Муж из прошлого

Муж из прошлого

Ома рубил большое дерево, надо построить новую лодку, а это хорошее, только вдвоём и можно обхватить. Работа долгая, но он и не торопится. Топор хороший, сам делал. В большую ветку вставлен кусок кремня, который он сам заострил для этого. Дерево поддаётся медленно, но он упорный, будет ходить к этому дереву, пока не свалит. Племя живёт в стороне, но там нет таких больших деревьев, а это он сам выбрал для лодки.

За работой Ома не заметил, как сзади подкрался медведь, в последнее мгновение услышал тяжёлое дыхание зверя и кинулся за толстый ствол, но медведь успел ударить когтями по ноге. Боль прошила человека, но он спрятался за стволом, чтобы медведь не смог напасть. А тот решил перехитрить человека, развернулся и стал огибать дерево с другой стороны. Но как только голова медведя появилась из-за ствола, на его череп опустился топор.

Удар получился такой силы, что череп не выдержал. Нога кровоточила и болела, но надо вернуться в стойбище, медведь, это мясо, которого его соплеменникам хватит надолго, да и ногу надо лечить, а здесь ничего нет. Ома развернулся и захромал в сторону хижин, они недалеко, только через распадок пройти, и он дома. Но стоило спуститься вниз, как наполз такой туман, что вытянутой руки не видно.

Когда туман рассеялся, Ома с удивлением обнаружил себя совсем в другом месте. По распадку шла широкая дорога, как будто из камня, чёрная и ровная. Чудеса, но идти надо, тем более, что по такой дороге его босые ступни шли легко. Сзади затарахтело что-то, и он обернулся. По дороге ползло нечто такое, чего видеть ещё не доводилось, но на этом чудище сидела женщина.

– Ого, ты кто такой? – Катерина ехала с рынка, продав молоко и сыр.

Раньше она жила в городе, делала маникюр в салоне, но потом бизнес прогорел и пришлось возвращаться в деревню, где у бабушки было своё хозяйство. Верный мотоблок возил её исправно по дороге, помогая реализации сельхозпродукции. И тут на дороге она заметила мужчину, хромающего из-за раны на ноге.

– Садись, довезу, чего пешком топать, тебе и помощь нужна, – пригласила она незнакомца.

В руках у того каменный топор, на теле волчья шкура, персонаж какой-то странный, но живой человек, надо помочь. Слов тот не понял, а вот приглашающий жест, вполне. Рычащий зверь напугал Ому, но раз он слушается женщину, то и опасности нет. Уселся рядом и покатили в сторону деревни, до неё осталось с километр, может чуть больше.

На месте, где раньше находилось стойбище племени, расположилась деревенька. Близость города поддерживала в ней жизнь и дома выглядели крепкими и ухоженными. Подкатив к крайнему дому, Катерина заехала во двор и спрыгнула на землю.

– Пошли, касатик, промою ногу, да перевяжу, – пригласила она в дом мужчину.

Тот с удивлением рассматривал избу, но пошёл за Катериной, они тоже жили в хижинах, хотя и попроще. Промыв рану перекисью, она перевязала ногу чистым бинтом, а потом угостила Ому борщом, разогрев его в печи. Ложка вызвала удивление, но постепенно освоился, не дикарь же он, лодки сам делает для племени.

– Какой-то ты неухоженный, ладно, баньку истоплю и отмою, – решила Катя.

Гость не немой, но понять друг друга никак не получалось, слишком разные языки. Борщ понравился, и он что-то сказал одобрительное.

– Тебе на кой он? – бабушка сразу поняла, что Катерина не просто так притащила этого голодранца в дом.

– Раненый же, помочь надо, – отмахнулась внучка, хотя старуху не обманешь.

Между тем Катерина занялась баней, топить пару часов, не меньше. Ома пока сидел и разглядывал устройство дома. Интересно, хотя и загадок больших для него не было, вот каким инструментом так обработано дерево, он не представлял. Нож из металла удивил, но надолго внимание не привлёк, а вот устройство печи заинтересовало надолго. В его время обходились каменным очагом, и дым выходил прямо под крышу.

– Ну что, касатик, пойдём в баньку, пора тебя отмыть, как следует, Катерина взяла гостя за руку и поманила за собой.

В предбаннике развязала шкуру и оставила на лавке, сама осталась в рубахе, которую сняла уже в парной, там не особо светло и мало что видно. Ома поначалу удивился пару и жаре, но потом привык и уже лежал на полке с удовольствием, пока Катя охаживала его веником. Смылось всё, баня вам не душ, тут с потом вся грязь сходит, которую под душем не очень и отмоешь. Оба раскраснелись, распарились, а потом завернулись в чистые простыни и отправились в избу.

