должны защищать…
- Надоел!
О, кто-то со мной солидарен! Я аж приподнял голову, слыша возглас, а затем и быстрые шаги. Глаза привыкли к полумраку: я увидел, что по винтовой лестнице сверху торопливо спускается тюремщик с фонарем. Азориус держал в руке масляную лампу, что покачивалась в движении, слегка скрипела. Гоблин заткнулся, но не спрыгивал с прутьев, цепко хватаясь пальцами рук и ног.
- Что, одумались? Угнетённые восстанут, если аресты продолжатся! Азориусы злоупотребляют властью, данной им Договором…
Щелкнул замок. Тюремщик шагнул в камеру, схватил гоблина за шкирку. Я с удовлетворением увидел, как с пальца сорвалась сияющая магическая нить, которая проворно обмоталась вокруг рта бунтовщика. Гоблин рассвирепел, начал колотить руками и ногами в воздухе. Азориус лишь усмехнулся.
- Что? Не слышу, - поиздевался он. Затем повернулся в мою сторону, - Эй, ты, сиди смирно, скоро за тобой придут, отведут к господину Баану.
Гоблин перестал чертыхаться, скосил взгляд на меня. Я изогнул бровь.
- Эм… Хорошо, я сижу смирно, всё нормально, - поднял руки, показывая, что не намерен ни с кем спорить. Демонстративно сел ровно на койке. Мои действия удовлетворили тюремщика.
- Вот и хорошо… - произнес он, но тут гоблин проворно извернулся, прыгнул на рыцаря. Азориус выругался, едва не упал с ног. Огрел кулаком зеленокожего по голове пару раз, потом отшвырнул от себя. Ругаясь и рыча недовольно, вышел из камеры, с грохотом закрывая за собой дверь. Замок громко щёлкнул. Я проводил взглядом уходящий вверх огонёк. Гоблин промычал вслед, попытался сдернуть со рта магическую повязку, однако ухнул, убрал пальцы, когда по магическому ошейнику пробежали молнии.
- Ну? Я говорил не орать, да или нет? – поиздевался я картинно, довольно укладываясь обратно на своё место. Гоблин ответить мне не мог, однако отчаянно жестикулировал. Затем поманил меня к себе, отчаянно махая руками.
- Чего тебе? Что надо?
Узник вздохнул, засопел носом, что-то промычал. После чего вернулся к своей койке, вытащил из-за нее небольшие сапоги. Проворно влез с них, протер тряпочкой. Я даже бровь изогнул.
- Ладно, удивил, манерный… - я даже сел ровно, поднимая голову с подушки, - Так, ты что-то хотел?
Кивок. Я хрустнул шеей. Гоблин показал пальцем на свой рот, потом сложил руки в просящем жесте.
- Ты что, молишь меня поиграть в шарады?
Зеленокожий потряс кулаком недовольно, замотал головой из стороны в сторону. Затем выдохнул, засопел, показал указательными пальцами обеих рук на магическую повязку на рту. Я почесал затылок.
- Ну… ты говорить не можешь, это я понял…
Внезапно гоблин запрыгнул ко мне на койку. Лапа с острыми ногтями схватила меня за рубаху, с недюжинной силой притянула к себе. От узника воняло так, что глаза слезились. Вонью дохнуло мне прямо в лицо, я аж закашлялся. Гоблин мычал, схватил меня за руку, направил на свой рот.
- Сдурел??
Я вырвал руку из его захвата. Гоблин перестал мычать, закатил глаза. Спрыгнул на пол камеры. Посмотрел на меня, потом начал делать руками жесты: выставил перед собой, начал шевелить пальцами. Я кашлянул, почесал затылок. Шарады – глупая игра.
- Чесать? Эм… Мешать? Рассыпать? Или что? Что из этого я должен сделать? Наколдовать?
В этот момент гоблин ударил в ладоши, закивал головой. Ого, я попал куда надо? Так, стоп…
- Но я не умею колдовать, это ошибка, - пробормотал я, замахал руками, - Нет, не смогу!
Гоблин погрозил мне кулаком, показал сначала на меня, потом на свой рот, потом гневно топнул ногой.
- Ты хочешь, чтобы я… своим колдовством… снял повязку твою? – начал я скрипеть мозгами, выдавая весь свой уровень понимания шарадной тематики. Гоблин зааплодировал так, что от хлопков у меня звенело в ушах. Ладно, этот раунд я выиграл, но второй точно будет не за мной: я не знаю как использовать энергию внутри меня, как её преобразовывать.
- Эм… нет, я не смогу, я только учусь!
Гоблин сжал кулаки, замычал недовольно. Я лишь развел руками.
- Ну, так получилось…
Узник перестал мычать, махнул на меня рукой. Засунул руку в карман. Я услышал звяканье, и через мгновение на пальце своём гоблин демонстрировал связку ключей. Сердце моё радостно забилось.
- Ты… Ты спёр ключи? Ты… - я щёлкнул пальцами, прокручивая все события, что предшествовали всему происходящему, - Ты... специально горланил, привлекал внимание, очень долго, чтобы наверняка. Потом спёр ключи?
Слыша этот монолог, гоблин кивал, а затем отсалютовал мне, похлопал в ладоши. После чего помахал рукой, словно прощаясь, отпирая замок. Я тут же вскочил на ноги, но гоблин замычал, проворно вымахнул из клетки, запирая её за собой.
- Эй!
Замок щёлкнул, я принялся дергать прутья. Гоблин всё еще стоял перед клеткой, раздумывая. Потом снова показал на свой рот, кивнул мне. Я нахмурился.
- Открой! – потребовал я, - Отопри дверь, пока не заметили!
Гоблин отрицательно помотал головой. Потом снова показал пальцем на свой завязанный рот, помахал перед моим носом ключами. Я попытался изловчиться, вырвать их, но проклятый зеленокожий был слишком хитрым и юрким.
- Зараза! – выдохнул я, потом решил сменить тактику, - Ладно тебе? Прости, что я на тебя орал, но ты так сам вёл себя, что невыносимо! Мы с тобой по одну сторону, выпусти меня, прошу! – я даже воздел руки в молитве, надеясь, что он поймёт. Гоблин же закатил глаза, покачал головой. Выудил связку ключей, снова показал на свой рот. Вот какой засранец!
- Ты выпустишь меня, если я сниму заклятие? – угрюмо произнес я. Гоблин не стал юлить, просто кивнул, подтверждая сказанное. А время текло: со времени начала наших шарад ключей могли хватиться. К тому же тюремщик говорил, что за мной скоро должны были прийти, общаться с каким-то господином. Интуиция подсказывала мне, что данная встреча может выйти мне боком. Надо делать выбор.
- Ну… ладно! Только я не отвечаю за последствия! – сдался я наконец, просовывая руки через прутья, - Иди ближе!
Гоблин довольно просиял, шагнул вперед. Повязка с печатью Азориусов сияла на его лице, переливалась молниями. Я вспомнил то, что показывала мне Ника, попытался повторить похожее. Как там надо? Представить себе всё это? Выставив вперед руки, я закрыл глаза. Картинка в голове должна была вспыхнуть, но пока была чернильная тьма.
- Представить… То, что я желаю… - бормотал я, - То, как хочу свои силы использовать…
Вспышка, потом ещё одна. С гоблина слетала повязка, снова и снова. Я стоял с закрытыми глазами, зубы скрипели от натуги. На кончиках пальцев было покалывание сильное, словно бы их раз за разом тыкали острыми иглами. Я стоял, растопырил ладони сильнее. Теперь пришел знакомый холод, как в прошлый раз. Руки похолодели, пальцы потеряли чувствительность, но я раз за разом прогонял перед глазами картинку орущего гоблина без повязки…
- Всё, всё, колдун, заканчивай, аж посинел весь.
Знакомый голос. Я распахнул глаза, охнул. Все мои руки были покрыты инеем, кожа белая, как у мертвеца, а гоблин вертел на пальцах порванную тряпку, довольно ухмыляясь.
- Я… я сделал? – выдохнул я, стуча зубами от холода. Гоблин звякнул ключами, вставляя в замочную скважину. Раздался щелчок.
- А говорил не можешь, учишься… Колданул знатно, я даже чуть испугался, но тряпица поддалась, печать лопнула, - подытожил он, - Выходи, нам надо убираться отсюда. Ты же не хочешь загреметь в настоящую тюрягу Азориусов?
От меня валил пар, я дул на синие руки, растирал пальцы. Отрицательно помотал головой.
- Н-нет…
- Ну вот и здорово, что не хочешь! А тебя обязательно обвинили бы. Тебя ж к Баану повели бы, а он только обвинительные приговоры выдает.
- О-обвинительные? Он судья? – я выскочил из клетки. Гоблин хлопнул решеткой, запер, а ключи зашвырнул через прутья внутрь. Пошлепал куда-то в сторону. Куда же он? Ничего не оставалось: я последовал за ним. К слову, руки согревались, уже вернулась чувствительность.
- Хуже. Он главный. А главный – плохой.
Интересная формулировка. Значит меня судил бы сам глава гильдии? Кажется, Ника про него мне что-то рассказывала. Я напряг память.
- Это такой ведалкен странный, да?
- А говоришь, что не знаешь… - фыркнул гоблин. Он прошлёпал по коридору вперед, мимо ряда пустых клеток, затем подошел к решетке в полу, - Как он стал главным, так посыпались со всех сторон аресты и обвинения по всяким мелочам. Никого не миловал. Жалко мне тебя стало, человек, так бы не договорились…
- Не договорились? – попутно я поражался рассудительности гоблина, который стал моим проводником по казематам «Нового Права». Как говорил ранее, я привык видеть зеленокожих в виде необразованных глупых варваров, которые могут только толкаться, ругаться, гадить и орать. Этот гоблин явно был не из общепринятого большинства.
- Да. Но я решил дать шанс тебе быть полезным, раз азориус меня колданул, - пожал плечами мой спутник, - Не сдюжил бы ты – остался в клетке. А ты смог, молодец.
- Новичкам везет, - буркнул я, помогая гоблину поднять тяжелую решетку. Поднатужившись, мы вдвоём откинули её в сторону. Внизу оказался проливной сток, канализация. Воняло отвратно, ещё хуже, чем от гоблина. Я уже весь изгваздался, поэтому вытирал руки о шаровары. Лезть туда не хотелось.
- Новичок? Тогда твоему учителю повезло: ты быстро научишься, - зеленокожий хмыкнул, сиганул прямо в жидкую грязь отбросов и фекалий, разбрызгивая во все стороны. Я посмотрел на свои многострадальные сапоги. Да уж, демисезонная обувь явно не рассчитывается на подобное ношение. Задержав дыхание, я прыгнул в зловонную дыру, приземляясь в зловонную жижу. Зубы скривило от осознания мерзости.
Стараясь дышать ртом, я огляделся. Глубокий высокий коридор по обе стороны. Гоблин копошился где-то в стороне, было слышно его бормотание. Я закашлялся.
- К-куда нам?
- Сейчас поглядим, свет нужен сперва… Наколдуешь?
- Я пока… только по холоду, огонь не получается.
- Фи.
Коридор озарился неярким светом после парочки ударов кремня. Гоблин поправил свой замызганный костюмчик, взял в лапу факел, сделанный из какой-то старой кости. Пламя горело слабенько, пламя колыхалось то в одну, то в другую сторону. Зеленокожий встал на одном месте, внимательно посмотрел на факел.
- Так. Туда, - показал пальцем за мою спину, а затем уверенно пошлепал по направлению. Я поспешил за ним, стараясь не думать на что я наступаю. В темноте постоянно что-то копошилось, стучало, шелестело, но стоило в коридоре появиться свету, как сразу же стихало всё. Гоблин шел уверенно, без страха, а вот меня пронимало от каждого движения. Мне уже было дурно от такого затхлого воздуха, тошнило. Здесь, похоже, было всё и сразу: от гниющих трупов (я видел парочку скелетов, что блистали у стены) до испражнений и мусора. Нам приходилось идти по срачу, по костям, по хлюпающим мерзким кочкам и какому-то серому мху. Жужжали мерзкие зеленые мухи, облепив обглоданный труп какого-то животного, туша которого показалась впереди в свете фонаря. Гоблин равнодушно шёл мимо, а я вот задержал взгляд.
- Вот б*я… - выдохнул я, смотря на крупные копыта, остатки ржавых доспехов. Лошадиное тело лежало на боку, задние ноги были кем-то обглоданы, как и внутренности распоротого живота. Мясо сгнило, почернело, в нем что-то копошилось… Но самое мерзкое было дальше: тело переходило в человеческий скелет с остатками кожи и жил. Глазницы пусты, из правой росло какое-то серое растение с бурыми листьями.
- Это что за… м-мутант? – прохрипел я, прикрыв рот рукой. Гоблин флегматично осветил труп, потрогал доспехи, попытался вытащить клинок из ножен. Махнул рукой.
- Это же просто мертвый гнилой кентавр. Чему ты удивляешься, колдун?
- К-кентавр?
- Да, тупица. Убили давно, скинули сюда.
Точно. Люди-лошади, у нас тоже это кентавры. Мифические существа в Равнике были обыденностью. Впрочем, чему я удивляюсь? Я иду в кромешной клоаке с гоблином!
- О, смотри! – зеленокожий не гнушался мародерством. Пока я размышлял о тленности бытия и о существовании мифических существ, он обыскал мертвое тело. В лапе он держал замызганный грязью медальон на ржавой цепочке, - Она гильдейская.
- Она?
- Это самка. Из Селезнии, - отозвался гоблин, сунув мне медальон под нос. Перед моими глазами был символ гильдии Селезнии с глубокими сколами и царапинами. Цепочку тронула ржавчина, в некоторых местах она не гнулась.
- Мэлоди от Фрэлы, - прочитал гоблин. Я взял медальон пальцами, перевернул его. Действительно: на другой стороне была эта надпись, аккуратно вычерченная чем-то острым.
- Это был чей-то подарок, видимо, - пожал я плечами, - Пойдем отсюда?
- Видимо. Идём, тут нечего ловить, - хмыкнул гоблин, а затем вырвал у меня из руки медальон. Размахнулся, собираясь швырнуть его. Но тут меня словно молнией ударило.
- Стой!
- А?
- Ты чего делать собрался?
- Выкину его. Зачем он мне? Обычная гильдейская безделушка, она ничего не стоит.
- Ну, если тебе не нужен, отдай мне, - потребовал я. Гоблин прищурился.
- А тебе она накой?
- Какая разница? Тебе то не нужна.
- Но нужна тебе. А спрос рождает предложение, - гоблин криво усмехнулся, - Уступлю за десять монет.
- Ты только что собирался его выкинуть! – возопил я недовольно, сжав кулаки. Гоблин развел руками.
- Я могу поторговаться.
Вот гадский жлоб! Не знаю почему, но я хотел забрать у него этот медальон. Это – единственная вещь, что осталась от несчастной Мэлоди. Никто бы не хотел такой участи, какая постигла её. Зеленая дружинница (или кто она, я не знаю иерархию гильдии) умерла в таком поганом месте, забытая всеми. Во мне почему-то проснулось чувство справедливости: вынести отсюда хотя бы напоминание об этой кентавре. А гоблин беспринципно решил торговаться…
- Торговаться? Ладно, хорошо.
Я засунул руки в карманы. Как хорошо, что меня не обыскивали, прежде чем кинуть в клетку. Иначе я не знаю, как объяснить нахождение моих вещей у меня в карманах. Я выудил проездной на метро, потом мобильный телефон. Гоблин внимательно следил за моими движениями. Глаза у него загорелись.
- Что за дощечка?
- Магическая, - я нажал на кнопку, экран загорелся. Зеленокожий довольно охнул, звякнул цепью медальона, явно заинтригованный. Зарядки пока ещё хватало, поэтому я показал ему парочку манипуляций, таких как «магические картинки» (арты, сохранённые у меня из ВК), «яркий огонь» (фонарик, что разом осветил весь подземный коридор), а также «карманную поющую эльфийку-рабыню со скрипкой» (включил наугад песню из трек-листа, наткнулся на Линдси Стирлинг – скрипачку из Америки). Гоблин был в полном восторге.
- И что? Не надо быть колдуном даже? Эта дощечка всё может?
- Да, - соврал я, а затем продолжил, - Просто заливай туда энергию магическую – всё будет в ажуре. Вот тут показывается, - показал на индикатор энергии батареи. Гоблин был просто заворожён.
- Обмен, - покачал медальоном перед моим лицом, - Обмен?
- Ты выведешь меня отсюда?
- Всё, что угодно, человек! Выведу! – закивал гоблин, довольно ухмыляясь. Вот сейчас он действительно походил на своих сородичей обычных. Как ни крути, гоблин остаётся гоблином.
- Тогда с тебя выход и медальон – и штука твоя, - вздохнул я, протягивая смартфон. Гоблин довольно заулыбался, швырнул мне медальон, а затем его когтистые пальцы сграбастали телефон. Было немного жалко такого обмена, но ничего не попишешь. В Равнике эта вещь мне без надобности. Хотя, смотря на яркий луч фонаря перед собой, я невольно укорил себя из-за тупости: что же, я сам не мог догадаться поступить так же до этого момента?
- О, колдун, не обманул! – довольно захрюкал гоблин, а затем откашлялся, приосанился, словно бы сбрасывая с себя маску дикаря, - Кхем… так намного лучше, - он поводил лучом по сторонам. Свет вырвал из темноты проход, уходящий влево. Гоблин решительно направился в его сторону. Я, отведя взгляд от мертвой селезнийки, посмотрел на медальон. Душа у меня успокоилась, как только украшение легло в мои руки. Медальон походил на тот груульский, который я подобрал дома, в подземке. Да, я уже давно понял, что та девушка-косплеер явно тоже являлась planeswalker`ом, что она бывала в Равнике, но с этим я уже ничего не мог поделать. Я аккуратно счистил ржавчину и грязь рукавом плаща, еще раз прочитал надпись сзади.
- Что же, Мэлоди, покойся с миром.
Гоблин не успел уйти далеко: свет заполнял тоннель, не давал мне возможности заблудиться. Шлепая по лужам, пробираясь через мусорные кучи, я догнал зеленокожего.
- А я думал, что ты там вечность будешь стоять.
- Ты не мог подождать?
- Здесь для этого не лучшее место, человек. Вот дойдем до Подгорода…
- Что за Подгород? – я весь обратился в слух. Это что ещё за напасть такая?
- Вот ты бестолочь, - сокрушенно отозвался зеленокожий, светя фонариком по потолку, с которого то и дело падали странные зеленые капли, - Подземная часть города. Как раз соединяется с канализацией. Там мы и разделимся.
- Разделимся? Так, стоп, такого договора не было! – возопил я, но тут гоблин резанул мне светом по глазам. В кромешной тьме это меня здорово так ослепило на пару мгновений.
- Колдун, я согласился довести тебя до выхода! Но ты не уточнял до какого! – фыркнул он, - Я выполню свою часть сделки. Из Подгорода выберешься сам, не маленький!
Чувство того, что тебя сказочно на**али – бесценно. Придраться было не к чему: мелкий засранец был прав. Я действительно не уточнял куда мне именно нужно, просто просил вывести. Буду надеяться на то, что Подгород всё же цивилизованный, как и наземная часть города, что там есть какая-никакая безопасность. Ну, если гоблин сам направляется туда, то, думаю, там лучше, чем в клетке Азориусов.
Мы шагали, по моим ощущениям, почти час. Это не так много, как могло показаться, но идти по пересечённой местности в окружении зловонных миазмов – это не гулять по чистой улочке или дорожке в парке. Меня сильно мутило, я закрывал рот и нос рукой. Гоблина же совершенно ничего не смущало.
- Что-то ты слабенький, колдун.
- Уж извини, что не каждый день лазаю по сточным могильникам.
- Я тоже, но как-то держусь.
- Интересно, чем же ты таким занимаешься… - пробормотал я тихо, но гоблин, кажется, услышал. Засмеялся.
- Ты, наверное, думаешь, что я какой-то проходимец и плут?
- Пока складывается такое мнение, если честно, - кивнул я головой, решая говорить честно. Гоблин пожал плечами.
- Мне нравится, что ты честен. Честность красит любого.
Я широко распахнул глаза от удивления.
- Вот прямо так?
- Да. Мои сородичи не отличаются умом и сообразительностью, а также честью и честностью. Поэтому такое мнение и обо мне. Верно?
Мне ничего не оставалось, кроме того, чтобы сделать кивок головой. Гоблин удовлетворенно улыбнулся: я видел это в свете фонаря моего бывшего телефона. Проницательный мелкий чёрт!
- Да. В особенности, когда я тебя увидел, ты висел на прутьях, как обезьяна, орал истошно. Что мне и думать?
- Обезьяна? – не понял гоблин, но я лишь махнул рукой. Под ногами чавкало, ботинки то и дело застревали в грязи.
- Не обращай внимание. Кстати, тебя то за что посадили?
Гоблин хмыкнул, пожал плечами.
- Хотел кое-что выкрасть у одного азориуского офицера. Поймали за руку. Плохой Краг, плохой…
- Краг? – я вопросительно посмотрел на своего проводника, который схватил себя за длинное правое ухо, дернул с силой. Крякнул недовольно. Самобичевание?
- Краг. Звать меня так.
- А… А я Дмитрий.
- Странное человеческое имя, колдун.
- А у тебя вполне подходящее.
- Ты так думаешь?
Краг хмыкнул, зыркнул в мою сторону, но затем замер посреди тоннеля. Я тоже последовал примеру гоблина, так и не успев ответить на его вопрос. Свет фонаря прыгал то туда, то сюда, устремлялся вперед по длинному ходу сточного хода, что чернел впереди. Краг не желал вперед идти, топтался на месте. Повеяло ветром впереди.
- Что не так? – спросил я. Гоблин скривился.
- Там что-то есть. Прямо на нашей дороге.
- Что именно?
- Что-то опасное. Знал бы – сразу бы ответил на глупый вопрос…
Тут впереди раздался вой, а затем ритмичный звук, похожий на топот множества ног, который приближался. Гулко разносился по подземелью, от него плескалась вода, расходилась кругами под ногами. Свет гоблина выхватил из темноты три ржавых трубы, выходящих из стены. Текла вода бодрым ручейком, а размер раструба был достаточно большим, чтобы мог протиснуться человек. Или гоблин.
- Уж не собираешься ли ты… - начал было я, но гоблин не стал отвечать, попрыгал к трубам. Схватив телефон в зубы, подтянулся, залез внутрь. Стало темнее, свет грозил вот-вот погаснуть. Я опрометью бросился следом, схватился за ржавую трубу… В глаза ударил яркий свет.
- В другую! Лезь в другую! – рявкнул Краг, светя мне в лицо фонариком, - Тут я!
- Пролезь дальше! – крикнул я, потому что шлепанье ритмичного топота заполняло уже всё наше подземелье. Вместо ответа перед моим лицом возникла грязная подошва гоблинского сапога. Я шлепнулся в грязь, плащ и майка промокли ещё сильнее. Мерзость! Проклиная Крага, я, на ощупь, добрался до второй трубы. На меня текла грязь, вода, жижа какая-то. Замаравшись с головы до ног, я кое-как залез внутрь. Труба была уже, чем мне казалось, впереди была лишь кромешная тьма. Пространство явно продолжалось дальше, но туда я не хотел лезть. Воняло ещё гаже чем в основном тоннеле, так что мне давно приходилось дышать только ртом.
Глаза привыкли к темноте, я мог разобрать отдельные элементы внутри нашего подземного зала. Нечто из тоннеля сбоку приближалось: шлепающие шаги множества ног, плескающейся воды.
- Краг! – рыкнул я, скособочась в трубе, плюхаясь животом на мерзкую жижу. Боги, как мне было противно и мерзко! – Краг!
Ответа не было: либо гоблин уполз, либо также затаился в трубе. Мне ничего не оставалось, как также замереть в этой кромешной тьме и молиться. Ух, Господь, пастырь мой…
Помещение озарилось слабым зеленым фосфоресцирующим светом. Я положил руки под голову, лежал смирно в трубе, наблюдая за вылетевшими из тоннеля огнями. Это были большие жуки, задняя часть которых мерцала в темноте, давала немного света. Они жужжали почти бесшумно, кружили под потолком, плыли по воздуху туда-сюда. Следом из тоннеля вышли люди. Ну или не люди, тут уж как сказать. В нос ударил запах смерти и разложения. Подумать только: мимо меня в зале вышагивали мертвецы! Зомби в старых доспехах, покрытые толстым слоем плесени и грязи, с ржавыми пиками в руках вышагивали как на параде! Шеренга за шеренгой выходили из бокового тоннеля, грохали сапогами в такт неслышному барабану. Я лишь раскрыл рот от удивления. Пустые глазницы трупов мерцали неяркими огоньками, словно обозначая зрачки невидимых глаз, делая мертвую армию ещё страшнее и опаснее на вид… Кто-то из солдат порос причудливыми грибами, у кого-то не доставало руки, но я не сказал бы, что эти калеки были слабее своих мертвых собратьев.
Шеренги шагали по залу, устремлялись дальше под неярким светом. Я так и лежал в трубе, двигая только глазами, смотря за шествием, дивясь открывшейся картине. Да, было страшно, признаюсь, поджилки тряслись от страха, но также был и интерес. Где ещё такое увидишь?
Под моей трубой раздалось какое-то копошение. Я аккуратно опустил взгляд вниз. Что там такое?
Мой громкий визг слышала, наверное, вся Равника. Мертвец с горящими глазами зарычал, возник прямо перед моим лицом. Я начал пятиться в трубе, поскальзываясь на грязи и жиже. Пальцы, сгнившие почти до кости, начали шарить, пытаясь меня достать. Приходилось пятиться ползком, дальше и дальше.
- Свали! Прочь!
Мертвеца это не сильно смущало. Схватившись поудобнее, он перевалился через край трубы, заползая внутрь. Внутри теперь был тусклый свет, идущий из его глаз. Я отступал на карачках, прочно застревая в длинной трубе. А лаз уменьшался, становился уже. Я уже распластался на живот. Впереди раздался заунывный вой зомби, что полз следом. Вот хрен ему! Не дамся!
- Б*я, б*я, б*я…
Перекрутившись весь в трубе, я исхитрился перевернуться. Лаз впереди чернел грозной узкой дырой. Отчаянно работая локтями, пополз вперед, подтягивался, двигал ногами. Мне нужно нельзя было останавливаться: нутром чуял, что зомби ползет позади. Какой… упорный!
Труба вдруг начала идти вниз. Я покосился на черный желоб впереди, стиснул зубы. Ничего не оставалось делать. Поднатужившись, уперся руками в склизские бока внутренней части трубы, перевалился. Тело мое ухнуло вниз, но я притормаживал руками. Желоб вниз оказался не очень длинным: вскоре я плюхнулся рядом с какой-то дырой. Оттуда повеяло ветерком. Протянув руки, я схватился за края трубы. Начал вылезать, напоминая сам себе какого-то слизняка или же пасту из тюбика…
Весь грязный и мокрый я плюхнулся в каком-то гроте. Вокруг были камни, грязь, отдельные лужицы воды, а также множество грибов, что мерцали на стенах и прямо под ногами. Шляпки чуть дергались, пульсировали время от времени, от этого гриб начинал светить чуть ярче.
Я огляделся по сторонам. Так, нужно как-то закрыть эту трубу, чтобы преследователь не смог последовать за мной. Пораскинув мозгами, я начал хватать камни, землю, швырял всё в трубу, пропихивал дальше, утрамбовывал ногами. Руки были черными уже, болели, но я все таскал и таскал камни, пихал в трубу, засыпал землей.
А теперь бежать! Неважно куда! Я побежал среди грибных порослей, петляя по гроту. Вокруг не было каких-либо каменных изваяний, потолок чернел где-то в выси. Свет грибов вырывал из темноты сталагмиты, растущие из пола подземелья, облепленные порослью бурой. Я едва передвигал ноги от усталости, живот сводило от голода. Подавив в себе желание закусить грибком, рухнул на колени.
- Замечательно… И где же я?
Риторический вопрос. Я в полной заднице, вот я где. Гоблин, если он выжил, искать меня не будет, тут и к гадалке не ходи. Неужели мне только и остаётся бродить по подземелью, надеясь на лучшее? Лучше вариантов не было. Я только передвигал ноги, петляя по тропинке между грибов, опираясь рукой о стенку, пока наконец не выбился из сил… Впереди показалась удобная ложбинка, обложенная со всех сторон грибными насаждениями. Я скатился туда, развалился как мог на грязных камнях. Стон облегчения пронесся по подземелью.
- Фух…
Как только я принял горизонтальное положение, глаза стали слипаться. Ноги гудели, я не хотел подниматься, так что так и лежал, вслушиваясь в тишину. Ни единого звука не долетало до моих ушей. Погоня отстала? Ну не зря я кидал в трубу всякое дерьмо.
- Здесь никого нет… - пробормотал я заплетающимся языком, а затем слабо улыбнулся, - Ага… замечательно. Плохой я мироходец, даже никуда… не могу…
Дальше фразу я не помнил, так как сон окончательно затопил моё воспалённое сознание, утомлённое за этот долгий день. Не зря Ника не хотела меня выпускать из дома, я явно ещё не готов.
Улыбка горгоны
- Стоп, ты же не будешь это есть?
- Я настолько отвратно выгляжу, что даже на корм не годен? – пробурчал я, смотря на раскосую морду динозавра, который скалил передо мной зубы. Раптор, кажется, я только в детстве увлекался этими вымершими ящерицами. Слабо улыбнувшись, я посмотрел на всадницу, которая как раз и окликала своего ездового питомца. Смуглая кожа, легкие закрытые доспехи, что защищали руки и все остальное тело, на лбу нечто похожее на диадему с оранжевым камнем посередине, на поясе какой-то стальной веер… я не разбираюсь в холодном оружии, особенно во сне.
- Ты живой? Занятно.
- Что в этом занятного? – рыкнул я, попутно опустив взгляд. Ну что же, я действительно выглядел не ахти: слой грязи на одежде, куски отваливались с бедных ботинок, а также мерзкий запах сточных вод. Всадница скривилась, прикрыла нос рукой. Я же лежал на мягкой траве под деревцем, похожим на пальму. Голова кружилась, из-за чего картинка вокруг расплывалась. Приятно грело солнышко, дул свежий ветер, был даже слышен шум моря. Красота.
- Кто ты такой? – прищурилась всадница. Боевой ящер лишь громко сопел, легко рычал, но не двигался с места. Я лишь устало махнул рукой.
- Что за дурацкие вопросы? Неужели моё подсознание не знает кто я? – я развел руками. Состояние было такое, словно я пьян, ноги утопали в траве, словно поглощала меня потихоньку. Запрокинув голову, я рассмеялся.
- Я спросила что-то смешное? – отозвалась всадница. Рука у нее легла на стальной боевой веер, ящер сильнее зарычал. Я не придал этому никакого значения, лишь повернулся на другой бок. Обнял охапку травы, складировал под голову. Странное ощущение: спать во сне… Очень странное.
***
Когда я открыл глаза, меня встретили знакомые своды подземелья. Жаль, хороший был сон. Чувствуя ломоту во всём теле, я перекатился на бок, потом попытался встать. Ноги гудели, как и голова, словно наполненная горячими черепками. Желудок не выдержал напряжения, так что меня вывернуло наизнанку. Отвратительно…
Зато в голове прояснилось. Это как с бодуна: вызовешь у себя рвоту, потом отходняк переживать легче. Ну или как-то так. Постанывая, кое-как выполз из своего укрытия. Всё тот же пейзаж из грибов и сталагмитов. Замечательно, я ничего не пропустил. Так, куда же мне направиться? Отряхнувшись, я медленно пошел вперед, во тьму. Грибов становилось всё больше и больше, они росли уже не только на полу, но и на стены переходили. Пульсация света заставляла чуть рябить в глазах, я недовольно жмурился, щурился. По правде сказать, зеленый свет уже надоел, но это был единственный свет, что указывал мне путь. Шаги гулко раздавались по стенам грота, который становился всё уже. Вскоре мне пришлось уже шагать через грибы. Когда я на них смотрел, желудок совершал акробатические трюки в моём животе, молил о какой-нибудь крохе еды. Сколько я брожу уже здесь? Много часов, я уже сбился со счёта. Быть может попробовать гриб не такая уж и плохая идея?
Я присел на корточки рядом с большим сталагмитом, выбирая грибок поаппетитнее. Внешне они напоминали опята, с намного большей шляпкой и более крупной ножкой, росли из одного основания, крепко прикрепившись к поверхности каменной. У меня не было ничего с собой, кроме медальона и карточки метро. Достав последнюю, я намеревался было уже использовать её как лезвие, чтобы срезать большую пачку светящихся «опят», как вдруг…
- Стоп, ты же не будешь это есть?
Где-то я это уже слышал, чувство дежавю вспыхнуло у меня в мгновение ока. Я резко повернулся в сторону говорившего, рухнул на зад. Передо мной стояла высокая девушка. На голове был черный платок, завязанный бантом под подбородком, темная роба с короткими рукавами, открывая взгляду крепкие руки с зеленой кожей, словно заросшие блестящими чешуйками. Глаза у нее были желтые, с вертикальными зрачками, нос небольшой, аккуратный, губы в тон коже, чуть пухлые. В руках у девушки была мотыга и большая плетеная корзина, светящаяся от грибов внутри.
- Кхам… ну… есть… охота, - выдавил я, - Простите… - аккуратно поднял руки вверх. Девушка смотрела на меня с удивлением.
- Как ты сюда попал? Кто ты? Оттуда пришел? – голос её гулко отражался от сводов подземелья. Я развел руками.
- З-заблудился… Я.. в Подгород шёл, ну…
- Подгород? Без проводника? – глаза девушки прищурились. Я закивал головой. Впрочем, я тут не лгал: Краг действительно был моим проводником.
- Да. Гоблин один…
- Нашёл кому доверять, - фыркнула девушка, но это фырканье не было осуждающим. Тон был совсем не обидный, да… как-то так. Мои мысли путались, я не знал что делать. Живот громко заурчал.
- Простите…
- За что ты извиняешься? – девушка пожала плечами, поставила корзину с грибами рядом. Мотыгой начала ловко срезать «опята» с поверхности сталагмита, - Тебе повезло: с той стороны дикие земли, там сгинуть легко.
- А… А где я сейчас? – пробормотал я, кое-как поднимаясь на ноги. Девушка быстро закончила свою работу, подобрала все грибы, а затем протянула руку мне. Пальцы были крепкими, мозолистыми, заканчивались черными коготками. Кто же она такая? Лицо вполне походит на человеческое…
- На Плантациях. Самый дальний край. Пойдем, я помогу тебе. Ты же хочешь есть, как понимаю?
- И мыться… - не выдержал я. Девушка засмеялась. Без стеснения и брезгливости взяла мою грязную ладонь, крепко сжала. Напоминала руку Ники: такая же холодная и твердая.
- Сегодня твой счастливый день, человек.
- Я бы так не сказал…
Я шагал следом за своей проводницей. Она умудрялась держать мотыгу под мышкой, в левой руке держала корзину с грибами, а правой цепко держала меня. Я почувствовал лёгкий укол совести.
- Может… я понесу что-то? – вырвалось у меня. Девушка повернула голову.
- Зачем?
- Ну… неудобно там…
- Незачем. Ты – гость, я не буду обременять тебя своей работой на Плантациях, - отозвалась она, а затем повела меня дальше. Что же, совсем неудобно получается.
Пока я терзался муками двойственной совести и желания помочь, мы вышли из подземелья, выходя в следующее. Грибы тут уже росли несколько иначе, исчезали хаотичные образования, виднелись аккуратные ряды грибниц. Они шли длинными вереницами, словно на поле, а между ними ходили одинокие фигуры: кто-то собирал, кто-то что-то рассыпал, кто-то работал мотыгой. Фигур было много, а грибов ещё больше. Провожатая вела меня по выбитой в камне дорожке, пока мы не пересекли границу этих Плантаций.
- Что это за Плантации?
- Никогда не бывал в Подгороде? – спросила в ответ меня девушка, остановившись на тропинке. Чуть поодаль начинались первые невысокие домики с покатыми крышами, которые совсем не походили на величественную архитектуру поверхности.
- Нет, впервые вот… собирался. Всё никак, дела да дела.
- Понимаю. Видимо, очень важные дела: у нас редко кто-то бывает.
- Так… это… - я кашлянул, - Можно узнать про Плантации то?
Девушка улыбнулась, засмеялась. Крепче сжала мою руку.
- Прости, увела разговор в другую сторону. Тут мы выращиваем еду для жителей. Грибы – единственное, что тут разрослось настолько масштабно. Правда, есть просто так, сырыми, их могут только зомби да грибошары…
- Грибошары? – не понял я, а затем увидел громадную фигуру, что выходила к рядам Плантации со стороны домов. Остальные собиратели расходились в стороны от гиганта, который напоминал огромный заплесневелый гриб с руками и ногами. Он медленно склонялся над ростками, срезал их огромным ножом, складывая необъятной пятернёй в корзину за спиной.
- Да. Заплесневелые трупы гигантов с поверхности. Очень помогают в работе, - отозвалась девушка таким тоном, словно это была обыденность. А вот для меня это был настоящий шок и удивление. Кажется, я начал понимать куда я попал.
- Вы… Вы же…
- Кто? – девушка моргнула глазами, смотря на меня, тормозящего, как старый компьютер. Я пытался подобрать слова, широко разевал рот, но всё никак.
- Ну… это…
- Как давно ты ел?
Вопрос выбил меня из колеи, не дал завершить мысль. Я помотал головой, хотя обрывки мыслей о грибошарах и зомби ещё клубились где-то недалеко. Не успел я ответить, как мой живот издал громкую трель, за которую мне стало стыдно в очередной раз.
- Давно… - заключила провожатая, - Идём. Все разговоры потом. Сперва ужин и ванна.
***
Уже потом моя мысль полностью сформировалась, но было поздно. Разговоры о грибах и зомби натолкнули меня на осознание того, куда я попал. Только потом всё подтвердилось в полной мере, когда моя спутница открыла врата, ведущие в основной комплекс Плантаций. Знаки Голгари были тут повсюду, ясно указывали на то, кто тут главный. По рассказам Ники, гильдия представлялась мне мрачной и нелюдимой, однако… Первое впечатление было совершенно иным. Да, тут везде были мертвецы: я невольно шарахался каких-то грибных зомби или украшений на домах в виде оплетенных лозой скелетов, но всё было в порядке вещей. Людей тут было немного, основной контингент составляли эльфы в странных сшитых грубых одеяниях, зомби, которых держали на поводках, а также странные люди в чешуе, у которых шевелились волосы при каждом движении. Какая раса? Спрашивать было неудобно: моя провожатая была одной из них. Свои волосы она скрывала за платком, это я уже понял.
- Вот, заходи.
Над дверью в низенький одноэтажный дом висел крепкий каменный знак-изваяние Роя. Девушка взялась за ручку, отперла. Я даже удивился тому, что было ни замка, ни скважины никакой. Заходи кто хочет! Ну, возможно, во владениях Голгари, это было не принято.
- Спасибо.
Как только мы вошли, дом осветился. Разом раскрыли крылья множество ползучих насекомых, крылья которых светились. Расцветали грибы, растущие под самым потолком, наливались ярким зеленым светом, разгоняя полумрак. Внутри был специфический запах, но обстановка выглядела достаточно уютненькой, напоминала номер в недорогом отеле.
- Одежду можешь оставить в помывочной, я принесу воды тебе, - произнесла девушка, снимая с головы платок лёгким движением. Волосы у нее были длинные, черные, гладкие и блестящие. Как только мой взгляд коснулся их, они разом зашевелились, и я обомлел. Это были щупальца. Несколько походили на безглазых змей, которые легко шевелились сами по себе…
- Что-то не так? – спросила моя спутница, заметив мой ступор, - А, ты об этом, - она показала рукой на свою «причёску», - Я – горгона, не удивляйся.
- Да… я уже понял. Просто на языке вертелось, а никак не вспомнить было… - отозвался я, натянув на лицо вежливую улыбку. Горгона кивнула головой, показывая, что тем самым неловкая ситуация от непонимания исчерпана, а затем направилась в соседнее помещение, пока я оглядывал общую комнату, которая являлась также и гостиной. Хотел присесть на кресло было, но обивка внезапно легко зашевелилась. От страха я подскочил, отпрыгнул в сторону. Кресло более не двигалось, всем своим видом приглашало сесть обратно, но вот я решил не рисковать: я точно видел, что в обивке что-то ползало!
- Ты идешь? – раздался голос хозяйки, поэтому я поспешил ретироваться. Ванная комната напоминала старую баню: тут было жарко, большой булькающий котёл стоял посередине, вокруг, у заплесневелых стен, стояли чистые скамьи, на одной из которых лежал тугой свёрток с одеждой. Это мне?
- Раздевайся, - велела горгона, ставя ведро рядом с кипящим котлом. Сама она разделась, оставаясь в темной кожаной тунике, сшитой грубыми нитками, босиком. Я слегка покраснел то ли от жара, то ли от смущения. Что-то я не понимал сейчас…
- Эм… Прямо тут?
- Да. Складывай грязное, вон, я приготовила тебе одеяния чистые.
- Кхем… Простите, мне что, в котёл лезть?
Горгона изогнула бровь.
- Ты хочешь свариться? – заулыбалась она, - Я буду зачерпывать воду и лить на тебя, человек…
- Д-Дмитрий. Зовите меня уж по имени, - отозвался я, всё ещё не решаясь раздеваться. Неправильно как-то это было всё. К тому же, меня снова не отпускало чувство дежавю: вспомнился первый день, когда я был у Ники. Смешно, но она тоже отвела меня в свою ванную. Тут, правда, парилка скорее, но смысл похожий.
- Кассандра, - склонила голову девушка в приветствии, - Дмитрий, прошу, вода остынет.
- А вы… кхм… ты, Кассандра, так и останешься тут? – выдавил я, непослушными пальцами развязывая завязки на штанах. Горгона моргнула своими жёлтыми глазами, выдавая совершенно логичное заявление.
- А воду как ты будешь лить на себя?
С этим не поспоришь. Я переборол себя: скинул сперва плащ, потом заскорузлую рубаху, штаны с ботинками, трусы. Даже глаза закрыл, нутром чувствуя присутствие Кассандры рядом. А затем…
- АААА!
- Ох, слишком горячо?
Кипяток полился на мою голую спину. Я обхватил плечи руками, уставился в стенку, краснея ещё сильнее. Твердые руки горгоны начали растирать мою спину, бока, потом снова полилась вода, но, по ощущениям, не так было неприятно, как в первый раз.
Знаете, это были странные ощущения. Движения Кассандры были мягкими, аккуратными, она деловито мыла меня, пока я сгорал от стыда и от странности ситуации. Хотя, если взглянуть на ситуацию с другого угла… Меня мыла девушка, просто взяла и начала мыть, отмывать от дерьма и грязи, в прямом смысле этого слова. И, знаете что, я получал с этого кайф! Каждое прикосновение током пронзало меня, я чувствовал её присутствие рядом, позади, как она касалась моей кожи, чуть царапая острыми когтями. Нет, это было не больно, это было даже приятно… Даже очень.
- Зачем ты руки сложил перед собой?
- Ну… так удобнее стоять, - выдавил я, боясь повернуть голову. На волосы полилась вода из нового ведра, окатывая меня с головы до ног.
Как оказалось, Кассандра ничуть не стеснялась наготы, не видела ничего предрассудительного в подобном проявлении, а подобного рода мытьё было в понятии нормы. Затем, за ужином (состоящем из грибной каши и морса из местных кислых ягод каких-то), горгона поведала, что в обществе Голгари не принято оставлять попавших в беду. Живые члены гильдии всегда помогали жителям Подгорода: предоставляли кров, пищу, одежду, спасали заблудших в катакомбах Равники, а также утилизировали мусор и трупы, используя их для своих нужд. Кассандра поведала, что не раз находила «потеряшек», подобных мне.
- Обычно я не захожу так далеко, как сегодня. Плантации разрастаются, споры идут дальше, а на новых камнях растут лучше. Вот я и решила направиться дальше.
- Угхм… - кивнул я головой, активно работая деревянной ложкой, проглатывая солоноватую грибную кашицу, - Я не знаю, сколько бы я ещё смог бродить там… один.
- Как же ты попал туда? – поинтересовалась горгона. Её щупальца замерли, кончики повернулись в мою сторону. Интересно, а она может обратить в камень? Я взглянул в её золотые омуты, моргнул. Ничего не происходило.
- С проводником наткнулись на живых мертвецов в катакомбах. Он дал дёру, а я залез в какую-то трубу… Полз, полз, думал, застряну.
- Живых мертвецов? – глаза Кассандры чуть сверкнули. Или мне показалось? – Темная энергия иногда пробуждает умерших. Нам регулярно приходится чистить катакомбы от подобных. Хаотичные мёртвые не принесут пользы, как покорные… - снова мило улыбнулась. Я улыбнулся в ответ, вытерев рукой рот, ибо салфеток тут не было.
- Покорные… Вы их подчиняете себе?
- Наши маги воскрешают рабочих на услужение гильдии, - отозвалась Кассандра, - Мертвецы трудятся во всех сферах нашей работы. Впрочем, ты мог это видеть сам.
Я вспомнил гиганта на плантациях, кивнул. Наш разговор временно прервался, пока я доскребал остатки каши ложкой. Горгона взяла у меня пустые плошки, пошла их мыть. В полумраке тусклого освещения я мог видеть лишь её фигуру темную. Снова дежавю: также я наблюдал за Никой на её кухне.
