Квантовый калькулятор

Глава 1

I

Санкт-Петербург, 2056 год

Андрей сидел на уроке физики, ведя героическую борьбу с одолевающим его сном. Это был парень семнадцати лет с ростом чуть выше среднего и незамысловатой прической, какую носила большая часть парней того же возраста. Его правильной формы лицо выглядело серьезным и слегка усталым. Шел уже второй час лекции, и Андрей понимал, что до двенадцатого ему точно не досидеть.

Был субботний день, для всех учителей считавшийся выходным, поэтому лекцию вел робот. Он увлеченно, насколько это слово применимо к машине, рассказывал о рождении черных дыр из сверхновых, но его монотонный голос, неспособный выражать какие-либо эмоции, оказывал на публику единственно усыпляющее действие.

Они сидели в большой аудитории Академии Астрономических Вычислений, элитного учебного заведения для учеников старших классов. По левой стороне зала, вдоль всей южной стены, тянулся ряд больших широких окон. За ними виднелось светло-серое от пухлых, похожих на больших телят, облаков Петербургское небо.

Утром, когда ученики выбирались из расположенных неподалеку общежитий и, оставляя в снегу вереницы следов, направлялись к главному зданию академии, в воздухе кружились, пританцовывая на ветру, крупные снежные хлопья. Сейчас же, ближе к полудню, снегопад утих, и облака, относимые дующим с моря ветром, неторопливо ретировались на восток.

Подперев руками голову, Андрей задумчиво наблюдал их неспешный бег. Спроси его, Андрей не смог бы ответить, на что похоже каждое облако в отдельности, но вместе они представлялись ему то вышедшим из берегов и затопившим всю небесную долину потоком, то огромных размеров ватным одеялом, то бескрайним полем почти созревшего хлопка. В тех местах, где слой облаков был тоньше всего, через него просвечивали лучи по-зимнему низко плывущего по небосводу солнца.

Все те, кто сидел в одной аудитории с Андреем, давно успели заснуть под однообразное гудение робота-учителя: на передней парте, уронив голову на недописанный конспект и разбросав косички по разным сторонам стола, спала Галя Гребенщикова, староста и первая отличница в школе. Позади нее, откинувшись на спинку стула и запрокинув назад голову, негромко храпел Ваня Набоков, запомнившийся Андрею еще со средней школы тем, что очень любил играть что-нибудь на гитаре на школьных праздниках. Слева от Андрея богатырским сном спал его друг Дима Клавин, большой любитель пошутить и вообще посмеяться.

Андрей окинул взглядом оставшихся ребят и убедился, что он действительно единственный, кто по-прежнему слушает лекцию. Вид беззаботно спящих товарищей навевал дремоту, и Андрей невольно зевнул. Встряхнув головой, дабы взбодриться, он снова повернулся к окну и попытался придумать, как ему не заснуть и записать целиком конспект урока, который обязательно спросят, когда вернутся живые учителя. Через некоторое время парень пришел к выводу, что лучший способ – это решить несколько уравнений по математике.

Андрей покопался в портфеле и вытащил из-под нагромождения тетрадок небольшой, размером с ладонь, калькулятор в пластмассовом корпусе, снабженный пятью рядами красненьких кнопочек, помещенных под продолговатым жидкокристаллическим дисплеем. Это был предмет гордости Андрея – один из самых быстрых современных калькуляторов, способный в доли секунд считать выражения высшего порядка. То, что могла эта маленькая машинка, с трудом удавалось даже самым продвинутым компьютерам начала 21 века. Секрет столь высокой производительности заключался в совсем недавно выпущенном квантовом микропроцессоре производства компании Panasonic, который был достаточно компактный, чтобы поместиться в корпус обычного калькулятора.

Андрей нажал на кнопку в правом верхнем углу устройства, и его экран осветился мягким оранжевым светом. «Для начала посчитаем что-нибудь легкое. Скажем, определенный интеграл» - подумал он. Решив так, он напечатал на клавиатуре несложную формулу и нажал кнопку «выполнить». Калькулятор должен был мгновенно выдать ответ, но этого не произошло. Слегка удивившись, Андрей вгляделся в написанную на экране формулу и заметил ошибку: в одном месте он случайно написал минус вместо плюса. По вине этого маленького значка выражение в целом становилось некорректным и решению не поддавалось.

Разобравшись, в чем дело, Андрей попытался было исправить ошибку, но в этот момент изнутри калькулятора начал исходить свет, пробивающийся сквозь щели вокруг кнопок, и парень рукой ощутил жар, исходящий из сердца устройства. В следующее мгновение черты окружающих его предметов начали размываться, и вскоре весь зал превратился в одно светло-бежевое пятно, подернутое мелкой рябью. В центре этого пятна появилась белая точка, и окружающая ее рябь начала выстраиваться вокруг нее концентрическими окружностями. В ушах Андрея стоял звон, как после резкого и громкого звука, произнесенного над самым ухом, а кожа покрылась мурашками.

Внезапно точка увеличилась в размерах и прыгнула на Андрея, заслонив собой весь обзор. Все вокруг потемнело, и парень ощутил, что он падает куда-то вверх. Андрей инстинктивно выставил руки над головой и почувствовал кончиками пальцев быстро приближающуюся землю. Руки подломились, и он упал на спину, болезненно стукнувшись спиною о твердую, как камень, поверхность. Звон в ушах прошел, и окружающие предметы начали постепенно вновь обретать свои черты.

Андрей с усилием приподнял голову и огляделся. Его окружал неизвестный, причудливый пейзаж. Пейзаж этот не просто не был похож на класс, в котором Андрей находился несколько секунд назад, но и вообще ни на что Земное – ни на что, что можно было бы увидеть на нашей планете. «Так-с, куда это я попал?..» – изумленно подумал он.

II

Великая равнина, 6347 год от Сотворения мира

Приподнявшись на локтях, чтобы не напрягать шею, Андрей понемногу приходил в себя и не переставая крутил головой, пытаясь найти в окружающей обстановке хоть что-то знакомое. Он лежал в центре небольшой поляны диаметром пять метров на жесткой каменистой земле. На самой поляне растительности почти не было, вероятно, из-за неподходящего состава почвы. Зато вокруг нее поднималась целая стена леса, сплошь состоящая из довольно странного вида деревьев. Стволы эти деревьев были не цельными, а, сплетенными из десятков более тонких стволов. Создавалось впечатление, что это был симбиоз нескольких кустов, решивших стать деревом. Верхушки этих деревьев венчали зеленые разлапистые кроны, напоминавшие иву. Концы ветвей этих «ив» свисали почти на высоте человеческого роста и образовывали красивый естественный свод прямо над головой.

