Галаксия

01. Баринов

- Сергей Всеволодович, вы позволите?

Серега с недоумением поднял голову на звук знакомого голоса. Перед взглядом проплыли ухоженные ботинки, черные брюки с декоративными молниями на бедрах, темно-серый со стальным отливом пиджак, дорогого вида голубая рубашка без галстука, трехдневная щетина, черные очки, причудливо вздыбленные короткие волосы…

- Ста… Станислав?

* * *

Три года назад жизнь была прекрасна.

Любимая девушка, любимая работа, замечательные друзья, своя квартира. И пусть у него не было – да и сейчас нет! – высшего образования, на жизнь-то все равно хватало! Да и мышцы раскачать можно заметно, развозя пиццу по городу на велосипеде.

* * *

- Да, Вы меня узнали? Удивительно! – расплылся в улыбке советник по обороне Галаксии, блестя идеальными зубами. Его ухоженный, щеголеватый вид резко контрастировал с обшарпанным подземным переходом, в котором Серега занимался попрошайничеством. Он был как яркое пятно на фоне серой безнадежности.

- Но как? – поперхнулся пораженный Сергей.

- В поисках принца, в поисках принца. Уделите мне полчаса Вашего времени?

* * *

Ту ночь Сергей запомнил на всю жизнь. Влажный осенний воздух, резкий ветер, стремящийся пробраться за воротник, мерцающие в свете фонарей рыжие листья берез, беззвездное – из-за туч – небо… И темная громада, неизвестно как возникшая слева, от которой из-за неожиданности он не успел увернуться.

«Вот и меня толкнули», - промелькнула в сознании мысль, пока жесткий бампер подминал его под себя. По иронии судьбы, за минуту до он как раз думал, что Ницше удивительно прав в своем «падающего толкни»…

Ногу пришлось ампутировать. Вся жизнь покатилась под откос.

* * *

Конечно, Сергей тут же согласился. Аккуратно пересыпал деньги из шапки в бумажник, саму шапку свернул и уложил во внутренний карман, как делал всегда, заканчивая «работу», и вопросительно посмотрел на советника.

- Тут недалеко есть вполне приличное заведение, - непринужденно заметил тот. – Возможно, Вы его видели или даже посещали. Называется «У ласточки», в двух кварталах к югу.

Сергей впервые слышал название. Удивительно, учитывая, сколько он проколесил по этому городу, развозя еду. Может быть, из окрестных домов просто никогда не было заказов?

- Ведите, - с оттенком элегантности махнул рукой парень, невольно вспомнив свои манеры в видениях о будущем. А чем, кроме будущего, это еще могло быть?

* * *

- Входи.

Сидя в инвалидной коляске, Сергей мрачно смотрел на когда-то лучшего друга, который пропал как раз на те полгода, которые заняло восстановление после ампутации. Димон выглядел нервно-счастливым и как будто вообще не придавал значения ни своему долгому отсутствию, ни изменению габаритов собеседника.

- Серега! – взревел он и полез обниматься. За его спиной висел рюкзак. – Сколько лет, сколько зим! Рассказывай, чо как! Я такое принес – обалдеешь!

На замусоренной кухне и без того было сложно развернуться на коляске, а Димон как будто занял собой все свободное пространство. Он суетливо вытаскивал из рюкзака пивные полторашки и сушеных кальмаров. Последним на стол упал странный жестяной коробок.

- Не пью, - строго возразил Сергей. На самом деле он чувствовал, как тепло разливается по телу от заботы.

- Эх! – махнул рукой Димон. – Тогда это – тебе. С лекарствами – можно! – и подвинул поближе коробок. – А пивасик – мне. Эх, взбодримся!

В загадочной коробке оказались самокрутки с приторным запахом.

- Зажигай! – поторапливал Димон, одновременно наливая себе в стакан Очаковское.

Сергей недоверчиво повертел между пальцев самокрутку, вгляделся в рыжеватую набивку, наконец, решился.

И не пожалел. Буквально со второй затяжки давно свернувшийся в груди узел как будто распустился, а к концу первой цигарки он уже почувствовал в себе силы пуститься в тяжкий рассказ о своих «приключениях». Поэтому за второй потянулся без малейших сомнений и с энтузиазмом.

Тут-то его и накрыло.

Замызганная кухня вдруг сменилась кабинетом в хай-тек стиле. Он стоял (стоял!) напротив шикарного окна в полстены, за которым открывался вид на плац с миниатюрными… человекоподобными роботами. Миниатюрными – с высоты сотни метров.

- Ваше Высочество? – послышался голос справа. Сергей оглянулся и увидел самого мужика в самой странной одежде, подобной которой еще никогда не встречал. За спиной мужика в воздухе светилась гигантская трехмерная карта галактики.

- Эм? – недоуменно моргнул Сергей и прочувствовал это простое закрытие и открытие век в мельчайших деталях. Вот причудливое переплетение созвездий полыхает светом, вот на ничтожную долю секунды картинка сменяется темнотой…

И вот он снова сидит на своей кухоньке со скруткой во рту.

С травкой, да? Кто бы поверил!

- Где ты это достал? – хрипло спросил он Димона, потрясая дымящейся загадкой.

- Только мигни, я принесу еще! Пятьсот за десяток.

* * *

Клуб оказался шикарным. Роскошные двери, богато одетые люди, ковровые дорожки, зеркальные стены, богатый бар, от вида которого у Сереги потекли слюнки…

Станислав двигался уверенно, как завсегдатай. Они поднялись на второй этаж на лифте и завернули налево, в приватную комнату, оказавшуюся довольно просторной. Инвалидное кресло помещалось в нем как родное. И высота стола оказалась вполне подходящей.

- Для начала я хотел бы узнать, что Вы помните, - сказал советник, уверенно развалившись на диване.

- Практически все, в деталях, - с недоумением отозвался Серега. Моменты, прожитые в будущем, он хранил как зеницу ока. В конце концов, это была его единственная отдушина в беспросветной тоске настоящего.

- Хм. Понятно. Тогда вы должны знать, что Галаксия сейчас находится на пороге войны. Как много Его Высочество успел Вам поведать?

- Даже трудно пересказать в двух словах… Со временем мы начали обсуждать почти что все. Не хочу хвастаться, но план дезинформации, который обсуждали на заседании два дня назад, предложил я.

- Ясно. – Станислав снял очки, положил на стол и потер переносицу. Вид у него был крайне озабоченный. – Сергей Всеволодович, ситуация близка к критической. Его Высочество знал, что умирает, и изо всех сил пытался найти преемника. К сожалению, в текущем поколении не нашлось никого достойного. Поэтому он обратился к помощи службы поиска двойников в других мирах.

- Что?! Так… так это было не будущее?

Советник коротко рассмеялся.

- Конечно, нет. Будущего не существует. Равно как и прошлого. Но, к счастью для нас, мы научились перемещаться между параллельными мирами. Многие двойники нашли достойную жизнь в нашем мире. Но ваш случай, конечно, по сравнению с обычными – сложный.

- В чем же сложность?

- Видите ли. Для того, чтобы стать аристократом, в нашем мире требуется приложить много усилий, во-первых, и обладать достойным характером – во-вторых. Обычно аристократы не прибегают к помощи двойников, потому что обе части уравнения критичны. Но в нашем случае… Принц готов был рискнуть, он считал, что у него есть время, чтобы провести обучение. К сожалению, два дня назад он впал в кому.

- Я могу чем-то помочь?

- Хм… для этого я здесь. Видите ли… Кома принца – не окончательный приговор. У нас еще есть время, полгода или чуть больше. Но выбрать другую кандидатуру мы уже не успеем. Поэтому я здесь – необходимо провести тестирование.

* * *

Быть «Его Высочеством» Сергей привык быстро. Одна самокрутка «для разогреться», и вторая – для «повидаться с будущим». В этом загадочном месте его имя странно исказилось – любовница как-то окликнула его «Серго», и по ее глазам он понял: не сокращает. «Серго де ла Ноктис» - прошелестела в голове мысль, подтверждающая догадку.

Эти «чужие» мысли появились примерно через пять видений. Как будто настоящий Серго специально подсказывал непонятное. Так он узнал, что принц он не наследный, но тем не менее занимает пост командующего Третьим Национальным Флотом, состоящим из множества… звездолетов. Как раз в момент его первого визита в будущее обсуждалось текущее расположение войск агрессивного соседа. Надвигалась война, на границах становилось неспокойно, разведка докладывала о странных перемещениях флотов вероятного противника…

С каждым разом видения длились все дольше. Если поначалу его выбрасывало обратно на замызганную кухоньку спустя всего несколько мгновений, через два месяца он уже – благодаря подсказкам в голове – успевал обменяться со Станиславом десятком реплик… Станиславом звали того мужика в странной одежде, он оказался заместителем командующего.

Через полгода Сергей перевидал столько совещаний, что начал потихоньку высказывать свое – действительно свое, а не подсказанное голосом в голове – мнение, и оно оказалось неожиданно дельным. Самооценка приятно поползла вверх – надо же, он, землянин со средним образованием, может дать ценный совет представителям галактической цивилизации! Да он крут, воистину. Даже альтер эго это признавало.

А через семь месяцев самокрутки подорожали, и за десять дней до пенсии… закончились одновременно с деньгами.

- Как же так? Еще же было, я точно помню! – бормотал себе под нос Сергей, роясь в ящиках комода, где прятал – от матери, иногда заходящей в гости – заветные цигарки. Что денег нет, он уже успел убедиться.

Что делать? Что делать? Что делать?

Мысли хаотично разбредались в разные стороны…

На третий день голодовки он выкатил коляску на улицу, с трудом спустился в переход под железнодорожной станцией, положил на колени шапку верхом вниз и повесил на грудь картонку с жалостливой надписью.

Ради еды он бы никогда не пошел на такое, но будущее… Будущее звало неотвратимо.

«Я срочно должен вернуться» - мрачно думал Сергей, сверля глазами бетонный пол.

Прошел час… Два… Три…

К концу дня в его шапке сиротливо лежали пятьдесят рублей.

На следующий день Сергей снова сидел в переходе… И на следующий… И на следующий…

И на следующий. И на следующий.

Будущее казалось как никогда лучше унылого настоящего.

* * *

Сергей с замиранием сердца смотрел на прибор, материализовавшийся в руке Станислава. Тот самый определитель, на который то и дело ссылалось альтер-эго в будущем! Как бы ни отговаривался советник мутными параллельными мирами, Серега был уверен на все сто процентов – он видел именно будущее, свое личное будущее.

Императорская семья имела множество отпрысков, и далеко не все из них удостаивались права называться принцем. До совершеннолетия дети росли, не зная, войдут они в правящую верхушку или нет. Кого-то это заставляло трудиться до черных мух, кто-то махал рукой и отрывался по полной, не желая даже думать о том, чтобы заменить беззаботную жизнь – служением обществу, полным ответственности и обязанностей. Без средств к существованию все равно не оставляли никого. Хотя, конечно, капитал признанных принцев превышал накопления обычных членов семьи на порядки. Не всех это мотивировало…

Альтер эго то и дело вспоминал момент тестирования - в основном для того, чтобы призвать Сергея к внимательности. «Бывает, что результаты многих лет подготовки ведут к всего одному мгновению, после которого жизнь изменится необратимо. Каким бы коротким ни было это мгновение, оно – вершина, на которую взбираешься годами, на пути к которой важна любая мелочь. Помни об этом!»