Снова Ника. Как она? Ищет ли она меня, или я для неё уже не важен? Она стала моим первым другом в Равнике, первой спасительницей и гидом. А кем я для неё являлся, по сути? Она задвигала много речей о моей важности, о моей Искре и мироходческой сущности, о долге Кайе… Но, тем не менее, она оставила меня там, на площади, когда Азориусы схватили меня. Почему она так поступила? Я метался между противоречившими чувствами, не знал куда деться, как мне быть дальше. Мою загруженность увидела Кассандра.
- Что с тобой?
- А? Нет, я так, задумался просто, - помотал я головой, - Спасибо за помощь тебе. Ты спасла меня…
Опять чувство дежавю. Чертово дежавю. Слова, что капали с моих губ. Благодарность Нике, искренняя и настоящая. Я был рад ей, рад тому, что она меня не оставила, когда я, по своей же дурости, попал в лапы Ракдосов. Не побоялась, пошла в логово, вытащила меня буквально за шкирку, когда я был на волосок от гибели…
- Тебя кто-то будет искать? Наверху? – произнес голос горгоны, вновь возвращая меня к реальности. Я моргнул, а затем помотал головой.
- Я даже уже и не знаю, - почесал затылок, а затем встал из-за стола. Волосы Кассандры проводили меня незримым взглядом. Горгона задумчиво провела коготком по своей правой щеке.
- Может мне попробовать отыскать твоих знакомых?
- Кассандра, не стоит, - отрицательно помотал я головой, - Я и так в слишком большом долгу перед тобой, а ты из-за меня ещё больше будешь тратить своего времени? Зачем же?
- Совесть и долг, - пожала плечами горгона, - Мне это не тяжело, а даже наоборот…
Долг…
«Почему я это делаю? Потому что должна».
Я почувствовал, что мои глаза начали слипаться. Ноги подкашивались, я присел обратно на стул. Руки дрожали.
- Что со мной? – пробормотал я, чувствуя тревогу сильную. Кассандра взяла меня за руку, несильно сжала.
- В морсе легкий отвар снотворного. Тебе нужно прийти в себя и полностью восстановиться, - велела она. Вот же коварная женщина! Сопротивляться не было сил совершенно.
- Я… недавно спал, - пролепетал я заплетающимся языком, - Я… выспался.
- Поэтому у тебя и круги такие под глазами, Дмитрий?
Вот же… Хитрая… Бестия.
Горгона по имени Кассандра. Ты спасла меня. Как и Ника.
***
Песок был везде, в штанах, в ботинках, в трусах. Над головой было темное ночное небо. Ветер хлестко бил по лицу, так что мне приходилось прикрываться рукой. Впереди виднелись барханы бесконечной пустыни, поэтому, думаю, туда не стоило идти совсем. Буря начиналась, она уже шла за моей спиной, поэтому я решил спешить. Проклиная неудобную одежду, что дала мне Кассандра, я перевалился через каменную ограду, спрыгнул на брусчатку. Так, это похоже на какую-то улицу старинного города. На ум почему-то пришел Древний Египет: не хватало только иероглифов и пирамид.
Стоило мне только подумать о пирамидах, как за разрушенным зданием показалась величественная постройка. О, таки угадал! Египетские статуи заносило песком начинающейся бури, что шла со стороны пустыни, грозясь накрыть всё то, что осталось от этого города. Я покосился на ближайшую, с крокодильей распахнутой пастью, что возвышалась с одной из сторон пирамиды. Руки существа сложены в молельном жесте, свисает каменный крест-анкх с крепко сомкнутых ладоней. Свет двух лун освещал статую и пирамиду столь ярко, что мне казалось, что вот-вот наступит рассвет…
Мне нужно было укрытие. Я огляделся по сторонам, не видя ничего подходящего. Дома были разбиты, разрушены, двери выбиты. На камнях были рубящие следы то тут, то там. Я подбежал к одному дому, потом ко второму… Вой бури был уже в ушах, он оглушал. Песок начал кружиться у моих ног, сноситься в сторону.
- Эй! Есть тут кто? – крикнул я во всю мощь своих легких. Ответом был лишь знакомый вой, который становился всё заунывнее. Плевать, найду укрытие сам, раз никто помогать не собирается. Сжав кулаки, я решительно двинулся вперед, дальше по улице, пока не попал на своеобразную широкую площадь… Вот там уже кто-то был.
Ещё издалека я заметил стройные ряды статуй. Гигантские ряды заполняли площадь перед огромными запертыми вратами, над которыми возвышались величественные рога. Я присвистнул: они уходили далеко, в черное небо, до самой луны, которая замерла точно между острыми концами, словно венчая собой это произведение искусства.
Статуи, слава богу, безмолвствовали. Синий панцирный доспех, раскосая маска того же цвета, в руках у каждого воина либо серпообразный меч, либо копье. Провалы глаз были чернее ночного неба над моей головой, даже немного пугали. Идя чуть ли не по колено в песке, я подошел к крайней статуе. Кто же это? Они стоят тут, словно бы ждут чего-то. Врата, которые никогда не распахнутся, а останутся закрытыми до скончания веков…
«Ты заблудился?»
Голос вспыхнул в моей голове внезапно. Величественный, спокойный мужской баритон с легкой хрипотцой. Я начал озираться, но за домами мог видеть лишь полоску приближающейся песчаной бури.
- Что? Ты кто?
«Признаться честно, ты меня удивил. Оказался тут, без моего ведома…»
- Мне нужно спрашивать разрешение в своём собственном сне?
«В своём сне? Вот как…» - задумчиво произнес голос, а затем глаза статуй начали загораться. Я подозревал что-то такое: если в фильме ужасов есть человекоподобная статуя, она обязательно оживёт и кинется на героя. Я отступил назад, увернулся от ловко пущенного в мою голову копья, а затем бросился наутек. Синие мумии безмолвно преследовали меня, их глаза пугающе горели во тьме, поглощавшей всё вокруг.
- Б*я…
Синий воитель с кривым клинком, резко появившийся сбоку, рубанул у меня над головой. Я повалился на песок, перекатился в сторону. Горящие фиолетовым пламенем глаза были точно надо мной. Клинок вонзился в песок рядом с моим ухом. Было близко…
Изо всей силы пнул нападавшего в грудь. Охнул от боли: сильно ударился пальцем ноги. Синяя мумия даже не шелохнулась.
- Ты что, стальной?? – пробормотал я. В страхе закрыл голову руками, видя, как лезвие клинка падает точно на мою голову…
***
Утро выдалось хмурым. Впрочем, под землей солнца быть не может, но вся обстановка казалась мне угрюмой. Кассандра разбудила меня, когда я почти уже шлёпнулся с кровати головой вниз, превратив ногами все одеяла под собой в тугой комок.
- Плохой сон?
- Во сне меня пытались убить синие мумии, - зевнул я, потягиваясь. Всё тело покалывало, словно все конечности сильно затекли, - Я так сильно брыкался?
- Похоже на то, - кивнула головой горгона, - Меня не было тут, пока ты спал, я не могу тебе ответить с уверенностью. Идём, на кухне завтрак.
Как я ни сопротивлялся, Кассандра вновь накормила меня до отвала. Вечерний рацион был повторён: снова грибы, снова морс. Горгона клятвенно уверила меня, что более ничего не добавляла в пищу, так что я точно не стал снова Спящей Красавицей. Грибы, сами по себе, весьма тяжелая пища, то бишь ими легко наедаться. Кассандра снова сделала мне целую плошку, которую я ополовинил лишь, а живот, по ощущениям, уже раздулся. Отложив в сторону ложку, моя свинская натура довольно крякнула, откинулась на спинку стула.
- Вкусно?
- Д-да… - выдохнул я, - А вы что, тут только кашу едите?
- Что же! Нет, - горгона забрала плошку и кружку, - Из грибов есть много разных питательных и вкусных блюд.
- Вы едите только грибы тут? Вам они не надоели? – я изогнул бровь.
- А разве они могут надоесть? – донесся голос Кассандры из полумрака, - Они питают нас, они часть единого цикла Жизни и Смерти. Мы умираем, а они также питаются нами, чтобы мы потом питались ими. Это закон природы, он цикличен, это естественно. Разве нам стоит из-за этого пытаться искать что-то другое?
Я хотел было ответить ещё на середине фразы, но, когда разговор пошёл про цикличность и прочие вещи, просто махнул рукой. Кассандра говорила с такой уверенностью и правотой, что возражать было неудобно даже как-то.
- Ну, Дмитрий, раз ты сам завел разговор на эту тему, то сегодня ты тоже поймешь всё.
- Пойму? Что пойму?
- Смысл существования, - отозвалась горгона. Очередная милая улыбка – и Кассандра протягивает мне мотыгу и корзинку. Я кашлянул, перевел взгляд, смотря точно в желтые глаза.
- Аыыыэээ…. А зачем мне это?
- Ну как зачем? Пойдем на Плантации со мной, будешь помогать мне собирать урожай. В труде ты познаешь ответ, - без тени издевки произнесла горгона, продолжая протягивать мне инвентарь. Как я мог отказать ей? Руки сами протянулись вперед, пальцы крепко схватились за ручку инструмента. Уже представил себя в роли заядлого фермера в соломенной шляпе и травинкой длинной в зубах. Невольно улыбнулся.
- Вот это другое дело! – продолжила сиять горгона. Она легко взяла меня под локоть, поднимая на ноги. Я шёл за ней, как заворожённый. Почему я так себя вёл? Ответов не было. Необычайная доброта и забота творят чудеса. Кассандра напоминала мать, которая никогда не скажет тебе плохого слова, всегда поможет в любой ситуации, какой бы она ни была. А что моя мама? Я нечасто звонил ей, а если и звонил, то разговоры всегда у нас растягивались на часы. Мне не стыдно признаться: я доверял ей практически всё, любая тема для разговора у нас растягивалась и превращалась в полноводную реку из маленького устья. Когда я приезжал к ней в гости, все дни чувствовал на себе заботу. Заботу человека, который действительно переживает за меня. Странно, но похожие чувства я испытал к Кассандре. Мы знакомы не больше суток, а она моет меня, кормит, одевает! Мне становилось неловко, когда я прокручивал моменты описываемых выше событий.
Долбанное дежавю. Все в Равнике обо мне заботятся. Ну, почти все…
- Дмитрий? Ты что, заснул?
Из прострации меня вывел возглас Кассандры. Девица стояла на тропинке, по обе стороны от которой разрастались светящиеся грибы. Это сколько мы шли? Я помотал головой, вытряхивая из головы ненужные мысли.
- Нет, просто задумался… Эм… Что мне делать?
- Тут ничего сложного, - горгона перехватила удобнее мотыгу, предварительно накинув на голову чёрный платок, - Твоя задача аккуратно выпалывать, стараясь не перерубать ножки. Потом кидаешь в свою корзину, без земли. Понял?
- Да, не сложно, - отозвался я. Кассандра повернулась ко мне спиной, аккуратно начала работу. Невольно я загляделся на её фигурку. Горгона обладала стройным гибким станом. Очертания округлых бедер были видны через ткань тонкой черной юбки туники, закрывая прямые ножки от лишних взглядов. Небольшая округлая грудь то и дело колыхалась, когда Кассандра делала очередной замах, чуть подпрыгивала. Декольте было до неприличия открытым, чуть ниже шеи я обнаружил цепочку медальона, который удобно устроился под краем робы на теле горгоны. Знак гильдии красовался на её правом плече, сделанный аккуратной зеленой татуировкой. Кожа горгоны была темной, гладкой, со скоплениями зеленоватых блестящих чешуек и прожилок во многих местах. Меня это, почему то, совершенно не отталкивало, а наоборот привлекало!
Так, я слишком увлёкся. Отведя взгляд от Кассандры, я повернулся к своей плантации. Высунув край языка, я начал аккуратно орудовать лезвием мотыги. Первый гриб я срезал слишком высоко, второй никак не мог подцепить. Дальше я начал подкапывать, едва-едва ворочая инструментом. Лезвие с трудом погружалось в неподатливую землю. Легче было на камнях: там можно было прямо счищаю грибную поросль без особых проблем. Как там грибы росли? Хотя, по сути, в какой-то степени грибы можно же назвать плесенью? Одного поля ягоды. Тьфу, ягоды! Ну и сравнения грибов с ягодами!
Кассандра отвлекалась от работы, помогала мне, показывала как лучше встать, как взять инструмент. Я старался, повторял движения, пот лил со лба. Я быстро выматывался, но старался этого не показывать. Работа была не сложной, но очень монотонной: процесс срубания грибов прерывался лишь складыванием очередной кучки в корзину. Прополка моего участка шла крайне медленно, из-за чего я расстраивался. Горгона же успокаивала меня, подбадривала, продолжала помогать, а грибы её участка редели и редели…
Когда с грибами было покончено, Кассандра протянула мне большой черный кожаный мешочек.
- А здесь что?
- Споры. Сухие споры грибные, - отозвалась девушка. Разравняв мотыгой углубление в земле, она щедро сыпанула туда горсть, - Климат у нас влажный, грибница разрастется без проблем. Да и грибоманты помогут через парочку дней, если не будет первых всходов…
- Ааа… - протянул я. Странный тут способ сажать грибы, но я решил не вдаваться в подробности местного садоводо-огороднического метода посева. Следующие пару часов мы сидели на карачках, старательно опорожняли наш мешочек. Я был весь в какой-то шелухе, с меня сыпался песок, а ещё и правая нога разболелась, когда я наконец поднялся, разогнул спину.
- Ты на поверхности занимался хозяйством?
- Нет, никогда, - помотал я головой. Кассандра улыбнулась.
- Значит попробуй. Это явно будет тебе по душе, неплохо получается…
Опять образ меня в соломенной шляпе с лопатой в руках. Я шмыгнул носом, отмахнулся лишь.
- Не думаю, что это будет лучшей идеей, Кассандра. Тут ты делала всё за меня почти, а я так…
- Не соглашусь, - прервала меня горгона, беря свою корзинку грибов, - Ты вполне сам справлялся хорошо.
- Она права: ты справлялся чертовски хорошо.
Этот голос! Я замер, медленно повернулся. У ограды стояла знакомая фигурка, облачённая в черный плащ. Ника стянула с головы капюшон, взирая на меня своими белыми, лишёнными зрачков глазами. Я же стоял в рабочей униформе собирателей Голгари с закатанными рукавами до локтей, перемазанный землей и грибным соком. Картина маслом. Улыбка у меня невольно до ушей начала растягиваться, я развел руками в сторону. Ника проворно перемахнула через оградку деревянную, игнорируя калитку, подошла к нам. Её кожа, в свете фосфоресцирующих грибов, казалась немного зеленоватой.
- То есть, вместо того, чтобы сразу меня окликнуть, ждала, пока я работал, не покладая рук? – добро съязвил я. Ника усмехнулась.
- Не хотела портить момент.
- Ну так ты бы и не испортила, - отозвался я, а затем спохватился, - Кхем, да… Ника, это Кассандра. Кассандра, это Ника, моя… подруга.
- Мы знакомы, - отозвалась горгона, поправляя свой платок. Ника кивнула головой, скрестила руки на груди. Я несколько опешил, услышав такое.
- В каком смысле?
- Пока ты отдыхал, я решила отыскать твоих знакомых на Поверхности. Объявление в нашей гильдии повесила, - начала пояснять Кассандра, - Либо твоя подруга тебя очень сильно искала, либо у тебя очень редкое и красивое имя, по которому она сразу поняла, что это ты. Хотя… это не отменяет первое предположение.
Ника отвела взгляд. Я изогнул бровь.
- Это правда? – произнес я, ощущая, что сердце чуть забилось сильнее в груди. Неожиданное замечание, однако. Вампирша пожала плечами.
- Ну как я могла тебя снова бросить, Дима? – вздохнула она, - Я и так переживала, что оставила на площади, видела, как тебя забрали… Прости, - склонила голову.
- Как ты узнала где я? – продолжил допытываться я. Ника замялась как-то, но тут на помощь пришла Кассандра. Горгона встала рядом с нами, положила руку на плечо каждому из нас.
- Я повесила объявление о пропавшем. У нас это обычная практика. Если есть знакомые, то мы пытаемся найти их. Приметы указываем, имя, если знаем. Я даже отойти не успела, как Ника уже была рядом…
- Я не знала где тебя искать, вот и пошла к Голгари, - произнесла вампирша, прервав рассказ горгоны, - Отчаялась просто совсем!
Честно сказать, я немного расчувствовался. Все вопросы и мысли как-то ушли прочь. Ника не бросила меня, искала. И, черт знает, как бы повернулось всё, не подойди она в тот момент, когда Кассандра вешала объявление! Кстати, об этом…
- Кассандра! – обратился к горгоне, уперев руки в бока, - То есть… ты знала? О Нике?
- Конечно.
- А почему не сказала?? – изумился я. Девушка продолжала довольно улыбаться.
- Разве плохой сюрприз получился?
Действительно. Сюрприз. Нет, я не сказал бы, что сюрприз плохой или мне что-то не понравилось. Просто хитрая горгона за мой счет собрала ещё больше грибов сегодня! Ну и Кассандра!
- Ох, ладно, хитрые вы обе! – выдохнул я, сдаваясь, - Ника, обними уж меня, раз так искала долго! Ну?
Вампирша вздрогнула, моргнула. Покосилась на горгону, потом снова на меня, а затем мягко обняла меня, словно бы стесняясь.
- Только из-за того, что я действительно виновата перед тобой.
- В чём же?
Ника фыркнула, запрокинула голову на мгновение. Разжала объятья, легко пихнула меня. Я непонимающе посмотрел на неё, не понимая такого поведения. Я что-то не так сказал?
- Сбежала, - грустным тоном произнесла девушка, отводя взгляд. Видимо, её действительно задело произошедшее на площади. Ну, если я и злился сперва, то сейчас никакого гнева не было и в помине. Мало ли какие причины побудили её так поступить? Главное другое…
- Но ты же искала меня, верно? – подытожил я, пытаясь поднять упавший дух своей подруги. Положил ей руку на плечо, слегка сжал пальцы, - Считай снова спасла… Но, если ты так уж сильно коришь себя, то есть кое-что, что ты можешь для меня сделать.
Ника изогнула бровь, скрестила руки на груди.
- Что именно?
- Научи меня фехтованию, - попросил я. Горгона и вампирша удивленно уставились на меня.
- Зачем же?
- В Равнике не уметь постоять за себя – настоящее преступление.
Дар силы
Из моей груди вырывалось тяжёлое дыхание. Совсем выбился я из сил, но упорно не сдавался. Почему? Потому что стоит мне опустить руки, как Ника начинает довольно ухмыляться, а это меня бесит! Подняв руку, крепко сжав клинок, я направил его в сторону противницы.
- Нечестно!
- Ты тоже можешь использовать магию, я не против совсем, - пожала плечами вампирша. Её поза была расслабленной, спокойной, она всем своим видом показывала, что я, как противник, сделать с ней ничего не смогу. А что мне делать? В последний раз, когда я почти достал её, она выставила магический щит! У меня переносица болит до сих пор, когда я впечатался в эту синюю гладкую поверхность, роняя оружие…
В такие моменты мне казалось, что я совершенно не предназначен для подобного. Фехтование, три дня назад, было для меня вполне обыденной и интересной вещью. Я представлял, как наши клинки, выбивая искры, скрещиваются раз за разом, как сложные удары и выпады покоряются моей воле! А вышло всё иначе: вампирша просто сунула мне в руки старый клинок и велела защищаться.
- И что мне делать?
- Рубить. Бить. Блокировать, - пожала плечами Ника, а затем, со всей силы, резанула меня по плечу. Боль пронзила моё тело, я отскочил в сторону. Кровь пропитала рубаху, я гневно посмотрел на Нику.
- Ты чего??
- Я предупреждала, - вампирша продемонстрировала свои острые клыки. С тех пор эта ухмылка для меня стала синонимом издевательства. Хотя, стоит отдать этому должное: я действительно заводился, приобретал стремление. Ника не давала мне продыху, но, если я уж совсем тупил, снисходительно показывала мне те или иные приёмы.
Вот и сейчас было похожее: заучив парочку движений, я пытался достать её, хотя бы раз, но она наглым образом поменяла правила игры. Мерцающий щит в воздухе исчез, рассеиваясь с дуновением ветра. Ника моргнула своими белыми очами, поправила рубаху с закатанными рукавами. Мы с ней тренировались в небольшом дворике на улице Жестянщиков, окружённом низким ржавым забором, недалеко от нашего дома. Повсюду валялись какие-то тряпки, валялись камешки, стена ближнего дома была разрисована гоблинами. Сам дворик, кажется, служил чем-то вроде детской площадки, на мой взгляд. Только вот детей никаких я тут ни разу не видел.
- В бою не будет честности, - предупредила меня вампирша. Рука с мечом взлетела вверх, она выставила его перед собой, подняв лезвие вертикально вверх. Затем отвела левую руку, чуть сжала пальцы. Я нахмурился, поднял своё оружие, держа обеими руками. Как она будет атаковать? Сердце громко бухало в груди, кровь стучала в висках. Периферийное зрение исчезло: перед моим взглядом была только фигура вампирши в серой рубахе и закатанных штанах. Ника шагала босиком, аккуратно и медленно ступая по каменистой брусчатке, начиная обходить меня. Глаза не выражали ничего. Сглотнув ком в горле, я начал двигаться по кругу. Ботинки слегка шаркали, когда я ставил всю ступню, правую ногу я слегка подволакивал (последние несколько дней у меня на ней жутко болели пальцы, что началось после возвращение из Подгорода). Это делало мои движения немного скованными, медленными.
Резкий выпад! Ника рванула вперед, как молния. Лезвие клинка ударилось о моё оружие, что я вовремя выставил плашмя снизу. Пользуясь тем, что моё оружие было в такой позиции, я зарычал, резким движением отбил лезвие вампирши выше, попытался рубануть наотмашь. Ника ловко уклонилась от моего куцего движения, пригнулась. Один удар – и подсечка от гибкой девушки заставляет моё грузное тело шмякнуться на землю. Оружие, разумеется, я теряю, больно ударяюсь затылком. Вокруг всё плывёт, голова раскалывается, а с губ моих срывается нервный стон боли.
Боль в висках пульсирует, становится ещё хуже, ибо через эту пелену слышится громкий множественный хохот. Я разлепляю глаза, взираю на горстку мелких гоблинов, которые, как макаки, расселись на заборе, цепко держась кривыми лапами. После того, как в канализации меня довольно нагло кинул Краг, моё отношение к этим неприятным созданиям стало ещё хуже. Мелкие паршивцы кривлялись, балагурили, трясли тонкими кулачками, понося меня на все лады. Засранцы.
- Чего расселись? Валите отсюда! – зарычала Ника. Взмахнула клинком перед носом у самого ближнего. Лезвие, конечно, даже не коснулось гоблина, но тот заверещал, повалился через спину, шмякаясь на мостовой. Остальные заверещали ещё громче, попрыгали со своих насестов. Я слышал только удаляющиеся шлёпанья лап прочь по улице. Ладно, когда всё стихло, мне несомненно стало легче.
- Дима, Дима… - покачала головой вампирша, присаживаясь рядом со мной, - Ты безнадёжен.
- Неужели настолько всё плохо? – пробормотал я, пытаясь сесть ровно. В глазах плыло, картинка была не в фокусе. Пришлось тряхнуть головой. Почувствовал, что холодная рука легла на мою спину, поддерживая меня, чтобы я не упал.
- Ну, над тобой ржали гоблины, так что… - пожала плечами Ника, - Возможно, я просто плохой учитель.
- Может и так. Но другого у меня нет, - кряхтя, я поднялся на ноги. Когда бой окончился, отношение Ники ко мне поменялось. Больше не было издевок, смешков. Вампирша приобняла меня, позволила опереться о себя, подобрала обронённое мною оружие.
- Ты хромаешь.
- Это уже давно.
- Так чего же не говорил? Я бы не так напирала сильно.
- Нет, ты бы всё равно не давала бы мне спуска, будем честными.
Ника закатила глаза, но спорить не стала. Я не знаю какой она была при жизни, но после смерти она, как никогда, стремилась во всём преуспеть. Это читалось в каждом её действии, в каждом движении и поступке. Если обучать – методом проб и ошибок, не давая послаблений никаких, используя самые грязные приёмы. Правильно ли это? Я не думаю, что в обучении нужно вести себя так жёстко, но…
Ника не могла вести себя иначе. Не могла даже поддаться мне.
Зато победа над ней будет для меня более сладкой и желанной.
Помимо фехтования мы продолжали работать над моим даром, развитием моей Искры. Пока это проявлялось в том, что я учился простым методам использования магической энергии, что была внутри меня. Пока моя энергия проявлялась лишь в виде различных проявлений холода и мороза: я отмораживал свои руки, покрывал коркой льда всё вокруг так, что потом, совместно с Никой, как ни смешно бы это ни звучало, всё растапливали разогретой сковородой. Да, выглядело это со стороны забавно, однако от этого всё же был толк. В этом я убедился в очередной раз, когда на вытянутой руке у меня появился небольшой снежный ком. Ника удовлетворённо кивнула.
- Что чувствуешь?
- Холод, - кивнул я, сжав пальцы, с хрустом погрузив их в талый снег, - А также ещё что-то в животе крутит, вот здесь, - я показал пальцем чуть выше пупка, надавил слегка. Внутри словно что-то пульсировало, а по руке вниз стекали капли талой воды.
- Твоя магия холодна. Такое бывает, - отозвалась Ника, сидя напротив меня, - Обычно у магов их магия отражает их сущность.
- Я что, Дед Мороз в душе? – буркнул я. Вампирша подняла бровь недоуменно, но я просто отмахнулся от неё, - Не забивай голову. Пробовать ещё?
- Как хочешь. Мне уже надо собираться.
И то правда: за окном уже темнело. Закат скрывался за высокими крышами домов, накрывал Равнику красным одеялом, под которым она уютно проведёт ночь. По обыкновению, Ника собиралась в свой вечерний поход. Я зевнул, смотря за тем как она скрупулёзно одевается, вешает экипировку. Вспомнил, что под плащом она носит парочку метательных стилетов, вкупе с основным длинным клинком, находящимся в ножнах за спиной.
- Ты снова уходишь?
- Ты разве не привык к этому? – Ника озарила меня ледяным взглядом. От взгляда белых глаз всегда становилось немного страшновато, ибо я никак не мог свыкнуться с тем, что у неё нет привычных зрачков. Меня это волновало? В обычные моменты – нет.
- Привык. Даже к тому, что ты часто отвечаешь вопросом на вопрос, - пожал плечами я. Вытерев руку полотенцем от остатков талого снега, я устроился на диване, лениво наблюдая за сборами. Вампирша больше не разговаривала со мной, я не задавал новых вопросов. Молчание длилось недолго, до тех пор, пока не хлопнула входная дверь. Я снова остался один…
Чем мне заняться? Магия шла из рук вон плохо, от клинка были только мозоли на ладонях да раны на теле. Впервые за столько времени в Равнике я действительно заскучал. С моего возвращения с Подгорода прошло три дня, и все эти дни проходили в тренировках. Честно сказать, Ника слишком усердствовала в этих занятиях, так что желание продолжать отсутствовало напрочь. Хотелось отдохнуть, но вот как?
Свет из окна начал сходить на нет, но вместо этого начала оживать сама Равника. По вечерам я любил наблюдать, как один за одним начинают загораться сотни огней. Сначала магические фонари Иззетов на улицах, постепенно разгоняя тьму, потом в домах на всех уровнях районов. Окно за окном, даже в парящих в воздухе башнях, из-за чего город превращался в некое карнавальное шествие. Равника жила постоянно, ночью и днём, меняя лишь своё наполнение, как и любой огромный мегаполис…
Первый день я опасался, второй день уже смотрел без страха. На третий я уже строил планы как выйти, а главное, зачем выйти. Ника не запрещала покидать мне свой дом, я был волен в перемещениях, но я не видел смысла выходить, в особенности после попадания в переделку с Азориусами. Честно? Я боялся, чувствовал, что я не готов… Но это чувство прошло буквально на следующий день. Утро четвертого дня я встретил с твёрдой уверенностью в своём вечере, ибо я наметил свою цель.
У меня было одно незавершённое дело, о котором я совершенно забыл со всеми погонями, драками и тренировками. Подойдя к комоду, часть которого хозяйка мне любезно выделила под личное пользование, я раскрыл ящик. Порывшись, выудил тряпицу, внутри которое что-то звякнуло. Я аккуратно раскрыл ткань, протер медальон, который был найден Крагом в подземельях. Вещица, принадлежащая покойной Мэлоди, висела на моих плечах грузом ответственности, о которой я совсем забыл… Взяв медальон в руки, я быстро собрался. В каморке на кухне я обнаружил инструменты, из которых мне подошла небольшая лопатка с острым черенком. Думаю, Ника не обидится, если я её возьму на время.
***
Вечер на улице Жестянщиков был шумным и нервным. Я обошёл стороной галдящую толпу гоблинов, что тусовалась около входа, занятую какой-то игрой или что-то в этом роде. Подобно Нике, я натянул на голову капюшон плаща, устремился прочь. Никто за мной не шёл, никто не пытался преследовать. Да и кому за мной следить? Кому это нужно?
Пройдя до конца дома, я завернул направо, обходя нашу тренировочную с Никой площадку. За ней был небольшой пустырь с парочкой чахлых засохших деревьев. Раньше тут был сад? Не знаю, но ясно было одно – здесь редко кто бывает. Взяв лопатку поудобнее, я присел на колени возле вздыбленных из земли корней. Земля поддавалась с трудом, трескалась, дёрн был сухой, твердый, мне приходилось тщательно дробить его на комочки, вгрызаться дальше, дабы выкопать даже небольшую ямку. Когда с работой было покончено, я выудил из кармана медальон. Селезнийский символ переливался в полумраке, покачивался на цепочке.
- Что же, может сказать несколько слов? – спросил я сам себя, а затем прокашлялся в кулак, - Не знаю, какие у вас тут погребальные традиции, но там, откуда я, всё гораздо проще. У нас нет столько верований и богов, как у вас тут, так что я даже не знаю кому просить за упокой твой, - я сам улыбнулся своим словам, - Не знаю какой ты была при жизни, но ты явно не заслуживаешь той участи, которая с тобой приключилась. Никто бы не хотел умереть вот так вот, в той навозной мерзкой клоаке… - кашель невольно скрутил моё горло, ибо сразу я почувствовал тот гадкий и мерзкий привкус, что оставался на языке и в лёгких, - В общем, это – последняя вещь, что осталась от тебя. Память будет жить вечно…
В этот момент что-то коснулось моего плеча. Я вздрогнул, хотел было встать, но рука стоящего позади рывком заставила меня опуститься.
- Сидеть.
Голос знакомый, я точно его слышал, но вот где?
- Простите, но я…
- Руки. Давай, медленно поднимай.
Голос был женский, интонации резкие, грубые, в них чувствовалась командирская нотка. Сглотнув ком в горле, я подчинился. Медальон мягко звякнул у меня в руке. В этот момент я почувствовал, что нечто острое упёрлось мне между лопаток.
- Полегче! Эй! – вздрогнул я, а затем резко повернулся, вскакивая с колен. Теперь лезвие острого клинка смотрело точно мне в грудь. Передо мной стояла селезнийка Грита, наша «добродушная» соседка снизу! При виде рыжей воительницы я невольно заулыбался.
- Мисс Грита, это же я… Не узнали? – начал было я, но дружинница чуть сильнее надавила на клинок, упирая мне в солнечное сплетение, - Ладно, ладно, я молчу…
- Лучше не молчи, а отвечай. Что делаешь тут? – грозным голосом сказала она, не сводя с меня пристального взгляда, словно бы внимательно изучая меня. Впрочем, я сам пользовался этим, попутно оглядывая её. Среднего роста девушка с конопатым лицом и чуть вздёрнутым носом. Рыжие волосы неопрятной копной закрывали уши и ниспадали по плечам. Грита была без своей селезнийской униформы, облачена в майку-безрукавку, кожаные штаны и сапоги с высоким голенищем, на поясе у нее виднелись пустые ножны, а вот сам клинок сейчас грозил мне, - Я? Да так просто…
- Ты с кем-то разговаривал, я слышала. Что это у тебя? – она показала жестом на медальон в моей руке. В полумраке, видимо, не узнала вещицу своей собственной гильдии. Я невольно улыбнулся этому, но воительницу эта улыбка не впечатлила.
- Чего лыбишься?? – прорычала она, а затем выхватила знак из моей руки, - Что ты там такое… - произнесла она следом, а затем её глаза округлились, рот раскрылся, так и не договорив фразы.
- Мисс Грита? – произнес было я, но следом в скулу мне кулак. Сильная боль от удара кулаком ожгла лицо, из глаз полетели искры, а тело рухнуло на спину. Я охнул, попытался отползти, но крепкая пятерня Гриты сграбастала меня за шкирку, приподняла. Я висел, как на веревочке, отчаянно сопя и кашляя.
- Мерзавец! Где ты взял это??
- Я… Я нашел это… - прохрипел я, чувствуя жжение на лице. Ох, этот удар был крайне сильным и неприятным. Что-то подсказывало мне, что нужно говорить быстрее, пока дружинница пудовыми кулаками не превратила мою физиономию в нечто бесформенное, - Я правда, нашёл! В… в… канализации… Прошу, я всё вам расскажу!
- Обязательно… расскажешь. Всё расскажешь, - необычайно спокойным тоном произнесла Грита. Она перевернула медальон на обратную сторону, где как раз было выцарапано послание, - Нашёл, говоришь?
- Искренняя правда, госпожа, - закивал я, пользуясь передышкой. На щеке алел синяк, наливался кровью, я ощущал это всем своим нутром, - Я знаю, что это принадлежало члену вашей гильдии, но я не…
- Мэлоди. От Фрэлы, - медленно произнесла Грита. Пальцы разжались с моего загривка, я освободился. Сердце бешено стучало в груди, я старательно переводил дыхание, пытаясь понять происходящее. Нет, не может быть… таких совпадений не бывает.
- Мисс Грита, вы знали Мэлоди? – тихо спросил я, наблюдая за тем, как селезнийка плавно усаживается на покосившуюся старую скамейку, вонзив меч в землю рядом с собой. Медальон легко лежал в ее левой руке, которая слегка подрагивала. Она подняла взгляд, посмотрела на меня. Нахмурилась.
- Да. Знала. Больше, чем тебе кажется.
Я отряхнулся, прихрамывая подошёл ближе. Рыжая не реагировала никак, вновь смотрела на ржавый медальон. Я нутром чувствовал её напряжение. Что же, неужели мне повезло, и выбор, сделанный мною в подземельях, стал решающим в данном моменте? Кто бы мог подумать, что во всём гигантском городе, я смогу найти знакомого бедняжки Мэлоди? Вообще, я лишь собирался своеобразные похороны устроить, но раз так…
- Как она умерла?
- Что, простите? – моргнул я. Грита смотрела на меня, широко распахнув свои карие глаза. Она смотрела уже без злобы, без гнева, лишь с печальным любопытством и смирением.
- Где ты нашёл его? – повторила она заданный ранее вопрос. Я потер синяк на скуле, шмыгнул носом.
- В подземельях, в канализации. Там было её тело…
- Ты украл медальон у трупа? – в глазах собеседницы начали вспыхивать искорки злобы, поэтому я поспешил со своим ответом.
- Не я. Мой проводник, гоблин. Я выменял медальон на свою вещь, потому что не мог поступить иначе.
- Что ты имеешь ввиду? – изумилась Грита. Если раньше она сидела боком ко мне, то теперь заинтересовалась разговором, повернулась, так что теперь мы говорили буквально лицом к лицу.
- Я ощутил нечто… что мне сложно описать словами, - я развел руками, вздохнул, - Мне стало жаль Мэлоди.
- Ты не знал её. Как тебе могло стать её жаль? – гневно произнесла Грита, перебивая меня, но я схватил ее за руку, обхватил запястье. Дружинница замерла. Я посмотрел в её глаза самым серьезным взором. Выдохнул.
- Она лежала среди мусора, грязи и других трупов, забытая всеми, - начал говорить я, стиснув пальцы крепче, - Бедняжка не заслужила такой смерти, я понял это, едва взглянул на её неупокоенные останки. Единственное, что осталось от нее – медальон, подарок близкого друга, который, быть может, даже не знает о её судьбе. Никто не знал, кроме меня.
Грита моргнула, её губа дрогнула, словно бы она вот-вот готова была разреветься. Блестящая капелька появилась в уголке её глаза. Правой рукой она потянулась к цепочке на своей шее, подцепила пальцем, поднимая выше, демонстрируя мне свой медальон. Гладкая поверхность с изображением древа Селезнии сменилась обратной стороной, где, к своему удивлению, я тоже обнаружил надпись…
- Фрэле… от Мэлоди, - пробормотал я. У меня был донельзя удивленный вид, шестеренки стучали в голове, медленно прокручивались. Я никак не мог сопоставить всё к одному, но следующая фраза Гриты поставила разом всё на свои места.
- Мое первое имя. Фрэла. Дали при рождении, - грустно произнесла она, возвращая медальон обратно. Поправив майку, она мягко освободилась из моего захвата, поднесла к своему лицу украшение Мэлоди. Я сглотнул ком в горле, кивнул.
- С-соболезную.
- Я тебе верю, - кивнула Грита. Сейчас она не походила на саму себя. Всегда, как я видел её, она представлялась типичным «солдафоном» женского рода, если можно так выразиться. Сейчас неожиданно начала раскрываться её другая сторона… Я не задумывался о том, что у каждого на душе лежит свой груз, спрятаны свои скелеты в шкафу. Мне повезло случайно подобрать ключик, сам того не ведая.
- Я хотел закопать медальон, когда вы пришли, - произнес я, пожал плечами, - Там, откуда я, так принято делать. Хоть какая-то память о ней…
- Мы были подругами, очень близкими, - прервала меня Грита. Она сложила ржавую цепочку аккуратно, пальцем потерла пятнышко грязи на стеклянной поверхности, - Кентавры нечасто общаются с другими, только в своём круге, с сородичами. А вот Мэлоди была исключением. Она не делила окружающих по каким-то признакам. Глядя на неё, понимаешь истинную суть гильдии, что нас объединяет, - шмыгнула носом, правой рукой поправила волосы, - Она служила в эскадроне, совместно с которым работал наш отряд. Так и познакомились. Мэлоди была всегда жизнерадостной, цветущей, старалась поддерживать отношения со всеми. Как я и говорю, нам всегда приходилось работать совместно, поэтому круг общения волей-неволей приходится развивать. Мне это всегда было сложно: у меня достаточно тяжелый характер, я сложна на подъем, не боюсь признаться в этом...
- Но в отношениях с Мэлоди всё было не так? – произнес я. Грита на мгновение замолчала, подняла на меня тяжелый уставший взгляд, в котором читались огоньки прошлого.
- Да, - кивнула она, - Мы нашли общий язык. Мэл стала хорошей подругой. Конечно, я не имею ввиду, что я по выходным заплетала ей косички, а меня она катала на себе по паркам… нет. Она была тем, кому я могла довериться. После того, как мои родители умерли, у меня не было близкого. Мэл же всё перевернула… - на губах мелькнула улыбка, а по щекам побежали долгожданные слезы. Кристальная капля показалась из уголка глаза, побежала по щеке, покрытой веснушками, затем ещё одна и ещё, словно Грита уже не могла сдерживать их в себе.
- Перевернула?
- Перевернула весь мой мир. Мою бытность.
Правая рука рыжей начала легко дрожать. Видя это, я протянул свою, положил сверху. Грита шмыгнула носом сильнее, подняла недоуменно одну бровь. Я ощутил, что сердце начало биться сильнее в моей груди. Кашлянул.
- Продолжайте, - попросил мой голос, - Будет легче.
- Легче? Чем же?
- Тем, что ты наконец выговоришься, - кивнул я. Грита словно бы колебалась, но было отчетливо видно боль, что засела у неё внутри. Боль от одиночества, которого, судя по всему, она однажды лишилась, а затем вновь приобрела, явно того не желая.
- Мэл я могла довериться. Она сохранит тайну, что доверишь ей, а в бою, без колебаний, отдаст за тебя свою жизнь. Вместе с ней я вновь почувствовала себя нужной, не только общему делу гильдии, - усмехнулась рыжая. Мою руку, кстати, убирать не стала. Она продолжала говорить, голос её журчал потоком, становясь всё сильнее, - Словно у меня появилась любящая сестра, с которой я могла почувствовать себя настоящей собой. Я была рада, что из всех членов нашего отряда, она общалась со мной, как никто другой. Мы могли часами фехтовать без устали, а затем, под прекрасный летний вечер, расслабляться и отдыхать, болтая даже о самых пустяках. А бой… Она была подобно шторму, что врезался в толпу врагов, не давая надежды на спасение! Рука не дрогнет, врагу не будет пощады. Наверное, как раз, её храбрость и настойчивость и сыграли с ней злую шутку.
- Что произошло? – тихо произнёс я, но Грита услышала меня.
- В нашем районе проходил карнавал Ракдосов. Жители запирались в домах, молили о помощи. Культисты развернули целое мерзкое представление на центральных улицах, проходя всем скопом. Мы выдвинулись стремительно, отрезали им отступление. А затем пошла атака… Я лично видела, как эскадрон Мэл врезался в самый центр вереницы Ракдосов. Затем пошли мы, не давая им опомниться. На нашей стороне было численное преимущество, эффект внезапности. Культисты пытались отбиваться, но всё было тщетно. Их маг-бичеватель, который командовал шествием, дал приказ уходить в каналы, желая, видимо, перейти по ним в подземелья под городом. Всё бы ничего, но они уводили пленником для своих ритуалов из числа жителей, которых мы должны защищать. Мэл получила приказ вместе с несколькими бойцами двинуться за ними для перехвата. Я стояла в оцеплении в строю, провожая её взглядом. Она устремилась вперед, в темноту, без страха и сожалений. Знала ли она, что идёт на смерть? Я даже этого не предполагала, даже не могла представить, что она может погибнуть…
Грита замолчала, всхлипнула, а затем ткнулась лбом в моё плечо. Я не отпрянул, ощущая её горячие слезы. Девушка плакала, обхватила своей правой рукой мою руку, переплела пальцы. В моей груди начало теплеть, горячее растекалось по всему телу, уходя к животу. Признаться честно, я немного залип, не зная что сделать в такой ситуации, ибо ломались все мои устоявшиеся впечатления и суждения о рыжей воительнице.
- Наступил вечер. Оцепление давно сняли. Командир объявил нам, что всё кончено, - произнесла почти шёпотом Грита, сильнее сжав пальцы на моей руке, - Ни Мэл, ни другие её соратники, ни пленные… Никто не вернулся из темноты. Я не хотела уходить, но был приказ, который нарушить я не могла. Первый день ещё теплилась надежда, но Мэл не возвращалась. Я больше не видела её с тех пор. Потом её место в эскадроне заняла другая, а моя жизнь вновь начала скатываться в рутину, которую я старалась забыть долгое время. Мне было жалко её, я молила богов о спасении, но они меня точно не услышали. Все забыли о Мэл, словно её и никогда не было! А у меня был только медальон. Её медальон. Мы обменялись символами незадолго до того карнавала, а теперь вот… - она подняла руку с моей находкой, звякнув ржавой цепочкой, - Мой вернулся, а вот сама Мэл нет.
Город шумел где-то вдалеке, вокруг нас сгущались сумерки, освещаемые тусклыми иззетовскими фонарями и далеким диском луны, что плыла на небесах, над шпилями Равники. Мы с Гритой сидели одни одинёшеньки, погружённые в свои мысли. Я чувствовал сильное душевное удовлетворение от произошедшего. Я сохранил частичку памяти о погибшей в катакомбах, да не просто сохранил, а смог передать тому, кому эта частичка важна, как никому другому. Для меня это стало важным достижением.
- Спасибо тебе.
- Что? – я мотнул головой. Грита смотрела на меня заплаканными глазами, но на её губах была легкая улыбка. Слезы блестели в лунном свете, что освещал пустырь вокруг нас.
- Спасибо, что нашёл Мэл. Ты сделал то, что не смогла сделать я.
- Ну… не за что, - я улыбнулся в ответ, но мне казалось, что улыбка была немного скованной. Грита усмехнулась, придвинулась ко мне ближе. Я ощутил её теплое дыхание, а затем словно окаменел, ибо мягкие губы девушки коснулись моих губ. Прикрыв глаза, Грита поцеловала меня, плавно и мягко. Я опешил, но отстраняться не стал. Поцелуй был солёный, приятный, правда, немного неуклюжий. Рука моя коснулась её жестких волос, я запустил в прическу пальцы, взъерошивая. Грита поцеловала меня напоследок, чмокнула в губы, а затем отстранилась. Тут я заметил, что лицо её заливала краска, что было даже видно в сумерках.
- Это… кхм… - я украдкой облизнул губы, отвел взгляд, - Ну…
- Поцелуй дриады, - отозвалась Грита, поправляя растрепавшиеся от моих корявых пальцев волосы, - Говорят, что того, кого поцелует дриада, преследует удача. Не потрать всю эту удачу напрасно.
- А вы что, дриада? – тупо произнес я, наблюдая за тем, как рыжая встаёт, возвращает клинок в ножны, поправляет пояс. Селезнийка одарила меня взором карих глаз, всё ещё мокрых от слёз, которые она так и не вытерла.