Пока Андрей думал, что же ему стоило предпринять дальше, из густой чащи за его спиной бесшумно вынырнула стройная длинноногая девушка в льняной рубахе с коротким рукавом, в льняных же шортах и в мокасинах из причудливой голубоватой кожи. Ее длинные светлые, в тон рубахе, волосы были красивы, хоть и давно нечёсаны. Ее лицо выражало живую заинтересованность, а по ее широко открытым голубым глазам можно было понять, что она еще не успела перерасти тот чудесный возраст, когда человека восхищает все новое и неизведанное, и когда хочется испытать и попробовать на себе все, что только можно попробовать и испытать в этом мире. На вид ей было не больше восемнадцати лет.

Девушка подошла к Андрею на расстояние двух шагов и окликнула его. От неожиданности тот подскочил и, развернувшись в сторону незваной гостьи, поспешно поднялся на ноги.

– З-здравствуй… – выдавил из себя он.

– Привет, – улыбнулась она. – Ты кто такой будешь?

– Я Андрей, а… – Он не договорил, поскольку из кустов за спиной девушки вышло существо, способное присниться только в кошмарном сне. Ростом с собаку и отдаленно напоминающее овчарку, оно имело раздвоенный хвост и косматую гриву, из которой росли восемь полуметровых щупалец, каждое толщиной с палец, на концах которых располагались маленькие, но очень зубастые пасти.

– Берегись, сзади! – закричал Андрей и указал на зверя, но девушка, обернувшись через плечо, только заливисто рассмеялась:

– Ты что, ни разу не видел химер?

Химер, Андрей, конечно, не видел, но он знал, что ничего хорошего от существа, которого называют химерой, ждать не следует.

– Не волнуйся, Шмяк безобидный, он только ягодами да корешками питается. Кстати, кусачей травы, на твоем месте, я бы боялась больше, чем его…

– Кусачей… травы? – Ошеломленно переспросил Андрей.

– Да ты, я вижу, совсем не местный! И одет ты как-то странно... Ну, давай, рассказывай, откуда ты тут взялся!

И она улыбнулась настолько мило, что Андрею тут же расхотелось говорить ей неправду:

– Я... Кажется, я попал сюда из другого мира.

– Из какого такого – другого? Неужели из Мира Духов? Вот чудак! Все знают, что оттуда не возвращаются.

– Да нет же, ты не так поняла. Я попал сюда из Своего мира. Наверное, его стоит назвать параллельным этому, потому что иначе я вряд ли бы смог сюда попасть. Наверное, когда я ошибся в вычислениях, в структуре квантового микропроцессора произошел сбой, и он забросил меня в это измерение. По правде сказать, я не знаю, как такое получилось, но, так или иначе, я переместился в пространстве и времени и бог знает в чем еще, и теперь вот нахожусь здесь.

Девушка сморщила лобик, пытаясь понять смысл запутанных фраз нового знакомого и, уловив, наконец, главную, по ее мнению, мысль, заключила:

– Выходит, ты не из Мира Духов! Значит, ты такой же человек, как и я... В таком случае, ты мне поможешь! - Воскликнула она и, посерьезнев вдруг, закончила. - Иди за мной. Объясню тебе все по дороге.

С этими словами Девушка развернулась и направилась в том направлении, откуда пришла. Андрей на прощание окинул взглядом поляну и обнаружил невдалеке от места, где он лежал, маленькую пластмассовую коробочку. Он быстро подобрал калькулятор и посмотрел на экран. Экран был тусклым. Кнопка включения не работала. «Наверняка, просто батарейки сели» - успокоил себя Андрей и положил калькулятор в карман школьных брюк. Затем он обернулся и побежал вслед за девушкой.

III

– Эй, подожди, пожалуйста! – закричал он, догоняя светловолосую девушку.

Она оглянулась на него, но шаг не сбавила.

– Как тебя зовут? – Спросил Андрей, поравнявшись с новой знакомой.

– Лира Огнехвост, – гордо ответила та.

– Редкое имечко, – признал Андрей и добавил, чтобы поддержать разговор:

– Там, откуда я родом, девочек обычно называют Аня или Лиза, ну, или, скажем, Настя. Каждую вторую так зовут, честно!

– В твоем мире детям дают одинаковые имена? – Удивилась Лира.

– Ну да, – ответил Андрей.

– Ты странный. Наверное, ты из Города, да?

– Да, я из города Санкт-Петербурга. А у вас здесь тоже есть города?

– Конечно, есть, – сказала Лира слегка раздраженным от несообразительности собеседника тоном.

Какое-то время они шли молча, и Андрей заметил, что лес понемногу начал редеть. Внезапно Лира добавила куда более тихим голосом:

– Только мне они не нравятся, эти города.

– Почему?

– У их жителей нет души.

Остаток пути Лира молчала, Андрей тоже решил не нарушать тишину и продолжал оглядываться по сторонам.

– Ну, вот мы и пришли, – сказала Лира, когда за последним рядом деревьев показалась бескрайняя равнина из серого камня. Над этой голой землей раскинулось безбрежное голубое небо без единого облачка. Слева, высоко в небе светило яркое летнее солнце. Привыкшему к петербургской погоде Андрею это небо показалось таким же пустынным и одиноким, как и лежащая впереди равнина.

На самой границе леса лежал небольшой холщовый мешок с одной лямкой, а также другие вещи, принадлежащие, судя по всему, Лире. Среди вещей было несколько копий со стальными наконечниками, моток веревки и пара странных приспособлений, сделанных из мочевого пузыря каких-то животных. Андрею хотелось повнимательнее рассмотреть заинтересовавшие его предметы, но тут девушка указала рукой куда-то вперед:

– Смотри, вон там, вон они, видишь?

Андрей заслонился рукой от слепящего солнца и пригляделся. Вдали, в полукилометре от них, по пустыне в клубах пыли двигались какие-то существа, издали напоминающие небольших слонов. Их было семь штук, и они двигались клином, на равном удалении друг от друга. По центру шел самый большой «слон», по-видимому, их вожак.

– Да, вижу, слоники какие-то, – ответил Андрей.

