Непреднамеренная битва

Глава 1

Бой продолжался уже неизвестно сколько. Кто он, за что сражается, с кем сражается, где и когда– было неизвестно. Осознанность стала втекать, словно утреннее солнце: медленно, постепенно внося свет и аккуратно вплетаясь в полотно тьмы.

Первое, что посетило сознание, это ощущение того, что бой продолжать нужно, но очень не хочется. Сейчас он лежал на земле, а над ним возвышался гигантский человек, частично облачённый в лёгкие доспехи, а частично– с обнажёнными участками тела. В этот момент он заносил невероятно огромный– даже для него– меч, явно собираясь сокрушить его на лежащего на земле человека. Последний инстинктивно вскинул руки, в одной из которых (в правой) оказался очень короткий меч– раз в пять или шесть короче того, что вот-вот готов был обрушиться на него. Малая величина орудия компенсировалась ярким синим светом, который агрессивным свечением исходил от всего лезвия и, вдобавок, источал нежно голубую ауру рассеянного кристаллического свечения. Странно: свет меча– очень яркий и агрессивный– совсем не раздражал его глаза, хотя он помнил, что свет гораздо меньшей интенсивности заставлял его жмуриться и отводить взгляд в сторону. «Это мой свет– он не может меня ослепить или навредить мне»– мелькнула очень чёткая мысль, сдобренная эмоциональной уверенностью в её верности. Реакция гиганта оказалась полностью противоположной– он зарычал, подобно зверю, и отвернул голову в сторону, хотя и не оставил ни своего намерения нанести удар, ни приводящего это намерение в действие огромного меча, который набирал скорость, чтобы встретиться с мягким человеческим телом и небольшим световым мечом.

Сталь прошла сквозь голубую ауру и только коснулась синевы несравненно меньшего клинка, как произошёл беззвучный взрыв: синяя вспышка сколлапсировала, откинув практически двухметровый меч и его обладателя далеко от лежащего человека, при этом синева прошла сквозь последнего, не причинив ему никакого вреда, а наоборот– усилила процесс вспоминания и осознания происходящих здесь событий и процессов.

«Значит, я воин, но почему и за что я сражаюсь?»– ответ пока не приходил, но было ясно, что сражаться всё ещё надо, хотя бы для того, чтобы сохранить жизнь. Человек («Имя? Какое же имя у меня?») встал и стал осматриваться. Меч в руке почему-то потускнел и уже не выдавал такого интенсивного, насыщенного и яркого света, а его голубоватая аура почти рассеялась. Размышлять над этим не было времени, так как его соперник уже встал и направился к нему– и явно не заключать перемирие, о чём говорило его злобное и перекошенное лицо, скорость походки и маниакальность в затуманенных глазах. Памятуя о первой встрече их клинков, человек (Ангк… Анх… ААГК…– вертелось в голове) уверенно пошёл навстречу своему оппоненту. Когда оставались считанные шаги, двое почти одновременно занесли свои клинки– каждый со своей скоростью, траекторией и направлением,– которые встретились где-то посередине между их телами. Ожидаемая синяя вспышка не произошла– вместо неё пространство между сражающимися озарила быстрая синяя искра размером с двухметровый в диаметре шар, которая тут же схлопнулась, будто её никогда и не было. Гигант пошатнулся, сделал несколько шагов назад, но остался стоять на ногах. Его соперник с синим светящимся мечом остался на том же месте, но его клинок полностью лишился своего свечения.

«Как странно… Спааать… Снов-В-ваааа…»– вместе с потухшим клинком, на него стало спускаться странное состояние забытья, а окружающая действительность стала сужаться– её восприятие ограничилось. Наряду с этим, появилось вязкое состояние, будто всё внутри заполнила засыхающая смола.

Гигант вновь уверенной походкой направился к своему противнику, который мало того, что своими размерами уступал великану, так ещё и находился в неадекватном состоянии, которое не получалось даже толком описать. Раскручивая в этот раз свой меч над головой, огромный воин попытался сбоку нанести удар в корпус. Как и в первый раз, человек с коротким, но уже не светящимся клинком вскинул руки в защиту. Показавшееся солнце коснулось стали, которая тут же впитала в себя желтизну светила. Яркий белесый свет, переходящий в жёлтый, наполнил маленький меч, и лезвие отразило лучи солнца на гиганта. Тот, в свою очередь, выронил вращающееся над головой орудие, а сам остановился и впал в ступор, будто очнувшись от своей неистовой ярости и стараясь осознать столь резкий переход между его состояниями.