– Во что же тебя переодеть? – задумалась Катерина.

– Дедову рубаху давай, да порты, – подала голос бабушка.

Вещи налезли с трудом, но теперь гость похож на человека, только сильно заросший. Ну это она исправит, лишь бы не возражал, а пока попили чаю с малиной, для здоровья это полезно, сменили повязку на ноге, заметив, что раны закрылись и стали подсыхать. Спать улеглись, едва стемнело, нечего куролесить, а гостю и вовсе полезно будет отоспаться. Наконец-то в доме раздался негромкий мужской храп, и старуха улыбнулась. Она спала на печи, так что лишняя койка нашлась для мужика.

А ночью в деревню пожаловал медведь, не нагулял жира и решил подкормиться на крестьянских подворьях, а то и скотинку какую задрать. Собаки устроили истошный лай, и все проснулись. Ома искал свой топор, но он остался в кузове мотоблока. Зато Катерина всё поняла и вручила ему большой топор, которым кололи дрова, тот как раз стоял в сенях от греха подальше. Медведь, недолго думая, направился к сараю, где стояла корова. Гость не стал ничего ждать и шагнул за дверь, окликнув медведя.

Зверь обернулся и рванул к человеку, по его понятиям тоже хорошее мясо. Уже стал подниматься на задние лапы, чтобы обрушиться всем весом на того, кто надумал его потревожить, но Ома шагнул вперёд и нанёс могучий удар по медвежьей голове. Сталь не камень, и топор глубоко вошёл в голову зверя. Медведь рухнул, как подкошенный, едва не придавил мужчину.

– Спаситель ты наш, – бабка кинулась к мужику, но Катерина успела первой и повисла на шее.

Она посмотрела его глаза и прилипла губами в долгом поцелуе. Старуха убралась в избу и полезла на печку. Корову доить ещё рано, можно и кости погреть. Зато Катерина с гостем улеглась в одну кровать, задвинув занавеску, а что там было, все знают, чай не дети. Утром молодёжь спала дольше обычного, да старуха уже подоила корову и процедила молоко, пусть отдыхают от трудов праведных.

С первым-то мужем Катьке не повезло, алкашом оказался, хоть детишек не завели, а там и назад в деревню вернулась, выгнав пьяницу. С утра попили молочка с пирожками, которые старуха напекла, пока Катерина торговала на рынке. А тут и участковый приехал, кто это без лицензии мишку завалил. Но рана сама за себя всё сказала, а Катерина наплела, что медведь кинулся на них и мужчина спас их от лютой гибели. Протокол составлять не стали, а вот тушу медведя участковый увёз, едва загрузили зверя в его «буханку».

– Ты не думай, мы их не едим, хватает и без этого мяса, – успокоила Катерина.

Оно и верно, у кого бычок родится, так нешто своим не продадут мяска, или кто кабанчика зарежет, не даром же, люди деньги платят. В обед к борщу и котлетки с картошечкой подоспели.

– Не обессудь, но уж больно ты заросший, да и ногтищи у тебя отросли, – Катя вертится вокруг гостя. – Давай я тебя в порядок приведу?

И привела, машинки нет, но она и ножницами аккуратно подстригла мужчину, а заодно и бороде придала благообразность. После чего занялась ногтями на руках и ногах. Обувь трудно будет найти, пальцы, не знавшие обуви, торчали в разные стороны, но шерстяные носки понравились и калоши налезли. Зато в зеркале на Ому смотрел вполне приличный мужик.

Так и остался он в той деревне, Катерина записала его, как Фому, созвучно с его родным именем, а участковый справил документы, получив в награду кое-какую сумму. Он помогает во всём по хозяйству, научился пахать огород мотоблоком, колет дрова, пилит брёвна, да делает лодки, подсмотрев у мужиков, как это делают они. Даже избу рубить помогал, такому силачу бревно, что игрушка. А Катерина понесла и родила в срок настоящего богатыря в пять кило весом.

Вот и дождалась женщина счастья, поскольку муж из бывшего дикаря всем в пример. Заботливый, не пьющий, не болтливый, хотя и научился говорить, а ещё за свою семью в огонь и в воду. Вот так, нет разницы, из какого времени мужик, главное, что правильный. В итоге все счастливы, а бабы деревенские завидую Катьке, что отхватила такого красавца. Фома и правда, смотрится солидно, не то Тургенев, не то Лев Толстой. Борода окладистая, силы немерено, степенный и солидный только в калошах ходит, поскольку другая обувка на него не налезает. А когда Катерина стоит на базаре с товаром, люди ходят на него посмотреть, заодно и покупают помаленьку.