Не джедай. Не герой. Менеджер, который изменит галактику

Глава 1

Не джедай. Не герой. Менеджер, который изменит галактикуЧасть 1: Адаптация и стартовый капитал

Головная боль была первой реальностью. Не тупая, похмельная, а острая, колючая, словно в череп воткнули раскаленную иглу и медленно проворачивают. Я попытался застонать, но из горла вырвался лишь сухой, скребущий звук. Вторая реальность — запах. Озон, перегретый металл и что-то неуловимо кислое, как запах пота от синтетической одежды, которую не стирали неделю.

Я не открывал глаза. Незачем. В голове бился один простой факт, как пойманная в банку муха: я, Алекс Воронов, руководитель проектов в средней руки IT-конторе, вчера лег спать в своей однушке в подмосковном Бирюлево после сдачи очередного квартального отчета. И никакие отчеты, никакие дедлайны и даже самая дешевая водка не могли породить такую головную боль и такой запах.

Значит, что-то пошло не так.

Я попробовал пошевелить рукой, чтобы нащупать телефон на тумбочке. Рука подчинилась, но ощущалась... чужой. Слишком тонкие пальцы, слишком гладкая кожа на запястье. Моя правая рука имела старый шрам от разбитой бутылки и вечную мозоль от компьютерной мыши. Здесь не было ни того, ни другого.

Паника — плохой советчик. Анализ — вот что спасает проекты и, возможно, жизни. Проблема: Несоответствие ожидаемых и фактических сенсорных данных. Гипотеза №1: Я сплю. Проверка: Попытаться проснуться. Я сконцентрировался, приказал себе открыть глаза и увидеть знакомый потолок с трещиной в виде ухмыляющегося смайлика.

Глаза открылись. Вместо потолка была низкая металлическая панель с тускло светящейся полосой. Я лежал на узкой койке, заправленной серым, колючим одеялом. Помещение было крошечным, больше похожим на шкаф. Стены из такого же рифленого металла, как и потолок.

Гипотеза №1 с треском провалилась.

Гипотеза №2: Я похищен. Бред. Кому нужен тридцатидвухлетний «айтишник» с ипотекой и начинающимся брюшком? Гипотеза №3: Тяжелые наркотики, кома, галлюцинации. Более вероятно.

Я сел, свесив ноги с койки. Голова взорвалась новой вспышкой боли, и прямо перед глазами, словно баг в дополненной реальности, вспыхнула полупрозрачная синяя надпись:

СИСТЕМНАЯ ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ... КАЛИБРОВКА... ОШИБКА ЧТЕНИЯ НЕЙРОННОЙ МАТРИЦЫ... ЗАПУСК АВАРИЙНОГО ПРОТОКОЛА... ОБНАРУЖЕН НОСИТЕЛЬ: ЛОРН КАССИАН. СИНХРОНИЗАЦИЯ БАЗОВЫХ ДАННЫХ... 12%

Я моргнул. Надпись исчезла. Точно, галлюцинации. Определенно, что-то не так с головой. Нужно найти зеркало. Оценить ущерб.

Напротив койки была дверь. Она разъехалась в стороны с тихим шипением, когда я подошел. За ней — узкий коридор, вибрирующий от работы каких-то механизмов. Я двинулся по нему, держась за стену. Ноги были ватными, но подчинялись.

В конце коридора был небольшой санузел. Тусклый свет, металлическая раковина. Я поднял голову и посмотрел в заляпанную чем-то панель, играющую роль зеркала.

Из отражения на меня смотрел совершенно незнакомый парень. Лет двадцати пяти, не больше. Худощавый, с острыми скулами и короткими темными волосами. Уставшие серые глаза с темными кругами под ними. На нем была серая униформа, чем-то напоминающая робу рабочего.

Это был не я.

Паника, которую я так старательно давил анализом, прорвала плотину. Дыхание сперло. Сердце заколотилось с такой силой, что, казалось, оно сейчас пробьет ребра этого чужого тела. Я отшатнулся от зеркала, ударившись спиной о стену. В глазах потемнело.

И снова синий текст, на этот раз настойчивее, красной рамкой по краям:

ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ ПСИХОЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ. БИОМЕТРИЯ НОСИТЕЛЯ: ТАХИКАРДИЯ, ПОВЫШЕННОЕ АДРЕНАЛИНОВОЕ НАСЫЩЕНИЕ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: СТАБИЛИЗИРОВАТЬ ДЫХАНИЕ. ЗАПУСК ПРОЦЕДУРЫ УСПОКОЕНИЯ... ОШИБКА. ОТСУТСТВУЕТ ДОСТУП К НЕОБХОДИМЫМ ЖЕЛЕЗАМ.

Процедура успокоения? Что за бред? Но рекомендация была дельной. Дыши, Алекс. Вдох-выдох. Проект горит, заказчик в бешенстве, база данных упала — дыши. Медленный вдох через нос, медленный выдох через рот. Сердцебиение начало замедляться. Красная рамка вокруг текста исчезла.

Так. Спокойно. Я — это я, но в чужом теле. Похоже на завязку второсортного фэнтези. Нужно собрать данные. Кто такой этот Лорн Кассиан?

Я закрыл глаза, пытаясь залезть вглубь этого нового сознания. И нашел. Не воспоминания, а скорее битые архивы. Файлы с поврежденными заголовками.

...звание: младший лейтенант......подразделение: Корпус Снабжения, Логистическое Управление Сектора......назначение: грузовой транспорт "Звездный Бродяга", инвентаризация груза......Республика...

Стоп. Какая еще Республика?

В этот момент пол под ногами ощутимо тряхнуло. За стенами что-то протяжно заскрежетало. Тусклый свет мигнул и погас на секунду, сменившись аварийным красным.

ВНИМАНИЕ: ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ ВИБРАЦИЯ КОРПУСА. ИСТОЧНИК: СЕКЦИЯ РЕАКТОРА, КОРМОВАЯ ЧАСТЬ. ЗАПРОС ДАННЫХ С ИНЖЕНЕРНОГО ТЕРМИНАЛА... ДОСТУП ЗАБЛОКИРОВАН. ЗАПУСК ЭВРИСТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА НА ОСНОВЕ ВНЕШНИХ ДАТЧИКОВ...

Я замер, вчитываясь в синие строки, которые теперь не казались галлюцинацией. Они были единственным источником информации в этом хаосе.

АНАЛИЗ ЗАВЕРШЕН. ВЕРОЯТНОСТЬ НАРУШЕНИЯ ГЕРМЕТИЧНОСТИ ОХЛАЖДАЮЩЕГО КОНТУРА В ТЕЧЕНИЕ 3-Х СТАНДАРТНЫХ ЦИКЛОВ: 91.4%. ПРОГНОЗИРУЕМЫЙ РЕЗУЛЬТАТ: ДЕТОНАЦИЯ РЕАКТОРА. ПРИБЛИЗИТЕЛЬНОЕ ВРЕМЯ ДО СОБЫТИЯ: 53 СТАНДАРТНЫХ МИНУТЫ.

Холодный пот прошиб меня. Плевать, где я, кто я и что это за синие буквы. Есть проблема: я нахожусь в старой консервной банке, которая через час превратится в маленький сверхновый. Абстрактный экзистенциальный кризис мгновенно сменился предельно конкретной задачей.

Задача: Покинуть корабль до взрыва. Способы решения:

Спасательная капсула. Вероятность, что на этом корыте они работают? Интерфейс тут же ответил: ЗАПРОС СТАТУСА СПАСАТЕЛЬНЫХ КАПСУЛ... 5 из 8 НЕИСПРАВНЫ. 3 ИСПОЛЬЗУЮТСЯ ЭКИПАЖЕМ КАК СКЛАДЫ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОГО ЗАПУСКА: 17.2%. Отметается.Поднять тревогу. Прибежать на мостик с криками: "Мы все умрем!"? АНАЛИЗ ЛИЧНОСТИ КАПИТАНА (НА ОСНОВЕ ДАННЫХ ИЗ ПАМЯТИ НОСИТЕЛЯ)... КАПИТАН ТАРРОК (ДУРОС). ХАРАКТЕРИСТИКИ: УПРЯМЫЙ, АЛЧНЫЙ, СКЕПТИЧНЫЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО ОН ПОВЕРИТ МЛАДШЕМУ ЛЕЙТЕНАНТУ СНАБЖЕНИЯ БЕЗ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ: 1.8%. ВЕРОЯТНОСТЬ АРЕСТА ЗА ПАНИКЕРСТВО: 73.5%. Тоже не вариант.Заставить капитана изменить курс. Но как?

Я снова нырнул в обрывки памяти Лорна. Снабженец. Бумажная крыса. Его работа — следить за грузами. Скучные, нудные протоколы, накладные, инвентарные списки... Стоп. Протоколы! Бюрократия — великая сила. Она медленная, тупая, но неотвратимая. И если нажать на нужный рычаг...

План созрел за десять секунд. Рискованный, наглый, но единственно верный.

Я развернулся и быстрым шагом направился в сторону мостика. Коридоры были почти пусты — видимо, экипаж этого ржавого ведра был минимальным. Я старался идти уверенно, как и положено офицеру, хотя внутри все сжималось от страха. Интерфейс услужливо подсвечивал мне маршрут, выстраивая оптимальный путь. Полезная штука, надо признать.

Дверь на мостик разъехалась, открывая вид на небольшое помещение, заставленное пультами. В центре, в командирском кресле, сидел синекожий дурос с длинными отвислыми брылями. Капитан Таррок. Он оторвался от созерцания звездного полотна в иллюминаторе и недовольно уставился на меня.

— Лейтенант Кассиан? Какого дьявола вам нужно на мостике? Ваше место в трюме, среди ящиков.

Я выпрямился, принимая самый официальный вид, на который было способно это тело.

— Капитан Таррок, сэр. Я здесь по срочному делу, касающемуся груза в трюме номер три.

ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ (КАПИТАН ТАРРОК): РАЗДРАЖЕНИЕ - 85%, ЛЮБОПЫТСТВО - 15%.

— Что еще за срочное дело? Контейнеры не проголодались, надеюсь? — пробурчал он.

— Сэр, согласно протоколу 1138-Б Корпуса Снабжения, при перевозке изотопов класса "Гамма", к которым относится наш груз с артикулом GR-75, необходимо строгое соблюдение температурного режима. Любые нештатные вибрации могут привести к дестабилизации контейнеров.

Я нес полную чушь, импровизируя на ходу, но обрывки памяти Лорна подсказывали нужные термины. Главное — говорить уверенно.

— И что с того? — брыли капитана затряслись от раздражения.

— Сэр, последние полчаса я фиксирую повышенный уровень вибрации, выходящий за допустимые нормы. Согласно статье 7, параграфу 3 того же протокола, я обязан потребовать немедленной посадки в ближайшем сертифицированном порту для проведения полной инспекции груза. В противном случае, я буду вынужден составить рапорт о нарушении, что повлечет за собой не только огромный штраф для вашей компании, но и полную финансовую ответственность за возможную порчу груза. А там, насколько я помню, изотопов на полмиллиона кредитов.

Я замолчал, давая ему переварить информацию. Каждое слово было ложью, но ложью, обернутой в такую толстую броню из бюрократической ахинеи, что пробить ее с ходу было невозможно.

Интерфейс показал изменение в состоянии дуроса: ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: РАЗДРАЖЕНИЕ - 40%, ОБЕСПОКОЕННОСТЬ - 50%, ПОДОЗРИТЕЛЬНОСТЬ - 10%.

Сработало. Он не думал о безопасности. Он думал о деньгах.

— Инспекция? — прохрипел он. — Да вы знаете, сколько времени это займет? Сколько мы потеряем на простое?

— Знаю, сэр, — я развел руками с видом крайнего сожаления. — Но протокол есть протокол. Моя карьера стоит на кону. Да и ваша, полагаю, тоже.

Таррок побагровел. Он смотрел на меня, потом на своего помощника-тви'лека, который делал вид, что изучает показания приборов. Капитан явно взвешивал риски. Связаться с бюрократией Снабжения или послать наглого лейтенанта куда подальше.

— Ближайший порт... — проскрипел он, обращаясь к помощнику.

— Раксус Прайм, капитан. Час лета, — отозвался тви'лек.

Час. У нас было меньше часа.

— Слишком долго! — рявкнул Таррок. — И это же планета-свалка! Там нет сертифицированных доков Республики!

Идеально.

— Сэр, я понимаю ваше недовольство, — я включил максимально сочувствующий тон. — Но протокол требует лишь "ближайшего порта". Отсутствие сертификации — это уже другой вопрос. Мы сядем, я лично осмотрю контейнеры, составлю акт, что все в порядке под мою ответственность. Мы потеряем пару часов, но избежим официального расследования. Это лучший выход для всех.

Я блефовал, ставя на кон все. Если он сейчас свяжется с диспетчером и проверит протокол...

Но жадность победила. Перспектива потерять пару часов пугала его гораздо меньше, чем перспектива потерять полмиллиона кредитов и лицензию.

— Ладно, лейтенант, — процедил он сквозь зубы. — Ваша взяла. Проложите курс на Раксус Прайм. Но если это ложная тревога, клянусь, вы до конца рейса будете лично драить каждый контейнер в трюме!

— Так точно, сэр, — отчеканил я, с трудом сдерживая вздох облегчения.

Я развернулся и вышел с мостика, чувствуя на спине испепеляющий взгляд капитана. В коридоре я прислонился к холодной стене, позволяя себе выдохнуть. Ноги дрожали.

ЗАДАЧА: ИЗБЕЖАТЬ НЕИЗБЕЖНОЙ ГИБЕЛИ. СТАТУС: В ПРОЦЕССЕ. ОБНОВЛЕНИЕ: ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ НОСИТЕЛЯ ПОВЫШЕНА ДО 68.7%.

Я посмотрел на синие буквы. 68.7%. Неплохо, но еще не сто. Взрыв мог произойти раньше, чем мы сядем. А даже если и сядем... что я буду делать на планете-свалке, в чужом теле, без денег, документов и понимания, что вообще происходит?

Ответов не было. Но появилась новая надпись.

ПЕРВИЧНАЯ ЦЕЛЬ ДОСТИГНУТА. АКТИВАЦИЯ ПРОТОКОЛА "ДОЛГОСРОЧНОЕ ВЫЖИВАНИЕ". ГЕНЕРАЦИЯ ДЕРЕВА ЗАДАЧ...

Похоже, мой личный ад только начинался.

Посадка была отвратительной. Корабль, если это ржавое корыто еще можно было так называть, входил в атмосферу Раксус Прайм с грацией кирпича. Корпус стонал, обшивка вибрировала так, что зубы ныли. Я сидел в своей каюте, вцепившись в край койки, и смотрел на синий текст интерфейса, который услужливо выводил данные, бесполезные чуть более, чем полностью.

АНАЛИЗ АТМОСФЕРЫ: АЗОТ - 71%, КИСЛОРОД - 22%, ТОКСИЧНЫЕ ПРИМЕСИ - 7%. РЕКОМЕНДУЕТСЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ФИЛЬТРА. СИЛА ТЯЖЕСТИ: 1.05 G. ВРЕМЯ ДО ДЕТОНАЦИИ РЕАКТОРА: 00:28:17.

Я смотрел не на цифры, а на таймер. Обратный отсчет моей старой жизни. Или новой. Я еще не решил.

Иллюминатора в моей каюте не было, но я и без него представлял, что там. В обрывках памяти Лорна Кассиана Раксус Прайм описывался одним словом: свалка. Не просто свалка, а Свалка с большой буквы. Целая планета, превращенная в кладбище кораблей, технологий и судеб. Горы ржавого металла до небес, кислотные дожди и население, состоящее из мусорщиков, механиков и тех, кому больше некуда бежать. Мое новое место жительства, судя по всему.

Корабль содрогнулся в последний раз, и скрежет стыковочных захватов возвестил о прибытии. Вибрация прекратилась. Я на месте. И у меня чуть больше двадцати минут.

Не успела погаснуть надпись "Стыковка завершена", как по внутреннему интеркому рявкнул голос капитана Таррока: — Кассиан! В мой кабинет! Немедленно!

Время действовать. Я встал, одернул несуществующие складки на униформе и направился к капитану. План был прост: тянуть время.

Таррок встретил меня, побагровев от ярости. — Я проверил записи, лейтенант! Никаких аномальных вибраций наши датчики не зафиксировали! Вы сорвали мне график, заставили сесть в этой дыре! Я требую объяснений! Если их не будет, я лично вышвырну вас в шлюз и доложу командованию о вашей некомпетентности и саботаже!

Я сохранял спокойствие. Страх был, но он прятался глубоко под слоем холодного расчета.

— Капитан, корабельные датчики настроены на вибрации корпуса, опасные для навигации. А я говорил о микровибрациях, влияющих на стабильность изотопов, — я сделал умное лицо, словно рассуждаю о квантовой физике. — Их могут уловить только специальные сканеры, которые есть в моем инвентарном наборе. Я как раз собирался в трюм, чтобы начать инспекцию.

Таррок фыркнул, но довод, пусть и выдуманный, звучал правдоподобно. Достаточно, чтобы он не выкинул меня прямо сейчас. — Идите. И чтобы через двадцать минут у меня на столе лежал полный отчет!

— Боюсь, это невозможно, сэр. — Что?! — взревел дурос. — Полная инспекция, согласно... — я сделал вид, что вспоминаю номер, — протоколу 909, требует использования стационарного калибровочного стенда. Мне необходимо подать запрос в администрацию порта на его использование. Это стандартная процедура.

Я врал и не краснел. Врать этому существу было на удивление легко. Таррок издал звук, похожий на предсмертный хрип задыхающегося банта, и махнул рукой в сторону двери. — Проваливайте! Но если вы не найдете никаких нарушений...

Я не стал дослушивать. Время было дороже угроз.

В трюме я пробыл ровно пять минут. Для вида открыл пару ящиков. Интерфейс услужливо сканировал все вокруг. КОНТЕЙНЕР GR-75. СОДЕРЖИМОЕ: ИЗОТОПЫ КОАКСИЯ (НЕСТАБИЛЬНЫЕ). ТЕКУЩАЯ СТРУКТУРНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ КОНТЕЙНЕРА: 99.8%. ВНЕШНЕЕ ВОЗДЕЙСТВИЕ (ВИБРАЦИЯ): НЕЗНАЧИТЕЛЬНОЕ.

Система подтверждала: груз в полном порядке. Проблема была именно в реакторе. Моя ложь была лишь инструментом для выживания.

Я быстро вернулся в свою каюту. Вещей у Лорна почти не было. Старый датапад, несколько сменных комплектов формы и около двадцати республиканских кредитов в виде чипа. Я забрал все. Особенно датапад — там были его служебные записи, удостоверение. Единственное доказательство моей личности. Все это уместилось в небольшой ранец.

ВРЕМЯ ДО ДЕТОНАЦИИ: 00:14:42.

Пора уходить.

Я спустился по трапу на поверхность посадочной площадки. В нос ударил густой смрад — смесь горелого пластика, промышленных растворителей и гнили. Небо было грязно-желтого цвета, затянутое вечным смогом. Вокруг, насколько хватало глаз, громоздились горы мусора. Настоящие горы, с которых, как водопады, иногда срывались потоки ржавых обломков.

Администрация порта оказалась грязным одноэтажным зданием из сборных модулей. Внутри за стойкой сидел унылый бит, представитель расы с большими черными глазами и серой кожей. Он лениво жевал какие-то стебли.

— Мне нужен доступ к калибровочному стенду для грузов класса "Гамма", — максимально официально заявил я, протягивая ему свой датапад.

Бит посмотрел на меня, потом на датапад, потом снова на меня. Медленно. Очень медленно. — Заявка C-12, — проскрипел он. — Заполняйте.

Он шлепнул на стойку заляпанный электронный планшет. Форма на нем состояла из сорока с лишним полей. Классическая бюрократия, универсальная для всех миров, видимо. Я начал заполнять. Имя, звание, номер корабля, класс груза, причина запроса... Каждую букву я выводил с предельным вниманием. Я не просто заполнял форму. Я покупал себе жизнь. Секунду за секундой.

ВРЕМЯ ДО ДЕТОНАЦИИ: 00:05:21.

— ...причина запроса: "подозрение на нарушение целостности защитной оболочки вследствие нештатных вибраций", — бормотал я себе под нос.

ВРЕМЯ ДО ДЕТОНАЦИИ: 00:02:58.

— ...требуемое оборудование: "спектрометр серии 5, датчики гравитационного резонанса"...

Бит забрал у меня планшет, даже не взглянув на то, что я там написал. Он поставил на него электронную печать и протянул мне временный пропуск на территорию порта. — Ожидайте. Специалист подойдет к вашему кораблю в течение двух стандартных часов.

— Спасибо, — выдавил я, забирая пропуск.

Два часа. Какая ирония.

Я вышел из здания администрации. Отошел на безопасное, как мне казалось, расстояние, метров на сто, и встал за массивной опорой какого-то крана, делая вид, что изучаю свой пропуск.

ВРЕМЯ ДО ДЕТОНАЦИИ: 00:00:03. 00:00:02. 00:00:01.

Взрыв был не таким, как в кино. Никакого огненного гриба и грохота, от которого лопаются барабанные перепонки. Сначала — ослепительная, беззвучная вспышка белого света со стороны кормы "Звездного Бродяги". Затем донесся низкий, утробный гул, и корабль будто просел, складываясь внутрь самого себя. Стыковочные захваты лопнули с оглушительным треском. И только потом ударила звуковая волна, горячая, пахнущая плазмой.

Вокруг начался ад. Завыли сирены. Замельтешили портовые дроиды-пожарные. Кто-то кричал. Я же просто стоял, глядя на то, как останки моего прошлого превращаются в еще одну кучу дымящегося металлолома на этой бесконечной свалке.

Я жив. Я был прав. И я абсолютно один.

Я опустил глаза на свой ранец. Потом на чип с кредитами. Семнадцать штук. Хватит на одну порцию питательной пасты в местной забегаловке. Может быть.

Внутренний интерфейс подвел итог.

ЗАДАЧА: ПОКИНУТЬ КОРАБЛЬ ДО ВЗРЫВА. СТАТУС: ВЫПОЛНЕНО. СВЯЗЬ С ПРЕЖНИМ РАБОТОДАТЕЛЕМ (КОРПУС СНАБЖЕНИЯ РЕСПУБЛИКИ) УТЕРЯНА. ЛИЧНОСТЬ ЛОРНА КАССИАНА СЧИТАЕТСЯ ПОГИБШЕЙ ВМЕСТЕ С КОРАБЛЕМ. НОВАЯ ЗАДАЧА СФОРМИРОВАНА: ОБЕСПЕЧИТЬ БАЗОВЫЕ ПОТРЕБНОСТИ (УБЕЖИЩЕ, ПИЩА, ЗАЩИТА).

И последняя строка, констатация факта. Холодная и безжалостная, как этот мир.

ТЕКУЩИЕ АКТИВЫ: 17 РЕСПУБЛИКАНСКИХ КРЕДИТОВ, ДАТАПАД (РАЗРЯЖЕН), РАНЕЦ С ОДЕЖДОЙ. СТАТУС: НУЛЕВОЙ АКТИВ.

Отлично. Проект "Выживание" официально стартовал с нулевым бюджетом. И первым пунктом в плане было найти, где зарядить датапад. Ибо без информации я здесь не протяну и дня. Я развернулся и побрел вглубь этого ржавого лабиринта, подальше от суеты у взорванного корабля. Впервые за все это время я почувствовал не страх, а что-то вроде мрачного азарта. Игра началась.

Первое правило выживания в любом незнакомом враждебном окружении — наблюдай. Не беги, не суетись, не привлекай внимания. Просто иди, смотри и анализируй. Я брел по узким проходам между горами ржавчины, которые здесь, видимо, заменяли улицы. Воздух был густой и влажный, пахло раскаленным металлом и чем-то кислым, отчего першило в горле. Интерфейс настойчиво советовал найти респиратор, но в списке моих активов такая роскошь не значилась.

Мир вокруг был воплощением энтропии. Скелеты истребителей времен какой-то древней войны, распотрошенные корпуса грузовых судов, горы бытовой техники размером с земной трехэтажный дом. Между всем этим копошились обитатели. Существа всех форм и размеров, одетые в лохмотья, с инструментами в руках, похожие на муравьев, растаскивающих тушу мертвого жука. Иногда сверху что-то с грохотом срывалось — приходилось постоянно смотреть не только по сторонам, но и вверх.

ВНИМАНИЕ: НЕУСТОЙЧИВАЯ СТРУКТУРА НАВЕРХУ. ВЕРОЯТНОСТЬ ОБРУШЕНИЯ В БЛИЖАЙШИЕ 2 МИНУТЫ: 41%. РЕКОМЕНДУЕТСЯ УСКОРИТЬ ШАГ.

Спасибо, кэп. Я и без тебя это понял.

Моя первая, самая насущная проблема была даже не еда, а энергия. Датапад в ранце был мертв, а без него я был слеп. В памяти Лорна не было карты этой свалки, не было информации о местных законах и группировках. Все было на этом куске пластика. Мне нужна была розетка.

Через полчаса блужданий я наткнулся на некое подобие цивилизации. Несколько строений, сколоченных из корабельной обшивки, тусклые неоновые вывески, обещавшие "Запчасти", "Еду" и "Выпивку". Это был местный рынок, деловой центр, если можно так выразиться. Именно то, что мне было нужно.

Я выбрал самую неприметную лавку с вывеской "Мастерская Квика. Починим все". Внутри было темно, пахло машинным маслом, а все поверхности были завалены инструментами и разобранными дроидами. За прилавком сидел маленький, сморщенный угнаут в засаленном комбинезоне. Он окинул меня взглядом крошечных поросячьих глазок и вернулся к ковырянию в каком-то механизме.

— Что надо? — прохрюкал он, не поднимая головы.

— Мне нужно зарядить датапад, — я положил разряженный аппарат на прилавок.

Угнаут поднял голову. Его взгляд был цепким и неприятным. АНАЛИЗ СУБЪЕКТА: КВИК (УГНАУТ). ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: СКУКА - 70%, ЖАДНОСТЬ (ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ) - 20%, ПОДОЗРИТЕЛЬНОСТЬ - 10%.

— Десять кредитов, — хрюкнул он. — Сколько? — я не поверил своим ушам. — У меня всего семнадцать! — Не мои проблемы. Энергия здесь дорогая. Десять кредитов за полный заряд. Или проваливай.

Грабеж средь бела дня. Но у меня не было выбора. Или было? АНАЛИЗ ЭНЕРГОСИСТЕМЫ МАСТЕРСКОЙ... СТАБИЛЬНЫЙ ПОТОК ОТ ГЛАВНОГО ГЕНЕРАТОРА РЫНКА. СЕБЕСТОИМОСТЬ ЭНЕРГИИ ДЛЯ ПОЛНОЙ ЗАРЯДКИ ДАТАПАДА: ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО 0.8 КРЕДИТА.

Значит, он пытается наварить на мне тысячу процентов. Мразь. Но спорить бесполезно. Нужно торговаться с другой позиции.

— Пять, — твердо сказал я. — И я не занимаю розетку. Можете просто подключить его где-нибудь в углу.

Квик оскалился, обнажив мелкие желтые зубы. — Семь. И это мое последнее слово.

— Договорились, — я протянул ему чип. Он списал семь кредитов и, ткнув пальцем в угол, где из стены торчал силовой кабель, вернулся к своей работе.

Я подключил датапад. Загорелся индикатор зарядки. Теперь ждать. Около часа. Этот час нужно было использовать с максимальной эффективностью. Я не стал слоняться по мастерской, а замер у прилавка, делая вид, что с интересом разглядываю хлам на полках. На самом деле я занимался сканированием.

Интерфейс "Координатора" ожил, выдавая информацию о каждом предмете, на котором я фокусировал взгляд. ОБЪЕКТ: КОМПРЕССОР ОТ СИСТЕМЫ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ. СОСТОЯНИЕ: ИЗНОС 87%. ЦЕННОСТЬ: 2 КРЕДИТА (КАК МЕТАЛЛОЛОМ). ОБЪЕКТ: ФОТОРЕЦЕПТОР ДРОИДА-АСТРОМЕХА. СОСТОЯНИЕ: НЕИСПРАВЕН (ТРЕСНУТА ЛИНЗА). ЦЕННОСТЬ: 1 КРЕДИТ. ОБЪЕКТ: РУКА БОЕВОГО ДРОИДА Б1. СОСТОЯНИЕ: ИСПРАВНА. ЦЕННОСТЬ: 12 КРЕДИТОВ.

Большая часть была мусором. Квик, очевидно, скупал все подряд в надежде, что кто-то придет за конкретной деталью. Но я искал нечто иное. Что-то, что имело скрытую ценность. Что-то, что умный, но ленивый угнаут мог пропустить.

И я нашел это. В самом дальнем углу, под грудой ржавых шестеренок, лежал небольшой цилиндрический объект, покрытый белесой пылью.

СКАНИРОВАНИЕ... ОБЪЕКТ ИДЕНТИФИЦИРОВАН: КРИОГЕННЫЙ ПРЕОБРАЗОВАТЕЛЬ ПИТАНИЯ ОТ СНЯТОГО С ПРОИЗВОДСТВА МЕДИЦИНСКОГО ДРОИДА МОДЕЛИ KT-400. СОСТОЯНИЕ: ПОВРЕЖДЕН (ВЗДУЛСЯ ПЛАЗМЕННЫЙ КОНДЕНСАТОР). ОСНОВНОЙ КОМПОНЕНТ (ИРИДИЕВАЯ МАТРИЦА) ЦЕЛ. ПРОГНОЗИРУЕМАЯ РЫНОЧНАЯ СТОИМОСТЬ (КАК ЛОМ): ~15 КРЕДИТОВ. ПРОГНОЗИРУЕМАЯ РЫНОЧНАЯ СТОИМОСТЬ (В РАБОЧЕМ СОСТОЯНИИ, ДЛЯ СПЕЦИАЛИСТА): 400-600 КРЕДИТОВ.

Джекпот.

У меня перехватило дыхание. Разница в цене — на два порядка. Замена копеечного конденсатора превратит этот кусок мусора в мой стартовый капитал. В интерфейсе тут же всплыло уведомление: ОБНАРУЖЕНА ВОЗМОЖНОСТЬ. ЗАДАЧА: ПРИОБРЕСТИ КРИОГЕННЫЙ ПРЕОБРАЗОВАТЕЛЬ. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОЛУЧЕНИЯ ВЫСОКОЙ ПРИБЫЛИ: 92%.

Главное — не подать виду. Я дождался, пока датапад зарядится на сто процентов, и отключил его. У меня осталось десять кредитов. Купить преобразователь напрямую не получится — не хватит денег, да и вызовет подозрения. Значит, нужна другая стратегия.

Я включил датапад. Быстро нашел служебную папку Лорна. Технические руководства, инструкции, схемы. То, что нужно.

Я подошел к прилавку, где угнаут все так же что-то паял. — Слушай, мастер, — сказал я как можно более буднично. — Мне тут нужно собрать небольшой конденсатор влаги. Подскажи, что из этого барахла подойдет?

Я небрежно указал на угол, где лежал преобразователь, и на несколько других совершенно бесполезных железяк рядом. Квик лениво покосился. — Вон тот гидравлический насос можешь взять. И вон тот радиатор. За все... двадцать кредитов.

— У меня всего десять, — честно признался я. — Но, может, договоримся по-другому?

Я развернул к нему экран датапада. — У меня тут остались полные технические схемы и руководства по ремонту грузовиков серии VCX-100. Вижу, у тебя во дворе как раз такой стоит, разобранный. Думаю, эта информация сэкономит тебе кучу времени.

Глазки угнаута сверкнули. АНАЛИЗ СУБЪЕКТА... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: ИНТЕРЕС - 65%, ЖАДНОСТЬ - 25%, ПОДОЗРИТЕЛЬНОСТЬ - 10%.

Он попался. Для него информация, которая поможет починить старый корабль, была ценнее, чем куча ржавого лома.

— Хм-м-м, — протянул он, делая вид, что размышляет. — Ладно. Давай сюда свои схемы. И забирай эту кучу. И еще пять кредитов с тебя. За электричество.

Я мысленно усмехнулся. Он все-таки не упустил случая содрать с меня еще немного. — Идет.

Я перекинул ему файлы и отдал чип с пятью кредитами. У меня осталось всего пять монет, но это было уже неважно. Я сгреб в свой ранец "купленный" хлам, включая заветный преобразователь, и вышел из мастерской.

Подальше от рынка, в тени гигантского остова какого-то крейсера, я вытащил свою добычу. Грязный, невзрачный цилиндр. Но для меня он был дороже золота.

ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА: КАПИТАЛИЗАЦИЯ АКТИВОВ. ТЕКУЩАЯ ПОДЗАДАЧА: ПРОИЗВЕСТИ РЕМОНТ И РЕАЛИЗОВАТЬ КРИОГЕННЫЙ ПРЕОБРАЗОВАТЕЛЬ. ТРЕБУЕМЫЕ РЕСУРСЫ: ПЛАЗМЕННЫЙ КОНДЕНСАТОР (МОДЕЛЬ 34-В), ПАЯЛЬНЫЙ АППАРАТ, РАБОЧЕЕ МЕСТО.

Я больше не был "нулевым активом". У меня был проект. И четкий план его выполнения. Первый шаг на этой планете-свалке был сделан. Теперь нужно было найти инструменты и место для работы. Игра продолжалась, и я только что сделал свой первый ход.

Первым делом, уединившись в относительно тихом закутке между двумя горами прессованного металла, я включил датапад. Голубоватое свечение экрана в этом ржавом сумраке казалось окном в другой мир. В мир порядка и информации.

Память Лорна Кассиана была бесполезна для навигации по этой планете, но его служебные доступы к Галактической Сети, пусть и самые базовые, еще работали. Сигнал был слабым, но он был. Я начал поиск. Не карты, не путеводители. Это для туристов. Меня интересовала экономика этого места. Форумы мусорщиков, торговые площадки для запчастей, доски объявлений. Мне нужно было понять, как здесь зарабатывают деньги.

«Координатор» оказался бесценным инструментом. Он работал как идеальный поисковый фильтр, отсеивая спам, дезинформацию и выделяя ключевые слова в потоках данных. ЗАПРОС: "ПРОДАТЬ РЕДКИЕ КОМПОНЕНТЫ РАКСУС ПРАЙМ". АНАЛИЗ РЕЗУЛЬТАТОВ... ВЫДЕЛЕНИЕ НАДЕЖНЫХ КАНАЛОВ СБЫТА... ... "Торговый пост Джаккара" - скупка оптом, низкая цена. ... "Лавка Вууто" - специалист по дроидам, высокая цена, требуется сертификация. ... "Гильдия Свободных Механиков" - аукционная площадка, требуется членский взнос.

Информация лилась рекой, и я жадно ее поглощал, выстраивая в голове ментальную карту денежных потоков этой планеты. Продать мой преобразователь было вполне реально. Но сначала его нужно было починить.

ПОДЗАДАЧА: НАЙТИ ПЛАЗМЕННЫЙ КОНДЕНСАТОР (МОДЕЛЬ 34-B). Я вбил название детали в поиск. Результаты были. Несколько торговцев на рынке продавали такие, цена варьировалась от 20 до 30 кредитов. Деньги, которых у меня не было. Покупать вслепую было глупо — можно было нарваться на бракованный. Мне нужно было не просто купить деталь, мне нужно было место, где я мог бы ее проверить и сразу установить.

Новый запрос: "Аренда рабочего места с инструментами". И снова удача. РЕЗУЛЬТАТ: "КООПЕРАТИВ МУСОРЩИКОВ №7". АРЕНДА СТАНДАРТНОГО ВЕРСТАКА С НАБОРОМ ИНСТРУМЕНТОВ. ЦЕНА: 10 КРЕДИТОВ В ЧАС.

Десять кредитов. А у меня на чипе осталось всего пять. Тупик.

Я сидел, прислонившись спиной к холодному металлу. Передо мной стояла простая, унизительная проблема нищеты. Я мог бы попытаться украсть... РАСЧЕТ ВЕРОЯТНОСТЕЙ... ВЕРОЯТНОСТЬ БЫТЬ ПОЙМАННЫМ ОХРАННЫМИ ДРОИДАМИ КООПЕРАТИВА: 88%. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОЛУЧЕНИЯ ТЯЖЕЛЫХ ТРАВМ ПРИ ПОПЫТКЕ К БЕГСТВУ: 76%. Плохая идея. Значит, нужно заработать. Прямо здесь и сейчас. Пять кредитов.

Я поднялся и побрел в сторону Кооператива. Это было огромное, похожее на ангар здание, из которого доносился непрерывный гул и лязг. У входа стоял здоровенный дроид-вышибала, пропуская внутрь только тех, кто прикладывал к сканеру чип с оплатой. Я встал неподалеку, изображая ожидающего, и начал наблюдать.

Люди и нелюди входили и выходили. Кто-то тащил на себе рюкзаки, набитые деталями, кто-то катил тележки с более крупным хабаром. Моя задача — найти проблему, которую я могу решить быстро и за деньги. Я сканировал всех подряд. СУБЪЕКТ: АКВАЛИШ. ЦЕЛЬ: ПРОДАТЬ ПАРТИЮ СИЛОВЫХ КАБЕЛЕЙ. ПРОБЛЕМЫ: ОТСУТСТВУЮТ. СУБЪЕКТ: ЧЕЛОВЕК (ЖЕНЩИНА). ЦЕЛЬ: ОТРЕМОНТИРОВАТЬ НАВИГАЦИОННЫЙ МОДУЛЬ. ПРОБЛЕМЫ: ТРЕБУЕТСЯ ЗАМЕНА ГИРОСКОПА, ДЕТАЛЬ В НАЛИЧИИ.

Все шло гладко, пока из ворот не вывалился разъяренный родианец. Зеленокожий, с короткой антенной на макушке, он тащил за собой какой-то прибор и громко ругался на своем языке. — Проклятый хлам! Гррра! — он пнул аппарат ногой.

Это был мой шанс. Я сфокусировался на приборе. ОБЪЕКТ: ПОРТАТИВНЫЙ СКАНЕР МОЗГА ДРОИДОВ. ИСПОЛЬЗУЕТСЯ ДЛЯ ПОИСКА ЦЕННЫХ БЛОКОВ ПАМЯТИ В НЕИСПРАВНЫХ ДРОИДАХ. СТАТУС: НЕИСПРАВНОСТЬ. ДИАГНОСТИКА... ПРИЧИНА: СМЕЩЕНИЕ ФОКУСИРУЮЩЕГО КРИСТАЛЛА В ИЗЛУЧАТЕЛЕ. РАСПРОСТРАНЕННАЯ ОШИБКА ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ ПРИ НЕПРАВИЛЬНОЙ КАЛИБРОВКЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСТРАНЕНИЯ НЕИСПРАВНОСТИ ПУТЕМ РУЧНОЙ ЮСТИРОВКИ: 98%. ПРИМЕРНОЕ ВРЕМЯ РЕМОНТА: < 1 МИНУТЫ.

Проще некуда. Для того, кто знает, куда смотреть.

Я подошел к родианцу, который уже собирался разбить свой сканер о стену. — Проблемы с аппаратом? — спросил я максимально спокойно. Он злобно зыркнул на меня. — А тебе какое дело, гладкокожий? Он не работает! А у меня заказ горит! — Я могу его починить. Родианец расхохотался. — Ты? Да я его полдня крутил!

Я не стал спорить. — Десять кредитов. Он перестал смеяться. — Что? — Десять кредитов, и твой сканер снова заработает. Давай так: ты платишь мне пять сейчас. Если я чиню его меньше чем за минуту, платишь еще пять. Если нет — я возвращаю тебе твои деньги. Ты ничего не теряешь.

СУБЪЕКТ: РОДИАНЕЦ. ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: РАЗДРАЖЕНИЕ - 80%, СКЕПТИЦИЗМ - 15%, ОТЧАЯНИЕ - 5%. ВЕРОЯТНОСТЬ ПРИНЯТИЯ ПРЕДЛОЖЕНИЯ: 75%.

Он колебался, но перспектива потерять выгодный заказ была страшнее, чем потерять пять кредитов. — Ладно, — прошипел он. — Но если ты его доломаешь...

Я взял у него сканер. Прибор был тяжелее, чем казался. В моем поле зрения тут же появилась трехмерная схема излучателя, подсвечивая нужную панель. ИНСТРУКЦИЯ: ОТКРЫТЬ СЕРВИСНУЮ ПАНЕЛЬ. ПОВЕРНУТЬ ЮСТИРОВОЧНЫЙ ВИНТ №3 НА 12 ГРАДУСОВ ПРОТИВ ЧАСОВОЙ СТРЕЛКИ ДО ЩЕЛЧКА.

Я подцепил ногтем крышку панели. Внутри было хитросплетение проводов и микросхем. Я нашел нужный винт. Мои пальцы, еще не до конца привычные, действовали немного неуклюже, но я справился. Поворот. Тихий щелчок. Я закрыл панель и нажал кнопку включения.

Сканер ожил, издав мелодичный сигнал. На его экранчике забегали диагностические строки. Родианец уставился на прибор, потом на меня, его рот приоткрылся. — Как... как ты это сделал? — Опыт, — коротко бросил я, протягивая руку.

Он без слов перевел мне оставшиеся пять кредитов. На моем чипе теперь было пятнадцать. Я кивнул ему и направился к входу в Кооператив.

— Эй, парень! — окликнул он меня. — А ты где работаешь? Если что... — Я работаю на себя, — ответил я, не оборачиваясь.

Заплатив десять кредитов дроиду-охраннику, я вошел внутрь. Ангар был огромен. Десятки верстаков, расположенных рядами. Смрад озона от плазменных резаков, шипение гидравлики, визг пил. Удивительное место. Улей, где каждый был занят своим делом, превращая мусор в деньги.

Я нашел свободный верстак в углу. Поверхность была покрыта царапинами и масляными пятнами, но набор инструментов был полным: от силовых отверток до микропаяльника.

Я положил на стол свой главный актив — криогенный преобразователь. Первый этап был пройден. У меня было рабочее место.

ПОДЗАДАЧА: ПОЛУЧЕНИЕ ДОСТУПА К РАБОЧЕМУ МЕСТУ - ВЫПОЛНЕНО. НОВАЯ ПОДЗАДАЧА: НАЙТИ И ПРИОБРЕСТИ ПЛАЗМЕННЫЙ КОНДЕНСАТОР МОДЕЛИ 34-B.

Я снова открыл датапад и вызвал схему Кооператива. Здесь должен быть внутренний склад или магазин запчастей. Моя цель была где-то рядом. Оставалось только ее найти и придумать, как купить деталь за 20 кредитов, имея в кармане всего пять. Но это уже была задача на следующий час. А пока у меня было оплаченное время и четкая цель.

Время — мой самый ценный и самый дефицитный ресурс. Час аренды верстака уже тикал. Я потратил драгоценные пять минут на изучение внутренней сети Кооператива через терминал на моем рабочем месте. Результат был ожидаемым и неутешительным.

На внутреннем складе имелось ровно три плазменных конденсатора модели 34-B. Цена была фиксированной для всех членов Кооператива — 22 кредита. Без торга. Учитывая мои пять кредитов на чипе, деталь была так же недосягаема, как должность сенатора.

Значит, прямой путь закрыт. Нужно искать обходной.

Покупка отпадает. Остается бартер или работа. Я встал из-за верстака и медленно пошел вдоль рядов. Мой план был прост: я превратился в ходячий диагностический центр. Я не искал деталь. Я искал проблему. Проблему, которую я мог бы обменять на нужный мне конденсатор.

Ангар жил своей жизнью. Воздух дрожал от гула инструментов. Вот здоровенный иторианцец с респиратором пытался оживить мотиватор гипердвигателя, извлеченный из разбитого истребителя. «Координатор» выдал вердикт: КРИТИЧЕСКИЙ ИЗНОС СТАТОРА. РЕМОНТУ НЕ ПОДЛЕЖИТ. Бесполезно. Дальше пара джав с энтузиазмом потрошила протокольного дроида. АНАЛИЗ... ОСНОВНЫЕ СИСТЕМЫ УНИЧТОЖЕНЫ. ЦЕННОСТЬ ПРЕДСТАВЛЯЮТ ТОЛЬКО СЕРВОПРИВОДЫ КОНЕЧНОСТЕЙ. Тоже не мой клиент.

Я проходил мимо десятков рабочих мест. Мой интерфейс непрерывно сканировал, анализировал, отсеивал. Трещина в энергошине, Сгоревший процессор, Несовместимое ПО. Большинство проблем требовали либо серьезных финансовых вливаний, либо долгих часов работы, которых у меня не было. Я искал нечто иное. Изящное решение. Ошибку в логике, а не в железе.

И я нашел ее.

За одним из самых дальних верстаков, заваленным сложным оборудованием, сидела девушка. Человек, примерно моего возраста, с волосами, собранными в небрежный пучок, из которого выбилось несколько прядей цвета меди. Ее лицо было перепачкано смазкой, а на лбу от напряжения залегла глубокая морщинка. Она была полностью поглощена работой, склонившись над вскрытой панелью сложного устройства. Рядом на столе валялся целый арсенал инструментов и гора деталей, среди которых я сразу заметил два нужных мне конденсатора.

Она что-то пробормотала себе под нос и с досадой ударила кулаком по столу. Я сфокусировал взгляд.

ОБЪЕКТ: КОНСОЛЬ ДЛЯ ВЗЛОМА ДАННЫХ, МОДЕЛЬ J-SEC 4 (МОДИФИЦИРОВАННАЯ). СТАТУС: ОШИБКА ПИТАНИЯ ПРИ ЗАГРУЗКЕ ОСНОВНОЙ СИСТЕМЫ. ДИАГНОСТИКА... АНАЛИЗ ПОТОКОВ ЭНЕРГИИ... ОСНОВНОЙ РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬ ПИТАНИЯ ИСПРАВЕН. ПРИЧИНА СБОЯ: ПАРАЗИТАРНАЯ ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ ОТ ПЕРИФЕРИЙНОГО МОДУЛЯ БИОМЕТРИЧЕСКОЙ АВТОРИЗАЦИИ. МОДУЛЬ НЕИСПРАВЕН И СОЗДАЕТ КОРОТКОЕ ЗАМЫКАНИЕ В ЛОГИЧЕСКОЙ ЦЕПИ. ВЫВОД: СУБЪЕКТ ПЫТАЕТСЯ УСТРАНИТЬ ПОСЛЕДСТВИЯ (СБОЙ В РАСПРЕДЕЛИТЕЛЕ), А НЕ ПРИЧИНУ (НЕИСПРАВНЫЙ МОДУЛЬ). РЕШЕНИЕ: ФИЗИЧЕСКИ ОТКЛЮЧИТЬ ПИТАНИЕ МОДУЛЯ БИОМЕТРИИ.

Элементарно. Для меня. Для нее, очевидно, это была задачка на несколько часов бесплодных поисков.

Я подошел к ее верстаку. — Пытаешься починить главный распределитель? — спросил я, стараясь, чтобы это прозвучало как комментарий коллеги, а не как наезд. — Не поможет. У тебя обратная связь от модуля ввода-вывода.

Девушка резко подняла голову. Ее светло-карие глаза удивленно и немного враждебно уставились на меня. АНАЛИЗ СУБЪЕКТА... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: УДИВЛЕНИЕ - 70%, ПОДОЗРИТЕЛЬНОСТЬ - 20%, ИНТЕРЕС - 10%.

— Ты еще кто такой? — спросила она. Голос был низкий и немного хриплый. — Просто прохожу мимо, — я пожал плечами. — Я говорю, проблема не в распределителе. Он пытается компенсировать скачок напряжения, который идет от чего-то на периферии. Скорее всего, от твоего биометрического сканера. Он коротит на логическую шину.

Она недоверчиво нахмурилась, но в глазах промелькнул интерес. Она явно была достаточно умна, чтобы понять — моя теория имеет смысл. — И откуда ты это знаешь? — Я хорошо разбираюсь в диагностике. Давай так: я точно указываю тебе на проблему, а ты мне за это... — я кивнул на россыпь деталей на ее столе, — вон тот конденсатор 34-B.

Ее взгляд метнулся на деталь, потом обратно на меня. Для нее это был копеечный расходник. Для меня — ключ ко всему. — Ты хочешь сказать, что решишь проблему, с которой я вожусь три часа, за один конденсатор? — Именно.

Она несколько секунд изучала мое лицо, потом хмыкнула. — Ладно, диагност. Показывай. Если ты прав, конденсатор твой. Если нет — проваливаешь и никогда больше не подходишь к моему столу.

— Договорились.

Я обошел стол и ткнул пальцем в небольшой шлейф, идущий от дактилоскопического сенсора к основной плате. — Отключи вот это. Просто вытащи из разъема.

Она с сомнением посмотрела на меня, но взяла тонкий пинцет и аккуратно отсоединила шлейф. Затем она нажала кнопку включения.

Консоль пискнула. На экране забежали зеленые строки системной загрузки. Через несколько секунд он вспыхнул голографическим логотипом какой-то корпорации. Система работала идеально.

Девушка молчала, глядя то на экран, то на меня. Выражение ее лица было смесью шока, облегчения и... уважения. — Какого... — выдохнула она. — Я бы до утра его искала.

Она без лишних слов взяла со стола конденсатор и протянула его мне. — Держи. Ты его заслужил.

Я взял деталь. Маленькая, но такая важная победа. — Спасибо. — Меня зовут Рианна, — сказала она, вытирая руки тряпкой. — А тебя? — Лорн, — ответил я первым пришедшим в голову именем. Моим новым именем. — Где ты научился так... видеть проблему? — Просто много работал с подобным железом, — уклончиво ответил я. Ложь. Я в жизни не держал в руках ничего сложнее системного блока офисного ПК.

ЗАПИСЬ В БАЗУ ДАННЫХ: СУБЪЕКТ "РИАННА". НАВЫКИ: ПРОДВИНУТАЯ ЭЛЕКТРОНИКА, ВЗЛОМ ДАННЫХ (ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО). СТАТУС: ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ ПОЛЕЗНЫЙ КОНТАКТ.

Я кивнул ей и быстро вернулся на свое рабочее место. Час аренды подходил к концу. У меня оставалось пятнадцать минут.

Я положил на стол криогенный преобразователь и новенький конденсатор. Все компоненты были на месте. Теперь начиналась самая сложная часть. Мне, офисному менеджеру, предстояло провести тонкую операцию по микропайке.

Я взял в руки паяльный аппарат. Легкая дрожь в пальцах, которая была со мной с самого пробуждения в этом мире, прошла. В голове была только схема, подсвеченная интерфейсом, и четкая последовательность действий. Не было времени на страх или сомнения. Только на работу.

Пальцы, державшие микропаяльник, не дрожали. Это было странно. Я, Алекс Воронов, чьим главным рабочим инструментом была клавиатура, сейчас готовился выполнить операцию, требующую твердой руки хирурга. Вероятно, дело было в "Координаторе". Он не просто давал советы, он влиял на моторику, подавляя лишние нервные импульсы, превращая мое тело в придаток аналитического центра.

В моем поле зрения на реальное изображение преобразователя была наложена его трехмерная схема. Контактные площадки, куда нужно было припаять новый конденсатор, подсвечивались мягким зеленым светом.