- Моя мать была дриадой. А отец – человеком, - спокойно отозвалась она, а затем оставила меня одного, уходя прочь. Я ещё пару секунд сидел в оцепенении, а затем вскочил на ноги. Во тьме, где не было света фонарей, было пусто. Грита ушла, оставив меня наедине с ворохом размышлений о произошедшем. Поцелуй селезнийской воительницы всё ещё был на моих губах, я ощущал его вкус, пробовал на языке снова и снова. Перед глазами ещё было лицо девушки, покрытое веснушками, рыжее пламя вместо волос.
Как-то неловко всё получилось.
***
- Сосредоточься на своей цели.
- Я и так сосредоточен лучше некуда! – буркнул я. Стоя спиной к окну, я выставил руки перед собой. Холод уже покрывал мои руки, шёл легкий пар. Ника сидела чуть поодаль, положив ногу на ногу, внимательно следила за каждым моим движением.
Сосредоточиться? Это можно, но вот только на чём? Я закрыл глаза. Тьма пару секунд накрывала меня с головой, но потом я снова оказался на пустыре. Равника вокруг была тихой, далёкой, отошедшей плавно на второй план…
Холод начал растекаться сильнее. Сердце словно замедлило свой стук, дыхание стало мерным, редким, а корка льда начала покрывать пальцы.
- Чувствуй всё то, что происходит с тобой… - произнёс голос Ники издалека. Я встал со скамейки, почувствовал дуновение ветра, а затем огненная тень ослепила меня, заставляя закрыть глаза. Вновь ощущение поцелуя, что принесла мне в дар Грита. Внутри меня всё замерло, чувства накрыли меня с головой. Я не хотел открывать глаза, лишь отвечал на этот проникновенный поцелуй, вновь мгновение за мгновением ощущая тот интересный для меня момент…
Когда я раскрыл глаза, то удивлению не было предела. Ника сидела на диване, широко раскрыв рот, а я сжимал в руке нечто похожее на большую ледяную дубину. Холод обжигал пальцы, по ним струилась талая вода, которая орошала ковер в комнате, пропитывая ткань насквозь. Вампирша поднялась на ноги, осторожно подошла ближе, коснулась пальцами льда.
- Настоящий твердый лёд, - пробормотала она, а затем радостно улыбнулась, - Ты делаешь успехи!
А в моей голове ещё стучала кровь, в ушах шумело дыхание Гриты. Неужели я оказался под таким сильным впечатлением от поцелуя? Никогда бы не подумал, но, кажется, это сработало. Мои пальцы не гнулись, кожа посинела, однако в руках у меня была здоровенная тающая ледяная «дубина», похожая на небольшой сталагмит. Пальцы мои разжались, я грохнул её на пол. Ника визгнула от неожиданности, когда осколки пулями разлетелись в стороны, а затем визг прервался возгласом боли.
- Ника! Прости! Я, просто…
- Ничего страшного, - отозвалась вампирша. Она присела обратно на диван, согнула правую ногу. Я взирал на острый кусок льдины, который торчал у нее чуть ниже колена правой ноги. Штанина потемнела, пропиталась кровью, которая также обагрила и тающий лёд. Ника поморщилась, схватилась рукой за осколок. Раздался чвакающий звук, когда она вытащила его.
Кровь девушки была тёмной и густой, она не текла рекой, лишь слегка сочилась из рваной раны. Я даже не думал, что осколок мог ударить её так сильно. При виде крови я немного замешкался, но потом переборол себя, бросился к девушке.
- Всё нормально! Мне… не больно, - Ника стиснула зубы, из-за чего мне стало ясно, что она лжёт мне. Вампирша провела рукой по ране, поморщилась ещё сильнее.
- Ты истекаешь кровью.
- Я уже мертва. Я – труп.
- Но ты чувствуешь боль. Я вижу это, - пробормотал я, сглотнув ком в горле. Руки у меня задрожали, ноги стали ватными. Ника же лишь закатила глаза недовольно, а затем поднялась на ноги. Она жутко хромала, при каждом шаге штанина сильнее пропитывалась кровью, а девушка лишь кусала губы своими острыми клыками.
- У тебя нет ничего, никакой аптечки, так понимаю? – пробормотал я, смотря на её мучения. Каждый шаг её гулко отзывался в моей голове, заставляя меня морщиться и переживать ещё сильнее. Сердце снова билось ускоренно, холода больше никакого я не чувствовал. Отходняк прошёл, словно на меня разом вылили ушат ледяной воды.
- Дима, у меня нет ничего такого… Я восстановлюсь, всё нормально, бывало такое, - отозвалась Ника, выставив вперед руки. Её реакция мне была непонятна, да и, если честно, я отказывался её понимать! Не обращая внимания на протесты, бросился к вампирше.
- Эй! Ты чего творишь??
Тело Ники было лёгким, как пёрышко, так что даже я, такой слабак, смог поднять его, взяв под коленки правой рукой и придерживая спину левой. Вампирша охнула, обхватила меня руками за шею. От холода её тела у меня пробежала лёгкая дрожь по телу.
- Я… отнесу тебя к врачу, - пробормотал я заворожённым хриплым голосом, - Тут есть доктора?
- Дима…
- Ника! Я не могу стоять и смотреть на то, что натворил! – в своём голосе я явно слышал нервные нотки. Из моей груди вырывалось тяжёлое дыхание, мысли перепутались. Только одно сейчас было важно: исправить то, что натворил. Даже не мог представить нечто подобное, поэтому паника начала затапливать моё сознание как цунами!
- Дима! Да погоди ты! Я… - начала Ника, но потом замолкла. Она крепко держала меня за шею руками, смотря своими белыми глазами точно в мои. Лёгкая ухмылка тронула её губы, - Стой, прошу, успокойся, ты сейчас устанешь только зря.
Из моей груди вырывалось шумное дыхание, руки начало тянуть вниз. Тело Ники по ощущениям становилось тяжелее: слишком долго держал её. Таки слабак я, что поделать?
- Но я виноват, - пробормотал я, вновь указывая на очевидное. Вампирша же вздохнула, словно бы со смирением.
- Ты не отстанешь, пока не поможешь?
Я кивнул головой, словно был марионеткой, которую дернули за ниточку. Ника цокнула языком, запрокинула голову на мгновение, потом снова взглянула в мои глаза. За всё это время я ни разу не чувствовал ледяных стрел, которыми она «разбрасывалась», когда была недовольной или злой.
- Тебя прямо не узнать… Герой, черт возьми, - засмеялась она, - Ладно, если хочешь, чтобы я быстрее встала на ноги, неси меня вниз, только не надорвись.
По телу прошёл электрический импульс, я тотчас же выпрямился, крепко взяв Нику руками. Кивнул.
- К-конечно… - задумался. В голове стучали молоточки: тук-тук-тук. Стоп, а куда нужно нести?
- Спустимся вниз, постучишься к Пэру, направо, - продолжала меня напутствовать Ника. Она удобно устроилась на моих руках, пока я боком выходил из комнаты, стараясь её не задеть никак. Пыхтя, я медленно шагал вниз, стараясь не обращать внимание на ноющие руки.
- К… Пэру? Это… фух… тот синий?
- Да, ведалкен из Иззетов, - кивнула Ника, чуть поморщившись от боли в ноге, - Он штопал меня иногда, когда раны были совсем плохие и моя регенерация не справлялась.
- Он… вроде не лекарь… - выдохнул я. Вампирша пожала плечами.
- Не лекарь, но зато превосходно умеет шить. Моё тело наполовину мертво, боль я чувствую плохо, так что штопать меня можно вполне хорошо. Этого хватит.
Пока происходил этот нехитрый разговор, мы оказались у знакомой двери с покосившейся ржавой табличкой. За прошедшую с лишним неделю тут прибавилось копоти, забитых гвоздей, которыми пытались подлатать оную. Вот уж никогда не думал, что мистер Пэр поможет в ТАКОМ деле!
Стоило только мне постучать, как дверь сразу же распахнулась с глухим скрежетом. Ведалкен стоял на пороге, поправляя на почти плоском носу очки, задумчиво смотря на нашу парочку.
- Госпожа Ника? – он поднял удивлённо брови вверх, тут же начал вытирать руки о подол своего синего фартука, - Давно вас не было видно. Неужели передряга очередная вас столь сильно потрепали, - его взгляд скользнул ниже, задержался на пропитанной кровью штанине, - Кхм…
- Мой друг очень настаивал на том, чтобы вы мне помогли, - отозвалась вампирша, цепко держась за мою шею руками, - Вы не очень заняты?
- Я сейчас занят одной весьма занимательной вещью, но, если моя помощь нужна столь срочно и неотложно, то я могу…
- Просто, дайте мне иглу с нитью, я могу сделать всё сама, раз вы заняты, - прервала поток речи ведалкена Ника, улыбнувшись, - Я не хотела бы вам мешать.
- Ника! – возопил было я, но она проворно заткнула мне рукой рот. Пэр изогнул бровь, посмотрел на меня, потом на вампиршу, которую я всё ещё держал на руках, а затем отошёл в сторону, делая приглашающий жест.
- Идёмте. Дмитрий, несите её в спальню.
Пробираться через прихожую ведалкена было проблематично. Тут были нагромождения деревянных коробок с маркировками Иззетов, валялось рассыпанное сено, из-за чего в помещении был специфический странный запах какой-то застарелой кислятины. Ржавые детали, чёрные пятна копоти на потолке и стенах, разбитое зеркало, стоящее у стены рядом с очередной порцией ящиков. Пэр показал рукой в сторону, веля мне пройти в соседнюю дверь. Открыть её пришлось пинком, и вот мы оказались в небольшом помещении, в котором из удобств была лишь аккуратно застеленная кровать. На окнах были крепкие решетки, прикрученные, видимо, самим изобретателем. Зачем? Я не хотел забивать себе этим голову.
Бережно опустил Нику на кровать, помог ей снять сапоги, уложил её удобнее. Вампирша устроилась поудобнее, начала сама закатывать окровавленную штанину.
- Ты создаешь очень острый лёд, однако, - с лёгкой улыбкой произнесла она. Я лишь покраснел, отвёл взгляд.
- Я не хотел. Оно само получилось, я даже не думал о таком!
- Дима, успокойся. Я не злюсь, правда, - с укоризной произнесла Ника, смотря на то, как я подкладывал ещё одну подушку под её ногу, как метался по комнате в поисках какой-либо тряпки. Кровь на ране запеклась, загустела, превращаясь в нечто странно выглядящее.
- Почему ты это делаешь? – вдруг услышал я вопрос. Замер у шкафа, отворив одну створку, повернулся к Нике, которая оперлась о локти, полулежа на кровати. Ответ сам возник у меня в голове
- Потому что должен, - я закрыл шкаф, вернулся к вампирше, держа в руках белую тряпицу небольшого размера. Поднатужился, разорвал её напополам. Услышав это, Ника осеклась, замерла. Её белесые глаза смотрели не мигая.
- Ты мне не должен.
- Хватит уже, - поморщился я, - Лежи и не двигайся.
Вампирша вздохнула, плюхнулась на подушки, провела правой рукой по своему лицу, закрывая глаза и рот.
- Пожалуйста, принеси мне нить и иглу. Спроси у Пэра, а потом выйди.
- Но я…
- Дима, - Ника поднялась, села ровно. Рана открылась, вновь начала сочиться густая темная кровь, - Послушай меня. Я сама зашью себя. Подожди меня, а потом отнесёшь обратно. Договорились?
Девушка протянула руку мне. Я положил на раскрытую ладонь ткань, затем развернулся, собираясь выходить из комнаты, как тут хлопнула дверь. Кашлянув, в помещение вошёл Пэр. В его руках был моток темной нити и мягкая тканевая подушка, в которой были натыканы иглы разной толщины и размеров.
- Спасибо, мистер Пэр, - произнесла Ника, улыбнувшись. Ведалкен подошёл ближе, вручил всё это девушке, поправил очки.
- Сами справитесь? – поверхностно осмотрел ногу Ники, залитую кровью. Вампирша кивнула, уже начиная подбирать иглу, попутно разматывая нить. На меня словно никто не обращал внимания. Всё было в лёгкой пелене, пока я не покинул комнату вместе с учёным. Насвистывая себе что-то под нос, он направился в соседнюю комнату. Я же стоял в коридоре, у закрытой двери спальни, где была Ника.
Снова знакомая путаница мыслей. Мне было не слишком понятно поведение Ники. Почему она не хочет, чтобы я помогал ей? К тому же, я ранил её, непреднамеренно, конечно, но факт налицо! Это неправильно, я обязан был помочь ей, как ни крути, а она ещё против?! Ладно, мне нужно успокоиться. Я замер, прислушался. За дверью в спальню было тихо, совсем. Я медленно подошёл к двери, прислонился ухом. Нет, ни звука, совсем.
А вот из гостиной звуков было крайне много. Стук, шипение, затем треск. Я вздохнул, отошёл от двери, вошел в гостиную. Что мне ещё оставалось? Пришлось идти к ведалкену.
Честно сказать, я не был удивлён. Ученый превратил большую часть своего дома в своеобразную лабораторию. Трубы, какие-то колбы со сверкающими молниями, мигающий свет от множества понатыканных искрящих ламп. Сколько это всё энергии потребляет? Не проще ли было открыть зашторенные и закрытые окна, чтобы экономить на свете? Ладно, ладно, может я просто ничего не понимаю.
Ведалкен не обращал на меня никакого внимания, крутясь вокруг стола, на котором была большая стальная клетка (ну или нечто похожее на нее), соединённая с пузырящимися колбами. Пэр выставил руку. На моих глазах у его ладони в воздухе начали появляться линии, собираясь в странные рунические символы. Когда символ был завершён, он загорался красным или же синим цветом. Знаки чертились, переплетались между собой, а затем магическая энергия накрыла клетку и то, что было внутри под тёмной тканью. Я услышал дребезжание, треск, а затем всё стихло. Пэр, явно удовлетворённый результатом, убрал руку, а затем начал откручивать болты, собираясь снять крышку.
- Кто там? В клетке? – произнес я, подходя ближе. Ведалкен посмотрел на меня, остановился на мгновение, но потом вновь вернулся к работе.
- Это я и хочу узнать. Что там такое, - отозвался он. Тонкие синие пальцы обхватили крышку, подняли, аккуратно сняли. Лежащее внутри нечто дернулось, край ткани сбросился в сторону. Показалось тонкое механическое крыло, задрыгалось мелко-мелко, но с пальца Пэра сорвалась миниатюрная молния, пронзившая его. Нечто внутри дёрнулось снова, а затем затихло окончательно.
- Механическая… птица? – изогнул я бровь, опираясь руками о стол. Пэр лишь покачал головой, убирая тряпицу. Мои глаза полезли на лоб от удивления: в клетке лежала стальная стрекоза Азориусов, которая тогда кружила надо мной на Площади Договора Гильдий! Из-за неё я попал в их темницу тогда! В моих глазах прочитался страх очень явно. Иззет взглянул на меня, похлопал по плечу.
- Не бойтесь, Дмитрий, топтер не опасен.
- Топтер? – я изогнул бровь. Ведалкен аккуратно перевернул механизм, начал отверткой ковырять пластинку с изображением треугольника Азориусов.
- Да. Механо-магическое устройство, что начали использовать в Сенате с недавнего времени. Я захотел изучить его.
- Зачем это вам? – пробормотал я. Пластинка отлетела в сторону, обнажая нутро. Полый корпус с каким-то белым налётом на стенках. Пэр скривился, провел пальцем, поковырял инструментом.
- Занятно. Хвостовые крепления и винты странной конструкции, я такой не встречал ранее. Внутри же генерировалась магическая энергия, которая питала двигатели, - задумчиво почесал подбородок, постучал по стеклянному «глазу» топтера, - С такой технологией не работают даже у нас в гильдии. Но, все-равно, она лишь вспомогательная, так как тут преобладает магическая составляющая.
- Так… это… - я немного запутался, также склонился над клеткой, - Вы не любите Азориусов?
- Причём тут это? – изумленно взглянул на меня ведалкен, - Меня, в первую очередь, волнуют мои исследования, а потом уже отношения гильдий между собой, - чуть помолчал, - Да, я не люблю Азориусов, они мешают прогрессу.
Я не смог сдержать улыбки. Никто не любит Азориусов. Я тоже присоединяюсь к числу их недоброжелателей.
- Такая штука кружила надо мной на площади. А потом меня задержали, - решил я поддержать разговор, наблюдая за тем, как Пэр копается во внутренностях аппарата, - Через неё точно увидели, что я пытался колдовать. Глупо, не правда ли?
- А у вас есть магический потенциал? – ведалкен поднял на меня взгляд. Я пожал плечами.
- Я только учусь. Самоучка.
- Мисс Ника говорила, что вы безвратный. В наше время тяжело быть в свободном плаванье, Дмитрий.
- Я понимаю… Но я не так давно в городе, - начал было я, но тут же прикусил себе язык. Пэр изогнул бровь, внимательно посмотрел на меня.
- Не так давно? Откуда же вы?
- Я издалека… из да-а-альнего района, - протянул я, понимая, что был не готов к такому вопросу со стороны. Внутри меня всё сжалось, начало скручиваться в единый комок, сердце начало мелко-мелко стучать. Ведалкен пожевал губы легко, пожал плечами, а затем вновь склонился над топтером.
- Что же, нашу улицу сложно назвать центром, но… Ближе, чем ваш дальний район, - произнёс он, - Откуда конкретно? Может быть, я там бывал?
Я напряг память. Что говорила обо мне Ника? Надо вспоминать, вспоминать! Мозги едва ворочались, скованные липким ощущением паники, что подкатывала волной за волной. Точно! Первая встреча с графиней!
- Из… Седьмого! Да! Там я жил с матушкой, пока она, увы, не преставилась, - грустным тоном произнес я, пытаясь показать, что эта тема для меня не слишком приятна, надеясь на благоразумие ведалкена. Пэр поправил очки.
- Седьмой? Да, не слишком подходящий для спокойной жизни район, - отозвался он. Рядом с топтером начали возникать парящие символы, переливающиеся огнями. Топтер лизали языки магического пламени со всех сторон, а Пэр продолжал орудовать инструментами, что-то подкручивая или ввинчивая, - Могли бы вступить к нам в гильдию, получить защиту и работу… Всё же лучше, чем ютиться на улице, где плодятся гоблины в неимоверных количествах.
Я легко выдохнул, прикрыл на мгновение глаза. Слава богам, кажется, он мне поверил. Я не знаток психологии человеческой, но я и не с человеком общаюсь, верно? Ладно, сойдёмся на первоначальной теории.
- А вы почему тут живёте?
- Здесь низкая арендная плата, - отозвался Пэр, высунув от усердия язык. Выставил левую руку, вновь сотворил заклинание, продолжая выкручивать какую-то мелкую гайку, - Поставил решетки на окна, ночью гоблины не пролезут, а больше тут бояться нечего, в принципе. У нас, на улице Жестянщиков, селятся обычно либо храбрецы, либо те… Кому некуда идти, - ведалкен поднял взгляд на меня. Ох, мне стало немного не по себе, - Дмитрий, а вы относитесь к кому? Храбрецам или беглецам?
- Ни к тем, ни к другим. Я просто живу у своей подруги, - отозвался я, сглотнув ком в горле, - Помогаю ей.
- Хм… вот как, - протянул синекожий инженер, облизнув тонкие губы, - Так, можете тут подержать? Да не бойтесь, ничего не сломаете, - он показал тонким пальцем на крыло топтера, - Возьмитесь двумя пальцами, вот так, спокойно.
Мне ничего не оставалось делать, пришлось подчиниться. Я, с некой опаской, протянул руку, зажал тонкое крыло из гладкого металла.
- Вот так, отлично. Замрите.
Я напоминал статую самому себе. Пальцы замерли, я держал крыло, пока ведалкен копался у соединения этого крыла с основным телом «стрекозы».
- Всё. Отпускайте.
Пальцы чуть онемели, поэтому я с радостью разжал их, убрал руку. Пэр старательно проверял другое крыло, потом защелкнул пластинку, которую открутил с самого начала.
Внезапно топтер загудел, зарычал. Вылетел сноп искр, затарахтело что-то внутри. Я ойкнул, отпрыгнул в сторону. Топтер быстро-быстро махал крылышками, нацелившись стеклянным глазом на меня, паря в клетке, медленно поднимаясь выше. Внутри него искрило, переливалось, а я медленными шажками отступал назад, боясь и выдохнуть.
Хрусть. Шмяк. На топтер сверху обрушился молот. Крепко держа инструмент в руке, Пэр хладнокровно обрушил на механизм ещё пару ударов. Крылья отлетели в стороны, погнулись железки, искры прожгли на скатерти стола ещё несколько дыр. Запахло горелым: из ошмётков топтера вверх начал чадить дымок. Я выдохнул, расслабился, схватился рукой за сердце, стремясь его успокоить.
- Фух…
- Что же, моя теория оказалась верна, - Пэр вытирал руки о свой фартук, внимательно смотря на меня, - Топтеры Сената предназначены для поиска магов, определённо.
- Но… как вы это поняли? – кашлянул я. Пэр поправил очки, отложил инструменты в сторону.
- Вы говорили, что нечто подобное обнаружило вас на Площади, верно? Спустя мгновения вас задержал патруль. Учитывая последнюю политику Азориусов, вам могли предъявить только одно обвинение.
- К-какое? – пробормотал я. Ведалкен торжествующе хлопнул в ладоши.
- Незаконное применение магии, конечно. Топтер среагировал на вас, едва я его активировал. Не на меня, а на вас, только на вас. Я тоже маг, находился ближе к устройству. В вас течёт необузданная магическая энергия, необычайной силы, господин Дмитрий.
Я стоял, как громом поражённый. Пэр неторопливо собирал кусочки топтера, выкидывал их в подставленное ведро. Помнится, я говорил о том, что у Азориусов могут быть маги, чувствующие Искру. Но почему я не подумал о других гильдиях? Быть может, у них есть такие же? Или вот, как этот ведалкен?
- Почему вы скрываете свой дар?
- Какой дар? – ойкнул я, плюхнувшись в пыльное кресло. Пэр сцепил пальцы перед собой, прислонился спиной к столу.
- Ваши силы. Ваши способности. Вы же выдаете себя с головой.
- Не понимаю о чём вы, - пробормотал я, отводя взгляд. Чёрт, сам палюсь, но сделать ничего не могу! Взгляд Пэра был пронзительным, читающим любое моё движение. Ведалкен чуть склонил голову набок.
- Мистер Дмитрий, кем приходится вам госпожа Ника?
- П-подругой… - вымолвил я.
- Так. А как давно вы знакомы?
- Н-не очень давно… А это так важно?
- Ну, - Пэр пожал плечами, - Вообще, не очень, но этот вопрос давал мне новые кусочки, чтобы собрать паззл. Вы ведь знакомы с этой занятной головоломкой, верно?
- Сталкивался в прошлом, - кивнул я головой. Стук сердца постепенно успокаивался, приходил в норму. Я понял, что мне стоит сейчас очень тщательно следить за своими ответами, дабы не сказать лишнего. Поднял взгляд, смотря точно в оранжевые глаза мистера Пэра.
- Вот и хорошо! Всё, что вы сказали ранее, вкупе с топтером, говорят ясно и чётко, но всё это ещё стоит слышать. Седьмой район не может быть дальним районом. Это промышленная территория моей гильдии, там нет жилых домов, как минимум. Как вы там могли жить с матушкой? Сложный вопрос, признайтесь. Ваша обронённая фраза про то, что вы недавно в городе… - ведалкен развел руками, - Зачем нагромождать все эти лишние кусочки, выстраивая ложь?
- Ложь? Я лгу? – внутри меня всё оборвалось, ухнуло вниз. Я обмяк в кресле. Точно. Он догадался, догадался, мать твою!
- Я вас не осуждаю, - пожал плечами Пэр, убирая ящик с обломками топтера прочь, - Ваш дар не редкость, но вы, почему-то, решили скрыть его. Вы и мисс Ника. Мне только интересно одно: почему.
Всё. Хватит. Нет смысла отпираться. Я глубоко вздохнул.
- Если об этом узнают – гильдии объявят на меня охоту.
Ведалкен поднял брови.
- С чего вы взяли?
- Ника так сказала, - фыркнул я, - Расширение влияния из-за моих способностей. Мистер Пэр, я ничего не умею, я случайно тут оказался! – из груди вырывалось резкое и частое дыхание, - Мироходцы… они открывают путь в другие места.
- Но ведь только мироходцы могут проходить между мирами, - заметил Пэр, - Какой прок от ваших способностей какой-либо гильдии? Мастер Зарек тоже мироходец, но он никогда не применял свои способности для Лиги Иззет. Какой смысл от одного мага?
Я поперхнулся, закашлялся.
- Ваш мастер… он planeswalker?? Тоже?? – выдохнул я. Тут, оказывается, мироходец на мироходце, мироходцем погоняет! Ника знает об этом?
- Ну, он не делает из этого тайны, господин Дмитрий, - отозвался ведалкен, - Есть подозрения, что и новый глава Азориусов тоже из вашего числа, - он показал рукой на ящик с разбитым топтером, - Конструкция его устройства… уж очень странная. Не из Равники.
Я опешил. Мир, наполнявший всё вокруг меня, начал трещать по швам. Главы гильдий Равники – planeswalker`ы? Как минимум, двое, а что с остальными? Способные ходить через миры маги не были тут вне закона?!
- Я не маг. Я только учусь. Там, где я живу, магия вообще сказка. Её не существует, - пробормотал я, схватившись за голову руками невольно, - Я не умею открывать проходы между мирами, я не знаю, как это делается! Ника говорит, что…
- Ваша подруга, мисс Ника, - задумчиво произнес ведалкен, снимая с носа очки, протирая их тряпочкой, - Так понимаю, она – единственная, кто знает, кто вы на самом деле. И помогает вам. Это весьма благородно с её стороны, я не спорю…
- Она должна главе Орзовов. За своё освобождение, - выпалил я, - Она… помогает мне, потому что… Поэтому и помогает, - мой голос начал замолкать. Сперва у меня не возникало никаких вопросов, но появление новых подробностей о Равнике выбило меня из привычного ритма, для меня всё это стало откровением.
- Мисс Ника занимается опасным ремеслом. Мне часто приходилось зашивать её, - кивнул ведалкен, - Я никогда не задавал лишних вопросов, она не говорила ничего лишнего.
- К чему вы это, мистер Пэр? – угрюмо спросил я. Синекожий иззет дохнул на стекло очков, протер их снова тряпочкой, водрузил их обратно на нос.
- К тому, что, если начинаешь задавать их, то восприятие о ближнем изменяется. И не всегда в лучшую сторону.
Странная формулировка. Я почесал бровь, задумался, нахмурился. В этот момент в коридоре раздались шаги. Дверь в лабораторию раскрылась, в дверном проёме показалась Ника. Штанина на правой ноге вампирши была срезана выше колена, на ране были длинные, но аккуратные стежки, что стягивали бледную серую кожу. Рана выглядела зарубцевавшейся, уже явно не свежей, словно прошло несколько дней. Ника чуть ойкала, когда становилась на больную ногу, но, в целом, она ходила.
- Дима? Мистер Пэр? У вас воняет горелым, - хмыкнула она. Ведалкен усмехнулся.
- Небольшой эксперимент. Ваш друг мне помогал, ассистентом побыл. Как ваша рана, кстати?
- Всё хорошо, - она перевела взгляд на меня. Щеки у неё чуть опухли, были видны едва заметные сухие дорожки слёз, - Дима, пойдём обратно?
- Я не буду вас задерживать, у меня ещё полно работы, - отмахнулся ведалкен, тут же теряя к нам интерес. Я медленно поднялся на ноги, подошёл к Нике. Она сама приобняла меня правой рукой за шею, мы вместе поковыляли к выходу.
- Вот и всё, а ты боялся, - произнесла девушка, когда дверь за нашими спинами захлопнулась. Мы медленно поднимались по ступенькам, я старался вести подругу аккуратнее, поджав губы недовольно. В голове у меня кружились слова мистера Пэра, а, вместе с тем, возвращались старые, давно забытые опасения и страхи.
- Я рад, что всё хорошо в итоге, - мой голос прозвучал бесцветно и нейтрально. Услышав его, вампирша нахмурилась, посмотрела на меня.
- Что-то случилось? Больно ты хмурый.
- Нет, я просто… За тебя переживал сильно. Перенервничал, - помотал я головой. Ника подозрительно прищурилась, чуть закусила нижнюю губу, но больше донимать меня с расспросами не стала. Мы поднялись обратно, к её двери. При приближении хозяйки, магический запор сам щёлкнул, отпираясь и предлагая нам пройти внутрь.
- Ты больше не будешь зацикливаться на этом моменте?
- Не буду. Обещаю.
- Точно? – Ника легко пихнула меня кулаком в плечо, когда мы проковыляли до гостиной. На её губах была ухмылка, от которой мне стало немного теплее. Я даже сам легко улыбнулся в ответ.
- Обещаю, Ника, - повторил я. Вампирша довольно закрыла глаза, а затем погладила ледяной ладонью по моей щеке. Я даже не дернулся.
- Вот и хорошо. Тогда тебе нужно совершенствоваться. Тебе нужно вернуться домой.
Пришествие дракона
- Говоришь, ты тут застрял?
- Да, - кивнул я, - Куда ни пойду, везде один и тот же пейзаж, - То город, то водопады, конца краю которому не видно, то ещё какая напасть, - я уселся поудобнее на жестком камне перед пропастью. Мой взгляд охватывал огромный город, сотканный из чистого золота. Моё сознание нарисовало гигантские пирамиды ацтеков, которые были понатыканы на этом небольшом клочке земли со всех сторон. Стародавняя Америка была крайне живописным местом, представ в очередной раз в образе бесконечных джунглей вкупе с ревом невиданных зверей в самой чаще. Солнце давно жарило мою спину, так что я стянул с себя рубаху, бросил в пропасть, желая немного загореть. Подхваченная ветром, она взлетела высоко вверх, словно бы становясь птицей, поднимаясь до самых облаков…
- Я тебя понимаю. Сам был таким, как ты, - рядом со мной сидел грузный гигантский человек с головой быка. Типичный минотавр, помните таких, в мифах Древней Греции? Так вот, тут сидел такой же. На нём была потрёпанная одежда, в которой угадывался пиратский камзол века эдак восемнадцатого, через плечи были перекинуты стальные цепи на манер некого украшения, что опоясывали тело минотавра с обеих сторон. Он сидел подле меня, курил длинную трубку, высеченную из кости. Я фыркнул, чихнул от едкого запаха убойной травы.
- Да? А что было потом?
- Потом я смог вырваться, - отозвался странный пират, - Это было сложно.
- Тогда, что ты тут делаешь?
- Захотелось вернуться. Это место имеет свой шарм… - он поднял руку, вытянул палец, - Вон там, на самой высокой башне, была вся заварушка. Тогда я смог убраться отсюда.
- О как. А золото?
- Что золото? – не понял минотавр. Я хмыкнул, почесал спину.
- Золото. Город золотой. Надо было расколупать, забрать с собой.
- У меня дома оно мне без надобности. Это здесь оно необходимо.
- Здесь? Тут только ацтеки жертвоприношения устраивают, золота у них тут много. Зачем золото там, где оно не в чести? – лениво произнес я. Минотавр покосился на меня с удивлением.
- Какие ещё ацтеки?
- Я не знаю, - я развел руками, - Жили давно, убивали всех подряд.
Минотавр хохотнул.
- Всех убивают вампиры.
Я спорить не стал, пожал плечами. Солнце припекало сильнее.
- Возможно. Но откуда в Америке вампиры? Разве только эти… как их там… - я щёлкнул пальцами, - Чупакабры? А что? Они пьют кровь овец, значит их можно считать вампирами? Пожалуй, да.
Минотавр захохотал, ударил пудовым кулаком по земле так, что я едва не сверзился вниз, в пропасть, где бушевал бурный поток.
- Ну ты и смешной, брат!
- Брат? Какой я тебе брат? – я скептически посмотрел на грузного пирата-минотавра. Я что, так похож на быка? Нет, вроде не здоровый, рогов нет.
- Ну, брат-мироходец, - поправился бычара. Я хмыкнул.
- Я х*ёвый мироходец. Я не умею ходить между мирами.
- Если это так, тогда как ты тут оказался? – заметил мой собеседник, вытряхивая пепел из трубки резной, - Ты такой же, как и я.
- Б*я, я просто сплю, окей? – не выдержал я, вскакивая на ноги, упирая руки в бока, - Так что будь хорошим подсознанием, не капай на мозги!
Минотавр скептически посмотрел на меня, вздохнул.
- То есть, думаешь, это всё сон, да? – усмехнулся он. Одним движением снял с плеча своего цепь. Затем рядом с ним что-то заискрило. Я прищурился, видя прореху, которая возникла сама, из неоткуда, в воздухе. Минотавр ухмыльнулся, шагнул в чернильную темноту. Прореха начала исчезать, лишь стальная цепь скользила следом уходящему… Но, в последний момент, она обвилась вокруг моей лодыжки, с силой дернула. Я потерял равновесие, замахал руками, но сдержать падение не мог. Сердце ухнуло вниз вместе с тем, что я полетел с обрыва вниз, прямо навстречу бурлящему потоку. Да, так можно проснуться… Я выставил руки в стороны, закрыл глаза.
***
- Ау!
- Не дергайся.
- Больно! Прекрати!
- Терпи! Сам виноват, что заснул так!
- Черт возьми, как больно!
Я сильнее стиснул пальцами простыню, попытался встать, но вампирша крепко держала меня, наглым образом усевшись верхом. Нет, не стоит думать ничего такого. Возможно, стоит объяснить всё с самого начала?
Утомленный тренировками, я задремал на диване, прямо под палящими лучами солнца, что свободно падали из открытого окна. Как итог: проснувшись под вечер, я ощутил, что моя спина прямо-таки полыхает адским пламенем. Я даже разогнуться не мог: кожа словно вспузыряла!
- Лежи, не дергайся, дай нанесу мазь ровным слоем!
Холодные пальцы вампирши обжигали. Увидев моё положение, Ника сразу принялась действовать. Не знаю откуда, но она в скором времени вернулась с глиняным пузатым горшком. По комнате потек солоноватый запах. Я предлагал использовать сметанку или кефир, но вампирша меня не слушала, лупанула чуть ниже шеи смачным шлепком…
В итоге я лежал на животе, орал, матерился, а Ника взгромоздилась сверху, дабы я не дергался. Мазь воняла отвратно, чувствовалась какая-то гниль, мне неприятно было ощущать её на своей коже, но это всё меркло и бледнело по сравнению с тем, что эта мазь ужасно жгла мою кожу так, что я кусал подушку, чтобы выть не так громко!
- Мммм…
- Терпи, Дима! Мне самой тоже не шибко приятно это делать, поверь!
В нос ударил запах тлена и каких-то застарелых грибов. Я аж закашлялся, в носу засвербило. Холодные пальцы Ники шлепнули меня по обожжённой спине, дабы я не дергался. Это я уже понял, поэтому старался сдерживаться. Жжение постепенно сходило на нет, наступало сначала просто тепло, потом уже ощущение лёгкого холодка, спускающегося от плеч ниже к местам, где растирала кожу Ника. Средство работало?
- Ч-ш-ш…
- Чего ты там шипишь? – отозвался голос Ники. Я кое-как поднял голову, повернулся, разжав зубы и выплевывая мокрую помятую подушку. Вампирша восседала на мне, как на поверженном враге, выскребая последние капли мази из горшка, морщась от запаха.
- Чем… мажешь? – выдавил я из себя с усилием. Ника покосилась на меня, вздохнула.
- Припарка от ожогов.
- А где… ты её взяла?
- Купила, конечно, - Ника побила по дну горшка, сокрушённо вздохнула, отложила его в сторону, ерзая на моем заду попутно. Я ощущал тяжесть её тела и холод, - Не украла ведь. Кстати… тебе от твоей горгоны привет.
Я поперхнулся, закашлялся, услышав это. Моей горгоны? Это что же…
- Кассандра?
- Она самая, - девушка поднесла к своему лицу правую кисть, понюхала, скривилась ещё сильнее, высунула язык от отвратительного запаха. Однако чудодейственное средство действовало: жара, боли и зуда я не чувствовал, они уходили прочь, постепенно стекая к пояснице, где жар ещё был словно бы отдельными пятнами.
- А где ты её нашла? – пропыхтел я, пытаясь повернуться удобнее. Вампирша почувствовала это, а затем легко соскочила с меня, так что теперь я был свободен. Повернулся боком, дабы не испачкать мазью бельё, расстеленное на кровати. Приятное покалывание растекалось по всему телу, я довольно выдохнул.
- На базаре Голгари, - донёсся голос Ники из умывальной комнаты, откуда также слышался гул иззетовских водных труб, - Недалеко от входа в Подгород.
Точно: мы же возвращались на поверхность через выход, что находился буквально в квартале от улицы Жестянщиков. Ничего себе совпадение! Впрочем, я обрадовался этому известию, если быть честным. Перед моими глазами тотчас же возникла добродушная улыбка горгоны, которой она раз за разом одаривала меня всё то время, пока я был у нее дома. Она не забыла обо мне?
- Она что, сейчас там?
- Ну, раз она передала тебе привет, то явно там, - криво усмехнулась Ника, возвращаясь в комнату, тщательно вытирая полотенцем свои руки, - Что, соскучился по своей Голгари?
- Что? Нет! Почему она «моя»? – вновь изумился я, ощущая, что сразу вспыхнули щёки. Рискнул сесть ровно. Спина не болела, мазь впитывалась постепенно.
- Она была очень мила и любезна, поинтересовалась как ты поживаешь, не терялся ли ты снова, - захохотала Ника, скаля свои острые клыки с издевкой. Я насупился, кинул в неё подушкой, но, разумеется, не попал. Вампирша улыбнулась, швырнула в меня полотенцем, которое, накрыло мне половину лица. Я зафыркал, сорвал его с себя недовольно.
- Ника!
- Ты первый начал, planeswalker, - отозвалась она, а затем её лицо словно бы слегка помрачнело, - В общем, она передала тебе эту мазь.
Так вот откуда такой знакомый гнилостный запах, смешанный с грибными нотками. Варево членов гильдии Голгари помешано на грибах в самых разных количествах и пропорциях, как утверждала сама Кассандра.
- Надо бы поблагодарить её… Мазь действительно помогла, - хмуро заметил я, потерев шею, убирая оттуда полотенцем остатки чудодейственного средства, - Что она там делала?
- Как и все: торговала, - пожала плечами вампирша, - Под закат часто собираются полуночные базары Голгари. Думаю, она ещё там. Что же, ты действительно так соскучился по ней? – снова знакомый елейный подкалывающий голос. Я насупился тут же.
- Даже если и так, ты имеешь что-то против этого? – отозвался я. Ника перестала смеяться, улыбка померкла с её лица.
- Нет, не против, - произнесла она, подходя к шкафу, подыскивая подходящие одеяния. Я же почувствовал очередной укор совести. Я обидел Нику своим вопросом? Интонации её голоса говорили об этом, но по виду никак не скажешь. Я почесал затылок, потянулся за рубахой… Однако не нашёл её на обычном месте. Удивлённо посмотрел под кроватью, заглянул в сервант даже.
- Эм… Ника?
- Что? – голос, наполненный ледяными льдинками недовольства. Я сглотнул ком в горле, решил это проигнорировать.
- Ты не видела мою рубаху?
- Нет. Не надо раскидывать вещи, - вампирша покосилась на часы, висевшие на стене, - Поторопись: нам скоро выходить.
- Ты пойдешь со мной? – я изогнул бровь. Я уже посчитал, что мне одному придётся вспоминать путь до мрачных врат Подгорода, но Ника благородно решила не оставлять меня на произвол судьбы.
- Без меня ты опять попадешь в лапы другой горгоне. Кассандра расстроится, - произнес голос вампирши. Девушка медленно натянула на голову капюшон.
Неужели я её так сильно задел? В голове запрыгали мысли о том, что Ника испытывает ко мне что-то. Доказательств нет, лишь догадки, предположения… Губы невольно расплылись в улыбке, когда я надевал новую, свежую рубаху, взятую из шкафа.
Наскоро собравшись, мы покинули дом. В полумраке улиц вспыхивали магические фонари. Слышался хохот гоблинов, звуки драки, фырканье грузового трулла Орзовов на соседней улице. Это становилось таким обыденным, спокойным, что я совершенно не обращал внимание на подобные мелочи, становившиеся частью этого места. Быть может я сам становился частью Равники?
Мы покинули улицу Жестянщиков, поднялись по мосту, свернули налево вдоль канала. Дорога уходила вниз, по бокам выходя каменными ступенями, ведущими вниз. Вход в Подгород был в самой низшей точке, ближе к земле. Это были огромные врата гильдии Голгари, которые день и ночь охраняли стражники и маги, патрулируя всю улицу вдоль и поперек. Это единственное представительство Роя, что я видел на поверхности. Если днём, когда мы возвращались обратно, тут было пусто под палящими лучами полуденного солнца, то сейчас площадь у раскрытых настежь Врат было не протолкнуться. Эльфы, люди, ведалкены, мерфолки, минотавры, гоблины… Не перечесть! Зеленые шатры раскрыли свои «шляпки» тут и там, лавки ломились от самых разных вещей, создавая непроходимые ряды. Грибные микстуры, рассада, инструменты для сада и огорода, перекованные мечи, колчаны со стрелами, еда, фрукты и овощи даже… Это место действительно было базаром: голоса звучали надрывно, со всех сторон. Кто-то что-то спрашивал, кто-то требовал, кто-то вырывал, кого-то умертвляли или же добивали повторно (грибные зомби-носильщики иногда бунтовали, прямо на моих глазах одного стражникам пришлось клинками превратить в решето). Какофония звуков и запахов Голгари кружили голову, сводили с ума неподготовленного жителя. Я просто шёл вперед, словно на поводке, держась за руку Ники, что прокладывала нам путь через живое «море». Кто-то пытался мне втюхать кусок гнилой оленятины, кто-то предлагал целую коллекцию ошейников для мертвяков, кто-то уверял, что ржавый меч будет гораздо опаснее, чем остро заточенный клинок… Фух, просто фух! Я даже на мгновение закрыл глаза, ибо в полутьмах горели множество светящихся жуков, которые целыми гроздями сидели в светильниках, создавая источник света для большинства лавочников.
- Пришли.
Вампирша замерла рядом со мной, её голос прозвучал рядом с моим ухом так, словно её зубы вот-вот оттяпают мне мочку. Я поёжился от такой ассоциации, но тут Ника дальше пихнула меня к шатру. Я едва не снес стоящий рядом кувшин, подхватил его у самой земли.
- Дмитрий?
- Я, - тотчас же вырвалось у меня, когда я поправлял кувшин. Держа в руках яркий масляный фонарь, передо мной стояла горгона в коричневой блузе с закатанными до локтей рукавами. На лице вновь широкая улыбка, щупальца легко шевелились в окружающем свете.
- Как твоя спина? Моё средство помогло? – произнесла Кассандра, выходя вперед. Я поправил свой плащ, вытер руки, протянул правую для приветствия. Горгона немного удивленно покосилась на меня, но жест повторила. Шершавая ладонь крепко стиснула мою руку.
- Да, помогло, практически сразу, - кивнул я, - Я не мог не поблагодарить лично.
Позади раздалось многозначительное хмыканье Ники, но я сделал вид, что не слышал этого. Горгона последовала моему примеру (ну или она действительно не слышала, я не могу толком знать об этом).
- Рада помочь. Быть может, вам ещё что-то пригодится? У меня ещё есть много разных запасов, на все случаи жизни, - Кассандра сдвинула в сторону тканевую штору, открывая проход внутрь шатра. От движения занавеса внутри вспорхнули десятки светящихся жуков, давая возможность рассмотреть множество кувшинов и ваз.
И всё на грибной основе. Я чуть скривился на мгновение.
- Если снова обгорим – обязательно ещё возьмем этого чудодейственного снадобья, - произнесла Ника, подходя ближе. Она взяла со столика небольшой флакончик с запаянной крышкой, повертела в руках, - Вы сами готовите всё это?
- Да. Работа на Плантациях добывает мне нужные ингредиенты, - без единой колкости в голове отозвалась горгона, забирая из пальцев Ники флакон, аккуратно ставя его к остальным, - Это мой источник дохода.
- Многие предпочитают целителей, - парировала вампирша. Кассандра ухмыльнулась, её золотые глаза сверкнули в полумраке.
- Не все могут позволить селезнийских или симиковских целителей, - отозвалась она, - А вы, госпожа Ника, прибыли сразу сюда. Значит допускаете, что снадобья помогают. А это мне и необходимо.
Мне показалось, или они обе вставляют шпильки друг дружке? Елейный голос Ники был знаком мне, а вот в невозмутимом тоне Кассандры слышались тончайшие нотки издёвки. Да что случилось? В последнюю нашу встречу они вели себя вполне нормально! Неужели это из-за меня? От таких мыслей у меня вновь начали полыхать уши и щёки. Надо разрядить обстановку, сейчас же.
- Девушки, девушки! Раз уж мы тут все собрались, быть может есть какое-то полуночное кафе, чтобы мы могли посидеть втроем? – произнес я, разведя руками, лучезарно улыбаясь.
Ника и Кассандра замолкли, повернулись ко мне. Обе лупали глазами непонимающе.
- Кафе? – изогнула бровь вампирша.
- Что это? – поддакнула горгона.
Я немного замешкался. Упс совсем забыл где я. Я прокашлялся, щелкнул пальцами, пытаясь подобрать нужное слово. Как тут может быть… так-так… Харчевня? Таверна? Что из этого?