Воин-гигант стал оседать, а в его лице начали угадываться человеческие черты: взгляд, до того зашоренный и затянутый пеленой, немного прояснился– в нём заиграли искры понимания, осознанности и ясности. Тело внутренне расслабилось, освобождаясь от запрограммированной в нём агрессии и безостановочной тяге к насилию. Гримаса боли и ненависти, что искажала и сковывала его ротовую полость, словно невидимый механизм заставляя являть миру нечеловеческие задубевшие маски, отпустила хватку и постепенно покидала скулы, губы, щеки, челюсти и другие большие и малые элементы человеческой головы. Воин-гигант, подвластный теперь другим силам– перемен и преображений– постепенно пробуждался от навязчивого и навязанного сна. Последние попытки или даже автоматизмы принуждали великана предпринимать попытки действовать "по-старому": он стал нападать вновь. Но его соперник, уже наученный предшествовавшим опытом, вместо противодействия стал уклоняться: вот огромный меч уже не так бодро и остервенело, но ещё довольно грозно, сверху наискосок пронёсся к человеку, который ловко нырнул под него, по наитию поднял свой короткий меч, притянувшему из пространства одного из энергетических "облаков" сине-голубой свет. Он– свет– вначале наполнил клинок, затем облёк обладателя, как в одёжу, в сине-голубой балахон, а потом излился на великана, расширяясь и распространяясь по мере удаления от лезвия. Гигант, стоявший полу-боком к источнику света (человеку с клинком), только начинал выходить из удара и уже разворачивался к своему противнику, чтобы вновь атаковать, но окутавший его ореол синевы вынудил его вначале остановиться, затем пасть на колени и склонить голову. Он сейчас отходил, как от креплёного спиртного, от сковывающей его долгое время и неподвластной ему силы. Неподвластной лишь на время. Почему-то складывалось впечатление, что теперь с ним будет всё в порядке, нужно лишь немного времени.

Где-то в стороне вдруг мелькнула вспышка. Человек посмотрел туда и заметил висящее и волнующееся, словно вода, поле плазмы. В другом месте он уловил синее световое поле. Ещё поодаль стали появляться поля различных цветов и оттенков. Это место, человек так понял, стало преображаться. Преобразив гиганта, он лишил подпитки те силы, которые его– великана– вели: хаотичные, деструктивные, властные. И сейчас они рыскали рядом в виде взвинченных и "паникующих" вихрей, силясь понять: как внедрить себя обратно в прежнего носителя, да и в любого другого, кто впустил бы их в себя. Словно обезумевшие ищейки, они ощупывали каждый кусочек физического тела и энергетического естества гиганта, но не только– узрев причину, по которой лишились такого ценного для них проводника, деструкторы устремились к нему– к человеку, который наблюдал сейчас за всем, опустив свой небольшой меч, мерно пульсирующий синевой в данный момент. Но как только деструктивные энергии оказались в непосредственной близости, меч, словно обладая самосознанием, притянул (или втянул, словно курильщик сигаретный дым в лёгкие) сине-голубой свет с красными кристаллическими вкраплениями из создающихся в пространстве резервуаров энергии. Свет наполнил клинок и его обладателя и меч, опережая мысль и всякие побуждения своего носителя, взметнулся остриём вертикально вверх и из крохотного кристалла на его наконечнике стали появляться сотни капсул и контейнеров энергетической природы. Они устремились в эпицентр деструкторов и стали заключать в себя порционно часть этих нестабильных энергий, тем самым разделив их на сектора и погасив разрушительный потенциал. Это продолжалось до тех пор, пока даже последняя микрогранула разрушительных энергий не была изолирована и выведена из пространства и гиганта. Следом за этим перед человеком с мечом возник из ниоткуда компас, который по еле-заметной ниточке соединился с кристаллом меча. В результате этого, в пространстве стали открываться порталы, в которые от меча вылетали такие же капсулы, контейнеры и просто энергетических сгустки разнородных энергий. Первоначально компас отправил их к родственным гиганту созданиям и существам, чтобы оказать подобного рода помощь. Дальше, по мере энергетической наполненности, энергии устремлялись в другие пространства, где могли бы принести пользу.

Для человека с клинком, впитывающим свет и энергетическую плазму, всё происходило будто в замедленном режиме– все ходы, действия, мотивы гиганта (а точнее– сил, ведущих его) были очевидны и простраивались наперёд на каком-то определённом этаже сознания, к которому открылся доступ. Ещё один пласт восприятия, тоже активировавшийся со второй волной атак великана, давал вИдение сил, довлеющих в диапазоне его невольного соперника: эта было нечто резкое, порывистое тёмно-серое, переходящее в чёрный. Человек провёл, словно кистью, своим небольшим мечом в тех местах, где довлела тёмно-серая муть, отчего субстанция словно изменила свою полярность или, если быть точнее, лишилась своего деструктивного заряда– размагнитилась. Ее агрессивные, жалящие и порывистые мотивы сменились мерной текучестью, а цвет из серо-черного стал вначале коричневым, а после– прозрачно зелёным. После недолгого "плавания" вокруг великана, прозрачно-зеленая энергия втянулась в гиганта в районе солнечного сплетения. Он сел на землю, обхватил колени могучими руками и перестал обращать внимания на своего недавнего соперника в битве неизвестно за что.

Человек– недавний соперник гиганта,– почувствовав, что здесь ему больше делать нечего, стал поэтапно растворяться: от плотного состояния к более тонкому, а потом и вовсе исчез из этого мира или слоя реальности, оставив гиганта переосмысливать и осознавать случившееся и выстраивать новые отношения с окружающей его действительно.