Львиная доля проблем для попаданки

1. Не было бы счастья...

Я лежала на прохладной жёсткой поверхности. Спина, непривычно распрямившись, жаловалась каждой мышцей и позвонком, что ей ужасно неудобно. Яркие цветные всполохи света с трудом пробивались сквозь плотно зажмуренные веки. В голове знатно шумело. В висках била пульсом кровь, а во рту пересохло так, что кожа на губах стянулась так, что в любой момент могла пойти трещинками

Это надо же было так сильно ударится головой. Говорила мне мама — не надевай шпильки, когда на улице гололёд. И вот вам результат. Я же всё время опаздываю! И сегодняшний день не стал исключением. Бежала, чтобы успеть вовремя нырнуть за турникет и поскользнулась. Растянулась прямо на пороге офисного центра, а там ещё лестница обледенелая, вот я головой-то и…

Но погодите! Я осторожно поерзала попой. Подо мной должен быть ледяной мрамор. Я несмело пошевелила рукой. Под пальцами правой руки холода не чувствовалось. Зато левая рука нащупала грубую ткань на моём животе, там, где должен быть мех. Но позвольте! Я судорожно попыталась вспомнить что нацепила не себя сверху, когда выбегала из дома. Ну да, новую длинную шубку, широкий собственноручно вязаный шарф и игривую шапочку. Как можно незаметнее я постаралась пощупать ткань, что была у меня под рукой. Грубое сукно. Я не ношу одежду из таких тканей! Где моя шуба? Где любимый, голубого цвета тончайший трикотажный джемпер?

Шум в ушах постепенно проходил. Не открывая глаз, я осторожно принюхалась, ожидая уловить привычные медицинские запахи спирта и стерильности, но нет! Пахло прогоревшим деревом, как у моего бывшего на даче, когда догорал камин. Какой к чёрту камин? Меня куда-то перенесли, пока я валялась без сознания? Где я?

В отдалении звонко хлопнула дверь и послышались неторопливые шаги. По полу мощно протянуло сквозняком. Рядом со мной что-то тихо зашуршало. «Только бы не мышь», — в панике подумала я и тут же по легкому вздоху поняла, что рядом со мной находится человек. Словно кто-то всё это время не шевелился и ждал, когда я приду в себя. А теперь поменял позу.

Я попыталась открыть глаза, но тяжелые веки, словно налитые свинцом плиты, не поднимались. Это как же сильно я стукнулась, когда падала.

— Господин Арис, возможно, мы напрасно вас побеспокоили. Мне кажется, студентка приходит в себя, - услышала я над ухом визгливый высокий голос и тут же поморщилась.

Это надо же, как по нервам бьёт! Будь у меня такой голос, я бы молчала всё время и изъяснялась знаками.

— Ничего страшного, Осман. Я всё равно проходил мимо. Так что? Она прошла испытание и принята в Академию? — раздался бархатный с лёгкой хрипотцой низкий голос.

О! Мой! Бог! Это же голос мужчины моей мечты и никак иначе! Откройтесь мои глаза, что же вы так подводите.

— Но мне всё же кажется, что этот обморок следствие наложенных на студентку заклятий и, возможно, она шпион, посланный конкурентами, — визгливо прокаркал противный голос.

Прекратив попытки открыть глаза, я, наоборот, крепко их зажмурила. А заодно изобразила глубокий обморок. На всякий случай. Это сон? Слуховые галлюцинации? Какие заклятия? Какие конкуренты? Всё-таки мама была права, надо поменьше читать выдуманных историй про другие миры.

— Я сомневаюсь в том, что кому-то интересны дела нашей Академии, — снова прозвучал магический голос и у меня по всему телу табунами побежали мурашки. — Но я благодарю тебя за бдительность, Осман. Я думаю, студентку всё же надо перенести с пола в более подобающее место. Как её зовут?

Второй голос что-то неразборчиво и визгливо проскрипел, но я даже не пыталась вслушаться. Мозг забуксовал и попытался слиться в неведомые дали. Какой шпионаж? Какая академия? Я Дарья Синичкина, скромный бухгалтер крупного холдинга. Я работаю здесь уже очень много лет и никаких нареканий. Ну, кроме опозданий. Но ведь не каждый день! Стоп. Я точно Дарья Синичкина?

— Не будем никого ждать, Осман. Я сам отнесу её в комнату, — услышала я уже ставший любимым голос.

Сильные руки легко подхватили меня и, прижав к рельефной груди, подняли.

— Вам ли, господин Арис, студенток таскать? Сядут на шею, помяните моё слово!

Мне захотелось придушить мерзкого старикана голыми руками. В том, что таким противным голосом мог говорить только самый гадкий старик, сомнений у меня не возникло.

— Их не так много в Академии, — усмехнулся мужчина, державший меня на руках. — Я справлюсь. Откройте дверь.

Мимо нас кто-то прошаркал и дверь скрипнула, открываясь. Снова потянуло холодом. Широким шагом мужчина, которого назвали господин Арис, вышел из комнаты. Перехватив меня поудобнее под коленками, он зашагал, печатая шаг, по гулкому коридору. Той стороне меня, которая не была прижата к горячему телу, стало зябко. Почувствовав, что я поежилась, господин Арис прижал меня ещё крепче и молча ускорил шаг.

Я уткнулась, мгновенно замерзшим носом, в мягкую тёплую ткань на его груди и сделала глубокий вдох. Не буду открывать глаз пусть этот сон длится и длится до бесконечности. От мужчины пахло сандалом, прелой листвой и, совсем чуть-чуть, мокрой шерстью. Очень странное сочетание, но отвращение не вызывало. Наоборот, мне захотелось уткнуться в него, вжаться покрепче и пусть несёт куда хочет!

В этот момент мужчина ногой толкнул ещё одну дверь. От неожиданности я вскинула руки и вцепилась ему в шею. Тот, хмыкнув, сделал пару шагов и опустил меня на жёсткую полку. Без обнимающих рук стало совсем промозгло, и я ещё крепче обняла его за шею, утыкаясь носом в горячую кожу рядом с воротником.

— Не наглейте, Вивьен Лис-Трат, — тихо, но настойчиво проговорил он.

На этих словах руки мои сами собой разжались. Шаги, хлопнувшая дверь и я осталась одна. Может хватит притворяться, что я в обмороке? Прижав руки к груди, я тут же, не сдержав удивлённый возглас, села и распахнула глаза. Где моя грудь идеального третьего размера? Опустив голову, я с ужасом увидела маленькую девичью грудь, затянутую в грубо сшитый мундир из очень плотной ткани. Я ещё раз ощупала свою грудь. Нет! Не показалось! Еле-еле дотягивает до второго размера. Вместо привычной узкой юбки чуть выше колен — стандартные форменные брюки. Я схватилась за голову. Волосы! Ошарашено я разглядывала длинные пряди с сиреневым отливом.

Дверь снова хлопнула, и я подпрыгнула от неожиданности.

— А вот и она! — воскликнули хором две абсолютно одинаковые девушки.

Они вбежали в комнату, которую я так и не успела рассмотреть и встали с разных сторон.

— Мы так рады, что в Академии появилась ещё одна девушка! — воскликнула та, что стояла справа.

— Теперь ты наша соседка! — добавила та, что стояла слева.

— Здрасьте, — в полном шоке ответила я.

2. А я тебе говорила!

Я ошарашено переводила взгляд с одной девушки на другую. Они были похожи, как две капли воды. Остренькие носики, хитрый взгляд, рыжие хвостики волос на затылке у той и другой. Одеты девушки были в одинаковые длинные платья с передничками. Тёмная расцветка и покрой платьев наводила на мысль о горничных, но что-то мешало мне сделать такой вывод. Погодите, но если они горничные, а я по их словам — соседка… значит я тоже прислуга? Но старикан назвал меня студенткой Академии.

Видимо, мыслительный процесс очень явно отразился на моём лице. Девушка, что стояла справа, повернулась к своей копии и проговорила:

— Мне рассказали, что в процессе инициации она потеряла сознание.

— И видимо теперь совсем ничего не понимает, — подхватила её мысль вторая девушка.

— Может быть у неё ещё и память отшибло? — предположила первая.

— Интересно, что она вообще помнит?

— Ничего! — воскликнула я, ухватившись за спасительную подсказку и устав переводить голову с одной на другую, попросила. — Вы могли бы встать поближе друг к другу. У меня голова кружится.

— Бедняжка, — хором сказали девушки, делая шаг друг к другу.

— Ты хотя бы помнишь, как тебя зовут? — сочувственно произнесла та, что справа.

— Вивьен Лис-Трат, — повторила я имя, которое произнёс мужчина моей мечты.

— Ооо! — опять хором воскликнули сёстры и синхронно прижали ладошки к своим щекам.

— Что такое? — напряжённо спросила я, внутренне подобравшись и поджав ноги.

— Бедняжка, — так же хором сказали девушки. — Ты из приюта!

Они тут же сели по обе стороны от меня и обняли в четыре руки.

— Мы тебе во всём поможем.

— И поддержим.

— … и всё-всё расскажем.

— И покажем.

— Ты теперь с нами, ничего не бойся! — хором закончили сёстры, сильно сжимая меня в объятиях.

— Вы могли бы рассказать, почему вы решили, что я из приюта и... — я сделала паузу и попыталась ослабить тески объятий, но куда там. — И сказать, где я.

Тут я спохватилась, поняв, что веду себя совершенно не вежливо.

— И кто вы? — добавила я обречённо.

Объятия тут же разжались и девушки устроились поудобнее по бокам от меня. Мне удалось разглядеть, что все втроём мы сидели на странном подобии кровати. Скорее она походила на лавку такой ширины, что даже я побоялась бы на ней ворочаться с боку на бок. Под нами прощупывался тонкий стёганный матрасик. Покрыт он был сверху толстым куском плотной ткани. Пока я разглядывала и тихонечко ощупывала то, на чём мы все сидели, та девушка, что справа, начала рассказывать:

— Приставка «лис» у твоей фамилии говорит о том, что ты из приюта. Кстати, пишется эта приставка через дефис и ни в коем случае даже не пытайся писать её слитно. Это чревато магическим наказанием. Все оборотни из приюта имеют такую приставку до тех пор, пока не будет понятна оборотническая сущность.

— Магическая… — мозг опять забуксовал. — Оборотни?!

Я вскочила с кровати и резво отпрыгнула от девушек.

— Видать сильно она головой ударилась, — проговорила одна из девушек.

— Если даже элементарные вещи не помнит, — закончила вторая.

Я потрясла головой, разметав по спине длинные волосы и ущипнула себя за руку. Ничего не изменилось. Две совершенно одинаковые девушки всё так же сидели на узкой кушетке и с интересом наблюдали за моими манипуляциями. Я сильно-сильно зажмурилась и даже закрыла глаза ладонями. «Проснись, проснись, проснись!» — шептала я себе. Представляла, как я сейчас открою глаза и увижу свою уютную светлую комнату. Зазвонит будильник, и я не буду ворчать на него, а сразу же откину в сторону мягкое, как облако, одеяло и встану с кровати. И даже на работу побегу без опозданий и всем расскажу, какой ужасный сон мне сегодня приснился.

— Она там заклинание что ли читает? — раздался любопытный женский возглас.

— В Академии нельзя колдовать в жилых комнатах, — вторил ей второй голос.

«Нет-нет-нет, это всё сон, я не открою глаза», — зашептала я ещё быстрее.

— Лучше не начинать учёбу с наказания за использование магии.

Тёплая рука легка мне на плечо. Я вздрогнула и, оторвав от лица ладони, открыла глаза. Ничего не поменялось. Та же комната с тусклым светом, пытавшимся пробиться сквозь мутное стекло. Две одинаковые девушки по бокам. «Самое время полежать в депрессии несколько дней», — услужливо подсказал мне проснувшийся мозг.

— Где я? — спросила я у девушек.

Те переглянулись, нахмурившись.

— Может позвать кого-нибудь? — засомневалась та, что стояла справа.

— Например, Османа, — поддакнула ей вторая, что стояла слева.

Я перепугалась.

— Нет-нет, не надо Османа, — зашептала я, схватив их за руки.

— А ты не буйная? —осторожно уточнила одна из девушек.

Я энергично замотала головой.

— Просто помогите мне. Вы же так и хотели сделать, — умоляюще проговорила я, переводя взгляд с одной девушки на другую.

Сёстры заметно расслабились и снова обняв меня за плечи, подвели к лавке и усадили.

— Мы всегда хотели себе подругу, которой могли бы помогать, — сказала одна из них.

— Но только, если ты не агрессивная и не злая, — добавила вторая.

— Нет-нет, я хорошая. Правда, — молитвенно сложив руки на своей уменьшившейся груди, проговорила я и посмотрела на сестёр, старательно изображая взгляд кота из любимого мультфильма.

— Меня зовут Ханна, — сказала та, что справа.

— А меня Тиша, — представилась вторая.

— Мы лисы, — сказали они хором.

3. Ты же девочка

Из рассказа сестричек Ларсен я узнала, что нахожусь сейчас в магической Академии генерала Выскочки. Академия обучает исключительно оборотней. Обучают тут не только военному искусству, как сначала могло показаться. Генерал Выскочка, оказывается, личность выдающаяся и легендарная. Жаль помер давно и Академией теперь управляет его семья. А так как находится она в пограничном, расположенном рядом с цепочкой высоких гор, районе, то семейство не так уж активно вмешивается в управление. В результате и сама Академия, и её постройки достигли крайней степени запустения. Престиж стремительно падал, богатые студенты старались попасть в Академии поближе к столице. Кто захочет ехать в приграничный район, где из развлечений только горы и бал губернатора города один раз в год.

— Но это единственная возможность для многих получить хоть какое-то образование. Хотя многие молодые оборотни сейчас не стремятся настойчиво учится, — недовольно добавила одна из сестриц. — Особенно, если они из приютов.

Они выразительно посмотрели на меня.

— Потому что по завещанию генерала, семья обязуется обучать студентов бесплатно. Нужно только платить за проживание и еду, — добавила другая.

— Они настолько богаты? — удивилась я такому повороту.

— О-о-о! — девушки синхронно закатили глаза. — Они очень богаты. Они очень влиятельны. Они — одна из самых старейших фамилий. Каждая девушка в нашем Королевстве хотела бы выскочить замуж за Выскочку. К сожалению, на сегодняшний день в их семье только один холостой мужчина, да и то, говорят, уже помолвлен.

— Погодите, получается, я должна работать и учиться? — ещё больше удивилась я.

Девушки синхронно кивнули, улыбаясь.

Я удручённо покачала головой. Ну надо же, как неудачно попала. Прочитав огромное количество книг про попаданок, нигде я не видела такого, чтобы нужно было и там зарабатывать себе на жизнь. В смысле, тут. Попаданка всегда попадала на всё готовое. И магия у неё обязательно самая крутая. И суженный-ряженый тут же объявлялся. Обязательно богатый. Единственное, что требовалось от девушки — выбрать жениха поприличнее. Вот как так-то? «Может быть всё же в депрессию?» — тут же предложил вездесущий мозг. «А кормить меня кто будет? Мы так быстро помрём», — возразила мысленно я. «Аргумент», — тут же заткнулся мозг.