- Кажется, ты хотел пригласить нас на бутылочку чего-то крепкого? – решила помочь мне Ника, скрестив руки на груди. Покосилась на Кассандру. Горгона кашлянула, зашевелила щупальцами растерянно.
- Ну, право, я не знаю… - пробормотала она, - Тут торговля в самом разгаре, да и я не ожидала прямо так.
Я всплеснул руками. Вот я дурак. Но, понять меня можно: я хотел разрядить обстановку просто! Что же делать теперь? Думать, думать!
- Кассандра, это просто предложение, если ты не можешь, то ничего страшного… - начал было я, но горгона решительно дёрнула веревочку. Занавес шатра сразу же закрылся за её спиной, свет погас внутри.
- Почему бы и нет? – произнесла Кассандра, доставая из-за пазухи черный платок, повязывая на голову, - Спасибо за предложение, Дмитрий.
Снова лучезарная улыбка. Ника покосилась на меня, приподняла одну бровь, но никак более не высказывала своё недовольство. Конфликт разрешён? На душе у меня немного потеплело, но, вместе с этим, появлялась ещё одна новая проблема. Куда идти? Я уже говорил, что мои знания о городе начинались на улице Жестянщиков, заканчивались на Площади Договора. Всё остальное было подёрнуто синим «туманом войны», как в старых стратегиях. Ладно, разберемся.
- Итак, - я хлопнул в ладоши, - Если уж всё решили, то…
В этот момент раздался громкий хлопок, а затем протяжный гул. Земля дрогнула. Раздались удивлённые возгласы. Горгона встрепенулась, едва удержала падающий на землю сосуд с грибной настойкой. Я заметил, что вокруг начало стремительно светлеть. Подняв взгляд вверх, я обомлел.
Небо стремительно очищалось от наступающего мрака ночи, по нему во все стороны разлетались светлые молнии, но не отдельными стрелами, а целыми пучками. Зарево разгоняло темноту, словно там было второе солнце, дающее новую жизнь уходящему дню.
- Что это? – произнёс я, а затем услышал десятки голосов со всех сторон. Участники базара бросались свои дела, кричали, показывали пальцами в сторону. Я и Ника недоуменно повернули головы в сторону указующих перстов.
- Что-то происходит на Площади Договора, - произнесла Ника. Рука её стиснула мою руку. Я не отстранялся, схватился в ответ пальцами крепко. На наших глазах, среди домов, где-то в центре города полыхало магическое пламя. Люди бросали все свои дела, собирали огромные толпы, двигаясь навстречу этому пламени. Всеми двигал интерес, удивление.
- Нам нужно попасть туда, - молвила вампирша.
- Согласна, - поддакнула горгона.
- Но зачем? – вырвалось у меня, но девушки меня не слышали. Отпустив меня, Ника двинулась через толпу, лавируя между жителями, спешащими вперед. Я старался не отставать, двигался, пихался локтями, то и дело извинялся, когда задевал какого-либо эльфа или ведалкена. На моей руке сомкнулись чьи-то пальцы. Я обернулся на мгновение.
- Кассандра?
- Не упусти свою подругу из виду, идём, - произнесла горгона. Она не отставала, на ходу срывая с своей головы платок. Щупальца дернулись во все стороны, из-за чего окружающие зеваки отпрянули от нас, словно в ужасе.
Таким темпом мы быстро прибыли к Площади. Ну как к Площади? Там было некуда яблоку упасть, а мы даже не смогли дойти до неё, зато видели всё, что происходит, замирая на улице, что была выше уровнем. Галдёж стоял со всех сторон, откуда-то сбоку выходили сторожевые гиганты Боросов, пытавшиеся навести порядок. Подул резкий холодный ветер, который взъерошил волосы на моей голове. Я остановился среди зевак, пытаясь найти в толпах Нику, но это было почти невозможно сделать…
- Кассандра? Ника?
- Я здесь, - цепкая рука горгоны схватила меня за плечо. Кассандра стояла рядом, оглядываясь также, как и я, но тут она замерла, вздрогнула.
- Дмитрий… Там… - сорвалось с её уст. Я повернул голову в указанном направлении, обомлел сам.
Величественная Палата Договора Гильдий. Я запомнил её массивным прекрасным многоглавым собором, который мог вполне претендовать на самое могущественное и красивое здание в Равнике. Теперь же на его месте не было… ничего. Ничего, кроме огромной прорехи в пространстве. Границы мерцали высоко в небе, сотканные словно бы из самого бытия. Вечернее небо резко прерывалось прямой линией, образуя огромное прямоугольное «окно», в котором можно было увидеть…
Огромные изогнутые рога возвышались на горизонте, на том месте, где ранее была Палата. Только выглядело это так, словно они были на далёкой-далёкой картине. Граница изменялась, изгибалась, и вот пространство начало закручиваться, напоминая некий сверкающий портал, освещающий всё вокруг, подобно утреннему солнцу на заре.
Я видел край знойной пустыни, которую заливал чужой свет. Свет иного мира, что пробивался точно между этих проклятых гнутых рогов! Чувство дежавю накрывало меня с головой, раз за разом, огромной волной!
Бегущие синие мумии с кривыми клинками, острыми копьями, песчаная буря, несущая смерть, а также Голос, что звучал в моей голове. Это же был мой сон, ведь так?
- Портал. Это портал! – пробормотала Кассандра. Горгона смотрела на гигантскую «дверь» в иной мир, заполнявшую небо Равники и часть площади, - Что… Откуда? Что это?
- Я не знаю. Но мне это не нравится, - отозвался я хриплым тоном. Прямо на наших глазах область поражения становилась всё больше и больше. Каменные сфинксы на лестнице растрескались, развалились, от многих остались лишь жалкие останки. Площадь была завалена камнем и щебнем, по которым шагали одинокие синие фигуры, которых становилось всё больше и больше. Я видел гигантские копья, устремлённые вверх, длинные шеренги наступающих из портала воителей, глаза которых горели ярким фиолетовым пламенем. Шаг за шагом они выходили из портала, прямо через разрушения, что остались от Палаты Договора. Огромный диск с символами гильдий лежал поверженный, покрытый трещинами, а множественные воители шагали по нему. Фигур было множество: высокие, низкие, крылатые, что сразу же взмывали вверх гигантскими вереницами.
В этот момент на площади начали появляться разноцветные вспышки. Люди запаниковали, начали разбегаться в разные стороны так, что гиганты не могли их сдержать. Впрочем, они сами недоуменно взирали на происходящее с не меньшим удивлением, чем мы с Кассандрой. Вспышка появилась прямо рядом с нами. Я отпрянул от высокого удивлённого человека с белыми волосами, который растерянно озирался.
- Где я? Кто вы? Что происходит? – закричал он. Люди бросались в стороны, как от прокажённого. Он нелепо озирался, пока вокруг нарастала паника. На моих глазах первая шеренга воителей устремилась вперед, вгрызаясь точно в толпу жителей. Крики боли и смерти, пролилась первая кровь. Солдаты в синих сверкающих доспехах деловито резали всех, кто попадался им по пути. Всё это представление сопровождалось вспышками в самых разных местах площади. Я видел новых людей (и не только людей). Они были обескуражены, страх и паника читались в их глазах…
- Смотри! – Кассандра показала рукой на высокую белокурую девицу, которая появилась из красного сияния. Подобрав полы длинного платья, она с воплями бросилась прочь от парочки наступающих синих воителей. Вскинув руку, девушка исчезла во вспышке… Но тут же появилась чуть поодаль, с силой шмякнулась на землю, покатилась кубарем. Я увидел, что в воздухе над её головой появился огромный рунический круг жёлтого цвета, покрытый различными символами. Девушка завопила сильнее, отчаянно поползла в сторону, пытаясь спастись от наступающих на неё синих воителей. Теперь, когда они оказались ближе, я смог рассмотреть их тщательнее.
Всё тело было покрыто синим сплошным доспехом. Наручи, перчатки, наплечники, странные медальоны, которые словно бы были вплавлены в нагрудник, стилизованный под рёбра. Голова была сделана огромным стальным черепом, в глазницах которого горело фиолетовое пламя неистовой ярости. Нет, быть не может…
Я смотрел на тех синих мумий, которые были в моём сне.
Песок, жар пустыни… Клинок, занесённый над моей головой. Я в отчаянье закрывался руками, пытаясь спастись от неизбежного.
- ЗАКРОЙ ГЛАЗА!
Я едва не упал от того, что меня пихнули в плечо. Грозный окрик Кассандры оглушил меня, поэтому я машинально послушал её, крепко зажмурившись. Звуки вокруг становились всё громче, ощутимее. Крики, вопли, скрежет клинков. Я рискнул открыть глаза, когда снова услышал крик девушки. Синий рыцарь схватил ее за горло, заставляя замолчать, поднял с земли. С его левой руки сорвалось пламя, струящееся из пальцев. Девушка брыкалась, пыталась разжать захват, но всё было бесполезно. Воин с силой ударил девушку в грудь, его кисть погрузилась в сияние, что начало растекаться по телу несчастной. Бедняжка хрипела надсадно, на одной ноте, глаза её горели белым огнем. «Мумия» словно бы что-то высасывала из тела, поглощала внутрь себя, пока не насытилась полностью…
Слишком поздно я бросился на помощь, всё уже было кончено. Синий воин бросил тело, словно ненужную более куклу, замер на месте. Повинуясь какому-то провидению, я сложил руки вместе, направляя в сторону врага, ощущая холод, что тут же сковал пальцы. «Синий» не обратил на меня никакого внимания: запрокинув голову, он стоял на одном месте. Шлем раскололся на куски, что разлетелись по сторонам, а затем из тела вырвался сгусток энергии, устремляясь в сторону портала, откуда появилось… Нечто.
Огромное тело с кожистыми крыльями было ещё на «той» стороне. Гибкое змеиное тело, наплечники на широких плечах, надменная змеиная ухмылка. Гигант был намного больше всех, кого я видел в Равнике. Чуть приглядевшись, я понял, что это огромный дракон. И он приходил в этот мир. В этот город.
Со всех сторон к нему летели сгустки энергии, что были хорошо видны в чернильном небе, что накрывало Равнику. На раскосой морде было написано истинное удовлетворение. Раскрыв свою пасть, дракон поглощал сгустки один за одним, широко раскрывая свои крылья, закрывая ими горизонт. Таких сгустков было множество, они летели с разных уголков города к нему, но больше всего с площади: смерть ходила по пятам за всеми, кто тут находился. Вторгшиеся убивали без разбору, хватали появившихся на площади из вспышек…
Я подбежал к убийце, крепко держа в руках острый кусок льда, что материализовался в ладонях. Холод обжигал руки, но я понимал, что иного оружия у меня нет. Я был дураком, мог запросто погибнуть, но сейчас перед глазами была только смерть несчастной девушки, тело которой лежало на обломках камней…
- Кажется, он мертв, - прозвучал позади голос горгоны, заставивший меня остановиться.
На моих глазах синий воин перестал светиться энергией. Вместо шлема и головы у него ничего не было, лишь пустота. Он недолго покачивался на ослабевших ногах, пока не повалился набок, в тот момент, как я замер рядом с ним. Кассандра уже была подле, склонилась перед телом девушки, прощупала пульс.
- Она… тоже? – хрипло спросил я, косясь одним глазом на удивительную статую другого синего захватчика, который замер с занесённым в воздухе клинком. Кажется, ответ на один из моих давних вопросов относительно горгоны и обращения в камень родился в данный момент.
- Да, мертва, - вздохнула горгона, проводя рукой по груди девушки, - Он что-то сделал с ней, словно высосал жизненные силы, - посмотрела в сторону портала, где был пугающий гигант. Глаза её округлились, она вздрогнула, пролепетала:
- Это существо… Оно забирает эти силы!
Похожие сгустки витали в воздухе мерцающими звездами. Один за одним они отрывались от земли, устремлялись вперед, к громадному дракону с крыльями, закрывающими горизонт. Если они летели от каждого умершего, то сколько уже погибло? Сердце бешено забилось в моей груди, страх сковал сердце. Кассандра поднялась на ноги, отошла от тел: в нашу сторону двигались по меньшей мере с десяток врагов. Блестящие синие доспехи пугали до усрачки вкупе с их плавными и отточенными движениями. Мне казалось, что стальные «мумии» шли точно на меня, игнорируя всё вокруг. Липкий страх не давал мне пошевелиться, а вся уверенность улетучилась в единый миг… Я не герой, совсем не герой!
- Дмитрий… нужно бежать! Не стой на месте! – отозвалась Кассандра. Горгона потянула меня назад, прочь от площади, но армия была уже везде. Куда ни глянь, везде были стальные захватчики. Тела жителей устилали площадь, лежали на ступенях, а в воздухе творился новый кошмар: крылатые «мумии» полностью контролировали небо над Равникой.
Где войска? Где Азориусы? Где Боросы? Где все?? Да что тут такое творится??
В этот момент яркая вспышка ослепила нас в мгновение ока. Мы с Кассандрой прищурились, отпрянули в сторону. Войны с фиолетовым светом в глазах резко развернулись. Я чихнул, замер на месте, дабы видеть происходящее. Потоки пламени были со всех сторон, а исходили они от высокой красноволосой девицы. Выставив руки вперед, она нещадно поливала огнём синих захватчиков. На моих глазах их доспехи не выдерживали, плавились, многие превращались в пылающие факелы в мгновение ока, но упрямо продолжали бежать вперед, пока не падали навзничь, становясь отвратительной расплавленной массой. Вот это да! Огненная магия била столь разрушительной мощью, что я невольно залюбовался за действиями этой пиромантки. Её красные волосы вспыхнули, полностью соединяя её с первородной стихией.
Начали появляться ещё вспышки, на месте которых появлялись новые люди. Крепкий здоровяк в доспехах занес гигантский клинок, разом разрубая наступавших на него пополам, а за его спиной был… огромный человек-лев. Грозный рык сорвался с его пасти, он просто отвешивал тумаки стальным тварям, и этого оказывалось достаточно.
- Это же… Я поняла кто они, - выдохнула Кассандра. Она поднялась на ноги, отряхнулась, - Это planeswalker`ы.
- Они?! – вздрогнул я, услышав эти слова. Покосился на горгону в удивлении. Сердце начало биться ещё сильнее от осознания простой истины. Я был не один. Вот они, были здесь, прибыли в этот мир… Как и я. Так вот что значили эти вспышки! Я невольно посчитал, навскидку. Множество появилось на площади, словно из неоткуда. Их было много, десятки мироходцев!
Появились и погибли. Лишь немногие смогли дать отпор, как эта дама с огненными волосами и тот лев со здоровяком.
- Ходящие по мирам, что лежат далеко. Я всегда считала их выдумкой, сказкой, - пробормотала Кассандра, наблюдая за сражением впереди. Ни у неё, ни у меня, судя по всему, не возникало желания броситься в горнило битвы, ибо нам явно были дороги наши жизни, поэтому мы были только наблюдателями.
- Значит, они не сказки, - пробормотал я, сглотнув ком в горле. На наших глазах ряды захватчиков начали распадаться: по шеренгам прошлась разветвлённая молния, которую послал маг, стоящий на сломанной статуе сфинкса. Переведя взгляд, я увидел, как от быстрых клинков быстрей темнокожей воительницы падают один за другим стальные враги, а рядом с ней кружился парень в странных серых одеяниях, вокруг которого то и дело возникал сияющий рунический щит, которым он мастерски блокировал атаки. Все они были planeswalker`ми. Все они сражались с армией дракона из портала.
- Нам нужно уходить, пока на нас не обращают внимания, - произнесла Кассандра. Она подбежала к павшему, выдернула из стальных рук кривой серповидный клинок. При виде его по моей коже пробежала дрожь: точно такой же клинок заносили над моей головой в том сне. В том ужасно реальном сне.
Или это не сон? Дежавю вопило в моей груди, я тупо пялился на кусок железки в руках горгоны.
- Научился пользоваться?
- Совсем немного, - пробормотал я тихо, - Ника учила меня не так много. Кассандра вздохнула, но всё же протянула мне оружие. Я поколебался, но всё же взял клинок в руку. Странно, но он был явно легче тренировочного оружия, что давала мне подруга. Я легко взмахнул им, рассек воздух. Блокировать, рубить… Выбора у меня не было, только бы не напортачить.
- Уходим. Ко мне в гильдию. Госпожа Враска наверняка уже в курсе происходящего, она поможет - произнесла горгона. Она решительно взяла меня за руку, повела прочь от площади, но я запротестовал, остановился. Девушка замерла, щупальца на её голове зашевелились.
- Я не могу, я должен отыскать Нику, без неё никуда не пойду, - произнес я. Кассандра легко прищурилась.
- Дмитрий, она была в толпе, что на площади. Ты видел, что там происходило.
- И что же? Бросать её? – в моём голосе зазвучала уверенность, - Она меня не бросала.
Горгона вздохнула. Руку мою она не отпускала, но и не тянула более за собой.
- Дмитрий…
- Зови меня Дима. Не Дмитрий, - прервал я её. Моё полное имя внезапно начало сильно резать слух. Быть может потому что я был на взводе, а быть может из-за того, что я начал осознавать, в какой заднице я оказался. Кассандра закрыла рот, выдохнула носом.
- Хорошо, Дима, - согласилась она, - Как ты собираешься её отыскать? Среди битвы? – горгона показала рукой на поле битвы, где мироходцы сошлись в смертельной схватке с тварями из портала, которых становилось всё больше и больше. Защитников было очень мало, а пришельцев из иного мира не убавлялось. Шеренги уходили прочь, углубляясь в город, на улицах которого уже дымились пожары.
- Я не знаю, - у меня спёрло в груди, в носу засвербило. Мне до глубины души стало больно за Нику. А если она действительно лежит среди трупов? Смерть настигла её снова и ради чего?
Мысли клубились в голове, загорались, потухали. Ветер нёс запах гари, пожарищ, обдувал моё лицо, касался волос. Горгона терпеливо ждала продолжения моего ответа. Её оранжевые глаза излучали спокойствие.
- Твоя подруга сильная, - произнесла она, положив руку мне на плечо, - Она не из тех, кто может погибнуть так просто, в такой давке, что началась на Площади. Я верю, что она спаслась, что она осталась жива, - вторую руку Кассандра положила мне на грудь, явно ощущая удары моего сердца внутри, - Ты тоже должен поверить в это.
- Я верю в это! Поэтому и должен найти её! – вырвалось у меня, но девушка ловко зажала мне рот. Щупальца её зашевелились.
- Она сама найдёт тебя, - продолжила она свой монолог, - Как всегда находила, как всегда спасала. Она лучше знает Равнику, она лучше знает, что делать в той ситуации, в которой оказались мы…
- Пофему? – пробурчал я через зелёную руку с короткими черными коготками. Кассандра одарила меня лучезарной улыбкой.
- Потому что она – воин. Воин с добрым сердцем. Ты дорог ей. Она жива, она найдёт тебя, ну а ты должен защитить себя.
Я даже не знаю: мне надо расчувствоваться или обидеться. Кассандра хотела успокоить меня. Впрочем, ей это удалось: я действительно почувствовал некое облегчение, поверил, что с Никой будет всё в порядке. Правда, с другой стороны, я что, не могу никому помочь?
Перед моими глазами было убийство беззащитной девушки-мироходца. Синий «некрон» из портала просто взял и высосал её душу.
Кто-кто? Я только сейчас понял, что эти синие воители напоминают мне некронов. Такие человекоподобные роботы из «Warhammer 40k», мертвецы из будущего. Жестокая неубиваемая раса с гаусс-пушками, что неумолимо идет вперёд, убивая всё на своём пути. Вот, буду звать этих тварей «некронами», они идеально оправдывают своё имя.
- Ты не успел бы ей помочь.
- Почему? Я слишком долго колебался, да? - я опустил взгляд. Мысли о некронах сразу же ушли в глубь сознания, новая волна грусти и морального самобичевания накрыла меня с головой, - Я бы… ну там… швырнуть в него льдину, я могу их… крепкими создавать, - меня затрясло, в глазах сразу стало мокро.
Горгона мягко обняла меня, рукой провела по непослушным волосам. В отличие от Ники, её касание было тёплым, от него не ощущалось холодной вампирской отчуждённости. Я прижался к её щеке своей щекой, обнял в ответ. Шмыгнул носом, едва-едва не пуская слезу от осознания своей никчёмности.
- Я просто смешон. Ни маг, ни воин, ни мироходец, - пробормотал я грустным тоном. Кассандра вздрогнула, услышав мои слова, но не отпустила. Я продолжал обнимать её, радуясь, что она не оттолкнула.
- Ты – planeswalker?
- Да. Самый никчёмный. Я даже не знаю, как действует моя магия. Моя Искра.
Кассандра легко улыбнулась, засмеялась. Я недоуменно взглянул на неё, изогнул бровь.
- Что в этом смешного?
- Ничего. Просто, это всё объясняет, - произнесла она, - Твоё поведение, твои действия, твои слова и поступки. Даже твоё имя.
- А что с ним не так? – я изогнул бровь. Горгона приобняла меня за шею рукой, шевелила щупальцами, продолжая одарять меня своей лучезарной улыбкой.
- Оно слишком красиво. Для Равники.
Конечно, ситуация совершенно не подходящая, но это прозвучало, как флирт. Совершенно неприкрытый флирт. Я покраснел в мгновение ока, отвел взгляд от оранжевых омутов горгоны, закашлялся.
- Спасибо… Приятно слышать.
- А мне приятно видеть, что ты успокоился. Теперь мы можем идти?
- Пожалуй, да.
Я даже удивиться не успел своему согласию. Слова Кассандры были мягки, спокойны, проникновенны. Я разжал объятья, потер щеку, стараясь убрать предательский румянец прочь. Как нас никто не убил, пока мы тут обжимались? Видимо, поцелуй дриады ещё даёт мне удачу.
В этот момент портал за нашими спинами заискрил. Мы с Кассандрой обернулись, наблюдая целое светопредставление. Проход ширился, рос, переливался, а из другого мира сюда что-то переходило. Дракон полностью оказался в Равнике, возвышался над городом, творя какое-то заклинание. Мощь его была настолько большой, что даже я ощущал его своим нутром: кололо пальцы иглами, в висках стучала кровь, крутило слегка живот. Ровный черный гладкий камень, из которого состояли стены величественного здания, рухнули на центр Равники, громя всё вокруг. На наших глазах вырастала громадная крепость, уничтожавшая своим появлением всё вокруг. Дракон, по сравнению с ней, казался совсем малышом. Портал расширился на многие километры, уничтожая весь центр города. Ударная волна сбила нас с Кассандрой с ног, заставила пасть стальных некронов, которые бились с мироходцами чуть дальше. Только сейчас я заметил, что неумолимая армия давно прорвалась дальше на улицы. Площадь уничтожена, все здания вокруг лежали в руинах. Часть города оказалась уничтожена в мгновение ока появлением цитадели. Точно: на нас напали «некроны». Примитивные «некроны», мать их за ногу! Вон и крепость свою притаранили!
Только сейчас я понял как нам повезло, что мы не попали с первыми сотнями зевак ближе к порталу. Теперь не было ни раненых, ни мертвых. Всё исчезло в появлении этой громадины. Портал теперь было видно, наверное, из любого конца Равники. Мы с Кассандрой видели чужое небо чужого мира, где ярко светило солнце и дули ветра, несущие пески через бескрайние барханы на фоне гигантских рогов дракона, которые доставали до светила и облаков.
- Бежим, - произнёс я. Схватил Кассандру за руку, потянул за собой. Где-то недалеко вышагивала железная армия, поэтому нам не стоит задерживаться на одном месте очень долго. Мы побежали прочь, углубляясь в пустые улицы города, которому нанесли сокрушающий удар.
***
«Синих» на улицах становилось больше. Они действовали разрозненно, что было нам на руку. Ни я, ни Кассандра, как мы говорили ранее, драться не хотели, а от одиночных целей скрыться было проще, чем от толпы, как, например, сейчас была впереди. Я насчитал не меньше шести бойцов, которые шли по разбитой улице, таращась во все стороны своими горящими глазами. Вы скажете, что шесть – это не толпа? Становитесь на моё место, я на вас посмотрю! Шесть – это уже серьезная сила.
Где-то рядом кипело сражение: были слышны взрывы, крики, видны пожарища. Кажется, кто-то из гильдий решил дать отпор армии дракона. Наконец то! А то все крутые, когда сажают одного единственного неуклюжего мага за решетку! Да-да, в моих словах было неприкрытое злорадство и огромная шпилька в бочину Азориусам, но давайте опустим этот момент, хорошо?
- Тут кто-то есть ещё, - шепотом произнесла Кассандра.
- Конечно, мы тут явно не можем быть одни, - отозвался я, легко хмыкнув, но сам поудобнее перехватил рукоять меча, хотя надёжности на него было мало. Кассандра потянула меня за угол, дабы «некроны» не заметили нас. Но моё любопытство всё же взяло верх: одним глазом я выглянул наружу.
Солдаты были не одни. Между ними шла высокая красивая женщина в фиолетовом готическом платье с длинным подолом. Элегантные ножки в черных чулках и высоких кожаных сапогах были видны при каждом шаге в разрезе платья. Черные волосы были стянуты сзади, образуя небольшой хвостик, спереди вся причёска оказывалась скрыта золотым украшением с коваными завитушками по бокам вниз, что венчала голову незнакомки. Лицо и руки были покрыты горящими фиолетовыми линиями, что перечёркивали кожу замысловатыми узорами. От девушки веяло сильной магической энергией, от которой у меня волосы на голове вставали дыбом.
«Некроны» не трогали её! Все шестеро окружили красавицу, но никто даже не пытался поднять на неё оружие! Наоборот: они были вокруг, словно почётный караул или элитные телохранители, что защищали особо важную персону. Хотя, если подумать, это так и было. Незнакомка в фиолетовом что-то явно да значила. Приспешница дракона из портала? Похоже на то: «некроны» пленных обычно не берут.
- Есть другой путь? – пробормотал я, возвращаясь назад. Кассандра задумалась, провела пальцами по своему подбородку.
- Ближайшие врата Голгари были впереди. Кажется, там сейчас жарко. Попробуем другой вход. Идём.
Наш путь сместился. Пропустив опасный проулок, где были враги, мы устремились дальше. Узкие улочки пустынных районов находились в полумраке, освещаемые лишь в те моменты, когда над городом пролетали очередные сгустки энергии. Их стало меньше, значительно, но всё же было понятно, что наступающие зря времени не теряли. Раз за разом они приносили новые смерти.
Кассандра уверенно вела меня вперед, избегая опасных моментов, но, кажется, толика везения дриады для нас кончилась. Свернув на очередном повороте, мы нос к носу столкнулись с необычным «некроном». Похожий на огромную человекобразную змею, он резко развернулся к нам. В лапах мелькнули изогнутые клинки, похожие на серпы, а глаза загорелись неистовым фиолетовым пламенем. У врага, как я раньше уточнял, было длинное змеиное тело, каждая чешуйка отливала синим блеском, как доспехи остальных. Всё тело было покрыто превосходной защитой, которую, как казалось, не возьмешь клинком.
Кассандру отбросило хвостом. Горгона охнула, отлетела в сторону, с грохотом рухнув на пустые бочки у брошенной лавки. Я было бросился к ней, но рядом со мной просвистели кривые лезвия. «Некрон» потерял мгновенно интерес к Кассандре, полностью нацелился на меня. Горящие глаза раскосой маски-черепа прожигали насквозь. Я выставил перед собой оружие, но враг одним движением выбил его из моей руки. От следующих выпадов мне пришлось уклоняться. Движения «змеи» были плавными, резкими, в них чувствовалась грация и даже некая женственность.
- Барышня, стоять! – крикнул я, пригнувшись вовремя: над моей головой просвистел клинок, - Может всё обсудим?
Никакой реакции. Лишь уничтожающее молчание. «Некронша» поднялась на своём гибком длинном хвосте, становясь почти на голову выше меня. В бесплодной попытке что-то сделать, я резко отмахнулся руками. Послышался скрежет, потом треск, а потом на меня посыпались ледяные осколки. Сам того не ожидая, я создал между собой и «змеёй» сверкающий ледяной щит, который накрыл меня с головой. Правда он выдержал всего один удар. Обломки льда быстро таяли, разлетевшись по каменной кладке улицы.
Внезапно «некронша» развернулась, выгнулась на хвосте, резко заскользила в сторону. Я выдохнул, повернул голову в сторону. Раздался громкий скрежет от удара клинком: «змея» скрестила свои клинки в борьбе с крупной мулаткой, которая появилась словно бы из неоткуда. В руках у нее были длинные мечи с широким и плоским лезвием, похожие на мачете. Она уверенно билась, блокировала удары «змеи», а затем умудрилась пнуть её в грудь. «Некронша» отлетела в сторону, словно была пёрышком, перекувыркнулась в воздухе, приземляясь точно на пружинящий хвост, готовая к бою.
Пользуясь передышкой, я вскочил на ноги, смахнул пот со лба, краем глаза поглядывая на неожиданного союзника. Несомненно, она была planeswalker`ом: она была на фоне Равники как средневековый феодал на улице города двадцать первого тысячелетия. Старые стоптанные сандалии, кожаный доспех со стилизованными наплечниками в какую-то полоску, потертый кожаный ремень с ножнами… Она выглядела очень неброско, но в то же время опасно и сильно. Лучше с ней не ссориться.
- Спасибо, - выдохнул я. Мулатка коротко кивнула, вновь вскинула свои клинки, ибо «змея» быстро пришла в себя, уже быстро приближалась, оставляя в пыли длинные следы.
- Я узнаю украшение у неё на голове, - ответила она, словно не слыша меня, - Эту послушницу боялись даже её товарищи по снопу.
- Какому ещё снопу? Причём тут это? – изумился я, но больше ответов мне не было. Воительница рубанула наотмашь, но «некронша» блокировала удар, помогая себе и острым концом хвоста. Мне кажется, или ей совсем моя помощь была не нужна, да? Поэтому я бочком-бочком двигался по стенке, пока кипела битва, подбегая к более-менее очухавшейся Кассандре. Горгона слабо простонала, схватилась за голову рукой, жмурясь.
- Где… что… - пролепетала она. Я схватил её за руку, помог подняться.
- У нас тут помощник, - отозвался я, показывая на кипящее сражение. Мироходец наступала, так что теперь «змее» пришлось полностью перейти в оборону. Однако это длилось недолго: ловким обманным движением мулатка перерубила хвост, а затем и голову. Фиолетовое сияние тотчас же погасло, тело обмякло. На лице planeswalker`а, однако, не было никакой радости, только горечь и печаль, словно она была не в восторге от того, что сейчас произошло.
- Спи спокойно, Айра, - произнесла она, проведя пальцами по расколотому черепу, а затем поднялась с колен, возвращая оружие в ножны. Мы с Кассандрой уже были рядом. Гостья из другого мира смерила нас взглядом.
- Спасибо, - вторила горгона, склонила голову в знак признательности, а я всё смотрел на поверженного врага. Прищурился.
- Вы назвали её по имени. Вы знали её?
- Я знаю многих, кого сражает мой клинок. Каждого Вековечного.
- Простите, как вы сказали? Вековечные? – я старательно ловил каждое слово. Мулатка нахмурилась, посмотрела на меня недовольно.
- Сейчас это не важно. Сейчас важнее спасти ваш мир, чтобы его не постигла судьба Амонхета.
- Важно знать нашего врага, - философски заметил я. Кассандра же смотрела на мулатку прямо не мигая. Перевела взгляд на лежащую змею, потом обратно.
- Вы оттуда же, откуда и они? – произнесла она мрачным тоном. Щупальца на её голове зашевелились недовольно. Мироходец перевела взгляд на горгону, тяжело вздохнула.
- Да. Из того места, что было моим домом. Мои братья и сестры умирали ради ложных идеалов, что навязал нам Бог-Фараон, перейдя в его услужение. Теперь он и ваш мир поглотит, так же, как и мой, если мы будем стоять на месте и чесать языком!
В её словах заскрежетал металл, читалась плохо скрываемая ярость. Эта дама явно предпочитала делать, а не раздумывать. Я ещё раз посмотрел на труп у наших ног.
- Что за синий доспех? Его сложно пробить, но вы режете, как бумагу…
- Лазотеп, - коротко сказала мулатка, перебивая меня, а затем вновь выхватила клинки. Заскрежетала сталь, раздались шаркающие шаги. Из-за угла показались новые враги. Как их назвала наша новая знакомая, Вековечные. Очень рад знакомству, в скобочках, нет…
Битва вспыхнула с новой силой. Мечи нашей воительницы рубили направо и налево, она явно знала, как расправляться с этими ребятами в отличие от нас с Кассандрой, ибо мы висели балластом. Я только блокировал удары, уворачивался, стараясь хотя бы сейчас не выронить его. Горгона же медлила, словно ожидала чего-то. Затем. Когда я на мгновение отвернулся от неё, услышал громкий пронзительный хрип вперемешку с шипением. Сердце бешено заколотилось, я тут же повернулся обратно… столкнувшись нос к носу с парочкой каменных статуй. Кассандра терла глаза, отступала назад, ноги её подкашивались, а очередной вековечный заносил своё оружие для удара.
- Нет!
Размахнувшись как следует, я швырнул кусок льдины правой рукой. И, о чудо, меткий бросок не прошёл даром: раздался гулкий удар, словно по чугуну ударили молотом. Вековечный пошатнулся, затряс своей башкой, теряя ориентацию, что позволило Кассандре отползти в сторону, а воительнице из Амонхета разрубить бедолагу напополам…
Битва была короткой, вскоре все были повержены. Вокруг нас были обломки доспехов из блестящего лазотепа и остатки поверженных пришельцев. Я помог Кассандре подняться: горгона от использования своей магии ослабела, так что боец из неё пока был никудышный. Грозная мулатка не обращала на нас внимание, она склонялась к мертвецам, что-то шептала, касалась черепов.
- Ты как? Идти можешь? – я позволил горгоне опереться о моё плечо. Девушка кивнула, протерла оранжевые очи левой рукой.
- Просто… я давно так часто не колдовала, - пояснила она, - Но иначе нельзя, я понимаю.
- Не насилуй себя, а то твоя смерть вообще меня доканает, - фыркнул я. Горгона, услышав эти слова, слегка вздрогнула, улыбнулась.
- Ты так заботишься обо мне?
- Конечно. Ты же, черт возьми, близка мне стала. Хоть и знакомы столь недолго.
Наверное, мои слова звучали слишком уж слащаво, прямо как из дешевого любовного кино, но Кассандра была явно тронута… Это было видно по её глазам, оранжевым глубоким омутам.
- Эй, вы! Так и будете стоять? Они не знают пощады и усталости, снова будут здесь! – рявкнула воительница, заставив нас вздрогнуть. Я даже не успел ничего ответить, как мулатка стремительно побежала вперед, скрываясь в густом тумане, который начал накрывать Равнику в течение последних часов.
- Стой! Да стой же ты! – крикнул я вслед, но она даже не остановилась. Мы с Кассандрой ковыляли словно бы в молоке, шагая почти вслепую, наугад. В пелене угадывались высокие шпили зданий на разных уровнях города, то и дело виднелись блестящие вспышки, освещающие небо. Вековечных не встречалось, туман глушил все звуки вокруг, что я боялся напороться на них неожиданно, так что наши и без того малые шаги стали ещё меньше. Кассандра потихоньку приходила в себя, вскоре она могла уже сама шагать, без моей помощи.
- Ты знаешь где мы?
- Сложно сказать. Я нечасто бывала на Поверхности, - пожала плечами горгона, то и дело останавливаясь, прислушиваясь. Вдалеке что-то бухнуло, грохнуло, в небе начали мелькать какие-то силуэты тёмные, словно рой стрижей разрезал воздух с огромной скоростью своими крыльями.
- Эти вековечные тоже не бывали тут, однако быстро стали королями улиц, - заметил я, аккуратно выглядывая за угол. Туман немного рассеялся, дальность обзора увеличилась, открывая перед нами пустынную улицу с брошенными палатками и трупами. Здесь явно прошла битва. Или же просто резня.
- Куда теперь?
- Я уже и не знаю, - пробормотала горгона, озираясь. Щупальца её недовольно дергались, выдавая всю гамму её чувств, хоть она внешне и пыталась казаться полностью спокойной. Впрочем, от всего произошедшего у меня не проснулись геройские чувства, вот никак. Я не представлял что делать, не знал где и как искать Нику. Я словно бы ждал какой-то подсказки, замерев на одном месте, на перекрёстке улиц.
Внезапно мою голову пронзила резкая боль. Я поморщился, охнул, обхватил руками. Давно не было такого приступа резкой мигрени, только, в тот последний раз, я просидел у компьютера почти девять часов кряду! Что же случилось сейчас? Я раскрыл рот в немом крике, опустил взгляд, смотря себе под ноги. В мою голову словно бы речным потоком вливались новые, чужие мысли. Образы представали перед моими глазами картинками. Мелькали улицы, между ними струилась линия, бегущая вперед, по закоулкам и домам, через руины, в которых лежала Равника. Перемещалась, прыгала, крутилась, пока не замерла около высокого здания из белого камня. Я явно видел опалённые знамена Азориусов, барельефы с их знаками. Врата здания были широко распахнуты, через них входили множество людей, которые виделись мне лишь силуэтами…
«Отступаем. Нам нужен план. Передайте всем planeswalker`ам и мастерам гильдий, которых сможете найти. Встречаемся в Сенате Азориуса. Прямо сейчас».
Голос прозвучал ясно, чётко, словно говоривший был рядом со мной. Приглядевшись, я увидел среди спешащих к вратам людей высокую фигуру в синем. В отличие от всех, он не был размытым, показывался ясно и чётко. Молодой мужчина со светящимися глазами приложил к своему виску руку, губы его что-то бормотали.
Голос. Это был его голос. Это Он говорил.
«Отступаем…»
Местное сопротивление?
Я раскрыл глаза. Голова ещё немного побаливала, но уже не мутило, боль не била кованым сапогом в висок. Тяжёлое дыхание вырывалось у меня из груди, однако вместе с этим пришло знание.
- Дима! Что с тобой?? – Кассандра охнула, схватила меня под мышку, дабы я не рухнул на землю, - Эй! – горгона сильно перепугалась, видя моё состояние.
- Я… в порядке. Я знаю куда нам идти, - произнёс я, - Теперь я знаю куда нам нужно идти.
Истина
Дорога была недолгой: уже спустя минут пятнадцать мы также пересекли двери Сената Азориусов. Кассандра была сперва против того, чтобы мы туда шли, однако пути к своей гильдии она не могла указать, так что у нас не оставалось выбора.
Здесь было множество всех: представители гильдий разных рас, а также несчётное количество мироходцев, которые всё прибывали и прибывали. Мы с Кассандрой были как песчинки в огромном бархане. У меня мелькнула спасительная мысль: быть может, Ника тоже здесь? Если тут все, то почему бы и ей не быть?
- Как ты узнал?
- Что? – я посмотрел на горгону, которая, почему-то, снова натянула на свои щупальца черный платок, торопливо завязывая под подбородком.
- Маг в синем подсказал мне. Он… как бы… я даже не знаю, - я причмокнул губами, пытаясь сформулировать свою мысль, - Он… внушил что ли. Я ясно видел дорогу сюда, прямо вот так, линией, начерченной на земле. Так понимаю, он должен быть здесь.
- К порядку, пожалуйста! Нам нужен план!
Громкий знакомый голос. Я недоуменно огляделся, а затем брови мои поползли вверх. В Зале, у самого дальнего края, где возвышалась гигантская статуя очередного сфинкса, стояла кафедра из красного дерева, за которой стоял знакомый мне человек в синем капюшоне, покрытом круговыми рунными символами. Голос его звучал громко, зычно, отражался от стенок так, что было слышно во всех концах, каждому, кто был сейчас в этой толпе planeswalker`ов и членов гильдий. За ним стоял крепкий воин в доспехах, которого я также видел на поле брани: он ещё шинковал всех вековечных острым чёрным мечом направо и налево. Хм, не зря я тогда запомнил его.
Глаза Кассандры округлились, челюсть отвисла. Она схватила меня за рукав, легко дёрнула.
- Это Договор Гильдий!
- Кто-кто? – не понял я, изогнув бровь. Горгона потрясла меня сильнее.
- Кто-кто! Господин Белерен!
В голове у меня слегка щёлкнуло, я почесал затылок, скривившись.
- А, этот… Ника про него как-то вскользь рассказывала, - шёпотом отозвался я, - А чего ты так реагируешь? Что такого?
- Как что?! – шикнула она в ответ, - Он же умер!
- Как видишь, он живее всех живых, - пожал я плечами, а затем весь снова обратился в слух. Пока мы с Кассандрой спорили, на кафедре, среди «героев» тоже шли жаркие обсуждения. Белерен, судя по всему, вместе с громилой за своей спиной, был тут лидером, пытался что-то донести до собрания. Он что-то доходчиво вещал, так что я решил прислушаться лучше:
- Перед нами несколько проблем. Пять, если быть точным. Некоторым из вас они известны, но кто-то прибыл совсем недавно и не успел как следует разобраться в происходящем. Позвольте мне прояснить ситуацию. Первая. Маяк Иззетов привлекает в Равнику все больше ничего не подозревающих мироходцев, рискующих стать новым источником энергии для мощи Никола Боласа…
Никол Болас? Я припомнил картину, что разворачивалась на площади Договора несколько часов назад. Огромный дракон, пожирающий сгустки энергии. Это его имя?
Дракон по имени Колян. В этом есть что-то забавное, если бы не было так грустно.
- Шикарно! Как же вы, дурачье, обожаете играть прямо в лапах у дракона!
- Как и ты, раз приперся сюда!
Словесная перепалка заглушила даже громкий голос Белерена. Мы с Кассандрой со скепсисом посмотрели в сторону говорившего.
Твою мать! Я снова почувствовал чувство охреневшего в конец дежавю, ибо мой взгляд упал на очередное знакомое лицо! Сперва вековечные-«некроны», теперь… этот… Я смотрел точно на того рогатого ублюдка из моего сна, который сбросил меня со скалы! Крупный минотавр в потёртом пиратском сюртуке, обмотанный цепями, возвышался горой над всеми низкорослыми нами, попутно переругиваясь с человеческой воительницей в легких доспехах с перьями, что расположилась неподалёку.
Которая, в свою очередь, в моём сне, пыталась натравить на меня раптора.
Б*я, б*я, б*я. Это что же получается…
Они оба были либо моими галлюцинациями, либо planeswalker`ами. А то, что последнее утверждение имело больший вес, то, значит…
- Дима? Ты чего застыл? – обеспокоенно прошептала Кассандра. Я смахнул пот со лба, который выступил на моей коже, подавил тошноту, что подкатила к горлу.
- Всё нормально, правда. Просто, кажется, я прозрел. Ну или сошёл с ума окончательно.
- Так, хватит пугать меня, - нахмурилась горгона. Её пальцы схватили меня под локоть, а, тем временем, Белерен продолжал вещать:
- … Вторая проблема. Бессмертное Солнце. Как только Маяк призывает мироходцев в Равнику, Солнце задерживает их здесь. В общем, как и Маяк, Солнце надо отключить. Оно неподалеку отсюда — в одной из башен «Нового Права» — под защитой нового главы гильдии Азориус Довина Баана, который, как мы узнали, стал пешкой в лапах Никола Боласа…
- Довин Баан? Это тот мерзкий судья? – скривилась Кассандра. Я лишь кивнул в ответ, унимая попутно дрожь в руках. В моей груди медленно разгоралось пламя.
- Да. Я едва не попал к нему на суд, - пробормотал я отрешённо. При этом не сводил взгляда с громилы-минотавра. До него было шагать недолго. Решимость закипала сильнее. Сжав кулаки, я стремительно начал прокладывать путь через толпу. Я слышал дыхание горгоны рядом, слышал её удивленные вопросы, но не отвечал. Сейчас я двигался к своей цели, не желая ни останавливаться, ни задерживаться. Прокладывать путь было тяжело, все стремились к центру зала, пытаясь вслушиваться в то, что говорил Белерен с кафедры, но мне было плевать, слова я пропускал мимо ушей.
- Ты… - выпалил я, когда оказался рядом с минотавром. Он стоял, скрестив руки на груди, смотря куда-то в сторону, однако всё же обратил на меня внимание. Удивленно смерил взглядом, а затем губы расплылись в улыбке.
- О! Я тебя помню! – пробасил он, - Что, сонный, выжил всё же?
- Ты скинул меня! С обрыва вниз! – прорычал я, сжав кулаки, ощутив злость, что начала кипеть в моей крови. Минотавр изогнул бровь, слегка посуровел.
- Но ты же живой, брат-мироходец. Какие-то проблемы? – при этих словах цепи на его плечах пришли в движение, зашелестели.
- Анграт! Прекрати! – раздался голос, а после этого рядом возникла уже знакомая мне воительница-с-динозавром. Я точно запомнил черты её одежды, доспехов. Смуглая кожа, легкие закрытые доспехи, что защищали руки и все остальное тело, на лбу нечто похожее на диадему с оранжевым камнем посередине… Всё так же, как и было в моём сне! Но, судя по всему, это не являлось сном.
- Что прекратить? Он задал вопрос, а я ответил, ничего такого! – рыкнул рогатый, громко фыркнув широкой ноздрёй, внутри которой полыхнуло пламя. Воительница никак не среагировала, лишь скрестила руки на груди. Оценивающе взглянула на меня.
- А, я тебя помню! – глаза её вспыхнули оранжевым на мгновение, - Сбежавший planeswalker. Прости: я приняла тебя сперва за служку Легиона.