- Это сканер, - тем временем представил серебристый браслет Станислав. – Он определит, достойны ли Вы быть нашим принцем. Поверьте, в Вашем случае это всего лишь формальность, но формальность необходимая.

Сергей протянул руку. Как ни забавно, определитель ориентировался на химический состав крови… и что-то еще, альтер эго не вдавался в подробности.

Советник уверенно и спокойно надел браслет на запястье. Прибор засветился мягким радужным светом, пульсирующим и меняющим рисунок.

Прошло десять секунд. Двадцать. Минута.

Станислав нахмурился, поднес руку ко лбу и отдернул. Сердце Сергея замерло от предчувствия неприятностей.

- К сожалению… В Вашей крови определены следы наркотического вещества. На такой случай существуют однозначные инструкции. Несмотря на все Ваши способности, Вы не можете быть принцем Галаксии. Мне очень жаль.

Советник, нахмурившись и двигаясь несколько неохотно, забрал браслет и дематериализовал его тем же загадочным методом, как и достал немного ранее.

- Но как же так? – растерянно выдавил из себя Сергей. Это же был единственный способ попасть в будущее!

- Извините, - советник потер лоб и откинулся на спинку дивана, - но я думаю, это просто случайное совпадение. Вы решили, что травка – так ведь называется этот наркотик? – доставляет вас к нам, но это неверно. Обычно люди попадают к нам непроизвольно, во сне, часто эти сны даже не помнят. Я удивился, что Вы меня узнали, а дело, оказывается, было вот в чем…

На Сергея нахлынула волна разочарования, смешанного с гневом.

- Травка – не наркотик! – резко выплюнул он.

- Да что Вы, - с интересом посмотрел на него Станислав. – Привыкание есть, изменение сознания есть, чего еще вам не хватает, чтобы называть вещи своими именами? Вы зависимый, Сергей Всеволодович, это черта характера, которая только выявляется, но присутствует еще до контакта с наркотическими веществами. Принц Галаксии не может быть зависимым. Это… считайте, что это просто некомильфо.

Советник встал, одернул пиджак, вздохнул.

- Наладьте свою собственную жизнь, Сергей Всеволодович. Может быть, что-то изменится. Вы подсели на наркоту уже после совершеннолетия, для Вас еще есть шанс. Некоторым даже удается измениться настолько, что они перестают быть зависимыми вовсе.

Он кивнул в знак прощания, развернулся и вышел, оставив Сергея медленно кипеть в котле негатива. К счастью, он оплатил счет, что Сергей осознал только через двадцать минут, когда пришел в себя достаточно для того, чтобы выехать из клуба.

Погруженный в свое разочарование, Серега по привычке свернул налево – как всегда, когда ехал домой из перехода. На этот раз направление оказалось неверным.

Неожиданно резкий запах тухлятины перебил горестные мысли, заставляя оглядеться.

Прямо впереди бетонная плита перекрывала выход из тупичка, заставленного мусорными контейнерами. Асфальт там и сям «украшали» обрывки картонных коробок и что-то, похожее на куски рваных половых тряпок. Горы хлама вперемешку с объедками угрожающе нависали над краями металлических резервуаров.

Слева и справа закуток огораживали кирпичные стены. Дальше дороги не было.

«Совсем как моя жизнь», - промелькнула безнадежная мысль, – «тесный тупик, полный вонючего мусора. Никаких перспектив».

Сергей, мимолетно ощутив сродство с уродливым пространством, в котором так внезапно обнаружил себя, неторопливо оглядел «пейзаж». Взгляд сам собой остановился на ярко-синей глянцевой обложке, полускрытой черной банановой кожурой. Небесный оттенок переплета заманивал обещанием надежды.

Серега осторожно подкатился к контейнеру, из которого выглядывало невиданное сокровище. На пути попался кирпич, к счастью, справа, удалось отбросить его с пути ногой. А дальше возникла проблема: из сидячего положения рука никак не доставала до заветной книжки. Он тянулся изо всех сил, задел рукавом грязную боковину, но все не хватало какого-то десятка сантиметров.

«Вот так стараешься, стараешься всю жизнь, и никаких результатов! Сиди, тухни себе в своей конуре, как все!» - подумал Сергей и вдруг почувствовал обжигающее раздражение, затуманивающее голову. В спокойном состоянии он никогда не пошел бы на такой рискованный шаг, но тут он резко поставил правую ногу на землю и, не держась за ручки кресла, встал.

Обложка, все такая же привлекательная даже при взгляде сверху вниз, послушно легла в ладонь. Кожуру он просто небрежно смахнул и опустился обратно раньше, чем осознал, что вообще сделал.

«Надежда есть?» - проскользнула мысль с оттенком самодовольства. Испугаться он как-то забыл.

Яркие буквы на переплете гласили: «Измени свою жизнь». Внезапно, это оказалась книга по саморазвитию. Раньше Сергей с презрением отбрасывал подобную литературу, как только видел, но в таких обстоятельствах решил дать книге шанс.

Он запихнул нежданное приобретение в промежуток между левым бедром и подлокотником, развернулся и направился домой. Настроение необъяснимо, но уверенно ползло вверх.

* * *

Начало у спасенного от гибели сокровища оказалось вполне традиционным. «Бла-бла-бла, известные люди добиваются успеха с нуля, бла-бла-бла, вы тоже сможете, бла-бла-бла, встаньте с кресла и начните действовать».

На моменте «встаньте с кресла» Сергей хмыкнул особенно выразительно.

Однако после резкой, как ножи, критики Станислава действительно хотелось сделать хоть что-то. Хотя бы самому себе доказать, что способен на поступок. Вот, уже один совершил: спас – бесполезную? – книгу с помойки, а теперь – усилием воли, не иначе – превратит текст автора в действенный, а на самом деле это он сам добьется потрясающих результатов, без посторонней помощи.

Поэтому, пропустив первое и второе упражнение со скептическим хмыком «сами отвечайте на свои загадки», на третьем Серега достал карандаш и начал его усиленно грызть, пытаясь вытащить из себя ответ на заковыристые вопросы.

«Чего вы хотите? Что вы для этого делаете? Так чего вы хотите на самом деле?»

Получалось… интересно.

Хотел он ходить на двух ногах. Но это было невозможно. Именно поэтому не делал он для этого ничего. Так чего же он хотел на самом деле? На самом же деле хотел свою ногу обратно. Если бы только был способ! В будущем он наверняка есть, но его изгнали…

Чего же он хотел на самом деле?

Мысли будто эвакуировались по тревоге: сознание опустело и даже несколько затуманилось. Сергей замер, пытаясь разглядеть в себе хоть какой-нибудь ответ.

«Хочу быть полезным и популярным», - всплыл на поверхность смутный образ.

Что, простите?

Сергей дернул головой и застыл, прислушиваясь к себе. Привычно ныла культя, правая нога просила движения, мышцы рук напряглись, как перед дракой, в левую щеку дул сквозняк. «Хочу быть полезным и популярным», - неожиданно четко почувствовал он. И вместе с этим осознанием тело само собой глубоко вздохнуло и расслабилось.

Сергей оглядел свою запылившуюся комнатенку, ненадолго задерживая взгляд то на одном, то на другом предмете. Уборки требовало все, решительно все. Но внимание залипло на угле ноутбука, выглядывающем из-под кучи одежды на кресле. Желания включить девайс не возникало уже несколько недель… до сих пор.

«А почему я все-таки забросил тот сайт фрилансеров? Там заработать можно больше, чем в переходе с его жалкими копейками… Кажется, мне просто хотелось свежего воздуха. Но попасть обратно в будущее – а только там я полезен и успешен – я могу только с травкой. Почему бы не попробовать заработать?»

Сергей вытащил ноутбук на свет и проверил работоспособность. Даже аккумулятор почти не разрядился! Где там был этот сайт…

Книжка в синей обложке свалилась на пол, да так там и пролежала следующие две недели.

* * *

Работа на сайте фрилансеров неожиданно затянула. Поначалу он брался за небольшие задачи со скромной оплатой – те самые, которые другие исполнители либо игнорировали, либо пытались набить цену. Он же сравнивал доход с теми первыми пятьюдесятью рублями в переходе… ни одна задача не стоила так дешево. Поэтому вскоре его профиль пополнился положительными отзывами, а карман – свободными деньгами.

Получив пенсию, он решил притормозить с трудоголизмом и купил у Димона травки на все. Рассчитывая, что заработать на жизнь всегда успеет, а будущее – важнее.

Кто бы видел, как дрожали его пальцы, поджигая первую самокрутку! Он с нетерпением вдохнул сладковатый дым, ощутил привычное расслабление, пробежавшееся по телу, выдохнул, сделал еще одну затяжку… И еще одну… и еще одну…

Будущее так и не появилось.

Недоверчиво смотря на окурок, Сергей не мог понять, что пошло не так. Где? Где космические просторы? Где его здоровое тело? Куда подевалась галактическая цивилизация?

Он нервно скурил одну за другой еще три цигарки. Ничего.

Он бессознательно крутился в своем кресле по комнате, не в силах сдержать панику. Под колесо что-то попало.

Та самая книжка.

Может, в ней есть ответы?

Сергей нетерпеливо поднял книгу и открыл на середине.

«Чего вы хотите? Почему у вас этого еще нет? Что вы делаете, чтобы избежать желаемого?»

Ногу! Он хотел свою ногу назад! Он нервно перевернул пару страниц, чтобы прочитать:

«Чего не хватает, чтобы достичь желаемого? Где это можно раздобыть?»

Сергей отбросил книжку в сторону. Бесполезная макулатура. Как и все в его жизни. Взгляд опустился на экран ноутбука. Рекламный баннер в углу выбрал именно этот момент, чтобы мигнуть и смениться новым, от одного вида которого передергивало. На гифке танцевал одноногий мужчина.

Рука, будто обретя самосознание, непроизвольно щелкнула мышкой по картинке. Следующие полчаса Сергей провел, просматривая запись снова и снова.

Если танцор смог восстановиться до такой степени, почему не мог он? Он почувствовал себя так, будто беспросветную тьму слегка рассеял поток слабого света. Не будущее, конечно, но хоть какие-то перспективы… А там, может быть, и самокрутки снова начнут действовать.

* * *

Прошел месяц. Два. Полгода. Видения не возобновлялись, клиентура на сайте фрилансеров росла как на дрожжах. Появились деньги на качественную еду. На смену одежды. На массажиста. На протез. На спортзал.

Будущее все еще сидело занозой в сердце, но как-то… тише. Димон пропал, как не бывало, да и травка без видений уже не так тянула к себе.