– Это не слоники, а пустынники. Они – самые опасные хищники в наших землях, – сказала Лира, глядя в направлении движущихся по пустыне силуэтов. – Они медлительны, но уничтожают все, что попадается у них на пути. Их поры испускают в воздух яд, парализующий все живое, что приблизится к ним ближе, чем на сто шагов, и горе тому, кто попадет под его действие. Пустынник подойдет к бедняге и проглотит его живьем, а тот даже не сможет пошевелиться, пока его будут переваривать, – при этих словах Лира поморщилась. – Они всегда идут по прямой, оставляя позади себя пустыню, до тех пор, пока не встретят препятствие, которое не смогут преодолеть. Например, пока не упрутся в гору.

Андрей недоверчиво посмотрел на Лиру, пытаясь определить, не разыгрывает ли она его, но по ее лицу было видно, что она не врет.

– Они идут четко по прямой, – повторила Лира, – и точно на этой прямой находится мой сад. К завтрашнему утру они придут туда. Если они разрушат это место, другого такого мне больше на всем белом свете не найти, понимаешь?!

Девушка закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Андрей лишь стоял и молчал. Он не знал, что нужно говорить в таких ситуациях. Наконец, Лира взяла себя в руки.

– Поэтому, – в ее голосе послышалась непреклонность, – я остановлю их любой ценой!

– И как ты предлагаешь с ними бороться? Они же ядовитые, сама сказала! Мы отравимся раньше, чем сможем приблизиться к ним на достаточно близкое для атаки расстояние! – Запротестовал Андрей.

Услышав это, Лира в упор посмотрела на Андрея и серьезно спросила:

– На сколько минут ты умеешь задерживать дыхание?

Андрей посмотрел на девушку и понял, насколько сильно та на него рассчитывала. Он подумал, что просто не может не помочь ей.

IV

План Лиры в теории был довольно прост: подобраться к вожаку, напасть на него и заставить его свернуть с выбранного пути. Тогда остальные гиганты также последуют за своим лидером. Правда, Лира не помнила, чтобы кому-нибудь до нее удавалось такое сделать. Обычно, если дорога пустынников пролегала через какую-то деревню, люди просто выкапывали огромную яму у них на пути и устанавливали на дно этой ямы деревянные колья. Но времени копать яму у девушки не было. Слишком поздно она обнаружила стаю пустынников. Поэтому, ей ничего не оставалось, кроме как бросить вызов этим чудовищам.

Девушка дала Андрею один из двух загадочных предметов, замеченных им ранее. Это оказался обычный резервуар для воздуха, рассчитанный приблизительно на три вдоха, снабженный удобным воздушным клапаном, сделанным из сухожилия неизвестного животного, и ремешком для закрепления на шее. Лира показала, как надо пользоваться данным приспособлением, после чего протянула Андрею одно из копий.

– Шмяк, останешься здесь и будешь сторожить вещи, пока мы не вернемся, – обратилась она к химере.

Шмяк по-собачьи завилял раздвоенным хвостом, всем своим видом давая понять, что он с удовольствием выполнит поручение хозяйки. Идти охотиться на пустынников ему совершенно не хотелось. Лира потрепала зверя по загривку и присоединилась к Андрею, который уже двигался навстречу ближайшему великану.

До пустынников теперь оставалось метров двести, и теперь парень понял, что они были гораздо больше, чем казались ему издалека. Звери были не меньше пяти метров в высоту и столько же в ширину. Они были похожи на огромные винные бочки, грузно передвигающиеся на квадратных, почти не гнущихся ногах. Голов эти существа, видимо, не имели, поскольку там, где голова обычно находилась у других животных, у пустынников был сплошной роговой панцирь.

В глазах парня блеснуло пламя. Он подумал о том, что каких-то полчаса назад он был обычным старшеклассником, вынужденным тратить свою жизнь на скучные уроки, а теперь стал воином, вызвавшимся помочь едва знакомой девушке выиграть смертельный бой с кошмарным монстром. Безумие этой авантюры разжигало в нем настоящий азарт.

Взглянув на свою спутницу, Андрей заметил, что такие же дьявольские огоньки пляшут и в ее глазах тоже. Он улыбнулся:

– Удачной охоты, Лира!

– Удачной охоты, Андрей! – С улыбкой ответила та.

Дальше они шли молча. По мере того, как фигуры пустынников приближались, напряжение героев росло. Когда до животных оставалась сотня шагов, или, другими словами, семьдесят метров, они остановились.

– Дальше придется двигаться, задержав дыхание. Набираем побольше воздуха в легкие и на счет «три» бежим к вожаку. Я нападаю с левой стороны, ты – с правой. Как только он изменит курс – как можно быстрее отбегаем от него на безопасное расстояние, не то он нас усыпит и слопает. Все понял? – Выпалила Лира на одном дыхании.

Нервы у обоих были на пределе, и Андрей понял, что если он сейчас же не разрядит обстановку, их шансы на успех равны нулю.

– Ну, если у нас не получится их остановить, мы хотя бы сможем увидеть, как эти пустынники выглядят изнутри, - нелепо пошутил он.

Лира недоуменно уставилась на него, затем ее губы задрожали, и она засмеялась идиотским смехом. Ее смех заразил и Андрея, и они оба зашлись в припадке истерического хохота.

– Ну ты и дурак, – сказала Лира, взяв себя в руки.

Они посмеялись еще немного. От их тревоги не осталось и следа.

– Ну что, вперед? – Предложил Андрей.

– Точно! На счет «три». Раз… Два…

– Три! – хором произнесли они и рванулись в бой.

На то, чтобы добежать до противника друзьям понадобилось всего десять секунд, но за это время они истощили почти весь свой запас сил. Остановившись в пяти метрах от исполина, Андрей тяжело выдохнул и хотел, было, вдохнуть, но вовремя спохватился – ведь вдохнуть зараженный воздух в такой близости от пустынника было верной смертью. Судорожно рванув к себе пузырь с воздухом, он приложил его к губам, нажал на клапан и сделал глубокий вдох. Легкие горели, одного вздоха было явно недостаточно, но бой мог затянуться, так что Андрей решил не тратить оставшийся газ и, позволив пузырю спокойно повиснуть на лямке, обеими руками взялся за копье.

Посмотрев налево, он встретил взгляд Лиры и кивнул ей в знак того, что он готов действовать. Синхронно, словно спринтеры на старте, товарищи по оружию бросились к неповоротливой громадине. Поскольку никто до них не осмеливался подходить к пустыннику вплотную, а уж тем более сражаться с ним, ни о каких слабых местах этого монстра ничего известно не было. Оставалось только импровизировать.