- Стоп, стоп… Оба, помолчите! – я вскинул руки, выставил указательные пальцы на каждого из мироходцев. Минотавр и девушка замолкли больше от удивления, чем от того, что послушались меня. Мысли в моей голове путались, однако я всё же старательно формулировал мысль:
- Где я с вами встречался? Ответьте! Я помню вас, прекрасно помню, но…
- Ты был в моём мире, - отозвалась девушка, прервав меня, - Ты что, не знаешь кто ты?
- Я знаю кто я! Но я не умею ходить по мирам сам!
- Но ты как-то оказался тут, - добавил минотавр, усмехнувшись, - Ты же, брат, мироходец, так?
- Так, - кивнул я, - Но я пытаюсь вам сказать…
- Вот ты и перенёсся сюда! Перешёл, провалился, мне почём знать! – отмахнулся пират. Воительница же покачала головой осуждающе.
- Анграт, нам нужны любые союзники в этом великом городе, а ты ведёшь себя как скотина.
- Слушай, стихоплёт, - огрызнулся рогатый, - Великий город? Это очередная убогая клетка! – недовольно рявкнул громила, скрестив руки на груди. Воительница лишь закатила глаза, вздохнула осуждающе, после чего посмотрела на меня, стоящего всё таким же с растерянным видом.
- Так понимаю, ты ещё не привык к своим силам?
- Нет, - мрачным тоном отозвался я, - Я не знаю, как вообще это делать.
- Да ты и не сможешь сейчас, - отозвалась девушка, - Сила Бессмертного Солнца не даст никому уйти отсюда. Ты же слышал, что сказал мастер Белерен.
- Честно сказать, я его не слушал… - отозвался я бесцветным голосом. Опустил взгляд на свои руки, сжал в ладонях. Холод растекался по моим жилам, энергия клокотала внутри меня ледяным азотом.
Значит, у меня был шанс уйти отсюда? Вернуться назад, домой. А что же теперь? Убогая клетка, где все мы станем жертвами армии мертвецов, пришедшей из другого мира. Кажется, примерно так сказал минотавр, которого звали Анграт. Очень забавная перспектива.
- Не расстраивайся. У тебя всё получится, - произнесла воительница, положив свою руку на моё плечо, - Нам нужен каждый, чтобы одолеть Боласа.
Не воодушевляло. Я посмотрел по сторонам. Белерен всё ещё что-то вещал с трибуны, но слова разлетались эхом, превращаясь в пустой звук для меня. Лишь странный гул, накрывающий со всех сторон, мешающий сосредоточиться. Я зажмурился, покачал головой, а затем решительно убрал руку со своего плеча.
- Я отказываюсь. Это не моя война.
Глаза воительницы округлились, брови взлетели вверх. Анграт довольно оскалился.
- О, брат-мироходец, дело говоришь! Я тоже не собираюсь умирать за ваши идеалы!
- Помолчи! – прервала его воительница, а затем снова обратилась ко мне, - Почему? Мы все должны остановить Никола Боласа! Ты не сможешь вернуться домой! Рано или поздно он придёт в твой мир, если мы все потерпим поражение тут!
Я поджал губы, сжал кулаки.
- Это ваша битва, - отрицательно покачал головой, - А я не герой, чтобы бросаться в неё.
Перед глазами была сцена убийства беззащитной девушки. Как вековечный сжал стальные пальцы на горле, как высосал все силы. Я был рядом, я пытался помочь, но не смог. Кажется, её изломанное тело ещё долго будет мне сниться.
Ах, да… Сны.
Ещё и это. Как можно быть таким идиотом, чтобы не заметить, что ты, мать твою, в другом мире?! За последние часы слишком много потрясений.
- Сестра Уатли, оставь ты его. Смотри как заставила задуматься! – пробасил минотавр, пыхнув струёй дыма из ноздри. Схватил воительницу за руку, потащил за собой. Она недовольно зашипела, попыталась вырваться, дергала руку.
- Эй! Анграт! Прекрати! Я тебе не сестра-а-а-а…
Они пошли ближе к кафедре, а я остался стоять в отдалении от толпы мироходцев. Я нутром ощущал, что от нервов у меня дёргается глаз, как кровь стучит в висках. Холод накрывал широкими волнами раз за разом, но потом начало всё стихать. Грудь больше не сводило, не било изнутри по рёбрам…
- Дима?
Я обернулся, вздохнул. Кассандра подошла ближе ко мне, мягко взяла за руку, обеспокоенно взглянула в мои глаза.
- Всё теперь хорошо, - я попытался улыбнуться, но улыбка явно получилась кислой, - Пойдём отсюда, - потянул горгону за собой. Она недоуменно взглянула на меня, потом на собравшихся.
- Почему мы уходим?
- Потому что это место опасно. Скоро тут будут эти вековечные. Так что нам лучше уйти. Как можно скорее, - я не смотрел на Кассандру, лишь сильнее сжимал её руку. Мы вышли из Собора, двигаясь против хода других planeswalker`ов. Я ловил на нас удивлённые взгляды, слышал какие-то окрики, но не обращал на это внимание. Рассветный туман дымкой лежал на городе, скрывая очертания домов густым молоком.
- Ты знал тех двоих?
- Каких двоих?
- С которыми ты говорил. Минотавр и человек.
Я отпустил Кассандру, опустил голову. Распускать нюни сильнее не хотелось, но горгона прекрасно чувствовала гамму всех моих чувств и переживаний. Неужели меня можно читать как раскрытую книгу?
- Видел. Когда перемещался по мирам, - я пожал плечами, - Глупо считать их знакомыми, да?
- Почему же? Ты же с Никой тоже познакомился не в своём мире, а здесь, - возразила горгона, подойдя ближе. Встала напротив меня, взяла своими руками мои руки, - А здесь вы стали друзьями.
- С тобой тоже здесь, разве нет?
Кассандра отвела взгляд, щупальца её слегка зашевелились.
Так всегда бывает, когда случается переизбыток каких-либо чувств. От осознания этого я сам заулыбался: Кассандру тоже можно читать, как книгу. Главное знать, на какой странице положил закладку.
- Ты считаешь меня другом? – робко произнёс голос горгоны. Я закатил глаза на мгновение, потом кивнул утверждающе.
- Конечно считаю. Почему я должен считать иначе?
Щупальца задёргались ещё сильнее. Кассандра охнула, глупо заулыбалась, но потом взяла себя в руки. Лишь улыбка на её лице всё также сияла. Улыбка горгоны, которая всегда сопровождала меня.
- Нас не любят. Все боятся, ненавидят даже, - произнесла она, - А ты не такой. Я поняла это, когда встретила. Ты был другой, ты не смотрел на меня со страхом или отвращением.
Так. Как-то наш разговор зашёл в совершенно другое русло. Я даже забыл о своих переживаниях и горестях, о том, что вокруг бушует война. Сейчас весь мир сомкнулся вокруг меня и Кассандры. Горгоны, что изливала мне душу.
- Ты не считал меня отвратительной. Это было видно по твоему поведению, твоим словам. Даже по твоему взгляду, - продолжала тем временем Кассандра, моргая своими оранжевыми глазами, - Ты смотрел ясно, а твои мысли и слова были чисты. Ни грамма фальши.
- Ну… Я говорил, что думал, - я совсем засмущался от таких слов, - Почему тебя считают некрасивой и отвратительной? С чего ты это взяла? – провел рукой по её плечу, а потом выше, по гладким шевелящимся щупальцам. Такое странное ощущение, если честно… Кассандра слегка охнула, зажмурилась, но потом поджала губы, словно бы для неё такое прикосновение было необычным.
- Потому что я – горгона.
- Глупо делить всех по расам в мире, где таких рас большое множество, - парировал я, прервав её ответ, - Перестань думать о себе глупости. И носить дурацкий черный платок, когда выходишь куда-либо. Не стесняйся себя.
Кассандра невольно шмыгнула носом. В следующие мгновения она обняла меня крепко, а затем поцеловала меня.
Дежавю, дежавю…
Губы горгоны были влажными, немного горькими на вкус, но поцелуй был проникновенный, открытый, искренний. Он отличался от тёплого и горячего поцелуя дриады, от которого на душе был подъем. Кассандра же целовалась неумело, но старательно. Мои руки скользнули по её платью, провели по спине, спустились ниже… От этого горгона прильнула ко мне сильнее, прижалась всем телом. Не переборщил ли я? Кажется, совсем нет.
- Прости… - шепнула она, прервав поцелуй, попыталась отстраниться, однако я не отпускал её, мои руки так и лежали ниже её талии. Щупальца горгоны дергались, шевелились более хаотично, я чувствовал, как она глубоко и часто дышит.
- За что? За этот прекрасный поцелуй от прекрасной горгоны?
Боги, в другой ситуации мне было бы стыдно за мои слова! Я ощутил себя прямо таким «казановой», способным поразить любое женское сердце. Моё сознание было слишком уверено в себе, дабы робости и скованности вновь занять главенствующее место в моей душе. Чёрт! Я даже говорил слишком уверенно в себе! Да что со мной такое?! Это мне должно быть стыдно!
Правда, все эти мысли вспыхнули у меня потом, когда я вновь прокручивал в голове всё произошедшее. Мы с Кассандрой стояли на углу пустой улицы города, в котором шла настоящая война, целовались, обжимались. Звучит слишком уж киношно, как в какой-то чёртовой мелодраме, разве нет? Но, как ни крути, это было так.
- Нам… надо идти, - прошептала девушка, нехотя отлепляясь от меня. Я также разжал пальцы, ощущая при этом жар, исходящий от моих щёк, а также прилив крови в определённое место моего тела. Вот тут уверенность «казановы» сошла на нет, я снова становился самим собой.
В итоге, мы с Кассандрой вели себя как школьники: не смотрели друг на друга, шли вперед, старательно делали вид, что ничего не было. Неловко.
***
В городе полыхали пожары. Всё чаще со всех сторон слышался грохот, монолитные здания падали, повсюду кипели битвы. Судя по всему, гильдии очухались, попытались контратаковать, поэтому то тут, то там мы натыкались на остатки сражений. Тела в лазотеповых доспехах лежали вперемешку с телами защитников, так что нельзя было понять досконально кто вышел победителем из схватки. Так я впервые увидел Симика: изуродованное тело эльфа, у которого была странная бурая кожа и клешня вместо правой руки. Кассандра пояснила, что идеология гильдии подразумевает под собой постоянное изменение и рост. Я думал сначала, что это имелось ввиду культурное и научное развитие, а оказывается, что они занимались созданием мутантов. Разнообразие жизни? Не хотелось бы прирастить себе третью ногу или же глаз на задницу.
- Неужели они сознательно этим занимаются? – скривился я, осматривая разрубленную пополам женщину с чёрными глазами и рыбьей чешуёй на руках, - Этим они разнообразие пополняют? Ладно, не спорю, но вот какое потомство будет у таких гибридов?
- Они вмешиваются в цикл жизни и смерти, вносят коррективы. Мне не понятна их философия, - пожала плечами Кассандра. Она смотрела на трупы без какого-либо отвращения, попутно ища что-либо полезное для нас.
- Зато так вырастить супер-солдат можно запросто, - отозвался я, вытаскивая клинок из ножен павшего солдата Боросов, которого придавил труп минотавра-вековечного. Топор этого зомби был слишком тяжёл для меня, да и я не смог бы им управляться, а вот с прямым клинком я смогу хотя бы пару выпадов сделать. Лучше, чем ничего, верно?
Рядом раздался очередной громкий заунывный вой, который не предвещал ничего хорошего. Мы с Кассандрой решили ретироваться на соседнюю улицу. Проверять кто там воет себе дороже.
Внезапно я резко остановился на месте. Мысль пронзила мою голову, подобно сверкающей божественной стреле.
- Дима? Ты чего? – раздался голос Кассандры. Я стоял и смотрел на разбитый прилавок, на котором были щедро рассыпаны какие-то порошки. Прищурившись, решил подойти. Палец прошелся по россыпи, на коже налипли мелкие частички. Я понюхал, легко чихнул.
Дубина, что просвистела над моей головой…
Уродливый синий человек с отсутствующим носом…
Яркая палитра запахов разных душных приправ, что окружили меня со всех сторон…
- Это место. Эта улица. Я узнаю, – произнёс я с некой полуулыбкой на лице. Обойдя прилавок, я склонился ниже. Ухватив грязную цепочку, вытащил из грязи медальон. Заулыбался сильнее, смех таки прямо душил меня изнутри, когда я взирал на потрёпанный медальон Груулов, с которым я перенёсся на эту улицу.
Забавно. Кажется, прошло так много времени, а сколько же на самом деле? Я совсем потерял ему счёт.
- Ты появился здесь? – спросила Кассандра, также смотря на то, как я тщательно вытирал медальон носовым платком, что достал из кармана.
- Это первое, что я увидел, когда раскрыл глаза. Первая улица Равники, - усмехнулся я, пряча находку в карман. Зачем? Сам не знаю. Быть может, клептомания разыгралась? Ладно, это всё потом, потом…
- Наверное, тебе было не по себе, – заключила горгона, озираясь по сторонам, - Так понимаю, тут было намного больше жителей, чем сейчас, да? – легко улыбнулась. Я улыбнулся в ответ, пожал плечами.
- Намного. А ещё и Боросы, что пытались меня поймать.
- За что же? – удивлённо спросила Кассандра.
- Видимо из-за того, что я громко орал. Так орал, что они решили записать меня в Груулы и арестовать, - хохотнул я, прокручивая в голове весь тот сумасшедший день с последующими событиями. Да, было весело, сказать больше нечего…
- Здесь ты встретился с Никой, да?
Я немного удивился этому вопросу от Кассандры, повернулся к ней. Горгона стояла рядом, сложив руки перед собой, внимательно смотрела на меня, легко моргая в ожидании ответа.
- Чуть дальше. Когда я бежал от циклопа, дальше по улице, - показал рукой вперед, в сторону сворачивающей улочки.
- Бежал от циклопа? – удивленно спросила девушка. Я пожал плечами.
- Долго рассказывать. Я сразу влип в заварушку тут, если не вдаваться в подробности…
- Из которой сам бы не выбрался!
Мы с Кассандрой резко обернулись, а затем я просиял. С соседнего закоулка уличного медленно вышла знакомая до чёртиков фигурка в чёрном пыльном плаще. Ника чуть похрамывала, сжимала в руках меч, на плече у нее была голубая повязка, туго стягивающая чуть выше предплечья, но на лице была торжествующая улыбка.
- Ника! Ника, черт возьми, ты жива! – закричал я, бросаясь вперед. Заключил в объятья свою мёртвую подругу, чувствуя, как сердце бешено бьется у меня в груди. Услышал вздох, а затем ощутил ответные объятья.
- Я и так мертва, забыл? Со мной всё в порядке. Что, так сильно переживал за меня?
- Не то слово! Где ты пропадала? – я отпустил Нику, отступил на шаг назад. Девушка вернула клинок в ножны, вздохнула.
- Я обеспечивала нам отход.
- Отход? Куда? – не понял я, - О чём ты?
- О спасении. Ты же хочешь спастись?
- Во время войны все хотят спастись, - ответил я, - Но я не понимаю к чему ты клонишь…
- Есть убежище, - отозвалась Ника, скрестив руки на груди, - Мы сейчас направимся туда. Поторапливайся.
- Убежище? Мы с Кассандрой собирались к Голгари…
- К Голгари? – Ника прервала меня, прищурилась. Потом взглянула за мою спину. Горгона стояла подле меня, сверля вампиршу ответным холодным взглядом. Боги, они что, решили выяснять отношения сейчас?!
- Ну… да… - произнес я, встав между девушками сам, - У нас не было другого плана… Точнее, сперва был, но потом там всё поменялось так…
- Ты должен пойти со мной, Дима, - ледяным тоном произнесла Ника. Я давно не слышал такого льда в её голосе. С самого нашего первого дня встречи с ней. Или это просто моё воображение разыгралось?
- Ника… Что за убежище, ты можешь ответить сперва? – отозвался я осторожным тоном, - Куда нам идти?
- Она не пойдёт с нами.
Услышав это, Кассандра слегка зашипела, едва слышно, но так, как она стояла рядом со мной, я это прекрасно слышал.
- Воу-воу, Ника, не горячись. Что стряслось? Почему она не идёт?
- Пусть возвращается к себе, - Ника смерила горгону ледяным взглядом своих мёртвых глаз. Уголок губ у неё слегка дрогнул, словно она нервничала и была на взводе. Я нахмурился.
- Это потому что она горгона? Ты это хочешь сказать?
- Нет, - отозвалась за Нику Кассандра, - Потому что я из Голгари, вот почему.
- И что? Что-то раньше никого не волновало кто в гильдии, а кто безвратный! – начал я терять терпение от идиотизма происходящего, - Нашли место выяснять отношения!
Губы Ники дрогнули, она нервно оскалилась.
- Дима! Ты должен идти со мной! – выпалила она, - Ты… должен!
- Почему? Пока ты не объяснишь ничего – я не сдвинусь с этого места. И Кассандру мы не оставим на произвол судьбы, - скрестил руки на груди решительным жестом. Ника хотела было ещё что-то сказать, но лишь опустила голову безвольно.
- Ника? – произнёс я, испугавшись невольно, что перегнул неосознанно палку. В голову закралась мысль о том, что я был несколько резок, но все они улетучились прочь, когда рядом зазвучал новый голос:
- Хватит ломать комедию, Ника. Ты и так слишком много нашего времени тратишь.
Мы с Кассандрой посмотрели в сторону говорившего. Со стороны, откуда вышла вампирша, показались две высокие фигуры. Длинные плащи, что скрывали телосложения почти до пят, капюшоны. Первая вышла вперед, открыла своё лицо.
Это был бледный вампир со светлыми коротко стриженными волосами, мертвыми белыми, как у Ники, глазами. Клыки чуть торчали с верхней губы, когда улыбка расползлась на лице. Вторым оказался щуплый человек, нижняя половина лица до носа которого была скрыта синим платком.
- Я бы справилась, Лэй, зачем ты влез? – оскалилась Ника, но вампир прервал её повелительным жестом. Потом указал пальцем на горгону, погрозил ей пальцем.
- Не вздумай колдовать, иначе умрёшь быстрее, чем произнесешь хотя бы слово.
Кассандра оскалилась, но потом разжала кулаки. Видимо, готовила своё каменное заклинание. Да, мне эта парочка тоже не нравилась, но сразу же бросаться в драку?
- Товарищи, что происходит? Вы кто? – произнес я, сделав шаг назад, ближе к горгоне, переводя взгляд с говорившего на Нику, потом обратно. Внутри меня всё сжалось. Буквально.
- Ника, а действительно? Может представишь нас? – хохотнул вампир, хлопнув в ладоши, - Действительно: такая неожиданная встреча с объектом, которую мы все долго ждали, а он даже не знает кто мы?
- Какой объект? Вы кто? Ника? Что происходит? – нахмурился я. Вампир, которого назвали Лэем, встал рядом с девушкой, легко похлопал её по плечу.
- Что же, раз наша красавица молчит, я сделаю всё сам, - хмыкнул он, а затем деланно-галантно откланялся, - Я представляю Дом Димиров. Моё имя, как вы могли понять, Лэй. Точнее, вы можете меня так звать, я дозволяю…
Дом Димиров? Гильдия, о которой почти ничего неизвестно. Ну, как неизвестно… Ника мне о них ничего не рассказывала. Я нахмурился.
- И что же?
- А то, что вы, Дмитрий, пойдёте с нами.
- Никуда я не пойду, пошли сами н**уй, - вырвалось у меня. Вампир слегка усмехнулся, сильнее сжал плечо Ники. Та даже не пикнула при этом.
- Судя по всему, это какое-то ругательство из вашего мира, так? – вкрадчиво произнёс он. Ника тотчас же подскочила на месте.
- Лэй! Она же не…
- Какая разница? – отмахнула вампир, тотчас же осаживая её, - Горгона, знает она или нет о нём, нам не нужна, а сейчас в городе столько мироходцев, что это не имеет никакого значения.
Я нахмурился, закрыл собой Кассандру.
- Что тебе нужно? – произнёс я недовольным голосом, - Отпусти Нику.
- А я её и не держу. Ты что, не понял совсем, что происходит? – Лэй изогнул бровь, обошёл вокруг вампирши, которая вжала плечи, пыталась не смотреть мне в глаза, - Неужели этот мироходец такой глупый?
- Лэй, всё не так…
- А! Ты что же, привязалась к нему? Поэтому ты так тянула! – хлопнул в ладоши вампир довольно, - Как и всегда, ты наплела чепухи? Что там было у тебя на этот раз? Точно: про долг, про Кайю, бла-бла-бла… И что же? Ты сама, как дура, всё же привязалась? Ах да, твои ночные отчёты… Хотела раскрыть его потенциал planeswalker`а? У тебя была другая задача.
Вот куда она пропадала ночью постоянно. Внутри меня всё похолодело. Я прошёл чуть вперёд, смотря в глаза Нике.
- Ника. Посмотри на меня, - потребовал я решительно. Вампирша подняла голову.
- Да. Я лгала, - произнесла она, - Но не во всём. Я действительно была в Орзовах, да, у меня был перед ними долг, но его не простили… Его выплатили за меня.
- Кто? Кто выплатил? – пробормотал я.
- Дом Димиров. Моя старая гильдия. Моя нынешняя гильдия.
В этот момент на щеке Лэя вспыхнуло голубое пламя. Оно расползлось от глаза чуть вбок, пошло линиями, растекаясь в символ гильдии. В итоге проявилась чёрная татуировка стилизованного паука с глазом посередине. Ника закрыла глаза. Из правого глаза скатилась вниз слезинка, исчезая в легкой голубой вспышке. Щека девушки украсилась такой же магической чёрной татуировкой.
Мои страхи. Мои опасения. Мои подозрения. Всё оказалось верным?
- Шпионка, - хмыкнула Кассандра за моей спиной. Ника никак не отреагировала на это, смотрела точно на меня. Вторая слеза прокатилась по щеке.
- Ты лгала мне, - произнёс я утвердительным тоном, - А я, дурак, поверил.
- У тебя не было выбора. Без меня бы ты погиб, - отозвалась Ника, сделав шаг вперед, - Каждый бы погиб на твоём месте.
- Зачем это всё? Ах да, как ты там говорила… - я нервно улыбнулся, - Экспансия? Новые жизненные пространства для гильдии? Смешно: ты обманула меня, сказав правду. И про Кайю всё бред, про этот долг…
- Согласись: неплохо придумано! – отозвался Лэй, довольно похлопав девушку по плечу, - Она всегда была выдумщицей. Сказочница, каких поискать, и ведь даже не подкопаешься! До своей смерти она ни разу не прокололась…
- До своей смерти? И как же ты умерла? – я обратился к Нике. Она поджала губы, вздохнула.
- Меня раскусили. Сборщик податей Орзовов, в котором проснулась Искра, понял мои намерения, а затем задушил меня. Очень глупая смерть, - произнесла Ника. Сжала пальцы на руках, вздохнула, - Я очень хотела жить, поэтому… Стала такой. Я могу чувствовать Искры в душах мироходцев, могу различать их. Поэтому, потом мой долг выплатили за меня, чтобы вернуть из Орзовов.
- Искра… Тебе нужна была его Искра? Моя тоже?
- Не ей, - прервал наш разговор Лэй в очередной раз, - Нам. Знаешь, мироходец, твоя Искра – очень ценная вещь. Сгусток энергии, способный генерировать магию в больших количествах. Но не всегда стоит поступать так радикально, мы же не дикари… - он развёл руками, - Ты можешь согласиться работать на нас. Поверь: способности planeswalker`а, при должно использовании, могут принести большую пользу!
- Поэтому ты заставляла меня практиковаться в магии, так ведь? – угрюмо спросил я у Ники. Вампирша, казалось, стала ещё бледнее, но на лице не дрогнул ни единый мускул.
- Да. Я хотела пробудить сильнее твою Искру, чтобы ты мог открывать проходы в другие миры, Дима, - ответила она, смотря точно мне в глаза. Я криво усмехнулся.
- Поздравляю тебя: во сне я попадал в другие миры, только сам этого не осознавал.
Глаза вампирши округлились от удивления, но она ничего не успела сказать. Во мне слишком много всего накипело за этот день. Предательство стало последней каплей, переполнившей чашу моего терпения.
- Да! Я шагал по мирам! Только все-равно штука дракона из портала не даст никому уйти отсюда больше! – я развёл руки в стороны, - Огромная, мать его, клетка, где все planeswalker`ы попали в ловушку! И что теперь? Вы вырежете мою Искру, как эти синие скелеты? Замечательно, просто замечательно! Заодно вся Равника полна мироходцами, берите кого хотите! Вот как вам повезло, ребята, разве нет?
- Дима… - произнесла Ника, но я прервал её жестом. Теперь мои глаза метали ледяные молнии, поражающие всё вокруг.
- Ну а ты, Ника, молодец. Ты выполнила свою задачу. Только, ответь мне… Почему ты так нянчилась со мной? К чему это вся комедия была?
- Ты должен был сам согласиться с нами работать, - отозвалась она, - Я не хотела твоей смерти!
- Почему же? Что я такое сделал? Ух ты! Добыча, которую ты привела, нужна живой? – продолжал я, сверля вампиршу взглядом, - Ты хотела меня этим всем купить? И как ты себе представляешь все? Ой, Дима, я тут тебе чуть-чуть наврала, я служу Димирам, хочешь со мной? Тьфу ты! За**ало это всё!
- Дима… - произнесла было Ника, но Лэй прервал её.
- Ты всё сказал? Так понимаю, идти ты с нами не хочешь. Что же, я так и думал, что будет подобное, - повернулся к своему товарищу, который до сих пор безмолвствовал, - Горгону в расход, мироходца забираем.
- Х*й вам!
Вопль вырвался из моей груди. Я оттолкнул Кассандру назад, взмахнул руками. Лёд сорвался с моих замёрзших кистей, взвился вверх, огромной стеной отделяя нас от троицы агентов Димиров. Лэй хмыкнул, отпрянул с Никой обратно, а их безымянный приятель даже не сбавил скорости. Прямо на моих глазах его тело рассыпалось на части, в стороны взвились быстрые черные птицы. Тенями они устремились вверх, облетая мою тающую стену. На такое я не рассчитывал.
- Беги! – крикнул я Кассандре, выхватывая клинок, а левой рукой пытаясь колдануть ещё что-то. Враг собрался в фигуру рядом с нами, птицы вились вокруг. Я выставил клинок плашмя, почувствовал сильный удар. Нападающий с синим платком на лице молча ударил, лёгкий меч скользнул по моему лезвию. Я отпрянул назад, едва не выронил оружие из рук. Помня уроки фехтования, я начал отступать, видя, что остальные противники пробиваются через мою стенку. Вокруг димира кружили птицы, он медленно наступал, занося свой клинок для удара.
Мгновение – и фигура распалась в новую стаю, что отлетела в сторону. Враг появился рядом, попытался пырнуть меня, но я уклонился, с торжествующим рёвом опустил лезвие на его незащищённый бок…
Крылья птиц ударили по моим рукам, по щекам и носу. Я закашлялся, отпрянул, клинок рубанул пустоту: тело распалось на множество пернатых.
- Дима!
Кассандра, чёрт возьми! Я велел ей убегать, а она даже не думала этого делать! Горгона подхватила клинок, подбежала ко мне. Щупальца её дёрнулись, она резко повернулась: рядом с ней из дымки выпрыгнул Лэй. Вампир оскалил зубы ударил длинными когтями. Кассандра охнула, отпрянула в сторону, держась за щёку.
- Нет! – крикнул я. В моих руках был холод, я швырнул в сторону Лэя ледяной осколок. Вампиру пришлось отойти в сторону, отвлечься от горгоны. Только ей не удалось накопить магической энергии для окаменения: рука Ники схватила её за щупальца, дернула на себя. Вампирша приставила к горлу Кассандры нож.
- Дмитрий, прекращай! – рявкнула она, - Сдавайся, или я убью её.
Сердце моё забилось сильнее. Я опустил клинок в бессилии. Я не мог подвергать Кассандру опасности, а Ника прекрасно это знала.
- Зачем это всё? – хмыкнул Лэр, возвращая оружие в ножны, - Убей и выпей её кровь, в конце концов. Она нам не нужна…
Положение казалось безвыходным. Я замер, смотрел в мёртвые глаза своей бывшей подруги. Ника замерла на месте, рука с ножом чуть дрогнула, лезвие коснулось шеи сильнее.
Но тут раздался топот множества ног. Вампирша резко развернулась, пихнула горгону на землю, парировала удар выбежавшего из тумана бойца с щитом. Закованный в броню рыцарь наступал на Нику, совершал замахи, стремясь снести голову противнице. На щите бойца было выгравировано гигантское древо Конклава Селезнии.
Из тумана вынырнул ещё один, потом ещё и ещё. С десяток солдат занимали улицу. Лэй зашипел недовольно, накинул на голову капюшон, бросился прочь, его товарищ тотчас же распался стаей чёрных птиц. Ника, уворачиваясь от выпадов и рубящих ударов, ставя магические щиты, также отступила, чёрной тенью скользнув в проулок.
- Отставить! Не преследовать!
Селезнийцев, по итогу, оказалось всего шестеро: пять рыцарей и командир, который вышел последним из тумана. Моя челюсть отвисла от удивления.
- Мисс Грита?? – охнул я, видя знакомый хвост рыжих волос.
- О, не обманул, зараза! – отозвалась она вместо приветствия, сияя довольной улыбкой, - Успели вовремя! – взглянула на меня, а затем осеклась, - Это… ты?
- Да, я, госпожа Грита, - кивнул я, улыбнувшись. Девушка хмыкнула, подошла ближе ко мне, а затем протянула руку для приветствия. Я кивнул, сжал стальную перчатку, легко потряс руку.
- Вот совпадение, - покачала она головой, - Не думала, что встретимся в таких обстоятельствах.
- Как вы нашли нас? – спросил я, попутно подходя к Кассандре. Помог ей подняться, помог отряхнуться. Горгона мягко отмахивалась, мол, всё нормально.
- Наша разведка подсказала, - отозвалась селезнийка, возвращая клинок в ножны, - Мы собираем всех выживших, убежище предоставляем…
При слове «убежище» меня перекосило, я слегка скривился.
- Как идут боевые действия? – поинтересовался я, - Всё плохо?
- Ужасно, - пожала плечами рыжая, - Армия захватчиков везде, нас отрезали от наших территорий, мы не можем соединиться с силами Конклава. Это все, кто остались, от моего отряда - рукой обвела всех собравшихся вокруг, - Мы решили забаррикадироваться и помогать всем, кого найдём.
- Вот даже как, - вздохнул я, - Ну что же, нам помогли.
- Как вы оказались тут? – прищурилась Грита, - Безвратный человек и горгона из Голгари?
- Не «горгона из Голгари», а Кассандра, Грита, - недовольно уточнил я. Горгона слегка вздрогнула, встала рядом со мной, с опаской поглядывая на собравшихся вокруг селезнийцев, машинально прикрывая метку гильдии на своём плече, - Неважно как мы тут оказались, важно то, что мы выжили. Да, кстати, Кассандра, это Грита – дружинница гильдии Селезнии. Моя соседка.
- Очень… Приятно, - отозвалась моя подруга, слабо улыбнувшись. Грита лишь хмыкнула, но всё же кивнула в ответ. Махнула своим людям рукой, веля разворачиваться.
- Идите между нами, тут недолго, дворами пройдём, - отозвалась она, вытаскивая клинок из ножен, - У нас доспехи, а вам может не поздоровиться в случае нападения.
Спорить не стали, покорно встали в своеобразную когорту. Селезнийцы сгрудились вокруг нас, подняли щиты, так что мы с Кассандрой оказались полностью защищены. Раздался командный оклик Гриты, после чего ритмичные шаги заполонили пространство вокруг. Мы шагали с ними в такт, слыша только бряцанье доспехов и скрежет стали. Селезнийцы молчали, не переговаривались даже между собой. Это молчание пугало, настораживало, морально убивало. Хотя я и так был полностью опустошён.
Ника использовала меня, я для неё был расходным материалом. Расходной Искрой.
Да, истина бывает пугающей. Правильно говорил Пэр: иногда вопросы могут вызвать много новых вопросов, если начинаешь задавать их, то восприятие о ближнем изменяется. И не всегда в лучшую сторону.
Совсем не в лучшую сторону.
Мне хватило бы одной мысли о том, что Ника меня сдала. Но подробности сделали этот моральный удар ещё сильнее.
Кассандра молчала, просто шагала, смотря себе под ноги. Она явно тоже была подавлена, находилась в некоем смятении. Слишком много выпало на её долю сегодня, как и на мою.
Внезапно рыцари остановились, поставили щиты. Мы с горгоной встревоженно начали озираться, но раздался глас Гриты:
- Мы пришли! Расступиться!
Дружинники послушались, быстро разошлись в стороны. Моему взгляду предстала до боли знакомая обшарпанная улица с низкими однотипными домиками. Улица, к которой я успел привыкнуть, которую изучил вдоль и поперёк.
Место, которое я теперь хотел забыть.
- Добро пожаловать домой, - произнесла Грита, показывая рукой на наш многоэтажный дом с заколоченными окнами.
Осада
Наш дом представлял собой весьма печальное зрелище. Прошло совсем немного времени, но тут уже всё поменялось, далеко не в лучшую сторону. То тут, то там валялись лазотеповые тела, которые замерли уже навсегда. Было видно, что их стаскивали в кучи, они не валялись разрозненно. Зачем? Зачем заниматься бесполезной работой во время боевых действий?
Слишком много вопросов, слишком много, а я слишком устал и морально и физически, чтобы искать на них ответы. Строй расступился, пропуская нас вперед, Грита повела дальше лично, к раскрытым дверям нашего родного подъезда. Ни одна гоблинская душа не являла свой лик, даже ни одного намёка на зеленокожих тут больше не было: даже норы их были зарыты или забиты щебнем и камнем.
- Куда все делись? – спросил я. Рыжая обернулась, взявшись рукой за поручень лестницы, ведущей наверх.
- Сбежали, как только началась заварушка, - отозвалась она, пожав плечами, - Впрочем, так даже удобнее: меньше мороки, чище воздух.
Да, точно: с уменьшением гоблинского поголовья, в доме стало действительно чище, если не считать разбитых стен и осыпавшейся с потолка штукатурки. Судя по всему, столкновение с врагом шло в нашем предбаннике: следы крови, пыльных сапог, брошенное сломанное оружие. Тел только не было, но я помнил картину снаружи: их убрали в первую очередь.
- Грита. Почему этот дом? – произнёс я, поднимаясь на следующий пролёт, проходя мимо раскрытых настежь дверей брошенных квартир, - Из-за того, что тут ты живешь?
- Это не основная причина, - девушка схватилась за ручку двери. Замок полыхнул зеленым пламенем, внутри щёлкнуло, - Его удобно оборонять.
- Поэтому у тебя и осталось всего пятеро? – заметила Кассандра, которая всё это время безмолвствовала, шагала подле меня. Грита нахмурилась, сжала кулаки.
- Горгона, не нарывайся.
- Грита, хватит, - произнес я, вставая между девушками. Настроение у меня было поганее некуда, а портить его ещё сильнее не хотелось новыми разладами и спорами, - Успокойтесь обе, пожалуйста, - посмотрел на Кассандру, - Мы сейчас все заодно. Грита решила, что он хорошо подходит для обороны. Пусть подходит, пусть…
Усталость наливалась новыми волнами, уносила сознание прочь. Я был морально разбит, повержен, хотя пытался храбриться и скрывать это как можно дольше, однако, ввиду обстоятельств последних, сделать это было сложно.
- Ладно, не буду спорить, - согласилась горгона. Она мягко взяла меня за руку, а затем повела вперед, в квартиру Гриты, которая, как оказалось, стала центром этого маленького очага Сопротивления. Селезнийка проводила её пристальным подозрительным взглядом. Рука, которая легла на рукоять меча в ножнах, расслабилась, но ни я, ни Кассандра этого не видели.
Как оказалось, помимо отряда Гриты, некоторые жители нашего дома также пополнили ряды защитников Равники. В просторном зале, который очистили от мебели, находился штаб и полевой госпиталь одновременно. Я ни разу не видел квартиры Гриты до начала войны, так что теперь об изначальном убранстве приходилось лишь догадываться. На моих глазах эльфийка в грязном и потрепанном зеленом платье приводила в чувство израненного бойца отряда Гриты. Бедняга лишился руки, доспехи отсутствовали ниже локтя, на нагруднике были вмятины, правая нога была под импровизированной шиной в виде лоскутов из занавесок и длинных жердей. Молодой парень кусал губы, сдерживал стоны боли, на что эльфийка что-то шептала, промывая окровавленную культю тряпкой, едва удерживая её в дрожащих руках. Под глазами у нее были глубокие тёмные мешки, вид был осунувшийся, измождённый.
- Воды, дайте ему воды!
Из соседней комнаты высунулся высокий мужчина в красных обтягивающих одеяниях. Натянув на голову рогатый шлем культа Ракдоса, он вытащил бурдюк с водой, сел рядом с раненым. Паренёк открыл глаза, начал жадно пить, не обращая внимание на то, что часть воды проливалась.
- Элла, ну как он? – произнесла Грита, останавливаясь возле стола. Эльфийка тяжело вздохнула.
- Плохо дело: заражение не остановилось. Быть может пойдёт и дальше по руке, я не знаю…
- Ты должна знать! Ты лекарь!
- Я и так истратила все свои силы! – чуть ли не плача отозвалась девушка. Было видно, что на её щеках были засохшие дорожки слёз, - Я делаю всё, что могу… - посмотрела на мужчину в красном, - Робос, принеси ещё воды, нужно снизить жар.
- Послушай лучше меня: отдохни, говорю в который раз уже, - фыркнул Робос, трогая тонкими костлявыми пальцами лоб раненого, покрытый холодной испариной, - Я уже предлагал сделать из него отличную жертву! Чем не план? Он так и так не жилец.
- Никто не будет делать смертников из членов моего отряда! – зарычала Грита, замахнувшись кулаком на долговязого, - Боритесь за его жизнь, чёрт побери!
Мы с Кассандрой взирали на это действо, молчали, не вмешивались. Каждый из них тянул одеяло на себя, пытался сделать то, что должен. Сколько они так смогут продержаться? Хотя, несколько забавно наблюдать за тем, как гильдейцы с диаметрально противоположными взглядами пытаются сделать одно и то же дело.
Взгляд эльфийки скользнул по мне, потом задержался на Кассандре. Девушка вздрогнула, прикрыла рот рукой: всё же заметила нас. Культист также повернул голову, криво усмехнулся.
- О, новенькие, - пробормотал он, кисло улыбнувшись.
- Вы можете помочь? – произнесла Элла усталым голосом, - Вы владеете целительной магией?
- Я могу попробовать, - отозвалась Кассандра. Шелестя щупальцами, она подошла ближе к раненому, присела рядом с ним. Я молча наблюдал за тем, как горгона внимательно осматривала гноящуюся рану, отвернулся. Зрелище меня удручало…
- Дмитрий? И вы тут?
Знакомый голос. Я изогнул бровь, а потом протянул руку Пэру. Ведалкен же выглядел бодрым, свежим, держал в руках какую-то коробку. Наверняка из числа тех, что я видел у него дома.
- Да, рад снова тут оказаться. А вы как же, помирились с Гритой? Как вам удалось? – усмехнулся я. Иззет пожал плечами.
- Когда у нас одна большая проблема – о распрях лучше забыть. Так с мисс Гритой у нас и вышло: вместе работать выгоднее. И да: в таких ситуациях, как нельзя лучше, подходит мой изобретательский характер, так что выгоды от нашего перемирия ей на руку.
- Что вы имеете ввиду? – я не понял такой резкий переход темы с одного на другое, но тому, видимо, было так удобнее излагать свою мысль. Ведалкен ухмыльнулся, поставил в грязное кресло свой ящик, демонстрируя мне содержимое.
- Это… лампы? – я приподнял одну бровь.
- Со всего дома, - Пэр провел пальцем по стеклянной поверхности иззетовской лампы, внутри которой булькало и пенилось, - При должном обращении с ними и регуляции энергии внутри, из них получается отличное оборонительное действо!
Видя мой отсутствующий взгляд, ведалкен вздохнул, поправил очки, понимая, что я его не понимаю. Что же, осознание такого уже хорошо. Он накрыл тряпочкой свои труды, отряхнул руки.
- Ладно, неважно, мой друг. Я рад, что вы выжили в этой вакханалии.
- Я… тоже рад этому.
- А где мисс Ника? – прищурился Пэр, скрестив руки на груди. Услышав это, я сжал кулаки, поджал губы недовольно, сдерживая эмоции внутри. Упоминание о предательнице ещё срывало мне крышу, но главный момент уже ушёл, я смог сдержать себя.
- Отстала. Сюда она не вернётся, - ответил я, рубя слова недовольно, с плеча. Отвел взгляд от ведалкена, который понимающе кивнул.
- Что же, соболезную… Вторая смерть.
- Смерть? О, нет, - процедил я, - Она жива. Точнее, мертва, как и раньше.
- Поясните, - Пэр поправил сползшие очки, весь обратившись во внимание.
- Я просто задал ей вопросы. Ответы разрушили всё представление о ней. Как вы и предупреждали, мистер Пэр. Мне надо было прислушаться к вам.
Ведалкен помолчал, пожевал губы.
- Что же… - вздохнул он, - Это прискорбно, Дмитрий.
- Очень прискорбно. Не буду мешать вам, творите, - недовольно отозвался я. Ярость клокотала внутри меня, появилось желание пнуть ящик с лампами, растоптать, доломать окончательно стол, выбить дверь ногой, пинать, пинать…
Ника, чёртова с*ка! Ненавижу!
Я вихрем пролетел по комнате, не обращая ни на кого внимания, вышел из квартиры Гриты, побежал по лестнице вверх. Безмолвный дом сужал вокруг меня свои стены, грозился обвалиться, темнота окружала, сгущалась.
Но вот справа показалась знакомая дверь. Рывком отворив её, я шагнул в коридор.
В квартире Ники стояла тишина, в прихожей лишь покачивалась дверца раскрытого шкафа. Отворив его, я с гневом схватил её картуз, швырнул на пол. Следом полетели вешалки, ботинки, сапоги, шапки и шарфы.
Я не понимал ничего, я просто ломал, рвал, швырял. Схватив нож, я вспорол подушку на диване, расшвырял перья по сторонам.
Предательница.
С хрустом разбилась ваза, которую я швырнул в стенку. Следом полетело фарфоровое блюдце из разломанного серванта. Ударив рукой по столешнице, я громко выругался, схватился за кисть… Выхватив клинок с ножен на поясе, в отчаянье рубанул по дереву, откалывая крупные куски. Рубил, еще раз рубил…
Она лгала мне в лицо. Плела интриги!
Я рухнул на колени в гостиной. Клинок выскользнул из ослабевших пальцев, слабо звякнул, подняв перья из разорванной подушки вверх. Закрыв лицо руками, я зарыдал. Никогда мне ещё не было так больно и обидно.
Меня просто использовали.
Слезы текли по щекам, капали вниз. Я шмыгал носом, чуть сопел, но сдерживаться было трудно. Мне не было стыдно за мои слёзы, я просто слишком долго держал всё в себе, а эта разрядка подходила лучше всего.
А я ведь полюбил её.
Сейчас я осознал, что Ника была мне больше, чем просто спасительницей.
Слезы капали на грязный ковёр, щёки мои полыхали. Я не издавал рыданий более, лишь слабо хлюпал носом, уставившись вниз. Перед глазами было лицо вампирши, к которой я испытывал чувства.
Да! Это было так!
ДА, ЧЁРТ ПОБЕРИ!
- Ты не мог этого знать. Никто не мог.
Голос Кассандры. Я ожидал, что она придёт, но не думал, что так скоро. Я вытер рукавом лицо, вздохнул. Всё так же сидел на коленях, спиной к горгоне, которая, кажется, была у дверей в гостиную. В окне я мог видеть дымные столбы, что поднимались в небо Равники, также кипящее в огне битвы.
- Ты так быстро… А как же раненый?
- Будет жить. Пока что. А ведалкен сказал где тебя искать, - произнес голос. Я усмехнулся, вытер нос.
- Почему ты думаешь, что я не мог знать о сущности Ники?
- Потому что ты был потерян. Как маленький ребенок. Она спасла тебя, вот ты и не мог думать о ней плохо… - руки Кассандры легли на мои плечи. Приятное тепло разлилось по моему телу, вниз к груди.
- Сперва у меня были опасения, - отозвался я, прикрыв глаза, погружаясь в темноту, слыша стук своего сердца, - Самое смешное, что я действительно считал, что она меня хочет сдать какой-либо гильдии. Но она вытащила меня снова… И снова… И снова.
- И это хорошо, - произнесла Кассандра. Я развернулся к ней лицом, встал на ноги, так что теперь мы смотрели друг на друга. Горгона чуть моргнула, её щупальца мягко зашевелились, пальцы мягко обхватили моё лицо.
- Что в этом хорошего?
- Потому что ты не потерял веру в то, что окружающие желают тебе добра, - произнесла Кассандра, мягко поглаживая меня. От этого у меня что-то закружилось в животе. Я слегка подался вперед, от чего коснулся носа горгоны своим.
- Ты желаешь мне добра? – прошептал я. Кассандра мягко кивнула, а затем легко поцеловала в губы. Потом ещё раз. Щупальца её зашевелились активнее.
- Ты слишком добра ко мне, Кассандра, - я засмущался от таких действий с её стороны, но не отстранялся. Горгона прижалась ко мне всем телом, обнимая меня. Я обнял её в ответ, чувствуя, что буря в душе начинает потихоньку утихать.