РЕКОМЕНДУЕМАЯ ТЕМПЕРАТУРА ПАЙКИ: 470°K. ОПТИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО ПРИПОЯ: 0.8 МГ. ВНИМАНИЕ: НЕ ДОПУСКАТЬ ПЕРЕГРЕВА СОСЕДНЕЙ МИКРОСХЕМЫ.

На терминале верстака мигнуло предупреждение: ОСТАЛОСЬ 5 МИНУТ ОПЛАЧЕННОГО ВРЕМЕНИ.

Пора.

Я занес жало паяльника над платой. Выдохнул. Короткое, точное движение. Капля расплавленного припоя легла идеально ровным кольцом, закрепив первый контакт. Потом второй. Вся операция заняла не больше минуты. Я отложил инструмент и взял диагностический щуп, подключенный к терминалу. Прикоснулся к контактам преобразователя.

На экране терминала пробежали строки кода, и в конце загорелась надпись: ДИАГНОСТИКА ЗАВЕРШЕНА. УСТРОЙСТВО ФУНКЦИОНАЛЬНО. ЭФФЕКТИВНОСТЬ: 100%.

Тихая, холодная волна удовлетворения прошла по телу. Не радость. Именно удовлетворение. Как от успешно закрытого проекта с выполненными KPI.

ПОДЗАДАЧА: ПРОИЗВЕСТИ РЕМОНТ... ВЫПОЛНЕНО. ВРЕМЯ АРЕНДЫ ИСТЕКАЕТ.

Я быстро собрал свои немногочисленные пожитки, бережно завернул отремонтированный преобразователь в тряпку и сунул в ранец. Я покинул Кооператив за минуту до того, как мой верстак был заблокирован.

Теперь я снова стоял посреди ржавых каньонов Раксус Прайм. Но ситуация изменилась кардинально. Час назад у меня был мусор, теперь — ценный актив. Осталось превратить его в ликвидность.

Мой датапад хранил информацию о двух потенциальных покупателях. "Торговый пост Джаккара", где скупщики-роботы брали все, но платили гроши. Быстро, безопасно, невыгодно. И "Лавка Вууто", где, по слухам, специалист по редкому оборудованию платил хорошо, но был придирчив и мог легко распознать дилетанта.

Путь прагматика — это не путь наименьшего сопротивления, а путь максимальной эффективности. Я выбрал Вууто.

Лавка находилась в более цивилизованной части свалки, где вместо гор мусора были целые улицы, выстроенные из корпусов списанных кораблей. Магазинчик Вууто располагался в бывшей медицинской рубке республиканского крейсера. Внутри было на удивление чисто и светло. Никакого хлама. Детали и устройства лежали на стерильных стеллажах, как музейные экспонаты.

За прилавком стоял сам Вууто. Это был дресселианец — высокий, худой, с морщинистым лицом без губ и глубоко посаженными глазами. Он молча окинул меня взглядом, в котором не было ни любопытства, ни презрения. Только оценка.

— Я хочу продать это, — сказал я и аккуратно положил на прилавок преобразователь.

Вууто не сказал ни слова. Он надел на глаза увеличительные окуляры и взял устройство в свои длинные, тонкие пальцы. Он вертел его, осматривая со всех сторон. Затем подключил к своему собственному диагностическому терминалу. На его экране замелькали графики и цифры.

— Отремонтировано, — констатировал он без всякой интонации. Это был не вопрос. — Да, — спокойно ответил я. — Был неисправен штатный конденсатор. Я заменил его на сертифицированный аналог. Иридиевая матрица не затронута, состояние идеальное. Устройство откалибровано и полностью функционально.

Я говорил на его языке. Я не мусорщик, который случайно нашел блестящую штуку. Я техник, который принес на продажу исправный товар.

АНАЛИЗ СУБЪЕКТА "ВУУТО"... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС - 85%, СКЕПТИЦИЗМ - 15%.

— Двести пятьдесят кредитов, — сказал он, отключая прибор. Предложение было ожидаемо низким. Проверка на дурака. — Нет, — я покачал головой. — Рыночная цена на рабочую модель варьируется от четырехсот до шестисот. Одна только матрица в нем стоит не меньше двухсот кредитов, если продать ее отдельно. Я готов отдать его за четыреста пятьдесят. Это справедливая цена, которая оставляет вам приличный запас для вашей наценки.

Вууто долго смотрел на меня. Его глаза, казалось, пытались просверлить во мне дыру и прочитать все, что я знаю. Я выдержал его взгляд. Я не блефовал. Я оперировал фактами, которые дал мне "Координатор" и мой собственный быстрый анализ рынка.

— Триста, — сказал он. — Четыреста двадцать. И это мое последнее предложение.

Он снова замолчал. Тишина в его стерильной лавке звенела. — У тебя хорошая работа, — наконец произнес он. — Аккуратная пайка. Откуда деталь? — Нашел в секторе Гамма-7, в корпусе медицинского фрегата. — Четыреста, — сказал он. — Четыреста двадцать, — повторил я. Я знал, что он может себе это позволить. Мой интерфейс, анализируя его реакцию, показывал, что он уже согласился. Это была просто дань ритуалу торга.

— Хорошо, — он кивнул. — Четыреста двадцать.

Он протянул руку к моему кредитному чипу. Секунда, и на датападе высветилось уведомление о зачислении средств. Я посмотрел на свой баланс. 425 кредитов. Час назад у меня было пять.

Я забрал чип и кивнул Вууто. — Приятно иметь с вами дело. — Если найдешь что-то подобное, приноси, — сказал он мне в спину.

Я вышел из лавки на пыльную улицу. В груди не было эйфории. Только холодное, как сталь, чувство выполненной задачи. Я сделал это. Провел полный цикл проекта: нашел недооцененный актив, разработал план по повышению его стоимости, нашел ресурсы для реализации, выполнил работу и продал с максимальной выгодой. Это была модель. Рабочая модель моего выживания и будущего процветания.

"Координатор" подвел итог. ПРОЕКТ: "КАПИТАЛИЗАЦИЯ АКТИВОВ - ФАЗА 1" ЗАВЕРШЕН. НАЧАЛЬНЫЕ ИНВЕСТИЦИИ: 12 КРЕДИТОВ. ПРИБЫЛЬ: 413 КРЕДИТОВ. ТЕКУЩИЕ АКТИВЫ: 425 КРЕДИТОВ.

СФОРМИРОВАНА НОВАЯ ПЕРВИЧНАЯ ЦЕЛЬ: ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ.

Я посмотрел на ржавые горы вокруг. Теперь они не казались мне враждебными. Они казались... полными возможностей. Это был не ад. Это был просто рынок с очень высоким порогом входа. И я только что его преодолел. Игра перешла на новый уровень.

Глава 2

Часть 2: Свой угол

Четыреста двадцать пять кредитов.

Сумма, которая еще утром показалась бы мне целым состоянием, теперь ощущалась иначе. Это был не выигрыш в лотерею. Это был оборотный капитал. Инструмент. И первый шаг, который делает любой разумный менеджер, получив финансирование — это обеспечение инфраструктуры.

Но сначала — базовые потребности. Прагматизм требует сначала закрыть уязвимости. Я нашел на рынке заведение, которое с натяжкой можно было назвать гостиницей. За пятнадцать кредитов я получил на ночь каморку с запирающейся дверью, душем, который плевался ржавой водой, и койкой, которая не скрипела. Роскошь.

Вторым делом была еда. Я нашел забегаловку, где подавали нечто, называемое "жаркое из норк-крысы". АНАЛИЗ БЛЮДА... ПИЩЕВАЯ ЦЕННОСТЬ: ВЫСОКАЯ (БЕЛОК, ЖИРЫ). ВЕРОЯТНОСТЬ БАКТЕРИАЛЬНОГО ЗАРАЖЕНИЯ: 12%. РЕКОМЕНДАЦИЯ: УПОТРЕБИТЬ С МЕСТНЫМ ВЫСОКОГРАДУСНЫМ НАПИТКОМ В КАЧЕСТВЕ ДЕЗИНФИЦИРУЮЩЕГО СРЕДСТВА. Я последовал совету. Еда оказалась на удивление съедобной, а напиток обжег горло и прояснил мысли.

Последним пунктом в списке "первой необходимости" были покупки. Я потратил еще сто кредитов. Эта сумма ушла на новый, более емкий силовой блок для датапада, универсальный набор инструментов в прочном кейсе и, после долгих колебаний, дешевый, но надежный бластерный пистолет модели DL-18. Я не умел стрелять, но Координатор услужливо сообщил, что ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ В СЛУЧАЙНОМ КОНФЛИКТЕ ПРИ НАЛИЧИИ ОРУЖИЯ (ДАЖЕ В КАЧЕСТВЕ СДЕРЖИВАЮЩЕГО ФАКТОРА) ПОВЫШАЕТСЯ НА 31%. Это была хорошая инвестиция.

Вернувшись в свою каморку, я запер дверь и разложил на столе свои активы. Остаток: 295 кредитов. Не так уж много, если думать о будущем. Я открыл датапад. Пришло время для настоящего планирования.

Проект: "База Операций". Цель: Создание безопасного, автономного и масштабируемого убежища для жизни и работы. Ключевые требования (KPI):

Безопасность: Низкая заметность, естественная защита, возможность контроля доступа.Энергонезависимость: Собственный источник питания.Инфраструктура: Пространство для мастерской, склада, жилой зоны.Легальность: Официально зарегистрированная заявка на участок, чтобы избежать конфликтов с крупными игроками.

Следующие два дня я не выходил из комнаты, если не считать походов за едой. Я погрузился в информацию. Я изучал старые геологические карты Раксус Прайм, архивы заявок на разработку участков, читал форумы, где мусорщики делились слухами. Я искал то же, что и раньше — аномалию. Место, которое все остальные считали бесполезным.

И я его нашел.

В секторе, известном как "Кладбище Дредноутов", лежали останки флагмана сепаратистов типа "Провидение", разбившегося здесь еще во время Войн Клонов. Корабль разломился на три части. Две из них были давно обчищены и разобраны на металл. Но третья, кормовая секция с реакторами, согласно официальным отчетам, ушла глубоко в грунт при падении и была признана нестабильной и опасной для работ из-за высокого уровня остаточной радиации и риска обрушения. Заявку на этот участок никто не подавал уже лет десять.

Это было интересно. Я отправился на место.

Путь занял несколько часов. Кормовая часть дредноута представляла собой колоссальную рукотворную гору. Вход в нее был завален тоннами искореженного металла и камня. Место действительно выглядело опасным и бесперспективным. Но Координатор видел больше.

Я медленно обошел завал, пока интерфейс строил трехмерную карту. СТРУКТУРНЫЙ АНАЛИЗ... СИЛОВОЙ КАРКАС КОРАБЛЯ В ЭТОЙ СЕКЦИИ В ОСНОВНОМ ЦЕЛ. ОБРУШЕНИЕ ЗАТРОНУЛО ТОЛЬКО ВНЕШНИЕ ПЕРЕБОРКИ И ШЛЮЗОВУЮ КАМЕРУ. РАДИАЦИОННЫЙ ФОН: ПОВЫШЕН НА ПОВЕРХНОСТИ ИЗ-ЗА РАССЕЯННЫХ ЭЛЕМЕНТОВ, НО ВНУТРИ ОСНОВНЫХ ПОМЕЩЕНИЙ БЛИЗОК К НОРМЕ. РЕАКТОРЫ ГЕРМЕТИЧНЫ. СКАНИРОВАНИЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИХ СИГНАТУР... ОБНАРУЖЕНА СЛАБАЯ, НО СТАБИЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ ВСПОМОГАТЕЛЬНОГО РЕАКТОРА. ПОТЕНЦИАЛ ДЛЯ ПОЛНОГО ПЕРЕЗАПУСКА.

Это была не просто груда металла. Это была почти готовая крепость с собственным источником энергии. Скрытая, защищенная, проигнорированная всеми. Мой идеальный вариант.

Я как раз заканчивал осмотр, когда из-за груды обломков появились они. Трое. Никто, судя по потрепанной броне и оружию. Их лидер, здоровяк с уродливым шрамом через все лицо, сделал шаг вперед.

— Эй! Что ты тут забыл? Это наша территория.

АНАЛИЗ УГРОЗЫ... ГРУППА ИЗ 3-Х ЧЕЛОВЕК (НИКТО). ВООРУЖЕНИЕ: БЛАСТЕРНЫЕ ВИНТОВКИ (ПЛОХОЕ СОСТОЯНИЕ). МОТИВАЦИЯ: ЗАЩИТА ТЕРРИТОРИИ. УРОВЕНЬ АГРЕССИИ: ВЫСОКИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОГО БЕГСТВА: 65%. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОБЕДЫ В БОЮ: 2%.

Я медленно поднял руки, показывая, что не хочу проблем. Драться — не вариант. Бежать — значит потерять это место. Оставалось только одно. Переговоры.

— Спокойно, парни, — сказал я ровным голосом. — Я просто осматриваюсь. Ищу место для мастерской. — И нашел, — ухмыльнулся лидер. — Только оно уже занято. Проваливай, пока цел.

Я не стал спорить. Я решил сменить плоскость конфликта. — Понимаю, — кивнул я. — Территория есть территория. Но, судя по всему, этот завал вам не очень-то и нужен. Выглядит опасно, работы на месяцы. — Не твое дело! — рявкнул один из его подручных.

— Мое, если я готов за него заплатить, — бросил я.

Лидер нахмурился. — Что? — Я предлагаю сделку. Этот конкретный участок — обломки этого реакторного отсека — меня интересует. Я готов заплатить сто пятьдесят кредитов за то, чтобы вы, во-первых, признали его моим, а во-вторых, позаботились, чтобы другие такие же, как я, сюда не совались. Назовем это платой за регистрацию и охрану. Вы получите легкие деньги за то, чтобы просто не ходить в эту сторону.

Никто переглянулись. В их глазах читалась жадность, борющаяся с подозрением. Для них это была просто куча опасного мусора. А я предлагал за нее сумму, которую они, вероятно, зарабатывали за неделю тяжелого труда.

АНАЛИЗ РЕАКЦИИ ЛИДЕРА... ЖАДНОСТЬ: 70%. ПОДОЗРЕНИЕ: 25%. АГРЕССИЯ: 5%. ВЕРОЯТНОСТЬ ПРИНЯТИЯ СДЕЛКИ: 85%.

— Сто пятьдесят? — переспросил лидер. — Двести. И мы месяц сюда и носа не сунем. — Сто семьдесят пять. И вы подтверждаете мою заявку в Гильдии Мусорщиков, если кто-то спросит.

Он на секунду задумался и кивнул. — Идет.

Сделка состоялась. Я перевел им деньги. Они, что-то бурча себе под нос, удалились. Я остался один.

Мой капитал уменьшился до 120 кредитов. Тревожно низкая сумма. Но я не потратил деньги. Я их инвестировал. Я купил себе нечто гораздо более ценное, чем кредиты. Я купил себе место.

ЦЕЛЬ: ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ. СТАТУС: МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ОБЕСПЕЧЕНО. ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ (НЕФОРМАЛЬНОЕ) ПОЛУЧЕНО.

Я посмотрел на заваленный вход. Передо мной была не груда мусора. Передо мной был мой будущий дом и моя крепость. Предстояла огромная работа. И впервые с момента попадания в этот мир я почувствовал что-то похожее на энтузиазм. Проект "Свой угол" официально стартовал.

Энтузиазм — опасное чувство. Он затуманивает трезвую оценку. Стоя перед своей новой "собственностью" на следующее утро, я чувствовал, как остатки моего вчерашнего азарта испаряются под холодным светом реальности. Передо мной была не дверь, которую нужно открыть. Передо мной была инженерная задача колоссальной сложности.

Я потратил несколько часов на то, что умел лучше всего: на анализ. Я обошел завал со всех сторон, постоянно держа его в фокусе, пока Координатор строил детальную трехмерную модель в моем сознании. Это было похоже на сложное МРТ-сканирование. Интерфейс подсвечивал внутреннюю структуру нагромождения, выделяя разными цветами материалы — камень, обычный металл, армированную дюрасталь броневых плит.

Через три часа у меня был вердикт.

АНАЛИЗ ЗАВАЛА ЗАВЕРШЕН. ОБЩАЯ МАССА: ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО 3,000 ТОНН. КЛЮЧЕВЫЕ ПРЕПЯТСТВИЯ: ТРИ АРМОРОВАННЫЕ ПЛИТЫ (МАССА 150-200 ТОНН КАЖДАЯ), БЛОКИРУЮЩИЕ ОСНОВНУЮ СТРУКТУРУ. ВЫВОД: РУЧНАЯ РАЗБОРКА НЕВОЗМОЖНА. РЕКОМЕНДУЕМЫЙ ПЛАН ДЕЙСТВИЙ: 1. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НАПРАВЛЕННЫХ КУМУЛЯТИВНЫХ ЗАРЯДОВ ДЛЯ РАЗДЕЛЕНИЯ КЛЮЧЕВЫХ ПЛИТ. 2. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРОМЫШЛЕННОГО ПОДЪЕМНИКА С МАГНИТНЫМ ЗАХВАТОМ ДЛЯ УДАЛЕНИЯ ФРАГМЕНТОВ.

Проще говоря, мне нужна была взрывчатка и тяжелая техника.

Я присел на камень, открыл датапад и начал подсчитывать бюджет. Результаты были удручающими. Аренда самого захудалого строительного дроида-погрузчика стоила 200 кредитов в день, не считая стоимости энергоблоков. Направленные заряды — товар черного рынка. Найти их было сложно, а цена начиналась от 500 кредитов за штуку. И самое главное — для всего этого нужен был специалист. Человек, который умеет обращаться со взрывчаткой и тяжелой техникой, и который не похоронит меня здесь заживо из-за одной ошибки.

Моих оставшихся 120 кредитов не хватило бы даже на то, чтобы заправить погрузчик.

Я оказался в классической ситуации стартапа: у меня была гениальная идея (идеальная база), но не было ресурсов для ее реализации. Я зашел в тупик. Я мог бы потратить месяцы, снова и снова проворачивая мелкие сделки, как с преобразователем, чтобы накопить нужную сумму. Но это было неэффективно. Слишком медленно и рискованно.

Нужно было менять стратегию. Если я не могу купить ресурсы, значит, мне нужно их... привлечь. Я понял, что мой главный актив сейчас — не кредиты и даже не Координатор. Мой главный актив — это сам проект. Потенциал этой базы. Мне нужны были не наемные рабочие. Мне нужны были партнеры. Инвесторы, которые вложат не деньги, а свои навыки и время в обмен на долю в будущем предприятии.

Проект "База Операций" получил свой первый подпроект: "Формирование команды".

И я знал, с кого начать.

ЗАПИСЬ В БАЗЕ ДАННЫХ: СУБЪЕКТ "РИАННА". НАВЫКИ: ПРОДВИНУТАЯ ЭЛЕКТРОНИКА... СТАТУС: ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ ПОЛЕЗНЫЙ КОНТАКТ.

Она была идеальным первым кандидатом. Она была технарем до мозга костей. Она понимала ценность хорошей мастерской. И что самое важное, я уже продемонстрировал ей свою ценность. Я не был для нее очередным сумасшедшим мусорщиком с бредовой идеей.

Я нашел ее там же, в Кооперативе. Она возилась с каким-то навигационным компьютером, и, судя по довольному выражению лица, успешно.

— Лорн, — она кивнула мне, когда я подошел. — Опять пришел чинить чужие железки за мелочь? — Пришел сделать тебе предложение, от которого ты, скорее всего, откажешься, — прямо начал я.

Она отложила инструмент и скрестила руки на груди. АНАЛИЗ... ЛЮБОПЫТСТВО: 60%. СКЕПТИЦИЗМ: 40%. — Я слушаю.

— Я предлагаю тебе бросить это место. Перестать платить за аренду верстака и работать с хламом, который тебе приносят. — И что взамен? Жить на твои пять кредитов? — усмехнулась она. — Взамен я предлагаю тебе долю. Долю в собственной, первоклассно оборудованной, полностью автономной мастерской. С собственным источником энергии, полной безопасностью и неограниченным доступом.

Она рассмеялась. — Ты в своем уме? Где ты собрался строить такую сказку? В своих мечтах?

Я молча положил перед ней датапад, на котором была открыта трехмерная модель завала и внутренних помещений дредноута, созданная Координатором. Я вывел на экран данные о состоянии силового каркаса и, самое главное, о работающем вспомогательном реакторе.

Ее смех затих. Она взяла датапад и начала изучать схемы. Ее глаза быстро бегали по строчкам. Выражение скепсиса на ее лице сменилось сначала недоумением, а затем — напряженным интересом.

— Кормовая секция "Провидения"? — прошептала она. — Но она же считается нестабильной... Радиация... — Официальные отчеты врут. Их составляли ленивые бюрократы, которые не хотели рисковать. Я был там. Провел полное сканирование. Каркас цел. Радиация в норме. Реактор... он жив. Представь, какой мощности мастерскую можно запитать от него. Никаких счетов за энергию. Никогда.

Я видел, как в ее голове заработали шестеренки. Она была не просто ремонтником. Она была творцом. И я предлагал ей идеальный холст.

— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — сказала она, возвращая мне датапад. — В чем подвох? — Подвох в том, — я указал на схему завала, — что мы снаружи, а все это — внутри. Чтобы туда попасть, нужны специалисты. Нужен инженер, который сможет рассчитать подрыв зарядов и разобрать этот хлам, не обрушив все нам на головы. Нужен тот, кто сможет перезапустить реактор и наладить энергосистему. — И ты решил, что этот инженер — я? — Я решил, что ты единственный человек на этой планете, кому я бы мог это доверить, — сказал я абсолютно честно. — Я не предлагаю тебе зарплату, Рианна. У меня почти нет денег. Я предлагаю тебе партнерство. Пятьдесят на пятьдесят. Все, что мы найдем внутри, все, что мы создадим в этой мастерской — будет нашим. Общим.

Она долго молчала, глядя куда-то в пространство. Я не торопил ее. Я сделал свой ход. АНАЛИЗ РЕАКЦИИ... СКЕПТИЦИЗМ: 30%. ИНТЕРЕС: 65%. АЗАРТ: 5%.

— Я хочу это увидеть, — наконец сказала она. — Своими глазами. Покажи мне свою крепость, Лорн. И если хотя бы половина из того, что ты показал на схемах — правда... тогда мы поговорим о партнерстве.

Я кивнул. — Собирай инструменты. Нам предстоит долгий путь.

Игра в одиночку закончилась. Я шел к выходу из Кооператива, и впервые за мной кто-то следовал. Это было новое, непривычное и немного тревожное чувство. Ответственность.

Путь до "Кладбища Дредноутов" был молчаливым. Рианна не задавала праздных вопросов. Она шла уверенным, быстрым шагом, с большим ранцем инструментов за спиной, который, казалось, ничуть ее не утяжелял. Ее молчание было красноречивее любых слов. Это была не прогулка. Это была инспекция. Аудит моего самого рискованного проекта.

Когда мы прибыли на место, она остановилась и долго смотрела на колоссальную громаду заваленного входа. Я видел, как ее профессиональный взгляд оценивает масштабы, скользит по линиям разломов, прикидывает тоннаж.

АНАЛИЗ СУБЪЕКТА "РИАННА"... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: СКЕПТИЦИЗМ - 60%, ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС - 40%.

— Он больше, чем на схемах, — наконец сказала она. — Всегда так, — согласился я.

Она не стала тратить время на разговоры. Из ранца появился арсенал портативных приборов. Мультиспектральный сканер, гравиметрический датчик, дозиметр. Она не доверяла моим словам. Она доверяла только цифрам, которые получит сама. И я это уважал.

— Куда смотреть в первую очередь? — спросила она, включая дозиметр.

Мой выход. Я был не инженером, я был навигатором. Я указывал цели для ее анализа. — Начни с периметра, метрах в десяти от завала. Уровень радиации там должен быть повышен из-за пыли с обшивки. А теперь подойди к этой трещине в корпусе. Видишь? Прямо к ней.

Она с сомнением посмотрела на меня, но подчинилась. Писк дозиметра, нараставший по мере приближения, вдруг стал тише, почти сойдя на нет у самой щели. — Что?.. Как? — она удивленно посмотрела на прибор. — Корпус экранирует. Основной источник заражения — мелкие частицы на поверхности. Внутри чисто. Координатор мне это показал, а ты только что подтвердила.

Ее скептицизм начал давать трещину. Следующие полчаса мы работали как слаженный механизм. Я указывал точку — она проводила замеры. — Просканируй вот эту опорную балку. Официально она считается поврежденной. Рианна направила на балку свой сканер. Несколько секунд тишины, нарушаемой лишь гудением прибора. — Она цела, — выдохнула она, глядя на экран. — Косметические повреждения. Но несущая способность — девяносто процентов от номинала. Она держит на себе всю эту секцию. Лорн, да это же... — Я знаю.

Финальным тестом был реактор. Главный козырь моего предложения. — Его не увидеть, он в десяти метрах за этой переборкой, — сказал я. — Но твой сканер должен уловить остаточную энергетическую сигнатуру. Она очень слабая, почти на уровне фона.

Рианна долго настраивала свой прибор, хмурясь и что-то бормоча себе под нос. Сначала она ничего не нашла. Я видел, как на ее лицо возвращается тень сомнения. — Отфильтруй фоновое излучение от того поврежденного энергокабеля справа, — подсказал я. — Сигнатура реактора идет в другом спектре.

Она ввела поправку. И на ее экране появилась тонкая, едва заметная, но идеально ровная линия. Синусоида жизни, бьющаяся в сердце мертвого корабля.

АНАЛИЗ СУБЪЕКТА "РИАННА"... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: СКЕПТИЦИЗМ - 5%, ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС - 80%, ВОЗБУЖДЕНИЕ - 15%.

Она отключила сканер и медленно повернулась ко мне. Вся враждебность и недоверие исчезли из ее взгляда. Теперь она смотрела на меня как на коллегу. Как на человека, открывшего ей доступ к самой интересной инженерной головоломке в ее жизни.

— Ты не врал, — сказала она. Это прозвучало как высшая похвала. — Лорн, это не просто база. Это целое состояние.

Она протянула мне свою перепачканную в смазке руку. — Мы партнеры.

Я крепко пожал ее. Сделка была заключена.

Мы тут же сели на землю, и я снова открыл датапад с трехмерной моделью завала. — Итак, по моему плану, нам нужны кумулятивные заряды, чтобы... — Забудь, — перебила она. — Твой план — план аналитика. Дорогой, громкий и опасный. Есть способ лучше.

Она взяла у меня датапад. Ее пальцы забегали по экрану, поворачивая модель, увеличивая отдельные участки. — Смотри. Вся эта конструкция держится на трех точках. Вот эта плита, вот эта балка и вот этот кусок шпангоута. Нам не нужно ничего взрывать. Нам нужно резать. Точно и аккуратно. Мы ослабляем вот эту опору, поддомкрачиваем вот здесь, и вся эта секция, — она провела пальцем по экрану, — осядет вниз под собственным весом, открыв проход.

Это было гениально в своей простоте. Не уничтожить преграду, а заставить ее саму убраться с пути.

— Для этого нужен плазменный резак промышленной мощности, — сказал я. — И гидравлические домкраты. Это все еще дорого. — Не так дорого, как взрывчатка, — возразила она. — Резак мы можем собрать сами из деталей, которые найдем здесь же. Нам нужен только мощный источник питания и фокусирующая линза. Домкраты можно взять в аренду или выменять. И самое главное, — она хитро улыбнулась, — вся эта дюрасталь, которую мы отсюда вырежем... она стоит денег. Много денег. Наш проект начнет сам себя окупать с первого же дня работы.

Я смотрел на нее и понимал, что сделал единственно правильный выбор. Мой Координатор мог анализировать существующие данные. Но она... она могла создавать новые решения.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРИВЛЕЧЕН НОВЫЙ ЧЛЕН КОМАНДЫ - РИАННА (ИНЖЕНЕР). ПРОЕКТ: "ДОСТУП К БАЗЕ". СФОРМУЛИРОВАН СКОРРЕКТИРОВАННЫЙ ПЛАН. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕХА ВОЗРОСЛА С 18% ДО 52%.

— Хорошо, — сказал я. — Значит, наш первый шаг — собрать резак. Что нам для этого нужно?

Рианна уже увлеченно рисовала на датападе схему будущего инструмента. — Нам нужен рабочий стол побольше, чем в Кооперативе. И много, много разного металлолома. Пойдем, партнер. Пора за покупками.

Мы отправились обратно к рынку. Теперь мы были не просто одиночками, пытающимися выжить. Мы были командой. Командой с четким планом и общей целью. И это меняло все.

Наш первый рабочий день как партнеров начался не на свалке, а в моей тесной комнатушке в гостинице. Она превратилась в штаб проекта. Рианна, отбросив всякую вежливость, захватила стол и мой датапад, на котором с бешеной скоростью набрасывала чертежи.

— Так, забудь о стандартных моделях, — заявила она, даже не поднимая головы. — Нам не нужен красивый инструмент. Нам нужен монстр. Максимальная мощность, грубая надежность. Я соберу корпус из броневых листов от старых шагоходов. Газовую камеру и сопло можно сделать из системы охлаждения звездолета. Это все дешевый хлам, мы найдем его за копейки.

Она говорила, а я слушал и превращал ее инженерный гений в сухие цифры бизнес-плана. Я взял свой ранец, сел на койку и начал работать на маленьком встроенном терминале гостиницы.

Проект: "Промышленный плазменный резак 'Крошитель'". Руководитель проекта (инженерная часть): Рианна. Руководитель проекта (финансы и логистика): Лорн.

Рианна диктовала список критически важных компонентов, а я пробивал их по торговым площадкам Раксус Прайм. — ...основной источник питания. Нужна промышленная энергоячейка, класс 5 или выше. Иначе наш резак будет работать как паяльник... ПОИСК... ЭНЕРГОЯЧЕЙКА КЛАССА 5. СРЕДНЯЯ ЦЕНА: 250 КРЕДИТОВ. — ...и самое главное — фокусирующая матрица. Лучше всего подойдет кристалл от турболазерной установки. Без него плазма будет распыляться, а нам нужен тонкий, как игла, луч. ПОИСК... ФОКУСИРУЮЩИЙ КРИСТАЛЛ (ТУРБОЛАЗЕР). СРЕДНЯЯ ЦЕНА: 300 КРЕДИТОВ.

Я остановил ее. — Рианна. У нас сто двадцать кредитов. Всего. Она наконец оторвалась от чертежей и посмотрела на меня. Взгляд был усталый, но решительный. — Значит, нам нужно больше кредитов. Это твоя часть работы, финансист. Я могу собрать что угодно из чего угодно. Но я не могу создать энергию из воздуха или выточить линзу из булыжника.

Она была права. Проблема снова упиралась в деньги.

— Хорошо, — сказал я после недолгого раздумья. — У меня есть идея. Нам нужно разделиться. Ты, — я перевел ей на датапад 70 кредитов, — берешь это, идешь в Кооператив, арендуешь самый большой верстак, какой сможешь. Покупаешь дешевый металлолом и начинаешь собирать корпус, раму, систему подачи газа. Делай все, что не требует дорогих компонентов. — А ты? — спросила она. — А я иду на охоту. Мне нужно превратить оставшиеся 50 кредитов в 500.

Она посмотрела на меня с сомнением, но спорить не стала. Она видела, как я работаю. Она кивнула, забрала свой ранец и ушла. А я отправился на рынок.

Моя стратегия была прежней. Я искал неэффективность. Место, где информация стоит дороже товара. Я бродил по рядам, где торговцы сваливали в кучи неисправных дроидов, надеясь продать их на запчасти. Мой взгляд скользил по ржавым корпусам, а Координатор работал на полную мощность.

ОБЪЕКТ: ДРОИД-ПОЧТАЛЬОН. ПРИЧИНА НЕИСПРАВНОСТИ: СГОРЕВШИЙ МОТИВАТОР. ОБЪЕКТ: ПРОТОКОЛЬНЫЙ ДРОИД. ПРИЧИНА НЕИСПРАВНОСТИ: ПОВРЕЖДЕНИЕ ГОЛОСОВОГО МОДУЛЯ.

Большинство были именно тем, чем казались — безнадежным хламом. Но потом я увидел его. Большого, неуклюжего погрузочного дроида C-22, стоявшего в углу лавки какого-то старого родианца. На груди дроида красовалась табличка: "НА ЗАПЧАСТИ. 70 КРЕДИТОВ".

Я сфокусировался на нем.

ОБЪЕКТ: ПОГРУЗОЧНЫЙ ДРОИД C-22. СТАТУС: НЕИСПРАВЕН. ОШИБКА БЛОКИРОВКИ МОТИВАТОРОВ. ДЕТАЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА... ПРИЧИНА: ЛОГИЧЕСКИЙ СБОЙ В ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТИ ЗАГРУЗКИ. ПЕРВИЧНЫЙ ПРОЦЕССОР НЕ МОЖЕТ ИНИЦИАЛИЗИРОВАТЬ ДРАЙВЕРЫ ДВИГАТЕЛЬНОЙ СИСТЕМЫ. РЕШЕНИЕ: ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ПЕРЕЗАГРУЗКА ВТОРИЧНОГО ПРОЦЕССОРА. ЭТО ЗАПУСТИТ АВАРИЙНУЮ ДИАГНОСТИКУ ВСЕЙ СИСТЕМЫ И ВОССТАНОВИТ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ЗАГРУЗКИ. НЕОБХОДИМОЕ ДЕЙСТВИЕ: ВСКРЫТЬ ТЕХНИЧЕСКИЙ ЛЮК B-7. ЗАМКНУТЬ КОНТАКТЫ №3 И №4 НА 1.5 СЕКУНДЫ.

Владелец думал, что у дроида сгорели двигатели. На самом деле у него просто "зависла" операционная система. Классическая ошибка, которую не найти без точного диагностического оборудования.

— Забираю, — сказал я родианцу, указывая на дроида. Он удивленно посмотрел на меня, но с радостью забрал 70 кредитов. Я с трудом выкатил тяжелого дроида из лавки и отвел его в безлюдный переулок.

Найти люк B-7 было легко. Используя универсальную отвертку из своего нового набора, я вскрыл его. Внутри, как и показывала схема в моем интерфейсе, была небольшая плата. Контакты 3 и 4. Я достал кусок провода. Секундная дрожь в руках. Замкнул. Раз, два. Разомкнул.

Внутри дроида что-то щелкнуло. Его оптические сенсоры на мгновение вспыхнули красным, а затем загорелись ровным синим светом. Дроид издал мелодичный сигнал и медленно поднялся на ноги. — Погрузочный дроид C-22 готов к работе. Ожидаю приказаний, — прогудел он.

Я улыбнулся.

Я отвел дроида не на тот рынок, где его купил, а в другой квартал, в большую мастерскую, которая занималась скупкой и перепродажей рабочей техники. — Хочу продать дроида, — сказал я владельцу-человеку. — Модель C-22, в отличном рабочем состоянии. Тот осмотрел его, проверил манипуляторы, поцокал языком. — Старая модель, но надежная. Дам за него триста.

— Триста пятьдесят, и он ваш прямо сейчас, — возразил я. — Триста двадцать, — нехотя согласился он.

Сделка состоялась. Я вышел из мастерской с чипом, на котором теперь было 300 кредитов. Плюс оставшиеся от покупки дроида 50. Плюс первоначальный остаток. Мой капитал вырос до 370 кредитов. Этого все еще было мало. Нужно было повторить трюк.

Но на сегодня я решил закончить. Я отправился к специалисту по редким компонентам — к Вууто. Он, по крайней мере, не задавал лишних вопросов. Я купил у него энергоячейку и немного поврежденный, но рабочий фокусирующий кристалл. Это обошлось мне почти во все мои деньги. У меня снова осталось меньше 50 кредитов, но теперь в ранце лежали сердце и душа нашего будущего инструмента.

Когда я вернулся в Кооператив, Рианна уже заканчивала работу. На верстаке стояло нечто. Уродливое, сваренное из разных кусков металла, но невероятно прочное на вид — будущее тело нашего "Крошителя". Она выглядела уставшей, но глаза ее горели.

Я молча подошел и выложил на стол рядом с ее творением блестящую энергоячейку и переливающийся гранями кристалл.

Она подняла на меня глаза. — Я достал их, — сказал я. На ее лице появилась усталая, но довольная улыбка. — Я вижу. А теперь начинается самое интересное.

ПРОЕКТ "РЕЗАК": ВСЕ КЛЮЧЕВЫЕ КОМПОНЕНТЫ ПОЛУЧЕНЫ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОЙ СБОРКИ (ЗАВИСИТ ОТ НАВЫКОВ ИНЖЕНЕРА): 95%.

Работа только начиналась, но сегодня мы одержали важную победу. Мы доказали, что наша команда работает.

Следующие два дня Кооператив Мусорщиков стал нашим домом. Мы арендовали самый большой и уединенный верстак в дальнем углу ангара, создав вокруг него некое подобие частной территории из пустых контейнеров. В центре этого пространства, на массивном столе, покоился скелет нашего будущего творения — уродливая, но прочная рама, сваренная Рианной.

Наша работа превратилась в четко отлаженный процесс. Рианна была главным инженером и хирургом. Она была в своей стихии. Ее движения были точными, экономными, каждый жест имел смысл. Она не просто соединяла детали, она чувствовала их, понимала, как заставить разнородные куски металла работать как единое целое. Ее лексикон сузился до коротких, емких команд.

— Лорн, нужен гравиметрический зажим. — Подай мне плазменный флюс. — Следи за температурой ячейки. Любое отклонение выше пяти процентов — докладывай немедленно.

Я стал ее вторыми руками и внешним процессором. Моя задача была не в том, чтобы паять или сваривать. Моя задача была в том, чтобы система работала без сбоев. Я держал инструменты наготове, подавая их за секунду до того, как она о них попросит. Координатор анализировал последовательность ее действий и предсказывал следующий шаг. Я вывел на экран своего датапада все диагностические данные и следил за параметрами, пока она была поглощена работой.

ВНИМАНИЕ: ТЕМПЕРАТУРА ЭНЕРГОЯЧЕЙКИ ДОСТИГЛА 85% ОТ НОМИНАЛЬНОГО РАБОЧЕГО ДИАПАЗОНА. — Рианна, ячейка перегревается. Нужен цикл охлаждения, — тут же докладывал я. Она отрывалась от работы, вытирала пот со лба. — Черт. Я увлеклась. Спасибо.

Мы были идеальной командой. Инженерный гений и системный аналитик. Мускулы и мозг. Хотя в ее случае, она была и мускулами, и мозгом, а я — скорее нервной системой, обеспечивающей координацию и контроль.

Часы сливались в один долгий, гудящий рабочий цикл. Мы питались концентрированной пищевой пастой, запивая ее дешевыми стимуляторами, которые покупали в автомате у входа. Сон был роскошью. Все наши мысли, все силы были сосредоточены на одном — на этом уродливом нагромождении металла на верстаке.

Конечно, не обошлось без проблем. Когда мы попытались установить энергоячейку, выяснилось, что ее разъем питания не совпадает с конвертером, который Рианна приспособила из старого дроида. Разница была в несколько миллиметров, но она была критичной.

— Проклятье! — выругалась Рианна, отбрасывая инструмент. — Это модель ячейки для военных кораблей. Ей нужен силовой адаптер типа "Кел-Дор". Редкая штука. Мы его здесь не найдем.

Я уже погрузился в сеть. Мой Координатор просеивал тысячи объявлений на торговых площадках, инвентарные списки десятков мастерских. — Есть один, — сказал я через минуту. — Всего один на всю планету. В лавке старого дроидотехника по имени Фикс-Ит в Гнилом Секторе. — Дай угадаю, он стоит как половина этого резака? — Хуже. Он не продается. Числится в личном инвентаре мастера.

Рианна обреченно вздохнула. Но я уже нашел решение. — Но, — продолжил я, — в той же лавке три дня назад был зарегистрирован запрос на ремонт редкого астронавигационного дроида R-3. Мастер не может его починить, потому что у него сгорел блок когнитивной логики. А у меня на датападе, в архивах Лорна Кассиана, есть полная схема этого блока и заводская прошивка.

Рианна посмотрела на меня, и в ее глазах зажегся огонек понимания. — Ты хочешь... — Обменять информацию на железку. Пойдем.

Поход к Фикс-Иту был коротким и продуктивным. Старый, скрипучий дроид-мастер был так счастлив получить данные, которые сэкономили ему недели работы, что отдал нам нужный адаптер почти даром.

И вот, на исходе второго дня, работа была закончена.

На верстаке стоял "Крошитель". Он был чудовищен. Длиной почти два метра, собранный из кусков разной брони, с торчащими в стороны трубками охлаждения. Он выглядел как оружие, созданное безумным орком. Но мы знали, что каждая деталь, каждый сварной шов в нем был на своем месте.

— Пора проверить, на что он способен, — сказала Рианна.

Мы откатили наше детище на специальный полигон в задней части Кооператива — огороженную толстыми стенами площадку, где мусорщики тестировали свои самоделки. В качестве мишени мы выбрали кусок бронированной обшивки от какого-то крейсера. Толщина — не меньше полуметра.

Рианна встала за пульт управления. Я стоял рядом с датападом, контролируя показатели. — Запускаю последовательность, — сказала она.

Раздался низкий гул, который быстро перерос в пронзительный, почти невыносимый визг. Энергоячейка вошла в рабочий режим. Из сопла резака вырвался тонкий, как игла, ослепительно-белый луч.

Он коснулся брони.

Не было ни взрыва, ни скрежета. Луч вошел в металл, как раскаленный нож в масло. Абсолютно бесшумно. Рианна медленно повела лучом, прочерчивая на плите идеально ровную линию. Через десять секунд она отключила питание.

Все стихло. На броне остался тонкий, светящийся красным разрез. Прошла секунда, другая, а потом верхняя часть огромного куска металла с оглушительным скрежетом соскользнула вниз и рухнула на землю. Срез был идеально гладким, словно отполированным.

Мы молча смотрели на результат нашей работы.

ПРОЕКТ "РЕЗАК": СБОРКА И ИСПЫТАНИЯ ЗАВЕРШЕНЫ. СТАТУС: 100% ФУНКЦИОНАЛЕН. ПЕРВИЧНАЯ ЦЕЛЬ: ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ. ТЕКУЩАЯ ЗАДАЧА: НАЧАТЬ РАСЧИСТКУ ВХОДА (ПРОЕКТ "ПРОРЫВ").

Рианна повернулась ко мне. Ее лицо было перепачкано сажей, волосы растрепаны, но она улыбалась. Широкой, счастливой улыбкой творца, довольного своей работой. — Ну что, партнер, — сказала она, любовно похлопав "Крошитель" по боку. — Пора идти стучаться в нашу новую входную дверь.

Первая проблема нашего "Прорыва" была до смешного приземленной: "Крошитель" был невероятно тяжелым. Мы вдвоем едва могли сдвинуть его с места. Просто дотащить его до "Кладбища Дредноутов" было отдельной инженерной задачей.

Решение нашлось на рынке аренды. За почти все наши оставшиеся кредиты мы наняли старую, избитую репульсорную платформу — по сути, летающий кусок металла с антигравами, используемый для перевозки лома. Погрузка заняла час. Мы медленно, ругаясь и потея, с помощью рычагов и лебедки затащили нашего монстра на платформу и закрепили его.

Путь через свалку был медленным и напряженным. Платформа летела низко, натужно гудя. Каждый порыв ветра, казалось, мог ее опрокинуть. Рианна стояла у импровизированного пульта управления, а я — рядом, с бластером в руках, постоянно сканируя окрестности. Не то чтобы я смог бы отбиться от серьезной банды, но вид человека с оружием, охраняющего большую и непонятную штуковину, заставлял мелких падальщиков держаться на расстоянии.

Когда мы наконец прибыли к нашему завалу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая ржавые горы в багровые тона.

— Идеально, — сказала Рианна. — Ночью работать даже лучше. Меньше любопытных глаз.

Она была абсолютна спокойна, как хирург перед сложной операцией. Она взяла на себя руководство. Следующие два часа мы разгружали и устанавливали "Крошитель", выверяя его положение с точностью до сантиметра согласно ее расчетам. Я отвечал за безопасность и аналитику.

— Периметр чист, — доложил я, обойдя нашу позицию. — Координатор не фиксирует никаких живых существ в радиусе пятисот метров. Структурный анализ завала стабилен. Можем начинать.

Рианна кивнула, надела защитные очки и встала за пульт управления резаком. — Начинаю первый разрез. Цель — левая нижняя опора.

Низкий гул, переходящий в визг, снова разорвал тишину. Ослепительно-белый луч ударил в основание громадной бронеплиты. В воздух поднялся едкий запах озона и испаренного металла. Я стоял в стороне, наблюдая за показаниями на своем датападе, который был синхронизирован с датчиками Координатора.

— Температура в точке реза — три тысячи кельвинов. Все в норме, — доложил я. — Структурное напряжение в основной плите медленно нарастает.

Работа была медленной, медитативной и невероятно напряженной. Это было не яростное разрушение, а тонкая хирургия. Рианна вела луч с миллиметровой точностью, отсекая кусок за куском, ослабляя хватку, державшую этот хаос в равновесии.

— Рианна, — сказал я через час. — Напряжение в верхней части завала достигло критической отметки. Координатор прогнозирует неконтролируемое смещение. Перенеси разрез на два градуса левее, нужно ослабить давление с той стороны.

Она молча подчинилась. Она доверяла моим данным так же, как я доверял ее рукам. Мы были единым целым. Анализ и исполнение.

Три часа. Три долгих часа мы кромсали и резали, ослабляя титана, державшего нас снаружи. И потом это началось.

Сначала — глубокий, протяжный стон, от которого завибрировала земля под ногами. Звук металла, сдающегося под собственным весом. — Назад! — крикнула Рианна, отключая резак.

Мы отбежали на безопасное расстояние. Стон перерос в оглушительный скрежет. Верхние плиты завала медленно, как просыпающийся ледник, пришли в движение. Они сдвигались, давя на нижние, сминая их, как бумагу. То, что было неподвижной скалой, превратилось в медленную, неотвратимую лавину из тысяч тонн дюрастали. Грохот был апокалиптическим. Казалось, будто сам дредноут пытается изрыгнуть из себя чужеродный тромб.

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Пыль и дым медленно оседали, открывая нашему взору новую картину.

Там, где была сплошная стена, теперь зияла дыра. Темный, неправильной формы провал, ведущий вглубь мертвого корабля. Из него тянуло холодом и запахом застоявшегося воздуха.

Мы молчали, глядя на дело своих рук.

Включив налобные фонари, мы осторожно подошли к проему. — Структура стабильна, — подтвердил Координатор.

Мы шагнули внутрь.

И оказались в другом мире. Мире тишины и гигантских теней. Мы стояли в огромном зале, который, судя по всему, был главным инженерным отсеком. Высоко вверху терялся во мраке потолок. Вокруг стояли молчаливые, покрытые вековой пылью машины. В дальнем конце зала тускло мерцали несколько аварийных огней, получая энергию от того самого реактора, что подарил нам надежду.

Воздух был спертым, но дышать было можно. Здесь было тихо. Впервые за все время на этой планете я услышал абсолютную тишину, не нарушаемую воем ветра или скрежетом металла.

Это было... величественно. Мы были не просто в укрытии. Мы были в соборе, построенном из стали и забытых технологий.

— Он еще больше, чем я думала, — прошептала Рианна, ее голос эхом разнесся по залу. Она провела рукой по поверхности ближайшего терминала, оставляя на пыли чистую полосу. — Сколько же здесь всего...

Я посмотрел наверх, на переплетение мостиков и кабелей, на огромные, молчаливые механизмы. Координатор подвел итог.

ПРОЕКТ "ПРОРЫВ" ЗАВЕРШЕН. ДОСТУП К БАЗЕ ОПЕРАЦИЙ ОБЕСПЕЧЕН. ПЕРВИЧНАЯ ЦЕЛЬ: ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ. СФОРМИРОВАНА ЗАДАЧА ФАЗЫ 2: РАЗВИТИЕ ИНФРАСТРУКТУРЫ. ПОДЗАДАЧА №1: ОБЕСПЕЧИТЬ БЕЗОПАСНОСТЬ ВХОДА. ПОДЗАДАЧА №2: ПЕРЕЗАПУСТИТЬ ОСНОВНОЕ ЭНЕРГОСНАБЖЕНИЕ.

Рианна повернулась ко мне. Пыль и сажа на ее лице не могли скрыть широкую, счастливую улыбку. — Ну что, партнер, — сказала она, и ее голос гулко отразился от стен. — Добро пожаловать домой.

Первая ночь в нашем новом доме была холодной и тревожной. Первым делом мы, напрягая все силы, затащили "Крошитель" внутрь. Оставлять такой ценный и единственный в своем роде инструмент снаружи было немыслимо. После этого мы оказались в полной, абсолютной темноте, нарушаемой лишь лучами наших фонарей, и в оглушительной тишине.

Мы не стали расходиться. Устроились прямо там, в главном инженерном зале, у подножия молчаливого гиганта-механизма. Спали по очереди. Пока Рианна дремала, укутавшись в брезент, я сидел с бластером на коленях, вслушиваясь в каждый шорох и следя за периметром на экране датапада. Координатор услужливо вывел на него показания сейсмических и акустических датчиков, которые я откалибровал на максимум. Любое движение снаружи — и я бы узнал. Но ничего не происходило. Мир свалки остался там, за грудой искореженного металла.

Утро началось с methodical survey — методичного обследования. Мы должны были точно знать, чем владеем. Это была не просто прогулка. Это была инвентаризация нашего королевства.

Моя роль была роль картографа. Я шел, и Координатор в реальном времени строил подробную 3D-карту помещений, отмечая структурные повреждения, герметичные отсеки, доступ к системам. Рианна шла следом, как практик. Там, где мой интерфейс видел просто "неактивный гидравлический пресс", она видела "почти рабочий агрегат, нужно только подать питание и заменить жидкость". Там, где я видел "поврежденный кабель-канал", она видела "источник сотен метров ценного медного провода".

Наши находки превзошли все ожидания. Мы обнаружили:

Главный пост управления инженерией: Небольшое, хорошо бронированное помещение с панорамным окном, выходящим в основной зал. Идеальный командный центр.Несколько жилых блоков для офицеров: Маленькие, но целые каюты со встроенными койками и санузлами. Наше будущее жилье.Огромный грузовой отсек: Размером с два футбольных поля, к счастью, почти пустой. Склад и место для будущих масштабных проектов.И, самое главное, мы нашли путь к вспомогательному реактору. Он находился в глубине корабля, за несколькими гермодверями, в идеальной сохранности.

Но все это было бесполезно, пока в нашем доме зияла дыра, приглашая в гости любого желающего.

— Подзадача номер один, — сказала Рианна, когда мы вернулись в главный зал. — Нам нужна дверь. Большая, прочная и надежная. — У нас нет материалов, чтобы... — начал я. — У нас есть идеальный материал, — она указала "Крошителем" на один из гигантских кусков брони, который мы отрезали от завала. — Мы просто возьмем один из этих обломков и поставим его на место.

Следующий день превратился в грандиозный строительный проект. Рианна, используя наш резак, с ювелирной точностью вырезала из бронеплиты прямоугольный кусок весом в несколько десятков тонн. Я, следуя ее указаниям, потрошил старые грузовые лифты, извлекая из них мощные гидравлические поршни и сервоприводы.