— С работой мы тебе поможем, — сказала одна из лисичек. — Рядом с Академией есть кафе.

— Мы сами там работаем, — включилась в беседу вторая лисичка.

— И как раз сегодня управляющий начал искать ещё одну официантку, — продолжила первая.

— Видишь, как всё удачно! — восторженно захлопала в ладоши вторая.

— На самом деле, кафе тоже принадлежит семье Выскочки, — добавила первая.

— И мы надеемся, что молодой Выскочка обязательно заглянет к нам.

— И можно будет на него полюбоваться.

— Говорят он так хорош, — мечтательно протянула одна из сестриц.

Я перестала поворачивать голову на каждую реплику и задумчиво уставилась в одну точку.

— Вы же говорите, что никто из семьи не приезжает сюда, — уточнила я, понимая, что начинаю вязнуть в словах и информации.

— Да нет же! Молодой Выскочка приехал на днях в Академию и будет здесь ректором как минимум ближайший учебный год, — хором воскликнули сёстры.

— Это тот, который вроде бы помолвлен? — окончательно запуталась я.

— Да, — протянула одна из сестер, и они обе заметно погрустнели.

— Но помечтать-то можно, — добавила грустно вторая.

— И полюбоваться, — поддакнула первая сестренка.

Долго грустить они явно не умели и в следующую минуту сёстры принялись вываливать на меня новую информацию. По всему выходило, что я большая молодец и умница, что решила пройти обучение в Академии. Потому что обычно оборотни из приютов не стремились получить образование. Рассчитывать они могли только на себя, поэтому сразу же принимались работать. А там, где тяжёлый труд с утра до вечера не до учёбы.

— Но ведь ты так и не знаешь к какому клану принадлежишь, да? — спросила меня, кажется, Ханна.

Я сделала глубокомысленно-задумчивое лицо не зная, что ответить.

— Потому что если бы знала, то приставку «лис» ты бы с радостью отбросила, — покачала головой, судя по всему, Тиша.

Я печально склонила голову, занавесившись длинными прядями волос. А ведь это очень удобно! Можно ничего не говорить, только печально молчать и сестрички всё скажут за тебя!

В этот момент у меня противно заурчал голодный желудок.

— Ой! — вскочила Ханна. — Ты же голодная! Когда ты в последний раз ела?

Задумавшись, я вспомнила сегодняшнее утро. Маленькую чашку чёрного жгучего кофе вряд ли можно назвать завтраком. Ведь я надеялась полноценно подкрепиться уже в офисе.

— Вчера? — с сомнением в голосе ответила я.

— Ну как же так?! — вскочила уже вторая сестра, Тиша. — Уже вечер и ты молчишь!

— Но сначала надо показаться декану, — сказала Ханна.

— И получить официальное подтверждение того, что ты студентка Академии, — согласно закивала Тиша.

— Иначе? — нетерпеливо подкинула я сёстрам вопрос.

— Иначе ты можешь стать добычей любого оборотня, — радостно провозгласила Ханна.

— Пока ты не находишься под защитой своего клана или Академии любой мужчина может предъявить на тебя права, — улыбаясь добавила Тиша.

— Ведь ты из приюта! — закончили они хором.

У меня отвисла челюсть.

4. Знакомство с Академией

Вопрос с выяснением, почему такая несправедливость происходит с людьми из приютов, пришлось оставить на потом. Мой внутренний мир снова взмолился о бренной пище и сестрички-лисички засуетились.

Вытолкав меня из комнаты, они взяли меня с двух сторон за руки и как на аркане потащили куда-то по сумрачному коридору.

Первое, что меня поразило — я прекрасно вижу в темноте. Что ж, хоть какой-то плюс у нового тела. Могу, не включая свет, спокойно среди ночи ходить к холодильнику. «Какой холодильник! — взмолился неуёмный мозг. — Здесь, скорее всего, погреб и ключница!» Ну и что, решила я не сдаваться и, как говорят информационные коучи, видеть в любой ситуации позитив.

Надо сказать, что Академия, а точнее те коридоры, по которым меня вели сёстры, были странными. Складывалось впечатление, что здание, долго готовили к ремонту, а потом передумали и бросили не доделав.

В этот момент я споткнулась, и если бы не лисички, подхватившие меня с двух сторон, пропахала бы своим прекрасным носиком выщербленный паркет. Интересно, у меня всё такой же красивый вздёрнутый нос или меня наградили какой-нибудь картошкой. Я скосила глаза на кончик носа.

— Может, всё же к Осману? — с сомнением проговорила над моей головой вроде бы Ханна.

— Думаешь, необратимые последствия инициации? — тихо спросила, наверное, Тиша.

Я посмотрела на сестриц. Сначала на одну, потом на другую. И решилась всё же спросить:

— У меня два вопроса. Нет, три. Но первые два — самые важные. Вопрос первый: как вас различают другие?

— Никак! — радостно хором воскликнули девушки. — Нас даже родители путают!

— Чем мы постоянно пользуемся, — хихикнула Тиша.

Или это была Ханна.

— Хм… Допустим. То есть, если я назову кого-то из вас не вашим именем, ничего страшного не произойдёт? — с сомнением уточнила я.

Лично мне всегда было неприятно, если меня называли чужим именем или не запоминали. Хотя кому я это сейчас говорю, мне же теперь отзываться на абсолютно чужое имя! Я тяжело вздохнула и продолжила расспросы.

— Вопрос второй: в Академии есть зеркала?

Сестрички удивлённо переглянулись.

— А зачем тебе? — напряжённо хором спросили они.

—Э-эм… — опешила я. — Посмотреть, как я выгляжу…

Сестрёнки рассмеялись. Их смех переливчатым колокольчиком отразился от мрачных, местами разваленных, стен.

— Зеркала нужны для сложных магических обрядов, глупышка. Для того чтобы посмотреть, как ты выглядишь, можно просто создать отражение. Вот так.

Лисичка, что стояла справа от меня, махнула рукой, вырисовывая замысловатую фигуру и передо мной возникла объёмная, подсвеченная изнутри, голограмма меня. Ну, то есть я решила, что это я, хотя как раз на меня это изображение совершенно не походило.

На меня смотрела щуплая очень молодая девушка с изящным носиком. Большие удивлённые глаза, цвет которых я не смогла разглядеть, и самые обычные губы. Длинные волосы локонами свисали ниже попы и блестели так, словно она только что вышла из самого дорогого салона. Цвет волос странный — тёмный с сиреневым отливом. Одета девушка была в обтягивающий, тёмного цвета, камзол очень простого пошива. Прямые брюки и ботинки. Ну, положим, брюки на себе я и так видела, да и тяжёлые ботинки, в которых спотыкалась, а вот всё остальное… Я медленно обошла по кругу собственную копию, придирчиво разглядывая себя со всех сторон. М-да, ни рыба ни мясо. Только волосы и хороши. Ну и молодость.

— Налюбовалась? — с улыбкой уточнила Ханна.

— Ты так рассматриваешь себя, как будто видишь впервые! — склонив голову набок добавила Тиша.

— Или ты с заклинанием не знакома? — предположила Ханна.

— Но этого не может быть, потому что его все знают с пелёнок, — веско аргументировала Тиша, повернувшись к сестре.

— Почему тогда она так удивлена? — спросила Ханна.

Я стояла за спиной своей призрачной копии и переводила взгляд с одной сестры на другую. Не торопясь отвечать на вопрос, я вопросительно посмотрела на Тишу, ожидая, как она всё это объяснит.

— Инициация! — подняла та вверх указательный палец. — Что-то пошло не так во время инициирования тебя в студентки Академии. Поэтому ты ничего не помнишь и всему удивляешься.

Я торжествующе вытянула вперёд обе руки, подтверждая этим жестом слова одной из лисичек. При этом правая моя рука прошла насквозь призрачной копии, и она схлопнулась.

— Правая рука для магии, левая для пера и меча, — наставительно произнесла Ханна.

— Чё? — я снова впала в ступор.

— Правая рука помогает нам совершать все магические ритуалы. А левой рукой мы пишем и фехтуем, — со вздохом, словно неразумному ребёнку, объяснила Тиша.

— А нельзя всё делать одной рукой? Ну, типа ведущая, главная, то-сё? — запаниковала я.

— Одна рука для дел магических, другая для мирских, — строго сказала Ханна и погрозила пальцем.

— А что будет, если перепутать? — паника накрывала уже с головой, потому что я всю свою сознательную жизнь была правша и левой рукой умела только печатать на компьютере и больше ничего.

— Лучше тебе этого не делать, — наставительно сказала Тиша и быстро свернула разговор на другую тему. — Давайте всё же дойдём до декана и отправимся уже ужинать. Скоро и я проголодаюсь.

Легко сказать, пойдём. А как же моё состояние? Мне нужно время, чтобы успокоиться. Подышать. Помедитировать. В себя прийти, полежав скорбным трупиком под пледом. Самозабвенно побиться в истерике, в конце концов. Но нет, конечно, кто бы дал мне на это время.

— Кстати, третий вопрос. Нам ещё долго идти? А то мы идём, идём, а никого нет, словно мы во всём здании одни.

— В этом крыле комнаты для студентов. И пока мы здесь одни. Большая часть работает, кто-то ещё просто не приехал. Вот после ужина здесь будет много народу! — сказала Ханна.

— А до декана нам ещё один поворот и три пролёта вверх по лестнице. Там как раз располагаются учебные комнаты, — подхватила объяснения Тиша.

Они снова взяли меня за руки и повели к лестнице.

На эту лестницу я в здравом уме и твёрдой памяти ни за что бы не полезла. Сколотые ступеньки, отсутствие перил, невнятные выбоины — даром, что она каменная. Она же ненадёжная! Но мои приятельницы как ни в чём не бывало зашагали по, словно она была парадной в их родовом замке. Причём именно сейчас они перестали держать меня за руки! Мысленно помолясь всем доступным богам, я осторожно последовала за ними.

Преодолев три пролёта, поминутно хватаясь за сердце от порывов ветра, что свободно гулял между этажами, я выдохнула. И тут же снова запаниковала. Ведь потом предстояло ещё спускаться!

— Как-то ваши Выскочки спустя рукава руководят своей Академией. Это ж надо так запустить здание, — проворчала я, поравнявшись с сёстрами.

— Т-с-с, — проговорила одна из сестёр, повернувшись ко мне.

Так как я внимательно смотрела под ноги, то не обратила внимание, кто из них шёл впереди, а кто следом.

— Тиша, — неуверенно назвала я девушку.

Та пальцем показала на сестру. Вторая лисичка оглянулась и приветственно помахала мне рукой.

— Значит, Ханна, — удовлетворённо проговорила я.

— Мы пришли, — ответили они хором.

Они остановились перед огромной, в два человеческих роста, дверью. Створки были так плотно подогнаны друг к другу, что мне показалось, что дверь эту не открывали уже много лет.

— Вы уверены? — недоверчиво покосилась я на сестёр.

Те закивали головами. Одна из них подошла к двери вплотную и с силой толкнула створки внутрь. К моему величайшему удивлению, они легко и даже без скрипа распахнулись. Из комнаты повеяло ледяным холодом.

— Вивьен Лис-Трат для подтверждения статуса прибыла, — крикнула одна из сестёр в глубину тёмной комнаты.

Вторая лисичка с улыбкой настойчиво подталкивала меня к порогу комнаты.

5. Странное заявление ректора

Если вы думаете, что заходить в тёмную комнату мне было не страшно, то вы жестоко ошибаетесь. Мне было не просто страшно. Мне было чертовски жутко! Я упиралась и не хотела идти вперёд. Богатое воображение отключило мозг и разыгралось не на шутку. Сзади подпирали сестры, впереди была темень, а посередине я, как поплавок незадачливого рыбака. А вдруг, это ловушка и меня ожидает монстр? Лабиринт Минотавра? Вот сейчас я сделаю шаг и подо мной провалится пол, я попаду в подвал, из которого не выбраться и только мыши и крысы будут окружать меня, как княжну Тараканову. А потом случится потоп и всё! Прощай, Даша Синичкина! И даже Вивьен Лис-Трат тоже прощай!

Я так расчувствовалась, жалея себя, что громко всхлипнула и икнула.

— Ты чего? — сбоку неожиданно появилась одна из сестёр, и я почувствовала, что сзади меня уже не толкают.

— Я боюсь, — ещё громче всхлипнула я и постаралась пожалостливее шмыгнуть носом.

— Чего боишься? — не поняла другая лисичка.

— Монстра, —прошептала я опасливо.

— Какого монстра? — девушки оглянулись и снова посмотрели на меня с удивлением.

— Который ждёт меня в этой комнате.

— Наш декан, конечно, человек не простой, но точно не монстр, — уверила меня та сестра, что стояла справа.

— Господин Минотаврус очень уважаемый человек. Бык, конечно, что придаёт его характеру некую напористость, но не монстр, — подтвердила другая сестра.

В этот момент за моей спиной где-то в коридоре хлопнула дверь и раздались тяжёлые шаги. Судя по грузной поступи и шумному сопению, к нам приближалось что-то большое.

— А вот и декан, — весело воскликнула одна из сестёр.

Я медленно повернулась.

На нас неумолимо надвигалась огромная глыба. Во всяком случае, в первую секунду мне показалось именно так. Потом зрение сфокусировалось, и я поняла, что по коридору шагает высокий и широкий в плечах мужчина с огромной гривой спутанных волос. Чем ближе он подходил, тем сильнее у меня подгибались ноги. Его суровым взглядом можно было резать металл. И этот взгляд был неотрывно прикован ко мне.

Поравнявшись с нами, мужчина взмахнул рукой и в комнате, на пороге которой мы стояли, зажглись факелы.

— Проходите Вивьен Лис-Трат! — прогрохотал он так, что у меня заложило уши. — И не вздумайте падать в обморок. Я не Арис, на руках вас таскать не буду.

С этими словами он прошагал вглубь кабинета. Створки дверей медленно стали закрываться, отсекая меня от любопытных сестёр.

— Я вас надолго не задержу. Рассусоливать здесь нечего, к моему величайшему прискорбию, вы в нашу Академию приняты.

Тяжело топая, декан прошёл мимо громоздкого письменного стола к высокому шкафу. Шкаф занимал всю противоположную от двери стену. Оставшись наедине с господином Минотаврусом, я переминалась с ноги на ногу и не знала, куда деть руки. Карманов на моей одежде не оказалось, что было крайне неудобно. Скрещивать руки на груди мне показалось слишком вызывающе. Прятать за спиной — слишком трусливо. Так и елозили мои руки по бёдрам, потея и подрагивая от напряжения. Жалобно скрипнув, дверца шкафа открылась, стоило Минотаврусу к ней прикоснуться. Что-то звякнуло. И дверца, пропев свою песню на такой же высокой ноте, захлопнулась. Декан повернулся ко мне.