- Я не хочу, чтобы ты убивался. Найди в себе силы принять то, что случилось. Расслабься… - шептала она мне на ухо. Руки её взяли мои руки, спустили ниже, заставляя меня лечь на её ягодицы. Мои пальцы сразу машинально сжались, заставляя Кассандру тихо застонать.
- Кассандра? – пробормотал я, сглотнул ком в горле. Горгона вновь поцеловала меня, уже с большей пылкостью.
- Ты вернул мне веру в саму себя, - произнесла она, - Теперь тебе нужно сделать это для себя.
Сладкое прерывистое дыхание девушки не могло не настраивать на нужный лад. Мои руки уже жили своей жизнью, задирали подол её платья, но Кассандра не противилась этому, даже наоборот… Сделав на мгновение шаг назад, разлепив наши объятья, она медленно начала расстегивать рубаху на моей груди. Я стоял весь красный, отводя взгляд в смущении.
- Что-то не так?
- Ну… эм… Всё хорошо, - только и смог выдавить я из себя.
Кассандра довольно кивнула, а затем её правая рука плавно стянула сперва одну лямку платья, потом вторую. Ткань легко прошелестела, упала вниз к ногам.
Улыбка горгоны прочно запечатлелась в моём сознании.
***
- Итак, мы влипли.
- Что стряслось?
- Вот что случилось! Разведка вернулась, смотрите что…
Голоса раздавались совсем рядом. Я поднял голову, сонно потянулся. Мои руки ещё обнимали Кассандру, которая лежала рядом, едва прикрытая простынёй. Дабы её не разбудить, аккуратно стянул одеяло с себя, прикрыл девушку. Горгона что-то пробормотала, заёрзала, попыталась обнять меня, но вместо этого я сунул подушку вперёд.
Голоса раздавались точно рядом с нашей дверью. Завернувшись в полотенце, которое я нашёл на дверце шкафа, пошлёпал по коридору, по разбросанным вещам.
- Немыслимо!
- Этого быть не может. Как такое вообще могло тут оказаться?
- Мисс, держите себя в руках, только не вздумайте падать в обморок!
Голоса были знакомые, но после сна и бурного времяпровождения, я немного туго воспринимал информацию. Только в голове стучала тупая мысль о том, что мне надо выйти и потребовать объяснений.
Что, собственно, я и сделал. Пинком отворил дверь, я широко зевнул, деловито опёрся о дверной косяк, мутным взором взирая на собравшихся.
- Так. Чего шумим?
Моему заспанному взору открылась целая делегация. Мистер Пэр со скрещёнными на груди руками, стоявший у стенки, опираясь на неё спиной, дружинница Грита, что держала что-то в руках, а также графиня Джелайра, которая охала, опиралась на свою клюку, отчаянно махая перед собой черным веером, чуть закатывая глаза. Увидев меня, троица тотчас же замолкла, графиня даже перестала обмахиваться.
- Вы? Что вы тут делаете? – пробормотала она.
- Если не забыли – я тут живу, - буркнул я, подтягивая полотенце, дабы оно не спало вниз. Сознание начало ко мне возвращаться, я начал осознавать, что зря вышел в таком виде.
- Нет, тут живет мисс Ника. Где она сейчас? – упрямо отозвалась Джелайра, но Грита прервала её жестом.
- Графиня, это сейчас не важно. Важно вот это, - она потрясла в воздухе какой-то чёрной пластинкой, - Попросите помощи у гильдии, уж вас то точно не оставят на произвол судьбы!
- Простите, мисс Грита, но вы знаете, что графиня скорее удавится, чем заплатит больше положенного, - крякнул ведалкен, недовольно сверля взглядом женщину. Та тут же нахмурилась, насупилась, сразу же убрала со своего лица вид умирающего лебедя.
- Да как вы смеете?! – она сложила свой веер, отвела руку в сторону тут же. Пэр хмыкнул.
- Вы что же, откроете портал только ради того, чтобы проучить меня? Вы серьезно?
- Да что происходит?? Объясните уже! – не выдержал я, прикрикнув на всех спорщиков, вновь заставляя обратить внимание на меня. Грита кашлянула, продемонстрировала то, что было у неё в руке.
Да быть того не может! Тут было треснутое стекло, царапины, сколы, но я точно уверен, что, чёрт побери, в Равнике не может быть второго смартфона!
- Вы… Вы где это взяли?! – выдохнул я, тотчас же потянувшись к своей вещи, но селезнийка тут же убрала руку с телефоном в сторону.
- Глава нашей разведки предоставил нам это магическое устройство, дабы мы могли увидеть масштаб всей опасности, что на нас надвигается, - гордо произнесла селезнийка.
- Глава вашей разведки? – я поднял бровь, - Он, случаем, не гоблин?
Теперь настал черёд всем остальным удивляться. Грита посмотрела на меня с удивлением.
- Откуда ты знаешь?
- Потому что этот на смартфон я выменял у этого гада медальон Мэлоди! – рявкнул я. При этих словах Грита ойкнула, едва не разжала пальцы. На глазах удивлённых участников этого импровизированного собрания, я успел ловко подхватить замызганное устройство, поднёс его ближе к себе.
Чёртов гоблин поиздевался над телефоном очень серьёзно: живого места нет, налипшие куски какой-то грязи, соплей, волосы торчат в динамике. Даже было мерзко держать его в руках, но я стерпел, нажал на сенсор. К удивлению, он работал, и моему взору открылся видеофайл. Я ткнул на «плей».
Шум, гоблинский гомон, шипение. Динамик хрипел, но передавал звук. На треснутом экране я видел крыши домов, синее небо над Равникой. Но картина омрачалась огромным гигантом, который возвышался почти до небосклона. Это было чудовище из портала: его выдавала синяя лазотеповая броня вековечных. Голова у него была в виде огромной кобры с раскрытым капюшоном, глаза навечно застыли в чёрных провалах. В когтистых лапах гигантский вековечный держал копьё длиною несколько метров, конец которого был увенчан двузубцем в виде изогнутых рогов Никола Боласа. Тело, помимо лазотепа, было покрыто золотым нагрудником, который блестел в лучах солнца, что выглянуло в этот момент из-за туч.
- Х*я себе, - выдавил я из себя. Видео длилось почти минуту, потом прервалось. Грита кашлянула.
- Магическая дощечка запечатлела этого монстра. Гоблин говорит, что скоро может быть здесь.
- Это далеко отсюда?
- Ближе к центру, где портал.
- Мда, понятно, - отозвался я, подтягивая полотенце, которое снова начало сползать. Видя это, ведалкен криво ухмыльнулся, захихикал, но больше ничего не говорил.
- Что понятно? – отозвалась обеспокоенная графиня, - Что вам понятно, молодой человек?
- То, что вам надо попросить гильдию о помощи! – прорычала Грита, развернувшись к Джелайре, - Вам что, не дорога ваша жизнь?
- Если бы не была дорога – я не платила бы за неё сотни зино!
- Ну так просите помощи! Что вы теряете?! Идет война, нужно выложить все ресурсы для победы! – не сдавалась Грита. Но жадность Орзовов раскрывалась во всём своём великолепии.
- Я не могу этого сделать! В моё распоряжение не могут привести войска! – нахмурилась она.
- Потому что за это придётся заплатить дополнительно, - вставил своё замечание Пэр, что взбесило графиню ещё сильнее.
- Тебе не понять этого, синекожий! Ты думаешь лишь о сегодняшнем дне, а нужно думать о будущем!
- Если не думать о сегодняшнем дне – будущего не будет, - хмыкнул Пэр, в его голосе прозвучала сталь, - А вы, графиня, не прикрывайтесь громкими словами. Просто скажите, что зажали свои деньги.
Широко раздувая ноздри, Джелайра хотела было взмахнуть веером, но Грита ловко перехватила её запястье.
- Успокойтесь! Нам не хватает новых разборок!
- Грязный иззет!
- Жадная орзова!
Голоса раздавались со всех сторон, а я забвенно тыкался в телефоне. Поразительно! Не смотря на все увечья, он работал, да и батарейка была заполнена, если верить индикатору на треснутом дисплее. Как зеленокожий смог это провернуть? Впрочем, неважно. Я пролистал галерею, наткнулся на десятки и сотни смазанных фотографий и видео. Он научился и с камерой сам управляться, ужас какой!
Одно из последних видео, перед пришествием вековечной гигантской кобры, запустилось по моей команде. Я с удивлением взирал на происходящее в переулке с агентами Дома Димиров. Видео прервалось, когда я отпрыгнул в сторону, изображение перекосилось. Так что же, нас всё это время снимали со стороны?
- Эй! Верните мою вещь! Мне нужно ещё выследить того страшилу!
Мерзкий громкий голос. Я скрипнул зубами, повернулся в сторону лестничного пролёта, где был Краг собственной персоной. Гоблин поправлял крылатый боросовский шлем на голове, который был чуть великоват для его головы, важно вышагивал в каких-то красных сапогах, поднимаясь выше. Заметив меня, он замер.
- О, колдун! Так это правда был ты??
- Да. Я. Ты что сотворил, гадёныш? – прорычал я, потрясая смартфоном в руке, - Ты что сделал с телефоном?!
- Попрошу без оскорблений. И верни мою дощечку, колдун, давай-давай, - потребовал Краг, насупившись. Поколебавшись, я всё же вернул устройство обратно. На руках остались липкие и вонючие следы, которые я вытер о полотенце. Краг, с самым довольным видом, засунул телефон в нагрудный карман, похлопал ладонью по нему.
- А я думал, что ты там и сгинул.
- Аналогично думал про тебя, - прищурился я, - Ты бросил меня.
- Издержки договора, - гоблин пожал плечами.
- Ты не вывел меня! Следовательно, гони назад мой телефон! – рявкнул я, чем привлёк внимание гильдейских спорщиков. Гоблин нахмурился, сделал шаг назад.
- Сделка есть сделка, колдун! Поздно уже!
- Так, что тут у вас? – между мной и Крагом вклинилась Грита. Смерила взглядом «главу разведки», - Ты вовремя. Краг, как давно ты запечатлел того гиганта?
- Около получаса назад, - тотчас же вытянулся по струнке гоблин. От такой реакции я изогнул бровь, посмотрел на этого заморыша скептическим взором, но промолчал, - С ним ещё полно страшил синих!
- Что же… - селезнийка задумалась, - Продолжай в том же духе. Бери своих бойцов, проверьте другие улицы. На случай, если нам придётся бежать отсюда.
- Слушаюсь, босс! – козырнул Краг, а затем вприпрыжку бросился вниз. Раздались гоблинские выкрики, звуки галдежа. Я вздохнул, скрестил руки на груди, скептически смотря на рыжую.
- Как вы с ним связались?
- Он бывший казначей и счетовод из местной банды гоблина Кренко, - отозвалась Грита, - Хорошо знает местность. Как началась заварушка с тварями – кинул своего вождя, забрал часть свиты и сбежал. Видимо решил, что самостоятельно сможет бесчинствовать, когда трусливый Кренко увел всех… Потом, когда дело запахло жареным, попросился к нам, пообещав быть полезным, - девушка вздохнула, - Признаться честно, ему это удалось: его магическая дощечка может запечатлевать происходящее. Кстати, именно по его наводке мы выдвинулись к улице, где подобрали тебя с горгоной.
- Я это понял, - хмуро отозвался я, - А дощечка – это моя. Я ему дал её.
- Ты с ней расстался, когда выменивал медальон? – Грита прищурилась слегка. Я молча кивнул. Воспоминания на мгновение пролетели перед глазами.
Получается, Краг меня спас?
В какой-то степени, это было так.
- Иногда даже самые малые действия имеют подчас большее влияние, чем может казаться, - произнёс Пэр, вклиниваясь в разговор. Графиня поджала губы недовольно, ощущая некий упрёк в свою сторону, потому что ведалкен при этом косился на неё.
- Судьба благоволит нам, получается, - произнесла Грита, вздохнув, - Нам нужно разработать план обороны. Так что давайте пройдём…
В этот момент снизу раздался крик. Вся наша компания резко обернулась. Грита выхватила клинок из ножен, первая бросилась по ступеням, следом Пэр и даже графиня, которая показала небывалую прыткость, совершенно не опираясь на свою клюку. Я чертыхнулся, понимая, что стою в одном полотенце, поэтому юркнул обратно в квартиру. Мой топот и шелест одежды разбудили Кассандру. Горгона потянулась, откинула одеяло, нежась на кровати.
- Дима? – зевнула она, протирая глаза, - К чему такая спешка?
Я прыгал на одной ноге, пытаясь натянуть штаны. Наконец мне удалось попасть в штанину, но при этом я рухнул на колени, ударяясь. Неприятно.
- Ой… Касс, у нас там… проблемы… - пробормотал я, шикая, - Кто-то кричал…
- Кричал? Что случилось? – Кассандра, совершенно нагая, встала с кровати. Я кинул ей её платье, сам потянулся за ботинками, что валялись подле кровати.
- Вековечные…
- Ты уверен в этом? – оранжевые глаза горгоны полыхали в полумраке помещения. Её аккуратная грудь скрылась под тканью платья, руки поправляли подол. Сглотнув ком в горле, я кивнул, начиная попутно завязывать шнурки.
- Не уверен. В общем… поторопимся. Внизу нам всё скажут, надеюсь.
Слово за слово, а время летит быстро. Спустя пару минут мы с Кассандрой уже были внизу, где стояла суета. Селезнийцы гурьбой торопливо заколачивали окна изнутри, ставили распорки. Грита отдавала команды, сама тащила длинную доску, которую, судя по всему, выломала из какой-то из дверей.
- В сторону! В сторону!
Мы с Кассандрой отпрянули в разные стороны, ибо мимо нас протиснулся культист Робос, который, совместно с мистером Пэром, тащил бесчувственное тело одного из бойцов Гриты. Доспех бедняги был залит кровью, он хрипел, хватался за горло в разрезе между нагрудником и шлемом, который так и не удосужились с него стащить.
- Я поражаюсь тому, что он ещё жив! – радостно прокричал ракдос, довольно ухмыляясь, с грохотом опуская раненого на стол, где раньше лежал дружинник без руки, - Столько крови, столько крови!
- Ты лучше не языком мели, а пытайся остановить её! – крикнул ведалкен злобно. Схватившись за шлем, он сорвал его с головы несчастного. В этот момент тот окончательно замолк. Поперхнувшись кровью, он откинул голову, рука его расслабилась. Все, кроме Робоса, горестно выдохнули, а эльфийка-целительница, сидящая в кресле, заплакала.
- Они уже тут… - пробормотала она сквозь слезы, - Нам некуда бежать…
- Хватит нюни распускать! – рявкнула Грита громогласно, подавая доску, ставя её на подоконник, - Сейчас всё заколотим… Эй, паскуда, убери от него свои руки!
На наших глазах Робос схватился за что-то у горла мертвого селезнийца на столе. Брызнула кровь, я увидел, что культист держится какую-то рукоять. Высунув язык, он вытащил липкое окровавленное лезвие.
- Робос!
- Спокойно! Ему это уже все-равно, - спокойно отозвался ракдос, вертя орудие убийства, - Хм… интересный стилет. Ему пропороли горло, разрезали одним движением. А он, дурак, схватился за рукоять, держал и держал, пока не истёк кровью окончательно.
- Кто это сделал?? – Грита схватила культиста за грудки, приподняла над полом, тряхнула, - Он был в вестибюле за закрытыми дверями!
- Грита! Да стойте же! – решил я вмешаться, шагнув вперед, - Отпустите его!
Робоса всего перекосило, глаза закатились, он нервно дрожал от такого напора. Кровь умершего покрывала его пальцы, брызги были на щеках, на носу, а в руке был крепко зажат злосчастный чёрный стилет. Я изогнул бровь.
- Покажи его, - велел я, когда селезнийка всё же немного успокоилась, послушалась меня. Все находящиеся в квартире, включая даже ворчащую Джелайру, столпились в нашей гостиной, взирая на приходящего в себя Робоса, который нервно потирал шею левой рукой. Посмотрел на меня мутным взором.
- Что показать?
- Что было у него, - я пальцем показал на мертвеца на столе. Попытался сделать более грозный голос, нахмурился даже. Робос смотрел на меня исподлобья, поджимая губы. Покосился на Гриту, которая ещё полыхала гневом, буравила его взглядом. Чуть поколебавшись, сунул мне в руку липкий нож.
Что же, я думал, что мне показалось, однако память услужливо выдала очередную картину-воспоминание…
Сборы Ники каждую ночь.
Метательные стилеты, что хранились на застежках под плащом.
Один из этих стилетов сейчас был у меня в руке, обагрённый кровью.
- Это Ника, - выдал я вердикт. Услышав это имя, Грита зарычала.
- Что?? Вампирша? Она что, тут? – потянулась рукой к своему оружию на поясе, но я поспешил остановить её. Сердце бешено начало стучать в моей груди.
- Я не знаю. Но это выглядит, как знак, - пробормотал я. Положил стилет на всеобщее обозрение на небольшой колченогий столик. Находящиеся в комнате члены Сопротивления сгрудились вокруг.
- Знак чего? – пробормотала Элла, прижав руки к губам, - Кто такая Ника?
- Его подруга, - Грита нервно зыркнула на меня, но тут за меня вступился Пэр:
- Это уже не так.
- Да? Что могло разрушить столь забвенную дружбу? – оскалилась селезнийская воительница, сжимая кулаки.
- Она предала меня, - выдохнул я. Говорить мне было уже намного легче, чем раньше, я словно бы обрёл новые силы и уверенность, - Она хотела забрать мою Искру обманом.
Все замерли, замолкли. Грита приподняла бровь, Элла уронила платок, что только достала из кармашка нагрудного, графиня Джелайра раскрыла свой веер, начала обмахиваться интенсивнее.
- Искра? Хотите сказать, что вы один из этих?
- Да. Из этих. Хожу по мирам, да-да, кидайте в меня камнями и палками! – фыркнул я, - Теперь вы знаете мой маленький секрет!
- Ника знала это, но скрыла… - графиня нахмурилась, вновь сложила свой веер, недовольно поджала губы, - Я была о ней лучшего мнения.
- О, боги, вас волнует сейчас только это?? – вновь начала рычать Грита, - Умирают мои люди!
- Враг у нас на пороге, а мы спорим кто что о ком думает, - пробормотал ведалкен, поправив очки на носу, - Получается, Дмитрий, мисс Ника сейчас против нас? – перевёл взгляд на меня. Я, сглотнув ком в горле, кивнул.
- Да. Она и ещё два агента Дома Димиров пытались убить нас с Кассандрой, прежде чем Грита и её люди спасли нас.
- Безвратная… Она говорила, что она безвратная. Ох, она водила меня за нос! – продолжала сокрушаться графиня. Её явно волновало только это.
- Она водила не только вас за нос, но и всех вокруг! Всех, с кем жила в этом доме, - прорычал я, заставляя старуху вздрогнуть, ибо, видимо, она не привыкла, что с ней разговаривают в подобном тоне, - Она обманула всех, чтобы добраться до меня, втёрлась ко мне в доверие!
- Я понял! Понял, что за знак! Это знак того, что эта ваша Ника пришла за ним! – встрял Робос. В его пальцах промелькнуло что-то острое, а затем блеснул странный бритвенный клинок, что он держал в левой руке, - Давайте отдадим этого planeswalker`а в жертву, пока он не сбежал отсюда…
- Только пос-с-смей!
Шипение сорвалось с уст Кассандры, когда она перехватила руку культиста, вывернула её. Я даже не успел заметить как она оказалась рядом! Робос завопил, разжал пальцы, лезвие упало на залитый кровью ковёр. Коготки горгоны впились в кожу человека, заставляя его довольно засопеть.
- О, детка, ты неплоха…
- Продолжишь что-то в этом духе – я превращу тебя в уродливую статую! – продолжила Кассандра. Я даже приподнял брови от удивления: не видел её в столь грозной ипостасии. Кажется, угроза нашла своего адресата: при упоминании об окаменяющем заклятии, Робос тут же присмирел.
- Ладно, я просто предложил, что такое? – буркнул он, пытаясь второй рукой поправить рогатый шлем, что сполз ему на глаза. Грита скрестила руки на груди, развернулась ко мне.
- Ты говоришь, с ней было ещё двое? Агенты Димиров?
- Да, - кивнул я. Селезнийка прищурилась.
- Откуда ты знаешь?
- Они сами сказали. Я видел символы их гильдии. Они даже не скрывали этого, - ответил я, пытаясь сохранять хладнокровие. Выдохнул, вытер пот со лба, - Или, хотите сказать, что так не бывает?
- Бывает всякое, - бросила рыжая, - Но не с Димирами. Они скрывают себя до последнего…
- Простите, мироходец, а сколько, вы говорите, их было? – раздался голос эльфийки по имени Элла. Я перевел взгляд с Гриты на неё. Целительница стояла у наполовину заколоченного окна, выглядывала наружу, попутно косясь на меня.
- Трое. А что? – ответил я, подойдя ближе. Элла кивнула в сторону окна.
- Т-там… Три фигуры, на другой стороне улицы, - произнесла она, тыкая пальцем. Услышав это, я ломанулся вперед, вслед за мной ломанулись почти все. Эльфийка предусмотрительно отпрянула, на её месте тут же оказался я.
Действительно: точно напротив окон открывался вид на соседнюю часть улицы Жестянщиков. Ветер гонял обрывки бумаги, словно они были странным перекати-полем, уносил прочь, мимо трёх наблюдателей. Я сразу же узнал высокого Лэя, слева от него была Ника, справа тот безымянный типчик, который мог превращать своё тело в птиц.
- Вот б*я, - вырвалось у меня, а мысли начали лихорадочно клубиться в сознании. Они нашли меня, пришли сюда. Пройти в дом – не проблема, Ника уже продемонстрировала, умертвив одного из селезнийцев. Что они предпримут дальше?
- Они чего-то ждут… - молвила Грита, с прищуром смотря в окно, - Что бы это могло значить?
- Давайте спросим у них, - произнёс голос Кассандры. Вся наша доблестная компания уставилась на горгону. Кассандра, не ожидавшая такой реакции, чуть опешила.
- О чём? – хмыкнул Робос, крутя в руке острый нож, ожидающе поглядывая на девушку с щупальцами.
- О том, что они тут забыли, - ответил я за Кассандру, едва она успела открыть рот. Решимость начала закипать в моей крови, - Хотя, это глупо спрашивать. Им нужен я.
- Отдадим его? – с надеждой пробормотал культист, но его никто не услышал (кроме меня, но я сделал вид, что нет). Тут все хотели выжить, я прекрасно это понимал. Троица агентов Дома Димиров была готова пойти на всё, что угодно, они уже продемонстрировали это. Предательство, убийство невинного… Не смотря на ведущиеся боевые действия, они продолжали свою работу с упорством гончих, что идут по следу бежавшего преступника. Я окинул взглядом всех собравшихся.
Все боялись. Храбрились, но в душе каждого была паника. Она витала в воздухе, ощущалась настолько ярко, что готова была материализоваться прямо в этой комнате. И это не только угроза со стороны вековечных Боласа, которые вот-вот могут нагрянуть сюда… Их могут остановить крепкие стены и двери, но вот тени, которые бьют в спину без сомнения и жалости… Вряд ли.
- Я выйду к ним. Не рискуйте из-за меня.
- Нет! – вырвалось у Кассандры.
- Да! Вот это хорошее решение! – вякнул Робос, но Грита зажала ему рот стальной перчаткой.
- Не надо. Это не вариант, - молвила она. Я лишь поморщился.
- Не вариант умирать поодиночке. Они показали, что будет, если ожидание продлится. Ясно и понятно, что им нужен я, а не…
- Ты не пойдешь один. Я это имела ввиду, - прервала мою тираду селезнийка, - Их трое. Значит, с тобой пойдут ещё двое. Поговорим с ними.
- Ты спятила?! – охнул я, но в глазах рыжей горело неистовое пламя, так что я предпочёл заткнуться. Всё же, как ни крути, она тут являлась командиром, которого все признали.
- Ты пойдешь. Ещё добровольцы? – Грита окинула взглядом собравшихся. Бойцы Селезнии молчали, отводили взгляд. Было понятно, что они не горели желанием выходить из защищённого здания. Рыжая перевела взгляд на Робоса, которого всё ещё держала в захвате, но тот лишь отрицательно помотал головой.
- Я иду, - вышла вперед Кассандра. Впрочем, в этом я не сомневался, даже ждал этого. Горгона шагнула ко мне, украдкой схватила меня за руку, улыбнувшись. Я ответил ей взаимностью, сжав пальцы.
- Отлично. Ещё один… - произнесла Грита, - Если никто не пойдёт, пойду я…
- Милочка, пойду я, - вдруг произнёс голос, который никто не ожидал услышать. У меня чуть челюсть не отпала, когда я увидел, что графиня Джелайра выступила вперед. Она стояла гордо, ровно, медальон Орзовов сиял на её груди, в глазах была решимость.
- Графиня? – поперхнулся Пэр, закашлялся. Женщина смерила его презрительным взглядом.
- Как вы сказали ранее, все ресурсы нужно жертвовать ради войны, - произнесла она, - Я служила блюстительницей и сборщицей податей почти пятьдесят лет, я общалась с таким количеством должников, которое вам и не снилось. Мои навыки помогут вам найти компромисс с этими людьми.
- А если не сможете? – фыркнул Пэр. Джелайра расправила чёрный веер, прикрыла им губы.
- Тогда вместо меня заговорят клинки, - произнесла она с некой гордостью в голосе. Услышав это, ведалкен замолчал, пожал плечами. Графиня прошла через комнату, остановилась подле меня.
Ну и команда у нас собралась по спасению мира!
***
Погода начала портиться. Пролетающие Искры в небе были уже не видны из-за грозовых облаков. Было только утро нового дня, с тех пор как война вспыхнула в Равнике, а город уже потерял свою красоту и притягательность…
Я запахнулся в плащ, поднял воротник, а затем толкнул двери. Несмазанные петли громко скрипнули, прокрутились, так что теперь проход был нам открыт. За всё то время, пока мы совещались, фигуры Димиров так и не сдвинулись с места. Они действительно ждали нас?
Грита обещала подстраховку в случае того, если что-то пойдёт не так, но мне слабо верилось в то, что она успеет что-то сделать, поэтому мысленно настраивался на то, что придётся обходиться своими силами. По правую руку от меня шагала Кассандра. Она накинула на плечи один из плащей Ники, закатала рукава, так что теперь походила на какого-то бандита из девяностых. Только не хватало золотой цепи или солнцезащитных очков разве только. Графиня гордо вышагивала слева, поправив свою широкополую шляпу, почти не опираясь на трость, держа её в левой руке. В правой был крепко зажат закрытый веер с тканевым знаком Орзовов.
Только сейчас до меня дошло, что вся ситуация напоминает подобную сцену из «Пиратов Карибского Моря». Ну что же, помните? Переговоры на песчаной отмели Беккета, Джонса и Тёрнера с Барбоссой, Воробьём и Суонн? Мы даже шли похоже, если взглянуть со стороны! Ладно, это лирика, лирика… От волнения мои мысли уводило в сторону, но я упрямо шагал вперед, сокращая расстояние до Лэя.
- Я так и думал, что ты будешь не один, - произнёс вампир, кровожадно улыбнувшись. Ника хранила молчание, лишь взирала на меня отсутствующим пустым взором. Я отвёл от неё взгляд, начал смотреть точно в глаза ухмыляющегося Лэя.
- Если думал, то почему радуешься?
- Радуюсь вашей предсказуемости. Что у вас там за собрание? Пытаетесь выжить все вместе?
- У нас есть общий враг. Нам нет нужды поворачивать мечи друг против друга, - произнесла Джелайра, опираясь на трость, - Почему же вы это делаете?
- Ничего личного, госпожа, - развел руками вампир, - Мы ничего не имеем против вас. Нам нужен только он. Мироходец. Отдайте его нам.
- Вам нужен не он. Вам нужна его Искра, - прошипела Кассандра, щупальца на её голове зашевелились. Ника сразу же встала в стойку, выхватила стилет.
- Тише, тише, воинственная Голгари! – возопил Лэй, - Я уже, кажется, объяснял наши мотивы, которыми мы руководствуемся. Мы не собираемся забирать его Искру насильно.
- Тем не менее, вы упоминали об этом! – продолжила надрываться Кассандра, но я поспешил успокоить её, взял за руку.
- Тише, прошу… - процедил я тихо, - Они только и ждут нашей ошибки!
Щупальца перестали дёргаться, горгона прикрыла оранжевые глаза, глубоко выдохнула. Ника тотчас же спрятала стилет обратно в свой рукав. На меня она даже не взглянула. Что же, приоритеты нынче меняются быстро.
- Упоминал, да. Но, повторюсь: нам выгоднее, чтобы он работал на нас. Какие с этим сложности? – произнёс вампир. Его взгляд задержался на мне. Такое ощущение, что Лэй что-то не договаривал, играл с нами.
- Сложности заключатся в том, что вы, в отношении меня, разыграли свой спектакль. А также продолжаете разыгрывать акт за актом! – я сам поразился своей красноречивости и постановке слога, но представителей Дома Димиров это не особо впечатлило.
- Мы не из культа Ракдоса, чтобы показывать спектакли, - резко ответил Лэй, хмурясь. Улыбка исчезла с его лица, - Итак, хватит этих пустых разговоров. Вы отдаёте нам мироходца? – посмотрел на Джелайру, словно проигнорировав меня.
- Дмитрий не пойдёт с вами, - произнесла графиня, ударив по земле тростью, с недовольством смотря на троицу перед нами, - Вашим словам нельзя верить, вокруг вас витает ложь и обман, - взгляд старухи прожигал насквозь. Я заметил, что Ника поежилась, натянула сильнее капюшон на глаза.
Джелайра это тоже заметила.
- Ника. Что же ты молчишь? Скажи что-нибудь. Хоть ты и не из Культа Ракдоса, как сказал твой новый друг, но ты превосходно разыграла отличное представление. Что ты скажешь в оправдание?
- Я не обязана оправдываться ни перед кем! – рыкнула вампирша, дёрнулась было с места, но Лэй жестом остановил её. Взглянул на торжествующую графиню.
- Провокация, обвинения… Как низко, но действенно. Не каждый может устоять перед несправедливыми упрёками.
- Они вполне обоснованы, - парировала Джелайра, раскрыв свой веер, - Она обманула меня, а, следовательно, нанесла оскорбление. А оскорбление можно смыть только кровью.
Глаза Лэя округлились, он усмехнулся.
- Так вы хотите драться? Вы так уверены в себе?
- Нас больше чем вас, - продолжила графиня, - Вы не в том положении, чтобы ставить нам условия.
Агенты переглянулись, вампир пожал плечами.
- Через час здесь будут вековечные. Их манит Искра, что горит в твоей душе, planeswalker, - он показал пальцем на меня, - Их не остановят стены, не остановят клинки и щиты, даже заклинания. Они убьют всех, заберут то, что им надо, передадут твой дар своему господину, но тебе уже будет все-равно. Как и всем вам. А те, кто через этот час всё же останутся в живых… – вампир ухмыльнулся, - … будут завидовать мёртвым. А их смерть будет лежать грузом на твоих плечах, мироходец.
Он начал отходить назад. Следуя его примеру, соратники поступили таким же образом. Я почувствовал на себе холодный взгляд Ники. Вампирша мельком взглянула на меня из-под капюшона, а затем прикрыла глаза, растворяясь во мраке…
На голову упала крупная капля, потом ещё одна и ещё… Кассандра посмотрела наверх, прищурилась. В небе прогремело, мелкие капли начали срываться одна за одной, постепенно переходя в настоящий ливень. Не успели мы опомниться, как уже промокли до нитки. Димиров рядом не было, они скрылись, словно тут и не появлялись никогда.
- Нам стоит вернуться, - пробормотал я, вытирая дождевую воду со лба, - Идёмте.
Последние слова Лэя набатом били в голове. В этом он был прав: я подвергаю опасности всех, кто находится сейчас в нашем доме. Искра теплилась в моей груди, я чувствовал её огонь… Хотелось бы избавиться от неё, но как это сделать? Слишком много проблем из-за этого «дара», который больше походит на проклятие!
Никто не ударил нам в спину, мы успели добраться до дверей. По команде Гриты, тяжелые створки отворились, селезнийцы проворно выставили щиты, прикрывая наше отступление. Пока Джелайра смахивала дождевую воду со своей шляпы, я посмотрел на Кассандру. Горгона выжимала подол плаща, выкручивала его, расправляла, поправляла воротник.
- Паршиво всё, да? – пробормотал я.
- Не так всё плохо. Драки не было, все остались живы, - отозвалась девушка, легко улыбнувшись.
- Это так, но скоро тут будет жарко. Не думаю, что Лэй кинул слова на ветер…
- Их всего трое. Больше они не застанут нас врасплох, разве нет? – Кассандра положила руку мне на плечо, легко похлопала, - Нужно рассказать всё остальным…
- Что рассказать? Как всё прошло? – раздался голос Гриты. Она спустилась с лестничного пролёта в сопровождении гоблина Крага, шаркающего своими башмаками и оставляющего ими грязные следы. Меня слегка от этого покоробило, но я смолчал.
- Они требовали выдачи Дмитрия, - ответила графиня, поправляя свою шляпу, - Как и можно было предположить.
- И всё? Они так просто ушли? – Грита подняла одну бровь, скрестила руки на груди.
- Они пригрозили тем, что через час тут будут вековечные Боласа, - произнесла Кассандра, - Думаю, они будут ждать этого момента.
- Синие страшилы? – фыркнул Краг, - Они не сунутся сюда.
- За мной сунутся, - буркнул я. Гоблин внимательно посмотрел на меня, прищурился.
- От тебя одни проблемы, колдун, куда ни глянь. Босс, может выкинем его? – покосился на Гриту, но селезнийка покачала головой отрицательно.
- Никого выкидывать не будем. Нам нужен каждый боец в грядущей битве.
- Битве? Ты что, собралась драться? – опешил Краг, а затем выудил смартфон, тряся им в кулаке, - Страшил много! Вы всех не убьёте! Бежать надо, босс!
- Нам некуда бежать! Некуда идти, негде спрятаться! – рявкнула Грита так, что все подпрыгнули. Гоблин лупал глазами, стоял с крайне ошеломлённым видом.
- И чего, умирать теперь?
- Никто умирать не будет. Если ты так переживаешь за свою шкуру – я тебя не держу. Вали на все четыре стороны, - гневно выдала тираду командир, а затем, поправив косу, пошла по лестнице вверх. Я скептически посмотрел на Крага, протиснулся мимо него, поспешил следом. Гоблин не пытался что-то более говорить, спорить. Он просто стоял в разгромленном вестибюле, погружённый в свои мысли.
- Быть может, в словах гоблина есть здравое зерно? – тихо произнесла Кассандра, взяв меня под руку, - Быть может надо поговорить с Гритой?
Я поморщился. Дух противоречия Крагу витал в воздухе, заражал меня нездоровым оптимизмом относительно грядущей заварушки, поэтому отрицательно помотал головой.
- Касс, нам некуда бежать. Сама видела, что на улицах творится. А ещё… точно, ты же не видела, - я почесал затылок, - Громадный вековечный, выше домов. Он где-то неподалёку, его видел этот гоблин. В доме у нас хотя бы какой-то шанс есть.
- Ты веришь в это? – горгона моргнула своими оранжевыми омутами. Я пожал плечами неопределённо.
- Я верю Грите. Раз она уверена – то и я уверен, - решительные слова сорвались с моих губ. В принципе, мысли соответствовали им, - Она знает, как нам поступить, у неё больше боевого опыта, чем у всех нас вместе взятых. Она и её бойцы останутся оборонять тут. Лучше держаться рядом… Разве нет?
Кассандра улыбнулась, а потом засмеялась. Я изогнул бровь.
- Что я не так сказал?
- Я припоминаю твои слова, ещё день назад. Ты говорил, что ты не герой тем двоим в Сенате Азориусов, - произнесла горгона, поправляя прядь моих волос, - Теперь же ты изменился. Я рада этому.
- Хочешь сказать, я герой? В каком же месте?
- Вот здесь, - она положила правую руку мне на грудь. Я машинально склонил голову, но Кассандра тут же мягко поцеловала меня. Тепло вновь разлилось к груди, вниз, к животу, а мысли забегали тараканами. Хитрая горгона!
- Ладно, ладно… Может быть, чуть-чуть… - я весь раскраснелся, мягко приобнял Кассандру, - Я тебе такой больше нравлюсь?
- А сам как думаешь, пришелец из иного мира? – ухмыльнулась загадочно Кассандра, а затем отпустила меня, повела обратно в квартиру Гриты, где уже было новое собрание: слышались голоса, споры…
***
- Этот дом стоит в достаточно удобном для нас положении. Единственный удобный подход к нему с фронта, который выходит точно на улицу Жестянщиков. Нашими силами весь нижний этаж заколочен, все гоблинские дыры и норы зарыты и засыпаны щебнем, так что даже для мало-мальского прохода они не подходят… - Грита ткнула в большой пергаментный лист, покрытый карандашными рисунками и набросками, в которых я узнал схематическое изображение нашей улицы. Карта была расстелена на центральном столе, который ранее был кушеткой для раненых, вокруг него сгрудились практически все. Скосив взгляд, я увидел, что Элла торопливо дорисовывала карандашом последние линии, попутно макала пером в чернильницу, подрисовывала новые мазки. Что же, у целительницы, видимо, открылся новый талант.
- А если с ними будет тот гигант, которого гоблин показывал? – отозвался Робос, держа свой рогатый шлем под мышкой. Селезнийка постучала огрызком своего карандаша по столешнице, задумалась.
- Для этого у меня уже был вариант, - подняла взгляд на Эллу, - Защитные чары знаешь?
- Я их изучала, но не использовала на практике, - ответила эльфийка, - Руны могу нанести, скажи только где. Они выдержат удары большой силы…
- Вы тратите свою внутреннюю энергию на поддержание заклинания? – задал вопрос ведалкен, стоявший слева от меня, - Или оно действует автономно?
- Автономно? – не поняла Элла, хлопая глазами. Я вздохнул, решил «перевести».
- Он имел ввиду, вы не поддерживаете его постоянно?
- А! Нет, один раз нанёс, потом уже не надо, - отозвалась девушка, вертя в руке перо, обмакнутое в чернилах.
- Тогда нужно расположить их на чердаке, - кивнула Грита, - Они же смогут защитить нас сверху? Ударит этот урод кулаком по крыше – и это место будет нашей общей могилой.
- Я могу расположить на чердаке лампы. В них кипит энергия магическая, она же и будет источником подпитки, - вставил своё замечание мистер Пэр, - У меня их целый ящик, часть могу позаимствовать.
- А что вы планировали делать с остальными? – осторожно спросила Кассандра, взирая на синекожего учёного. Пэр поправил очки на носу, довольно усмехнулся.
- Остальные пойдут на взрывные подарки нашим гостям. Лампы можно сделать нестабильными, а потом кинуть во врага, - он довольно потер ладонями, - Бум! Все любят взрывы.
- Вот тогда этим и займись, Пэр, - подытожила Грита, послюнив кончик карандаша. Сделала пару закорючек на пергаменте, подчеркнула, - Так. Я расположу Родера и Сэви на первом этаже у баррикад, - при этих словах два рыцаря вскочили с большого дивана в углу гостиной, где отдыхали всё время обсуждения. Чёрт, они даже шлемы не сняли! Вот дураки…
- Слышали меня?
- Так точно! – бряцнув доспехами, бойцы встали по стойке. Грита удовлетворенно сделала очередную пометку, а затем повернулась к Робосу, - Ты пойдёшь с ними.
- Я? Почему я? – усмехнулся культист, но селезнийка сунула ему под нос кулак, погрозила.
- Потому что, если ты не пойдешь, я запихну этот кулак тебе в задницу… Хотя нет, - она перевела взгляд на Кассандру, - Горгона тебя в камень превратит.
Видимо смерть в виде каменного изваяния не была в почёте в Культе Ракдоса, потому как Робос сразу же сник, нахлобучил на голову свой шлем, повернул рогами вперед. Я усмехнулся.
- Ты, - Грита показала на меня, - С горгоной, мной, Кабаросом и Видером… - другие два селезнийца тотчас же вскочили на ноги. Такое ощущение, что они раньше были в Легионе Борос, а не в цветущей и мирной Селезнии, - … будешь вторым рубежом обороны. Ты владеешь же магией?
- Я тоже владею магией! Пустите на второй рубеж! – подал голос Робос, но рыжая проигнорировала его. Я кашлянул, хрустнул пальцами слегка.
- Ну так… Да, владею. Я ж мироходец, - улыбнулся слегка. Гриту эта улыбка не впечатлила, она продолжала хмуриться.
- Быть мироходцем и владеть магией – две разные вещи, но я поверю тебе на слово, - произнесла она, а затем повернулась к ракдосу, - Вековечным нужен он, поэтому внизу ты. Будь он на твоём месте, они будут атаковать втрое активнее. Так что ты заткнёшься и пойдёшь вниз…
- Всего трое на первом этаже? Да даже я со своими парнями смогу всех перерезать! – хохотнул Краг, который удобно устроился на поваленном шкафу, грызя большое красное яблоко, - Босс, маловато.
- Ну так ты иди туда. Парней своих бери также, - фыркнула Грита, сжав кусок карандаша в кулаке. Гоблин лишь пожал плечами.
- Так всё. Нет никого.
- Как нет? – брякнул Робос, - Ты куда их дел?
- Они того, - Краг откусил смачный кусок яблока, довольно им захрустел, - Сожраны.
- Кто их сожрать успел?! – изумилась Кассандра. Гоблин пожал плечами.
- Я почём знаю! Страшилы синие, я один пришёл. Вы что, даже не заметили этого?
- А ты не больно и огорчаешься, - отозвался я, скрестив руки на груди. Буравил Крага взглядом недовольно, - Что, тебе всё равно?
- Колдун, я очень грущу, но слёзы, увы, уже кончились. На войне постоянно умирают. Чего убиваться? – он плюнул огрызок на свою ладонь, захрумкал, - Офи вфё фафно дофго не пфотянули бы, - сделал с усилием глоток, - Новый мир весьма жесток.
- Так понимаю, ты смирился с тем, что происходит вокруг? – нахмурилась Грита. Краг развел руками.
- Я реалист. Я смотрю на вещи здесь и сейчас, а не в далёком будущем.
- Надоел! Ты помогать будешь или нет? – взвилась селезнийка. Гоблин поворчал себе что-то под нос.
- Да буду, буду, незачем орать.
Как ни крути, Крагу не хотелось оставаться один на один с вековечными Боласа. Я понял это по его ответу. Что же, маленький хитрый ублюдок, в этот раз побег для тебя не выход.
- Так, теперь остаётся другая проблема, - Грита вздохнула, отвела взгляд от гоблина, - Димиры. Их трое, они опасны и непредсказуемы.
- Они могут ударить когда угодно и как угодно, - вставил своё слово Робос, поднимая руку, - Поэтому я не хочу на первый этаж.
- Ты пойдёшь туда, потому что я потеряла уже двух своих, пока ты отсиживался в безопасном месте, - огрызнулась Грита, - Но ты кое в чём прав: от них неизвестно чего ждать. И это самое плохое, - недовольно бросила карандаш на карту, - Они могут дождаться, пока мы будем ослаблены битвой, ударят нам в спину. Или во время битвы. А может вообще вас обманули, и они уже здесь…
При этих словах все члены собрания замолчали, начали прислушиваться. Лишь капли дождя барабанили по стеклу и жестяному козырьку, выдавая смелую и громкую дробь.
Которая начала складываться в ужасающий шаркающий марш. В безумной догадке я подошёл к окну, выглянул из него.
- Начинается, - только и смог вымолвить я, смотря на застывшую синюю волну, которая накрывала весь город. Вековечные заполняли всю улицу, неспешно шагали с небрежностью завоевателей, взирая своими горящими глазами на руины домов вокруг. Вид надвигающейся машины смерти из другого мира впечатлял.
- Боги! Они уже тут! – пробормотала Элла, но Грита тряхнула её за плечо.
- Приготовиться. Элла, быстро, черти руны и не теряй времени, - произнесла она, а затем подобрала щит, что стоял в углу комнаты, поспешила прочь.
- Госпожа Грита! Вы куда? – заголосил один из селезнийцев, тотчас же бросаясь следом, но едва не напоролся грудью на выставленное вперёд острие клинка. Рыжая воительница замерла в дверном проёме.
- Мы не успели подготовиться. Я выиграю вам время. Действуйте согласно плану обороны – и спасётесь, - произнесла она, - За мной не ходить. Это приказ.
- Ты что удумала, дура? – вырвалось у меня. Я отошёл от окна, бесцеремонно пересёк комнату. Грита тотчас же навела острие меча на меня, так что я едва не напоролся на него. Благо вовремя остановился…
Что на меня нашло такое?
- Выиграю вам время, – повторила она, хмурясь, - Стой на месте, если хочешь остаться жив.
- Живём вместе, а умираем поодиночке, так? – фыркнул я. Рука моя схватилась за лезвие клинка, я ощутил, что пропорол кожу. Попытался сдвинуть клинок в сторону, но слишком понял, что это дурная затея.
Чёрт. Хотел выглядеть эффектно, но, в итоге, только разрезал себе ладонь зря. Главное не показывать как больно! Ох… Я слегка закусил губу, пытаясь вернуть себе грозный вид на лицо.
- Я всегда была одиночкой, - ответила Грита, - Ты знаешь это.