Работа кипела. Мы снова стали идеальной командой. Она резала и сваривала, я таскал детали, прокладывал силовые кабели от временного генератора, который мы запитали от "Крошителя", и постоянно проводил расчеты в Координаторе.

АНАЛИЗ НАПРЯЖЕНИЯ... ПРАВЫЙ ВЕРХНИЙ ПОРШЕНЬ ИСПЫТЫВАЕТ НАГРУЗКУ НА 15% ВЫШЕ НОМИНАЛЬНОЙ. РЕКОМЕНДУЕТСЯ УСТАНОВИТЬ ДОПОЛНИТЕЛЬНУЮ ОПОРУ. — Рианна, правый поршень не выдержит! — кричал я ей сквозь визг металла. — Нужна еще одна точка опоры!

К вечеру второго дня работа была закончена. В проеме стояла наша дверь. Уродливая, покрытая шрамами от взрывов и времени, но невероятно прочная плита дюрастали. Рианна подключила к ней питание.

— А ну-ка, отойди, — скомандовала она.

Она нажала на кнопку на импровизированном пульте. С душераздирающим скрежетом и стоном гидравлики многотонная махина медленно сдвинулась с места и поползла, закрывая проем. Глухой, мощный удар, эхом прокатившийся по всему залу, возвестил о том, что дверь встала на место.

Мы оказались в полной темноте и тишине. Мир снаружи исчез. Мы были в безопасности. В абсолютной безопасности. Это было опьяняющее чувство.

— Теперь можно и обустроиться, — сказала Рианна с удовлетворением в голосе.

Мы выбрали одну из офицерских кают. Рианна, поколдовав пару часов, сумела подключиться к аварийной энергосети, идущей от реактора. В каюте вспыхнул тусклый, но ровный свет. Зашипела система вентиляции, подавая очищенный воздух. У нас появился свет, тепло и воздух. Мы были дома.

Вечером мы сидели в этой маленькой, чистой комнатке. За массивной дверью выл ветер свалки, но мы его не слышали. Мы были в своей крепости. Фаза выживания на грани закончилась. Началась фаза строительства.

ПОДЗАДАCHA №1: ОБЕСПЕЧИТЬ БЕЗОПАСНОСТЬ ВХОДА - ВЫПОЛНЕНО. ЗАДАЧА: УСТАНОВИТЬ БАЗОВУЮ СИСТЕМУ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ - ВЫПОЛНЕНО. СЛЕДУЮЩАЯ КРИТИЧЕСКАЯ ЗАДАЧА: ПЕРЕЗАПУСТИТЬ ОСНОВНОЕ ЭНЕРГОСНАБЖЕНИЕ (ПРОЕКТ "ПРОБУЖДЕНИЕ").

Рианна откинулась на спинку стула, который мы притащили из офицерской кают-компании. — Ладно, — сказала она, глядя на меня. — А теперь поговорим о том, как завести эту махину по-настоящему.

Наш новый командный центр расположился на главном посту управления инженерией. Большинство систем были мертвы, но Рианне удалось запитать от вспомогательного реактора один главный терминал и несколько панелей освещения. В тусклом свете мы смотрели на выведенную на экран схему. Это было не просто устройство. Это был бог из металла и плазмы — главный реактор дредноута типа "Провидение".

— Он... огромный, — выдохнул я, глядя на сложное переплетение систем. — Он не огромный. Он чудовищный, — поправила меня Рианна. Она говорила с благоговением инженера, впервые увидевшего восьмое чудо света. — Холодный запуск реактора такого класса — это не то, чему учат в академии. Одна ошибка — и мы превратим этот и соседний сектор свалки в радиоактивный стеклянный кратер.

Проблема была в том, что за десятилетия простоя любая из тысяч его систем могла выйти из строя. Нам нужен был план. Методичный, пошаговый, исключающий любые риски.

Моя часть работы началась с данных. Я подключил Координатор через терминал к главному компьютеру корабля. Большая часть систем была в глубокой гибернации, но архивы и логи были доступны. Это было все равно что проводить археологические раскопки в горе поврежденных файлов.

Координатор заработал, просеивая терабайты информации. Через час у меня был предварительный отчет. — Хорошие новости, — сказал я, оторвавшись от экрана. — Реактор не был поврежден в бою. Экипаж заглушил его в штатном аварийном режиме во время падения, чтобы избежать взрыва. Это значит, что сам сердечник и защитная оболочка, скорее всего, целы. — Это снимает девяносто процентов риска, — с облегчением выдохнула Рианна. — Но остаются остальные десять. Системы, которые не были рассчитаны на десятилетия простоя. — Координатор предполагает, что самые уязвимые места — это система охлаждения и цепи зажигания. Насосы могли заклинить, а пусковые конденсаторы — деградировать.

Рианна кивнула и вывела на экран новый список. — Значит, таков наш план. Мы не будем ничего запускать, пока не проверим все лично. Три этапа. Первый: полная инспекция контуров охлаждения. Второй: проверка магистральных энергопроводов. Третий, самый опасный: ручная диагностика управляющих стержней и системы зажигания.

Проект "Пробуждение" официально стартовал.

Мы начали с первого этапа. Нам предстояла экспедиция в самые недра нашего корабля, в технические отсеки, куда не ступала нога разумного существа уже несколько десятилетий. Это было похоже на спуск в гробницу фараона. Мы шли по гулким коридорам и гигантским залам, где стояли молчаливые, похожие на древних идолов насосы и турбины. Наши фонари выхватывали из темноты участки сложнейших механизмов, покрытых толстым слоем пыли.

Через несколько часов мы добрались до зала главных насосов контура охлаждения. И здесь нас ждал первый неприятный сюрприз.

— Лорн, посвети сюда, — позвала Рианна.

Ее фонарь был направлен на одну из главных труб, толщиной с меня. На металле, тускло блеснув, змеилась тонкая, почти незаметная трещина.

— Это... плохо? — спросил я. — Это катастрофа, — без обиняков ответила она. — Это магистраль высокого давления. В рабочем режиме по ней циркулирует охладитель под давлением в тысячи атмосфер. Эта трещина, — она провела по ней пальцем, — не выдержит и секунды. Трубу разорвет, и весь этот отсек за доли секунды заполнит раскаленный радиоактивный пар.

Координатор подтвердил ее слова. АНАЛИЗ СТРУКТУРНОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ ТРУБОПРОВОДА C-17: 12%. ВЕРОЯТНОСТЬ КАТАСТРОФИЧЕСКОГО РАЗРУШЕНИЯ ПРИ РАБОЧЕМ ДАВЛЕНИИ: 99.9%.

Мы стояли в молчании, глядя на эту тонкую линию, перечеркнувшую все наши планы. Мы не могли запустить реактор, пока эта проблема не будет решена.

— Мы можем ее заварить? — спросил я, хотя уже знал ответ. — Нет, — покачала головой Рианна. — Не такую трубу. Это не водопровод. Тут нужен специальный сплав, оборудование для сварки в вакууме, полный цикл дегазации... Это работа для целой верфи, а не для двух человек с одним резаком. Нам нужна замена. Или, по крайней мере, специальная ремонтная муфта.

Мы вернулись в наш командный центр подавленные. Грандиозный проект "Пробуждение" остановился, едва начавшись. Мы столкнулись с проблемой, которую не решить нашим гением и энтузиазмом. Нам снова нужны были ресурсы. Редкие, дорогие и специфические.

Рианна села за терминал и вывела на экран спецификацию нужной детали. — Ладно, стратег, — сказала она, поворачиваясь ко мне. В ее голосе не было уныния, только деловитая сталь. — В нашем списке покупок появился новый пункт. Ремонтная муфта для реакторного трубопровода высокого давления, радиационно-стойкая, диаметр — один метр. И инструменты для ее установки.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ПРОБУЖДЕНИЕ" - ОБНАРУЖЕНА КРИТИЧЕСКАЯ НЕИСПРАВНОСТЬ. СФОРМИРОВАНА НОВАЯ ПОДЗАДАЧА: "РЕМОНТ СИСТЕМЫ ОХЛАЖДЕНИЯ". ПРИОРИТЕТ: МАКСИМАЛЬНЫЙ. ТРЕБОВАНИЯ: ПРИОБРЕСТИ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ И ОБОРУДОВАНИЕ.

Я посмотрел на Рианну, потом на схему реактора. Путь к нашей цели стал длиннее и опаснее.

Первые несколько часов мы занимались тем, что казалось абсолютно безнадежным. Сидя в нашем командном центре, мы прочесывали все доступные сети в поисках нужной нам детали. Рианна искала по техническим спецификациям, я — по ключевым словам, слухам и скрытым торговым площадкам, которые Координатор выуживал из зашифрованных секторов сети.

Результат был нулевой. Ремонтная муфта для реактора дредноута — это не то, что можно купить на рынке. Такую деталь не производят "про запас". Ее изготавливают по спецзаказу на орбитальных верфях Куата или Фондора.

— Ее здесь нет, — наконец констатировала Рианна, откидываясь на спинку кресла. — Никто в здравом уме не привезет такую штуку на свалку. Наш единственный шанс — найти ее на другом разбившемся корабле. Но на это могут уйти годы поисков.

— Значит, мы ищем не то, — сказал я, закрывая поисковые окна. — Мы ищем не деталь. Мы ищем информацию о том, где может быть такая деталь.

На Раксус Прайм физические товары были лишь одной из валют. Другой, куда более ценной, была информация. Кто-то должен был знать о каждом крупном кораблекрушении, о каждом нетронутом секторе, о каждом богатом куске лома. И этот кто-то, несомненно, продавал свои знания.

Координатор быстро нашел то, что нам было нужно. Не магазин, а узел связи. Информационный брокер, известный в узких кругах под псевдонимом "Кортекс". Он не имел физического офиса. Он работал из захудалой кантины "Ржавый Контакт" в самом сердце теневого сектора рынка.

Мы отправились туда. Кантина была полной противоположностью шумному и деловитому Кооперативу. Здесь было тихо, темно и пахло дешевым алкоголем и паранойей. За столиками сидели не работяги-мусорщики, а личности с бегающими глазами и руками, лежащими близко к бластерам. Информационные дилеры, мелкие шпионы и просто те, кто хотел остаться незамеченным.

Кортекса мы нашли в самом темном углу. Это оказался не человек, а дроид. Старая, сильно модифицированная модель дроида-аналитика, чья голова была заменена на сферу из дымчатого стекла, внутри которой перетекали потоки света. Он общался через вокодер, его голос был абсолютно лишен эмоций.

— Мы ищем информацию, — начал я, когда мы сели за его столик. — Все ищут информацию, — проскрипел дроид. — Информация — это все, что имеет значение. Конкретизируйте запрос. Мое время стоит дорого.

— Нам нужно местоположение разбившегося корабля капитального класса, эпохи Империи или позже, с неразграбленным инженерным отсеком. Конкретно, нас интересует корабль с реакторной системой класса "Гиперион-8", — четко изложила Рианна техническую часть.

Потоки света в голове дроида на секунду замерли. — Это очень специфический и очень ценный запрос. Информация такого рода — это не просто координаты. Это ключ к состоянию. У меня есть данные о двух подобных объектах. Цена за каждый — пять тысяч кредитов.

Я мысленно усмехнулся. Пять тысяч. У нас и пятисот не было. — Мы не будем платить кредитами, — сказал я. — Мы заплатим информацией.

Кортекс молчал, что, видимо, означало приглашение продолжать. — Вам известно о разбитом дредноуте сепаратистов в секторе Гамма-7? "Провидение". — Он был выпотрошен тридцать лет назад, — безразлично ответил дроид. — Общеизвестный факт. Ценность информации равна нулю. — Все считают, что выпотрошены все три его части, — возразил я. — Но это не так. Кормовая секция с реакторами не была разграблена. Она считалась нестабильной.

Я выдвинул на стол свой датапад и вывел на него трехмерную модель нашей базы, созданную Координатором. Я не показал внутренние помещения, только детальный анализ внешнего корпуса и данные о структурной целостности. — А теперь самое интересное, — я увеличил изображение. — Оригинальные спасательные команды пропустили запечатанный вспомогательный оружейный отсек на суб-уровне. Мой анализ показывает, что внутри находится несколько тонн высококачественного теллуриевого сплава в виде бронебойных снарядов.

Световые потоки в голове Кортекса бешено закружились. АНАЛИЗ СУБЪЕКТА "КОРТЕКС"... СОСТОЯНИЕ: ВЫСОКАЯ ВЫЧИСЛИТЕЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ. ИНТЕРЕС: 90%. ЖАДНОСТЬ: 75%. ДОВЕРИЕ К ДАННЫМ: 60%.

— Ваши данные требуют проверки, — проскрипел вокодер. — Разумеется. Но они настолько точны, что вы понимаете — я не блефую. Так что вот сделка. Мы передаем вам полные данные о структуре кормовой секции и точное местоположение этого отсека. А вы нам — координаты одного из ваших объектов. Информация в обмен на информацию.

Дроид молчал почти минуту, обрабатывая предложение. — Сделка принята, — наконец сказал он. — Ваша информация имеет более высокий потенциальный профит, но и более высокий риск при извлечении. Обмен будет равноценным.

На мой датапад пришел зашифрованный файл. Я переслал ему наши данные. — Информация была передана, — подтвердил Кортекс. — Приятно было иметь с вами дело.

Мы встали и вышли из кантины, не оглядываясь. На улице, в относительном свете, мы открыли файл.

Это были координаты и краткое описание. ОБЪЕКТ: Звездный Разрушитель класса "Венатор", ИЗР "Железное Солнце". ИСТОРИЯ: Потерпел крушение пять лет назад в ходе боя с пиратским флотом. МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: Кислотные Пустоши, квадрат 9-Т. СТАТУС: Официально списан. Имперская комиссия извлекла бортовые самописцы и системы вооружения. Инженерный отсек и реактор были признаны не подлежащими эвакуации из-за нестабильной геологической обстановки и высокого уровня токсичности в атмосфере. ПРИМЕЧАНИЕ: На борту установлена реакторная система "Гиперион-8А", полностью совместимая с вашим запросом.

Мы нашли его. Наш призрачный шанс.

— Кислотные Пустоши, — пробормотала Рианна. — Худшее место на всей планете. Постоянные кислотные дожди, которые разъедают металл. Нестабильная земля. И куча конкурентов, которые ищут легкую наживу.

ОБНОВЛЕНИЕ: СФОРМИРОВАН НОВЫЙ ПРОЕКТ - "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ". ЗАДАЧА: СОВЕРШИТЬ ЭКСПЕДИЦИЮ В КИСЛОТНЫЕ ПУСТОШИ, ПРОНИКНУТЬ НА БОРТ РАЗРУШИТЕЛЯ, ДЕМОНТИРОВАТЬ И ЭВАКУИРОВАТЬ РЕМОНТНУЮ МУФТУ СИСТЕМЫ ОХЛАЖДЕНИЯ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: В ЗОНЕ ОПЕРАЦИИ ОБНАРУЖЕНО МНОЖЕСТВО ЭКОЛОГИЧЕСКИХ УГРОЗ. ВЕРОЯТНОСТЬ СТОЛКНОВЕНИЯ С КОНКУРИРУЮЩИМИ ГРУППАМИ: 65%.

Наш локальный ремонт превратился в полномасштабную экспедицию в один из самых опасных регионов Раксус Прайм. И мы должны были торопиться. Потому что теперь не только мы знали, какой приз лежит в сердце "Железного Солнца".

Мы вернулись на базу с чувством одновременно триумфа и надвигающейся угрозы. Мы знали, куда идти. Но знание, как и любой другой ресурс на Раксус Прайм, имело свой срок годности. Кортекс был бизнесменом. Ничто не мешало ему через неделю продать эту же информацию более крупной и хорошо оснащенной команде. Мы были на счетчике.

Первым делом, в нашем командном центре, я вывел на главный экран все, что Координатор мог найти о Кислотных Пустошах. Картина вырисовывалась безрадостная.

ОЦЕНКА РИСКОВ: ПРОЕКТ "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ"

Угроза №1: Коррозийная атмосфера. Постоянные кислотные туманы и дожди. Уровень pH: 2.5-3.0. Стандартный металл теряет до 10% структурной прочности в сутки. Требуется герметичный транспорт и защитные скафандры.Угроза №2: Нестабильная поверхность. Трясина из промышленных отходов, скрытые провалы, внезапные обрушения гор металлолома. Требуется транспортное средство с высокой проходимостью и надежной ходовой частью.Угроза №3: Конкуренция. Зона считается "дикой". Никаких законов, кроме права сильного. Высокая вероятность столкновения с другими группами. Требуется скорость, скрытность и оборонительные возможности.Угроза №4: Логистика. Расстояние до цели — около 200 километров по пересеченной местности. Экспедиция потребует минимум три стандартных дня. Требуется полная автономность по энергии, воздуху и провизии.

Рианна, глядя на этот список, вынесла вердикт: — Наша репульсорная платформа там и километра не пролетит. Нам нужна машина. Настоящая. Герметичная, бронированная, желательно на гусеницах или мощных репульсорах.

Я быстро прикинул цены. Покупка даже самого старого шахтерского краулера обошлась бы нам в десятки тысяч кредитов. Аренда — ненамного дешевле, и никто не даст в аренду технику для поездки в Кислотные Пустоши.

— Мы не можем ее купить, — сказал я. — И не можем арендовать. — Значит, мы ее построим, — ответила Рианна так, будто речь шла о сборке стула. — Это самый дешевый и надежный вариант. Мы создадим машину конкретно под наши задачи.

Так родился наш новый внутренний проект. Проект "Скарабей".

Основой послужил остов старого военного бронетранспортера времен Войн Клонов, который я нашел на одном из рынков. Корпус был изъеден ржавчиной, двигатель и оружие давно сняты, но главное — броня была цела, а внутреннее пространство — герметично. Я выменял его на несколько ценных сплавов, которые мы вырезали из нашего завала. Проект "Прорыв" продолжал себя окупать.

Следующие пять дней наша база превратилась в настоящий сборочный цех. Мы работали без сна и отдыха, существуя на стимуляторах и пищевых концентратах. Наша синергия достигла пика.

Рианна была главным конструктором. Она полностью перебрала ходовую часть, заменив старые магнитные захваты на шесть независимых репульсорных двигателей, снятых с разбитых спидеров. Это давало проходимость и маневренность. Она залатывала дыры в корпусе, укрепляла швы и устанавливала внешние системы.

Я взял на себя "начинку". Я отвечал за системы жизнеобеспечения, навигацию и управление. Я установил мощную систему фильтрации воздуха, которую мы вытащили из медотсека нашего дредноута. Я интегрировал навигационный компьютер с моим датападом и Координатором, превратив место водителя в полноценный информационный центр. Я даже умудрился починить и установить внешний сканер дальнего радиуса действия, чтобы мы могли видеть угрозы заранее.

Мы работали молча, понимая друг друга с полуслова. Она показывала мне на пустой слот на приборной панели — я уже нес ей нужный датчик. Я указывал на схеме на необходимость дополнительного энергокабеля — она уже разматывала бухту.

К концу пятого дня "Скарабей" был готов.

Он был уродлив. Квадратный, покрытый заплатами из разных металлов, асимметричный. Он был похож на бронированную коробку, к которой в случайном порядке приварили двигатели и оборудование. Но он был нашим. И он был совершенен для своей задачи. Герметичный корпус, мощные репульсоры, усиленная броня, продвинутые сканеры и запас хода на неделю.

Мы потратили последний день на загрузку. Наш огромный "Крошитель" был слишком велик, поэтому Рианна собрала его уменьшенную, портативную версию. Мы взяли гидравлические домкраты, тросы, запасные энергоячейки, провизию и, самое главное, два отремонтированных нами герметичных скафандра.

И вот мы стояли перед ним в главном зале нашей базы. "Скарабей" тихо гудел, готовый к выезду. Мы были облачены в скафандры, шлемы пока держали в руках. За плечами — ранцы с оборудованием, на поясе — бластеры. Мы больше не были двумя оборванцами. Мы были исследовательской группой. Командой спасательной экспедиции.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ" - ФАЗА ПОДГОТОВКИ ЗАВЕРШЕНА. ВСЕ НЕОБХОДИМОЕ ОБОРУДОВАНИЕ ПОЛУЧЕНО И ГОТОВО К РАБОТЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОГО ПРЕОДОЛЕНИЯ ПУТИ ДО ЦЕЛИ: 85%. СЛЕДУЮЩАЯ ЗАДАЧА: ВЫПОЛНЕНИЕ ЭКСПЕДИЦИИ.

Мы обменялись взглядами. Никаких слов не требовалось. Я опустил на голову шлем. Раздалось шипение герметика. Мир снаружи стал чуть тише, а перед глазами вспыхнул тактический интерфейс, дублирующий показания Координатора. Рианна сделала то же самое.

Она села за руль, я — на место оператора. Огромная самодельная дверь нашей базы с протестующим скрежетом поползла в сторону, открывая вид на враждебный мир Раксус Прайм.

"Скарабей" мягко поднялся на репульсорной подушке и медленно двинулся вперед, в неизвестность. Экспедиция началась.

Массивная дверь нашей базы отъехала в сторону, и "Скарабей" выкатился наружу. Первые несколько километров пути были нам знакомы — лабиринты ржавых гор, которые мы уже считали своим задним двором. Но вскоре пейзаж начал меняться.

Переход в Кислотные Пустоши был постепенным и зловещим. Воздух за бронестеклом кабины помутнел, наполнившись желто-зеленой дымкой. Четкие очертания гор металлолома стали расплываться, словно оплавленные свечи. Земля под репульсорами превратилась из твердого, спрессованного мусора в вязкую, пузырящуюся жижу.

ВНИМАНИЕ, — высветился текст в моем тактическом интерфейсе, дублируя данные Координатора. — АТМОСФЕРНАЯ КОРРОЗИЙНОСТЬ ПРЕВЫСИЛА БЕЗОПАСНЫЙ УРОВЕНЬ. ПРОГНОЗИРУЕМОЕ ВРЕМЯ ДО НАЧАЛА ДЕГРАДАЦИИ КОРПУСА: 72 СТАНДАРТНЫХ ЧАСА. РЕСУРС СКАФАНДРА ПРИ ПРЯМОМ КОНТАКТЕ: 12 ЧАСОВ.

Мы были в аквариуме, который медленно погружали в кислоту. Часы тикали.

— Держись, — бросила Рианна, крепче сжимая штурвал.

Я полностью сосредоточился на навигации. Прямой путь был невозможен. Моей задачей было проложить курс в этом болоте смерти. Координатор сканировал поверхность перед нами, строя карту плотности грунта.

— Правее, Рианна! На два корпуса! Впереди трясина, глубина до десяти метров. Она молча подчинялась. "Скарабей" рыскал из стороны в сторону, как катер, идущий по минному полю. Репульсоры натужно выли, удерживая нашу тяжелую машину над самой поверхностью едкой жижи.

Через час дымка сменилась дождем. Крупные, тяжелые капли забарабанили по броне. Каждая капля оставляла на стекле шипящий след. — Состав дождя: серная кислота с примесями тяжелых металлов, — безэмоционально сообщил я. — Прекрасно. Просто прекрасный денек для прогулки, — пробормотала Рианна.

АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ КОРПУСА: ЦЕЛОСТНОСТЬ 99.8%... 99.7%... Мы не могли победить в этой битве со стихией. Мы могли только пережить ее, двигаясь как можно быстрее.

Именно тогда нас и заметили. — Контакт! — резко сказал я. — Сзади, на семь часов. Приближается. Быстро.

На экране сканера появилась красная точка. Координатор мгновенно выдал анализ. ОБЪЕКТ: МОДИФИЦИРОВАННЫЙ СКОРОСТНОЙ СПИДЕР-РАЗВЕДЧИК. ВООРУЖЕНИЕ: ДВЕ ЛЕГКИЕ ЛАЗЕРНЫЕ ПУШКИ. ЭКИПАЖ: 4. ПРЕИМУЩЕСТВА: СКОРОСТЬ, МАНЕВРЕННОСТЬ. НЕДОСТАТКИ: СЛАБАЯ БРОНЯ, ОТКРЫТАЯ КАБИНА. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ИЗБЕГАТЬ ПРЯМОГО СТОЛКНОВЕНИЯ.

— Конкуренты, — процедила Рианна. — Кортекс долго не держал язык за зубами. — Они быстрее нас. На открытой местности догонят через пять минут.

Нам нужно было укрытие. Я быстро просканировал карту. — Есть! Справа, в полукилометре. Каньон. Скелеты двух транспортников. Если сможем дойти, у нас будет шанс.

Рианна выжала из "Скарабея" все. Мы неслись по поверхности, поднимая фонтаны кислотной грязи. Преследователи приближались. Вскоре мы смогли разглядеть их силуэт — хищный, стремительный, увешанный оружием.

Мы влетели в узкий проход между двумя гигантскими остовами кораблей. Здесь было тесно, наши сканеры ослепли из-за помех от огромной массы металла. Погоня превратилась в игру в кошки-мышки в лабиринте.

— Они не отстают! — крикнула Рианна, мастерски вписывая нашу неуклюжую машину в очередной поворот.

Но я уже нашел решение. — Рианна, смотри наверх, — сказал я, указывая на нависающий над каньоном пласт ржавого металла, державшийся на одной-единственной прогнившей опоре. — Координатор говорит, что структура на грани обрушения. Малейшей вибрации будет достаточно.

Она поняла меня без слов. — Сколько у нас времени? — Они будут под ним через десять секунд.

Рианна резко развернула "Скарабей", направив на опору кормовой репульсор. Она вывела его мощность на максимум. Мощная волна гравитационной энергии ударила в основание опоры.

Ничего не произошло. — Еще! — крикнул я.

Она дала второй импульс. Прогнившая опора с жалобным скрежетом подломилась. Огромная, многотонная масса металла на мгновение замерла, а затем с оглушительным грохотом рухнула вниз, полностью перекрывая каньон. Мы услышали сдавленные крики и звук удара.

Мы не стали ждать, чтобы посмотреть. Рианна развернула "Скарабей" и мы помчались прочь. Мы не убили их. Мы просто закрыли за собой дверь. Чистое, инженерное решение проблемы.

Еще через час пути мы прибыли.

Вид был одновременно ужасающим и захватывающим. Из кислотного тумана, как спина доисторического чудовища, выступал корпус "Железного Солнца". Имперский Звездный Разрушитель, поверженный и брошенный, лежал, накренившись набок и наполовину уйдя в трясину. Его броня была покрыта оспинами и потеками от десятилетий кислотных дождей. Корабль-призрак в море яда.

Мы нашли относительно стабильный участок суши у развороченного ангарного отсека и припарковали "Скарабей". Двигатели затихли. В кабине повисла тишина, нарушаемая лишь стуком кислотных капель по корпусу.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПЕРЕМЕЩЕНИЕ К ЦЕЛИ - ЗАВЕРШЕНО. ПРОЕКТ "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ" - ФАЗА 1 ВЫПОЛНЕНА. НОВАЯ ЗАДАЧА: ПРОНИКНУТЬ НА КОРАБЛЬ И НАЙТИ ИНЖЕНЕРНЫЙ ОТСЕК. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЦЕЛОСТНОСТЬ КОРПУСА "ЖЕЛЕЗНОГО СОЛНЦА" НАРУШЕНА. ВЫСОКИЙ РИСК ВНУТРЕННИХ ОБРУШЕНИЙ И ОСТАТОЧНЫХ АТМОСФЕРНЫХ УГРОЗ.

Мы посмотрели друг на друга сквозь стекло наших шлемов. Путешествие закончилось. Самая легкая часть пути была позади.

Мы оставили "Скарабей" замаскированным под кучу мусора, активировав все его системы пассивного сканирования. Он стал нашим наблюдательным постом, нашей базой в этом ядовитом мире. Я настроил на своем датападе прямую связь с его сенсорами, что давало нам хоть какую-то тактическую осведомленность.

Проверка скафандров. Координатор подтвердил: ЦЕЛОСТНОСТЬ СИСТЕМЫ: 100%. Рианна перекинула через плечо портативный резак, я — ранец с диагностическим оборудованием. Мы шагнули из шлюза "Скарабея" в шипящую мглу.

Вход в разбитый ангар "Железного Солнца" был похож на вход в пасть гигантского хищника. Внутри царил полумрак и хаос. Искореженные истребители СИД, похожие на мертвых насекомых, лежали вперемешку с обломками шаттлов. Пол покрывал толстый слой едкой жижи, которая затекла сюда снаружи. Атмосфера внутри была не лучше, чем снаружи. Наши скафандры были нашей единственной защитой.

— Куда идти? — голос Рианны в воксе шлема был приглушенным. — Терминалы мертвы, — констатировал я, безуспешно попытавшись подключиться к ближайшей консоли. — Корабль полностью обесточен. Придется ориентироваться по архитектурным планам.

Это было мое преимущество. В базе данных Лорна Кассиана хранились стандартные схемы большинства кораблей флота. Я вызвал на тактический дисплей своего шлема чертеж "Венатора" и наложил его на трехмерную карту, которую Координатор начал строить в реальном времени, сканируя наше окружение. Идеальный план и жестокая реальность. Синяя сетка чертежа пересекалась с красными зонами обрушений.

Мы двинулись вглубь. Это был лабиринт из заваленных коридоров, накренившихся палуб и зияющих провалов. Координатор постоянно выдавал предупреждения. ВНИМАНИЕ: СТРУКТУРНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ ПЕРЕКРЫТИЯ НАД ВАМИ: 27%. РЕКОМЕНДУЕТСЯ НЕ СОЗДАВАТЬ ВИБРАЦИЙ. Мы передвигались медленно, как саперы, ставя ноги на те участки палубы, которые мой сканер помечал зеленым.

Опасность исходила не только от разрухи. В одном из коридоров мы наткнулись на автоматическую турель, свисавшую с потолка. Когда мы попали в зону ее действия, она на мгновение ожила. Загорелся красный огонек, раздался скрежет сервоприводов. Мы замерли, готовые к худшему. Турель дернулась, выстрелила парой разрядов в противоположную стену и с искрами затихла. Ее аварийного питания хватило на три секунды. Корабль был не просто мертв. Он был в агонии.

Через несколько часов мы уперлись в тупик. Главный турболифтовый ствол, который вел прямо к инженерным палубам, был полностью завален. — И что теперь? — спросила Рианна, освещая фонарем тонны смятого металла.

Я молча изучал наложенные друг на друга схемы. Коридоры были перекрыты. Но было нечто, что пронизывало весь корабль. Артерии. — Мы не можем идти по коридорам, — сказал я. — Но мы можем пойти вдоль главного энергокабеля. Он должен вести от мостика прямо к реактору.

Рианна проследила за лучом моего фонаря. В стене виднелся толстый, с руку человека, бронированный кабель. — Через технические туннели? — догадалась она. — Лорн, там тесно, темно, и если где-то есть короткое замыкание... — Это наш единственный путь.

Следующие несколько часов были худшими. Мы ползли по узким, клаустрофобным техническим шахтам, протискиваясь между пучками проводов и трубами. Тишина здесь была гнетущей, нарушаемой лишь нашим собственным дыханием и треском статического электричества.

Наконец, мы выбрались. Мы оказались на небольшой платформе в огромном, почти сферическом зале. Это был, судя по всему, вспомогательный центр управления, расположенный несколькими палубами выше инженерного отсека. Большая часть зала провалилась вниз, образовав пропасть.

И там, на другой стороне этой пропасти, мы увидели их. Массивные, герметичные взрывозащитные двери с эмблемой Инженерного Корпуса Империи. Наша цель.

Но мостик, который когда-то вел к этим дверям, был разрушен. Между нами и входом в инженерный отсек зиял двадцатиметровый провал, на дне которого виднелись искореженные обломки.

ОБНОВЛЕНИЕ: ИНЖЕНЕРНЫЙ ОТСЕК ОБНАРУЖЕН. НОВОЕ ПРЕПЯТСТВИЕ: ПУТЬ ДОСТУПА УНИЧТОЖЕН. СЛЕДУЮЩАЯ ЗАДАЧА: ПРЕОДОЛЕТЬ ПРОВАЛ И ВСКРЫТЬ ДВЕРИ ИНЖЕНЕРНОГО ОТСЕКА.

Мы стояли на краю, и наши фонари освещали противоположную сторону. Дверь в сокровищницу была прямо перед нами. Но до нее нужно было еще добраться.

— Так, — нарушила тишину Рианна. — Похоже, нам понадобится мост. И я, кажется, знаю, из чего мы его сделаем.

Она посмотрела наверх, где под потолком висели остатки каких-то крановых конструкций. Инженер в ней уже начал решать новую задачу.

Мы стояли на краю пропасти, в сердце мертвого бога. Двадцать метров пустоты отделяли нас от нашей цели. Двадцать метров, которые с таким же успехом могли быть двадцатью километрами.

— Прыгать не вариант, — констатировал я очевидное. — И не придется, — ответила Рианна. Ее фонарь уже шарил по потолку, выхватывая из мрака остатки потолочной кран-балки, которая когда-то пересекала этот зал. — Зачем строить мост, если можно его просто... уронить?

Идея была безумной и гениальной одновременно. Она указывала на длинную, относительно целую двутавровую балку, которая висела на одном конце, а другой ее конец упирался в стену. Если перерезать ее единственную опору, она, теоретически, могла упасть прямо поперек пропасти.

— Координатор, — мысленно приказал я. — Анализ плана.

Интерфейс ожил, строя симуляцию. АНАЛИЗ ПРЕДЛОЖЕНИЯ... ОБЪЕКТ: ОПОРНАЯ БАЛКА (ДЮРАСТАЛЬ). СТРУКТУРНАЯ ЦЕЛОСТНОСТЬ: 88%. МАССА: ~12 ТОНН. СИМУЛЯЦИЯ ПАДЕНИЯ... ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕШНОГО СОЗДАНИЯ МОСТА ПРИ ТОЧНОМ ПЕРЕРЕЗАНИИ ОПОРЫ: 74%. ПРОЧНОСТЬ ОПОРНОЙ ПЛОЩАДКИ НА ПРОТИВОПОЛОЖНОЙ СТОРОНЕ: ДОСТАТОЧНАЯ.

— План рабочий, — сообщил я. — Но разрез должен быть идеальным. И кому-то придется лезть наверх.

Рианна уже доставала из ранца страховочный трос с магнитными захватами. — Я полезу, — сказала она. — Ты будешь моими глазами. Следи за напряжением в конструкции. Одно неверное движение — и все это рухнет вниз вместе со мной.

Следующие полчаса были одним из самых напряженных моментов в моей новой жизни. Я стоял внизу, а Рианна, как паук, медленно и осторожно карабкалась вверх по остаткам ферм и перекрытий. Я постоянно сканировал все, за что она цеплялась. — Левее, Рианна! Та балка, за которую ты хочешь взяться, имеет микротрещину! Используй трубу правее!

Наконец, она добралась до цели, закрепившись на надежной конструкции рядом с опорой балки. Она висела в двадцати метрах над пропастью. — Я на месте. Начинаю резать.

Она активировала портативный резак. Сверху посыпался сноп ослепительно-белых искр. В тишине зала звук работающей плазмы казался оглушительным. — Идет! — доложила она. — Металл поддается! — Напряжение в опоре растет! — предупредил я, глядя на краснеющие цифры на моем дисплее. — У тебя не больше минуты!

Раздался протяжный, тошнотворный скрежет. Балка начала медленно крениться. — Прыгай! — закричал я.

Рианна оттолкнулась от конструкции и полетела вниз, повиснув на страховочном тросе. В тот же миг опора с оглушительным треском лопнула. Гигантская металлическая балка, весящая как несколько танков, сорвалась вниз.

Секунда показалась вечностью. Затем раздался оглушительный, сотрясающий все вокруг удар. БУ-У-У-УМ! Облако пыли, копившейся десятилетиями, взметнулось вверх, на мгновение скрыв все из вида.

Когда пыль осела, мы увидели результат. Балка лежала точно там, где мы и рассчитывали, одним концом на нашем краю пропасти, другим — на противоположном. Наш мост был готов.

Переправа была проверкой на выносливость. Узкая, скользкая от пыли и конденсата балка над черной бездной. Мы пересекали ее по одному, медленно, страхуя друг друга.

И вот мы стояли перед ними. Взрывозащитные двери инженерного отсека. Герметичные, массивные, безмолвные. — Питания нет. Замок не открыть, — сказала Рианна, проведя рукой по холодному металлу. — Но у любой двери есть механизм.

Я просканировал дверь. АНАЛИЗ... ЧЕТЫРЕ ГИДРАВЛИЧЕСКИХ ЗАМКА. РУЧНОЙ ПРИВОД ЗАБЛОКИРОВАН. — Четыре гидравлических поршня, — доложил я. — Если подать давление напрямую в систему, можно заставить их втянуться.

Рианна ухмыльнулась. — Значит, будем делать гидравлическое шунтирование.

Она вскрыла панель доступа рядом с дверью, обнажив хитросплетение трубок. Следующие двадцать минут она работала как одержимая, перенаправляя шланги, подключая к ним наш портативный силовой блок и небольшой насос, который она предусмотрительно захватила с собой. — Готово, — сказала она, вытирая руки. — Включай.

Я активировал наш агрегат. Насос натужно загудел. Мы услышали, как по трубкам с шипением потекла жидкость. Раздался громкий, тяжелый щелчок. Потом второй. Третий. Четвертый.

С протяжным стоном, от которого задрожала палуба, гигантская дверь сдвинулась в сторону. Всего на метр. Но этого было достаточно.

Мы вошли внутрь.

Инженерный отсек был похож на застывшее во времени святилище. Аварийное освещение заливало все тусклым красным светом. В центре огромного, многоуровневого зала возвышался корпус реактора, от которого во все стороны расходились толстые кабели и трубы. Воздух был холодным и неподвижным.

Мы медленно пошли вперед, наши шаги гулко отдавались в тишине. Мы подошли к главному контуру охлаждения. И увидели ее. Деталь, ради которой мы проделали весь этот путь. Идеально сохранившаяся, блестящая даже в тусклом свете, метровая ремонтная муфта, установленная на трубе. Наш Грааль.

ОБНОВЛЕНИЕ: ИНЖЕНЕРНЫЙ ОТСЕК ВСКРЫТ. ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ ОБНАРУЖЕНА. ПРОЕКТ "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ" - КОНЕЧНАЯ ЗАДАЧА: ДЕМОНТИРОВАТЬ И ЭВАКУИРОВАТЬ МУФТУ СИСТЕМЫ ОХЛАЖДЕНИЯ.

Рианна подошла и положила ладонь на холодный металл муфты. — Попалась, — прошептала она в тишину мертвого корабля.

Инженерный отсек "Железного Солнца" стал нашим импровизированным операционным залом. Тусклый красный свет аварийных ламп создавал сюрреалистическую атмосферу, превращая гигантские механизмы в спящих доисторических чудовищ. Мы не были исследователями больше. Мы были хирургами, готовящимися к сложнейшей операции по пересадке органа.

Рианна взяла на себя роль ведущего хирурга. Она медленно обошла муфту, осматривая каждый болт, каждый сварной шов. — Так... Шестнадцать основных крепежных болтов с магнитной блокировкой. Четыре внешних страховочных скобы, приваренных для дополнительной прочности. План такой: сначала я срезаю скобы. Потом мы используем гидравлический расширитель, чтобы снять напряжение с уплотнителей. И только потом, в строгой последовательности, откручиваем болты. Если нарушить порядок, муфту может перекосить и заклинить навсегда.

Я был ассистентом и анестезиологом. Моя задача — следить за состоянием "пациента" и окружающей обстановки. Координатор был подключен к сенсорам "Скарабея" и постоянно мониторил пространство вокруг корабля, пока я сканировал структурную целостность конструкций вокруг нас.

— Периметр чист. Структура стабильна. Можешь начинать, — доложил я.

Рианна включила портативный резак. Звук плазмы, режущей металл, был единственным нарушителем вековой тишины. Работа была медленной, требующей предельной концентрации. Одна за другой, страховочные скобы падали на палубу с глухим звоном.

Мы как раз готовились приступить к болтам, когда на моем тактическом дисплее вспыхнуло красное предупреждение. Сигнал от "Скарабея".

ТРЕВОГА! ОБНАРУЖЕНО ПРИБЛИЖЕНИЕ НЕСКОЛЬКИХ ОБЪЕКТОВ. СИГНАТУРА ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА СОВПАДАЕТ С РАНЕЕ ЗАФИКСИРОВАННЫМ СПИДЕРОМ-РАЗВЕДЧИКОМ. РАСЧЕТНОЕ КОЛИЧЕСТВО СУЩЕСТВ: 4-6. ПРОГНОЗ: ОНИ ДОСТИГНУТ АНГАРА ЧЕРЕЗ 12 МИНУТ.

— Рианна! — резко сказал я. — У нас гости. Та самая команда. Они обошли завал. Двенадцать минут до контакта.

Ее движения мгновенно изменились. Исчезла неторопливая методичность хирурга, появилась лихорадочная точность сапера, работающего с часовым механизмом. — Мне нужно минимум десять минут! — бросила она, устанавливая гидравлический расширитель. — Следи за ними. Докладывай каждое их движение.

Тихая операция превратилась в гонку со временем. — Они у ангара. Высаживаются, — докладывал я, глядя на точки на тактической карте. — Заходят внутрь. — Первый болт пошел! — крикнула Рианна сквозь скрежет металла. — Они на нижней палубе. Движутся быстро. Похоже, у них есть наши следы или какой-то сканер. Пять минут, Рианна! — Знаю! Не отвлекай!

Ее руки летали. Гигантский ключ, усиленный сервоприводом, срывал болты один за другим. Грохот от его работы эхом разносился по залу. Теперь нас точно было слышно.

— Они в центральном коридоре! Прошли мимо турели. Минута, Рианна! Минута!

— Последний!

С громким щелчком последний болт поддался. Огромная, тяжелая муфта сдвинулась на миллиметр со своего места. Мы подкатили под нее портативный репульсорный подъемник. С тихим гулом наш приз, наш ключ к будущему, оторвался от трубы и завис в полуметре над палубой.

— Есть! — выдохнула она.

— Уходим! Сейчас же! — скомандовал я.

Мы бросились бежать тем же путем, которым пришли. Тяжелая муфта плыла по воздуху между нами. Добравшись до зала с пропастью, мы услышали голоса и увидели свет фонарей на той стороне, откуда мы пришли. Нас почти нагнали.

Мы быстро пересекли наш самодельный мост. — Они не должны пройти! — крикнула Рианна.

Мы не стали тратить время на резак. Мы навалились на край массивной балки всем весом. Металл заскрипел. Координатор подсказал точку приложения максимального усилия. — Давай! Вместе!

С оглушительным скрежетом балка качнулась и сорвалась вниз, в темноту. Грохот падения прокатился по кораблю, навсегда отрезая нас от наших преследователей.

Обратный путь по техническим туннелям был сущим адом. Мы тащили за собой громоздкую, тяжелую муфту, протискивая ее через узкие проходы. Наконец, мы вывалились в главный ангар и рванули к "Скарабею".

Через минуту мы были внутри. Дверь загерметизировалась. Наш приз был надежно закреплен в грузовом отсеке. На сканере я видел, как несколько фигур мечутся по ангару, но они не могли нас достать.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ" - ФИНАЛЬНАЯ ЗАДАЧА ВЫПОЛНЕНА. ЦЕЛЕВОЙ АКТИВ ПОЛУЧЕН. СФОРМИРОВАНА НОВАЯ ПЕРВИЧНАЯ ЦЕЛЬ: ВОЗВРАЩЕНИЕ НА БАЗУ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВРАЖДЕБНЫЕ СИЛЫ ОСВЕДОМЛЕНЫ О ВАШЕМ ПРИСУТСТВИИ. ВЕРОЯТНОСТЬ ЗАСАДЫ НА ОБРАТНОМ ПУТИ: 80%.

Рианна запустила двигатели "Скарабея". — Поехали домой, — ее голос был мрачным и усталым. — Быстрым путем.

Наш уродливый броневик поднялся в воздух и вылетел из ангара "Железного Солнца", унося нас прочь от корабля-призрака, обратно в ядовитые туманы. Но теперь мы знали — мы не одни в этих пустошах. И дорога домой будет не легче, чем дорога сюда.

Мы вылетели из ангара "Железного Солнца" на полной скорости. В грузовом отсеке "Скарабея" лежал наш трофей, наш билет в будущее. Но сейчас он ощущался как якорь, замедляющий наше бегство.

— Они знают наш обратный маршрут, — сказал я, выводя на главный экран тактическую карту. — Возвращаться той же дорогой — самоубийство. Они будут ждать нас в том каньоне.

— Значит, нужен новый путь, — ответила Рианна, ее пальцы уже плясали по панели управления, уводя "Скарабей" в сторону от нашего первоначального следа.

Моей задачей было проложить этот путь. Я погрузился в данные. Координатор начал анализировать геологические карты и отчеты сканеров, ища безопасный проход. — Есть вариант, — сказал я через минуту. — Через "Хребет". Это гряда старых, полузатопленных в трясине корпусов транспортников. Местность еще более опасная и нестабильная, но абсолютно непредсказуемая. Для засады не годится.

— "Хребет" так "Хребет", — процедила Рианна. — Лишь бы подальше от наших новых друзей.

Несколько часов мы двигались в напряженной тишине. Пейзаж за бронестеклом был кошмарным сном сюрреалиста. Гигантские, ржавые ребра кораблей торчали из кислотной жижи, как скелеты доисторических левиафанов. Наш "Скарабей" петлял между ними, то и дело рискуя зацепиться или провалиться в скрытый разлом.

Сканер молчал. Но мы оба знали — это затишье перед бурей.

Засада ждала нас там, где мы ее и ожидали — в единственном узком проходе, который было невозможно обойти. "Бутылочное горлышко".

— Контакт! — резко бросил я. — Прямо по курсу!

Из-за поворота выскочил их скоростной спидер и перекрыл нам дорогу. А сзади, отрезая путь к отступлению, раздался глухой хлопок. Координатор тут же вывел картинку с кормовой камеры. Сейсмический заряд. Они вызвали обвал, заперев нас в ловушке.

Мы остановились. На открытый канал связи вышел их лидер. Голос был грубым и полным самодовольства. — Ну что, крысята. Попались. Выкладывайте ту штуку, что вытащили из Разрушителя, и, может быть, мы оставим вам вашу консервную банку. И ваши жизни.

Я начал анализировать. Пока их лидер говорил, Координатор сканировал все вокруг. АНАЛИЗ ВРАЖЕСКОГО ТРАНСПОРТА: СИЛОВЫЕ ЩИТЫ ОТСУТСТВУЮТ. ЭНЕРГОПРОВОД К ОРУЖЕЙНЫМ СИСТЕМАМ ПРОЛОЖЕН ПОВЕРХ БРОНИ. УЯЗВИМОСТЬ: ВЫСОКАЯ. АНАЛИЗ МЕСТНОСТИ: ГРУНТ ПОД СПИДЕРОМ ПРОТИВНИКА НЕСТАБИЛЕН. СОСТОИТ ИЗ НАСЫЩЕННОГО ЖИДКОСТЬЮ ПРОМЫШЛЕННОГО ИЛА.

План созрел мгновенно. Я передал его Рианне по нашему внутреннему, зашифрованному каналу связи. Это был сложный маневр, требующий идеальной синхронизации.

— Мы просто мусорщики, — начал тянуть я время, отвечая главарю. — Какая деталь? Мы нашли немного дюрастали, можем поделиться...

Пока я говорил, отвлекая их, Рианна тайно перенаправляла энергию. Она отключила все второстепенные системы и сконцентрировала всю мощность репульсоров в одной точке, направив ее, как копье, на участок трясины прямо под спидером врага. Одновременно она навела на их спидер наш маленький, вспомогательный лазерный резак, который мы использовали для точных работ.

— ...так что давайте не будем спешить, мы же можем договориться... — продолжал я свой бессмысленный монолог.

— Хватит болтать! — рявкнул главарь.

Это был наш сигнал. — Рианна, сейчас!

Она сделала две вещи одновременно. Тонкий, как игла, луч лазера ударил точно в силовой кабель на борту спидера. Кабель вспыхнул и лопнул. Оружейные системы врага потухли. И в ту же секунду мощный, невидимый импульс гравитационной энергии ударил в землю под ними.

Кислотная жижа вздулась, как от глубинного взрыва. Спидер подбросило. Он потерял равновесие, и его репульсоры, потеряв опору, беспомощно загребли по вязкой трясине. Машину начало засасывать. Она не была уничтожена, но была полностью обездвижена, медленно погружаясь в болото.

— Вперед! — крикнул я.

Рианна дала полный ход. Мы пронеслись мимо увязшего врага, слыша в шлемах их яростные, бессильные крики. Мы снова победили. Не оружием. Физикой.

Остаток пути прошел без приключений. Через несколько часов на горизонте показались знакомые очертания "Кладбища Дредноутов". Наша огромная дверь медленно открылась, впуская нас в темное, безопасное чрево базы.

Скрежет закрывающейся двери отрезал нас от враждебного мира. Мы сидели в кабине "Скарабея", не двигаясь. Двигатели затихли. В грузовом отсеке лежала деталь, стоившая нам стольких усилий.

ОБНОВЛЕНИЕ: ЦЕЛЬ "ВОЗВРАЩЕНИЕ НА БАЗУ" - ВЫПОЛНЕНА. ПРОЕКТ "ЖЕЛЕЗНОЕ СОЛНЦЕ" УСПЕШНО ЗАВЕРШЕН. АКТИВ "МУФТА СИСТЕМЫ ОХЛАЖДЕНИЯ" ПОЛУЧЕН. СЛЕДУЮЩАЯ ЦЕЛЬ: ВОЗОБНОВИТЬ ПРОЕКТ "ПРОБУЖДЕНИЕ".

Рианна сняла шлем. Ее лицо было бледным от усталости. — Никогда, — сказала она хрипло. — Давай больше никогда не будем так делать.

Я молча кивнул, снимая свой шлем. Адреналин отступал, оставляя после себя свинцовую усталость. Мы победили. Мы принесли домой наш приз. Теперь начинался следующий этап. Самый важный.

Первые сутки после возвращения мы посвятили восстановлению. Не столько себя, сколько нашего оборудования. "Скарабей" прошел полное техническое обслуживание. Рианна, ворча, меняла корродированные участки обшивки и промывала репульсоры от кислотной грязи. Я занимался системами: обновлял базы данных, чистил сенсоры и латал дыры в программах защиты, которые могли возникнуть после столкновения с вражеским сканером. Это была не передышка. Это была профессиональная дисциплина. Залог того, что в следующий раз мы снова вернемся домой.

На второй день началась операция "Трансплантация". Наша новая муфта, лежавшая в грузовом отсеке "Скарабея", была не просто тяжелой — она была колоссальной. Переместить ее вглубь корабля, в инженерный отсек, было само по себе проектом.

Нам снова помогла смекалка Рианны. Используя портативные энергоячейки, мы сумели частично запитать одну из старых потолочных кран-балок в главном зале. Со стонами и скрежетом, протестуя после десятилетий сна, древний механизм ожил. С его помощью мы подняли муфту и медленно, метр за метром, повели ее через темные залы к месту операции.

И вот мы снова стояли в зале охлаждения, перед треснувшей трубой. Но теперь у нас было решение. Атмосфера была как в операционной перед началом сложнейшей процедуры.