Оценив состояние своего счета в конце весны, Серега решился. Гори оно все огнем! Он едет к морю. Расслабиться, отдохнуть, позагорать. Подвести итоги.

Верный ноутбук, который Сергей беззаветно полюбил за это время за всплывающие тут и там в браузере подсказки, не подвел: горящая путевка нашлась как бы сама собой, а вместе с ней подвернулись и билеты на самолет. Уже через неделю он сидел на пляже, греясь на солнце и любуясь пейзажем.

Свет заходящего за горы солнца четко вырисовывал вдали грань между морем и небом. Две стихии соприкасались, отражались друг в друге, но не смешивались. «Если я принц в космической эпохе, почему я не могу руководить предприятием в современном мире? Не думаю, что это сложнее. Заработать на экономическое образование вполне возможно. С протезом нормально ходить - тоже. Мое прошлое и вовсе не помеха, а преимущество, будет вдохновлять сотрудников на свершения: если я смог выбраться со дна, почему бы и им не достичь вершины? А космическая эпоха может и подождать. Кто знает, не передумают ли они, когда увидят, каких успехов я добился здесь!»

Солнце скрылось за горами, луна висела сбоку, блаженные сумерки подкрадывались к пляжу. Будущее прояснилось абсолютно.

05. Ван Лаари

Приземлившись, Алена мигом расстегнула страховочные ремни и выскочила из кабины истребителя. Ее переполняла радость: сдала! Высший балл! Важнейший зачет! Влияющий на карьеру! Ии-и-и!

Правда, кроме стремительности действий, она старалась ничем не выдать свой восторг: привычка сдерживать эмоции, намертво вбитая воспитанием, держала крепко. Но, оставаясь хладнокровной снаружи, внутри она отплясывала джигу. Теперь она может первой выбирать место практики, и уж конечно, Институт дальней разведки от нее не откажется! Мечта стала еще на шаг ближе!

Она уже выходила из космопорта, когда на коммуникатор пришел входящий вызов. Она бросила беглый взгляд на визуальный интерфейс: брат. Как интересно! Как этот вечно занятый зануда нашел время на звонок?

Она мысленно приняла вызов, и перед ней появилась миниатюрная голограмма Бриса.

- Привет! Когда можешь встретиться? - с места в карьер начал он.

- В виртуале – через полчаса, - замешкавшись на мгновение, ответила девушка.

Брат кивнул и тут же отключился. На коммуникатор пришла ссылка на место встречи. Странно. После смерти отца Брис, как наследник, с головой погрузился в семейный бизнес и разговаривал с ней от силы раз десять, на встречи не приглашал вовсе. Что случилось?

Мучаясь любопытством, Алена разогнала флаер до максимальной разрешенной скорости и вскоре уже парковалась на крыше общежития. Бегом спустившись на свой этаж, она бросила сумку в шкаф, сняла тапочки и бросилась к шлему виртуальной реальности. Если она придет немного пораньше, это не разрушит же ее имидж, правда?

Кафе, в котором предложил встретиться брат, выглядело как парящие в верхних слоях атмосферы Юпитера беседки, расположенные на расстоянии метров десяти друг от друга. Как и во всех таких местах, можно было выбрать, реальные или нарисованные люди будут отображаться сидящими по соседству. Брис, как обычно, выбрал последнее – параноик, что с него взять. «А что, если они прочитают по губам, о чем мы говорим?» - на вкус Алены, вовсе не было никаким аргументом, но она предпочитала не высказывать свое мнение.

Брат уже подключился, и его аватар, одетый в причудливые одеяния 23 века, с невозмутимым видом восседал на шикарном кресле напротив входа в беседку.

- День добрый, - поздоровалась Алена, заходя внутрь. Считалось вежливым даже в виртуале появляться за пределами помещения, а она всегда следовала правилам приличия. – Что за спешка?

- Садись, - кивнул брат. – Разговор серьезный.

Алена через интерфейс кафе вызвала современного вида пуфик и с удобством на нем устроилась, после чего вопросительно посмотрела на Бриса.

- Рассказывай, - попросила она.

Следующие десять минут, слушая брата, она чувствовала, как буря положительных эмоций, задержавшаяся в ней после успешно сданного зачета, гаснет под волной гнетущего ужаса. Нет, то, что Брис подробно описал возможные последствия – разорение семьи, выход из рядов аристократов и прочее – не произвело на нее особого впечатления: она была уверена, что и своими силами пробьется в жизни, не опираясь на поддержку клана. Но вот подходы издалека на тему, что будущее семьи зависит от нее, заставили ее серьезно напрячься, а уж ответ на вопрос, что она может сделать, и вовсе потряс.

- Я согласился на твое замужество. Жених – Крис Лиуфель.

Возмущенный вопль Алена сдержала только чудом. Знала она этого Криса – хоть он и был старше нее лет на десять, довелось пересечься с ним на практике после первого курса. Этот мужчина был предметом вожделения всех ее соседок по общежитию, но сама она находила его на редкость… отвратительным. Это было какое-то отторжение на физическом уровне: вид его фигуры, звук голоса, запах, общее впечатление – все вызывало отторжение. В отличие от остальных девушек, она старательно избегала близких контактов с ним и с неудовольствием ловила на себе его заинтересованные взгляды.

Закончив практику, она с наслаждением заблокировала все контакты этого Лиуфеля и понадеялась никогда больше с ним не пересекаться. Не получилось.

- Я могу отказаться? – сухо спросила она.

- Нет. Положение безвыходное, - так же сухо ответил брат.

Окончание разговора она не запомнила.

* * *

Отключившись от виртуала, Алена тупо оглядела комнату, не замечая деталей. Оказаться на всю жизнь связанной с отвратительным человеком – не так она видела себе свое будущее. Еще и детей от него растить! Какими они получатся, маленькие человечки, унаследовавшие его омерзительные черты?

Поняв, что размышляет о чем-то совершенно диком и неактуальном, она вскочила на ноги и заметалась взад-вперед. Решено! Она сбежит. Пилотом ей теперь и так и так не стать, поэтому можно ничего не сообщать в деканат. Улетит на первом же попавшемся лайнере к черту на кулички, на аграрную планету, будет с кукурузника опылять поля – не космические полеты, но хоть что-то, для счастья не хватит, но и неудачницей себя чувствовать не будет. И в ж** клановые проблемы, она выходит из клана, сейчас же!

Она так увлеклась, что еле успела удержаться от удаления своих семейных аккаунтов. Это будет слишком подозрительно, ее начнут искать раньше. Она просто не будет ими пользоваться, этого достаточно!

Она вытащила с антресоли объемную дорожную сумку и принялась запихивать в нее вещи первой необходимости. Как хорошо, что у нее нет соседки! Нет свидетелей побега.

Алена собиралась, как на практику: те же вещи, та же последовательность действий. В груди ворочалась ненависть к семье: ну что за откат в Средневековье! Как они могли довести дела до такого состояния, что пришлось прибегать к настолько замшелым методам! А брат, тоже хорош, уж за два-то года после смерти отца мог бы научиться управлять бизнесом! Похоже, он просто все промотал, а последствия ей теперь расхлебывать!

Несмотря на бившую ее нервную дрожь, одежду она сворачивала аккуратно, как в магазине: привычка, привитая матерью. Что бы ни случилось, внешне все должно быть прилично! Девушка должна выглядеть аккуратно, как и все принадлежащие ей вещи!

«Проклятая публичность, вот я от тебя и избавлюсь», - неожиданно пришла ей в голову мысль, и она даже хохотнула. Правильно, в любой ситуации есть свои плюсы. Не удастся стать пилотом на корабле дальней разведки, будет пилотом самолета – может быть, перебираясь с одной планеты на другую, чтобы лучше замести следы и не скучать. А так-то, жизнь долгая… лет через сто все уляжется, и она вернется к своей карьере. Детей раньше двухсот заводить она все равно не планировала.

В руках неведомо как очутилась плюшевая змейка – подарок поклонника, чьи притязания она вежливо, но твердо отклонила. Тогда еще был жив отец… Слезы навернулись на глаза, но она упрямо смахнула их, отбросила змейку в дальний угол, застегнула сумку и твердым шагом вышла из комнаты. Впереди ждала дорога.

* * *

В космопорту Алена как будто очнулась от транса. Что она тут делает? Без билета ее даже не поднимут на орбиту! Надо было заказывать из общежития, как раз, пока летела, пришло бы подтверждение… Или отказ, если бы ее покупку отследили. Вроде бы она еще не сделала ничего, что должно было бы всполошить семейную службу безопасности, но…

В следующий момент ее взгляд упал на коммуникатор. Как она могла забыть! Его же наверняка отслеживают. Она решительно отстегнула прибор, выключила его, отлетела к рощице в десятке километров от порта, снизилась над небольшим ручьем и выкинула в него устройство. Разрывать связи – так разрывать.

После этого она отправилась в ближайший городок, все больше нервничая от вынужденной задержки, припарковала флаер у аптеки на окраине, пешком добралась до центра связи и оформила на себя самый простой и дешевый коммуникатор с минимумом функций. Через него заказала билет на самый дальний рейс из тех, что отправлялись в ближайшие часы, и вызвала такси.

Через час она уже сидела со стаканчиком кофе в зале ожидания на орбите и изо всех сил сдерживала нервную дрожь, стараясь не оглядывать панически всех входящих. Именно сейчас наступил критический момент, когда ее могут задержать и вернуть… Она почему-то верила, что, стоит добраться до лайнера – и все будет в порядке.

Алена кожей чувствовала, как медленно секунды сменяют друг друга. Внутри нарастало напряжение, она еле сдерживалась, чтобы не начать мерять шагами пространство между рядами кресел. Не стоит привлекать к себе внимание… девушка должна выглядеть прилично!

Объявили посадку на рейс до Астурии. 14:35. Объявили прибытие рейса из Гестии. 14:40. Попросили пассажира Барриколу проследовать к стойке информации. 14:45. На соседний ряд умостилась пара с маленьким ребенком, который немедленно начал ерзать и пытаться качаться на кресле. 14:50.

«А какое лицо будет у брата, когда он узнает о моем побеге?» – вдруг злорадно подумала она и усмехнулась. Кажется, за эти недолгие несколько часов она успела возненавидеть Бриса до глубины души.

Наконец она услышала объявление о посадке на рейс до Кевары. Алена пружинисто вскочила на ноги и, изо всех сил стараясь двигаться плавно и с достоинством, чуть не бегом припустила в сторону шлюза.

К счастью, все проверки безопасности проходили еще на земле, перед подъемом на орбиту, и теперь ей оставалось преодолеть только автоматический считыватель айди-чипа. Она яростно убеждала себя, что брат-неудачник, с его-то посредственными деловыми навыками, никак не успел бы за это время внести ее в список невыездных.

Турникет приветственно пикнул, и загорелся зеленый огонек. Алена взошла на борт лайнера, и облегчение накрыло ее мощной волной, так что ноги почти подкосились. Изо всех сил стараясь казаться невозмутимой, она дошла по маркерам в коммуникаторе до своей каюты, тщательно заперлась, бросила сумку на пол у двери и растянулась на койке, после чего тихо засмеялась.