- Но сейчас ты не одна. Если выйдешь одна – погибнешь. Не геройствуй.
- Кто, если не я?
Простая фраза прозвучала могучим колоколом. За окном вековечные пришли в движение, повернули в сторону нашего дома. Мимо меня протиснулись селезнийцы, пробегали мимо их командира, делая вид, что Гриты вообще рядом не было.
- Не надо, прошу, - пробормотал я, чувствуя, как холод начал сковывать сердце внутри, там, где теплилась моя Искра.
Грита медленно опустила меч. Снизу раздался грохот, треск, крики. Рыжая воительница вздохнула, закрыла глаза… Все замерли на своих местах, словно бы время остановилось, а воздух стал непроницаемым желе. Я только и мог наблюдать за тем, как фигура Гриты разворачивается, а затем медленно исчезает за закрывающейся дверью. Щёлкнул замок – и только тогда я стряхнул с себя оцепенение.
Что это было? Какая-то магия?
- Грита! Чёрт!
Я прыгнул вперед, схватился за ручку, начал дёргать. Дверь не поддавалась, лишь жалобно звякала. В этот момент раздался крик эльфийки, что стояла у окна, широко распахнув шторы. Робос и Кассандра рванули к ней, следом поспешила и графиня.
- Грита!
- Чёрт, во даёт!
Я услышал звуки битвы, звук падающих тел и грохот. Отбегая от двери, я ринулся к соседнему окну, оторвал плохо прибитую доску, бросил на пол. В открывшемся виде я мог лицезреть картину сражения.
Селезнийцы распахнули двери, выстроились позади своего командира. Грита яростно взмахнула мечом, разом перерубая голову подобравшегося ближе вековечного. Очередная четвёрка синих рванула вперед. Селезнийка выставила свой щит, принимая многочисленные удары, рубанула вновь, сделала выпад вправо… Её бойцы держали оборону чуть дальше, рубя всех, кто подходил ближе ко входу в дом.
- Грита!
Я в гневе распахнул створки окна. Зачем она так поступает?
Зачем она заперла дверь заклинанием?
Что вообще происходит?
План пошёл к чёрту из-за безрассудного геройства, а мой мозг отказывался адекватно воспринимать происходящее. Гриту окружили с десяток вековечных, но ни один не мог достать воительницу. Она ломала черепа щитом, рубила конечности, уворачивалась, контратаковала, но её оттесняли от прохода в дом.
- ГРИТА! – рявкнул я, вставая в оконном проёме на подоконнике.
Глаза десятков вековечных повернулись в мою сторону, так что мой гнев и решимость сразу улетучились. Я вздрогнул, оступился, рухнул обратно в комнату, что оказалось очень вовремя: над моей головой просвистело ловко пущенное двузубное копьё, что вонзилось аккурат под потолок. Часть вековечных резко потеряла интерес к Грите, рванула в сторону дома…
Неужели я напортачил?
- Открыть окна! Швыряйте вниз! – раздался вопль ведалкена. Меня едва не сбил с ног Робос: культист подбежал к раскрытому окну, держа в руках пенящуюся иззетовскую лампу, от которой во все стороны клубился пар. Рогатый примерился, швырнул механизм точно в набегающую толпу лазотеповых ублюдков…
От взрыва заложило уши. Пытаясь прогнать из головы жужжащих насекомых, я выглянул наружу.
Ничего себе! Взрыв раскидал наступающих как кукол: тела разлетелись по сторонам, многие лежали неподвижно, кого-то разорвало на отдельные лазотеповые части. Просвистел ещё один взрыв, уже справа. Вековечные дрогнули, их строй разбился на отдельные группки…
- Дружно! Сообща!
Пэр и Робос стояли у окна. С рук ведалкена срывались голубые магические потоки, напитывали очередную лампу, от чего странная жидкость внутри меняла свой цвет, становясь ярче и мутнее, словно внутри что-то разгоралось. Магия культиста также окаймляла дрожащее в руках устройство, впитывалась внутрь, поглощалась.
- Всё! Кидай!
От нового взрыва тряхнуло сильнее, что я едва устоял на ногах. Они так весь дом разрушат! С потолка сыпалась штукатурка, большая люстра раскачивалась как заведённая, не желая успокаиваться…
- Они здесь! – завизжала Элла, отпрянув от окна, держа в руках ворох исписанных пергаментов, попутно роняя их на пол. В проёме показалась лазотеповая рука, которая схватилась за подоконник. Горящий фиолетовым светом в пустых глазницах череп уставился на меня, когда вековечный подтянулся, пытаясь забраться дальше.
Я нахмурился, примерился… Клинок был уже не в ножнах, а моей руке. Грозно заорав, с силой опустил его на синюю черепушку. Раздался неприятный хруст, руки мои свело, по ним словно бы ток прошёлся. Вековечный дрогнул, пламя в глазах погасло, пальцы его до конца не разжались, он остался висеть на своей руке, что намертво вцепилась в подоконник.
- Лезут по стене сюда! – крикнула Кассандра. Оттеснив меня, она ногой пихнула синий труп. Пальцы с чваканьем разжались, тело рухнуло наружу. Выхватив меч, горгона рубанула по ещё одному смельчаку. Фиолетовое пламя тотчас же погасло в глазах, когда лезвие глубоко вгрызлось прямо в череп.
Новый взрыв, снова нас всех тряхнуло. Снаружи раздавался скрежет и множество ударов. Подняв дрожащей рукой клинок, я выглянул из окна.
Солдат Селезнии прижало к двери. Четвёрка смельчаков стояли спина к спине, на их щиты обрушивались удары один за одним. Вековечные сменяли друг друга, били, кололи, кто-то обходил со стороны. Защитники не пытались контратаковать, полностью закрываясь. Грита была чуть дальше, у её ног лежали десятки тел. Рыжая воительница носилась вихрем, без устали сокрушая нападавших.
Долго проследить за ситуацией на улице не удалось: меня за руку едва не схватил заползающий вековечный. Я отпрянул, рукояткой долбанул по черепушке. Украдкой успел увидеть, что другие карабкаются с обезьяньей ловкостью, используя для своего пути любые выступы. Горящие холодной ненавистью глаза взирали на меня, в них ясно читалась жажда добраться сюда любой ценой.
- Не подходи.
Кассандра оттянула меня от окна, запустила в вековечного вазой. Фарфор с хрустом влетел в синий череп, от чего залезающий едва не сорвался. Крепкие сильные пальцы успели схватиться за подоконник, потом лазотеповая фигура закрыла собой весь проход. Горгона попыталась пырнуть его, но удар был встречен правильным блоком. Безмолвный воин выставил копье, ушёл от удара, спрыгнул на пол, заставляя Кассандру отступить назад…
- В бо-о-ой!
Яростный вопль привлёк внимание залезшего врага. Вековечный остановился, перехватил копье удобнее, поднял свою голову… Смачный удар люстрой заставил его отлететь к оконному проёму. Цепи не выдержали, послышался треск, люстра с огарками свечей рухнула перед ним, придавив ноги. Вековечный ощутил на себе яростный гоблинский напор: Краг, сидевший на этой люстре и раскачавший её до эпичного падения, начал яростно лупцать врага кривым острым кинжалом. На лазотепе оставались глубокие следы, порезы. Гоблин примерился, вогнал оружие в глазницу, провернул с неприятным хрустом. Вековечный дёрнулся, а затем замер окончательно, пламя внутри его черепа перестало полыхать…
- Краг, давай назад! – крикнул я. Поступок гоблина воодушевил меня. Неужели он может что-то сделать, а я нет?! В моей руке оказался острый кусок льда, щедро обагрённый кровью из рассечённой ладони. Когда показался другой вековечный, я швырнул кусок точно в голову. Лазотеповый боец потерял равновесие, ухнул вниз, но вместо него показались уже две костлявые синие фигуры…
Да сколько их тут?? Я, Краг и Кассандра начали пятиться от оконного проёма, пока вековечные деловито сдвигали чугунную люстру, что мешала им пролезть дальше. Мозг лихорадочно пытался продумать варианты действий, но паника вопила сильнее, разрывала меня на куски, руки дрожали. Я не представлял, что нам делать…
- Крышка, колдун! Колдани ещё, или нам крышка! – заверещал гоблин, пытаясь спрятаться за юбкой горгоны, но Кассандра лишь пихнула его ногой.
- Закройте глаза! Сейчас же! – приказала она. Первая фигура вековечного спрыгнула на пол квартиры Гриты, обнажила кривой клинок. Обведя нас взглядом, пришелец из иного мира остановился на мне, словно выбрав приоритетную цель. Кассандра замерла, губы её шептали заклятие, как тут…
Вековечный резко повернулся, поднял клинок. Я едва успел прикрыть глаза горгоне, как послышался громкий звон, и в поле нашего зрения показался плечистый незнакомый рыцарь с тяжелым двуручным мечом. Закрытый высокий шлем, широкий нагрудник, на котором был выгравирован знак Орзовов… Он появился словно бы из неоткуда!
- Сюда! Оттесните их! – крикнула графиня. Она стояла у разбитого серванта, в руках её был зажат раскрытый веер, светящийся магической энергией. Она властно взмахнула им от себя, словно бы разрезая пространство перед собой. Блестящая полоса вспыхнула, расширилась, превращаясь на наших глазах в чёрную гладь портала, из которого показался ещё один рыцарь Орзовов в тяжёлых доспехах и булавой. Ничего не спрашивая, ничего не говоря, он тараном влетел на подмогу своему товарищу, размозжил грудную клетку вековечного, словно там был не крепкий лазотеп, а глина…
Телохранители Джелайры проворно разобрались с пролезшими внутрь, разбили раскрытые створки окон, дабы вековечным было не за что цепляться, сорвали остатки занавесок, выкинули наружу. Сама графиня стояла с самым что ни на есть торжествующим видом, победно взирая на творящийся вокруг хаос.
- Вот и подкрепление! – довольно крикнул Робос, видя происходящее. В его руке играл огненный шар, которым он ловко запустил из окна в толпу наступающих врагов. Когда на подоконнике показались лазотеповые пальцы, ловко рубанул по ним клинком, потом ещё раз и ещё… Снаружи что-то рухнуло вниз, а синие обрубки покатились по полу. Культист громко смеялся, жонглировал огненными шарами, красовался у окна…
Пока его грудь не пробило метко пущенное снаружи копье. Робос охнул, рухнул на колени, а в окне показалось тело крылатого вековечного. Пэр, который хотел было броситься на помощь ракдосу, в ужасе отскочил. Вековечный напоминал какого-то синего стервятника с изогнутым клювом, с синими крыльями. Он издал громкий хриплый клёкот, проворно влез внутрь, раскрывая свои крылья. Орзовский телохранитель замахнулся на него двуручником, но был сбит с ног мощным ударом одного из лазотеповых крыльев.
- Робос! – раздался чей-то оклик, но в пылу борьбы я так и не понял чей.
Культист лишь слабо улыбался, когда его схватили за горло. Вековечный выхватил кривой клинок, раскроил череп вместе с рогатым шлемом. Кровь брызнула в разные стороны, пролилась на пол, попала на стены. От лица улыбающегося осталось лишь месиво. Вековечный бросил тело, замахнулся мечом на стоящего рядом Пэра. Ведалкен чудом смог избежать смерти, пульнул из руки магическим всполохом. Сноп искр на мгновение дезориентировал лазотепового захватчика, он сделал шаг назад, инстинктивно прикрываясь рукой, а в следующее мгновение его сокрушил удар булавы телохранителя Джелайры. Рыцарь деловито сломал крылья, несколько раз ударил по затылку твари. Крылатый мгновения дёргался, а затем затих.
Смерть Робоса сковала наши сердца ужасом. Твари не обращали внимания на потери, лезли в наши окна, ломали баррикады на первом этаже. Что стало с селезнийцами? Я не знал, ибо враги были везде, здесь и сейчас, так что думать обо всём этом было уже поздно.
Но ужас не сковывал мою Искру. Её энергия полыхала, разгоралась сильнее, становясь жутким морозным холодом. Я бросил клинок, выставил руки вперед. Морозное дыхание сорвалось с пальцев, превращаясь в широкий ледяной щит, подобный тому, что я колдовал в проулке с димирами. Одно из окон оказалось прочно закрыто ледяной бронёй, в которую теперь ломились размытые тени, пытаясь кромсать и рубить.
- Другое окно! – крикнул Пэр, показывая рукой. Я сосредоточился, резко повернулся, посылая заряд магии в указанном направлении. Вековечный, который как раз пролезал в проём, не успел отойти в сторону: ледяная броня сбила его с ног, вышибла из окна, замирая и вмерзая в стену.
Я выиграл нам время: все окна через пару мгновений покрылись снежными шапками с ледяной наледью. Корка трещала, но держалась. Я почувствовал сильную усталость, глаза прямо сами закрывались, но Элла и Кассандра ловко подхватили меня и усадили на диван, засыпанный штукатуркой.
- Молодец, колдун! От тебя есть польза! – довольно отозвался Краг, показал мне большой палец. Я лишь слабо махнул рукой.
- Ага… Да…
- Надолго это не задержит. Может нам лучше уходить? – произнёс Пэр. На его лбу была глубокая свежая ссадина, кровь запеклась, стекала по виску.
- Они не пойдут за вами. Вы можете уходить, а они полезут ко мне… - произнес я заплетающимся языком, а затем получил резкую пощёчину. Кровь сразу вспыхнула, я дёрнулся, схватился за щёку, недоуменно смотря на Кассандру. Горгона недовольно взирала на меня.
- Ау!
- Хватит неоправданных геройств на сегодня, - молвила она, - Если и уйдём, то все вместе. Раненых тоже берём…
- Уже нет, - горько произнесла эльфийка, шмыгнув носом, а затем показала на окровавленное тело селезнийского дружинника, который лишился руки в прошлой заварушке. Из его груди торчал кривой клинок вековечного. Я даже не заметил этого, поглощённый своей битвой.
Взгляд скользнул по мёртвому телу культиста. Робос нашёл свой конец, не такой весёлый, как любят в Культе Ракдоса, но явно достойный.
Снаружи также не было больше слышно звуков битвы. Грита и её люди не смогли сдержать натиск? Ответов у меня не было. Впрочем, ответов не было ни у кого: все были слишком вымотаны и обессилены, сердца были скованны ужасом творящегося в городе. Вековечные продолжали ломать мою преграду, бились кулаками, оружием, даже головами, но лёд, на удивление, держался крепко.
- Уходим все вместе, - произнесла Кассандра, подходя к запертой Гритой двери. Схватилась за ручку, подергала слегка. Замок сухо щёлкнул, проход отворился, открывая путь в коридор. Элла не стала спорить: подхватив подол платья, первой поспешила вперед, перемахивая через порог, устремляясь к выходу из квартиры. Следом протиснулся Пэр, вытирая грязным полотенцем ссадину у себя на лбу.
- Графиня Джелайра, ваши враги повержены.
- Что? Но ведь…
Я развернулся, наблюдая картину открывающейся черноты портала. Обескураженная Джелайра стояла посреди комнаты, наблюдая за тем, как её телохранители, откланявшись, проворно зашли в брешь в пространстве. Полыхнула яркая вспышка, портал схлопнулся, оставляя женщину в явном замешательстве.
Да, ещё минус два бойца, которые были бы сейчас крайне полезными. Стоит ли говорить, что боевой помощи от графини было крайне мало? Сейчас, глядя на эту некогда гордую и уверенную в себе женщину, я почувствовал некую горечь, сожаление и даже сочувствие. Джелайра, смотря на замороженные оконные проёмы, медленно опустилась на засыпанный штукатуркой диван, вздохнула.
- Графиня. Нам надо идти, - мягко произнёс я, решив подойти ближе.
- Куда? Что? – произнесла она отрешённым голосом, повернув голову в мою сторону. В глазах Джелайры читалась пустота и отрешённость.
- Неужели вы так расстроились из-за их ухода? – закатил глаза я, становясь рядом со старухой, даже положил руку ей на плечо. От этого жеста Джелайра вздрогнула, уставилась на меня. В её взгляд вернулась осмысленность.
- Уберите руку, юноша, - фыркнула она, возвращая на лицо маску гордости и важности, - И я не расстроилась. Просто… я не думаю, что мы ещё в безопасности.
- Мы будем в безопасности, если уйдём отсюда. Больше тут нельзя оставаться. Вековечные скоро будут тут, - вздохнул я. Руку, кстати, всё же убрал. Если честно, хотелось плюнуть, выйти прочь, оставить упёртую фанатичку Орзовов тут, но…
Я не мог так поступить.
Графиня посмотрела на меня, моргнула. Она словно бы решалась на шаг, который перед ней сейчас стоял.
- Помогите встать мне, - попросила она, протягивая свою узловатую сухую руку. Хорошо, что она недолго колебалась. Я криво ухмыльнулся, выполнил её просьбу – и вот деревянная клюка уже стучала в коридоре. В разгромленной гостиной оставались лишь я и Кассандра.
- Быть может, Грита ошибалась, раз решила оставаться тут? – спросила она у меня. Я подошёл к горгоне, взял её за руку, посмотрел в её глубокие золотые глаза с оранжевыми переливами.
- Нам даже сейчас некуда идти, - голос мой звучал твёрдо, - А тогда не было пути и подавно.
Наступила тишина. Только сейчас мы обратили внимание на то, что всё вокруг стихло. Свет падал через толщину льда, озарял помещение, но в нём не было мечущихся чёрных теней. Кассандра тоже поняла это, недоуменно посмотрела в сторону окна.
- Где вековечные? – спросила она. Я лишь пожал плечами, но в этом действии была лишь маска. Почему их нет? Куда они делись? Медленно подошёл к ледяной преграде, которую сотворил сам же некоторое время назад, прислушался. Теней за льдом не было, никаких звуков снаружи также не слышно. Словно многотысячная армия испарилась!
- Их нет. И мне это не нравится, - пробормотал я недовольно, отступая от окна, - Но мы идём. Быть может, это наш шанс.
Кассандра кивнула, поспешила за мной. Мы пулями вылетели из квартиры Гриты, побежали вниз по лестнице. В разрушенном вестибюле с распахнутыми дверями обнаружились наши товарищи: Элла и Пэр пытались сдвинуть громоздкий шкаф, что мешал выйти, Краг носился с обломками стула, а Джелайра лишь молча за всем этим наблюдала, стоя у заколоченного крест-накрест окна.
- Тяни! Вот так вот! – громко произнес ведалкен, стиснув зубы.
- Может хватит уже? Пролезем! – пискнула эльфийка, держась за резную серебряную ручку.
- Проще разломать! – крикнул гоблин, ехидно хихикая, а затем размахнулся ножкой стула, - Вот так вот!
Он с размаху ударил по стенке шкафа. Тот загудел, начал крениться, так что Пэр и Элла тотчас же отпустили его. Конструкция затрещала, грохнулась на пол, поднимая клубы пыли и осыпавшейся штукатурки вверх, заставляя всех отпрянуть в стороны, чихая и кашляя. Шкаф же превратился в груду обломков.
- Кха-кха…
- Краг! – рявкнул я, сжимая в руках клинок, - Ты всех покалечишь так!
- Не больше, чем синие страшилы, колдун! – отмахнулся равнодушно гоблин, выкидывая в сторону не нужную больше ножку стула в груду обломков, - Зато путь для вас, здоровяков, открыт, - он показал рукой на освободившийся проход к дверям, улыбнулся. Мне хотелось много лестных слов сказать этому пройдохе, но я сдержался, выдохнул. Кассандра кивнула, словно бы подтверждая моё верное решение.
- Кстати о страшилах, - Пэр смахнул со лба грязь и кровь, - Где они? Куда подевались?
- Не могу знать, - пожал я плечами, - Так или иначе, это играет нам на руку. Нужно скорее уходить, а не думать…
Откуда во мне такая уверенность? Я даже сам себе удивлялся, если честно. Брать на себя бразды правления остатками нашего отряда не хотелось, к тому же где-то теплилась надежда на то, что Грита смогла выжить и отбиться.
Тогда, где она сейчас? Это ехидно спрашивал у меня голос отчаянья.
Внезапно раздалось громкое карканье. Мы все переполошились, уставились на крупную птицу, что уселась на перилах лестницы, ведущей наверх. Большой откормленный ворон с лоснящимися блестящими перьями взирал на нас мутным взором. Каркнул ещё громче.
Кассандра медленно подняла меч, начала осматриваться. Раздался новый клич: ещё одна птица обнаружилась под потолком, где покачивалась бронзовая люстра на крюке.
- Птицы? Ненавижу птиц, - пробормотал Краг, пятясь в центр вестибюля, оглядываясь по сторонам, - Чего они тут забыли?
- Важнее то, как они тут оказались, - пробормотал Пэр, поправляя очки на носу. На его руках вспыхнули красным и синим свечением узоры и руны, когда чёрная птица села на спинку сломанного кресла, крепко вцепляясь в обивку когтями.
Графиня вздрогнула, начала инстинктивно пятиться. В дрожащих руках у нее был зажат чёрный веер. Она раскрыла его, начала обмахиваться…
Внезапно воронье громко закаркало, сорвалось со своих мест. Десятки птиц заполнили вестибюль, а затем раздался громкий треск и звук ломающегося стекла.
- ААААА!
Истошный вопль графини заставил обратить всё внимание на неё. Я выхватил меч, бросился к женщине, но было уже поздно. Птицы влетели из разбитого окна, материализуясь в человеческую фигуру, которая оказалась позади Джелайры. Клинок пронзил орзову насквозь, рот оказался прикрыт рукой убийцы, так что вопль тут же прервался. Ноги графини подкосились, она обмякла…
- Да чтоб тебя! – рявкнул я, замахиваясь, но прыткий димир уже скользнул в сторону. С пальцев Пэра сорвались сгустки энергии, но нападающий вновь распался вороньей стаей. Птицы налетели на ведалкена, начали клевать и царапать его. Синекожий истошно завопил, пытался отбиваться руками. Он нелепо пошатнулся, грохнулся на обломки шкафа, пока птицы клевали его…
Сердце моё бешено стучало в груди. Стоя спина к спине с Кассандрой, мы оказались в центре вестибюля. Раздался истошный крик Эллы откуда-то сбоку, а затем звук падающего тела. Я швырнул в темноту подъездной ниши ледяной осколок, но это явно ни к чему не привело…
- Я же говорил: живые позавидуют мёртвым, - произнёс голос Лэя. Мы с Кассандрой тотчас же повернули головы. Вампир улыбался, его щеки и подбородок были залиты кровью, словно бы его нижнюю половину лица закрывала красная тряпка, в руках он сжимал длинный меч. Взмахнув им, он прыгнул вперед, целя в Кассандру, но горгона вовремя выставила свой меч. Сильный удар заставил её отпрянуть, отступить назад, так что теперь мы с ней оказались разрозненными…
Противник был передо мной. Я сглотнул ком в горле, рубанул, но маг просто снова распался стаей. Да как с ним бороться то можно?! Зарычав, пустил в сторону морозный вихрь, что сорвался с моих оледеневших пальцев, но птицы просто разлетелись в разные стороны. Сделав малый круг, они в мгновение ока собрались в безмолвного бойца прямо рядом со мной. Парень прищурился, ударил меня кулаком в нос. Боль пронзила мой мозг, я застонал, выронил меч, сразу же хватаясь за место ушиба. Больно как! Мне показалось, или там что-то хрустнуло?
Не успел я прийти в себя, как маг сделал мне подсечку. Я упал на спину, ударился головой так, что искры из глаз посыпались (хорошо, что не мироходческие!). В глазах всё плыло, вокруг кружились чёрные тени. Крепкие пальцы схватили меня за воротник. Склонив голову, противник ударил меня в скулу. Больно, очень больно… Я даже сфокусироваться не мог на лице, что маячило передо мной.
- Получай!!!
Знакомый мерзкий вопль пронзил мой слух, а затем вокруг всё залил яркий свет. Это подействовало отрезвляюще, ломота в глазах как рукой сняло. Распахнув их, я взирал на то, как агент Димиров отпрянул от меня, протирая свои глаза рукой, ибо рядом стоял Краг, направив на него яркий луч фонаря моего смартфона!
- Глаза! – раздался крик горгоны.
Когда горгона кричит нечто подобное, медлить не стоит. Я тотчас же повалился обратно спиной на пол, крепко зажмуриваясь. Слева раздался топот ног, потом клёкот воронов, который захлебнулся в ужасающем шипении, затмившем все звуки вокруг…
В ушах слегка звенело. Не открывая глаз, на ощупь, я попытался подняться. Из носа текла кровь, я шмыгал им отчаянно, в голове стучали молоточки. Рядом раздался шелест, звон, а потом крепкие холодные пальцы схватили меня за горло.
- Вели своей горгоне закрыть глаза, - прорычал на ухо Лэй, - Иначе я достану Искру из твоего мёртвого тела.
Умирать не хотелось, особенно тогда, когда тебе ясно дали понять то, что твоя жизнь сейчас ничего не стоит. Я кое-как кивнул, выдохнул, облизнул губы.
- Касс… - мой голос показался мне чужим, - Касс… прошу…
- Можешь открыть глаза, Дима. Уже… всё… - голос горгоны был уставшим, слабым. Я кое-как разлепил веки, а пальцы на моём горле стиснулись сильнее.
Перед моим взором был вид разгромленного вестибюля. Напротив меня и стоявшего за моей спиной вампира была тяжело дышащая Кассандра в изодранном окровавленном плаще, крепко сжимающая в правой руке кривой клинок вековечного. Глаза её ещё полыхали магией, но уже не так ярко, заряд магии был не опасен. По левую руку от неё было интересное произведение искусства: статуя, которая ещё мгновения назад была человеком. Интерес был в том, что заклятие достигло мага в тот момент, когда часть его тела уже обратилась в птиц. Каменные изваяния ворон сцеплялись друг с другом крыльями, хвостами, перерастая в человеческий торс и ноги, навечно вплетаясь в общую композицию…
- Неплохо ты его, - улыбнулся я горгоне, без страха смотря в её глаза, - А я всё думал, как этого гада достать…
- Заткнись. Всё кончено, мироходец, - шипел Лэр мне на ухо. Только теперь в его голове не было ни издёвки, ни радости. Только тупой гнев, который чувствовался всем нутром.
- Жаль товарища? – хмыкнул я, приободрившись даже немного, - Мне тоже моих друзей жаль. Но вы их всех убили. Око за око…
Боль пронзила чуть ниже шеи. Вампир в гневе шваркнул когтями, оставляя глубокие порезы. Кровь пульсировала, пропитала рубаху. Он не задел вену, хотя мог это легко сделать.
Но Лэй так не поступил.
- Заткнись… Или…
- Или что? – я слабо ухмыльнулся, - Убьешь меня?
Вампир молчал. Кассандра стояла напротив, не сводя взгляда с меня, также безмолвствовала, ожидая развязки.
- Я нужен тебе живым, - я облизнул сухие губы слегка, слизнул запёкшуюся кровь солоноватую, - Ты мог убить меня, но не делаешь этого. И не сделаешь…
- С чего ты так решил, planeswalker? – рыкнул вампир. В его тоне были нотки недоумения и легкого страха! Я чувствовал это! Знание и понимание данного факта придали мне сил, отодвинули страх подальше…
- С мёртвого вы Искру не получите.
Молчание затягивалось. Лэй всё ещё сопел позади меня, тихо хрипел, явно не зная, что и сказать сейчас.
- Ты… Отнял всё. Спутал все карты. Ты должен был стать покорной глупой марионеткой, - прорычал он недовольно, не сдерживая себя, - Ника должна была сделать её из тебя, но она, как последняя дура, влюбилась в тебя и начала выгораживать! Чем ты её зацепил? Чем??
- Я её не цеплял… - пробормотал я недоуменно. Вот таких слов сейчас я не ожидал в свой адрес. Если судить по её последнему поведению и предательству, то в такое совсем не верилось, - Ты меня стебёшь, уродец…
- Заткнись, просто заткнись… - шипел вампир, - Ты должен был идти с нами, мы должны были привести к Лазаву, выполнить задание… Но нет! Проклятая ищейка Искр всё откладывала и откладывала твой приход, придумывала отмазки про раскрытие твоих сил! Я чувствовал, как замирала кровь в её мёртвых жилах, когда разговор заходил о тебе. Её сентиментальность сегодня станет её последней ошибкой…
Взгляд Кассандры дрогнул, дёрнулся. Я заметил это, заметил это и Лэй. Вампир тотчас же пихнул меня вперед, так что я полетел на пол, но этого оказалось недостаточно. Лезвие пронзило грудь димира, Лэй захрипел. Клинок выпал из его ослабевших пальцев, грохнулся со звоном на пол. Из темноты показалась фигура Ники. Капюшона на голове нет, волосы растрёпаны, на лице свежие ссадины и застывшие кровоподтёки. И гневный оскал.
- Лэй! Сволочь… Ты говорил, что никто не пострадает! - прошипела она.
- С*ка, - кашлянул вампир, плюясь чёрной кровью, - Я знал, что тебе… нельзя… верить...
Он схватился рукой за лезвие, но девушка лишь сильнее надавила, так что клинок глубже погрузился в тело. Тело Лэя обмякло, ноги подкосились. Вампирша выдохнула, с силой пихнула его, заставляя упасть на грязный пол.
- Стойте, прошу… Стойте! – она тотчас же подняла руки, ибо передо мной встала Кассандра, глаза которой полыхали праведным пламенем возмездия. Несмотря на это обстоятельство, Ника сглотнула ком в горле, шагнула вперед через распростёртое тело своего товарища, становясь ближе к нам с горгоной.
- Ника? Что ты задумала? – недоуменно пробормотал я, рукой вытирая кровь с шеи. Ноги у меня гудели, голова была как чугунная, от нервного напряжения темнело слегка в глазах.
- Ничего. Просто я поняла, что выбрала не ту сторону…
- Не ту сторону? Поздно же ты спохватилась, - произнесла Кассандра, продолжая гневно взирать на кающуюся вампиршу, но я благоразумно прикрыл рукой глаза горгоне, из-за чего она недовольно фыркнула.
- Дима! Она уже предала нас один раз!
- И ей нет нужды делать это снова, - произнёс я спокойным тоном. Почему-то сейчас был уверен в том, что Ника нам ничего не сделает. Она на наших глазах прирезала своего товарища, а я не думаю, что где-то подобная практика приветствуется, кроме Культа Ракдоса.
- Дима… Я хочу всё объяснить! – выдохнула Ника, шагнув ещё вперёд, но в грудь ей ткнулся клинок Кассандры, что горгона выставила вперед. Вампирша моргнула своими мёртвыми глазами, медленно подняла руки выше, - Прошу. Хотя бы выслушайте меня. Потом, если хотите, убейте.
Я изогнул бровь. Сейчас не было времени до разговоров, но вот Нике я отказать никак не мог. Сказывалось ли то, о чём я говорил ранее, о чём сокрушался? Плевать. Может это и так.
- Говори, - произнёс я, морщась от боли, которая сковывала всё моё тело потихоньку.
- Я не хотела всего этого…
- Мы уже это слышали! – грубовато прервал я бывшую подругу. Посмотрел ей в глаза, прищурился. Сердце билось в моей груди медленно, отбивая слабый такт, - Почему ты так поступила? Почему ты врала мне?
- Потому что иначе не могла, - ответила она, - Это была моя работа. Мой контракт, ради которого я могу жить. Я – искательница Искр, я чувствую их, когда они пробуждаются. Моя задача была привести тебя в Дом Димиров, любыми способами… Но ты был другой. Ты отличался от всех, с кем я раньше работала… - Ника вздохнула. Я же изогнул бровь сильнее.
- Только не говори, что нашла что-то во мне особенное, - буркнул я. Вампирша усмехнулась.
- Особенное? Не что-то в тебе. Ты сам особенный. Даже, можно сказать, странный. Все мироходцы, так или иначе, что-то понимали, что-то знали. А ты был как маленький ребёнок, потерянный и забытый…
При этих словах со стороны Кассандры я услышал лёгкий смешок. Я покраснел, пихнул горгону легко локтем. Ника же продолжала:
- Для тебя всё было новым. Я не знаю каков твой мир, но он явно кардинально отличается от Равники. Ты всегда будешь тут чужой, ты не сможешь привыкнуть ко всему разнообразию… И… ты стал мне интересен, - вампирша отвела на мгновение взгляд, - Я привязалась к тебе. Наверное.
- Лэй сказал, что ты влюбилась в меня, - сказал я напрямую, в лоб. Ника вздрогнула при этих словах.
- Может быть, planeswalker, может быть, - произнесла она, - Но, так или иначе, с моей стороны было бы несправедливо склонить тебя насильно к гильдии. В особенности после того, как ты доверился мне. Ты помнишь наш разговор? После побега от Ракдосов?
Теперь настала пора отводить взгляд мне. Я помню, всё помню.
Я прямо сказал, что подозревал её. Она сделала вид, что все мои подозрения напрасны.
Она обманула меня, сказав иную правду, но, как оказывается, ей это далось нелегко. Даже история, которую она мне рассказывала, частично была правдой.
- Твой разговор о долге…
- Да, моя история о долге, - улыбнулась Ника, - Я солгала тебе лишь в деталях, но суть была настоящей.
- Тебе было стыдно за то, что ты задумывала с самого начала? – прищурился я, - Поэтому, ты пыталась загладить свою вину передо мной? Всё, что ты делала… Поэтому ты просила прощения за то, что сделала.
Побег от Азориусов.
Встреча на Плантациях.
Она действительно искала меня, но извинения просила за другое…
«Только из-за того, что я действительно виновата перед тобой…»
По татуировке гильдии Димиров на щеке Ники пробежала слезинка, потом ещё одна. Вампирша слабо улыбнулась.
- Я не хотела отдавать тебя Лэю, хоть он и требовал этого. Я тянула время, чтобы ты смог развить свою Искру, но не для того, чтобы сдать тебя, а что бы ты ушёл. Ушёл и не возвращался.
Моё представление обо всём снова начало рушиться по кирпичикам. Лгала ли Ника или нет, я уже не мог понять, но вот в глазах у меня защипало. Я вытер глаза рукавом, вновь посмотрел в мёртвые глаза вампирши.
- Хорошо… Если это так, тогда почему всё вышло так? – я развёл руками в стороны.
- Война. Войска дракона из портала атаковали город. Время вышло, а мне нужно было играть свою роль, потому что это… моя жизнь. Точнее то, что от неё осталось, - произнесла девушка, - Лэй потребовал завершения операции, а я не могла отказать.
- Почему? Почему тогда не могла, а сейчас ты смело пырнула его клинком? – фыркнула Кассандра, которая также прислушивалась к нашему разговору. Ника перевела взгляд на горгону, усмехнулась.
- Испугалась. За себя. Когда будешь жить второй жизнью – ты поймёшь меня. Я была трусихой, но жить предательницей – ещё хуже.
- Фактически, ты предала своих же, - заметил я. Ника поморщилась.
- Ты не знаешь их. Ты не знаешь, на что способна гильдия, на какие подлости и уловки. Хоть я и была среди них, я никогда не ощущала себя своей…
Кассандра недовольно фыркнула, но комментировать это никак не стала. Я вздохнул, скрестил руки на груди.
- Ладно. Ты убила своего. Что теперь? Что будет дальше?
- Я постараюсь убедить Лазава в провале операции. Хотя, ввиду последних событий, это уже неважно будет, думаю, - вздохнула Ника, - Потом я попытаюсь уйти из гильдии, если к тому времени она ещё будет существовать…
- Лазав?
- Глава Дома Димиров, - ответила Ника, а затем легко улыбнулась. Я легко улыбнулся в ответ.
- Это тот, кто любит делать из себя затворника?
- Он самый, - кивнула вампирша, - Ну или я не успею это сделать, и мой долг будет стёрт.
Мы с Кассандрой переглянулись недоуменно. Я почесал затылок.
- Что ты имеешь ввиду под этими словами?
- Долг, выкупленный у Орзовов. То, чего я испугалась. Выплаченный долг никуда не делся. Я же, как ни крути, мертва…
Странные слова. Этот разговор можно было продолжать долго, раскрывать все тайны и раскладывать всё по полочкам, но нас некоторым образом прервали. Раздался шум, грохот, обломки шкафа полетели в стороны, а затем показалась синекожая рука.
- Пэр! – хором вырвалось у всех троих. Ника оказалась ближе всех к ведалкену, ринулась к нему на помощь. Мистер Пэр был в ужасном состоянии: лицо в ранах и царапинах, один глаз опух, не раскрывался. Когда вампирша помогла ему вылезти, он ошарашенно попытался отползти от неё, что-то бормоча. Ника обхватила его руку своими руками.
- Тише! Мистер Пэр, я вас не трону, обещаю! Всё хорошо! Поверьте!
- Ох… Дмитрий… Я что, умер? – пробормотал заплетающимся языком ведалкен, всё ещё с недоверием взирая на вампиршу, которая бросилась первой ему помогать, - Мисс Ника, отпустите меня.
Девушка лишь недовольно фыркнула, проигнорировала эту просьбу, вытащила раненого из обломков, помогла отряхнуться. Ведалкен был сильно изувечен, но жив и более-менее здоров, насколько можно утверждать об этом.
Я обвел взглядом вестибюль. Тело графини лежало у окна, в луже крови, на лице у женщины застыло чувство крайнего удивления. Вздохнув, я склонился над ней, закрыл ей глаза рукой. Что же, Джелайра, мы с вами не шибко хорошо ладили, но, не смотря на все противоречия, вы заступились за меня в важный момент.
Ей стоило приберечь свою охрану для этого нападения, но кто же знал, что повернётся всё так?
Элла тоже оказалась мертва: Лэй перерезал ей горло, выпил кровь, бросил тело у баррикад чёрного входа. Пэр помог мне перенести эльфийку в центр вестибюля, мы положили её рядом с покойной графиней.
- Мы даже похоронить их не можем, - вздохнул я, стоя перед телами, накрытыми простынёй из одной квартиры на первом этаже, - Просто нет времени.
- Ты прав, колдун. Валим уже…
- Краг! – я резко развернулся, взирая на гоблина, который стоял подле нас с самой, что ни на есть, грустной миной на лице, - Ты…
- Что? Ты хотел спросить, почему я жив? – усмехнулся он, - Умею выжидать.
- Ты мог давно сбежать отсюда, - пробормотал Пэр, вытирая кровь с лица, сплёвывая под ноги, - Почему остался?
- Босс сказал остаться – я остался. А почему вы эту ещё не прирезали – я не понимаю, - гоблин показал пальцем на Нику, стоявшую поодаль от нас. Я скептически поднял бровь, покосился на зеленокожего пройдоху.
Босс… Это он же про Гриту, верно? Плохие мысли тотчас же вспыхнули в моём сознании.
- Знаешь, Краг, я уже ничего просто не хочу у тебя спрашивать, потому что бесполезно.
После этого поспешил к выходу, перелезая через разрушенные баррикады, что возводили селезнийцы. Краем уха я слышал, что Кассандра помогала Пэру, попутно рассказывала обо всём произошедшем, пока тот был в отключке. Что же, с меня меньший спрос будет в объяснениях. Ника была за моей спиной, лезла следом. Спрыгнув первый у входа, я подал ей руку. Вампирша поджала губы, но всё же руку приняла, спрыгнула рядом со мной.
На выходе везде были тела. Селезнийцы полегли все: тела последних членов отряда Гриты лежали рядом. Щиты смяты, доспехи пробиты, один лишился головы, что лежала где-то рядом, покатившись вместе с шлемом. Остатков вековечных было не счесть, иной раз я даже не мог понять цельный тут труп или же несколько различных частей! Я старался не наступать на них, перешагивал, обходил вокруг…
Сердце учащённо билось в груди. Где же Грита? Где она?
Я надеялся, что она смогла уйти отсюда, из опасной зоны. Если смогли смять её бойцов, то на что надеяться ей одной?
Ника понимала мой рыскающий по телам взгляд, потому как она ничего не спрашивала, ничего не говорила, лишь шагала подле, натянув капюшон на голову, скрывая своё лицо.
Тем не менее, она первой обнаружила то, что искал я.
- Дима, - её тихий голос раздался справа. Я повернул голову, машинально схватился за рукоять меча, но тут же отпустил. Вампирша показывала на распростёртое тело в доспехах. Я сглотнул ком в горле, шагнул в том направлении, перешёл через брошенный щит. Склонившись, я схватился за плечи вековечного с волчьей головой, оттянул в сторону.
Грита лежала на спине, мёртвые глаза смотрели в небо Равники. Она раскинула руки, в одной из которых до сих пор была зажата рукоять с обломанным мечом. Помятые и грязные доспехи были пробиты в нескольких местах длинными копьями с обломанными древками, которые глубоко вошли в грудь воительницы…
- Фрэла… Передавай привет Мэлоди, - сорвалось с моих уст. Я сглотнул ком в горле, присел рядом с селезнийкой. Почувствовал, что кровь начала снова сочиться из моего носа, поэтому утёр её рукавом, шмыгнул.
- Фрэла? – непонимающе спросила Ника. Я пожал плечами.
- Её настоящее имя. Что дали ей дали при рождении.
- Вот оно как… - Ника присела рядом. Поджав губы, протянула руку, закрыла глаза покойнице, - Хоть мы и не ладили, умереть вот так вот… Жалко.
- Несомненно.
Я поднялся с колен, отошёл в сторону. Ничего более говорить не хотелось. Как там говорил покойный Лэй? Живые позавидуют мёртвым? А я буду сожалеть об этом? Проклятый урод был прав: я действительно винил себя во всём произошедшем. Но лучше молчать об этом, иначе все сейчас будут успокаивать меня, говорить слова ободрения…
Вековечные шли за мной.
Димиры шли за мной.
Всем был нужен только я.
Все смерти из-за меня. Грита и её отряд, Джелайра, Элла, Робос…
- Ты винишь себя?
- Конечно. Кто же ещё виноват в этом всём этом? – фыркнул я. Ника подошла ко мне, положила руку на плечо. Нехотя я повернулся к ней, посмотрел в её белёсые мертвые глаза, - Ты решила успокоить?
- Нет. Виноваты мы все, а не только ты. Только твоя вина меньше, чем моя, - произнесла девушка. Я изогнул бровь, скрестил руки на груди.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Я предавала, убивала, обманывала. А ты просто оказался носителем Искры, которая нужна дракону из портала. Я могла не делать всего то, что делала, а вот ты… Ты не мог избавиться от того, что у тебя внутри, - она положила руку мне на грудь, чуть надавила. Я вновь почувствовал холод. Могильный холод, такой знакомый и приятный.
- И что ты теперь делать будешь? – вздохнул я. Ника убрала руку, пожала плечами.
- Точно оставаться с вами я не буду.
- В городе опасно, - заметил я. Вампирша покачала головой.
- Во всей Равнике теперь опасно. А твои друзья не будут рады той, кто предала их уже один раз. Рядом со мной ещё опаснее.
- Ну а я буду рад, - произнёс я, сам того не ожидая от себя. Ника осеклась, изогнула бровь, прищурилась.
- Тебе же пришлось хуже всех, Дмитрий, - произнесла она. Я покачал головой.
- Есть такое. Но тебе повезло, что я отходчивый. К тому же, ты меня не раз спасала, а я это помню…
Ника фыркнула.
- Твоя горгона будет против.
Я закатил глаза, услышав это замечание.
- Она не моя! Она своя собственная! – улыбка тронула мои губы. Вампирша улыбнулась в ответ.
- Всё же, ты удивительный. Как я и говорила ранее, так и буду говорить. Ты нашёл в себе силы принять всё, что выпало на твою долю, даже смог простить того, кто предал тебя, подставил, едва не убил. Даже хочешь взять с собой!
- Разве не в этом смысл дружбы? – отозвался я, - Я считал тебя другом. Не просто спасительницей, а настоящим другом. Даже не смотря на те козни, что ты строила за моей спиной. Поэтому сейчас, когда всё разрешилось, я не хочу, чтобы ты уходила.
- Это так мило, что я сейчас расплачусь, - хохотнула Ника, а затем смахнула с щеки слезинку. Потом ещё одну, ещё. Я недоуменно наблюдал за тем, как слезинки начали превращаться в странные крупинки. Они срывались с кожи Ники, уносились ветром. Девушка замерла, посмотрела на свои руки. Крупинки начали срываться с её пальцев, их становилось больше и больше…
- Вот… чёрт… - пробормотала она отрешённо. Я не понимал ничего, просто стоял, с удивлением взирая на происходящее, но крик со стороны дома заставил обернуться.
Это была Кассандра, она взволнованно махала руками, выйдя через порог.
- Дима! Дима! Вампир сбежал! Он жив! – донёсся до моего слуха её оклик. Сердце ухнуло вниз, я развернулся к Нике.
Вампирша взирала на свои руки, лишённые пальцев. Капюшон распался, его остатки сдуло налетевшим порывом ветра. Тело словно бы выдувало по этим крупицам. Вот Ника почти лишилась ноги, недолго балансировала, начала заваливаться набок. Я тотчас же подхватил её, рухнул на колени.
- Что происходит?! – вырвался из моей груди крик. Ника слабо улыбнулась.
- Мой долг… Стирают. Видимо, я не добила засранца Лэя. Надо было голову рубить, - прошептала она, а затем кашлянула пылью, в которую превращалось её тело. Оно истлевало на глазах, частички уносились прочь. В глазах вампирши не было страха, лишь спокойствие, с которым она принимала свою участь, - Теперь он сбежал, рассказал своим. Вот и результат.
- Нет… Ника… Только не говори, что ты…
- Да. Умираю. Скажи это громко, дабы ты сам поверил в это, - она улыбнулась. Нижней половины тела уже не было, в песчинки превращался её живот. На миг мелькнула старая метка Орзовов, распадаясь серым прахом, что просыпался на мои штаны.