Обойдя тушу с фланга, Лира прыгнула и вонзила копье в переднюю правую ногу пустынника. Последовал громогласный рев. Махина содрогнулась, и девушку вместе с копьем, в которое она вцепилась что есть сил, отбросило в сторону. Тем временем Андрей размахнулся, и со всей силы обрушился на другую ногу чудища. Послышался ужасный треск, и копье, ударившись о роговую пластину, защищавшую место соединения тумбообразной ноги с туловищем, разлетелось в щепки. От неожиданности Андрей потерял равновесие и рухнул головой вперед.

Оказавшись на земле, он заметил лежащий неподалеку отломанный наконечник копья и, схватив его, резко вскочил на ноги. Он сделал еще один вдох из стремительно пустеющего пузыря. Воздуха в нем оставалось еще на один глоток. Оглядев поле боя, Андрей заметил Лиру, поднимающуюся на ноги после падения. Она встала в стойку и приготовилась к новой атаке, а тем временем Андрей заметил, как из спины пустынника показалась длинная змеевидная шея, оканчивающаяся зубастой пастью. Шея эта была полуметровой в поперечнике, а то, что находилось на ее конце, видимо, и было головой монстра.

Не подозревая о нависшей угрозе, Лира вновь рванулась к зверю. Голова твари бросилась ей наперерез. Андрей, поудобней сжав в руке обломок копья, кинулся наперерез голове. В следующую секунду он врезался в мясистую шею пустынника и тем самым отвел от девушки его выпад. Шея чудовища взвилась вверх, и парень повис на ней в десяти метрах над землей. Он едва удержался, уцепившись за складки кожи, и сразу же обхватил шею зверя ногами, поскольку теперь голова метнулась вниз, пытаясь сбросить с себя непрошеного седока.

Какое-то время парень болтался между небом и землей, лихорадочно соображая, какое место на шее наиболее уязвимо. Легкие горели от недостатка кислорода, но так Андрей хотя бы не чувствовал отвратительного запаха, исходящего от монстра. Силы парня были на исходе и, когда пустынник в очередной раз мотнул своей шеей, он не выдержал и схватил ртом зловонный, отравленный парализующим ядом воздух.

От легких по всему телу Андрея начал расползаться паралич. «Скоро он доберется и до рук, и тогда все будет напрасно. Я просто стану добычей пустынника, так и не сумев толком ничего сделать» - подумал Андрей. Разумеется, такой исход парня совершенно не устраивал.

Собрав остатки сил и превозмогая боль, Андрей воткнул в шею пустынника острие копья и провернул его там. Из раны хлынула кровь, а герой, обессиленный, разжал руки и полетел навстречу земле. Тем временем чудовище, воя от боли и злобы, медленно повернулось на девяносто градусов и, мотая из стороны в сторону раненой головой, неспешно продолжило движение.

По счастью, Андрей упал с высоты всего двух метров и не разбился. Он лежал навзничь, в глазах у него двоилось, очертания предметов были размыты. Вдруг он почувствовал, как кто-то взял его за руку и протянул к его губам знакомый пузырь. Парень жадно приник к горлышку и вдохнул живительный воздух. Взгляд прояснился, и он увидел лицо присевшей над ним Лиры, знаками показывающей, что им надо как можно скорее выбраться с зараженной территории. Опираясь на Лирину руку, Андрей поднялся на ноги, и они вместе побежали в противоположную от зверя сторону.

Отбежав на безопасное расстояние, парень и девушка обессилено упали на землю и позволили, наконец, своим измученным легким вдохнуть чистый и свежий незараженный воздух. С четверть часа они без движения пролежали на земле, приходя в себя после битвы. Первой отдышалась Лира. Она перевернулась на спину и долго смотрела вслед уходящим вдаль исполинским созданиям, дожидаясь пока ее новый друг тоже придет в себя. Наконец, Андрей перевернулся на спину и уставился взглядом в бескрайнюю синеву неба.

– Мы победили, ведь так? – устало спросил он.

– Верно, мы победили. Спасибо, что спас мой сад. Самой не верится, что ты согласился на это безумие.

– Куда большим безумием было бы идти на пустынника в одиночку, – ответил он. – К тому же, ты не оставила мне права выбора.

– Это верно, – самодовольно согласилась Лира. – А теперь пошли пообедаем. Мне от этих сражений та-ак есть захотелось!

V

Довольные тем, что их цель была достигнута, и оба они остались целыми и невредимыми, Андрей и Лира направились к оставленным на сохранение Шмяку вещам. Когда они подошли достаточно близко, химера вскочила, и, подбежав к Лире, уткнулась мордой в ее протянутую руку. Все восемь щупалец, растущих из гривы химеры, осторожно обвились вокруг ее локтя. По-видимому, это был один из способов проявления любви к хозяйке.

– Шмяк, щекотно! – засмеялась Лира и потрепала химеру по спине.

– Можно погладить? – Осторожно спросил Андрей, и, получив утвердительный кивок подруги, приблизился к животному.

Трусливый Шмяк испуганно заворчал и спрятался за ноги хозяйки.

– Какой же ты невоспитанный, Шмяк, – отругала его Лира и прыснула со смеху.

Парень тоже засмеялся, и они вместе подошли к вещам Лиры. В ее мешке оказалось с десяток галет, маленький котелок с ручкой, несколько неизвестных фруктов, по виду напоминающих яблоки, и коробочка с сушеными листьями какого-то растения. Собрав немного сухих веток, они развели костер и вскипятили воду, набранную в протекавшем поблизости ручье. Когда вода вскипела, Лира сняла котелок с огня и бросила в воду сушеные листья, которые оказались не чем иным, как местным эквивалентом чая.

Подождав, пока котелок слегка остынет, друзья принялись по очереди пить из него обжигающий терпкий напиток и поедать галеты. С неба все так же ярко светило солнце, ветер стих, и ребятам казалось, что их окружает не воздух, а густой, теплый, прозрачный кисель.

– Знаешь, а ведь мне, наверное, влетит, когда я вернусь в деревню, – сказала вдруг Лира. – Стащила копья, сбежала, никому не сказав. Аскольд, наверное, уже всю деревню на уши поднял...

– Мне, наверное, тоже влетит, – усмехнулся Андрей, вспомнив пропущенный урок физики. «Вряд ли мне кто-то поверит, что я не сделал конспект потому, что был в другом мире» - добавил он уже про себя.

– И все-таки я рада, что мы вместе одолели эту громадину! Я ведь так боялась, что у меня ничего не выйдет. Последние два дня как на иголках была. А сейчас словно камень с души упал... – облегченно сказала Лира.

– Ага, я тоже этому несказанно рад. Кстати, расскажешь, как ты провела эти два дня, пока мы не встретились?

– Отчего бы и нет? Сейчас расскажу, – ответила девушка и уселась поудобнее, приготовившись вести повествование.

***

Все началось вчера утром, когда Лира гуляла по пустоши со своей верной химерой. Вот уже несколько лет, как она не видела в этих краях ни одного пустынника, и, когда на горизонте показалось небольшое облачко пыли, сердце девушки кольнуло нехорошее предчувствие. Когда девушка приблизилась к неторопливым громадам и приблизительно рассчитала вектор их движения, она поняла, что ее интуиция не ошиблась: пустынники шли прямиком к тому месту, которое девушка любила больше всех других мест на свете.

Это была большая поляна, затерянная глубоко в лесу и скрытая от чужих глаз плотной стеной деревьев. Отыскать проход сквозь эту чащу с первого раза было совсем не просто. Но Лира часто бывала здесь, и могла пройти «стену» хоть с закрытыми глазами. Ей всегда нравилось ощущение того восторга, когда последние деревья расступались, и перед глазами открывался залитый солнцем холм, сплошь покрытый густой сочной травой.

На вершине холма росли невысокие, похожие на сирень кусты, обладавшие поистине волшебным свойством. Листья этих кустов напоминали маленькие свисточки, и, когда над холмом пробегал ветер, они начинали издавать тихие нежные чарующие звуки, похожие на пение флейты, сделанной из сухого тростника. Эта песня завораживала, ее хотелось слушать снова и снова, до тех пор, пока не уснешь под открытым небом в мягкой, как шелк, траве.

Это место показал ей Аскольд, когда она была еще совсем маленькой. Лира до сих пор помнила, как оно очаровало ее в первый раз. Однажды, и с тех пор – навсегда.

Аскольд был ее единственным и лучшим другом, которого она знала с самого рождения. Он был на восемь лет старше Лиры, но в детстве всегда присматривал за ней и учил всему, что знал сам. Для Лиры Аскольд всегда был кем-то вроде старшего брата, кем-то, кто всегда был готов помочь и поддержать.

Вот и на этот раз, когда ее саду угрожала опасность, девушка решила обратиться за помощью к нему. Когда она, размахивая руками от возбуждения, вбежала к нему в дом и попросила сделать ей пару дыхательных приспособлений для дайвинга, он без колебаний согласился. После того как «акваланги» были готовы, Лира открыла ему свои истинные намерения и предложила пойти вместе, но Аскольд, услышав это, только рассердился. Он забрал «акваланги» и запретил ей даже думать о чем-то подобном. Разумеется, тот, кто всегда заботился о Лире, не мог позволить ей отправиться на смертельно-опасное предприятие, и его поступок был понятен.

Но в тот момент для Лиры это было сродни предательству. От Аскольда она убежала вся в слезах. А ночью упрямая девушка забралась к нему в дом и украла «акваланги». Остаток ночи она провела сеновале под открытым небом, безуспешно пытаясь отделаться от одолевающих ее невеселых мыслей. На рассвете так и не сомкнувшая за ночь глаз девушка ушла из деревни и отправилась навстречу судьбе.

Мысли о том, что случится с ее садиком, если она не сумеет его защитить, не давали девушке покоя. Но они же и придавали ей сил бороться до последнего.

***

– Когда я услышала позади себя шум, я подумала, что это Аскольд – ведь только он знал, где я сейчас нахожусь. – Рассказ Лиры подходил к концу. – Конечно, я побежала дать ему хорошую пощечину за то, что он так со мной поступил... А нашла тебя.

– Нелегко же тебе пришлось, – сказал Андрей, когда она кончила.

– Угу, не то слово, – подтвердила девушка.

– И все же, нам очень повезло, что мы встретились, – задумчиво сказал парень. – Без тебя бы я, наверное, попался в лапы какому-нибудь хищнику... Кстати, ты ведь говорила о том, что в этом мире есть города, верно?

– Говорила, – утвердительно кивнула Лира. – Один расположен прямо здесь, неподалеку. Во-он в той стороне, – она указала куда-то вдаль, в сторону равнины, – около двух часов пути отсюда.

– Ты можешь проводить меня к нему? Мне кажется, в городе я смогу найти то, что мне нужно для возвращения в свой мир.

– Услуга за услугу? Ну что ж, могу и проводить. Вот только не нравятся мне те, кто живут в городе... У многих из них нет души, и при этом они ужасно боятся смерти. Как будто есть какое-то счастье в том, как они живут.

– Вот уже второй раз ты про это говоришь. Жители города – они что, настолько плохие? – Спросил Андрей.

– Не сказать, что плохие, да только живут странно. Я бы так ни за что жить не стала. Короче, по дороге расскажу.

– Хорошо, а что с твоими родителями? Надо же предупредить их, что с тобой все в порядке, – задумчиво произнес парень.

– Думаю, Шмяк с этим справится. Он очень умный, хоть и не может говорить, – сказала девушка, глядя на лежащего возле ее ног зверя. – Шмяк, ты понял? Беги в деревню и передай это послание Аскольду, – с этими словами она оторвала от растущего рядом дерева кусок коры, и, нацарапав на нем острой палочкой какие-то закорючки, протянула химере.

Шмяк аккуратно взял кору в зубы и, вильнув на прощание раздвоенным хвостом, скрылся в лесу. Друзья проводили его взглядом и начали собираться в путь. До города было километров десять пути, и за то время, что оставалось до захода солнца, можно было спокойно успеть сходить туда и вернуться обратно.

Спрятав вещи Лиры в гуще кустарника, растущего неподалеку от ручья, ребята пошли вглубь пустоши, правее того места, откуда пришли пустынники. Пока они шли, Лира кратко пересказала Андрею историю своего мира.

***

С незапамятных времен ее племя и десятки других племен жили на Великой Равнине, добывая пропитание охотой и земледелием. Они также владели ремеслами, любили музыку, поэзию и изобразительное искусство. Но больше всего, конечно, народ Лиры любил природу.