В руках он держал пузатый графинчик с узким горлышком. Внутри него клубилось что-то зелёное, переливаясь золотистыми искорками. Я вспомнила, что похожий сосуд был у моей тётушки. Она говорила, что он старинный, хрустальный и достался ей в наследство и на долгую память о покойном уже давно дядюшке. Держала она в нем вишневую наливку собственного приготовления и частенько почивала себя стопочкой перед сном.

Я с удивлением посмотрела на декана, а тот внимательно наблюдал, как я вытираю потные ладошки о брючную ткань.

— Твои поглаживания выглядят двусмысленно, — прокомментировал он спокойно, но всё равно получилось очень громко.

— Что? — не поняла я, а когда до меня дошёл смысл сказанного, запаниковала пряча руки за спину. — Я… Мне… Я ничего такого!

— Угу, — пророкотал он и потерял к моим рукам интерес. — Магия Академии, к сожалению, приняла тебя. Хоть и не с самого начала. Я только подтверждаю твой статус. Занятия начнутся через семь дней. Расписание будет известно тогда же. У первого курса все занятия одинаковые и только со второго начинается разделение. Но это ты и так знаешь.

Минотаврус внимательно посмотрел мне в глаза. Взгляд его был настолько тяжелым, цепким и недоверчивым, что казалось, он препарирует меня живьём.

Я кивнула и отвела взгляд.

— Дай руку, — услышала я приказ.

На автопилоте я протянула правую руку и тут же дёрнула её назад, вспомнив наставления сестриц.

— Для чего… нужна… моя рука? — сбивчиво пробормотала я, насторожено посмотрев на декана.

Тот усмехнулся.

— Для магического подтверждения.

Я несмело протянула вперёд правую руку. Она тут же была схвачена жёсткой ладонью декана и утонула в его рукопожатии. Левой рукой декан полил на наши сцепленные ладони зелёный дым из графинчика, который быстро обволакивал наши кисти.

— Я, Эверус Минотаврус, декан боевого факультета Академии генерала Выскочки, подтверждаю статус оборотня из приюта Вивьен Лис-Трат. Отныне и до окончания обучения или до принятия защиты клана Вивьен Лис-Трат студентка Академии и находится под его защитой.

Пока он говорил, зелёный дым впитался в наши руки и только золотистые искорки плясали над кожей, вырисовывая замысловатый узор. Но вот и они опустились на мою кисть и остались там россыпью еле заметных родинок.

— Я думал, не примет, — хмыкнул декан.

— Боевой факультет? — опешила я, понимая, как медленно до меня доходит смысл сказанных деканом слов.

Минотаврус хмуро посмотрел на меня исподлобья и проговорил:

— Я же сказал: к моему прискорбию. Что тут непонятного? Идите, студентка Лис-Трат, вы свободны.

Он за плечи развернул меня к выходу и слегка толкнул в спину. Створки дверей тут же услужливо распахнулись. В коридоре меня ожидали сестрички. Они разве что не подпрыгивали от нетерпения и любопытства.

— - Идите, не задерживайте меня, — услышала я за спиной и не оборачиваясь рванула вон из комнаты.

Сёстры подхватили меня с двух сторон, как только я переступила порог кабинета декана, и потащили к лестнице.

— Ты не сказала нам, что господин Арис носил тебя на руках, — с укором произнесла вроде бы Ханна.

— Расскажи скорее, какой он? — вторила ей скорее всего Тиша.

— Когда ты успела это всё провернуть? — не унималась первая сестра.

— Мы дружим с той, которую носил на руках сам господин Арис! — воскликнули они хором.

— Да что такого в этом господине Арисе?! — взмолилась я, не выдержав подобного эмоционального шторма.

Девушки остановились, как вкопанные и синхронно повернулись ко мне.

— Это же Выскочка!

— Новый ректор Академии!

Я ошарашено переводила взгляд с одной лисички на другую. Как это — ректор? Как — это Выскочка? Может быть «мой» Арис, тот, что нёс меня на руках и чей голос так запал в моё сердце, это совсем другой Арис? Ну не может мне так катастрофически не везти! Да как же так?!

Желудок призывно заурчал. Мы, все трое, одновременно посмотрели на мой живот.

— Идём тебя кормить, — быстро сказала одна из сестёр.

— Побежали в кафе, заодно познакомишься с управляющим и устроишься на работу, — подхватила вторая.

— Мы угощаем! — сказали они хором, и мы быстро сбежали по лестнице.

Кофейня и правда находилась рядом со зданием Академии. Та часть городка, которую я увидела, была очень похожа на провинциальное поселение где-нибудь в глубинке нашей Европы. Аккуратные улочки. Ухоженные газоны с низкими, сияющими свежей краской, заборчиками. Дома в два этажа с черепичной крышей. Из труб то тут, то там шёл уютный дым и нам на встречу даже попался всамделишный трубочист. Как из детских сказок: с мотком толстой верёвки на плече и длинной щёткой в руках. Всё это благолепие никак не вязалось в моей голове с полуразрушенным зданием самой Академии. И я уже хотела было задать вопрос сестрёнкам, как одна из них дёрнула меня за руку и громко зашептала на ухо:

— Смотри-смотри, я же говорила, что господин Арис обязательно зайдёт в кофейню!

— Пойдём скорее зайдем, послушаем о чём они говорят! — поторопила меня вторая сестрёнка.

Я с любопытством закрутила головой, не понимая, куда смотреть. Но лисички уже тащили меня вперёд, к двери, над которой красовалась разляпистая вывеска «Заскочи к Выскочке». У одного из окон внутри кофейни стоял молодой человек. Он что-то настойчиво говорил женщине, что сидела перед ним. Как выглядела женщина мне видно не было — она сидела спиной, но то, что разговор у них неприятный было понятно по нахмуренному лицу мужчины.

Мне совсем не хотелось попадаться ему на глаза, и я предпочла бы прийти в кофейню позднее, но сестрицы, как таран, несли меня к двери.

Колокольчик, сообщающий о новых посетителях, звякнул.

Мужчина повернул в нашу сторону голову.

Замершим кроликом перед удавом я наблюдала, как его зрачки расширились, заполняя собой золотистую радужку. В них мелькнуло узнавание.

— Вот! — ткнул в меня пальцем Арис Выскочка и снова повернулся к женщине, сидевшей у окна. — Вот моя невеста! Теперь ты довольна?

6. Я старше и знаю, как лучше!

Женщина, к которой с гневной тирадой обращался Арис Выскочка, резко встала из-за столика и поспешно засеменила в мою сторону. Мне захотелось тут же выскочить из кофейни, в крайнем случае, спрятаться за спинами сестёр, но не тут-то было. Цепкая маленькая ручонка схватила меня за правую руку железной хваткой. Женщина поднесла мою кисть себе практически под нос и принялась внимательно её разглядывать.

А я тем временем разглядывала её. Она был невысокого роста. На целую голову, а то и больше, ниже меня. Худощавая, но при этом невероятно сильная. Это чувствовалось по тому, как она сжимала мою ладонь, не давая ни малейшего шанса вырваться. Короткая элегантная стрижка. Будь мы в другой ситуации, я обязательно поинтересовалась бы именем её парикмахера. Классический брючный костюм песочного цвета сидел идеально по фигуре.

Женщина подняла голову и уставилась на меня. Медовые глаза сканировали, словно пытались проникнуть в самое нутро. Теперь мне были видны мелкие морщинки на её лице, особенно в уголках глаз, и я совсем растерялась. Определить сколько ей лет не представлялось возможным. Тут женщина сощурилась и отпустила мою руку, буквально отбросив её.

Она развернулась к молодому мужчине. Арис стоял, скрестив на груди руки и широко расставив ноги, словно готовился к бою. Слегка склонив голову набок, он неотрывно смотрел на женщину и хмурился. На меня он даже мельком не взглянул. Мне стало обидно, экая цаца!

— Тебе повезло! — громко сказала женщина, тыкнув в него острым пальцем. — Она уже приняла защиту Академии. А пока не определится её клановость, даже не заикайся об этой, — она выделила два последних слова и пару секунд помолчала, сверля его взглядом и давая всем окружающим прочувствовать свои слова: — свадьбе.

Она вернулась к столику, за которым сидела до этого, и схватила маленький клатч. Впритык подойдя к мужчине, она задрала голову и зло прошипела:

— А я сделаю всё, чтобы ты передумал. И принял моё предложение.

— Нет, ба, — устало ответил ей Арис не меняя позы.

— Меня зовут Аделина, не зли меня ещё больше, внучок, — тряхнув короткой стрижкой, проговорила женщина.

— Нет, Аделина, — ещё раз твёрдо сказал Арис. — Нет. Я не приму твоего предложения.

— Ты её не видел! — воскликнула Аделина.

— Зато много слышал. Нет! — стоял на своём Выскочка.

— Затея с «первой встречной» у тебя тоже не прокатит! — почти взвизгнула женщина.

— Посмотрим, — спокойно ответил Арис, набычившись ещё больше.

Аделина резко отвернулась от него и зашагала к выходу. Она шла прямо на меня. Я застыла соляным столбом у неё на дороге. Паника поднималась во мне волной, накрывая и не давая сдвинуться с места. Резкий рывок в сторону, и я улетела с её пути прямо в объятия одной из сестёр. Не удержавшись на ногах, мы с грохотом упали. Женщина дернула входную дверь, сорвав колокольчик, и вышла на улицу.

— Прости, — быстро зашептала мне на ухо то ли Ханна, то ли Тиша. — Но она бы тебя снесла, мокрого места не осталось бы.

— Натурально? Убила бы что ли? — прошептала я в ответ решив ничему не удивляться.

Лисичка сморщила носик и пошевелила в воздухе пальцами.

— Фигурально. Убить тебя, пока ты находишься под защитой Академии, никто не сможет.

— А если бы защиты не было? — решила выяснить я до конца.

Сестричка поджала губы и помотала из стороны в сторону головой.

— Если бы не было защиты Академии или клана, то могла бы. Ведь ты из…

— … приюта, — закончила за неё я.

Девушка пожала плечами, мол, не она придумывает правила.

Мимо нас быстро прошагал Арис Выскочка, вышел из кофейни и повернул в сторону Академии. На меня он так и не взглянул.

— Чё это сейчас было вообще? — пробубнила я, провожая его взглядом.

В кофейне разом загомонили. Оказалось, она была полна посетителей, но все, затаив дыхание, наблюдали семейные разборки клана Выскочки. В какой мир не приди, а шоу «Все скандалы знаменитостей» будет самым популярным.

Я покачала головой своим мыслям. Ну надо же было так вляпаться. А ведь не надела бы я сегодня шпильки, не поскользнулась бы на льду, не ударилась бы… так и жила бы своей обыденной скучной жизнью. Жила бы, да «бы» помешало, как говорила моя бабушка.

Пока мы с лисичкой поднимались с пола и отряхивали одежду, к нам спешил дородного вида мужчина. Он бормотал что-то себе под нос, промакивая начинающуюся лысину огромным засаленным платком.

— Мистер Хантер спешит на помощь, — хихикнула, кивнув на него, подошедшая вторая сестра. — Это управляющий.

— Ты Ханна, — утвердительно сказала я.

— Тиша, — улыбнулась та.

— Чёрт, — пробормотала я себе под нос.

— Милые леди, — начал произносить свою речь мистер Хантер и остановился, как вкопанный. — Лисички?!

— Мистер Хантер, мы тут совершенно случайно! Показываем нашей новой подруге самое лучшее заведение нашего города, — подскочила к нему Ханна и схватила под локоть.

— Мы сказали ей, что только в вашем заведении можно вкусно поужинать и отдохнуть, — Тиша подхватила мистера под другую руку.

— А ещё ей нужна работа! — хором закончили они и развернули его в сторону столика, за которым только что сидели представители семейства Выскочки.

— Ей? Работа? У меня? — опешил мистер Хантер.

— Вы же такой добрый, мистер Хантер, — восторженно произнесла Ханна.

— Такой отзывчивый, мистер Хантер, — вторила ей Тиша.

— Не оставите без куска хлеба сироту! — проговорили они вместе, подводя его к столику и отпуская его руки.

— Сироту?! — воскликнул от такого стерео совершенно дезориентированный управляющий.

— Ужин на троих, пожалуйста, — нагло проговорила одна из сестёр, умилительно заглядывая мистеру Хантеру в глаза.

— За счёт заведение во имя генерала Выскочки, — подхватила её мысль вторая сестра, трогательно порхая ресницами.

— Да-да, — пробормотал мистер Хантер. — Только если во имя Выскочки.

Он метнул на меня растерянный взгляд и умчался на кухню.

Я подошла к веселящимся сестрам и нахмурила брови.

— Это что сейчас было?

— Если есть хоть малейший шанс поесть бесплатно — его обязательно надо использовать, — наставительно произнесла одна из сестёр, подняв вверх указательный палец. — Это закон жизни, уж тебе ли не знать его.

— Ты Тиша, — ткнула я в неё пальцем.

— Это — Тиша, я Ханна, — фыркнула лисичка.

— Опять раскрутили старика на бесплатную еду? — раздался рядом весёлый юношеский голос.

Мы все обернулись.

Рядом с нашим столиком, держа на левой руке огромный поднос с яствами, стоял симпатичный молодой человек. Из-под длинной чёлки поблескивали озорные глаза, а рот расплывался в улыбке, как бы не хотелось парню казаться серьёзным.

— Привет, Ричи. Ты сегодня работаешь? Как мы рады тебя видеть, — девушки вскочили со своих мест и принялись помогать парню переставлять тарелки с подноса на стол.

— Это Ричи, — представила его Тиша. — Он ласка.

— В смысле, ласка? — не поняла я.

— В смысле зверь. Ласка, — пояснила Ханна, поднимая крышку над одним из горшочков и принюхиваясь. — М-м-м… Вкусно!

— Не буду вам мешать, — ухмыльнулся парень. — Приятного аппетита.

— Угу, — помотала головой Тиша, которая уже вцепилась в круглую лепешку и откусила от неё половину.

— Ты тоже не отставай, — посоветовал мне Ричи. — А то останешься голодной.

Отсалютовав пустым подносом, он отправился к соседним столикам.

Увидев, как налегают на еду сёстры, я решила послушаться совета и над нашим столом повисла сосредоточенная на еде тишина. Было, действительно, очень вкусно. В небольших горшочках под крышкой пряталось запяченное мясо с какими-то овощами. На вкус похожими на тыкву или даже репу, но я не была стопроцентно уверена. Специи тоже угадывались не все, но укроп тут явно водился. Ещё на одной из тарелок, судя по внешнему виду, лежал рулетиком омлет с фаршем. Я отколупала от него кусочек и попробовала, точно! Он самый! Вилки у них были двухрогие и в самый последний момент вспомнила, что есть мне теперь необходимо левой рукой. Я посмотрела на сестёр. Да, хорошо, что вспомнила.

Орудовать левой рукой было неудобно, приходилось подстраиваться и я радовалась тому, что сестры заняты поглощением пищи и не обращают на меня внимание. Но в этот момент затылком почувствовала чей-то острый взгляд. Быстро обернувшись, заметила Ричи, который поспешно отвернулся от меня и занялся уборкой посуды с соседнего столика. Он смотрел или кто-то ещё? Осторожно оглядела зал. Непонятно.