Рианна взяла на себя роль хирурга. Ее первым действием было "иссечение". Она, облаченная в скафандр, запустила нашего большого "Крошителя". Ослепительный луч плазмы с невероятной точностью вгрызся в металл трубы. Я стоял рядом, мой Координатор в реальном времени анализировал структурную целостность трубы. Любое отклонение, любой лишний нагрев — и я должен был ее остановить. — Давление на каркас в норме, — докладывал я. — Температура не превышает критическую. Режешь чисто.

С оглушительным скрежетом поврежденный сектор трубы был вырезан. В магистрали зияла дыра диаметром в метр.

Следующий этап — "имплантация". С помощью крана и репульсорных подъемников мы подвели новую муфту к проему. Это была ювелирная работа, требующая миллиметровой точности. Малейший перекос — и мы бы никогда не добились герметичности.

И наконец, самый ответственный момент — "сшивание". Рианна, используя специальный сварочный аппарат, который мы тоже прихватили с "Венатора", начала накладывать швы. Это была не просто сварка. Это была молекулярная склейка, процесс, создающий соединение, не уступающее по прочности цельному металлу. Час за часом она работала в свете слепящей дуги, пока я следил за каждым параметром на своем датападе.

— Готово, — наконец сказала она, отключая аппарат. Ее голос в воксе был хриплым от усталости.

Работа была сделана. Но была ли она сделана хорошо? Нам нужен был тест.

— Давление, — сказала Рианна. — Нам нужно проверить шов под давлением.

Запускать всю систему охлаждения было еще слишком опасно. Но Рианна нашла выход. Мы нашли в складах несколько баллонов с инертным газом — аргоном. Рианна соорудила сложную систему из шлангов и клапанов, подключив баллоны к изолированному участку трубы с нашей новой муфтой.

Это был момент истины. Я вывел показатели давления на главный экран в нашем командном центре. Рианна стояла рядом, скрестив руки на груди.

— Начинаю, — сказал я и открыл первый клапан.

Мы увидели, как на графике медленно поползла вверх линия давления. Десять атмосфер... пятьдесят... сто. Давление, достаточное, чтобы раздавить в лепешку любой спидер. Мы вслушивались в тишину, пытаясь уловить малейший свист, малейший намек на утечку. Тишина. — Двести атмосфер, — доложил я. — Держит. — Давай до пятисот, — сказала Рианна. — Это половина от номинального рабочего. Если выдержит, значит, мы победили.

Стрелка продолжала ползти. Триста... четыреста... пятьсот. Она замерла. Секунда. Десять. Минута. Давление не падало. Ни на сотую долю. Шов был идеален.

Мы не кричали от радости. Мы просто обменялись взглядами. Взглядом двух профессионалов, успешно завершивших невероятно сложную работу.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ПРОБУЖДЕНИЕ" - ПОДЗАДАЧА "РЕМОНТ СИСТЕМЫ ОХЛАЖДЕНИЯ" - ВЫПОЛНЕНА. ВСЕ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫE УСЛОВИЯ ДЛЯ ЗАПУСКА РЕАКТОРА СОБЛЮДЕНЫ. СЛЕДУЮЩАЯ ЦЕЛЬ: ИНИЦИИРОВАТЬ КОНТРОЛИРУЕМЫЙ ЗАПУСК РЕАКТОРА.

Рианна сняла шлем, ее лицо было мокрым от пота, но на нем играла гордая улыбка. — Ну что ж, — сказала она. — Сантехнику мы починили. А теперь... пора будить дракона.

Инженерный отсек превратился в предстартовый комплекс. Атмосфера была наэлектризована до предела. Мы не говорили. Мы провели последние несколько часов в молчаливой, сосредоточенной подготовке, двойной и тройной проверке каждой системы, каждого кабеля, который мы подключили. Это была наша точка невозврата.

Наконец, все было готово. Мы заняли свои места в главном посту управления. Рианна — за основной консолью, ее руки зависли над физическими переключателями и регуляторами. Она была пилотом, готовым укротить зверя. Я — за боковым терминалом, который мы превратили в главный диагностический центр. Моей задачей было не управлять, а видеть. Видеть все. Координатор был полностью интегрирован с системами корабля, готовый обрабатывать тысячи потоков данных в секунду. Я был штурманом и системой раннего предупреждения.

— Финальная проверка связи, — сказал я в микрофон гарнитуры. — Слышу тебя, — ответила Рианна, не отрывая взгляда от консоли. — Процедура аварийного отключения у тебя под левой рукой. Если я кричу "Глуши!", ты бьешь по ней не раздумывая. Поняла? — Поняла. Если что-то пойдет не так, Лорн... — Ничего не пойдет не так, — прервал я ее. — Мы все просчитали.

Ложь. Мы просчитали все, что могли. Но в уравнении с тысячей неизвестных всегда есть место для ошибки.

— Начинаем, — сказала Рианна. — Этап первый. Перевод питания с вспомогательного на основной контур управления.

Она щелкнула тумблером. Глубоко в недрах корабля что-то гулко ухнуло. Низкий гул, к которому мы уже привыкли, сменился более глубоким, нарастающим рокотом. Ожили гигантские насосы системы охлаждения. — Контроль, — бросила Рианна. — Насосы в штатном режиме. Давление в контуре охлаждения стабильно, растет по графику, — отчеканил я. — Системы управления запитаны. Все индикаторы зеленые.

— Хорошо. Этап второй. Инициация цепной реакции. Выдвигаю управляющие стержни.

Это был самый деликатный момент. Она не просто включила рубильник. Она медленно, по миллиметру, поворачивала регулятор. На главном экране перед ней ожила схема реакторного ядра. В центре загорелась крошечная точка света — первое пламя нашего нового солнца.

Я смотрел на свои графики. — Поток нейтронов растет... Температура в ядре... следует прогнозу. Отклонение ноль целых, две десятых процента. Рианна, ты делаешь это идеально.

Точка света на схеме становилась все ярче. Рокот, наполнявший отсек, становился все мощнее, превращаясь в ощутимую вибрацию. Казалось, сам корабль просыпается от векового сна. Мощность 10%... 20%... 30%...

И в этот момент взвыла сирена.

На панели перед Рианной замигал красный сигнал. ТРЕВОГА! — продублировалось сообщение на моем экране. — НЕСТАБИЛЬНОСТЬ ПОТОКА В РЕГУЛЯТОРЕ МОЩНОСТИ 4-B. ОТКЛОНЕНИЕ ОТ НОРМЫ: 15%. ПРИЧИНА: ДЕГРАДАЦИЯ БАНКА КОНДЕНСАТОРОВ. РИСК: КАСКАДНЫЙ СБОЙ ВСЕЙ РЕГУЛИРУЮЩЕЙ СЕТИ.

— Рианна! Регулятор четыре-бэ! Он не держит нагрузку! — крикнул я. — Конденсаторы посыпались!

Автоматика пыталась компенсировать скачок, но это было все равно что затыкать пробоину в дамбе пальцем. Если бы мы не вмешались, через несколько секунд произошел бы неконтролируемый выброс энергии, который бы расплавил ядро.

— Глуши! — вырвалось у меня. — Нет! — крикнула в ответ Рианна, ее глаза лихорадочно бегали по панели. — Если мы его сейчас заглушим, скачок обратной связи сожжет всю систему управления! Я могу это обойти! Мне нужно вручную перенаправить поток через магистральную шину, в обход всей секции "Б"!

Это было безумие. Процедура, которой не было ни в одном руководстве. Она собиралась вручную, на живом, работающем реакторе, балансировать потоки энергии мощностью в несколько гигаватт.

— Данные! Мне нужны данные, Лорн! — крикнула она.

Ее пальцы замелькали над консолью, отключая автоматику и переходя на ручное управление. Я превратился в ее глаза и уши. — Нагрузка на основной буфер растет! Слишком быстро! — Знаю! — Снизь подачу на три процента! Еще на один! Держи... держи... Стабилизируется!

Она работала на грани человеческих возможностей. Рокот вокруг нас превратился в рев раненого зверя. Корабль трясло. Лампы мигали. Но Рианна не отступала. Она была едина со своей машиной, чувствуя ее, как свое собственное тело.

И вдруг все стихло.

Рев сменился ровным, мощным, глубоким гулом. Вибрация прекратилась. Аварийные красные лампы погасли. И весь командный отсек залил яркий, чистый белый свет. На десятках экранов, которые были мертвы все это время, вспыхнули диаграммы, графики и надписи "СИСТЕМА В НОРМЕ".

Мы замерли, тяжело дыша. На главном экране горела зеленая надпись: "ВЫХОДНАЯ МОЩНОСТЬ: 100%. СТАТУС: СТАБИЛЕН".

Гигант проснулся.

Мы сидели, оглушенные, выжатые до капли. Я посмотрел на Рианну. По ее лицу текли струйки пота. Она медленно отняла руки от консоли.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ПРОБУЖДЕНИЕ" - ЗАВЕРШЕН. ОСНОВНОЕ ЭНЕРГОСНАБЖЕНИЕ АКТИВИРОВАНО. БАЗА ПОЛНОСТЬЮ ФУНКЦИОНАЛЬНА. ЦЕЛЬ: ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ - ВЫПОЛНЕНА.

Мы сделали это. Мы совершили невозможное.

Рианна издала тихий, срывающийся смешок. — Ну вот, — сказала она, устало откинувшись в кресле. — Свет включили. Теперь можно и за работу браться.

Весь наш корабль, наша крепость, наш дом, был теперь жив. И он был полностью под нашим контролем. Игра перешла не просто на новый уровень. Мы сменили саму игру.

Глава 3

Часть 3: Эффект бабочки

Первое утро в живом корабле было... странным. Я проснулся не от холода или тревоги, а от мягкого гула системы климат-контроля и ровного, белого света, льющегося с потолочной панели. Воздух был чистым. В душе была горячая вода. После недель существования на грани, в грязи и темноте, эти простые удобства ощущались как немыслимая, почти неприличная роскошь.

Мы не бросились сразу к новым свершениям. Первые несколько дней мы просто осваивались. Включали свет. Палуба за палубой, отсек за отсеком, тьма отступала под натиском энергии нашего реактора. Мы запустили внутреннюю систему связи, и теперь могли говорить друг с другом из разных концов нашей гигантской базы, а не кричать в пустоту. Мы активировали все внутренние датчики, и наш командный центр ожил, превратившись в нервный узел, на который стекалась информация о каждом квадратном метре нашего владения.

Но настоящий масштаб нашего приобретения мы осознали лишь на третий день. Когда главный компьютер, получив полную мощность, закончил самодиагностику и предоставил мне, как администратору, полный доступ ко всем бортовым архивам и складским манифестам.

Я сидел в кресле капитана инженерного отсека, а Координатор часами обрабатывал эксабайты данных. И то, что он находил, заставляло меня забыть о дыхании. Рианна, заметив мое состояние, подошла и встала за спиной, глядя на экран.

Мы были не просто в крепости. Мы сидели на горе сокровищ.

— Смотри, — прошептал я, выводя на экран список. — Склады длительного хранения. Десятки тонн очищенного тибанного газа для реактора. Сотни тонн стандартных дюрасталевых слитков. Запасные части для двигателей, гипердвигателей, целая оружейная палата с комплектующими для турболазеров... — Этого хватит, чтобы построить небольшой флот, — выдохнула Рианна.

Но это была не главная находка. Координатор выделил красной рамкой один из пунктов в технической спецификации инженерного отсека. ОБЪЕКТ: АВТОМАТИЗИРОВАННЫЙ РЕМОНТНЫЙ КОМПЛЕКС КЛАССА "КУЗНИЦА-3". СТАТУС: ЗАКОНСЕРВИРОВАН. ФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ: 100%. ВОЗМОЖНОСТИ: ПРОИЗВОДСТВО ЗАПАСНЫХ ЧАСТЕЙ ДЛЯ КОРАБЛЕЙ И ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, СБОРКА РЕМОНТНЫХ И СТРОИТЕЛЬНЫХ ДРОИДОВ, ВЫСОКОТОЧНАЯ ОБРАБОТКА СПЛАВОВ.

Мы спустились туда. Это был огромный цех, расположенный уровнем ниже главного зала. Под ярким светом, который мы только что включили, рядами стояли молчаливые роботизированные манипуляторы, 3D-принтеры промышленных размеров и сборочные линии. Этот корабль мог не просто ремонтировать себя. Он мог строить.

Рианна подошла к одной из сборочных линий и провела рукой по холодному металлу манипулятора. Ее глаза горели. — Лорн... ты понимаешь, что это значит? — ее голос дрожал от возбуждения. — Мы можем построить все, что захотим. Модернизировать "Скарабей". Собрать эскадрилью дроидов-защитников. Построить свой собственный истребитель, если понадобится. Нам больше не нужно ничего покупать или выменивать. Мы можем создавать.

Я понимал. Но я видел глубже. Я видел не просто безграничные инженерные возможности. Я видел стратегический актив. Актив, который мог изменить наше будущее.

Вечером, в командном центре, я вывел на главный голографический дисплей карту галактики. — Мы думали слишком мелко, Рианна, — сказал я. — Мы думали о том, как выжить. Как обустроить мастерскую. Но это, — я обвел рукой наш оживший командный пост, — это не мастерская. Это промышленная база.

Она молча слушала, понимая, что я клоню к чему-то большему.

— Галактика катится к чертям, — продолжил я, тщательно подбирая слова, чтобы не выдать свои знания о будущем. — Война будет только расширяться. Республика трещит по швам. Когда все это рухнет, выживут не те, у кого больше денег. Выживут те, у кого есть автономное производство, своя энергия и своя защита. Те, кто сможет строить, а не потреблять.

Я указал на тусклую точку на карте, которой была система Раксус. — Мы больше не мусорщики. Мы — основатели. Мы можем превратить это место не просто в убежище. Мы можем превратить его в анклав. В самодостаточную, технологически развитую колонию, которая сможет пережить любой шторм.

В ее глазах я видел не только согласие, но и азарт. Она была строителем по своей природе. А я предлагал ей величайшую стройку в ее жизни.

ОБНОВЛЕНИЕ: ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ "ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ" - ВЫПОЛНЕНА. АНАЛИЗ АКТИВОВ ЗАВЕРШЕН. СФОРМУЛИРОВАНА НОВАЯ СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА: ФАЗА 3 - "ОСНОВАНИЕ". ЦЕЛЬ: ИСПОЛЬЗОВАТЬ ИМЕЮЩИЕСЯ ПРОМЫШЛЕННЫЕ МОЩНОСТИ ДЛЯ СОЗДАНИЯ АВТОНОМНОГО, ТЕХНОЛОГИЧЕСКИ РАЗВИТОГО АНКЛАВА В ПРЕДДВЕРИИ ПРОГНОЗИРУЕМОЙ ГАЛАКТИЧЕСКОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ.

Игра на выживание закончилась. Началось строительство империи.

Эйфория от пробуждения реактора прошла, сменившись трезвым и немного ошеломляющим осознанием масштаба стоящей перед нами задачи. У нас была энергия, у нас были чертежи, у нас был завод. Но завод — это не волшебная шкатулка. Это сложный организм, который нужно кормить сырьем и обслуживать.

Мы стояли в командном центре перед голографической схемой нашей базы. — Итак, наш новый проект, — начал я, выводя на экран схему. — Назовем его "Протокол 'Страж'". Цель: автоматизация и защита. Нам нужна рабочая сила, которая не спит и не устает, и система безопасности, способная отразить любую угрозу, от банды мусорщиков до имперской проверки. А это значит, нам нужны дроиды. Много дроидов.

Рианна кивнула, ее взгляд уже был прикован к техническим аспектам. — Завод может производить до десяти стандартных дроидов-ремонтников в сутки. Но он сожрет весь наш запас очищенных сплавов за неделю. Нам нужен постоянный, дешевый источник сырья.

— Источник сырья — вся эта планета, — сказал я, указывая на панорамное окно, за которым виднелись ржавые горы. — Нам нужно превратить мусор в материал. Нам нужна плавильня.

Так родилась наша первая настоящая производственная задача. Мы не чинили чужое. Мы создавали свое.

Рианна нашла в архивах корабля чертежи стандартного промышленного плазменного плавильного комплекса. Следующие несколько дней она работала как одержимая, адаптируя схемы под имеющиеся у нас компоненты и условия. Я занимался логистикой и ресурсами, выделяя из наших запасов необходимые сплавы и компоненты для строительства.

Именно тогда мы столкнулись с классической проблемой "курицы и яйца". Чтобы построить плавильню, нам нужны были дроиды-строители. А чтобы построить дроидов, нам нужна была плавильня для переработки сырья. — Нам нужна "затравка", — сказала Рианна. — Небольшая первая партия, которую мы соберем вручную. Она станет основой для всей остальной армии.

Мы нашли в одном из трюмов дюжину законсервированных дроидов-астромехаников R-2, предназначенных для обслуживания истребителей. Они были в идеальном состоянии, но их процессоры были "чистыми". Рианна занялась их механической активацией, а я, используя главный компьютер, начал писать для них базовые программы. Не сложные личности, а простые наборы инструкций: "СТРОИТЬ", "РЕМОНТИРОВАТЬ", "ПЕРЕНОСИТЬ ГРУЗЫ".

Я никогда не забуду тот момент, когда первый из них ожил. Мы стояли в цеху, и Рианна подала питание. Оптический сенсор старенького R-2 моргнул и загорелся синим светом. Дроид издал серию вопросительных писков. Рианна подключила к нему датапад и загрузила мою программу. Дроид замолчал, а через секунду его купол повернулся к горе деталей, предназначенных для плавильни, и он уверенно покатился к ней, готовый к работе.

Мы создали нашего первого работника. В течение суток у нас была команда из двенадцати послушных и неутомимых дроидов-механиков.

С их помощью работа закипела. Роботизированные манипуляторы самого завода, управляемые Рианной и обслуживаемые нашими дроидами, начали создавать гигантские компоненты для плавильни. Это было завораживающее зрелище. Мы больше не были просто двумя людьми. Мы были руководителями стройки.

Через неделю плавильня была готова. Мы установили ее в главном ангаре, рядом с нашей самодельной дверью. Я разработал простую систему конвейера с магнитными захватами, который можно было выдвигать наружу.

Настал момент запуска. Наши двенадцать дроидов выкатились наружу и начали загружать на конвейер первый попавшийся металлолом — куски обшивки, ржавые балки, останки какого-то спидера.

Рианна нажала кнопку на пульте управления.

С низким, нарастающим ревом комплекс ожил. Металлолом пополз по ленте, исчезая в огненном зеве плавильни. Внутри, в плазменной печи, мусор превращался в реку расплавленного металла, который затем очищался от примесей и заливался в формы. Через десять минут с другого конца конвейера с глухим стуком выпал первый слиток. Идеальный, стандартизированный брусок очищенной дюрастали, светящийся от жара. За ним второй, третий, десятый...

Мы стояли и молчали, глядя на этот поток. Поток, превращающий хаос в порядок. Мусор — в ресурс.

Это была не просто плавильня. Это был фундамент. Двигатель нашей будущей независимости. Теперь у нас был неограниченный источник строительных материалов. А значит, мы могли строить все, что угодно.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "СТРАЖ" - ФАЗА 1 ЗАВЕРШЕНА. ПРОМЫШЛЕННАЯ ПЛАВИЛЬНЯ ВВЕДЕНА В ЭКСПЛУАТАЦИЮ. ИСТОЧНИК СЫРЬЯ: НЕОГРАНИЧЕН (ПЛАНЕТАРНЫЙ МУСОР). НОВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ: МАССОВОЕ ПРОИЗВОДСТВО ДРОИДОВ. СЛЕДУЮЩАЯ ЗАДАЧА: НАЧАТЬ ПОЛНОМАСШТАБНОЕ ПРОИЗВОДСТВО ГАРНИЗОНА СТРОИТЕЛЬНЫХ И ОХРАННЫХ ДРОИДОВ.

Я посмотрел на наших двенадцать маленьких R-2, которые без устали таскали металлолом. Скоро их будут сотни. А потом и тысячи. — Вот оно, Рианна, — сказал я. — Вот он, двигатель. Теперь мы начнем строить стены.

Наш завод ожил. То, что было молчаливым, пыльным музеем забытых технологий, превратилось в бьющееся сердце нашей базы. Первые дни мы просто наблюдали, как роботизированные манипуляторы, управляемые Рианной, с идеальной точностью собирают самих себя, проводя самодиагностику и калибровку. Наши двенадцать дроидов-астромехаников суетились вокруг, подвозя материалы и выполняя мелкие поручения. Это была симфония возрождения промышленности.

Но нам нужны были не стандартные дроиды. Нам нужны были специализированные инструменты, созданные для наших уникальных задач.

Рианна стала главным конструктором нашего нового мира. Она часами просиживала в архивах, изучая сотни моделей дроидов, но не копировала их, а брала лучшие идеи и создавала нечто новое. — Нам не нужны универсалы, — объясняла она мне, рисуя на голографическом дисплее чертеж. — Нам нужны специалисты.

Так родились две первые модели нашего собственного производства. "Мул". Тяжелый строительный дроид. Рианна отказалась от стандартных гусениц или колес, спроектировав устойчивое шестиногое шасси, способное передвигаться по любому мусору. Корпус был грубой бронированной коробкой, к которой можно было крепить любые манипуляторы: плазменные резаки, магнитные захваты, сварочные аппараты. Он был уродлив, как и все, что мы делали, но его эффективность была стопроцентной.

"Страж". Дроид-охранник. Я настоял на том, чтобы он не выглядел агрессивно. Никаких встроенных бластеров. С виду он походил на обычного патрульного дроида. Но под его гладким корпусом скрывалась усиленная броня, мощные сенсоры, способные засечь движение за километр, и нелетальное вооружение: парализаторы и пусковая установка для силовой сети. Его задача была не убивать, а обездвиживать и задерживать. Мы строили крепость, а не лагерь смерти.

Пока Рианна создавала "тела", я создавал "мозги". Я писал для них программное обеспечение. Простые, надежные, не допускающие двояких толкований директивы. Я создал замкнутую иерархическую сеть, где каждый дроид был лишь узлом, исполняющим приказы из нашего командного центра. Никакого искусственного интеллекта. Никакого риска восстания машин. Только холодная, исполнительная логика.

И вот с конвейера сошел первый "Мул". Он неуклюже сделал несколько шагов, а затем, получив приказ, подошел к многотонному куску дюрастали, который мы не могли сдвинуть неделями, легко поднял его и унес на переплавку.

За ним сошел первый "Страж". Он беззвучно активировался и отправился на свой первый пост — патрулировать периметр нашей базы.

Производство пошло в геометрической прогрессии. Десять дроидов. Пятьдесят. Сто. Наш завод работал круглосуточно, питаемый нескончаемым потоком слитков из плавильни, которую, в свою очередь, неустанно кормили металлоломом наши первые дроиды.

Наш дом преображался на глазах. Сотни "Мулов" разбирали внутренние завалы, расчищали палубы, превращая темные, заваленные хламом отсеки в чистые, готовые к использованию пространства. Десятки "Страж" создали несколько колец безопасности, превратив нашу базу в неприступную цитадель. Мы больше не жили в руинах. Мы жили в растущем, гудящем улье из металла и энергии.

Но такое масштабное предприятие не могло оставаться незамеченным вечно. Мы были скрыты, но наш след — был виден.

На исходе второго месяца Координатор впервые выдал стратегическое предупреждение. — Рианна, иди сюда, — позвал я ее в командный центр.

Я вывел на экран экономические сводки по нашему сектору Раксус Прайм. — Смотри. Цена на высококачественные сплавы на местных рынках подскочила на пятнадцать процентов за последнюю неделю. — И что? — не поняла она. — А то, что это мы. Наша автоматизированная система сбора настолько эффективна, что мы, по сути, создаем дефицит ценного сырья для всех остальных мусорщиков в радиусе пятидесяти километров. Мы пылесосим все самое лучшее.

На другом экране я вывел перехваты сообщений из открытых каналов гильдий мусорщиков. "...опять пусто. Как будто кто-то прошел перед нами и собрал все сливки..." "...говорят, в секторе Гамма-7 работает какая-то "призрачная команда". Никто их не видел, но после них остается только труха..."

Мы стали местной легендой. Призраком, который ворует их добычу.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "СТРАЖ" ЗАВЕРШЕН. ГАРНИЗОН ДРОИДОВ СФОРМИРОВАН. ОПЕРАТИВНАЯ МОЩНОСТЬ: 300+ ЕДИНИЦ. НОВОЕ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВАША ПРОМЫШЛЕННАЯ АКТИВНОСТЬ ВЫЗЫВАЕТ ЗАМЕТНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ ВОЗМУЩЕНИЯ В РЕГИОНЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВНЕШНЕГО РАССЛЕДОВАНИЯ ВОЗРОСЛА НА 25%.

Мы стояли и смотрели на экраны. С одной стороны — идеальный порядок нашей базы, где сотни машин без устали работают на наше будущее. С другой — растущий хаос снаружи, который мы сами же и спровоцировали. Мы обрели силу, но вместе с ней пришла и ответственность. И новые проблемы.

— Ну что ж, — сказала Рианна, нарушив тишину. — Похоже, мы стали слишком большими, чтобы просто прятаться. Какой теперь план, босс?

Она впервые назвала меня так. И это был не вопрос. Это была передача стратегического управления. Она была главным инженером. Я стал главным стратегом.

Вопрос повис в воздухе. Мы больше не могли просто реагировать. Пора было начинать действовать на опережение.

Вопрос Рианны "Какой теперь план, босс?" повис в воздухе нашего командного центра, но ответ на него уже формировался в моей голове, подкрепленный холодными расчетами Координатора.

— Проблема не в том, что мы производим шум, — начал я, выводя на главный экран графики экономической активности сектора. — Проблема в том, что этот шум — анонимный. А природа, как и галактический бизнес, не терпит вакуума. Тайны привлекают нежелательное внимание. Значит, нам нужно заполнить этот вакуум. Дать им историю, в которую они смогут поверить.

АНАЛИЗ РИСКОВ: ПРОДОЛЖЕНИЕ СКРЫТОЙ ОПЕРАЦИИ ПРИ ТЕКУЩЕМ МАСШТАБЕ ПРИВЕДЕТ К ВЕРОЯТНОСТИ ОБНАРУЖЕНИЯ КРУПНОЙ ФРАКЦИЕЙ (КАРТЕЛЬ ХАТТОВ, ТОРГОВАЯ ГИЛЬДИЯ, РЕСПУБЛИКАНСКАЯ РАЗВЕДКА) В 90% В ТЕЧЕНИЕ 18 СТАНДАРТНЫХ МЕСЯЦЕВ. — Прятаться больше не вариант, — заключил я. — Нам нужно выйти из тени. Но не нам лично. Нам нужна легенда.

Так родился наш следующий проект, самый амбициозный из всех. Создание подставной компании.

Название: После недолгих раздумий мы остановились на "Foundation Robotics" (Робототехника "Основание"). Это была дань нашей главной директиве и звучало солидно.

Публичное лицо: Мы не могли рисковать. Поэтому нашим "генеральным директором" стал дроид. Я потратил два дня, программируя одного из наших протокольных дроидов, создавая ему сложную личность — вежливую, непроницаемую и абсолютно преданную. Он получил имя Юнит 734, но в сети он будет известен как "Представитель".

Легенда: "Foundation Robotics" — молодой, агрессивный стартап, специализирующийся на автоматизированной переработке отходов в опасных зонах. Наша "уникальная" технология (армия наших дроидов) позволяет нам работать там, где другие не могут. Это простое и логичное объяснение нашей феноменальной эффективности. Оно скрывало главную правду: мы не просто используем дроидов, мы их создаем на военном заводе, работающем от реактора дредноута.

Теперь нужно было вывести нашу легенду в свет.

— Мы начнем с простого, — сказал я Рианне. — Мы начнем продавать.

Нашим первым продуктом стали идеальные, калиброванные слитки дюрастали, которые производила наша плавильня. Но мы не стали сбрасывать их на и без того перегретый рынок Раксус Прайм. Координатор нашел для нас идеальную нишу: промышленная система в соседнем секторе, где несколько верфей испытывали дефицит качественного сырья.

Операция "Первая продажа" была проверкой всей нашей новой структуры. Сначала мы, используя анонимные каналы, зарегистрировали нашу компанию. Затем "Представитель" заключил контракт на поставку пробной партии. Самым сложным была логистика. У нас не было своего корабля.

Я зафрахтовал потрепанный грузовик какой-то независимой транспортной компании. Мы назначили им точку встречи в безлюдном ущелье в нескольких десятках километров от нашей базы.

Сцена была сюрреалистичной. Когда грузовик приземлился, его встретила безмолвная делегация. Десять наших дроидов-«Мулов» под руководством одного "Стража" вынесли из ущелья паллеты с блестящими слитками, на каждом из которых стоял выгравированный лазером логотип "FR". Экипаж грузовика наблюдал за этим с открытыми ртами, не решаясь выйти. Они не видели ни одного живого существа. Только эффективные, бездушные машины.

Через час груз был на борту. Оплата поступила на наш свежесозданный, зашифрованный счет в тот момент, когда корабль покинул атмосферу. Сделка прошла идеально. Чисто, анонимно, выгодно.

Теперь, когда у нас был прецедент, мы сделали следующий шаг. Мы легализовались на Раксус Прайм. "Представитель" от имени "Foundation Robotics" официально выкупил у Гильдии Мусорщиков права на разработку всего нашего сектора, включая "Кладбище Дредноутов". Мы заплатили щедрую сумму, которая сразу сделала нас уважаемым игроком.

Это изменило все. Мы перестали быть "призраками", ворующими чужой металл. Мы стали законными владельцами, которые просто очень эффективно работают на своей территории. Враждебность со стороны других мусорщиков сменилась завистливым уважением.

Мы сидели в командном центре, наблюдая, как меняется информационное поле вокруг нас. Слухи о "призраках" сменились разговорами о новой таинственной, но богатой корпорации дроидов. Легенда начала жить своей жизнью.

ОБНОВЛЕНИЕ: СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - ФАЗА 1 (СОЗДАНИЕ КОРПОРАТИВНОГО ПРИКРЫТИЯ) ВЫПОЛНЕНА. НОВЫЙ СТАТУС: ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СУБЪЕКТ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВАША КОМПАНИЯ, "FOUNDATION ROBOTICS", ПРИВЛЕКЛА ВНИМАНИЕ НЕСКОЛЬКИХ ВНЕШНИХ СИЛ, ВКЛЮЧАЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ТОРГОВОЙ ГИЛЬДИИ И ТЕХНОСОЮЗА, ИЩУЩИХ НОВЫХ ПОСТАВЩИКОВ.

Мы вышли из тени местного уровня, но попали на радары игроков галактического масштаба. Мы решили одну проблему, но создали другую, гораздо более сложную. Эффект бабочки начал свою работу. Мы взмахнули крыльями на забытой свалке, и теперь по всей галактике расходились едва заметные круги, которые со временем могли превратиться в цунами.

"Foundation Robotics" стала успехом. Тихим, почти незаметным, но неоспоримым. Запросы на наши высококачественные слитки поступали регулярно. Наш банковский счет, который еще недавно был почти пустым, теперь исчислялся сотнями тысяч кредитов. Мы стали прибыльным предприятием.

Но я, как руководитель проекта, видел не прибыль. Я видел уязвимость.

— Мы на сто процентов зависим от фрахтовщиков, — сказал я Рианне, указывая на голографическую схему нашей логистической цепочки в командном центре. — Каждый раз, когда мы нанимаем корабль, мы рискуем. Экипаж видит наших дроидов. Их корабельные журналы фиксируют координаты точки встречи. Каждый рейс — это потенциальная утечка информации. К тому же, это дорого. Мы отдаем до тридцати процентов прибыли посредникам.

АНАЛИЗ КООРДИНАТОРА: ТЕКУЩАЯ БИЗНЕС-МОДЕЛЬ НА 85% ЗАВИСИТ ОТ СТОРОННИХ ЛОГИСТИЧЕСКИХ КОМПАНИЙ. РИСКИ: НАРУШЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ, СБОИ В ПОСТАВКАХ, ВЫСОКИЕ ОПЕРАЦИОННЫЕ РАСХОДЫ. ВЫВОД: КРИТИЧЕСКАЯ УЯЗВИМОСТЬ.

— Нам нужен свой корабль, — заключила Рианна. Она смотрела не на схему логистики, а на чертежи в заводской базе данных. В ее глазах уже горел знакомый огонь инженера. — Зачем покупать чужой хлам с неизвестной историей, если мы можем построить свой? Идеальный. Под наши задачи.

Решение было очевидным. Покупка — это для тех, у кого есть деньги, но нет средств производства. У нас было и то, и другое.

Так стартовал проект "Гермес".

Мы не стали строить корабль с нуля. Это было бы слишком долго. Мы применили наш привычный подход: нашли недооцененный актив. С помощью дроидов-разведчиков мы обнаружили в нескольких километрах от базы остов старого кореллианского грузовика класса YT-900. Он был разбит, разграблен, но его главная силовая рама была цела. Для Рианны этого было достаточно.

Наши дроиды-"Мулы" несколько дней тащили останки корабля в наш главный грузовой отсек, который мы временно превратили в сухой док. И работа закипела.

Это было похоже на то, как мы собирали "Крошитель" или "Скарабей", но масштабы были иными. Рианна была в своей стихии. Она не просто ремонтировала. Она пересоздавала. Она полностью перепроектировала внутреннюю компоновку, сделав корабль максимально автоматизированным. Мостик, инженерный отсек, грузовой трюм — все было рассчитано на управление дроидами под контролем центрального компьютера.

Я же занимался стратегическим оснащением. — Нам нужна скрытность, — говорил я ей, указывая на схемы. — Наш завод может произвести низкотемпературное покрытие для корпуса. Оно не сделает нас невидимыми для военного сканера, но для большинства пиратов и патрулей мы будем выглядеть как холодный астероид. — И щиты, — добавляла она. — Я могу встроить в корпус эмиттеры военных стандартов. Снаружи их не будет видно, но они выдержат прямое попадание турболазера. — И тайники, — настаивал я. — Несколько отсеков, экранированных от сканеров. Не для контрабанды. Для... особых грузов.

Недели превратились в месяцы. Наш завод работал без остановки, производя новые двигатели, панели обшивки, компоненты гипердвигателя. Наша армия дроидов трудилась в три смены, собирая корабль нашей мечты под неусыпным руководством Рианны.

И вот, он был готов.

"Гермес" не был красивым. Он был похож на своих создателей и на свое место рождения. Угловатый, функциональный, покрытый заплатами новой и старой брони. Он не пытался казаться чем-то большим, чем он был — рабочим инструментом. Но мы знали, что под этой неказистой оболочкой скрывается сердце истребителя и выносливость крейсера.

Настал день первого полета. Мы с Рианной заняли места на мостике. Она — на месте пилота, я — за системами и навигацией. Десятки наших дроидов заняли свои посты в других отсеках. — Все системы в норме, — доложил я. — Реактор на ста процентах.

— Тогда полетели, — улыбнулась Рианна.

Она потянула на себя штурвал. "Гермес" беззвучно поднялся над палубой нашего дока. Гигантская дверь базы открылась, впуская дневной свет. Наш корабль, построенный нашими руками, в нашей крепости, впервые увидел небо.

Мы вылетели в разреженную атмосферу Раксус Прайм. Рианна провела серию маневров. Корабль слушался ее безукоризненно. Он был быстрым, отзывчивым, мощным. — Гиперпространственный прыжок по заданным координатам, — скомандовал я.

Рианна активировала гипердвигатель. Звезды за иллюминатором вытянулись в синие линии. Короткий, идеально рассчитанный прыжок в соседнюю необитаемую систему и обратно. Все работало как часы.

Когда мы приземлились обратно в нашем доке, мы закрыли последнюю и самую главную уязвимость в нашей системе. Мы обрели свободу. Свободу передвижения. Свободу торговли. Свободу действовать в галактическом масштабе.

ОБНОВЛЕНИЕ: СТРАТЕГИЧЕСКАЯ УЯЗВИМОСТЬ (ЗАВИСИМОСТЬ ОТ ТРАНСПОРТА) - УСТРАНЕНА. НОВЫЙ АКТИВ: ТЯЖЕЛЫЙ ГРУЗОВИК КЛАССА "ГЕРМЕС" (МОДИФИЦИРОВАННЫЙ). СТАТУС: ФУНКЦИОНАЛЕН. ВСЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ ВТОРОЙ ФАЗЫ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ДИРЕКТИВЫ "ОСНОВАНИЕ" (РАСШИРЕНИЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ) - ВЫПОЛНЕНЫ. ОЖИДАНИЕ НОВЫХ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ.

Я посмотрел на Рианну, и впервые за долгое время искренне улыбнулся. — Ну вот, — сказал я. — Теперь мы действительно можем начинать работать.

Фраза была та же, что и раньше, но смысл ее изменился. Теперь "работа" означала не выживание на свалке. Она означала операции в масштабах целой галактики. Мы были готовы.

Наш командный центр больше не был просто центром управления базой. С появлением "Гермеса" он стал мостиком флагмана нашего крошечного, несуществующего флота. Координатор теперь в реальном времени обрабатывал не только внутренние данные, но и потоки новостей со всей галактики. Война Клонов была в самом разгаре. Каждый день приходили сводки о новых битвах, о планетах, переходящих из рук в руки, о генералах-джедаях, ведущих свои армии клонов к победе или гибели.

Я смотрел на эту бушующую бурю и видел не хаос, а обратный отсчет. Часы тикали до момента, когда Республика падет, а джедаи будут уничтожены.

— Пора начинать, — сказал я Рианне, которая как раз заканчивала установку нового, более мощного щитового генератора на "Гермес". — Наш следующий проект. Назовем его "Архивариус".

Я изложил ей план. Не спасение джедаев. Не вмешательство в войну. А спасение знаний. — Во время войны и последующего хаоса, — объяснил я, избегая прямых предсказаний, — будут утеряны целые библиотеки. Технологии, история, наука. Все это превратится в пепел. А знание — это самый ценный ресурс. Мы начнем собирать его. Создадим свой собственный, неуязвимый архив.

Рианна поняла меня сразу. Для нее, инженера, ценность чертежей и научных данных была очевидна.

Моей целью стал не главный Храм на Корусанте — это было бы самоубийством, — а его филиалы. Координатор проанализировал довоенные архивы Ордена и нашел идеальную цель. Небольшой аванпост-библиотека на заброшенной луне в системе Оссус. Когда-то это был крупный центр знаний, но с началом войны большинство ценных артефактов и персонал были эвакуированы. Сейчас, по данным разведки, он был либо пуст, либо охранялся парой дроидов-смотрителей. Мягкая цель.

Это была первая настоящая миссия "Гермеса". Мы подготовились тщательно. На борт загрузилась "выездная команда": десяток "Мулов" для транспортировки грузов, пара "Стражей" для охраны и новый дроид-специалист, которого Рианна собрала специально для этой задачи — "Ключник", эксперт по взлому древних систем безопасности.

Полет прошел идеально. Системы скрытности "Гермеса" позволили нам подойти к луне незамеченными. Мы приземлились в каньоне в нескольких километрах от архива.

Сам архив представлял собой древнее, величественное здание, наполовину вросшее в скалу. Как я и предполагал, он был пуст. Системы безопасности были устаревшими, и наш "Ключник" обошел их за несколько минут.

Внутри нас встретила тишина и пыль. Мы вошли в главный зал хранилища. Это было захватывающее зрелище. Бесконечные ряды стеллажей, на которых хранились не книги, а голокроны, инфокристаллы и датакроны. Целое море знаний.

Мы работали быстро и эффективно. Координатор сканировал каталоги, определяя самые ценные данные — редкие технологии, утерянные научные труды, подробные звездные карты неизведанных секторов. Наши дроиды-"Мулы" методично загружали контейнеры с кристаллами на репульсорные тележки.

Именно тогда мы и нашли его.

В одном из боковых залов, который не значился в общих каталогах, мы обнаружили небольшую медицинскую секцию. И в ней, в одной-единственной работающей стазисной капсуле, лежала она. Молодая тви'лечка, одетая в форму падавана Ордена джедаев. Датчики показывали, что она была погружена в лечебную кому. Судя по записям в терминале, ее тяжело ранили на одной из первых битв войны, отправили сюда на восстановление, а во время срочной эвакуации про нее... просто забыли.

Мой идеально просчитанный план по сбору неодушевленных активов только что столкнулся с живым, дышащим, а главное — чувствительным к Силе, осложнением.

— Что будем делать? — спросила Рианна, ее голос в шлеме был напряженным. — Оставим ее здесь, и она умрет, когда аварийное питание иссякнет. Заберем с собой — и на нас могут выйти джедаи. Или кое-кто похуже после... всего.

Она не знала будущего, но чувствовала риск. Я запустил симуляцию. АНАЛИЗ: СПАСЕНИЕ ЧУВСТВИТЕЛЬНОГО К СИЛЕ ИНДИВИДА УВЕЛИЧИВАЕТ ВЕРОЯТНОСТЬ ОБНАРУЖЕНИЯ ОРДЕНОМ ДЖЕДАЕВ (ДО ИМПЕРИИ) ИЛИ ИНКВИЗИЦИЕЙ (ПОСЛЕ) НА 45%. АНАЛИЗ АКТИВА: ИНДИВИД ОБЛАДАЕТ УНИКАЛЬНЫМИ НАВЫКАМИ И ЗНАНИЯМИ. ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ДОЛГОСРОЧНАЯ ЦЕННОСТЬ: ВЫСОКАЯ, НО НЕПРЕДСКАЗУЕМАЯ.

Это был выбор между безопасностью и потенциальной выгодой. Между холодным расчетом и... чем-то еще. Я принял решение, которое впервые основывалось не только на цифрах. — Забираем, — сказал я. — Потенциальная ценность актива превышает немедленный риск. На базе мы сможем обеспечить ее изоляцию и безопасность, пока не разберемся в ситуации.

Это была ложь. Точнее, полуправда. Я просто не мог оставить ее умирать. Но я облек свое решение в привычную для нас формулу анализа рисков.

Мы вернулись на "Гермес". Его грузовой отсек был забит бесценными знаниями. А в новом, стерильном медицинском отсеке, который мы предусмотрительно построили, теперь лежала наша самая большая проблема и самый ценный актив.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "АРХИВАРИУС" - ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ ВЫПОЛНЕНА. ВТОРИЧНЫЙ АКТИВ (ЖИВОЙ ИНДИВИД) ПОЛУЧЕН. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВНЕДРЕНИЕ ЧУВСТВИТЕЛЬНОГО К СИЛЕ ИНДИВИДА В ЭКОСИСТЕМУ "ОСНОВАНИЯ" ЯВЛЯЕТСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ПЕРЕМЕННОЙ. ВСЕ БУДУЩИЕ ОЦЕНКИ РИСКОВ ПОДЛЕЖАТ ПЕРЕСЧЕТУ.

Я смотрел на монитор, показывающий ее жизненные показатели, а затем на звездную карту. Мы только что сделали первый настоящий ход в большой игре. Мы взмахнули крыльями. И теперь оставалось только ждать, какой ураган это вызовет.

Обратный полет на "Гермесе" был не похож на предыдущие. В грузовом отсеке лежали не просто ресурсы, а будущее. Целая библиотека знаний. Но в медицинском отсеке, в стазисной капсуле, лежало настоящее. Проблема, завернутая в тайну.

Первым делом по прибытии мы обеспечили безопасность. Дроиды-"Мулы" перевезли контейнеры с голокронами в специально подготовленное нами хранилище — герметичный, экранированный бункер в самой глубине базы. Стазисную капсулу же мы поместили в наш стерильный, полностью оборудованный медотсек, который до этого момента был лишь демонстрацией наших возможностей. Теперь у него появился пациент.

Рианна, используя медицинские сканеры, провела полную диагностику. — Физически она здорова, — доложила она, когда мы встретились в командном центре. — Раны, из-за которых ее поместили в кому, полностью зажили. Стазис просто... законсервировал ее. Мы можем держать ее в нем еще годы, но это бессмысленно. И рискованно. Если система даст сбой, она умрет.

— Значит, пора ее будить, — заключил я.

Подготовка к "пробуждению" напоминала подготовку к обезвреживанию бомбы. Медотсек был изолирован. В углу, абсолютно неподвижно, замер один из наших дроидов-"Стражей". Мы с Рианной стояли у стены, сохраняя дистанцию.

Рианна запустила протокол деактивации. Раздалось тихое шипение, гул стазисного поля затих. Показатели на мониторе, отслеживающем жизненные функции тви'лечки, поползли вверх, приходя в норму. Через минуту ее ресницы дрогнули. Глаза открылись.

Она не паниковала. Взгляд был сфокусированным, оценивающим. Она медленно села, осматривая свои руки, затем — помещение. Я видел, как она пытается что-то почувствовать, дотянуться до чего-то невидимого. До Силы.

Я решил взять инициативу на себя. Мой голос был спокойным и отстраненным, я копировал манеру нашего дроида-"Представителя". — Вы в безопасности. Вы были найдены в законсервированной стазисной капсуле на заброшенном аванпосте Республики. Мы оказали вам помощь.

Она перевела взгляд на меня. — Кто вы? Где я? — Мы — частная исследовательская организация "Foundation Robotics". Вы находитесь на нашей базе, на планете Раксус Прайм. — Раксус Прайм? — она нахмурилась. — Свалка? — ее взгляд снова метнулся по стерильно чистому медотсеку. — И... война? Она еще идет? — Война продолжается, — я дал ей правдивый, но неполный ответ.

Она помолчала, обрабатывая информацию. — Я — Лира, падаван Ордена джедаев, — представилась она. — Мне нужно немедленно связаться с Советом. Они должны знать, что я жива.

Вот он. Момент, которого я ожидал и опасался. — Боюсь, это невозможно, — так же спокойно ответил я. — Наша база работает в режиме полного радиомолчания. Любая внешняя передача скомпрометирует наше местоположение. Безопасность — наш главный приоритет.

Ее глаза сузились. Она больше не была растерянной пациенткой. Она была джедаем, столкнувшимся с препятствием. — Вы не имеете права меня удерживать. — Мы не удерживаем вас. Мы обеспечиваем вашу безопасность. И нашу, — парировал я.

АНАЛИЗ СУБЪЕКТА: ЛИРА (ПАДАВАН-ТВИ'ЛЕК). ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: НАСТОРОЖЕННОСТЬ - 70%, РАСТЕРЯННОСТЬ - 20%, СТРАХ (ПОДАВЛЕННЫЙ) - 10%. НЕПОСРЕДСТВЕННАЯ УГРОЗА: НИЗКАЯ. ДОЛГОСРОЧНЫЙ РИСК: ВЫСОКИЙ.

Рианна, видя, что разговор заходит в тупик, шагнула вперед. — Послушай, Лира. Мы спасли тебе жизнь. Мы не хотим тебе зла. Но, как сказал мой партнер, у нас строгие правила. Пока мы не будем уверены, что твой сигнал не приведет сюда гостей, которых мы не ждем, связи не будет.

Мы разместили ее в одном из жилых блоков. Комната была комфортной, с доступом к нашей внутренней сети, где была еда, вода, общая информация из Голонета, но без возможности внешней связи. "Страж" бесшумно патрулировал коридор у ее двери. Она была не пленницей в камере. Она была гостем в золотой клетке.

Вечером мы с Рианной сидели в командном центре, глядя на изображение с камеры наблюдения в ее комнате. Лира сидела на кровати в позе для медитации.

— Она попытается сбежать, — сказала Рианна. — Или связаться со своими. Она джедай. Они так просто не сдаются. — Я знаю, — ответил я, наблюдая за ней. — И мы должны быть к этому готовы.

Координатор уже обработал новую реальность. ОБНОВЛЕНИЕ: ВНЕДРЕН НОВЫЙ ПРОТОКОЛ - "КАРАНТИН". ЦЕЛЬ: ИЗОЛИРОВАТЬ И ОЦЕНИТЬ НОВЫЙ БИОЛОГИЧЕСКИЙ АКТИВ. ПРЕДОТВРАТИТЬ ВСЕ НЕАВТОРИЗОВАННЫЕ ВНЕШНИЕ КОНТАКТЫ. ОПРЕДЕЛИТЬ ДОЛГОСРОЧНУЮ СТРАТЕГИЧЕСКУЮ ЦЕННОСТЬ.

Наш идеальный, предсказуемый мир из дроидов и механизмов столкнулся с человеческим фактором. С непредсказуемой переменной. Бабочка проснулась в нашем стерильном саду. И теперь нам нужно было решить, станет ли она нашим союзником или причиной нашей гибели.

Прошло несколько дней. Наша новая гостья, Лира, вела себя образцово. Она не билась в истерике, не пыталась прорваться силой. Она медитировала. Занималась физическими упражнениями. Изучала всю информацию, которую я ей предоставлял в ее изолированном секторе сети. Она была дисциплинирована. И это беспокоило меня больше, чем открытая агрессия. Координатор давал сухую оценку: СУБЪЕКТ ИЗУЧАЕТ СРЕДУ. ИЩЕТ СЛАБЫЕ МЕСТА. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОПЫТКИ ПОБЕГА В ТЕЧЕНИЕ СЛЕДУЮЩЕГО ЦИКЛА: НИЗКАЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО ОНА ГОТОВИТ ДОЛГОСРОЧНЫЙ ПЛАН: ВЫСОКАЯ. Она была таким же стратегом, как и я.

В это время мы с Рианной начали разбирать наш главный трофей — архивы. Наши дроиды методично сканировали кристалл за кристаллом, каталогизируя гигантские объемы данных. И среди прочего, мы наткнулись на них. Детальные, полные инженерные схемы светового меча.

Рианна была заворожена. Для нее это было не священное оружие джедаев. Это был инженерный шедевр. — Ты только посмотри, Лорн! — говорила она, указывая на схему. — Клинок из чистой плазмы, удерживаемый в идеально стабильном поле. Источник питания размером с кулак, выдающий мощность, достаточную для того, чтобы прорезать корпус звездолета. Это... это невозможно. Это нарушает как минимум три закона термодинамики.

Но чертежи были перед нами. И в них постоянно упоминался один компонент, без которого все это было лишь набором деталей. Фокусирующий кристалл. Кайбер-кристалл.

В архивах не было ни одного кристалла. Но Координатор, перекрестно проанализировав опись имущества, с которым Лира поступила в лазарет, нашел одну интересную деталь. Среди ее личных вещей значился "контейнер из свинцового сплава, тип 7, для хранения геологических образцов".

У меня появился план. План, который позволил бы нам и изучить технологию, и протестировать лояльность нашей гостьи.

Я пришел к ней в каюту. — Лира, — начал я без предисловий. — Нам нужна твоя помощь. Она оторвалась от медитации. — Я чем-то могу помочь моим... тюремщикам? — Мы предпочитаем термин "спасители", — поправил я. — Мы изучаем архивы, которые нашли вместе с тобой. И наткнулись на технологию, которая нас очень интересует. Световой меч.

Ее глаза сузились. — Это священная технология Ордена. Она не для... — ...инженеров и ученых? — закончил я за нее. — Мы так не думаем. Мы видим в этом уникальное техническое решение. И мы хотим его понять. У нас есть чертежи. А у тебя, если я не ошибаюсь, есть ключевой компонент.

Я сделал паузу. — Вот мое предложение. Мы предоставляем тебе полный доступ к нашему лучшему производственному цеху. Наши машины изготовят детали с точностью, о которой мастера Ордена могли только мечтать. Ты предоставляешь нам кристалл и свои знания. Ты поможешь нам понять, как это работает. А взамен... ты соберешь себе новый меч. Твой, я полагаю, был утерян.