Теперь все будет хорошо. Она справилась!

* * *

Путешествие продолжалось уже третий день. За это время лайнер уже несколько раз прыгал между звездными системами и останавливался на орбитальных станциях, чтобы выпустить одних пассажиров и впустить других. Алена расслабилась настолько, что обедала в общей столовой, не боясь, что ее кто-то опознает. Какой бы ни была она публичной персоной, но все же не настолько, чтобы на каждом захудалом корабле ее узнавал первый встречный!

Но ближе к вечеру, почувствовав толчок, с которым лайнер вышел из очередных ворот, она вдруг занервничала. Пока корабль приближался к станции, напряжение все нарастало, и перед самой стыковкой дошло до такой степени, что Алена уже не знала, то ли запереться в каюте, то ли хватать сумку и выходить, не дожидаясь своего места назначения.

В конечном итоге она выбрала первое и все то время, что лайнер провел в неподвижности, фигурально грызла ногти, меряя шагами крохотную каюту. Наконец из динамиков послышалось предупреждение об отстыковке, и она почувствовала, как напряжение вдруг утихает, сменяясь чем-то неясным, чего она доселе не испытывала ни разу. Она рухнула на койку и чуть не расплакалась, но все же удержала лицо – хотя кто за ней сейчас смотрит-то, можно было бы и позволить себе выплеснуть чувства наружу…

Немного придя в себя и глотнув воды из бутылки, Алена решила все же выбраться наружу – а заодно и поужинать. Она наскоро поправила прическу и открыла дверь.

Напротив в выжидательной позе стояла пара незнакомых мужчин.

- Алена ван Лаари? – с утвердительной интонацией спросил правый. Она тут же почувствовала острый укол неприязни.

- Да, - не стала отрицать она.

- На следующей станции мы вместе сходим на планету, - сообщил правый. Левый молча смотрел на Алену, и та неожиданно прониклась к нему симпатией. Каштановые волосы, зеленые глаза, умеренно мускулистый, высокий, родинка под левым глазом, одежда, не в пример товарищу, подогнана идеально – красавчик, одно слово!

Девушка поймала себя на том, что разглядывает левого вместо того, чтобы реагировать.

- Представьтесь, - холодно приказала она.

- Томас Смит, офицер отдела безопасности дома ван Лаари, - тут же ответил правый.

- Кириан Ле Руж, - приятным баритоном произнес левый и улыбнулся. Да он со мной флиртует! – с непонятным удовольствием осознала Алена, от отвечать на улыбку не стала.

- Зайдете за мной перед стыковкой, - не меняясь в лице, велела она и прошла мимо парочки, едва удержавшись от того, чтобы задеть ненароком левого. В душе разгоралось раздражение на неудачный побег и на оперативность подчиненных брата. За ужином она собиралась продумать новый план побега, более детальный, чем предыдущий.

* * *

Следующей остановкой оказалась Туллия, ничем не примечательная аграрная планета, половиной которой владела семья ван Лаари. Безопасники, не сказав ни одного лишнего слова, привезли Алену в семейный особняк в десяти часах лета от космопорта. Городов поблизости тоже не находилось – настоящая глушь. Она оказалась на этой планете впервые, и та надоела ей с первого же взгляда: поля, поля, горы, поля, поля… Скучища.

В полете ей удалось выспаться, так что к месту заключения она прибыла бодрая и жаждущая действий. Но делать было абсолютно нечего. Сопровождающие ненавязчиво провели ее мимо постов охраны, как бы демонстрируя, что так просто отсюда не выбраться, и оставили в специально приготовленных для нее покоях. Она закинула сумку под кровать, приняла душ и принялась разведывать обстановку. Тут-то и выяснилось главное: доступа в межгалактическую сеть не было. Понятно, почему у нее не отобрали коммуникатор!

За время поездки у нее сложился более-менее приличный план, целиком и полностью основанный на том, что она сможет связаться кое-с-кем снаружи. Однако теперь этот план полностью обесценился. Придется работать с тем, что есть.

Она села и задумалась. В одиночку, похоже, отсюда не выбраться. Нужен помощник, и если его невозможно привлечь извне, надо действовать изнутри.

Чтобы создать шумовую завесу, она включила головизор, но не присматривалась к трансляции, а вместо этого перебирала в памяти всех, с кем столкнулась во время короткой прогулки по окрестностям. По всему выходило, что Кириан – самый многообещающий кандидат. Если он задержится здесь хотя бы ненадолго, она…

- На открытии нового центра связи присутствовал исполнительный директор «СтарСистемс» Крис Лиуфель, - сообщил головизор, и в проекционном пространстве появился самый отвратительный для Алены человек. Бросив на него беглый взгляд, она почувствовала приступ тошноты и тут же переключила канал.

- Глава семьи, Астафий Лиуфель, сообщил о скорой помолвке между… - не унимался головизор. Алена чертыхнулась и снова переключила канал. Но все как будто было против нее: открывшийся сюжет был посвящен ее брату. Отчаявшись, она выключила проектор и выскочила за дверь – стоило провести дополнительную разведку.

Дни тянулись медленно. Ей повезло: Кириан действительно остался в особняке, и она разговаривала с ним по нескольку раз за день, хватаясь за любую тему, которая, как ей казалось, привлекала его интерес. Мало того, она принялась тренироваться на улице под окнами Ле Ружа, отдавая много внимания упражнениям на растяжку. Каждый разговор она старалась оборвать на каком-нибудь интригующем моменте, чтобы у мужчины появились вопросы, ответ на которые он будет ждать с нетерпением. Они вместе обедали, причем она стремилась одеться как можно более привлекательно, но завтрак и ужин Алена всегда проводила в своей комнате.

Через неделю, сидя напротив Кириана в столовой, по его блестящим глазам и причудливой позе она поняла: пора переходить к решительным действиям.

Так что она, не колеблясь, загадочно улыбнулась и пригласила мужчину в свои покои посмотреть фотографии.

На следующее утро они уже строили планы побега вместе.

* * *

Утро едва забрезжило над лесистой долиной, в которой располагался особняк, когда Кириан с Аленой, переодевшись в форму охранников, налегке выходили через черный вход. Накануне Ле Руж вызвал автоматическую службу доставки для якобы перевоза мебели, и грузовой флаер уже дожидался их, припаркованный снаружи. Доставка была заказана между двумя зданиями, принадлежащими семье ван Лаари, но, забравшись в транспорт, Кириан тут же взломал дверь между грузовым отсеком и кабиной, в которой сидел пилот во время наиболее ответственных перевозок, и вставил в ключ зажигания свою личную карточку.

Ле Руж были семьей, специализирующейся на безопасности, и Кириан еще в детстве научился обходить системы защиты таких примитивных устройств. Все нужные для этого программы, постоянно пополняющиеся, он по привычке носил с собой, в необъятной памяти личного удостоверения. Пригодилось, в кои-то веки.

Алена усмехнулась. Все-таки брат немного перестарался с привлечением посторонней помощи. Ее удача: случайный партнер оказался не только приятным, но и полезным. Она коротко поцеловала Кириана и устроилась на пассажирском месте, на котором, в случае все тех же наиболее важных перевозок, располагался контролер.

Двигатель флаера тихо заурчал, и машина послушно поднялась в воздух, разворачиваясь в сторону, обратную заказанному маршруту.

- Получилось? – заигрывающим тоном спросила девушка.

- Разумеется! – улыбнулся Кириан и пристроился рядом, привлекая ее в объятия и пошловато улыбаясь. – Чем займемся? У нас есть три часа...

Через три часа флаер высадил их на окраине небольшого поселка и с подчищенной памятью отправился обратно. Любая инспекция показала бы, что он летал только по заказанному маршруту.

В местном супермаркете они закупились продуктами и на тут же вызванном такси оправились к следующему перевалочному пункту, шахтерскому городку в двух часах лета от космопорта. От этого городка в порт ходил грузовой поезд, устроиться зайцами на который при участии Кириана оказалось плевым делом.

Алена впервые за несколько дней почувствовала, что не просто расслабляется в приятной компании, а искренне наслаждается приключением. Если бы план побега составляла она, никаких пересадок в него включено бы не было. Метод Кириана запутывать следы действительно стоил изучения! Он еще и билеты им приобрел на фальшивые удостоверения, которых у него оказалось несколько комплектов – как он сказал, «у каждого может быть невинное хобби».

Поезд мягко раскачивался, в вагоне, заставленном коробками, было темно. Алена сидела на полу, с наслаждением вытянув ноги, и предавалась мечтаниям.

- Ты вернешься в семью? – неожиданно даже для самой себя спросила она.

- Конечно. Годика через два. Заодно мне практику зачтут, - уверенным тоном ответил Кириан.

Следующие полтора часа они провели, обсуждая традиции вырастивших их кланов. В отличие от семьи ван Лаари, потомственные безопасники уделяли особое внимание тому, чтобы вся молодежь овладела семейным мастерством – после чего они могли заниматься чем угодно. Слушая Ле Ружа, Алена ловила себя на мысли, что их методы… дрессировки, не иначе, сильно смахивают на обучение в военизированной преступной группировке. Мало того, каждого члена семьи в 22 года «изгоняли» из клана на три года, разрешая взять с собой только личные вещи, и оценивали поведение «изгнанного», причем в зачет шли моменты, когда ему удавалось скрыться от поистине вездесущих глаз родственников. Кириан как раз успел провести полгода вне дома, и, надо признать, авантюра с побегом могла добавить ему баллов.

С поезда они сошли в доках, куда он прибыл незадолго до заката, как раз когда его начали разгружать роботы. В том, что люди при этом не будут присутствовать, Ле Руж убедился еще на этапе планирования. Без проблем покинув район складов, они вызвали очередное такси – на этот раз до наземной станции космопорта.

Зарегистрироваться на рейсе, переместиться на орбиту и сесть на корабль удалось без проблем.

* * *

Прошло две недели. Они сменили три или четыре лайнера и по два удостоверения личности. Их путь казался настолько причудливым, что Алена на самом деле поверила, что на этот раз все обойдется.

Очередная пересадка привела их в центр провинции неподалеку от внешней границы империи. Насколько было известно девушке, совсем неподалеку располагался анклав не особенно дружелюбных инопланетян, в связи с чем на краях системы, у известных точек перехода дежурили военные корабли. Досмотр при приземлении был гораздо строже привычного, и это вызвало у Алены укол смутного беспокойства, но все обошлось: их пропустили без проблем.

Планета была густо населена, и выходов на орбиту на ней существовало несколько. Их путь лежал на другой континент, к космопорту с «обратной» стороны. Транспорт туда отправлялся не так что бы часто, и их ждали сутки в отеле в соседнем городке. Неладное Кириан заметил по пути туда, в такси.

С самой посадки Ле Руж достал коммуникатор и принялся что-то в нем изучать. Вскоре после вылета Алена почувствовала, что спутник мрачнеет на глазах.