Местная религия очень сильно напоминала Андрею хорошо знакомый с уроков мировой культуры анимизм. Здешние люди считали, что в каждое существо, в том числе и человека, при рождении вселяется душа, до этого свободно летавшая по воздуху. После смерти человека его душа вновь вылетала на свободу и вновь вселялась в новорожденного. Таким образом, круг замыкался.

Душа, отделенная от тела, была сущностью очень чувствительной. Поэтому, если дитя называли именем, которое носил кто-то из ныне живущих, она очень обижалась и отказывалась в него вселяться. Работало это правило, правда, и наоборот: если родители хотели, чтобы в их ребенка вселилась душа покойного предка, они просто называли малыша его именем. Духам нравилось вселяться в новое тело с таким же именем, как у прежнего, что они с удовольствием и делали.

Однако, количество душ было ограничено. Из-за этого, если одновременно рождалось много детей, кто-то из них оставался без души. Люди боялись допускать подобное, ведь без души человек не мог ни любить, ни быть счастливым.

В племени Лиры тщательно следили за рождаемостью, поскольку там очень любили детей и не хотели им подобной участи. По такому принципу жили многие столетия и другие племена Великой Равнины.

Правда, так было не везде. С некоторых пор в этих землях начали возникать города. Они появлялись в местах, именуемых чистыми зонами. Зоны эти представляли собой территории от пяти до пятнадцати километров в поперечнике, в которые по непонятным причинам не заходили никакие животные, и где не было вообще никакой растительности. В таких местах можно было не бояться самых опасных хищников, и некоторые люди предпочитали селиться там.

Вдали от природы, в размеренности спокойной городской повседневности люди, живущие в городе, постепенно забывали свою прежнюю любовь и привязанность к растительному и животному миру. Почти все жители городов становились атеистами. В городских стенах процветали торговля и наука, но были забыты искусство и религия.

***

– Вот такая вот история, – закончила Лира, когда ребята уже прошли добрую половину пути.

– Вот, значит, как вы тут живете, – произнес Андрей. – А у нас все совсем не так устроено...

Так они болтали о том, о сем, наслаждаясь обществом друг друга, пока не добрались до места своего назначения.

VI

Город располагался в низине за невысоким холмом, и, когда путешественники взобрались на вершину холма, он раскинулся перед ними во всей своей красе. Город представлял собой огромный круг диаметром в десять километров. В его центре располагалась площадь, от которой лучами расходились прямые линии проспектов. По левой половине города протекала небольшая река, делившая его на две неравные части. В той, что побольше, располагались похожие друг на друга одноэтажные и двухэтажные дома, в которых жил простой люд и всевозможные мелкие торговцы. На другой же стороне реки стояли здания гораздо более солидные и богатые, принадлежащие, по-видимому, зажиточным мещанам и купцам.

По небу то и дело пролетали птицы, но, подлетая к городу, они делали большой крюк, как бы огибая его.

– Они и вправду город стороной обходят, – удивленно проговорил Андрей, глядя наверх. – А как же рыбы? Они тоже в чистые зоны не заплывают?

– Да кто их знает? Рыбы же глупые. Может, и заплывают, – ответила Лира, тоже взглянув на птиц.

На входе в город дорогу им загородил коренастый стражник, желавший знать, зачем они пожаловали. По счастью, после битвы с пустынником школьная форма Андрея так запачкалась и истрепалась, что стала похожа на обычные дорожные лохмотья, и ребята свободно прошли, сказавшись обыкновенными путешественниками.

Целью Андрея и Лиры была главная площадь города, где находился Большой Рынок. Когда Андрей кое-как объяснил подруге, что такое электричество и зачем ему нужны батарейки, Лира ответила, что если такое и можно найти в их мире, то только на Большом Рынке. С ее слов, там можно было купить практически все.

Они шли по проспекту, который, как Лира прочитала на табличке, привешенной к дому, назывался Пряным. На нем, как было понятно из названия, торговали специями и травами, запах которых был буквально повсюду. Со всех сторон слышались возгласы зазывал, ругань торгашей и суровые окрики жандармов, следящих за порядком.

С того времени, как они вошли в город, Андрей с Лирой почти не разговаривали, и по лицу последней было заметно, что ей несколько не по себе от такого скопления народа. Заметив настроение своей спутницы, Андрей взял ее за руку, чтобы не потерять в толпе, и, не обращая внимания на крики торговцев специями и рекламные надписи, пестревшие на каждом шагу, быстрым шагом направился к центральной площади.

Внезапно ряд домов по обеим сторонам улицы оборвался, и герои оказались посреди открытого пространства. Площадь была самым оживленным местом в городе, но из-за того, что места здесь было несравненно больше, чем на тесных улочках окраин, передвигаться по ней можно было относительно свободно. После того, как они выбрались из толчеи проспекта, Лире заметно полегчало. Руку Андрея она, однако, не отпустила.

Удостоверившись, что с подругой все в порядке, Андрей повел ее вдоль торговых рядов, осматривая цепким взглядом каждый квадратный сантиметр разложенных прямо на земле тканей, служивших для местных торговцев эквивалентом прилавков, в надежде найти среди нагромождения всевозможных вещей и штуковин то, что ему было нужно.

Самыми часто встречающимися товарами были всевозможные овощи и фрукты, оловянная и керамическая посуда, а так же предметы быта. В стороне от других продавцов, под охраной двух угрюмых телохранителей расположился торговец оружием. Перед ним, на подложке из черно-красного ковра были разложены многочисленные мечи, сабли и кинжалы. На другом конце площади внимание Андрея привлек мужчина в черной мантии и широкополой остроконечной шляпе, продающий фейерверки. «Надо же, здесь есть порох!» – удивился герой.

Обойдя рынок кругом, Андрей пришел к выводу, что уровень развития местного общества соответствует земной эпохе раннего Средневековья. Этак, века седьмого нашей эры. Ни о каком электричестве здесь не имели ни малейшего понятия. «Что ж, в таком случае мне не остается ничего другого, кроме как собрать батарею из того, что здесь есть» - улыбнувшись, подумал парень.

– У тебя есть хоть сколько-нибудь денег? – спросил он Лиру.

Та лишь отрицательно покачала головой и слегка покраснела.

– Так я и думал, – беззаботно ответил Андрей. – В таком случае, будешь отвлекать торговцев, пока я стащу у них все необходимое, – он начал входить во вкус от пребывания в этом мире.