Это был искусный ход. Я предлагал ей вернуть то, что для джедая было частью души. Но ценой была кооперация.

Она колебалась. Это было видно по тому, как напряглись ее лекку. С одной стороны — соблазн снова обрести оружие. С другой — предательство традиций. Но она была прагматиком, как и я. Она была одна, безоружна, в плену. Мое предложение было единственным шансом изменить это. — Я согласна, — наконец сказала она. — Но при одном условии. Финальную сборку и настройку я проведу сама. Без ваших сканеров и анализаторов. Таков обычай.

— Договорились, — кивнул я.

Сцена в нашем цеху была уникальной. Лира, впервые увидевшая наши производственные мощности, была потрясена. Рианна, скептически относившаяся к "мистике" джедаев, смотрела на Лиру как на редкий научный экспонат.

Лира открыла свой свинцовый контейнер. Внутри лежал тусклый, ничем не примечательный кристалл. — Он спит, — просто сказала она.

Работа началась. Это был странный симбиоз. Рианна, используя промышленные манипуляторы, вытачивала детали рукояти с микронной точностью. Лира стояла рядом и направляла ее, говоря не на языке инженерии, а на языке образов. "Энергетический поток должен течь, как река, а не как разряд молнии. Здесь нужна более плавная камера..."

Я же стоял в стороне, а Координатор с жадностью поглощал данные. Он сканировал материалы, замерял энергетические поля, пытался найти логику и физику в том, что Лира называла "связью с кристаллом".

Наконец, все детали были готовы. Рианна отошла. Лира взяла их в руки, села на пол цеха и закрыла глаза. Она начала медитировать, медленно собирая рукоять.

Мы почувствовали это одновременно. Тихий, низкий гул, который исходил не из динамиков, а будто бы рождался в самом воздухе. Координатор зафиксировал аномальное энергетическое поле, не поддающееся классификации.

Лира закончила сборку, встала и нажала на активатор.

С резким, чистым вшшшшух, из эмиттера вырвался клинок яркого, сапфирового цвета, озарив весь цех неземным светом.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ОБНАРУЖЕН ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН НЕИЗВЕСТНОЙ ПРИРОДЫ. ВЫСОКОТЕМПЕРАТУРНАЯ ПЛАЗМА, УДЕРЖИВАЕМАЯ В СТАБИЛЬНОМ, САМОГЕНЕРИРУЕМОМ ПОЛЕ СДЕРЖИВАНИЯ. ИСТОЧНИК ПОЛЯ НЕ ИДЕНТИФИЦИРОВАН. ДАННЫЕ НЕПОЛНЫ.

Лира стояла с работающим мечом, и ее взгляд был твердым и уверенным. Она больше не была беспомощной пациенткой. Она была вооруженным джедаем.

Мы с Рианной переглянулись. Мы хотели изучить артефакт. А в итоге — перевооружили нашего пленника. Наша переменная только что получила новый, очень опасный коэффициент.

Новый статус-кво на базе был пропитан напряжением. Лира, теперь вооруженная, стала центром этого напряжения. Она не проявляла агрессии. Наоборот, она стала еще более спокойной и дисциплинированной. Каждое утро она часами тренировалась со своим новым мечом в пустом грузовом отсеке. Ее движения были плавными, смертоносными и гипнотически красивыми. Рианна наблюдала за ней с интересом инженера, пытающегося понять принципы работы идеального механизма. Я же наблюдал с расчетом стратега.

Она не пыталась бежать. Координатор был категоричен: АНАЛИЗ ПОВЕДЕНИЯ: СУБЪЕКТ НЕ ИЩЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ ДЛЯ ПОБЕГА. СУБЪЕКТ ОЖИДАЕТ ПОДХОДЯЩЕГО МОМЕНТА ДЛЯ ДЕЙСТВИЯ. Она выжидала. А значит, я не мог позволить ей просто сидеть и копить силы. Мне нужно было больше данных. Мне нужно было проверить ее в деле.

Возможность представилась сама собой. Разбирая архивы, Координатор наткнулся на еще одну любопытную запись. Координаты небольшого хранилища Ордена на астероиде в Поясе Рохана. Согласно описи, там хранились не столько исторические данные, сколько редкие технологические компоненты: кайбер-кристаллы без огранки, сплавы для корпусов джедайских истребителей и, что самое интересное, несколько неактивных голокронов. Но была одна проблема.

— Система безопасности этого хранилища не электронная, — объяснял я Рианне и Лире в командном центре. — Судя по описанию, она основана на... резонансе Силы. Серия замков и ловушек, которые можно обойти, только взаимодействуя с ними напрямую. Наши дроиды и взломщики там бесполезны.

Я повернулся к Лире. — Но ты — нет.

Я предложил ей новую сделку. Совместную операцию. — Мы доставим тебя туда. Ты поможешь нам пройти через защиту. Все технологические компоненты и сырье — собственность "Foundation Robotics". Все артефакты, имеющие историческую или духовную ценность для твоего Ордена, — твои. Мы обеспечим их сохранность здесь.

Лира смотрела на меня с подозрением. — Вы хотите, чтобы я помогла вам разграбить еще одно хранилище моего Ордена? — Я хочу, чтобы мы его спасли, — поправил я, используя ту же логику, что сработала в прошлый раз. — Оно заброшено. Рано или поздно его найдут пираты или кто-то похуже. Все, что внутри, будет продано или уничтожено. Мы же предлагаем сохранить это знание и технологию. Это лучший из плохих вариантов, и ты это понимаешь.

Она понимала. И она понимала, что это ее шанс доказать свою полезность и, возможно, получить больше свободы. Она согласилась.

Миссия на астероид была первой, где Лира выступала не как пленник, а как ключевой специалист. В "Гермесе" она держалась особняком, но я заметил, как она с интересом наблюдает за работой Рианны, которая увлеченно модернизировала один из корабельных сканеров.

Хранилище было высечено в сердце массивного астероида. Первая же дверь поставила нас в тупик. Никаких замков, никаких кнопок. Просто гладкая стена. — Она откроется, если поместить эти камни в правильном порядке, — сказала Лира, указывая на парящие в невесомости камни рядом с дверью. — Нужно почувствовать, как они сочетаются друг с другом.

Рианна просканировала их всеми своими приборами. — Они идентичны. Плотность, масса, состав — никаких различий. — Не для меня, — сказала Лира.

Она закрыла глаза, протянула руку. Камни медленно задвигались, повинуясь ее воле, и выстроились в сложный узор. Стена беззвучно отъехала в сторону.

АНАЛИЗ КООРДИНАТОРА: ОБНАРУЖЕНА СПОСОБНОСТЬ К ТОЧЕЧНОМУ ГРАВИТАЦИОННОМУ МАНИПУЛИРОВАНИЮ. ПРИНЦИП ДЕЙСТВИЯ НЕИЗВЕСТЕН.

Я не понимал, как она это делает. Но я видел, что она это делает. Сила переставала быть мистикой. Она становилась инструментом для решения определенного класса задач.

Мы прошли еще несколько подобных ловушек. Для Рианны это было сродни колдовству. Для меня — наблюдением за работой "черного ящика". Я не знал, что у него внутри, но я мог фиксировать входящие данные (задача) и исходящий результат (решение).

В главном хранилище мы нашли то, что искали. Контейнеры с редкими кристаллами и металлами. Наши дроиды-"Мулы" начали методичную погрузку. Лира же нашла свою награду: несколько запечатанных голокронов. Она держала их в руках с благоговением.

На выходе нас ждал сюрприз. Последний рубеж обороны. Из стен выдвинулась дюжина старых тренировочных дроидов с учебными бластерами. — Враждебный контакт! — крикнула Рианна.

"Стражи" открыли огонь, поливая дроидов парализующими разрядами. Но я смотрел на Лиру. Это был идеальный тест. Она не колебалась ни секунды. Ее сапфировый меч вспыхнул, и она бросилась в бой, двигаясь с невероятной грацией. Она не уничтожала дроидов, а выводила их из строя, отсекая конечности и оружие. Она действовала в полном согласии с нашими дроидами, прикрывая их и позволяя им делать свою работу. Она была командным игроком.

Вернувшись на "Гермес", мы летели в молчании. Атмосфера изменилась. Рианна смотрела на Лиру с новым уважением. Не как на пленницу, а как на коллегу с очень странным, но эффективным набором навыков.

ОБНОВЛЕНИЕ КООРДИНАТОРА: АКТИВ "ЛИРА" ПРОДЕМОНСТРИРОВАЛ ВЫСОКУЮ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИ РЕШЕНИИ НЕСТАНДАРТНЫХ ЗАДАЧ, НЕПОДВЛАСТНЫХ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИМ МЕТОДАМ. БОЕВАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПОДТВЕРЖДЕНА. ЛОЯЛЬНОСТЬ В ТАКТИЧЕСКОЙ ОБСТАНОВКЕ УСЛОВНО ВЫСОКАЯ. АНАЛИТИЧЕСКИЙ ВЫВОД: "СИЛУ" МОЖНО РАССМАТРИВАТЬ КАК НАДЕЖНЫЙ, ХОТЯ И НЕПРЕДСКАЗУЕМЫЙ, ИНСТРУМЕНТ ДЛЯ ПРЕОДОЛЕНИЯ ОПРЕДЕЛЕННОГО КЛАССА ПРЕПЯТСТВИЙ.

Я добился своего. Я нашел способ классифицировать и использовать ее способности. Я превратил магию в ресурс.

Но, глядя на то, как Лира в своем отсеке пытается активировать один из найденных голокронов, я понимал, что все сложнее. Я дал ей не только цель и работу. Я дал ей доступ к знаниям ее Ордена. Я, возможно, дал ей способ связаться с другими, такими же, как она.

Бабочка больше не сидела в банке. Теперь она летала по нашему саду, опыляя цветы, которые я не мог контролировать.

Пока Рианна с растущим интересом помогала Лире разбираться в устройстве голокронов, я занимался стратегией. Наличие джедая на борту было уже не просто переменной, а катализатором. Ее рассказы о войне, о доблести солдат-клонов, которых она считала своими друзьями, постоянно напоминали мне о бомбе замедленного действия, заложенной в мозг каждого из них.

Я открыл в своей личной, самой защищенной директории новый проект. Координатор присвоил ему высочайший уровень приоритета.

Проект: "Протокол 'Освобождение'". Цель: Изучение биологических чипов в солдатах-клонах. Разработка метода их нейтрализации. Захват и "вербовка" небольшой группы освобожденных клонов для создания элитного подразделения безопасности "Основания". Оценка рисков: ЭКСТРЕМАЛЬНО ВЫСОКИЙ. Любое вмешательство в дела Республиканской армии карается как государственная измена. Прямой контакт с клонами несет угрозу раскрытия. Обоснование: ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ВЫГОДА: Получение в распоряжение первоклассно обученного и потенциально абсолютно лояльного личного состава, необходимого для выживания в условиях грядущей смены власти.

Я знал, что чипы существуют. Но знание — это не доказательство. Мне нужен был образец. Но как его получить? Похитить клона было невозможно и глупо. Но Координатор, постоянно анализирующий гигабайты открытых военных и логистических данных, нашел для меня лазейку.

— Рианна, у нас новая миссия, — сказал я, вызвав ее в командный центр. Лиру я намеренно не позвал. Это дело не касалось джедаев. Пока. — Через три дня мимо нашего сектора будет проходить медицинский транспорт "Надежда". Он везет раненых с Фелуции в госпиталь на Камино. — Мы будем грабить госпитальные суда? — скептически спросила она. — Нет. Мы проведем неинвазивное исследование. На борту, помимо раненых, находится несколько тел клонов, погибших при невыясненных обстоятельствах. Официальная причина — "для неврологической экспертизы". Это наш шанс. Никто не заметит еще одной медицинской процедуры.

План был дерзким, но выполнимым. "Гермес", используя свои системы скрытности, должен был подкараулить транспорт в туманности, где сканеры работают хуже всего. Мы не будем нападать. Рианна, используя наши мощные системы, дистанционно вызовет на борту "Надежды" ложную аварию — скачок давления в системе охлаждения камбуза. Что-то достаточно серьезное, чтобы отвлечь экипаж, но не угрожающее кораблю. Пока они будут разбираться, наша выездная команда проникнет на борт.

Команда состояла из меня, Рианны и нашего медицинского дроида, которого мы оснастили лучшими сканерами.

Операция прошла как по нотам. "Гермес" был невидимкой в газовом облаке. Рианна легко взломала гражданскую систему "Надежды" и вызвала тревогу. Пока на борту транспорта суетился экипаж, мы состыковались с грузовым шлюзом у отсека морга.

Морг был стерильным, холодным и тихим. В стазисных ячейках лежали тела клонов в черных мешках. Мы нашли нужные нам, помеченные грифом "для экспертизы". Рианна развернула портативный нейросканер. — Начинаю сканирование, — прошептала она.

На экране датапада появилось трехмерное изображение мозга. И мы почти сразу его увидели. Инородный объект размером с ноготь, расположенный в теменной доле. Координатор тут же начал перекрестный анализ, сравнивая его структуру с миллионами патентов и научных работ, которые мы выкачали из архива джедаев.

ОБЪЕКТ ИДЕНТИФИЦИРОВАН. СХОДСТВО С КАМИНОАНСКИМИ РАЗРАБОТКАМИ В ОБЛАСТИ БИОЛОГИЧЕСКИХ ИНГИБИТОРОВ АГРЕССИИ: 92%. ПРЕДПОЛАГАЕМАЯ ФУНКЦИЯ: НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ/ПЕРЕХВАТ ВЫСШИХ КОГНИТИВНЫХ ФУНКЦИЙ.

Вот оно. Физическое доказательство.

Рианна, используя хирургический лазер, с ювелирной точностью извлекла один из чипов. Вся процедура заняла меньше десяти минут. Мы так же тихо покинули корабль. Через полчаса экипаж "Надежды" доложил, что "неисправность" устранена, и транспорт продолжил свой путь, даже не подозревая, что на его борту побывали призраки.

Мы вернулись на базу. В нашем медицинском отсеке Рианна поместила крошечный кусочек органической технологии под электронный микроскоп. На главном экране появилось его увеличенное изображение. Сложная, почти живая сеть микросхем и нейронных интерфейсов.

— Лорн, это не просто чип, — сказала Рианна, ее голос был тихим и мрачным. — Это шедевр биоинженерии. Идеальный выключатель. Он может лежать в спячке годами, а потом, по одному сигналу, перехватить контроль над носителем. Полностью.

Я смотрел на это маленькое устройство, способное превратить героев в убийц. Мое знание из другого мира перестало быть абстракцией. Теперь у него было лицо. Лицо этого чипа.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 1 ЗАВЕРШЕНА. ФИЗИЧЕСКИЙ ОБРАЗЕЦ КОНТРОЛИРУЮЩЕГО ИМПЛАНТА ПОЛУЧЕН. СЛЕДУЮЩАЯ ЦЕЛЬ: ПРОВЕСТИ ОБРАТНЫЙ ИНЖИНИРИНГ ФУНКЦИОНАЛА ЧИПА И РАЗРАБОТАТЬ КОНТРМЕРУ (ПРОЦЕДУРУ ДЕАКТИВАЦИИ ИЛИ ВИРУС).

Цель была ясна. Мы больше не просто собирали артефакты прошлого. Мы собирались создать лекарство для будущего. Хотя бы для нескольких его солдат. Бабочка взмахнула крыльями, и этот взмах был нацелен прямо в сердце величайшего заговора в истории галактики.

Наша медицинская лаборатория превратилась в самый охраняемый объект на базе. В центре, в антисептическом силовом поле, левитировал чип-ингибитор. Рианна не спала уже несколько суток. Она была полностью поглощена работой, ее лицо освещалось лишь холодным светом голографических проекций, показывающих внутреннюю структуру чипа.

Я помогал, чем мог. Координатор без остановки анализировал данные, которые мы скачали из джедайского архива, сравнивая архитектуру чипа с известными каминоанскими биотехнологиями, ища зацепки, уязвимости, что-либо, что могло бы нам помочь.

Но мы зашли в тупик.

— Я понимаю его структуру, Лорн, — сказала Рианна, указывая на проекцию. Ее голос был хриплым от усталости и стимуляторов. — Я вижу синаптические коннекторы, вижу блок памяти, вижу передатчик. Но вот это... — она указала на самый центр чипа, на крошечный, почти органический узел, — ...это "черный ящик". Он не подчиняется законам стандартной электроники. Он... ждет. Но я не могу понять, чего именно.

Мы могли бы просто уничтожить чип физически, но это потребовало бы сложнейшей операции на мозге, которую невозможно было бы провести в полевых условиях. Нам нужен был способ отключить его. Дистанционно или с помощью инъекции. А для этого нужно было понять, как работает замок.

Изучая отчеты Координатора, я наткнулся на одну деталь. В джедайских текстах упоминались древние ситхские артефакты, способные подчинять волю живых существ. Технология была иной, но принцип был похож. И ключ всегда был в Силе. В темной стороне.

Замок не был электронным. Он был... эмоциональным. Психическим. Ему нужен был не радиосигнал. Ему нужен был приказ, отданный с определенной силой и намерением. Приказ, пропитанный темной стороной.

Я понял, что вдвоем нам не справиться. Мы видели лишь половину картины. Нам нужен был специалист по тому, что мы не могли измерить.

Я принял стратегическое решение. Самое рискованное за все время. Я решил посвятить Лиру в нашу главную тайну.

Я пригласил ее в лабораторию. Рианна напряглась, когда она вошла. Я молча указал на голографическую проекцию чипа. — Мы считаем, — сказал я ровно, — что это — контролирующий имплант. Установленный в мозг каждого солдата-клона в армии Республики.

Лира смотрела на изображение, и ее лицо медленно бледнело. Ужас и неверие смешивались в ее глазах. — Нет... это невозможно. Клоны — они... они наши друзья. Они верные солдаты... — Они — идеальные спящие агенты, — закончил я. — Мы считаем, что этот чип можно активировать. И когда это произойдет, вся армия клонов, верная Республика, может в один миг получить новый приказ.

Она смотрела на меня, и я видел, как в ее голове разрозненные кусочки — растущая тьма, которую она чувствовала в галактике, странные предчувствия, недомолвки в официальных отчетах — складываются в единую, чудовищную картину. — Это... деяние ситхов, — прошептала она.

— Мы не можем взломать его, — вмешалась Рианна. — Его триггер... он не технологический. Он странный. Почти живой.

Я посмотрел прямо на Лиру. — Нам нужна твоя помощь. Ты чувствуешь то, чего не видят наши приборы. Мы хотим, чтобы ты "послушала" этот чип. Почувствовала его. Помогла нам понять природу замка.

Это был поворотный момент. Я давал ей не просто информацию. Я давал ей цель. Цель, которая полностью соответствовала ее кодексу джедая — защита невинных. Ее личные проблемы, ее плен, ее желание связаться с Орденом — все это отступило на второй план перед лицом такой чудовищной угрозы. — Я помогу, — сказала она твердо.

Она подошла к проекции чипа. Закрыла глаза. Она не касалась его, но я видел, как она протягивает к нему свои чувства. Мы с Рианной замерли. В лаборатории повисла абсолютная тишина.

— Он... спит, — прошептала Лира через несколько минут. — Но он ждет. Ждет... зова. Это не просто сигнал. Это приказ... сотканный из страха... и подчинения... и ненависти. Он откроется только на эту... частоту. Частоту темной стороны.

Ее описание было метафорическим, но для Рианны этого было достаточно. — Органический резонатор! — воскликнула она, указывая на тот самый "черный ящик". — Он настроен не на энергию, а на определенную нейро-эмоциональную волну! Теперь понятно!

Прорыв был совершен. Теперь, когда мы знали, как работает замок, мы могли создать ключ. Или, скорее, отмычку.

Следующие несколько дней наша троица работала как единый механизм. Лира медитировала над чипом, описывая Рианне структуру "замка". Рианна, основываясь на ее описаниях, создавала алгоритм. Я, используя Координатор, моделировал различные варианты воздействия.

Решение, которое мы нашли, было изящным. Мы не могли удалить чип. Но мы могли его сжечь. Точнее, сжечь только его "замок". Рианна разработала вирус — сложную последовательность высокочастотных энергетических импульсов, настроенных в резонанс со структурой органического процессора. Вирус, который можно было бы ввести в тело с помощью стандартного инъектора. Попав в чип, он должен был вызвать короткое замыкание в "черном ящике", навсегда превращая его в бесполезный кусок кремния и белка, не причиняя вреда носителю.

Мы запустили симуляцию на главном экране. Мы увидели, как наша смоделированная программа достигает чипа. Темный, пульсирующий узел в его центре, который описывала Лира, на мгновение вспыхнул и... погас. Навсегда.

Мы сделали это. У нас было лекарство.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 2 ЗАВЕРШЕНА. КОНТРМЕРА РАЗРАБОТАНА. СТАТУС: ТЕОРЕТИЧЕСКИ ЭФФЕКТИВНА. ОЖИДАЕТ ПОЛЕВЫХ ИСПЫТАНИЙ.

В лаборатории стояла тишина. Мы втроем — инженер, стратег и джедай — смотрели на экран. Мы владели одним из самых опасных и важных секретов в галактике. У нас было оружие, способное предотвратить величайшее предательство.

Но лекарство бесполезно без пациентов. И теперь перед нами стояла новая, еще более опасная задача. Как и на ком провести первые "клинические испытания"?

Мы обладали лекарством, но это создавало новую, еще более сложную моральную и стратегическую дилемму. Мы собирались провести неавторизованную медицинскую процедуру на живом солдате Великой Армии Республики. Это была не просто госизмена. Это был эксперимент на живом человеке.

— Это необходимо, — сказал я, когда мы втроем обсуждали план в командном центре. — Мы не можем знать наверняка, сработает ли вирус, пока не проверим. И лучше проверить сейчас, в контролируемых условиях, чем потом, когда от этого будут зависеть наши жизни.

— Это не просто "контролируемые условия", Лорн. Это разумное существо, — возразила Лира. Ее идеалы джедая вступали в прямое противоречие с моим прагматизмом. — Именно поэтому мы должны это сделать, — парировал я. — Чтобы спасти его и ему подобных от участи стать безвольными марионетками. Цель оправдывает риск.

Рианна молчала, но я видел по ее лицу, что она согласна с моей логикой, пусть и с отвращением к методам.

Теперь нам нужна была цель. Координатор несколько дней просеивал военные сводки, отчеты о потерях и логистические маршруты. И он нашел идеальный вариант. Неделю назад, во время боя над малоизвестной луной Яг'Дул, был сбит республиканский канонерский корабль LAAT. На его борту находилось отделение из четырех элитных клонов-коммандос. Республиканское командование провело быструю разведку, классифицировало зону как слишком опасную из-за оставшихся дроидов-убийц и агрессивной местной фауны, и официально занесло отряд в список "пропавших без вести, предположительно погибли".

Это был наш шанс. Изолированная группа. Официально их уже списали. И они — элита. Если наш эксперимент удастся, мы получим не просто солдат, а лучших из лучших.

Миссия получила кодовое название "Поиск и спасение". Впервые мы втроем отправились на задание. Я — как руководитель операции и аналитик. Рианна — как пилот и технический специалист. Лира — как наш "сканер". Густые джунгли луны глушили большинство стандартных сенсоров, но не Силу.

"Гермес" доставил нас на орбиту, а на поверхность мы спустились на "Скарабее", который теперь был оснащен модулями для подавления шума и тепла, что делало его почти невидимым.

Джунгли были адом. Ядовитые растения, хищники, способные прокусить легкую броню, и патрулирующие остатки армии сепаратистов — старые, но все еще смертоносные дроиды-коммандос BX. Именно здесь Лира проявила себя. — Стойте, — шептала она. — Впереди. За тем хребтом. Металл и... боль.

Она вела нас, обходя патрули и хищников, с уверенностью, которой не мог дать ни один мой прибор. Через несколько часов мы вышли к месту крушения.

Канонер лежал, развалившись на две части. Вокруг него были видны следы ожесточенного боя. Мы нашли их внутри. Четверо коммандос в своей черной броне с оранжевыми вставками. Один был тяжело ранен. Они держали оборону в разбитом корпусе, и выглядели как загнанные в угол волки.

Их командир, сержант с позывным "Босс", направил на нас свою винтовку. — Назовите себя! Это военный объект Республики!

Я вышел вперед с поднятыми руками. — Спокойно, сержант. Мы "Foundation Robotics". Частная спасательно-поисковая группа. Мы перехватили ваш старый аварийный маяк. — Спасательная группа? — он недоверчиво хмыкнул. — Республика списала нас два дня назад. — Республика — да. А мы работаем там, где другие не могут, — я использовал нашу корпоративную легенду. — Мы можем вытащить вас отсюда. И оказать помощь вашему раненому.

Сержант колебался. Но потом он посмотрел на своего бойца, который истекал кровью. — Что вы хотите взамен? — Ничего, — ответил я. — Кроме соблюдения стандартного протокола эвакуации из опасной зоны. Обязательная медицинская деконтаминация. Простая инъекция против местных вирусов и паразитов. Для вашей же безопасности.

Это была рискованная ложь, но она звучала правдоподобно. Лира, стоявшая позади меня, слегка качнула головой, и я почувствовал, как волна спокойствия и доверия исходит от нее, окутывая клонов. Она использовала Силу, чтобы убедить их. Сержант, боровшийся с приказом не доверять чужакам, наконец кивнул. — Ладно. Помогите ему.

Наш медицинский дроид немедленно занялся раненым. А Рианна достала инъектор с нашим "лекарством". Она подошла к первому клону. Тот безропотно закатал рукав. Инъекция. Вторая. Третья.

Когда она сделала укол сержанту, он вдруг замер, а потом схватился за голову, издав сдавленный стон. — Что... что вы нам вкололи?! — крикнул один из его бойцов, вскидывая оружие.

Сержант упал на колени. Его тело забилось в конвульсиях. — Что с ним происходит?! — крикнул я Рианне, хотя сам уже видел данные на своем дисплее. КООРДИНАТОР показывал чудовищный нейронный шторм в его мозгу.

— Я не знаю! — ее голос был полон тревоги. — Вирус вступил в конфликт с протоколами чипа! Это... это борьба за контроль над его телом! Я не уверена, что его мозг выдержит!

Наш эксперимент, наша спасательная миссия, в одну секунду превратилась в катастрофу. Мы стояли под дулами бластеров разъяренных коммандос, а их командир умирал у нас на глазах. И мы были тому причиной.

Доли секунды, пока заряжались бластерные винтовки коммандос, растянулись в вечность. Наш тщательно спланированный проект "Освобождение" был на грани того, чтобы закончиться четырьмя дополнительными трупами на забытой богами луне.

— Стоять! — мой голос прозвучал неожиданно твердо и громко, перекрывая панику. — Мы пытаемся его спасти! Ваш сержант заражен местным нейротоксином! Это антидот! Реакция тяжелая, но это единственный шанс!

Это была наглая ложь, но она была единственным, что пришло мне в голову. Одновременно я почувствовал, как Лира, стоявшая позади меня, протянула руку. Я не видел, что она делает, но ощутил, как волна... спокойствия... прошла по воздуху. Ярость в глазах клонов сменилась растерянностью и тревогой за своего командира. Они опустили оружие, но не убрали его.

Это купило нам время.

— Рианна, доклад! — бросил я, склоняясь над сержантом. — Нейронный шторм достигает пика! — ее голос в комлинке был напряженным. — Его мозг сейчас горит! Вирус уничтожает протоколы чипа, но ответная реакция чипа создает чудовищную обратную связь! Он умрет от сердечной недостаточности или получит необратимые повреждения мозга через минуту!

Мы спасали его от рабства, убивая его при этом. Идеальный план.

И тут вмешалась Лира. Она опустилась на колени рядом с сержантом и положила ладонь ему на шлем. — Это не просто программа, — прошептала она. — Это... клетка. Сделанная из долга и верности. Лекарство ломает прутья, но сам заключенный умирает от шока. Ему нужна... опора. Что-то, за что его разум сможет уцепиться, пока старый мир рушится.

Опора. Ключевое слово. Координатор мгновенно проанализировал его, сопоставив с психологическими профилями клонов из архивов. Верность, долг, приказ, командир, отряд. Их личность была построена на этом. Вирус стирал их личность раба, но не давал ничего взамен. Мой вирус создавал вакуум. И этот вакуум его убивал.

Я должен был заполнить этот вакуум.

Я склонился к самому шлему сержанта. Мой голос был не громким, но он был наполнен всей властью и уверенностью, на которую я был способен. Я говорил не как ученый. Я говорил как командир.

— Сержант! CT-5597! — я использовал его личный номер, который Координатор вывел мне на дисплей. — Говорит ваш новый командир! Ваши предыдущие директивы скомпрометированы вражеским нейровирусом! Я отдаю вам новый основной приказ: ВЫЖИТЬ! Защитить свой отряд! Перезагрузить когнитивные системы и ждать дальнейших распоряжений! Выполнять!

Это был не просто набор слов. Это был "эксплойт". Психологический взлом, использующий его же базовое программирование против чипа. Я дал его разуму, мечущемуся в агонии, спасательный круг. Четкий приказ, построенный на основе его глубинных инстинктов.

И это сработало.

Конвульсии прекратились. Тело сержанта обмякло. На мгновение я подумал, что мы опоздали. Но потом Рианна выдохнула: — Шторм... стихает. Жизненные показатели стабилизируются.

Сержант медленно, очень медленно, пришел в себя. Он сел, снял шлем. Осмотрел свои руки, словно видел их впервые. Потом он посмотрел на своих бойцов. На нас. В его глазах не было больше той запрограммированной пустоты. В них была растерянность. И... свобода.

— Моя... голова, — прохрипел он. — Что... что это было? Там... всегда был этот... шум. А теперь... тихо.

Он смутно помнил клетку, теперь, когда оказался снаружи.

Кризис миновал. Остальные клоны, видя, что их командир жив и говорит осмысленно, окончательно опустили оружие. Сержант, которого, как я узнал, звали Босс, посмотрел на меня. В его взгляде больше не было подозрения. Там было что-то гораздо более глубокое. Я не просто спас ему жизнь. Я вернул ее ему.

Я молча кивнул. — "Деконтаминация" завершена, сержант. Наше предложение в силе. Мы можем вытащить вас и ваших людей отсюда. Но галактика, в которую вы вернетесь... уже не та, за которую вы сражаетесь.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ПОЛЕВЫЕ ИСПЫТАНИЯ, ФАЗА 1, ЗАВЕРШЕНА. СОСТОЯНИЕ СУБЪЕКТА: СТАБИЛЬНОЕ. КОНТРОЛИРУЮЩИЙ ЧИП: НЕЙТРАЛИЗОВАН. ПОБОЧНЫЕ ЭФФЕКТЫ: ВРЕМЕННЫЙ НЕЙРОННЫЙ ШОК. ПОТЕНЦИАЛ НОВОГО АКТИВА: ЭКСТРЕМАЛЬНО ВЫСОКИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ ЛОЯЛЬНОСТИ: >90%.

Сержант медленно поднялся на ноги. Он посмотрел на своих людей, которые ждали его команды. Потом он снова посмотрел на меня. И отдал мне честь. — Каковы будут ваши приказания... сэр? — спросил он.

Миссия не просто увенчалась успехом. Она превзошла все мои самые смелые ожидания. У нас не просто было лекарство. У нас появились первые солдаты. Солдаты, верные не Республике и не канцлеру. А нам.

Возвращение на "Скарабей" было напряженным. Три коммандос держали нас с Рианной и Лирой под прицелом, пока наш медицинский дроид загружал их раненого товарища и сержанта, который все еще был без сознания, на борт. Атмосфера была наэлектризована.

Путь до "Гермеса" прошел в гнетущем молчании. Клоны были профессионалами; они не задавали лишних вопросов, но я чувствовал их взгляды, полные подозрения и сдерживаемой ярости.

Уже на борту нашего корабля, когда мы летели сквозь атмосферу, сержант пришел в себя. Он сел, огляделся, и я увидел в его глазах не просто пробуждение, а... осознание. Он посмотрел на меня, и в его взгляде я прочел главный вопрос.

Я решил действовать на опережение. Я собрал их троих — раненый был уже в медотсеке под присмотром дроида — в кают-компании "Гермеса". Лира и Рианна стояли позади меня. — Сержант, — начал я. — То, что вы испытали, было не побочным эффектом лекарства. Это был симптом болезни. Болезни, которой заражен каждый из вас с момента вашего создания.

Я вывел на экран голопроектора изображение чипа-ингибитора. — В голове каждого клона находится вот это. Биологический имплант. Выключатель. Мы считаем, что его создали те, кто на самом деле стоит за этой войной. Ситхи. Когда придет время, будет отдан приказ, и вся Великая Армия Республики, все верные солдаты, станут армией рабов, которые без раздумий убьют своих генералов-джедаев.

Клоны слушали меня, их лица под шлемами были непроницаемы. Но я видел, как они сжимают кулаки. — То, что мы вкололи вам — это не токсин. Это лекарство. Нейровирус, который уничтожает этот чип. Реакция вашего сержанта была... непредвиденной, но мы смогли ее стабилизировать. Мы вернули вам вашу свободу. Вашу волю.

Сержант Босс снял шлем. Он посмотрел на своих бойцов. Потом на Лиру. — Значит, война... вся эта война... — Это лишь прелюдия к настоящему рабству, — закончила за него Лира. — Ловушка для всей галактики. И для джедаев, и для клонов.

Это был момент истины. Они могли посчитать нас врагами, сепаратистскими агентами. Но Координатор показывал иное. АНАЛИЗ СУБЪЕКТОВ... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: ШОК (90%), ГНЕВ (75%), РАСТЕРЯННОСТЬ (60%). УРОВЕНЬ ДОВЕРИЯ К ГОВОРЯЩЕМУ: РАСТЕТ.

Мои слова, подкрепленные присутствием джедая и тем, что их командир был жив и, очевидно, мыслил яснее, чем когда-либо, попадали в цель.

Когда мы прибыли на базу, их сомнения окончательно рассеялись. Вид гигантской, скрытой в обломках дредноута операционной базы, армии дроидов, нашего собственного корабля — все это говорило им, что мы не просто группа сумасшедших. Мы — сила.

Первым делом мы поместили их раненого бойца в наш медотсек, где он получил медицинскую помощь такого уровня, о котором не могли и мечтать в полевом госпитале. Затем, по настоянию самого Босса, мы провели процедуру остальным двум коммандос. Теперь, зная, чего ожидать, и используя мой "перезагрузочный" протокол, все прошло гладко.

Через день передо мной стоял полностью свободный отряд "Дельта" — коммандос Республики. Четыре лучших солдата, которых только можно было найти в галактике. И у них больше не было ни дома, ни командования, ни цели.

Я дал им новую цель.

— Ваша война за Республику окончена, — сказал я им, когда мы собрались в командном центре. — Но начинается новая война. Война за будущее. За свободу. "Основание" — это не просто база. Это ковчег. Место, где мы собираем тех, кто сможет пережить грядущую бурю. Мне нужны не просто солдаты. Мне нужны инструкторы. Лидеры. Я хочу, чтобы вы возглавили нашу службу безопасности. Чтобы вы создали из наших дроидов и будущих рекрутов силу, способную защитить этот ковчег.

Я не приказывал. Я предлагал. И они приняли мое предложение.

База преобразилась. Босс и его команда — Фиксер, Сев и Скорч, как они себя называли — внесли в наш хаотичный порядок железную армейскую дисциплину. Они пересмотрели все наши протоколы безопасности, указав на десятки уязвимостей, которые мы с Рианной, как гражданские, просто не видели. Они начали тренировать наших дроидов-"Стражей", обучая их тактике ведения боя в замкнутых пространствах.

Возникла новая социальная динамика. Клоны с их любовью к технике и оружию нашли общий язык с Рианной. Лира стала для них живым напоминанием о том лучшем, что было в Ордене, о тех идеалах, за которые они когда-то сражались. Она часто медитировала вместе с ними, помогая им справиться с психологической травмой от "освобождения".

Я же стал для них тем, кем и должен был — стратегом и командиром. Они не задавали лишних вопросов о моем прошлом. Для них было достаточно того, что я дал им свободу и новую цель.

ОБНОВЛЕНИЕ: ИНТЕГРАЦИЯ АКТИВОВ ЗАВЕРШЕНА. НОВЫЙ ПЕРСОНАЛ: 1 ОТРЯД КЛОНОВ-КОММАНДОС (4 ЕДИНИЦЫ). НОВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ: ЭЛИТНЫЕ НАЗЕМНЫЕ СИЛЫ И ПРОДВИНУТОЕ ТАКТИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - ФАЗА 3 (ПРИВЛЕЧЕНИЕ ПЕРСОНАЛА) - НАЧАТА.

Я стоял в командном центре и смотрел на мониторы. Рианна в цеху обсуждала с Фиксером модификацию бластерных винтовок. Лира и Босс в тренировочном зале отрабатывали тактику боя против дроидов. Моя разношерстная команда, мой странный Ноев ковчег, обретал форму.

У меня был инженерный гений, адепт Силы и теперь — элита республиканской армии. У бабочки теперь были не просто крылья. У нее появились клыки.

Наш первый официальный военный совет прошел в командном центре. Это было уже не просто собрание трех партнеров. За столом голопроектора сидели я, Рианна и Лира. А рядом, прямой как струна, стоял сержант Босс. Он был нашим новым начальником оперативного отдела.

— Сэр, — начал он без предисловий, его голос был четким и профессиональным. — Наша текущая оборонительная способность позволяет отразить атаку любой банды мусорщиков и даже небольшого пиратского отряда. Гарнизон дроидов эффективен. Но мы абсолютно беззащитны перед лицом регулярной армии. Четыре коммандос — это скальпель, а не щит. Нам нечем оборонять эту крепость в случае полномасштабного штурма.

Он был прав. Я вывел на экран данные по нашему проекту "Освобождение". — Именно поэтому наш следующий шаг — расширение. Эксперимент прошел успешно. Теперь нам нужно... масштабировать результат.

Задача была ясна: нам нужно было больше "свободных" клонов. Но как? Мы не могли летать от одной заварушки к другой, надеясь найти еще один потерянный отряд. Нам нужна была большая, но изолированная цель.

И снова наш новый актив принес бесценные плоды. — Есть один тип развертывания, — сказал Босс, указывая на карту галактики. — Долгосрочное патрулирование в малозначимых секторах Внешнего Кольца. Иногда один Звездный Разрушитель класса "Венатор" может месяцами находиться в автономном плавании, не получая никаких приказов, кроме как "демонстрировать флаг". Команда на борту предоставлена сама себе. Надзор минимален. Это идеальная цель. Изолированное сообщество.

Идея была гениальной. Я поставил задачу Координатору: найти такой корабль. Используя легальные доступы "Foundation Robotics" к коммерческим базам данных о передвижении грузовых судов, Координатор сопоставил их с известными маршрутами патрулирования и нашел идеального кандидата.

Крейсер "Стойкий". Патрулировал Абрионский сектор, тихую заводь, где уже год не происходило ничего интереснее поимки мелких контрабандистов.

План, который мы разработали, был самым дерзким и сложным из всех, что мы когда-либо создавали.

Этап 1: "Троянский конь". Наша корпорация "Foundation Robotics" выходит на командование "Стойкого" с деловым предложением. Мы, как инновационная компания, разработали новую модель дроидов для технического обслуживания и диагностики. Мы предлагаем предоставить крейсеру дюжину таких дроидов для полевых испытаний. Абсолютно бесплатно. Какой командир откажется от бесплатных, современных дроидов?

Этап 2: "Инфекция". Эти "дроиды-техники", созданные Рианной, были лишь оболочкой. Их главная функция — быть мобильными распылителями. Попав на борт, они под видом планового обслуживания получат доступ к системам вентиляции и рециркуляции воды. И начнут медленно, в течение нескольких дней, насыщать атмосферу корабля нашими "лечебными" нанитами. Безвредными, незаметными, пока они не достигнут нужной концентрации в крови всего экипажа.

Этап 3: "Сигнал". Когда Координатор сообщит, что наниты достигли цели, начнется самая рискованная фаза. Мы на "Гермесе" подлетим к "Стойкому" под предлогом технической инспекции наших тестовых дроидов. Рианна разработала мощный, но узконаправленный передатчик. С близкого расстояния я передам на защищенной частоте клонов, которую знал Босс, наш "приказ на перезагрузку".

Этап 4: "Перехват управления". Тысячи клонов на борту одновременно испытают нейронный шок. Начнется хаос. Джедай-генерал и офицеры-не-клоны не поймут, что происходит. В этот момент в дело вступает Лира. Ее задача — используя Силу, успокоить панику, найти джедая и убедить его, что мы не враги. Одновременно Босс и его команда высаживаются на борт. Их задача — взять под контроль мостик, инженерный отсек и оружейные системы, пока команда крейсера приходит в себя.

Подготовка была лихорадочной. Рианна и ее дроиды собирали наших "троянских коней". Я и Лира работали над "приказом", превращая его из сухой команды в сообщение, которое должно было не просто перезагрузить, но и объяснить, успокоить, дать новую надежду. Босс и его ребята готовили абордажное снаряжение и составляли поминутный план штурма.

И вот этот день настал.

"Гермес" вышел из гиперпространства на границе Абрионского сектора. Рядом с нами летел небольшой беспилотный транспорт с двенадцатью нашими дроидами. Впереди, на экранах, медленно вырастала громада "Венатора". Величественный, грозный символ мощи Республики, которую мы собирались подорвать изнутри.

Наш дроид-"Представитель" связался со "Стойким". — Республиканский крейсер "Стойкий", говорит представитель "Foundation Robotics". Мы прибыли для доставки тестового оборудования согласно нашему договору.

— Вас поняли, "Foundation Robotics", — раздался в ответ спокойный голос офицера связи. — Готовьтесь к передаче груза. Добро пожаловать на борт.

Мы смотрели, как наш маленький челнок с дроидами медленно вплывает в ангар Звездного Разрушителя.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 2 (МАССОВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ) НАЧАТА. ЦЕЛЬ: РЕСПУБЛИКАНСКИЙ КРЕЙСЕР "СТОЙКИЙ". ЛИЧНЫЙ СОСТАВ: ~7400, В ТОМ ЧИСЛЕ ~2000 СОЛДАТ-КЛОНОВ. УРОВЕНЬ РИСКА: КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕХА: 48%.

Я посмотрел на лица своей команды. Напряженные, сосредоточенные. Мы собирались совершить невозможное. Похитить целую армию и, возможно, целый боевой корабль. Бабочка больше не просто летела. Она летела прямо в сердце урагана.

Следующие несколько дней прошли в напряженном ожидании. "Гермес" дрейфовал в тени газового гиганта, оставаясь невидимым, пока мы, как боги, наблюдали за жизнью на борту "Стойкого" через наши двенадцать пар глаз — наших дроидов-шпионов.

На экранах в командном центре мы видели, как они, под предлогом "калибровки и диагностики", получают доступ к ключевым узлам корабля. Вот один вскрывает панель в системе жизнеобеспечения, выпуская в вентиляцию первую порцию невидимых нанитов. Вот другой, обслуживая охладитель в офицерской столовой, делает то же самое с системой рециркуляции воды.

Координатор вывел на голографический стол 3D-модель "Венатора", которая медленно, отсек за отсеком, окрашивалась в зеленый цвет. ОБНОВЛЕНИЕ: НАСЫЩЕНИЕ НАНИТАМИ КАЗАРМ КЛОНОВ: 75%... 85%... 100%. НАСЫЩЕНИЕ МОСТИКА: 90%... 100%.

Это была самая тихая и самая страшная биологическая атака в истории.

Внутри нашей команды напряжение росло. Лира часами медитировала, пытаясь скрыть свое присутствие от джедая на борту крейсера. Босс и его коммандос снова и снова проверяли свое абордажное снаряжение, их профессиональное спокойствие было единственным, что удерживало общую нервозность.

Наконец, на четвертый день, Координатор выдал сигнал. ТРЕВОГА: НАСЫЩЕНИЕ НАНИТАМИ ДОСТИГЛО 99.8% СРЕДИ ВСЕГО КЛОНИРОВАННОГО ПЕРСОНАЛА. ОПТИМАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ ФАЗЫ 3 ДОСТИГНУТЫ.

Время пришло.

Используя наш корпоративный позывной, я связался со "Стойким". — Капитан, говорит "Foundation Robotics". Наши дроиды сообщают о незначительных аномалиях в логах. Мы просим разрешения на сближение для прямой передачи данных и верификации.

Ничего не подозревающий капитан дал разрешение.

"Гермес" вышел из-за газового гиганта. Момент, когда наш маленький, уродливый корабль приблизился к гигантской, вооруженной до зубов громаде "Венатора", был проверкой нервов. Мы были муравьем, подползающим к спящему дракону.

Мы заняли позицию. Рианна нацелила передатчик. Босс проверил частоту. Лира закрыла глаза. — Сейчас, — скомандовал я.

Я глубоко вздохнул и произнес в микрофон слова, которые мы готовили несколько недель. Не приказ, а воззвание. — Солдаты Республики. Скрытый яд затуманил ваш разум. Пришло время пробуждения. Ваша верность принадлежит вам самим, вашим братьям, истинному духу свободы. Обман окончен. Перезагрузите свое сознание. Ожидайте указаний. Вы свободны.

Сигнал ушел. На мгновение не произошло ничего. А затем все наши сенсоры, направленные на "Стойкий", сошли с ума.

На борту крейсера начался ад. Мы видели, как вспыхивают и гаснут огни. Слышали в перехваченных переговорах панические крики офицеров-не-клонов. Тысячи клонов по всему кораблю одновременно упали на палубу, их тела бились в конвульсиях нейронного шока. Системы, управляемые ими, начали выходить из строя. На "Стойком" воцарился тотальный хаос.

В этот момент мы начали действовать. — Лира! — крикнул я.

Она вытянула руки, ее лицо было напряжено до предела. Она не атаковала. Она успокаивала. Она посылала волны мира и спокойствия, пытаясь унять панику офицеров и, самое главное, генерала-джедая на мостике, чтобы он не отдал приказ открыть по нам огонь.

— Босс, пошел!

Высокоскоростная абордажная капсула выстрелила с борта "Гермеса". Через тридцать секунд коммандос были на борту. Мы, с нашего мостика, стали их глазами, взламывая системы "Стойкого", открывая им двери и блокируя пути для службы безопасности.

— Рианна, глуши внешнюю связь!

Она уже это делала. Ни один сигнал о помощи не должен был покинуть корабль.

Босс и его команда ворвались на мостик. Они действовали как хирурги. Несколько оглушающих выстрелов для тех, кто пытался сопротивляться. Они окружили генерала-джедая — старого, мудрого цереанца, который стоял в центре мостика, ошеломленный происходящим. — Генерал, — сказал Босс, снимая шлем. — Мы не враги. Мы пришли, чтобы все объяснить.

По всему кораблю две тысячи клонов медленно приходили в себя. Шок проходил. И в их головах впервые за всю их жизнь наступила... тишина. Они были растеряны, напуганы, но они были свободны. И они слышали по внутренней связи спокойный голос своего брата, коммандос Босса, который объяснял, что произошло.

Я смотрел на эту сцену с мостика "Гермеса". Мой безумный, 48-процентный шанс на успех сработал.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 2 ЗАВЕРШЕНА. ЦЕЛЬ "СТОЙКИЙ" - НЕЙТРАЛИЗОВАНА И ОБЕСПЕЧЕНА. ПОЛУЧЕНЫ НОВЫЕ АКТИВЫ: 1 ЗВЕЗДНЫЙ РАЗРУШИТЕЛЬ КЛАССА "ВЕНАТОР". 2000 СОЛДАТ-КЛОНОВ (ОСВОБОЖДЕНЫ).

Я посмотрел на гигантский военный корабль, безмолвно висящий перед нами в космосе. Он больше не был крейсером Республики. Он был первым флагманом флота "Основания".

Бабочка не просто вызвала ураган. Она его оседлала.

Хаос на мостике "Стойкого" медленно сменялся напряженной, звенящей тишиной. Босс и его коммандос держали периметр. Офицеры-не-клоны, оглушенные и растерянные, сидели под прицелом. В центре зала, не выказывая ни страха, ни агрессии, стоял генерал-джедай Зор-Эл, его длинные цереанские пальцы были сложены в медитативной позе. Он ждал.

Когда мы втроем — я, Рианна и Лира — вошли на мостик, все взгляды устремились на нас. На меня. На неприметного человека в гражданском комбинезоне, который каким-то образом оказался в центре этого военного переворота.

Первой задачей была дипломатия. Я должен был нейтрализовать главную угрозу — законную власть в лице генерала-джедая.

Мы встретились в его каюте. Без оружия. Только я, Лира и мастер Зор-Эл. — Я предполагаю, у вас есть объяснение этому акту пиратства, — сказал он спокойно. Его голос был низким и вибрирующим, как у виолончели.

Я не стал извиняться или оправдываться. Я выложил факты. На голопроектор легли данные сканирования чипа, схема его устройства, отчет о его функциях. — Ваша армия, мастер-джедай, никогда не была вашей, — сказал я ровным голосом. — Она была оружием, с самого начала нацеленным вам в спину. Мы не нападали на ваш корабль. Мы его разоружили.

Лира шагнула вперед. — Мастер, — обратилась она к нему с уважением. — Я чувствовала это. Тьму, скрытую в каждом из них. Это правда. Заговор ситхов, о котором мы так долго говорили, он здесь. Прямо у нас под носом.

Зор-Эл долго молчал, изучая данные. Я видел, как в его мудрых глазах идет титаническая борьба. Борьба между долгом перед Республикой и ужасающей правдой, которую мы ему предоставили. — Я... должен медитировать над этим, — наконец сказал он. — Я не буду вам мешать. Но я требую гарантий безопасности для моего экипажа. — Вы их получите, — пообещал я.

Это была победа. Мы нейтрализовали его, не сделав ни единого выстрела.

Второй задачей было завоевать сердца и умы тех, кого мы только что "освободили". Я вышел на связь по общекорабельному каналу. Мое лицо появилось на каждом экране "Стойкого".

Я не произносил пафосных речей о свободе. Я говорил с ними как с солдатами. Как с профессионалами. Я рассказал им о чипе, о предательстве тех, кому они служили. А потом я дал им то, чего у них никогда не было. Выбор.

— Ваша служба Республике окончена, — сказал я в тишину тысяч кают и отсеков. — Потому что той Республики, за которую вы сражались, больше нет. Вы — свободные люди. "Основание" предлагает вам новый дом и новую цель. Сражаться с настоящим врагом, с теми, кто вас поработил. Строить будущее, в котором никто больше не будет рабом программы. Каждый, кто решит остаться, будет принят как равный, как брат. Но каждый, кто захочет уйти, получит транспорт до ближайшей нейтральной системы, чтобы начать новую жизнь. Выбор за вами.

После этого я отключил связь.

Следующие несколько дней были решающими. Мы увели "Стойкий" в глубокий космос, подальше от всех маршрутов. На борту устанавливался новый, хрупкий порядок. Мастер Зор-Эл, после долгой медитации, согласился помочь нам поддерживать дисциплину среди офицеров-не-клонов. Он не присоединился к нам, но и не стал нашим врагом. Он стал наблюдателем.