- Что-то случилось? – почему-то шепотом спросила она. Такси было автоматическое, и приглушать голос причин не было, но…

- Пока не уверен, - озабоченно отозвался Кириан. – Кажется, меня отслеживают, но я не могу поймать, кто.

- Сменим маршрут? – предложила девушка.

Парень нахмурился, молча кивнул, выключил коммуникатор и пересел на водительское место флаера. На то, чтобы взломать систему управления, у него ушло от силы пара десятков секунд. Машина, подчиняясь его манипуляциям, плавно вывернулась из транспортного потока вверх, обогнула воздушную трассу и направилась на посадку на мигавшую огнями неподалеку стоянку. Сейчас они пролетали над окраиной мегаполиса, и затеряться в толпе прохожих казалось отличным планом.

Посмотрев в окно заднего вида, Кириан чертыхнулся: за ними следом свернули два флаера военного вида. Беглого взгляда было достаточно, чтобы сказать: предельная скорость этих машин намного превышает таковую у простого такси. Устраивать гонки попросту бессмысленно.

Он посадил флаер и, схватив Алену за руку, выскочил наружу. Девушка тоже заметила преследование и, не мешкая, следовала за своим спутником. Они забежали в находящееся неподалеку от стоянки кафе, надеясь укрыться в метро, вход в которое располагался позади здания. Но стоило им подбежать к дверям черного хода, как те с глухим присвистом закрылись на автоматический замок.

Девушка бездумно толкнула металлическую створку двери, но та даже не пошатнулась. Позади раздались тяжелые шаги. Парочка развернулась: к ним подходило пятеро мужчин в военной форме.

- Алена ван Лаари, Кириан Ле Руж, проследуйте за нами, - остановившись в шаге от них, велел первый из них, самый представительный.

- Покажите документы, пожалуйста, - внезапно попросил Ле Руж.

Говоривший с ними мужчина поморщился, но поднял руку с коммуникатором и парой движений пальцев зажег в воздухе голограмму удостоверения службы безопасности провинции.

- Понятно, спасибо, - туманно отреагировал Кириан. – Ведите.

Алена дернула его за руку, молчаливо требуя пояснить свое поведение, но Ле Руж только сжал ее ладонь и зашагал за военными, двое из которых пристроились у них за спиной, как конвой. Девушка все отчетливее чувствовала себя арестованной.

- Кто это? – шепотом спросила она Ле Ружа, когда они вышли на улицу.

- Знакомые твоего жениха, - так же шепотом ответил тот. – Я ничего не могу с ними сделать сейчас, надо выждать.

Но при посадке на флаеры их разделили, и машины полетели в разные стороны.

Больше Кириана Алена никогда не видела.

* * *

Мужчины в военной форме сопроводили Алену в отель в центре того же мегаполиса и отконвоировали до номера на сороковом этаже восьмидесятиэтажного небоскреба. Когда за ней захлопнулась на автоматический замок дверь, оставив сопровождающих снаружи, Алена сползла на пол, уткнула голову в колени и разрыдалась. Истерика продолжалась и продолжалась, она сама не ожидала от себя такой реакции. Заливаясь слезами, она потеряла счет времени, а когда, наконец, потихоньку пришла в себя и огляделась, почувствовала себя так, будто телепортировалась в другое место – таким глубоким оказалось чувство перезагрузки.

Она потерла лицо руками и встала. Надо что-то делать. Надо как-то выбираться из этой западни. Надо найти слабое место охраны. Надо… Надо… Она заметалась по номеру, исследуя обстановку. Первой комнатой у входа была гостиная с головизором и тремя дверями, одна из которых вела в коридор и была заперта. За второй скрывался санузел, за третьей – спальня. Она обошла все доступные помещения кругом несколько раз, открыла каждый шкаф, заглянула под каждое кресло и под кровать, исследовала потолок. Что она ищет, она сама бы затруднилась сказать, но в шкафах спальни оказалась подборка одежды ее размера, шкафчики ванной ломились от средств гигиены, а на столе в гостиной лежал шлем виртуальной реальности и бумажная инструкция выхода в локальную сеть.

Ни на что, в общем-то, не надеясь, Алена последовала инструкции, и через несколько мгновений оказалась в стандартном кабинете управления виртуальной реальностью. Она потыкалась туда-сюда – все сайты, расположенные на этой планете, были доступны, для выхода в галактическую сеть требовалось заплатить.

Она сняла шлем и ошарашенно уставилась на закрытое шторами окно. Вот так просто? Она может в любой момент запросить помощь извне? Недоработка службы безопасности? Ловушка?

Впрочем, денег для выхода за пределы локальной сети не было. Будет ли проблемой их раздобыть – она пока не знала.

Алена выругалась, подскочила на ноги и начала снова мерять номер шагами. «Действительно Средневековье», - про себя ругалась она. – «Никакой личной свободы! Да как они смеют вообще!» У нее было огромное искушение начать громить помещение, но она боялась произвести на охранников неверное впечатление.

Кстати, об охранниках! Она подскочила к входной двери и попыталась ее открыть. Заперто снаружи. Она что, действительно под арестом? А если вызвать обслуживание номеров?? На тумбочке в гостиной как раз лежит буклет с внутренними номерами… Алена набрала ресепшн и, пока дожидалась соединения, наконец прочитала на титульном листе брошюры название гостиницы, в которой оказалась. «Хай Линк Отель». Сколько пафоса. Это же сеть семьи Лиуфель… Она разорвала соединение раньше, чем ей кто-либо ответил. Связываться с персоналом бесполезно.

На нее навалилась усталость после длинного, насыщенного событиями дня. Последний раз такой измотанной она чувствовала себя очень давно, даже и не вспомнить, когда – после практики, может? Она со злостью бросила буклет на пол, пнула его ногой под стол и пошла принимать душ и спать. Все может подождать до завтра…

* * *

Незаметно минуло три дня. Все попытки Алены склонить на свою сторону охранников разбивались о то, что она даже не могла с ними встретиться! Еду доставлял робот-тележка, и когда девушка однажды ухитрилась выскользнуть мимо него за дверь, оказалось, что коридор представляет собой длинный тамбур с единственным выходом наружу, запертым, конечно. И робот отказался открывать внешнюю дверь, пока она не зашла в номер. Удивительно, как она не заметила таких подробностей, когда ее только привели сюда! Нервы, не иначе.

Оставалось только коротать время в виртуале. Хотя доступны были только локальные сайты, жизнь на планете бурлила, и развлечений в сети оказалось невероятно много. Она даже нашла способ заработать денег: попросту репетиторством, натаскивать школьников на вступительные экзамены, благо до них осталось всего ничего, и самые ленивые лихорадочно искали способ увеличить объем знаний. Правда, пришлось регистрироваться под настоящим именем, но Алена не сочла это рискованным.

Ближе к вечеру четвертого дня на виртуальный шлем, в котором девушка как раз закончила встречу и пыталась понять, чем заняться теперь, неожиданно пришел вызов с незнакомого номера. Недоумевая, Алена приняла звонок, и перед ней материализовался высокий тучный мужчина с окрашенными в кричащий красный волосами.

Астафий Лиуфель! Дядя этого отвратительного Криса и глава его семьи!

- Здравствуйте, - стараясь не выдать замешательства, выдавила из себя девушка.

- Добрый вечер, - пробасил мужчина и опустился в соткавшееся из воздуха вычурное кресло. – Как настроение?

- Отлично, - взяла себя в руки Алена и добавила в голос чуточку ехидства. – Чему обязана?

- Алена, - покровительственным тоном начал Астафий. – Вы, похоже, опять планируете побег?

Девушка, изо всех сил скрывая охватившую ее досаду, промолчала, пристально глядя в глаза собеседнику.

- Планируете, - кивнул мужчина. – Напрасно.

- Почему? – не удержалась от вопроса девушка.

- Понимаете, Алена, - начал издалека Астафий, - трудности лучше встречать лицом к лицу. Не надо морщиться, это эффективная стратегия, проверенная веками.

Алена недоверчиво хмыкнула. Лиуфель покровительственно улыбнулся и продолжил:

- Кроме того, за вами сейчас наблюдают службы безопасности трех семей: ван Лаари, Лиуфель, Ле Руж. Вам больше не удастся скрыться.

- И что вы предлагаете? – с деланным интересом спросила Алена. В ней просыпалось острое чувство противоречия.

- Вы же умная девушка, - нарочито похвалил ее Астафий. – Поговорите с Крисом. Тет-а-тет.

Алена сдержала рвотный позыв, моментально нахлынувший, стоило представить себя наедине с этим отвратительным человеком, и невозмутимо спросила:

- Где? Когда?

- Вот и правильно, - кивнул Лиуфель. – Я сейчас пришлю вам ссылку на место встречи. Завтра, в 12 часов по местному времени, в кафе «У озера».

- Я приду. Всего доброго, - сухо ответила Алена и без предупреждения отключилась. Настроение испортилось настолько, что она забыла даже о приличиях.

Надо продумать наряд пострашнее на завтра, - подумала она, но вместо этого выключила свет и легла спать.

* * *

На следующий день Алена проснулась разбитой и с дурным настроением, но стиснула зубы, включила музыку пободрее и сделала утренний комплекс упражнений в двойном объеме. Подумаешь, Крис, подумаешь, урод, переживет она встречу с ним, не переломится!

После завтрака настроение неожиданно поползло вверх, и она действительно засела за редактор виртуальной одежды, стараясь подобрать что-нибудь, в чем она выглядела бы так же отвратительно, как и этот молодой Лиуфель. Составив несколько страшнючих образов, она совершенно развеселилась и решила: все ерунда, придет в своем стандартном деловом костюме, много чести этому дон жуану – подбирать специально для него наряд, пусть даже и жуткий.

Без пяти двенадцать Алена перешла по ссылке от Астафия и очутилась на пороге кафе «У озера». Оно было оформлено как двухэтажное здание в китайском стиле с террасами, на которых стояли столики и кресла. Даже при беглом взгляде становилось ясно, что эта версия заведения максимально изолирует посетителей друг от друга.

Девушка толкнула темно-красную дверь и очутилась сразу на террасе, как будто телепортировалась. То ли разработчики поленились прописать детали обстановки внутри здания, то ли – что более вероятно – Лиуфель добавил ее в особый список гостей.

Терраса выглядела просторной, внимание сразу же привлекал вид на блестящую в закатных лучах воду озера – несовпадение времени с реальностью тоже говорило о высоком статусе пригласившего ее посетителя. Она проверяла, по умолчанию время в кафе совпадало с временем отеля.

Алена прошла к дальнему креслу, стоящему спиной к двери, и уселась в него, не удержавшись от искушения показать толику презрения хозяину встречи. Но просчиталась: Крис не пришел через дверь, а появился прямо в кресле напротив уже через минуту.

- Здравствуйте, Алена, – вежливо сказал он. В виртуале его аура, вызывающая отторжение, немного сгладилась, и девушка на мгновение даже засомневалась, а не придумала ли она все это отвращение, которое испытывает к нему. Но тут парень покровительственно улыбнулся, и Алена испытала укол точно такого же раздражения, которое вызывала в ней эта самая улыбка во время практики. Никакой ошибки нет, к сожалению…

- Здравствуйте, Крис, - ответила она и замолчала, уставившись на закат, избегая глядеть на собеседника.

Несколько минут они оба молчали, потом мужчина вздохнул и сказал:

- Алена, вы могли бы объясниться?

Девушка перевела на него взгляд и вздернула левую бровь.

- Почему вы сбегаете раз за разом? В чем причина? – пояснил свой вопрос Кир.

- Видите ли, Крис, - начала Алена и замолчала. Слова как-то отказывались находиться, ей было до ужаса неловко признаваться в настоящей причине ее побегов.

- Да? – подбодрил ее Лиуфель.

- Видите ли, Крис, - повторила девушка и отвернулась к озеру, так говорить оказалось проще. – Я с детства мечтала стать пилотом, а это замужество исключает подобную карьеру.

- Вот как, - удивленно произнес Лиуфель. – Но я не собираюсь запрещать вам заниматься любимым делом, как вам пришло в голову такое?

- Разве вы не хотите детей в первую очередь? – повернулась к нему Алена, в груди заворочалось возмущение. – Разве вы не считаете пилотирование слишком опасным занятием для женщин? Разве социальная жизнь не требует от меня появляться в свете каждый месяц?

- Ах вот оно что, - рассмеялся мужчина. – Поверьте, я говорил это только чтобы отговорить самонадеянных дурочек тратить свое и чужое время и деньги впустую. Я говорил это для тех, кто никогда не будет применять полученные знания и навыки на практике. Очень мало женщин на самом деле учатся на пилотов ради того, чтобы потом летать. Многие просто хотят красивый диплом.

- Не мой случай, - мрачно буркнула Алена и внимательно посмотрела на Криса. Может, он не такой противный, как ей казалось? Она обвела взглядом вопросительно изогнутые брови, мутно-зеленые глаза с застывшим в них щенячьим выражением, искривленный нос, узкие губы, выпяченную грудь… Ее прошила волна отвращения, и девушка поспешно отвернулась, чтобы не подать виду. «Да он же в меня влюблен!» - неприязненно подумала она.

- Я знаю, - ласково сказал Крис. – Проблема только в этом? Я могу даже помочь вам с трудоустройством, и…

- Нет, - неожиданно решилась Алена, – проблема не в этом. Просто… Понимаете, Вы мне не нравитесь, Крис.

- Не нравлюсь? – с каким-то детским недоумением переспросил мужчина.

- Да. До отвращения, - закусив губу, призналась девушка.

Лиуфель откинулся на спинку кресла и потер ладонью лоб.

- Серьезный аргумент, - тихо и как-то беспомощно сказал он. – Может быть… Это изменится?

- Нет! – воскликнула Алена и подскочила на кресле. – Это физиология! Я это не контролирую! Мне неприятно находиться рядом, меня тошнит от одного вашего вида! Я пыталась, честно, пыталась справиться с этим на практике, но ничего – ничего! Не сработало!

Крис вздохнул и помотал головой, как будто отряхиваясь.

- Понятно, - обреченно и решительно сказал он. – Не могу и не хочу вас неволить. Причина… достойная. Я разрываю помолвку.

Алена ошарашенно посмотрела на собеседника:

- В самом деле? Так просто?

- А как еще вы хотите? Генетическая несовместимость – это вам не шутки! Встречается редко, но… Знаете, я таки не мазохист! – взорвался мужчина. – Сейчас я вам вышлю ключи и пароли, сможете идти на все четыре стороны! Могли бы не сбегать, а просто и честно объяснить, в чем дело!

- Хм.. Спасибо? – неуверенно протянула Алена. Она не могла понять, как относиться к неожиданному подарку судьбы.

- Да не за что! – с раздражением ответил Крис, сделал несколько движений пальцами, видимо, пересылая данные, и растворился в воздухе.

Сидя за столиком, Алена в прострации смотрела на опустевший диванчик напротив. В груди ворочались противоречивые чувства, поверх которых наслаивалось искреннее недоумение. И… это все? А так можно было? А.. почему она не догадалась сразу? И… удастся ли теперь восстановиться в колледже?

Только через полчаса девушка немного пришла в себя и догадалась отключиться от виртуала. Едва успев снять шлем, она бросилась проверять коды доступа, что выслал Крис. Все работало! Она действительно свободна!

С легким сожалением, которого она сама не могла до конца понять, она покидала вещи в сумку, отключила энергию в номере и покинула отель.

Жизнь была прекрасна? Правда же?

09. Фан Сва'ти

Фан Сва’ти был опытным странником.

Бегло оглядев роскошные интерьеры общей столовой на межзвездном лайнере, он разочарованно вздохнул: время поджимало. Как ни понравилась ему межгалактическая цивилизация – не в каждом мире такое встретишь – но, если он не хотел на досрочное омоложение, пора было «с вещами на выход».

Да и маскироваться под человека уже становилось утомительным.

Он отложил в сторону вилку, промокнул рот салфеткой и включил экранирующий купол – негоже местным рассматривать, как он растворяется в воздухе. Несмотря на все свои потрясающие технологии, к такому зрелищу они, все-таки, морально не готовы. Потом, почти сожалея об уходе, расправил запястные манжеты и сложил из них свою личную фигуру возвращения – перед очередным путешествием неплохо бы заглянуть домой.

Ничего не случилось.

Недоумевая, Фан Сва’ти попробовал другую комбинацию родного мира – можно же и к друзьям наведаться, давно не виделись.

Ничего.

Другая комбинация, на этот раз для мира, в котором он провел незабываемые месяцы несколько лет назад.

Ничего.

Экстренная комбинация для эвакуации.

Ничего.

Случайный набор жестов, не имеющий никакого смысла, просто чтобы попробовать хоть что-нибудь.

Ничего.

Легчайшее колебание манжет для телепортации в соседнюю комнату.

Ничего.

Недоумевая, Фан Сва’ти, наконец, прекратил бесплодные попытки и вместо этого прислушался к миру.

Вдалеке, на противоположном краю галактики, на грани осязаемости, росло неведомое напряжение. Обычно – обычно! – такого рода вещи никак не влияли на перемещения – слишком уж велико расстояние.

Но больше никаких аномалий он попросту не заметил.

Фан Сва’ти нехотя отключил экранирующий купол и подключил честно стыренный коммуникатор местных, который собирался разобрать дома на запчасти, к местной же информационной сети. Придется поискать, как добраться до непонятного явления на медлительном транспорте Галаксии. Хорошо бы в ту сторону хоть какая-то попутка нашлась.

В груди разгорались легчайшие искорки злости. Каким бы опытным странником Терек ни был, в подобной ситуации он оказался впервые.

* * *

Совмещать свои ощущения с картой местных оказалось довольно-таки муторно: дикие они у них какие-то, неудобно пользоваться. Фан Сва’ти вертел голограмму галактики так и эдак, и лучшее, чего ему удалось достичь – это ограничить сферу поиска диаметром в пару сотен световых лет. Печально было только, что вся она лежала в области, занятой другой цивилизацией, с которой официальных транспортных сообщений не нашлось.

Краем уха Фан Сва’ти слышал, что люди – в чьей империи он сейчас находился – могут вскоре начать войну с кригами – расой, на территории которой и произошло загадочное возмущение. Это было, конечно… печально. Хорошо, что прибор, позволяющий запудривать мозги инопланетянам, продолжал работать как часы, да и магия – что удивительно – тоже его не покинула.

Он пытался вспомнить, слышал ли хоть где-то о случаях, когда телепортация – естественное свойство организма тойри – вдруг переставала работать, и не находил в памяти ровным счетом ничего.

Да, мечтал он в детстве стать первооткрывателем, но что это сопровождают такие сложности… До сих пор ему не приходило в голову.

Комфортный лайнер пришлось покинуть на первой же остановке: лететь ему было совершенно в другую сторону. Кроме того, пришлось сфальсифицировать местное удостоверение личности, только чтобы легально сойти на орбитальную станцию, что привело его в состояние крайнего раздражения: до этого на борт космических кораблей и обратно он попадал самым привычным способом, и необходимости создавать поддельные документы не видел. Как неудобно жить без телепортации!

Мало того, чтобы добраться до места, даже по империи людей надо было сделать несколько пересадок. «Дикари!» - взбешенно прошептал себе под нос Терек, забраковав очередной маршрут, который предлагал ему коммуникатор.

К сожалению, прошептал он это на родном языке, и его услышали – как назло, потерял осторожность он посреди толпы в зале ожидания.

- Простите, что вы сказали? – переспросила миловидная девушка в какой-то явно форменной одежде, принадлежность которой Фан Сва’ти не разобрал. Миловидная для человека, конечно же – отсутствие воротника здорово портит очертания лица, как на калеку какого-то смотришь. Терек, не ожидавший от себя такой внезапной вспышки ксенофобии – как бы он выживал в своих странствиях, спрашивается, с такими-то реакциями, - присмотрелся к девушке внимательнее… И его осенила идея.

- Транспорт ужасен, - легким импульсом включив амулет-переводчик, сказал он и вежливо улыбнулся. – Неожиданно понадобилось добраться до другого края галактики, но туда самое меньшее семь пересадок. Ненавижу пересадки!

- Как я вас понимаю, - улыбнулась в ответ девушка. – Сама терпеть их не могу, никогда не знаешь, что случится. Есть хорошая альтернатива – нанять частного пилота. Дорого, но быстро и удобно.

- Если бы я знал лично хоть одного! – подчеркнуто эмоционально воскликнул Терек. – Объявлениям в сети доверять не привык, знаете ли.

- А куда, говорите, вам надо? – заинтересовалась девушка. Фан Сва’ти почувствовал, как напрягаются линии вероятности – оказавшись без привычного способа перемещения, он неожиданно заметил за собой обостренную внимательность к этим, обычно вспомогательным, ощущениям.

- В систему Мейнира, - удрученно вздохнул он. – Не ближний свет, сами видите.

- Надо же, какое совпадение! – поразилась девушка. – Мне немного дальше, но с остановкой в Мейнире. Я Алена, кстати.

- Дерек, - переиначил на местный манер свое имя Фан Сва’ти. – И каким же способом вы перемещаетесь, Алена?

- На личном корабле, - с явно слышимой гордостью ответила девушка. – Возвращаюсь после отпуска.

«Непростая особа», - подумал про себя тойри. – «Личный звездолет, надо же».

- И что мне нужно сделать, чтобы оказаться на борту? – спросил он вслух, и почувствовал, как его будущее смещается. Надо же, легендарная развилка судьбы. Его охватило предвкушение хорошего приключения, и он постарался мысленно транслировать его Алене, чтобы не потерять так неожиданно подвернувшуюся возможность.

Похоже, подействовало: глаза девушки зажглись азартом, как будто она собиралась вот-вот нарушить какое-то особенно надоевшее ей правило.

- Сто тысяч монет, и я с удовольствием подвезу вас до любого порта в системе Мейнира.

- Идет, - кивнул Терек. Одним ограбленным банком больше, одним меньше… Не все ли равно!

* * *

Только проведя на борту так неожиданно найденной попутки двое суток, Фан Сва’ти наконец узнал, что за правило нарушала девица, оказавшаяся пилотом. Немного подслушивания, немного подглядывания, немного магических трюков – и он выяснил, что Алена… За неимением адекватного перевода он решил считать, что служит в армии, хотя, конечно, никакая это была не армия, а другая структура, военизированная только наполовину – и ей категорически запрещалось заниматься частными перевозками. Причину такого странного запрета он не понял, но тот действительно существовал.

Скорее позабавленный вскрывшимися подробностями, Терек решил немного пофлиртовать с Аленой «на будущее» - обычно такие авантюристы среди местных оказывались самыми полезными контактами, а кто знает, когда еще он окажется в этом мире. Он даже запомнил генетический маркер девушки – чтобы, когда способность телепортироваться к нему все же вернется, можно было перемещаться к ней напрямую.

Заходить слишком далеко в своих заигрываниях Фан Сва’ти, впрочем, не собирался. К концу недели он с удивлением осознал, что и Алена тоже находит его общество приятным скорее по-дружески, в критические моменты вежливо отстраняясь и тормозя сближение. Вскоре между ними установилось своеобразное молчаливое понимание в этом вопросе – они как будто танцевали понятный только им танец, не переходя ясно ощущаемых обоими границ.

Даже без пересадок, через самые дальнобойные врата, полет занимал десять дней. К концу этого срока Терек в одном из разговоров вытянул из девушки признание: оказывается, она после Мейнира собирается в империю кригов на разведочный полет. Поразившись беспечности, с которой она выдала ему такую ценную информацию, он решил пойти ва-банк и открытым текстом попросил провезти его туда.

Следующее, что он осознал: он лежит связанный по рукам и ногам на чем-то жестком, в абсолютной темноте, абсолютно голый не только в смысле одежды, но и в плане иллюзий, скрывающих «лишние» конечности.

«Вот и допрыгался», - ехидно подумал он про себя. Его разбирало неуместное веселье. Опасности он не чувствовал никакой: для применения базовой магии достаточно было нескольких движений воротника, а его-то зафиксировать никто не догадался. Да и кто бы до этого додумался, учитывая, что он вообще первый тойри в этом мире? Вселенная бесконечна, в конце-то концов.

Терек с любопытством принялся ждать, когда объявятся его «похитители». Он уже понял, что на чем-то прокололся, но, поскольку редко бывал в технических мирах, не имел ни малейшего представления, на чем. По старой привычке он считал, что расколовшее его существо действительно достойно дружбы (что применительно к тойри частенько означало «похитить при первом удобном случае с целью погулять по мирам в приятной компании»), и даже временное отсутствие базовых способностей ничего тут не меняло. Маркер-то он уже и без того запомнил!

Прошло долгих два часа, Фан Сва’ти уже начал подумывать, не стряхнуть ли временно путы, чтобы размяться, как тут потолок зажегся мягким желтым светом, а дверь в отсек с тихим шипением отворилась. Терек не мог видеть, кто именно вошел, но чувства опытного странника обмануть сложно: Алена и какой-то незнакомый мужчина.

«Начинается», - обрадовался тойри и слегка пошевелил воротником – просто так, от возбуждения.

- Да что ты такое! – разобрал он недоуменное бормотание Алены, которое услужливо перевел так и не обнаруженный местными амулет, предусмотрительно вшитый в тело «на всякий случай», и счел разумным повернуть голову на голос. Помимо прочего, ему хотелось увидеть реакцию людей этого мира на оранжевые радужки. Во многих магических реальностях этот цвет глаз почему-то приписывали демонам, но технические-то не должны страдать подобным!

- А гляделки-то похожи, - холодно заметил мужчина – почти неприлично высокий, черноволосый, мускулистый, в сером форменном костюме… Не хотел бы Терек схлестнуться с ним в рукопашной драке. Ему, впрочем, и не предлагали.

- Похожи на кого? – нагло переспросил он, разворачиваясь всем телом. Становилось все любопытнее.

- При первой встрече он говорил на своем наречии, - сухо прокомментировала Алена. Мужчина ощутимо напрягся и, Терек явственно это увидел обострившимся чутьем на вероятности, уже начал движение на выход с одновременным включением какой-то гадости. «Хорошая реакция», - констатировал Фан Сва’ти и шевельнул воротником в обездвиживающем жесте.

Мужчина в форме забавно напрягся, явно пытаясь активировать какой-то прибор движением зрачков, но обездвиживание тойри – это вам не шутки, блокируются все сознательные движения… иногда, с индивидами, привыкшими дышать сознательно, это заканчивается… разного рода недоразумениями. Обычно все выживают, впрочем.

Терек медленно поднялся, отбросил в сторону изрядно надоевшие путы и картинно потянулся.

- Так на что там похожи мои гляделки? – делая вид, что абсолютно равнодушен к собственной наготе, лениво спросил он.

Мужчина забавно завращал глазами. Видимо, действительно пришел в ярость и перестал контролировать микродвижения. Алена выглядела мрачно.

- Не нравлюсь? – с улыбкой спросил ее Фан Сва’ти, и из чистой вежливости сотворил иллюзию укрывающей его простыни. – Так лучше?

Девушка закатила глаза, а Терек почувствовал, что становится скучно.

- К сожалению, не могу позволить вам говорить, не разобравшись, что вы можете включить голосом, - прокомментировал он, начав расхаживать вдоль стены, чтобы размять ноги. – Технические миры – такая морока!

Он с удовольствием заметил, что глаза мужчины выпучились. Сообразительный! Алена же, наоборот, стала несколько задумчивой. «Авантюристка, - подумал тойри, - точно же планирует разузнать, что за миры и как туда попасть. Наш человек».

- Позвольте представиться – полномочный посол империи ТенКи, - он на пару мгновений отключил переводчик и произнес на родном наречии, - Терек Фан Сва’ти.

О том, что тойри по умолчанию становились полномочными послами родной империи в мирах, в которых присутствовали в единственном числе, он, конечно же, не стал распространяться. Тем более что он, в отличие от многих, мог считаться послом и в более населенных местах. Не любил только это дело обычно. Морока!

Глаза мужчины выпучились еще больше, хотя, казалось бы, куда уж.

- Мне нужен транспорт до империи кригов, - снова включив переводчик, продолжил Терек. – Я думал добраться туда инкогнито, но…

Он неопределенно обвел рукой унылый отсек.

- Оказался тут.

Почувствовав, что монолог начинает его утомлять, Терек, наконец, сделал то, с чего, по-хорошему, стоило начинать: сложную серию магических жестов манжетами и воротником, одновременно изолирующих этот отсек от остального корабля и устанавливающих здесь автономный микроклимат. Такая морока эти звездолеты, висящие в космосе!

- Теперь вы можете говорить, - вежливо сообщил он, ослабляя обездвижение.

- Девять! – тут же выкрикнул мужчина. Ничего, естественно, не произошло.

- Ваши приборы считают, что на месте этого отсека образовался вакуум, - прокомментировал ситуацию Терек.

- Где находится империя ТенКи? – с любопытством спросила Алена.

- О, - озадаченно пробормотал Терек. – Примерно в двухстах стандартных прыжках от текущего мира в сторону центра, я полагаю. Вы уверены, что хотите получить точный ответ?

- С какой целью вы прибыли в нашу империю? – задал более практичный вопрос мужчина.

- Туризм, я полагаю, - пожал плечами Фан Сва’ти. – Кажется, так вы это называете.

- То есть, вы – посол в империи кригов? – продолжала интересоваться Алена.

- Нет, конечно, я и не был-то там никогда, - возмутился Терек и картинно приосанился, а потом махнул рукой. – Я посол в вашей ветви миров.

- А где ваше посольство? – не унималась девушка. Высокий мужчина бросил на нее предупреждающий взгляд, но его полностью проигнорировали.

- Не счел нужным его устанавливать, - туманно ответил Фан Сва’ти. – Давайте вернемся к насущному. Что вы хотите в обмен на то, чтобы подбросить меня к кригам? Не хотелось бы применять насилие, знаете ли.

Повисла неловкая тишина.

- Мы не уполномочены принимать подобные решения, - наконец произнес мужчина. И тут Терек почувствовал, что его заклинание пытаются взломать извне. Надо же!

- Куда вы меня перенесли? – немедленно спросил он, одновременно усиливая подачу магии на изолирующий контур. – Это явно не звездолет Алены.

- Мы на внешней базе Института Дальней Разведки, - после обмена взглядами со своим напарником ответила Алена.

- Замечательно! – воздел руки к потолку Терек. Придется все-таки заниматься посольской работой. Как же он ее ненавидел!

* * *

Конечно, аборигены не поверили ему сразу.

Не поверили они ему и через неделю, и через две. Если бы не магия, разобрали бы его на атомы, чувствовал Терек эмоции в направленных на него взглядах, когда прогуливался мимо местных по вполне приличной для висящей в космосе жестянки оранжерее. Магические щиты приходилось носить, не снимая и на ночь, и от перенапряжения он даже начал базовые процедуры подготовки к досрочному омоложению. Все равно заняться большую часть времени нечем, а отвертеться от неприятной серии ритуалов теперь точно не получится.

Как-то раз, когда он сидел и медитировал, пытаясь локализовать источник уже поутихших возмущений «неподалеку», которые, предположительно, и привели к тому, что он больше не мог телепортироваться, к нему в отсек постучались. После нескольких недоразумений аборигены все же приучились проявлять вежливость и не пытались больше вломиться силой.

- Войдите, - передал свой голос во внешний коридор Терек, одновременно разблокировав дверь.

На пороге появилась целая делегация: пятерка мускулистых рослых мужиков в черной форме окружали невысокого, коренастого парня в парадном мундире высшей аристократии Галаксии.

«Придется работать», - почувствовал Фан Сва’ти и поднялся на ноги.

- Его Высочество ненаследный принц Максимилиан, - провозгласил щуплый мужичок слева, которого Терек заметил только сейчас.

- Добрый день, - наклонил голову принц, его светлые волосы от этого движения даже не шелохнулись.

- Добрый, - отозвался Терек, лениво вспоминая, что он читал про этого Максимилиана в прессе. Персона была не самая распиаренная, несмотря на работу в сфере дипломатии – последнее, только если верить официальным источникам. Фан Сва’ти склонялся к мысли, что этот принц – глава какой-нибудь разведслужбы. – Прошу садиться, - решил пустить пыль в глаза он и материализовал в углу стол и пару кресел, подчеркнуто проигнорировав охранников и глашатая.

- Благодарю, - даже не дрогнул от демонстрации возможностей принц и выбрал место спиной к стене. Терек пожал плечами и сел в оставшееся кресло.