— А всё-таки, — начала говорить, утолив первый голод: — что это такое было только что с Выскочками?

— Ой, ну кто тебе точно скажет, кроме самих Выскочек, — махнула рукой Ханна. — Мы только сплетнями можем поделиться.

— Давайте сплетни, — милостиво согласилась я.

— А ты позовёшь нас подружками невесты? — хитро сощурилась Тиша.

— Позову, — тут же согласилась я, уверенная в том, что никакой свадьбы не будет.

— Ну тогда слушай, — навалившись грудью на стол начала рассказывать Ханна.

7. Что скажут люди

Сплетни оказались настолько увлекательные, что мы не заметили, как за окном сгустились сумерки. Словно заговорщики мы втроём сидели, навалившись на стол и склонив друг к другу головы. Ричи пару раз подходил к нам, чтобы убрать грязные тарелки, но сёстры его отгоняли.

Самое первое, что вывалили на меня лисички, было сказано приглушённым шёпотом:

— Люди говорят, что весь клан Выскочки ужасные ретрограды и до сих пор живут по законам прайда.

— Э-э-э… — протянула я, спешно пытаясь найти в памяти хоть какую-то информацию про прайды.

В голове всплывали только обрывки про жизнь львов. Один лев, много львиц и куча детей.

— В смысле… это значит… многожёнство что ли?

Лисички с недоумением переглянулись.

— Многожёнством оборотней не удивишь. Даже у Консула три жены и ещё одна из приюта. Повезло серой мышке, вовремя на глаза попалась, — фыркнула Ханна.

«Кто такой Консул?», — хотела задать очередной вопрос я, но вовремя прикусила язык. Теоретически я должна это знать. Наверное.

— Так вот, а все Выскочки женятся только один раз и подходят к этому очень ответственно, — продолжила рассказывать Ханна.

Я поморщилась и возразила:

— Как-то незаметно это по господину Арису.

Сёстры синхронно пожали плечами, мол, за что купили за то и продаём.

— А ещё говорят, что внутри семьи у них жёсткое разделение. Бизнес ведут только мужчины. А дети, кухня, светские приёмы — этим заведуют женщины. А ещё, ходят слухи, — тут сёстры придвинулись ещё ближе ко мне и зашептали: — что главы семей прислушиваются к мнению женщин, и каждый мужчина, женившись, не торопится уйти из прайда.

Я ошарашенно переводила взгляд с одной лисички на другую, а мой проснувшийся мозг буквально вопил внутри меня: «И что же в этом такого? Что в этом странного?»

— Так и знала, что мы её удивим, — сказала Тиша, поддев сестру локтём.

— Угу, — Ханна смотрела на меня с нескрываемым торжеством и продолжила: — Представляешь? Никто уже так не живёт, а Выскочкам всё сходит с рук. Мне кажется, что даже если бы женщины их клана сами принялись выбирать себе мужей, то и на это закрыли бы глаза. Хорошо, что хоть какие-то внешние приличия они соблюдают. Но что реально творится за высокими заборами их домов, никто достоверно не знает.

— То есть… я вот сейчас не поняла… женщины сами себе мужей не ищут, что ли?

Лисички презрительно фыркнули и воскликнули хором:

— Нет, конечно!

Ханна добавила:

— Для этого есть отборы.

В тот момент, когда лисичка говорила, я смотрела на неё пристально и думала: «Как же мне научится их различать? Вот сейчас понятно кто из них, кто. Они сидят на одном месте, а как встанут? Я опять запутаюсь. Может крестик им где-нибудь нарисовать? На руке, например». Поэтому смысл её слов дошёл до меня ни сразу. А как дошёл — мозг воспрял. Знакомое слово! Я же сколько книг-то прочитала…

— А! — с радостью узнавания выпалила я. — Поиск истинных пар!

Лисички уставились на меня, как на душевнобольную. Ханна разочарованно цыкнула. А Тиша протянула ко мне руку, но передумала и быстро одёрнула её.

— Поиск истинной пары, это ведь отбор. Так ведь? — неуверенно проговорила я.

Сестрицы одновременно эпично вытянули губы трубочкой и отодвинули стулья от стола. Я совсем сникла. Что не скажу, всё невпопад.

— Ты розовых романов начиталась? Не думала, что такое чтиво есть в приютах. Кто сейчас верит в истинность? — покачала головой одна из сестёр.

— Или с гор спустилась? — с подозрением прищурившись, проговорила другая.

Я запаниковала. Да я не просто с гор! Знать бы ещё где они! Я совершенно из другого мира! Но я же не могу им это всё рассказать. Во всяком случае, пока не узнаю, как с такими здесь поступают. Или могу?

— Она же головой ударилась при инициации, — спустя пару долгих минут молчания протянула Тиша, повернувшись к сестре и я с облегчением выдохнула.

— Но чтобы такие провалы в памяти, — с сомнением покачала головой Ханна.

Я постаралась изобразить на своём лице гримасу потерянного щеночка. Такого, который сидит под дождём, мокрый, сирый, голодный и смотрит на прохожих в надежде…

— Ты в туалет хочешь? — забеспокоилась Тиша. — Ты скажи, я провожу. Здесь он очень приличный, не чета академическому. Рекомендую.

Я замотала головой и для достоверности ещё и замахала руками. Что ж изобразить жалостливую мимику мне не удалось. Мама всегда говорила, что актриса из меня так себе, не фонтан.

— Ладно. Осман из-за тебя кричал как гиена, — сёстры переглянулись и расхохотались.

Как бы выведать у них про библиотеки. Почитать какие-нибудь книги про мироустройство. Вот только пустят ли меня туда?

Я осторожно повернулась, рассматривая посетителей кофейни. Большая часть столов уже освободилась, оставшиеся посетители торопливо доедали свой ужин. Вот так посмотришь, люди как люди — ничего необычного. И не скажешь, что все они оборотни.

Ричи улыбчивой молнией носился между столов, убирая грязную посуду и рассчитываясь с клиентами.

— Подождите. Вы в самом начале восхищались этой семьёй и говорили, что каждая девушка хочет в неё попасть, — выпрямилась я, и сложив перед собой руки, как примерная ученица, требовательно уставилась на сестёр. — Объяснитесь!

У меня не сходились концы с концами. Ещё недавно они пели дифирамбы этой семье, а сейчас рассказывают о ней так, как будто Выскочки нарушают все законы морали.

— Они просто тебе завидуют, — раздался у меня над ухом насмешливый мужской голос.

Я обернулась. Ричи уже стоял рядом, облокотившись на спинку моего стула и слегка помахивал полотенцем. В его чуть раскосых глазах плясали смешинки и сам он улыбался во весь рот.

— А вот и неправда! — возмутилась Тиша.

— Мы просто ходим обрисовать ей полную картину, — подхватила Ханна.

— Да чему завидовать-то? — возмутилась я, переведя взгляд с Ричи на лисичек.

Сёстры потупились.

— Ну как же, — усмехнулся Ричи и принялся собирать на большой поднос грязную посуду. — Ты же невеста господина Ариса.

— Так это же шутка была? Разве нет? Его бабушка не допустит, чтобы это действительно стало правдой, — у меня похолодели руки.

Вот до этого момента я не воспринимала заявление господина Ариса за чистую монету. Ну, вспылил мужчина. Решил позлить престарелую родственницу. С кем не бывает. Но чтобы всерьёз!

— Это же шутка, правда? — обеспокоенно переводила я взгляд с Ричи на сестёр и обратно.

— Выскочки никогда не приходят на отборы невест, — пожала плечами Тиша.

— И-и-и? — протянула я, чувствуя, что схватила настоящий приступ тахикардии, будь она неладна.

Сердце билось так сильно, что мне казалось, оно сейчас выпрыгнет через горло. Затылку стало нестерпимо холодно, словно на него положили ледяной компресс. Кожа зачесалась. Тысячи маленьких волосков по всему телу встали дыбом.

— Как-то ведь они женятся, — неуверенно проговорила Ханна.

На улице раздался вой. Я подпрыгнула на месте от страха и неожиданности. А мистер Хантер уже спешил к входной двери своей кофейни. Ричи метнулся к ближайшему окну и быстро опустил плотные жалюзи. Сестрички тоже врассыпную бросились к окнам.

Мистер Хантер запер дверь и опустил мощный засов. Усилиями сестёр и Ричи все окна были закрыты. Оставшиеся в кофейне посетители снова рассаживались по своим местам и уже никуда не торопились.

— Да, засиделись мы с тобой тут, совсем время из виду упустили, — сказала одна из сестёр.

— Придётся здесь заночевать, — вторила ей другая, усаживаясь за столик.

— Может это и хорошо, — вдруг улыбнулась первая и подмигнула мне.

— Да-да, поспим в тепле и на чистом белье, — согласилась с ней сестра.

Я опять не знала кто из них кто. Но сейчас меня больше всего волновал другой вопрос.

— Это что сейчас было?

— Волки, — проговорил Ричи, пробегая мимо нас и снова принимая заказы.

Я повернулась к сёстрам за объяснениями.

— Волки, — развела руками, скорее всего, Тиша.

Я подняла брови и чуть склонила голову.

— Ц-ц! — закатила глаза, видимо, Ханна и принялась объяснять, как ребёнку. — Молодые волки. Формируют стаю. Психика у них не стабильна. Чтобы научиться контролировать себя и чувствовать членов стаи, им нужно выплёскивать из себя эмоции. Побегать, подраться. Ведут они себя так только по ночам. В специально отведённое время.

— И часто это у вас? — потрясённо спросила я.

— Да нет. Последний раз новая стая у нас формировалась лет десять назад, — произнёс неслышно подошедший мистер Хантер. — Но они все хорошие мальчики. Предупреждают заранее. Оплачивают, если что-то поломали.

Тут он снова протёр свою лысину огромным платком и обратился уже только к сёстрам.

— Комната, где вы в прошлый раз ночевали, снова ваша. Я велел принести туда ещё одну походную кровать и свежее бельё. Собственно, за этим я и подошёл, — суетливо откланявшись, мистер Хантер засеменил к барной стойке.

— Ну что за душка наш мистер Хантер, — с умилением, глядя вслед управляющему, произнесла одна из сестёр.

— Да-а-а, — вторила ей другая.

Я с удивлением переводила взгляд с одной сестры на другую. Мистер Хантер душка? Мне внезапно показалось, что они влюблены в этого грузного, неповоротливого мужчину, но как так? Пытаясь понять, я перевела взгляд на управляющего. Он, конечно, заботливый и практичный. Я обвела взглядом кофейню. Застрявшие здесь посетители неспешно устраивались на ночь. Сотрудники, как белки по весне, носились между столиками, предлагая подушки и пледы.

Глядя на них у меня, возник ещё один интересный вопрос:

— А мистер Хантер по зверю кто? — спросила я у сестёр.

— Бобр, — с придыханием и восхищением ответила Тиша.

— А Выскочка?

— Лев.

— Что за лев этот тигр, — пробормотала себе под нос, вспоминая царственную осанку, силу и королевскую невозмутимость Ариса Выскочки.

8. Всё будет хорошо...

Первая ночь в новом мире прошла спокойно. Если можно назвать спокойствием то, что под окнами периодически раздавался волчий вой, а один раз мы даже услышали звуки яростной драки.

Комната, что выделил нам мистер Хантер, располагалась на втором этаже кофейни в самом конце тёмного коридора. «На освещении явно экономят», — пробурчала я себе под нос недовольно. И хотя зрение нового тела позволяло прекрасно видеть и не натыкаться на углы, как слепой котёнок, мне всё же хотелось бы побольше света. Ради комфорта. Психологического. Но никто не собирался мне его предоставлять.

По размерам комнатка была небольшой, но довольно уютной. Две аккуратно застеленные пледами кровати стояли вдоль стен друг напротив друга. Рядом с дверью высился узкий, но высокий шкаф. Собственно, больше здесь ничего и не помещалось. Между кроватями поставили раскладушку. Чистое бельё стопочкой лежало на каждой кровати. В комнате пахло мятой и свежевыстиранным бельём, а ещё свежескошенной травой. Я подошла к своему спальному месту и провела ладонью по белью. Не шёлк, конечно же, скорее тонкая бязь, но на ощупь приятная и мягкая.

— Давайте сразу же постелимся, а потом пойдём умываться, — радостно протиснулась мимо меня одна из сестёр. — Какой хороший и удачный сегодня день. Мы нашли себе новую подругу и будем спать в тепле и чистоте.

— А ещё у нас будет сколько угодно горячей воды для умывания, — подхватила её восторги вторая лисичка.

— В Академии нет горячей воды? — ноги подкосились от известия, что возможно придётся умывать ледяной водой. Я об этом только подумала, а у меня уже свело зубы.

— Только если сама нагреешь, — ответила лисичка, что справа от меня уже шустро застелила простынку и принялась взбивать подушку.

— Ты Тиша, — ткнула я в неё наугад.

Та обернулась и с удивлением посмотрела на меня. Потом перевела взгляд на сестру и снова посмотрела на меня.

— Ты угадала, — потрясённо ответила она.

Я приосанилась и довольно хмыкнув принялась запихивать тонкое одеяло в пододеяльник.

— Только вы теперь местами не меняйтесь, — попросила я лисичек, не отрываясь от ответственного дела — правильного распределения углов одеяла. — А то я опять запутаюсь.

Лисички засмеялись.

После они всучили мне огромное полотенце и кусок ароматного мыла и проводили в ванную комнату. Зайдя в неё, мне сразу же вспомнились дни, когда в домах отключали горячую воду. Большое корыто с горячей водой явно подогревалось чарами. Сколько ни ползала вокруг него, а никакого огня не обнаружила. Зато вспомнила, что в этом мире активно используется магия. И тут же подумала, что за весь день только один раз видела демонстрацию магического обряда. И этот факт поверг меня в тягостные раздумья, ведь по прочитанным в своём мире книгам, я знала, что если есть магия, то ею активно пользуются. А здесь? Магия есть. Но ею не пользуются. Вроде бы.

Я потрогала воду в чане. Горячая для меня. Слишком. Вот бы попрохладнее. Может подождать? Я ещё раз осторожно опустила в воду палец.

— Что? — одёрнула я руку и с недоумением уставилась на воду.

Попробовала ещё раз. Идеальная для меня температура воды. Она что? Подстроилась под мои желания? Но как?

Неторопливо раздеваясь, я пыталась понять, как же так получилось, что вода стала прохладнее. Времени прошло совсем немного, она не успела бы остыть сама. Значит, что? Стоило подумать и желание исполнилось? Интересно, это работает только с водой или с любым желанием тоже? Сейчас бы сюда пышную ароматную пену для принятия ванны. Закрыла глаза и представила пушистую шапку нежных пузырьков, которые лопаются и источают приятный аромат. Замирая, открыла глаза. Ничего не поменялось. Вода так и оставалась чистой и нужной мне температуры. «Ну, — подумала я. — Во всяком это была просто попытка». С этими мыслями я погрузила в воду ноги, а потом и всё своё новое тело.

Горячая вода, и мягкое мыло помогли мне смириться с положением вещей и составить в голове план: нужно устроиться на работу, разобраться с жильём и понять, как работает местная магия. Иметь хоть какой-то план всегда приятнее, чем совсем без плана. Погружённая в мысли о будущем, я закуталась в полотенце, как в халат, сгребла комком свою одежду и вернулась в комнату.

Сестрички-лисички сидели вдвоём на одной кровати, подогнув под себя ноги, и шушукались, склонив головы. Я кашлянула, привлекая их внимание.

— У вас, случайно, нет сменной одежды?

— Есть! — вскочила одна из них и кинулась к шкафу.

Остаток вечера прошёл буднично. Сестрички болтали между собой, я боролась со сном. Меня совсем разморило под тёплым, на удивление, одеялом. Окончательно уплывая в объятия Морфея, я вспомнила бабушкину присказку: «Сплю на новом месте. Приснись жених невесте».

Сильные мужские руки прижимали меня к мускулистой груди. Было уютно и очень хорошо в этих объятиях. Тонкий древесный запах щекотал ноздри и кружил голову. Вдруг эти надёжные руки стали превращаться в мощные лапы, и я начинала вырываться, истошно вопя.

Проснулась от собственного крика. Сердце неистово колотилось в грудной клетке и пыталось выпрыгнуть на волю. Я огляделась. В комнате было тихо и пусто. Сестёр в комнате не было. Но аккуратно застеленные кровати и снятое постельное бельё, лежащее стопочкой поверх покрывала, говорило, что ночевала я не одна. На краю моей раскладушки кто-то оставил выстиранную форму. Солнечный свет вовсю шарил по комнате. Шторы, что вчера были плотно задёрнуты, сейчас были распахнуты.

— Где она? — услышала я грозный рык и откинув одеяло, принялась поспешно одеваться.

Этот голос был мне знаком. Господин Арис Выскочка собственной персоной сейчас грозно рычал внизу, в кофейне, разыскивая кого-то.

Я осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Господин Арис действительно бушевал внизу. Мистер Хантер наблюдал за ним и чуть слышно что-то бормотал.

Спускаясь по крутой лестнице, я пыталась расслышать, что же ещё говорит Выскочка и кого же он здесь разыскивает в такую рань. Осторожно вышла в общий зал и застыла на месте от увиденной картины.

Мистер Хантер, молитвенно сложив руки на груди, стоял перед разъярённым молодым Выскочкой и с мольбой смотрел ему в глаза. Волны несдерживаемой злости кольцами расходились во все стороны от мужчины и разбивались об стены кофейни. Лисички, сидевшие за вчерашним столом, зажимали ладонями уши и смотрели испуганно. Ричи стоял за стойкой, и полотенцем заторможенно натирал одно и то же место на столешнице. В этот момент Мистер Хантер перевёл на меня взгляд и шумно выдохнул. Господин Арис тут же посмотрел в мою сторону. Ещё секунда и ко мне двинулся опасный хищник. Мягкой поступи неслышных шагов вторил набат моего сердца и увеличивающийся шум в голове. Надо бежать, понимала я, но не могла сдвинуться с места. Так и стояла замершим сусликом, в надежде, что меня не заметят, спутают с какой-нибудь веткой или бревном. Неистово захотелось притвориться мёртвой, рухнуть наземь и замереть с высунутым языком для большей наглядности.

Выскочка подошёл впритык ко мне и жёсткими пальцами поднял мою голову за подбородок.

— Почему ты не ночевала в Академии? — со звенящей угрозой тихо спросил он, глядя мне прямо в глаза.

Я нервно сглотнула.

— Я спрашиваю, — повысил господин Арис тон своего голоса. — Отвечай!

— Волки, — прохрипела я загнанным зверьком.

— Я объявил тебя своей невестой. Ты обязана ночевать в Академии. Это понятно? — сверкая глазами чётко проговорил он.

Я коротко кивнула, не в силах отвести глаз от магнетического свирепого взгляда Выскочки. Чувствую, что дышу, конечно, но явно пропускаю вдохи. Господин Арис скользнул пальцами с подбородка вверх, зарываясь в мои волосы, стянул их на затылке, заставляя ещё больше запрокинуть голову, и прошёлся носом по линии подбородка.

— Для тебя это проблема? — прошептал он практически на ухо, моментально заставляя встать дыбом волоски по всему телу.

— Никаких проблем, — сдавленно прохрипела я в ответ.

Провалится бы сейчас сквозь землю, вернуться в свой мир, да просто убежать в лес или в чёртовы горы хотя бы! Но ноги приросли к полу и никуда не двигаются.

— Ладно, — Выскочка резко убирал руку с моей головы, отпуская из цепкого плена глаз. — Хорошо, что мы разобрались.

Он быстро развернулся, обдав меня терпким древесным ароматом, и стремительно вылетел из кофейни. Я обвела взглядом всех присутствующих в кофейне. Никто не шелохнулся. Когда-то я не знала, как выглядит немая сцена, теперь знаю.

9. ... или не будет

Первым пришёл в себя Ричи. Он чуть заторможенно, но аккуратно сложил полотенце и вытер об него ладони.

— Фух, — сказал он, осипшим голосом. — Это что вообще было? Я чуть в штаны не наложил!

— Т-ц-ц! — синхронно цыкнули на него сестрички.

— А что? — тут же возмутился парень. — Если он Выскочка, ему можно страху на всех наводить?

— Он в своём праве, юноша, — мелкими шагами мистер Хантер подошёл к стойке, схватил сложенное официантом полотенце и приложил его себе сначала ко лбу, затем к затылку, а потом потёр им покрасневшую от волнения шею.

Я переводила взгляд с одного говорившего на другого и всё ещё не могла прийти в себя от пережитого волнения. Меня — первого помощника главного бухгалтера огромного холдинга не могли запугать ни налоговая, ни аудиторская проверка! А тут! Один рык и моё новое тело готово рухнуть и притвориться мёртвым! Это что за чушь! Нет-нет-нет, так дело не пойдёт! Надо срочно разбираться с этим миром!Точнее… как мне отсюда выбраться. Можно ли это как-то сделать. Ведь, если здесь есть магия и они ею пользуются, значит кто-то может меня отправить обратно. А если не смогут?Тут же почувствовала, как больно сдавило горло. На мгновение меня охватила дурнота и перед глазами заплясали цветные пятна. Я больно прикусила губу, чтобы быстро прийти в себя. Если не получится вернуться и придётся здесь обживаться, то войти в семью Выскочки не самый плохой вариант. Так ведь?

— Что значит, он в своём праве? — с дрожью в голосе от странного стеснения в груди, спросила я.

— Он объявил вас своей невестой. Сказал об этом во всеуслышание. Если бы вы ещё не были под защитой Академии, то уже считались бы его женой. А так, — мистер Хантер бросил на стойку скомканное полотенце, повернулся ко мне и посмотрел сочувственно. — Вы обязаны информировать его о своих перемещениях. И если он не сможет вас найти, то имеет право наказать. Надо соблюдать приличия.

Я шумно выдохнула и поджала губы.

— Но вы не переживайте, — попытался утешить меня управляющий. — Всё не так уж плохо. Таковы традиции. А у нас тут ни подземелий-то приличных нет, ни башен.

— Не так уж плохо? — вскрикнула я.

Мой голос сорвался в режущий слух фальцет. Сердце сделало невообразимый кульбит, меня снова затошнило и очень сильно заболела шея. Не только происходящие события, но и реакция собственного тела ставили меня в тупик.

Всё ещё не веря в то, что происходит я внимательным взглядом оглядела всех присутствующих, пытаясь разглядеть малейшую тень шутки. Знаете, как бывает — выпрыгивает из кустов человек с криком: «Вас снимает скрытая камера!» — и всем сразу становится весело. Это же шутка? Правда? Он может меня наказать?

Я зажмурилась до резкой боли в глазах и очень сильно сжала кулаки. Что за мир мне подсунули? Набрав полную грудь воздуха до выпученных глаз, я с негодованием выплюнула:

— Тради…

Но договорить мне не удалось. Сестрички сорвались со своих мест и буквально на руках вынесли меня из зала кофейни в маленький коридорчик, затыкая рот ладошками.

— Т-с-с, — зашипела на меня одна лисичка.

— Нельзя возмущаться против традиций! — причитала в другое ухо вторая сестричка.

— Офустите, — попыталась выговориться сквозь зажимающие мне рот пальцы и тут же замотала головой, вырываясь. — Пустите меня!

Лисички отступили, глядя на меня с подозрением.

— Что ещё за шутка с наказанием? Что это такое? — рассерженной кошкой ощетинилась я.

Девушки переглянулись.

— Технически, — начала говорить та, что стояла справа, — это заточение.

— Как уже сказал мистер Хантер, в подземелье или башню, — добавила та, что стояла слева.

— Кто из вас кто, — устало спросила сестёр, переводя взгляд с одной на другую.

— Она — Тиша. Я — Ханна.

— Ты можешь всегда стоять справа? — придумала я, как мне их не путать.

— Технически… — снова начала говорить Ханна и замолчала.

Сестры переглянулись и весело засмеялись.

Я улыбнулась. Как же сложно не знать, как устроен мир и при этом стараться выглядеть «своей». Хорошо, что сестёр так просто отвлечь разгадыванием их имён, а то ведь опять заподозрят меня чёрте в чём. Мне нужна библиотека. Срочно! И работа.

— Вы вчера говорили, что здесь требуется официантка, — перевела разговор на насущные проблемы, с наказаниями потом разберусь.

Лисички всплеснули руками, заголосив на два голоса. Схватили меня за руки и потащили обратно в кофейню.

— Мистер Хантер!

— Мистер Хантер!

Управляющий затравлено оглянулся и даже присел немножко: то ли решив спрятаться за стойкой, то ли собираясь бежать. Увидев лисичек, тянущих меня на буксире, он заметно выдохнул и пробурчал себе под нос:

— Вы меня с ума сведёте. Что за суматошный день сегодня, может звезды не так сошлись на небе, а я не заметил.

— Мистер Хантер, возьмите Вивьен на работу! Вы же хотели нанять ещё одну официантку.

— Я хотел?

Мистер Хантер удивленно посмотрел на Ричи. Тот важно кивнул.

— А! Да… я хотел. Но нанимать Вивьен? Невесту самого Выскочки… — мистер Хантер с сомнением оглядел меня с ног до головы.

— Вы не пожалеете! — воскликнула я, признательно прижимая руки к груди. — Честное слово!

— Ну только, если… — управляющий снова перевёл взгляд на Ричи. — Только если под твою ответственность. Обучение в процессе работы. М?

Я с мольбой посмотрела на молодого оборотня. Тот в ответ внимательно, без малейших признаков улыбки, разглядывал меня, словно сканируя и пытаясь забраться в голову. И снова я почувствовала необычную щекотку по всему телу, как тогда, когда мы с сестричками разговаривали за столом. Будь у меня шерсть, она бы тотчас встала дыбом.

Оборотень довольно улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, — легко пожал он плечами. — Я согласен. Приходи завтра с утра, тогда и начнём.

— Ну вот и ладненько, — засуетился довольный управляющий и принялся ни с того, ни с сего активно нас выпроваживать. — День только начался, а уже великое дело сделано. Нового сотрудника найти в наше время не просто. Да, скажу я вам, совсем не просто. Всё, девочки. Идите-идите, займитесь своими делами, а нам кофейню прибрать надо и двор вокруг неё. Вчера волки-то всё ж таки побушевать успели. Тиша и Ханна, вас я жду сегодня к обеду. Мы как раз к тому времени кофейню-то и откроем.

Лисички потянули меня к выходу. Уходя, я снова ощутила на себе цепкий взгляд. Резко обернулась и тут же наткнулась на пристальный взгляд официанта-оборотня. Неловко улыбнувшись и помахав ему рукой, я ожидала ответную улыбку, но её не было. Ричи буравил меня взглядом, чуть склонив голову, и хмурился.

10. Как пройти в библиотеку?

Ну что же, первый пункт моего плана выполнен: на работу я устроилась. Правда, не спросила, сколько мне будут платить и на что будет хватать этой суммы.

— А сколько мистер Хантер платит официантам? — решила тут же узнать у сестричек, которые подозрительно долго молчали.

Оглянувшись, поняла, что они глубоко погружены в свои мысли. Мы уже порядочно отошли от кофейни и подходили к воротам Академии. Стены, укрывающие магическое заведение, нависали над небольшим городом величественно и мрачно. Старинная каменная кладка и бойницы навевали на мысль, что раньше это была крепость. Но сейчас здесь не было даже ворот. Ржавые петли поскрипывали, с трудом удерживая остатки деревянной двери. Над всем городом светило солнце, а над Академией висели низкие серые облака. Суровое место. Меня передёрнуло. Озноб ледяной волной прошёлся по телу.

— По-разному, — нехотя отозвалась одна из лисичек.

— Сначала будет испытательный срок, и сумма будет маленькая, — более радостно подхватила вторая лисичка. — Но во время смен еда бесплатная, так что жить можно. А дальше будет зависеть от количества взятых смен и твоей расторопности.

— Потому что самый большой доход в нашем случае, это чаевые, — добавила первая сестра и, повернувшись ко мне лицом, добавила: — Вот Ричи, например.

Я была счастлива, что разговор свернул на оборотня. С ним было что-то не так. Из головы не выходило то, как он смотрел на меня, когда мы уходили. Цепко. Оценивающе. С подозрением. Вопросы теснились в моей голове, как голодные галки на ветке и я тут же принялась расспрашивать:

— А что — Ричи? Он давно работает?

— Работает он не так уж давно, — ответила та же сестра.

Она так и шла задом наперёд: лицом ко мне, спиной к Академии.

— Месяца четыре, наверное. Но получает самые большие чаевые. Умеет и улыбнуться, и похвалить клиента, и подсказать. Втирается в доверие. У него даже постоянные клиенты уже есть. Садятся только за те столики, которые он обслуживает, — говорила она с непонятной интонацией.

Никак не могла уловить в её голосе и словах, что же она испытывает к Ричи. Зависть? Восхищение?

— Он везде без мыла пролезает, — с обидой буркнула вторая сестра. — Видишь, даже мистер Хантер с ним советуется.

Всё же зависть. Хм, странно. Хотя я бы тоже завидовала более успешному товарищу, особенно при таком раскладе. Догадалась, что сестрички неровно дышат в сторону управляющего кофейней, но сделать ничего не могут. Соблюдают приличия, а сам мистер Хантер вроде как ничего и не подозревает.

Так. Мне нужна библиотека.

За разговорами мы подошли к зданию Академии. Лестница с выщербленными ступенями привела нас к полуразвалившемуся крыльцу. Потрясающий уровень запустения! Как так можно? Я недовольно покачала головой.

Внушительные, в два моих обхвата, мраморные колонны несли часть крыши, словно уставшие атланты — небо. Громадные деревянные двери с потускневшей ручкой-кольцом, чудом сохранившиеся замысловатые витражные окна — всё говорило о былом величии замка. А вот мусор, что валялся буквально везде и извилистые трещины на стенах, заросшая и грязная подъездная дорога — кричали об отсутствии твёрдой хозяйской руки.

«Что же вы так распустили персонал-то, Выскочки? Совсем не нужна вам Академия?» — недовольно подумала я, поджав губы и оглядываясь вокруг себя.

В самом замке было темно. Солнечные лучи не могли пробиться сквозь давно немытые окна, хотя и старались изо всех сил. От стен веяло могильным холодом, и паркет скрипел под ногами, словно расстроенное пианино. Под этот странный аккомпанемент мы молча дошли до нашей комнаты.

Когда я первый раз оказалась здесь, у меня не было ни сил, ни времени осмотреться получше. Сейчас же я внимательно рассматривала всё, что в ней находилось, подмечая детали и составляя очередной план. План обустройства. В любой ситуации можно устроиться с максимальным комфортом. Надо только постараться.

Большое замызганное окно с облезлыми деревянными рамами напротив входной двери гарантировало сильнейшие сквозняки в непогоду. С этим надо что-то делать. Либо законопатить окна, либо придумать что-то ещё. Две узкие спартанские кровати вдоль левой стены были заняты сестричками. Моя кровать стояла справа и была, как будто лишняя, потому что стояла, втиснутая между угловым столом и камином. Камин, это хорошо. Надеюсь, он рабочий, а не декоративный. А то, что кровать так близко — плохо. За дверью, в самом углу притулился обычный платяной шкаф. Один на троих? Я вздохнула. Что ещё? Потёртые прикроватные коврики. Один стул. Вот и всё убранство. Негусто, но и не совсем нищенски. Главное, прибраться и, возможно, даже станет уютно.

Я внимательно посмотрела на сестричек-лисичек.

— И давно вы живёте в этой комнате? — спросила строго.

— Да уже больше года, — не обращая внимания на мой тон, ответила одна из сестёр.

Как же мне различать их? Надо срочно что-то придумать. Не могу же я постоянно гадать на кофейной гуще кто из них кто. Даже если никого это не волнует, я так не могу! Мне нужна определённость! Хотя бы в этом.

— И за год вы так и не привели её в надлежащий вид? — возмутилась я.

Сёстры синхронно подняли головы и с удивлением уставились на меня.

— А зачем? — хором ответили они.

— Мы сразу же устроились работать к мистеру Хантеру и старались почти всё время проводить там, — растерянно проговорила та, которую про себя я окрестила Тишей.

— Угу, — недовольно промычала, уперев руки в бока. — Камин рабочий?

— Н-наверное, — запнувшись проблеяла всё та же лисичка и беспомощно оглянулась на сестру.

— Нам пора на работу, — тут же встряла вторая, и схватив «Тишу» за руку, рванула к выходу из комнаты.

— Погодите! — попыталась удержать сестёр. — А где у вас в Академии библиотека?

Лисички затормозили в дверях и оглянулись.

— А тебе зачем? — недоверчиво спросила более решительная сестра.

«Всё-таки если приглядеться, характеры-то у них разные», — подумала с удовольствием от того, что нащупала разницу между подружками.

— Ты, Ханна! — решила тут же проверить свою догадку.

Та кивнула, чуть улыбнувшись и наклонив заинтересованно голову.

— Я хочу… обновить…, — неопределённо покрутила пальцем вокруг своей головы, — воспоминания. Да, свои воспоминания. А то постоянно попадаю впросак и мне неловко.

Сёстры кивнули, удовлетворённые моим ответом.

— Помнишь, как идти к декану? — спросила Ханна.

Я неуверенно кивнула.

— Вот в том же коридоре, если пройти чуть дальше кабинета профессора Минотавруса, будет библиотека, — объяснила Ханна.

— Просто подумай, что именно тебе надо и библиотека сама тебе выдаст книги. Это просто. У нас она лояльная, не то что королевская, — засмеялась Тиша и сестра тут же поддержала её смех.

Так веселясь чему-то, чего я не понимала, сестры, держась за руки, выбежали из комнаты. Перестук их каблучков ещё долго слышался эхом в пустынном коридоре.

11. Будешь много знать, скоро состаришься!

Пройдясь ещё раз по комнате, решила, что найти библиотеку сейчас важнее. В конце концов уборка такое дело — всегда можно отложить. Аккуратно закрыла дверь в комнату. Немного постояла в коридоре, привыкая к сумраку и осторожно двинулась к полуразрушенной лестнице.

— Ну как так-то, — тихо бормотала я себе под нос, осторожно обходя дыры и выбоины в полу. — Как можно привести в запустение такое прекрасное здание.

Поднимаясь по лестнице, я внимательно смотрела себе под ноги, низко наклонив голову. Споткнуться, упасть и бесславно закончить и этот жизненный путь в мои планы не входило. Плавали, знаем, чем это может для меня закончится. Хотя, вот интересно. Если я сейчас тоже сковырнусь на лестнице, то попаду в своё тело? Или опять в чужое? Жалостливо шмыгнув носом, продолжила размышлять, поднимаясь ещё медленнее. Поэтому совершенно не ожидала того, что на верхней ступени увижу сапоги огромного размера, а головой уткнусь в чью-то могучую грудь.

В позе полупоклона я застыла испуганным сусликом, потому что узнала сапоги. Поднять голову и посмотреть в глаза декану было отчего-то страшно.

— Вы всегда бормочите себе под нос, мисс Лис-Трат? — прогрохотал надо мной голос Минотавруса.

От его трубного рёва старая штукатуркаи мелкий мусор с потолка посыпалась мне на голову пеплом. Я медленно подняла голову.

— Как пройти в библиотеку? — на выдохе с заискивающей улыбкой, произнесла я.

Я даже слегка сощурила глаза и добавила во взгляд мольбы, но вспомнив реакцию сестричек на мою мимику, решила, что переигрываю. Опустила смиренно голову и тяжело вздохнула. То ли ошарашенный вопросом, то ли под впечатлением от моей пантомимы, декан молчал. И только перекатывался с пятки на носок прямо под моим носом, заметно расшатывая из без того дышащую на ладан лестницу.

— Мне очень надо! — постаравшись вложить как можно больше убедительности в голос, обратилась я к сапогам.

— Я вас провожу, — на меня опять посыпалась штукатурка.

— Извините за то, что я вам сейчас скажу, мистер Минотаврус. Но вы могли бы говорить потише? Боюсь, ваши децибелы оказывают разрушающее действие на старое здание.

— Мои — что? — с недоумение переспросил декан.

— Громкость голоса. Чуть тише, — показала ладонями, приближая их друг к другу, а потом развела их в стороны, словно хотела провести экскурсию. — Старое здание.

— Старое? — опять не понял меня декан.

Тут я снова замерла, поведя глазами из стороны в сторону. Можно не знать, что такое децибелы. Допустим, здесь физические законы объясняются другими терминами. Сложно… Для меня — сложно, но допустим. Но не видеть, что происходит вокруг! Это перебор!

— Здание. Академии. В очень плачевном состоянии, — осторожно начала говорить, внимательно следя за деканом, словно разговаривала с душевнобольным человеком. — Лестница без перил, и она разрушается. Мусор по углам. Пол неровный. Окна грязные…

Минотаврус смотрел на меня, не мигая из-под насупленных бровей. Сердце моё через раз забывало стучать и по спине уже струился липкий пот, а он всё смотрел и молчал. Я нервно сглотнула. Минотаврус вздёрнул подбородок и бросил мне через плечо:

— Вы заблуждаетесь, мисс.

Сказав это, он тяжёлой поступью двинулся от меня по коридору. Я же осталась стоять на месте, ошарашено озираясь. Я заблуждаюсь? Что значит, заблуждаюсь? Уже открыв было рот, чтобы возразить, была прервана вопросом, который небрежно бросили через плечо:

— Так вам нужна библиотека?

— Да, — засунув поглубже собственное мнение, припустила следом за деканом.

Надо сказать, что шли мы недолго и я сама спокойно нашла бы нужное мне помещение. Ну, открывала бы подряд все двери, но нашла!

Нужная дверь никак обозначена не была. Ни надписи, ни тайного знака — просто две, плохо закрывающиеся деревянные створки и латунная ручка в виде кошачьей головы. Минотаврус рванул на себя дверцы, словно хотел сорвать их с петель. Дверцы открылись с трудом и ужасным скрипом, который эхом раскатился по коридорам замка. Мне даже показалось, что все не смазанные дверные петли тут же включились в эту оркестровую какофонию.

— Наслаждайтесь, — сделав широкий жест сказал декан.

Не сказав больше ни слова, он повернулся и ушёл в сторону своего кабинета.

Я проводила взглядом его удаляющуюся фигуру. Потом повернула голову и посмотрела вглубь открывшейся комнаты. Даже с порога было видно, что она огромна! Высоченные стеллажи упирались в потолок и уходили далеко вдаль и противоположной стены было не видно. Как мне искать здесь то, что нужно?

— Эй! — осторожно сказала я, делая шаг внутрь.

За моей спиной с плотоядным лязгом мгновенно захлопнулись дверцы, дав мне пинка под зад. Не ожидавшая такой подставы, я непроизвольно сделала шаг вперёд. Тут же клубы пыли взметнулись со всех сторон и, не удержавшись, чихнула. А потом ещё раз.

«Как же мне здесь разобраться-то», — подумала, вытирая нос.

В голове всплыли инструкции, полученные от сестричек: «Просто подумай, что тебе надо и библиотека сама всё выдаст». Что ж, попробуем.

Я зачем-то закрыла глаза и медленно проговорила:

— Мне нужна информация о данном мире. Название, кто управляет, традиции. Всё, что нужно знать путешественнику, впервые попавшему в… сюда. Попавшему сюда. А ещё что-то простое про бытовую магию.

Открыла сначала один глаз. Зыркнула им в разные стороны. Открыла второй глаз. Ничего не происходило. Я запрокинула голову и уставилась в потолок, словно ожидала там найти ответ. Но там, конечно же, было пусто. Глубоко вздохнув и снова чихнув от пыли, решила добавить в пространство:

— Пожалуйста, помогите мне с книгами.

Тут же увидела, как по книжным полкам прошлась волна и ко мне медленно поплыли две довольно тонкие книги. Я вытянула вперёд руки, и они аккуратно опустились на них. Название первой книги гласило: «Путеводитель по прекрасной стране Шей-Ханат. Незаменимый спутник путешественника, если вы оказались здесь впервые». На второй было написано: «Бытовая магия для маленьких щенков».

Усмехнувшись, сказала:

— Хорошее чувство юмора. Спасибо!

Развернувшись к выходу, увидела, как на дверях появилась огненная надпись: «Пожалуйста. Заходи ещё». И после этого двери сами распахнулись передо мной без единого скрипа.

12. А ты будь умнее!

Обратно до своей комнаты я добралась без происшествий и опять никого не встретила. Странно это, вроде большая Академия, а по коридорам разгуливаем только я, да эхо.

Сестрички так и не вернулись — комната была пуста. Забравшись с ногами на кровать, положила на колени «Путеводитель». Так-так, сейчас мы узнаем, куда меня занесло. С трепетом открыла первую страницу и прочитала.

«Прекрасное и гостеприимное королевство Шай-Ханат раскинулось, как пышногрудая красавица на роскошной постели, от тёплого Сиреневого моря до высоких Сумрачных гор».

От первого предложения мои брови поползли вверх, и я поперхнулась воздухом. «Интересное сравнение», — подумала и с сожалением посмотрела на свой нынешний размер груди. А ведь когда-то слыла пышногрудой. Ладно. Географию пока опустим, всё равно для того, чтобы в ней разобраться, мне нужна карта.

Королевство, значит, угу. И кто у нас король?

Я пролистала несколько страниц «Путеводителя» и нашла ответ на свой вопрос.

«Уже много веков королевством Шай-Ханат сильной и мудрой рукой управляет непревзойдённый Рейнис X Валарион, истинная кровь древнего львиного клана. Да не сочтутся дни его, да пусть дарует магия плодородной земли Шай-Ханата долгие лета королю».

Я подняла голову от книги и уставившись в окно, вытянула губы уточкой. Львы, значит. А вот интересно, Выскочки к королевскому роду отношение имеют?

Ещё с бо́льшим энтузиазмом принялась листать тонкие страницы книги, пока не наткнулась на главу «Самые завидные женихи Шай-Ханата». Медленно вела пальчиком по списку, с трудом выговаривая себе под нос трудные имена. Первым стоял королевский отпрыск: Матарис Валарион. Ариса Выскочку я нашла на второй странице. Хм, да он входит в первую десятку женихов королевства!

«Ариса Выскочка, лев. На сегодняшний день единственный прямой наследник всех титулов и земель древнего клана Выскочек. Пошёл по стопам своего знаменитого деда и более десяти лет служил, оберегая неспокойные восточные границы королевства. В прошлом году был официально отозван со службы для формирования прайда и продолжения рода. Всё ещё в статусе жениха», — дочитала я до точки и чуть было не выронила от испуга книгу из рук. Прямо на моих глазах на страницах стали появляться новые строчки: «Официально в присутствии верховной львицы прайда Выскочки и пятнадцати свидетелей объявил своей невестой Вивьен Лис-Трат, девушку из приюта “Нежных душ”».

Это как понимать вообще? Я захлопнула «Путеводитель», вскочила с кровати и нервно закружилась по комнате.

— Это вообще, как понимать? — воскликнула с негодованием, потрясая кулаками. — Это же шутка была?! Никто не поверил! В особенности эта самая львица! Она же меня чуть ли не обнюхала всю!

Передёрнула плечами от неприятных воспоминаний, накативших душной волной. Подбежала к книге и снова открыла страницу с женихами. Новое предложение, дописанное к профилю Ариса Выскочки, никуда не делось. И там было моё имя! Невозможно! Это какая-то ошибка…

Покружив ещё немного по комнате, постепенно успокоилась. А почему, собственно, я так паникую? Это же не моя проблема. Вдох-выдох, как учили меня на уроках йоги. Вдох-выдох и гори оно синим пламенем. Кстати, а что в «Путеводителе» пишут про Академии?

Я снова взяла книгу, но на этот раз устроилась за столом, как примерная ученица.

«В королевстве пять Высших Магических Академий и здание каждой из них построено в месте, где бьёт мощный источник магии. Это даёт адептам дополнительные возможности. А также позволяет легче и быстрее усваивать магические и светские науки», — прочитала я. Хм, неплохо. Поищем информацию про нашу Академию.

«Боевая Магическая Академия генерала Выскочки давно утратила свой лоск и статус. Отданная в управление сторонним кланам, магическая мощь Академии стремительно падает. Как следствие, снизился уровень обучения и истощился поток студентов, желающих получить образование в этом учебном заведении».

— Но ведь в этом году Выскочка снова ректор, — сказала я сама себе, глядя на чёрные закорючки букв.

«Верно», — мелькнуло на бумаге и сразу же исчезло.

Я как заворожённая смотрела на то, как одна за другой появляются новые буквы. Буквы складываются в слова, слова в предложения. «В текущем учебном году Академию вновь возглавляет потомок генерала Выскочки. Будем надеяться, что он сможет восстановить мощь и доброе имя Магической Академии».

Протёрла глаза. Ничего не изменилось. Новый текст в книге никуда не делся. Любопытный способ дописывать учебники. Ну, допустим.

Снова уставилась в окно. Время клонилось к обеду, и только сейчас я поняла, что понятия не имею, где здесь столовая. И работает ли она вообще. Пыталась вспомнить, что по этому поводу говорили сестрички. Но вчера был такой насыщенный событиями день — помнила урывками.

Тем не менее пора подкрепиться.

Я решительно встала. Сложила книги стопочкой и отодвинула на край стола. После обеда вернусь изучать бытовую магию.

Обедать я собралась в кофейне, рассудив, что, если приду и попрошу накормить в счёт будущих заработков, мне не откажут.

Осторожно выглянув в коридор, огляделась. Пусто. Вышла и плотно закрыла дверь в комнату. Постояла немного, вспоминая, куда теперь идти и… Сердце ёкнуло и скатилось в пятки.

Слева в конце коридора показалась знакомая фигура. Сам Арис Выскочка собственной персоной уверенно и неторопливо, заложив руки за спину, шествовал в мою сторону. Мысли заметались испуганными зайцами. Мне хотелось одновременно или бежать, не разбирая дороги, или упасть замертво. Но я словно приросла к полу и, мелко дрожа, наблюдала, как он подходит всё ближе и ближе.

Арис подошёл ко мне вплотную и, чуть склонив голову, тихо спросил, обдавая щёку тёплым дыханием:

— Куда-то собрались, мисс Лис-Трат?

Он стоял так близко, что при желании я могла уткнуться носом ему в ложбинку рядом с шеей. Туда, где сейчас билась венка, и оторвать от неё глаз было невозможно. Ноги подкашивались. Дышать становилось всё труднее.

— Я задал вопрос, — его голос заставил меня трепетать, а в горле пересохло так, будто я в пустыне без единого глотка воды. — Извольте отвечать.

Судорожно сглотнув, подняла глаза. Да что же это с телом-то происходит? Как мне вернуть над собою власть? Почему он так на меня действует?

— Я… шла… обедать, — проговорила с трудом, подивившись охриплости собственного голоса.

Выскочка как будто слегка расслабился. Выпрямился во весь свой рост и, чуть склонив голову вбок, произнёс тоном, не терпящем возражения:

— Отобедаете со мной, мисс Лис-Трат.

С этими словами он продолжил свой путь по коридору, а я осталась стоять на месте, пытаясь справиться с дрожащими коленями.

13. Особое приглашение

Пройдя несколько шагов, Арис остановился. Резко обернувшись, полыхнул взглядом и холодно спросил:

— Ждёте особого приглашения, мисс Лис-Трат?

Я поперхнулась и быстро замотала головой. Чёрт с тобой! Не хочу выглядеть в его глазах девицей, которая набивает себе цену, но… Если не объясню, что моё тело странным образом на него реагирует, он может решить, что я дурочка с переулочка. А мне совсем этого не хочется. Да, признайся хотя бы самой себе, Дашка, тьфу ты, Вивьен! Признайся, что этот мужчина тебя волнует.

Я прочистила горло и ответила, пряча глаза:

— Рядом с вами у меня отнимаются ноги. И… я боюсь вас. И… сильно волнуюсь, когда Вы находитесь рядом, мистер Выскочка.

Арис внимательно меня выслушал, а потом подкрался мягкой кошачьей поступью и прильнул горячим телом.

— Я волную тебя, Вивьен? — хриплым голосом промурлыкал на ухо.

Мои колени окончательно подкосились. Голова закружилась. Арис быстро обхватил меня за талию и придержал, иначе я рухнула бы к его ногам.

— Вы играете со мной, — проговорила с трудом, не в силах поднять глаз и, уткнувшись взглядом в щетинистый подбородок, добавила: — как кошка с мышью.

— Верно, — его голос проникал прямо в сердце и запускал в душе́ нежно трепещущих бабочек.

— Это харассмент, — проговорила я, пытаясь не растечься прямо здесь медовой лужицей от его голоса и прикосновений.

— Что? — Выскочка резко отстранился, отпустив меня.

Магия момента схлынула, как морская волна при отливе. Я в панике закрыла рот руками и отступила на шаг. Упёрлась в стену и поняла, что бежать некуда, а слово не воробей, оно уже вылетело. Взяла себя в руки, благо дрожать я, наконец-то, перестала. Сжала кулаки, посмотрела ему в глаза и ответила:

— Сексуальные домогательства.

— Интересное слово, — задумчиво проговорил Выскочка. — Заклинание?

Я замотала головой отрицая.

— Просто слово. Я не сильна в магии. И вообще… только учусь, — решила быть честной.

— Как же ты попала сюда, мисс Лис-Трат? — с преувеличенным интересом, словно диковинную зверюшку, рассматривал меня Выскочка.

— Хотела бы я знать, — пробормотала себе под нос.

Выскочка хмыкнул. Молча подхватил меня под локоть и потащил за собой по коридору на буксире. Мне только и оставалось очень быстро перебирать ногами, чтобы не растянуться на полу, волочась за ним сдувшимся шариком.

Преодолев стрёмную лестницу, мы быстрым шагом прошли мимо кабинета декана, мимо библиотеки, мимо ещё целого ряда закрытых помещений и остановились перед двустворчатой серой дверью. Витиеватая вывеска гласила: «Арис Выскочка. Ректор. Личные покои».

— Не-не, — попятилась я, но куда там.

— Что такое, Вивьен? — распахнув одной рукой двери, а другой крепко удерживая меня за локоть, высокомерно спросил Выскочка. — Тебе придётся привыкать к моему обществу.

— Мы не могли бы пообедать в другом месте? — попросила жалобно. — У мистера Хантера, например.

— У мистера Хантера? — зловеще уточнил Выскочка, буквально затаскивая меня в свои покои. — Смотрю, тебе там понравилось? Кто больше всех приглянулся? Сам Хантер или этот шустрый официантик? Как его? Ричи, кажется.

Я энергично замотала головой.

— Нет же! Никто мне не понравился! Просто это публичное место, а здесь… — краем глаза заметила ещё одну распахнутую дверь, за которой виднелась аккуратно заправленная огромная кровать.

Выскочка протащил меня по большой гостиной, в центре которой стоял круглый стол, окружённый громоздкими стульями с высокими спинками. Он был покрыт белоснежной скатертью и сервирован на две персоны. В центре стояла красивая супница, накрытая крышкой, а рядом ещё пара блюд в специальной закрытой посуде. Всё это источало изумительный аромат. Я сглотнула слюну. Но Арис тащил меня не за стол. Он с силой пихнул меня в глубокое кресло, что стояло в стороне. Подошёл к двери в спальню и захлопнул её, криво улыбнувшись.

— Нам надо поговорить, — сказал он сурово. — А в публичном месте сделать этого не удастся. Личный обед с ректором добавит тебе веса, девочка из приюта. И никто не полезет к тебе с… харассментом, — последнее слово он выговорил с особым удовольствием. — Кроме меня, конечно же.

Я закрыла лицо руками. Как? Как можно было так попасть? Как мне выкрутиться из всего этого с минимальными потерями? Боже мой, как же так получилось?! Где я так сильно в жизни накосячила?

— Что ты там бормочешь? Твоё колдовство на меня не подействует, — отрезвил меня злой голос Выскочки.

— Да я не умею колдовать! — нервы сдали окончательно и разум, размахивая цветным платочком, ускакал в неведомые дали. — Не умею я ничего! Мне вон даже библиотека про бытовую магию подсунула детскую книжку для щенят! Я не колдую, не шепчу заклинания, я не знаю вообще ни одного ритуала! Я просто сетую на судьбу, которая так жестоко со мной поступила! Я даже не знаю, кто я! Одна во всём мире. А ещё Вы тут! Зачем я вам сдалась?

Под конец своего экспрессивного монолога я разрыдалась. Согнувшись пополам, уткнулась в собственные колени и от всей души принялась себя жалеть, причитая и всхлипывая.

Дав мне вволю наплакаться, Выскочка рявкнул:

— Хватит!

От неожиданности подпрыгнула. Слёзы мгновенно высохли, и я подняла заплаканное лицо. Перед моим носом маячил белоснежный батистовый платок с вышитым вензелем в углу.

— Вытрись, — спокойно проговорил Выскочка, вложил платочек мне прямо в руки. — Слева от тебя дверь в ванную комнату. Умойся, приведи себя в порядок и приступим к обеду. Чары не будут вечно поддерживать еду горячей, а есть остывшие я не привык.

Я взяла платок, промокнула глаза. Встала и, повернувшись к нему спиной, увидела нужную дверь. «Бе-бе-бе, есть остывшее я не привык», — очень тихо пробурчала себе под нос и тут же опять подпрыгнула от неожиданности:

— Я всё слышу!

14. Что на обед?

Выходить из ванной комнаты не хотелось. Поплескав на лицо холодной водой, я завертела головой в поисках полотенца. Не нашла. Сама комната напомнила мне дикие фантазии дизайнера, когда клиент желает «под старину, но богато». Небольшая чугунная ванная, больше напоминающая глубокую лохань, стояла на небольшом постаменте и опиралась на мощные львиные лапы. Ни малейшего намека на душ. Зато шторка, за которой можно спрятаться, принимая водные процедуры, струилась волнами с потолка до самого пола. Рядом — корытце поменьше. В нём и была вода. Крана откуда она поступает, тоже не нашла. Зато нашла бочку, очень похожую на сортир.

В задумчивости уселась на неё. Во-первых, выходить отсюда мне не хотелось. Во-вторых, надо было подумать, а все знают, где думается лучше всего. Ну и в-третьих… а в-третьих мне просто было надо. И плевать, что за дверью бродит Выскочка с хорошим слухом.

Предстоящего разговора с ректором я боялась. Но помимо разговора, поняла, что и самого Выскочку боюсь. До дрожи в ногах, до мгновенно пересыхающего горла. И вот, что странно, этот страх не отменял притягательности ректора. Меня тянуло к нему так, как ни к одному мужчине прежде. И это было непонятно!

В дверь резко постучали. Я подпрыгнула. Да сколько можно?! Как долго я буду реагировать на него, как зашуганная малолетка!

— Вы не утонули, Вивьен? — вслед за стуком прозвучал насмешливый голос Выскочки.

Чёрт бы тебя побрал!

— Я не знаю, чем вытереть руки, — заорала в ответ.

— Обычно это делают полотенцем. Знаете такой кусок, как правило, махровой ткани. Хорошо впитывает влагу, — тон ректора сочился ядом.

Я закрыла глаза. Глубоко вдохнула и очень медленно выдохнула.

— Вы будете удивлены, господин ректор, но я хорошо знаю, как выглядят полотенца. Но в вашей прекрасной ванной комнате их не вижу, — ответила, стараясь говорить спокойнее.

Тишина была мне ответом. Ещё раз оглядев помещение, увидела под маленьким корытцем еле заметную полку. На ней-то и лежали свернутые небольшими рулонами полотенчики для рук.

— Ага! — воскликнула я.

— Неужели нашли? — уровень сарказма в голосе ректора ни на грамм не снизился.

— Нашла, но это было не очевидно, — пробормотала себе под нос.

«Как и всё в вашем мире», — уже по себя добавила я.

Встав с бочки аля-сортир, с удовольствием поняла, что она самоочищающаяся. Ну хоть здесь не надо голову ломать, всегда бы так. Неужели сложно напихать эту их магию везде. У нас вот магии нет, зато есть электричество и сколько угодно горячей воды, тоже своего рода волшебство.

Приведя себя в порядок, я вышла из временного убежища и тут же наткнулась на раздраженный взгляд ректора. Оглядев меня с ног до головы, он открыл рот… но передумал и молча махнул рукой, приглашая за стол.

Я была уверена, что в его присутствии у меня кусок в горло не полезет. Но когда он поставил передо мной тарелку ароматного супа, рот наполнился слюной, а в животе предательски заурчало. Выскочка хмыкнул, а я смутилась настолько, что не знала куда смотреть. И хорошо, что не торопилась приступить к трапезе, потому что опять перепутала руки! Только взглянув на ректора и подивившись тому, что он левша, вспомнила первое правило, что мне втолковывали сестрички Ларсен: правая рука для магии, левая для повседневных дел. Вчера я уже немного приноровилась есть левой рукой, не так уж это и трудно. Но крайне неудобно.

Прозрачный бульон, в котором плавали небольшие кусочки мяса, порезанные овощи и какие-то невнятные комочки, манил своим запахом.

— Еда не отравлена, Вивьен, — чопорно проговорил Арис, легко и изящно направляя очередную ложку в рот.

Даже ел он красиво, ну что за напасть такая! Ни к чему не придраться! Стоп, Дашка, сказала сама себе, характер у него отвратительный, вот и напоминай себе об этом постоянно.

Взяв ложку в правильную руку, зачерпнула суп и неловко поднесла ко рту. Как же вкусно! Стуча с непривычки прибором по тарелке, очень быстро опустошила её всю и только после этого подняла взгляд на Выскочку. Что-то странное успела уловить в том, как он смотрел на меня. Но не успела понять — Выскочка мгновенно принял высокомерный вид и стал… вредным ректором.

— Добавки? — ледяным тоном поинтересовался он.

И вроде надо было бы отказаться, но, когда ещё смогу так вкусно поесть.

— Буду только рада, — ответила и тут же добавила: — Ваш повар прекрасно готовит. Передайте, пожалуйста, моё восхищение его кулинарным талантом.

— Считайте, что уже передал, — сказал он, ставя передо мной тарелку с ещё одной порцией восхитительного супа. — Для себя я готовлю сам.

Я поперхнулась.

— Отвратительный характер, — пробормотала себе под нос.

— Что? — впервые в голосе Выскочки послышалась растерянность.

Я отложила ложку. Положила руки на колени и слегка ссутулилась, устав держать спину прямо. Сложила под столом пальцы крестиком и уставилась на них, только бы не смотреть на ректора. Пусть таки прослыву первой дурочкой на деревне, но ситуация и так патовая, так чего бы её не усугубить.

— Господин Выскочка, — начала я свою речь, но тут же была прервана.

— Арис, — спокойно поправил меня ректор.

— Что? — подняла голову и посмотрела на Выскочку, не понимая, что он хотел этим сказать.

— Когда мы вдвоём, привыкай называть меня по имени. Меня зовут Арис, — терпеливо пояснил ректор, внимательно глядя на меня.

— Да знаю я, как вас зовут, — под его пристальным взглядом смутилась окончательно.

— Итак, что ты хотела мне сказать? — подбодрил меня Выскочка, ещё больше вгоняя в краску и тоску.

— Арис, — выговорила с трудом.

Мельком взглянула на него. Ректор коротко кивнул, одобряя.