Клоны... они были в шоке. Но слова о выборе, о свободе, о предательстве — все это упало на благодатную почву. Под руководством Босса и его отряда они начали самоорганизовываться. Проводить собрания. Выбирать своих командиров. Из двух тысяч солдат почти все решили остаться. Они были рождены для битвы, и я дал им новую, настоящую битву.

Я сидел в командном центре нашей базы на Раксус Прайм, удаленно наблюдая за становлением нашего нового флота. Рианна уже проектировала способ интеграции систем "Стойкого" в нашу сеть. Лира осталась на борту крейсера, став своего рода духовным наставником для клонов и связующим звеном с мастером Зор-Элом.

ОБНОВЛЕНИЕ: ИНТЕГРАЦИЯ АКТИВОВ - ФАЗА 1 НАЧАТА. НОВЫЕ АКТИВЫ ("СТОЙКИЙ" И ЭКИПАЖ) СТАБИЛЬНЫ, НО ТРЕБУЮТ ДОЛГОСРОЧНОЙ ИНТЕГРАЦИИ И ОБУЧЕНИЯ. НОВЫЕ СТРАТЕГИЧЕСКИЕ ВОЗМОЖНОСТИ: ПРОЕКЦИЯ СИЛЫ ФЛОТСКОГО УРОВНЯ, МАСШТАБНАЯ ПЕРЕБРОСКА ВОЙСК, ПЕРЕДОВОЕ ВОЕННОЕ ОБОРУДОВАНИЕ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ЗВЕЗДНОГО РАЗРУШИТЕЛЯ КЛАССА "ВЕНАТОР", ДАЖЕ ИЗ ТИХОГО СЕКТОРА, НЕ ОСТАНЕТСЯ НЕЗАМЕЧЕННЫМ НАДОЛГО. РАСЧЕТНОЕ ВРЕМЯ ДО НАЧАЛА ОФИЦИАЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ВЕРХОВНЫМ КОМАНДОВАНИЕМ РЕСПУБЛИКИ: 3 СТАНДАРТНЫХ МЕСЯЦА.

Я смотрел на иконку "Стойкого" на галактической карте. Эффект бабочки больше не был рябью на воде. Это было цунами, набирающее мощь в глубоком космосе. И у нас было всего три месяца, чтобы подготовиться к тому моменту, когда оно обрушится на берег. Часы затикали с новой, бешеной скоростью.

Обратный отсчет начался в тот момент, когда "Стойкий" совершил свой первый прыжок в гиперпространство под нашим контролем. На главном экране нашего командного центра Координатор вывел большие, холодные цифры: 90 дней, 00 часов, 00 минут. Это было примерное время, которое, по моим расчетам, потребуется Верховному Командованию Республики, чтобы превратить "пропажу" в "расследование" и отправить поисковую группу.

У нас было три месяца, чтобы превратить украденный военный корабль в наш собственный.

Наш первый военный совет в расширенном составе прошел по голосвязи. Я, Рианна и Босс на нашей базе. Лира и мастер Зор-Эл — с мостика "Стойкого". — Мы не можем держать его в открытом космосе, — начал я. — Его республиканский сигнал все еще можно отследить. Нам нужно привести его домой. И полностью перестроить. Проект "Призрак".

Идея была безумной. Наша база была огромной, но не настолько, чтобы спрятать внутри целый "Венатор". — Мы не будем прятать его внутри, — объяснила Рианна. — Мы спрячем его снаружи. "Кладбище Дредноутов" — идеальный камуфляж. Мы поставим его среди других остовов. С орбиты он будет выглядеть как еще одна куча мусора. Наши дроиды возведут вокруг него временный сухой док из лома, чтобы скрыть ремонтные работы от сканеров.

План был принят.

Через неделю "Стойкий" прибыл на Раксус Прайм. Это было величественное и жуткое зрелище — видеть, как боевой крейсер, гордость Республики, осторожно маневрирует между горами мусора, чтобы занять свое место на кладбище кораблей.

И началась работа. Величайший проект в истории "Основания". Вся наша промышленная мощь была брошена на одну задачу.

Рианна стала главным архитектором перерождения. Она практически поселилась на "Стойком". Под ее руководством наши дроиды и клоны-техники начали тотальную перестройку. Они вырезали все стандартные республиканские транспондеры и системы идентификации, заменяя их нашими собственными, "призрачными" системами, которые не отвечали ни на какие стандартные запросы. Она модернизировала реактор, переведя его на более доступное топливо, и, используя наши архивы, установила несколько экспериментальных систем щитов, которые имели нестандартную энергетическую сигнатуру.

Я стал министром финансов и логистики. Чтобы оплачивать этот грандиозный проект, я вывел "Foundation Robotics" на полную мощность. "Гермес", теперь укомплектованный лучшими пилотами-клонами, превратился в неутомимый челнок. Мы стали главным поставщиком очищенных металлов в нескольких соседних системах. Кредиты текли рекой, и я тут же тратил их на черном рынке, закупая редкие компоненты для модернизации, которые наш завод еще не мог производить.

Босс стал ответственным за людей. Для двух тысяч "освобожденных" клонов перестройка корабля стала терапией. Они не просто выполняли приказы. Они строили свой новый дом. Стирали с брони символы Республики и наносили наши — скромный синий круг с двумя пересекающимися шестернями. Они учились жить без приказов в голове, формируя новую культуру, основанную на братстве и общей цели.

Лира и мастер Зор-Эл стали душой этого нового общества. Они помогали клонам справиться с психологической травмой, учили их медитации, помогали найти свое место в этом новом, странном мире без войны и приказов.

Время летело. На исходе второго месяца нас ждала первая проверка. ТРЕВОГА, — сообщил Координатор. — В СИСТЕМУ ВОШЕЛ РЕСПУБЛИКАНСКИЙ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЙ ЗОНД ДАЛЬНЕГО ДЕЙСТВИЯ.

Это было оно. Начало расследования. Зонд медленно сканировал сектор за сектором. Паники не было. Мы были готовы. Когда зонд направил свои сенсоры на наше "Кладбище", наша новая система радиоэлектронной борьбы, созданная Рианной, ожила. Она не глушила зонд. Она обманывала его. Она создала над нашим сухим доком идеальную голографическую иллюзию старого, ржавого, холодного остова корабля. Зонд просканировал наш сектор, доложил командованию "обстановка без изменений" и полетел дальше. Мы прошли тест.

На таймере оставалась неделя. Работа была закончена.

Я стоял на мостике преображенного корабля. Он больше не был "Стойким". Мы переименовали его. Теперь он был "Авангард". Корпус был перекрашен в темно-серые тона нашей корпорации. На борту не было ни одного республиканского символа. Он был тише, быстрее и мощнее, чем любой "Венатор" во флоте.

Вся команда была в сборе. Мы смотрели на экран, где таймер показывал последние 72 часа.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ПРИЗРАК" ЗАВЕРШЕН. АКТИВЫ ФЛОТА ОБЕСПЕЧЕНЫ И МОДЕРНИЗИРОВАНЫ. ИДЕНТИФИКАЦИЯ РЕСПУБЛИКИ СТЕРТА. ТРЕВОГА: СФОРМИРОВАНА ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА РЕСПУБЛИКИ "СЛЕДОПЫТ" ДЛЯ РАССЛЕДОВАНИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КРЕЙСЕРА "СТОЙКИЙ". РАСЧЕТНОЕ ВРЕМЯ ПРИБЫТИЯ В СЕКТОР РАКСУС: 72 СТАНДАРТНЫХ ЧАСА.

Они шли. Целая оперативная группа. Но мы больше не прятались. Мы были готовы. Мы превратили их же оружие в наш щит.

Я посмотрел на лица своей команды. На решительное лицо Рианны. На спокойное лицо Лиры. На стальную уверенность Босса. Мы были готовы. — Пусть летят, — сказал я тихо.

Бабочка построила себе бронированный кокон. И теперь она ждала, когда буря ударит по его стенам.

Тишину в командном центре "Авангарда" нарушил бесстрастный голос Координатора. ТРЕВОГА: ОБНАРУЖЕНЫ МНОЖЕСТВЕННЫЕ СИГНАТУРЫ ГИПЕРПРОСТРАНСТВЕННОГО ВЫХОДА НА ГРАНИЦЕ СИСТЕМЫ. ПРОФИЛЬ СООТВЕТСТВУЕТ РЕСПУБЛИКАНСКИМ КРЕЙСЕРАМ КЛАССА "АРКВИТЕНС". ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА "СЛЕДОПЫТ" ПРИБЫЛА.

На главном экране появились три хищных силуэта. Три боевых корабля, каждый из которых мог бы в одиночку превратить нашу базу в пыль. Но паники не было. Мы ждали их. Мы готовились к этому три месяца.

— Всем занять посты согласно протоколу "Призрак", — разнесся мой спокойный голос по всему кораблю и нашей базе. — Боевой тревоги нет. Мы не воюем. Мы не прячемся. Мы их приветствуем.

На мостике флагмана "Следопыта", крейсера "Неутомимый", командор Броун, суровый ветеран многих сражений, отдавал приказы. — Начать полномасштабное сканирование системы. Ищите любые аномалии: остаточное ионное излучение, следы реакторных выбросов, необычные обломки. "Стойкий" был большим кораблем. Он не мог исчезнуть бесследно.

Именно в этот момент на его главный экран поступил стандартный коммерческий вызов. Командор нахмурился, но приказал принять. На экране появилось безликое, вежливое лицо нашего дроида-"Представителя".

— Оперативная группа "Следопыт", приветствуем вас в системе Раксус, — произнес дроид своим ровным голосом. — Говорит представитель корпорации "Foundation Robotics". Данный сектор является нашей зарегистрированной зоной утилизации. Мы осведомлены о цели вашего визита и готовы оказать полное содействие в поисках крейсера "Стойкий".

Командор Броун был озадачен. Он ожидал чего угодно — пиратов, сепаратистов, тишины. Но не вежливого корпоративного приветствия. — "Foundation Robotics"? — переспросил он. — Мы не были уведомлены о вашей деятельности. — Мы новая компания, командор. Наша регистрация прошла всего пару месяцев назад. Мы специализируемся на работе в опасных зонах.

Это была первая часть нашего плана: не прятаться, а выйти на свет, но в нужном нам образе. Мы не были целью расследования. Мы были услужливыми местными жителями.

— Ваши сканеры что-нибудь зафиксировали? — спросил Броун. — Разумеется, — ответил "Представитель". — Мы перешлем вам пакет данных. Наши сенсоры дальнего действия зафиксировали мощный энергетический всплеск, характерный для взрыва реактора, около двух месяцев назад. Вот в этом секторе. — Дроид указал на карту.

Мы не прятали улики. Мы их создавали. Мы давали им правдоподобную историю, подкрепленную "данными".

Командор приказал отправить к указанному месту разведывательный шаттл. — Командор, — снова вмешался наш дроид. — Позвольте предоставить вам эскорт. Поля обломков в этом секторе нестабильны. Наш корабль сопровождения проведет ваш шаттл безопасным маршрутом.

Броун согласился.

Через час "Гермес", пилотируемый Боссом и его командой в униформе нашей корпорации, встретился с республиканским шаттлом. Клоны смотрели на клонов. Но одни были рабами программы, а другие — свободными людьми, играющими роль.

Босс провел шаттл по самому сложному и опасному маршруту, который мы смогли найти. По пути республиканцы видели впечатляющую картину: десятки наших дроидов-"Мулов" с хирургической точностью разбирали остовы древних кораблей, "Стражи" патрулировали нашу "территорию". Мы демонстрировали мощь, эффективность и, главное, полную легитимность.

В "зоне крушения" — месте, которое мы с Рианной подготовили заранее, слегка изменив положение нескольких обломков с помощью "Авангарда" — шаттл провел сканирование. Их приборы подтвердили: металлические фрагменты и остаточное излучение соответствовали кораблю класса "Венатор".

Пока шаттл возвращался, я нанес финальный удар. Наш "Представитель" снова связался с командором. — Командор, в знак нашего уважения к Республике и скорби по погибшим, наш совет директоров уполномочил меня передать вам полные архивы наших системных сканеров за последние полгода. Возможно, ваши аналитики смогут найти в них то, что упустили мы.

Я отдал приказ, и мы сбросили на их серверы терабайты реальных, но абсолютно бесполезных астрономических данных. Мы похоронили их под горой "прозрачности".

Вечером мы перехватили шифрованный отчет, который командор Броун отправил в штаб флота.

"...поиски крейсера "Стойкий" завершены. Выживших нет. Все улики, включая данные, любезно предоставленные местной корпорацией "Foundation Robotics", указывают на полную потерю корабля в результате катастрофического сбоя реактора. Возвращаемся на базу."

Мы смотрели на экране, как три республиканских крейсера разворачиваются и один за другим исчезают в сполохах гиперпространственных прыжков.

Тишина.

Мы сделали это. Мы не вступили в бой. Мы не убежали. Мы победили их с помощью отчета, хорошо продуманной легенды и безупречной операционной дисциплины.

ОБНОВЛЕНИЕ: УГРОЗА "ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА "СЛЕДОПЫТ" - НЕЙТРАЛИЗОВАНА. ВЕРОЯТНОСТЬ ДАЛЬНЕЙШЕГО НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ: < 5%. ПРОЕКТ "ПРИЗРАК": ФИНАЛЬНАЯ ВАЛИДАЦИЯ ПРОЙДЕНА. ПРИКРЫТИЕ "ОСНОВАНИЯ" НАДЕЖНО.

Я посмотрел на свою команду на мостике "Авангарда". — Третья фаза завершена, — сказал я тихо. — Теперь нас никто не ищет. Мы — настоящий призрак.

Бабочка не просто пережила бурю. Она убедила бурю, что ее никогда и не было.

После ухода республиканской оперативной группы в нашей маленькой империи наступила эпоха, которую можно было бы назвать "Великий мир". Впервые с момента моего появления в этом мире мы были не просто в безопасности — мы были по-настояшему защищены. У нас была база, армия, флот и, самое главное, надежное прикрытие.

Настало время перестать реагировать и начать строить.

Я собрал наш первый полноценный совет "Основания". В командном центре "Авангарда" присутствовали все ключевые фигуры: Рианна, Лира, Босс и, к моему удивлению, мастер Зор-Эл, который решил принять участие в качестве "независимого наблюдателя".

— "Проект 'Призрак' завершен", — начал я, выводя на главный экран карту галактики. — Но это лишь конец начала. Прятаться вечно мы не сможем. И мы не сможем в одиночку противостоять силам, которые управляют этой войной. Наша сила не в оружии. Наша сила — в независимости. Я предлагаю новую стратегическую директиву, состоящую из трех столпов, на которых будет стоять наше будущее.

Первый столп: Экономическая мощь. — "Foundation Robotics" должна расти, — я вывел на экран наши финансовые отчеты. — Мы будем агрессивно выходить на новые рынки во Внешнем Кольце. Наша производительность и эффективность, благодаря нашим дроидам и экипажам, не имеет аналогов. Мы будем поставлять лучшие материалы по лучшим ценам. Мы будем зарабатывать. Деньги — это не просто кредиты. Это ресурсы, это влияние, это возможность покупать то, что мы пока не можем создать сами.

Второй столп: Разведывательная сеть. — Мы победили "Следопыт", потому что знали об их прибытии заранее. Информация — наше главное оружие. Босс, — я повернулся к нему, — ты возглавишь создание нашей службы разведки. Наши торговые корабли, наши дроиды-представители, наши корпоративные фронты на других планетах — все они станут нашими ушами и глазами. Мы должны знать все: о передвижениях флотов, о политических интригах на Корусанте, о новых технологиях.

Третий столп: Человеческий капитал. Я посмотрел на Лиру и Зор-Эла. — Грядущий хаос, — я осторожно подбирал слова, — создаст огромное количество беженцев. Не простых обывателей, а ценнейших специалистов. Ученых, инженеров, пилотов, чьи проекты закроет война. Солдат, не согласных с режимом. И... джедаев, которые окажутся вне закона. Мы создадим "подземную железную дорогу". Сеть убежищ и тайных маршрутов, чтобы находить и эвакуировать таких людей. Они — не просто беженцы. Они — "активы". Они — будущее "Основания".

План был принят единогласно. Каждый получил свою зону ответственности.

И наша тихая империя пришла в движение. Наши корабли, "Гермес" и два новых, построенных в нашем доке, без устали курсировали по Внешнему Кольцу. "Foundation Robotics" стала синонимом надежности и качества. Наши доходы выросли на порядок.

Босс и его лучшие коммандос, используя подставные личности, основали наши первые "филиалы" на Нар Шаддаа и Риши. С виду — обычные торговые представительства. На деле — наши первые шпионские ячейки, собиравшие слухи и данные.

Лира и Зор-Эл, используя старые джедайские архивы и свои контакты, начали свою работу. Их первой "спасенной" стала тогрутская ученая-ксенобиолог, чей проект по изучению редких форм жизни был свернут военным комитетом. Лира просто предложила ей убежище, где ей предоставят неограниченные ресурсы и полную свободу для исследований. Ученая, не раздумывая, согласилась. Наша научная программа началась.

Мы строили. Тихо, методично, неумолимо. Мы плели нашу паутину в тени галактической войны.

А война тем временем гремела. Координатор без устали анализировал новости. Победы Республики, героические подвиги генерала Скайуокера, речи канцлера Палпатина о необходимости усиления его полномочий. Для всех это был фон. Для меня — обратный отсчет.

Однажды вечером Координатор выдал на мой личный дисплей особое уведомление. Он не мог расшифровать содержание, но зафиксировал сам факт. Серия сверхзащищенных передач между офисом канцлера и высшим командованием на Камино. АНАЛИЗ: ЧАСТОТА ПЕРЕДАЧ И УРОВЕНЬ ШИФРОВАНИЯ УКАЗЫВАЮТ НА ВОПРОС ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ ВАЖНОСТИ И СЕКРЕТНОСТИ. КОРРЕЛЯЦИЯ С ФИНАЛЬНЫМИ ФАЗАМИ ФИНАНСИРОВАНИЯ АРМИИ КЛОНОВ. ГИПОТЕЗА: ИДЕТ ФИНАЛИЗАЦИЯ ПРОТОКОЛОВ АКТИВАЦИИ СКРЫТОГО РЕЗЕРВНОГО ПЛАНА.

Приказ 66.

Я смотрел на голотрансляцию, где улыбающийся канцлер вручал очередную награду группе джедаев. Я знал, что ждет их всех.

Я перевел взгляд на нашу галактическую карту. Она была покрыта новыми значками: наши торговые пути, наши разведывательные посты, наши первые убежища. Наша "Основание". Оно было еще таким маленьким, таким хрупким. Каплей в океане.

Но оно было.

ОБНОВЛЕНИЕ: СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - ФАЗА 3 (СОЗДАНИЕ СЕТИ) АКТИВИРОВАНА. ТРЕВОГА: ВЫСОКАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ СМЕНЫ ГАЛАКТИЧЕСКОГО РЕЖИМА В ТЕЧЕНИЕ СЛЕДУЮЩЕГО СТАНДАРТНОГО ГОДА. ВСЕМ АКТИВАМ БЫТЬ В СОСТОЯНИИ ПОВЫШЕННОЙ ГОТОВНОСТИ.

Время строить почти закончилось. Скоро придет время спасать. Спасать тех, кого мы сможем.

Ощущение надвигающейся катастрофы сгустилось. Оно было не только в докладах Координатора, который фиксировал последние приготовления канцлера. Оно было в воздухе. Лира и мастер Зор-Эл проводили все свое время в глубокой медитации, пытаясь пробиться сквозь "завесу" темной стороны, окутавшую галактику. "Приближается шторм", — вот все, что они говорили.

Наш "Фонд" замер в ожидании. Мы перешли в режим "Призрак". Вся торговая деятельность "Foundation Robotics" была свернута. Наши корабли вернулись на базу или заняли заранее определенные "тихие" стоянки в астероидных полях. Наша разведывательная сеть перешла в режим пассивного прослушивания. Мы затаились, как звери, чующие приближение лесного пожара.

И вот, это случилось.

Я был в командном центре "Авангарда", когда Координатор выдал тревогу. Не сирену, а холодное, текстовое сообщение, от которого у меня по спине пробежал лед.

КАТАСТРОФИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЗАФИКСИРОВАН МАССОВЫЙ ВСПЛЕСК ШИФРОВАННЫХ ПЕРЕДАЧ ВЫСШЕГО ПРИОРИТЕТА ПО ВСЕЙ ВОЕННОЙ СЕТИ ВАР. ВСЕ ПОЗЫВНЫЕ ГЕНЕРАЛОВ-ДЖЕДАЕВ ОДНОВРЕМЕННО ПОМЕЧЕНЫ КАК "ВРАЖДЕБНЫЕ ЦЕЛИ". АНАЛИЗ ГОЛОНЕТА: МНОЖЕСТВЕННЫЕ СООБЩЕНИЯ О ВООРУЖЕННОМ КОНФЛИКТЕ В ХРАМЕ ДЖЕДАЕВ НА КОРУСАНТЕ. ВСЕ ПУБЛИЧНЫЕ ТРАНСЛЯЦИИ ИЗ ХРАМА ПРЕКРАЩЕНЫ.

Приказ 66 был отдан.

В ту же секунду я отдал свой собственный приказ. — Активировать протокол "Ковчег".

По всей нашей сети, от Нар Шаддаа до самых дальних уголков Внешнего Кольца, наши агенты — "освобожденные" клоны под прикрытием, дроиды-представители — получили один-единственный кодовый сигнал.

И наша "подземная железная дорога" пришла в движение.

Это была не попытка спасти всех. Это было невозможно. Это была хирургическая операция по извлечению заранее определенных, ценных активов.

На Фелуции, где генерал-джедай Эйла Секура и ее клоны пали, наш агент, бывший клон-разведчик, нашел в джунглях ее перепуганную юную ученицу-тви'лечку. Он не сказал ей ни слова. Просто показал знак, которому его научила Лира, и повел ее в укрытие.

На Корусанте, в нижних уровнях, дроид-курьер встретил седого джедая-архивариуса, которому удалось бежать из горящего Храма с несколькими бесценными голокронами. Дроид молча проводил его в конспиративный грузовой отсек одного из космопортов.

Наш флот тоже действовал. "Гермес", под командованием Рианны, совершил рискованный прыжок к планете, где находилась та самая ученая-тогрута, которую мы спасли. Ее научный анклав стал убежищем еще для нескольких ученых, объявленных "нелояльными" новому режиму.

Лира была на мостике "Авангарда". Она не могла сражаться. Она чувствовала. Каждую смерть. Каждого джедая, павшего от руки тех, кому он доверял. Это была волна агонии, захлестнувшая ее. Мастер Зор-Эл был рядом, помогая ей удержать ментальные щиты, не дать этому горю сломить ее. "Сосредоточься на живых, падаван, — говорил он тихо. — Мертвым мы уже не поможем."

У "Авангарда" была своя, особая миссия. Наша разведка обнаружила небольшой анклав юнлингов на Дантуине, который еще не был атакован. Мы прибыли за час до карательного отряда.

Мы не вступали в бой. Босс и его коммандос, вместе с Лирой, провели молниеносную эвакуацию. Они появились в храме как призраки. Лира, используя Силу, успокоила перепуганных детей и их наставников. Босс и его команда обеспечили периметр. Через десять минут они были на борту, а "Авангард" уже растворялся в гиперпространстве, когда первые республиканские... нет, уже имперские... шаттлы входили в атмосферу.

Через сутки все было кончено.

Мы собрали наш "улов" в точке рандеву в неисследованном пространстве. На борт "Авангарда" поднялись спасенные. Их было немного. Может быть, пятнадцать существ. Один раненый рыцарь-джедай. Пара падаванов. Пятеро юнлингов. Архивариус. Несколько ученых.

Это была капля в море погибших. Лира, глядя на этих растерянных, потерявших все существ, плакала.

Но я, глядя на них, видел успех. Мой план сработал. Наш "Фонд" не просто пережил конец света. Он стал сильнее. Мы приобрели бесценные человеческие активы.

Галактическая Республика пала. Император Палпатин провозгласил рождение Нового Порядка. Галактика изменилась навсегда.

ОБНОВЛЕНИЕ КООРДИНАТОРА: СОБЫТИЕ СМЕНЫ РЕЖИМА ЗАВЕРШЕНО. ГАЛАКТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА РАСФОРМИРОВАНА. УЧРЕЖДЕНА ГАЛАКТИЧЕСКАЯ ИМПЕРИЯ. ВСЕ АКТИВЫ "ОСНОВАНИЯ" В БЕЗОПАСНОСТИ. ПРОТОКОЛ "КОВЧЕГ": ПЕРВАЯ ФАЗА ПРОШЛА УСПЕШНО. НОВАЯ СТРАТЕГИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ: "ОСНОВАНИЕ" ЯВЛЯЕТСЯ НЕЗАВИСИМЫМ АНКЛАВОМ, ДЕЙСТВУЮЩИМ НА ТЕРРИТОРИИ ВРАЖДЕБНОЙ, АВТОРИТАРНОЙ СВЕРХДЕРЖАВЫ.

Я смотрел на свою команду. На измотанную, но несломленную Рианну. На скорбящую, но полную решимости Лиру. На мрачного, но верного Босса. Мы пережили конец света.

Теперь нам предстояло научиться жить в новом мире. В мире, где мы были последним крошечным островком старого порядка в безбрежном океане Империи. Финальная фаза моего плана началась.

Несколько недель после "Часа Ч" прошли как в тумане. Наша база превратилась в тихий, изолированный госпиталь и центр для беженцев. Каждый из спасенных нес в себе травму конца света. Рыцарь-джедай, потерявший всех своих друзей и учеников. Ученые, чьи работы и лаборатории были уничтожены. И, конечно, дети, юнлинги, которые видели, как их дом и их мир сгорают в огне.

Но "Основание" было построено не для того, чтобы быть просто убежищем. Оно было построено, чтобы быть инкубатором.

Постепенно, под чутким руководством Лиры и мастера Зор-Эла, горечь и страх начали сменяться чем-то иным. Целью.

Ученых мы привели в наши лаборатории и открыли им доступ к архивам. Когда тогрутская ксенобиолог увидела технологии и данные, которые мы собрали, ее глаза загорелись впервые за много недель. Мы дали ей не просто безопасность. Мы дали ей работу ее жизни.

Джедаи... их путь был сложнее. Но и они нашли свою цель. В одном из самых глубоких и защищенных отсеков нашего дредноута они основали новый, тайный Праксиум. Не академию для генералов, а школу. Место, где знание и философия Ордена могли бы выжить, вдали от войн и политики. Мастер Зор-Эл, Лира и спасенный рыцарь стали первыми учителями для нового, потерянного поколения джедаев.

Наши клоны, под командованием Босса, взяли на себя обучение всех желающих основам самообороны и тактики. Наша коммуна училась защищать себя.

Наконец, когда первоначальный шок прошел, я собрал новый, расширенный совет "Основания". За голографическим столом теперь сидели представители всех наших "фракций".

— Империя родилась, — начал я. — Она сильна, молода и будет только расти. Любая попытка прямого столкновения — самоубийство. Многие в галактике начнут формировать очаги сопротивления. Они будут сражаться. И они будут героически погибать. Это не наш путь.

Я вывел на экран нашу доктрину. Доктрину "Теневого Игрока".

— Мы не будем сражаться с Империей. Мы будем ее переживать. Наша война будет вестись не на полях сражений, а в лабораториях, на финансовых рынках и в информационных сетях. Мы не будем освобождать планеты. Мы будем "освобождать" лучшие умы, лучшие технологии и лучшие ресурсы, уводя их из-под носа Империи. Наша главная цель — сохранить, развить и приумножить. Мы станем самодостаточной, скрытой цивилизацией. Семенем будущего, которое мы посадим в темноте, чтобы оно проросло, когда нынешняя буря утихнет. Когда Империя начнет рушиться под тяжестью собственной тирании — а это неизбежно — "Основание" будет готово помочь построить то, что придет ей на смену.

Мой план был холодным, расчетливым и долгосрочным. Он не обещал быстрых побед и славы. Он обещал выживание. И все, кто сидел за этим столом, кто пережил конец своего мира, понимали, что выживание — это единственная победа, которая имеет значение.

План был принят.

ФИНАЛ

Прошел год.

В одной из наших лабораторий Рианна вместе с командой ученых проводила испытания прототипа нового стелс-генератора, основанного на принципах, которые она почерпнула из джедайских технологий.

В огромном тренировочном зале Босс и его коммандос гоняли новую группу рекрутов — "освобожденных" клонов, которых мы вытащили с имперской каторжной шахты. Наша армия росла.

В тихом, залитом мягким светом зале нового Праксиума Лира наблюдала, как группа юнлингов, смеясь, заставляла несколько маленьких камней парить в воздухе. Новое поколение джедаев, не знающих войны, рождалось в самом безопасном месте в галактике.

А я стоял в командном центре. На голографической карте галактики доминировал красный цвет Империи. Но на этой карте, как созвездие, сияла наша собственная, синяя сеть. Наши торговые пути, наши тайные базы, наши убежища.

Координатор вывел на экран финальный, долгосрочный приказ.

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - АКТИВИРОВАНА. ДОЛГОСРОЧНАЯ ЦЕЛЬ: СОХРАНЕНИЕ И РАСШИРЕНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ В ЭПОХУ ТЕМНЫХ ВРЕМЕН. ОЖИДАТЬ ВОЗМОЖНОСТИ.

На мой личный терминал пришло зашифрованное сообщение от одного из наших агентов на Нар Шаддаа. Слух. Всего лишь слух. О том, что Империя сгоняет лучших инженеров со всей галактики для работы над секретным проектом. Огромная боевая станция, способная уничтожать целые планеты.

Я смотрел на это сообщение. Угрозы нового мира уже обретали форму.

Я посмотрел на свою карту. На нашу сеть. Мы были готовы.

Галактика горела. Но здесь, в сердце мертвого корабля, на свалке на краю вселенной, мы зажгли свечу. И мы не позволим ей погаснуть.

Игра была далека от завершения. Она только начиналась.

Глава 4

Часть 3: Эффект бабочки

Первое утро в живом корабле было... странным. Я проснулся не от холода или тревоги, а от мягкого гула системы климат-контроля и ровного, белого света, льющегося с потолочной панели. Воздух был чистым. В душе была горячая вода. После недель существования на грани, в грязи и темноте, эти простые удобства ощущались как немыслимая, почти неприличная роскошь.

Мы не бросились сразу к новым свершениям. Первые несколько дней мы просто осваивались. Включали свет. Палуба за палубой, отсек за отсеком, тьма отступала под натиском энергии нашего реактора. Мы запустили внутреннюю систему связи, и теперь могли говорить друг с другом из разных концов нашей гигантской базы, а не кричать в пустоту. Мы активировали все внутренние датчики, и наш командный центр ожил, превратившись в нервный узел, на который стекалась информация о каждом квадратном метре нашего владения.

Но настоящий масштаб нашего приобретения мы осознали лишь на третий день. Когда главный компьютер, получив полную мощность, закончил самодиагностику и предоставил мне, как администратору, полный доступ ко всем бортовым архивам и складским манифестам.

Я сидел в кресле капитана инженерного отсека, а Координатор часами обрабатывал эксабайты данных. И то, что он находил, заставляло меня забыть о дыхании. Рианна, заметив мое состояние, подошла и встала за спиной, глядя на экран.

Мы были не просто в крепости. Мы сидели на горе сокровищ.

— Смотри, — прошептал я, выводя на экран список. — Склады длительного хранения. Десятки тонн очищенного тибанного газа для реактора. Сотни тонн стандартных дюрасталевых слитков. Запасные части для двигателей, гипердвигателей, целая оружейная палата с комплектующими для турболазеров... — Этого хватит, чтобы построить небольшой флот, — выдохнула Рианна.

Но это была не главная находка. Координатор выделил красной рамкой один из пунктов в технической спецификации инженерного отсека. ОБЪЕКТ: АВТОМАТИЗИРОВАННЫЙ РЕМОНТНЫЙ КОМПЛЕКС КЛАССА "КУЗНИЦА-3". СТАТУС: ЗАКОНСЕРВИРОВАН. ФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ: 100%. ВОЗМОЖНОСТИ: ПРОИЗВОДСТВО ЗАПАСНЫХ ЧАСТЕЙ ДЛЯ КОРАБЛЕЙ И ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, СБОРКА РЕМОНТНЫХ И СТРОИТЕЛЬНЫХ ДРОИДОВ, ВЫСОКОТОЧНАЯ ОБРАБОТКА СПЛАВОВ.

Мы спустились туда. Это был огромный цех, расположенный уровнем ниже главного зала. Под ярким светом, который мы только что включили, рядами стояли молчаливые роботизированные манипуляторы, 3D-принтеры промышленных размеров и сборочные линии. Этот корабль мог не просто ремонтировать себя. Он мог строить.

Рианна подошла к одной из сборочных линий и провела рукой по холодному металлу манипулятора. Ее глаза горели. — Лорн... ты понимаешь, что это значит? — ее голос дрожал от возбуждения. — Мы можем построить все, что захотим. Модернизировать "Скарабей". Собрать эскадрилью дроидов-защитников. Построить свой собственный истребитель, если понадобится. Нам больше не нужно ничего покупать или выменивать. Мы можем создавать.

Я понимал. Но я видел глубже. Я видел не просто безграничные инженерные возможности. Я видел стратегический актив. Актив, который мог изменить наше будущее.

Вечером, в командном центре, я вывел на главный голографический дисплей карту галактики. — Мы думали слишком мелко, Рианна, — сказал я. — Мы думали о том, как выжить. Как обустроить мастерскую. Но это, — я обвел рукой наш оживший командный пост, — это не мастерская. Это промышленная база.

Она молча слушала, понимая, что я клоню к чему-то большему.

— Галактика катится к чертям, — продолжил я, тщательно подбирая слова, чтобы не выдать свои знания о будущем. — Война будет только расширяться. Республика трещит по швам. Когда все это рухнет, выживут не те, у кого больше денег. Выживут те, у кого есть автономное производство, своя энергия и своя защита. Те, кто сможет строить, а не потреблять.

Я указал на тусклую точку на карте, которой была система Раксус. — Мы больше не мусорщики. Мы — основатели. Мы можем превратить это место не просто в убежище. Мы можем превратить его в анклав. В самодостаточную, технологически развитую колонию, которая сможет пережить любой шторм.

В ее глазах я видел не только согласие, но и азарт. Она была строителем по своей природе. А я предлагал ей величайшую стройку в ее жизни.

ОБНОВЛЕНИЕ: ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ "ОБЕСПЕЧЕНИЕ БЕЗОПАСНОЙ БАЗЫ ОПЕРАЦИЙ" - ВЫПОЛНЕНА. АНАЛИЗ АКТИВОВ ЗАВЕРШЕН. СФОРМУЛИРОВАНА НОВАЯ СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА: ФАЗА 3 - "ОСНОВАНИЕ". ЦЕЛЬ: ИСПОЛЬЗОВАТЬ ИМЕЮЩИЕСЯ ПРОМЫШЛЕННЫЕ МОЩНОСТИ ДЛЯ СОЗДАНИЯ АВТОНОМНОГО, ТЕХНОЛОГИЧЕСКИ РАЗВИТОГО АНКЛАВА В ПРЕДДВЕРИИ ПРОГНОЗИРУЕМОЙ ГАЛАКТИЧЕСКОЙ НЕСТАБИЛЬНОСТИ.

Игра на выживание закончилась. Началось строительство империи.

Эйфория от пробуждения реактора прошла, сменившись трезвым и немного ошеломляющим осознанием масштаба стоящей перед нами задачи. У нас была энергия, у нас были чертежи, у нас был завод. Но завод — это не волшебная шкатулка. Это сложный организм, который нужно кормить сырьем и обслуживать.

Мы стояли в командном центре перед голографической схемой нашей базы. — Итак, наш новый проект, — начал я, выводя на экран схему. — Назовем его "Протокол 'Страж'". Цель: автоматизация и защита. Нам нужна рабочая сила, которая не спит и не устает, и система безопасности, способная отразить любую угрозу, от банды мусорщиков до имперской проверки. А это значит, нам нужны дроиды. Много дроидов.

Рианна кивнула, ее взгляд уже был прикован к техническим аспектам. — Завод может производить до десяти стандартных дроидов-ремонтников в сутки. Но он сожрет весь наш запас очищенных сплавов за неделю. Нам нужен постоянный, дешевый источник сырья.

— Источник сырья — вся эта планета, — сказал я, указывая на панорамное окно, за которым виднелись ржавые горы. — Нам нужно превратить мусор в материал. Нам нужна плавильня.

Так родилась наша первая настоящая производственная задача. Мы не чинили чужое. Мы создавали свое.

Рианна нашла в архивах корабля чертежи стандартного промышленного плазменного плавильного комплекса. Следующие несколько дней она работала как одержимая, адаптируя схемы под имеющиеся у нас компоненты и условия. Я занимался логистикой и ресурсами, выделяя из наших запасов необходимые сплавы и компоненты для строительства.

Именно тогда мы столкнулись с классической проблемой "курицы и яйца". Чтобы построить плавильню, нам нужны были дроиды-строители. А чтобы построить дроидов, нам нужна была плавильня для переработки сырья. — Нам нужна "затравка", — сказала Рианна. — Небольшая первая партия, которую мы соберем вручную. Она станет основой для всей остальной армии.

Мы нашли в одном из трюмов дюжину законсервированных дроидов-астромехаников R-2, предназначенных для обслуживания истребителей. Они были в идеальном состоянии, но их процессоры были "чистыми". Рианна занялась их механической активацией, а я, используя главный компьютер, начал писать для них базовые программы. Не сложные личности, а простые наборы инструкций: "СТРОИТЬ", "РЕМОНТИРОВАТЬ", "ПЕРЕНОСИТЬ ГРУЗЫ".

Я никогда не забуду тот момент, когда первый из них ожил. Мы стояли в цеху, и Рианна подала питание. Оптический сенсор старенького R-2 моргнул и загорелся синим светом. Дроид издал серию вопросительных писков. Рианна подключила к нему датапад и загрузила мою программу. Дроид замолчал, а через секунду его купол повернулся к горе деталей, предназначенных для плавильни, и он уверенно покатился к ней, готовый к работе.

Мы создали нашего первого работника. В течение суток у нас была команда из двенадцати послушных и неутомимых дроидов-механиков.

С их помощью работа закипела. Роботизированные манипуляторы самого завода, управляемые Рианной и обслуживаемые нашими дроидами, начали создавать гигантские компоненты для плавильни. Это было завораживающее зрелище. Мы больше не были просто двумя людьми. Мы были руководителями стройки.

Через неделю плавильня была готова. Мы установили ее в главном ангаре, рядом с нашей самодельной дверью. Я разработал простую систему конвейера с магнитными захватами, который можно было выдвигать наружу.

Настал момент запуска. Наши двенадцать дроидов выкатились наружу и начали загружать на конвейер первый попавшийся металлолом — куски обшивки, ржавые балки, останки какого-то спидера.

Рианна нажала кнопку на пульте управления.

С низким, нарастающим ревом комплекс ожил. Металлолом пополз по ленте, исчезая в огненном зеве плавильни. Внутри, в плазменной печи, мусор превращался в реку расплавленного металла, который затем очищался от примесей и заливался в формы. Через десять минут с другого конца конвейера с глухим стуком выпал первый слиток. Идеальный, стандартизированный брусок очищенной дюрастали, светящийся от жара. За ним второй, третий, десятый...

Мы стояли и молчали, глядя на этот поток. Поток, превращающий хаос в порядок. Мусор — в ресурс.

Это была не просто плавильня. Это был фундамент. Двигатель нашей будущей независимости. Теперь у нас был неограниченный источник строительных материалов. А значит, мы могли строить все, что угодно.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "СТРАЖ" - ФАЗА 1 ЗАВЕРШЕНА. ПРОМЫШЛЕННАЯ ПЛАВИЛЬНЯ ВВЕДЕНА В ЭКСПЛУАТАЦИЮ. ИСТОЧНИК СЫРЬЯ: НЕОГРАНИЧЕН (ПЛАНЕТАРНЫЙ МУСОР). НОВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ: МАССОВОЕ ПРОИЗВОДСТВО ДРОИДОВ. СЛЕДУЮЩАЯ ЗАДАЧА: НАЧАТЬ ПОЛНОМАСШТАБНОЕ ПРОИЗВОДСТВО ГАРНИЗОНА СТРОИТЕЛЬНЫХ И ОХРАННЫХ ДРОИДОВ.

Я посмотрел на наших двенадцать маленьких R-2, которые без устали таскали металлолом. Скоро их будут сотни. А потом и тысячи. — Вот оно, Рианна, — сказал я. — Вот он, двигатель. Теперь мы начнем строить стены.

Наш завод ожил. То, что было молчаливым, пыльным музеем забытых технологий, превратилось в бьющееся сердце нашей базы. Первые дни мы просто наблюдали, как роботизированные манипуляторы, управляемые Рианной, с идеальной точностью собирают самих себя, проводя самодиагностику и калибровку. Наши двенадцать дроидов-астромехаников суетились вокруг, подвозя материалы и выполняя мелкие поручения. Это была симфония возрождения промышленности.

Но нам нужны были не стандартные дроиды. Нам нужны были специализированные инструменты, созданные для наших уникальных задач.

Рианна стала главным конструктором нашего нового мира. Она часами просиживала в архивах, изучая сотни моделей дроидов, но не копировала их, а брала лучшие идеи и создавала нечто новое. — Нам не нужны универсалы, — объясняла она мне, рисуя на голографическом дисплее чертеж. — Нам нужны специалисты.

Так родились две первые модели нашего собственного производства. "Мул". Тяжелый строительный дроид. Рианна отказалась от стандартных гусениц или колес, спроектировав устойчивое шестиногое шасси, способное передвигаться по любому мусору. Корпус был грубой бронированной коробкой, к которой можно было крепить любые манипуляторы: плазменные резаки, магнитные захваты, сварочные аппараты. Он был уродлив, как и все, что мы делали, но его эффективность была стопроцентной.

"Страж". Дроид-охранник. Я настоял на том, чтобы он не выглядел агрессивно. Никаких встроенных бластеров. С виду он походил на обычного патрульного дроида. Но под его гладким корпусом скрывалась усиленная броня, мощные сенсоры, способные засечь движение за километр, и нелетальное вооружение: парализаторы и пусковая установка для силовой сети. Его задача была не убивать, а обездвиживать и задерживать. Мы строили крепость, а не лагерь смерти.

Пока Рианна создавала "тела", я создавал "мозги". Я писал для них программное обеспечение. Простые, надежные, не допускающие двояких толкований директивы. Я создал замкнутую иерархическую сеть, где каждый дроид был лишь узлом, исполняющим приказы из нашего командного центра. Никакого искусственного интеллекта. Никакого риска восстания машин. Только холодная, исполнительная логика.

И вот с конвейера сошел первый "Мул". Он неуклюже сделал несколько шагов, а затем, получив приказ, подошел к многотонному куску дюрастали, который мы не могли сдвинуть неделями, легко поднял его и унес на переплавку.

За ним сошел первый "Страж". Он беззвучно активировался и отправился на свой первый пост — патрулировать периметр нашей базы.

Производство пошло в геометрической прогрессии. Десять дроидов. Пятьдесят. Сто. Наш завод работал круглосуточно, питаемый нескончаемым потоком слитков из плавильни, которую, в свою очередь, неустанно кормили металлоломом наши первые дроиды.

Наш дом преображался на глазах. Сотни "Мулов" разбирали внутренние завалы, расчищали палубы, превращая темные, заваленные хламом отсеки в чистые, готовые к использованию пространства. Десятки "Страж" создали несколько колец безопасности, превратив нашу базу в неприступную цитадель. Мы больше не жили в руинах. Мы жили в растущем, гудящем улье из металла и энергии.

Но такое масштабное предприятие не могло оставаться незамеченным вечно. Мы были скрыты, но наш след — был виден.

На исходе второго месяца Координатор впервые выдал стратегическое предупреждение. — Рианна, иди сюда, — позвал я ее в командный центр.

Я вывел на экран экономические сводки по нашему сектору Раксус Прайм. — Смотри. Цена на высококачественные сплавы на местных рынках подскочила на пятнадцать процентов за последнюю неделю. — И что? — не поняла она. — А то, что это мы. Наша автоматизированная система сбора настолько эффективна, что мы, по сути, создаем дефицит ценного сырья для всех остальных мусорщиков в радиусе пятидесяти километров. Мы пылесосим все самое лучшее.

На другом экране я вывел перехваты сообщений из открытых каналов гильдий мусорщиков. "...опять пусто. Как будто кто-то прошел перед нами и собрал все сливки..." "...говорят, в секторе Гамма-7 работает какая-то "призрачная команда". Никто их не видел, но после них остается только труха..."

Мы стали местной легендой. Призраком, который ворует их добычу.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "СТРАЖ" ЗАВЕРШЕН. ГАРНИЗОН ДРОИДОВ СФОРМИРОВАН. ОПЕРАТИВНАЯ МОЩНОСТЬ: 300+ ЕДИНИЦ. НОВОЕ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВАША ПРОМЫШЛЕННАЯ АКТИВНОСТЬ ВЫЗЫВАЕТ ЗАМЕТНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ ВОЗМУЩЕНИЯ В РЕГИОНЕ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВНЕШНЕГО РАССЛЕДОВАНИЯ ВОЗРОСЛА НА 25%.

Мы стояли и смотрели на экраны. С одной стороны — идеальный порядок нашей базы, где сотни машин без устали работают на наше будущее. С другой — растущий хаос снаружи, который мы сами же и спровоцировали. Мы обрели силу, но вместе с ней пришла и ответственность. И новые проблемы.

— Ну что ж, — сказала Рианна, нарушив тишину. — Похоже, мы стали слишком большими, чтобы просто прятаться. Какой теперь план, босс?

Она впервые назвала меня так. И это был не вопрос. Это была передача стратегического управления. Она была главным инженером. Я стал главным стратегом.

Вопрос повис в воздухе. Мы больше не могли просто реагировать. Пора было начинать действовать на опережение.

Вопрос Рианны "Какой теперь план, босс?" повис в воздухе нашего командного центра, но ответ на него уже формировался в моей голове, подкрепленный холодными расчетами Координатора.

— Проблема не в том, что мы производим шум, — начал я, выводя на главный экран графики экономической активности сектора. — Проблема в том, что этот шум — анонимный. А природа, как и галактический бизнес, не терпит вакуума. Тайны привлекают нежелательное внимание. Значит, нам нужно заполнить этот вакуум. Дать им историю, в которую они смогут поверить.

АНАЛИЗ РИСКОВ: ПРОДОЛЖЕНИЕ СКРЫТОЙ ОПЕРАЦИИ ПРИ ТЕКУЩЕМ МАСШТАБЕ ПРИВЕДЕТ К ВЕРОЯТНОСТИ ОБНАРУЖЕНИЯ КРУПНОЙ ФРАКЦИЕЙ (КАРТЕЛЬ ХАТТОВ, ТОРГОВАЯ ГИЛЬДИЯ, РЕСПУБЛИКАНСКАЯ РАЗВЕДКА) В 90% В ТЕЧЕНИЕ 18 СТАНДАРТНЫХ МЕСЯЦЕВ. — Прятаться больше не вариант, — заключил я. — Нам нужно выйти из тени. Но не нам лично. Нам нужна легенда.

Так родился наш следующий проект, самый амбициозный из всех. Создание подставной компании.

Название: После недолгих раздумий мы остановились на "Foundation Robotics" (Робототехника "Основание"). Это была дань нашей главной директиве и звучало солидно.

Публичное лицо: Мы не могли рисковать. Поэтому нашим "генеральным директором" стал дроид. Я потратил два дня, программируя одного из наших протокольных дроидов, создавая ему сложную личность — вежливую, непроницаемую и абсолютно преданную. Он получил имя Юнит 734, но в сети он будет известен как "Представитель".

Легенда: "Foundation Robotics" — молодой, агрессивный стартап, специализирующийся на автоматизированной переработке отходов в опасных зонах. Наша "уникальная" технология (армия наших дроидов) позволяет нам работать там, где другие не могут. Это простое и логичное объяснение нашей феноменальной эффективности. Оно скрывало главную правду: мы не просто используем дроидов, мы их создаем на военном заводе, работающем от реактора дредноута.

Теперь нужно было вывести нашу легенду в свет.

— Мы начнем с простого, — сказал я Рианне. — Мы начнем продавать.

Нашим первым продуктом стали идеальные, калиброванные слитки дюрастали, которые производила наша плавильня. Но мы не стали сбрасывать их на и без того перегретый рынок Раксус Прайм. Координатор нашел для нас идеальную нишу: промышленная система в соседнем секторе, где несколько верфей испытывали дефицит качественного сырья.

Операция "Первая продажа" была проверкой всей нашей новой структуры. Сначала мы, используя анонимные каналы, зарегистрировали нашу компанию. Затем "Представитель" заключил контракт на поставку пробной партии. Самым сложным была логистика. У нас не было своего корабля.

Я зафрахтовал потрепанный грузовик какой-то независимой транспортной компании. Мы назначили им точку встречи в безлюдном ущелье в нескольких десятках километров от нашей базы.

Сцена была сюрреалистичной. Когда грузовик приземлился, его встретила безмолвная делегация. Десять наших дроидов-«Мулов» под руководством одного "Стража" вынесли из ущелья паллеты с блестящими слитками, на каждом из которых стоял выгравированный лазером логотип "FR". Экипаж грузовика наблюдал за этим с открытыми ртами, не решаясь выйти. Они не видели ни одного живого существа. Только эффективные, бездушные машины.

Через час груз был на борту. Оплата поступила на наш свежесозданный, зашифрованный счет в тот момент, когда корабль покинул атмосферу. Сделка прошла идеально. Чисто, анонимно, выгодно.

Теперь, когда у нас был прецедент, мы сделали следующий шаг. Мы легализовались на Раксус Прайм. "Представитель" от имени "Foundation Robotics" официально выкупил у Гильдии Мусорщиков права на разработку всего нашего сектора, включая "Кладбище Дредноутов". Мы заплатили щедрую сумму, которая сразу сделала нас уважаемым игроком.

Это изменило все. Мы перестали быть "призраками", ворующими чужой металл. Мы стали законными владельцами, которые просто очень эффективно работают на своей территории. Враждебность со стороны других мусорщиков сменилась завистливым уважением.

Мы сидели в командном центре, наблюдая, как меняется информационное поле вокруг нас. Слухи о "призраках" сменились разговорами о новой таинственной, но богатой корпорации дроидов. Легенда начала жить своей жизнью.

ОБНОВЛЕНИЕ: СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - ФАЗА 1 (СОЗДАНИЕ КОРПОРАТИВНОГО ПРИКРЫТИЯ) ВЫПОЛНЕНА. НОВЫЙ СТАТУС: ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СУБЪЕКТ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВАША КОМПАНИЯ, "FOUNDATION ROBOTICS", ПРИВЛЕКЛА ВНИМАНИЕ НЕСКОЛЬКИХ ВНЕШНИХ СИЛ, ВКЛЮЧАЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ТОРГОВОЙ ГИЛЬДИИ И ТЕХНОСОЮЗА, ИЩУЩИХ НОВЫХ ПОСТАВЩИКОВ.