- Я отказываюсь в это верить… Ника, нет… Только не ты ещё! – по моим щекам вновь текли слёзы, которые сдерживать нельзя было никак. Ника поморщилась.
- Ой, не реви давай, planeswalker.
- А ты… не оставляй меня, дура, - фыркнул я, дрожащими руками стискивая распадающееся тело. Вампирша слабо моргнула, слегка тряхнула головой, от чего волосы на голове начали распадаться бурой пылью. Ещё пару мгновений я взирал на её виновато улыбающееся лицо, но теперь на моих ладонях были лишь горсти праха. Я медленно поднял руки, ветер подхватил песчинки, закрутил, унося прочь.
Это всё было неправильно. Почему только в книжках у героев всегда получается задуманное? А что в реальности? Тут только боль, страдание и отчаянье, что накрывает с головой. Мир вокруг сузился, сократился до размеров одной маленькой улочки, заполненной трупами. Я сидел на коленях, перебирал руками пыль, которой мгновения назад ещё была моя подруга. Где справедливость?
Ника раскаялась, поняла, что была не права, она поняла это…
Но справедливости она не дождалась. Получила лишь кару.
Для последнего аккорда не хватает только моей смерти.
Я медленно поднялся на ноги. Пыль разносилась прочь, развеваясь по всей Равнике. Где-то далеко были слышны звуки сражения, вопли и скрежет оружия, но это всё было как в тумане. Позади тоже были крики. Кажется, звали меня, да?
Плевать. Просто плевать.
Не дожидаясь более ничего, я сорвался с места, побежал прочь. На ходу выбросил меч, отстегнул ножны. Дорога выстраивалась впереди, пересекалась лестницами, мостами. Криков позади уже не было слышно, я полностью погрузился в мир мёртвой Равники. Дыхание спёрло в груди, натруженные ноги гудели, но я бежал по пустым улицам дальше и дальше.
Дальше от места, где я лишился всего.
Последний мироходец
Я не очень хорошо ориентируюсь в городе, в котором прожил, от силы, несколько недель. Даже в Москве частенько путался, попадал в совершенно иные места, отличные от тех, к которым я стремился. Так часто бывает, когда ты страдаешь прогрессирующим топографическим кретинизмом.
Постепенно ты запоминаешь, конечно, нужную тебе дорогу, в особенности, когда ты ходишь по ней день ото дня, мозг выстраивает свою собственную цепочку догадок и предположений, по которым ты волей-неволей запоминаешь нужный тебе путь.
Я не знаю как, не знаю почему, но ноги вывели меня туда, где я был. Сознание начало ко мне возвращаться лишь тогда, когда вокруг снова начали появляться всполохи в небе. Искры? Да, это были они. Сгустки энергии высоко кружили в небе, устремлялись в сторону огромной цитадели захватчиков, что располагалась в центре Равники. Да, я и забыл даже, что тут идёт война.
Вот сейчас, на том самом месте, откуда мы с Кассандрой смотрели на сражение, я стоял. Вокруг были разрушенные колонны и статуи, под ногами хрустела пыль и обломки кирпичной кладки. Я медленно прошел к краю смотровой площадки площади, откуда открывался прекрасный вид на город. Цитадель с огромным порталом была на своём месте…
Хотя погодите. Присутствовала только крепость, а самой глади портала не было. Как и изогнутых крутых рогов, не было пустынных барханов. Вместо портала было искривлённое пространство, на фоне которого виднелась фигура дракона. Кажется, его звали Никол, да? Да, точно, его так называл маг в синем, когда было большое собрание. Дракон, как и на всём протяжении сражения, продолжал впитывать в себя Искры, которые то и дело поднимались над городом, где виднелись вспышки и слышался гул битвы. Сколько можно пожирать? Куда ему?
Минутка отдыха затягивалась, болели натруженные ноги, дыхание восстанавливалось медленно, поэтому я продолжал глазеть на цитадель из чёрного камня. В ней было что-то притягательное, чарующее и удивляющее. Её размеры были огромны, но, с высоты, с которой я взирал, она казалась игрушечной, как на ладони. Я любовался ей, смотрел на неё, забыв обо всём…
Позади раздались шаги. Я вздрогнул, развернулся.
Ну конечно же… Кто ещё тут может оказаться?
Рослый вековечный с отсутствующей рукой взирал на меня своим пронзающим фиолетовым взглядом, не обещающим ничего хорошего. В правой он держал копье, острие которого медленно поднималось в мою сторону.
- Что, Искру почуял? – фыркнул я, делая пару шагов назад, к самому краю. Мертвец шагнул вперед, нацелил на меня оружие, потом покосился на обрубок своей руки, о чём-то раздумывая словно. Я усмехнулся, вставая на самом краю.
- Не сожрешь мою душу, ублюдок?
Вековечный разжал пальцы. Копье упало на камень, звонко дзенькнуло. На ладони вековечного начало разгораться пламя.
Хрен ему. Не дамся.
Я уже один раз шагнул в пропасть. Сделать это снова не казалось мне уже такой плохой идеей. Смотря точно в глаза наступающему врагу, я показал ему средние пальцы, а затем ухнул вниз.
Странно, но сердце в пятки не уходило. На душе было ледяное спокойствие и безразличие. Я летел с большой высоты, готовый вот-вот пронзить своим телом острые шпили оставшихся целых домов. В висках бешено стучала кровь, Искра полыхала в моей груди. Что же, некое Бессмертное Солнце не даст мне уйти из прекрасной Равники. Тогда, чего мне опасаться?
Только ждать смерти.
Я не хочу, чтобы моя Искра служила злому дракону.
Сердце стучало в груди, спокойно, размеренно, но вот начало бешено биться в грудной клетке, потому что я больше не падал! Некто или нечто подхватило меня в полёте, крепко схватило. Я вслепую уперся в чьё-то плечо, попытался вырваться. Державший меня разжал пальцы, и я снова оказался в свободном полёте… Но ненадолго.
Я плюхнулся на землю, прокатился вперед. Начал ещё сильнее болеть нос, кровь залила губы и подбородок, грудь заныла от удара. Я приземлился, вроде как, удачно, ничего себе не словам, а вроде и не очень.
- Кхе-кхе… Ох… - только и вырвалось у меня из груди. Я с усилием перевернулся на спину, потом вытер кровь с лица. В глазах было мутно, словно плеснули водой. Кряхтя облокотился на локти, повернул голову в сторону, откуда раздались шаги.
- Ну и заставил ты меня побегать…
Глаза мои округлились от удивления. Я закашлялся сильнее, попытался встать, но тело словно не слушалось, так что я мог лишь взирать на то, как ко мне приближалась фигура в белом. Лёгкие одеяния, широкая шляпа в восточном стиле, мягкие тонкие сапоги. Передо мной стояла косплеерша, что спускалась тогда в метро! Та, что потеряла медальон Груулов! Я попытался снова подняться на ноги, и у меня бы это получилось, но девушка молниеносным движением выхватила катану, наставив острие точно мне в грудь. Лица я её не видел, мог лишь слышать голос. Спокойный, мягкий, уверенный.
- Я не пытаюсь убегать, - пробормотал я, слизнув украдкой кровь с губы. Медленно поднял руки вверх.
- Вот и хорошо, что не пытаешься. Хотя, мои опасения имеют обоснованность: ты только что собирался покончить с собой, - в голосе появились стальные нотки, слова резали быстро, точно, резко.
- Иначе бы мою Искру забрали, гражданочка, - ответил я, - Вековечный…
- А, ты про этих что ли? – девушка чуть повернула голову в сторону. Я посмотрел туда же, в груди у меня похолодело. Оказалось, что я упал около развалин дома, рядом с которым вырос гигантский мост ко входу в цитадель. Как я пролетел, как я упал, как меня эта странная девушка вынесла – я не имею ни малейшего понятия, но факт оставался фактом: недалеко от нас вышагивала целая плеяда вековечных, которая двигалась в сторону крепости.
- Д-да… Не попадайтесь лучше им, - сглотнул я ком в горле. Девушка лишь усмехнулась. Катана поднялась, убралась от моей груди, вернулась в ножны, исписанные странными иероглифами.
- Я их не боюсь.
- Вот как? – усмехнулся я, слыша такой дерзкий и уверенный тон мироходки, - Вы встречались с ними раньше?
- Нет, не встречалась. В разных мирах разные враги, у всех у них есть одинаковые слабости, которыми я всегда пользуюсь, - отозвалась девушка, - Ладно, это всё лирика. Сейчас мне нужен ты. Именно из-за этого мне пришлось вернуться сюда.
- Вернуться? – я кашлянул, рискнул сесть ровнее. Голова немного кружилась, но это было ничего, - Это вы зря: теперь вы отсюда не уйдёте.
- Это угроза?
- Это констатация факта. Равника стала ловушкой для всех planeswalker`ов, - я развёл руками, - Никто не уйдёт.
Девушка многозначительно хмыкнула, затем подняла руку. Выставив указательный палец, она провела им в воздухе. Посыпались искры в разные стороны, на моих глазах появилась прореха в пространстве, которая ширилась и росла.
- Если это так, то почему я могу уйти? – произнесла она с некой издёвкой, убирая руку. Прореха тут же схлопнулась, закрылась. Не было никаких рун жёлтых над головой, никаких препятствий…
- Я… Я не знаю… - мне ничего не оставалось только как развести руками в стороны. Девушка довольно хмыкнула, подошла ближе ко мне, протянула руку. Я попытался взять её, но она лишь шлёпнула по руке меня.
- Ау!
- Давай сюда медальон, - потребовала она, - Ну же!
Неужели это всё было ради этой безделушки груульской?! Она прошла через множество миров только ради него?? Звучало жутким бредом, но, судя по всему, это было так. Я выдохнул, запустил руку в карман. Как хорошо, что после всех передряг, я сохранил его. Плюшкин на минималках, блин… Рука моя медленно залезла в карман, пальцы нащупали цепочку. Сглотнув ком в горле, я медленно потянул за неё. Замызганный грязный груульский медальон явил свой лик, покачивался в воздухе. Девушка кивнула, схватила украшение, выпрямилась. Даже не подала мне руку потом. Я почувствовал некий укол обиды.
- Фух… - произнесла она, мягко пальцем проводя по поверхности, по резному символу Клана Груулов. Видимо, эта вещь многое значила для неё. Наученный историей Гриты и Мэлоди, я немного понимал, что может быть к чему.
- Кому он принадлежал? Кому-то важному для вас?
Девушка слегка повернулась ко мне, медальон исчез с моих глаз, спрятанный в белоснежных одеяниях.
- Можно сказать и так. Одному гордому, но безрассудному мальчику.
- Он что, умер? – я изогнул бровь. «Косплеерша» лишь пожала плечами.
- Не знаю.
- Как это не знаете? В каком смысле? – удивленно произнёс я, кое-как поднимаясь на ноги наконец. Чуть шатало, голова кружилась, но, в целом, я чувствовал себя сносно.
- Вот так. Мне нет нужды знать о нём что-то большее, чем я хочу о нём знать.
Опять загадки. Они уже начали подбешивать немного. Я сжал кулаки, но потом расслабил, выдохнул.
- Он из этого мира. Из Равники. Вы тут с ним встречались?
- Нет. Я странствую далеко отсюда, в этом мире мне бывать не приходилось.
- Тогда почему вы направились за потерянной вещью именно сюда? – фыркнул я, дивясь невозмутимости голоса этой Странницы. Если она встречалась с кем-то из груульских ребят, то тот явно был planeswalker`ом. Ещё одна занимательная деталь, к слову.
- Я запомнила тебя. Я видела, как ты взял медальон в одном из миров, - отозвалась девушка. Рука её легла на рукоять катаны. Этот жест показался мне несколько угрожающим, поэтому я заранее поднял руки вверх, бормоча оправдания:
- Я хотел вернуть! А вы уже скрылись…
- Ты повертел его в руках, а потом сел на поезд. А потом провалился в другой мир, прежде чем я успела дойти до тебя, - припечатала мои скудные оправдания Странница своими словами, которые словно не терпели возражений, сжав пальцы на рукояти своего клинка, - Мне пришлось прыгать по самым разным местам, прежде чем я наткнулась на этот город…
- Ну уж извините: там был смертник! – фыркнул я, - И вообще…
- Главное то, что всё кончено, - отрезала Странница. Я сделал шаг назад машинально. Что она хотела этим сказать?
- В каком смысле?
- Всё. Мои поиски, хождения по мирам, никому не нужная война вокруг, - произнесла девушка, - Я повидала сотни битв, сражений, так что могу предсказать итог всего этого.
- Вы что же, провидец?
- Нет. Просто мудрая путница, - хмыкнула девушка, - Оглянись, парень. Что ты видишь?
Что я видел? Вокруг была лишь распутица, разбитые здания, по которым прошлись мертвецы из портала. Тела, камни, брошенное оружие, а в носу был запах гари, смерти и отчаянья. Я взирал на останки прекрасного города, который стал ареной для боевых действий, но эти останки не были пусты… В них кипела жизнь.
Бой приближался, его звуки раздавались совсем рядом. Большой отряд вековечных вышагивал совсем близко, он стремился к цитадели, где ждал хозяин-дракон. Что-то пошло не так? Пригнувшись, я наблюдал за множеством разрозненных солдат, которые шли назад, нарушив все боевые порядки. Это отступление?
- Они что, возвращаются в крепость? – пробормотал я.
- Этот мир оказался крепче, чем они предполагали, - произнесла Странница, - Оу, кажется, там на мосту что-то интересное происходит…
Я повернул голову в указанном направлении. Множество фигур вековечных столпилось у начала моста, соединяющего руины города с цитаделью из чёрного камня. Происходящее заключалось в появлении заблудшего мироходца посередине. Держа меч, он медленно шагал навстречу надвигающейся орде. О, я помню его! Это же тот здоровяк с Собрания! Плечистый, в доспехах, он ещё за кафедрой стоял позади Белерена! А ещё он на Площади Договора всех рубил… Ничего себе! Он до сих пор жив? Значит, этот парень достаточно силён, чтобы пройти через все испытания.
Настолько силён, что заинтересовал даже дракона. Фигура зашевелилась, раскрыла крылья, привлекая и моё внимание. Я мог рассмотреть этого ящера внимательнее. Кривое треугольное лицо, рот, окаймлённый множеством острых зубов, приплюснутый нос, злые глаза, которые буквально прожигали здоровяка на мосту насквозь, а также огромные кривые рога, которые, лично для меня, стали его неофициальным символом.
Сместив взгляд в сторону толпящихся вековечных, я обнаружил ещё одну знакомую фигуру. Черноволосая незнакомка в фиолетовом платье! Та, которую мы видели в городе с эскортом! Она была среди вековечных, шла вперед, а те расступались перед ней, словно послушные слуги. Дама в фиолетовом прекрасно видела здоровяка на мосту, как и её дружок крылатый…
Взмах руки – и вековечные сорвались с места. Раскрыв рот, я наблюдал за стремительным спринтом на узком мосту. Доспехи здоровяка засияли, ловко пущенное копьё отлетело в сторону, а меч в руках мужчины уже отсекал голову первому подбежавшему врагу. Клинки вековечных кромсали броню, били сильнее, но здоровяк лишь отбивался, пока твари не накрыли его толпой…
- Ух… не хотел бы я оказаться на его месте, - скривился я, недовольно морщась. Странница, стоявшая рядом со мной, лишь пожала плечами.
- Странно, что они его ещё не превратили в отбивную, - молвила она, а затем вновь вернулась взглядом к черноволосой, что уже взошла на мост. Девушка шагала вперед. Вековечные слушались каждого её приказа? С её рук исходило такое же свечение, как и из глаз лазотеповых солдат. Что же, эта теория вполне годна для того, чтобы быть реальностью.
Только я не думал, что теория подтвердится так скоро.
Черноволосая красавица замерла на мосту, пока вековечные облепили здоровяка. Словно что-то остановило её, она не пошла дальше. Вместо этого она с силой сжала кулаки, взмахнула правой рукой, на которой полыхнул фиолетовый огонь. Такой же, что теплился внутри каждого вековечного.
Я чуть челюсть не уронил, когда по её велению солдаты вновь ринулись с места. Они расступились перед здоровяком в доспехах, перестали обращать на него внимание. Оружие теперь было направлено в сторону крылатого, восседавшего на вершине своей цитадели. На наших глазах вековечные бросали все свои дела, стремились к Боласу, проворно карабкались по стенам, вонзали клинки, копья, залезали по ним. На морде дракона отразилось некое недоумение…
- Тирана предали, - молвила Странница, а в голосе её прозвучала некая довольная усмешка. Я же стоял, ещё несколько моментов тупил, наблюдая за картиной, которая перевернула всю войну в Равнике с ног на голову. Вековечные развернули оружие против своего хозяина, стремились к нему, повинуясь черноволосой генеральше, стоявшей посреди моста…
Но тут раздался её крик, полный боли. Я тотчас же перевёл взгляд на красавицу, замирая в изумлении. Её тело начинало гореть, огнём вспыхнули её руки, сжигая тканевые наручи. Из глаз полетели искры, занялись волосы. Девушка заживо сгорала в огне магической энергии, но упрямо направляла вековечных против Никола Боласа. Против своего же хозяина.
- Она же…
- Да. Погибает. Дракон точно не оставил бы предательство без ответа, - хмыкнула Странница, - Я же говорила, что всё кончено.
Сожжение незнакомки напомнило мне смерть Ники.
От осознания этого мне стало ещё больнее наблюдать за этим актом самопожертвования…
Однако, я ошибался. Самопожертвование было ещё впереди.
Доли секунды, на которые я отвлёкся, перевернули ситуацию с ног на голову. Плеча умирающей генеральши Боласа коснулась рука здоровяка в доспехах. Оказывается, он пересёк мост, оказался рядом с ней, но, вместо того, чтобы добить её, почему-то сделал… Нечто странное.
Теперь женские крики стихли, сменились яростным мужским рёвом. Пожирающее чародейку пламя перекинулось на здоровяка. Он рычал нечеловеческим голосом, было слышно, что ему было очень плохо. Я скривился: плоть распадалась на глазах, сгорала. Вопль отчаянья и нечеловеческих страданий постепенно стихал…
- Какая… жертва, - покачала головой Странница, а затем, пожав плечами, спрыгнула с камня, повернулась спиной к цитадели и происходящему. Я же ещё пару секунд смотрел на черноволосую чародейку, которая, кажется, тоже была в сильном удивлении от произошедшего. Вековечные продолжали выполнять её приказ, бежали по мосту дальше…
Она осталась жива благодаря жертве другого.
А могла ли Ника остаться жива в подобном случае?
Вновь почувствовав предательские слёзы на глазах, я, последовав примеру Странницы, отвернулся, зашёл за угол здания, дабы не было соблазна продолжать наблюдать за картиной штурма цитадели.
Война скоро кончится. Теперь, это стало понятно.
Дракон лишился своего основного рычага давления, своей основной ударной мощи… Теперь гильдии его сомнут.
- Кстати, а почему ты ещё здесь? – вырвал из раздумий голос Странницы. Я помотал головой, посмотрел на фигуру в белых одеяниях, которая стояла в десяти шагах от меня в пол оборота. Чёрт, она ведет себя так, словно ничего не произошло! Такой спокойный будничный тон человека, которому на всё наплевать! Это меня начало бесить.
- К тебе тот же вопрос, - фыркнул я, - Медальон твой у тебя, из мира ты уйти можешь. В чём проблема?
- Зачем сразу так грубо? – усмехнулась Странница, проводя правой рукой в воздухе, вновь открывая чернильную прореху, - Я просто поинтересовалась.
- Тебя это не должно волновать. Иди давай, гуляй, - я почувствовал злобу и гнев от общения с этой наглой манерной лицемеркой, которая, судя по всему, думает только о себе.
- Я-то уйду, меня тут ничего не держит. А вот насчёт себя ты подумай. Хочешь ли ты возвращаться назад, в свой тусклый и серый мир без магии? Вновь оказаться в темнице своих малых возможностей, без надежды на что-то большее?
Она издевается ещё! Во мне родилось желание пульнуть в неё камешком, дабы не читала мне лекции. Видимо, это отразилось на моём лице, потому как Странница более ничего не говорила. Она лишь шагнула в прореху, покидая Равнику.
Я же остался совсем один. За моей спиной был слышен рев дракона, треск заклинаний, скрежет мечей и щитов, гулом разносящиеся по всему городу. Это не моя война, как я раньше и говорил, но, волей-неволей, я в ней участвовал. Хоть это и не моя война, я потерял в ней всё, что смог приобрести за короткий промежуток времени. И ради чего? Ради того, чтобы я смог просто уйти отсюда?
Слова Странницы плотно засели в моей голове. Теперь, я могу вернуться, в теории, но что меня будет ждать дома? Реальность стала такой расплывчатой дымкой, которая была сном, а Равника стала настоящей. Погибающей, но настоящей. Могу ли я считать её своим новым домом?
Нет, это неправильно. Я здесь чужой…
Слишком много мыслей, слишком много сравнений и противоречий, что разрывали меня буквально на куски.
- Дима?
Я вздрогнул, поднял взгляд. Шмыгнул носом, выставил руки, а затем оказался едва не снесенным штормовым напором Кассандры. Горгона обняла меня, ткнулась в плечо носом. Её крепкие и сильные руки обхватили меня крепче, ноги чуть оторвались от земли. От такого приветствия у меня перехватило дыхание даже!
Мне стоило удивиться?
Нет, если честно, я ожидал чего-то такого.
- Ах… задушишь…
- Задушу, чтобы так больше не рвался никуда! – рявкнула она на ухо, а затем рёв дракона в цитадели заставил её ослабить хватку, - Ох… Что там происходит?
- Наши побеждают. Вроде того, - вяло отозвался я, а затем поймал себя на слове. «Наши». Жители Равники, которые вышли защищать свой дом с оружием в руках. Как это делал я, как делала Фрэла и её товарищи...
Я называл их всех «нашими».
- Дмитрий, может объясните причину того, что вы сбежали от нас? – послышался голос Пэра. Ведалкену, как ни странно, помогал Краг, который поддерживал синекожего при каждом шаге, шагал рядом с ним.
- Неважно уже… Давайте просто забудем всё это, - махнул я рукой. Слабость начала накатывать на меня волнами, накрывать с головой. Я наплевал на всё, сел прямо на землю, выдохнул. Мысли разбегались тараканами из чугунной головы, - Как вы нашли меня?
- Краг помог, - Кассандра показала рукой в сторону гоблина, который тотчас же выпятил грудь колесом, от чего ведалкен едва не упал, лишившись опоры.
- Колдун, тебя несложно было найти. Особый гоблинский секрет помог мне! – подмигнул он, а затем заулыбался довольной широкой улыбкой с острыми зубами. Какой же он все-таки мерзкий, скользкий и неприятный тип…
Землю тряхнуло. Мы все вздрогнули, посмотрели на небо. Темнота от портала начала меркнуть, бледнеть, постепенно разноситься в разные стороны. По Равнике пронёсся ужасающий гул, в котором можно было услышать громогласный драконий рёв. Над цитаделью полыхало ослепительное зарево, освещающее всё вокруг.
- Смотрите! – Кассандра прошла чуть вперед, показала рукой в направлении этого зарева, - Взгляните, скорее!
Что же там такое? Я поднялся на ноги кряхтя, заковылял вперед, подходя к горгоне, сразу же схватив её за руку. Мой взгляд смотрел вперед, через мост, где крылатый тиран находил свою погибель. Никол Болас ужасающе выл, его тело полыхало магическим огнем, а из груди торчал наконечник громадного двузубца, который, судя по всему, пробил тело гиганта со спины насквозь. Дракон шипел, ревел, широко раскрыв пасть, а вокруг него начинали кружиться мерцающие огни…
- Победили?! – выдохнул Пэр, проковыляв к нам, опираясь на моё плечо. Я помог иззету встать ровнее, и вот теперь мы уже все вчетвером взирали на смерть захватчика, пришедшего в чужой мир. Тело Боласа ещё недолго боролось со смертью, но вот яркая вспышка пронеслась по всему городу, разрывая великана…
***
Мерцающие капли падали везде, переливались, но не растекались, а оставались парить небольшими сгустками в сантиметрах от поверхности. Я медленно подошёл к одной из них, присел рядом. Капля сгустилась, внутри неё словно бы мерцали маленькие молнии, переливались и клубились.
- Что это может быть?
- Не могу сказать точно, но в этих штуках кипит сильная магическая энергия, - произнес Пэр. Водрузив на нос очки с треснутым стеклом, он, кряхтя, присел рядом с одной из парящих капель, протянул к ней руку…
- Пэр, может не стоит? – произнесла Кассандра, но ведалкен был упрямее. Его пальцы коснулись мерцающей капли. Она начала легко пульсировать, но послушно скользнула в поставленную ладонь. Пэр встал с колен, начал внимательно оглядывать её.
- Никогда не видел ничего подобного…
Мерцающий дождь проливался над всей Равникой. Все больше и больше капель превращали руины города в нечто сверкающее в лучах кровавого заката.
Видя, что с Пэром ничего не происходит, я тоже рискнул, взял аккуратно одну обеими руками. Сгусток энергии пульсировал в ладонях, переливался, внутри что-то мерцало, искрило. Тотчас же я почувствовал тепло в моей груди, оно словно бы тянулось незримыми щупальцами к тому, что я держал в руках…
До меня начало доходить.
- Это Искры, - пробормотал я, - То, что осталось от жертв Боласа.
- Быть не может! – Пэр едва не выронил свою, охнул. Краг отскочил в сторону от капли, вздрогнул, залез под чудом сохранившийся козырёк рядом стоящего дома.
- Откуда они здесь? – молвила Кассандра, также державшая в своей руке одну из мерцающих капель, задумчиво смотря на кавалькаду молний внутри.
- Наверное, от гибели дракона, - отозвался я. Подняв ладони, я выставил пульсирующую Искру навстречу ветру. Сгусток энергии легко сорвался с моих рук, полетел вверх, оставляя за собой светящийся хвост, уносясь к облакам… Вслед за ним начали мерцать и другие Искры: они медленно отрывались от земли, устремлялись вверх, подобно призракам.
Вся Равника блестела от сотен Искр, облака мерцали, когда сияющие стрелы пронзали их. Высоко в небе я мог видеть, как последние части душ павших мироходцев окончательно становились свободными…
- Как это красиво, если бы не было так грустно, - произнесла Кассандра, наблюдая за представлением. Я кивнул, также продолжая смотреть на небо, которое постепенно темнело настоящими сумерками, которых так не хватало за время боевых действий.
- Эй, пусти! Пусти, кому говорят!
- Я хочу это изучить!
Я скептически изогнул бровь. Краг грозился кулаком на Пэра, пытался ударить ему по рукам, в которых трепыхался мерцающий шар Искры, а ведалкен старательно пытался не подставиться.
- Пэр, отпустите, - попросил я. Синекожий покосился на меня недовольно.
- Дмитрий, это такой шанс…
- У вас в руках чужая душа, которую насильно вырвали из тела, - фыркнул я, чуть повысив тон. Пэр поджал губы недовольно, но спорить более не стал. Отпихнув от себя гоблина ногой, он убрал руку, которой накрывал сгусток энергии. Искра плавала на поверхности ладони, мерцала еще примерно полминуты, а затем медленно поднялась выше, устремляясь в небо, сопровождаемая тяжёлым вздохом учёного Иззетов.
Всполохи поднимались выше, со всех сторон разрушенного войной города. Сколько planeswalker`ов отдали свои жизни? Плюс ещё несчётное количество обычных жителей, которые виноваты только в том, что встали на пути исполнения мрачных планов разумного ящера из другого мира…
- Теперь, всё кончено? – произнесла Кассандра, также, как и я, глядя на мерцающие небеса.
- Кажется, да. Всё закончилось.
Горгона посмотрела на меня своим золотым взором.
- Теперь, ты можешь вернуться домой.
Я изогнул бровь, вопросительно посмотрел на Кассандру. К чему она завела этот разговор?
- Домой?
- В свой мир. Зачем тебе это место, искалеченное войной? – продолжила она. В её голосе звучала теплота, забота и переживание. Я повернулся к ней лицом, взял за руки.
- Ты хочешь, чтобы я ушёл?
- Нет, не хочу, - горгона слегка улыбнулась, - Но я понимаю, что тебе нужно это сделать. Разве не ради этого ты был тут?
- Быть тут, чтобы вернуться? Тебе не кажется, что это звучит неправильно?
Кассандра сжала мои запястья пальцами, чуть притянула к себе.
- Когда ты мне сказал, что ты мироходец, я поняла, что ты тут застрял. Ты не был частью Равники, не был частью окружающих нас циклов и течений. Я видела, что ты был растерян, что ты не понимал происходящего вокруг… Даже сейчас ты колеблешься, поэтому, я хочу, чтобы ты сделал правильный выбор, пока не стало поздно.
- По-твоему, мой выбор должен быть…
Палец Кассандры лёг на мои губы, заставляя меня замолчать.
- Ты здесь потерял слишком много.
- Но я и нашёл многое! – начал было протестовать я, но девушка вновь заставила меня замолчать, закрывая рот уже всей ладонью, - Фы…Фаффанфа…
- Ты нашёл одну красивую горгону, хочешь сказать? – улыбнулась она, - Мне приятно это слышать, поверь, правда, но оставаться только ради меня? Это глупость.
- Касс… - прошептал я, но девушка обняла меня. Щупальца на её голове слегка зашевелились, словно волосы от подувшего со стороны ветра.
- Иди, мой первый и последний мироходец, - прошептала она мне на ухо. Я услышал нотки плача в её голосе, которые она старательно пыталась спрятать под пеленой тёплых и чарующих слов. Эти слова обволакивали моё сознание, успокаивали, заставляли не думать о плохом, что происходило вокруг в последние ужасные дни. Я обнял Кассандру в ответ, ткнулся носом ей в плечо.
- Ты уверена в этом?
- Уверена.
- А как же ты?
- Я переживу это.
- Такое чувство, что ты специально меня выпроваживаешь…
Горгона тяжело вздохнула, но ничего отвечать на это не стала. Лишь легко поцеловала в щеку, разлепляя объятья. Я потёр щёку рукой, виновато улыбнулся. Когда Кассандра отошла в сторону, ко мне подковылял Пэр, протянул мне руку, которую я, конечно же, пожал.
- Мне было крайне приятно работать с вами, Дмитрий, - произнес учёный, поправляя вечно сползающие треснутые очки, - Но мисс Кассандра права: вам стоит вернуться.
- А почему вы так считаете? – усмехнулся я. Ведалкен пожал плечами.
- Равника стала опасной. Для таких как вы, planeswalker`ов. После этой разрушительной войны, охоты за вашей Искрой… Лучше переждать в более безопасном месте. К тому же, никто не говорил, чтобы вы уходили навсегда, разве нет?
В моей голове стукнули молоточки. Стоп, погодите, а ведь действительно… Я же ходящий-по-мирам, я могу прийти и уйти в любой мир когда угодно! Если, конечно, там не будет некого Бессмертного Солнца, но это всё лирика.
- Я вернусь, Кассандра, - я посмотрел в сторону горгоны, - Тут ты меня не переубедишь.
- Если ты вернёшься – я буду очень рада этому, - улыбнулась девушка, украдкой вытирая слезу с щеки. Пэр также кивнул головой.
- Дмитрий, возвращайтесь, когда Равника придёт в себя после войны. Это будет разумно, поверьте.
- Колдун, когда вернешься – притащи ещё таких дощечек, я уверен, у тебя их там много! – раздался голос гоблина, о котором мы как-то все забыли. Я покосился на подошедшего Крага, криво усмехнулся.
- Тебе одной мало?
- Так я их перепродам! – довольно хмыкнул зеленокожий, приосанившись, - Многие готовы будут предложить за них баснословные суммы!
Я представил себе, как по всей Равнике идёт мода на «айфоны» и «андроиды». Поморщился.
- Я подумаю над этим.
- О! Я уверен, что тебе можно доверять! Я с самого начала это знал! – Краг довольно протянул мне руку. Что же делать, пришлось отвечать пожатием.
Вокруг, к слову, уже были сумерки. Равника погрузилась в спасительную тьму, которая освещалась лишь заревом пожаров и магическими огнями процессий, которые шли где-то далеко от нас. На ладони Пэра появился ярко-красный всполох. Скрутившись в лёгкий шарик, он поднялся вверх, давая немного света. Кассандра также выставила свою ладонь, откуда сорвался ярко-зелёный сгусток магии.
- Вы похороните потом наших друзей? – спросил я, сам украдкой вытирая глаза. Ведалкен кивнул.
- Конечно. Мы передадим их гильдиям. Всем павшим будут оказаны почести, я уверен.
- Не всем, - тихо пробормотал я, вспоминая участь, которая была уготована Нике. Когда я закрыл глаза, я снова увидел её лицо. Сознание выстраивало образы чётко и ярко, словно она была тут, среди нас. Наверное, она так и останется в моём сердце.
Ладно, как я говорил не раз, хватит лирики. Это всего лишь слова, которыми мы хотим отмахнуться от правды, окружающей нас. Всем этим я лишь оттягивал возвращение. Так ли оно мне нужно? Я не знал. Во мне были противоречия, они боролись между собой, как два яростных пса, не желая уступать…
«Ты больше не будешь зацикливаться на этом моменте?»
«Не буду. Обещаю»
«Точно?»
Ника легко пихнула меня кулаком в плечо
«Обещаю, Ника».
Вампирша довольно закрыла глаза, а затем погладила ледяной ладонью по моей щеке. Противоречия стихли, их гомон и борьба начали затихать.
«Вот и хорошо. Тебе нужно вернуться домой»
Моего возвращения хотела Ника. Действительно ли на этого хотела, или это были слова фальши? Так или иначе, в моём сознании это всё было реально. Я не хотел, чтобы её последнее желание пошло прахом.
Я вытянул руку вперед. По пальцам прошёлся знакомый холодок. Искра в моей груди стала такой родной, такой естественной… Вспоминая, как делала Странница, я повторял движения: закрыв глаза, провел пальцем в воздухе, словно бы разрезая пространство. В голове у меня вспыхнули образы Кремля, Спасской Башни, огромного здания ЦУМа…
Москва кажется большой, но, когда ты вспоминаешь о ней, ты думаешь только о достопримечательностях.
Старая, покалеченная жизнью старушка. Я возвращаюсь к тебе.
***
Противно зазвенел будильник. Настойчиво, надрывно, не переставая. Однако, через пару мгновений, звон прекратился, ибо звонок заледенел, покрылся самой настоящей ледяной коркой. Стекло треснуло, стрелки дернулись, покрылись изнутри инеем. Я медленно открыл один глаз, чертыхнулся. Опять.
- Вот же…
Сон не отпускал из своих объятий, однако постепенно щупальца, опутывающие сознание, расцеплялись, уходили прочь. Кое-как мне удалось сесть ровно, хотя меня ещё и неистово шатало.
Всё было так же, как и прежде, снова бардак, что я оставил по вчерашнему приходу. На полу валялась пустая бутылка, которую я загнал под шкаф лёгким пинком, прежде чем встать и направиться в ванную.
- … к последним событиям. Объявили новые подробности о теракте, который произошёл на станции метро «Китай-город» два месяца назад. Движение по данной ветке движения метрополитена до сих пор не восстановлено, хотя ремонтные работы проводятся в полном объеме, как утверждают в Управлении Транспорта Москвы. К фигурантам данного уголовного дела добавились ещё несколько обвиняемых. Именно они, по данным следствия, помогли смертнику пронести в вагон метро взрывчатку…
Они до сих пор мусолят это дело. Неужели им не надоело? Я взял пульт, нажал на кнопку. Телевизор пискнул, экран перестал показывать, звук стих, так что теперь только из открытых окон был слышен звук утреннего города. Не смотря на низкую температуру, я достаточно вольготно чувствовал себя на таком прохладном воздухе, не испытывая никакого дискомфорта, поэтому приобрёл привычку раскрывать все окна в квартире. Сквозняки? Они меня не пугают больше.
Мирно шкворчала яичница на плите. Я примерился, щёлкнул пальцами, направил указательный на огонь. Пламя тотчас же потухло, от чего я недовольно скривился. Почему мне не даётся пламя? Эй, Искра, ты что, только на холод и лёд оказалась столь щедрой?
Искра в моей груди не ответила. В привычном понимании этого слова, конечно. Тепло начало растекаться по моему телу, на ладони закружился маленький снежный вихрь, разбрасывая тающие снежинки в разные стороны. Я усмехнулся, сжал ладонь в кулак, ощущая мелкий снежный хруст, а затем потянулся за ножом.
Мой взгляд зацепился за старую бумажку, что лежала на разделочной доске. Забавно: сколько я проводил времени за готовкой, я всё никак не замечал её. Пальцы мои коснулись бумажки, развернули ко мне ближе так, чтобы я мог прочесть написанное. Дата, номер поезда, вагона… Интересно, Алина сильно расстроилась, когда не встретилась со мной? Должно быть, кляла меня последними словами, потому что «абонент был вне зоны доступа». Получилось как-то неправильно, если честно, но не будем о грустном…
Всё прошлое должно уйти, поэтому бумажка полетела в мусорное ведро, а я сам потянулся за стационарным телефоном, раскручивая провод. Пальцы скакали по кнопкам, пока нужный номер не был набран, а в трубке не раздались знакомые гудки. Я нервно постукивал пальцами по столешнице, поглядывал в окно. Ну же, давай, отвечай…
- Компания «Строй-Декор», менеджер Николай, чем могу быть…
- Это я, Ник, - произнёс я, взъерошил пальцами волосы на голове себе. В трубке пару секунд было молчание, на другой стороне провода явно были в некоем замешательстве.
- Диман?? Ты??
- Я. Сказал же, - голос у меня был холоден, сух.
- Ты где пропадаешь, твою мать?? Как ты… Мне пришлось выписать тебе внесрочный отпуск, дабы тебя не попёрли на работе, знаешь ли!
- Ну и зачем ты это сделал? Мог бы просто сидеть на жопе ровно…
- Так, стоп, ты что, с упрёками звонить решил? Я ожидал, что ты поблагодаришь меня вообще то! – недовольно заявил мой приятель, - Ты где был два месяца?! Шеф устроит тебе кровавую баню, как только ты появишься в офисе!
- Кровавую баню? Не поверю, если он, конечно, не вековечный, - фыркнул я. Николай замолчал на мгновение в трубке, потом прокашлялся.
- Что за х**ню ты несешь? Какой вековечный? Кто вечный?
- Неважно. Я к тому, что можешь прямо сейчас пойти к шефу и отдать за меня заявление по собственному. У меня в столе возьми печать, подписываться за меня ты умеешь, так что, думаю, труда не составит сделать такое.
- Дим, ты в секту записался? – продолжал недоумевать товарищ, - Какое ещё по собственному? Другую работу нашёл?
- Можно так сказать. Возьми это за рабочий вариант в заявлении. Прошу уволить по причине того, что я нашёл другую работу, вот…
- Стоп, а ты что, заезжать не собираешься в офис?
- Мне это без надобности. Я уже сегодня покидаю Москву, а лишний багаж мне ни к чему. Тащить ещё всё с собой… Не хочу.
- Так, стоп. Ты только впервые объявился через два месяца, до этого от тебя не было ни слуху, ни духу, а тут такое сразу… - возмущению Николая не было предела. Хотя, на его месте, я бы тоже был бы вне себя. Кажется, из-за моего исчезновения сорвалась какая-то крупная сделка, если не изменяет память.
- Коль, ты сделаешь то, что я прошу? Или как? – сухо поинтересовался я, прерывая поток пламенной речи. Друг заткнулся, в трубке было слышно лишь сопение.
- Сделаю. Но с одним условием.
- С каким же? Я весь во внимании, - произнёс я, криво ухмыльнувшись.
- Когда ты уезжаешь?
- Ближе к ночи. Как вещи соберу.
- Значит, после работы, я заеду к тебе, а потом ты ВСЁ расскажешь мне. Абсолютно всё что было, где ты был. И что за работа новая. Договорились?
- Договорились, - не моргнув и глазом сказал я. Ответ этот устроил Николая, так что разговор прервался. Я был рад этому, потому что времени катастрофически не хватало. Разумеется, встречаться я с ним не собирался. Прости, Коль, всё прошлое должно уйти. Я так решил.
Пальцы набирали уже другой номер, но тут я остановился. Задумался.
Так ли я хотел звонить родителям? Я понимаю, они там переживают за меня, что почти два месяца не было вестей никаких…
Возможно, я поступаю неправильно, но, если я нажму последнюю цифру, вернуться уже не смогу. Прошлое окончательно поглотит меня.
«Хочешь ли ты возвращаться назад, в свой тусклый и серый мир без магии? Вновь оказаться в темнице своих малых возможностей, без надежды на что-то большее?»
Голос проклятой лицемерки вновь зазвучал в моей голове.
Только сейчас я начал понимать смысл её слов.
Если бы я понял её раньше, ещё когда раскрывал прореху в пространстве впервые…
Это бы убедило меня остаться. В Равнике.
Прости, мам, но больше разговоров, в ближайшее время, у нас с тобой не будет. Иначе я не смогу уйти туда, куда хочу.
Трубка легла на аппарат. Взяв нож, я перерезал провод, дабы более не было соблазна никакого. Облегчение тронуло мою душу, я спокойно смог выдохнуть.
Ещё одна соломинка оборвалась. Осталась одна.
Вернувшись в комнату, я подошёл к балкону. Отворил дверь, вышел на холодный морозный воздух. Снег лежал на машинах, на земле, люди спешили кто куда, по своим делам, а я ворочал замёрзшие канистры, волоча их в комнату. Тут была раньше моя заначка с бензином на чёрный день. Что же, машины больше нет, так что и этот бензин мне более не нужен. Проворно отвинтив крышку, я пихнул ногой канистру. Жидкость с резким запахом забулькала, выплеснулась на ковер, начала пропитывать его. Я открыл вторую канистру, начал поливать кровать, письменный стол. Рука моя замерла только рядом с ноутбуком. Усилием воли я прервал себя, поставил канистру, склонился над агрегатом. Хм…
- Ох, ну я и слабак, - улыбнулся я, беря аппарат, закрывая экран. Бережно положил его в сумку, застегнул, поставил рядом с диваном, а затем продолжил разливать бензин, пока в носу не засвербило от резкого запаха.
Раскрыв шкаф, я уставился на вещи. Тут я тоже приготовился: взял крепкие армейские берцы. Купил ещё вчера, зашнуровал, поставил подальше в шкаф. Лучшая обувь, как ни крути. Прищурившись, кинул оценивающий взгляд на аккуратно сложенные джинсы. Соблазнительно, но так, как с ноутбуком, не пройдет.
В «топку» летело всё, весь мой шкаф, кроме дальней вешалки, где удобно устроилась одежда из грубого покроя. Я любовно разгладил немного потрёпанный, но чистый кожаный плащ с капюшоном, снял его, повесил на дверцу. Потом проворно закатал рукава бежевой тканой рубахи, поправил воротник. Стоя перед зеркалом, надел её, потом штаны, на которых более не было ни дырок, ни пятен равниковской грязи, а последними натянул берцы.
- Думаю, это будет кстати, - сказал я сам себе, аккуратно натягивая кожаные краги на руки. Сжал кулаки, потом разжал. Перчатки отлично сидели, не стесняли движений. Искра заискрила в моей груди: по моему велению на ладони расцвел ледяной цветок. Красивая ледяная роза, покрытая каплями талой воды.
Отлично. Это мне и нужно было.
Последним аккордом моих сборов стал плащ. Быстро накинув его, я нацепил капюшон на голову. Да, надо привыкать носить его, хоть он и несколько сужает обзор по сторонам, как ни крути, но скоро я привыкну. Как привык ко всему до этого.
В квартире сильно пахло бензином, поэтому я торопливо вышел из гостиной, прихватив сумку. В руках я вертел зажигалку, чиркая кремнём, высекая искру за искрой.
Слишком опрометчиво поступаю?
Нет. Просто рублю всё прошлое, чтобы не было соблазна вернуться. Зачем возвращаться туда, где тебя ничего не держит?
Моя жизнь кардинально изменилась, а я едва не упустил свой шанс.
Ника хотела, чтобы я снова был тут, но она не знает жизни в моём мире. Она бы поняла моё возвращение, разве нет? К тому же, я сделал так, как она хотела. Я вернулся.
Чтобы закончить все дела.
Остался лишь последний штрих.
Зажигалка вспыхнула пламенем. Я взял туго скрученную тряпку, языки пламени начали лизать её. Примерившись, я бросил этот импровизированный фитиль в сторону комнаты. Дохнуло теплом, был слышен громкий треск, с которым начал быстро сгорать мой ковёр. Потом очередь дойдёт до кровати, потом до всей квартиры…
Но меня уже тут не будет. Я закрыл глаза, ощущая жар, что накрывал с головой. Нужно лишь сосредоточиться, сделать правильное представление.
Как розу, что распускается на подставленной ладони.
Небесные шпили Равники закрывали горизонт, бескрайний город расстилался передо мной в трещине пространства между мирами и Слепой Бесконечностью. Я развёл руками, проход стал шире, ярче. Картина бесконечного города, живущего своей жизнью, полностью охватывала меня, заставляла мою Искру полыхать неистовым пламенем в груди.
Прощай, старая покалеченная старушка Москва. Обещаю по тебе скучать.
Здравствуй, о прекрасная девушка Равника. Обещаю, что скучать я с тобой не буду.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге