Ложка дёгтя

Ложка дёгтя

Нам нужен дом

— Мне плохо, мне очень плохо –тихонечко всхлипывала Таня, уткнувшись мне в плечо — Меня всё время тошнит, рвёт, у меня ноги, спина, у меня всё болит! –всхлипы стали громче.

— Ну, маленькая, -я осторожно погладил жену по волосам –у многих женщин такое бывает, надо просто перетерпеть.

— У многих? Бывает? — Таня отстранилась от меня и обожгла сердитым взглядом — Такого как у меня — не бывает! Я вчера чуть ли не полчаса нюхала протухшую рыбу и не могла оторваться! Представляешь, нашла на помойке и нюхала!

— Ну, я всякое слышал –улыбнулся я — Бывает, и сыр с плесенью трескают так, что за ушами трещит. Золу, глину едят, клей нюхают.

Таня на мгновение замерла и тут же сделала неожиданный вывод.

— Это всё из-за тебя!

Я на мгновение опешил, но всё равно попытался приобнять разбушевавшуюся жёнушку.

— Маленькая, но ведь дети просто так не появляются. Конечно, и я к этому… хм… в этом поучаствовал. А помнишь, как нам было хорошо?

Таня ненадолго притихла.

— И всё равно ты виноват! И ребёнок у нас будет непонятно кто! И всё это из-за тебя!

Слёзы побежали уже ручьём.

— Ну почему же непонятно кто? Мальчик будет. Или девочка. Какая разница? Маленький хорошенький ребёнок, который будет тебе улыбаться и сосать грудь.

Таня отстранилась.

— Непонятно кто, потому что отец у него непонятно что!

— Танюшь, ну чего ты опять?

Жена совсем расклеилась и разревелась.

— Ты привидение, ты демон, ты… ты… Я боюсь! Я всего боюсь, я себе всякие ужасы представляю, и с каждым днём становится всё хуже. Я только представлю, что ребёнок родится, я возьму его на руки, а он… а он…

Я чуть не силком прижал к себе ревущую жену и стал поглаживать её по вздрагивающей спине.

— Так, наверное, все беременные об этом беспокоятся. Вот родишь, и сразу все страхи пропадут. Может, тебе с другими бабами поговорить? Они тебе всё расскажут — и как готовиться, и как рожать, и как ребёнка обиходить.

Жена чуть успокоилась.

— Я ведь целительница, Вань, и всё это знаю. Будь ты обычным человеком, я бы терпела и словечка не сказала, а как представлю…

Разговор в таком духе был уже не в первый раз, и я довольно легко подавил рвущееся наружу матерное «Ну и не спала бы со мной!». Что с беременной взять? Да и я, если честно, и в самом деле не совсем человек. И что у нас в итоге получится — одним богам известно. Всё было по любви, по взаимному желанию, но всё равно на душе неспокойно даже у меня. Что уж про беременную говорить.

Вздохнув, поднял Таню на руки и отнёс на лежанку. Устроился рядом, приобнял жену и стал легонько поглаживать.

— Ничего, Танюш, каждый прожитый день — уже наша победа. И срок больше, и ждать меньше. Потихонечку, полегонечку, как-нибудь переживём.

Жена долго всхлипывала, переживая свои напридуманные ужасы, но всё-таки уснула, а я всё таращился в нависший потолок, пытаясь придумать хоть какой-то выход из ситуации.

Сначала всё было очень плохо — я умер, потом Таня призвала меня в этот мир, да ещё и подмешала в меня высшего демона из другого мира. Хотела получить супербойца, но что-то пошло не так, и получилось нечто непонятное — человеко-привидение-демон. Внешне — человек, по сути — привидение, а в минуты опасности проявлялись ещё и способности демона. Потом была беготня по стране, убийства, магия, а когда стало совсем плохо, я непонятно как снова стал человеком (во всяком случае, тело стало материальным). Живи да радуйся с молодой женой, только и здесь оказалось не всё так просто. Как только Таня поняла, что беременна, она сразу перестала пользоваться магией и мне запретила. Себе — чтобы ребёнку даже случайно не навредить, а мне — чтобы внимания не привлекать (у меня и в самом деле иногда получались очень неприятные вещи даже против моего желания). Пока были деньги, на это можно было наплевать (на запрет магии), но у денег есть свойство быстро заканчиваться, и мы оказались в неприятной ситуации. Денег осталось совсем чуть-чуть, у Тани сильнейший токсикоз, постоянные тошнота, слёзы, истерики и прочие удовольствия. Таня не работник, да и я не особо-то кому и нужен. Ремёсел не знаю, в солдаты не хочу, вот и приходилось перебиваться случайными заработками за еду. В городе с работой было бы полегче, но мы из-за плохого самочувствия Тани застряли в захудалой деревушке в десяток домов, а здесь и местным дай бог прокормиться. Ладно хоть староста разрешил пожить в заброшенном домике-развалюхе, но что дальше? Скоро осень, запасов никаких, постоянной работы нет, и ещё неизвестно что будет с ребёнком. А ещё холод, грязь и полное отсутствие перспектив.

Обычно в таких случаях продают всё что можно, но нам и продавать-то нечего. У меня из одежды только то что на мне. Есть ещё меч, но я его никогда не продам — достался он мне от другого привидения, несколько раз спасал жизнь, да и не все его тайны я знаю. Не продам! У Тани чуть получше — целых два платья, но в таком состоянии, что у нас на Земле их постеснялась бы надеть даже уборщица.

Можно было бы повторить фокус с привидениями и кладами на кладбище, но и это Таня категорически запретила — она почему-то считает, что демонских сил у меня стало ещё больше, и от одного моего неосторожного слова явятся не привидения, а настоящие зомби со всех окрестных кладбищ. Не знаю, пока не проверял.

Можно было создать небольшого дракона и улететь куда подальше, но… беременная в лапах дракона — такое только в фильме ужасов показывать, а с новорождённым будет ещё хуже.

Воровать нельзя (Таня запретила), вообще ничего нельзя. Она искренне беспокоится обо мне, но я всеми этими ограничениями связан по рукам и ногам. Хотя, по-своему она и права — есть ещё один непредсказуемый фактор, который пугает похлеще голодной зимы — Наместник. Расстались мы, вроде, мирно, но кто знает, что из моих действий он сочтёт угрозой и как поступит после этого?

Я снова стал вспоминать тот недолгий разговор. Общий смысл — ты — сопляк, которого я

Ещё он намекнул про то, что я могу пойти к нему на службу, и первое время поработать в магической Академии. Я тогда ещё усмехнулся, что в качестве подопытного экземпляра быть не хочется, но Наместник сказал, что за мной просто понаблюдают. Ну да, свежо предание, да верится с трудом.

А ещё он сказал что-то очень важное в самом конце. Что же он сказал? Я даже потёр лоб, будто это могло помочь, но фразу всё-таки вспомнил. «Стабильное положение, спокойная жизнь для вашей спутницы — это не пустой звук». И в связи с чем он это сказал? А, как раз как довод в пользу работы в той самой Академии. Тогда я отмахнулся, желая только поскорее вырваться на свободу, но теперь те слова приобретали совершенно другой смысл и вес. И значение для меня и для Тани. Осторожно поцеловал тихонько сопевшую у бока жену и снова задумался. Стабильное положение и спокойная жизнь для Тани. За это я готов пахать сутками и биться насмерть, но что делать конкретно сейчас? Согласиться с предложением Наместника — значит добровольно сунуть голову в пасть льва. Я и сейчас в ненамного лучшем положении, потому что пластинка-пропуск, которую дал Наместник, одновременно является и маячком для отслеживания моих перемещений. Неприятно, конечно, но несколько раз она здорово нас выручала, и я на время смирился с возможной слежкой. А вот если я соглашусь на Академию, то буду под пристальным вниманием магов уже постоянно. Может меня и не будут резать на кусочки в буквальном смысле этого слова, но чем магия лучше? С другой стороны, я могу потребовать для Тани нормальные условия хотя бы на ближайший год (пока она родит, и будущий малыш окрепнет), но это сделает заложницей Наместника ещё и их. Что я смогу сделать? От одной только мысли, что Таню могут обидеть, в груди полыхнул огонь и на пальцах мгновенно появились огромные когти. Да, так и будет — я буду убивать всех, до кого смогу дотянуться, но чем это поможет Тане? Значит, не ехать в эту чёртову академию, а остаться здесь? И что мы получим в таком варианте? Голодная беременная жена в холодном полуразвалившемся домишке? Я даже застонал от бессильной ярости. Уйти в соседний город на заработки, а Таню оставить здесь? И что с ней будет? Она и так частенько ходит шатаясь, то зелёная от тошноты, то белая от слабости и недомогания, а что будет, если она останется одна? Как я буду работать в городе, если всеми мыслями буду здесь? Взять её в город с собой? Так она просто не дойдёт, а везти её на телеге я и сам не решусь. Так что делать? Занять у кого-нибудь денег? И кто мне их даст? Начать какую-нибудь торговлю? Так для этого тоже деньги нужны. Продать какие-нибудь идеи, патенты? Может, что и вспомню, но кому их продать? В деревне и без этого живут, а в город я опять же один не пойду, да и отдача от этих патентов будет далеко не сразу.

Одно время я подумывал вернуться в танин родной замок, но потом выяснилось, что там её никто не ждёт — Таню считали погибшей после того фокуса с летучей мышью, и король забрал земли себе. Да ещё и граф Орландо остался жив, а находиться рядом с ним даже в одном королевстве она категорически отказывалась.

Так что у меня пока только два реальных варианта — или попытаться как-то заработать на жизнь здесь, в деревне, или… наместник и магическая академия.

Мысли снова пошли по кругу. Что же делать?

Несколько дней я упахивался у соседей до глубокой ночи, изо всех сил стараясь заработать хоть что-то, но как только Тане чуть полегчало, она с одного взгляда поняла, что со мной что-то не так. Вечером, когда я вернулся с работы, налила большую чашку овощной похлёбки без единого намёка на мясо и молча наблюдала как я ем. Дождалась, пока я не начал скрести ложкой по дну чашки, и негромко спросила.

— Ну, что тебя мучает?

Врать не хотелось, но и правду говорить хотелось ещё меньше. У меня просто язык не поворачивался сказать, что одной из причин нашего бедственного положения является она. Это я её такой беременной сделал, так что и вся ответственность лежит только на мне. Хотел отмахнуться, отмолчаться, но в голосе Тани сразу появились жёсткие нотки многоопытной жены.

— Ваня, я тебя не первый день знаю, и что ты можешь натворить по-глупости, тоже представляю. Давай рассказывай, а то я теперь вообще не усну, пока не узнаю.

Убойный аргумент, который развязывает мужьям языки гораздо быстрее, чем пытки палача. Очень не хотелось перекладывать на Таню ответственность, но я и в самом деле не знал на что решиться.

Таня слушала внимательно, подперев кулачком щёку, но чем дольше я говорил, тем грустнее она становилась. Когда замолчал, она только вздохнула.

— Не мы первые и не мы последние, кто оказались в трудной ситуации. Я готова вытерпеть что угодно, но… -она опустила голову, и на чёрный от старости стол закапали слезинки — Я только представлю, что наш малыш будет голодать и мёрзнуть, и у меня внутри всё переворачивается.

Я подсел к ней поближе и приобнял.

— Для меня это тоже страшнее и тяжелее всякой работы, но я не могу на что-то решиться.

Таня подняла голову и через силу улыбнулась.

— Кто у нас в доме муж?

Таня старалась держаться уверенно, а у меня от одного взгляда на неё внутри всё переворачивалось — маленький перепуганный воробышек пытается успокоить и поддержать здоровенного детину. Меня. Слов не было, и я только покрепче обнял её, давая себе беззвучную клятву, что…

Пару дней я ещё пытался выбрать самый хороший из плохих вариантов, но выбора-то особого и не было. На третий день я решился. Встал затемно и начал одеваться. Таня сразу всё поняла.

— Ты что-то решил?

— Сейчас пойду в Ревик*, достану какую-нибудь повозку, и поедем к Наместнику.

* город километрах сорока от нашей деревни.

— Всё-таки к Наместнику –вздохнула Таня, и тут же без перехода — А кто тебе повозку даст?

— Кто-нибудь даст. У меня ведь есть пластинка-пропуск, и любой военный или чиновник обязан мне помогать.

— К Наместнику… -снова вздохнула Таня.

— Мы поедем в город. Где живёт Наместник. Чувствуешь разницу?

— Пока не очень –честно призналась жена.

— Я достану карету или ещё что, и мы с удобствами доберёмся до большого города. Чем бы ни закончился разговор с наместником, мы уже будем в городе. Поговорю с ним, а то, что он не даст мне достойной работы — так кто же виноват.

— Почему ты так уверен в отказе?

— Совершенно не уверен, но я всё-таки муж баронессы, и работа конюхом мне явно не подойдёт.

Таня улыбнулась.

— Здесь ты ни от какой работы не отказывался.

— Так то здесь –я тоже улыбнулся — Здесь деревня, и работу я искал. А там работу будет предлагать Наместник, и можно уже попривередничать.

— С Наместником всё наоборот –ему не отказывают, что бы он ни приказал. А иначе…

Я только вздохнул.

— Не трави душу, Тань. Всё я прекрасно понимаю, но и здесь нам оставаться нельзя.

— А если уехать в противоположную сторону? –с затаённой надеждой спросила Таня.

— Офицер, или кто там будет, доложит, что забрал карету по моему приказу. Маги сразу проверят где мы находимся, а если мы поедем в другую сторону, Наместник может заинтересоваться — почему? И что он после этого решит, мне выяснять не хочется. Нет, едем к нему, а там видно будет. В идеале, мы приедем, а он как раз уехал по делам. Подождём неделю, я попробую хоть немного подзаработать, а там что-нибудь придумаем.

Таня вздохнула.

— Да, остаётся только молиться и надеяться.

Я чмокнул жену в лоб.

— Как говорят у нас: «На бога надейся, а корову всё равно привязывай».

Таня удивлённо посмотрела на меня.

— У нас нет коровы.

Я невольно хмыкнул на непонятливость некоторых.

— Ладно, не бери в голову. Если всё сложится удачно, вернусь ночью или под утро. Крайний срок — завтра к вечеру. Лежи, отдыхай и ни о чём не волнуйся.

— Ты сам-то веришь, что я не буду волноваться?

— Ну, сказать-то должен был –усмехнулся я — Ладно, я побежал.

Может сказалось появление хоть какой-то определённости, но я и в самом деле побежал. Тело буквально требовало активного движения. Спортсменом, убивающимся ради высоких показателей, я не был, но «для себя» занимался, а отсутствие компьютеров, автобусов и сигарет, плюс физический труд на свежем воздухе быстро вернули мне приличную форму.

До этого самого Ревика километров сорок (если я правильно понял объяснения местных). Если неспешным ходом, то можно добраться часов за десять-двенадцать. Был бы марафонцем, можно и за три-четыре часа добраться, но нафига мне эти рекорды? Кроссовок нет, дороги почти сплошь по лесу, так зачем рвать жилы? Потому и бежал неспешно, поглядывая по сторонам. Край глухой, деревни далеко друг от друга, о бандитах почти не слышно, но мало ли. Мне теперь себя беречь надо.

Бежал не особо напрягаясь, даже пару раз останавливался передохнуть, но солнце едва перевалило зенит, а я уже подходил к воротам Ревика. По местным меркам это был самый настоящий город — тысяч пять населения, стены высотой метра четыре, потому и на воротах стояли самые настоящие стражники. Из оружия на виду только мечи, но власть есть власть, и все старались побыстрее проскочить ворота. Один из стражников, мордастый мужик с неприятным взглядом, заметил меня издалека, уже двинулся было наперерез, но я просто сунул ему под нос пластинку-пропуск.

— Зови офицера.

Было не похоже, что он узнал пластинку, но, на всякий случай, кивнул и быстро ушёл. Минут через десять стражник вернулся уже с настоящим военным. Этот, вроде, и одет просто, и меч не намного лучше, чем у остальных, но взгляд, осанку, движения, как говорится, не пропьёшь. Подошёл, внимательно оглядел меня, затем пластинку, и без всякого подобострастия представился.

— Лейтенант Черелкан. Чем могу помочь?

— Нужна лучшая карета или повозка в городе. Разумеется, с лошадьми и кучером. И ещё продуктов на неделю для троих.

Офицер чуть замялся.

— Именно лучшая?

— Нужно перевезти ценный хрупкий груз, поэтому самое главное требование — мягкий плавный ход. Остальное не так важно. Можно даже извозчика с пролёткой, но о главном требовании я уже сказал.

Офицер сразу повеселел.

— Это сделаем. Что-то ещё?

— Нет, мне нужен только транспорт.

Офицер повернулся уходить и тут же остановился.

— Не желаете пообедать?

Жрать очень даже хотелось, но я себя пересилил.

— Благодарю, но я ограничен по времени.

Лейтенант сразу подобрался.

— Ясно, постараюсь сделать всё побыстрее.

Оставалось только ждать, и я, не особо заморачиваясь, отошёл метров на пятьдесят от ворот и улёгся прямо на землю. Трава в пыли от проезжавших телег, но сейчас меня это мало волновало. На меня косились, но никто и слова не сказал. Ну, лежит человек, отдыхает. Кому от этого плохо? Тем более, что меч у меня в ножнах, и уже это хорошо.

Не прошло и часа, как из ворот выехала весьма симпатичная коляска, запряжённая парой гнедых лошадей. Почему-то бросилось в глаза то, что крылья коляски были покрыты лаком, да и вообще, коляска ухоженностью резко отличалась от всего ранее виденного транспорта. Да ещё и мужик, сидевший на козлах, словно сошёл с картинки — дородный такой, ухоженный, в синем кафтане с галунами. Лейтенант, заметив меня, соскочил

— Коляска готова, господин…

Наверное, он хотел узнать моё имя, но я этот намёк проигнорировал. Вижу я его первый и последний раз в жизни, а моё имя Наместник и так знает. Сейчас моё внимание гораздо больше занимала коляска.

— И где вы достали такую красоту?

Лейтенант вдруг смутился.

— Эээ… У хозяйки дома свиданий, но вы не подумайте чего, на ней только она сама ездила, да те, кому она хотела уважение выказать. Сиденья бархатом отделаны, чистили каждый день.

Я едва сдержал улыбку.

— Вы так хорошо всё знаете. Наверное, и сами пользовались?

Лейтенант даже чуть покраснел.

— Приходилось… по служебной надобности.

Ну, по служебной так по служебной. Мне-то какая разница. Лишь бы заразу какую не подцепить, да ход был мягкий, а на всё остальное плевать с высокой колокольни.

Кучер, между тем, сидел неподвижно и даже не повернул голову в мою сторону. Интересно, его так выдрессировали или просто ему всё пофиг? С одной стороны, это хорошо, с другой — нам придётся провести вместе почти неделю, так что знакомиться всё равно придётся.

Подойдя к коляске, я встал у переднего колеса.

— Как звать-то?

Кучер словно не слышал меня и сидел так же неподвижно. Я уже хотел повторить вопрос, да погромче, но мужик соизволил всё-таки повернуть голову в мою сторону.

— Лорен, господин.

— Ну что ж, Лорен так Лорен. Ко мне можешь обращаться «господин Иван».

Кучер чуть кивнул головой

— Как скажете, господин Иван.

— Да, как скажу, так и будет — забравшись в коляску, я бросил — Поехали!

Кучер остался неподвижен.

— Куда, господин Иван?

— Куда? Сначала прямо, а потом… Деревня Карловка знаешь где?

— Примерно знаю, господин.

— Вот и езжай. Сильно можешь не гнать, нам потом ещё долго придётся ехать.

Кучер легонько тряхнул поводьями, и коляска мягко тронулась. Я несколько минут прислушивался к своим ощущениям, но, вроде, всё было нормально — ни резких толчков, ни излишнего раскачивания. Конечно, дорога у города была относительно ровной, накатанной, и неизвестно что будет потом, но надежда на благополучную поездку в город немного окрепла. Ладно, как-нибудь.

Немного успокоившись, обратил внимание на мешок и корзину, лежавшие на переднем сиденье. Пошарился в них и тихо порадовался — в корзине настоящий набор для пикника — несколько видов мяса в нарезке, свежий хлеб, сыр, фрукты и даже две бутылки вина. В мешке набор попроще — мешочки с крупами, несколько караваев хлеба, окорок и ещё что-то (до дна я ворошить не стал). Правда, не нащупал котелка, но это решаемо. Что-нибудь приспособим.

Пока проверял запасы, чуть слюной не захлебнулся, и на этот раз отказывать себе в удовольствии не стал. Отпластал хлеба, наложил сверху нарезки в палец толщиной и смел этот гигантский бутерброд за пару минут. Почти сразу же потянуло в сон, но и в этом я не стал себе отказывать — сейчас можно и расслабиться. Покрутился немного, пытаясь найти хоть немного удобную позу, и мгновенно вырубился.

До деревни добрались уже почти в темноте, и первое что я увидел — Таню, сидевшую на лавочке у дома. Заметив нас, вскочила, и стоило мне спуститься с коляски, сразу кинулась ко мне и прожалась к груди. Я осторожно погладил её по волосам.

— Ну всё, Таня я уже здесь. Коляску взял, там ещё мешок с продуктами есть, можно что-нибудь приготовить.

Жена сразу засуетилась, быстренько распотрошила мешок и корзинку, и ушла что-то готовить. Ну, это теперь её дела. Главное — есть продукты, и можно приготовить что-нибудь ещё, кроме травяной похлёбки.

Кучер так и сидел на облучке коляски, осматриваясь по сторонам. Я подошёл к нему.

— Лорен!

— Да, господин Иван.

— В дом не приглашаю — сам видишь какое у нас хозяйство. Устраивайся сам. Можешь прямо во дворе костёр развести, только дом не спали. А лошадей можно за домом оставить — там всё травой заросло.

— Да, господин Иван — откликнулся, но с места даже не сдвинулся. Да и куда торопиться?

Мне тоже не хотелось уходить. Вечер выдался на удивление тёплым, и хотелось просто сидеть и ни о чём не думать. Сходил в дом и вытащил на улицу наш кривобокий стол. Этот вечер последний в этом домике, но хотелось провести его с удовольствием, а не в сырой духоте дома.

Таня справилась за каких-то полчаса. Похоже, она просто покрошила готовое мясо из новых запасов, заправила травой и чуть вскипятила. Раньше я бы даже пробовать такое не стал, но жизнь обломала, так что я с удовольствием хлебал новое блюдо. А что, горячее, жидкое, с мясом, а какой у похлёбки вкус — это пусть гурманы меж собой думают и обсуждают, а голодному человеку любая еда в радость. Позвал и Лорена за наш стол. Тот посомневался, но всё-таки присел к нам. Как ни крути, но человек тоже без горячего целый день, и тоже есть хочет. Да к тому же нам ещё ехать вместе неизвестно сколько, так что про скромность и застенчивость лучше забыть.

Совсем стемнело, но мы не расходились. Таня прижалась ко мне и думала о чём-то своём. Наверное, опять себе ужасы всякие придумывает.

Неожиданно в памяти всплыла одна из песен моей молодости, и, постукивая для ритма рукой по столу, я негромко запел песню «Не спеши» группы «Чайф»

После первого куплета Таня резко выпрямилась и уставилась на меня круглыми от удивления глазами. А песня так хорошо легла на моё настроение, что у меня словно открылся голос. Может по науке это называется как-то более умно и правильно, но у меня именно открылся. Куда-то исчезла скованность, зажатость и я запел в полный голос.

Ещё куплет, а следующий я благоразумно пропустил, а то Тане слова про темноту точно не понравятся. Зато про любовь я пел, уже глядя Тане в глаза.

И концовка стала осмысленной, словно нашей целью на ближайшие месяцы и годы.

Таня снова прижалась ко мне, и мы долго молчали. Потом она чуть пошевелилась и посмотрела мне прямо в глаза.

— Я тебе много детей нарожаю. Вот сколько захочешь, столько и рожу. Вот съездим к Наместнику, останемся живыми, и всё у нас обязательно будет хорошо.

Вот что можно сказать в ответ на такие слова? Я тихонько поцеловал жену и уверенно, надеюсь, сказал.

Тут же последовал толчок в бок маленьким кулачком, и мы снова замолчали, уже по-настоящему наслаждаясь вечером.

И тут словно проснулся Лорен.

— Душевная песня. Слова-то простые, а настроение прям… -он глянул на меня — Дорога будет опасной?

Я лишь вздохнул.

— Про дорогу тебе никто скажет, а что будет в конце — знают лишь боги. Но тебя это не коснётся. Не должно коснуться. Отвезёшь нас и вернёшься назад.

Встреча с Наместником

Дорога к наместнику осталась в памяти как сплошной бесконечный ужас. Может, это только моё мужское восприятие, а может, так и было на самом деле. Погода прекрасная, дорога ровная (как только может быть ровной просёлочная дорога), но любая мелочь могла стать причиной танинных бед. На плавных неровностях её укачивало, на больших трясло, то становилось жарко, то… Едем полчаса, затем тычок Лорену в спину, и Таня сползает с коляски, чтобы немного прийти в себя. Чувствовал я себя последней скотиной, измывающимся над ребёнком, и единственным оправданием было лишь то, что все беременные становятся детьми. Это просто надо перетерпеть.

Денег было чуть-чуть, на самый крайний случай, поэтому о тавернах пришлось забыть. Ночевали в поле или лесочке, еду готовили на костре из припасов, что мне дали в Ревике. Дорога по большей части проходила в молчании — Таня — никакая, я весь на нервах от ощущения полной беспомощности, Лорен старательно изображал безмолвный чурбан. Может по жизни такой, а, может, понимал, что к нам лучше не соваться с разговорами. Так и ехали.

Дорога, которую можно было проехать дня за три, заняла почти шесть. Когда, наконец, подъехали к воротам усадьбы Наместника, от Тани остались только глаза с чёрными кругами под ними, а у меня была только одна мысль — скорее бы это закончилось. Как угодно, но поскорее. Важна только крыша над головой, постель для Тани, а всё остальное уже не имеет значения.

На воротах почему-то никого не было. Даже странно. Зато у входных дверей навстречу вышел очень представительный дворецкий (а может и лакей, сейчас мне было не до тонкостей). Во всяком случае, осанка прямая, морда многозначительная, ливрея красивая. Подошёл и встал передо мной.

— Как изволите доложить?

Я молча показал пластинку-пропуск.

Дворецкий величественно повернулся.

— Прошу за мной.

За ним так за ним. Я оглянулся назад.

— Лорен, Таня, подождите здесь. Сейчас всё решу, и поедем дальше.

Особняк производил странное впечатление. Во-первых, большой и просторный, словно дворец. А может просто мне так показалось после пары месяцев проживания в избушке, утонувшей в землю по самые окна. Во-вторых, было сильное ощущение пустоты. Вроде и пол паркетный, и стены в лепнине, позолоте, и картины местами висят, но всё это будто декорация, тонкая плёнка, едва прикрывающая залы от внешнего мира. Наверное, так и задумывалось талантливым архитектором, но мне было как-то не по себе. Ничего конкретного, но всё равно не по себе. На второй этаж надо было подниматься по широкой мраморной лестнице, и тут, в переходе между этажами навстречу мне с другой стороны стал подниматься молодой парень. Высокий, широкоплечий, в пропыленной дорожной одежде. Копна густых волос обрамляла довольно симпатичное лицо, но вот выражение на этом лице… взгляд… Взгляд человека, готового убивать. Я чуть было не схватился за меч, и тут только дошло, что я вижу самого себя в огромном зеркале во всю ширину стены. Очень странное зеркало. Ни единого видимого стыка между возможными пластинами, и отражение словно живое. Магия? Такому волшебству можно только позавидовать, а вот мой собственный вид мне совершенно не понравился. Нельзя с таким взглядом идти к Наместнику. Я ведь не убивать иду, а просить, и никого не должно интересовать, что последнюю неделю я был на нервах, и действительно готов убить любого, кто скажет слово поперек. Я закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, сдерживая дыхание. Снова вдохнул и выдохнул, стараясь снять напряжение. У меня всё хорошо, всё хорошо. У меня обычная деловая встреча. Сейчас поговорю с Наместником, и поедем обустраиваться. Попытался улыбнуться своему изображению, но улыбка больше напоминала оскал. Снова вдохнул-выдохнул, и, вроде, немного отпустило. Мрачность никуда не делась, но хотя бы взгляд стал спокойнее. Можно было двигаться дальше, и тут заметил настороженный взгляд дворецкого. Лицо бесстрастное, а вот взгляд он спрятать не успел. Как там говорила Таня — наместник подбирает людей по личной преданности, из лучших. Скорее всего, и этот не только на дверях стоит. Только сейчас обратил внимание на крепкую фигуру дворецкого. Из бывших военных? И сейчас решает — допускать меня к Наместнику или нет? Это почему-то развеселило, и на этот раз улыбка получилась почти нормальной. Я подмигнул отражению дворецкого в зеркале.

— Ну что ж, я готов.

Дворецкий сделал морду кирпичом и величественно повёл меня на второй этаж, потом по коридору. Пара поворотов, потом он открыл передо мной одну из дверей и замер.

В приёмной было практически пусто. В углу у одной из дверей небольшой стол, за которым сидел мужчина средних слет в строгом камзоле. У окна двое мужчин, по виду военных, негромко разговаривали. Если у кого-то и спрашивать о приёме, то явно у сидевшего за столом. Подойдя, я молча положил перед ним пластинку-пропуск. Мужчина покосился на пластинку и поднял взгляд на меня.

— Как о вас доложить?

— Иван.

Секретарь хотел было что-то спросить, но передумал.

— Ожидайте, я доложу.

Я повернулся, и тут секретарь негромко бросил.

— Господин… Иван, вы забыли… -и взглядом покосился на пластинку.

Я тоже кинул взгляд на пластинку.

— Мне она больше не нужна. Приберите до лучших времён.

Наверное, я сказал что-то крамольное, потому что секретарь буквально впился в меня взглядом, словно пытался прочитать мои мысли. А что, человек, разбрасывающийся пропуском Наместника, явно не заслуживает доверия. А вдруг я задумал покушение, и меня нужно срочно тащить в подвалы к палачу? Мне даже показалось, что правая рука у него чуть сдвинулась, словно он хотел схватиться за оружие, но мой взгляд его остановил.

— Просто доложите, а решение будет принимать Наместник.

Больше не обращая внимания на секретаря, я отошёл к одному из окон и стал смотреть на парк, раскинувшийся у стен усадьбы.

Честно говоря, я смотрел, но ничего не видел — сейчас главным было настроиться на разговор

— Господин Иван –негромко раздалось за спиной.

Я оглянулся. Ах да, секретарь приглашающе показывает на дверь. Военные уже куда-то делись. Неужели я так задумался, что они успели решить свои дела и уйти? А, сейчас это не важно. Мне бы со своими проблемами разобраться.

Зал для приёмов оказался огромным, ну никак не меньше школьного спортзала. Одна стена — сплошь огромные окна от пола до потолка. Пол покрывает сверкающий паркет, на стенах ряды светильников. Из мебели только огромный стол у левой стены, за которым сидел Наместник. Я неспешно двинулся в его сторону, но метров за пять вдруг почувствовал — всё, дальше нельзя, иначе сдохну и не пойму от чего.

Несколько минут мы молча разглядывали друг друга. Наместник нисколько не изменился — мужчина лет под пятьдесят, коротко стриженный, с ощутимыми залысинами, в камзоле, расшитом золотой ниткой. И от него, как и раньше, веяло властью. Вот волна чужой силы нахлынула на меня, стремясь подчинить, но я равнодушно поставил между нами стеклянный заслон, и сразу стало легче.

Наместник задумчиво разглядывал меня, и наконец, заговорил.

— И что вы хотели, господин Иван?

Я много чего хочу, но сейчас на первом месте только Таня, поэтому нужно засунуть свою гордость поглубже и подальше.

— Я обдумал наш разговор и готов поступить на службу империи.

— И в каком качестве вы готовы служить империи?

— Если это не нанесёт урон моей чести, то в любом.

Наместник даже не улыбнулся моим высокопарным словам. Даже не спросил, имею ли я вообще право на понятие чести. Смотрел спокойно и внимательно.

— Чтобы служить империи, нужно стать её подданным.

Подсказанная возможность отмазаться была великолепной, хотя и очень рискованной. Я чуть склонил голову.

— Искренне сожалею, но пока я не чувствую себя достойным такой великой чести.

Оставалось только дождаться пинка под зад за невосторженный образ мыслей, но Наместник обманул мои ожидания.

— Похвальное проявление ответственности и трезвой самооценки –негромко произнёс он — А почему вы не говорите об учёбе в магической Академии? Именно об этом был наш прошлый разговор.

Я мысленно матюгнулся — разговор сворачивал на самую неприятную для меня тему.

— Из того же чувства ответственности и трезвой самооценки –повторил я слова Наместника — Я даже не умею читать и писать, так что о какой-либо учёбе речи быть не может.

— Совсем не умеете?

— На вашем языке не умею — вынужден был признаться я. Откровенное враньё сейчас опасно.

— Вы где-то учились до этого?

— Ну, в школе учился, потом… ещё немного.

— И как долго?

— В общей сложности лет двенадцать лет наберётся — вынужден был признаться я.

— Далеко не каждый поступивший в Академию может сказать подобное, так что научиться читать и писать на нашем языке не станет для вас проблемой.

Очень логично, так что мне нужно срочно придумать что-нибудь ещё.

— Академия, как мне представляется, находится в столице Империи, а я не её подданный. И если уж совсем честно, то я не чувствую склонности и интереса к магии. Последние полгода я вообще не пользовался магией — сказано честно и трагично, а то, что это было требование Тани, говорить ведь не обязательно.

Наместник остался спокоен.

— Академия магии, действительно, находится в столице империи Таруне, но учатся там способные почти со всего известного мира. Империи очень выгодно, чтобы такие люди учились в её учебных заведениях, и, в идеале, становились её верными сторонниками где бы они ни находились после учёбы –наместник помолчал — А на вашу честность отвечу так: если я иду по своему замку, и вдруг в тёмной комнате слышатся непонятные звуки, а то и скрежет когтей, я обязательно проверю эту комнату. Возможно, там всего лишь мышка скребётся в углу, а может там завелось и что-нибудь покрупнее и опаснее. В любом случае я хочу это знать. Я ясно выразился?

Куда уж яснее. Или я соглашаюсь, или жить после этого я буду очень недолго. От Академии не отвертеться, но если я проявлю свои способности хоть чуть-чуть выше нижнего уровня местных магов, мне могут запросто свернуть голову. Так, на всякий случай. Значит, с этой минуты — тише воды и ниже травы.

— Ясно, господин Наместник. У меня лишь одно… -я вовремя прикусил язык –условия здесь ставить точно буду не я — У меня одна просьба –поправился я — На время учёбы я прошу выделить содержание для моей жены, чтобы она жила в достойных её положения условиях. Она всё-таки баронесса.

— К тому же беременная –может мне показалось, но в глазах наместника промелькнула усмешка — Мы сделаем так: баронесса отправится с вами в столицу и будет жить в моём особняке. Кстати, это какой-то час ходьбы от Академии.

Вот тут выдержка чуть не изменила мне. Я настороженно смотрел на Наместника.

— Жить в вашем особняке? Под присмотром ваших слуг?

Наместник небрежно отмахнулся

— Вы правильно ставите акценты и совершенно правы, что это в некотором роде страховка вашего хорошего поведения. Но! –он прервал мои слова, готовые сорваться с губ — Я вижу дальше вас и совершенно не хочу, чтобы этим поводком мог воспользоваться кто-то ещё, и совсем не в созидательных целях –он чуть заметно покусал губы — Если меня не обманывает интуиция, в ближайший год в академии будет очень весело. Не в смысле обычных студенческих шуток, а в потоке

— Я буду только учиться.

— Верю, –легко согласился Наместник –только вы будете не в пустоте, а с вашим характером, неизвестными возможностями, вы обязательно с кем-нибудь пересечётесь, куда-нибудь вляпаетесь, и я совершенно не уверен, что это закончится банальной руганью или дракой.

— Так может мне не ездить?

— В Академии много замечательных магов, архивы, огромная библиотека. Хоть что-то, но в Академии обязательно заметят и попробуют разобраться. Возможно, за время учёбы вы и сами что-то поймёте о себе. Бездарно терять такой материал просто неразумно. -он помолчал — Я думаю что вы, независимо от поведения, обязательно привлечёте чужое внимание. Наверняка вас захотят использовать, начнут выискивать ваши слабые места, а у вас будет жена с маленьким ребёнком. Сможете вы их защитить, быть всё время рядом? Не сможете, поэтому я предлагаю даже не помощь, а скорее защиту от подобных случаев. Разумеется, не бескорыстно, но это не обязательно будет служба. Возможно, это будут новые знания, о важности которых вы сейчас даже не догадываетесь. Даже за то, чтобы понаблюдать за вами в условиях Академии, я готов предоставить вашей подруге тепло и кров. Ну что? Согласны?

А что мне ещё остаётся? Я кивнул.

Наместник чуть расслабился.

— Теперь мелкие вопросы. На каком факультете вы хотели бы учиться?

Вроде бы простой вопрос, но очень сложный для меня. Я могу поднимать мёртвых, но умею и немного лечить. А к какой магии отнести создание моих завриков?

— Зачастую я даже не представлял что и как я делаю, так что мне, наверное, нужен факультет общей магии. Если такой есть, конечно.

Наместник на мгновение задумался.

— Ладно, что-нибудь придумаем. Следующее. Сегодня вас поселят в гостевой дом, отдохнёте. Вскоре придут портные, и завтра к вечеру у вас будет вся необходимая одежда. Послезавтра уедете. Что-то ещё?

— У нас есть одежда и…

— А я уж было подумал, что вы взрослый человек –перебил меня Наместник — Примите как данность — вы теперь будете выполнять моё поручение, поедете в моей карете, будете жить в моём особняке и получать содержание из моей казны. Человек в драной одежде, выполняющий мои поручения –это не проявление вашей гордости и независимости, это удар по моей репутации. Это понятно?

Не хочется быть обязанным даже в таких мелочах, но пока трепыхаться глупо.

— Понятно кроме одного — как я буду поступать в Академию?

— Это самое простое –отмахнулся наместник — Напишу письмо, и вас примут без экзаменов.

Оставалось только склонить голову.

В приёмной я немного постоял, приходя в себя. Чёрт, совсем как в анекдоте про обмен мнениями — зашёл к начальнику со своим, а вышел с мнением начальника. Я снова прокрутил разговор в голове. Ясно одно — Наместник твёрдо решил разобраться со мной, и, стоит мне хоть чуть взбрыкнуть, меня просто уничтожат. Очень неприятно жить в ожидании удара, но полгода я как-нибудь продержусь. Сидеть в самом тёмном углу, молчать в тряпочку, а вот когда наш малыш немного подрастёт, вот тогда и посмотрим кто кому начальник. Разумеется, Наместник уже всё просчитал на десять шагов вперёд, но я ведь тоже не пальцем деланый, что-нибудь придумаю.

Готовимся

Дом, который нам выделили для проживания, выглядел необычно. Такое ощущение, что чокнутый архитектор взял несколько домиков разных размеров, высоты, и сдвинул их вместе, буквально продавив друг в друга. Крыши наползали друг на друга, но стены выкрашены в светло-салатовый цвет, на крышах коричневая черепица, окна и двери большие, и в целом гостевой дом производил приятное впечатление. А ещё мне сразу понравилась беседка у входа. Ничего лишнего — деревянное основание, восемь опорных столбов, крыша, да ещё несколько плетёных кресел. Да и что ещё нужно, если хочется просто посидеть в тишине?

Внутри дома тоже оказалось очень даже неплохо. Из центрального холла лучами расходились жилые и подсобные помещения. Я прошёлся, заглядывая во все в двери. Так, слева спальня с огромной кроватью и огромным окном. Чуть дальше рабочий кабинет. Потом небольшая кухня, кладовка с продуктами, снова спальня, большая ванная комната, стены которой отделаны красивой глазированной плиткой. Таня, как увидела это волшебство, молча отодвинула меня в стороны и закрылась в ванной. Всё правильно, ей сейчас просто помыться и то будет праздником.

Дворецкий, наблюдавший за мной, негромко подсказал.

— На втором этаже ещё две спальни, ванная, веранда для отдыха. Обед принесут через час. Желаете что-то ещё?

Желать? После той избушки, в которой мы с Таней жили последние месяцы, дом выглядел просто царскими хоромами. Ещё бы пожрать побыстрее, и жизнь вообще станет сказочной. Ах да, про Лорена забыл.

— С нами приехал кучер. Надо бы…

— Его накормят и устроят на ночлег –тут же продолжил дворецкий.

— Он с нами временно, так что надо будет дать ему продуктов на неделю, хоть немного денег, и отпустить.

— Разумеется –дворецкий был сама бесстрастность — Что-то ещё?

Я оглянулся по сторонам. Крыша над головой есть, Таня уже отмокает в ванной, обед скоро принесут, спален целых четыре. Я отрицательно махнул головой.

— Нет, не надо.

Дворецкий взглядом указал на стол, стоявший у окна.

— Если что-то понадобится, достаточно позвонить в тот колокольчик.

Я оглянулся. На первый взгляд, колокольчик самый обычный. В смысле, юбка из желтоватого металла, лакированная деревянная ручка. Как его услышат в особняке за пару сотен метров отсюда? Магия? Или за нами будут постоянно следить? А, снявши голову, по волосам не плачут. Сам пришёл к Наместнику, чего уж теперь дёргаться.

Я кивнул.

— Если понадобится.

Дворецкий чопорно поклонился и ушёл.

Я ещё раз прошёлся по холлу, привыкая к обстановке. Можно было сходить во вторую ванную комнату, но чистой одежды у меня всё равно нет, а лицо и руки можно и на кухне под краном сполоснуть. Да ещё и страшно оставлять Таню одну. Она и так едва живая, и даже обычный приём ванны может стать проблемой. На всякий случай заглянул в ванную комнату. Большая ванна заполнена водой до краёв, и из пены виднелось только запрокинутое лицо Тани. Не шевелится, но и не тонет. Значит, просто наслаждается давно забытыми ощущениями чистоты и тепла.

Вернувшись в кухню, умылся над раковиной в углу, а потом устроился в кресле у окна, бездумно разглядывая окружающий парк. Да и о чём думать? Всё уже решено без меня. Будем сыты, одеты, в тепле, только что

Неслышно открылась входная дверь, и в холл вошёл дворецкий в сопровождении двоих «лакеев», нёсших большие сумки.

Дворецкий чопорно поклонился.

— Где прикажите накрыть стол?

Странный вопрос, но если спрашивают, значит можно где угодно, хоть в спальне. Только зачем? Я кивнул в сторону кухни.

— Там.

«Кухня» — это я по привычке так говорил. На самом деле комната была самой настоящей столовой (как их описывают в книжках про дворян). Площадь как бы не с полсотни метров. На полу паркет, на стенах весёленькие гобелены в цветочек. Посередине комнаты большой длинный стол, за которым спокойно бы расселись два десятка человек. Стулья с высокими спинками, вдоль дальней стены три застеклённых шкафа, из которых как раз доставали разрисованные тарелки. Окна почти во всю стену делали комнату светлой и тёплой. В ближнем углу за небольшой перегородкой спрятался умывальник, но такой изукрашено-благородный, что язык не поворачивался его так называть. Скорее «раковина для омовения рук» или ещё как. Мыть здесь посуду после обеда никому и в голову не придёт.

Лакеи споро доставали из казавшихся безразмерными сумок баночки, бутылочки, вазочки и даже супницу, прикрытую крышкой. Пара больших белых салфеток с монограммами рядом с теми местами, где предположительно будем сидеть мы с Таней, несколько ложек-вилок-ножей рядом с салфетками. Стол быстро преображался, словно работали два опытных официанта из столичного ресторана. А может так и есть? Всё-таки к Наместнику могут приехать очень-очень знатные господа, и если накрыть стол как в таверне, то могут и не понять.

Дворецкий внимательно наблюдал за процессом, и когда лакеи, закончив работу, ушли, повернулся ко мне.

— Господин Наместник распорядился, чтобы вас сегодня не беспокоили, но если что-то понадобится, вы в любой момент можете позвонить в колокольчик –я кивнул, что понял. И не надо мне об этом два раза объяснять. А что сегодня никого не видеть, так я бы и сам о таком попросил. Если бы осмелился

— И ещё –продолжил дворецкий — Вы с баронессой прибыли без багажа, и Наместник распорядился предоставить вам несколько комплектов одежды на первое время –дворецкий указал на большую сумку, стоявшую у входа — Грязную одежду просто бросьте в углу ванной комнаты. К утру всё будет выстирано и приведено в порядок.

Слуги ушли, и я прошёлся вдоль стола с яствами. Запахи могли свести с ума, но я держался, решив, что лучше дождаться Таню. Она сейчас беременная, и лучшие куски, по умолчанию, должны доставаться ей. А мне и мяса будет достаточно, тем более, его тут на пятерых мужиков хватит.

Чтобы не мучиться, вернулся в холл, устроился в кресле, и впервые за не знаю сколько времени почувствовал, что меня немного отпускает. Это ещё не спасение, не нормальная жизнь, но маленькая надежда появляется. За себя я не беспокоился. Что бы ни происходило, я мужик, выдержу, выкручусь, даже если придётся идти с ножом на большую дорогу. А вот Таня, да ещё беременная… Ладно, прорвёмся.

Неожиданно входная дверь снова открылась, и в холл вошла прилично одетая женщина с небольшим саквояжем в руке. Только вот лицо у неё было очень недовольное, да и голос скрипучий, сварливый.

— Где больная?

Меня как катапультой выкинуло из кресла, и я двинулся к женщине.

— Здесь больных нет! –прорычал я.

Женщина явно не ожидала от меня такой реакции, и даже чуть испуганно опустила голову, но почти сразу выпрямилась, и довольно твёрдо произнесла значительно более мягким голосом.

— Я целитель, меня срочно вызвали, сказали, что моя помощь очень нужна. Где… пациентка?

Я остановился, стараясь заглушить ярость.

— Там –я указал на дверь ванной.

Женщина кивнула, что поняла, но продолжала очень внимательно разглядывать меня. И вдруг сказала.

— Я не сделаю ей ничего плохого.

Да я, в общем-то, и не думал, что она сделает что-то плохое, но за базаром всё-таки нужно следить.

Вернувшись в кресло, стал ждать непонятно чего. Иногда доносились негромкие слова, но их было не разобрать. Наконец, минут через двадцать, Таня вышла из ванной комнаты в сопровождении целительницы. Раскрасневшаяся, в белом банном халате, который был ей великоват, и его полы волочились по полу. Прошли в спальню, закрыли дверь и снова были слышны только негромкие голоса. Через какое-то время целительница вышла в холл, покосилась на меня.

— С Таней всё в порядке, просто она вымотана долгой дорогой. Я ей оставила нужные лекарства, так что теперь ей нужны только покой и хорошее питание.

Я облегчённо вздохнул. Ну хотя бы в этом не всё плохо. Но пришлось уточнить.

— Нам… нужно уезжать… Когда это можно… без последствий для здоровья?

Женщина на мгновение задумалась.

— Точно не сегодня и не завтра. Завтра ближе к вечеру я снова приду, тогда и скажу точнее.

Целительница ушла, а я пошёл проведать Таню. Действительно, не так уж у нас и плохо. Посвежевшая, порозовевшая Танявозлежалана огромной кровати. Не успел я и рта открыть, как она стала рассказывать свои новости и впечатления.

— Ты даже не представляешь, какие настойки использовала госпожа Делгара! Это… это как будто я заново родилась, столько сил прибавилось! Я читала о таких настойках, но они ведь такие дорогие! Я только услышала названия, и чуть заикаться не начала, но Делгара сказала, что

Я только хмыкнул.

— Так стол уже накрыт, и ждёт только тебя.

— Да? — Таня стала осторожно сползать с кровати — Ну тогда я пойду посмотрю что там есть.

— Пойдём –кивнул я, тоже вставая.

Слуги правильно сделали, что принесли столько блюд. Я уселся поближе к мясу, а вот Таня гуляла вокруг стола, присматриваясь и принюхиваясь к кушаньям. Иногда отламывала/отрезала кусочек, задумчиво жевала, потом снова начинала ходить вокруг стола. Вот уж действительно, проблема выбора. Вот стояла бы одна кастрюля с рыбным супом, и не мучилась бы. Вернее, даже мучилась бы, но ела, потому что деваться было некуда. А так… перепробовала все сыры, все колбасы, все фрукты, салаты, потом ей чем-то приглянулся мясной рулет, и вот его она съела достаточно много. Наконец, сыто откинулась на стуле и аккуратно погладила животик.

— Ты знаешь, Вань, прямо снова жить хочется. Как думаешь, нас часто будут вот так кормить или только сегодня?

— Не знаю, –равнодушно ответил я, подцепив очередной кусок мясной нарезки –но Наместник высказался в том духе, что человек, выполняющий его поручения, не может ходить в старой дранной одежде, потому что это будет удар по его репутации. Наверное, это же относится и к еде, и морить голодом нас не должны.

— А… -протянула Таня –ну, тогда хорошо.

— Кстати, там у дверей стоит большая сумка. Слуга сказал, что там одежда нам на первое время, пока новую не сошьют.

— А ты уже смотрел что там? –сразу заинтересовалась Таня.

— Я ещё даже не мылся –отозвался я, подтягивая к себе очередную тарелку — В крайнем случае, голым похожу или в полотенце замотаюсь.

— А я… — Таня вдруг задумчиво посмотрела на меня — И правда, Вань, сходи помойся, а то от тебя… -и сразу виновато опустила голову — Ты извини, я не со зла. Пока жили в деревне, а потом в дороге, мне часто даже жить не хотелось, а сейчас, когда сама чистая и вокруг всё чисто, от тебя, действительно, не очень хорошо пахнет.

Немного обидно такое услышать, но Таня права. Я уже и не помню когда стирал одежду, или полностью мылся, а последняя неделя была вообще филиалом ада.

Отодвинув тарелку, я встал.

— Ну и помоюсь, –буркнул я –а потом буду молодой, красивый и голый, так что готовься.

Таня сразу сморщилась.

— Вань, ну не сегодня же! Мы ведь только с дороги, ещё не отдохнули даже.

— Ну ладно, –великодушно согласился я –сегодня только спим, но завтра готовься.

— Да ну тебя! –отмахнулась сразу повеселевшая Таня — Иди мойся, а пойду посмотрю что там в сумках.

Чем отличается помывка мужчины и женщины, так это тем, что мужчины действительно моются, а женщины частенько начинают фантазировать про полежать в ванне, понежиться, и чтобы пена была до потолка, а ещё чтобы какие-нибудь свечи ароматические горели, да ещё и музыка звучала медленно-романтическая.

Мне проще — встал под душ и сразу начал себя мылить-шоркать-скрести. Не скрою, мыться под душем было приятно, но последнее время я больше беспокоился о Тане, чем о себе, так что мылся я как на соревновании по скоростной мойке. Правда, мылиться и смывать пришлось три раза, прежде чем кожа начала скрипеть от чистоты. Надо было бы ещё и побриться, но сегодня до не этого.

Грязную одежду бросил в угол, как и говорил дворецкий, а вот одеть чистое… Банный халат забрала Таня, так что мне досталась только простыня, которую я нашёл в шкафчике. Ну и что? Римляне, помнится, всю жизнь в тогах ходили, а она, по сути, та же простынь, только побольше размером.

Когда вышел из ванной комнаты, почти сразу заметил Таню, что-то делавшую в спальне. Оказалось, моя маленькая слабенькая жёнушка умудрилась каким-то образом дотащить большую сумку сюда, и теперь вся кровать была завалена разнообразной одеждой. По большей части мужской, но и для Тани нашлись несколько платьев, юбок и блузок. Вот Таня и крутилась перед зеркалом, пытаясь что-то подобрать для себя. Вот же… женщина. Последние месяцы ходила в чём есть, а появилась возможность выбора, так сразу начала копаться — это не так, это не по фигуре, а это не сочетается.

Мне было проще — главное, чтобы на меня налезло, так что через пять минут я уже выбрал себе и рубаху, и штаны с курткой. Всё спокойных тонов, без выпендрёжа. Даже сапоги подходящие нашлись.

После этого просто валялся на кровати, наблюдая за оживлённой Таней, что-то там опять примеряющей, и незаметно уснул.

Очнулся от слабых толчков в плечо и тихого голоса Тани.

— Ваня, просыпайся! Ваня, к нам пришли. Ваня… -и так по кругу.

Я с трудом открыл глаза.

— Что случилось?

Таня вообще перешла на громкий шёпот.

— Там пришли несколько человек, и говорят, что они к тебе. А ещё они принесли несколько больших коробок, и я не знаю что там. Ты… выйди, узнай хотя бы что им надо.

Соображал я всё ещё плохо, так что для начала просто сел на край постели, и потряс головой, стараясь прийти в себя. Кто-то пришёл, что-то принесли, но если бы хотели убить или ещё что сделать плохое, то давно бы сделали. Я в отключке, а Таня вообще… не боец. Ладно, пойду узнаю.

Меня слегка пошатывало после сна, но в холл я вышел почти твёрдыми шагами.

Там и правда было четверо мужчин, но каких-то… несерьёзных. Среднего роста, обычные фигуры людей, никогда не державших в руках меч. А вот одеты они были очень прилично, в очень хорошо пошитых пиджаках и сюртуках. Один из тех, что стоял ы центре холла, повернулся ко мне и чуть склонил голову.

— Позвольте представиться, Таренал. Имею честь быть портным господина Наместника, и он попросил приготовить для вас комплект одежды –мужчина повернулся к стоящему рядом — А это мой брат Вернис, мы всегда работаем вместе –второй мужчина тоже чуть кивнул — А это — Таренал указал на двух мужчин, стоявших у стенки –наши помощники. Ну что, приступим?

Я кивнул.

— Что нужно от меня?

Портной чуть улыбнулся.

— Место, где мы можем спокойно разложить образцы

Я с сомнением посмотрел на многочисленные коробки, появившиеся в холле.

— Наверное, лучше было бы в столовой, но там… -на всякий случай заглянул в столовую, но стол блестел чистотой, и я даже замер на полуслове. Это кто, когда и так тихо сумел всё прибрать? — Да, лучше в столовой –закончил я фразу.

— Прекрасно –расплылся в улыбке Таренал и кивнул помощникам — Туда.

Те начали хватать коробки, таскать и расставлять на полу рядом со столом. Некоторые коробки (или кофры) оказались такими тяжёлыми, что их приходилось тащить вдвоём.

Портной аккуратно постелил чуть в стороне от стола квадратный коврик и указал на него, типа, это для меня.

— Раздевайтесь.

Я потянулся к пуговицам, и замер.

— Эээ… я только с дороги, и у меня… из белья ничего нет.

— Ничего страшного, –улыбнулся Таренал –мы предусмотрели и это.

Сам подтащил поближе к столу одну из коробок и стал выкладывать мужское нижнее бельё. Нечто, похожее на привычные трусы, трусы до колен, подштанники (или кальсоны). Из чего-то вроде хлопка, шёлка и вообще не знаю чего. Разных расцветок, даже с цветочками на некоторых. Ладно хоть не додумались слоников каких-нибудь нарисовать, а то бы я вообще со стыда сгорел.

Я никогда не был особо стеснительным, а тут все свои (в смысле, мужики), так что я спокойно снял одежду, которой попользовался всего пару часов. Подошёл к столу совершенно голый и выбрал первые попавшиеся трусы, подходившие мне по размеру. Таренал сразу сделал себе в тетрадку какую-то пометку. Потом долго ходил вокруг меня, разглядывая со всех сторон.

— Я, наверное, первый раз в жизни вижу такое идеальное тело, как у вас, господин Иван. Работать с вами будет одно удовольствие –мужчина тряхнул головой, снова настраиваясь на работу — Что бы вы хотели получить?

— Что бы я хотел… –повторил я вслед за ним — Предстоит дорога в столицу империи, так что нужны пара дорожных костюмов спокойных цветов, чтобы при необходимости можно было двигаться и верхом. В столице придётся учиться в академии магии, поэтому нужны будут три-четыре повседневных костюма. Тоже спокойных цветов. И… -я замялся, стараясь сформулировать промелькнувшую мысль –мне надо, чтобы повседневные костюмы были самого простого покроя и из самых простых тканей.

— Почему? –удивился Таренал.

— Видите ли… мне придётся выполнить для Наместника определённую работу, и очень нежелательно, чтобы на меня смотрели как на какого-нибудь сына герцога, случайно зашедшего в академию. Надо что-нибудь… попроще, чтобы люди не отвлекались на мою одежду.

Таренал почему-то снова улыбнулся, но быстро стал серьёзным.

— Я подумаю что можно сделать –кивнул он, наконец.

— Хорошо. Наверное, ещё нужна небольшая шляпа или даже две-три. С десяток рубашек примерно такого качества –я ткнул в одну из рубашек, уже лежавших на столе — Наверное, придётся присутствовать на каких-нибудь торжествах, так что нужно и что-нибудь строгое. Ещё, наверное, плащ-накидка от дождя, пара сапог, три-четыре пары ботинок. Ну, наверное, и всё. И… -я чуть смутился –это не будет много для одного раза?

Таренал откровенно развеселился.

— Господин Иван, Наместник каждый сезон обновляет свой гардероб и заказывает как бы не в десять раз больше, чем вы. А вам… вам предстоит дорога, а потом учёба в академии магии. По вашему виду будут судить о Наместнике, так что экономить на этом просто недопустимо.

Знакомые слова, так что я даже не стал возражать. А после этого оставалось стоять и изображать болванчика для примерок. Меня обмерили со всех сторон и во всех направлениях. После этого мне показывали костюмы по очереди, я их примерял, а потом должен был объяснять что мне в нём нравится, что не нравится и почему. Командовал Таренал, а Вернис записывал каждое моё слово. Похоже, портные хотели понять мои предпочтения.

Если костюм меня более-менее устраивал, портные начинали что-то подгибать, закалывали булавками, снова что-то записывали. Когда закончили с костюмами, пришлось перемерить всю обувь, которую они принесли, но зато две пары оказались мне как раз по ноге.

Я уже думал, что всё, закончили, но Таренал достал из очередного кофра нечто вроде сине-белого костюма полувоенного покроя. Довольно симпатично, но он был мне великоват. Таренал снова долго ходил вокруг меня, что-то подправлял, потом вдруг решил.

— А знаете, не будем ничего менять. Костюм идеально вам подходит, хоть и немного великоват. Но знаете, у меня такое ощущение, что если вы будете хорошо кушать, то очень скоро он станет вам впору, а то и маловат. Всё-таки при такой фигуре вы просто обязаны носить что-то строгое, этакое военные. Если после окончания академии вы пойдёте служить в армию, то после каждого парада девушки будут висеть на вашей шее просто гроздьями.

Я только хмыкнул, и осторожно покосился в сторону спальни — если такое услышит Таня, она этот костюм уже к вечеру порежет на ленточки. Но всё равно, Таренал польстил моему самолюбию, чего уж скрывать.

После ухода портных я успел немного отдохнуть, и начал подумывать, что неплохо бы уже и перекусить, как явилась ещё одна делегация. Тоже портные, но одни женщины. Вот у них с Таней никакого недопонимания не было. Несколько фраз, и все готовы к сотрудничеству. Утащили свои сумки и кофры на второй этаж, и я перестал их слышать. Да и… Я-то одевался по необходимости, потому что так надо, а вот для Тани эти самые примерки и обсуждения фасонов сейчас были как самая нужная и приятная терапия. Как напоминание о том, что жизнь продолжается, и совсем не обязательно, что она будет состоять только из неприятностей. Уже только за это я должен быть благодарен Наместнику, и придётся хотя бы полгода, но отработать честно. А там видно будет.

Уже вечерело, но женские разговоры наверху всё не заканчивались. А тут принесли ужин, и снова как на десять человек, и я не стал скромничать. По примеру Тани обнюхал тарелки с разными блюдами, потом пододвинул к себе четыре понравившихся и стал неспешно загружать в себя калории. Ну а что, я и в самом деле сильно похудел, и мне надо восстанавливаться. А Таня… Ей тоже хватит.

После еды потянуло в сон, и я отправился в спальню. Снова незаметно уснул, и снова меня растолкал Таня.

— Чего? –буркнул я.

— Ваня, иди в спальню на втором этаже.

— Зачем? –не понял я.

— Сегодня будем спать каждый в своей

— Почему? –не доходило до меня.

—Иди, Ваня,иди–настойчиво повторила Таня.

Она что, боится, что мы теперь чистые, немного отдохнувшие, и я ночью полезу к ней? Или у неё опять какой-то беременский бзик, и она хочет хоть раз поспать одна на широкой кровати? Чёрт его знает что у беременных в голове, но ругаться совершенно не хотелось.

Кряхтя, встал с кровати и поплёлся на второй этаж. В спальне разделся и звездой разлёгся на белоснежных простынях. А что, очень даже приятно. Может именно о таком и мечтала Таня? Как бы то ни было, пытаться понять беременную — бесполезное дело. С такими мыслями и отключился.

Наверное, Таня была права, что потребовала спать поодиночке. Во всяком случае, я спал беспробудно всю ночь, а когда всё-таки проснулся, солнце стояло уже достаточно высоко. И ощущение даже какой-то лёгкости в теле появилось. Неужели всё так просто — несколько недель изводить себя мыслями, потом неделя на нервах, пока ехали сюда, а потом достаточно всего лишь помыться, наесться вдовсталь, а потом спать, пока не выспишься? Или это только потому, что я ещё молод и здоров? Кажется, у кого-то из юмористов была даже миниатюра про то, что в молодости пьёшь и гуляешь, а утром по тебе ничего не видно*. Значит я ещё очень молод, раз мне достаточно одной ночи отдыха.

*знаменитый афоризм Семёна Альтова про три стадии возраста.

В доме стояла тишина, и я немного насторожился. Спустился на первый этаж, но ни в спальне, ни в столовой Тани не было, хотя стол опять был уставлен кушаньями. Это уже переставало нравиться, но крушить всё вокруг вроде бы ещё рано. На всякий случай решил проверить ещё и на улице, и почти сразу нашёл Таню в беседке, стоящей не очень далеко от входа в дом.

Чистенькая, розовенькая, сидела и улыбалась каким-то своим мыслям. Можно было сразу сказать, что пока ещё ничего не решено, и неизвестно что ещё будет, но я не стал. Да, впереди сплошная неизвестность, но пусть хоть сегодня Таня порадуется жизни, а желающие испортить ей настроение и без меня найдутся. Так что присел рядом с Таней, и она сразу прильнула ко мне. Так и сидели, наслаждаясь тишиной и свежим воздухом. Не так уж часто у нас с ней такое было. Правда, в самый неподходящий момент у меня заурчало в животе, и Таня сразу вскочила.

— Ты же голодный, а мы тут сидим! Пойдём, нам там опять всяких вкусностей принесли. Я уже два раза завтракала, а на столе словно и не убавилось ничего — Таня вдруг замерла и погрустнела — Эх, в деревне столько продуктов мы могли бы на пару недель растянуть, а сейчас стол уставлен, а в живот уже не лезет. Ну почему в жизни так бывает⁈

Я приобнял жену.

— Потому что это жизнь, а не любовный роман для глупеньких девочек, ожидающих принца. Зато в старости будет что вспомнить -я встал — Ладно, пошли, а то и в самом деле, солнце высоко, скоро обед, а я ещё даже не завтракал.

Так весь день и прошёл в приятном ничегонеделании. Перекусить чего-нибудь, погулять в парке, снова вернуться в столовую. Таня после обеда даже поспала, а я ещё раз пообедал, чтобы не терять время.

К вечеру приехали портные, привезли нам новую одежду. Пришлось всё смотреть и мерить. Я-то управился за полчаса, а вот Таню мучили часа два. Совсем к вечеру пришла и целительница. Снова долго осматривала Таню, оставила ей кучу всяких порошков, баночек и бутылочек, но ехать разрешила.

Вот так и закончился наш маленький отпуск. А на ночь Таня снова отправила меня спать в другую спальню, но я почти не обиделся. Нам обоим нужно набраться сил, а для всего остального у нас ещё вся жизнь впереди.

Дорога

Следующим утром едва начинало светать, как я уловил какой-то шум у дома. Голоса людей, ещё что-то. Может это и не имело отношения к нам, но мало ли. А когда спустился вниз и вышел на крыльцо, увидел огромную карету, запряжённую четвёркой лошадей, и ещё две больших повозки. Кучера, это само собой, но перед домом появились и с десяток всадников в хороших доспехах. Солдаты уже спешились, и их старший сразу подошёл ко мне. Серьёзный такой мужчина лет сорока.

— Десятник Варнах –представился он — По приказу Наместника буду сопровождать вас в поездке, господин Иван.

Я присмотрелся к нему повнимательнее.

— А ведь мы уже встречались.

Мужчина не стал отказываться.

— Я со своими людьми приезжал в тюрьму, чтобы пригласить вас на разговор с Наместником, господин Иван.

Да, был такой не очень приятный эпизод в моей жизни. Со своими людьми? Я невольно прошёлся взглядом по солдатам, стоявших недалеко от нас. Лица четверых показались мне знакомыми. Трое точно сопровождали меня во время первой поездки с Таней, а вот четвёртый… Этот похож на того урода, который хотел покалечить меня в камере. Я, правда, сам его чуть не убил, а потом же самому пришлось лечить этого урода. Я повернулся к Варнаху.

— Наместник знает, что у меня было тогда с одним из твоих людей?

Варнах даже не стал уточнять про кого и что я говорю.

— Я доложил об этом в тот же вечер.

— И он всё равно отправил его в эту поездку?

На лице у мужчины на мгновение промелькнула улыбка, и он снова стал серьёзным.

— Господин Наместник однажды сказал примерно так — умные разберутся и сделают правильные выводы, а дураков ему не жалко.

Вот так вот. И понимай как хочешь. То ли это разрешение мне убить того мужика, если он даст повод, то ли Наместник не будет против, если меня самого грохнут, если я сделаю неверные шаги. Значит ничего не кончилось в моей беготне и убийствах.

— Зачем вас вообще со мной отправили?

Варнах чуть пожал плечами.

— Дорога длинная, случиться может всякое, и нам приказано обеспечить вашу безопасность. Какой дорогой ехать и где останавливаться — это решаете только вы. Я могу вмешаться, только если будет грозить серьёзная опасность. Всё остальное на ваше усмотрение, господин Иван.

На моё усмотрение? Учитывая, что я не имею ни малейшего представления где находится эта самая столица империи и как к ней добираться? Хорошая шутка.

— Сначала нужно хоть немного поесть, потом

— Слуги уже занимаются этим –сразу уточнил Варнах.

Ах да, всё время забываю, что здесь всё делается как по мановению волшебной палочки, так что наверняка уже и завтрак на столе, и вещи собраны в чемоданы.

— Ладно, ждите.

Повернулся уходить, и тут заметил возле повозок четырёх женщин и троих мужчин, тоже чего-то ожидавших.

— А это кто такие?

— Эти? Это слуги, которые поедут с нами. Дом Наместника в Нарлене сейчас почти пустой, и эти слуги помогут обустроиться первое время. Две служанки, повариха с помощницей, конюх. Если что-то понадобится вам или госпоже Тане, вы только скажите, и служанки сделают.

Наверное, Наместник действует правильно, обеспечив всё, чтобы я мог спокойно учиться, но это начинало напрягать. Как-то всё это… слишком. Я уже кое-что могу, но ещё не заработал на особняк в столице, слуг и отряд охраны. Каждым своим действием Наместник вгоняет меня во всё большие долги, и это мне не нравится. Как и чем рассчитываться буду⁈

Взгляд упал на карету.

— А карета для кого?

— Как для кого? –удивился Варнах — Для вас с госпожой Таней.

Мне? Вот этот сарай на колёсах⁈ Самое большее, на что я рассчитывал, это на место в повозке и еду, и вдруг всё вокруг появляется как по волшебству.

Карета выглядела очень странно, и очень напоминала наши дилижансы (как я их себе представлял). Или даже автодом. Большие колёса, карета в верхней части вдруг резко удлинялась вперёд и назад. Когда ради интереса забрался внутрь, подозрения подтвердились. Середина напоминала вагонное купе — два дивана с высокими спинками, у противоположного окна откидной столик. В отсеках спереди и сзади ещё куча отсеков, в которых было уложено всё, вплоть до посуды. Ещё выяснилось, что сиденья поднимаются, а под ними несколько ящиков с дорожными вещами. Один диван ещё и сдвигался, образуя что-то вроде двуспальной кровати. Да, самый настоящий дорожный домик, в котором и путешествовать можно неделями, и о ночлеге не беспокоиться. Хотя бы две проблемы отпадали. Тут как раз подошла Таня в сопровождении слуг, тащивших чуть ли не десяток всяческих сумок, чемоданов и саквояжей. Пока слуги складывали часть вещей в повозки, а часть привязывали к багажнику кареты, Таня тоже всё осмотрела и осталась очень довольна. Сразу потребовала разложить диван, положила несколько подушек и со вздохом облегчения вытянулась на получившейся кровати. Судя по вздоху и расслабленной позе, больше её ничто не интересует. В том числе и я. Да и взгляд, обращённый на меня былтаким, что я благоразумно решил ехать вместе с кучером на козлах. Таня уже укрылась лёгким одеялом, и вопрос закрылся сам с собой.

То ли из-за массивности кареты, то ли ещё из-за чего, но двигалась она несравнимо мягче, чем коляска Лорена. Уже одно то, что Таня, похоже, уснула во время поездки, и пару часов её не было видно, говорило о многом. Я так заинтересовался секретом, что не выдержал и на первой же остановке полез под карету. На первый взгляд ничего особенного — оси, рессоры. Всё массивное, но ничего особенного. Потом заметил толстые парные жгуты, соединяющие рессоры с корпусом кареты и осями колёс. Один жгут в паре чуть не болтается, другой туго натянут. Я минут пять пытался понять их назначение, потом дошло — это же механический аналог амортизаторов, не позволяющий карете раскачиваться! Правда, как они умудряются не порваться после первой же сотни километров, непонятно. Или это нечто особенное, или здесь используют магию. Присмотрелся, и точно, жгуты буквально светились от закачанной энергии. Да ещё и карета вся светится. Во всяком случае, всё стыки, втулки колёс, соединения амортизаторов и прочая механика поблескивали магическими пятнами. Наверное, всякие там заклинания крепости, твёрдости или ещё чего. Прокачанная «тачка» у Наместника, и даже не хочется спрашивать во сколько ему это обошлось.

Стоило разогнуться, и сразу наткнулся на настороженныt взглядs кучера и Варнаха.

— Что-то случилось?

— Да ничего не случилось, просто полюбовался на это чудо.

Кучер с Варнахом переглянулись, но больше ничего спрашивать не стали. Варнах насупился, но отошёл. Тут я и ляпнул.

— Ещё бы амортизаторы поставить и подвеску многорычажную, цены бы ей не было.

Кучер сразу вернулся.

— Чего поставить?

Я без всякой задней мысли нарисовал палочкой в пыли общий принцип. Кучер долго рассматривал кривые линии, и, наконец, выдал.

— А зачем всё это? Карета и так мягко идёт.

— А может ещё мягче. К тому же, требуется много магии, а можно сделать всё чисто механически, и этим смогут пользоваться все.

— Вы и магию заметили — странным голосом сказал кучер.

— А чего там замечать? –удивился я — Так сверкает, что глаза хочется прикрыть.

Больше в этой поездке от меня ничего не зависело. Солдатами командовал Варнах, да и всем остальными тоже он. Указывал куда ехать. Наверное, у него была карта, но я не стал требовать её себе. На вечерней стоянке для меня ставили просторную палатку, а Таню вполне устраивала кровать в карете. Для завтрака/обеда/ужина для нас с Таней накрывали стол, покрытый белой скатертью и заставленный серебряной и фарфоровой посудой. Только и оставалось, что красиво покушать, соблюдая правила этикета, а потом немного погулять по лагерю и вокруг. В сопровождении нескольких солдат охраны, разумеется.

Охраной, караулами и всей бытовухой занимался Варнах или люди по его указке. Рядом с Таней постоянно крутилась хотя бы одна служанка, так что и здесь я был не особо нужен. Так что мне, собственно, и заняться было нечем. Комфортная поездка аристократа, за которого все заботы пути решают его слуги. Единственное, что я потребовал — что все стоянки будут только за пределами городов, где-нибудь в поле или лесу. За Таню теперь я почти не беспокоился, в её домике она где угодно будет чувствовать себя комфортно, а я спокойно высплюсь и на одеяле у костра.

Но и мне в первый же день поставили условие. Мы как раз остановились на небольшую остановку дать лошадям отдохнуть, напоить их и прочее. Я как раз и полез смотреть подвеску кареты. А когда уже должны были трогаться, Варнах подвёл мне коня. Большого, красивого.

— Это теперь ваш, господин Иван –негромко сказал Варнах.

— А зачем он мне? –не понял я — Мне вполне удобно и рядом с кучером.

Варнах довольно шумно вздохнул.

— Когда мы выезжали из поместья господина Наместника, это было даже оправдано, чтобы

— По мне будут судить и о Наместнике –закончил я за него фразу, и тоже вздохнул.

— Да, господин Иван –сразу кивнул Варнах.

— Но я никогда не ездил верхом –попробовал я отвертеться.

— Мы подобрали вам самого спокойного коня –сразу успокоил меня Варнах — К тому же мы не будем устраивать гонки, и вы быстро научитесь.

Вот же… Никогда не испытывал желания покрасоваться верхом на коне, но теперь всё-таки придётся. Варнах прав — я теперь как бы представитель Наместника, и для очень многих будет странно, что такой человек едет рядом с кучером.

Вздохнув, подошёл к коню. Тот настороженно смотрел на меня, и я не придумал ничего лучшего, как протянуть ему ладонь. Кажется так советуют начинать знакомство с лошадью. Та осторожно обнюхала мою ладонь, фыркнула, и вдруг двинулась поближе ко мне. Я еле удержался чтобы не отпрыгнуть, но лошадь подошла ко мне вплотную и зачем-то стала обнюхивать меня всего. Наконец, снова фыркнула, и вдруг потёрлась головой о моё лицо. Ну прям как кошка, только огромная. Я невольно поднял руку и осторожно стал гладить морду и шею лошади. Та от такой ласки вообще замерла, положив голову мне на плечо.

Стоявший чуть в стороне Варнах вдруг улыбнулся.

— Почему-то я так и думал, что вы друг другу понравитесь.

Вот так я неожиданно стал наездником. Седлали и ухаживали за лошадью другие, а я только ездил. Кстати, это оказалось не так уж и трудно, и уже к вечеру я стал довольно уверенно чувствовать себя в седле. Теперь изменился и порядок людей в нашей маленькой колонне. Метрах в пятидесяти впереди двое солдат в качестве передового дозора, затем я, потом ещё двое солдат в качестве моей личной охраны. За нами карета, повозки и остальные солдаты. Скорость была… ну… примерно как в тот раз, когда мы ехали с Таней, а вокруг полсотни солдат и слуг, охранявших нас. Можно гнать, загоняя лошадей, но зачем? Столица и академия никуда не денутся, так что я ехал как едется. Да и кто посмеет мне хоть слово сказать?

На пятый день Варнах осторожнопопросилсделать день отдыха. Оказывается, лошади — это не мотоцикл и не машина, и им тоже нужна передышка во время длинной дороги. Кстати, и про людей слышал что-то такое. Типа, несколько дней идём, потом день отдыхаем, иначе люди не выдержат. Мало ли, ноги стёрли, подготовка не как у марафонцев, еда не та или приболел кто. Все, наверное, слышали про первого марафонца, спешившего доставить весть о победе, только редко вспоминают, что после того, как он добежал до родного города и сказал несколько самых важных слов, то умер от переутомления. Сейчас спортсмены пробегают эту дистанцию за несколько часов без последствия для себя, но большинство обычных людей умрут, не пробежав и половины. Так и с лошадьми — есть рекордсмены, есть подготовленные, а есть обычные, которым тоже не до каких-то рекордов. Так что я не возражал отдохнуть денёк.

Женщины сразу устроили постирушки, да и остальным было чем заняться. Поставили довольно большую палатку, натаскали горячей воды, нагретых камней, и все с удовольствием устроили себе банный денег. Потом постираться, ещё что сделать по хозяйству. В дороге ведь всегда что-нибудь порвётся, сломается или отвалится.

Нескольких человек отправили в ближайшую неделю за свежими продуктами, так что на обед и ужин повара порадовали новыми блюдами.

А ближе к вечеру Варнах устроил отдохнувшим солдатам тренировку. Наверное, как и положено в армии. Разминка, силовые упражнения, потом приёмы с оружием. Варнах сидел чуть в стороне на принесённом бревне и наблюдал за своими солдатами. Мне делать было совершенно нечего, так что я сел рядом с ним и тоже стал наблюдать за тренировкой.

Я не спец в боевых искусствах, но смотрел на занимающихся солдат с удовольствием. Все жилистые, без показушных накачанных мышц, но в случае поединка с ними я не дал бы за жизнь любого качка с Земли и ломанного гроша. Движения быстрые, точные, иногда просто невозможные (с моей точки зрения). Вот уж точно, Наместник подбирает себе лучших.

А потом как-то вспомнилось почему я здесь, что будет и предстоит, как я за всё это буду рассчитываться, и я решил хоть немного уменьшить свой долг.

— Я не могу знать что именно говорил тебе Наместник перед поездкой, но почти уверен, что он сказал очень внимательно запоминать всё, что и как я буду делать, и что говорить –негромко сказал я. Варнах покосился на меня, но промолчал — Мои знания вряд ли впечатлят Наместнка, но кое что я могу сказать уже сейчас, посмотрев на наше путешествие. И первое — вам очень пригодились бы полевые кухни и консервы.

— А что это такое?

— Что? –действительно, как это объяснить на местном уровне?

Я взял палочку и начала рисовать в пыли.

— Полевая кухня — это обычная двуколка, на которую поставлена печка. Широкая, обшитая металлом, внутри выложена кирпичом, как и любая другая печка. Снизу как обычно — топка, колосники. Сверху отверстия, через которые в топку сверху ставятся баки для готовки с плотно закрывающимися крышками. Обычно три бака — для супа, каши, чая или ещё чего.

— И зачем это?

— Не нужно готовить для каждого десятка отдельно. Печка закрытая, и на неё не влияет погода. Хоть проливной дождь, хоть снег, но еда будет приготовлена вовремя. Солдаты не ждут большой стоянки, и будут накормлены сразу, как только остановились. Можно прямо на ходу. Сколько времени можно сэкономить для марша или для отдыха перед боем? Еду готовит отдельный человек из проверенных продуктов, так что меньше опасность, что солдаты потравятся плохой едой. Для десятка возить такую кухню смысла нет, а вот для сотни в самый раз. Там, откуда я родом, даже придумали специальные котелки для солдат — я схематично нарисовал солдатский котелок — Крышка снимается, и солдат у такой кухни сразу получает полный обед. В глубокую часть — суп, в мелкую — кашу, ну а кружка у каждого своя.

Варнах задумчиво потёр подбородок.

— Надо попробовать, а потом и решать. А что такое консервы?

— Из тонкой лужёной жести делается подобие кружки. В неё заливается тушёное мясо до самого верха, сверху развальцовывается или запаивается крышка, потом банки помещают в кипяток и держат там ещё пару часов.

— Зачем?

— Банка получается плотно закупоренной, кипячение

— Железная банка — это дорого.

— Дорого, если делать только сотнями банок, а если делать тысячами, то нужны станки, приспособления. Можно такую мастерскую построить ближе к степи, где скот разводят. Помаленьку, на каждой мелочи можно сэкономить, а в итоге банка с консервами получиться не такой уж и дорогой. Ты получаешь еду, которую можно взять в дорогу в любое место. Хоть в пустыню, хоть на ледник, хоть в долгое путешествие по морю. Еда у тебя будет всегда. У нас солдаты в походе, если нет возможности готовить горячее, получают сухой паёк. На один день полагается две банки с мясной кашей, банку с мясом, ну и сухари. Кроме того, консервы очень помогут делать большие запасы продуктов для армии. Не держать ледники с мясом, которое портится, не гнать стада вслед за армией. Ящики с такими банками легко хранить в любом сухом подвале и легко перевезти в нужное место. Запасы на случай войны, стихийных бедствий. Если у тебя всегда есть запас продуктов хотя бы на полгода вперёд, жить как-то спокойнее. В первую очередь мясные продукты, колбасный фарш, каши. Можно делать компоты, фрукты и прочее.

— Это огромные деньги, отложенные на неизвестный срок — негромко сказал десятник.

— Огромные, -не стал спорить я –но это уверенность империи на случай каких-либо бедствий или войны. Любое оружие стоит дорого, потребуется неизвестно когда, но его всё равно делают, чтобы были запасы на складах. И я слышал древнюю притчу, как в одном из древних королевств только что назначенный чиновник предложил королю делать большие склады и хранить там все излишки хлеба. И объяснил это тем, что у него было видение — будет семь лет урожайных, а потом семь лет засухи. И как пишут в книжках, так и произошло, но то королевство смогло выдержать эти бедствия. А консервы — это запас продуктов, который будет спокойно храниться пять лет, а может и больше. И ещё. Любому сильному королевству нужны королевские резервы. Не то, что лежит на складах у купцов или в закромах крестьян, а большие запасы, которые создаёт королевство, и только оно одно может ими распоряжаться. Те же консервы, зерно, масло растительное, что-то ещё. Как и запасы оружия, на случай войны или стихийных бедствий. Запасы, которые помогут продержаться хотя бы месяца три, даже если всё вокруг будет гореть или залито водой. Это дорого, не делается быстро, но это поможет выжить, сохранить спокойствие в королевстве или даже империи. В конце концов, это уже власть над настроениями подданных, когда король или император может направить часть резервов в то место, где что-то случилось. Это не бросить горсть монет, проезжая по улицам города, это… намного серьёзнее. Так что доложи Наместнику о таких историях, а уж он решит что с этим делать.

Десятник мгновенно подобрался.

— Слушаюсь, господин Иван.

Вот и слушайся. Наверное, я Наместнику для этого и нужен — что-то увидеть, сказать как можно сделать лучше. Для меня естественная мелочь, а для местных может быть огромным скачком вперёд. Может Наместник и так всё это знает или уже думал об этом, но это, наверное, самое значимое, что знаю я. Как говорили в одном из фильмов, если у каждого будет кусок хлеба, а ещё и кусочек масла на нём, возмущаться уже вряд ли кто будет.

Посидели ещё немного, наблюдая за тренировкой, и вдруг Варнах повернулся ко мне.

— Не желаете размяться немного?

— Ты о чём? –удивился я.

— Ну… десять солдат, каждый может чему-то научить, да и сам с радостью узнает что-то новое.

— Издеваешься⁈ –хмыкнул я — Да любой из твоих меня за пару мгновений разнесёт на кусочки.

— Я слышал о вас много… странного, иногда почти чудеса, да и видел что вы тогда в тюрьме сделали с Пенкаром, а он совсем не слабый воин.

— Там было…

— Пенкар мне потом рассказал как было дело –кивнул Варнах — А здесь… просто тренировка, где не нужно никого убивать или калечить. И… без магии, только своё тело и умения.

Вот же… хитрюга. И польстил, и на поединки позвал, чтобы посмотреть что я могу на самом деле. Кстати, а что ему такого могли рассказать обо мне? Кроме того случая в тюрьме я, вроде, никого не убивал. Ну, разве что того бандита на лесной дороге, который приставал к Тане. Ну, ещё того мага в подвале на фарш порубил, но это было за дело. Ну, ещё того бандита в городе располовинил, что просил добавки. Ну, я и дал ему «добавку». А так, вроде, вёл себя тихо и скромно. Неужели Наместник и это всё раскопал? Неудобно получится.

Да и что я могу показать этим воякам? Я хоть и высокого мнения о себе, но прекрасно вижу разницу в уровне подготовки. Эти солдаты явно прошли не один бой, и я со своими замашками уличного драчуна им и в подмётки не гожусь. Вот если бы не надо было сходиться близко, а действовать на расстоянии… А ведь о чём-то таком у нас на Земле одно время болтали очень даже много. Бесконтактный бой. Правда, потом так же много болтали, что большинство таких «мастеров» вообще ничего не могли показать в реальных поединках, но несколько человек сохранили репутацию, и о них никто слова плохого не говорил.

Со стороны это выглядело довольно забавно, словно мастер начинал тянуть за невидимые нити или толкать противника как через толстую подушку, и противника начинало мотать из стороны в сторону. Я ещё тогда подумал, что это всё больше напоминает поединок под водой, когда движения и так замедлены сопротивлением воды, да ещё и мастер словно толкает эту воду сильным потоком. А я так смогу? Вроде бы выпускать энергию через руки у меня получалось. Если буду водить руками туда-сюда, энергия будет выглядеть как некая волна, но главный вопрос — а как она будет действовать на противника? Ведь это энергия, а не что-то материальное. Хотя, в теории, энергия тоже материальна, просто в другой форме, которая не может воздействовать на человека непосредственно.

В теории всё понятно, но в этом мире со мной было столько невозможного и невероятного, что я решил попробовать — а вдруг получится? Отвёл руку в сторону и мягко повёл ладонью, как делают мастера ушу. И энергию отправил с мысленным

Я снова повернулся к Варнаху.

— А что, давай попробуем. Без оружия, и предупреди своих, чтобы они не сильно меня валяли, а то ведь начальство всё-таки.

Варнах кивнул и сразу встал. Подошёл к своим, что-то негромко сказал, и те разошлись в стороны, образуя круг. Ну что ж, сейчас и увидим, чего я стою на самом деле.

Противник был очень… серьёзный, и в здравом уме я бы ни за что не стал драться, но в этом мире я давно растерял остатки этого самого ума. Сначала был привидением, сквозь которого любое оружие проходило как сквозь туман, потом почувствовал себя почти настоящим демоном, которому подвластно всё. На Земле я уже умер, да и здесь не особо цеплялся за жизнь. Как будет — так будет.

Боец внимательно смотрел как я подхожу, в какую стойку встану, но мне, если честно, и показывать было нечего. Во всяком случае, не рядом с такими бойцами. Не дождавшись от меня никаких действий, мужчина двинулся ко мне. Настороженно, ожидая подвоха. Стоило мне начать поднимать руки, как сразу замер, но я продолжал стоять, так и держа руки перед собой. Мужчина чуть выдвинул левую ногу вперёд, словно в боксёрской стойке. И я плавно повёл руками, толкая его волной с левой стороны. Мужчину повело, но он быстро выправился, наклонив корпус в сторону непонятного давления. Я сразу убрал давление и наоборот, потянул его в ту же сторону. Мужчина качнулся сильнее, попытался наклонить корпус в обратную сторону, но я снова сменил направление давления. По сути, просто раскачка. Потянуть, подтолкнуть, с каждым разом усиливая давление. После шестой раза мужчина просто упал, не удержавшись на ногах. Замер, стоя на четвереньках, но я сразу убрал давление. Я победил, и этого достаточно.

Через какое-то время мужчина осторожно встал, постоял несколько мгновений, пристально глядя на меня. Потом всё-таки кивнул, признавая поражение. И обратно из круга шёл как-то неуверенно, словно по-прежнему ожидал, что его поведёт в стороны.

С остальными получилось достаточно легко. Ещё двоих я тоже «раскачал» до их падения. Следующие приняли это к сведению, и четвёртый решил брать меня скоростью. Резко бросился в мою сторону, двигаясь зигзагами, но я просто «подставил» ему подножку, подтолкнул, и боец с разбега полетел на траву.

Остальные тоже пытались прорваться к моему телу, схватить или хотя бы ударить, но просто не успевали это сделать. С каждым новым поединком у меня получалось всё лучше, и последние двое показали уже виденный мной раньше «танец марионеток», когда ноги сковывает непонятно чем, а в корпус давит непонятно что и откуда. Бойцы пытались сохранить равновесие, сдвинуться с места, но их сила и ловкость сейчас не имели никакого значения.

Но я старался только победить, а не унизить. Как только бойцы оказывались на земле, я сразу прекращал давление.

Когда вернулся к бревну, Варнах мрачно смотрел на меня.

— Я же просил не использовать магию.

Упрёк был резонный, но я только пожал плечами.

— Я не знаю что это такое. В тех местах, откуда я родом, чем-то подобным владеют высшие мастера боя. Названия разные, проявления разные, объяснения разные, но суть всё-таки одна — проявление внутренней силы человека. Обычного человека. Годы тренировок, медитации, учеба по управлению энергией. Можно отталкивать противника, можно закрутить его вихрями, опутать силой как верёвкой. А можно и так.

Я подошёл к лежавшему невдалеке валуну, примерился, затем направил силу в кулак и резко ударил по верхушке камня. Раздался глухой удар, и камень чуть не до середины вдавило в землю, а верхняя часть рассыпалась крошками.

Варнах не стал подходить и трогать камень –ему и со своего места было прекрасно видно.

— Господин Иван, вы говорите, что такое искусство доступно только мастерам, но сами вы молоды.

— Я сегодня попробовал так делать в первый раз –улыбнулся я — Не позвали бы на тренировку, я бы даже и не задумался о том, что и я тоже так могу.

Мелькнула запоздалая мысль, что не стоило такое показывать, но кто ж знал, что у меня и в самом деле получится? Да и после всего, что со мной было в этом мире, бесконтактный бой — это, можно сказать, такая мелочь, которая даже не стоит упоминания.

Мы в столице

Ехали ещё шесть дней, но уже без остановки на отдых, потому что городов становилось всё больше, деревни ближе друг к другу, и выбрать нормальное место для отдыха становилось проблематично. Пару раз, когда мы просто останавливались переночевать или пообедать, появлялись какие-то люди, которые начинали качать права, мол мы остановились на чужой собственности. Но стоило Варнаху негромко сказать несколько фраз и показать некий значок, как горлопанов как ветром сдувало. Но всё равно, неприятно.

Нарлен, столица империи, оказался просто огромным по местным меркам. Мы почти целый день ехали по нему (вернее, по городу с пригородами). Наверное, судьба любого большого города, который расширяется, постепенно поглощая близлежащие деревни, посёлки и маленькие городки. Поэтому и чересполосица была очень странная — то откровенные деревни, за которыми почти сразу богатые усадьбы, а вскоре какой-нибудь промышленный район с кучей мастерских, и тут же кварталы откровенных лачуг и бараков для работников. Но постепенно дома становились выше, улицы чище, народ стал выглядеть более… не то чтобы все стали богатыми, но достаточно зажиточными. Во всяком случае, откровенных бродяг и нищих почти не было заметно.

Особняк Наместника среди других не очень-то и выделялся. Да, большой, двухэтажный, солидный, если можно так сказать, но в том районе таких было много. Большой ухоженный парк вокруг. Когда мы подъехали, нас встретили всего несколько слуг. Засуетились, стали говорить что куда тащить. Наши с Таней вещи на второй этаж в гостевую комнату, солдат куда-то за дом в специальную казарму для охраны, лошадей на конюшню, повозки и карету в каретный сарай (оказывается, здесь был и такой). Слуг, после того как перетаскали вещи, отправили в ещё один специальный дом для слуг. Не повезло кухаркам — этих сразу отправили на кухню готовить ужин на всю толпу. Ну

Уже начинало смеркаться, как во дворе послышался какой-то шум. Немногочисленные слуги, которых мы почти не видели и не слышали, вдруг заметались и чуть ли не бегом бросились ко входу.

Мы с Таней удивлённо переглянулись.

— На нас напали?

Где-то у входа послышался громкий голос, отдававший приказания, и через несколько минут в гостиную, где мы сидели, вошла женщина. Даже и не знаю, как правильно сказать — то ли молодящаяся старуха, то ли увядающая красавица лет под шестьдесят. Довольно высокая (для женщины), довольно красивая, очень ухоженная. Дорожное платье из хорошей ткани выглядело мятым, но вот выражение лица женщины было весьма боевым. И смотрела она вокруг как настоящая хозяйка.

Подошла к нам, уставилась, оглядела с ног до головы и очень даже невежливо спросила.

— И кто вы такие?

Я поднялся, тоже демонстративно оглядел её с ног до головы и без всякого почтения ответил.

— А ты кто такая?

Женщина на мгновение замерла, затем вдруг рассмеялась.

— Нет, ну это же надо! Приезжаю в собственный дом и вдруг непонятные люди меня же и спрашивают: «Ты кто такая?»

Я на мгновение опешил.

— Возможно, произошла какая-то ошибка, но этот дом — Наместника Гарнера.

— А я его мать, герцогиня Гарнер. И это наш столичный особняк –мы с Таней переглянулись — Повторяю вопрос — кто вы такие?

Пришлось отвесить небольшой поклон.

— Меня зовут Иван, а это Таня.

— Просто Иван и просто Таня? –женщина внимательно смотрела на меня.

— Для общения этого достаточно.

— Это надо понимать так, что общаться со мной вы не собираетесь или так, что вы оба без роду и племени, и мне надо называть вас именно Ванька и Танька? –тон у женщины стал совсем нехорошим.

Я с трудом сдержал нарастающее раздражение.

— Общение с вами сделает честь любому, герцогиня, но уже завтра мне придётся отправиться… хм… по делам, а Тане в её положении совсем не до разговоров. Сейчас мы занимаем одну из комнат в правом крыле и постараемся ничем не беспокоить вас. Вы позволите нам удалиться?

— Не позволю! –тут же отрезала женщина. Постояла, всматриваясь то в Таню, то в меня — Очень интересно получается, очень. Сын присылает мне письмо, в котором просит немедленно отправить в столичный особняк десяток слуг, лучшую повитуху, которая у нас есть, я, вся в мечтах, мчусь без остановки и что я вижу? -я чуть было не ляпнул: «И что вы видите?», но старуха сама ответила — И вижу незнакомого мальчика и беременную девочку, которых можно назвать только по имени. И как это понимать?

— Служебные дела, госпожа герцогиня.

— Служебные? –женщина с иронией посмотрела на меня — А вы знаете, что в этом доме не жила ни одна из многочисленных любовниц моего сыночка? И вдруг он селит сюда незнакомую беременную девочку?

— Это моя жена, –напрягся я от такого намёка –и всё это… по служебной надобности.

— По служебной? –женщина откровенно веселилась — А вы знаете, что сын назначил вам обоим содержание как детям какого-нибудь графа?

— Вопрос не к нам, а к господину Наместнику, госпожа герцогиня.

— Спрошу, обязательно спрошу –женщина со странным интересом рассматривала меня — Уж не решил ли сынуля порадовать меня сразу и внуком, и правнуком? –задумчиво протянула она.

Я сначала не понял, а когда дошло, только хмыкнул.

— Могу заверить вас, госпожа герцогиня, что мы узнали о существовании друг друга только полгода назад.

— И что это доказывает?

— Ну, в смысле, что Наместник ну никак не может быть моим отцом!

— Это тебе твоя мать так сказала? –усмехнулась герцогиня.

— А вот мою мать лучше не трогать, –набычился я –а то я не посмотрю что вы женщина!

— И что же ты сделаешь? –вкрадчиво спросила герцогиня.

Она стояла неподвижно, только взгляд странно изменился, и я вдруг почувствовал, что меня словно замотали сотней ремней и начали сдавливать. Не больно, но очень неприятно и обидно. В глазах потемнело, но не от боли, а от ярости. Стоило чуть напрячься, как путы слетели, а женщину даже качнуло от ответного удара магией.

Я думал будет крик, скандал вплоть до драки, но она почему-то даже умилилась от моего ответного удара и чуть ли не засюсюкалась.

— Ах ты мой маленький, ах ты мой хорошенький! Как кровь-то бурлит, как энергия плещет! Весь в дедушку!

Такая реакция меня ошарашила.

— Какого ещё дедушку⁈

Герцогиня вдруг хитро прищурилась.

— А ну-ка, пойдёмте.

Мы с Таней недоуменно переглянулись, но последовали за ней. Поднялись на второй этаж, затем немного по коридору, и оказались в самом обычном кабинете. Ну, как обычном — огромная комната метров пятидесяти, посредине огромный письменный стол. Огромное окно, одна стена до потолка в книжных полках, заставленных разномастными томиками. На другой стене с десяток парадных портретов. На всех — мужчины. Горделивая осанка, богатая одежда, умные взгляды. Герцогиня подвела нас к одному из портретов.

— Вот, мой безвременно ушедший супруг, герцог Гарнер, маг первой ступени.

Я присмотрелся, но ничего особенного не обнаружил. Ну, мужик, ну, симпатичный. Чувствуется сила и властность, но я-то здесь при чём? Повернулся к герцогине, ожидая объяснений, но та поманила меня пальцем.

— А ну-ка, иди сюда.

Она подвела меня к портрету, заставила встать рядом, потом повернуть голову и грозно посмотреть «воооон на ту полку». Грозность изображать не пришлось — у меня внутри и так всё бурлило от этих непонятных манипуляций. Герцогиня чуть отошла и обратилась к Тане.

— Ну что, Таня, видишь?

Ответом стал только удивлённый вздох. Когда я повернулся к женщинам, глаза у Тани были совершенно круглые от удивления. И чего она такого увидела?

Когда вернулись в гостиную, герцогиню словно подменили — вместо суровой аристократки появилась милая тетушка. Усадив нас, она снова начала допрос, хоть и в более мягкой форме.

— Ладно, давайте знакомиться снова. Иван, ты действительно ничего не знаешь о своих предках?

— Госпожа герцогиня, я не могу и не хочу открывать некоторые факты моей жизни, но я однозначно уверен, что в принципе не могу быть вашим внуком. Прошу и вас не

— Мой сын ошибся, моё сердце ошиблось, мои глаза меня обманывают? –улыбнулась герцогиня.

Не хотелось обманывать тётку, и я, вздохнув, рубанул.

— Я вообще из другого мира, так что, сами понимаете…

Герцогиня замерла, что-то обдумывая, и снова заулыбалась.

— Всего лишь? По-молодости сын много где куролесил. Вполне мог оказаться и в твоём мире.

Вот теперь я впал в ступор.

— Вы знаете о других мирах⁈ Вы можете туда перемещаться⁈

— Да что ж мы, совсем тёмные, что ли? –даже обиделась женщина — Не все, конечно, только самые сильные, но могут. И дед твой мог, и отец. Нужны особые накопители энергии, но это не та трудность, о которой стоит говорить. Ты вот тоже сможешь, надо только подучиться.

— Я⁈

— Конечно, я же вижу твою силу.

Наверное, меня уже можно было считать круглым дураком, но я только и смог, что тупо повторить:

— Видите⁈

— Конечно, я ведь тоже маг, хоть и третьей ступени. Уж что-что, а родную энергию я узнаю.

— Какую ещё «Родную»⁈

— Как у твоего дедушки –герцогиня с улыбкой смотрела на меня — Какой же ты всё-таки ещё маленький и необразованный! Тебе обязательно надо пройти обучение в магической Академии!

— Для этого и приехал –буркнул я.

— Тогда всё просто замечательно! –восхитилась герцогиня — А что ты уже умеешь? Вот так, например, можешь? –она развела ладони, и между ними появился целый хоровод разноцветных шариков.

Вздохнув, я взял со стола пару серебряных кубков, поставил их себе на ладони, чуть напрягся, и кубки стали оплывать, меняя форму. Через минуту на моих ладонях уже стояли два высоких хрустальных фужера. Я чуть стукнул их друг о друга и с удовлетворением услышал чистый звон. Вроде, нормально получилось.

Наполнив фужеры вином из бутылки, один протянул герцогине. Та осторожно взяла бокал, осмотрела со всех сторон, осторожно поставила его на стол и вдруг заплакала. Тихонечко, спрятав лицо в ладони.

— И ты ещё говоришь, что ты не мой внук? Вот так –она осуждающе показала на бокал –мог только твой дедушка! Достаточно сделать это в присутствии короля, и ты зразу получишь и высшую степень мага, и титул. Но ты не должен этого делать нигде и никогда! –неожиданно закончила она.

— Почему⁈ -я вообще перестал понимать эту женщину с неожиданными перепадами настроения.

— Потому что это тайная магия нашего рода, и о ней никто не должен знать. Даже король. Если и показывать, то что-нибудь попроще. А насчёт титула не беспокойся — даже я могу попросить тебе титул баронета и немного земель для начала. Думаю, король мне не откажет.

— Да мне это не очень-то и нужно.

— А как я тебя выведу в свет? Как я буду представлять тебя? Как представлять Таню?

— Да она, вообще-то, и так баронесса Ингарская.

Герцогиня очень пристально посмотрела на Таню, и та смущённо опустила глаза.

— Ладно, с этим разберёмся –протянула герцогиня — Я здесь немного поживу, помогу обустроиться Тане, налажу питание, режим дня и прочее. Нужно будет навестить знакомых, узнать новости –она вдруг снова повернулась к Тане — А кого ждёте — мальчика или девочку?

Таня смущённо покраснела.

— Пока не знаем.

— Мальчик — это хорошо -задумчиво произнесла герцогиня — Наследник, продолжатель рода. А мне, наверное, уже хочется девочку –неожиданно закончила она — Ладно, сейчас обустраиваемся, поужинаем, а потом ещё поговорим.

Я покосился на Таню, но та только вздохнула. Мда, эта импульсивная тётка из кого хочешь душу вытрясет. Но может и ничего? Во всяком случае, за Таню теперь можно не волноваться — рядом с герцогиней она будет и под присмотром, и в безопасности.

До ужина ещё было время, и мы вернулись в свою спальню. Таня сразу улеглась на кровать, а я принялся ходить по комнате, пытаясь привести мысли в порядок. Да, ещё и надо придумать что говорить герцогине.

В какой-то момент, заметив взгляд Тани, даже остановился — она на меня по-всякому смотрела, но сегодня во взгляде появилось что-то ещё.

— Танюш, что случилось?

Жена вздрогнула.

— Да нет, ничего, просто задумалась.

— Если не расскажешь, я ведь теперь и уснуть не смогу –хмыкнул я.

Таня тоже улыбнулась, оценив шутку. Помялась немного, но всё же ответила.

— Я и представить не могла, что ты такой высокородный.

— Тань, о чём ты? –не понял я.

— Ну… — Таня опустила голову и ничего не сказала.

— Глупенькая, –я присел рядом с женой и приобнял её –неужели тебе достаточно моего внешнего сходства с картинкой, и ты уже начинаешь строить далеко идущие планы?

Таня серьёзно посмотрела на меня.

— Когда ты встал рядом с картиной, это было… это было… вылитый ты. Или вылитый он.

Я только улыбнулся.

— Мы даже не знаем кто эта женщина, выдающая себя за герцогиню. Может талантливая актриса или специальный агент, присланный Наместником. Портрет могли и нарисовать за то время, что мы ехали сюда. Зачем? Не знаю. Даже если и герцогиня, и портрет настоящий, это ни о чём не говорит. Похож? Так мало ли похожих людей. Тем более, что появился я здесь привидением, материализовался непонятно как, так что проверка по крови или ещё как может показать что угодно, вплоть до родства с императором. Но ведь этому нельзя верить ни на мгновение!

Таня вздохнула.

— Герцоги Гарнер и так принадлежат к королевской линии. Пусть и дальние, но родственники и возможные претенденты на императорский трон.

Я несколько минут смотрел на Таню, не зная что сказать. Наконец, приличные слова нашлись.

— Тань, императорский трон — самое последнее, что мне хотелось бы в этом мире.

— Если герцог Гарнер признает тебя сыном, то ты сразу получишь право на престол.

— Это если подтвердится кровное родство.

— После всех чудес и ужасов, происходивших с тобой, я уже ничему не удивлюсь.

Я ещё несколько минут молчал, пытаясь подобрать цензурные слова.

— Ты что, хочешь сказать, что мой предполагаемый дед тоже был призванным демоном⁈ Герцогиня сказала, что узнала силу, а у меня ничего, кроме демонской примеси нет. Не слишком ли много демонов в одном роду?

Таня уткнулась мне в плечо.

— Вань, я и в самом деле не знаю. Твоё попадание сюда ещё как-то понятно, но вот всё остальное… Кстати, ты можешь оказаться не сыном, а братом Наместника.

Я

— Тань, что за бред?

— А вот и не бред. В разных мирах время может идти с разной скоростью, так что ты можешь оказаться сыном первого герцога Гарнера.

— Тогда уж скорее его братом по демонской крови –хмыкнул я — Вот в это я поверю быстрее.И вообще, нечего забивать голову всякой ерундой. Надо решить — что будем рассказывать герцогине о себе.

— Про демона ничего нельзя –сразу откликнулась жена.

— Значит… Значит… -задумался я — Короче, меня ударила молния, и я оказался здесь непонятно как без твоих призывов. Кстати, Наместник и так запретил об этом даже вспоминать. Потом ты сбежала от Орландо, а я тебя сопровождал. С Наместником познакомились случайно, и он решил поучаствовать в нашей судьбе. Больше мы ничего не знаем, нигде ни в чём замешаны не были, и вообще мы с тобой белые и пушистые.

— Ага, герцогиня будет всё это слушать и во всё верить –засмеялась Таня.

— Это её проблемы — во что верить, а во что нет. Тебе нужно родить и прийти в себя после родов, а я как-нибудь перекантуюсь полгода в этой грёбанной академии.

— Ох, Вань, не верю я, что ты там тихонько «перекантуешься»

— А чо так? –обиделся я.

— А кто собирался в гробу ехать, и чтобы руки из стенок высовывались? Кто ночью по городу сквозь стены домов бегал, а потом защиту городской стены сломал? Её, кстати, целый месяц потом восстанавливали! А кто в людей вселялся, чтобы у них в глазах двоилось?

— Ну, это было давно и неправда! –хмыкнул я — С тех пор я очень даже изменился, остепенился. И вообще, я теперь женатый человек!

— Ты женатый пока рядом со мной, а стоит за дверь выйти, так из тебя снова дурость попрёт –пригорюнилась жена — А ещё в Академии девчонок будет много молодых и красивых, а ты, кобель блудливый, ведь не удержишься, чтобы…

Тема становилась очень опасной, и я закрыл рот жены поцелуем.

— Что будет потом — ещё неизвестно, а пока мы рядом, давай не будем терять зря ни минуточки…

Вечер прошёл почти прилично — аристократический ужин, неспешные разговоры. Герцогиня пытала нас как какой-нибудь следователь важняк, а мы с Таней старательно изображали из себя очень скромную пару, на голову которой свалились приключения. Врать мы не пытались, разве что рассказывали процентов десять, не более. Мы делали вид, что говорим правду, а герцогиня делала вид, что нам верит. Наверняка, она и Наместнику письмо напишет, и Тане в ближайшие месяц придётся несладко, но внешние приличия были соблюдены. Посторонний наблюдатель и в самом деле мог поверить, что за столом собрались любящая бабушка с внуком, а ещё невестка с долгожданным правнуком. Семейная идиллия, блин, но спать я отправился измотанный до предела.

Поступление

Чем этот мир мне нравился, так это отсутствием будильников, радио, телевизоров и телефонов. Разумеется, военные и охрана время отслеживали. И на приёмы полагалось приезжать вовремя (хотя бы из уважения к хозяину). А вот в собственном особняке можно было дрыхнуть сколько угодно, никто не посмеет и слова сказать. Может усталость накопилась, но растолкала меня Таня только в десять часов утра. Уже причёсанная, одетая в домашнее платье и ворчливая, как жена после десяти лет совместной жизни (Ваня, ты же должен понимать, что этот день очень важен, что тебе надо выполнить обязательства, и вообще, завтрак уже на столе, и его уже два раза подогревали). Ладно хоть покормили сытно, но после этого выпихнули за двери, а во дворе уже ждала коляска с парочкой сопровождающих. И пара саквояжей с вещами уже приторочены сзади. Матерясь про себя, я всё-таки соизволил сесть в коляску и позволил везти себя в академию. Матерись не матерись, а свою часть договора выполнять и в самом деле надо.

Путь занял от силы полчаса. Ворота академии меня не впечатлили — самые обычные кованые ворота с боковой калиткой и домиком привратника. В обе стороны убегала каменная стена метров трёх в высоту, но тоже ничего особенного. Вообще непонятно — за каким чёртом академии эти ворота и стены? Вряд ли сюда кто-то сунется по доброй воле. Или это сделано на всякий случай, как в любом военном гарнизоне — чтобы чужие не болтались и не мешали учебному процессу?

Привратник на воротах выглядел крепеньким, бодрым, хоть и был без оружия. Молча, без всяческого подобострастия, уставился на меня, совершенно не торопясь открывать мне калитку. Пришлось говорить самому.

— Письмо для господина ректора. Лично в руки.

Без расспросов и скандала привратник достал свисток и коротко свистнул. Выбежавшему из домика парню коротко бросил: «В приёмную ректора» и только после этого приоткрыл для меня калитку.

Сопровождающему было от силы двадцать. Самый обычный парень в самой обычной повседневной одежде. Серенькая куртка, серенькие штаны и коричневые ботинки. То ли он из специальной прислуги, то ли из студентов, которых отправляют дежурить на «вахте», и которые здесь не очень-то шикуют.

Парень попался неразговорчивый, и всю дорогу мы шли молча. Для него это отбывание повинности, для меня, по сути, тоже, так что я не стал навязываться, и, осторожно осматривался по сторонам, стараясь понять — куда я попал и что меня ждёт. Судя по снующим студентам, широкая аллея, по которой мы шли, вела прямо к главному (административному) зданию. Хорошее такое здание, монументальное. Метров двести в длину, четырёхэтажное, с колоннами и портиком над входом. От центрального здания ромашкой расходились здания факультетов, а уже за ними на периферии располагались общаги (как я потом узнал). А ещё прекрасный парк, беседки и скамейки для посиделок. А ещё всякие столовые, мастерские на заднем дворе, хозпостройки, полигоны и всякая прочая ерунда, без которой всё равно никак.

Встречавшиеся на аллее парни и девушки выглядели самыми обычными — в основном от шестнадцати до двадцати пяти лет, в обычной повседневной (хоть и хорошего качества) одежде. У входа в главный корпус стали попадаться студенты в мантиях. Смешные такие, словно вырядились для фильма про средневековый университет. Хотя, для них это была самая нормальная, их жизнь. У студентов преобладал синий цвет. У одних тёмно-синий, у других светло-синий. То ли застиранные, то ли какая-то местная традиция. У парней мантии болтались балахонами, а вот некоторые девушки в своём извечном стремлении к красоте умудрялись ушивать мантии до размеров чуть свободного платья. Во всяком случае, фигурку

Приёмная ректора оказалась на третьем этаже. Сначала по широкой мраморной лестнице, потом по устланному паркетом коридору, пара поворотов, а потом и сама приёмная. Внешне — приёмная директора очень богатого предприятия. Ковровые дорожки, стены обшиты деревом, под потолком внушительная люстра. А ещё шторы на окнах, стулья с бархатными сиденьями у стен, и, разумеется, очень важная секретарша за большим столом с несколькими стопками бумаг. Женщина лет под пятьдесят, в строгом неброском платье. Строгая причёска, строгое выражение лица, взгляд как у следователя на допросе. Понятно, что у неё такая работа, но я даже немного оробел под этим взглядом.

Сопровождавший меня парень убедился, что секретарша меня заметила, и так же молча исчез. На вопросительный взгляд секретарши я коротко бросил: «Письмо для господина ректора. Лично в руки». Та оглядела меня с головы до ног, и появилось ощущение, что меня просвечивали рентгеном. Видимо, не сочтя меня опасным, бросила.

— Подождите, я узнаю -и исчезла в следующих дверях.

Минут через пять вышла и приглашающе приоткрыла дверь

— Прошу.

Как я и ожидал, дверь оказалась двойной (с тамбуром). Кабинет тоже оказался «типовым» — вдоль одной стены сплошные застеклённые шкафы, заставленные книгами и всякой непонятной ерундой. Посреди кабинета длинный т-образный стол для заседаний. Во главе заваленного бумагами стола восседал настоящий академик. Не знаю почему, но я сразу так решил. Может взгляд слишком умный, может ещё что, но мне это звание показалось самым подходящим. Так-то и смотреть было не на что — мужик неопределённого возраста в сюртуке.

Подойдя ближе, я протянул письмо ректору, но тот откинулся в кресле, разглядывая меня. Может брезгует из рук чужого человека брать, может ещё что, но это не мои заморочки. Молча положил письмо на край стола и отступил на пару шагов. Ректор не сводил с меня взгляда, потом уставился на письмо, разглядывая его, словно это была бомба. Наконец, взял его в руки, оглядел со всех сторон и даже понюхал зачем-то. Подумал, но всё-таки открыл письмо и стал читать. Я только вздохнул — скорей бы уж хоть что-то решилось…

Ректор неспешно прочитал рекомендательное письмо Наместника, задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Понимаете, молодой человек, при всём уважении к Наместнику Гарнеру, мы не можем принимать неизвестно кого, тем более, с такой странной формулировкой — он поднял письмо и прочитал — «Прошу обеспечить свободное посещение занятий на любом факультете по желанию Ивана» — он снова отложил письмо и уставился на меня — Это надо понимать так, что вы будете выполнять некое поручение Наместника, и вам нужен свободный доступ по всей территории академии?

Я слегка опешил.

— Поручение? Ну что вы, господин ректор. Всё намного проще и прозаичней — я просто не знаю что мне интересно в магии и интересно ли вообще. Очевидно из-за этого и появилась эта фраза.

— Вы даже не знаете, интересна ли вам магия, и господин Наследник так этим озаботился, что написал подобное письмо? –я только пожал плечами. А что я могу сказать? — Хорошо, про интерес или его отсутствие мы ещё поговорим, но почему Наместник не указал конкретный факультет?

— Ну… -замялся я — У меня получались разные вещи, и я не уверен, что всё это можно изучить на одном факультете.

— Вы — универсал? –чуть насторожился ректор.

— Я не знаю, что это такое.

— Не знаете –задумчиво повторил за мной ректор — И уровень вашей силы, и склонность к стихиям Наместник тоже просит не проверять. Почему?

Я только пожал плечами.

— Возможно, Наместник не хочет навязывать мне какую-то определённую сферу деятельности.

— Странная заботливость –протянул ректор.

Мне почему-то пришло в голову, что ректор тоже намекает на мои возможные родственные связи с Наместником.

— Вопрос не ко мне –глухо ответил я.

Ректор долго молчал, глядя в окно, потом словно что-то решил.

— Хорошо, молодой человек, в Академию я вас приму, но самый простенький тест на предрасположенность пройти всё-таки придётся –заметив моё невольное движение, сразу уточнил — Только в моём присутствии, в этом кабинете, и о результатах буду знать только я.

Я снова пожал плечами.

— Как скажете, господин ректор.

Ректор достал из шкафа довольно большую прозрачную сферу на подставке, поставил её на стол и приглашающе кивнул мне.

— Прошу!

Я сделал шаг вперёд и остановился.

— А что нужно делать?

Ректор скептически глянул на меня.

— Касаетесь ладонями с двух сторон и стараетесь направить в него свою энергию. В зависимости от типа и силы вашей энергии цвет и яркость свечения будут меняться. Такую проверку проходят все поступающие, так что не беспокойтесь, ничего страшного не случится.

Раз не случится, то и бояться нечего, успокоил я себя. Фактически, я уже принят, и ректор делает это для успокоения совести. Что бы шар ни показал, ничего страшного не случится.

Осторожно приблизил ладони к шару, и по ладоням словно пробежали иголочки. А что, даже забавно. Уже более уверенно сжал шар, и вдруг появилась странная уверенность, что я знаю, что это — самая банальная игрушка для маленьких, которые только-только учатся управлять своей энергией. Вот для чего она! Нужно только захотеть увидеть определённый цвет и направить энергию, а организм сам решит как использовать или преобразовать твою внутреннюю силу. Цвет шара — только для самоконтроля. Уже более уверенно направил немножко энергии в шар, и он плавно почернел. Ну, это ожидаемо — у меня где-то внутри по-прежнему душа демона. Добавил ещё немного силы и шар вообще стал словно сгусток тьмы. Осторожно убавив поток силы, вдруг подумал — ну не всё же во мне так плохо, я и хорошие дела иногда делал! Сменив настрой, снова направил силу, и темнота стала растворяться, быстро сменившись ярким молочно-белым цветом. Совсем успокоившись, ещё поиграл с шаром, пуская чередой красные, синие, зелёные полосы. Потом и это надоело. Чего я, собственно, пыжусь? Шар чего-то там показывает, в академию я уже принят. Отбросив все мысли о сознательном управлении, просто послал энергию в шар — пусть что хочет, то и показывает! Шар, лишившись управления, сразу превратился в месиво разноцветных пятен, а потом из его глубин стали проявляться пятна раскалённого золота. Я уж было решил, что шар вообще станет золотым, но тут шар передумал. Цвет снова стал меняться, как бы светлеть, и через минуту вообще стал сплошь… розовым! Причём, цвет такой, что не ошибёшься — не слабо-красный

Шар отпустил мои ладони, и я поднял взгляд на ректора. Тот на меня внимания не обращал — уставился на сферу, затем сам осторожно коснулся её ладонями. Шар, узнав хозяина, сразу сменил картинку, разрисовав себя яркими красно-сине-зелёными секторами.

Отпустив шар, ректор уселся в кресло и уставился на меня. Прошла минута, другая, но ректор молчал, думая о чём-то своём. Наконец, я не выдержал.

— И что это значит?

— Хотел бы и я знать — что это значит –откликнулся ректор — Пока можно сказать только то, что у тебя нет предрасположенности к какой-то определённой энергии. И универсалом я назвать тебя не могу. Чёрный цвет был великолепен, значит тебе с легкостью будет даваться некромантия –ещё бы, хмыкнул я про себя — Затем шар показал чистый белый цвет, значит ты можешь быть и магом жизни. Как это может совмещаться — пока не знаю. Потом шар показал все стихии — огня, воды, земли, воздуха, причем, эти энергии могли преобразовываться друг в друга или образовывать новые сочетания. Тоже необычно, но, в принципе, возможно. А вот в конце шар показал глубинные слои твоей энергии, и она оказалась розовой.

— А это какая стихия?

— А никакая — мрачно бросил ректор — У нас ещё не было магов с такой энергией. Что это может означать, я не знаю и даже не слышал –он побарабанил пальцами по столу и бросил с неожиданной злостью — Теперь я понимаю Наместника, который просил не устраивать тебе испытания.

— Так ведь ничего страшного не случилось –попытался успокоить я ректора.

— В моей академии будет учиться студент, владеющий неизвестной стихией, а я буду спокоен? –он вдруг остро глянул на меня — Ты уже что-нибудь умеешь из магии?

— Ну, -замялся я –так, кое-что, по-мелочи.

— С этого мгновения ничего, я подчёркиваю, ничего из того что ты уже умеешь, в академии не использовать! Только то, что по программе, только под присмотром преподавателей, только на специально оборудованных полигонах. Если захочется сделать что-то новое, особое, своё, вызывай меня. Я проверю и проконтролирую.

— Я до некоторой степени могу понять ваше беспокойство, господин ректор, но как это будет выглядеть со стороны? Я не из благородных, ничем себя пока не проявил, и вдруг сам ректор будет проводить со мной индивидуальные занятия? Зачем мне и вам всякие слухи?

— Слухи нам, действительно, ни к чему -задумчиво протянул ректор — Хорошо, излишним вниманием я беспокоить тебя не буду, но требование прежнее — действовать только по утверждённой программе.

— А где я буду учиться?

— Где? –ректор снова задумался — Официально зачислим тебя на факультет некромантии, но я постараюсь что-нибудь придумать, чтобы обеспечить тебе свободное посещение занятий других факультетов. Преподаватели будут предупреждены. Ходи, смотри, изучай. Попробуй определиться, что же тебе на самом деле интересно. Может удастся что-то понять и про розовую стихию.

Он взялся за ручку, собираясь писать, и вдруг остановился.

— У нас в академии мы стараемся дать равные возможности всем, поэтому у нас не приветствуется похвальба титулами и богатствами. Иногда молодые люди осознанно меняют свои имена, чтобы не привлекать внимания к своим именитым родителям. Под каким именем записать вас, молодой человек?

— Меня? –я на краткий миг задумался. Стыдиться собственного имени мне было не за что, но и привлекать внимание тех, кому я уже успел перейти дорогу, не хотелось. А, гулять так гулять! Стараясь сдержать ухмылку, ответил ректору.

— Я не против имени Гарри Поттер.

Ректору моя весёлость явно не понравилась.

— Это имя что-то значит?

— Ну… Так в одной из книжек моего детства звали мальчика, учившегося в Академии магии.

Ректор на миг задумался.

— Нет, не помню и, наверное, даже не слышал –он пристально глянул на меня — Надеюсь, этот мальчик учился хорошо?

— Учился хорошо, только постоянно влипал в разные… хм… приключения и чужие тайны.

— А более тихого и скромного ученика у вас для подражания нет?

Я задумался, вспоминая прочитанные когда-то книги.

— Во всяком случае, этот хотя бы не пьянствовал –наконец сказал я.

— А как у вас с пьянством?

— Ну, я могу иногда позволить себе бокал лёгкого вина, но не более. Зачем рисковать без необходимости?

— Отрадно –похвалил ректор, но выражение его лица было совсем не радостным. Если уж студент с таким уровнем силы сам, сознательно, ограничивает себя, значит причины для этого весьма и весьма серьёзные. А ещё неизвестные стихии, подвластные мальчишке. Похоже, он уже начал жалеть о решении принять меня — Ладно, Гарри так Гарри –ректор что-то написал на листке бумаги и протянул мне — С этим пойдёте к коменданту, он выделит вам место в общежитии, выдаст мантию, одежду для физических занятий и объяснит правила. Из главного — на занятиях в учебных корпусах ходить в мантии. В остальное время можно ходить в обычной повседневной одежде. Конечно, не выпячивая и не кичась своим возможным богатством.

Вроде, все просто и понятно. Оставалось только кивнуть, забрать бумажку и откланяться.

Когда дверь за посетителем закрылась, ректор ещё некоторое время посидел в задумчивости, потом позвонил в хрустальный колокольчик. Почти тут же появилась секретарша.

— Ангела, попросите зайти ко мне господина Терно.

Больше не обращая внимания на секретаршу, ректор снова занялся бумагами. Уже начинало темнеть, когда в кабинет беззвучно вошёл мужчина в неприметной одежде. Господин Терно — глава службы безопасности академии. Человек, о существовании которого многие даже не знали. Неплохой маг, умница, эрудит, единственным недостатком которого было то, что чужие тайны он предпочитал узнавать без ведома хозяев. К тому же, понятие безопасности Академии магии трактовалось им очень широко, и в сферу интересов Терно могли попасть и мелкие хулиганы с прилегающих улиц, и королевские особы всех сопредельных с Империей государств.

Терно подошёл к столу и молча уселся в ближайшее кресло. Ректор покосился на гостя и так же молча подвинул к нему письмо Наместника. Терно, как и ректор ранее, оглядел письмо со всех сторон, несколько раз перечитал и вернул обратно, ожидая пояснений. Ректор в задумчивости почесал нос.

— Я хочу, чтобы ты присмотрел за этим мальчиком, Август.

— Мы и так, без всяких команд, присматриваем за студентами. Это входит в наши обязанности –высокопарно произнёс Терно и тут же сменил тон на деловой — А с этим что не так? Скандалист, задира, любвеобилен?

— Он сказал, что может позволить себе только стакан вина, да и то изредка.

— Проблемы с деньгами? –хмыкнул Терно — Или со здоровьем?

— Боюсь, после двух-трёх стаканов проблемы могут начаться у окружающих. Большие проблемы.

— С любым пьяным так –улыбнулся Терно, но ректор остался серьёзным.

— По его словам, он ещё сам не знает чего же ему хочется и что ему интересно. Будет лезть куда надо и не надо, а чем это может закончиться у нас в Академии, ты сам прекрасно знаешь.

— Так может это и к лучшему? Сам полез, сам виноват, и даже если… Мы вообще ни при чём. Нарушил правила безопасности, с дураками такое бывает.

Ректор сердито поджал губы.

— Август, этот мальчик нужен мне живым и здоровым. Нужен мне! Я не прошу заворачивать его в вату, но постарайся по возможности убирать с его дороги особо задиристых и беспокойных.

— Подумаешь… Ну, набьют морду или проткнут пару раз. Обычное дело для младших курсов.

— Боюсь, стычки будут заканчиваться смертью задир.

Терно стал серьёзен.

— Мальчик так опасен?

— Мальчик выглядит вполне разумным человеком, но он может стать крайне опасным. Как минимум, он — некромант с огромным потенциалом. Поэтому и прошу присмотреть.

— А огромный — это сколько? –снова улыбнулся Терно — И в чём это проявляется?

Взгляд ректора стал тяжёлым.

— Август, если ты пустишь дело на самотёк, то трупов у нас будет намного больше, чем мы привыкли. И повторю ещё раз — мальчик нужен мне! Обо всех странностях его поведения, о непонятных происшествиях докладывать немедленно.

Терно примирительно поднял руки.

— Да понял, понял я. Сам буду присматривать за ним как за своим ребёнком –уже вставая, он вроде как сам себя спросил — Минимум — некромант. А максимум этого мальчика — это что может быть?

Ректор сделал вид что не расслышал и снова уткнулся в бумаги. Терно только усмехнулся.

— Ну-ну. Присмотреть, значит? Присмотрим.

Устраиваюсь

Всего и делов-то — оформиться в общагу, но для меня это стало неожиданной проблемой. Это когда ты поступаешь вместе со всеми, тебе всё объяснят и расскажут, а когда ты один и в неурочное время, когда тебя никто не ждёт, приходится тыкаться как слепому котёнку во все стороны. К тому же, только сейчас дошло, что я по местным меркам безграмотный. Глянул на бумажку ректора, но там только строчки непонятных символов. Может, там направление в общагу, а может и что-то вроде «Подателя сего уничтожить немедленно». Посомневавшись, подошёл к секретарше и протянул ей бумажку. Секретарша мельком глянула.

— Это к коменданту.

— Я не знаю где его искать.

— На втором этаже повернёте налево и до конца коридора.

Поблагодарив, отправился на поиски. Самое обидное, что таблички на дверях были, но они для меня были бесполезным украшением. Пришлось спрашивать встречных студентов, но всё-таки нашёл.

Сам комендант мне сразу не понравился. Дородный такой, самодовольный мужик лет сорока. В памяти вдруг всплыло выражение «тыловая крыса». Сам я на фронте не был, не воевал, но для этого мужика кличка была в самый раз. И встретил меня снисходительно, по-барски, и протянутую бумажку взял небрежно. Правда, узнав почерк ректора, мгновенно подобрался, взгляд стал серьёзным, оценивающим. Несколько раз перечитал записку, даже на обороте посмотрел. Потом достал из стола пачку листков, стал просматривать. Один раз задумался, глянул на меня и снова стал искать. Наконец, нашёл. Что-то почиркал на новой бумажке и протянул мне.

— Шестое общежитие, комната двести сорок восемь — я уже хотел уходить, но он меня остановил — Подожди -из шкафа у стены достал свёрнутую мантию светло-синего цвета, весьма объёмный пакет с чем-то мягким, и положил на стол. Потом достал из стола серебристый браслет и что-то там поколдовал. Уже протягивая всё это мне, пояснил — Браслет будет пропуском в общежитие и комнату.

Общагу я нашёл довольно быстро. Да и чего искать — несколько вопросов встречным, и мне всё подробно объяснили. Изначально, когда-то, построили корпуса по направлениям магии, а за ними по периметру общежития для соответствующих факультетов. Задумывалось хорошо, но по факту год от года наборы очень отличались количеством студентов, кто-то из старшекурсников предпочитал жить в городе, и со временем всё перемешалось. «Чистыми» остались только общаги огненного и воздушных факультетов, как самые многочисленные, а в остальных со временем образовалось месиво из студентов всех факультетов и курсов. Единственное, за чем следили очень строго, это деление на женские и мужские этажи. В гости — пожалуйста, но после десяти вечера будь любезен убраться. Наверное, в браслетах были особые метки, и их как-то отслеживали.

Шестая общага формально была некромантской, но здесь жили, как говорится, «каждой твари по паре». Это я уже потом узнал, когда немного познакомился с соседями, а в первый день, как и любой новичок в незнакомом месте, просто осматривался по сторонам, пытаясь понять — что, куда и зачем.

Сама общага мне понравилась. Длинное четырёхтажное здание, больше напоминающее хорошую гостиницу. Никаких грубых каменных блоков, мрачных штор и облупившихся стен в коридорах. Чистенько, культурненько. Массивная дверь на входе. В большом холле справа небольшой закуток с конторкой, за которой сидела женщина-консьержка. Покосилась на меня, но ни слова не сказала и снова уткнулась в своё вязание. Я уже хотел идти дальше, но тут вспомнил, что не знаю даже местные цифры и не смогу найти свою комнату. Пришлось возвращаться к консьержке.

— Извините, — я протянул ей записку от коменданта — не подскажете где мне найти свою комнату?

Женщина глянула на бумажку.

— Тут же написано — двести сорок восьмая. Это на втором этаже.

Я и сам знаю, что двести сорок восьмая, только не знаю как выглядят эти цифры. Стыдоба, но пришлось снова изображать виноватый вид.

— Я не умею читать.

Женщина посмотрела на меня с подозрением, но потом всё-таки сжалилась. Подчеркнула несколько значков карандашом и протянула бумажку обратно.

— На двери твоей комнаты будут такие же знаки.

Оставалось только поблагодарить эту добрую женщину.

В холле на втором этаже оказалось неожиданно много цветов. И не наши опостылевшие фикусы, а… что-то зелёное, пышное. Минимум десятка три горшочков с яркими цветами. Всё такое яркое, светлое, что настроение сразу стало лучше. Да ещё и по три кожаных кресла с каждой стороны холла. Неплохо здесь студенты живут.

По коридору уложена самая

Пару минут я искал свою комнату, сверяя таблички с символами в записке. Оказалось, что это в конце коридора направо. И дверь очень даже культурная. Не из фанеры, а массивная, резная, словно сделанная из одного куска дерева. Я на всякий случай нажал на бронзовую ручку, и дверь легко, словно невесомая, открылась. Странно как-то — ни ключей, ни запоров. Просто открыл и всё.

За дверью оказалась даже не комната, а нечто вроде однокомнатной квартиры. Прямо — небольшая кухонька, в которой разместился небольшой столик, пара стульев и небольшой шкафчик с посудой. Даже маленькая раковина в углу. Готовить не на чем, но перекусить вечером можно. Из коридорчика одна дверь в ванную комнату. Вполне современный унитаз, душевая кабинка и небольшая раковина, и даже зеркало на стене.

Жилая комната вообще выше всяких похвал. Две кровати — полуторки, нечто вроде шкафа-купе у стены слева, ковёр на полу, красивые голубые шторы на большом окне, два чуть ли не кресла, стол с резными ножками и массивной полированной столешницей. Оглядевшись по сторонам, я удовлетворённо хмыкнул. Ну, может и не люкс, но для двоих студентов обстановка более чем приличная.

Кровать, что стояла у дальней стены, была заправлена как попало, и я решил, что сосед у меня уже есть. Сунулся в шкаф, и точно, одна половина была забита вещами под завязку. Ну, трусы-кальсоны-майки, это понятно, но там ещё висел с десяток камзолов (или как там правильно), да ещё и на особой полочке весьма изукрашенный меч. Мда, сосед у меня явно не из простых.

Пока оглядывался, послышался звук открывающейся двери и в комнату быстро вошёл чернявый парень в довольно богатой одежде. Зыркнул на меня, быстро оглядел комнату и вместо приветствия рыкнул на меня:

— Ты кто такой? Чего здесь шаришься?

— Студент –я повернулся к нему — Теперь буду здесь жить. Ты сам-то кто такой?

Парень поджал губы.

— Барон ла Руже. С кем имею честь?

— Гарри Поттер.

— И всё? –почему-то удивился парень.

— А нужно ещё что-то? -не понял я.

— Простолюдин… -протянул парень.

Вообще, он был какой-то странный. Когда влетел в комнату, выглядел настороженным. Когда представлялся, его словно распирало от гордости, а сейчас в его взгляде сквозило… презрение? Прошёлся по комнате, что-то бубня себе под нос, потом снова повернулся ко мне.

— Ну что ж, я ожидал лучшего, но что поделать. Ладно, будешь мне прислуживать. Возьми в прихожей сапоги и почисти хорошенько.

Я с интересом посмотрел на парня.

— Ты, случайно, на солнце не перегрелся?

Лицо парня мгновенно стало жёстким и неприятным.

— Это не обсуждается. Единственная причина, по которой ты можешь остаться в этой комнате — это быть моим слугой.

Дурной наезд начал уже раздражать, и я не сдержался.

— А не пошёл бы ты…

— А за дерзость я могу и наказать –барончик поднял руки, и на ладонях вдруг появились сгустки огня — Огненный факультет, третий курс –с нехорошей усмешкой пояснил он.

— Да хоть пятый –отмахнулся я, усаживаясь на кровать — Вы слишком много значения придаёте красивостям, забывая о гораздо более эффективных вещах.

Барон воспринял это как угрозу и отступил к окну, а огонь на его ладонях стал ещё больше.

— И что же это? -на всякий случай спросил он.

— Ну… -я ткнул пальцем в подушку — Например это –барон напрягся ещё больше, ожидая от меня какой-нибудь подлости — Сегодня ночью, а может быть завтра, а может быть через неделю, когда ты уснёшь, я возьму подушку, положу её тебе на лицо и придавлю. Несколько минут придержать бьющееся в судорогах тело, и труп готов. И ни одна экспертиза не сможет понять как ты умер. Так что можешь весь покрыться пламенем, но конец будет один. Ты хочешь этого?

Барон замер, видимо оценивая мои слова, но всё-таки убрал огонь с ладоней.

— Уррод — прорычал он в ярости.

— Всего лишь студент факультета некромантии –усмехнулся я — Нам важнее результат, а не выпендрёж. Кстати, я смотрю у тебя куртка из кожи? — парень непроизвольно опустил взгляд на себя — Могу тебя обрадовать — хороший некромант может поднять и подчинить своей воле не только труп, но и его части. Кожу, например. Вот и представь, что однажды твоя куртка начнёт шевелиться, а воротник вдруг стянется подобием петли. Это, кстати, можно сделать с отсрочкой, а привести в действие в нужный момент –барончик сверкал глазами, но молчал — Ну что, будем и дальше меряться у кого… огонь ярче, или будем жить мирно?

Парень молчал, и было заметно как его корёжит. Убить меня сейчас у него может и получится, но убить первокурсника в первый же день заселения? Вряд ли ему, третьекурснику, это добавит славы. А если не убьёт, то возможные перспективы я ему уже нарисовал. Ну, на что же он решится?

Барончик посопел носом, побагровел, но не стал ничего говорить и выскочил из комнаты. Ну и тьфу на него три раза. Мне его нервы и психи до одного места.

Можно было обустраиваться, но вещи остались в коляске у ворот Академии, и за ними ещё нужно сходить. Заодно сказать Варнаху, что у меня всё в порядке.

Вроде, чего там — сходить да вернуться, но и тут без приключений не обошлось, в очередной раз напомнив мне, что лёгкой жизни в академии не предвидится.

Только подошёл к воротам, как навстречу вышел прежний охранник.

— Вы доставили письмо ректору? –я кивнул — Тогда прощайте.

— Да нет, не прощайте. Письмо доставлено, я теперь студент академии, так что увидимся ещё не раз. Сейчас вещи заберу и пойду обустраиваться.

— А у вас пропуск есть?

Я насторожился.

— Какой ещё пропуск?

Охранник выглядел равнодушно-безразличным, но я прямо кожей чувствовал, что его распирает от удовольствия.

— Студенты с первого по третий курс могут выйти за ворота и войти обратно только по пропуску, выданному деканом факультета. У вас он есть?

— Какой нахрен пропуск, если мне только вещи забрать из коляски? Вон видишь — стоит коляска, а рядом с ней два человека.

Охранник даже не повернул голову чтобы посмотреть.

— Попытка пересечения линии ворот без пропуска будет пресекаться со всей строгостью. Попытка использовать магию будет расцениваться

Откровенное издевательство над новичком, но показывать свой характер мне сейчас никак нельзя. Закрыв глаза, я несколько раз глубоко вздохнул, загоняя ярость поглубже. Почти удалось.

— Да, правила лучше не нарушать –согласился я — Надеюсь, то, что сюда вещи принесут мои люди, не будет нарушением правил?

Охранник, кажется, от чувства собственной значимости надулся ещё больше.

— Пункт восемнадцать того же параграфа запрещает появление на территории посторонних, не являющихся учащимися академии, преподавателями или обслуживающим персоналом.

— А… -начал было я.

— Исключение только для посетителей руководства и преподавателей академии, и только в сопровождении дежурных охраны.

— И как мне тогда забрать вещи? –помрачнел я.

— Правила допускают приближение к воротам на расстояние двух метров. Вы подходите с этой стороны, ваши люди с той стороны. Бросать вещи через ворота в присутствии охраны правилами не запрещено.

Я снова закрыл глаза, стараясь сдержаться. Мне нельзя, мне нельзя, мне нельзя!!! Я ещё даже двух часов не пробыл в академии, мне нельзя срываться! Лучше смотреть на этот случай как на тренировку моего характера и терпения. Просто тренировка.

Мне даже удалось улыбнуться.

— Как скажете, господин охранник –и уже своим сопровождающим — Варнах, несите мои вещи!

Солдаты, надо отдать им должное, восприняли этот цирк совершенно спокойно. Встали в двух метрах от ворот, легко швырнули мои сумки прямо мне в руки. Можно было уходить, и я почти искренне чуть поклонился охраннику.

— Благодарю за науку!

Махнул рукой солдатам и отправился в новую жизнь.

Меня провожали внимательными взглядами, пока я не скрылся за деревьями. Потом Варнах перевёл тяжёлый взгляд на охранника.

— Сегодня ты прошёлся по самой грани, служивый.

Охранник сразу набычился.

— Не тебе меня учить! Всё строго по правилам! Как написано, так я и действую!

Варнах вздохнул и с сожалением глянул на охранника.

— Непонятно, как ты вообще ещё живой на таком посту.

Осваиваюсь

Успокоиться удалось довольно быстро, стоило лишь вспомнить старый приём — надо относиться к происходящему как к изображению в телевизоре. И тогда все эти амбиции, издевательства и подколки будут выглядеть совершенно по-другому. Что мне этот охранник? Всего лишь мелкая сошка, решившая показать свою власть, а я сижу перед телевизором и наблюдаю за игрой второсортного актёра. Только и всего. И мне нужно продержаться хотя бы несколько месяцев.

Посидев в кресле, немного успокоил нервы, а потом решил всё-таки умыться и переодеться в одежду попроще. Только встал, как в комнату стали заходить весьма накачанные парни лет двадцати — двадцати пяти. Неужто барончик решил ответить мне чужими кулаками? Я невольно отступил к окну, и вдруг почувствовал, как на пальцах стали расти когти демона. Блин, как же не вовремя! Торопливо убрав руки за спину, я внимательно наблюдал за парнями, но те не стали нападать. Так, косились, но никто не кинулся, словно ждали чего-то. Последним в комнату зашёл и барончик с несколькими большими сумками в руках. Тоже покосился на меня, но не сказал ни слова и принялся быстро перекидывать вещи из шкафа в сумки. Несколько минут настороженных переглядываний, но вот вещи собраны, парни подхватили сумки и потащили на выход. Барон на мгновение задержался, и так это небрежно, словно делал мне одолжение, бросил:

— Мне предоставили одиночный номер получше, чем это стойло –тут выдержка ему изменила, и он снова зарычал — Но с тобой, урод, я ещё поквитаюсь!

— Зря ты это сказал –я чуть сдвинулся к нему — Теперь всё неприятное, каким бы случайным это ни выглядело, я буду вешать на тебя. В столовке траванусь, на лестнице споткнусь, морду мне кто набьёт на тёмной улице, во всём будешь виноват ты, а что за этим последует, я тебе уже говорил. Так что молись, чтобы у меня была очень тихая и спокойная жизнь. Ты понял?

Барон побагровел, схватился за меч, но всё-таки не достал его. С трудом пересилил себя, плюнул на ковёр и ушёл.

Я только вздохнул. Ну и ладно, не очень-то и огорчусь. Даже хорошо, что выяснили отношения в первый же день, а то пришлось бы жить с таким ублюдком целый год. Он может и не ублюдок, а, как принято говорить, «продукт социальной среды и воспитания», но мне с такими даже говорить тошно. Посмотрел на руку, но когти уже исчезли. Ну и ладушки, значит я уже успокоился. Теперь можно и умыться, и переодеться, а потом столовку или кафешку поискать. А ещё узнать расписание и расположение корпусов. А ещё выучить местные цифры, чтобы не искать аудитории вслепую. А ещё раздобыть где-нибудь бумагу, ручку. А ещё… видно будет.

Уже стоя под горячим душем, вдруг подумал — интересно, кого ко мне теперь подселят? А может не подселят? Прием студентов давно закончен, барончик вон за час сумел договориться о новой комнате. Значит резерв комнат есть? Может, повезёт, и буду жить один? Эх, о таком варианте можно только мечтать.

После душа сунулся в свои сумки и был очень приятно удивлён. Таня умудрилась в эти аналоги китайских сумок, с которыми у нас в девяностые мотались «челноки», запихнуть все мои вещи. У меня их немного, но тут же лежали все комплекты одежды, которые мне сшили по приказу Наместника. С десяток рубашек всех цветов, нижнее бельё, и даже мой меч с небольшим пузырьком масла для смазки. И даже брусок для заточки положила! Она что, на войну меня собирала? Но больше всего порадовали десяток общих тетрадок и комплект разноцветных ручек. Писали они не чернилами, не пастой, как у нас, но как-то чем-то писали. А ещё Таня зачем-то положила и небольшой расшитый кошелёк с горстью серебра и золота. Я в недоумении погремел монетами. Зачем они мне? Вроде говорили, что питание для студентов на территории бесплатное, но, может, Таня лучше знает? Ладно, карманы не порвутся от нескольких монет.

Быстренько распихав одежду по полкам и вешалкам, для первого выхода решил надеть тёмно-синий костюм, напоминавший форму лейб-гвардии девятнадцатого века (нашего). С золотистым вязанным поясом и короткими сапожками смотрелось очень неплохо. Пояс делал одежду излишне нарядной, строгой, но старик портной, что шил мне одежду, настоял, что иначе смотреться не будет. Если бы не грива волос, которую я с трудом расчесал, и мрачный взгляд, получилось бы

Десяток монет в карман, пару листков бумаги и ручку. Браслет на руке. Что мне ещё может понадобиться? Да вроде всё. Пока у меня в планах только перекусить и узнать расписание.

На лестнице удачно встретился молодой парень в светло-синей мантии, вероятно, возвращавшийся с занятий. Хотел по привычке заступить ему дорогу, но вовремя одумался — здесь всё-таки приличное место, так что не стоит начинать разговор с грубости.

— Слушай, извини, я тут новенький и ничего ещё не знаю. Где тут можно перекусить?

Парень окинул меня взглядом.

— Так за главным корпусом две столовки, мы их зовём Левая и Правая. В какую ближе с занятий, в ту и идёшь — он бросил взгляд куда-то за мою спину — Но на обед ты уже опоздал, придётся ждать ужина.

Я обернулся, но разглядел на стене холла только диск с двумя стрелками и четырьмя полосками в тех местах, где у нас цифры три, шесть, девять, двенадцать. Судя по положению стрелок, часы показывали половину седьмого утра.

— Слушай, а когда вообще завтрак, обед и ужин? — решил на всякий случай уточнить я.

— Завтрак с трёх до без четверти четыре, обед с пяти до без четверти шесть, ужин с половины восьмого до восьми. После восьми можно поесть в забегаловках на первых этажах столовых, но там только пирожки и сладкое, да и то за деньги.

Про ужин ещё как-то было понятно, но завтрак в три утра⁈ Очень хотелось расспросить подробнее, но ещё больше не хотелось выглядеть дебилом в глазах сверстника. Как потом оказалось, числа были правильные, только здесь была принята десятичная система времени (в сутках десять часов, в часе сто минут). У нас, на Земле, тоже одно время носились с идеей сделать десятичное время, но потом идея заглохла. А здесь изначально так было. Первые дни я путался, пытаясь переводить десятичасовое время в двадцатичетырёхчасовое, а потом просто привык. В голове словно появилось два циферблата — смотрю на местные часы, в голове сразу вижу земное. Привычнее как-то.

— А как вы время узнаёте?

— А чего там знать? –не понял парень — Утром куранты бьют, на занятиях звонок звенит.

— А чтобы утром не проспать?

— Не проспишь –хмыкнул парень — И вскочишь, и побежишь.

— Куда побежишь? –не понял уже я.

— Как куда? На пробежки, разминки.

— Зачем? –снова не понял я. Есть, конечно, двинутые на спорте, которые бегают каждый день, но чтобы все бегали добровольно?

— Вот сходишь на занятия по физической подготовке, сразу поймёшь –снова хмыкнул парень — Там такие нагрузки дают, что без дополнительных самостоятельных занятий просто сдохнешь.

Странно как-то. Ещё можно понять про усиленную подготовку боевиков, но зачем такие нагрузки целителям или ещё каким мирным профессиям? Ладно, разберёмся.

— А расписание где можно посмотреть?

Во взгляде парня мелькнуло недоумение.

— Ты что, вводную лекцию пропустил? Там всё должны были рассказать.

— Да я сегодня только приехал, вот и тыкаюсь вокруг как слепой котёнок.

— Аааа… -протянул парень. Не знаю, устроило ли его такое объяснение, но новые вопросы он задавать не стал — Для младших курсов расписание висит в холле главного корпуса, а для старших на кафедрах своих факультетов –наверное, по моему виду он понял, что я сейчас снова начну спрашивать, и сам начал объяснять, не дожидаясь новых вопросов — Младшие курсы — это с первого по третий. У нас светло-синие мантии. Старшие — с четвёртого по шестой курсы. У них темно-синие мантии. У преподавателей — чёрные.

Странное, конечно, деление студентов по цвету мантии, но мало ли. Может это местная традиция, может фирменный стиль университета, а может как цвет пояса в карате показывает уровень знаний и силы. Да и фиг с ним, полгода и в мешке можно походить.

— А почему расписание младших именно в главном корпусе?

— Потому что большинство занятий у них общие и именно в главном корпусе.

— Почему? –снова не понял я.

— Патамушта –улыбнулся парень — Первые полгода идут почти сплошные лекции, и никто не будет читать историю Империи отдельно для каждой группы. Или там математику, траволечение или анатомию.

Чувствовал я себя полным, ничего не понимающим идиотом, но всё-таки спросил.

— А анатомия-то зачем? Я же не целитель, не боевик, Я — некромант.

— А как ты собрался с мертвяками управляться? Чтобы его поднять, нужно знать каждую косточку, каждую мышцу. Да и чтобы упокоить, анатомию тоже нужно знать. К тому же большинство владеют лечебными заклинаниями, так что знания о человеческом теле никому не помешают –на лице парня вдруг появилось предвкушающее-садистское выражение — И со второй недели начинаются практики в морге. Трупы там ворочать, кожу содрать, чтобы мышцы было удобней рассматривать, раны от разных видов оружия посмотреть. Помнится, в первый раз я проблевался, когда мне сказали принести бак, а в нём в растворе головы человеческие плавали.

Видимо, я сглотнул очень громко, потому что на лице парня появилась довольная улыбка. Может, он даже простил мне глупые вопросы.

— Да не бойся –уже снисходительно произнёс он — Это у целителей анатомию три года преподают, а всем остальным только полгода. К тому времени может и сам привыкнешь.

Ну, бля, утешил.

— Ладно, спасибо, пойду погуляю, воздухом подышу.

— Подыши, подыши –оскалился парень — Главное, про морг не вспоминай, а то и ужинать не сможешь. У нас некоторые пару дней есть не могли.

Я проводил взглядом довольного собой парня, отправившегося дальше по лестнице, и матюгнулся. Да уж, умеют же люди поднять настроение. Себе. Сделал другому гадость и пошёл, довольный собой. Но и винить его не за что. Видимо, ему и в самом деле было плохо в морге, а тут посмотрел на мою реакцию, и сразу почувствовал себя многоопытным магом. И обижаться на него бесполезно — я ведь и сам не знаю как буду чувствовать себя в морге. Может только на нашатырке и буду жить.

До главного корпуса добрался без приключений. Общага уже как родная, идти до главного корпуса всего ничего. В холле почти привычная суета, наверное, любого института. Студенты

Сам холл просторный. Потолки метров пять-шесть высотой, полсотни метров от стены до стены. Вообще, у меня такое подозрение, что первоначально это был дворец, а не учебное заведение. Может поэтому и потолки такие высокие на всех этажах, и окна огромные.

Стенды с расписаниями висели справа у центральной лестницы и выглядели вполне привычно — огромные листы ватмана, разлинованные на мелкие ячейки. Осталось только найти свою группу в колонке слева, выбрать дни и на пересечении узнать аудитории и предметы. Ага, всего лишь… Минут пять я таращился на это месиво, пытаясь выцепить хоть одну знакомую букву, но обломался. Пришлось снова обращаться к первому же студенту, подошедшему к расписанию. Снова смущённый вид, извиняющийся тон, снова просьба помочь.

Студент оглядел меня с недоумением (понаберут же неграмотных), но всё-таки снизошёл к моему положению. Повёл пальцем по расписанию.

— Так… Группа некромантов, первый курс, сегодня четверг*. Занятия у ваших уже закончились. На завтра… Первая пара — история Империи в сто двадцатой аудитории, потом математика, а третья пара — анатомия в двести сороковой.

*названия дней недели приводятся «русские земные», чтобы не мучить читателя бесполезными названиями, которые ему никогда не пригодятся.

— Подожди, -перебил я его –сейчас запишу.

Парень в недоумении уставился на листок бумаги и ручку в моих руках.

— Ты же сказал, что не умеешь читать и писать!

— Так я издалека приехал, по-имперски не умею.

— А… -протянул парень, с невольным любопытством следя за моими записями.

Местная неделя оказалась шестидневной с одним выходным. Непривычно, но мало ли. До этого меня такие вещи вообще не интересовали. Не до того было. Утро, полдень, вечер. Всё остальное не имело особого значения.

Пять учебных дней. В среднем три пары в день, но два раза по четыре. Занятия по некромантии всего раз в неделю. В основном теоретические предметы — математика, история, анатомия, теория магии и даже география. За каким чёртом, хотелось бы знать? Может для того, чтобы сразу на первом курсе привести съехавшихся из разных стран к общему знаменателю?

Мой невольный помощник оказался довольно общительным, и под конец даже помог записать номера аудиторий и названия факультетов (по-имперски). С номерами оказалось просто — система десятичная, как и у нас, и нужно всего лишь заменять местные значки на привычные арабские цифры. С названиями факультетов потруднее, но я запомнил их чисто зрительно. На первое время хватит.

Поблагодарив парня, отправился гулять по академии, привыкая к новому месту. Сверяясь с записями, нашёл все нужные мне аудитории. Зрительная память у меня хорошая, так что теперь не заблужусь и не потеряюсь.

Обойдя корпуса, устроился на скамейке у главного входа. Отдохнуть от ходьбы, на людей посмотреть. Вроде, всего несколько часов здесь, а уже почти привык. Чисто внешне — самые обычные студенты, разве что в средневековой одежде, да и это уже давно не режет глаз. Ну, мода здесь такая, что поделать. Да и сам я одет по местной моде.

Сразу были заметны местные «заучки», разгильдяи и «трудолюбивые». Однако, если приглядеться, от привычных мне земных студентов были и отличия. Даже и не объяснить толком, но на лицах у некоторых промелькивала откровенная спесь. Может, у них предки знаменитые, может, сами круглые отличники, а может просто дурь прёт только от того факта, что они поступили в Магическую Академию. Чёрт его знает. Ещё одним странным открытием стало наличие местных «королей со свитами». Вроде, обычные группы парней с девчонками, но обязательно выделялся кто-то один с заносчивым видом, которого остальные слушали, навострив ушки. То ли опять местные отличники или гении, то ли аристократы знаменитые. Ректор хоть и говорил, что похвальба своей знатностью здесь не приветствуется, но это не значит, что этого нет в принципе. В любом случае, мне от таких компаний лучше держаться подальше, а то ляпну что-нибудь простолюдинское, и тут же пожалте вызов на дуэль. И убивать никого не хочется, и самому умирать нельзя. Я тихий, мирный и пушистый. Пока с Таней всё не решится.

Я, наверное, уже пару часов гулял, но вот народ довольно целеустремлённо потянулся куда-то за главный корпус. Неплохо было и пожевать чего-нибудь, и я в надежде, что уже ужин, двинулся за остальными.

Столовая была «типовой» — квадратная двухэтажная коробка без всяких излишеств, покрашенная в светло-бежевый цвет. На первом этаже фойе с гардеробом. Налево что-то вроде кафешки с десятком столиков, направо тоже вроде кафе, но там сидело несколько человек в чёрных мантиях, и я решил, что это только для преподов. На втором этаже гораздо просторнее. Зал заставлен чуть ли не полусотней столиков. На раздаче небольшое столпотворение, правда, очередь рассасывалась довольно быстро. Оказалось, что тут организовано что-то вроде комплексных обедов-ужинов. Три перпендикулярных линии из роликов, на которые повара ставили подносы с уже укомплектованными наборами. В одном была каша с поджаркой, в другом пюре с котлетой, а в третьем жареная рыбка. Хлеб, напитки брали со стеллажей, и очередь двигалась очень быстро. Я, разумеется, выбрал набор с котлетой.

Большая часть студентов сразу поворачивала к столикам, но некоторые двигались дальше вдоль стеллажей со вкусностями, но на выходе, как я видел, им приходилось доплачивать местному кассиру. Довольно здраво — «по норме» тебя накормят очень быстро и бесплатно, а вот за всё остальное будь любезен доплачивать.

Столик я себе выбрал в дальнем углу невдалеке от окошка для приёма грязной посуды. Не очень престижно, зато рядом никого нет, а я получил возможность спокойно наблюдать за местными обитателями. Через неделю-другую всё это станет привычным, обыденным, а пока мне было жизненно необходимо разобраться с местными реалиями.

Ничего особенного я не заметил, разве что мелочи. Во-первых, на ужин пришли от

Закончив ужин, студенты тянулись к окошку для грязной посуды, и я мог их спокойно рассмотреть. Разумеется, не в упор, но краем глаза посматривал.

Может сказывалось то, что здесь большинство — аристократы, может то, что здесь все маги, но и парни, и девчонки выглядели очень даже неплохо. В основной массе молодые, стройные и подтянутые. Во всяком случае, откровенно толстых, уродливых или ещё с какими явными недостатками фигур и лиц я не заметил. В основном белые европейской наружности, хотя были и очень смуглые (типа метисов или южан).

После ужина погулял ещё с часок, а потом отправился в общагу. Закрывшись в комнате, разделся до трусов, умылся и, развалившись на кровати, попытался разобраться в собственных ощущениях от первого дня в академии. Если оценивать чисто бытовые условия, то здесь всё сделано на твёрдую пятёрку. Отличные общаги, чистые корпуса, чистый прибранный парк, чистые столовые. Ни о чём не надо беспокоиться, только учись. Наверняка, и преподы собраны самые лучшие.

А вот с отношениями как-то непонятно. Барончик этот с первых минут попытался наехать, стражник на воротах вёл себя как дебил, которому даже малая власть стукнула в голову. С чего бы вдруг? Неужели они не понимали, что любой нормальный парень, не связанный обязательствами, как я, может сразу свернуть им голову за подобные выкрутасы? Или поступить в академию и остаться в ней настолько важно, что все боятся нарушить дисциплину? Может и важно, но характер и гордость никуда не спрячешь, и кто-то обязательно сорвётся, наплевав на местные правила. Ишь, блин, дедовщину тут развели. Надо обязательно узнать поподробнее про дуэли или что они тут устаивают для выяснения отношений. На мечах мне ничего не светит, но вот магией я могу врезать очень сильно. Правда, потом, скорее всего, придётся быстро-быстро бежать, но вытирать об себя ноги я не позволю. Учатся здесь по какой-то одной стихии, так что встреча с универсалом, как я, может стать оооченнь неприятным сюрпризом для противника. Если, конечно, самому не болтать лишнее и не высовываться.

А ещё мне очень не понравились взгляды девчонок. Ну, как сказать… не понравились. Бабник я, если честно, и готов распушить хвост перед любой особой женского пола, стоит ей только приветливо глянуть в мою сторону. А в академии слишком уж многие девчонки бросали на меня оценивающие взгляды и явно были не против завести знакомство. Тоже странность. Парней минимум в два раза больше, и недостатка внимания не должно быть в принципе, однако имеем что имеем. Может это связано с тем, что первые три курса живут как в закрытом лицее? Нехватка общения и прочее? Опять же, парней гораздо больше, и тоже не прочь пообщаться с противоположным полом. Так в чём же дело? Или это связано с избытком аристократов на квадратный метр, и девчонки заранее стараются найти себе мужа, да чтобы познатнее был? А тут я — новенький и неизвестный. Возможно, даже принц инкогнито. Вот они и строят глазки заранее. Может и так, но мне от этого не легче. Не объяснять же каждой, что я уже женат, и изменять Тане не намерен. Изо всех моих слабых мужских сил не намерен. Надо решать этот вопрос кардинально, пока дело не закончилось очередной женской постелью.

Встав перед зеркалом, внимательно оглядел своё отражение. В принципе, стыдиться мне нечего. Высокий, рослый, широкоплечий. Фигура напоминает молодого Дольфа Лунгрема. Не перекачанная, не пересушенная, без супер рельефа. Просто молодое сильное тело. Лицо чистое, правильное и чисто русское. Довольно симпатичное. Взгляд прямой, пристальный. Глаза голубые, волосы русые, волнистые, словно грива лёгшие на плечи. Не скажу что красавчик, но проблем с женщинами у меня никогда не было. Но в академии и без меня достаточно много хорошо сложенных парней, только взглядов в мою сторону было заметно больше. Чем же я всё-таки я выделяюсь? Новенький? Новизна скоро пройдёт. Был в строгом мундире? Больше я его не одену. Что ещё привлекает женщин? Я снова оглядел своё отражение. Волосы! Точно, где-то читал, что женщин привлекают пышные волнистые причёски. А ещё они должны быть чистыми и приятно пахнуть. Вот же… Вот с этим как раз проблема. Не знаю как и почему, но после того, как я «материализовался» в этом мире, мне волосы вообще можно не мыть — они и так всё время выглядят чистыми и пахнут чистым сильным мужчиной (во всяком случае, Таня не раз так говорила). И что делать? Стричься под ноль и щеголять коротким ёжиком? Не хочется, да и в таком виде я только сильнее привлеку внимание. Потом вдруг вспомнился один знакомый, который очень не хотел стричься перед походом в военкомат. Так вот, придумал он довольно простой способ — смазал волосы маслом. После этого он стал выглядеть как… человек, не видавший воды минимум полгода. И выглядел он настолько неопрятно, что общаться с ним не хотелось даже мне, знавшему, почему он так выглядит. Ну что ж, придётся и мне сделать подобный маскарад. Покопавшись в сумке, нашёл пузырёк с маслом для протирки меча. Несколько капель на расчёску, поводить по волосам. Результат получился странным -нечто вроде купца или аристократа в нашем девятнадцатом веке, когда тоже смазывали волосы лампадным маслом или бриолином. Непривычно, но терпимо. Ладно, попробуем по-другому. Пожамкал волосы руками, а потом просто пригладил ладошками. Вот теперь получилось нормально — этакие сальные патлы, свисающие неопрятными прядями. Ещё небольшим куском тесьмы прихватил волосы сзади, сделав хвост. Вот теперь получилось нормально. Если одеть простую одежду, то получится цельный образ бедного студента, который не приучен даже следить за собой. Ещё надо будет носить в кармане вчерашние носки. Запах от них не то чтобы сильный,

Кстати, надо тетрадку на завтра приготовить, ручки собрать, расписание уточнить. Как-никак у меня завтра первый учебный день. Будь он неладен.

Я уже засыпал, как раздался стук в дверь. Матерясь на нежданного гостя, пошёл открывать. Без всякой задней мысли распахнул дверь, и на мгновение замер, увидев перед собой фигуру в чёрном плаще с капюшоном, под которым вместо лица виднелся череп с горящими красным глазницами. Да ещё и жутью от этой фигуры несло так, словно это гость из ада. Фигура стала медленно поднимать руки, но видно, сказалась моя бурная молодость, проведённая в сплошных драках. На одних инстинктах, я со всей дури пнул в живот этой фигуре, и она отлетела к стене. Раздался сдавленный стон, но я, не обращая на это внимания, подскочил к этому комку тьмы и врезал ногой в то место, где предполагалось лицо. Стон сразу стал булькающим.

Отступив, я огляделся по сторонам. Вроде, больше никого. И что всё это значит? Между тем фигура в плаще смогла повернуться на бок, потом с трудом встала на четвереньки. Раздался слабый мужской голос.

— Ты что, охренел⁈ Это ведь была шутка!

Шутка? Ночью? В полутёмном коридоре? Хэллоуин местный решили устроить⁈

Я от всей души врезал ногой фигуре в плаще, и та снова скрючилась.

— Следующий раз думай — с кем шутить и как шутить.

Уже заходя в комнату, заметил несколько бледных лиц, выглядывавших из-за угла в холле. Это что, зрители собрались? Посмеяться хотели?

Сделал шутливый поклон в их сторону.

— А что, хорошая шутка получилась! Заходите ещё, буду рад помочь развлечься….

Снова стал укладываться, и тут мелькнула мысль — а не барончик ли это подсуетился? Хотя, особого смысла в такой шутке с его стороны я не видел. Чего бы он ни добивался, я ведь в любой момент могу прийти с претензиями, и мало ему не покажется. Или решили пошутить другие студенты? Так теперь этому «шуткарю» точно придётся к лекарям идти. Они этого хотели? Точно — идиоты, подумал я, уже засыпая.

Первый день в академии

Утром понежиться в постели и в самом деле не удалось. Спросонья я даже не понял что произошло. Просто сквозь сон почувствовал (или всё-таки услышал) глухое боооом. Что за… Повернулся на другой бок, и вдруг снова непонятное боооом. Сейчас я вроде как «услышал» этот странный звук. Неужели это и есть звук курантов, о котором предупреждал тот парень на лестнице? Не очень-то и похоже. Не колокол, не… не знаю что, а что-то глухое, проникающее до самого нутра. Может, что-то вроде инфразвука, вызывающего неприятные ощущения? Вроде, не больно, но уснуть уже не получится. И вдруг снова — боооом! Да вашу ж! Встаю я, встаю!

Поплескал водичкой на лицо и стал собираться. Трусы на мне, носки надел. Спортивный костюм оказался почти нормальным — штаны из мягкой ткани со шнуровкой на поясе, кофта типа древних советских «олимпиек», но со шнуровкой, а вот ботинки мне не понравились. Крепкие, кожаные — средневековый вариант берцев. Я уже ко многому привык, но я же не в армии! Немного покумекав, быстренько переделал обувку на свой вкус. Подошва стала сплошной, упругой, внутри появились супинаторы, грубую кожу заменил на замшу. Внешне ботинки почти не изменились, но по сути превратились в привычные кроссовки.

В коридоре и на лестнице никто не встретился, и лишь на улице увидел несколько человек в похожей на мою одежде, сонно бредущих куда-то в сторону парка. Наверное, и мне туда.

Метров через пятьсот добрались и до местного стадиона. В центре продолговатое поле, на котором занимались пара сотен студентов, по краям привычные трибуны. Будь это на Земле, решил бы, что попал на спортивную олимпиаду. На самом поле студенты, разбившись на группы, выполняли местные комплексы упражнений (всякие там наклоны, повороты, махание руками и ногами). В этих группах в основном были девчонки. Парни кучковались на дальнем конце поля, где были установлены спортивные снаряды типа как в уголках здоровья, которые иногда делают в наших парках. Тут упор больше делали на силовые упражнения. Штанги, гири, даже брусья и несколько турников. Ещё часть студентов наматывали круги по беговым дорожкам вокруг поля, но многие почему-то сворачивали и скрывались за трибуной. Интересно, а там что? Я тоже неспешно побежал, пристроившись за одной из групп, но ничего интересного не происходило. Просто бежали по парку, но метров через пятьсот встретилась развилка с непонятным указателем, и несколько человек свернули на боковую тропинку. Ещё метров триста, ещё указатель, и снова несколько человек сворачивают в сторону. У них там что, какие-то особые занятия? Тропинка виляла как пьяная, и в какой-то момент я вдруг обнаружил, что остался один. Вокруг почти настоящий лес. Тропинка становилась всё менее натоптанной, и меня стали одолевать сомнения — по прикидкам, я пробежал, наверное, уже километра три, но никаких признаков забора, зданий и людей не было. Был бы в обычном лесу, решил бы, что заблудился. Но ведь я в Академии! Куда же я бегу?

Уже хотел поворачивать назад, как вдруг послышался топот, и мимо меня пронеслась толпа из человек, наверное, тридцати. Впереди, оторвавшись от основной группы метров на двадцать, легконогой газелью бежала спортивного вида девчонка. Только и успел заметить каштановые волосы, подстриженные под карэ, да обратил внимание на лёгкость, с которой бежала девчонка.

Бежавшие за ней парни выглядели разношерстной толпой. Большинство — крепкие, уверенные в себе, но лёгкости и привычки к бегу у них не было. Может им и хватит выносливости бежать несколько часов, но вот берцами по земле они бухали как табун тяжеловозов, которых кто-то, не подумав, отправил на ипподром соревноваться на скачках.

Странная кампания, но бежали они весьма целеустремлённо, и я решил пристроиться за ними — раз куда-то бегут, может и меня выведут к людям?

Не скажу, что я какой-то выдающийся бегун, но полгода приключений в этом мире хорошенько подсушили моё тело, убрав лишний жир, и бежалось мне не в пример легче, чем этим парням.

Быстренько догнав толпу, уже хотел спросить у последнего — куда они бегут, но от парня плеснуло таким раздражением и неприязнью, что разговаривать сразу расхотелось. Чего

Перебрался в середину группы, но и там та же история. Догнал парня, бежавшего первым, но тот вообще зыркнул на меня с такой ненавистью, что я чуть с бега не сбился. Они здесь что, все больные или я у них кусок хлеба отобрал? Общаться расхотелось напрочь. Ну их нафиг! Лучше догоню девчонку и у неё спрошу. Может хоть она не будет меня ненавидеть.

Ещё немного ускорился, и расстояние с девчонкой стало быстро сокращаться. Оставалось каких-то метров пять, и тут она оглянулась. Недоумение, недовольство, но ненависти, как у парней, вроде, нет. Я уже собрался заговорить, но девчонка вдруг прибавила темп, и расстояние между нами стало увеличиваться. А это почему? Говорить не хочет? Ну уж нет, если я решил спросить, то спрошу обязательно! А то бегу с ними, а они, может, вообще в другой город намылились?

Я тоже добавил темп, и расстояние снова сократилось до пяти метров. Девчонка снова оглядывается, во взгляде снова недовольство, и снова ускоряется. Это уже становилось забавным. Почти как в анекдоте про петуха, бегущего за курицей: «Догоню — согреюсь. Не догоню — всё равно согреюсь!»

Сразу появился азарт. Да и девчонка со спины выглядела вполне достойно, и в голове промелькнули чисто мужские мысли — а что если и в самом деле догнать, и… Не всерьёз, конечно, но бежать сразу стало интереснее. Я ещё прибавил, девчонка, стараясь увеличить дистанцию, тоже, я ещё, она снова…

Вскоре наступил предел — я уже не мог увеличить скорость, из одной только вредности стараясь не отстать, да и девчонке, похоже, дистанция в пять метров уже не казалась такой уж неприятной, так и неслись как связанные.

Уже появились корпуса, и тут открылось благословенное «второе дыхание». Сократив разрыв до двух метров, я мысленно пригрозился: «Ну всё, девонька, сейчас я тебя совсем догоню, и…» Девчонка словно услышала мои мысли и снова прибавила скорости, пытаясь спастись от меня, а мне эта игра даже понравилась — странное удовольствие от погони, игры хищника с жертвой. Даже появилась внутренняя уверенность, что ей от меня не спастись. Догоню, схвачу, и…

Как назло, мы уже подбегали к стадиону. У одной из трибун скопилась довольно большая толпа, которая при нашем появлении зашумела, послышался свист и выкрики. Девчонка, словно в надежде на спасение, рванула к ним изо всех сил, а я, наоборот, стал притормаживать. Не, ну так не интересно. Только я вошёл во вкус, и тут же толпа народа поперёк. Надо было ловить девчонку раньше. Ладно, всё равно «согрелся».

Выравнивая дыхание, направился к тренажёрам. Толпа за спиной чего-то орала, празднуя спасение девчонки, и пару раз мне даже почудилось слово «Рекорд». То ли чьё-то имя, то ли название команды, то ли ещё какие местные заморочки. Прошёлся между тренажёрами, но всё же потянуло к турнику. Сделал несколько упражнений на расслабление, но тело буквально требовало повисеть на турнике. Странное желание, но телу, наверное, виднее. Повисел пару минут, чуть покачиваясь. Хорошо-то как! Спрыгнул, походил ещё. В это время на дорожке показалась редкая растянувшаяся вереница тех парней, что я обогнал в самом начале. Мокрые, усталые. Подбегали к встречающей толпе, но на этот раз свист и выкрики звучали словно с издёвкой. Что у них там за мероприятие такое странное?

Сделал пару подходов по десять подтягиваний, потом захотелось подтянуться «уголком». Ноги пошли вверх, и, не останавливаясь, вверх на перекладину. Только утвердившись наверху, вдруг понял, что без всяких усилий сделал «подъём с переворотом». Странно. Приятно, конечно, что тело стало сильнее и выносливее, но с чего бы это? Я, конечно, качался в своё время, но последнее время было не до этого. Побеги, убийства, труд на свежем воздухе. Или я матереть начал, и это проявление моей взрослости-матёрости? А, чего голову забивать. Тело стало сильнее, так что радоваться надо, а не причину искать.

Сделал ещё с десяток переворотов, потом захотелось проверить себя ещё. Раньше у меня тяжело получался «выход с силой на две руки», а как сейчас?

Сейчас получалось хорошо. Разз, и я уже наверху. Перевернулся вниз, успокоил тело, и снова вверх. Уже наверху обратил внимание, что невдалеке стоит девчонка (вроде та самая, за которой гнался). Довольно симпатичная, с хорошей фигурой спортсменки. И мордашкой чем-то похожа на Наталью Варлей из «Кавказской пленницы». Стоит и очень пристально наблюдает за мной. Раньше я бы раздулся от гордости, а сейчас было наплевать. Ну, смотрит, и что здесь такого? Сделал ещё десяток выходов, потом зацепился носками ботинок за перекладину и повис вниз головой, раскинув руки и чуть покачиваясь. Тело приятно расслаблялось, наполняясь теплом и лёгкостью.

Неожиданно чуть не перед самым носом появились чужие ноги, и женский голос резко спросил.

— Почему ты сдался⁈

Я мысленно матюгнулся — опять какие-то непонятки начинаются. Расслабив носки ног, мягко встал в стойку на руках, затем перекатом встал на ноги.

Глянул на нежданного следователя. Точно, та самая девчонка. Очень симпатичная даже в мокрой от пота рубашке, но почему-то сердитая.

— А кому я сдался? –на всякий случай решил уточнить я.

Девчонка сердито поджала губки.

— Почему ты сошёл с дистанции?

Противно чувствовать тупым идиотом, но за последние сутки это стало моим постоянным ощущением.

— С какой дистанции? –снова не понял я — Извиняюсь, но вы говорите загадками.

Девчонка сердито засопела, но всё-таки снизошла до объяснений.

— Мне надоели приставания парней, и я предложила им пари — того, кто обгонит меня в беге на десять километров, я поцелую. А если победителя не будет, то ко мне больше никто приставать не станет. Ты что, не знал этого? А чего тогда бежал за мной?

Как пишут в книжках, впереди забрезжил свет, и я невольно улыбнулся.

— Так это… подумал что заблудился, вот и пристроился за вами.Хотел дорогу спросить, а вы все убегаете и убегаете. Ну, я и старался не отстать. А как на стадион прибежали, я и успокоился.

Девчонка замерла, а потом чуть ли не зашипела.

— Ты хочччешшшшь сказать, что вместо того, чтобы рвать жилы в этой дурацкой гонке, мы с тобой могли просто бежать трусцой и обсуждать цветочки на полянах⁈

Я невольно хмыкнул.

— Очень интересное предложение, но вы выбрали другое, а я только старался не отстать. К тому же,

— Новый рекорд Академии на дистанции десять километров –хмуро буркнула девчонка.

— Так этим гордиться можно, да ещё и парни теперь приставать не будут.

Девчонка хмуро смотрела на меня.

— Ты пробежал десятку, а потом полез на турник. Не заметно, что ты сильно устал.

— Стимул перед глазами был очень приятный –улыбнулся я — Если ещё будет подобное пари — только позовите.

— И ты его выиграешь — полуутвердительно спросила девушка.

— Не, –засмеялся я -мне гораздо интереснее догонять, чувствовать себя охотником, хищником. В нашей совместной гонке, если она состоится, я обязательно буду вторым.

Фраза получилась двусмысленной. Девчонка хотела было оскорбиться, но передумала.

— Ты много бегаешь? -спросила она вдруг.

— Не, сегодня первый раз.

— Первый? –удивилась девчонка.

— Да, первый. Побежал по лесу и заблудился. Больше так делать не буду.

Девчонка настороженно смотрела на меня, потом кивнула и немного жеманно протянула.

— До свидания.

Странно был видеть переход от раздражения к наигранной светскости, но мало ли. Я тоже кивнул.

— До свидания.

Подружка, ожидавшая у трибуны, уже вся извелась от любопытства, и стоило Яне приблизиться, сразу затараторила.

— Ну, что он сказал? Почему сдался? Как зовут? Из какой группы? Почему мы его раньше не видели?

Отвязаться было невозможно, и Яна лишь устало вздохнула.

— Сказал, что заблудился, а потом увидел нас и решил бежать за нами, чтобы выбраться из парка.

— Врёт! –тут же отозвалась подружка — Мог про дорогу и спросить, и идти спокойно, а не гнаться за тобой до самого стадиона.

— Говорит, что догнать не мог.

— Ага, не мог –возмутилась подружка — Ты вон на последнем издыхании прибежала, парни чуть живые добрались, а этот… ещё и на турник полез. Кстати, а как его зовут?

— Маара, не знаю. Разговор как-то так повернулся, что спрашивать имя было неудобно.

— И про группу не спросила?

— Не спросила. Да и зачем? В обычной форме для пробежек, скорее всего, первокурсник. Уж второй и третий курс мы почти всех ребят хотя бы в лицо знаем.

— Ну и ладно. Всё равно или в столовой, или утром на пробежках увидимся –тут Маара обратила внимание на задумчивость подруги — А ты чего такая… странная?

— Да вот не могу для себя решить — гадость мне этот парень сказал или комплимент сделал — призналась Яна.

— Этот как? — насторожилась Маара.

— Ну, он сказал, что ему интереснее бежать за мной, а не обгонять, и в нашем совместном беге он всего будет приходить вторым.

Маара чуть сдвинулась в сторону и взглядом указала на попу подруги.

— Это он что, намекнул, что на твою попу ему смотреть приятнее, чем в глаза? Тогда однозначно гадость сказал.

— Да все парни на наши задницы пялятся. Да и как он будет на меня смотреть, если обгонит? У него на затылке глаз нет.

Маара на мгновение задумалась.

— Ну, если он ради того, чтобы смотреть на твою попу, готов приходить вторым, то тогда получается… комплимент? –нерешительно закончила она.

— А моему лицу он не мог сказать комплимент⁈ –тут же взъярилась Яна.

— Вот когда встретишься с ним лицом к лицу, да ещё и чистенькая, красивая, с причёской, вот тогда и узнаешь –ехидно заметила Маара.

— Да, тут ты права –сразу успокоилась Яна — Сначала нужно привести себя в порядок, а потом уж думать о знакомстве.

Ну а мне пришлось всё делать в темпе. Бегом в общагу, сполоснуться в душе, причём волосы мыть нельзя. Переоделся в чистое (серенький рабочий костюм). Вчерашние носки в карман, тетрадку в руки. Уже стоял в дверях, и тут вспомнил, что нужно надеть ещё и мантию. Глянул на себя в зеркало, и чуть не сплюнул от раздражения — здоровенный детина в балахоне. Всё болтается, словно в простыню завернулся. Потом, конечно, привыкну, но сейчас чувствую себя полным идиотом на съёмках идиотского фильма. Ладно, как-нибудь переживу…

Потом в уже знакомую столовую, завтрак в виде тарелки овсяной каши и булочки с маслом. В аудиторию я пришёл одним из первых. Обычная лекционная аудитория в виде амфитеатра с небольшой кафедрой для лектора в центре зала. Ну и длинная школьная доска на стене, разумеется.

Привычно забрался на самую верхотуру и приготовился отсиживать положенные часы. Заодно рассматривал быстро прибывающих студентов. Ну что сказать… самые обычные студенты, если не обращать внимание на одежду. Поодиночке и группками, неспешно и торопливо, парни и девчонки уже привычно заходили в аудиторию и рассаживались на свои места. На первых рядах, как водится, почти сплошь девчонки. Средние ряды уже поровну парни и девчонки, а на верхних рядах уже разгильдяи вроде меня. Парочка парней покосились на меня, но не проявили никакого желания подойти и познакомиться. Впрочем, и я не горел таким желанием. Мне бы отсидеть эту пару, потом этот день, потом неделю, месяц и до каникул. Как-нибудь.

По звонку в аудиторию вошёл препод — сухощавый старичок в чёрной мантии. Неспешно разложил свои бумаги на столе, оглядел нас (студентов) орлиным взором и хорошо поставленным голосом сходу начал лекцию.

— Сегодня мы рассмотрим период правления Архия Третьего, заложившего предпосылки к созданию Империи.

Я горестно подпёр голову рукой — о, боги, дайте мне сил вытерпеть всю эту мутотень!

Господин Терно просматривал утреннюю почту, когда в дверь его кабинета кто-то негромко постучал, и сразу, не дожидаясь разрешения, в кабинет зашёл студент в мантии старших курсов. Мужчина бросил взгляд на посетителя, и на лице промелькнуло удивление.

— И как это понимать? — Терно откинулся на спинку кресла.

Посетитель (парень среднего роста, с короткой причёской) понял вопрос правильно и, поморщился, осторожно коснувшись опухшего лица.

— Итог выполнения вашего задания, лэр –чуть шепелявя, проговорил он.

— Я, вроде, не давал задания портить себе лицо –с лёгкой иронией сказал Терно.

— Так и я не мечтал о подобном –с раздражением ответил посетитель.

Взгляд Терно сразу стал жёстким.

— Рассказывай, Ирно. И без эмоций –холодно произнёс маг.

Парень вздохнул, но встал как солдат на плацу.

— Согласно вашего распоряжения, вчера вечером я подговорил нескольких знакомых устроить розыгрыш новенького, прибывшего вчера. Был использован артефакт «малый ужас», маска и прочие атрибуты, которые мы обычно используем в таких случаях. Новенький дверь открыл, но отреагировал совершенно неправильно —

Терно снова откинулся на спинку кресла.

— По статистике, примерно в пяти процентах случаев реакция людей может быть нестандартной. Так могут проявиться особенности организма, воспитания, жизненный опыт, в конце концов –задумчиво протянул он — Однако, это не объясняет твоё опухшее лицо. Я ведь предупредил, что этот студент может быть опасен и специально дал тебе амулет защиты третьего круга. Ты что, не использовал его?

— Использовал, –криво усмехнулся Ирно –только толку от него оказалось не больше, чем от обычного камня с дорожек академии.

Маг снова насторожился.

— Поясни –бросил он коротко.

— Да вроде и нечего пояснять –снова скривился Ирно — Амулет взял, включил, только этот… Гарри его даже не заметил.

— Он смог пробить защиту третьего уровня?

— Не знаю, господин Терно. Я потом проверил — амулет был полон энергии, то есть защита не была разрушена или пробита. Такое впечатление, что защита и этот Гарри друг друга просто не видели и не чувствовали, а вот я его удары почувствовал собственным телом очень даже хорошо. Ночью пришлось даже обращаться к знакомым целителям, а их услуги в неурочное время очень даже недёшевы.

Маг молча достал из стола небольшой звякнувший мешочек и небрежно бросил в руки посетителю.

— На лечение. И сегодня же, со всеми подробностями доклад мне. Кстати, Гарри может тебя узнать при встрече?

— Вряд ли, господин Терно. Маску я не снимал, а голос… Я в те мгновения очень громко булькал кровью, так что вряд ли. Разумеется, если задаться целью и устроить полноценное расследование, то можно, но зачем ему это? Пострадавшей стороной на этот раз был я.

— Ладно, иди –небрежно махнул Терно.

Оставшись один, он в задумчивости побарабанил пальцами по столу.

— Как минимум некромант с огромным потенциалом –повторил он слова ректора — Может пробить руками и ногами защиту третьего уровня. Можно предположить использование какого-нибудь подавителя магии, но кто же использует такие вещи в общаге, просто открывая дверь случайному гостю? Возможно и такое, но не студент же в магической академии! Или там всё не так просто, как кажется? — Терно вдруг хмыкнул — А ведь становится даже интересно — кого же это нам подсунул господин Наместник?

Заседание ученого совета

Обсуждение привычной текучки уже заканчивалось, как вдруг заговорил ректор.

— Прошу ещё несколько минут вашего внимания, господа преподаватели –начал он — У меня небольшое объявление –в ответ только внимательная тишина — Извещаю вас, что я решил провести небольшой эксперимент над нашими студентами первого курса –теперь его слушали внимательно — Все вы прекрасно знаете, что в каждом потоке всегда есть несколько студентов, которые считают, что их распределение на определённый факультет ошибочно, и они заслуживают лучшего.

— Методика определения способностей и распределения по факультетам проверена десятилетиями –не удержался один из преподавателей.

— Всё верно, — согласно кивнул ректор –и вы так же прекрасно знаете, что недовольные студенты всё-таки есть, и первые два года они обычно учатся весьма слабо, и лишь к третьему курсу выравниваются по успеваемости с остальными студентами. Так вот, я решил дать им возможность попробовать себя на других факультетах. Суть эксперимента простая — студентам первого курса будет разрешено присутствовать на занятиях любого другого факультета и любого курса по их желанию.

Сразу послышался гул удивлённых голосов.

— Так это же… это же будет полнейший бардак! –выкрикнул кто-то.

— Ну, не всё так трагично, –чуть улыбнулся ректор –если учесть, что студентов первокурсников, недовольных распределением, на каждом факультете будет от силы человек пять из сотни. Остальные предпочтут учиться как и раньше. К тому же, мы добавим несколько условий, чтобы эксперимент не превратился в «отмазку» от занятий. Во-первых, необходимо вести строгий учёт посещаемости, и к концу семестра общее количество набранных учебных часов должно быть никак не меньше, чем у остальных студентов на основном факультете. Во-вторых, такие студенты или сдают экзамены как все, или могут получать оценки без сдачи экзаменов, но никак не больше тройки. Думаю, большинство очень задумается — а стоит ли свобода таких оценок. Могу предположить, что в итоге свободной посещаемостью воспользуются от силы десяток студентов первокурсников.

— И что это даст?

— Вот я и хочу посмотреть на результаты этих студентов к концу года. Возможно, мы всё-таки не всегда правильно проводим распределение. Возможно, необходимо будет подумать о введении дополнительных курсов по некоторым специальностям, хотя бы факультативно. Возможно, некоторые занятия будет более продуктивно проводить в смешанных группах. Попробуем, посмотрим на итоги года, а там решим о полезности данного нововведения.

Ректор ненадолго замолчал, оглядывая преподавателей.

— Сегодня будет бал посвящения первокурсников, а вот на следующей неделе прошу вас сделать объявление для своих студентов. Возможно, я ошибаюсь, и желающих вообще не будет.

Ректор встал, давая понять, что совещание закончено, и вслед за ним, с некоторой задержкой, начали вставать и преподаватели. Дождавшись, когда большая часть уже ушла, ректор негромко попросил.

— Господин Мерко, задержитесь на минутку.

Мрачноватый мужчина средних лет покосился на других преподавателей, чуть нахмурился, но подошёл.

— Слушаю вас, господин ректор.

— А у меня для вас небольшой подарок –дружелюбно улыбнулся ректор и протянул мужчине тоненькую папочку — Вчера ко мне обратился припозднившийся абитуриент с рекомендательным письмом. Я его проверил и оказалось, что у молодого человека есть некоторая склонность к некромантии. У вас же, как всегда, некоторый недобор? — Мерко кивнул — Я уже и приказ подписал о его зачислении на факультет некромантии.

Мерко молча взял протянутую папку, открыл и быстро просмотрел содержимое.

— Да, слабенько, но хоть что-то, –протянул он, наконец –но меня смущают пара моментов.

— Какие именно? –насторожился ректор.

— Здесь сказано, — Мерко кивнул на папку –что он простолюдин, прибыл из заштатного королевства, и это не очень вяжется с вашими словами о рекомендательном письме.

— Очень даже вяжется –чуть поморщился ректор — Одна влиятельная особа по каким-то своим причинам решила принять некоторое участие в его судьбе. Я поговорил с молодым человеком и не смог составить твёрдого мнения о его желаниях. Вроде он не против учиться у нас, но желание… скорее для

— И зачем он нам?

— Плата за учёбу в течении года уже внесена, чужого места он не занимает, так почему бы и нет? Ну, проболтается этот год, а потом сам и уйдёт. А может возьмётся за ум и начнёт учиться всерьёз.

— Очередной протеже… -декан сморщился, словно хотел сплюнуть — Оценки тоже оплачены?

— А вот с этим можете быть спокойны –ректор незаметно перевёл дыхание — Сразу скажу, что никакого особого отношения к этому молодому человек нет и быть не может. Самый обычный студент, и никаких оценок «по знакомству» быть не должно.

— А если он захочет воспользоваться вашей программой свободного посещения?

— Значит получит сплошные тройки по всем предметам и поставит жирный крест на своей будущей карьере. Только и всего. Повторюсь –никакого особого отношения к этому студенту нет и быть не должно.

Мерко хотел было что-то сказать, но передумал. Коротко поклонился.

— Благодарю, господин ректор.

Ушёл он спокойно, неспешно, и лишь выйдя за дверь зала совещания, позволил себе пробурчать под нос.

— Слишком уж вы старательно подчёркиваете, господин ректор, что особого отношения быть не может. Будь этот парень обычным студентом, вы бы скорее сказали секретарю отнести документы мне, но никак не лично вручать, да ещё и расписывать, какой это простой и безобидный студент. А ещё этот неожиданный эксперимент с посещаемостью… -он даже остановился от неожиданной мысли — А не связано ли одно с другим? Человека с улицы принимают без всяких экзаменов, и тут же появляется новая программа, позволяющая студенту с задатками некроманта посещать занятия целителей или огневиков, да ещё и старших курсов? Если это и в самом деле случится, то… Это что же тогда получится?

Бал первокурсников

Очередной проблемой стал местный день посвящения в студенты. Я ведь опоздал к началу занятий, а вот остальные уже проучились пару недель вместе, немного сдружились, всё устаканилось с занятиями, и теперь можно было с чистой совестью называть всех настоящими первокурсниками. Ну и для закрепления, так сказать, ещё и значки раздадут (типа, вроде вручения наших студенческих билетов). Мне этот праздник вообще до фонаря, если бы не одно «но» — присутствие всех первокурсников обязательно. Вроде как традиция, да ещё будут вручать значки факультетов, которые можно таскать хоть на мантиях, хоть на цивильной одежде. Да ещё и родственники, и знакомые припрутся, чтобы полюбоваться на своих чад. Таня не придёт, значок мне и даром не сдался, так что для меня это только пустая трата времени. Девчонки на переменах только и шушукались про кто и что оденет. Мне готовиться не к чему, разве что засунуть в карманы ещё одну пару грязных носок, несколько раз провести масляной расчёской по волосам, взлохматить их в художественном беспорядке, и на этом мои приготовления закончены. Ну, и ещё немного поработать над одним из костюмов. Портные послушались меня, покрой был очень простой, только вот ткань они использовали очень качественную. Пришлось немного поработать над ней, создавая затёртые обветшалые места на рукавах, вокруг карманов, ну и так, там-сям.

Мероприятие должны были проводить в шесть вечера в одном из залов академии, и я тянул до последнего, чтобы не встречаться с другими студентам. Проскочил в закрывающиеся двери в самый последний момент и, довольный как слон, пристроился в последнем ряду первокурсников. Пока ректор чего-то там вещал, с любопытством огляделся, а поглядеть было на что. Большой зал убранством, освещённостью и количеством нарядных гостей, стоящих вдоль стен, очень напоминал первый бал Наташи Ростовой (как его показывали в нашем знаменитом фильме). Ярко, блескуче и торжественно. Ректор толкал речь у стены с окнами, а у противоположной стены в четыре ряда выстроились примерно две сотни первокурсников. В первых рядах — будущие зубрилки и аристократы, которых прямо распирало от чувства собственной значимости. Средних два ряда — более умные и спокойные, хотя и там у девчонок горели глаза от такого важного события. Почти все одеты нарядно, и лишь в последнем ряду человек пять были одеты очень просто. Может из простого народа, может бедные, но даже на их фоне я (к моему удовольствию) смотрелся вообще нищим. Надеюсь, никому и в голову не придёт упрекнуть меня, если я сразу после награждения смоюсь отсюда. Почти так и получилось. Сначала дождался, пока назовут мою фамилию. Старательно сутулясь, пошёл к ректору за значком. Ректор посмотрел на меня странным взглядом, но значок всё-таки дал. Потом обратно в задний ряд, дождаться окончания вручений. Как только радостная толпа студентов бросилась к своим родичам и знакомым, осторожно стал пробираться на выход. Я был уже почти у двери, как наткнулся на злющий взгляд герцогини Гарнер. Твою ж… Она-то что здесь делает⁈ Герцогиня между тем оглядела меня с головы до ног и буквально прошипела:

— Господин Иван, потрудитесь объяснить — что всё это значит⁈

Я постарался принять независимый вид.

— О чём вы, герцогиня?

— Мало того, что вы не прислали мне приглашение на посвящение, и мне пришлось использовать старые связи, чтобы поздравить собственного внука, так ещё и внук на таком торжестве выглядит как последний оборванец! Вам что, не приходит в голову, что вы позорите честь рода Гарнер⁈

— Герцогиня, вынужден напомнить, что у меня задание и мой вид…

— Задание? –перебила меня герцогиня — В такой одежде у вас может быть только одно задание — подметать дорожки или убирать навоз на конюшне! Ни один приличный студент или преподаватель не захочет с вами даже разговаривать!

— Герцогиня… -начал было я, но она меня снова перебила.

— Немедленно! Идите в общежитие, приведите себя в порядок, наденьте подобающую одежду и возвращайтесь.

— Но зачем? –не понял я — Пока туда-сюда, всё уже и кончится.

— Так надо –многозначительно произнесла герцогиня — Я хочу вас кое с кем познакомить. А насчёт времени… Десять минут туда, десять обратно, десять минут помыться, десять минут одеться. Через сорок минут я жду вас красивого и нарядного.

— Но…

Взгляд герцогини стал нехорошим.

— Иначе мне придётся сообщить сыну что вы делаете всё, чтобы провалить своё задание. Так что вы выберете?

А что я ещё мог выбрать? Поклонившись, чтобы скрыть злость, только и буркнул:

— Я постараюсь не задерживаться.

Всю дорогу до общаги я матерился, стараясь придумать ругань позаковырестей.

Быстренько помывшись, за минуту высушил волосы уже привычным усилием, и тут встал вопрос — что надеть? Выбор, собственно небольшой. Два повседневных костюма и два «на выход». Один в духе лейб-гвардии, я его уже надевал, а второй тоже в духе военного мундира — светло-сине-белый китель со стоячим воротником, немного мишуры в виде декоративных погончиков и аксельбантов, блестящие пуговицы «из жёлтого металла». Вполне могли пришить и золотые, мне было как-то без разницы. Прямые, сужающиеся к низу брюки с небольшими лямочками снизу (чтобы штанины не задирались). Лакированные ботинки, шёлковая рубашка кремового цвета. Можно одеваться, но внутри бушует раздражение. Образ вам мой не нравится? А если я сменю его кардинально? Подойдя к зеркалу, уже привычно позволил демонской сущность чуть-чуть слиться со своим телом. Мышцы мгновенно вспухли, наливаясь силой, стали рельефными. Даже выражение лица стало жёстким. Я ещё нахмурил брови, и вид вообще стал неприятным, но мне это даже понравилось. Фигура — даже лучше, чем у Шварцнейгера в молодые годы, лицо… тоже похожее. Немного мешали рассыпающиеся волосы, и я стянул их резинкой, но не как делают у нас (снизу или на затылке), а сверху, чтобы стояли пучком, чуть рассыпавшись назад.

Стал одеваться, и тут обнаружились минусы моего нового тела — брюки оделись почти спокойно, а вот китель натягивался со скрипом — настолько раздались плечи и грудь. И пуговицы застегнулись с трудом. Теперь главное — дышать тихонечко и не делать широких движений, а то китель просто лопнет по швам. Немного покривлялся перед зеркалом, подбирая образ, и в конце концов остановился на нахмуренных бровях и чуть выдвинутой нижней челюсти. Попробовал сказать несколько слов, но услышал только глухой бубнёж. Слова можно разобрать, но с трудом. А что, может получиться интересно. Если ещё чуть ссутулиться, да ещё и идти раскачиваясь, то будет очень похоже на питекантропа, зачем-то надевшего очень тесный мундир. Посмотрим, понравится ли герцогине новый образ её внука.

По времени я почти уложился, и когда снова вошёл в зал, веселье было в самом разгаре. На балкончике играл самый настоящий живой оркестр, и весь центр зала был занят танцующими парами. В основном танцевала молодёжь, но было и несколько пар, скажем так, примерно среднего возраста.

Я неторопливо пошёл вдоль стен, высматривая герцогиню, и наконец заметил её в обществе ещё двух женщин весьма преклонного возраста. Неужели это и есть очень «важные люди»? Я ещё больше ссутулился, сдвинул брови и выпятил челюсть.

— Добрый вечер, герцогиня.

«Бабуля» оборачивается, в глазах недоумение, затем узнавание, ещё большее недоумение. Я думал, что она начнёт меня знакомить с этими тётками, но герцогиня через силу улыбнулась.

— Прошу простить, нам надо ненадолго отлучиться –и двинулась дальше вдоль зала.

Стоило отойти метров на двадцать, как она развернулась и снова оглядела меня с головы до ног.

— Да, Иван, в артистизме тебе не откажешь. Грязным ты выглядел отвратительно, но сейчас выглядишь ещё отвратительнее. Тебе так важно, чтобы никто не знал твой истинный облик? Это важно для твоей работы? -это было важно для меня, так что я только неопределённо пожал плечами — Я уже заранее знаю чем закончится встреча, но я сама попросила о ней –герцогиня чуть слышно вздохнула — Ладно, сходим, посмотрите друг на друга, поговорим. Может что и получится.

— На кого я должен посмотреть?

Герцогиня с сожалением посмотрела на меня, но ничего не ответила.

Мы снова двинулись по залу, кого-то выискивая. Оказалось, что это очередная парочка женщин, оживлённо о чём-то болтающих. Судя по явному сходству, скорее всего, мама с дочкой. Маме уже под пятьдесят. Породистая как не знаю что. Взгляд умный, но с лёгким пренебрежением к окружающим. И дочка ей под стать. Примерно моего возраста, можно даже сказать красавица, но во взгляде тоже промелькивает высокомерие. Одеты очень красиво — высокие причёски, строгие бальные платья (явно не дешёвые), но вот глубокое декольте у дочки мне не понравилось — слишком уж расчётливо и много было выставлено на всеобщее обозрение. Может я придирался, заранее настроившись на скандал, но мама с дочкой вызывали только глухое отторжение. Почему-то появилась ассоциации с хищницами. Умными, сильными хищницами, высматривающими добычу. О чём бы ни был разговор, но мне здесь уже не нравилось.

Герцогиня повела себя как настоящая светская львица — голос мгновенно стал мурлыкающе-сюсюкающим, счастливая от встречи улыбка на лице. Обозначила поцелуйчик с мамочкой, чуть коснувшись щеками. И сразу: «Ах, графиня, как я рада вас видеть! Вы так хорошо выглядите! А как похорошела Вени, стала такой красавицей!». Ну и прочий светский бред. Наконец они намиловались, и настал черёд представлять меня.

— Познакомьтесь. Это Иван, мой… — вот тут герцогиня споткнулась на мгновение, словно не знала что сказать, а потом выдала странное слово, которое отозвалось в мозгу как «протеже». Ну что ж, очень умно. И не внук, и не студент академии, а так… мимо шёл, попросили присмотреть. И познакомить можно, и ответственности никакой.

Меня внимательно осмотрели, и герцогиня представила уже женщин.

— Графиня Галовская –старшая чуть кивнула — Её дочь леди Вени –такой же чуть заметный кивок доченьки — Вени такая умница, учится в академии уже на пятом курсе. Кстати, круглая отличница –снова чуть заметный кивок отличницы.

Я думал, что начнётся очередной словесный бред, который почему-то называют светской беседой, но не в этот раз. Последовал быстрый обмен многозначительными взглядами, и графиня преувеличенно бодро заявила.

— Ну что ж, пусть дети пообщаются, а мы с герцогиней обсудим некоторые мелкие вопросы.

Вот это подстава! Я что, нужен был только для того, чтобы герцогиня могла поговорить с графиней наедине⁈ Зачем тогда было переодеваться? Постоять рядом я мог и в прежней одежде. Или «встреча» — это моя с этой Вени, а женщины ушли, чтобы нам не мешать? А меня кто-нибудь спросил о моих желаниях? И о чём я должен с ней говорить? О магии? С пятикурсницей⁈ О внешней политике или

— Леди, вы прекрасны как цветок розмарина!

Леди почему-то замерла, и вдруг её лицо пошло красными пятнами.

— Цветы розмарина кладут на могилы. Вы считаете подобное сравнение уместным⁈

— Странно –искренне удивился я — А у нас его посвящают богине любви –не у нас конечно, а в древней Элладе и средневековой Европе, но за цветок я обиделся.

Девушка немного успокоилась, но взгляд всё равно был неласков.

— И где это у вас?

— Где? –я задумался — Иногда иностранцы называют нас Русланд.

— И где это?

Я снова задумался, не зная что сказать. Ну не правду же говорить!

— Ну, это надо спросить у моего кучера. Знаете, в карете путешествовать значительно удобнее, так что о дороге я не сильно задумывался. Сказал кучеру, он и привёз. Но точно знаю, что лошадей перековывали целых три раза -судя по взгляду девушки, её мнение о моих умственных способностях опустилось ниже плинтуса, но может это и к лучшему? Какой спрос с дурачка? Заодно и посмотрим на её поведение. Если ей что-то нужно от меня, то она будет морщиться, но всё равно будет разговаривать и попытается что-то узнать или сделать. Если это должно быть нужно мне, то она будет просто терпеть, ожидая спасения от мамочки. Был ещё и третий вариант — если она такая умная, как её расписывали, и спесь ещё не полностью застила глаза, то мою игру она раскусит в два счёта (не такой уж я великий актёр, чтобы по-настоящему перевоплощаться в другого человека). Так что поиграть на чужих нервах может быть и интересным, и полезным. Если, конечно, меня потом не прибьют за подобные «шуточки».

— Леди Вени, ваша улыбка так ослепительна, что отразилась бы даже на боках моего коня!

У девушки ступор.

— Коня⁈

— Конечно, коня. Он у меня красивый, чёрный, но вы всё-таки красивее.

Ещё больший ступор, но в глазах Вени стал разгораться гнев.

— Это у вас так принято делать приятное девушке?

— Конечно. Самое лучшее и дорогое что есть у мужчины — это его конь. И если мужчина ставит красоту девушки выше своего коня, это и есть лучшая похвала.

Девушка закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться, и даже смогла улыбнуться. Действительно, чего нервничать из-за обычаев и традиций какого-то папуаса?

— Вы приехали по делам?

— Да, решил побывать в ваших знаменитых тавернах. Говорят, в некоторых подают замечательную говядину с пряностями.

— Очень веский повод отправиться в путешествие –почти серьёзно подтвердила Вени — А как вам у нас в Академии?

— Скучно –честно признался я — Людей много, лошадей мало. Поговорить толком не с кем. Вроде, слова говорят понятные, а о чём говорят — всё равно непонятно.

— Может –голос Вени стал вкрадчивым –вам надо было накачивать не только руки и ноги, но и мозги?

Мысленно я аплодировал этой язве, но из образа выходить нельзя. Ещё больше нахмурил брови и мрачно произнёс.

— Мне уже не раз говорили об этом, но мой наставник не знает где у меня эта мышца и как её тренировать.

Вени картинно закатила красивые глаза, словно говорила: «О, боже!». Тут как раз в центре зала что-то стало происходить, народ сдвинулся туда, и тогда я решился на очень рискованную гадость.

Сдвинулся к Вени, повернувшись спиной к залу и закрывая её от остальных, и начал быстро расстёгивать куртку. В глазах девушки удивление, потом растерянность и даже чуть-чуть испуга.

— Ээ… Что вы делаете⁈

Я уже успел расстегнуться чуть не до пупа.

— Мозгов у меня может и мало, но всего остального много, и всё это ваше, стоит только пожелать! –цапнул девушку за руку и чуть ли не насильно положил её ладошку на свою обнажившуюся грудь — Послушайте, как бьётся моё сердце! Это всё от вашей красоты!

Девушка замерла, неверяще глядя на свою ладошку на моей груди, и, кажется, даже не дышала. Ну, это понятно. Я бы тоже не дышал, если бы Вени положила мою ладонь на свою грудь.

На удивление, Вени справилась с оторопью очень быстро. Резко отдёрнула руку и зашипела.

— Немедленно застегнитесь! Вы меня компрометируете!

А что, я не против. Нахамил я знатно, но надо и меру знать. Вон как у Вени ноздри раздуваются, вполне может и пощёчину влепить, а может и что магическое. Быстренько застегнувшись, чуть отступил в сторону, наблюдая за девушкой. Глаза горят яростью, раскраснелась, дышит как после стометровки, но ни одного резкого движения. Вот несколько глубоких вдохов, и она снова само спокойствие, даже снисходительная улыбка на губах появилась.

— Вы очень непосредственны, господин Иван, но больше так не делайте. Не принято так у нас. В империи, столице, магической Академии –в голосе проскользнула злость.

Девушка снова стала само спокойствие, но это только добавило вопросов. Чего в этом спокойствии больше? Выдержки мага, опыта светской тусовщицы или я ей зачем-то нужен? Пока она меня просто терпит, значит, истинной причиной был разговор герцогини с графиней? Но почему им приспичило делать это именно здесь? И я им зачем? Нет, что-то я не понимаю.

На наше всеобщее счастье, вернулись разговорщицы. Оживлённые, весёлые, правда, ровно до того момента, как поглядели на нас. Улыбки сразу стали натянутыми.

— Ну и как вы тут без нас?

— О, Иван оказался интересным собеседником и рассказал столько нового -тут же откликнулась Вени.

— Ага, -поддержал я её –я как раз хотел рассказать о новых подковах для своего коня.

— В другой раз –невежливо оборвала меня герцогиня — Вени пришла сюда отдыхать и развлекаться, так что все серьёзные разговоры отложим на потом.

Это можно было понять как намёк-просьбу об ещё одной встрече, но предложения «заходить в любое время» не последовало. Ну и слава богу.

Женщины ещё немного поворковали, ещё один условный поцелуйчик, и мы откланялись. Уф…

Графиня дождалась, пока фигуры герцогини с парнем затерялись среди других гостей, и только после этого обратилась к дочери.

— Ну и как впечатление?

— Быдло! Самодовольное тупое быдло! –девушку даже затрясло от долго сдерживаемого гнева.

Графиня внимательно наблюдала за дочерью.

— Всё так плохо?

— Ну почему же, — Вени снова взяла себя в руки –если этого Ивана напоить и

— Что это было? –повторила графиня — Герцогиня хотела познакомить тебя с молодым человеком. Очень многообещающим молодым человеком.

— Вот это –многообещающий молодой человек⁈ — Вени в гневе сжала губы — Герцогиня что, считает меня ровней этому… Этому… -девушка снова стиснула зубы.

— Герцогиня прекрасно знает и о твоих успехах, и о твоём уровне магии. Если она решила, что вы могли бы стать хорошей парой, значит молодой человек и в самом деле достойный –графиня помолчала, глядя на дочь — Может вы друг друга не поняли и разругались на пустом месте?

— Мама! –вспыхнула Вени — Теперь и ты будешь равнять меня с этим… скотом⁈ А ты знаешь, что он вознамерился рассказать мне о своих чувствах, затем расстегнул свой китель и силой, представляешь, силой заставил меня положить ладонь на его грудь. Сердце, видите ли у него стучит от моей красоты!

— И как ощущения? –графиня с трудом сдержала улыбку.

— Как от каминной плиты — грудь огромная, твёрдая и пышет жаром. Всё, -девушка стиснула пальцы –знать больше ничего не хочу про этого урода.

— Конечно, конечно, –графиня успокаивающе погладила руку дочери –не говорим, не вспоминаем — и уже про себя — И кто из вас и что не понял? Кто обманул или обманулся?

Герцогиня выбрала тихое место и лишь тогда остановилась. Оглядела меня как в первый раз.

— А про подковы ты хорошо придумал. Даже я в какой-то момент поверила, что ты и в самом деле такой…

Она благоразумно не сказала — какой именно, и я только хмыкнул.

— Я старался.

— Теперь мне придётся оправдываться перед графиней за твоё поведение.

— А мне не хотите рассказать — что это была за встреча и зачем я там был нужен.

Герцогиня помолчала.

— Я хотела познакомить тебя с очень хорошей девочкой.

— Зачем? –не понял я — Я как-то привык сам такие дела делать.

— Умница, красавица, маг, из очень древнего влиятельного рода. Она может стать для тебя очень хорошей парой.

— Не понял -протянул я — У меня есть Таня, а гаремы в Империи заводить вроде как не принято?

Герцогиня напряглась, но ответила твёрдо.

— Таня — всего лишь баронесса и её род прервётся вместе с ней. А ты достоин гораздо большего.

Я в недоумении смотрел на герцогиню. Она что, решила всерьёз заняться судьбой своего предполагаемого внука, и будет действовать с упорством и прямотой танка? При чём здесь Таня? Она моя и это не обсуждается. Или герцогиня и её судьбой захочет управлять? При одной только мысли, что герцогиня (из своих самых лучших побуждений, разумеется), может устроить Тане какой-нибудь несчастный случай, внутри забурлила чернота. Изо всех сил сдерживая нарастающее бешенство, я прохрипел:

— Если мне захочется женского тела в постель, я найду его сам. Если захочется умных разговоров, я найду их сам. И если с головы Тани упадёт хотя бы волос… -угрозы прозвучали бы мелко, и я стиснул зубы — Вечер был тяжёлым, и нам лучше расстаться, пока… –я снова стиснул зубы.

Видимо, я все-таки напугал герцогиню, потому что заговорила она медленно, тщательно подбирая слова.

— Я признаю, что поторопилась и стала принуждать тебя. Больше этого не повторится.

Фраза прозвучала странно. Вроде извиняется, но только за сегодняшний случай. Значит девушек для меня всё равно будет выбирать герцогиня, разве что подсовывать их будет не так грубо? Стиснув кулаки, я чуть поклонился.

— До свидания, герцогиня.

— До свидания, Иван.

Прислонившись к стенке, я подождал, пока герцогиня действительно уйдёт, и только после этого немного успокоился. Идиотский бал! Все веселятся, радуются, и лишь у меня проблемы даже от знакомства. Разумеется, на девяносто девять процентов я сам это устроил, но от этого не легче.

Настроение я всем (в том числе и себе) испортил, можно было возвращаться в общагу, но тут краем глаза заметил в одной из комнат, прилегающих к залу, местный фуршет с закусками и выпивкой. Дожёвывающий на ходу народ как раз бросился на очередной танец, и в комнате у столов крутилась лишь одна девчонка. Толкучки нет, ужин я всё равно пропустил, так почему бы не поесть на халяву?

Большая часть тарелок уже были пустыми, и я двинулся вдоль столов, высматривая что-нибудь посытнее. Заметил одинокий бутерброд с ветчиной, уже потянулся, и вдруг девчонка внаглую цапнула как раз этот понравившийся кусок. Да ещё и обернулась, оглядела и сердито прошипела:

— Что-то вас здесь многовато!

Я в недоумении оглянулся. Вроде только мы с ней. Или она так бутерброд защищает? Девчонка же показала пальчиком на мою грудь.

— Здесь многовато. Неправдоподобно.

И эта туда же. Можно было послать её подальше, но девчонка была весьма симпатичной, и я не стал ругаться. Показушно прижал палец к бицепсу и изобразил шипение спускающейся шины. Пшшшшш… Разумеется, убрал и единение с демоном, и мышцы плавно уменьшились, возвращаясь к нормальному размеру. Сразу стало легче дышать.

Девчонка в недоумении смотрела на мои манипуляции, и лишь когда я убрал руку и смахнул со лба неожиданно пробивший пот, немного отмерла.

— И что это было?

— А, не обращайте внимания –отмахнулся я, выглядывая себе ещё что-нибудь съедобное — Просто специальные накладки под китель, которые можно надуть воздухом. Хотел произвести впечатление на девушек, вот и перестарался с накачиванием.

Девчонка вдруг отложила бутерброд и без всякого стеснения стала тыкать пальчиком меня в грудь.

— Вы ещё не весь воздух выпустили –сказала она наконец.

— Ну, извините, это уже натуральное –с показушным сожалением сказал я — Придётся месяц голодом морить, чтобы меньше стало.

— Всё равно вы большой, непривычно как-то –осуждающе сказала девчонка.

— А… -отмахнулся, найдя себе бутерброд с чем-то вроде паштета — В постели рост и прочее уже не будут иметь значения.

Девчонка замерла, настороженно глядя на меня.

— Вы всегда говорите девушке гадости и пошлости уже в первые минуты знакомства? — спросила она с нарастающим раздражением.

Я словно очнулся. Действительно, что я болтаю и кому?Очень симпатичная девчонка лет семнадцати-восемнадцати. Среднего роста (мне по плечо), с хорошей фигуркой. И вся зелёная — глаза удивительно чистого зелёного цвета, зелёное платье в тон (светло-зелёное у шеи, почти чёрное на подоле), серёжки с камнями зелёного

Я задумался, не зная что сказать. Может меня взбесили первые «смотрины», поэтому и несу непонятно что?

— Наверное, это защитная реакция –наконец произнёс я, надеясь перевести всё в шутку — Вы очень симпатичная, а если ещё и улыбнётесь мне, то я просто утону в ваших прекрасных глазах, и не будет мне спасения. А так будет лучше — мы просто перекусим и разойдёмся в разные стороны. Вы не будете сожалеть о грубияне и пошляке, а я буду спать спокойно. Наверное.

— И грозный воин не боится признаваться в своих страхах перед девушкой?

Девчонка вдруг неуловимо изменилась и улыбнулась так ослепительно, что я невольно потряс головой, отгоняя наваждение от её красоты.

— А вот это уже некрасиво –помрачнел я — Бить в одно из моих слабых мест, о которых я сам же и рассказал, нечестно.

— А их несколько? –девчонка хитренько прищурилась.

Ну вот, уже и женские гены проявились. Я невольно улыбнулся, глядя на повеселевшую девчонку.

— Ни в чём больше не признаюсь, даже под пытками.

— А если так? –девчонка вдруг приблизилась ко мне и её глаза странно расширились. На мгновение перед глазами поплыло, и пришлось снова тряхнуть головой, отгоняя наваждение.

— Глаза закрою и буду шарить по столу вслепую –я наглядно продемонстрировал свои слова — Я вообще-то сюда поесть пришёл.

Тут же влез пальцами в тарелку с корзиночками наподобие наших пироженок, и глаза пришлось открыть. Облизывая пальцы, оглянулся на девчонку.

— Давай, не отставай, а то я большой и могу съесть всё!

Девчонка почему-то выглядела растерянной, но глаза у неё снова были нормальными.

— А почему бы и нет? –непонятно о чем сказала она и тоже придвинулась к столу.

Следующие десять минут мы просто ели. Молча, к тому же. Ну, ладно я, могу съесть что угодно и сколько угодно, но и девчонка ела так, словно её не кормили пару дней. Сначала прикончили всё мясное, потом рыбное, потом добрались и до сладкого. Да и чего там есть? Всего-то пара десятков маленьких бутербродиков наподобие наших канапешек. Потом графинчик непонятного морсика, и только после этого я почувствовал, что немного перекусил.

Хотел незаметно вытереть руки о ближайшую штору, но девчонка это сразу заметила. Достала из небольшой сумочки, висевшей на руке, что-то вроде маленького платочка и молчком протянула мне. Пришлось изображать из себя культурного и вытирать руки этим аналогом наших влажных салфеток. Возвращать грязную тряпочку было как-то некрасиво, и я оглянулся по сторонам в поисках урн. Ничего похожего на виду не оказалось, и пришлось сунуть платочек в карман. Девчонка проводила взглядом свой платочек, но ничего не сказала.

Ну, всё, перекусил, настроение улучшил, можно сваливать. Я повернулся к девчонке и чуть поклонился.

— Приятно было познакомиться.

Девчонка чуть приподняла бровку, изображая недоумение.

— А мы уже познакомились?

Пришлось снова изобразить поклон.

— Иван.

Девчонка на мгновение замерла, но затем царственным жестом протянула мне руку для поцелуя.

— Лили.

Пришлось изображать галантность и чмокнуть пальчики, но это мне неожиданно понравилось. Ладошка узенькая, пальчики тоненькие, кожа мягкая, и неуловимый аромат, который хотелось вдыхать снова и снова. С трудом распрямился и наткнулся на хитрый взгляд Лили.

— Второе слабое место?

— Осталось только определить — в чём именно оно заключается –хмыкнул я — И заодно открою ещё один секрет, о котором женщины не знают или постоянно забывают — мужчины не любят женщин умнее них.

Лили мгновенно помрачнела.

— Они любят дур?

— Женщина может быть в сто раз умнее мужчины, но в общении она должна выглядеть чуть-чуть глупее, иначе мужчина не будет чувствовать себя мужчиной и защитником.

Лили смотрела на меня исподлобья.

— А может лучше поискать умного мужчину?

— Можно, –вздохнул я –только у нас есть поговорка: «Идеального мужчину найти можно, но когда найдёшь, будешь ли нужна ему ты?» К сожалению, встречал женщин — умниц, красавиц, которые так и остались пустоцветом, потому что относились к встречающимся мужчинам с презрением.

Лили зло поджала губы.

— Предлагаешь хватать первого встречного?

— Ну, тут уж каждый решает для себя сам. Лично я придерживаюсь теории двух камертонов. По одному стукнешь, а второй сразу отзывается. Вот тогда люди подходят друг другу. Человек творит или говорит глупости, а тебе радостно, потому что это делается для тебя, чтобы тебе было весело.

Лили смотрела на меня очень серьёзно и вдруг заулыбалась.

— Ты говоришь глупости, а мне весело. Значит ты мне нравишься?

Девушка засмеялась, и её смех звонким колокольчиком рассыпался по комнате. Смеялась она так искренне, от души, что я не выдержал и тоже засмеялся.

— Лили, давай ты будешь очень умной, но чуть глупее меня. Мне так будет легче разговаривать.

Лили мгновенно перестала смеяться.

— А как я это пойму? Ну, что я говорю как надо.

— Если умная, то сама сообразишь, а если глупенькая, то и волноваться не о чем.

Фраза рискованная, и на мгновение мне показалось, что Лили пошлёт меня очень далеко, но она сдержалась. Долго разглядывала меня, потом вдруг спросила.

— А как ты здесь оказался?

— Что значит как? -не понял я — Пришёл ногами.

— Ну… Значка первокурсника у тебя нет, да и возраст не совсем подходящий. Старшекурсники на такие мероприятия ходят только по необходимости, но я не видела, чтобы ты что-то делал или выступал. Наверное, пришёл по приглашению?

Я только хмыкнул.

— Можно и так сказать.

— Чей-то родственник?

Я снова хмыкнул.

— Можно и так сказать. А о себе не хочешь рассказать? Значка нет, на старшекурсницу не похожа. Тоже по необходимости или чья-то родственница?

Лили хитро заулыбалась и повторила мою собственную фразу.

— Можно и так сказать.

— Ну что ж, –я попытался изобразить задумчивый вид –пусть это будет встреча прекрасной незнакомки и прекрасного незнакомца.

— Так мы уже знаем имена друг друга –тут же решила уточнить Лили.

— Вот! –я строго поднял палец — Снова твоя ошибка. Если мужчина сказал, что мы прекрасные незнакомцы, значит это так и есть. Побольше романтизьма, милых глупостей, и вечер пройдёт не так скучно.

Лили заметила мою оговорку про «романтизьм», уже открыла была

— Хорошо, пусть будет романтизьм и глупости.

С Лили, при всей её ершистости, было на удивление спокойно, и я решил не торопиться в общагу. Раз Лили не против побыть в моей компании, то почему бы и нет? Да и приобщаться к местной жизни всё равно придётся. Стащил резинку с волос, киношно покрутил головой, расправляя волосы, затем ещё взлохматил их на манер рок-музыкантов прошлого века и галантно подставил локоть.

— Прошу.

Так под ручку и пошли прогуливаться. У меня знакомых здесь ещё не было (кроме графини с дочкой), у Лили, похоже, тоже, так что мы просто гуляли. К этому времени народ немного рассосался, а вот веселья и суеты добавилось. Мы поглазели на викторину в одном из углов зала, но я даже не понял о чём там спрашивают. Лили, поняла, даже собралась отвечать, но я глянул на неё грозным взглядом, и она сразу стушевалась. Вздохнула, но послушно пошла за мной дальше. Вот и умничка, мы сюда не за ребусами пришли. В одном из залов старшекурсники показывали магические фокусы, и мы с удовольствием посмотрели на огненных птиц, море, плещущее у самых ног, и прочие красивости.

Перебрасывались ничего не значащими фразами, но Лили всё время старалась незаметно выпытать — кто я такой. Я почти сразу сломался и открыл страшную тайну, о которой нельзя рассказывать никому и никогда. Лили с готовностью закивала головой, и я признался, что моим заданием было найти самую красивую девушку этого бала, и я её уже нашёл, она рядом со мной. А раз задание выполнено, то я теперь буду просто отдыхать.

Похоже, с чувством юмора у Лили были проблемы — она долго и серьёзно смотрела на меня, потом неуверенно улыбнулась.

— Это такая шутка, да?

Я наклонился к её ушку.

— А как бы тебе хотелось?

Снова выражение растерянности на симпатичной мордашке. Господи, ну как ребёнка обижать! Стараясь отвлечь её, я оглянулся по сторонам.

— А не пойти ли нам потанцевать?

Честно говоря, танцевать я почти не умею, но, приглядевшись к остальным студентам, понял, что всё не так уж плохо. Может они тут через одного графья да прынцы, но красиво танцевали от силы треть, ещё треть — запинаясь и путая ноги, а остальные компенсировали недостаток умения повышенным энтузиазмом. Особенно парни. На таком фоне может и я не буду выглядеть бегемотом.

Старшее поколение потихоньку расходилось, и оркестр стал играть мелодии попроще. И танцы сменились. Вместо чопорных парных теперь пошли танцы групповые, если можно так сказать. Всякие там змейки, притопы-прихлопы, разбиться на линии мужчины-женщины, снова сойтись, поменяться партнёрами и прочее в том же духе. Пару танцев я присматривался к движениям, настраивался, и всё-таки решился. Протянул руку Лили.

— Пошли.

На удивление, получилось совсем не страшно. Молодёжь веселилась, а кто там и как поставил ногу, насколько это красиво, почти не заморачивались. Главное — из общей мелодии не выпасть, не отдавливать ноги и не очень толкаться. А ещё очень важен весёлый взгляд твоей девушки.

Наверное, целый час мы почти непрерывно танцевали, делая лишь короткие передышки. Было хоть и непривычно, но довольно весело, а вот к концу этого часа у меня появился зуд от какой-то странности происходящего. Лили прекрасно танцевала, знала все танцы, но у меня сложилось впечатление, что этот бал у неё первый. Слишком уж у неё горели глаза от удовольствия от простой беготни в компании ровесников. Ещё удивляла её снисходительность к моему танцевальному «искусству». Я не один раз наступил ей на ноги, не один раз промахивался в движениях, но её это только забавляло. Не то чтобы я был в роли клоуна, но временами появлялось и такое ощущение. А ещё настораживала одна странность — с Лили танцевал только я. Девушка разрумянилась, светилась от удовольствия, да и просто была красивой, но её никто не приглашал на танец кроме меня. Здесь было нормальным на каждый танец пригласить другого кавалера или девушку, многие так и делали, но не с Лили. Пару раз даже заметил, что к нам направлялись парни, не отводившие взгляда от Лили, но потом вдруг чего-то смущались, отводили взгляд и выбирали девушек в стороне. Лили здесь неприкасаемая или меня боятся? Так я, вроде, ничем себя здесь не проявил, даже по морде никому не дал. Так в чём тогда дело? Хотя… Лили, вроде, устраивает как мы проводим время, так какая тогда мне разница?

А потом оркестр заиграл нечто медленное, плавное. Топтаться, обнявшись, здесь было не принято, и в центр зала вышло всего пять пар. У кавалеров левая рука отведена за спину, правая на талии партнёрш. Девушки положили правую руку на плечо кавалера, они начинают плавно кружиться… У меня даже появилось желание протереть глаза — вальс! Немного другие движения, более медленная мелодия, но вполне узнаваемый вальс. Посмотрел на Лили и увидел такую надежду во взгляде, что оставалась только предложить даме руку.

Пока шли к центру, я судорожно вспоминал движения танца. Директриса в школе, дай бог ей здоровья, в приказном порядке потребовала, чтобы мы к выпускному выучили именно вальс. Говорили, что у меня даже неплохо получалось. Лишь бы не опозориться, лишь бы не опозориться…

Маленькая заминка произошла с руками перед началом танца. Лили хотела положить правую руку мне на плечо, но я её осторожно придержал. Не, сделаем как я привык — её левая рука мне на плечо, правая ладошка потонула в моей ладони. Теперь приобнять за талию, и…

Первую минуту Лили была в каком-то ошалелом состоянии. Возможно, из-за моих танцевальных талантов. Во всяком случае, на ноги я ей ни разу не наступил и в собственных не запутался. Вторую она откровенно наслаждалась танцем, а на третьей чёрт дёрнул меня запеть. Ну, сам не знаю что на меня нашло. Или так уж совпали очень похожая мелодия, счастливые глаза Лили, моё хорошее настроение, но я негромко запел, продолжая танцевать.

*песня Амирамова Е. «Молодая»

Последний куплет петь точно не стоило, но я не удержался, спел и его.

Песня стала для Лили шоком. Распахнула глазищи, словно пытаясь что-то во мне увидеть, но на этот раз никакого головокружения я не почувствовал. Потом Лили прикрыла глаза и танцевала уже словно в трансе. Мне даже показалось, что она буквально впитывает песню всем телом. Не знаю как такое возможно, но так показалось. И ещё показалось, что

Когда музыка смолкла, я очень сильно напрягся, запоздало подумав, что за словами о любви может последовать что угодно — от пощёчины до требования жениться. Лили медленно открыла глаза, словно просыпаясь.

— Это было… хорошая песня.

Я облегчённо перевёл дух и осторожно поцеловал её пальчики.

— Это всё из-за красивой музыки и прекрасной девушки. Наверное, скоро и сам начну стихи писать.

Лили улыбнулась, но как-то заторможено. Оглянулась по сторонам и коротко бросила.

— Мне пора.

— Но…

— Не стоит портить впечатление… от песни.

Оставалось только согласно кивнуть.

Я проводил Лили в дальний конец зала, и там она подошла к одной из девушек. Чем-то неуловимо похожа на Лили, но постарше, глаза намного светлее, да и одета в очень «светское» платье. Внимательное разглядывание друг друга, потом Лили нас представила: «Марита. Иван»

Мы коротко кивнули друг другу, и повисло неловкое молчание. Лили словно закрылась и смотрела куда угодно, только не на меня. Марита тоже не проявляла инициативы и ждала чего-то от меня. Снова «включать клоуна»? Нет, Лили права — не стоит портить впечатление от хорошего вечера пустой болтовнёй. Повернувшись к Лили, коротко поклонился.

— Я благодарен тебе за этот прекрасный вечер.

Лили наконец-то соизволила посмотреть на меня. Ничего не сказала, но руку для прощального поцелуя протянула. Я коснулся губами пальчиков Лили, в очередной раз подивился очень приятному аромату, исходившему от них, потом ещё раз поклонился и ушёл. Почему-то слова «До свидания», «Прощай» показались мне неуместными. Что-то между нами с Лили промелькнуло, но непонятно что. Надо успокоиться, отвлечься, может тогда что-то и прояснится. Может быть.

Девушки внимательно смотрели вслед уходящему парню, пока он не исчез в дверях, затем Марита повернулась к Лили и вкрадчивым голосом поинтересовалась.

— И кто же это у нас такой смелый?

Лили осталась спокойной.

— Я же говорила — Иван.

— И что это означает? Имя, кличку, титул?

— Не знаю, мне как-то безразлично.

— И ты его даже не «посмотрела»?

— Сначала не получалось, а потом уже и сама не хотела.

Во взгляде Мариты промелькнуло удивление.

— Что значит «не получалось»? У него артефакт или стоит ментальная защита?

— Не знаю. Я вижу его как обычный человек видит другого обычного человека. Непривычно, но мне даже понравилось.

— Ооочччень интересно — протянула Марита — Но хоть что-нибудь ты про него узнала?

— Конечно — улыбнулась Лили — Он здесь со специальным секретным заданием.

— Каким? — сразу заинтересовалась Марита.

— Найти самую красивую девушку бала — ещё шире улыбнулась Лили — И он её нашёл.

Марина укоризненно глянула на Лили.

— Ох, сестрёнка, каждый второй ухажёр так говорит, когда хочет произвести впечатление на девушку.

— Может быть, очень может быть –задумчиво произнесла Лили — Только вот Иван был очень убедителен.

— Ну, конечно, -в голосе Мариты промелькнули нотки сарказма –высокий, с хорошей фигурой, симпатичный… -заметив изменившийся взгляд Лили, неожиданно поправилась — оооччень симпатичный. Но ведь нам с тобой этого мало, ты видишь людей гораздо глубже.

— Он… Он… — Лили замолчала, задумавшись.

Сестра смотрела на неё с некоторым недоумением.

— Нет, я, конечно, рада, что появился парень, с которым ты смогла провести целый час, но ведь ты о нём ничего не знаешь! — Лили не реагировала и тогда Марита сменила тему — А как ты умудрилась во время танца поставить полог невидимости? Такая красивая пара, так хорошо танцевали, а потом раз, и исчезли.

— Невидимость? –заторможено удивилась Лили — Иван пел мне любовную песню, и я поставила полог тишины.

— Наглец! –на всякий случай возмутилась Марита, потом до неё стал доходить смысл слов, и она не знала что её больше возмутило или заинтересовало — Ты что, дала повод для каких-то надежд⁈

— А что, для любви нужен повод или чьё-то разрешение? –улыбнулась Лили — Ты старше меня всего на четыре года, но иногда рассуждаешь как бабушка Ли. Да и не было у нас ничего, просто как-то всё сложилось одно к одному. Сначала танцевали как все, а потом этот танец — она снова задумалась, вспоминая — Ощущение жара от его руки на моей талии, его глаза так близко. Медленные плавные движения, музыка, а потом эта песня со странными словами. В какой-то момент я просто стала… другой… что ли. А ещё вокруг бурлило целое море непонятной энергии, и она была такая ласковая, такая… -она снова задумалась, вспоминая.

Марита настороженно смотрела на сестру, потом перешла на магическое зрение.

— А ты знаешь, Лили, у тебя в ауре появились золотистые оттенки –сказала она, наконец.

— И что это значит? — спокойно спросила Лили.

— Пока не знаю — Марита тоже стала задумчивой — Если часа общения с парнем оказалось достаточно, чтобы у тебя изменилась аура, то это явно не простой парень. А ещё ты не смогла его посмотреть, и полог невидимости ставила не ты, и про море энергии от обычной песни я раньше не слышала. Однозначно с парнем нужно познакомиться поближе –заметив сердитый взгляд сестры, Марита заулыбалась — В чисто научных целях, разумеется. А вот как мы будем его искать?

— Раз мужчина сказал, что он таинственный незнакомец, значит так и будет.

Марита ехидно улыбнулась.

— Да, вздыхать о таинственном незнакомце гораздо интереснее, –с показным сочувствием произнесла она –но меня-то это не касается. Так что мы знаем? Значка первокурсника я не заметила, знакомых, вроде, у этого Ивана не было. Значит можно предположить, что он не из академии? Чей-то гость? Можно посмотреть списки приглашённых, но там записывают имена тех, кого приглашает академия, а для первокурсников указывают только фамилию студента и количество билетов, которые он попросил. Я, конечно, проверю списки, но это может ничего и не даст. Что ещё? Причёска пышная, у нас такие редко носят. Может Иван приезжий? Откуда? Ты не заметила акцента, каких-то особых словечек? — Лили отрицательно мотнула головой — Может получится зацепиться за фасон костюма? Симпатичный, кстати. Этакое подобие военного мундира, но у нас такие, вроде, не носят. Если покажем рисунок портным, может и подскажут откуда он мог приехать? А уж связать студентов и родственников, приехавших из определённой области, будет намного проще.

— А если не найдём?

— Тогда я скажу отцу, а у него возможностей

У Лили испуганно расширились глаза.

— Он же его убьёт!

— Кого? –не поняла Марита — Парня, который целовал тебе руки (и не один раз, кстати), пел любовные песни, и которого ты даже не можешь просмотреть? Да он его золотом засыпет по самую макушку только за то, что такой парень существует.

— А потом?

— А потом… –на языке прямо вертелось, что отец сделает всё, чтобы такая необычная красивая пара была вместе, но вслух пришлось сказать — А потом видно будет. Для начала этого мальчика надо найти.

Закончился очередной танец, и графиня Галовская с удовольствием смотрела на дочь, идущую под руку с кавалером. Красивая, нарядная, так и светится от удовольствия. И кавалер ей под стать — высокий, стройный, симпатичный. Кажется, дочь говорила, что они учатся на одном курсе. Вот уж извечная доля матери взрослой дочери — каждого молодого человека приходится оценивать как возможного жениха. И счастья для дочери хочется, только каждый понимает его по-своему. У молодых только любовь в голове, а обо всём остальном приходится думать матери.

Кавалер галантно поклонился, поблагодарил за танец, но стоило ему отойти немного, и он сразу начал крутить головой по сторонам, высматривая партнёршу на следующий танец. Значит, только танцы в голове. Или ещё не повзрослел, или так и останется ветреным гулякой.

Дочь что-то говорила, но графиня её почти не слушала. Что-то она сегодня упустила, но непонятно что.

— Мама! Ма-ма!

— Что, Вени?

— О чём ты всё время думаешь? –об этом тебе пока рано знать, подумала графиня — И смотришь на людей очень уж пристально, словно кого-то ищешь.

Заиграла музыка, несколько пар вышли в центр зала, и графиня вдруг осознала, о чём она весь вечер думает и кого неосознанно ищет.

— Да вот решаю сложную задачку –улыбнулась она –может ли на одном балу появиться два человека в одинаковой одежде.

— Почти невозможно –уверенно заявила дочь — Девочки заранее обсуждают кто и что оденет, и даже если случится невозможное и двое придут в одинаковых платьях, одна обязательно уйдёт, чтобы не терпеть такое унижение.

— А мужчины?

— Тоже маловероятно. Одежда у них попроще, но шьют у разных портных, так что совсем одинаковых быть не должно –девушка с подозрением посмотрела на мать — А почему ты вообще об этом спросила?

Графиня указала взглядом на одну из танцующих пар.

— Никого не напоминает?

Девушка всмотрелась, и сердито поджала губы.

— Очень даже напоминает –потом до неё, видимо, дошло, о чём говорила мать, и взгляд стал пристальным — Костюм очень похож, но человек совершенно другой. Фигура, движения, лицо — всё другое. Причёска…-тут во взгляде Вени появилось сомнение — Может быть братья?

Графиня молчала, предоставив дочери возможность озвучить её собственные сомнения.

— А может военные? –девушка продолжала внимательно наблюдать за танцующими — Красивая пара –вдруг сказала она — С таким кавалером и я бы не отказалась потанцевать.

Словно испугавшись её слов, парень с девушкой исчезли. Вени в недоумении оглянулась на мать, потом попробовала использовать магическое зрение, но всё равно ничего не увидела. Она снова оглянулась на мать.

— Какое-то заклинание невидимости? Но зачем? Они что, целоваться собрались?

Графиня с трудом сдержала улыбку — ход мыслей дочери ей очень понравился. До этого Вени оценивала молодых людей только как симпатичных и не очень.

Наконец, музыка закончилась и почти сразу проявилась так заинтересовавшая их пара. Постояли, замерев, потом пошли в дальний конец зала.

— Он ещё и руку ей поцеловал -с непонятной интонацией произнесла Вени, провожая пару взглядом. Руки целовать было принято при встрече, прощании, но после танца? Девушка вдруг ощутила укол неожиданной ревности. Почему этот красивый парень целует не её руки⁈

Графиню же интересовали совсем другие вопросы.

— Когда у вас изучают заклинания невидимости?

Дочь на мгновение задумалась.

— Зависит от уровня дара и способностей. Нам его дают в качестве факультатива, да и не у всех получается. Но девушка очень молода, а парень точно учится не у нас. Я бы запомнила.

— Значит они не из Академии?

— Может и так, –кивнула Вени –но тоже странно получается –пришли двое гостей, а к концу бала уже танцуют, как будто знают друг друга давно. Да ещё и полог невидимости ставят прямо в общем зале. Для гостей магической Академии очень уж смело.

— Тогда что, девушка — первокурсница, а парень её гость?

— Мам, ну не знаю я! Гадать можно что угодно –и вдруг странная задумчивость — Но если парень так силён, то он мог и иллюзию на себя наложить? И если он тот самый, значит герцогиня меня проверяла, а я оказалась такой дурой, что ничего не заподозрила и вела себя как дура!

Девушка сразу стала такой несчастной, что графиня бросилась её обнимать.

— Ну что ты себя накручиваешь на ровном месте! Пока мы знаем только то, что на балу был парень в сине-белом мундире и он, возможно, сильный маг. А может их двое. Завтра в академии девочки обязательно будут обсуждать бал, и кто-нибудь что-нибудь вспомнит или скажет. Тебе останется только внимательно слушать, и может быть задать наводящий вопрос. Кто знает, может он где-нибудь рядом, и следующий бал проведёт с тобой –девушка только вздохнула — И поинтересуйся у преподавателей как обнаружить качественные иллюзии. Как знать, может в будущем тебе это пригодится ещё не раз.

Библиотека

Праздник посвящения устраивали вечером местной субботы, так что на следующее утро я никуда не торопился. Проспал до десяти, потом ещё часок повалялся, делая подарок собственной лени. Только вот желудку и кишкам было наплевать на мои мысли и желания, и они весьма громко напомнили о своих желаниях. Пришлось вставать, умываться. С трудом дотянул до двенадцати, когда местная столовка открывалась для обеда. Пока одевался, пытался придумать — чем себя занять? Видеть никого не хотелось, но и сидеть в комнате как в комфортной одиночной камере, тоже не интересно. Только вот куда податься, чтобы и интересно было и вокруг никого? Можно погулять по парку, посидеть в какой-нибудь беседке, полюбоваться на природу, но это займёт час, другой, а потом что? Дома бы я… а что дома? Выбор тоже небольшой — или в телик пялиться, или с книжкой поваляться. Здесь телика нет, а местной грамоте я не обучен. Так может этим и заняться? Сходить в

Появилась хоть какая-то цель, и жить сразу стало веселее. Обрядившись в свой потёртый костюм, посомневался, но всё-таки приколол на грудь значок факультета некромантов. Серебристая круглая ерундовина из чего-то вроде твёрдого пластика с выпуклым рисунком руки с факелом, из которой поднималось чёрное пламя. Ладно хоть не череп с костями. С одной стороны, выпендрёж, но на вручении ректор вроде говорил, что это для нас как пропуск в мир знаний. Может значок здесь вроде студенческого пропуска в закрытые лаборатории или библиотеку? Ладно, можно и потаскать, не надорвусь. Привычно прошёлся смоченной в масле расчёской по волосам, взлохматил, чуть придавил ладонями, оглядел полученное непотребство в зеркале. Сойдёт. Я снова грязный и некрасивый. Ах, да, две пары грязных носок в карманы, и только теперь можно идти.

В столовке оказалось относительно малолюдно, хотя так и должно быть — старшекурсники могут и в город уходить, а первокурсники, скорее всего, отсыпаются. Я-то ушёл после танца с Лили, а вот до сколько гулеванили остальные, я ведь не знаю. Но так даже лучше — я без всякой толкучки набрал поднос разных вкусностей и спокойно пообедал за свободным столом. Посидел немного, отдуваясь и поглаживая живот, и только потом неспешно двинулся на поиски библиотеки. Долго искать не пришлось — первый же встречный студент внятно объяснил куда и чего, так что минут через пятнадцать я уже был на месте.

Библиотека размещалась в административном корпусе на первом этаже в правом крыле. Там через холл, немного поплутать по коридорам, но если идти сюда во второй раз, то уже не заблужусь.

Библиотека в самом привычном мне смысле. Огромный зал с высоченными потолками. Почти всё пространство занято столами для чтения. Понятное дело, что сегодня не время для научных подвигов, и я заметил только троих студентов-заучек. У одной из стен десятка два кубов с картотеками. Над ними галерея, уставленная книжными шкафами. Почти у входа длинная стойка, над которой виднелась только склоненная голова библиотекарши. Когда я подошёл к стойке, она глянула на меня усталым взглядом, словно спрашивая — ну тебе-то что дома не сидится? По-своему она была права, и я бы с удовольствием отпустил её домой к мужу и детям, но кто мне тогда книги даст?

Я облокотился на стойку, помялся, подбирая слова.

— Ну… Короче, я не умею читать на общеимперском. Нет ли у вас какого-нибудь учебника для самых маленьких? Ну, чтобы там картинки всякие и буквы большие.

Во взгляде библиотекарши появилось недоумение. Неграмотный в библиотеке — это почти как слепой в кинотеатре. Если не хуже.

— Это библиотека магической Академии –с лёгким нажимом сказала она.

Ага, а то я и не догадывался.

— Значит ничего нет?

Женщина задумалась.

— Я, конечно, посмотрю, но ничего не обещаю.

— Да мне бы хоть что-нибудь –жалобно попросил я.

— Ладно, подождите –решилась женщина, и направилась к дверям за её спиной.

Конечно, подожду, раз пришёл. Оглядел зал, но там всё те же трое. На галерее никого, за стойкой никого. Все нашли что-нибудь интересное в других местах, и лишь я как… А что остаётся?

Библиотекарша задерживалась, и я от скуки стал рассматривать рабочий беспорядок на столах библиотекарей. Бумаги, списки, карточки, стопки неразобранных книг. Я неосознанно склонил голову вбок, пытаясь увидеть названия на корешках, но в этом долбанном средневековье названия чаще всего писали только на обложке. Да и что я там собрался прочитать, если читать на местном не умею? А уж на русском здесь книги точно не пишут. Самому стало смешно, но взгляд всё равно непроизвольно скользил по корешкам, и вдруг я заметил что-то знакомое в стопке книг на соседнем столе. Непонятно что, но знакомое. Что это может быть? Сдвинулся к соседнему столу, и руки сами потянулись к одной из книг. Вытащив её из стопки, повертел, разглядывая со всех сторон. Толстенькая такая, и размерами примерно как том Большой Советской Энциклопедии. Обложка из непонятного материала с тиснением, уголки закрыты треугольными накладками из меди. Три строчки непонятных символов, которые я даже не знал с чем сравнить. Но ведь чувствую, что где-то такое видел! Раскрыл книгу, но на тонких страницах всё те же ряды символов. Можно было условно обозначить разделение текста на абзацы, отступы в них, заглавные буквы, но на этом мои успехи кончились. Надо было вернуть книгу на место, но я только крепче прижал её к себе. Не отдам! Непонятно почему, но вид значков что-то будил во мне, вызывая чувство… удовольствия, что ли, словно нашёл что-то родное.

Так меня библиотекарша и застала, вернувшись с небольшой книгой.

— Вот, только это –она протянула мне книжку.

Я цапнул её не глядя, и сразу протянул свою непонятную находку.

— И эту на меня запишите!

Женщина мельком глянула на книгу.

— Эта вам не подойдёт.

— Почему?

— Во-первых, она написана на старовелсарском.

— Выучу –тут же согласился я.

— А во-вторых, она у нас в единственном экземпляре, так что работать с ней разрешается только здесь, в читальном зале.

— Согласен! -закивал я головой.

Женщина с сомнением посмотрела на меня, но потом всё-таки кивнула. Чиркнула что-то у себя на бумажке.

— Работать только здесь, из зала не выносить.

Я с готовностью закивал. Забрал книги, прошёлся по залу, выбирая стол. Почему-то захотелось сидеть подальше от всех, чтобы не мешали. Понравился один из столов у окна. Уселся, букварь отложил на край, даже не взглянув, и уставился на непонятную книгу. Чем же она меня привлекает? Заново перелистал все страницы, присматриваясь к символам. Где я мог их видеть? Точно не на Земле (меня тогда интересовали совершенно другие вещи). Тогда где? Здесь я видел иногда бумажки с буквами, но они все были на общеимперском или ещё каком. Вообще-то язык назывался «ардо», но в разных местах предпочитали говорить «имперский». Ну ладно, это так, размышления.

Я снова принялся рассматривать символы, пытаясь понять что они означают. Рассматривал долго, потом один из них словно отозвался как звук «О». Ну, предположим. Потом ещё один опознался как «кхр», потом ещё один и ещё. Получалось как-то странно — символы могли обозначать и звук, и слог, и целое слово-понятие (ну, типа как китайский или японский иероглиф).

Я снова вернулся на первую страницу и начал читать вслух уже демонским голосом. Не во всё горло, разумеется, а так, чтобы остальные не слышали. Вот теперь дело пошло намного веселее — читаешь, и символы словно наливаются огнём, а их значение всплывает откуда-то из памяти. Первых страниц десять я читал как первоклашка — спотыкаясь и по слогам. К тридцатой начало получаться довольно быстро, а пятидесятой вдруг понял, что и проговаривать слова мне уже не нужно, получалось примерно как при быстрочтении — видишь уже не символы, не слова, а целые предложения и абзацы.

Успех потрясающий, только моей заслуги в этом не было ну ни граммулечки. Насколько я понял, это проснулась (или стала доступна) одна из частей памяти демона. Значит можно предположить, что он в этой, как её… Велсарии или жил, или бывал, или выучил язык по необходимости. Только странно это — Таня говорила, что призывала высшего демона из какого-то другого мира, чуть ли не из других измерений, а Велсария где-то здесь, у дальних границ Империи. Это как совмещается? Ещё странно, что примерно десять процентов символов я прочитать не смог. Основная часть просто влёт, а вот эти не вызывали никаких ассоциаций. Какой-нибудь слэнг, шифровка, или тот демон был двоечником и уроки часто пропускал? А может книга слишком старая и значение этих символов просто забылось?

Посомневавшись, всё-таки пошёл спросить у библиотекарши. Та встретила меня вопросительным взглядом.

— А сколько этой книге лет?

Женщина немного удивилась вопросу, но потом всё-таки глянула в какую-то бумажку.

— Предположительно две тысячи лет.

Ну, тогда почти понятно.

— А… нет ли у вас чего-нибудь посвежее?

Женщина чуть нахмурилась.

— У нас здесь не продуктовая лавка.

— Да нет, не в том смысле –смутился я — Мне бы что-нибудь написанное в последние сто лет.

— Что именно?

— Да что угодно. Хотел проверить некоторые сомнения.

Женщина посмотрела на меня испытующее, но всё-таки сходила и вскоре принесла ещё одну книгу. Я прямо у стойки пролистал книгу, но радости не почувствовал — непонятных символов стало заметно больше.

— А… что-нибудь старое? Написанное тысячи три-четыре назад.

Вот теперь я вызвал у женщины сильные подозрения. Не знаю чем, но вызвал. Я даже подумал, что она позовёт охрану, но обошлось. Посомневавшись, она всё-таки принесла ещё одну книгу — толстенную, здоровенную. Я мельком гляну её — практически всё понимаю. И что всё это значит?

— А сколько лет этой?

Женщина глянула в карточку.

— Здесь указано пять тысяч лет.

Странно, очень странно.

— А можно я поработаю со всеми? — вот сейчас взгляд у женщины стал совсем подозрительным, словно я собрался у неё коробку с бриллиантами своровать — Я могу и поближе сесть –на всякий случай предложил я.

Женщина явно не хотела давать мне книги, но пересилила себя.

— Из зала не уходить.

— Конечно, конечно -с готовностью закивал я.

И чего она так разволновалась? Думает, что я сворую книги и потащу к букинистам продавать? Вот до этого я точно не опущусь. Я хоть и раздолбай, но даже для меня книги — это святое.

Вернувшись за стол, раскрыл книги на серединках, прочитал по десятку страниц из каждой и снова задумался. Получалось весьма странно — самая старая книга читалась влёт, словно была написана на русском. В тысячелетней появились незнакомые символы, а в самой молодой таких символов стало чуть ли не треть. Это, вроде, понятно — любой язык развивается, заимствует слова и понятия из других языков, появляются новые знаки и символы. Но почему демон знает только древний язык? Он ведь погиб недавно? Единственный вариант, который более-менее всё объясняет — демон был здесь как раз пять тысячелетий назад, для каких-то нужд выучил этот язык, поэтому я и понимаю старую книгу. Что это мне даёт? Да ничего не даёт. Чёрт знает какой язык чёрт знает какой страны, которая находится непонятно где. Совершенно бесполезная халява. Хочешь не хочешь, а придётся учить имперский.

Подтянул к себе букварь, и вдруг над ухом раздалось.

— Интересная книга?

Я оглянулся. Рядом со столом стояла симпатюля лет двадцати пяти. Внешне очень похожа на итальянку — брюнетка, черты лица тонкие, словно нарисованы. Симпатичные косички, простенькое платье до пола. А вот взгляд черных глазищ мне не понравился — настороженный какой-то.

— Ещё даже не открывал –буркнул я.

— Я вон про ту –девчонка кивнула на книгу, лежавшую посредине стола.

— Про эту? –я бросил взгляд на книгу — Скукотища. Кто кого родил, кто кого убил, кто с кем породнился. Кому нужно составить родословную до двадцатого колена, может и пригодится, а мне было скучно.

Девчонка чуть ли не зашипела.

— Это история великого народа! Ты не смеешь плохо говорить о чужой истории!

Блин, только скандала мне не хватало.

— Ты правильно сказала — это для меня чужая история. Я не собираюсь никого оскорблять или смеяться, но для меня это чужая история, тем более, тысячелетней давности. И читать было скучно.

— Но ты читал, я же видела!

— Попалась под руку, вот и читал –равнодушно отмахнулся я. Попалось бы что-нибудь другое — читал бы другое.

Девчонка откровенно злилась, но пересилила себя.

— А остальные книги тоже скучные?

— Остальные? -я посмотрел на книги — Вот эта –я ткнул пальцем в самую старую –скорее забавная. Из того, что я успел просмотреть, треть рецептов — откровенное враньё и бред, треть записаны с ошибками, и лишь треть заслуживает внимания.

Девчонка опешила. Несколько раз перевела взгляд с меня на книгу и обратно, и снова зашипела.

— У тебя хватает наглости подвергать сомнению мудрость древних⁈

— Да какая там мудрость? –скривился я — Если чуть подумать, то во время написания это была самая заурядная книга для целителей. Собрали в одну книгу то, что считалось правильным на тот момент, но

Вид у девчонки был такой, словно только что на её глазах рухнул мир, но хотя бы молчала и не рычала на меня. Самый подходящий момент чтобы свалить. Быстренько собрав книги, выбрался из-за стола, и только теперь обратил внимание на ещё одну «итальянку», сидевшую в соседнем ряду. То ли подружка первой, то ли по своим делам пришла, но смотрела она на меня очень внимательно. Чем-то я им обеим не понравился, но я демонстративно повернулся к девчонкам спиной и пошёл сдавать книги. За окном уже темнело, и нафиг бы мне сдались разговоры про историю чужого государства. Сейчас бы ещё успеть в столовку, а то в комнате и корочки сухой нет. И я прибавил шаг.

— Дари, ты что-нибудь понимаешь? –растерянно спросила первая девушка.

— А что ты не понимаешь? –тут же отозвалась спутница.

Девушка насупилась.

— Этот парень читает гораздо лучше меня, и я не понимаю как такое возможно.

— Зато ты читаешь гораздо лучше меня, и я не вижу в этом трагедии. Кому что дано.

Девушка сердито поджала губы.

— Дари, не беси меня! Меня с детства учили читать книги на велсарском, а сейчас выяснилось, что я и в половину не читаю от того как можно.

— Поменьше бы прыгала с мечом и скакала по лесам, может и ты бы так читала.

— Дари! –в глазах девушки появилась злость.

— А что Дари? –вторая девушка уселась поудобней — Пока я слышу только то, что какой-то парень лучше тебя читает книги. Что я должна думать? Что в тебе взыграла самолюбие и гордыня? Или что-то ещё? Так что, Ритара, или говори внятно, или я пойду погуляю.

Первая девушка стиснула кулаки, но пересилила себя. Тоже уселась за стол, что-то обдумывая, и только после этого заговорила.

— Меня задела не скорость, а лёгкость, с которой читал этот парень. Ты же знаешь, у меня были лучшие учителя, но всё равно мне достаточно трудно читать старые тексты. Название альтерам я встречала, но не знала, что это цветок, да ещё и такой интересный. А когда парень с пренебрежением отозвался о древних рецептах, я вообще растерялась. Мы смогли расшифровать многие рецепты, но это ничего нам не дало, потому что нужных ингредиентов здесь просто нет. И вдруг этот некромант говорит о них так, будто проверял их действие. Как такое возможно?

— Ну… может нашёл какие-то книги, прочитал.

— А где он их нашёл и сколько?

Дари покрутила головой, осматриваясь по сторонам, потом молча встала и направилась к стойке библиотекаря. Долго о чём-то разговаривала и вернулась задумчивая.

— Парня зовут Гарри Потер, он первокурсник некромант. Пришёл сюда первый раз за самым простым учебником по имперскому. Говорил, что не умеет читать. На имперском не умеет читать. Книгу по нашей истории увидел случайно в стопке книг, которые ты сдала вчера, и их ещё не успели вернуть на место. Книг на велсарском семьдесят три, но они в основном по истории. По целительству всего шесть книг, и на памяти этой женщины их никто не брал. Так что… — Дари задумчиво постучала костяшками пальцев по столу — Если этот Гарри и набрался знаний, то явно не здесь.

— А где?

— Вот это было бы интересно узнать. Сам он слишком молод, и наверняка у него был учитель. Опять же странно — на велсарском читает свободно, а на имперском не умеет. И где его так учили? И как его взяли в Академию?

— А меня больше тревожит то, что некромант разбирается в древних рецептах. Ладно бы целитель, но некромант? А если он нашёл что-то ещё?

— Вот тебе и цель для расследования –вдруг улыбнулась Дари — А то «мне скучно, опять в пыльных книгах копаться» -передразнила она подругу.

— И как это лучше сделать?

— Ты женщина или кто? Подстроить встречу, познакомиться в спокойной обстановке. Предложи помочь с имперским, а когда наладишь отношения, невзначай вспомнишь про велсарский, попросишь тоже помочь. Ну, или наоборот –сначала велсарский, потом имперский.

— А если он не захочет?

— Помнится, из наших парней ты ниточки вила.

— А если этому Гарри есть что скрывать, и он не поддастся?

Выражение лица Дари стало жёстким.

— Тогда придётся применить другие меры… убеждения. В крайнем случае, просто захватим и увезём домой. Там-то всё из него вытрясем.

— Ага, тебе всё просто — Ритара нахмурилась — Само похищение студента прямо из Академии уже будет скандалом, а если ещё и увезём к себе, то и вообще…

— Ну, тогда пойдём по самому сложному пути –легко согласилась Дари — Завтра наведёшь красоту и пойдёшь соблазнять некроманта. Будет о чём в старости вспомнить.

— От него воняет, — Ритара совсем помрачнела -а волосы такие грязные, что жир чуть ли не капает. Ты же видела.

— Жир? Когда он проходил мимо, мне почудился запах масла для смазки оружия. Очень хорошего масла. Кстати, — Дари на мгновение задумалась –он что, оружие чистил? Учебное чистят очень редко, а вот зачем ему чистить своё? Где он мог его использовать? — девушка встряхнулась — Ты повнимательнее с этим парнем. Студент, чистящий оружие в магической академии, мне уже не нравится. А можем сделать по-другому — при первом же удобном случае предложи ему спарринг со мной. Хоть с оружием, хоть без. Я его прощупаю, а может и он меня сумеет пощупать –девушка захихикала, довольная своей шуткой.

— У тебя только одно на уме –осуждающее буркнула Ритара.

— А почему бы и нет? — Дари потянулась, демонстрируя прекрасную фигуру — Я — молодая, красивая, здоровая, полна сил. Знаешь ли, хочется иногда, чтобы подошёл какой-нибудь красавчик, обнял крепко, да так,

— После того, как ты на тренировке покалечила сразу троих парней, никто из них добровольно к тебе уже не подойдёт –мстительно заметила Ритара.

— А ты никому не говори –тут же отозвалась Дари — Особенно Гарри. Пусть для него сюрприз будет.

— И как после этого с ним отношения налаживать?

— Да так даже лучше получится –я его немножко побью, а ты его пожалеешь. За раненым воином ухаживает прекрасная девушка… Чем не повод для романтической истории?

— Ага, а потом он вспомнит что ты моя подруга и будет шарахаться уже от меня. Может, сделаем наоборот — ты будешь соблазнять, а я пугать? Чуть-чуть.

Дари снова на мгновение задумалась.

— Не, не получится. Ты же знаешь, я отношусь к заданиям серьёзно. Сказали соблазнить — значит надо это сделать быстро и без ошибок. Про древние книги я и не вспомню. А думать я буду… -девушка приняла скромный вид и стала застенчиво водить пальчиком по столу.

Подруга вздохнула.

— Как всегда — что полегче и интереснее, то себе, а как с некромантом общаться, так Ритара.

Дари мгновенно стала серьёзной.

— Мы можем просто встать и пойти гулять. Одни. И сегодня, и завтра. Разговор про какие-то возможные тайны завела ты.

— Да, я –вздохнула Ритара — И не прощу себе, если не попытаюсь хоть что-то узнать –она помолчала — Ладно, пойдём разрабатывать операцию по соблазнению.

На ужин я всё-таки успел. Половина зала тонула в темноте, большая часть столов ощетинились ножками перевёрнутых стульев, но на раздаче в последний момент удалось выцепить тарелку с чем-то вроде перловой каши и даже с двумя рыбными котлетками. Ещё кружку с отварчикам наподобие чая, три кусочка хлеба, и я облегчённо перевёл дух. До утра дотяну.

Кроме меня в зале сидел ещё один студент, меланхолично что-то жевавший, уставившись в тарелку. Совершенно не хотелось ему мешать, но по дороге у меня возникло несколько вопросов, и мне позарез хотелось получить ответы. Я двинулся к его столу.

— Не против, если я присяду?

Парень поднял голову, посмотрел на меня отсутствующим взглядом и снова уставился в тарелку. Ну, вроде, явного отказа нет. Усевшись за стол, запихнул в себя котлету, с трудом прожевал (не люблю рыбные котлеты), и не удержался от вопроса.

— Слушай, я тут услышал про какой-то велсарский язык. Ты не знаешь что это такое?

Парень словно не слышал меня — всё так же меланхолично жевал, словно меня рядом не было. Я уж было решил, что парень глухой, но он вдруг заговорил, всё так же не поднимая взгляда от тарелки.

— Это древний язык Орлора.

Очень информативно. Что это язык, да ещё и древний, я уже и так знаю.

— А… Орлор — это что?

Снова долгое молчание.

— Орлор — это королевство демонов у западных границ Империи.

Я так и замер с ложкой у рта.

— Каких ещё… демонов⁈

Парень наконец-то поднял взгляд на меня.

— Ты вообще откуда такой явился, что ничего не знаешь?

Упрёк был резонный, уже привычный, но и у меня отмазка тоже привычная.

— Очень издалека. Страна такая есть, Русланд. Приехал неделю назад и многого пока не знаю.

Парень задумчиво глядел на меня.

— Странно. О такой стране и я не слышал –он снова склонился над тарелкой — А про Орлор у нас знают все. По легендам, примерно пять-шесть тысяч лет назад в том месте, где сейчас Орлор, произошёл прорыв из какого-то другого мира, и к нам пришли демоны. Много демонов, разных. Были и как собаки, были размером с лошадь, были человекоподобные, но с огромными когтями и клыками. А самыми страшными оказались высшие демоны, которые владели магией и могли принимать облик обычного человека. Люди хотели уничтожить демонов, демоны хотели уничтожить людей, и начались кровопролитные войны, которые длились несколько столетий. Огромные области обезлюдели, и ещё несколько столетий все только сторожили друг друга, не решаясь напасть. А потом выяснилось, что воевать-то уже вроде как и не с кем — почти все демоны или погибли в боях, или умерли от старости. Те немногие, что остались, брали себе человеческих женщин, и со временем их потомки растворились среди людей. Через тысячу лет Орлор превратился в обычное человеческое государство, и единственное, что отличает его от других — это память о предках демонах. И управляют страной представители тех родов, что ведут свою родословную от высших демонов. Для них это наивысшая ценность, и за любое сомнение или шутку по этому поводу тебя сразу убьют. Хотя, со временем всё так перемешалось, что хотя бы капельку древней крови можно найти у любого жителя Орлора.

Парень снова принялся за еду, да и я тоже, не замечая вкуса этой самой еды. Всё получалось как-то… дико. Если демоны сюда прорвались, то… это не мой демон бывал здесь в древности, а предки и тех демонов, и у моего (чёрт, уже думаю о себе как о демоне) были общие, из какого-то другого мира. И я вполне могу встретиться с каким-нибудь тридцатиюродным пра-пра-пра-пра-пра — двадцать раз пра — племянником. Интересно? Не очень. Наместник очень не хотел, чтобы секрет вызова демона остался известен хоть кому-то, даже танину книгу заклинаний уничтожил, и если я хотя бы попытаюсь завести знакомство в Орлоре, то что он может подумать? А он подумает, что я хочу повторить прорыв и нашествие демонов. И что он после этого сделает? Он меня уничтожит. А заодно и Таню, как свидетеля и мать, возможно, ещё одного демона, моего сына. Значит, в Орлор ни ногой. Больше никаких книг на велсарском. Никакого общения с жителями Орлора. Кстати, та девчонка, с которой разговаривали в библиотеке, очень уж близко восприняла к сердцу мои высказывания про древнюю историю. Уж не из Орлора ли она? Значит, и с ней, и с её подружкой больше никаких контактов. Нафиг-нафиг, рисковать не стоит.

— Ты сказал, что велсарский –это древний язык Орлора. А сейчас они на каком разговаривают?

Парень снова словно не услышал меня. То ли он тормознутый, то ли так тщательно обдумывает каждое слово перед тем как сказать.

— На велсарском, вроде, и сейчас говорят, но только высшая знать. Что-то вроде признака принадлежности к избранным. Но не думаю, что предки узнали бы свой язык. За тысячелетия

— А книги на каком пишут?

— На синтара, конечно.

Синтара, значит. Но спрашивать что это значит, я не буду! И так уже местным дурачком скоро будут обзывать. И за дело, кстати. Надо было сказать парню спасибо, но я не удержался от маленькой подколки.

— Ты, наверное, отличник?

Парень даже не оторвал взгляда от тарелки.

— Когда это необходимо –буркнул он.

А раз мы в Академии, значит, отличник.

— Спасибо, что помог хоть немного разобраться.

Парень даже не поднял голову, всё так же меланхолично пережёвывая очередной кусок. Наверное, местный гений. Оставалось только кивнуть и уматывать восвояси.

А на следующий день ближе к вечеру раздался негромкий стук в дверь, и у меня сразу испортилось настроение. Я изо всех сил старался не заводить друзей, и уж тем более никого не приглашал к себе в комнату. Если кто и может прийти, то только случайно. В моём случае, это примерно как в открытом космосе услышать стук в люк космической станции. Теоретически возможно, но что-то хорошее вряд ли принесёт.

За дверью оказался не страшный зверь, а всего-то лишь та «итальянка», с которой я разговаривал в библиотеке. Сегодня она была красивой как на картинке. Пышная причёска с локонами, вьющимися на висках. С лицом тоже поработал опытный визажист. Косметики не видно, но черты лица стали яркими. Красивый изгиб бровей, длинные ресницы, сочный цвет губ притягивал взгляд. Платье тоже выше всяких похвал. Может покрой такой, может фигура у девушки отличная, но сразу бросались в глаза тонкая талия и высокая грудь. Вот уж настоящая «смерть мужчинам».

Девушка спокойно выдержала мой взгляд, словно для неё это было обычным делом.

— Пригласишь в комнату?

Простенький вопрос поставил меня в тупик. Общаться с такой девушкой — это как орден получить, но только не в моём случае. Если она и в самом деле уроженка Орлора, то общение с ней может иметь для меня смертельные последствия. Не, нафиг-нафиг. Было очень трудно, но всё же я сумел достаточно твёрдо ответить.

— Нет.

Девушка удивилась. Она очень сильно удивилась, словно такой ответ был для неё непривычен. Поджала губки, но спросила пока ещё мягко.

— А где мы можем поговорить?

На этот раз ответ дался мне легче.

— Нигде.

Вот теперь девушка возмутилась.

— Ты даже не знаешь о чём я хотела говорить! Я…

— Не интересует.

Приятно было видеть как удивление на красивом лице начинает сменяться яростью, но такие игры лучше не затягивать, а то можно услышать много чего «приятного» в свой адрес.

Отступив, я просто закрыл дверь. Нафиг-нафиг, рисковать не будем.

Дари сидела в кресле, поджав ноги, и читала книгу. Когда в комнату ворвалась Ритара и принялась метаться по комнате с перекошенным от ярости лицом, Дари отложила книгу и поинтересовалась.

— А чего так рано? Я до утра тебя и не ждала.

Ритара резко повернулась.

— Этот подлец меня даже на порог не пустил!

— Да ты что! –чуть удивилась Дари — Ну, бывает, что мальчикам нравятся другие мальчики. Что тут поделаешь.

— Девочки ему нравятся, девочки! Только глянул, и с одного взгляда чуть догола не раздел!

— Может в комнате не прибрано, трусы висят сушатся, а он застенчивый. Мало ли. О чём договорились?

— Ни о чём! –выкрикнула Ритара — Эта сволочь даже разговаривать со мной не стал! Закрыл дверь перед носом и всё!

— Может ты что-нибудь не так сделала, не то сказала?

Подруга шумно задышала.

— Я пришла и постучала. Он дверь открыл. Я спросила — пригласит ли он меня в комнату. Он сказал «Нет». Я спросила — где мы может поговорить. Он ответил «Нигде». Я сказала, что он не знает о чём я хочу с ним говорить, а он ответил, что его это не интересует. И дверь закрыл. Всё!

— Странно как-то — Дари в задумчивости смотрела на подругу — Как женщина ты ему была интересна, — Ритара кивнула –но говорить с тобой он отказался. А чего бояться разговора, даже не зная о чём он будет? Значит, дело не в словах, а в тебе?

Ритара возмущённо фыркнула.

— Мы виделись только один раз и в твоём присутствии. Что я там такого сказала или сделала?

— Да вроде, ничего такого. Поболтали о книгах и всё. Может дело в его прошлом или в твоём?

— Какое прошлое, о чём ты⁈ — возмутилась Ритара — Из наших в Академии только мы с тобой, так что никаких разборок предков или родовой мести быть не может.

— Мы ничего не знаем о Гарри. А вдруг он из какого-нибудь изгнанного рода?

— Даже если и так? –помрачнела Ритара — Наши настоящие имена знает только ректор, и вряд ли он будет говорить о них каждому студенту. Тем более, что если бы Гарри хотел нашей крови, то он скорее сам попытался бы к нам приблизиться, втереться в доверие, а не хлопал дверью так демонстративно.

— Тоже верно –согласилась Дари — Тогда в чём причина? Может он заранее знал о чём ты можешь его попросить?

— Как? От кого?

— Догадался –улыбнулась Дари — Ты ведь не гулять его шла звать?

— Ещё чего! –фыркнула Ритара, устраиваясь в другом кресле.

— А вот если бы позвала, он мог и согласиться. Погуляли бы, пообнимались, а потом и о серьёзном можно было поговорить.

— Да он даже слушать не захотел! –снова возмутилась Ритара.

— Потому что первые слова сказала не те, улыбалась не так, телом не заманивала, а просто показывала прелести. Учу тебя, учу, а толку всё равно нет. Вот подошла бы застенчиво, сказала, что вечер прекрасный, потом ещё больше смутилась и позвала бы гулять. Вот тогда бы он вряд ли отказал.

— Ты лучше про причину попробуй что-нибудь придумать –хмуро отозвалась Дари.

— Причина… -протянула Дари — Прошлый раз вы говорили о книгах на велсарском, а сегодня ты приходишь с деловым предложением. Так о чем оно могло быть? Скорее всего, о книгах, и это Гарри не понравилось настолько, что он не пустил тебя даже на порог. И снова получается, что ему есть что скрывать. Или он так думает. Значит… -девушка в задумчивости подняла взгляд

— В столовой? –удивилась подруга — Говорить о серьёзных вещах с кружкой компота в руках?

— Никаких серьёзных разговоров –улыбнулась Дари — Только заманивать. Скромные симпатичные девушки пришли пообедать. Кто откажет им присесть за его стол? А дальше от нас зависит. Можно поговорить и о книгах, но между собой, как бы между прочим. Хотя бы заметим как Гарри на это реагирует, что ему интересно, что нет. Может удастся втянуть в разговор, так что подумай о чём будем говорить. Есть тема интересная? — Ритара кивнула — Осталась сущая малость — выяснить когда Гарри ходит на обед и в какую столовую. Посмотреть расписание его группы, узнать привычки. В крайнем случае, придётся дежурить у столовых. А дальше… Самое главное — первое впечатление и первый разговор. Так что, подруга, готовься. Лёгкой победы не получилось, так что будем готовить тяжёлую осаду.

Потеряшка

И в понедельник же случилось событие, после которого академия гудела целый день.

После первой лекции препод сделал странное объявление.

— Господа студенты, слушайте внимательно –обратился он к нам — Господин ректор в этом году решил провести эксперимент. Суть довольно простая — первокурсникам, если они этого захотят, будет разрешено свободное посещение занятий.

В аудитории сразу поднялся гул. Все оборачивались и переспрашивали друг друга: «Что он сказал⁈ Нам не послышалось?»

Препод наблюдал за студентами с лёгкой усмешкой.

— Господа студенты, сразу уточню. Свободное — это не значит, что можно бездельничать и не ходить на занятия. В данном случае «свободное» означает лишь то, что вместо занятий своего курса и группы вы можете посещать занятия других курсов и специальностей –в аудитории снова поднялся гул. Препод подождал немного и продолжил — Желающие должны получить на своих кафедрах специальные пропуска, которые разрешают вам присутствовать на занятиях других групп. И ещё один огромный минус, которых может отбить желание получить свободное посещение. Самое главное — от сдачи экзаменов свободное посещение не освобождает. В конце полугодия вы должны будете сдать или экзамены, полагающиеся для вашей специализации, или экзамены по тому предмету, на лекции по которому вы будете ходить чаще всего. И количество часов посещений должно быть ну никак не меньше, чем у вашей первоначальной группы. Можно и не сдавать экзамены, но тогда вы получите по ним самые слабые оценки из возможных –снова поднялся гул голосов — И вы должны ясно понимать — чтобы получить хорошие оценки при свободном посещении и успешно продолжить учёбу дальше, вам придётся трудиться в два раза больше. Можно и не напрягаться, но тогда это полугодие вы потратите впустую, а в следующем просто не сможете учиться наравне с другими студентами ваших групп. Так что очень хорошо подумайте, прежде чем что-то выбрать.

Снова нарастающий гул голосов студентов, но препод лишь усмехнулся, глядя на нас, и спокойно ушёл. И, наверное, один лишь я сидел и улыбался как дурак. Вот оно, чудо, сотворённое господином ректором, дай бог ему здоровья и долгих лет жизни. Оценки мне вообще не сдались никоим боком, дольше середины года я задерживаться здесь не собирался, так что это самое свободное посещение было для меня идеальным вариантом. Никаких обязанностей, разве что кроме обязательного присутствия в стенах академии нужное колличество часов. А уж чем я в это время буду заниматься, это никого не будет касаться. Похожу, посмотрю, может и в самом деле найду для себя хоть что-то интересное? Ну, хотя бы попробую.

В тот же день сходил на кафедру, получил нужную картонку пропуска с печатью, на которой было написано, что мне, такому-то, разрешается посещать занятия других групп. И напомнили главное условие — теперь на каждом занятии я должен отмечаться у старост групп, что я присутствовал на этом занятии. Да и ладно, не такая уж и большая проблема.

Кстати, как я потом узнал, на свободное посещение попросились ещё двое с первого курса. То ли слишком умные и желающие новых знаний, то ли какие-то ещё причины типа моей. Но найти их теперь было так же трудно, как и меня, потому теперь я сам не знал куда я завтра пойду и чем буду заниматься.

Теперь я не смотрел в своё расписание, а просто подходил к общему, тыкал пальцем в случайный квадратик расписания и шёл постигать чужую мудрость. И вскоре выяснилось, что ничего особенного, кроме отсутствия контроля и обязательных заданий, я не получил. На половине чужих лекций я вообще не понимал о чём они говорят. Примерно четверть понимал, но такие знания я посчитал бесполезными для себя. Ну вот зачем мне знания о фортификации⁈ Кроме собственного тела и одежды на нём, у меня ничего нет, а если уж дойдёт до драки, то чужие стены меня точно не остановят, а что я буду использовать в такие моменты, я и сам не знаю. Я уже заметил, что когда я действую как бы по наитию, у меня получается намного лучше, чем если бы я долго-долго думал — а какой бы способ из книжек мне использовать.

У артефакторов было скучно. Я просто не понимал — чего они там мусолят заклинания, если всё можно гораздо быстрее и проще. Ну, из того что я успел увидеть.

Занятия у целителей были очень странными. Были уже привычные занятии по медитации, на которых лекарки чего-то там рассматривали в себе, усиливая и расправляя. Я в этом ничего не понимал, поэтому сбежал со второго занятия. А лекции вообще тихий ужас. На анатомии препод вывешивал плакаты со скелетами и начинал описывать каждую косточку, да ещё и названия всякие зубодробительные придумывал. Потом вывешивал плакаты с мужиками, с которых содрали кожу, и снова бесконечная тарабарщина типа нашей латыни — мускулюс глютеус, мускулюс дельтовидус. У меня через полчаса уже скулы сводило от скуки, а девчонки строчили конспекты с таким видом, словно им открывали самые увлекательные тайны вселенной. Ну, им-то ладно, им нужно знать что резать

Немного интереснее было на занятиях второго курса — травы всякие лечебные, но медичек теперь заставляли ходить в местную анатомичку резать трупы. Не, трупов я уже не боюсь, но в морге стоял такой отвратный запах, что меня чуть не стошнило. Да ещё и девчонки стали резать трупы, а потом ещё прихватят края раны щипцами, вывернут рану наизнанку и стоят, любуются что они натворили. Ужас… Мозгами я понимал, что без этого не обойтись, и что тренироваться лучше на трупах, а не на живых людях, но видеть симпатичных девчонок, с интересом ковыряющихся в ранах… бр… Короче, среди кандидаток на возможный приятный вечер медички стремительно скатились куда-то очень далеко за последнее место. Только представишь, что этими руками она ещё пару часов назад в трупе ковырялась, и всё желание обниматься-целоваться напрочь пропадёт. Мне столько не выпить, чтобы смириться с такими мыслями.

Правда, напоследок я всё-таки им немножко отомстил. Мне как раз поплохело, и одна из медичек решила надо мной подшутить. Шуточки-смешочки — а как же будет дальше учиться такой великий некромант, если ему от одного вида трупов уже плохо? Некромант? А что, это идея. Шутница как раз стояла у одного из разделочных столов, и я буквально всей кожей почувствовал, что рука трупа сейчас сдвинется, дотянется до аппетитной попки девчонки, а потом ласково погладит её и немножко ущипнёт. Картинка была такая яркая, что я почти не удивился, когда рука трупа и в самом деле сдвинулась к вожделенным ягодицам и посиневшие пальцы очень ласково коснулись аппетитных округлостей. Девчонка мгновенно обернулась, занося руку для удара, потом взгляд скользнул вниз и только тут до неё дошло — кто же её приласкал.

От дикого визга заложило уши. Страх и истерика заразительны, и остальные девчонки, ещё толком не понимая, что произошло, тоже завизжали и метнулись к выходу. Остановились на мгновение, обернулись, и тут рука мертвеца расслабилась и безвольно опустилась. Снова визг, и морг мгновенно опустел. Бледная преподавательница подбежала к нам.

— Что случилось?

Шутница, мгновенно растерявшая весь свой гонор и весёлость, трясущейся рукой указала на стол.

— Этот… он… меня погладил и ущипнул!

У преподши глаза на лоб полезли.

— Что сделал⁈ Кто⁈

— Вот этот.

— Говори толком.

Девчонка сумела взять себя в руки.

— Этот труп ущипнул меня за задницу!

— Ты соображаешь что говоришь⁈

— Мне что, уже собственной заднице не доверять⁈ Уж мужскую руку у себя на заднице я уже давно отличаю от случайного прикосновения!

Препод осторожно подошла к столу, ещё более осторожно подняла руку мертвеца и положила на стол. Потом повернулась к нам.

— Скорее всего, это были посмертные судороги. Вам уже читали об этом на лекциях.

— Такие судороги, что рука поднялась и начала шарить по моей попе⁈

Препод встревожено осматривалась по сторонам, и тут заметила мою усмешку. Мгновение недоумения, потом в глазах появилось подозрение, и вдруг она подняла кулак и погрозила мне. Догадалась. Стараясь не заржать, я торопливо вышел в коридор. Может мне и двойку лишнюю влепят, но получилось очень даже душевно. А нефиг над некромантом насмехаться!

На третьем курсе у них почему-то был ещё и факультатив по ветеринарии. Ну, это когда с животными занимаются. Мне всё равно надо было куда-то ходить, так что когда группа третьего курса пошла в неприметный одноэтажный корпус на заднем дворе, я потянулся за ними.

Этот корпус резко отличался от всего, что я уже видел в Академии. Даже не учебный корпус, а так, что-то вроде очень чистой конюшни. Широкий центральный проход, бетонный пол, а вдоль стен настроены перегородки высотой в мой рост. В небольших клетушках стояли металлические столы, а на них лежали собаки. Магичка, которая вела практику, подошла к нашей группе.

— Так, внимание. Вон на вешалках висят халаты, одевайте.

Халаты? Это звучало очень высокопарно для того убожества, что висело на вешалке. Нечто заношенное, застиранное, отвратительного синюшнего цвета. По сравнению с ними любая наша техничка ходит в халате от кутюр. Девчонки быстро разобрали те, что почище, ну а мне достался один из самых затасканных, да ещё на пару размеров меньше, чем нужно. С трудом натянув его на себя, я полюбовался на собственные лапы, торчащие из рукавов, и с раздражением глянул на хихикающих девчонок. Хотел было сказать им пару ласковых, но тут подошла магичка и уставилась на меня.

— А вы кто такой, молодой человек?

— Я? — переспросил я — Я это, по программе свободного посещения.

— А, потеряшка –улыбнулась магичка.

— Чё это потеряшка? –не понял я.

— Ну как же –усмехнулась магичка — Потеряли своё предназначение, вот и ищете его где только можно.

— Я не потерял -набычился я — Я его ещё не нашёл.

— Поэтому и решили поискать его в ветеринарии? –откровенно развеселилась магичка, а следом снова захихикали девчонки — Ну-ну, как знать –она снова строго посмотрела на нас — Ладно, шутки в сторону. Так, разбивайтесь на пары, кому не хватит, пойдет третьим в одну из групп. Задание на сегодня — работа с псовыми. Осмотреть, определить повреждения, описать, выбрать оптимальную стратегия лечения. При необходимости обработать раны, наложить шины, гипс и прочее. Магию использовать только по острой необходимости. Через два часа должны быть отчёты. Всю работу в парах делать по очереди, каждый должен пройти все этапы. Всё ясно?

Девчонки усиленно закивали, прыснули в разные стороны, на ходу сбиваясь в пары, и через мгновение рядом с магичкой остались только я и невзрачная девчонка. Магичка строго глянула на нас.

— А вы чего ждёте?

Девчонка покосилась на меня, потом смущённо посмотрела на магичку.

— Он же не знает ничего, леди Ги, и мы ничего не успеем. Может мы пойдём третьими в другие группы?

Теперь уже магичка задумчиво поглядела на меня, потом на девчонку.

— Рита, ты уже достаточно опытна, чтобы действовать самостоятельно, да и не хочется оставлять собаку без помощи –она оглянулась на закутки, где уже суетились остальные лекарки — Вам, к сожалению, остался самый тяжёлый случай, но и оценку за сложность добавлю.

Рита тяжело вздохнула, потом безрадостно покосилась на меня.

— Ладно, пойдём, найдёныш.

Нам и в самом деле достался самый тяжёлый случай. В остальных

— Так, я буду вести осмотр, а ты записывай.

Я качнул головой.

— Я по-вашему не умею.

Рита с трудом подавила вздох.

— Неграмотный, что ли?

— Чо эт сразу неграмотный? Я по-вашему, по-лекарскому, не умею.

— Пиши как умеешь –снова вздохнула Рита.

— Как скажешь –согласился я.

Устроившись на лавочку, кивнул.

— Диктуй.

Рита несколько раз обошла вокруг стола, разглядывая собаку.

— Так, пиши. Пациент — собака породы –она задумалась –наверное, эрнан. По внешнему виду лет пять. Высота в холке –она достала линейку и измерила –метр двадцать. Длина тела с хвостом –снова измерение –метр восемьдесят. Вес примерно восемьдесят килограмм. Внешние повреждения: гематомы по всему телу, рваная рана на шее, повреждён левый глаз, рваные раны на спине, лапах. Внутренние повреждения — Рита надолго замолчала, начав осторожно водить раскрытыми ладошками над телом собаки.

Я всё ждал, когда она начнёт диктовать, но Рита вдруг отвернулась от собаки, села рядом со мной и уставилась в стенку. Молчание затягивалось.

— Чего писать-то? –наконец не выдержал я.

— Писать? –словно очнулась Рита — У него перебиты все лапы, сломаны восемь рёбер, позвоночник в трёх местах. Ну и совсем мелочь — разорвана селезёнка, отбиты почки, кровь в лёгких. Он сейчас парализован, и только поэтому лежит спокойно. Вообще непонятно, почему он ещё жив. Похоже, его страшно избили, а потом выбросили на помойку.

— У вас что, с помойки собак привозят?

— У нас –девушка строго глянула на меня –есть приемное отделение, куда приносят покалеченных животных. Бывает, старых, бывает, что и с улицы. А у этого пса на боку помойные очистки застряли.

Она снова погрузилась в невесёлые размышления.

— Что делать-то будем?

— Делать? –девушка хмуро посмотрела на меня — У нас задание — осмотреть, описать, определить стратегию лечения. Тут подробно записать — минимум час уйдёт.

— А лечить?

— Ты что, дурак или не слушаешь? –девушка сердито глянула на меня — Случай безнадёжный, и проще пса усыпить, чтобы он не мучился –девушка снова вздохнула — Ладно, не отвлекай меня. Я постараюсь записать всё, что увидела, и оправданность усыпления. А ты просто посиди или можешь вообще уйти.

Лекарке было виднее, и я с облегчением отдал ей тетрадку. Рита посидела с закрытыми глазами, потом вздохнула, словно пересиливая себя, и начала писать. Я глянул через её плечо, но увидел только стремительно появляющиеся строчки на местной латыни. Абракадабра, одним словом. Делать было нечего, и я принялся разглядывать стены с несколькими плакатами, на которых были нарисованы скелеты разных животных. Фу, мерзость. Живодёры, мать их. Потом случайно посмотрел на стол и замер, наткнувшись на тоскливый взгляд единственного глаза собаки. А ведь он всё понимает, вдруг резануло меня. Может и в самом деле лучше поскорее усыпить его, чтобы не мучился?

Потом вдруг в памяти вплыло, что однажды я с собаками что-то делал, и они были вроде как благодарны. Правда, я тогда был в невменяемом состоянии и совершенно не помню что именно делал. Но может, хоть чем-нибудь помогу? Хотя бы смерть будет лёгкая? Осторожно встал, но Рита совершенно не обращала на меня внимания, разве что положила тетрадку на освободившееся место, чтобы было удобней писать.

Подойдя к столу, специально встал так, чтобы Рита видела только мою спину. Осторожно поднёс руки к телу собаки, и ладони сразу защипало. Сколько же здесь боли! Как и в прошлые разы, чужая боль доставляла ни с чем не сравнимое удовольствие. Я вообще опустил руки на тело собаки, под ладонями что-то зашипело, а я замер, стараясь не стонать от удовольствия. Как же это приятно! Когда чужая боль резко уменьшилась, приподнял ладони и с интересом осмотрел розовую кожу на месте страшной рваной раны. Вроде, получается.

Теперь уже осознанно я начал лечить собаку. Сначала лёгкие. Через пару минут собака закашлялась кровью, но после этого задышала более ровно. Я снова дождался, пока ощущение боли схлынуло, и занялся лапами. Переломы я ещё не лечил, но в этот раз решил довериться ощущениям. Осторожно сдвинул кости, одновременно снимая боль, и в какой-то момент показалось, что сейчас кости сложились как надо. Сжал лапу в ладонях, старательно вытягивая свой наркотик-боль. Вроде, раны закрылись, перелом исчез, лапа сгибается-разгибается. На все лапы ушло, наверное, минут двадцать. Настала очередь позвоночника, но как его лечить я не представлял. Перед тем как сращивать позвонки, надо поставить их в правильное положение, но как это сделать? По идее, нужен какой-то каркас, крючки, спицы, вытяжка, но где их брать?

Посомневавшись, решил использовать идею, которую нечаянно подсказал наш некромант на практике — управлять мышцами с помощью чёрной энергии. Мышцы ведь тоже могут стать каркасом, если одни из них напрячь, другие расслабить, третьи напрячь, но не сильно. Правда, совершено непонятно как это повлияет на организм — всё-таки эта энергия считается мёртвой. А может и ничего? Как там в русских сказках про Ивана-царевича? Брызнули на него мёртвой водой — зажили все раны. Брызнули живой водой — он и ожил. Уж не описание ли это ритуала лечения с помощью чёрной и белой энергии? Может и у меня получится?

Успокоив себя сказочной отмазкой, я уже более смело положил ладони на спину собаки, и меня окатило невыносимой болью. Не моей, собаки. Стараясь не опьянеть от удовольствия, осторожно, целенаправленно направил чёрную энергию в пальцы и попробовал заставить мышцы напрягаться по моему желанию. Вроде что-то получалось, но было очень трудно, словно в темноте, наощупь, собирать разбитый кем-то будильник. Чтобы не отвлекаться, я даже прикрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях в пальцах, но неожиданно обнаружил, что непонятно как, сквозь опущенные веки, но я вдруг увидел внутренности собаки, её скелет, нервы и мышцы. Работать сразу стало легче. Уже осознанно, управляя мышцами, свёл позвонки, тут же зарастил, восстановил их, затем нервы, и тут же, переключившись, щедро напитал белой энергией. Я с интересом смотрел, как энергия растекается по больным участкам и те быстро меняют цвет, который я посчитал условно здоровым. Неожиданно собака застонала, словно человек, и чуть дёрнула задними лапами. Я испуганно придержал её. Неужели умирает? Но собака уже успокоилась, разве что подняла голову и уставилась на меня. Я тоже уставился на неё — и как понимать

После этого лечение пошло достаточно легко — управляя мышцами, я ставил кости в правильное положение, сращивал, затем напитывал белой энергией и переходил к следующему перелому или ране. Немного помучился с повреждённым глазом, но и тут принцип живой и мёртвой воды сработал на отлично.

Энергии я не жалел, и в какой-то момент собака не просто дернулась, а вполне осознанно попыталась подогнуться лапы и повернуться на живот. Лапы, позвоночник и один бок я уже вылечил, так что желание собаки мне было очень кстати. Чуть помог, и пока собака отдыхала, быстренько закончил с другим боком. Теперь это уже казалось простым и лёгким делом.

Собака, похоже, всё чувствовала, но терпела молча. Наконец, я залечил последнюю рану, щедро напитал тело собаки белой энергией и отступил в сторону.

— Ну, пациент, теперь можешь встать.

Сказал ради шутки, прикола, но собака, словно поняв команду, тут же села и уставилась на меня. При её габаритах выглядело это совсем не комфортно. Огромная голова, огромная пасть, огромные глаза, которые смотрят на тебя в упор. А тут ещё сзади раздался вскрик: «О, боже!» Мы с собакой одновременно повернулись и уставились на Риту. Та сидела с широко раскрытыми глазами и неверяще смотрела на собаку. Воспользовавшись тем, что я вроде как теперь не нужен, я отступил от стола, но собака сразу забыла про Риту и снова уставилась на меня, гипнотизируя взглядом. Ситуация глупейшая, и я с трудом, но смог разорвать наш зрительный контакт. Пересилив себя, повернулся к Рите.

— Ну, и чего орёшь?

— Это… это…

— Это собака, если ты забыла.

— Она живая! И сидит!

— И из-за этого орать?

— Она не может и не должна быть такой!

— Слышал? –я повернулся к псу — Ложись давай и прими болезненный вид, чтобы не портить отчётность.

Снова тяжёлый взгляд в мою сторону, но собака послушно улеглась набок и закрыла глаза. Меня разумность собаки уже начала напрягать, а у Риты вообще началась истерика. Побледнела, затряслась, и я торопливо обнял её, испугавшись, что она сейчас начнёт орать.Крики удалось сдержать, но наша возня привлекла внимание магички.

— Что у вас? –встревоженно спросила она, входя в наш закуток.

— Да вот, плохо стало –я осторожно опустил обмякшую Риту на скамейку.

Магичка повела себя как настоящий профессионал — мгновенно подобралась, несколько раз провела ладонью над головой Риты, что-то прошептала, снова провела ладонью над головой, и лицо Риты начало розоветь. Ещё минута, и она открыла глаза, непонимающе глядя на нас.

— Что случилось?

— Это я хотела бы узнать — что случилось? –в голосе магички послышался металл.

Взгляд Риты метнулся к столу, на котором лежала собака.

— Она… –голос опустился до трагического шёпота –живая!

Магичка тоже оглянулась на стол.

— И это повод для обморока?

— Этого просто не может быть! –в голосе Риты снова начали проскальзывать истерические нотки — Я больше часа описывала повреждения, которые смогла диагностировать, а она теперь сидит и смотрит на меня!

Магичка с сомнением поглядела на неё, даже снова провела над головой Риты ладонью. Нахмурилась, посмотрела на меня, но я только неопределённо пожал плечами, типа, фиг его знает что происходит. Ещё больше нахмурившись, магичка всё-таки решила проверить собаку. Только подошла, только протянула руку, как вдруг эта сволочь вскочила, клацнула зубами у протянутой руки и уставилась теперь уже на магичку.

Немая сцена. Магичка, едва успевшая отдёрнуть руку, смотрит в глаза собаке, возвышающейся над ней, а та смотрит на неё в упор. Наконец, рыкнула, небрежно спрыгнула со стола и неспешно затрусила к выходу из барака. Задержать её, разумеется, никто даже не пытался.

К чести магички, до истерики она не опустилась. Несколько раз глубоко вздохнула, но голос почти не дрожал.

— Что. Здесь. Произошло⁈ — Чуть не рявкнула она.

— Я не знаю! –в голосе Риты послышались слёзы — Я сделала осмотр, села описывать повреждения, а когда закончила и подняла голову, собака уже сидела и смотрела на него — Рита кивнула на меня.

Магичка повернулась ко мне.

— А что видел ты?

— Да в общем-то ничего. Рита писала, мне стало скучно, и я пошёл посмотреть собаку повнимательней. А потом она вдруг села, а потом Рита вскрикнула, а потом и вы подошли.

— И ты ничего не делал, пока стоял рядом с собакой?

— А что я вообще мог сделать, если даже Рита сказала, что собаку надо усыплять?

— Ты ведь некромант –магичка кивнула на мой значок.

— Первый курс, если вы забыли, и свободно посещаю разные факультеты какие-то пару недель. Кстати, собака дышала. Вроде, мертвая собака делать этого не могла.

— Я заметила, –задумчиво произнесла магичка –но что же тогда произошло? Я сама осматривала собаку и была убеждена, что она не протянет до вечера.

— Может это был какой-нибудь оборотень? –на всякий случай спросил я — Полежал, отдохнул, восстановился, вот и убежал.

Меня чуть не сжёг полный ярости взгляд магички.

— Ты хочешь сказать, что я не способна отличить собаку от оборотня во втором облике⁈

Чувствовалось, что я сейчас приобрету себе врага, но надо было попытаться отвести от себя подозрения.

— Я ни в коей мере не хочу сомневаться в вашем опыте и знаниях, но ведь мог же попасться и какой-нибудь редкий или неизвестный вид? Больно уж у собаки взгляд был разумный. Да и размеры для собаки необычные.

Магичка открыла было рот и медленно закрыла.

— Рита, дай мне свою тетрадку –попросила она, и Рита торопливо исполнила просьбу магички. Та быстро просмотрела записи, кивая своим мыслям, потом снова уставилась на меня. Я постарался выглядеть бодрым придурком, но всё равно поведение магички настораживало.

— Ладно, –устало вздохнула она, отводя взгляд –будем думать.

Леди Ги всю дорогу до кабинета декана факультета целительства была задумчива, но как только зашла в кабинет, её словно прорвало.

— У нас ЧП! — резко бросила она.

Сидевший за столом представительный мужчина поднял голову от документов.

— Что, лаборанты опять перепутали растворы?

Магиня тяжело задышала, сдерживая ярость.

— Я только что проводила практику факультатива по ветеринарии. Одну собаку удалось вылечить прямо на

— И что же в этом ужасного? –не понял декан.

— Ужасное в том, что перед занятиями я лично проверила весь материал и конкретно эта собака в принципе не должна была дожить до вечера при самом тщательном лечении студентов –женщина бросила на стол тетрадку, которую до этого мяла в руках.

Декан аккуратно расправил тетрадку и погрузился в чтение. Через некоторое время он отложил тетрадку и задумчиво поглядел на магиню, устроившуюся в кресле.

— Мда, действительно, сложный случай, но, думаю, магистр жизни за неделю справился бы с этим.

— Собака была вылечена за час, причём, рядом с ней находились только два студента первого и третьего курсов.

— И кто же это у нас такой талантливый?

— А вот с этим как раз проблема. Одной из студентов была Рита (ну, вы помните, третьекурсница). Крепкий середнячок, но, по её словам, она весь час заполняла карту осмотра. Судя по объёму написанного, так и было. Второй студент — потеряшка, первокурсник некромант. По его словам, просто постоял рядом с собакой, ничего не делая.

— И как это понимать?

— Вот, об этом я и говорю.

— Неужели мальчишка поднял труп? –нахмурился декан.

— Это первое, что приходит в голову, но я была рядом с собакой, та чуть не откусила мне руку, но пока она не убежала, я успела заметить, что она была накачана белой энергией, разве что с кончиков ушей не капала!

— Ничего не понимаю! –декан в раздражении отбросил карандаш, который до этого вертел в руках — Рита делала записи, мальчишка вообще некромант. Кто же тогда лечил собаку⁈

— Вот и я не понимаю –откликнулась леди Ги — Мальчишка, правда, подсказал идею — возможно, это был неизвестный вид оборотня, который отлежался и вылечил себя сам.

— А вы этого не заметили –с иронией протянул декан.

— А я этого не заметила –покорно кивнула женщина.

— Ну, ладно, не заметили, не распознали, не поняли –задумчиво протянул декан — Только вот неувязочка — оборотень может вылечить себя, но на это тоже нужны время и силы. После того, что я прочитал, –он кивнул на тетрадку –любому, даже самому сильному и опытному оборотню пришлось бы отлёживаться пару недель. А вы говорите, что прошёл всего час, и что пёс был полон энергией по самые уши.

— Вот именно –кивнула магичка.

— И получается… -декан побарабанил пальцами по столу — Получается, что мы ничего не понимаем в лечении собак, оборотнях и способностях своих студентов. Риту я помню, от неё трудно ожидать неожиданностей. Остаётся найдёныш, но он некромант, да и всего лишь первый курс. Как такое возможно? –он снова побарабанил пальцами — Может статься, что программа ректора по этим потеряшкам не такая уж и глупость. Если разберёмся, как это стало возможно, это будет такой рывок… Ладно, мечтать будем потом. Что будем делать? –обратился он к леди Ги.

— Не знаю –коротко ответила та.

— И я не знаю, –вздохнул декан –поэтому пока у нас два направления. Первое, постарайтесь найти ту собаку, что от вас сбежала. Может быть удастся её обследовать на предмет каких-либо особенностей организма. Конечно, если это и в самом деле был оборотень неизвестного вида, то только впустую потратим времени. Второе. Уделите особое внимание этому мальчику. Как его, кстати, зовут?

— Гарри Поттер.

— Странное имя, ну да ладно. Если он у вас ещё раз появится, постарайтесь ненавязчиво сменить тему занятий на лечебную практику на конкретном материале. Возможно, как-то он себя проявит. Да, ещё надо повнимательней слушать сплетни на других факультетах, даже малозначительные. Если у мальчика и в самом деле скрытые таланты, то он обязательно проявит себя. Кстати, как он вам показался?

— Пытался прикинуться дурачком, –вдруг улыбнулась леди Ги –и глаза такие честные делал.

— Вот видите. Был бы дураком — старался бы выглядеть умным.

Приходится отбрехиваться

Жизнь была сплошным праздником — на занятия ходил, выбирая курс и специальность случайным образом, и меня не волновали практики, домашние задания, курсовые и контрольные. Живи да радуйся, но иногда могли зацепить и на лекциях. Вот и на этой препод, довольно симпатичный маг средних лет, начал лекцию про свойства растений, и вдруг вышел из-за свое кафедры и подошёл к нашим партам.

— Ну что ж, а теперь назовите варианты необычных ядов, о которых вы что-нибудь слышали –обратился он к студенатм.

— Отторо –раздалось откуда-то с третьего ряда.

— Принимается –кивнул препод — Что ещё?

Названия посыпались как горох из дырявого мешка, но препод большую часть отметал, и энтузиазм быстро иссяк. Мне эти названия ни о чём не говорили, так что я просто разглядывал девчонок, тянувших руки. Всё как обычно –пара зубрилок, трое двоечниц, которым нужны хоть какие-то баллы, две выпендрёжницы, брякнувших какую-то ерунду, но при этом садились на место и косились по сторонам — оценили ли их знания.

Препод шёл вдоль первого ряда, и вдруг спросил.

— А что может предложить наш новенький? –и уставился на меня.

Пришлось вставать.

— Эээ…

— Смелее –улыбнулся препод — Если не знаете научного названия, можете назвать как в вашей местности.

Хм, знать бы ещё эти названия. Цианиды, вроде, называли, кураре — так неизвестно, есть ли такое растение здесь, а больше в пустой голове ничего и не вспоминалось.

— Эээ… Вода –неожиданно для себя ляпнул я.

Препод даже остановился.

— Вода? Она, конечно, может стать ядом, но отравление идёт от определённых веществ, растворённых в ней, а не сама вода.

Из меня тут же попёрло упрямство.

— Нет, именно вода в чистом виде.

— Ну что ж, –улыбнулся препод –расскажите поподробнее о таком необычном яде. Сколько придётся выпить чтобы отравиться –по аудитории пробежали смешки.

— Ну, -замялся я –слышал я об этом краем уха, но смысл в том, что вода может запоминать то что происходит вокруг, а также сохраняет энергию сильных эмоций в своей структуре.

— Структура? –препод посмотрел на меня как на дурака — Какая может быть структура у воды? Это же не кристалл!

— А когда она замерзает и превращается в лёд? Можно ведь считать воду кристаллом, который при комнатной температуре находится в жидком состоянии –ухмыльнулся я — Привязать заклинание, напитать энергией кристалл могут многие, так что особой разницы нет.

— Вот вы о чём, –задумался препод –но дело в

— Так нам и не надо накладывать заклинание на кристалл, а потом плавить его. Можно сразу на воду.

— Что-то такое я слышал из практики шаманов, но подтверждений не было. Да и как обнаружить это воздействие?

— Очень просто — заморозить воду до снежинок или рисунка на стекле как зимой. Если вода хорошая, добрая, то снежинки и узоры будут симметричные, красивые, а если вода несёт ненависть, горе, болезни, проклятие, то и снежинки, и узоры будут уродливые, несимметричные.

— Ну, допустим, –улыбнулся препод –метод проверки предположительно есть. А как вы собираетесь заряжать воду этими энергиями?

— Так всё изобрели задолго за нас. Хорошая вода получается от добрых дел, чувств, молитв. Та же вода из храмов, где искренне и много молятся, или её освятил святой человек, становится чистой водой с хорошим воздействием. А в яд вода превратится, если её, допустим, некоторое время подержать в камере, где собраны отъявленные бандиты и убийцы.

Препод мрачно глянул на меня.

— Пить её точно будет противно, но как она отравит?

— Ну, вроде, во время опытов поливали такой водой растения. Вода впитывается и проникает внутрь растения. От хорошей воды растения начинали расти лучше, а от плохой начинали болеть и вянуть. Думаю, то же самое будет и с человеком. Несколько стаканов плохой воды в день, и человек начнёт чахнуть, потому что ему передалась плохая энергия. И обнаружить это нельзя — по вкусу, запаху, зрительно и магически это будет обычная чистая вода.

Препод мрачно глянул на меня и принялся прохаживаться вдоль ряда, словно забыв о нас. Мы тоже притихли, не зная, что он там решает. Наконец, он остановился передо мной.

— Идея использовать воду в качестве яда не нова, но о теоретическом обосновании и проверке на практике я пока не слышал –препод остро глянул на меня — А что, по вашему мнению, может быть противоядием от подобного воздействия?

Что? Я сам бы хотел знать, но надо было отвечать хоть что-то.

— Теоретически, — начал я — для начала нужно устранить причину, восстановить структуру воды в организме. Это может быть присутствие в святых местах, общение и благословление от святого человека. Потом, разумеется, придётся лечить и восстанавливать весь организм обычными методами. А ещё я слышал об универсальном лекарстве, доступном лишь королям древности. Предполагается, что это было нано-золото.

— Нанозолото? -переспросил препод — И что это такое?

— Ну… -задумался я — Предположительно, это порошок золота, но его частицы в тысячи раз меньше самой мелкой пыли и поэтому порошок был серого цвета. Его добавляли в еду каждый день, и золото проникало во все органы. Улучшалось здоровье, люди практически не болели, имели острый ум, особые способности и даже кожа становилась золотистого цвета. По легендам, можно было даже обрести бессмертие

— У этих королей не было придворных магов, чтобы следить за здоровьем? -препод с сомнением прищурился.

— Наверное, у них были на это причины.

— Ну, ладно, -препод не стал пытать меня дальше –а как делать это нанозолото? Почему именно золото? Почему не кусочки или обычное рассыпное золото?

Странный вопрос от медика.

— Так ведь и целители делают порошки, чтобы лекарство лучше и быстрее впитывалось организмом. Чем меньше частицы, тем лучше они проникают в организм. Почему именно золото? Так оно обладает какими-то уникальными свойствами, полезной энергетикой. Восстанавливает головной мозг, нервы, усиливает способность организма бороться с болезнями. Усиливает психические способности и интуицию. Из простых рецептов слышал про золотую воду — это когда золотую фольгу кипятят очень долго, а потом эту воду пьют, и это омолаживает организм. Вполне доступный рецепт, но эффект от нанозолота в тысячи раз сильнее. А вот как получить его, я не знаю. Вроде бы это должны делать алхимики, хотя это и сложно. Возможно, для начала необходимо растворить золото в кислотах или их смеси, потом связать с какими-то веществами, чтобы получить соли, а потом вывести эти соли из растворов. Ну, наверное.

— Не желаете заняться изучением этой темы в качестве курсовой работы?

— Прошу прощения, магистр, но я ещё не определился с факультетом.

— Ну да, ну да –препод продолжал думать о своём — Ладно, на сегодня лекция закончена.

Ищем развлечений

Я изо всех сил старался не разговаривать и не общаться ни с кем за пределами учёбы, чтобы снова не встрять в какие-нибудь неприятности, а то есть у меня такая нехорошая черта — притягивать к себе плохих людей и неприятности. Почти месяц держался, но ведь тоска зелёная — все вечера проводить в своей комфортной однокомнатной камере. Учебники читать не хочется, развлекательная литература — тихий ужас, и я закрывал книги, не дочитав и до конца страницы. И наконец не выдержал, отправился прогуляться по этажу, поискать место, где можно побыть рядом с обычными парнями и девчонками, не озабоченных только учёбой.

Общага — она и в Африке общага. Длинный коридор, центральная и две запасных лестницы. У центральной лестницы большой холл, в котором стояли с десяток мягких диванов. Стены увиты зеленью, но не как у нас — всякие лианы, растущие из кадок, а полная иллюзия парка.

Прошёлся до конца коридора, и вдруг ощутимо потянуло дымком. Я даже остановился. Курение у местных было не принято, да и из-за дороговизны местного табака было уделом, в основном, богатеньких бездельников. И вдруг курящие студенты⁈ Не, многие из них были детьми знати и могли позволить себе очень многое, но всё равно как-то странно. Ради интереса заглянул в дверной проём и удивлённо замер. Курилка поражала размерами — не наши заплёванные закутки туалетов, а нечто вроде курительных комнат в английских клубах джентльменов. Ковёр на полу, кожаные кресла, журнальные столики. Мягкий свет светильников под потолком, несколько настольных ламп. В одном из кресел сидел парень лет двадцати и небрежно пускал колечки дыма к потолку. Видимо, вид у меня был довольно ошарашенный, потому что парень усмехнулся.

— Что, первый раз видишь как люди курят?

— Скорее, первый раз вижу, что можно курить в таких условиях. Да и странно, что разрешают курить в Академии.

— А почему нельзя? -не понял парень.

— Ну… вредно, вроде, к тому же некоторым дым не нравится.

— Ты как будто не в Академии магии учишься -хмыкнул парень — Одно бытовое заклинание вытягивает дым на улицу, другое перекрывает

— Так вредно же –снова повторил я.

— А, так ты, наверное, решил, что мы обычный табак курим?

— А что, есть ещё и необычный?

— Ну, вот это –парень покрутил сигарой –особый состав для просветления сознания.

— Наркота что ли? –насторожился я.

— Ты что, с дерева упал или только что с гор спустился? –парень смотрел на меня с недоумением — Есть особые группы растений, повышающих работоспособность, остроту ума и прочее. Кто-то их в виде таблеток пьёт, кто-то настойки готовит, а я вот предпочитаю вдыхать дым. Расслабляет, знаешь ли.

— А зависимость не появится?

— Как говорят целители: «Нет чистых ядов и нет чистых лекарств. Всё зависит от дозы и частоты применения». Так и с этим — нужно расслабиться, восстановиться — приходи, кури, никто слова не скажет. Будешь надеяться только на допинг — через год сгоришь. Мне вон хватает одной сигары в три-четыре дня.

— И многие так… расслабляются?

— Да нет, в нашей общаге человек десять. Девчонки предпочитают ароматические сигареты, это у них вроде медитации, ну и для поддержания разговора.

— Такая курилка для десяти человек⁈ –поразился я.

— Почему для десяти? –не понял парень — Сюда любой можно прийти. Здесь и кресла удобные, и свет для каждого отдельно. Мало ли кто у тебя в комнате чем занимается, а здесь можно и почитать, и обсудить, и встречу устроить.

— Что-то вроде комнаты для самоподготовки? –парень кивнул — И можно курить?

— А что такого — поставили полог тишины, невидимости, уничтожитель запахов. Если сам не умеешь — кто-нибудь обязательно поможет.

— Офигеть! –только и смог прошептать я.

Курилка и в самом деле пользовалась популярностью. Частенько проще было заглянуть сюда, чем искать нужного человека по всем этажам.

Вот и сегодня недалеко от меня собралась компашка. Парочка довольно симпатичных девчонок и четверо парней. Девчонки, судя по разговорам, были с огненного факультета, а парни с воздушного и водного. Обычный студенческий трёп ни о чём, но в какой-то момент одна из девчонок мрачно бросила:

— Скукотища! Одни лекции да практики, тетрадки да синяки на тренировках. Может в город сходим или здесь какую-нибудь гадость сотворим?

— Кому? –тут же спросил парень, сидевший чуть в сторонке.

— Кому-нибудь –девчонка капризно надула губки — Что-нибудь весёлое, чтобы всем запомнилось.

Парни, как один, покосились в мою сторону и благоразумно промолчали.

Встревать в чужой разговор было не очень красиво, но мордашка девчонки была такой умильной, что я не удержался.

— А вы конкурс красоты организуйте.

Ко мне сразу повернулись, и взгляды у парней были совсем не приветливые. А вот девчонка всё-таки соизволила спросить.

— Какой ещё конкурс?

— Конкурс красоты, на котором выберут королеву красоты Академии.

— Зачем? –девчонка в недоумении вскинула брови — Будет зимний бал, там как раз и выберут королеву бала.

— Не, –усмехнулся я –это совсем другое. На балу оценят искусство портного и парикмахера, а вот на конкурсе будут оценивать именно девушку. Одним из этапов будет дефиле, когда на девушке будет только бикини.

— Говори яснее! Что такое «дефиле», что такое «бикини»?

— Ну… -я задумался, пытаясь подобрать слова — На время конкурса устраивают длинный помост, по которому девушки будут ходить. А бикини — это такой очень узкий купальник из маленького лифа и маленьких плавочек.

— Она что — голая должна ходить⁈ — У девчонки глаза стали круглыми как у анимэшки.

— Почему голая? На ней будет бикини. А ещё туфли на очень высоком тонком каблуке.

Во взглядах парней появился интерес, они переглянулись, а вот девчонка стала наливаться яростью.

— Ты хочешь сказать, что я должна идти голая перед толпой истекающих слюнями парней, и они будут на меня пялиться⁈

— Не пялиться, а восхищённо смотреть –улыбнулся я.

— Да если об этом узнают, меня из дома выгонят, и замуж никто не возьмёт!

— Ну, если парню будет стыдно брать в жёны королеву красоты Академии магии, то он откровенный дурак.

— Он просто скажет, что я вела себя как шлюха.

— Ну, если вести себя как шлюха, крутить задницей как шлюха, то он будет прав. А на конкурсе… Представь, ты идёшь молодая, красивая, стройная, с великолепной фигурой, мягкий купальник только чуть-чуть прикрывает грудь и самое сокровенное. Идёшь как королева, как богиня, а мужики вокруг прямо валятся и сами в штабеля укладываются!

Девчонка невольно улыбнулась.

— Всё равно мне это не нравится.

— Между прочим, у древних был настоящий культ красивого обнажённого тела. Они его не стеснялись, потому что это наше естество, а художники и скульпторы создавали такие произведения искусства, что даже императоры считали за честь купить их и разместить у себя во дворцах.

— Это где это ты такое видел? –насторожился один из парней.

— Сам я, понятное дело, в дворцах не бывал, а вот копии видел. Нарисовано так, что никаких грязных мыслей даже не возникает. Просто смотришь и восхищаешься красотой.

— Всё равно не нравится –нахмурилась девчонка.

— Да я и не заставляю –я пожал плечами — Дефиле в бикини, кстати, всего лишь один из этапов. Другими этапами конкурса будет дефиле в платьях, и девушка должна рассказать что-нибудь умное, показать какое-то умение. А при награждении победительница получает корону, украшенную драгоценными камнями, и имеет право носить её в торжественных случаях целый год.

— А потом? –заинтересовалась девчонка.

— А через год новый конкурс и корону передадут новой королеве. А ещё делают календари, и на них изображают девушек, занявших, допустим, первые пять мест. Представляете, целый год вами будет любоваться вся Академия, а может быть и вся столица, а может и вся империя. Да на одних только календарях можно сделать себе состояние!

Девчонки призадумались.

— А парням тоже придётся в бикини ходить? — вдруг спросила одна из девчонок, и все заулыбались.

— Почти –я тоже улыбнулся –только без лифчика. Ходят босиком, в одних плавочках, а тело намазывают коричневатой краской, чтобы лучше показать мышцы. Парни выходят на сцену и начинают принимать разные позы, чтобы как можно лучше показать напрягшиеся мышцы. У кого тело самое пропорциональное, а мышцы лучше проработаны, тот и победитель. Кстати, по слухам, некоторые девчонки просто млеют, когда видят кубики пресса. Выступил

До сих пор молчавшая девчушка вдруг покраснела и смущённо отвела глаза.

— Ну, допустим, а какой нам-то в этом интерес?

— Для начала просто разнести эту новость по академии и наслаждаться возмущением собеседников. Затем создать организационный комитет и устроить большой скандал с выбором критериев отбора кандидаток. Можно ругаться до хрипоты, требовать раздеться и измерить грудь, талию и попу.

— Зачем⁈ –ошарашено, почти хором спросили меня.

— Ну, в наших краях эталоном красоты считаются девяносто-шестьдесят-девяносто.

— Это что?

— Это охват груди, талии и ягодиц — девчонки тут же оглядели друг друга — Может случиться и так, что у вас с такими размерами просто нет. Вот и надо будет обмерить тех, кого парни считают красавицами и сравнить. Ругани будет много, но многим самим интересно станет. Потом придётся обсудить разрешённые фасоны лифчиков и плавочек, но сразу предупреждаю, что если ходить в безразмерных панталонах, то ничего интересного не получится. Потом научиться ходить на шпильках.

— На шпильках⁈

— Ну, это такие лёгкие туфельки с тонким каблуком сантиметров десять. Их ещё надо найти. Так вот, когда девушка идёт на каблуках, она сразу становится стройнее. И идти надо не вразвалочку, а строго по одной линии.

— Это как?

— Очень просто –рисуешь прямую линию и идёшь строго по ней –я оглядел заинтересованных студентов — А потом начнётся самое интересное — достаточно будет сказать, что другой факультет уже дал согласие на участие в конкурсе, и всех сразу заест. У них что, только кривоногие, толстые и уродливые учатся? Можно распускать слухи про разные диеты чтобы похудеть, про специальные упражнения для улучшения фигуры. А сколько будет любопытных и желающих посмотреть саму подготовку… Достаточно сказать, что в какой-то аудитории будет просмотр, а самим поставить какую-нибудь ловушку с краской. Полез куда не звали, получил краской в лицо, и сказать нечего — сам полез куда не надо. Да много чего можно придумать чтобы повеселиться. Да… -вспомнил я –нужно хорошенько подумать о музыке. Не танцевальную, но чтобы было приятно смотреть как девушка идёт по помосту -ребята задумчиво переглядывались — А если получится, можно будет отправить нашу победительницу на конкурс красавиц столицы. А там, скорее всего, и принц какой-нибудь зайдёт посмотреть, а может даже воспылает желанием пообщаться. Когда ещё такой шанс выпадет?

Парни хмыкнули, а девчонки задумались. Потом одна, словно через силу, сказала.

— Всё равно, как-то не так. Всё-таки титул, дворянская честь…

— Вот и пускай сидят в зале, как все. А все будут думать, что у неё ноги кривые, волосатые, а задница в кресло не помещается. Или ещё какой недостаток. А ещё можно ввести моду на мини юбки.

— А это ещё что такое?

— Ну, мини есть мини. Короткая облегающая юбка.

— Насколько короткая?

— Только чтобы плавочки не выглядывали.

Наступила поражённая тишина, хотя парни весьма заинтересовались. Девушка покраснела от возмущения.

— Это… позор и разврат!

— Позор — это когда ноги кривые, а если красивые, то это сплошное удовольствие. У кого нервы слабые, могут сначала попробовать юбки до колена, потом выше колена, на ладонь, на две ладони выше колена. А если ещё одеть колготки… -я прикрыл глаза и причмокнул, изображая блаженство от увиденного.

— А это что такое?

— Это такие тонкие гладкие чулки. Когда их одевают, ножки сразу становятся гладенькими, красивыми, и их сразу хочется потрогать.

— Похоже, ты много чего уже успел повидать –прищурился один из парней.

Я только вздохнул.

— Да, в своё время я уделял этому вопросу очень много времени. Наверное, если претворить в жизнь всё то женское бельё, что я видел, может наступить сексуальная революция.

— А почему просто не купить и не привезти?

— Это очень далеко, и покупка станет золотой. Проще шить здесь.

— А нарисовать сможешь? –мурлыкнула одна из девушек.

— Для вас миледи, что угодно –я изобразил преданный взгляд, голос стал масляным, и довольная девушка порозовела, бросив мне многообещающий взгляд.

Глупенькая, она даже не представляет что начнётся в Академии, если девчонки начнут оголяться наперегонки друг с другом. Ну, может, и не разврат, но успеваемость упадёт точно. Какая может быть учёба, если перед глазами будут мелькать ровненькие гладенькие ножки? По себе знаю. А когда успеваемость упадёт, и я на общем фоне уже не буду выделяться.

Кстати, через пару недель появились слухи-шепотки, что одна из девушек стала носить юбки, подол которых был поднят почти до колена. Причём выражение лиц говоривших были такими, словно произошло нечто чрезвычайное и невозможное. Да, теперь той неизвестной девчонке придётся тяжко, но начало положено. Ничего, может я и доживу до того момента, когда девчонки начнут носить мини юбки. Не сразу, но когда-нибудь и это случится.

Протез

Один раз попал на занятие некромантов, где препод увлечённо рассказывал о построении химер (чудища такие, которых делают из частей мёртвых тел, и размер котрых зависит только от фантазии и силы некроманта). Но это так, вообще, а на уроке объясняли как заставить двигаться части скелетов. У живых это просто — есть мышцы, есть нервные импульсы, которые заставляют мышцы сжиматься и расслабляться, а вот у мёртвых всё намного сложнее. Оказывается, заставить мёртвые мышцы двигаться можно посыланием определённых разновидностей чёрной энергии (это я уже пробовал на той собаке), но были и определённые точки в местах крепления мышц к костям, и они вроде как запоминают прижизненные движения. И если прикрепить мышцу к такой точке, напитанной энергией, а потом создать некое усилие, то мышца среагирует почти как живая, то есть сожмётся или растянется.

Что-то похожее я слышал и на Земле, когда обсуждались методы управления сложными механизмами. У живого организма с течением времени в определённых участках мозга формируются некие «образы» движений, и когда необходимо что-то сделать, этот «образ» превращается в определённый набор импульсов, которые указывают какой мышце в какой момент что делать. А вот для неживых организмов предлагалось как бы перераспределение функций. Типа, мозг отдаёт общий приказ, а на каждой руке-ноге, да и других частях тела, начинают работать свои малые процессоры, которые и управляют только своей конечностью. И вот эти точки «запоминания движений» мне и виделись как кусочки этого самого малого процессора. Получалось как-то странно, но эта лекция о возможностях некромантии меня неожиданно заинтересовала. Препод сказал, что для

Немного подумав, я решил обратиться к единственному человеку, который мог мне помочь. Быстренько сбегав к расписанию, узнал, что практика у леди Ги как раз идёт, и не придётся её искать по всей академии. Немного напрягало то, что занятия было как раз в той конюшне, где я чуть не засветился, но что делать? Она меня запомнила, и от места встречи вряд ли её отношение ко мне изменится.

В конюшню я входил очень медленно, осторожно, изо всех сил изображая скромность и застенчивость. Честно говоря, я и в самом деле чувствовал себя не в своей тарелке — всё-таки обращаться к чужому преподу с просьбой — это как-то не очень. Если она меня просто пошлёт, то я почти и не обижусь. Почти.

Очередная группа медичек увлечённо мучила животину (на этот раз на столах лежали кошки всех мастей). И вид у всех (у студенток) был такой умный, сосредоточенный, гордый. Я скромно притулился у входа, надеясь дождаться леди Ги здесь, и вскоре заметил её, выходящую из одной из клетушек. Преподы терпеть не могут, когда их отвлекают во время занятий, так что я даже не шевельнулся, а вот леди Ги среагировала на меня моментально, и как-то неправильно. Замерла на мгновение и сразу направилась ко мне. Только подошла, и сразу:

— Что случилось?

Я даже опешил немного.

— Да, вроде, ничего не случилось. Добрый день, леди Ги.

Может мне показалось, но Ги чуть слышно перевела дух и выражение её лица смягчилось.

— Добрый день, Гарри, раз так говоришь. Занятие подходит к концу, и вдруг появляешься ты. Я и подумала, что что-то произошло.

— Не, леди Ги, всё в порядке. У меня только небольшая просьба, и если сможете уделить мне немного времени…

— Говори –коротко бросила Ги.

Я чуть вздохнул, набираясь смелости.

— Мне нужна правая нога скелета. И я прошу вас рассказать мне как она работает.

Ги снова насторожилась, но ответила достаточно спокойно.

— У вас что, на кафедре материал закончился?

Я снова замялся.

— Мне нужно именно часть скелета, и в комплекте. А самому готовить, вываривать… -я невольно скривился.

— То, что ты брезглив, я поняла — Ги осталась спокойной — А вот зачем тебе именно правая нога, да ещё и знания о её физиологии? Рассказывай.

— Ну… -я снова замялся — Нам рассказали на лекции, что можно управлять движением частей скелета, если создать псевдомышечный каркас из энергии или с использованием мёртвых мышц. На костях есть точки с остаточной памятью о взаимодействии мышц, и лучше использовать кости из одного скелета. Вот мне и захотелось проверить.

Во взгляде Ги появился сомнение.

— Создание и поднятие скелетонов вам буду давать на старших курсах. Там это делается комплексом из нескольких сложных заклинаний. И сила для этого требуется очень…

Во взгляде отразилось что она думает о моём уровне сил, но разубеждать её я не собирался.

— Да мне это и не нужно. Мне бы проверить некоторые идеи.

— Всё равно непонятно. Почему именно нога? Почему именно правая? Если уж так хочется поэкспериментировать, возьми кисть — и костей много, и движения сложные, и сил потребуется намного меньше.

Говорила она дельные вещи, но меня уже переклинило.

— Я хотел бы проверить работу в реальных условиях, а для этого лучше подойдёт нога –видя непонимание Ги, решил признаться — Хочу сделать протез и походить с ним, проверить как он будет работать.

Леи Ги невольно опустила взгляд на мои ноги.

— У тебя же с ногами, вроде, всё в порядке?

— А это ничего –заверну одну к заднице, а к колену протез приделаю –улыбнулся я.

Наверное, леди Ги никогда не слышала про уловки профессиональных нищих, потому что смотрела на меня как дурака. Потом вдруг задумалась, почему-то оглянулась на ту клетушку, в которой я вылечил собаку, и неожиданно тоже улыбнулась.

— А почему бы и нет? Тягу к знаниям надо поощрять, да и протез, созданный некромантом из скелета, может стать новым словом в науке.

Пришлось немного подождать, пока занятие закончится, пока Ги проверит записи, но это было не такой уж большой платой за помощь. Правда, на меня косились девчонки, и пришлось выйти на улицу (терпеть не могу, когда на меня пялятся девчонки, да ещё при этом шушукаются и хихикают). Может они там все поголовно мной восхищаются, но чувствовать себя экспонатом никогда не любил.

Наконец, Ги освободилась, и мы пошли на кафедру целителей. Я, как истинный джентльмен и студент, приотстал немного и шёл чуть сбоку от Ги, но её это почему-то не устроило. Сама замедлила шаг и начала расспрашивать о моей учёбе. А что я мог рассказать? Что прогуливаю при любой возможности? Что у меня в тетрадке исписаны от силы десяток страниц? Что друзей у меня нет, да и тех, кого я знаю хотя бы по именам, можно пересчитать по пальцам одной руки? Про своё прошлое тем более говорить не собирался, так что всю недолгую дорогу до кафедры я только бекал, мекал, краснел и потел.

Ги быстро поняла, что толком мне сказать нечего, и отстала.

На кафедре целителей, оказывается, была ещё и препараторская, и я минут на десять завис, разглядывая эту кунсткамеру. Вот уж декорации для фильма ужасов —

Ги поговорила с лаборанткой, и та притащила большой деревянный ящик. Внутри оказался муляж ноги и именно правой. Всё как на картинке — белые косточки, красные мышцы, синеватые связки, жёлтые хрящи. Мы устроились за столом у окна, и Ги стала разбирать муляж на части, подробно объясняя что, как и почему. Сразу чувствовался препод — названия на местной латыни текли сплошным потоком, но я даже не пытался хоть что-нибудь запомнить. Мне гораздо важнее было понять общий принцип работы и взаимодействия частей. Прочувствовать, ощутить как своё, родное. Леди Ги разобрала муляж до последней косточки и с лёгкой улыбкой спросила

— Ну что, теперь понятно?

Я немного подумал, вспоминая движения Ги, и молча начал собирать муляж. Несколько раз засомневался — что за что цеплять, но Ги так же молча показывала пальчиком, и дело пошло. Собрал, оглядел, и снова разобрал. И так три раза. Когда кости и мышцы стали вставать на свои места как родные, вытер неожиданно вспотевший лоб, и только тогда сказал.

— Теперь понятно. Не сложнее чем автомат разобрать-собрать.

Ги не стала уточнять про автомат, а принесла ещё одну коробку уже с настоящими костями. Теперь складывать пришлось только примерно, потому что кости ничем не скреплялись. Потом взял берцовую кость*, приложил к своей ноге и задумался. Ги притащила скелет почти моего размера, но делать из него протез не получится.

*берцовая кость — это общее название двух костей — большеберцовой и малоберцовой. В данном случае Гарри взял для пробы большеберцовую.

Я стал собирать кости в коробку, и Ги стразу среагировала.

— Что-то не так?

Я снова приложил кость к своей ноге.

— Предполагалось, что я подверну ногу вот так — я загнул ногу назад — колено станет как основа культи, значит, коленный сустав у протеза должен быть ниже, иначе без него теряется весь смысл. В таком варианте проще деревянную палку прицепить.

Ги не стала спорить и притащила ещё одну коробку. На этот раз длина была нормальной, но теперь не понравилась толщина костей — тоненькие, запросто сломаются. Посомневался, но решил забрать первую коробку. На вопросительный взгляд Ги коротко ответил.

— Укорочу.

Ги странно посмотрела на меня.

— Покажешь что получится?

А у меня настроение стремительно улучшалось.

— Конечно, леди Ги. Вам — самой первой.

У себя в комнате сразу освободил стол, разложил кости в нужном порядке и замер, всматриваясь в них. Через какое-то время стало появляться понимание. Вон тот бугорок для крепления мышц, вон та впадинка для связок. Смотрел пристально, смотрел расслабленно, расфокусировав взгляд, и наконец заметил те самые участки, которые сохранили «память» о движениях. Если подать сюда немного энергии, то появится то самое «рефлекторное» движение мышц. Можно было создать энергетичный каркас, но тут я засомневался — энергии у меня хватит, но Ги сама сказала, что это делается целым комплексом заклинаний, и сил нужно очень много. Если я попробую это сделать своими методами, тут мне и крышка. Нет, нужно что-то другое, с минимумом сил.

Покумекав немного, решил разбить задачу на несколько этапов. Сначала вырезал из берцовых костей почти по десять сантиметров, заново их срастил. Теперь соединение костей в единое целое. Для этого вполне подойдёт некое подобие упругого пластика. Нечто вроде гирлянды сосисок — сплошная оболочка, внутри которой косточки, а в местах соединения небольшие утолщения, имитирующие хрящи. Через полчаса получилась вполне надёжная упругая конструкция, которую можно крутить как угодно без боязни сломать или оторвать отдельные части.Потом мне не понравился болтающийся коленный сустав, и я заменил его на искусственный из титана и фторопласта. Затем пришлось ломать голову над креплением протеза к ноге. Получилось неплохо, но ходить с такой конструкцией было невозможно — болтающаяся гирлянда из костей. Чистую энергию использовать можно только в минимальных количествах, поэтому пришлось придумывать и создавать упругую ленту, имитирующую мышцы. Облепив ею протез в нужных местах, чуть добавил энергии, и осторожно поставил на стол. Получилось почти нормально. Во всяком случае, стоит прямо, при наклонах и сгибах чувствуется упругое сопротивление. Не утерпев, приладил протез к ноге и некоторое время постоял, прислушиваясь к собственным ощущениям. А что, нормально получилось. Обратной связи нет, пол не чувствуется, приходится надеяться только на собственное чувство равновесия, но стоять можно. Чувствуя себя Маресьевым, сделал несколько осторожных шагов и тут же грохнулся на пол. Усилив мышцы, удерживающие стопу, с трудом встал, и снова несколько шагов, и снова грохот падения. Так до глубокой ночи и ходил по комнате, настраивая протез под себя. Там добавить, тут убавить, здесь усилить, а в некоторых местах вообще изменить способ крепления. Вымотался до крайности, но под конец уже мог пройти по периметру комнате раз десять. И это в первый же день. По идее, через месяц тренировок вполне можно научиться и бегать. Ладно, будем считать, что чему-то я всё-таки научился.

Спал я как убитый, и проснулся только к обеду. Встал без всякой охоты, поплескал водой на лицо, но настроение не улучшилось. То ли устал вчера, то ли перегорел, но вид костей на столе не вызвал никаких приятных эмоций. Наоборот, появилось ощущение, что надо избавиться от протеза поскорее. Не интересен он мне, как пройденная игра. Выкинуть бы в окошко, но надо хотя бы показать леди Ги. Раз обещал, надо выполнять.

Чтобы не оттягивать, снова завернул себе ногу, закрепил ремнём на поясе, приладил протез (не в руках же мне его тащить), накинул мантию и решил для начала сходить на кафедру к целителям. В общаге и на улице почти никто не встретился (занятия всё-таки), а вот в учебном корпусе стал замечать ошарашено-испуганные взгляды, устремлённые на меня. Сначала не придал этому значения, затем дошло — мантия была длинной, но не доходила до пола сантиметров десять, а уж во время ходьбы любой дурак увидит, что ноги у меня разные. Да ещё и звуки… Полы в коридорах каменные или паркет, и звук получался достаточно громкий — ботинок каблуком — бом, затем костями — бряк. Коридоры почти пустые, и моё бом-бряк сразу привлекало внимание. Вот об этом я не подумал. Лучше бы, конечно, снять, чтобы не привлекать внимание, но не

Уже осознанно постарался сделать мрачный вид и двинулся по коридорам.

Народ, забыв, что они маги, шарахался от меня в разные стороны, и это нравилось мне всё больше и больше. В аудитории, где по расписанию вела занятия леди Ги, слышался её голос, и я решил подождать, чтобы поскорее закончить с этим. Встал у окна и стал ждать. Через несколько минут подошла парочка симпатичных девчонок со значками воздушников и стали тихонечко шептаться. Стоят и стоят, но одна из них, с черными волосами, собранными в высокую причёску, косилась на меня с откровенным интересом, и это меня разозлила. Не то у меня было настроение, чтобы шуры-муры заводить. И я так это небрежно выставил вперёд свою новую ногу, и так это небрежно костяшками по полу стук-стук. Девчонка перевела взгляд вниз, несколько мгновений на то, чтобы осознать что она видит, а затем аристократичное «Ах», и она, закатив глаза, начинает заваливаться. Белобрысая подруга успела её подхватить, оборачивается в поисках помощи, видит меня, двинувшегося к ней, видит мою ногу и на этот раз я удостоился дикого визга.

Я замер, не решаясь двинуться, и почти сразу же распахивается дверь аудитории и в коридор чуть не выбегает леди Ги. Быстрый взгляд по сторонам, на меня, на девчонок, и снова на меня. Всё, бля, дошутился. Судя по взгляду магессы, она готова прибить любого, кто покажется ей подозрительным.

Дежавю какое-то. Ги быстро подошла к девчонкам, сделала несколько пассов руками, и визг стих. Ещё пара пассов, и девчонка, потерявшая сознание, открыла глаза. Ги её о чём-то негромко спросила, и та вдруг стала тыкать в мою сторону пальцем. Несколько новых вопросов, и Ги двинулась ко мне. Ну всё, мне хана. Я даже невольно втянул голову в плечи, но Ги, приблизившись, уставилась на мою ногу, видневшуюся из-под мантии.

— Значит не показалось –сказала она вдруг. Ещё несколько мгновений разглядывания, и её взгляд впился в моё лицо — Не слишком ли много криков и истерик вокруг тебя?

Я только пожал плечами. А что ещё скажешь? Я ведь только пошутить хотел. Кто ж знал, что девчонки такие впечатлительные. Мне почему-то казалось, что уж магички-то вообще ничего бояться не должны.

Не дождавшись от меня ответа, магесса вздохнула.

— Ладно, пойдём в аудиторию, всё равно занятие сорвано.

Я поплёлся за Ги, стараясь стать пониже, чтобы мантия опустилась до пола и ногу не было видно. Если и остальные девчонки так же среагируют, то никакие барабанные перепонки не выдержат.

Словно услышав мои мысли, Ги остановилась в дверях аудитории.

— Внимание, девочки, занятие окончено. Большая просьбы — что бы вы ни увидели, не визжать и не орать. Вы всё-таки будущие целители!

В аудитории будто ветерок прошумел, и наступила настороженная тишина. Я немного приободрился, и более смело зашёл за магессой. Ги вышла на середину перед кафедрой и повернулась ко мне.

— Ну что ж, показывай.

Легко сказать «показывай». Под пристальными взглядами полусотни девчонок я чувствовал себя так, будто придётся и штаны снимать. Заметив, что несколько девчонок уже что-то заметили, и глаза их начинают округляться, на всякий случай рявкнул: «Не орать и не визжать, а то никто зачёт не получит!»

Все вздрогнули, но в обморок падать передумали. Да и мысли теперь наперекосяк — о каком зачёте идёт речь, и почему об этом говорю именно я. Новый преподаватель?

Пока у девчонок скрипели мозги, я стал медленно поднимать подол мантии. Примерно с той же скоростью удивлённо поднимались и брови у девчонок. Слава богу, никто не орал и не визжал. Задрав мантию до колен, чтобы был виден новый сустав и крепление, я замер, поглядывая на Ги. Та отошла к первым рядам, и разглядывала меня вместе со всеми. Через какое-то время сказала.

— Повернись вокруг себя -ну что ж, мне нетрудно. Пару раз повернулся и снова замер — А теперь пройдись туда-сюда.

Можно и пройтись. Я двинулся по аудитории, поглядывая на студенток. Может первый шок прошёл, может сказалось то, что они всё-таки будущие врачихи, но почти все смотрели на мою ногу с интересом.

Вернувшись в центр, я, на всякий случай, ещё и присел несколько раз. Неглубоко, конечно, но, надеюсь, леди Ги увидит достаточно. Так и оказалась. Стоило выпрямиться, как она скомандовала:

— Снимай.

Вот эти слова показались мне очень даже приятными. Хоть я и подгонял протез под себя, но хожу я с ним меньше суток, и подвёрнутая нога довольно сильно затекла. Отойдя к стене, несколькими движениями отстегнул протез и с наслаждением выпрямил настоящую ногу. Как ни странно, но превращение меня в нормального двуногого произвело на девчонок едва ли не большее впечатление, чем моя мнимая «калечность». По рядам словно ветерок загулял — шу-шу-шу.

Леди Ги на это не обратила внимания. Стоило мне водрузить своё творение на кафедру, как она оказалась рядом и словно отключилась от мира. Сначала затуманенный взгляд, которым она осматривала протез, потом взгляд снова стал острым, и она стала осторожно водить пальчиком по протезу, выискивая что-то своё. Ещё несколько девчонок посмелее окружили кафедру и тоже что-то высматривали.

Я уже хотел потихоньку свалить, пока им не до меня, но Ги это сразу заметила.

— Гарри, иди сюда –ну, подошёл — Рассказывай.

— Что именно?

— Вот это что? — Ги ткнула пальчиком в серый материал.

— Это? Это полимер с заданными параметрами упругости. Выполняет роль связок и хрящей.

— Это понятно –нетерпеливо прервала меня Ги — Где ты его взял?

Я даже немного опешил. Она что, хочет обвинить меня в воровстве? Но и говорить, что я сделал его сам, тоже нельзя.

— Э… У меня был некоторый запас.

— Откуда? — Не отставала Ги.

— Остатки от упаковки, когда сюда приехал. Сразу не выкинул, а теперь вот пригодилось для поделок –осторожно ответил я.

— А это –пальчик ткнул в искусственные мышцы.

— Тоже пластик, но с другим свойствами. Чувствителен к магии кости, с которой соприкасается.

— Тоже привёз с собой?

— Ну, что-нибудь стянуть, перевязать.

— Это? –пальчик ткнул в сустав.

— Титан в паре с другим пластиком для лучшего скольжения.

Леди Ги открыла было рот, но спрашивать передумала. Задумчиво

— Ты не мог бы оставить… это… на время? Хотелось бы получше разобраться что ты сделал.

Теперь уже я облегчённо перевёл дух. Всего-то?

— Да оставьте себе насовсем, если хочется. Свои идеи я проверил, так что этот протез мне больше не нужен.

— Будешь делать другой или сразу за скелетона возьмёшься? –чуть улыбнулась Ги.

— А зачем он мне? –не понял я.

— Ну… -задумалась леди Ги — Для очень многих это символ их мастерства и могущества, а с твоими придумками может получиться очень интересный образец.

Бегающий скелет — могущество? Для этого мне и напрягаться бы не пришлось. Я невольно хмыкнул. Тем более не стоит хвалиться созданными динозавриками. Но внимание леди Ги всё-таки лучше отвлечь на что-то другое.

— Есть древние легенды, что если сложить мусор в кучу определённым образом, с соответствующими заклинаниями, то через некоторое время родится мышь. Почему бы таким же образом не создать живого человека? Может, займусь этим.

Лицо Ги мгновенно стало напряжённым.

— Гарри, надеюсь, это шутка?

Я только пожал плечами.

— Древние верили в это, а чтобы разобраться во всём, потребуются годы и десятилетия. Пока буду учиться, может и новые идеи появится.

Ги чуть расслабилась.

— Да, пока лучше приобретать знания. И побольше, побольше –она строго глянула по сторонам — Гарри идёт отдыхать и отсыпаться, а то вон под глазами черно. Девочки, от следующей пары вас никто не освобождал. Быстренько все разбежались по занятиям — уговаривать никого не пришлось.

Магесса дождалась, пока в аудитории никого не осталось, и склонилась над протезом.

— А я тоже буду получать новые знания. И побольше, побольше –улыбнулась она.

Те девчонки всё ещё стояли в коридоре, выглядели такими потерянным, так испуганно глядели на мои ботинки, что я не удержался. Учтиво поклонившись (как я это представляю), я мягким голосом негромко сказал.

— Прошу прощения, мадемуазель, что невольно напугал вас. Знаете, эксперименты у некромантов не всегда бывают удачными, и вы увидели результат такой неудачи. Но теперь всё в порядке –я выставил ногу в ботинке и покрутил –леди Ги творит буквально чудеса.

Полюбовался на широко открытые глаза девчонок, и очень довольный собой, пошёл спать.

Леди Ги осторожно положила на стол декана длинный свёрток и отступила. Декан недовольно оглядел свой стол, заваленный бумагами, поверх которых теперь лежало нечто длиной сантиметров семьдесят, и скривился.

— Ну что такого ещё случилось? У меня отчёты, мне надо… -он оборвал себя — Так что случилось?

— А вы разверните –улыбнулась магесса.

Чувствуя подвох, декан осторожно, двумя пальцами, откинул ткань и сморщился ещё больше.

— Ну что за… -он даже скривился — Какой идиот сотворил подобное уродство? Если это кто-то из наших, накажу. Страшно накажу!

— А вы посмотрите повнимательней –улыбнулась леди Ги.

Декан покосился на неё, но послушался. Немного отодвинулся, чтобы видеть конструкцию целиком.

— И что я должен увидеть? На первый взгляд, это похоже на извращенное соединение нижней конечности скелета и крепления для протеза.

— Так и есть — кивнула магесса.

Декан устало вздохнул.

— Уважаемая леди Ги, у меня был тяжёлый день, ещё куча бумаг, которые обязательно нужно просмотреть именно сегодня, и я уже плохо соображаю. Если вы подскажете, на что именно нужно обратить внимание, наш разговор будет гораздо продуктивнее.

Ги сердито поджала губы.

— А вам ничего не кажется странным?

Декан тоже начал сердиться.

— Мне всё кажется странным. Странная конструкция, которая может родиться только в воспалённом мозгу извращенца. Странный интерес мага-целителя к этому уродству. Что ещё странного я не заметил?

Магичка вздохнула.

— Вчера я отдала набор костей конечности одному из студентов, а сегодня получила вот это.

— Надеюсь, это не кто-то из наших?

— Нет, это всего лишь некромант первокурсник.

— Уж не тот ли самый…

— Именно тот самый. У него появились какие-то идеи, и он попросил материал для работы. А в итоге получилось вот это.

Во взгляде декана появился лёгкий интерес.

— И что интересного вы в этом обнаружили?

— А вы ещё не поняли? Кто у нас может сделать подобное за неполные сутки?

— Ну, если будут помогать…

— Первокурснику? Кто?

— Да, с этим проблемы –кивнул декан.

— Второе –я не знаю что это за материалы.

Декан, прищурившись, всмотрелся в детали.

— Может новые разработки артефакторов?

— Гарри сказал, что у него был небольшой запас, оставшийся от упаковки. И называет он эти материалы «пластик» и «полимер».

— Ну, мало ли кто и что привёз. Мы же не можем всего знать.

— Дело не в этом. Сколько я не присматривалась, я не нашла следов обработки инструментами. Как это возможно — не знаю. Выглядит так, словно это естественное сочленение некоего организма.

— Скелета? –хмыкнул декан, но на этот раз всматривался в протез намного дольше — Что ещё? –сказал он наконец.

— Я не знаю что это за металл. Поттер назвал его «титан», но я о таком даже не слышала. Здесь –она показала пальцем –трубка переходи в чашу поддержки, при этом никаких следов ковки, сварки или пайки нет. Как он это делал?

— Надо показать кузнецам –задумчиво произнёс декан.

— А вот это — полный аналог коленного сустава, даже лучше. Никакого болтания, двигается легко, без заеданий. И неизвестно как его собирали –на этот раз декан не стал поминать кузнецов — И самое интересное –продолжила магесса –вот эти ленточки, изображающие мышцы. Но они не только изображают, они и в самом деле работают как мышцы. Немного непонятной магии в точках соединения с костями, и при определённых движениях они работают как настоящие мышцы, расслабляясь и сокращаясь. Гарри не только сделал всё это за сутки, но и прикрепил к своему колену и в таком виде пришёл ко мне на лекцию. И движения были почти естественными.

Декан в задумчивости потёр подбородок.

— Наше основное направление всё-таки магия.

— Разумеется, -кивнула Ги –но, думаю, генерал Таскин, недавно потерявший в бою ногу, заплатил бы за подобный образец золотом не торгуясь. По весу.

— Может быть, может быть, –декан откинулся в кресле –но лучше никому об этом не говорить, а разбираться потихоньку, в тишине.

— Уже не получится –покачала головой Ги — Рядом с нашей аудиторией Гарри увидели две девушки воздушницы. Одна упала в обморок, а вторая визжала на весь корпус. Пришлось

— Обидел? — прищурился декан.

— Пошутил –повторила Ги — Но, думаю, завтра вся академия будет знать, что начинающий некромант в результате неудачного опыта лишился мяса на ноге до самых костей. А я его вылечила.

Глядя на улыбающуюся магессу, декан тоже улыбнулся.

— Ну, даже такая прибавка к авторитету целителей не будет лишней.

Думал так будет лучше

Учёба учёбой, а есть всё-таки хочется каждые день, и лучше бы три четыре-пять раз. Смешно сказать, но отсиживание положенных часов на лекциях стало для меня очень тяжкой работой, потому что скучно просто сидеть и бездельничать. Слышал, что вроде как от безделья люди начинаю много есть. Может из-за этого, может из-за регулярных утренних занятий спортом, но жрать я теперь хотел постоянно, и даже обычный обед в столовке воспринимался чуть ли не как праздник.

Очередь двигалась довольно быстро, и я принялся выбирать что-нибудь вкусненькое. Так, один салатик из чего-то вроде местной капусточки и брусники. Уже пробовал, вкусно. Ещё один салатик из рубленного мяса с овощами, политых каким-то соусом. Выглядит ничего, попробуем. Потянулся за хлебом, и тут сзади различил звуки вроде знакомого голоса. Оглянулся и тут же чертыхнулся, не удержавшись. Опять эти две демонки! Ведь послал их открытым текстом, и всё равно они рядом крутятся. Хотя, стоп! Спокойствие, спокойствие. Мы в столовой, и они имеют полное право находиться здесь. Даже рядом со мной. Кушать-то все хотят независимо от пола, возраста и отношений.

Тут же забыв про девчонок, снова принялся выбирать еду. Супов было целых пять видов, но мне захотелось красного по цвету — очень уже он мне напомнил родной борщ. Ещё и сметану сверху положили. На второе выбрал жаркое, ещё взял кружку компота, хлеба. Перекусить хватит.

Стол уже привычный — в дальнем углу недалеко от окошка для приёма грязной посуды. Местным он не нравился, и садились сюда только в разгар обеденного столпотворения, а для меня в самый раз — никто не мешает, да и весь зал как на ладони. Можно спокойно пожевать, ненавязчиво разглядывая остальных студентов. Кто как ест, с кем разговаривает, кто и как несёт поднос грязной посудой. Сразу видно и дружные компании, и их лидеров; воркующие парочки, и кто в них главный (пару раз видел, как после приятных разговоров посуду относили девушки, а парень оставался за столом, самодовольно поглядывая на окружающих). Ну, это их дела.

Только сел, только расставил тарелки, как перед столом нарисовались демонки. Тоже с подносами с едой.

— Здесь не занято? — спросила та, которую я уже выгонял из комнаты. Не успел я и рта открыть, как девчонка уже всё решила за меня — Значит, мы здесь присядем.

Я покосился по сторонам. Свободных столиков не было, но невдалеке было два столика, за которыми сидело по одной девчонке. Какого чёрта демонки выбрали именно мой стол? Или опять что-то от меня нужно?

Пока я жевал капусту, ставшую вдруг жёсткой и невкусной, девчонки по-хозяйски устраивались за столом. Тоже по паре салатиков, но из серьёзной еды только что-то вроде морковных котлет. Может и не из морковки, но мяса там точно не было. Съели по паре кусочков, и вдруг демонки заговорили о какой-то книге. И так это многозначительно, типа, это какая-то сверхважная и сверхнужная вещь. Я невольно прислушался. Судя по намёкам, что-то по целительству. Одна даже на чудовищном велсарском произнесла замысловатую фразу, и тут же добавила, что никак не может её расшифровать. Я чуть было не купился. Хотел уже было сказать, что это означает «Терсанам ингабируют в среде тархенаса», но вовремя прикусил язык. Это что, они пытаются меня заинтересовать, спровоцировать, чтобы я сам предложил им помощь? В другое время я, может, и сам был бы не против пообщаться с симпатичными девчонками, но ведь это демонки! За общение с ними и чтение книг древних демонов Наместник меня точно за причинное место на крюк повесит. Вслух посылать на… в известном направлении вроде пока не за что (подумаешь, книгу обсуждают), но и отмалчиваться бесполезно. Ведь не отстанут и ещё что-нибудь придумают. Не завтра так послезавтра, не в столовой так ещё где-нибудь.

Уткнулся в свою тарелку, чтобы не видеть и не слышать демонок, и тут появились странные ассоциации. Красный борщ. Светленькие платья девчонок. А что, если совместить их? Нечаянно так, неловким движением? Что будет делать девчонка, если её юбка будет испачкана самым некрасивым образом, да ещё и в людном месте? Однозначно уйдёт. И подружка однозначно уйдёт, чтобы поддержать пострадавшую. Ничего, я даже их посуду отнесу. А после этого можно будет надеяться, что они ко мне больше и на пушечный выстрел не подойдут. Ну, хотя бы в столовой.

Стараясь не улыбаться, я, не поднимая головы, потянулся за солонкой, посолил борщик, к которому ещё даже не притронулся, вернул баночку на место, и тут мне как будто что-то послышалось сбоку. Голова в сторону, а рука как-то очень неловко зацепила край тарелки. Совсем немного, но этого оказалось достаточно, чтобы красная жидкость вперемешку с овощами плесканула по столу и дальше за край, прямо на колени более взрослой демонки. Та попыталась увернуться, но стул был приставлен слишком близко.

Девушки всё-таки вскочили, отошли на пару шагов от стола, и старшая принялась оглядывала свою юбку, покрытую красными пятнами, да ещё и что-то бормотала себе под нос (явно нецензурное). Потом посмотрела на меня таким взглядом, что я приготовился защищать свою жизнь — демонка всерьёз готова была меня убить. Уж это я почувствовал.

В нашу сторону оборачивались, и я, торопливо вскочив из-за стола, бросился к демонкам, бормоча слова извинений.

— Ах, госпожа, простите великодушно! Я такой неловкий, даже не знаю как это случилось! Я сейчас всё исправлю!

У демонки крылья носа раздувались от бешенства, и я, чтобы не встречаться с ней взглядом, торопливо опустился перед ней на колени.

— Сейчас, сейчас, я всё исправлю.

Торопливо достав платок, принялся вытирать борщ, попутно размазывая красноту по ткани. Демонка в первый момент дёрнулась, но промолчала и не отшвырнула меня. Я продолжал размазывать суп, и не только по центру юбки. Довольно большие красные пятна были и на бёдрах, и мягкая ткань под руками (и ощущение упругих бёдер) резко повернули мысли совсем в

— Что же ты остановился? Руки у тебя нежные и ласковые, они могут доставить удовольствие.

Говорила она с усмешкой, и гладить её ноги резко расхотелось. Выпрямившись, я чуть поклонился.

— Я приношу свои глубочайшие извинения за свою неловкость! Если желаете, я лично выстираю ваше платье или оплачу полную стоимость как за испорченное.

— Предлагаешь раздеться перед тобой прямо сейчас? –ухмыльнулась демонка. Похоже, то, что она стоит перед всеми студентами в испорченном платье, её нисколько не волновало — Нет, дорогой, просто так ты не отделаешься. Отработаешь! А когда и чем, буду решать я.

Взгляд демонки вновь стал жёстким, и мне вдруг подумалось, что свою смерть я отсрочил лишь ненадолго. Сейчас отказа не примут.

Пришлось склонить голову.

— Да, госпожа, я готов искупить свою невольную вину.

Демонка ещё посверлила меня взглядом.

— Конечно, искупишь. До последней золотинки искупишь.

Повернулась и неспешно, словно королева на балу, отправилась к выходу. Подружка, весь разговор простоявшая с недоумением на лице, тут же отправилась за ней, и я смог перевести дух. Бля, чего-то я не учёл и не понял. То, что за мою «шутку» в Академии вполне могут убить, я не подумал, но, в принципе, это был допустимый риск. А вот поведение демонки я вообще не понял. Понял бы визг, истерику, оскорбления, обещания убить быдло (меня), но ничего этого не было. Глаза сверкали, но ни единого слова с угрозами сказано не было. Да и эта странная улыбка, когда я гладил её ногу. На глазах у всех, между прочим. Она что, нимфоманка, сомлевшая от одного моего прикосновения? Или всё гораздо хуже? Что, если она поняла мою игру и решила повернуть её на пользу себе? Я ведь хотел добиться, чтобы демонки оставили меня в покое, а в итоге получилось, что я сам влез к ним в пасть, да ещё оказался им должен. Что они могут потребовать? Ладно если прочитать им какую-нибудь книгу, а если что-то ещё? Мда, похоже, я влип…

Некоторое время девушки шли молча. Наконец, Ритара не выдержала.

— Я поражаюсь твоей выдержке! Если бы на меня попала хоть капелька этой гадости, я бы его просто убила! Прямо там, в столовой.

Дари с усмешкой покосилась на подругу.

— Иногда надо уметь держать свои чувства в узде. Ну, убила бы я его, и что получила взамен? Удовлетворение от ещё одного трупа? Успокоила оскорбленную гордость? Может быть. А что я получила сейчас? Ты вот даже поговорить с ним толком не могла, а я теперь могу приказывать ему что угодно. В разумных пределах, разумеется, а то парень может и взбрыкнуть. Так что теперь можно будет и про книги поговорить, а может и ещё что узнаем.

— Книги — это хорошо, –кивнула Ритара –но… -девушка с хитринкой посмотрела на подругу — Меня очень удивила твоя улыбка, когда парень касался твоих бёдер. Такое впечатление, что тебе это даже понравилось.

Дари рассмеялась.

— А что, это было заметно?

Ритара тоже улыбнулась.

— Ты смотрела на него как кошка на миску сметаны и чуть не мурлыкала.

— Стыдно признаться, но мне и в самом деле понравилось –усмехнулась Дари — Руки у него очень ласковые. Когда он в первый раз коснулся меня, я чуть не врезала ему за наглость, а потом вроде как уже и не хотелось. Руки у него какие-то… жаркие что ли. Прямо волна по телу пошла. Ничего, как-нибудь вечером я прикажу ему сделать мне массаж или ещё что-нибудь приятное.

— Дари, ты опять за своё!

— А что «Дари»? -сделала удивлённые глаза девушка — Новые книги и знания ты получишь, а уж чем я буду заниматься вечером со своим новым рабом, это моё дело.

Ринара помрачнела, но всё-таки вынуждена была сказать:

— Только не забывай полог тишины ставить, а то знаю я твои «что-нибудь ещё».

— Разумеется, поставлю –засмеялась Дари — Кстати, Гарри подсказал интересную идею. Я в грязном платье, а он меня раздевает. Медленно-медленно расстёгивает пуговичку за пуговичкой, крючок за крючочком, потом начинает поднимать подол платья сантиметром за сантиметром –видя нарастающее раздражение на лице подруги, Дари неожиданно закончила — А потом я отправлю его стирать это платье. Медленно-медленно –с улыбкой закончила она.

— Да ну тебя –вздохнула Ритара — Ты неисправима.

— Конечно -согласилась Дари — Я ведь уже познала мужчин, и мне это интересно. В отличии от некоторых –ехидно закончила она, поглядывая на Ритару.

Тут взгляд Дари упал на идущего навстречу студента. Тот смотрел на юбку Дари с нарастающим удивлением, к которому прибавилась насмешка. Дари среагировала мгновенно.

— Молодой человек, вам чем-то не нравится моя юбка?

Парень, наверное, хотел сказать что-то грубо-презрительное, но правильно оценив взгляд и тон Дари, мгновенно передумал.

— Прошу прощение, госпожа, если нечаянно чем-то задел вас. Задумался, знаете, о своих делах.

Дари посверлила его взглядом, но всё-таки смилостивилась.

— Будьте осторожны в своих мыслях –с намёком произнесла она.

Демонки не собирались долго тянуть с расчётом, и тем же вечером явились ко мне. Та, что помоложе, была одета в лёгкое платье, а та, которую я облил супом, почему-то была в чём-то вроде спортивного костюма. Симпатичного, но я как-то не ожидал, что одна оделась словно на прогулку, а другая на тренировку. Но та, что я облил супом, довольно требовательно сказал, что они идут гулять, и я их буду сопровождать. Странное наказание, и явно с подвохом, но что я мог возразить? А может и ничего, может они сами скажут что же им от меня надо.

Пошли гулять, но вскоре я понял, что меня целенаправленно ведут в какое-то конкретное место. С улыбками, болтовнёй, но тащат как бычка на верёвочке. Мне это очень не понравилось, но подозрения ведь к делу не пришьёшь? Если я начну убивать прямо сейчас, то как потом оправдываться? Что тащили куда-то? А может им приспичило заняться сексом и они ищут местечко потемнее? Глупость, конечно, но что я должен думать, оказавшись в компании двух малознакомых девушек в глухом месте? Слишком уж явный интерес был к моей особе. Я, конечно, о себе очень высокого мнения, но не настолько. Но уже узнал, что ту, что

Когда выбрались на один из стадионов с полосой препятствий, вдруг понял — сейчас что-то будет. Ритара жеманно пожаловалась на усталость и присела на ближайшую скамеечку, а Дари вышла на поле и так же жеманно пожаловалась, что давно не разминалась. Сделала несколько разминочных упражнений и вдруг обратилась ко мне.

— Гарри, не составишь компанию?

— Не, спасибо, мне и утренних занятий хватает.

— Так я же не отжиматься зову. Как насчёт небольшого спарринга?

Спарринг? С ней? Я ещё не сошёл с ума. Дари старательно изображала из себя изнеженную девочку, но пластику движений не спрячешь. Несколько раз она прокололась, и у меня не было никакого желания встречаться с ней в бою — порежет на кусочки за несколько секунд. Дари это прекрасно понимает, так зачем тогда заманивает на бой? Хочет убить или поиздеваться? Я примирительно поднял руки.

— С девушками я бьюсь только в самом крайнем случае. Да и оружия у меня нет.

— А кто говорил про оружие? –деланно удивилась Дари — Так, потолкаемся немного. Захваты, броски, немного ударов.

Может для неё это только разминка, но о последствиях для меня после такой схватки у меня не было иллюзий. Вот если бы использовать мой бесконтактный бой, шанс бы появился, но показывать своё тайное оружие не хотелось. Не зная, как отвязаться, посмотрел по сторонам и заметил невдалеке несколько столбиков, верхушки которых были соединены верёвкой. То ли их использовали для временного ограждения, то ли ещё зачем, но верёвка могла мне здорово помочь в бою.

Я повернулся к Дари.

— А можно я буду с верёвкой?

Девушка удивилась.

— С верёвкой? А зачем?

— Ну, есть такой стиль боя. Хочу попробовать.

Дари просто обязана была знать о боевом применении длинного тонкого гибкого, но всё равно выглядела удивлённой. Или не ожидала этого от меня?

— Ну, если тебе так нравиться, то пожалуйста. Можешь даже палку взять для смелости — снисходительно добавила она.

— Для смелости, для смелости –буркнул я, быстренько отвязывая верёвку от столбиков. Если мою непонятную магию показывать нельзя, то обычная верёвка поможет хоть немного уравнять шансы. Верёвки оказалось почти пять метров, чуть ли не в палец толщиной, и по весу получалось ощутимо. Если что, можно и как груз для отвлечения внимания швырнуть. Сложил верёвку в несколько раз, и получилась довольно увесистая плеть. Можно и удар отклонить, и как плеть использовать. Но самое главное — надо попытаться при первой возможности запутать руки Дари, а в идеальном варианте вообще связать её. Ну что ж, да помогут мне боги. Демонские способности я не стану показывать, даже если станут убивать. Только не здесь и не сейчас.

Дари наблюдала за моими приготовлениями с лёгкой усмешкой. Если бы не эта усмешка, я бы может и поверил в сказочку про разминку, но сейчас уже был твёрдо уверен — сейчас меня будут бить. «Сильно, больно, и может даже ногами».

Так и получилось. Стоило встать в паре метров от Дари и кивнуть головой, обозначая готовность, как она тут же двинулась на меня. Совсем как пишут в книжках: «Вихрь ударов обрушился на него». Именно вихрь и именно на меня. Дари работала спокойно, словно отрабатывала удары на груше, но от этого удары не стали легче. Первую пару минут я только защищался, стараясь не пропустить удары. Верёвка как оружие оказалась почти бесполезной — Дари легко уходила от моих неуклюжих ударов. Всё что я смог — это уклоняться, отклонять особо опасные удары руками и верёвкой или принимать их на многострадальные руки и плечи. Совершенно не чувствовалось, что Дари хоть немного устала, и на каждый её новый удар тело отзывалось нарастающей болью. Завтра точно буду чёрным от синяков. Когда Дари пустила в ход и ноги, я понял — ещё немного, и она меня просто забьёт.

Не с первой попытки, но удалось подловить правую руку Дари в петлю. Не совсем удачно, в районе плеча, но теперь я хотя бы мог определять расстояние между нами. Потом петля вокруг шеи. Я подтянул девушку к себе, но теперь посыпались удары локтями. Было очень больно, но для меня гораздо важнее было набросить новые петли на тело девушки. Теперь я крутился, стараясь её запутать, а она как акробатка изгибалась, стараясь избавиться от петель. В какой-то момент резко потянул за верёвку, и девушка замерла, опутанная как муха паутиной. Я благоразумно подошёл к ней сзади, и едва смог уклониться от удара ногой, направленного в самое сокровенное место. Ах ты зараза! Уже не церемонясь, перехватил ногу и тоже прихватил верёвкой. Ещё и бантик красивый завязал.

Интересная получилась фигура — Дари стояла на одной ноге и не могла ничего сделать. Лицо искажено яростью, но ни единого слова о пощаде. Полюбовавшись на девушку, поднял на руки и отнёс на скамейку рядом с Ринарой. Полюбовался уже на двоих девушек, потом отвесил шутливый поклон.

— Вы уж извините, девчонки, но мне завтра рано вставать. А вы посидите ещё, отдохните, подышите свежим воздухом. Ну, пока.

Может и не стоило так заканчивать вечер, но очень уж мне не понравилось, что меня хотели банально избить. Тело болело всё сильнее, и вежливо разговаривать с этими бандитками я просто не мог.

Пусть отдохнут без меня!

Девушки проводили взглядами удаляющегося парня, потом посмотрели друг на друга.

— Развяжи! –потребовала Дари.

Ринара отрицательно покачала головой.

— Нет. Ты не в себе и можешь натворить бед.

— Ринара! –в голосе Дари бурлила ярость — Ты пожалеешь!

— Я уже пожалела — Ринара отвернулась от подруги — Почему ты начала биться в полную силу? Мы же договаривались, что ты только проверишь его, а если и ударишь, то не сильно.

Некоторое время слышались только шумное дыхание Дари, пытавшейся освободиться от верёвки. Наконец, она сдалась. Через какое-то время раздался её почти спокойный голос.

— Я сорвалась. Я его била, била, а он как… скала. Я его даже ни разу не достала!

— Что значит «не достала»? — Ринара повернулась к подруге — Я же видела!

— Ни одного опасного удара он не пропустил — отозвалась Дари — Ни одного.

Девушки ещё посидели, думая о своём. Наконец, Дари выдавила из себя.

— Ладно, Ринара, развязывай. Я успокоилась и не буду убивать этого наглеца.

Ринара наклонилась за спину подруги и вдруг захихикала.

— Ты чего? –насторожилась Дари.

— Наглец! Убью! –снова взъярилась Дари.

— Этот наглец, между прочим, почти все твои мечты исполнил.

— Какие ещё мечты? –насторожилась Дари.

— Ну как же — Ринара с улыбкой стала перечислять — Встретились в бою, и победить ты его не смогла. Обнял так, что косточки хрустнули. На руки поднял и отнёс… не до кровати, но для первого раза и скамейка сойдёт. Может и остальные мечты исполнит.

— Да уж, –хмыкнула Дари –почти как в сказках. Ладно, развязывай –буркнула она, и на этот Ринара послушалась её беспрекословно.

Верёвка полетела в темноту, и девушки ещё посидели, пока Дари растирала затёкшие руки.

— И всё равно непонятно — как он выдержал мои удары? -неожиданно сказала девушка — Я ведь под конец не сдержалась, даже использовала немного нашей силы, но он выдержал. Я даже наших парней так ломала, а простому человеку выдержать такие удары вообще невозможно. Во всяком случае, раньше я так думала.

— Пойдём лучше спать. Ты успокоишься, я успокоюсь, может вспомним что-то важное. А ты ещё подумай как извиняться будешь.

— С чего вдруг? — вскинулась Дари.

— Он, между прочим, обиделся на тебя. Как с ним дальше общаться? Или придётся операцию сворачивать?

Дари помолчала, но всё-таки выдавила из себя.

— Ладно, извинюсь.

Эльфийка

Тело болело немилосердно, но, разглядывая себя утром в зеркале, ни одного синяка не обнаружил. Странно как-то. Учитывая опыт моей прошлой жизни, руки и плечи должны быть чёрными от кровоподтёков, но кожа белая, чистая и гладкая. Всё болит, но внешне никаких последствий. Может так проявляются способности мага, которые я обрёл в этом мире? Или способности демона, которыми я иногда пользуюсь? Поспрошать бы у целителей, но они ведь захотят посмотреть, проверить, начнут меня лупить и резать, а что я скажу в ответ на их вопросы? Что я привидение-демон-непонятно что? Нет уж, придётся терпеть и разбираться самому.

Лекции, как обычно, выбрал, не глядя ткнув пальцем в расписание. Даже не пытался слушать или что-то понять. Надо отсидеть положенные часы, вот и отсиживаю.

А в перерыве между парами случилась странная история. Уже вышел за дверь в коридор, и тут шедшая впереди девушка резко повернулась. Может она вдруг вспомнила о своей сумочке, забытой в аудитории, и решила вернуться, может я оказался слишком близко, но девушка повернулась слишком быстро и острым локотком ткнула мне прямо в грудь в районе сердца. Твою ж… У меня и так всё болит, а ещё и эта локтями тыкает! Непроизвольно схватился за грудь и не смог сдержать стон. Девчонка настороженно смотрела на меня.

— Я сделала вам больно? Извините.

Девчонка оказалась стройной, хорошенькой, с неестественно белыми волосами, и меня снова понесло не в ту сторону.

— Ваша красота поразила меня в самое сердце, но я с радостью буду терпеть эту сладостную боль снова и снова.

Девчонка оглядела меня с головы до ног.

— На дурака не похож, да и на ловеласа, если честно, тоже. Странно.

Повернулась и пошла летящей походкой. Я проводил её взглядом, и только потом озадачился — это она меня сейчас похвалила или обругала?К ней что, пристают только дураки и бабники? Действительно, странно. А, это не мои проблемы. Свою долю приятных эмоций я получил, и даже мышцы, вроде, стали меньше болеть. Интересно, а есть такая наука «девочкотерапия»? С какой лучше общаться, чтобы голова, например, перестала болеть? Вот если мышцы болят, то лучше с блондинками — на себе почувствовал.

Настроение стремительно улучшалось, и я с интересом оглянулся по сторонам — а куда это я забрёл, и чему здесь учат? Более-менее к этому я теперь готов.

После звонка забрался на самый верх аудитории и стал оглядываться по сторонам. Вскоре приметил и ту блондинку, сейчас старательно записывавшей за лектором. Рядом со мной сидел такой же двоечник, как и я, задумчиво решавший — поспать или всё-таки взяться за ручку. Я наклонился к нему.

— Слушай, а что это за девчонка вон там сидит? Беленькая такая.

Парень глянул в указанную сторону.

— Эльфийка –коротко бросил он.

— Эльфийка? –переспросил я — А что, неплохое прозвище. Ей идёт.

Парень покосился на меня.

— Она — настоящая.

Что-то я в этой Академии тупить стал, элементарные вещи не понимаю.

— Это что, нация такая?

Парень на мгновение задумался.

— Это раса такая.

— Как в сказках? –не понял я.

Парень посмотрел на меня очень внимательно.

— Слушай, ты с какого дерева слез, что самых простых вещей не понимаешь?

Обидно, конечно, такое слышать, но не объяснять же каждому встречному, что эльфы у нас только в книжках встречаются.

— Издалека приехал, а там у нас только люди живут –видимо, такой ответ устроил парня, и он отвернулся, но мне стало любопытно — Слушай, я тут на перемене с ней столкнулся, и она сказала странные слова. Ну, вроде как к ней пристают только дураки и эти, как, их, ловеласы. Что бы это значило?

Парень кивнул.

— Всё правильно, дураки и ловеласы.

— А почему? –не понял я.

— Потому что в Академии учатся несколько парней эльфов, и как только к девочке кто-то пристаёт, они отводят этого дурака в сторонку, ну и… -парень изобразил удар кулаком.

— Почему? –снова не понял я — Надо же ей с кем-то общаться.

— Ну, у них там какие-то заморочки про чистоту крови и девичью честь –буркнул парень.

Я посмотрел на эльфийку, внимательно слушавшую лектора, и мне вдруг стало её жалко.

— Бедненькая. С такой заботой она и парня своего не встретит.

— Кто бедненькая? –парень проследил мой взгляд и засмеялся — Бедненькая!!! –он вдруг заржал в полный голос, сквозь смех повторяя — Бед-нень-кая –и ржал всё сильнее.

На нас стали оборачиваться, и даже лектор обратил на нас внимание.

— Господа студенты, прошу вести себя прилично!

Парень встал и прерывающимся голосом попросил.

— Господин магистр, можно я выйду?

Лектор смотрел грозно, но парень вздрагивал от сдерживаемого смеха, и лектор смилостивился.

— Да, можно.

Парень сгрёб свои тетрадки и чуть не бегом бросился к выходу из аудитории. Стоило дверям закрыться, как в коридоре раздался уже не сдерживаемый хохот.

Теперь взгляды всего потока устремились на меня. Вот

Остаток лекции прошёл спокойно, но после звонка я выходил последним, чтобы даже случайно ни с кем не столкнуться. Подошёл к двери, и тут дорогу мне заступила эльфийка. Грозная такая, сердитая.

— Я требую объяснений!

Вот только новых разборок мне не хватало!

— Я с удовольствие расскажу всё что пожелаете, только что конкретно вы хотите услышать?

Эльфийка нахмурилась.

— Девочки сказали, что вы почти всё время смотрели на меня, а потом этот… стал неприлично смеяться. Вы смеялись надо мной?

Я смутился.

— Честно говоря, я не знаю. Я рассказал о нашей встрече, а тот парень объяснил, что вас здесь очень строго охраняют.

— И это стало поводом для его смеха?

Я совсем смутился и, кажется, начал краснеть.

— Ну, я сказал, что вы бедненькая, и с такой заботой никогда не сможете познакомиться со своим парнем. А после этого сосед и стал смеяться.

В глазах эльфийки недоумение, потом удивление. Дальше могло быть что угодно, вплоть до криков, чтобы я не лез не в своё дело, но девушка вдруг улыбнулась.

— А ты, значит, меня пожалел? –и взгляд такой ироничный, что я вообще не знал куда глаза девать.

— Желания оскорбить точно не было –твёрдо сказал я.

Девчонка разглядывала меня, словно решая что со мной делать, но, наконец, снисходительно бросила.

— Ладно, сегодня ты прощён, но следующий раз будь осторожен в своих словах.

Идя по коридору, Лариэль не знала как ей реагировать на короткий разговор с непонятным парнем. То ли гневаться, то ли смеяться. Её, принцессу крови старшей ветви дома Ивы, пожалел какой-то человечишка! Человечишка с грязными слипшимися волосами. Человечишка, от которого несло поношенными потными носками! Отец бы точно был в гневе, а хранители традиций и вовсе потребовали смерти наглеца, посмевшего высказать своё идиотское суждение о вековых традициях эльфов. С другой стороны…

Подходя к небольшому фонтану, у которого была назначена встреча, девушка и вовсе стала задумчивой. Проклятый фонтан! Отец отпустил её на учёбу с одним категорическим условием — в Академию поедут ещё трое парней (дальних родственников), чтобы при необходимости защитить её честь, и каждый день после занятий она обязана приходить к этому фонтану и говорить, что её никто не обидел. А если не придёт, то посольство эльфов, расположенное в столице, сочтёт это нападением и немедленно устроит дипломатический скандал.

Сначала она воспринимала это как должное, но, проучившись год, уже не была в этом уверена. С учёбой проблем не было, в отношениях с другими девочками тоже всё было нормально, а вот с парнями отношения не складывались. Вернее, их вообще не было. Стоило какому-нибудь парню заговорить с ней, и в тот же вечер (или на следующий день) её охрана избивала нового знакомого. В первые месяцы учёбы желающих познакомиться и в самом деле было слишком много. Ей, выросшей в заботе и неге дворца, когда с неё сдували пылинки и выполняли любой каприз, было трудно общаться с парнями, не понимавшим слова «нет», и грубые действия охраны воспринимались как спасение. Число ухажёров быстро сократилось, и она об этом уже не задумывалась, воспринимая как должное.

Но сейчас, после перехода на второй курс и слов парня, её спокойная жизнь без какой-либо надежды даже на простой разговор с парнями, воспринималась совершенно по-другому. Девочки и парни перезнакомились, некоторые даже ходили в обнимку и целовались вечерами в беседках, а вокруг неё словно стена. Стоило подойти к какой-нибудь компании, как парни старались под благовидным предлогом уйти, а вслед за ними и девочки. Будь это дома, она бы даже не обратила на это внимания (подумаешь, человечки), но теперь, после слов странного парня, она вдруг почувствовала себя обделённой, отвергнутой всеми.Знакомство с человеческими мужчинами не может иметь продолжения в принципе, но ей не хватает самого обычного общения. Просто общения, и странный парень понял это с одного взгляда. И даже пожалел её. Интересно, вдруг подумала Лариэль, а кто он по крови? А вдруг у него есть хоть капелька эльфийской крови, и она сможет, не уронив достоинства, просто общаться? Если этого парня помыть, приодеть, подарить ему несколько флаконов с эльфийскими духами, то может он будет не такой неприятный? И смущался он так естественно и мило…

Из задумчивости девушку вывело появление троицы её охраны. Как всегда самодовольные, спесивые, одетые по последней имперской моде. Вот у них точно нет проблемы с общением. Наоборот, приходится даже отбиваться от излишнего внимания девушек. Даже с её факультета целителей несколько девочек просили познакомить с этими «симпатичными мальчиками» (те учились на факультете земли).

Охрана была из младших ветвей, поэтому, подойдя, эльфы церемонно, по всем правилам приветствовали её, принцессу старшей ветви. Но учёба в Академии портит даже эльфов — едва закончив приветствие, старший из трёх, Деренмиаль, сразу спросил.

— Как прошёл день, госпожа принцесса? Никто не приставал, никаких неприятностей не было?

— А вот не знаю, неприятность это или нет –задумчиво произнесла Лариэль, и эльфы сразу насторожились.

— Госпожа расскажет нам? –осторожно спросил Деренмиаль.

— Расскажу, обязательно расскажу — Лариэль вдруг стала интересна возможная реакция её охраны — Сегодня один из парней на лекции сказал, что я — «Бедненькая».

Эльфы переглянулись.

— И что это означало? И в связи с чем это было сказано?

— Это было сказано в связи с тем, что я не могу общаться с обычными парнями-людьми! –язвительно ответила Лариэль — Меня жалеют, что я лишена общения и живу в Академии как в одиночной тюрьме!

Напрягшийся было Деренмиаль сразу повеселел.

— Ну о чём вы говорите, госпожа принцесса! Вы вольны делать всё что только пожелаете! Если мы что и делаем с человечками, то это продиктовано исключительно заботой о сохранении вашей чести.

Сказал и тут же пожалел — на лице Лариэль появилось выражение надменности, а в голосе появились вкрадчивые нотки.

— И с каких это пор младшая ветвь стала решать что достойно моей чести, а что нет⁈

За подобное прегрешение можно было запросто лишиться головы, и Деренмиаль склонился в низком поклоне.

— Я никогда бы не осмелился даже думать о подобном, но у меня ясный приказ вашего отца — защищать вас от навязчивого внимания мужчин в Академии.

— И кто определяет степень этой «навязчивости», после которой нужно

— Ну… -стушевался эльф — Наши мысли только о вашем благополучии, госпожа принцесса.

Это стало последней каплей. Младшая ветвь решает с кем ей разговаривать, а с кем нет! Девушка в раздражении сжала губы.

— Слушайте мой прямой приказ! С этого мгновения вы не тронете ни одного парня, заговорившего со мной, пока я прямо не пожалуюсь на него!

— Но, госпожа…

— Мне что, придётся повторять дважды⁈

Эльфы тут же склонились в поклоне.

— Нет, госпожа принцесса. Мы всё поняли.

— И ещё… -девушка незаметно перевела дух — Больше я сюда приходить не буду. Желаете что-то узнать — найдёте меня сами.

Эльфы так и оставались склонёнными, и девушка, вздёрнув носик, неспешно пошла к учебным корпусам. В душе всё ликовало от этой маленькой победы, но она всё-таки принцесса, и должна вести достойно.

Эльфы дождались, пока девушка отойдёт достаточно далеко, и лишь после этого позволили себе выпрямиться.

— И что это было? –высказал общее недоумение Тарванель — С чего вдруг Лариэль вспомнила о человеческих мальчиках? Этот парень что, ей так понравился, что она решила пойти против воли отца?

— Вряд ли –отозвался Деренмиаль — Она всё-таки эльфийская принцесса, и понятие чести у неё в крови. Она прекрасно знает, что замуж она выйдет только за эльфа, которого выберет ей отец. Больше похоже на –он задумался –на подростковый бунт. Захотелось свободы, самостоятельности. Хоть здесь, хоть во дворце, было бы то же самое.

— И что нам теперь делать?

— А что мы делали до сих пор? Присматривать и охранять.

— Но… она ведь запретила.

— Принцесса запретила «трогать парней», но не запрещала разговаривать с ними, и мне уже очень хочется «поговорить» с тем ублюдком, посмевшим своим поганым языком высказывать своё мнение о принцессе. Пусть засунет его в… Короче, мы найдём куда ему засунуть. Поговорим, объясним, как он ошибается и что его ждёт, если он ещё раз приблизится к принцессе. Сегодня надо узнать кто он такой, где учится и где живёт, а прямо завтра и поговорим. Тарванель, на курсе принцессы есть болтливые девчонки?

— А когда их не было? –хмыкнул друг.

— Вот и займись. А мы пока с Таналем погуляем, послушаем новости. Не может быть, чтобы кто-нибудь что-нибудь не заметил.

Я об этом разговоре ничего не знал и был очень удивлён, когда во время перехода в другую аудиторию меня подхватили под руки и утащили в ближайший коридор-апендикс с дверью в конце.

Вот просто шёл, никого не трогал! Все студенты в мантиях, и отличить их можно только по лицам и цвету причёсок. Белому цвету волос идущей навстречу троицы парней я вообще не придал никакого значения. Мало ли. С какими волосами уродился, с такими и ходишь. Парни стали обходить меня с двух сторон и, небрежно так, подхватили меня под руки и утащили в ближайший свороток. Специально, что ли, так спланировали встречу?

Оттащили метров на десять за угол и прижали к стене. Двое держат за руки, а третий стал выкобениваться. Отошёл на пару метров (наверное, хотел, чтобы я разглядел его получше). А чего там смотреть? Парень как парень. Холёный, с высокомерным выражением на лице, но здесь такие чуть ли не каждый третий. Разве что волосы очень белые, прямые, и до меня стало медленно доходить, что это могут быть те самые эльфы, о которых мне говорили. И трое их, и волосы белые. И если верить тому парню, сейчас мне будут вправлять мозги. Физически. Наверное, надо было насторожиться, может даже испугаться, но я, наоборот, успокоился. Их всего лишь трое, а я не собирался ограничивать себя в выборе ударов.

Старший попугал меня взглядом, но что-то ему не нравилось. То ли моё спокойствие, то ли ещё что, но он медленно двинулся ко мне.

— Тебе что, не объяснили, что приближаться к… -он чуть запнулся –к Лариэль очень вредно для здоровья⁈ Так мы тебе сейчас разъясним… по почкам и всем остальным органам.

Говорил он и действовал как самая быдлячья гопота, поэтому я постарался изобразить испуг и стал отклоняться назад, словно хотел избежать приближения эльфа.

— Только не бейте, не надо! И не по лицу — я им очень дорожу!

Вот это эльфу понравилось (или было привычнее). Во взгляде появилось и предвкушение от предстоящего избиения, презрение ко мне. Ему явно хотелось насладиться моим страхом и своей властью, и он допустил ошибку, приблизившись почти вплотную. Я ведь отклонялся назад, но ноги оставались на месте, и, когда эльф оказался на нужном настоянии, резко наклонился вперёд, целя лбом ему в лицо.

Короткий вскрик, и эльф отшатнулся, зажимая разбитый (а может и сломанный) нос. Подручные не ожидали подобного поворота, хватка чуть ослабла. Я впечатал пятку в пальцы на ноге правого эльфа, и тот дёрнулся. Выдернув руку из ослабевшего захвата, я тут же врезал локтем правому эльфу в нос, и тут же, уже кулаком, левому эльфу и тоже в нос.

Удар в нос интересен тем, что он не «вырубает» противника совсем, но очень болезненный, и человек на несколько секунд испытывает шок от боли. И крови от него много.

Я не стал давать эльфам эти секунды чтобы прийти в себя и в быстром темпе настучал всем ногами, локтями и кулаками. Подручные улеглись отдыхать скрючившись, а вот заводила пытался даже встать. И взгляд полон ярости, и слова шипел грозные.

— Ну, всё, ублюдок, тебе не жить!

Вот не люблю я эту банальщину с пустыми угрозами. Прихватил эльфа за волосы и уже занёс руку для добивающего удара, как сзади раздался женский вскрик.

— Не убивай!

Я медленно повернул голову (не отпуская эльфа). Ну кто бы сомневался в моём везении — эльфа! Взволнованная такая, глаза горят. Ну, правильно, её соплеменников бьют, поневоле разволнуешься тут. Надо бы врезать наглому эльфу напоследок, но не при девчонке же это делать! Единственное, что себе позволил, отпустив волосы эльфа, это показушно вытереть свои окровавленные руки о мантию поверженного эльфа. Вроде, они помешаны на чистоте, так что использовать его мантию как тряпку для вытирания, это ему похлеще моего удара будет. Может станем кровными врагами, но что уж сейчас об этом жалеть.

Я медленно выпрямился, ожидая упрёков от эльфы, но та повела себя странно. Подошла к нам, но смотрела только на того эльфа, что ещё был в сознании.

— Я

Эльф чуть дёрнулся, несколько раз перевёл взгляд с эльфы на меня, потом обратно на эльфу, и вдруг забулькал кровью, словно его разобрал смех. Сплюнул кровь и скривил губы в усмешке.

— Как видите, госпожа, сегодня трогали нас, так что ваш приказ мы не нарушали. Мы пришли просто поговорить, и вдруг этот… сумасшедший набросился на нас. Мы хотели только поговорить –снова повторил он.

Девчонка медленно повернулась ко мне.

— Это правда?

Что правда? Что хотели поговорить? Это правда. Только чем бы закончился разговор, я понятия не имею, а дожидаться ударов совершенно не хотелось. Одно то, что трое прижали меня к стенке в глухом коридорчике, уже говорило о возможной концовке. С другой стороны, эльфа видит совершенно другую картину — я стою, а трое соплеменников марают пол своей кровью. Кто тут самый виноватый — ясно без всяких слов.

Я осторожно кашлянул, прочищая горло.

— Возможно, я неправильно понял намерения этих… -хотел сказать «уродов», но удержался –этих господ и сам проявил излишнюю горячность.

Эльфа пытливо всматривалась в меня, потом повернулась к своему охраннику.

— Если произойдёт ещё одно подобное «недоразумение», ты знаешь что с вами будет…

Очень хотелось узнать что именно «будет», но я благоразумно промолчал. Это только их, эльфийские разборки. Главное, что я жив, цел, а на остальное можно плевать с высокой колокольни.

Эльфийка крутанулась и походкой королевы удалилась. Я тоже хотел идти, но тут эльф снова сплюнул кровь и прошипел.

— Наш разговор не окончен!

Ну что за уродские замашки! Я присел на корточки рядом с эльфом.

— Я могу закончить твои разговоры прямо сейчас. Навечно.

Эльф скривился.

— Будешь добивать раненого?

— Запросто –хмыкнул я — Сейчас ты для меня только враг, и оставлять тебя живым довольно глупо, но что поделать. Так что заткнись, а то я передумаю.

— Вот так просто убьёшь?

Я невольно хмыкнул.

— Конечно. Без сомнений и сожалений. Я ведь некромант, если ты забыл. Потом ваши трупы встанут и дружно отправятся к ближайшей клетке с каким-нибудь хищником. Мало ли какая дурь пришла вам в голову, а по оставшимся кускам тел вряд ли кто установит истинную причину смерти. Ну так что, будем ещё разговаривать или остановимся на этом?

Эльф многое ещё мог сказать, но благоразумно промолчал и отвернулся. Вот и умничка. Убивать точно не хотелось, да и разговор про гуляющие трупы был чистой бахвальством. Хотя… Я такого никогда не делал, но может и получится? Надо будет попробовать в морге, когда никто не видит. Только заранее надо придумать как этого зомбака потом успокаивать. Задумавшись, я встал, и уже уходя, бросил эльфам, немного пришедшим в себя.

— А если кому-то очень захочется ещё поговорить, заходите. Бить больше не буду. Сразу убью.

Ответом было молчание.

Несколько минут эльфы приходили в себя, потом стали отползать к стенам коридора, так как сил сидеть самостоятельно пока не было. Утвердившись, Деренмиаль осторожно потрогал сломанный нос.

— То, что мы недооценили противника, можно не говорить –негромко бросил он друзьям — То, что я, как последний дурак, приблизился к парню, тоже можете мне не говорить. Расслабились, и сломанный нос будет мне уроком. Но вы-то почему отпустили парня? Как он смог вырваться?

— Да очень просто –отозвался сидевший у противоположной стены Тарванель –врезал мне по ноге, сломал пальцы. Я дернулся, он вывернул руку и тут же локтем в нос. А дальше помню только удары. Сволочь, как кувалдой бил. Пальцы на ноге, три ребра сломаны.

— А Таналь почему отпустил?

— Лучше бы отпустил вовремя и отскочил, целее был бы –глухо отозвался Таналь — Когда тебе в нос досталось, я схватил руку парня покрепче, но тут Тарванель охнул, и пока я голову поворачивал, прилетело уже мне. После этого тоже помню только удары. Два ребра сломаны, локоть повреждён.

— У меня нос и ключица сломаны — вынужден был признаться Деренмиаль — Да уж, хорошо поговорили –продолжил он после паузы — Опозорились, как… Ладно, к следующей встрече подготовимся лучше.

— К следующей? –переспросил Тарванель — Принцесса выразилась предельно ясно — ещё один подобный разговор, и… Ей ведь достаточно написать письмо отцу, и нас сразу пустят на удобрение для огородов.

— Поэтому никаких драк и не будет. Во всяком случае, с нашим участием –усмехнулся Деренмиаль — А создать повод для разборок с другими мы ведь можем? Можем. Не будет нарушением и учебная дуэль, в которую нас может поставить преподаватель. Главное, вовремя оказаться в нужном месте в нужное время.И чем бы ни закончилась схватка, предъявить нам что-то будет сложно.

— Принцесса даже разбираться не будет –буркнул Таналь — Для неё на виду будет одно — кто-то из нас участвовал в поединке, а с парнем что-то случилось. Напишет письмо отцу и…

— Ну что ж, значит, и поединки будут проходить без нас. Но это потом. Для начала надо побольше раскопать об этом парне. Что-то мне его удары не понравились.

— Нам тоже — заулыбались друзья, успевшие подлечить переломы заклинаниями малого исцеления.

— И ещё мне очень не понравилось независимость парня и его пренебрежение к смерти — простолюдины обычно так себя не ведут. А зачем нам знатный мужчина рядом с принцессой? Так что смотрим, наблюдаем, выясняем, а потом и решим — ударить чужими руками или… ладно там видно будет.

Соблазнение

Событий в последние дни становилось что-то многовато, и когда вечером в дверь моей комнаты постучали, я не очень обрадовался. С хорошими намерениями ко мне обычно не приходят. На всякий случай даже накинул на себя защиту, а когда открыл дверь, то очень удивился — в коридоре стояла Дари, но в каком виде? Скромное платье до пола, волосы собраны в две косички. Никакой косметики, а вдобавок в руках платочек, который она нервно теребила. Голова чуть опущена, девушка нервно покусывала губы, и вид такой, что она вся страдает, мучается, не знает что сказать и как себя вести.

Ну… актриса, невольно восхитился я. У меня от воспоминания о последней нашей встрече сразу заболели руки, грудь, плечи, по которым эта «скромница» била без всякого сожаления. А ведь кого-то такой вид может и обмануть.

Дари жалобно смотрела на меня.

— Гарри, я… я… хочу…

На мгновение мне даже стало интересно — для чего этот цирк? Скорее Дари разговаривала бы грубовато, сразу напомнила, что я перед ней в долгу за тот случай, а не изображала бедную овечку, как сейчас. Я отступил в сторону.

— Проходи.

Дари просеменила в комнату, зыркнула по сторонам, оценивая обстановку, и снова опустила голову, теребя платочек.

— Понимаешь… я сорвалась. На самом деле я хотела только немного… проверить тебя, потому что ты вёл себя очень… неподобающим образом. Это действительно был бы простой спарринг, но ты… Ты сопротивлялся, и я ничего не могла с тобой сделать. Это непривычно для меня, и я… я сорвалась, стала бить тебя всё сильнее. Вот у нас и поучилось… не очень хорошо. Прости меня, пожалуйста.

Даже слезинки в глазах появились, но я лишь отдал должное талантам девушки, но в её раскаяние не поверил ни на грамм. Наверное, нормальный парень бы проявил бы великодушие, сказал бы, что в спаррингах много чего может случиться, но я же не все, и спросил о другом.

— Дари, попробуй ответить честно — зачем я вам нужен? Почему вам с Ринарой так важно быть рядом со мной?

Слёзы Дари мгновенно высохли, и теперь на меня смотрела очень уверенный в себе боец, хоть и одетый сейчас в простенькое платье.

— Гарри, у тебя плохо с памятью? Ты уже забыл, что при всех облил меня красным супом⁈

Я лишь отмахнулся.

— Столовая — это следствие, а началось это, как я понимаю, в библиотеке, после разговора о старых книгах. Так что вам надо от меня?

Дари открыла рот, хотела что-то сказать, но передумала. Постояла немного, разглядывая меня, потом осторожно начала отвечать.

— Про Ринару я не буду говорить в чём её интерес, это спросишь у неё сам. А я… я действительно очень сильно рассердилась на тебя за испорченное платье, хотела наказать, но честное слово, не так сильно, и я готова искупить свою вину.

Дари, глядя на меня взглядом кошки, играющей с мышкой, плавно провела рукой по краю декольте, и в голосе появились мурлыкающие интонации.

— Я очень много могу дать мужчине. Ооочччень много. Ты познаешь радости, недоступные простым мужчинам. Я научу тебя как…

Дальше я уже не слушал. Почему-то каждая женщины думает, что уж она-то самая-самая, и доставит мужчине ни с чем не сравнимое удовольствие, которое не смогут дать все другие женщины. Впрочем, большинство мужчин думают так же (по отношению к женщинам, разумеется). От голоса и вида Дари у меня внутри и так всё дрожало от возбуждения, и я бы, наверное, сдался, но своей глупой похвальбой она всё испортила.

Достав листок бумаги и ручку, провёл черту, делящую листок пополам, затем на левой половинке нарисовал схематичные фигурки мужчины и женщины, занимающихся любовью. Дари смотрела на мои действия с недоумением.

— Что это? — спросила она, разглядывая рисунок.

— Условный рисунок позы, когда мужчина и женщина дарят друг другу радость. Рисуем по очереди, каждый на своей половинке. Рисунки не должны повторяться. Посмотрим, чему ты сможешь научить меня –улыбнулся я.

На месте Дари я бы оскорбился, но она, враз забыв про моё соблазнение, тут же нарисовала фигурки на своей половине. Ну, это классика, хмыкнул я.

Десяток поз мы нарисовали быстро, передавая ручку друг другу, и каждый раз Дари хитро улыбалась, словно говоря — видишь чего ты себя лишаешь! На втором десятке стала ненадолго задумываться, а на третьем улыбка вообще пропала, и Дари теперь очень напоминала студентку на трудном экзамене — пробежится глазами по уже нарисованным позам, потом глаза к потолку, словно вспоминая свои приключения, ещё раз посмотрит готовые рисунки и только после этого рисует новое.

На четвёртом десятке она сдалась. Крутилась, сопела недовольно, но всё-таки сдалась.

— Это то, что я знаю. Да по-другому и не получится.

Усмехнувшись, я тут же нарисовал ещё десяток поз. Дари долго рассматривала их, видимо, пыталась представить как это будет в натуре.

— Странно, но попробовать было бы интересно. Может есть ещё?

— Ну, я знаю не меньше сотни, но думаю, пока хватит.

Дари с удивлением смотрела на меня, потом опомнилась и снова включила обаяние.

— О, великий развратный учитель! Позволишь ли ты прикоснуться к… -я невольно напрягся –к твоей мудрости? –закончила фразу Дари с хитрой усмешкой — Я буду самой усердной и старательной ученицей, какая только возможна, и буду повторять твои уроки десятки раз, пока не освою их досконально!

Вот же зараза! Внутри снова стало подниматься вожделение, и я с трудом сдержался, чтобы не начать обучение прямо на столе и прямо сейчас.

— К сожалению, у меня обет, и для обучения тебе придётся найти другого учителя.

Голос был хриплым, но говорил я вроде бы ровно. Дари очень удивилась, и вся её сексуальность мгновенно куда-то исчезла.

— Очень жаль, магистр, –медленно протянула она –но могу ли я обратиться к вам хотя бы за новыми рисунками и разъяснениями?

— За рисунками можешь –облегчённо вздохнул я — В любое время дня… -окончание про ночь я успел оборвать.

— Я поняла –снова заулыбалась довольная Дари — Только днём и только рисунки.

— Ты правильно поняла –я тоже улыбнулся — Спокойной ночи.

— Да какая уж тут спокойная после таких рисунков? — Дари хитро смотрела на меня.

Чувствуя, что разговор сейчас снова может повернуть на скользкую тему, я принял строгий вид.

— Очень помогает холодный душ. А ещё лучше ледяной.

— Слушаю и повинуюсь, магистр –девушка церемонно поклонилась.

— Ну, и как прошло? — Ринара с интересом смотрела на непривычно задумчивую подругу.

— Как? –повторила Дари — Или Гарри импотент, насмотревшийся эротических картинок, или он развратник, каких свет не видел. Больше похоже на второе, но Гарри сказал, что у него обет, не позволяющий прикоснуться ко мне. Временами его аж трясло, но он даже не сделал попытки ко мне прикоснуться.

— Да ты что? –удивилась Ринара — Неужели нашёлся парень, не поддавшийся на твои чары? И ты не попыталась использовать свой дар?

— Попробовала, но это не помогло. Стало ещё хуже… для меня –девушка поднялась — Ладно, пойду я.

— Куда? — Ритара с удивлением смотрела на подругу.

— Принять холодный душ, а лучше ледяной. Гарри посоветовал — Дари вдруг хмыкнула — Он мне

Игра в тенис

Сидеть в четырёх стенах надоело до чёртиков, а так как общение с другими студентами было нежелательно, пришлось идти гулять в парк. Очень культурное место, если смотреть непредвзято. Может здесь тренировались маги жизни, но зелень пёрла как на дрожжах. В породах я не разбирался, но точно были и клёны, и тополя, и ещё много разновидностей. Всякие там кустарники росли и просто так, как в обычном лесу, и были оформлены в вычурные декоративные стенки самых вычурных форм. Множество цветов, названий которых я вообще не знал. Местами получалось аляповатое месиво, местами — очень даже красивые клумбы, сгруппированные в цветочные ансамбли. И ощущение в таких местах сразу становилось радостным от этого праздника жизни. Наверное, не я один испытывал подобное, потому что в таких местах по вечерам было многолюдно. Кто-то просто гулял, кто-то сидел на лавочках с книжкой в руках, а некоторые даже целовались в укромных беседках. Хорошее место для новых знакомств, но мне это сейчас ни к чему. Пришлось уходить всё дальше, чтобы ни с кем не встречаться.

Во время одной из таких прогулок наткнулся на груду огромных камней, живописно наваленных посреди довольной большой поляны. Не знаю, что за заскоки были у местного ландшафтного дизайнера, но камни явно привезены издалека — что-то вроде гранита, оставшегося в карьере после взрывных работ (слишком уж острые грани были у этих глыб). Я несколько раз обошёл вокруг этой рукотворной горки, пытаясь понять — что же этим хотел сказать автор? Показать контраст между живым и неживым? Может быть. У творческих личностей заскоки могут быть непредсказуемые.

Потом внимание привлекла глыба со странным вырезом сбоку. Такое впечатление, что из огромной глыбы огромной дисковой пилой вырезали некий блок или куб, и этот вот «кусочек» был отпилен с одного из рёбер. Получился этакий прямоугольный вырез в четверть глыбы, наподобие стыка стены и пола. Очень интересно. Даже на вид поверхность среза выглядела словно полированная. Вряд ли стали бы полировать камень из отходов. И что получается — срез изначально был таким ровным и гладким? И чем можно так резать? Пилой? Вряд ли, тогда уж скорее магией. Уважение к местным умельцам-волшебникам резко возросло.

Камень лежал у края горки, и вырез лёг очень удачно — почти горизонтальная поверхность навевала ассоциации с этаким старинным секретером-столом. На миг даже мелькнула мысль — может ходить сюда на занятия? Сделать стульчик, принести книги, и пожалуйста — готовый рабочий стол. Кривоватый, холодный, но всё-таки стол. Опять же, вечером нужно хоть какое-то освещение, а в плохую погоду ещё и навес от дождя и ветра. Не, больше мороки. Может, под что-то другое использовать? Я снова потрогал гладкую поверхность. Какие ассоциации она у меня вызывает? Стол, крышка, доска, щит? Что-то в этом есть. Точно, в фильме «Форрест Гамп» герой фильма тренировался, играя в теннис у стены. Я с новым интересом оглядел камень, но тут же отбросил идею — ровные грани были от силы в метр длиной, да ещё и под небольшим наклоном. Шарик постоянно будет отлетать в сторону. Можно подправить, это я уж точно смогу, только зачем?Можно ведь сделать гораздо проще — из плоских магических щитов, котрые я как-то видел на одном из занятий. И размер, и наклон я могу делать любой, и высоту «стола» отрегулировать как мне удобно. А чем играть? Можно сделать обычный шарик, из лёгкой пластмассы, но зачем он на магических щитах? Если уж делать, то лучше уж магический, типа того же файербола, про который пишут во всех книжках. Ракетку сделать привычную, из дерева, только прикрыть защитой, чтобы не махать ещё одним полем. Да и себя надо как-то защитить, а то фиг его знает, какие у меня будут получаться файеры.Одежда переживёт лишние дырки, а вот дырки в родном теле получать как-то не хочется.

Стоило только определиться со своими желаниями, как щиты появились будто сами собой. Горизонтальный, примерно полтора на три метра, и у его дальнего конца вертикальный щит примерно метровой высоты. Красиво так держались, словно на невидимых подпорках. И на теле появилась защита в виде чуть мерцающей плёночки. Ну, будем надеяться, что от огня она защитит. С ракеткой тоже получилось просто — небольшой сук, срезанный с ближайшего дерева, послушно расплылся блином под моими руками, обретая привычную форму. С упругим покрытием я заморачиваться не стал — всё равно сверху будет гладкая защита. Или надо сделать? Вроде как на магических животных бывают защиты, которые прикрывают чуть ли не каждый волосок в отдельности. А, мне сейчас главное — убедиться, что этими файерами вообще можно играть. Доработать можно и потом.

Файер тоже получилось сделать без проблем. Представить как должно быть, небольшое мысленно усилие, направленное на поднятую ладонь, и в нескольких сантиметрах над ней загорелся красноватый шарик почти нужного размера. Осторожно сжал пальцы и ощутил нечто упругое и горяченькое. Во всяком случае, терпеть можно. Повертел шарик перед глазами, но ничего выдающегося не увидел. Ну, шарик. Ну, светится. Ну, горячий. И вот такая ерунда во всех книжках расписывается как очень большое достижение? Конечно, мне достались какие-то способности демона, файер и должен получаться легко, но настолько⁈ Ладно, не будем выпендриваться на пустом месте, ещё неизвестно что дальше будет.

Осторожно приподнял шарик и легким ударом ракетки отправил его в полёт. Файер послушно полетел, отскочил от середины горизонтального щита, врезался в вертикальный, снова отскочил, но, вместо того, чтобы вернуться на нижний щит, огненным росчерком пролетел над моей головой и врезался в одно из деревьев на краю поляны. Лёгкий грохот, с дерева посыпались листья, и всё стихло.

Честно говоря, я ошалел от увиденного. Наверное, несколько минут переводил взгляд то на мой импровизированный стол, то на деревья за спиной, пытаясь понять что произошло. Потом дошло, что траектория шарика была какой-то неправильной, слишком прямой. Отскакивал от щитов правильно, с лёгким шорохом, а вот летел прямо, как… луч света? Если предположить, что файер — это некая стабильная форма плазмы, то веса в нём почти нет, да и сопротивление воздуха практически нет. Можно поиграть с наклоном вертикального щита, но всё равно это ерунда — получится примерно как играть фонариком рядом с двумя зеркалами. В один светишь, а из другого получаешь ответ. И что теперь? Делать обычный пластиковый шарик? Глупо как-то. А если добавить файеру вес? Я сделал новый файер, уже поднёс

А, ладно, для начала нужно преобразовать файер, чтобы он мог принять камень внутрь. Ещё одно мысленное усилие, направленное на огненный шарик. Внешне файер лишь чуть сменил цвет, но я почувствовал, что так и надо. Осторожно положил на шарик камешек, и он стал растекаться по поверхности файёра, а не ушёл вглубь. Я осторожно потрогал шарик — чуть прогибается, но форму теперь держит достаточно хорошо. Странно как-то — жидкий камень ощущается как упругая поверхность. Опять же, резиновый шарик вообще мягкий, а вот если его надуть, то станет очень даже упругим. Может, и здесь что-то похожее? Камень стал тонкой оболочкой, которая удерживается плазмой? А, даже не буду голову забивать. Кто-то, наверняка, сделал бы на этом десяток докторских диссертаций, а меня сейчас интересует только игра.

На этот раз дело пошло гораздо лучше. Файёр получил небольшой вес, сопротивление воздуха, отскакивал от щитов почти как надо, но выявился и недостаток — при падении на землю он взрывался, и приходилось делать новый. Вскоре поляна вокруг меня превратилось в развороченное поле, очень напоминающие сцены бомбёжек из военных фильмов. Пришлось сосредоточиться не на скорости и силе ударов, а на точности. Мне, в конце концов, надо восстановить навыки, получить удовольствие, а не устраивать погром.

— Что вы здесь устроили⁈ Немедленно прекратить! — раздался сбоку громкий мужской голос.

Я вздрогнул от неожиданности и бездарно пропустил файер, который, естественно, взорвался на поляне, вывернув очередной ком земли. Оглянулся. Ко мне подходил среднего роста мужчина в преподавательской мантии, и вид у него был достаточно грозный. Может как боец или маг он ничего из себя и не представляет, но сейчас он преподаватель, я студент, мы на территории академии, так что сработал рефлекс «школьник перед директором». Убрав всю свою магию, повинно склонил голову, ожидая что скажет препод. А тот стал оглядываться по сторонам и чуть ли не зашипел.

— Вы посмотрите что вы устроили! Вся поляна изрыта ямами, словно тут боевые действия шли! Вы что, забыли напрочь, что на территории академии магию можно использовать только на специальных полигонах и только под присмотром преподавателей⁈ –о подобном запрете я подозревал, так что оставалось только пониже склонить голову, надеясь, что всё ограничится устным предупреждением. Но не в этот раз. Препод выпрямился, как генерал на плацу, и таким же голосом скомандовал — Завтра с утра явитесь к госпоже Данис, пусть она с вами разбирается. Скажете, что вас направил магистр Лаур. И… после этого возьмёте лопату и приведёте поляну в прежний вид.

Я тут же закивал.

— Конечно, конечно, я всё исправлю, и больше так делать не буду.

Мужчина ещё построжился на меня суровым взглядом, но вдруг сказал.

— А теперь идите в общежитие, а то уже поздно.

Я невольно глянул на небо. Действительно, очень уж темно, словно уже полночь наступила. Неужели так увлёкся, что так поздно? На всякий случай чуть поклонился преподу.

— Я… всё понял, и всё исправлю.

Идти за наказанием не очень хотелось, но я и в самом деле накосячил, так что лучше сделать всё по правилам, а то ведь о непонятной войне могут доложить Наместнику, а уж он-то сразу догадается чьих это рук дело. Можно и не ходить, но меня всё равно найдут, так что лучше закончить всё одним днём. Сказали в деканат к леди Данис, значит в деканат.

С утра сходил на ту поляну и за десять минуть заровнял поляну. Вернувшись в учебные корпуса, спросил у нашего секретаря где искать эту Данис, но та сделала удивлённые глаза. Оказалось, что эта самая Данис — огневичка, и искать её, соответственно, нужно на огненном факультете. Ну и ладно, мне нетрудно сходить в другое здание. Деканат у огневиков был точной копией нашего некромантского, разве что в оформлении больше рыжего, красного. В преподавательской всего трое преподов, из них женщина только одна. Лет тридцати, довольно миловидная, с каштановыми волосами. Стоило мне спросить про Данис, как она сразу отозвалась. Глянула на меня, и во взгляде мгновенно появилась, может и не брезгливость, но глухое раздражение точно. Может она некромантов не любит, а может конкретно я ей чем-то не нравлюсь. Ну да ладно, перетерплю как-нибудь.

Подойдя к ней, я постарался доложиться.

— Студент Гарри Поттер. Магистр Лаур приказал явиться к вам.

Время было почти обеденное, и леди Данис решала сложную задачу — идти сейчас или немного подождать? Очередей в преподавательской части столовой никогда не было, но с некоторыми преподавателями ей встречаться не хотелось.

Неожиданно за спиной раздался незнакомый голос.

— Не подскажете, где мне найти леди Данис?

Она медленно обернулась. У дверей стоял высокий широкоплечий парень в мантии студента со значком факультета некромантии и настороженно смотрел на преподавателей. Пришлось поднять руку, привлекая его внимания.

— Это я.

Парень немного скованно подошёл и негромко произнёс.

— Студент Гарри Поттер. Магистр Лаур приказал явиться к вам.

То, что это студент, и так видно по новенькой мантии и блестящему значку. Но, Лаур — воздушник, она — огневик, а парень вообще с факультета некромантии. Чувствуя, что она чего-то не понимает, женщина осторожно поинтересовалась.

— А почему он сказал прийти ко мне?

Парень чуть смутился.

— Ну, я, это… вчера вечером решил немного поиграть в парке в одну игру, а магистр Лаур меня увидел. Вот и сказал прийти к вам.

— Из-за того что вы играли в парке?

Парень смутился чуть сильнее.

— Ну, я… я немного магии использовал. Совсем чуть-чуть.

Так, картина стала чуть проясняться. Вероятно, Лаур делал обход как дежурный маг или просто прогуливался по парку и застал парня за какой-то игрой. Да, она куратор старших курсов и студенты её побаиваются за требовательность в вопросах безопасного использования магии. Магия в парке, какими бы причинами это не объяснялось, однозначно нарушение, и студента нужно наказать, но ведь он не с её факультета! Наказание чужого студента однозначно будет расценено как нарушение

— Кто-нибудь пострадал? –на всякий случай поинтересовалась она.

— Да что вы! –парень даже обиделся — Я ушёл подальше, чтобы никому не мешать, да и игра была с одним шариком. Бросить, отбить, поймать. Делов-то.

— Вы должны знать, что использование магии за пределами учебных классов, полигонов и специально оборудованных помещений запрещено правилами Академии –построжела Данис.

Парень с готовность понурился.

— Я знаю. Виноват.

— За первый случай объявляю вам предупреждение, а за второй будете наказаны уже по всем строгости.

Парень с готовностью закивал головой.

— Конечно, конечно, этого больше не повторится.

Как же, «не повторится». Уж она-то знала, что таких вот любителей попробовать свои силы может исправить только получение магистерской ступени. Только тогда студенты начинают задумываться над тем, что их сила может быть опасной для окружающих

— Ладно, идите. И помните о недопустимости…

Договорить она не успела. Парень с готовность закивал.

— Конечно, конечно… -закончил он уже в дверях.

И ведь наверняка снова начнёт эксперименты в ближайшие же дни, а может даже сегодня. Разве что прятаться будет лучше. Всё это повторялось уже десятки раз, и она бы тут же забыла об этом случае, разве что записав имя студента в тетрадь потенциальных нарушителей, но ведь это не её студент! Почему Лаур отправил к ней некроманта⁈ Вряд ли бы он решился на такую глупую шутку, значит какие-то веские причины были? И лучше разобраться с этим сразу.

Магистра удалось найти перед самым началом занятий в одной из классных комнат. Увидев входящую Данис, он даже проявил учтивость и встал из-за стола.

— Добрый день, леди Данис. Что-то случилось?

— Почему вы так решили? –сразу насторожилась Данис.

— Не так уж часто мы встречаемся просто так, без острой необходимости –улыбнулся маг.

— К сожалению –без ответной улыбки ответила Данис — А вопрос у меня один — почему вы отправили студента Поттера ко мне?

— Поттера? –удивился магистр — Ах, да, вчерашний студент. А что не так?

— Почему вы отправили студента-некроманта ко мне, на огненный факультет?

— Некроманта? –ещё больше удивился маг.

— Да, некроманта! –удивление мага было искренним, и Данис постаралась подавить невольное раздражение. Маг, между тем, в задумчивости потёр подбородок.

— Уважаемая Данис, давайте я расскажу то, что видел я, а вы сами решите о правильности моих действий. Итак, вчера вечером я решил прогуляться по парку. Хотелось пройтись в одиночестве, и я углубился дальше, чем обычно. Уже начинало темнеть, и в какой-то момент я заметил странные всполохи среди деревьев. Заинтересовавшись, я подошёл поближе, и увиденное удивило даже меня — молодой человек играл с мячиком.

— Да, он так и сказал –немного резковато подтвердила Данис.

— А он не рассказал как именно это происходило? –улыбнулся маг, уже вернув себе самообладание.

— Я посчитала это не заслуживающим внимания.

— Это потому что вы не видели это своими глазами. Так вот, посреди поляны рядом с грудой камней горизонтально висел плоский щит почти правильной прямоугольной формы размерами примерно два на четыре метра. К одной из сторон примыкал ещё один плоский щит квадратной формы под углом примерно шестьдесят градусов.

Маг взял пару книг со стола и изобразил увиденное.

— Щиты или защита, наложенная на плоские предметы? –решила уточнить Данис.

— Именно щиты –снова улыбнулся маг — В нескольких метрах от этой конструкции стоял молодой человек с круглой деревянной пластиной в руках. Вот на этой пластине с ручкой как раз стояла защита. Молодой человек другой рукой формировал небольшие файры, немного подбрасывал и тут же бил пластиной. Насколько я понял, направление полёта файра определялось углом положения этой пластики и силой удара. Так вот –маг взял со стола листок бумаги, скомкала его и начал наглядно демонстрировать увиденное — Удар по файру, он летит, отскакивает от первого щита, потом от второго, снова от первого, и возвращается к молодому человеку. Снова удар, снова полёт и так в разных направлениях и с разной скоростью.

— И только из-за файра вы решили, что он с огненного факультета?

— Только из-за файра? –улыбнулся маг — Если я вижу студента, который с лёгкостью управляет двумя огненными плоскими щитами, на его пластинке стоит защита из разряда огненных, сам он с лёгкостью, не задумываясь, за несколько мгновений создаёт файры, а тело закрывает динамический адаптивный щит из той же огненной серии, то что я должен был подумать? Что у вас талантливые студенты, но за ними надо присматривать. Именно поэтому я и направил его к вам.

— Это не талант –почему-то решила возразить Данис — Минимум двое могут делать подобное на третьем курсе, минимум треть — на четвёртом.

— И они все будут получать от этой странной игры удовольствие, как и этот молодой человек? Для него это было явно привычно и естественно как… как дыхание.

Магесса насупилась, но промолчала, а магистр с непонятной улыбкой продолжил.

— И ещё маленькая деталь, которая меня поразила — те плоские щиты, от которых отскакивал файр, были словно подсвечены голубым цветом.

Вот теперь Данис удивилась по-настоящему.

— Огненные щиты голубого цвета? Наверное, при желании можно сделать и такое, но зачем⁈

— Как я подозреваю, для контраста — на голубом фоне файр лучше видно.

— Может и так, –кивнула Данис –но повторю ещё раз — у студента был значок некроманта.

— Что-то я давно не слышал о студентах, владеющих сразу и огненной стихией, и некромантией.

— Я тоже –вынуждена было согласиться Данис.

— И у него уровень, как минимум, четвёртого курса огненного факультета.

— И тем не менее. Значок факультета некромантии у него новенький, так что это, наверняка, первокурсник.

— И что он там делает с таким уровнем огненной силы и умений? –снова удивился маг — Ему однозначно надо на ваш факультет!

— А если его уровень владения некромантией гораздо выше огненного уровня? –мрачно предположила Данис.

Маг тоже помрачнел.

— Мда, тогда будет очень весело. Старшекурсники не будут с ним сражаться из-за своих понятий о чести, а у младшекурсников шансов против него почти не будет. Даже не знаю, что смогут противопоставить ему воздушники или водники, а если он умеет ещё и создавать нечто огненное и некромантское сразу, то… Я сегодня же предупрежу службу поединков, что для этого студента бои с

— Да уж, подарочек… -задумчиво произнесла Данис — И почему ректор не посчитал нужным предупредить нас о таком студенте?

Маг только вздохнул.

— И как вы это представляете? «Господа, у нас появился студент, которого следует опасаться всем младшим курсам? Закройте их в самые дальние классы и нигде не гуляйте!» Так что ли? В принципе, ничего страшного пока не случилось. Да, неожиданно, но ведь талантливые студенты были в Академии много раз, и ничего, всё ещё стоит. Целая. К тому же, этот Гарри вполне может прийти на ваш факультет за консультацией. Оооочень интересно было бы узнать его реальный уровень силы и мастерство в построении заклинаний. Может у него что-нибудь получается в объединении двух стихий?

— Огня и некромантии в одном заклинании? –откровенно удивилась магиня — Зачем? И как?

— Ну… -замялся воздушник — Интересно же!

— Ладно, я поняла –откликнулась Данис — Говорить о талантах парня пока рано, да и ректор промолчал, наверное, не просто так. Если Гарри появится у нас на факультете, я постараюсь ненавязчиво поработать с ним. Да и вы готовьтесь! –магесса ехидно улыбнулась.

— Думаете, он ещё и воздушник? — удивился маг.

— Да кто ж его знает -магесса снова пришла в хорошее настроение — А вдруг? Во всяком случае, лучше уж быть готовым к любым неожиданностям.

Слишком много девушек

Через пару дней, ближе к вечеру, в дверь моей комнаты снова постучали. Снова пришлось ставить защиту, а когда открыл дверь, глаза удивлённо расширились — в коридоре стояла эльфийка. Наверное, вид у меня был слишком ошарашенный, потому что эльфийка довольно улыбнулась и так это небрежно спросила.

— Погуляем?

Это уже ни в какие ворота не лезло. Только и смог выдавить из себя.

— Ааа…

Девчонка снова улыбнулась, правильно поняв моё мычание.

— Я всё-таки в общежитии живу, глухотой и слепотой не страдаю, так что примерно представляю как всё происходит.

Что происходит? О чём она? Приглашение погулять или то, что может быть в конце такого гуляния? Но стоять с открытым ртом было глупо, я более-менее одет, так что я шагнул к ней.

Не спеша вышли на улицу, потом по аллеям пошли по парку. Девушка двигалась с грацией и достоинством королевы, хоть и одета в этот раз в довольно простенькое платье, и на нас обращали внимание. Не знаю кто и что думал, но после слухов об усиленной охране эльфы от присутствия парней увидеть её в обществе нового парня… Я невольно хмыкнул, и эльфа покосилась на меня.

— Судя по взглядам парней, каждый второй сейчас мечтает меня убить –пояснил я.

Девушка посмотрела по сторонам и снова повернулась ко мне.

— Это тебя пугает?

По неписанным правилам полагалось гордо выпятить грудь, принять грозный вид и начать клясться, что ради неё я сверну горы, но я что-то задумался о своих дальнейших действиях.

— Понимаешь… мне надо продержаться в академии хотя бы до зимней сессии, и… глупые драки могут помешать в этом.

— Дуэль ради девушки стала считаться глупой? –удивилась эльфа.

— Ээээ… -замялся я — Умные люди говорят и пишут, что девушка сама выбирает парня, а потом только разрешает понравившемуся парню ухаживать за собой, поощряя взглядом, улыбкой и прочим. А драка или убийство на дуэли только ради того, чтобы произвести впечатление на девушку — это откровенная глупость.

— А как же защита чести девушки?

— Так честь есть и у мужчин, так что это относится к любому человеку, а не только к девушкам.

— Странно –протянула эльфа — А если оскорбление будет таким, что его можно смыть только кровью?

— Мне как-то рассказывали про одну ссору, когда один оскорбил мать другого, чуть не начался бой, но старик, видевший это, остановил его. Второй стал возмущаться, что его мать оскорбили, а старик негромко так спросил: «А что, это всё правда, о которой нельзя никому рассказывать?», и второму нечего было ответить. Признать, что это правда — значит самому оскорбить собственную мать. Сказать, что это всё глупости — так чего ты тогда бросаешься в драку из-за чужих глупостей? В некоторых… королевствах даже есть развлечение — начинают при других людях шутливо обзывать друг друга, родственников, да чтобы было посмешнее и позаковырестее. А кто не сумеет ответить смешно, тот и проиграл.

— Странные порядки… в некоторых королевствах –задумчиво произнесла эльфа, и пристально глянула на меня — Значит ты не будешь защищать мою честь, если меня начнут оскорблять?

Я снова задумался.

— Если будет угроза твоей жизни, то порву на кусочки, а если какой-нибудь дурак будет нести ещё большие глупости, то что с него взять? Слышал даже историю, что какой-то пьяный в таверне кричал в сторону портрета короля, что ему на него плевать. Мужика схватили, хотели отрубить голову, но король написал на приговоре, что ему тоже плевать на того пьяницу, и того отпустили. Правда, король приказал, чтобы больше его портреты в тавернах не вешали. А если убивать за глупости, то людей останется в два, а то и в три раза меньше. Я и сам частенько говорю не очень умные вещи, и мог умереть за это… ну, уже не раз.

Девчонка вдруг улыбнулась.

— Ну да, только за то, что ты назвал эльфийскую принцессу «бедненькой», в моём королевстве с тебя бы точно содрали кожу, а потом бросили в муравейник.

— Ну… я же объяснил тебе почему я так сказал — смутился я.

— Я помню, -кивнула девчонка — И ты в тот момент не вожделел меня?

Я чуть не поперхнулся от такой детской непосредственности.

— Ну… желания схватить и тащить в кусты точно не было.

Эльфа звонко рассмеялась от моих слов, и сквозь смех сказала.

— Да у тебя бы ничего и не получилось. Тащить эльфийку в лес, чтобы обидеть её — это уж совсем дураком надо быть –она вдруг стала серьёзной — И ты, наверное, первый… человек, который увидел меня живой, а не…

Девчонка замолчала и отвернулась, словно продолжение фразы было ей неприятно.

Через какое-то время девчонка успокоилась, снова покосилась в мою сторону.

—

— Давай -улыбнулся я — Меня зовут Гарри, и я вообще не знаю как обращаться с принцессами, так что я буду разговаривать с тобой как с обычной девушкой, с которой случайно познакомился.

— Это хорошо, –удовлетворённо кивнула эльфа –и я уже немножко знаю про тебя.

— Откуда? –удивился я.

— Так ты теперь единственный потеряшка в академии, который ходит на занятия разных факультетов и курсов. Двое других уже одумались и теперь старательно навёрстывают пропущенные занятия на своём факультете.

— А… -глубокомысленно выдал я.

— И про тебя, кстати, рассказывают всякие жуткие истории.

— Это какие? –опешил я — Я ведь только на лекции и хожу, никого не трогаю.

— Даже эльфов? –хитро посмотрела на меня Лариэль — А ещё рассказывают, что во время какого-то некромантского ритуала ты лишился мяса на ноге, и целителям пришлось тебя спасать.

— Ну…

И тут меня понесло… Наверное, я слишком заскучал в одиночестве, и поэтому был рад самому простому, ни к чему не обязывающему разговору. Тем более с симпатичной девушкой, которая мой трёп зачастую воспринимала всерьёз. Удивлялась, ахала, смотрела на меня то как на чудовище, то как на рыцаря без страха и упрёка. Нормальная, в общем-то, девчонка, которая большую часть жизни провела в тепличных условиях, привыкла к почитанию, вычурным фразам, и теперь даже обычный трёп с парнем воспринимала как нечто важное и значимое. И когда уже поздно вечером проводил Ларииэль до её общаги, запоздало мелькнула мысль — а ведь она как большой ребёнок, начитавшийся романтических книг. Как бы не получилась так, что она воспримет наши разговоры как начало чего-то большего, а там и до влюблённости недалеко. Эльфиек у меня в подружках ещё не было, но открывать счёт я не собирался. Не до глупостей мне. Я должен «доучиться» хотя бы до зимней сессии, а всё остальное — суета.

А через пару дней в коридоре академии меня выловили Дари с Ритарой. Очень серьёзные, неулыбчивые, и обе почему-то в странных грубоватых костюмах. На этот раз первой заговорила Ритара.

— Нужно поговорить –буркнула она, сверля меня взглядом.

— Говори -пожал я плечами.

— Надо… чтобы нам никто не мешал.

— И куда пойдём? -вздохнул я.

Мне, в общем-то, без разницы, но непонятные требования на пустом месте начинали раздражать. Ритара в ответ мотнула головой куда-то дальше по коридору. Ну что, прошли метров пятьдесят, зашли в пустую аудиторию типа обычно класса.

Я повернулся к девчонкам.

— Ну и о чём будем говорить?

Ритара уставилась на меня как врага.

— По академии ходят слухи, что недавно ты целый вечер гулял с эльфийкой. Что ей было надо от тебя?

И тон такой, словно меня уличили в государственной измене. Что вообще происходит?

— А тебе что от меня надо?

— Отвечай! –рявкнула Ритара, и врезала мне щеке.

Хорошо врезала, меня аж качнуло. Не знаю, чего она ожидала после этого — моих слёз, истерики, покаяния или ещё чего, но в таких случаях мой ответ мог быть только один, и без разницы кто пытается меня бить. Короткий удар в челюсть, и Ринару снесло к стене класса. Замешкавшаяся на мгновение Дари бросилась ко мне, но я не стал дожидаться что она будет делать, и ей тоже врезал. Рука у меня бывает очень тяжёлая, так что и Дари снесло к стене. Я никогда не ударю женщину первым, но если уж она сама пытается напасть на меня, то пощады не будет, а то однажды я чуть не поплатился жизнью, когда тоже хотел изобразить из себя рыцаря.

Разговора не получилось, девчонки валялись у стены, и можно было уходить, но тут я заметил странные изменения, происходившие с девчонками. Даже и не объяснить толком, но они словно становились… Даже не знаю… больше, грубее? А когда вскочили и уставились на меня, было полное впечатление, что на меня смотрят две оскалившиеся волчицы, и что сейчас они будут меня убивать.

И тут на помощь неожиданно пришёл мой внутренний демон. Тело стало перекручивать, одежда с треском расползалась по швам. Руки стали раза в три, наверное, толще, да и всё тело стало массивным, с огромными когтями на руках. Девчонки уже двинулись ко мне, и тут я зарычал на велсарском (или правильнее, демонском).

— Порву на куски, сссучки!

Всего лишь выплеск эмоций перед боем, но девчонки замерли, неверяще глядя на меня, и вдруг одновременно опустились на одно колено и склонили головы. И почти одновременно.

— Приказывай, Повелитель!

Можно было двумя ударами снести эти дурные головы, но девчонки не делали даже попытки защитится, и так и стояли с опущенными головами. А убивать совсем уж покорных как-то не по мне. Я ещё постоял перед девчонками, рыча словно дикий зверь, и понемногу стал успокаиваться. Тело начало усыхать, убрались когти, и я стал как прежде, обычным человеком.

Девчонки так и стояли со склонёнными головами, и я, наконец, вздохнул.

— Ладно, вставайте, попробуем говорить ещё раз.

Девчонки сразу вскочили, но во взглядах не было ни обиды, ни желания мстить. Наоборот, во взглядах обоих был только огромный интерес ко мне.

Я отошёл к партам, вытащил один стул и уселся.

— Ну что, Ритара, теперь ты скажешь что тебе от меня надо?

Девушка встала чуть ли не по стойке смирно.

— Да, Повелитель! Мы с Дари прибыли сюда, чтобы поработать с древними книгами, и я была очень удивлена лёгкостью, с которой ты читал древние тексты. Я предположила, что есть ещё какие-то… тексты или учитель, у которого ты мог получить знания. Древние знания очень важны для… моего рода и королевства, поэтому мы и пытались познакомиться с тобой поближе, надеясь получить ответы. А вчера мы узнали, что ты целый вечер гулял с эльфийкой. Просто так эльфы ничего не делают, поэтому я и решила, что она уговаривает тебя… рассказать что-то важное, и это важное могло быть связано с древними знаниями. Я не могла этого допустить, поэтому и повела себя так грубо.

Ритара покаянно склонила голову.

— Почти понятно. -вздохнул я, хотя, о каких секретах могла идти речь, даже намёков в голове не было — И почему ты уже который раз называешь меня повелителем?

Девчонки быстро переглянулись.

— Час от часу не легче –чертыхнулся я. Вот только славы великого древнего демона мне и не хватало.

— Ты можешь основать новый род или войти в любой другой — они будут счастливы. Правда… — Ринара помрачнела –твоё появление вызовет такой взрыв интриг и заговоров, что… -она оборвала себя — Но так бывает всегда, когда появляется кто-то сильный и независимый, это надо просто пережить.

— Значит так -начал уже я, как только девушка замолчала — Про то, что было в этой комнате, никто не должен знать. У меня свои планы, и я должен пробыть в академии до зимней сессии. Всё это время вы меня не ищете, и мы не будем видеться. Для всех мы знакомы, это уже знают, но новых встреч не ищем. А дальше… будет видно.

Девчонки помрачнели, но склонили головы, принимая приказ, и вдруг Ритара снова заговорила.

— Повелитель, позволено ли будет мне сообщить о тебе моему отцу?

— А при чём здесь твой отец? –не понял я.

Ритара почему-то замялась.

— Мой отец служит… советником Владыки Орлора, и… я уже говорила, что даже простая весть о тебе может привести к череде заговоров, а может и ещё чего хуже. А так у отца будет время обдумать всё, чтобы потом преподнести вести о тебе в выгодном для нас свете. Мы не можем знать и сотой доли интриг, которые плетутся в королевстве, и это поможет не допустить большой крови.

Ну, в общем-то разумно, но сразу мелькнула мысль, что для сохранения моей тайны гораздо проще и надёжнее было бы… «зачистить» девчонок прямо здесь. Правда, их исчезновение всё равно заметят, и чёрт его знает до чего докопаются во время следствия. Да и Наместник непонятно как отреагирует на слухи о появлении у демонов нового Повелителя или на слухи о смерти девушек. Хоть так, хоть эдак, всё равно плохо. Вздохнув, я кивнул.

— Хорошо, но только отцу.

И только теперь обратил внимание на свою одежду. Костюм разлетелся по швам, и на плечах осталось лишь несколько тряпок. Свободная рубашка почти выдержала, но тоже превратилась в нечто вроде драной жилетки. Смотал тряпки в комок, хотел бросить в угол комнаты, но передумал — зачем разбрасываться уликами? Кто-то ведь обязательно найдёт эти тряпки, и сразу появятся вопросы — а что здесь произошло, что одежда летела клочьями? Не, лучше отнесу в свою комнату, и уже там выброшу в мусор. Мало ли почему я так обращаюсь со своей одеждой.

Уже хотел уходить, как вдруг Дари жалобным голосом попросила.

— Повелитель, позволь ещё раз посмотреть на ваши когти…

Это могло быть проверкой моих способностей, ещё что-то, да и я не был уверен, что смогу превратиться в демона в спокойной обстановке, но на этот раз получилось. Руки мгновенно вспухли, а когти на этот раз получились чуть ли не в пятнадцать сантиметров в длину. Дари осторожно приблизилась ко мне, ещё осторожнее потрогала мои когти, их крепость, острые концы, и вдруг стала такой счастливой… Как мало, оказывается, девчонке надо — прикоснулась к когтям демона, и счастлива.

Дарии отступила и склонила голову в поклоне.

— Благодарю, Повелитель.

Ещё три дня относительно спокойных, а на четвёртый, возвращаясь после занятий в общагу, заметил на одной из скамеек у входа молодую девчонку. Лёгкое платье, косички, но поза у неё была какая-то… напряжённая. Вот она повернула голову, посмотрела на меня, и я чуть не сбился с шага. Лили⁈ Наша встреча на балу была не совсем обычной, и теперь я не знал как себя вести. Медленно подошёл к скамейке, осторожно присел рядом с девушкой.

Лили внимательно наблюдала за мной.

— Боишься меня? –вдруг спросила она.

— Почему сразу «боишься»? –удивился я, но всё же признался — Ну, немножко. Просто мы расстались как-то… не как в книжках, и сейчас я не знаю что ты мне скажешь.

— Что я тебе скажу… -немножко зловеще начала Лили, и вдруг заулыбалась — А скажу я тебе: «Здравствуй, Иван!»

Я облегчённо выдохнул и тоже заулыбался.

— Здравствуй, Лили. Ты как здесь оказалась?

— Что значит как? Шла ногами, вот и пришла.

Понятно. Как была вредной, так и осталась.

— Кого-то ждёшь?

— Тебя жду.

— А… что-то случилось?

— Конечно случилось. Сидела, сидела, стало скучно, и вдруг вспомнила, что есть такой парень, с которым мне было весело. Вот и пришла.

Лили хорохорилась, вредничала немножко, но во взгляде промелькивал какой-то… страх? Я осторожно коснулся руки девушки.

— Лили, я тот же самый, и моё отношение к тебе не изменилось. Ты можешь сказать мне и самое хорошее, и самое плохое, но всё равно будешь всё той же Лили, которую я встретил на балу.

Девушка долго смотрела на меня, потом отвернулась и долго молчала.

— Понимаешь… -сказала она наконец — Это трудно объяснить, но рядом с тобой я почувствовала себя… живой. Не нужно было притворяться, говорить правильные слова. Мы болтали, развлекались, танцевали, и для тебя я была… — Лили чуть улыбнулась -просто прекрасной незнакомкой. Оказалось, что такое ощущение трудно забыть — Лили снова помолчала — И вот я решила снова тебя увидеть.

— Ну и… правильно, –промычал я –чего дома сидеть киснуть? Встала и пришла. Делов-то.

Лили покосилась на меня.

— А ты ведь не сказал куда идти. Я сначала среди гостей академии искала, но ты просто исчез. А потом стала расспрашивать девочек в академии — а есть ли у них в академии красивые высокие широкоплечие парни, и все как одна говорили — так иди на боевой факультет, там таких много. Тогда я уточнила — шебутной, беспокойный, с которым не заскучаешь, и мне две из трёх сказали, что это, наверное, потеряшка.

Я даже удивился.

— Да я, вроде, никуда особо не лез, ничего такого не делал.

Лили улыбнулась.

— А кто троих эльфов избил?

Я смущённо опустил голову.

— Ну… я это всё… не специально.

— Почти верю –снисходительно улыбнулась Лили, потом оглянулась по сторонам — А где здесь можно погулять, а то ходят тут всякие, косятся.

Я сразу встал.

— Так это… тут очень большой парк, гулять можно сколько угодно. А можно в кафешку сходить посидеть, что-нибудь вкусненькое съесть.

— Пока просто погуляем.

Ну и ладно, пошли гулять, правда, вскоре Лили покосилась на меня, и чуть смущённо спросила.

— Иван, а… почему ты сейчас такой… неопрятный? На балу ты выглядел совершенно по-другому.

— Маскировка –показушно вздохнул я — Особое задание, которое нужно выполнить. Я ведь некромант, вот и приходится ходить в таком виде, чтобы боялись. А представь, если я каждый день буду выглядеть как тогда на балу? Вдруг кто-то захочет со мной задружить, а у меня и причины для отказа не найдётся. А так даже если кто и подходит, то сразу обращают внимание на волосы, потом на не очень приятный запах, и стараются побыстрее уйти.

— Ты что, вообще не моешься?

— Ну почему же –улыбнулся я — Несколько капель оружейного масла на волосы, потом расчесаться, а в карман вчерашние носки положить, и этого достаточно.

Жестом фокусника достал из кармана грязные носки и картинно выбросил их в ближайшие кусты. Лили поморщилась, но промолчала. Сняв резинку с волос, потряс головой, расправляя волосы. Не знаю как я это сделаю, но была уверенность, что у меня получится. Небольшое волевое усилие, и по голове словно горячая волна пробежала. Осторожно потрогал волосы рукой — нормально получилось, снова грива. Теперь ещё небольшое усилие, и уже всё тело и одежда очистились от посторонних запахов.

Лили смотрела меня широко открытыми глазами. Осторожно подошла, осторожно коснулась пальчиками моих волос, лица. Даже понюхала меня немножко.

Отступила на шаг.

— Это… так просто? –поражённо прошептала девушка.

Я самодовольно улыбнулся.

— Ну… для меня просто. Теперь мы можем гулять и не вспоминать этот досадный инцидент.

Предложил девушке руку, но та ещё не отошла от моего фокуса. Снова подошла, уже более смело потрогала волосы, лицо, одежду. Наконец успокоилась и улыбнулась.

— Да, теперь ты как раньше, и даже пахнешь так же.

— Значит проверку прошёл и можем идти гулять? –уточнил я.

— Теперь можно.

С Лили общаться было легче, чем с Лариэль, но и она старалась о себе рассказывать поменьше, а обо мне выспросить побольше. Вскоре мне пришлось сказать.

— Лили, родом я очень издалека, задание у меня самое секретное, так что ничего рассказать о себе я просто не смогу. Единственное, могу рассказать о свой учёбе, немногих знакомых, ну и о некоторых необычных случаях. Может лучше ты что-нибудь про себя расскажешь?

Девушка хмуро поглядела на меня.

— Я тоже вся секретная, и тоже ничего не могу про себя рассказывать, так что… -она вздохнула — придётся гулять молча.

— Ещё чего. На моей родине есть не меньше десятка сказочных историй про совсем-совсем секретного шпиона, творившего невероятные вещи. Крал чужие секреты, стрелял, убивал, крушил, но главное, его всегда сопровождала очень красивая, и тоже совсем-совсем секретная девушка. И в каждой сказке другая. У них даже особый титул был — «девушка Бонда». И мы сейчас тоже можем представить себя такой парой.

Но вместо того, чтобы улыбнуться, Лили нахмурилась ещё больше.

— Ты приехал сюда красть секреты, убивать и крушить?

— Да ты что, Лили, -опешил я –я только привёл для примера, что в жизни бывают всякие секретные люди, не мы одни.

— А когда наша сказка закончится, у тебя появится другая «девушка Бонда»?

Я снова опешил от такого выверта логики Лили, но по-своему она была права.

— Да, -вздохнул я –пример не очень хороший, так что забудем про нашу секретность и займёмся… -я попытался вспомнить дурные идеи, приходившими в голову длинными вечерами –а займёмся мы сегодня маникюром.

Лили с подозрением смотрела на меня.

— Чем займёмся?

— Красотой займёмся -пояснил я –и для начала сделаем красивые ногти.

Короче, свидание с Лили превратилось в вечер глупостей. Долго искали красочки, кисточки, реактивы для смывания красок. Пока искали, перезнакомились с кучей девчонок, некоторые из них решил тоже поучаствовать в нашей затее. Потом собрались в комнате отдыха, и начались обсуждения — что и как делать. Первым подопытным стал я — меня не жалко, да запросы простые — сделать ногти чёрными, а на них нарисовать белые черепа. Получилось грубо, криво, но это стало событием, которое ещё долго будут обсуждать в общаге.

Потом девчонки разбились на пары и стали красить ногти друг другу по очереди. Я только лишь подсказал какие цвета могут быть, потом подсказал, что на женских ноготках можно рисовать всякие цветочки, кошечек или дракончиков. Ну и всё, после этого про меня забыли, и оставалось только смотреть как девчонки впадали в транс, наблюдая, как их ноготочки превращаются в неизвестную здесь красоту.

Ничего, довольно весело провели время. Во всяком случае, Лили выглядела довольной и оживлённой. А вот когда вышли на улицу, и я хотел проводить её, она почему-то остановила меня движением руки.

— Провожать не надо.

Я даже растерялся.

— Лили, уже почти темно, а тебе добираться ещё неизвестно куда.

Девушка твёрдо смотрела на меня.

— Иван, поверь, защитить себя я могу не хуже, чем ты. Я не зря говорила про секреты, и не все даже тебе следует знать. Хорошо провели вечер, и этого достаточно.

Оставалось только вздохнуть.

— Как скажешь, Лили, хотя это мне не нравится.

Лили, наоборот, повеселела.

— Ничего, я ещё буду приходить. Можно?

— Конечно приходи, ещё что-нибудь интересное придумаем.

— Обязательно приду –пообещал Лили, и неспешно пошла по алее.

Куда, зачем, почему? Что за секреты, что я не должен знать даже где она живёт? Её титул, род и её богатства мне и даром не нужны, но вот то, что девчонка пошла домой одна, а я остался у общаги… не по пацански как-то. Ладно, потихоньку и эти секреты откроются когда-нибудь.

Большая встреча

Девчонки приходили погулять со мной раз в три-четыре дня, и пока это всех устраивало. Лариэль обычно приходила сразу ко мне в комнату, стучала, и мы шли гулять. Эльфийка предпочитала, чтобы инициатива была за ней, и наши гуляния походили

Пару раз сходили на спектакли местных театральных групп (оказывается, в академии были и такие). А один раз попали на вечер поэзии, где молодёжь с затуманенными взглядами с подвываниями читала всякий бред. Но Лариэль это очень нравилось, а я помалкивал со своим мнением. Всё равно пивных поблизости нет, так что другие варианты не просматривались.

С Лили было по-другому. Для неё уже я составлял программу на вечер, и старался сделать упор на развлечения. Например, поговорил с парнями водниками, и они приготовили аттракцион «водных львов». Идея моя (подсмотренная ещё на Земле) — люди, поднимающиеся над водой на струе воды. Сначала меня не поняли, потом посмеялись, но тогда я небрежно намекнул, что человек, взлетающий из воды, может быть очень хорошим диверсантом на чужом корабле, не говоря уж о скоростных лодках на водных движителях. После этого ребята взялись за дело всерьёз. Ну а когда они приготовили свои трубы, чтобы закачивать или выбрасывать струю воды, я привёл Лили посмотреть на их тренировку. Да там и без нас на берегу прудика было не меньше полусотни зрителей. И все девчонки громко ахали, когда кто-то из парней не мог удержать равновесие и падал в воду. И всё девчонки восторженно кричали и хлопали в ладоши, когда у парней получался какой-нибудь трюк. Особенно всем нравилось, когда кто-то из парней медленно поднимался из воды, поднимаясь всё выше и выше. И даже шепотки слышались, что теперь парни теперь стали настоящими богами вода.

А в другой раз приготовил простенькие коньки наподобие тех, которые наши предки прикручивали к валенкам верёвочками. И когда пошли гулять, заморозил небольшой прудик (метров двадцать в диаметре, не больше), и устроил покатушки на коньках. Ох и визгу же было! Лили совершенно не умела кататься на коньках, так что я вдоволь подержался за её упругое молодое тело. Пока осторожно катил по льду, пока ловил при неловких движениях, пока поднимал после падений. Приятно было, не скрою, но о продолжении мыслей не было. Просто развлекались. Лили заработала несколько синяков, но выглядела очень довольной.

Вроде бы живи да радуйся, но у меня всё сильнее было предчувствие, что всё это скоро кончится. Пока девчонки не встречались друг с другом. Может так совпадало, может одна приходила когда я уже ушёл с другой, но долго так продолжаться не могло. Хотя бы из-за встреч с Лариэль я становился в академии довольно известной фигурой, и ведь обязательно найдётся «добрая душа», которая шепнёт или скажет в присутствии Лариэль, что известный ей потеряшка крутит романы за её спиной. И как эльфийская принцесса отреагирует на такие новости, я не берусь предсказать. В идеальном для меня варианте только фыркнет и просто выбросит из памяти неблагодарного человечка (слышал я уже такое выражение). Что будет в плохом варианте, даже боюсь представить.

И Лили неизвестно как отреагирует, когда узнает, что я гуляю ещё и с эльфийкой. Я стараюсь никого не обманывать и не обнадёживать, но кто может знать что у женщин в голове? Надеюсь, хотя бы до банальной женской драки с выдиранием волос они не опустятся.

Расплата наступила примерно через три недели после начала моих «гуляний». В этот раз я задержался в столовой (очередь на раздаче оказалась большой, да и ел я без настроения), а когда подходил к общаге, увидел на скамейках у входа сразу всех четверых моих знакомых девчонок. Дари с Ритарой сидели на одной скамейке и выглядели довольно спокойными. А вот Лили и Лариэль сидели на противоположных, и косились на друга. Этак аристократично зыркнут, словно убить готовы, и сразу взгляд в сторону, словно ей на соперницу наплевать.

Как только я подошёл, все четверо сразу встали и двинулись ко мне. Я сразу поднял руки в защитном жесте.

— Так, девчонки, давайте не будем устраивать представление на потеху остальным. Сейчас поднимемся в мою комнату, вы выскажете мне всё, что думаете обо мне, а я попробую оправдаться.

Ритара с Дари сразу согласно кивнули. Лили с Лариэль сверлили меня взглядами, но тоже кивнули. Цепочкой поднялись на мой этаж, и пока шли, я прямо спиной чувствовал прожигающие меня взгляды. Когда зашли в комнату, сразу встал у окна, чтобы сразу сбежать, если что начнётся, а девчонки расположились полукругом, отрезая мне путь через дверь. В центре Ритара с Дари, а по краям Лили с Лариэль, бросающие друг на друга очень нехорошие взгляды.

Даже стало чуть интересно — кто начнёт первой уничтожать меня морально, и какими словами.

Первой начала Лариэль. Вздёрнула свой носик и ледяным тоном начала говорить.

— Господин Гарри, вы осмелились не оценить честь, оказанную вам мною, и позволили себе шашни с другими девушками.

Лили вдруг заулыбалась.

— Ты неправильно всё поняла, принцесса. Это… Гарри оказал тебе честь, позволив прикоснуться к частичке его тепла.

Ух, как Лариэль вспыхнула после таких слов. Я думал она сразу швырнёт в Лили что-нибудь убойное, уже готов был броситься закрыть её от удара, как вдруг вперёд выступила Ритара, разделяя девушек. И уже обращаясь ко мне.

— Повелитель, пришёл ответ от моего отца. Он бесконечно счастлив вести о твоём появлении, но пишет, что твой приезд в столицу будет сейчас… преждевременным. Но отец позаботился о почестях, полагающихся тебе — Ритара достала из сумки какие-то бумаги — Указом Владыки Орлора тебе пожалован титул Глархаца Орлора, а также земли и замок Демер.

Положив бумаги на стол, Ритара отступила назад, потом строго посмотрела на Лариэль и Лили.

— А вы, девочки, не ссорьтесь и не устраивайте свару на ровном месте. Титул Гларцаха Орлора позволяет Повелителю иметь гарем из десяти жён и стольких наложниц, сколько он пожелает — Ритара чуть улыбнулась — Думаю, никто без внимания и ласки Повелителя не останется — Ритара достала из сумки ещё какую-то бумагу и показала остальным — Повелителю пожалованы земли подальше от столицы, но очень удобно, на границе Орлора, Империи и эльфийских земель. И если ваши отцы смогут

Лили и Лариэль вернулись на свои места, глядя друг на друга ошалевшими взглядами. Потом посмотрели на меня, но я ответил им таким же ошалевшим взглядом. Вот чего угодно ожидал, но не титула в королевстве демонов и возможного гарема.

В наступившей тишине Дари вдруг выступила вперёд, преклонила колено и звонким голосом, чётко произнося каждую букву, заговорила.

— Я, верхона Орлора Тамира Деус Нани, приношу клятву верности тебе, Повелитель, и нижайше прошу взять меня наложницей в свой гарем.

Дари склонила голову и замерла, ожидая моего решения, но мы все стояли молча, в изумлении глядя на неё. Первой пришла в себя Ритара. Глянула на меня, на Дари, снова на меня. Постояла, словно решаясь, потом тоже преклонила колено рядом с Дари.

— Я, Терна Орлора Ланде Венар Камла, приношу клятву верности тебе, Повелитель, и нижайше прошу взять меня женой в свой гарем.

И тоже склонила голову, ожидая моего решения. Вот теперь было уже не изумление, а самый настоящий шок. Ни разу в жизни ещё никто так не просился ко мне в жёны и наложницы. Но с демонками почти понятно — они видели меня в боевом облике, и для них это, наверное, как высшая награда — принадлежать высшему демону. А там, может, и дети пойдут, и будет уже без разницы кто там будет женой, наложницей или любовницей. Ребёнок от высшего существа –это… наверное, весьма ценная награда для женщины.

Посмотрел на Лили с Лариэль. Те тоже в шоке и тоже переглядываются. То друг на друга, то на демонок, то на меня. Демонки хотя бы знали за кого хотят замуж, а вот девчонки просто хотели дружить со мной. Может и с надеждой на продолжение, но не так сразу и не в такой большой компании. По идее, они сейчас могут просто повернуться и уйти, высоко подняв голову. Это я пойму. Пойму, если просто отступят назад, оставив меня разбираться с демонками.

Встретился взглядом с Лили. Её глаза опять сверкали, но никакого головокружения я не почувствовал. Наверное, уже привык к такому. Наконец, Лили прикрыла глаза, постояла, задумавшись, потом вдруг тоже преклонила колено рядом с демонками и звонким голосом произнесла клятву.

— Я, графиня Анер, Лили Парна, приношу клятву верности тебе, Повелитель, и нижайше прошу взять меня женой в свой гарем.

И тоже склонила голову, ожидая моего решения. Гордая малышка, которая тянулась ко мне как мотылёк к огню, тоже хотела стать моей женой, несмотря ни на какие свои секреты.

Оставалась Лариэль. Красивая, гордая, но я не знал, хочу ли я иметь её женой и нужна ли она мне. Да и как я раньше слышал, для эльфийки, тем более принцессы, выйти замуж за человечка — это унижение, и она скорее убьёт себя, чем согласится на такое. Но пока Лариэль ничего для себя не решила. Стояла, устремив взгляд в неизвестные дали, и словно советовалась с кем-то. Может со своими предками? Сейчас речь шла не о чести отдельной эльфы, а о… чести рода, а может и всех эльфов? Она ведь ещё не знает, что её мужем может стать высший демон, и как к этому отнесутся остальные эльфы — очень большой вопрос.

И вдруг Лариэль решилась. Тоже преклонила колено.

— Я, Лариэль Пармэ Ленси, принцесса крови старшей ветви дома Ивы, приношу клятву верности тебе, Повелитель, и нижайше прошу взять меня женой в свой гарем.

И тоже склонила голову.

Впору было загордиться, но кроме новых проблем я пока ничего не видел. Да и среди девчонок хоть немножко понятны мотивы только у Дари — этой очень важен секс, и она готова довольствоваться даже ролью наложницы, лишь бы быть поближе к моему телу. А вот что творится в головах у других? Ритара, наверное, хочет от меня ребёнка, и со временем какую-то власть и влияние в Орлоре. Лили… наверное, просто испытывает романтическую влюблённость, раз готова выскочить замуж за первого встречного. А вот Лариэль… тут вообще мыслей нет.

И вдруг меня обожгло. Какие… нахрен мотивы и мысли девчонок, о чём я⁈ Сейчас придётся думать как моё неожиданное возвышение воспримет Наместник, и что он решит. Всё-таки демон, получивший признание в королевстве демонов и взявший в жёны и демонок, и аристократку империи, и эльфийку, это очень… неопределённый фактор.

И вдруг как ледяной водой за шиворот.

И КАК ЭТО ВСЁ Я БУДУ ОБЪЯСНЯТЬ ТАНЕ?!!!

КОНЕЦ.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на«Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Ложка дегтя