— Арис, — произнесла более уверено, вновь уткнувшись взглядом в собственные пальцы. — Своим замечанием я нисколько не хотела вас задеть или обидеть. Просто нельзя быть настолько идеальным. Вы красивый, с героическим прошлым, насколько можно судить по табелю престижных женихов, — в этом месте Выскочка странно хрюкнул, но я решила не смотреть на него, а торопливо продолжить: — Вы богаты. Из родовитой семьи. Ещё и готовите вкусно настолько, что можно ум отъесть или растолстеть, что вероятнее всего. В вас невозможно не влюбиться. Наверное, каждая свободная девушка капает слюной и видит во сне, как вы выбираете именно её. Поэтому! Поэтому я постоянно напоминаю себе, что у вас отвратительный характер. Мне нужно…

Я была настолько погружена в свою эмоциональную тираду, что совершенно не заметила, как он оказался рядом со мной. Ещё одна ужасная его особенность — стремительное и бесшумное передвижение. Сильно вздрогнула и вжалась в кресло, когда его пальцы коснулись моего подбородка. Он поднял мою голову и наши взгляды встретились. Как же страшно смотреть в глаза хищнику, понимая, что именно тебя избрали на обед.

— Для чего ты себе повторяешь про мой скверный характер? — он сел на край стола и медленно наклонился ко мне.

Я замерла, как косуля перед прыжком большой хищной кошки. Мысли заметались в голове, требуя вырваться и бежать, а ноги не слушались. Тело вросло в кресло. Его глаза с расширяющимися зрачками приближались ко мне и губы, оказавшиеся опасно близко, выдохнули:

— Зачем, Вивьен?

— Чтобы не влюбиться, — прошептала, боясь пошевелится и малейшим движением спровоцировать его на прыжок.

— Ты уже влюбилась, — тихо проговорил он, хищно облизав край своего рта кончиком языка.

— Нет, — сказала чуть слышно.

— Да-а, — протянул он, склонившись ещё ниже.

Я закрыла глаза не в силах смотреть на него и почувствовала, что полностью в его власти. Паника ещё больше сковала моё тело. Пульс бился в висках набатом. Сквозь этот шум услышала довольное хмыканье Выскочки и потом шершавый язык влажно лизнул мой нос и всё пропало.

Выскочка резко отскочил от меня. Хлопнула за спиной дверь в ванную комнату. Я осталась одна с сильно бьющимся сердцем, пустой головой и в полнейшей панике.

15. Продолжаем разговор

Времени, чтобы прийти в себя, Арис предоставил достаточно. Сначала я сидела, не двигаясь, как мышка. Потом расправила плечи. Покрутила головой.

— Вот почему он на меня так действует? Это же ненормально… — пробормотала себе под нос.

Отщипнула кусочек хлеба и принялась жевать, прислушиваясь к тому, что происходило в ванной комнате. Но то ли звукоизоляция здесь была отличная, то ли Выскочка использовал какую-то магическую заглушку — мне ничего не было слышно. «Что ж, — решила, дожевав вкусный хлебный кусочек. — Интересно, он его сам печёт или покупает? Надо будет спросить».

За спиной хлопнула дверь. Я повернулась на звук. Посвежевший и противно довольный Выскочка лёгкой походкой прошествовал мимо меня. Обогнул стол и сел на своё место как ни в чём не бывало. Мягкая улыбка освещала его лицо и это было очень необычно. С этой ненавязчивой улыбкой он очень преобразился. Передо мной сидел не высокомерный ректор, не герой с военным прошлым, а просто красивый мужчина в домашней обстановке. Невольно залюбовалась им и, поймав себя на этом, вновь смутилась и опустила глаза.

Взгляд мой тут же уткнулся в общипанный кусочек хлеба. Набрала воздуха, чтобы задать вопрос, и в тот же момент начал разговор Арис. Получилось, как в комедии положений: мы заговорили одновременно.

— Где вы покупаете хлеб?

— Я хотел обсудить сложившееся положение.

Одновременно открыв рты, мы также вместе замолчали, уставившись друг на друга. Я повела рукой, предоставляя ему слово и несмело улыбнулась.

— Да, — не сводя с меня глаз, размерено проговорил Выскочка. — Хотел обсудить наше с тобой положение дел, Вивьен. В тот момент, когда я объявил тебя невестой… я был зол. Раз ты уже узнала о моём героическом прошлом, то тебе известно, что я отозван обратно в семью для продолжения рода. Это, как ты знаешь, обычная ситуация. Ведь знаешь, да?

Его взгляд пытливо сканировал мои эмоции, наверняка, подмечая всё: дёрнувшуюся губу, пальцы, теребящие салфетку. Мой взгляд нервно бегал по его лицу. У меня не получалось также, как Арис, спокойно и открыто смотреть в глаза. Поэтому я рассматривала его подбородок, нос, брови, скользила по плечам и рукам, краем глаза замечая, что он не опускает взор. Услышав обращённый ко мне вопрос, коротко кивнула. Прочистила горло и всё равно ответила хрипло и неуверенно:

— Знаю.

Арис кивнул.

— Прайд нашёл мне невесту. Богатую. Именитую. Дочь лучшего военачальника государства и близкого друга короля.

Я коротко вздохнула и поджала губы.

— Очень выгодная партия, — продолжил говорить Арис, и моё глупое сердце заныло в нехорошем предчувствии, — для прайда. Но не для меня. После совершения всех ритуальных мероприятий, я планировал вернуться на границу. С той женщиной эта затея провалилась бы. Ты ещё улавливаешь нить моих рассуждений?

Возмущённая таким необоснованным наездом, я вскинула голову и тут же наткнулась на насмешливый взгляд Выскочки. Он подловил меня!

— Поэтому я очень обрадовался, — как ни в чём не бывало продолжил Выскочка, — когда Минотаврус связался с прайдом и сообщил, что с Академией происходит нечто странное. И тут же уехал из столицы. А приехав сюда, взял в свои руки управление Академией.

После этих слов я стала слушать очень внимательно, отбросив глупые мечты и жалость к само́й себе. Вот! Значит, я была права! Не зря я обратила внимание на различные странности!

— Все Академии изначально были построены на источниках магической силы, — Арис цепко смотрел на меня, словно подозревая в чём-то. — Что позволяло студентам быстрее обучаться.

— А теперь? — поторопила я его.

— А теперь с этим возникли трудности. Словно источник истощился. Но этого не может быть, потому что… — Арис помолчал, будто обдумывал следующие слова. — Этого не может быть. Но и педагоги, и студенты жалуются на трудности в управлении магией. У меня есть версия, почему это происходит, но в неё мало кто верит…

— Это происходит только в вашей Академии или в других тоже? — не задумываясь о последствиях своего вопроса, выпалила я.

Выскочка откинулся на спинку стула и облокотившись на подлокотник, задумчиво уставился на меня. Я мельком глянула на него и смущённо принялась крошить многострадальный кусочек хлеба на маленькой тарелочке.

— Ну просто… собирая информацию о какой-либо проблеме надо же сначала узнать: частная это ошибка или системная, — проговорила, понимая, что зарываю себя ещё глубже.

— Системная, — эхом проговорил за мной Арис, катая на языке это слово.

— Давайте вернёмся к выбору невесты, — тихо предложила сменить тему разговора. — Вы наверняка хотели сказать, как я должна себя вести в новом статусе. Рассказать, какая честь выпала мне быть вашей наречённой. И обязательно добавить: как только вы решите вопрос с настоящей невестой, сразу же объявите, что выбор, павший на меня, был ошибочным. Во всём этом меня очень интересует, что будет со мной после завершения вашего маскарада.

Выскочка молчал, а я была не в силах посмотреть на него.

— Всё верно, — наконец-то проговорил он и сердце моё ухнуло в про́пасть. — Я хотел обсудить, как тебе себя вести. Что кроется за объявлением тебя моей невестой. Что тебя ждёт и какие встречи запланированы. Всё верно. С одной маленькой поправкой.

Выскочка замолчал. И я молчала, так и не поднимая глаз и продолжая ломать в мелкую крошку хлеб.

— Хлеб я тоже пеку себе сам. Мне нравится, как хрустит корочка у свежего хлеба, — неожиданно сказал Выскочка.

— Мужчина-мечта, — пробормотала себе под нос и отдёрнула руку от тарелочки.

Внезапно Арис так громко расхохотался, что я подпрыгнула от неожиданности.

— Вивьен, — отсмеявшись, весело проговорил Выскочка. — Я намерен на тебе жениться. Если, конечно, ты выдержишь общение с моей роднёй.

Я с удивлением посмотрела на него.

— И после того, как выясню… кто же ты такая, — жёстко припечатал меня словами к креслу ректор.

16 Кошки-мышки

В комнате повисла тишина. Я продолжала смотреть на Ариса, а он не опускал глаза и сверлил меня в ответ стальным взглядом. Нервно облизав мгновенно пересохшие губы, решила спросить:

— Арис, — и тут же замолчала, потому что увидела, как хищно раздулись ноздри ректора и взгляд резко переместился на мои губы.

— Что? — тем не менее ровно сказал он.

— Что вы имеете в виду… под фразой… — каждое слово давалось мне с трудом от волнения. — Выяснить, кто я такая? Что вы имеете в виду? Я не понимаю…

Арис расслабленно откинулся на спинку стула и, судя по шороху под столом, вытянул ноги. По-прежнему глядя на него, заметила, как уголки его рта дёрнулись вверх.

— Оборотническая сущность, Вивьен, — мягко проговорил он. — Ведь ты не знаешь, какой зверь скрывается в тебе, так ведь? Судя по документам из приюта, за все годы жизни ты так ни разу и не обернулась. И зверя своего ты не чувствуешь. Или я не прав? Или тебе удалось что-то скрыть от своих воспитателей? У меня есть версия, кто же ты на самом деле, но нужно время, чтобы проверить её.

Я замотала головой. Чёрт возьми, про зверя-то совсем забыла! Интересно, можно ли сунуть нос в эти самые документы? А если можно, то как? Спросить напрямую или сходить к декану? Или, может быть, вообще сначала осторожно расспросить сестричек о том, как поступают в подобных случаях?

Задумавшись, отвела взгляд в сторону и по привычке прикусила нижнюю губу. И тут же подскочила на стуле от неожиданного тихого рыка.

— Ты специально провоцируешь меня? — голос Ариса вибрировал на нижних нотах.

Испуганно глянув на него, вновь замотала головой, поспешно решая в голове ещё одну возникшую задачу. На что он так реагирует? На прикушенную губу? Надо следить за своими жестами, а то неровен час порвёт на фиг в клочья! Вон как смотрит зверюга!

— Можно я пойду? — проблеяла, вжавшись в высокую спинку кресла.

— Иди, — Арис опёрся локтями на стол и закрыл ладонями глаза.

Я осторожно встала из-за стола и, не сводя с него глаз, попятилась к двери.

— Бегом! — рыкнул Выскочка, стукнув кулаком по столу.

Подпрыгнула, как заяц, которого застали врасплох, и рванула из гостиной что было сил. Дверь легко поддалась. Шмыгнув мышью в открывшийся проём, захлопнула её за собой и помчалась по коридору. Вслед мне раздался львиный рёв и в стену полетело что-то тяжёлое.

Понеслась по коридору, не разбирая дороги и не глядя, куда именно бегу. Через некоторое время паника схлынула. Я перешла на шаг и некоторое время шла, оглядываясь по сторонам. Потом вовсе остановилась и задумалась.

Судя по всему, когда я выскочила из покоев ректора, от страха побежала не в ту сторону. Коридор был такой же запущенный и тёмный, как и тот, по которому мы шли в покои Выскочки. Паркет местами разобран, так что под ноги смотреть нужно было внимательно. Никаких лестниц не было в помине и по уму, надо бы повернуть обратно и вернуться в свою комнату. Но за спиной оставался рычащий ректор и мне было боязно проходить мимо его апартаментов ещё раз. А в этой части Академии я ещё не бывала. Памятуя, что любопытство кошку сгубило, всё же двинулась вперёд, стараясь производить как можно меньше шума.

Академия по-прежнему ощущалась совершенно пустой. И размышляя об этом, я опять глубоко погрузилась в собственные мысли. Внезапно слева потянуло прохладой и свежим воздухом. Вынырнув из раздумий, остановилась и завертела головой. Прямо по курсу слева у коридора не было стены! Вместо неё от пола до потолка на расстоянии примерно метр друг от друга высились толстые колонны. Никакого дополнительного ограждения не было. То есть вот идёшь ты спокойно по Академии, задумался и вдруг, бац! Уже летишь вниз. Приглядевшись, поняла, что дальше коридор походил на анфиладу комнат. Знаете, как во дворцах, когда помещения как будто нанизаны одна на другую и все дверные проёмы расположены по одной оси. Вот только у этих комнат не было одной стены. И сейчас я стояла там, где начинался этот странный архитектурный ансамбль. Мысленно возмутилась такому наплевательскому отношению к технике безопасности и недовольно цыкнула. А если кто не заметит и упадёт?

Крадучись, маленькими шажками, осторожно подошла к краю. Обхватила руками колонну и посмотрела вниз.

Внизу был сад. Крайне запущенный, но в нём ещё угадывались геометрически выверенные узоры посадки кустарника. На клумбах виднелись колосящиеся сорняки. Посреди этого убожества высился изящный, но пересохший и заброшенный фонтан. Даже мне, с высоты, было видно, что плитка, которой когда-то было выложено дно, разбита. Сам фонтан-изваяние, из которого должна была бить вода, уцелело. Детально вырезанная из камня фигура льва с задранной вверх пастью, стояла точно посреди чаши и сверкала отполированными боками.

Сбоку от меня мелькнула тень.

Я отпрянула от колонны, испугавшись, что могу упасть вниз, и тут же угодила в чьи-то жёсткие объятия.

— Что за кошечка крутится у нас тут перед носом? — жаркий шёпот опалил моё ухо и заставил замереть.

Передо мной мелькнула ещё одна тень. И ещё одна. Двое молодых людей выступили из темноты, поднимаясь с четверенек и отряхиваясь, как псы. Они были обнажены, и я в панике запоздало подумала, что гулять одной по Академии была очень плохая идея. «А если это волки?» — подумала, вспоминая о предупреждении сестричек.

Тот, что держал меня, сильно толкнул вперёд и я влетела во второго парня. Он крепко прижал к себе и провёл носом по щеке:

— Как вкусно пахнет!

Цапнув слегка за ухо, толкнул меня в объятия третьего мужчины. Тот подхватил, развернул к себе спиной, зарылся носом в волосы и довольно зарычал:

— Самое время развлечься!

— Вы не посмеете! — крикнула, попытавшись вырваться.

Ответом мне был громкий смех трёх лужёных глоток.

— Ещё как посмеем, — прошептал мне в макушку третий.

Мои трепыхания ничего для него не значили, он как будто не замечал их.

— Ты сама пришла на территорию волков, — проговорил тот, кто первый меня поймал.

Он подошёл так близко, что я видела блеск в его глазах и меняющуюся радужку.

— А значит, ты наша добыча, — его рот ощетинился кривой улыбкой.

Меня затошнило. Стало трудно дышать. Непроизвольно всхлипнув, зажмурилась и что есть силы замотала головой:

— Нет! Нет! Только не это!

— Какая горячая кошечка, — рыкнул второй, притираясь ко мне. — Мы отлично развлечёмся!

— И завтра же вылетите из Академии всей стаей, — раздался из темноты смутно знакомый голос.