Лира оторопело посмотрела на своего друга, но потом, все же, кивнула.

– Какой у тебя план? – спросила она.

– Мне понадобятся соль, несколько глиняных мисок, алюминий и медь. Для начала выясним, где все это можно раздобыть.

– Поняла. Предлагаю разделиться. Встретимся на этом месте через полчаса.

– Согласен. До скорого! – Сказал Андрей и пошел вдоль рядов Большого Рынка.

Через полчаса сообщники встретились и отправились на дело. Первые три кражи прошли как по маслу, но когда Андрей протянул руку за разложенными в аккуратном порядке на шелковой подложке алюминиевыми ложками, толстый продавец в расшитом бархатом халате поднял тревогу.

– Держите вора! – Закричал он, пытаясь схватить Андрея за одежду. Тот, не мешкая, схватил ближайшие к нему ложки и отпрыгнул в сторону.

– Хватайте его! Полиция! – Продолжал кричать торговец. В толпе показалось двое жандармов, сбежавшихся на крик. Заметив их, друзья помчались в противоположную от стражей порядка сторону. Полицейские погнались следом.

– Надо добежать до края города. Дальше они преследовать не станут, – на бегу сообщила Лира. Бегала она превосходно, и Андрей с трудом за ней поспевал. Спустя двадцать минут стремительного кросса герои стрелой проскочили мимо стоявшего у ворот стражника и выбежали за черту города. Отбежав на безопасное расстояние, друзья остановились и расхохотались:

– Нет, ну ты видел его лицо? «Держите вора!» – Забавно надув щеки, изобразила торговца Лира.

– А как он руками замахал! Я думал, сейчас взлетит! – Сквозь смех проговорил Андрей.

– И не говори!

Смеясь и бурно обсуждая удавшееся ограбление, друзья зашагали обратно к лесу, оставив город со всеми его жителями далеко позади.

VII

Был вечер, и малиновое солнце медленно садилось за горизонт, увлекая за собой голубое покрывало дня, доселе наброшенное непрозрачным куполом на небосвод, и обнажая бескрайнюю черноту полной неизведанных миров вселенной.

Андрей и Лира сидели возле небольшого костра на границе пустоши и леса. Андрей выбрал это место не случайно. Во время перемещения в этот мир ему несказанно повезло, что он попал туда, где была поляна. Телепортируйся он на несколько метров дальше - наверняка попал бы на какое-нибудь дерево или того хуже. Рисковать на обратном пути Андрею не хотелось, и он решил переместиться в то место где, по его расчетам, ничего опасного не было. Если его предположения были верны, и пространства в этом мире соответствовали пространствам в его собственном, то он должен был "вынырнуть" на пустыре, окружающем школу со всех сторон.

Андрей сидел на корточках в освещенном круге у самого огня и мастерил батарею. Острым ножом, позаимствованным у своей спутницы, он осторожно разъединил длинную медную цепочку на пять равных сегментов. Затем осторожно провертел отверстия в четырех ложках и соединил каждую ложку с отрезком медной цепочки. Получившиеся таким образом электроды Андрей последовательно поместил в миски водой, предварительно растворив в ней достаточное для получения насыщенного раствора количество соли. Получившаяся в итоге сборка из четырех гальванических элементов в сумме должна была выдавать необходимые для работы калькулятора три вольта.

Пока Андрей сосредоточенно мастерил свое хитроумное устройство, Лира сидела рядом, подобрав под себя ноги, и наблюдала за его действиями. По неподвижности ее позы и внимательному блеску глаз можно было догадаться, как сильно ее завораживало то «священнодействие», которое парень так запросто вершил у нее на глазах. Та уверенность в себе, та сосредоточенность, с которой Андрей работал над созданием устройства, не оставляла у Лиры сомнений в том, что его затея удастся.

Девушка вспоминала, как прошел их день, проведенный вместе, и думала о том, что ей впервые за долгое время было так приятно проводить время с кем-то. С тех пор, как Лира перестала быть беззаботным ребенком, у нее появилось множество дел по хозяйству, поскольку в деревне почти все делалось руками. У Лиры не было ровесников, а Аскольд, хоть и хорошо относился к девушке, был слишком уж серьезным и взрослым, а потому многого в ней не понимал. Поэтому, в свободные часы девушка предпочитала уединяться и бродить по окрестному лесу вместе с сильно привязавшейся к ней «собакой», рассказывая Шмяку разные выдуманные истории и любуясь красотой окружающей природы. Летом Лира часто приходила в свой любимый сад и слушала чудесную музыку, издаваемую поющими кустами, сидя или лежа среди невысокой мягкой и душистой травы. Так она привыкла находиться одна.

Но после встречи с Андреем внутри нее что-то изменилось. Этот парень с самого начала вел себя необычно: легко, словно это была безобидная забава, согласился на смертельно опасную охоту на зверя, затем попросил девушку отвести его в город, где она сама была только один раз, да и то в детстве, а после вообще подговорил ее обворовать городских торговцев! Эти его странности в соединении с жизнелюбием, и вместе с тем умение быть ответственным и стойким в нужный момент, как нельзя лучше располагали к себе. Всего за один день она успела так сильно привыкнуть к нему, что казалось, будто они знакомы целую вечность.

Мысль о скором расставании вызывала грусть, и, чтобы избавиться от нее, девушка попросила почти закончившего свои приготовления Андрея:

– Пожалуйста, расскажи мне еще немного о своем мире.

– Что именно тебе интересно услышать? Признаться, я почти всю жизнь провел в городе и почти ничего не знаю об остальном мире.

– Как и я, – усмехнулась Лира. – Всю жизнь в деревне провела, а, что за ее пределами творится, толком и не знаю! – Девушка весело улыбнулась этому неожиданному открытию.

– Просто, расскажи, как ты живешь, что делаешь.

Андрей оторвался от своей работы и, посмотрев на нее, на минуту задумался.

– Да так, ничего особенного, в школе учусь, книжки читаю. В моем мире сейчас зима, так что и заняться особо больше нечем. А летом я гуляю много: хожу по улицам, здания рассматриваю. В городе тоже по-своему красиво, хоть и не так, как здесь, конечно. У нас и деревья, и реки есть, и птицы живут даже, но это все другое, не такое как здесь. Искусственное, что ли. – Он ненадолго замолчал, подбирая слова.