Мы вышли из тени местного уровня, но попали на радары игроков галактического масштаба. Мы решили одну проблему, но создали другую, гораздо более сложную. Эффект бабочки начал свою работу. Мы взмахнули крыльями на забытой свалке, и теперь по всей галактике расходились едва заметные круги, которые со временем могли превратиться в цунами.

"Foundation Robotics" стала успехом. Тихим, почти незаметным, но неоспоримым. Запросы на наши высококачественные слитки поступали регулярно. Наш банковский счет, который еще недавно был почти пустым, теперь исчислялся сотнями тысяч кредитов. Мы стали прибыльным предприятием.

Но я, как руководитель проекта, видел не прибыль. Я видел уязвимость.

— Мы на сто процентов зависим от фрахтовщиков, — сказал я Рианне, указывая на голографическую схему нашей логистической цепочки в командном центре. — Каждый раз, когда мы нанимаем корабль, мы рискуем. Экипаж видит наших дроидов. Их корабельные журналы фиксируют координаты точки встречи. Каждый рейс — это потенциальная утечка информации. К тому же, это дорого. Мы отдаем до тридцати процентов прибыли посредникам.

АНАЛИЗ КООРДИНАТОРА: ТЕКУЩАЯ БИЗНЕС-МОДЕЛЬ НА 85% ЗАВИСИТ ОТ СТОРОННИХ ЛОГИСТИЧЕСКИХ КОМПАНИЙ. РИСКИ: НАРУШЕНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ, СБОИ В ПОСТАВКАХ, ВЫСОКИЕ ОПЕРАЦИОННЫЕ РАСХОДЫ. ВЫВОД: КРИТИЧЕСКАЯ УЯЗВИМОСТЬ.

— Нам нужен свой корабль, — заключила Рианна. Она смотрела не на схему логистики, а на чертежи в заводской базе данных. В ее глазах уже горел знакомый огонь инженера. — Зачем покупать чужой хлам с неизвестной историей, если мы можем построить свой? Идеальный. Под наши задачи.

Решение было очевидным. Покупка — это для тех, у кого есть деньги, но нет средств производства. У нас было и то, и другое.

Так стартовал проект "Гермес".

Мы не стали строить корабль с нуля. Это было бы слишком долго. Мы применили наш привычный подход: нашли недооцененный актив. С помощью дроидов-разведчиков мы обнаружили в нескольких километрах от базы остов старого кореллианского грузовика класса YT-900. Он был разбит, разграблен, но его главная силовая рама была цела. Для Рианны этого было достаточно.

Наши дроиды-"Мулы" несколько дней тащили останки корабля в наш главный грузовой отсек, который мы временно превратили в сухой док. И работа закипела.

Это было похоже на то, как мы собирали "Крошитель" или "Скарабей", но масштабы были иными. Рианна была в своей стихии. Она не просто ремонтировала. Она пересоздавала. Она полностью перепроектировала внутреннюю компоновку, сделав корабль максимально автоматизированным. Мостик, инженерный отсек, грузовой трюм — все было рассчитано на управление дроидами под контролем центрального компьютера.

Я же занимался стратегическим оснащением. — Нам нужна скрытность, — говорил я ей, указывая на схемы. — Наш завод может произвести низкотемпературное покрытие для корпуса. Оно не сделает нас невидимыми для военного сканера, но для большинства пиратов и патрулей мы будем выглядеть как холодный астероид. — И щиты, — добавляла она. — Я могу встроить в корпус эмиттеры военных стандартов. Снаружи их не будет видно, но они выдержат прямое попадание турболазера. — И тайники, — настаивал я. — Несколько отсеков, экранированных от сканеров. Не для контрабанды. Для... особых грузов.

Недели превратились в месяцы. Наш завод работал без остановки, производя новые двигатели, панели обшивки, компоненты гипердвигателя. Наша армия дроидов трудилась в три смены, собирая корабль нашей мечты под неусыпным руководством Рианны.

И вот, он был готов.

"Гермес" не был красивым. Он был похож на своих создателей и на свое место рождения. Угловатый, функциональный, покрытый заплатами новой и старой брони. Он не пытался казаться чем-то большим, чем он был — рабочим инструментом. Но мы знали, что под этой неказистой оболочкой скрывается сердце истребителя и выносливость крейсера.

Настал день первого полета. Мы с Рианной заняли места на мостике. Она — на месте пилота, я — за системами и навигацией. Десятки наших дроидов заняли свои посты в других отсеках. — Все системы в норме, — доложил я. — Реактор на ста процентах.

— Тогда полетели, — улыбнулась Рианна.

Она потянула на себя штурвал. "Гермес" беззвучно поднялся над палубой нашего дока. Гигантская дверь базы открылась, впуская дневной свет. Наш корабль, построенный нашими руками, в нашей крепости, впервые увидел небо.

Мы вылетели в разреженную атмосферу Раксус Прайм. Рианна провела серию маневров. Корабль слушался ее безукоризненно. Он был быстрым, отзывчивым, мощным. — Гиперпространственный прыжок по заданным координатам, — скомандовал я.

Рианна активировала гипердвигатель. Звезды за иллюминатором вытянулись в синие линии. Короткий, идеально рассчитанный прыжок в соседнюю необитаемую систему и обратно. Все работало как часы.

Когда мы приземлились обратно в нашем доке, мы закрыли последнюю и самую главную уязвимость в нашей системе. Мы обрели свободу. Свободу передвижения. Свободу торговли. Свободу действовать в галактическом масштабе.

ОБНОВЛЕНИЕ: СТРАТЕГИЧЕСКАЯ УЯЗВИМОСТЬ (ЗАВИСИМОСТЬ ОТ ТРАНСПОРТА) - УСТРАНЕНА. НОВЫЙ АКТИВ: ТЯЖЕЛЫЙ ГРУЗОВИК КЛАССА "ГЕРМЕС" (МОДИФИЦИРОВАННЫЙ). СТАТУС: ФУНКЦИОНАЛЕН. ВСЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ ВТОРОЙ ФАЗЫ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ДИРЕКТИВЫ "ОСНОВАНИЕ" (РАСШИРЕНИЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ) - ВЫПОЛНЕНЫ. ОЖИДАНИЕ НОВЫХ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ.

Я посмотрел на Рианну, и впервые за долгое время искренне улыбнулся. — Ну вот, — сказал я. — Теперь мы действительно можем начинать работать.

Фраза была та же, что и раньше, но смысл ее изменился. Теперь "работа" означала не выживание на свалке. Она означала операции в масштабах целой галактики. Мы были готовы.

Наш командный центр больше не был просто центром управления базой. С появлением "Гермеса" он стал мостиком флагмана нашего крошечного, несуществующего флота. Координатор теперь в реальном времени обрабатывал не только внутренние данные, но и потоки новостей со всей галактики. Война Клонов была в самом разгаре. Каждый день приходили сводки о новых битвах, о планетах, переходящих из рук в руки, о генералах-джедаях, ведущих свои армии клонов к победе или гибели.

Я смотрел на эту бушующую бурю и видел не хаос, а обратный отсчет. Часы тикали до момента, когда Республика падет, а джедаи будут уничтожены.

— Пора начинать, — сказал я Рианне, которая как раз заканчивала установку нового, более мощного щитового генератора на "Гермес". — Наш следующий проект. Назовем его "Архивариус".

Я изложил ей план. Не спасение джедаев. Не вмешательство в войну. А спасение знаний. — Во время войны и последующего хаоса, — объяснил я, избегая прямых предсказаний, — будут утеряны целые библиотеки. Технологии, история, наука. Все это превратится в пепел. А знание — это самый ценный ресурс. Мы начнем собирать его. Создадим свой собственный, неуязвимый архив.

Рианна поняла меня сразу. Для нее, инженера, ценность чертежей и научных данных была очевидна.

Моей целью стал не главный Храм на Корусанте — это было бы самоубийством, — а его филиалы. Координатор проанализировал довоенные архивы Ордена и нашел идеальную цель. Небольшой аванпост-библиотека на заброшенной луне в системе Оссус. Когда-то это был крупный центр знаний, но с началом войны большинство ценных артефактов и персонал были эвакуированы. Сейчас, по данным разведки, он был либо пуст, либо охранялся парой дроидов-смотрителей. Мягкая цель.

Это была первая настоящая миссия "Гермеса". Мы подготовились тщательно. На борт загрузилась "выездная команда": десяток "Мулов" для транспортировки грузов, пара "Стражей" для охраны и новый дроид-специалист, которого Рианна собрала специально для этой задачи — "Ключник", эксперт по взлому древних систем безопасности.

Полет прошел идеально. Системы скрытности "Гермеса" позволили нам подойти к луне незамеченными. Мы приземлились в каньоне в нескольких километрах от архива.

Сам архив представлял собой древнее, величественное здание, наполовину вросшее в скалу. Как я и предполагал, он был пуст. Системы безопасности были устаревшими, и наш "Ключник" обошел их за несколько минут.

Внутри нас встретила тишина и пыль. Мы вошли в главный зал хранилища. Это было захватывающее зрелище. Бесконечные ряды стеллажей, на которых хранились не книги, а голокроны, инфокристаллы и датакроны. Целое море знаний.

Мы работали быстро и эффективно. Координатор сканировал каталоги, определяя самые ценные данные — редкие технологии, утерянные научные труды, подробные звездные карты неизведанных секторов. Наши дроиды-"Мулы" методично загружали контейнеры с кристаллами на репульсорные тележки.

Именно тогда мы и нашли его.

В одном из боковых залов, который не значился в общих каталогах, мы обнаружили небольшую медицинскую секцию. И в ней, в одной-единственной работающей стазисной капсуле, лежала она. Молодая тви'лечка, одетая в форму падавана Ордена джедаев. Датчики показывали, что она была погружена в лечебную кому. Судя по записям в терминале, ее тяжело ранили на одной из первых битв войны, отправили сюда на восстановление, а во время срочной эвакуации про нее... просто забыли.

Мой идеально просчитанный план по сбору неодушевленных активов только что столкнулся с живым, дышащим, а главное — чувствительным к Силе, осложнением.

— Что будем делать? — спросила Рианна, ее голос в шлеме был напряженным. — Оставим ее здесь, и она умрет, когда аварийное питание иссякнет. Заберем с собой — и на нас могут выйти джедаи. Или кое-кто похуже после... всего.

Она не знала будущего, но чувствовала риск. Я запустил симуляцию. АНАЛИЗ: СПАСЕНИЕ ЧУВСТВИТЕЛЬНОГО К СИЛЕ ИНДИВИДА УВЕЛИЧИВАЕТ ВЕРОЯТНОСТЬ ОБНАРУЖЕНИЯ ОРДЕНОМ ДЖЕДАЕВ (ДО ИМПЕРИИ) ИЛИ ИНКВИЗИЦИЕЙ (ПОСЛЕ) НА 45%. АНАЛИЗ АКТИВА: ИНДИВИД ОБЛАДАЕТ УНИКАЛЬНЫМИ НАВЫКАМИ И ЗНАНИЯМИ. ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ДОЛГОСРОЧНАЯ ЦЕННОСТЬ: ВЫСОКАЯ, НО НЕПРЕДСКАЗУЕМАЯ.

Это был выбор между безопасностью и потенциальной выгодой. Между холодным расчетом и... чем-то еще. Я принял решение, которое впервые основывалось не только на цифрах. — Забираем, — сказал я. — Потенциальная ценность актива превышает немедленный риск. На базе мы сможем обеспечить ее изоляцию и безопасность, пока не разберемся в ситуации.

Это была ложь. Точнее, полуправда. Я просто не мог оставить ее умирать. Но я облек свое решение в привычную для нас формулу анализа рисков.

Мы вернулись на "Гермес". Его грузовой отсек был забит бесценными знаниями. А в новом, стерильном медицинском отсеке, который мы предусмотрительно построили, теперь лежала наша самая большая проблема и самый ценный актив.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "АРХИВАРИУС" - ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ ВЫПОЛНЕНА. ВТОРИЧНЫЙ АКТИВ (ЖИВОЙ ИНДИВИД) ПОЛУЧЕН. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВНЕДРЕНИЕ ЧУВСТВИТЕЛЬНОГО К СИЛЕ ИНДИВИДА В ЭКОСИСТЕМУ "ОСНОВАНИЯ" ЯВЛЯЕТСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ПЕРЕМЕННОЙ. ВСЕ БУДУЩИЕ ОЦЕНКИ РИСКОВ ПОДЛЕЖАТ ПЕРЕСЧЕТУ.

Я смотрел на монитор, показывающий ее жизненные показатели, а затем на звездную карту. Мы только что сделали первый настоящий ход в большой игре. Мы взмахнули крыльями. И теперь оставалось только ждать, какой ураган это вызовет.

Обратный полет на "Гермесе" был не похож на предыдущие. В грузовом отсеке лежали не просто ресурсы, а будущее. Целая библиотека знаний. Но в медицинском отсеке, в стазисной капсуле, лежало настоящее. Проблема, завернутая в тайну.

Первым делом по прибытии мы обеспечили безопасность. Дроиды-"Мулы" перевезли контейнеры с голокронами в специально подготовленное нами хранилище — герметичный, экранированный бункер в самой глубине базы. Стазисную капсулу же мы поместили в наш стерильный, полностью оборудованный медотсек, который до этого момента был лишь демонстрацией наших возможностей. Теперь у него появился пациент.

Рианна, используя медицинские сканеры, провела полную диагностику. — Физически она здорова, — доложила она, когда мы встретились в командном центре. — Раны, из-за которых ее поместили в кому, полностью зажили. Стазис просто... законсервировал ее. Мы можем держать ее в нем еще годы, но это бессмысленно. И рискованно. Если система даст сбой, она умрет.

— Значит, пора ее будить, — заключил я.

Подготовка к "пробуждению" напоминала подготовку к обезвреживанию бомбы. Медотсек был изолирован. В углу, абсолютно неподвижно, замер один из наших дроидов-"Стражей". Мы с Рианной стояли у стены, сохраняя дистанцию.

Рианна запустила протокол деактивации. Раздалось тихое шипение, гул стазисного поля затих. Показатели на мониторе, отслеживающем жизненные функции тви'лечки, поползли вверх, приходя в норму. Через минуту ее ресницы дрогнули. Глаза открылись.

Она не паниковала. Взгляд был сфокусированным, оценивающим. Она медленно села, осматривая свои руки, затем — помещение. Я видел, как она пытается что-то почувствовать, дотянуться до чего-то невидимого. До Силы.

Я решил взять инициативу на себя. Мой голос был спокойным и отстраненным, я копировал манеру нашего дроида-"Представителя". — Вы в безопасности. Вы были найдены в законсервированной стазисной капсуле на заброшенном аванпосте Республики. Мы оказали вам помощь.

Она перевела взгляд на меня. — Кто вы? Где я? — Мы — частная исследовательская организация "Foundation Robotics". Вы находитесь на нашей базе, на планете Раксус Прайм. — Раксус Прайм? — она нахмурилась. — Свалка? — ее взгляд снова метнулся по стерильно чистому медотсеку. — И... война? Она еще идет? — Война продолжается, — я дал ей правдивый, но неполный ответ.

Она помолчала, обрабатывая информацию. — Я — Лира, падаван Ордена джедаев, — представилась она. — Мне нужно немедленно связаться с Советом. Они должны знать, что я жива.

Вот он. Момент, которого я ожидал и опасался. — Боюсь, это невозможно, — так же спокойно ответил я. — Наша база работает в режиме полного радиомолчания. Любая внешняя передача скомпрометирует наше местоположение. Безопасность — наш главный приоритет.

Ее глаза сузились. Она больше не была растерянной пациенткой. Она была джедаем, столкнувшимся с препятствием. — Вы не имеете права меня удерживать. — Мы не удерживаем вас. Мы обеспечиваем вашу безопасность. И нашу, — парировал я.

АНАЛИЗ СУБЪЕКТА: ЛИРА (ПАДАВАН-ТВИ'ЛЕК). ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: НАСТОРОЖЕННОСТЬ - 70%, РАСТЕРЯННОСТЬ - 20%, СТРАХ (ПОДАВЛЕННЫЙ) - 10%. НЕПОСРЕДСТВЕННАЯ УГРОЗА: НИЗКАЯ. ДОЛГОСРОЧНЫЙ РИСК: ВЫСОКИЙ.

Рианна, видя, что разговор заходит в тупик, шагнула вперед. — Послушай, Лира. Мы спасли тебе жизнь. Мы не хотим тебе зла. Но, как сказал мой партнер, у нас строгие правила. Пока мы не будем уверены, что твой сигнал не приведет сюда гостей, которых мы не ждем, связи не будет.

Мы разместили ее в одном из жилых блоков. Комната была комфортной, с доступом к нашей внутренней сети, где была еда, вода, общая информация из Голонета, но без возможности внешней связи. "Страж" бесшумно патрулировал коридор у ее двери. Она была не пленницей в камере. Она была гостем в золотой клетке.

Вечером мы с Рианной сидели в командном центре, глядя на изображение с камеры наблюдения в ее комнате. Лира сидела на кровати в позе для медитации.

— Она попытается сбежать, — сказала Рианна. — Или связаться со своими. Она джедай. Они так просто не сдаются. — Я знаю, — ответил я, наблюдая за ней. — И мы должны быть к этому готовы.

Координатор уже обработал новую реальность. ОБНОВЛЕНИЕ: ВНЕДРЕН НОВЫЙ ПРОТОКОЛ - "КАРАНТИН". ЦЕЛЬ: ИЗОЛИРОВАТЬ И ОЦЕНИТЬ НОВЫЙ БИОЛОГИЧЕСКИЙ АКТИВ. ПРЕДОТВРАТИТЬ ВСЕ НЕАВТОРИЗОВАННЫЕ ВНЕШНИЕ КОНТАКТЫ. ОПРЕДЕЛИТЬ ДОЛГОСРОЧНУЮ СТРАТЕГИЧЕСКУЮ ЦЕННОСТЬ.

Наш идеальный, предсказуемый мир из дроидов и механизмов столкнулся с человеческим фактором. С непредсказуемой переменной. Бабочка проснулась в нашем стерильном саду. И теперь нам нужно было решить, станет ли она нашим союзником или причиной нашей гибели.

Прошло несколько дней. Наша новая гостья, Лира, вела себя образцово. Она не билась в истерике, не пыталась прорваться силой. Она медитировала. Занималась физическими упражнениями. Изучала всю информацию, которую я ей предоставлял в ее изолированном секторе сети. Она была дисциплинирована. И это беспокоило меня больше, чем открытая агрессия. Координатор давал сухую оценку: СУБЪЕКТ ИЗУЧАЕТ СРЕДУ. ИЩЕТ СЛАБЫЕ МЕСТА. ВЕРОЯТНОСТЬ ПОПЫТКИ ПОБЕГА В ТЕЧЕНИЕ СЛЕДУЮЩЕГО ЦИКЛА: НИЗКАЯ. ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО ОНА ГОТОВИТ ДОЛГОСРОЧНЫЙ ПЛАН: ВЫСОКАЯ. Она была таким же стратегом, как и я.

В это время мы с Рианной начали разбирать наш главный трофей — архивы. Наши дроиды методично сканировали кристалл за кристаллом, каталогизируя гигантские объемы данных. И среди прочего, мы наткнулись на них. Детальные, полные инженерные схемы светового меча.

Рианна была заворожена. Для нее это было не священное оружие джедаев. Это был инженерный шедевр. — Ты только посмотри, Лорн! — говорила она, указывая на схему. — Клинок из чистой плазмы, удерживаемый в идеально стабильном поле. Источник питания размером с кулак, выдающий мощность, достаточную для того, чтобы прорезать корпус звездолета. Это... это невозможно. Это нарушает как минимум три закона термодинамики.

Но чертежи были перед нами. И в них постоянно упоминался один компонент, без которого все это было лишь набором деталей. Фокусирующий кристалл. Кайбер-кристалл.

В архивах не было ни одного кристалла. Но Координатор, перекрестно проанализировав опись имущества, с которым Лира поступила в лазарет, нашел одну интересную деталь. Среди ее личных вещей значился "контейнер из свинцового сплава, тип 7, для хранения геологических образцов".

У меня появился план. План, который позволил бы нам и изучить технологию, и протестировать лояльность нашей гостьи.

Я пришел к ней в каюту. — Лира, — начал я без предисловий. — Нам нужна твоя помощь. Она оторвалась от медитации. — Я чем-то могу помочь моим... тюремщикам? — Мы предпочитаем термин "спасители", — поправил я. — Мы изучаем архивы, которые нашли вместе с тобой. И наткнулись на технологию, которая нас очень интересует. Световой меч.

Ее глаза сузились. — Это священная технология Ордена. Она не для... — ...инженеров и ученых? — закончил я за нее. — Мы так не думаем. Мы видим в этом уникальное техническое решение. И мы хотим его понять. У нас есть чертежи. А у тебя, если я не ошибаюсь, есть ключевой компонент.

Я сделал паузу. — Вот мое предложение. Мы предоставляем тебе полный доступ к нашему лучшему производственному цеху. Наши машины изготовят детали с точностью, о которой мастера Ордена могли только мечтать. Ты предоставляешь нам кристалл и свои знания. Ты поможешь нам понять, как это работает. А взамен... ты соберешь себе новый меч. Твой, я полагаю, был утерян.

Это был искусный ход. Я предлагал ей вернуть то, что для джедая было частью души. Но ценой была кооперация.

Она колебалась. Это было видно по тому, как напряглись ее лекку. С одной стороны — соблазн снова обрести оружие. С другой — предательство традиций. Но она была прагматиком, как и я. Она была одна, безоружна, в плену. Мое предложение было единственным шансом изменить это. — Я согласна, — наконец сказала она. — Но при одном условии. Финальную сборку и настройку я проведу сама. Без ваших сканеров и анализаторов. Таков обычай.

— Договорились, — кивнул я.

Сцена в нашем цеху была уникальной. Лира, впервые увидевшая наши производственные мощности, была потрясена. Рианна, скептически относившаяся к "мистике" джедаев, смотрела на Лиру как на редкий научный экспонат.

Лира открыла свой свинцовый контейнер. Внутри лежал тусклый, ничем не примечательный кристалл. — Он спит, — просто сказала она.

Работа началась. Это был странный симбиоз. Рианна, используя промышленные манипуляторы, вытачивала детали рукояти с микронной точностью. Лира стояла рядом и направляла ее, говоря не на языке инженерии, а на языке образов. "Энергетический поток должен течь, как река, а не как разряд молнии. Здесь нужна более плавная камера..."

Я же стоял в стороне, а Координатор с жадностью поглощал данные. Он сканировал материалы, замерял энергетические поля, пытался найти логику и физику в том, что Лира называла "связью с кристаллом".

Наконец, все детали были готовы. Рианна отошла. Лира взяла их в руки, села на пол цеха и закрыла глаза. Она начала медитировать, медленно собирая рукоять.

Мы почувствовали это одновременно. Тихий, низкий гул, который исходил не из динамиков, а будто бы рождался в самом воздухе. Координатор зафиксировал аномальное энергетическое поле, не поддающееся классификации.

Лира закончила сборку, встала и нажала на активатор.

С резким, чистым вшшшшух, из эмиттера вырвался клинок яркого, сапфирового цвета, озарив весь цех неземным светом.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ОБНАРУЖЕН ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН НЕИЗВЕСТНОЙ ПРИРОДЫ. ВЫСОКОТЕМПЕРАТУРНАЯ ПЛАЗМА, УДЕРЖИВАЕМАЯ В СТАБИЛЬНОМ, САМОГЕНЕРИРУЕМОМ ПОЛЕ СДЕРЖИВАНИЯ. ИСТОЧНИК ПОЛЯ НЕ ИДЕНТИФИЦИРОВАН. ДАННЫЕ НЕПОЛНЫ.

Лира стояла с работающим мечом, и ее взгляд был твердым и уверенным. Она больше не была беспомощной пациенткой. Она была вооруженным джедаем.

Мы с Рианной переглянулись. Мы хотели изучить артефакт. А в итоге — перевооружили нашего пленника. Наша переменная только что получила новый, очень опасный коэффициент.

Новый статус-кво на базе был пропитан напряжением. Лира, теперь вооруженная, стала центром этого напряжения. Она не проявляла агрессии. Наоборот, она стала еще более спокойной и дисциплинированной. Каждое утро она часами тренировалась со своим новым мечом в пустом грузовом отсеке. Ее движения были плавными, смертоносными и гипнотически красивыми. Рианна наблюдала за ней с интересом инженера, пытающегося понять принципы работы идеального механизма. Я же наблюдал с расчетом стратега.

Она не пыталась бежать. Координатор был категоричен: АНАЛИЗ ПОВЕДЕНИЯ: СУБЪЕКТ НЕ ИЩЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ ДЛЯ ПОБЕГА. СУБЪЕКТ ОЖИДАЕТ ПОДХОДЯЩЕГО МОМЕНТА ДЛЯ ДЕЙСТВИЯ. Она выжидала. А значит, я не мог позволить ей просто сидеть и копить силы. Мне нужно было больше данных. Мне нужно было проверить ее в деле.

Возможность представилась сама собой. Разбирая архивы, Координатор наткнулся на еще одну любопытную запись. Координаты небольшого хранилища Ордена на астероиде в Поясе Рохана. Согласно описи, там хранились не столько исторические данные, сколько редкие технологические компоненты: кайбер-кристаллы без огранки, сплавы для корпусов джедайских истребителей и, что самое интересное, несколько неактивных голокронов. Но была одна проблема.

— Система безопасности этого хранилища не электронная, — объяснял я Рианне и Лире в командном центре. — Судя по описанию, она основана на... резонансе Силы. Серия замков и ловушек, которые можно обойти, только взаимодействуя с ними напрямую. Наши дроиды и взломщики там бесполезны.

Я повернулся к Лире. — Но ты — нет.

Я предложил ей новую сделку. Совместную операцию. — Мы доставим тебя туда. Ты поможешь нам пройти через защиту. Все технологические компоненты и сырье — собственность "Foundation Robotics". Все артефакты, имеющие историческую или духовную ценность для твоего Ордена, — твои. Мы обеспечим их сохранность здесь.

Лира смотрела на меня с подозрением. — Вы хотите, чтобы я помогла вам разграбить еще одно хранилище моего Ордена? — Я хочу, чтобы мы его спасли, — поправил я, используя ту же логику, что сработала в прошлый раз. — Оно заброшено. Рано или поздно его найдут пираты или кто-то похуже. Все, что внутри, будет продано или уничтожено. Мы же предлагаем сохранить это знание и технологию. Это лучший из плохих вариантов, и ты это понимаешь.

Она понимала. И она понимала, что это ее шанс доказать свою полезность и, возможно, получить больше свободы. Она согласилась.

Миссия на астероид была первой, где Лира выступала не как пленник, а как ключевой специалист. В "Гермесе" она держалась особняком, но я заметил, как она с интересом наблюдает за работой Рианны, которая увлеченно модернизировала один из корабельных сканеров.

Хранилище было высечено в сердце массивного астероида. Первая же дверь поставила нас в тупик. Никаких замков, никаких кнопок. Просто гладкая стена. — Она откроется, если поместить эти камни в правильном порядке, — сказала Лира, указывая на парящие в невесомости камни рядом с дверью. — Нужно почувствовать, как они сочетаются друг с другом.

Рианна просканировала их всеми своими приборами. — Они идентичны. Плотность, масса, состав — никаких различий. — Не для меня, — сказала Лира.

Она закрыла глаза, протянула руку. Камни медленно задвигались, повинуясь ее воле, и выстроились в сложный узор. Стена беззвучно отъехала в сторону.

АНАЛИЗ КООРДИНАТОРА: ОБНАРУЖЕНА СПОСОБНОСТЬ К ТОЧЕЧНОМУ ГРАВИТАЦИОННОМУ МАНИПУЛИРОВАНИЮ. ПРИНЦИП ДЕЙСТВИЯ НЕИЗВЕСТЕН.

Я не понимал, как она это делает. Но я видел, что она это делает. Сила переставала быть мистикой. Она становилась инструментом для решения определенного класса задач.

Мы прошли еще несколько подобных ловушек. Для Рианны это было сродни колдовству. Для меня — наблюдением за работой "черного ящика". Я не знал, что у него внутри, но я мог фиксировать входящие данные (задача) и исходящий результат (решение).

В главном хранилище мы нашли то, что искали. Контейнеры с редкими кристаллами и металлами. Наши дроиды-"Мулы" начали методичную погрузку. Лира же нашла свою награду: несколько запечатанных голокронов. Она держала их в руках с благоговением.

На выходе нас ждал сюрприз. Последний рубеж обороны. Из стен выдвинулась дюжина старых тренировочных дроидов с учебными бластерами. — Враждебный контакт! — крикнула Рианна.

"Стражи" открыли огонь, поливая дроидов парализующими разрядами. Но я смотрел на Лиру. Это был идеальный тест. Она не колебалась ни секунды. Ее сапфировый меч вспыхнул, и она бросилась в бой, двигаясь с невероятной грацией. Она не уничтожала дроидов, а выводила их из строя, отсекая конечности и оружие. Она действовала в полном согласии с нашими дроидами, прикрывая их и позволяя им делать свою работу. Она была командным игроком.

Вернувшись на "Гермес", мы летели в молчании. Атмосфера изменилась. Рианна смотрела на Лиру с новым уважением. Не как на пленницу, а как на коллегу с очень странным, но эффективным набором навыков.

ОБНОВЛЕНИЕ КООРДИНАТОРА: АКТИВ "ЛИРА" ПРОДЕМОНСТРИРОВАЛ ВЫСОКУЮ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРИ РЕШЕНИИ НЕСТАНДАРТНЫХ ЗАДАЧ, НЕПОДВЛАСТНЫХ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИМ МЕТОДАМ. БОЕВАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПОДТВЕРЖДЕНА. ЛОЯЛЬНОСТЬ В ТАКТИЧЕСКОЙ ОБСТАНОВКЕ УСЛОВНО ВЫСОКАЯ. АНАЛИТИЧЕСКИЙ ВЫВОД: "СИЛУ" МОЖНО РАССМАТРИВАТЬ КАК НАДЕЖНЫЙ, ХОТЯ И НЕПРЕДСКАЗУЕМЫЙ, ИНСТРУМЕНТ ДЛЯ ПРЕОДОЛЕНИЯ ОПРЕДЕЛЕННОГО КЛАССА ПРЕПЯТСТВИЙ.

Я добился своего. Я нашел способ классифицировать и использовать ее способности. Я превратил магию в ресурс.

Но, глядя на то, как Лира в своем отсеке пытается активировать один из найденных голокронов, я понимал, что все сложнее. Я дал ей не только цель и работу. Я дал ей доступ к знаниям ее Ордена. Я, возможно, дал ей способ связаться с другими, такими же, как она.

Бабочка больше не сидела в банке. Теперь она летала по нашему саду, опыляя цветы, которые я не мог контролировать.

Пока Рианна с растущим интересом помогала Лире разбираться в устройстве голокронов, я занимался стратегией. Наличие джедая на борту было уже не просто переменной, а катализатором. Ее рассказы о войне, о доблести солдат-клонов, которых она считала своими друзьями, постоянно напоминали мне о бомбе замедленного действия, заложенной в мозг каждого из них.

Я открыл в своей личной, самой защищенной директории новый проект. Координатор присвоил ему высочайший уровень приоритета.

Проект: "Протокол 'Освобождение'". Цель: Изучение биологических чипов в солдатах-клонах. Разработка метода их нейтрализации. Захват и "вербовка" небольшой группы освобожденных клонов для создания элитного подразделения безопасности "Основания". Оценка рисков: ЭКСТРЕМАЛЬНО ВЫСОКИЙ. Любое вмешательство в дела Республиканской армии карается как государственная измена. Прямой контакт с клонами несет угрозу раскрытия. Обоснование: ПОТЕНЦИАЛЬНАЯ ВЫГОДА: Получение в распоряжение первоклассно обученного и потенциально абсолютно лояльного личного состава, необходимого для выживания в условиях грядущей смены власти.

Я знал, что чипы существуют. Но знание — это не доказательство. Мне нужен был образец. Но как его получить? Похитить клона было невозможно и глупо. Но Координатор, постоянно анализирующий гигабайты открытых военных и логистических данных, нашел для меня лазейку.

— Рианна, у нас новая миссия, — сказал я, вызвав ее в командный центр. Лиру я намеренно не позвал. Это дело не касалось джедаев. Пока. — Через три дня мимо нашего сектора будет проходить медицинский транспорт "Надежда". Он везет раненых с Фелуции в госпиталь на Камино. — Мы будем грабить госпитальные суда? — скептически спросила она. — Нет. Мы проведем неинвазивное исследование. На борту, помимо раненых, находится несколько тел клонов, погибших при невыясненных обстоятельствах. Официальная причина — "для неврологической экспертизы". Это наш шанс. Никто не заметит еще одной медицинской процедуры.

План был дерзким, но выполнимым. "Гермес", используя свои системы скрытности, должен был подкараулить транспорт в туманности, где сканеры работают хуже всего. Мы не будем нападать. Рианна, используя наши мощные системы, дистанционно вызовет на борту "Надежды" ложную аварию — скачок давления в системе охлаждения камбуза. Что-то достаточно серьезное, чтобы отвлечь экипаж, но не угрожающее кораблю. Пока они будут разбираться, наша выездная команда проникнет на борт.

Команда состояла из меня, Рианны и нашего медицинского дроида, которого мы оснастили лучшими сканерами.

Операция прошла как по нотам. "Гермес" был невидимкой в газовом облаке. Рианна легко взломала гражданскую систему "Надежды" и вызвала тревогу. Пока на борту транспорта суетился экипаж, мы состыковались с грузовым шлюзом у отсека морга.

Морг был стерильным, холодным и тихим. В стазисных ячейках лежали тела клонов в черных мешках. Мы нашли нужные нам, помеченные грифом "для экспертизы". Рианна развернула портативный нейросканер. — Начинаю сканирование, — прошептала она.

На экране датапада появилось трехмерное изображение мозга. И мы почти сразу его увидели. Инородный объект размером с ноготь, расположенный в теменной доле. Координатор тут же начал перекрестный анализ, сравнивая его структуру с миллионами патентов и научных работ, которые мы выкачали из архива джедаев.

ОБЪЕКТ ИДЕНТИФИЦИРОВАН. СХОДСТВО С КАМИНОАНСКИМИ РАЗРАБОТКАМИ В ОБЛАСТИ БИОЛОГИЧЕСКИХ ИНГИБИТОРОВ АГРЕССИИ: 92%. ПРЕДПОЛАГАЕМАЯ ФУНКЦИЯ: НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ/ПЕРЕХВАТ ВЫСШИХ КОГНИТИВНЫХ ФУНКЦИЙ.

Вот оно. Физическое доказательство.

Рианна, используя хирургический лазер, с ювелирной точностью извлекла один из чипов. Вся процедура заняла меньше десяти минут. Мы так же тихо покинули корабль. Через полчаса экипаж "Надежды" доложил, что "неисправность" устранена, и транспорт продолжил свой путь, даже не подозревая, что на его борту побывали призраки.

Мы вернулись на базу. В нашем медицинском отсеке Рианна поместила крошечный кусочек органической технологии под электронный микроскоп. На главном экране появилось его увеличенное изображение. Сложная, почти живая сеть микросхем и нейронных интерфейсов.

— Лорн, это не просто чип, — сказала Рианна, ее голос был тихим и мрачным. — Это шедевр биоинженерии. Идеальный выключатель. Он может лежать в спячке годами, а потом, по одному сигналу, перехватить контроль над носителем. Полностью.

Я смотрел на это маленькое устройство, способное превратить героев в убийц. Мое знание из другого мира перестало быть абстракцией. Теперь у него было лицо. Лицо этого чипа.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 1 ЗАВЕРШЕНА. ФИЗИЧЕСКИЙ ОБРАЗЕЦ КОНТРОЛИРУЮЩЕГО ИМПЛАНТА ПОЛУЧЕН. СЛЕДУЮЩАЯ ЦЕЛЬ: ПРОВЕСТИ ОБРАТНЫЙ ИНЖИНИРИНГ ФУНКЦИОНАЛА ЧИПА И РАЗРАБОТАТЬ КОНТРМЕРУ (ПРОЦЕДУРУ ДЕАКТИВАЦИИ ИЛИ ВИРУС).

Цель была ясна. Мы больше не просто собирали артефакты прошлого. Мы собирались создать лекарство для будущего. Хотя бы для нескольких его солдат. Бабочка взмахнула крыльями, и этот взмах был нацелен прямо в сердце величайшего заговора в истории галактики.

Наша медицинская лаборатория превратилась в самый охраняемый объект на базе. В центре, в антисептическом силовом поле, левитировал чип-ингибитор. Рианна не спала уже несколько суток. Она была полностью поглощена работой, ее лицо освещалось лишь холодным светом голографических проекций, показывающих внутреннюю структуру чипа.

Я помогал, чем мог. Координатор без остановки анализировал данные, которые мы скачали из джедайского архива, сравнивая архитектуру чипа с известными каминоанскими биотехнологиями, ища зацепки, уязвимости, что-либо, что могло бы нам помочь.

Но мы зашли в тупик.

— Я понимаю его структуру, Лорн, — сказала Рианна, указывая на проекцию. Ее голос был хриплым от усталости и стимуляторов. — Я вижу синаптические коннекторы, вижу блок памяти, вижу передатчик. Но вот это... — она указала на самый центр чипа, на крошечный, почти органический узел, — ...это "черный ящик". Он не подчиняется законам стандартной электроники. Он... ждет. Но я не могу понять, чего именно.

Мы могли бы просто уничтожить чип физически, но это потребовало бы сложнейшей операции на мозге, которую невозможно было бы провести в полевых условиях. Нам нужен был способ отключить его. Дистанционно или с помощью инъекции. А для этого нужно было понять, как работает замок.

Изучая отчеты Координатора, я наткнулся на одну деталь. В джедайских текстах упоминались древние ситхские артефакты, способные подчинять волю живых существ. Технология была иной, но принцип был похож. И ключ всегда был в Силе. В темной стороне.

Замок не был электронным. Он был... эмоциональным. Психическим. Ему нужен был не радиосигнал. Ему нужен был приказ, отданный с определенной силой и намерением. Приказ, пропитанный темной стороной.

Я понял, что вдвоем нам не справиться. Мы видели лишь половину картины. Нам нужен был специалист по тому, что мы не могли измерить.

Я принял стратегическое решение. Самое рискованное за все время. Я решил посвятить Лиру в нашу главную тайну.

Я пригласил ее в лабораторию. Рианна напряглась, когда она вошла. Я молча указал на голографическую проекцию чипа. — Мы считаем, — сказал я ровно, — что это — контролирующий имплант. Установленный в мозг каждого солдата-клона в армии Республики.

Лира смотрела на изображение, и ее лицо медленно бледнело. Ужас и неверие смешивались в ее глазах. — Нет... это невозможно. Клоны — они... они наши друзья. Они верные солдаты... — Они — идеальные спящие агенты, — закончил я. — Мы считаем, что этот чип можно активировать. И когда это произойдет, вся армия клонов, верная Республика, может в один миг получить новый приказ.

Она смотрела на меня, и я видел, как в ее голове разрозненные кусочки — растущая тьма, которую она чувствовала в галактике, странные предчувствия, недомолвки в официальных отчетах — складываются в единую, чудовищную картину. — Это... деяние ситхов, — прошептала она.

— Мы не можем взломать его, — вмешалась Рианна. — Его триггер... он не технологический. Он странный. Почти живой.

Я посмотрел прямо на Лиру. — Нам нужна твоя помощь. Ты чувствуешь то, чего не видят наши приборы. Мы хотим, чтобы ты "послушала" этот чип. Почувствовала его. Помогла нам понять природу замка.

Это был поворотный момент. Я давал ей не просто информацию. Я давал ей цель. Цель, которая полностью соответствовала ее кодексу джедая — защита невинных. Ее личные проблемы, ее плен, ее желание связаться с Орденом — все это отступило на второй план перед лицом такой чудовищной угрозы. — Я помогу, — сказала она твердо.

Она подошла к проекции чипа. Закрыла глаза. Она не касалась его, но я видел, как она протягивает к нему свои чувства. Мы с Рианной замерли. В лаборатории повисла абсолютная тишина.

— Он... спит, — прошептала Лира через несколько минут. — Но он ждет. Ждет... зова. Это не просто сигнал. Это приказ... сотканный из страха... и подчинения... и ненависти. Он откроется только на эту... частоту. Частоту темной стороны.

Ее описание было метафорическим, но для Рианны этого было достаточно. — Органический резонатор! — воскликнула она, указывая на тот самый "черный ящик". — Он настроен не на энергию, а на определенную нейро-эмоциональную волну! Теперь понятно!

Прорыв был совершен. Теперь, когда мы знали, как работает замок, мы могли создать ключ. Или, скорее, отмычку.

Следующие несколько дней наша троица работала как единый механизм. Лира медитировала над чипом, описывая Рианне структуру "замка". Рианна, основываясь на ее описаниях, создавала алгоритм. Я, используя Координатор, моделировал различные варианты воздействия.

Решение, которое мы нашли, было изящным. Мы не могли удалить чип. Но мы могли его сжечь. Точнее, сжечь только его "замок". Рианна разработала вирус — сложную последовательность высокочастотных энергетических импульсов, настроенных в резонанс со структурой органического процессора. Вирус, который можно было бы ввести в тело с помощью стандартного инъектора. Попав в чип, он должен был вызвать короткое замыкание в "черном ящике", навсегда превращая его в бесполезный кусок кремния и белка, не причиняя вреда носителю.

Мы запустили симуляцию на главном экране. Мы увидели, как наша смоделированная программа достигает чипа. Темный, пульсирующий узел в его центре, который описывала Лира, на мгновение вспыхнул и... погас. Навсегда.

Мы сделали это. У нас было лекарство.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 2 ЗАВЕРШЕНА. КОНТРМЕРА РАЗРАБОТАНА. СТАТУС: ТЕОРЕТИЧЕСКИ ЭФФЕКТИВНА. ОЖИДАЕТ ПОЛЕВЫХ ИСПЫТАНИЙ.

В лаборатории стояла тишина. Мы втроем — инженер, стратег и джедай — смотрели на экран. Мы владели одним из самых опасных и важных секретов в галактике. У нас было оружие, способное предотвратить величайшее предательство.

Но лекарство бесполезно без пациентов. И теперь перед нами стояла новая, еще более опасная задача. Как и на ком провести первые "клинические испытания"?

Мы обладали лекарством, но это создавало новую, еще более сложную моральную и стратегическую дилемму. Мы собирались провести неавторизованную медицинскую процедуру на живом солдате Великой Армии Республики. Это была не просто госизмена. Это был эксперимент на живом человеке.

— Это необходимо, — сказал я, когда мы втроем обсуждали план в командном центре. — Мы не можем знать наверняка, сработает ли вирус, пока не проверим. И лучше проверить сейчас, в контролируемых условиях, чем потом, когда от этого будут зависеть наши жизни.

— Это не просто "контролируемые условия", Лорн. Это разумное существо, — возразила Лира. Ее идеалы джедая вступали в прямое противоречие с моим прагматизмом. — Именно поэтому мы должны это сделать, — парировал я. — Чтобы спасти его и ему подобных от участи стать безвольными марионетками. Цель оправдывает риск.

Рианна молчала, но я видел по ее лицу, что она согласна с моей логикой, пусть и с отвращением к методам.

Теперь нам нужна была цель. Координатор несколько дней просеивал военные сводки, отчеты о потерях и логистические маршруты. И он нашел идеальный вариант. Неделю назад, во время боя над малоизвестной луной Яг'Дул, был сбит республиканский канонерский корабль LAAT. На его борту находилось отделение из четырех элитных клонов-коммандос. Республиканское командование провело быструю разведку, классифицировало зону как слишком опасную из-за оставшихся дроидов-убийц и агрессивной местной фауны, и официально занесло отряд в список "пропавших без вести, предположительно погибли".

Это был наш шанс. Изолированная группа. Официально их уже списали. И они — элита. Если наш эксперимент удастся, мы получим не просто солдат, а лучших из лучших.

Миссия получила кодовое название "Поиск и спасение". Впервые мы втроем отправились на задание. Я — как руководитель операции и аналитик. Рианна — как пилот и технический специалист. Лира — как наш "сканер". Густые джунгли луны глушили большинство стандартных сенсоров, но не Силу.

"Гермес" доставил нас на орбиту, а на поверхность мы спустились на "Скарабее", который теперь был оснащен модулями для подавления шума и тепла, что делало его почти невидимым.

Джунгли были адом. Ядовитые растения, хищники, способные прокусить легкую броню, и патрулирующие остатки армии сепаратистов — старые, но все еще смертоносные дроиды-коммандос BX. Именно здесь Лира проявила себя. — Стойте, — шептала она. — Впереди. За тем хребтом. Металл и... боль.

Она вела нас, обходя патрули и хищников, с уверенностью, которой не мог дать ни один мой прибор. Через несколько часов мы вышли к месту крушения.

Канонер лежал, развалившись на две части. Вокруг него были видны следы ожесточенного боя. Мы нашли их внутри. Четверо коммандос в своей черной броне с оранжевыми вставками. Один был тяжело ранен. Они держали оборону в разбитом корпусе, и выглядели как загнанные в угол волки.

Их командир, сержант с позывным "Босс", направил на нас свою винтовку. — Назовите себя! Это военный объект Республики!

Я вышел вперед с поднятыми руками. — Спокойно, сержант. Мы "Foundation Robotics". Частная спасательно-поисковая группа. Мы перехватили ваш старый аварийный маяк. — Спасательная группа? — он недоверчиво хмыкнул. — Республика списала нас два дня назад. — Республика — да. А мы работаем там, где другие не могут, — я использовал нашу корпоративную легенду. — Мы можем вытащить вас отсюда. И оказать помощь вашему раненому.

Сержант колебался. Но потом он посмотрел на своего бойца, который истекал кровью. — Что вы хотите взамен? — Ничего, — ответил я. — Кроме соблюдения стандартного протокола эвакуации из опасной зоны. Обязательная медицинская деконтаминация. Простая инъекция против местных вирусов и паразитов. Для вашей же безопасности.

Это была рискованная ложь, но она звучала правдоподобно. Лира, стоявшая позади меня, слегка качнула головой, и я почувствовал, как волна спокойствия и доверия исходит от нее, окутывая клонов. Она использовала Силу, чтобы убедить их. Сержант, боровшийся с приказом не доверять чужакам, наконец кивнул. — Ладно. Помогите ему.

Наш медицинский дроид немедленно занялся раненым. А Рианна достала инъектор с нашим "лекарством". Она подошла к первому клону. Тот безропотно закатал рукав. Инъекция. Вторая. Третья.

Когда она сделала укол сержанту, он вдруг замер, а потом схватился за голову, издав сдавленный стон. — Что... что вы нам вкололи?! — крикнул один из его бойцов, вскидывая оружие.

Сержант упал на колени. Его тело забилось в конвульсиях. — Что с ним происходит?! — крикнул я Рианне, хотя сам уже видел данные на своем дисплее. КООРДИНАТОР показывал чудовищный нейронный шторм в его мозгу.

— Я не знаю! — ее голос был полон тревоги. — Вирус вступил в конфликт с протоколами чипа! Это... это борьба за контроль над его телом! Я не уверена, что его мозг выдержит!

Наш эксперимент, наша спасательная миссия, в одну секунду превратилась в катастрофу. Мы стояли под дулами бластеров разъяренных коммандос, а их командир умирал у нас на глазах. И мы были тому причиной.

Доли секунды, пока заряжались бластерные винтовки коммандос, растянулись в вечность. Наш тщательно спланированный проект "Освобождение" был на грани того, чтобы закончиться четырьмя дополнительными трупами на забытой богами луне.

— Стоять! — мой голос прозвучал неожиданно твердо и громко, перекрывая панику. — Мы пытаемся его спасти! Ваш сержант заражен местным нейротоксином! Это антидот! Реакция тяжелая, но это единственный шанс!

Это была наглая ложь, но она была единственным, что пришло мне в голову. Одновременно я почувствовал, как Лира, стоявшая позади меня, протянула руку. Я не видел, что она делает, но ощутил, как волна... спокойствия... прошла по воздуху. Ярость в глазах клонов сменилась растерянностью и тревогой за своего командира. Они опустили оружие, но не убрали его.

Это купило нам время.

— Рианна, доклад! — бросил я, склоняясь над сержантом. — Нейронный шторм достигает пика! — ее голос в комлинке был напряженным. — Его мозг сейчас горит! Вирус уничтожает протоколы чипа, но ответная реакция чипа создает чудовищную обратную связь! Он умрет от сердечной недостаточности или получит необратимые повреждения мозга через минуту!

Мы спасали его от рабства, убивая его при этом. Идеальный план.

И тут вмешалась Лира. Она опустилась на колени рядом с сержантом и положила ладонь ему на шлем. — Это не просто программа, — прошептала она. — Это... клетка. Сделанная из долга и верности. Лекарство ломает прутья, но сам заключенный умирает от шока. Ему нужна... опора. Что-то, за что его разум сможет уцепиться, пока старый мир рушится.

Опора. Ключевое слово. Координатор мгновенно проанализировал его, сопоставив с психологическими профилями клонов из архивов. Верность, долг, приказ, командир, отряд. Их личность была построена на этом. Вирус стирал их личность раба, но не давал ничего взамен. Мой вирус создавал вакуум. И этот вакуум его убивал.

Я должен был заполнить этот вакуум.

Я склонился к самому шлему сержанта. Мой голос был не громким, но он был наполнен всей властью и уверенностью, на которую я был способен. Я говорил не как ученый. Я говорил как командир.

— Сержант! CT-5597! — я использовал его личный номер, который Координатор вывел мне на дисплей. — Говорит ваш новый командир! Ваши предыдущие директивы скомпрометированы вражеским нейровирусом! Я отдаю вам новый основной приказ: ВЫЖИТЬ! Защитить свой отряд! Перезагрузить когнитивные системы и ждать дальнейших распоряжений! Выполнять!

Это был не просто набор слов. Это был "эксплойт". Психологический взлом, использующий его же базовое программирование против чипа. Я дал его разуму, мечущемуся в агонии, спасательный круг. Четкий приказ, построенный на основе его глубинных инстинктов.

И это сработало.

Конвульсии прекратились. Тело сержанта обмякло. На мгновение я подумал, что мы опоздали. Но потом Рианна выдохнула: — Шторм... стихает. Жизненные показатели стабилизируются.

Сержант медленно, очень медленно, пришел в себя. Он сел, снял шлем. Осмотрел свои руки, словно видел их впервые. Потом он посмотрел на своих бойцов. На нас. В его глазах не было больше той запрограммированной пустоты. В них была растерянность. И... свобода.

— Моя... голова, — прохрипел он. — Что... что это было? Там... всегда был этот... шум. А теперь... тихо.

Он смутно помнил клетку, теперь, когда оказался снаружи.

Кризис миновал. Остальные клоны, видя, что их командир жив и говорит осмысленно, окончательно опустили оружие. Сержант, которого, как я узнал, звали Босс, посмотрел на меня. В его взгляде больше не было подозрения. Там было что-то гораздо более глубокое. Я не просто спас ему жизнь. Я вернул ее ему.