– Честно говоря, тут мне гораздо больше нравится. Попав сюда я, как будто, заново родился, так здесь красиво. Такое чувство, что, пока я в своем городе жил, у меня и вправду души не было. А сейчас она вдруг откуда-то появилась, и теперь мне как будто легче стало. Такое чувство, что мне все сейчас под силу. Так бы и взлетел, кажется!

– Может, все же останешься здесь? – Спросила Лира с надеждой. – Я тебе здесь все покажу, в деревне со всеми познакомлю. Покажу тебе Поющие кусты – ты таких чудесных кустов в жизни не сыщешь! В походы с тобой будем ходить – ты, я и Шмяк. Здесь столько всего интересного есть – ты даже не представляешь!

– Было бы здорово, – согласился Андрей и посмотрел в сторону солнца, уходящего за горизонт.

Лира придвинулась поближе к Андрею, и оба молча смотрели, как догорает вечерняя заря. Воздух был настолько чистым и прозрачным, что, когда верхний краешек солнца коснулся земли, небо над тем местом озарилось яркой зеленой вспышкой. Это был зеленый луч – прощальный луч заходящего светила.

Когда солнце, наконец, село, ребята как будто очнулись от оцепенения и снова посмотрели друг другу в глаза.

– Не останешься, значит, – печально сказала Лира.

– Прости, но там меня тоже ждут... Не могу же я просто сбежать никому ничего не сказав, верно? – Попытался привести доводы Андрей. Ему и самому не хотелось расставаться с новой подругой.

– Понимаю... Но ты же еще вернешься сюда, ведь так?

– Конечно, но только если ты будешь меня очень ждать! – Лукаво сощурившись, произнес Андрей.

– А ты в этом сомневаешься? – Парировала Лира.

– Нисколько, – смеясь, ответил парень. – У меня в марте весенние каникулы будут, так что я целую неделю свободен буду. В моем мире весна через два месяца наступит, значит это... ровно через шестьдесят пять дней я снова здесь буду! Даже соскучиться не успеешь!

– Вот и отлично! Договорились! – Торжественно сказала девушка и, вдруг, заключила парня в свои объятья. Тот слегка оторопел, но быстро нашелся и обнял Лиру в ответ. Так они и сидели какое-то время, неподвижно и молча, словно боясь неловким движением нарушить сложившуюся гармонию.

Гармонию нарушил Шмяк, с треском проломившийся сквозь кусты и неустанно виляющий хвостом от радости того, что наконец нашел свою хозяйку. В зубах у него была зажата кора с посланием. Лира мягко высвободилась из объятий парня и подошла к химере. Быстро взяла бересту и прочла то, что там было написано.

– В деревне за тебя волнуются, да?

– Угу. Аскольд пишет, что я глупая и чтобы я немедленно шла домой и не общалась со «всякими незнакомцами». А извиниться даже и не подумал! А я, между прочим, все еще обижена на него!

– Не сердись на него, он же за тебя беспокоится.

– Да я и не сержусь почти. Он хороший, но слишком уж серьезный. Никогда меня просто так не похвалит! А мог бы хоть разок приятное сделать.

– Взрослые все такие, не бери в голову. Просто прими это как есть.

– Да, наверное... Так, а с чего это ты стал говорить, как философ, а? – Шутливо рассердилась Лира.

– Прости, прости! Я уже молчу, – подыграл девушке Андрей и вновь вернулся к работе над батареей.

Наконец, экран калькулятора засветился желтовато-оранжевым светом.

– Готово, – сказал Андрей, поднимаясь на ноги и отряхивая ладони. Затем он подошел к Шмяку и потрепал его по холке.

На этот раз «пес» не убежал и позволил себя погладить. Парень улыбнулся. Он вернулся к калькулятору и набрал ту же формулу, благодаря которой попал сюда.

– Отойди, пожалуйста, это может быть опасно, – сказал он Лире.

Проигнорировав его слова, девушка бросилась к Андрею и горячо поцеловала в губы. Тот, естественно, опять затупил и не знал, что ему делать. Потом Лира отступила на шаг и покраснела. В неярком свете костра ее румянец был едва заметен.

– Удачи тебе, – сказала она, глядя Андрею в глаза.

– Спасибо, и тебе удачи, – ответил парень. – До скорой встречи.

– До скорой встречи, – эхом повторила девушка, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не разреветься.

Андрей сгруппировался перед перемещением и нажал на калькуляторе кнопку «выполнить».

VIII

Образы предметов привычно размылись, уши наполнил знакомый гул, и Андрей вновь испытал чувство падения вниз головой. Через секунду он свалился в сугроб в своем мире. Мгновенно объявший его холод остудил чувства и прояснил разум.

Поднявшись и отряхнув волосы от прилипшего к ним снега, Андрей осмотрелся и заметил в сотне метров от себя родные пятиэтажные корпуса своей школы. На улице стояла глубокая ночь, и свет ее окон красиво контрастировал с чернотой зимнего неба. Судя по тому, что в главном корпусе горел свет, занятия еще продолжались.

Морщась от холода и растирая замерзающие ладони, Андрей быстрым шагом направился к строениям. На входе в школу ему пришлось предъявить чудом сохранившийся в кармане пиджака ученический билет для того, чтобы охранник поверил, что он действительно ученик Академии Астрономических Вычислений, а не какой-то оборванец.

Первым делом, Андрей зашел в уборную и посмотрел на себя в зеркало. По его лицу была размазана грязь, волосы были всклокочены, а над левой бровью зияла ссадина, являвшаяся, по всей видимости, последствием битвы с пустынником. Парень слегка смутился при мысли о том, что в таком виде его в последний раз видела Лира.

Андрей, как мог, привел себя в порядок и отправился на урок. Когда он вошел в класс, то испытал легкое чувство дежавю: все по-прежнему спали, а робот все так же монотонно рассказывал о черных дырах. На его возвращение обратил внимание только Дима Клавин, который проснулся, когда Андрей вошел в класс.

– Ты где был, дружище? – Спросил Дима, оглядывая пришедшую в негодность форму товарища. – Куда это тебя носило?

– О, это долгая история... – загадочно улыбнувшись, произнес Андрей. Затем он открыл лежащую на парте тетрадь, взял в руку авторучку и стал записывать лекцию за роботом.

Конец.

Март 2016 г.

P. S.

Если вам понравился этот рассказ, вы можете воспользоваться прекрасной возможностью сообщить об этом, поставив лайк)