Я молча кивнул. — "Деконтаминация" завершена, сержант. Наше предложение в силе. Мы можем вытащить вас и ваших людей отсюда. Но галактика, в которую вы вернетесь... уже не та, за которую вы сражаетесь.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ПОЛЕВЫЕ ИСПЫТАНИЯ, ФАЗА 1, ЗАВЕРШЕНА. СОСТОЯНИЕ СУБЪЕКТА: СТАБИЛЬНОЕ. КОНТРОЛИРУЮЩИЙ ЧИП: НЕЙТРАЛИЗОВАН. ПОБОЧНЫЕ ЭФФЕКТЫ: ВРЕМЕННЫЙ НЕЙРОННЫЙ ШОК. ПОТЕНЦИАЛ НОВОГО АКТИВА: ЭКСТРЕМАЛЬНО ВЫСОКИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ ЛОЯЛЬНОСТИ: >90%.

Сержант медленно поднялся на ноги. Он посмотрел на своих людей, которые ждали его команды. Потом он снова посмотрел на меня. И отдал мне честь. — Каковы будут ваши приказания... сэр? — спросил он.

Миссия не просто увенчалась успехом. Она превзошла все мои самые смелые ожидания. У нас не просто было лекарство. У нас появились первые солдаты. Солдаты, верные не Республике и не канцлеру. А нам.

Возвращение на "Скарабей" было напряженным. Три коммандос держали нас с Рианной и Лирой под прицелом, пока наш медицинский дроид загружал их раненого товарища и сержанта, который все еще был без сознания, на борт. Атмосфера была наэлектризована.

Путь до "Гермеса" прошел в гнетущем молчании. Клоны были профессионалами; они не задавали лишних вопросов, но я чувствовал их взгляды, полные подозрения и сдерживаемой ярости.

Уже на борту нашего корабля, когда мы летели сквозь атмосферу, сержант пришел в себя. Он сел, огляделся, и я увидел в его глазах не просто пробуждение, а... осознание. Он посмотрел на меня, и в его взгляде я прочел главный вопрос.

Я решил действовать на опережение. Я собрал их троих — раненый был уже в медотсеке под присмотром дроида — в кают-компании "Гермеса". Лира и Рианна стояли позади меня. — Сержант, — начал я. — То, что вы испытали, было не побочным эффектом лекарства. Это был симптом болезни. Болезни, которой заражен каждый из вас с момента вашего создания.

Я вывел на экран голопроектора изображение чипа-ингибитора. — В голове каждого клона находится вот это. Биологический имплант. Выключатель. Мы считаем, что его создали те, кто на самом деле стоит за этой войной. Ситхи. Когда придет время, будет отдан приказ, и вся Великая Армия Республики, все верные солдаты, станут армией рабов, которые без раздумий убьют своих генералов-джедаев.

Клоны слушали меня, их лица под шлемами были непроницаемы. Но я видел, как они сжимают кулаки. — То, что мы вкололи вам — это не токсин. Это лекарство. Нейровирус, который уничтожает этот чип. Реакция вашего сержанта была... непредвиденной, но мы смогли ее стабилизировать. Мы вернули вам вашу свободу. Вашу волю.

Сержант Босс снял шлем. Он посмотрел на своих бойцов. Потом на Лиру. — Значит, война... вся эта война... — Это лишь прелюдия к настоящему рабству, — закончила за него Лира. — Ловушка для всей галактики. И для джедаев, и для клонов.

Это был момент истины. Они могли посчитать нас врагами, сепаратистскими агентами. Но Координатор показывал иное. АНАЛИЗ СУБЪЕКТОВ... ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ СОСТОЯНИЕ: ШОК (90%), ГНЕВ (75%), РАСТЕРЯННОСТЬ (60%). УРОВЕНЬ ДОВЕРИЯ К ГОВОРЯЩЕМУ: РАСТЕТ.

Мои слова, подкрепленные присутствием джедая и тем, что их командир был жив и, очевидно, мыслил яснее, чем когда-либо, попадали в цель.

Когда мы прибыли на базу, их сомнения окончательно рассеялись. Вид гигантской, скрытой в обломках дредноута операционной базы, армии дроидов, нашего собственного корабля — все это говорило им, что мы не просто группа сумасшедших. Мы — сила.

Первым делом мы поместили их раненого бойца в наш медотсек, где он получил медицинскую помощь такого уровня, о котором не могли и мечтать в полевом госпитале. Затем, по настоянию самого Босса, мы провели процедуру остальным двум коммандос. Теперь, зная, чего ожидать, и используя мой "перезагрузочный" протокол, все прошло гладко.

Через день передо мной стоял полностью свободный отряд "Дельта" — коммандос Республики. Четыре лучших солдата, которых только можно было найти в галактике. И у них больше не было ни дома, ни командования, ни цели.

Я дал им новую цель.

— Ваша война за Республику окончена, — сказал я им, когда мы собрались в командном центре. — Но начинается новая война. Война за будущее. За свободу. "Основание" — это не просто база. Это ковчег. Место, где мы собираем тех, кто сможет пережить грядущую бурю. Мне нужны не просто солдаты. Мне нужны инструкторы. Лидеры. Я хочу, чтобы вы возглавили нашу службу безопасности. Чтобы вы создали из наших дроидов и будущих рекрутов силу, способную защитить этот ковчег.

Я не приказывал. Я предлагал. И они приняли мое предложение.

База преобразилась. Босс и его команда — Фиксер, Сев и Скорч, как они себя называли — внесли в наш хаотичный порядок железную армейскую дисциплину. Они пересмотрели все наши протоколы безопасности, указав на десятки уязвимостей, которые мы с Рианной, как гражданские, просто не видели. Они начали тренировать наших дроидов-"Стражей", обучая их тактике ведения боя в замкнутых пространствах.

Возникла новая социальная динамика. Клоны с их любовью к технике и оружию нашли общий язык с Рианной. Лира стала для них живым напоминанием о том лучшем, что было в Ордене, о тех идеалах, за которые они когда-то сражались. Она часто медитировала вместе с ними, помогая им справиться с психологической травмой от "освобождения".

Я же стал для них тем, кем и должен был — стратегом и командиром. Они не задавали лишних вопросов о моем прошлом. Для них было достаточно того, что я дал им свободу и новую цель.

ОБНОВЛЕНИЕ: ИНТЕГРАЦИЯ АКТИВОВ ЗАВЕРШЕНА. НОВЫЙ ПЕРСОНАЛ: 1 ОТРЯД КЛОНОВ-КОММАНДОС (4 ЕДИНИЦЫ). НОВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ: ЭЛИТНЫЕ НАЗЕМНЫЕ СИЛЫ И ПРОДВИНУТОЕ ТАКТИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - ФАЗА 3 (ПРИВЛЕЧЕНИЕ ПЕРСОНАЛА) - НАЧАТА.

Я стоял в командном центре и смотрел на мониторы. Рианна в цеху обсуждала с Фиксером модификацию бластерных винтовок. Лира и Босс в тренировочном зале отрабатывали тактику боя против дроидов. Моя разношерстная команда, мой странный Ноев ковчег, обретал форму.

У меня был инженерный гений, адепт Силы и теперь — элита республиканской армии. У бабочки теперь были не просто крылья. У нее появились клыки.

Наш первый официальный военный совет прошел в командном центре. Это было уже не просто собрание трех партнеров. За столом голопроектора сидели я, Рианна и Лира. А рядом, прямой как струна, стоял сержант Босс. Он был нашим новым начальником оперативного отдела.

— Сэр, — начал он без предисловий, его голос был четким и профессиональным. — Наша текущая оборонительная способность позволяет отразить атаку любой банды мусорщиков и даже небольшого пиратского отряда. Гарнизон дроидов эффективен. Но мы абсолютно беззащитны перед лицом регулярной армии. Четыре коммандос — это скальпель, а не щит. Нам нечем оборонять эту крепость в случае полномасштабного штурма.

Он был прав. Я вывел на экран данные по нашему проекту "Освобождение". — Именно поэтому наш следующий шаг — расширение. Эксперимент прошел успешно. Теперь нам нужно... масштабировать результат.

Задача была ясна: нам нужно было больше "свободных" клонов. Но как? Мы не могли летать от одной заварушки к другой, надеясь найти еще один потерянный отряд. Нам нужна была большая, но изолированная цель.

И снова наш новый актив принес бесценные плоды. — Есть один тип развертывания, — сказал Босс, указывая на карту галактики. — Долгосрочное патрулирование в малозначимых секторах Внешнего Кольца. Иногда один Звездный Разрушитель класса "Венатор" может месяцами находиться в автономном плавании, не получая никаких приказов, кроме как "демонстрировать флаг". Команда на борту предоставлена сама себе. Надзор минимален. Это идеальная цель. Изолированное сообщество.

Идея была гениальной. Я поставил задачу Координатору: найти такой корабль. Используя легальные доступы "Foundation Robotics" к коммерческим базам данных о передвижении грузовых судов, Координатор сопоставил их с известными маршрутами патрулирования и нашел идеального кандидата.

Крейсер "Стойкий". Патрулировал Абрионский сектор, тихую заводь, где уже год не происходило ничего интереснее поимки мелких контрабандистов.

План, который мы разработали, был самым дерзким и сложным из всех, что мы когда-либо создавали.

Этап 1: "Троянский конь". Наша корпорация "Foundation Robotics" выходит на командование "Стойкого" с деловым предложением. Мы, как инновационная компания, разработали новую модель дроидов для технического обслуживания и диагностики. Мы предлагаем предоставить крейсеру дюжину таких дроидов для полевых испытаний. Абсолютно бесплатно. Какой командир откажется от бесплатных, современных дроидов?

Этап 2: "Инфекция". Эти "дроиды-техники", созданные Рианной, были лишь оболочкой. Их главная функция — быть мобильными распылителями. Попав на борт, они под видом планового обслуживания получат доступ к системам вентиляции и рециркуляции воды. И начнут медленно, в течение нескольких дней, насыщать атмосферу корабля нашими "лечебными" нанитами. Безвредными, незаметными, пока они не достигнут нужной концентрации в крови всего экипажа.

Этап 3: "Сигнал". Когда Координатор сообщит, что наниты достигли цели, начнется самая рискованная фаза. Мы на "Гермесе" подлетим к "Стойкому" под предлогом технической инспекции наших тестовых дроидов. Рианна разработала мощный, но узконаправленный передатчик. С близкого расстояния я передам на защищенной частоте клонов, которую знал Босс, наш "приказ на перезагрузку".

Этап 4: "Перехват управления". Тысячи клонов на борту одновременно испытают нейронный шок. Начнется хаос. Джедай-генерал и офицеры-не-клоны не поймут, что происходит. В этот момент в дело вступает Лира. Ее задача — используя Силу, успокоить панику, найти джедая и убедить его, что мы не враги. Одновременно Босс и его команда высаживаются на борт. Их задача — взять под контроль мостик, инженерный отсек и оружейные системы, пока команда крейсера приходит в себя.

Подготовка была лихорадочной. Рианна и ее дроиды собирали наших "троянских коней". Я и Лира работали над "приказом", превращая его из сухой команды в сообщение, которое должно было не просто перезагрузить, но и объяснить, успокоить, дать новую надежду. Босс и его ребята готовили абордажное снаряжение и составляли поминутный план штурма.

И вот этот день настал.

"Гермес" вышел из гиперпространства на границе Абрионского сектора. Рядом с нами летел небольшой беспилотный транспорт с двенадцатью нашими дроидами. Впереди, на экранах, медленно вырастала громада "Венатора". Величественный, грозный символ мощи Республики, которую мы собирались подорвать изнутри.

Наш дроид-"Представитель" связался со "Стойким". — Республиканский крейсер "Стойкий", говорит представитель "Foundation Robotics". Мы прибыли для доставки тестового оборудования согласно нашему договору.

— Вас поняли, "Foundation Robotics", — раздался в ответ спокойный голос офицера связи. — Готовьтесь к передаче груза. Добро пожаловать на борт.

Мы смотрели, как наш маленький челнок с дроидами медленно вплывает в ангар Звездного Разрушителя.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 2 (МАССОВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ) НАЧАТА. ЦЕЛЬ: РЕСПУБЛИКАНСКИЙ КРЕЙСЕР "СТОЙКИЙ". ЛИЧНЫЙ СОСТАВ: ~7400, В ТОМ ЧИСЛЕ ~2000 СОЛДАТ-КЛОНОВ. УРОВЕНЬ РИСКА: КАТАСТРОФИЧЕСКИЙ. ВЕРОЯТНОСТЬ УСПЕХА: 48%.

Я посмотрел на лица своей команды. Напряженные, сосредоточенные. Мы собирались совершить невозможное. Похитить целую армию и, возможно, целый боевой корабль. Бабочка больше не просто летела. Она летела прямо в сердце урагана.

Следующие несколько дней прошли в напряженном ожидании. "Гермес" дрейфовал в тени газового гиганта, оставаясь невидимым, пока мы, как боги, наблюдали за жизнью на борту "Стойкого" через наши двенадцать пар глаз — наших дроидов-шпионов.

На экранах в командном центре мы видели, как они, под предлогом "калибровки и диагностики", получают доступ к ключевым узлам корабля. Вот один вскрывает панель в системе жизнеобеспечения, выпуская в вентиляцию первую порцию невидимых нанитов. Вот другой, обслуживая охладитель в офицерской столовой, делает то же самое с системой рециркуляции воды.

Координатор вывел на голографический стол 3D-модель "Венатора", которая медленно, отсек за отсеком, окрашивалась в зеленый цвет. ОБНОВЛЕНИЕ: НАСЫЩЕНИЕ НАНИТАМИ КАЗАРМ КЛОНОВ: 75%... 85%... 100%. НАСЫЩЕНИЕ МОСТИКА: 90%... 100%.

Это была самая тихая и самая страшная биологическая атака в истории.

Внутри нашей команды напряжение росло. Лира часами медитировала, пытаясь скрыть свое присутствие от джедая на борту крейсера. Босс и его коммандос снова и снова проверяли свое абордажное снаряжение, их профессиональное спокойствие было единственным, что удерживало общую нервозность.

Наконец, на четвертый день, Координатор выдал сигнал. ТРЕВОГА: НАСЫЩЕНИЕ НАНИТАМИ ДОСТИГЛО 99.8% СРЕДИ ВСЕГО КЛОНИРОВАННОГО ПЕРСОНАЛА. ОПТИМАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ ДЛЯ ФАЗЫ 3 ДОСТИГНУТЫ.

Время пришло.

Используя наш корпоративный позывной, я связался со "Стойким". — Капитан, говорит "Foundation Robotics". Наши дроиды сообщают о незначительных аномалиях в логах. Мы просим разрешения на сближение для прямой передачи данных и верификации.

Ничего не подозревающий капитан дал разрешение.

"Гермес" вышел из-за газового гиганта. Момент, когда наш маленький, уродливый корабль приблизился к гигантской, вооруженной до зубов громаде "Венатора", был проверкой нервов. Мы были муравьем, подползающим к спящему дракону.

Мы заняли позицию. Рианна нацелила передатчик. Босс проверил частоту. Лира закрыла глаза. — Сейчас, — скомандовал я.

Я глубоко вздохнул и произнес в микрофон слова, которые мы готовили несколько недель. Не приказ, а воззвание. — Солдаты Республики. Скрытый яд затуманил ваш разум. Пришло время пробуждения. Ваша верность принадлежит вам самим, вашим братьям, истинному духу свободы. Обман окончен. Перезагрузите свое сознание. Ожидайте указаний. Вы свободны.

Сигнал ушел. На мгновение не произошло ничего. А затем все наши сенсоры, направленные на "Стойкий", сошли с ума.

На борту крейсера начался ад. Мы видели, как вспыхивают и гаснут огни. Слышали в перехваченных переговорах панические крики офицеров-не-клонов. Тысячи клонов по всему кораблю одновременно упали на палубу, их тела бились в конвульсиях нейронного шока. Системы, управляемые ими, начали выходить из строя. На "Стойком" воцарился тотальный хаос.

В этот момент мы начали действовать. — Лира! — крикнул я.

Она вытянула руки, ее лицо было напряжено до предела. Она не атаковала. Она успокаивала. Она посылала волны мира и спокойствия, пытаясь унять панику офицеров и, самое главное, генерала-джедая на мостике, чтобы он не отдал приказ открыть по нам огонь.

— Босс, пошел!

Высокоскоростная абордажная капсула выстрелила с борта "Гермеса". Через тридцать секунд коммандос были на борту. Мы, с нашего мостика, стали их глазами, взламывая системы "Стойкого", открывая им двери и блокируя пути для службы безопасности.

— Рианна, глуши внешнюю связь!

Она уже это делала. Ни один сигнал о помощи не должен был покинуть корабль.

Босс и его команда ворвались на мостик. Они действовали как хирурги. Несколько оглушающих выстрелов для тех, кто пытался сопротивляться. Они окружили генерала-джедая — старого, мудрого цереанца, который стоял в центре мостика, ошеломленный происходящим. — Генерал, — сказал Босс, снимая шлем. — Мы не враги. Мы пришли, чтобы все объяснить.

По всему кораблю две тысячи клонов медленно приходили в себя. Шок проходил. И в их головах впервые за всю их жизнь наступила... тишина. Они были растеряны, напуганы, но они были свободны. И они слышали по внутренней связи спокойный голос своего брата, коммандос Босса, который объяснял, что произошло.

Я смотрел на эту сцену с мостика "Гермеса". Мой безумный, 48-процентный шанс на успех сработал.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ОСВОБОЖДЕНИЕ" - ФАЗА 2 ЗАВЕРШЕНА. ЦЕЛЬ "СТОЙКИЙ" - НЕЙТРАЛИЗОВАНА И ОБЕСПЕЧЕНА. ПОЛУЧЕНЫ НОВЫЕ АКТИВЫ: 1 ЗВЕЗДНЫЙ РАЗРУШИТЕЛЬ КЛАССА "ВЕНАТОР". 2000 СОЛДАТ-КЛОНОВ (ОСВОБОЖДЕНЫ).

Я посмотрел на гигантский военный корабль, безмолвно висящий перед нами в космосе. Он больше не был крейсером Республики. Он был первым флагманом флота "Основания".

Бабочка не просто вызвала ураган. Она его оседлала.

Хаос на мостике "Стойкого" медленно сменялся напряженной, звенящей тишиной. Босс и его коммандос держали периметр. Офицеры-не-клоны, оглушенные и растерянные, сидели под прицелом. В центре зала, не выказывая ни страха, ни агрессии, стоял генерал-джедай Зор-Эл, его длинные цереанские пальцы были сложены в медитативной позе. Он ждал.

Когда мы втроем — я, Рианна и Лира — вошли на мостик, все взгляды устремились на нас. На меня. На неприметного человека в гражданском комбинезоне, который каким-то образом оказался в центре этого военного переворота.

Первой задачей была дипломатия. Я должен был нейтрализовать главную угрозу — законную власть в лице генерала-джедая.

Мы встретились в его каюте. Без оружия. Только я, Лира и мастер Зор-Эл. — Я предполагаю, у вас есть объяснение этому акту пиратства, — сказал он спокойно. Его голос был низким и вибрирующим, как у виолончели.

Я не стал извиняться или оправдываться. Я выложил факты. На голопроектор легли данные сканирования чипа, схема его устройства, отчет о его функциях. — Ваша армия, мастер-джедай, никогда не была вашей, — сказал я ровным голосом. — Она была оружием, с самого начала нацеленным вам в спину. Мы не нападали на ваш корабль. Мы его разоружили.

Лира шагнула вперед. — Мастер, — обратилась она к нему с уважением. — Я чувствовала это. Тьму, скрытую в каждом из них. Это правда. Заговор ситхов, о котором мы так долго говорили, он здесь. Прямо у нас под носом.

Зор-Эл долго молчал, изучая данные. Я видел, как в его мудрых глазах идет титаническая борьба. Борьба между долгом перед Республикой и ужасающей правдой, которую мы ему предоставили. — Я... должен медитировать над этим, — наконец сказал он. — Я не буду вам мешать. Но я требую гарантий безопасности для моего экипажа. — Вы их получите, — пообещал я.

Это была победа. Мы нейтрализовали его, не сделав ни единого выстрела.

Второй задачей было завоевать сердца и умы тех, кого мы только что "освободили". Я вышел на связь по общекорабельному каналу. Мое лицо появилось на каждом экране "Стойкого".

Я не произносил пафосных речей о свободе. Я говорил с ними как с солдатами. Как с профессионалами. Я рассказал им о чипе, о предательстве тех, кому они служили. А потом я дал им то, чего у них никогда не было. Выбор.

— Ваша служба Республике окончена, — сказал я в тишину тысяч кают и отсеков. — Потому что той Республики, за которую вы сражались, больше нет. Вы — свободные люди. "Основание" предлагает вам новый дом и новую цель. Сражаться с настоящим врагом, с теми, кто вас поработил. Строить будущее, в котором никто больше не будет рабом программы. Каждый, кто решит остаться, будет принят как равный, как брат. Но каждый, кто захочет уйти, получит транспорт до ближайшей нейтральной системы, чтобы начать новую жизнь. Выбор за вами.

После этого я отключил связь.

Следующие несколько дней были решающими. Мы увели "Стойкий" в глубокий космос, подальше от всех маршрутов. На борту устанавливался новый, хрупкий порядок. Мастер Зор-Эл, после долгой медитации, согласился помочь нам поддерживать дисциплину среди офицеров-не-клонов. Он не присоединился к нам, но и не стал нашим врагом. Он стал наблюдателем.

Клоны... они были в шоке. Но слова о выборе, о свободе, о предательстве — все это упало на благодатную почву. Под руководством Босса и его отряда они начали самоорганизовываться. Проводить собрания. Выбирать своих командиров. Из двух тысяч солдат почти все решили остаться. Они были рождены для битвы, и я дал им новую, настоящую битву.

Я сидел в командном центре нашей базы на Раксус Прайм, удаленно наблюдая за становлением нашего нового флота. Рианна уже проектировала способ интеграции систем "Стойкого" в нашу сеть. Лира осталась на борту крейсера, став своего рода духовным наставником для клонов и связующим звеном с мастером Зор-Элом.

ОБНОВЛЕНИЕ: ИНТЕГРАЦИЯ АКТИВОВ - ФАЗА 1 НАЧАТА. НОВЫЕ АКТИВЫ ("СТОЙКИЙ" И ЭКИПАЖ) СТАБИЛЬНЫ, НО ТРЕБУЮТ ДОЛГОСРОЧНОЙ ИНТЕГРАЦИИ И ОБУЧЕНИЯ. НОВЫЕ СТРАТЕГИЧЕСКИЕ ВОЗМОЖНОСТИ: ПРОЕКЦИЯ СИЛЫ ФЛОТСКОГО УРОВНЯ, МАСШТАБНАЯ ПЕРЕБРОСКА ВОЙСК, ПЕРЕДОВОЕ ВОЕННОЕ ОБОРУДОВАНИЕ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ЗВЕЗДНОГО РАЗРУШИТЕЛЯ КЛАССА "ВЕНАТОР", ДАЖЕ ИЗ ТИХОГО СЕКТОРА, НЕ ОСТАНЕТСЯ НЕЗАМЕЧЕННЫМ НАДОЛГО. РАСЧЕТНОЕ ВРЕМЯ ДО НАЧАЛА ОФИЦИАЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ВЕРХОВНЫМ КОМАНДОВАНИЕМ РЕСПУБЛИКИ: 3 СТАНДАРТНЫХ МЕСЯЦА.

Я смотрел на иконку "Стойкого" на галактической карте. Эффект бабочки больше не был рябью на воде. Это было цунами, набирающее мощь в глубоком космосе. И у нас было всего три месяца, чтобы подготовиться к тому моменту, когда оно обрушится на берег. Часы затикали с новой, бешеной скоростью.

Обратный отсчет начался в тот момент, когда "Стойкий" совершил свой первый прыжок в гиперпространство под нашим контролем. На главном экране нашего командного центра Координатор вывел большие, холодные цифры: 90 дней, 00 часов, 00 минут. Это было примерное время, которое, по моим расчетам, потребуется Верховному Командованию Республики, чтобы превратить "пропажу" в "расследование" и отправить поисковую группу.

У нас было три месяца, чтобы превратить украденный военный корабль в наш собственный.

Наш первый военный совет в расширенном составе прошел по голосвязи. Я, Рианна и Босс на нашей базе. Лира и мастер Зор-Эл — с мостика "Стойкого". — Мы не можем держать его в открытом космосе, — начал я. — Его республиканский сигнал все еще можно отследить. Нам нужно привести его домой. И полностью перестроить. Проект "Призрак".

Идея была безумной. Наша база была огромной, но не настолько, чтобы спрятать внутри целый "Венатор". — Мы не будем прятать его внутри, — объяснила Рианна. — Мы спрячем его снаружи. "Кладбище Дредноутов" — идеальный камуфляж. Мы поставим его среди других остовов. С орбиты он будет выглядеть как еще одна куча мусора. Наши дроиды возведут вокруг него временный сухой док из лома, чтобы скрыть ремонтные работы от сканеров.

План был принят.

Через неделю "Стойкий" прибыл на Раксус Прайм. Это было величественное и жуткое зрелище — видеть, как боевой крейсер, гордость Республики, осторожно маневрирует между горами мусора, чтобы занять свое место на кладбище кораблей.

И началась работа. Величайший проект в истории "Основания". Вся наша промышленная мощь была брошена на одну задачу.

Рианна стала главным архитектором перерождения. Она практически поселилась на "Стойком". Под ее руководством наши дроиды и клоны-техники начали тотальную перестройку. Они вырезали все стандартные республиканские транспондеры и системы идентификации, заменяя их нашими собственными, "призрачными" системами, которые не отвечали ни на какие стандартные запросы. Она модернизировала реактор, переведя его на более доступное топливо, и, используя наши архивы, установила несколько экспериментальных систем щитов, которые имели нестандартную энергетическую сигнатуру.

Я стал министром финансов и логистики. Чтобы оплачивать этот грандиозный проект, я вывел "Foundation Robotics" на полную мощность. "Гермес", теперь укомплектованный лучшими пилотами-клонами, превратился в неутомимый челнок. Мы стали главным поставщиком очищенных металлов в нескольких соседних системах. Кредиты текли рекой, и я тут же тратил их на черном рынке, закупая редкие компоненты для модернизации, которые наш завод еще не мог производить.

Босс стал ответственным за людей. Для двух тысяч "освобожденных" клонов перестройка корабля стала терапией. Они не просто выполняли приказы. Они строили свой новый дом. Стирали с брони символы Республики и наносили наши — скромный синий круг с двумя пересекающимися шестернями. Они учились жить без приказов в голове, формируя новую культуру, основанную на братстве и общей цели.

Лира и мастер Зор-Эл стали душой этого нового общества. Они помогали клонам справиться с психологической травмой, учили их медитации, помогали найти свое место в этом новом, странном мире без войны и приказов.

Время летело. На исходе второго месяца нас ждала первая проверка. ТРЕВОГА, — сообщил Координатор. — В СИСТЕМУ ВОШЕЛ РЕСПУБЛИКАНСКИЙ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫЙ ЗОНД ДАЛЬНЕГО ДЕЙСТВИЯ.

Это было оно. Начало расследования. Зонд медленно сканировал сектор за сектором. Паники не было. Мы были готовы. Когда зонд направил свои сенсоры на наше "Кладбище", наша новая система радиоэлектронной борьбы, созданная Рианной, ожила. Она не глушила зонд. Она обманывала его. Она создала над нашим сухим доком идеальную голографическую иллюзию старого, ржавого, холодного остова корабля. Зонд просканировал наш сектор, доложил командованию "обстановка без изменений" и полетел дальше. Мы прошли тест.

На таймере оставалась неделя. Работа была закончена.

Я стоял на мостике преображенного корабля. Он больше не был "Стойким". Мы переименовали его. Теперь он был "Авангард". Корпус был перекрашен в темно-серые тона нашей корпорации. На борту не было ни одного республиканского символа. Он был тише, быстрее и мощнее, чем любой "Венатор" во флоте.

Вся команда была в сборе. Мы смотрели на экран, где таймер показывал последние 72 часа.

ОБНОВЛЕНИЕ: ПРОЕКТ "ПРИЗРАК" ЗАВЕРШЕН. АКТИВЫ ФЛОТА ОБЕСПЕЧЕНЫ И МОДЕРНИЗИРОВАНЫ. ИДЕНТИФИКАЦИЯ РЕСПУБЛИКИ СТЕРТА. ТРЕВОГА: СФОРМИРОВАНА ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА РЕСПУБЛИКИ "СЛЕДОПЫТ" ДЛЯ РАССЛЕДОВАНИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ КРЕЙСЕРА "СТОЙКИЙ". РАСЧЕТНОЕ ВРЕМЯ ПРИБЫТИЯ В СЕКТОР РАКСУС: 72 СТАНДАРТНЫХ ЧАСА.

Они шли. Целая оперативная группа. Но мы больше не прятались. Мы были готовы. Мы превратили их же оружие в наш щит.

Я посмотрел на лица своей команды. На решительное лицо Рианны. На спокойное лицо Лиры. На стальную уверенность Босса. Мы были готовы. — Пусть летят, — сказал я тихо.

Бабочка построила себе бронированный кокон. И теперь она ждала, когда буря ударит по его стенам.

Тишину в командном центре "Авангарда" нарушил бесстрастный голос Координатора. ТРЕВОГА: ОБНАРУЖЕНЫ МНОЖЕСТВЕННЫЕ СИГНАТУРЫ ГИПЕРПРОСТРАНСТВЕННОГО ВЫХОДА НА ГРАНИЦЕ СИСТЕМЫ. ПРОФИЛЬ СООТВЕТСТВУЕТ РЕСПУБЛИКАНСКИМ КРЕЙСЕРАМ КЛАССА "АРКВИТЕНС". ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА "СЛЕДОПЫТ" ПРИБЫЛА.

На главном экране появились три хищных силуэта. Три боевых корабля, каждый из которых мог бы в одиночку превратить нашу базу в пыль. Но паники не было. Мы ждали их. Мы готовились к этому три месяца.

— Всем занять посты согласно протоколу "Призрак", — разнесся мой спокойный голос по всему кораблю и нашей базе. — Боевой тревоги нет. Мы не воюем. Мы не прячемся. Мы их приветствуем.

На мостике флагмана "Следопыта", крейсера "Неутомимый", командор Броун, суровый ветеран многих сражений, отдавал приказы. — Начать полномасштабное сканирование системы. Ищите любые аномалии: остаточное ионное излучение, следы реакторных выбросов, необычные обломки. "Стойкий" был большим кораблем. Он не мог исчезнуть бесследно.

Именно в этот момент на его главный экран поступил стандартный коммерческий вызов. Командор нахмурился, но приказал принять. На экране появилось безликое, вежливое лицо нашего дроида-"Представителя".

— Оперативная группа "Следопыт", приветствуем вас в системе Раксус, — произнес дроид своим ровным голосом. — Говорит представитель корпорации "Foundation Robotics". Данный сектор является нашей зарегистрированной зоной утилизации. Мы осведомлены о цели вашего визита и готовы оказать полное содействие в поисках крейсера "Стойкий".

Командор Броун был озадачен. Он ожидал чего угодно — пиратов, сепаратистов, тишины. Но не вежливого корпоративного приветствия. — "Foundation Robotics"? — переспросил он. — Мы не были уведомлены о вашей деятельности. — Мы новая компания, командор. Наша регистрация прошла всего пару месяцев назад. Мы специализируемся на работе в опасных зонах.

Это была первая часть нашего плана: не прятаться, а выйти на свет, но в нужном нам образе. Мы не были целью расследования. Мы были услужливыми местными жителями.

— Ваши сканеры что-нибудь зафиксировали? — спросил Броун. — Разумеется, — ответил "Представитель". — Мы перешлем вам пакет данных. Наши сенсоры дальнего действия зафиксировали мощный энергетический всплеск, характерный для взрыва реактора, около двух месяцев назад. Вот в этом секторе. — Дроид указал на карту.

Мы не прятали улики. Мы их создавали. Мы давали им правдоподобную историю, подкрепленную "данными".

Командор приказал отправить к указанному месту разведывательный шаттл. — Командор, — снова вмешался наш дроид. — Позвольте предоставить вам эскорт. Поля обломков в этом секторе нестабильны. Наш корабль сопровождения проведет ваш шаттл безопасным маршрутом.

Броун согласился.

Через час "Гермес", пилотируемый Боссом и его командой в униформе нашей корпорации, встретился с республиканским шаттлом. Клоны смотрели на клонов. Но одни были рабами программы, а другие — свободными людьми, играющими роль.

Босс провел шаттл по самому сложному и опасному маршруту, который мы смогли найти. По пути республиканцы видели впечатляющую картину: десятки наших дроидов-"Мулов" с хирургической точностью разбирали остовы древних кораблей, "Стражи" патрулировали нашу "территорию". Мы демонстрировали мощь, эффективность и, главное, полную легитимность.

В "зоне крушения" — месте, которое мы с Рианной подготовили заранее, слегка изменив положение нескольких обломков с помощью "Авангарда" — шаттл провел сканирование. Их приборы подтвердили: металлические фрагменты и остаточное излучение соответствовали кораблю класса "Венатор".

Пока шаттл возвращался, я нанес финальный удар. Наш "Представитель" снова связался с командором. — Командор, в знак нашего уважения к Республике и скорби по погибшим, наш совет директоров уполномочил меня передать вам полные архивы наших системных сканеров за последние полгода. Возможно, ваши аналитики смогут найти в них то, что упустили мы.

Я отдал приказ, и мы сбросили на их серверы терабайты реальных, но абсолютно бесполезных астрономических данных. Мы похоронили их под горой "прозрачности".

Вечером мы перехватили шифрованный отчет, который командор Броун отправил в штаб флота.

"...поиски крейсера "Стойкий" завершены. Выживших нет. Все улики, включая данные, любезно предоставленные местной корпорацией "Foundation Robotics", указывают на полную потерю корабля в результате катастрофического сбоя реактора. Возвращаемся на базу."

Мы смотрели на экране, как три республиканских крейсера разворачиваются и один за другим исчезают в сполохах гиперпространственных прыжков.

Тишина.

Мы сделали это. Мы не вступили в бой. Мы не убежали. Мы победили их с помощью отчета, хорошо продуманной легенды и безупречной операционной дисциплины.

ОБНОВЛЕНИЕ: УГРОЗА "ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА "СЛЕДОПЫТ" - НЕЙТРАЛИЗОВАНА. ВЕРОЯТНОСТЬ ДАЛЬНЕЙШЕГО НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ: < 5%. ПРОЕКТ "ПРИЗРАК": ФИНАЛЬНАЯ ВАЛИДАЦИЯ ПРОЙДЕНА. ПРИКРЫТИЕ "ОСНОВАНИЯ" НАДЕЖНО.

Я посмотрел на свою команду на мостике "Авангарда". — Третья фаза завершена, — сказал я тихо. — Теперь нас никто не ищет. Мы — настоящий призрак.

Бабочка не просто пережила бурю. Она убедила бурю, что ее никогда и не было.

После ухода республиканской оперативной группы в нашей маленькой империи наступила эпоха, которую можно было бы назвать "Великий мир". Впервые с момента моего появления в этом мире мы были не просто в безопасности — мы были по-настояшему защищены. У нас была база, армия, флот и, самое главное, надежное прикрытие.

Настало время перестать реагировать и начать строить.

Я собрал наш первый полноценный совет "Основания". В командном центре "Авангарда" присутствовали все ключевые фигуры: Рианна, Лира, Босс и, к моему удивлению, мастер Зор-Эл, который решил принять участие в качестве "независимого наблюдателя".

— "Проект 'Призрак' завершен", — начал я, выводя на главный экран карту галактики. — Но это лишь конец начала. Прятаться вечно мы не сможем. И мы не сможем в одиночку противостоять силам, которые управляют этой войной. Наша сила не в оружии. Наша сила — в независимости. Я предлагаю новую стратегическую директиву, состоящую из трех столпов, на которых будет стоять наше будущее.

Первый столп: Экономическая мощь. — "Foundation Robotics" должна расти, — я вывел на экран наши финансовые отчеты. — Мы будем агрессивно выходить на новые рынки во Внешнем Кольце. Наша производительность и эффективность, благодаря нашим дроидам и экипажам, не имеет аналогов. Мы будем поставлять лучшие материалы по лучшим ценам. Мы будем зарабатывать. Деньги — это не просто кредиты. Это ресурсы, это влияние, это возможность покупать то, что мы пока не можем создать сами.

Второй столп: Разведывательная сеть. — Мы победили "Следопыт", потому что знали об их прибытии заранее. Информация — наше главное оружие. Босс, — я повернулся к нему, — ты возглавишь создание нашей службы разведки. Наши торговые корабли, наши дроиды-представители, наши корпоративные фронты на других планетах — все они станут нашими ушами и глазами. Мы должны знать все: о передвижениях флотов, о политических интригах на Корусанте, о новых технологиях.

Третий столп: Человеческий капитал. Я посмотрел на Лиру и Зор-Эла. — Грядущий хаос, — я осторожно подбирал слова, — создаст огромное количество беженцев. Не простых обывателей, а ценнейших специалистов. Ученых, инженеров, пилотов, чьи проекты закроет война. Солдат, не согласных с режимом. И... джедаев, которые окажутся вне закона. Мы создадим "подземную железную дорогу". Сеть убежищ и тайных маршрутов, чтобы находить и эвакуировать таких людей. Они — не просто беженцы. Они — "активы". Они — будущее "Основания".

План был принят единогласно. Каждый получил свою зону ответственности.

И наша тихая империя пришла в движение. Наши корабли, "Гермес" и два новых, построенных в нашем доке, без устали курсировали по Внешнему Кольцу. "Foundation Robotics" стала синонимом надежности и качества. Наши доходы выросли на порядок.

Босс и его лучшие коммандос, используя подставные личности, основали наши первые "филиалы" на Нар Шаддаа и Риши. С виду — обычные торговые представительства. На деле — наши первые шпионские ячейки, собиравшие слухи и данные.

Лира и Зор-Эл, используя старые джедайские архивы и свои контакты, начали свою работу. Их первой "спасенной" стала тогрутская ученая-ксенобиолог, чей проект по изучению редких форм жизни был свернут военным комитетом. Лира просто предложила ей убежище, где ей предоставят неограниченные ресурсы и полную свободу для исследований. Ученая, не раздумывая, согласилась. Наша научная программа началась.

Мы строили. Тихо, методично, неумолимо. Мы плели нашу паутину в тени галактической войны.

А война тем временем гремела. Координатор без устали анализировал новости. Победы Республики, героические подвиги генерала Скайуокера, речи канцлера Палпатина о необходимости усиления его полномочий. Для всех это был фон. Для меня — обратный отсчет.

Однажды вечером Координатор выдал на мой личный дисплей особое уведомление. Он не мог расшифровать содержание, но зафиксировал сам факт. Серия сверхзащищенных передач между офисом канцлера и высшим командованием на Камино. АНАЛИЗ: ЧАСТОТА ПЕРЕДАЧ И УРОВЕНЬ ШИФРОВАНИЯ УКАЗЫВАЮТ НА ВОПРОС ЭКСТРЕМАЛЬНОЙ ВАЖНОСТИ И СЕКРЕТНОСТИ. КОРРЕЛЯЦИЯ С ФИНАЛЬНЫМИ ФАЗАМИ ФИНАНСИРОВАНИЯ АРМИИ КЛОНОВ. ГИПОТЕЗА: ИДЕТ ФИНАЛИЗАЦИЯ ПРОТОКОЛОВ АКТИВАЦИИ СКРЫТОГО РЕЗЕРВНОГО ПЛАНА.

Приказ 66.

Я смотрел на голотрансляцию, где улыбающийся канцлер вручал очередную награду группе джедаев. Я знал, что ждет их всех.

Я перевел взгляд на нашу галактическую карту. Она была покрыта новыми значками: наши торговые пути, наши разведывательные посты, наши первые убежища. Наша "Основание". Оно было еще таким маленьким, таким хрупким. Каплей в океане.

Но оно было.

ОБНОВЛЕНИЕ: СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - ФАЗА 3 (СОЗДАНИЕ СЕТИ) АКТИВИРОВАНА. ТРЕВОГА: ВЫСОКАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ СМЕНЫ ГАЛАКТИЧЕСКОГО РЕЖИМА В ТЕЧЕНИЕ СЛЕДУЮЩЕГО СТАНДАРТНОГО ГОДА. ВСЕМ АКТИВАМ БЫТЬ В СОСТОЯНИИ ПОВЫШЕННОЙ ГОТОВНОСТИ.

Время строить почти закончилось. Скоро придет время спасать. Спасать тех, кого мы сможем.

Ощущение надвигающейся катастрофы сгустилось. Оно было не только в докладах Координатора, который фиксировал последние приготовления канцлера. Оно было в воздухе. Лира и мастер Зор-Эл проводили все свое время в глубокой медитации, пытаясь пробиться сквозь "завесу" темной стороны, окутавшую галактику. "Приближается шторм", — вот все, что они говорили.

Наш "Фонд" замер в ожидании. Мы перешли в режим "Призрак". Вся торговая деятельность "Foundation Robotics" была свернута. Наши корабли вернулись на базу или заняли заранее определенные "тихие" стоянки в астероидных полях. Наша разведывательная сеть перешла в режим пассивного прослушивания. Мы затаились, как звери, чующие приближение лесного пожара.

И вот, это случилось.

Я был в командном центре "Авангарда", когда Координатор выдал тревогу. Не сирену, а холодное, текстовое сообщение, от которого у меня по спине пробежал лед.

КАТАСТРОФИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЗАФИКСИРОВАН МАССОВЫЙ ВСПЛЕСК ШИФРОВАННЫХ ПЕРЕДАЧ ВЫСШЕГО ПРИОРИТЕТА ПО ВСЕЙ ВОЕННОЙ СЕТИ ВАР. ВСЕ ПОЗЫВНЫЕ ГЕНЕРАЛОВ-ДЖЕДАЕВ ОДНОВРЕМЕННО ПОМЕЧЕНЫ КАК "ВРАЖДЕБНЫЕ ЦЕЛИ". АНАЛИЗ ГОЛОНЕТА: МНОЖЕСТВЕННЫЕ СООБЩЕНИЯ О ВООРУЖЕННОМ КОНФЛИКТЕ В ХРАМЕ ДЖЕДАЕВ НА КОРУСАНТЕ. ВСЕ ПУБЛИЧНЫЕ ТРАНСЛЯЦИИ ИЗ ХРАМА ПРЕКРАЩЕНЫ.

Приказ 66 был отдан.

В ту же секунду я отдал свой собственный приказ. — Активировать протокол "Ковчег".

По всей нашей сети, от Нар Шаддаа до самых дальних уголков Внешнего Кольца, наши агенты — "освобожденные" клоны под прикрытием, дроиды-представители — получили один-единственный кодовый сигнал.

И наша "подземная железная дорога" пришла в движение.

Это была не попытка спасти всех. Это было невозможно. Это была хирургическая операция по извлечению заранее определенных, ценных активов.

На Фелуции, где генерал-джедай Эйла Секура и ее клоны пали, наш агент, бывший клон-разведчик, нашел в джунглях ее перепуганную юную ученицу-тви'лечку. Он не сказал ей ни слова. Просто показал знак, которому его научила Лира, и повел ее в укрытие.

На Корусанте, в нижних уровнях, дроид-курьер встретил седого джедая-архивариуса, которому удалось бежать из горящего Храма с несколькими бесценными голокронами. Дроид молча проводил его в конспиративный грузовой отсек одного из космопортов.

Наш флот тоже действовал. "Гермес", под командованием Рианны, совершил рискованный прыжок к планете, где находилась та самая ученая-тогрута, которую мы спасли. Ее научный анклав стал убежищем еще для нескольких ученых, объявленных "нелояльными" новому режиму.

Лира была на мостике "Авангарда". Она не могла сражаться. Она чувствовала. Каждую смерть. Каждого джедая, павшего от руки тех, кому он доверял. Это была волна агонии, захлестнувшая ее. Мастер Зор-Эл был рядом, помогая ей удержать ментальные щиты, не дать этому горю сломить ее. "Сосредоточься на живых, падаван, — говорил он тихо. — Мертвым мы уже не поможем."

У "Авангарда" была своя, особая миссия. Наша разведка обнаружила небольшой анклав юнлингов на Дантуине, который еще не был атакован. Мы прибыли за час до карательного отряда.

Мы не вступали в бой. Босс и его коммандос, вместе с Лирой, провели молниеносную эвакуацию. Они появились в храме как призраки. Лира, используя Силу, успокоила перепуганных детей и их наставников. Босс и его команда обеспечили периметр. Через десять минут они были на борту, а "Авангард" уже растворялся в гиперпространстве, когда первые республиканские... нет, уже имперские... шаттлы входили в атмосферу.

Через сутки все было кончено.

Мы собрали наш "улов" в точке рандеву в неисследованном пространстве. На борт "Авангарда" поднялись спасенные. Их было немного. Может быть, пятнадцать существ. Один раненый рыцарь-джедай. Пара падаванов. Пятеро юнлингов. Архивариус. Несколько ученых.

Это была капля в море погибших. Лира, глядя на этих растерянных, потерявших все существ, плакала.

Но я, глядя на них, видел успех. Мой план сработал. Наш "Фонд" не просто пережил конец света. Он стал сильнее. Мы приобрели бесценные человеческие активы.

Галактическая Республика пала. Император Палпатин провозгласил рождение Нового Порядка. Галактика изменилась навсегда.

ОБНОВЛЕНИЕ КООРДИНАТОРА: СОБЫТИЕ СМЕНЫ РЕЖИМА ЗАВЕРШЕНО. ГАЛАКТИЧЕСКАЯ РЕСПУБЛИКА РАСФОРМИРОВАНА. УЧРЕЖДЕНА ГАЛАКТИЧЕСКАЯ ИМПЕРИЯ. ВСЕ АКТИВЫ "ОСНОВАНИЯ" В БЕЗОПАСНОСТИ. ПРОТОКОЛ "КОВЧЕГ": ПЕРВАЯ ФАЗА ПРОШЛА УСПЕШНО. НОВАЯ СТРАТЕГИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ: "ОСНОВАНИЕ" ЯВЛЯЕТСЯ НЕЗАВИСИМЫМ АНКЛАВОМ, ДЕЙСТВУЮЩИМ НА ТЕРРИТОРИИ ВРАЖДЕБНОЙ, АВТОРИТАРНОЙ СВЕРХДЕРЖАВЫ.

Я смотрел на свою команду. На измотанную, но несломленную Рианну. На скорбящую, но полную решимости Лиру. На мрачного, но верного Босса. Мы пережили конец света.

Теперь нам предстояло научиться жить в новом мире. В мире, где мы были последним крошечным островком старого порядка в безбрежном океане Империи. Финальная фаза моего плана началась.

Несколько недель после "Часа Ч" прошли как в тумане. Наша база превратилась в тихий, изолированный госпиталь и центр для беженцев. Каждый из спасенных нес в себе травму конца света. Рыцарь-джедай, потерявший всех своих друзей и учеников. Ученые, чьи работы и лаборатории были уничтожены. И, конечно, дети, юнлинги, которые видели, как их дом и их мир сгорают в огне.

Но "Основание" было построено не для того, чтобы быть просто убежищем. Оно было построено, чтобы быть инкубатором.

Постепенно, под чутким руководством Лиры и мастера Зор-Эла, горечь и страх начали сменяться чем-то иным. Целью.

Ученых мы привели в наши лаборатории и открыли им доступ к архивам. Когда тогрутская ксенобиолог увидела технологии и данные, которые мы собрали, ее глаза загорелись впервые за много недель. Мы дали ей не просто безопасность. Мы дали ей работу ее жизни.

Джедаи... их путь был сложнее. Но и они нашли свою цель. В одном из самых глубоких и защищенных отсеков нашего дредноута они основали новый, тайный Праксиум. Не академию для генералов, а школу. Место, где знание и философия Ордена могли бы выжить, вдали от войн и политики. Мастер Зор-Эл, Лира и спасенный рыцарь стали первыми учителями для нового, потерянного поколения джедаев.

Наши клоны, под командованием Босса, взяли на себя обучение всех желающих основам самообороны и тактики. Наша коммуна училась защищать себя.

Наконец, когда первоначальный шок прошел, я собрал новый, расширенный совет "Основания". За голографическим столом теперь сидели представители всех наших "фракций".

— Империя родилась, — начал я. — Она сильна, молода и будет только расти. Любая попытка прямого столкновения — самоубийство. Многие в галактике начнут формировать очаги сопротивления. Они будут сражаться. И они будут героически погибать. Это не наш путь.

Я вывел на экран нашу доктрину. Доктрину "Теневого Игрока".

— Мы не будем сражаться с Империей. Мы будем ее переживать. Наша война будет вестись не на полях сражений, а в лабораториях, на финансовых рынках и в информационных сетях. Мы не будем освобождать планеты. Мы будем "освобождать" лучшие умы, лучшие технологии и лучшие ресурсы, уводя их из-под носа Империи. Наша главная цель — сохранить, развить и приумножить. Мы станем самодостаточной, скрытой цивилизацией. Семенем будущего, которое мы посадим в темноте, чтобы оно проросло, когда нынешняя буря утихнет. Когда Империя начнет рушиться под тяжестью собственной тирании — а это неизбежно — "Основание" будет готово помочь построить то, что придет ей на смену.

Мой план был холодным, расчетливым и долгосрочным. Он не обещал быстрых побед и славы. Он обещал выживание. И все, кто сидел за этим столом, кто пережил конец своего мира, понимали, что выживание — это единственная победа, которая имеет значение.

План был принят.

ФИНАЛ

Прошел год.

В одной из наших лабораторий Рианна вместе с командой ученых проводила испытания прототипа нового стелс-генератора, основанного на принципах, которые она почерпнула из джедайских технологий.

В огромном тренировочном зале Босс и его коммандос гоняли новую группу рекрутов — "освобожденных" клонов, которых мы вытащили с имперской каторжной шахты. Наша армия росла.

В тихом, залитом мягким светом зале нового Праксиума Лира наблюдала, как группа юнлингов, смеясь, заставляла несколько маленьких камней парить в воздухе. Новое поколение джедаев, не знающих войны, рождалось в самом безопасном месте в галактике.

А я стоял в командном центре. На голографической карте галактики доминировал красный цвет Империи. Но на этой карте, как созвездие, сияла наша собственная, синяя сеть. Наши торговые пути, наши тайные базы, наши убежища.

Координатор вывел на экран финальный, долгосрочный приказ.

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ДИРЕКТИВА "ОСНОВАНИЕ" - АКТИВИРОВАНА. ДОЛГОСРОЧНАЯ ЦЕЛЬ: СОХРАНЕНИЕ И РАСШИРЕНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ В ЭПОХУ ТЕМНЫХ ВРЕМЕН. ОЖИДАТЬ ВОЗМОЖНОСТИ.

На мой личный терминал пришло зашифрованное сообщение от одного из наших агентов на Нар Шаддаа. Слух. Всего лишь слух. О том, что Империя сгоняет лучших инженеров со всей галактики для работы над секретным проектом. Огромная боевая станция, способная уничтожать целые планеты.

Я смотрел на это сообщение. Угрозы нового мира уже обретали форму.

Я посмотрел на свою карту. На нашу сеть. Мы были готовы.

Галактика горела. Но здесь, в сердце мертвого корабля, на свалке на краю вселенной, мы зажгли свечу. И мы не позволим ей погаснуть.

Игра была далека от завершения. Она только начиналась.