- Напитков, извините, предложить не могу, - начал светский разговор тойри. – Не запасся человеческими вариантами, к сожалению, а формул готовых нет.

- А разве вы не можете телепортировать к себе предметы на расстоянии? – как бы продолжил тему неудобным вопросом принц.

- Это было бы грубо, - вежливо улыбнулся Терек, не давая прямого ответа.

Следующие два часа оказались по-настоящему выматывающими, как, впрочем, и всякая дипломатическая встреча. Приходилось следить за каждым произнесенным словом, выискивая подтексты и одновременно стараясь запутать собеседника и не выдать нечаянно какой-нибудь существенной информации. Фан Сва’ти чувствовал, что его пока всего лишь прощупывают. Кроме того, он ощущал подозрительные колебания энергии снаружи отсека, как будто, пользуясь случаем, его сканировали на всех диапазонах.

Это, впрочем, не произвело на него особого впечатления. Надо дать местным какую-то пищу для размышлений, иначе договориться потом будет необычайно сложно.

- И все-таки, хотелось бы узнать, каковы интересы империи ТенКи в нашем секторе галактики? – в очередной раз перефразировал свой вопрос Максимилиан, на этот раз выразившись достаточно прямо.

- Туризм, я полагаю, - флегматично ответил Терек сущую правду. – Виды у вас, признаться, впечатляющие. Максимилиан, позвольте сказать откровенно, наша империя слишком далека от вашей. Позволить себе такую дальнюю поездку могут хоть и немногие, но состоятельные граждане. Говорить о совместном бизнесе, поверьте, рано. Я могу заверить вас, что территориальных претензий мы в этом районе не имеем никаких. Поверите вы или нет – ваш выбор.

- Зачем же империя ТенКи отправила к нам посла? – перешел к сути дела принц.

- Я в отпуске, - не моргнув глазом, соврал Терек. – Мое посольство находится очень далеко от вашей галактики, Максимилиан.

Следующие два часа ненаследный принц Галаксии ненавязчиво пытался выяснить, на каком транспорте прибыл многоуважаемый посол. Не похоже было, чтобы его утомлял этот разговор, с течением времени – с полного одобрения тойри – все больше походящий на допрос.

И он, наконец, дождался: местный дипломат-разведчик все-таки озвучил настоящую причину своей озабоченности.

- Но как вам удалось преодолеть завесу мира в собственном теле? – прямо спросил он.

Терек чуть не выпучил глаза от удивления. Так, выходит, здесь практикуют обмен телами! А он бы никогда не догадался, что такая откровенно магическая деятельность может получить распространение в мире технической направленности!

- Как обычно, - сдержав эмоции, сухо ответил он. – Тойри путешествуют между мирами исключительно в собственном теле. Иные варианты считаются… неприличными.

- При помощи магии? – слегка подался вперед Максимиллиан.

«Начал уставать», - констатировал про себя Терек.

- При помощи врожденных особенностей расы, - не счел нужным скрывать он. – Насколько мне известно, в вашем мире других представителей моего народа сейчас нет.

«И не было никогда, - добавил Терек про себя. – Уж это-то я могу гарантировать».

Глаза принца возбужденно заблестели. Он, очевидно, представил себе технологию путешествия между мирами в собственном теле, и уже мысленно разбирал Терека на запчасти для того, чтобы выяснить подробности.

К сожалению, сила пока была не на его стороне.

Впрочем, и не на стороне Фан Сва’ти тоже.

Следующие две недели прошли в ожесточенных переговорах, в конце которых Терек, наконец-то, очутился на борту небольшого разведчика, управляемого – сюрприз, сюрприз, - его старой знакомой Аленой. Направлялись они во вполне определенную солнечную систему – как заявляли люди, совершенно ничем не примечательную – которую Фан Сва’ти, путем долгих мучений, таки определил как источник возмущений.

* * *

Разведчик, скрытый, кроме штатных технических средств, еще и пологом невидимости в исполнении тойри, второй день висел напротив одной из лун второй планеты искомой солнечной системы.

Терек и так, и сяк пытался локализовать источник возмущений, но по-всякому выходило, что он под поверхностью планетоида, на орбите которого они зависли, и шансы попасть внутрь без телепортации и без боя стремились к нулю.

На первый взгляд система казалась заброшенной, да и пригодных для кислородной жизни планет не имела, но Терек отлично чувствовал: где-то в районе астропаузы висят врата, и используются они не сказать чтобы редко.

От нахождения в непосредственной близости от источника возмущений мурашки пробегали по коже. Но в чем причина неприятных ощущений, от которых норовил встать дыбом воротник, тойри определить не мог, пока причина всех его неприятностей оставалась неактивной.

К счастью, на третий день ему повезло: непонятное «нечто» на несколько секунд пришло в рабочее состояние.

И Терека, наконец, осенило: постоянная Кирби! Источник возмущений влияет на постоянную Кирби!

Не удивительно, что он так долго не мог разобраться, что к чему: постоянная на то и постоянная, чтобы… быть постоянной.

Или… нет?

К счастью, теперь он знал, что делать, чтобы снова обрести возможность прыгать, как угодно.

Конечно, мышцы воротника, отвечающие за удержание постоянной Кирби, не так-то просто переучить на измененное положение, но Фан Сва’ти был действительно талантливым странником. Для него это было вполне возможным трюком.

Через неделю, чувствуя себя клоуном от непривычной позиции малого гребня, он, наконец-то, прикрытый щитами, прыгнул по координатам источника возмущений.

Надо же было выяснить, что именно так необратимо изменило мир.

Несколько дней тойри провел, наблюдая за секретной лабораторией кригов, притаившейся под поверхностью планетоида, пытаясь разобраться, что же тут происходит.

Криги оказались любопытной расой: во-первых, рептилоиды, что крайне редко встречается в одной галактике с людьми (Терек сразу заподозрил хаотические миграции, которые рано или поздно обнаруживались в каждом таком случае), а во-вторых, они были полностью и совершенно магически имунными, а значит – с 99,99% вероятностью коренными жителями мира.

Впрочем, чего только не бывает на просторах бескрайней Вселенной.

В бешенство тойри привело совершенно другое: предмет исследований лаборатории.

Абсолютно техническими способами, не затрачивающими, вдобавок к этому, чрезмерных энергий (один-единственный плазменный реактор, питающий все эксперименты, право же, не в счет) – криги построили не много, не мало, а прототип машины времени.

Машины времени!

Использовать ее они, вдобавок ко всему, собирались самым примитивным способом: в войне против людей. Это Фан Сва’ти выяснил, попросту подслушав разговоры тут и там – администрация лаборатории в обсуждениях планов не стеснялась совершенно.

Первое же включение пресловутого прототипа сдвинуло ВЕСЬ мир на полсекунды относительно общего для их родного скопления миров временного потока, выдергивая его далеко за пределы исследованной тойри в ходе миллионнолетней истории существования расы окрестности Вселенной.

Да так и не вернуло обратно.

Последующие включения оказались совершенно безрезультатными, да и неудивительно: они проводились уже при другой постоянной Кирби! Всю схему надо было переделывать, но достойной теории, опираясь на которую, это можно было бы сделать, у рептилоидов не существовало и в зародыше.

Машина времени!

Ненависть к самому явлению тойри впитывали, если можно так выразиться, с молоком матери.

Любое применение подобного артефакта бесследно стирало с лица Вселенной бесчисленное количество соплеменников!

Возможно, - охваченный острой ненавистью Терек все же не потерял до конца рассудительности, – возможно, виной всему как раз изменения пресловутой постоянной. Может быть, трагически утерянные жизни все же сохранились где-то… когда-то, будет, вероятно, точнее.

Он слегка пошевелил обычно закостеневшим у взрослых тойри в одном положении малым гребнем и задумался.

Стоило сообщить людям о своем открытии. Пусть сотрут в порошок этих нечестивых рептилоидов! Они и так на грани конфликта, вот пусть и… сгинут в огне.

Контролировать кровожадные порывы оказалось действительно трудно.

В то же время, колонизировать этот мир силами регулярной армии было бы слишком… затратно: далеко, муторно, да еще и пойди найди среди солдат таких, кто способен быстро адаптироваться к изменчивости самого надежного, в восприятии современных тойри, параметра перемещения.

С другой стороны… Стоило направить в этот мир хотя бы одну исследовательскую экспедицию.

Пусть построят достойную теорию для всего процесса.

Ведь, в сущности, какие перспективы!

«Всего лишь одна бесконечность неисследованных миров помножится на другую бесконечность», - вздохнул про себя Терек, прикидывая возможные последствия. С другой стороны… Найти пропавших сородичей – чем не цель?

Напоследок он не удержался и соорудил из подручных материалов самый простенький гаситель телепортации и оставил его в десятиминутной непроницаемой сфере в энергетическом отсеке. Как известно, оказавшись в поле гасителя, плазменные реакторы тихо и мирно сворачиваются в черную дыру. Пусть проклятые рептилоиды считают, что доигрались со своими экспериментами!

С такими мыслями он и переместился обратно на корабль Алены.

- Я выяснил кое-что интересное для Вашего начальства, - сухо сообщил он девушке. – Но нам надо немедленно покинуть данную солнечную систему. Скоро тут станет… неуютно.

- За час рассчитаю малый прыжок, - откликнулась Алена.

Терек поморщился. Чем он думал, настраивая сферу на десять минут… Известно, чем, привитыми на последней войне стандартами. Проклятые рефлексы.

- Хорошо, я Вас подброшу, - наконец, решил он. Скрывать свои подлинные возможности, учитывая эксперименты местных с машинами времени и то, что придется и в самом деле открывать в этом захолустье реально действующее посольство, становилось местами даже опасным. – Только корабль, к сожалению, придется бросить. Не запасся генератором энергии, простите.

С этими словами он приобнял девушку за плечи и прыгнул на базу Института Дальней Разведки.

На то, чтобы договориться с местными об основании посольства, ушел месяц. Все это время Терек с удовольствием наблюдал за растущим напряжением между кригами и людьми, находящим причудливое, но вполне понятное отражение в местных новостях. Война была не за горами, а уж он-то позаботится, чтобы люди ее выиграли.

Наконец, пришло время отправляться в путь.

* * *

Фан Сва’ти сложил привычную фигуру при помощи запястных манжет и нерешительно пошевелил воротником. Он не был уверен, правильно ли рассчитал направление, в котором эти кретины сместили собственную Вселенную. Машина времени, ха!

За прошедший месяц он успел несколько остыть в своей ненависти.

Поколебавшись между тремя наиболее вероятными вариантами поправок, он решил не пороть горячку, а сначала сделать несколько разведочных прыжков – совсем как в детстве, когда только привыкаешь ощущать координатную сетку и то и дело попадаешь в разные странные места. Как и у любого тойри, воспоминания об этом младенческом периоде у него были самые смутные, но все же какие-то обрывки ощущений тех времен сохранились. Это, собственно, и определяло его как неплохого странника. Те, кто совершенно забывал основы, обычно не рисковали выходить за пределы родного мира.

Вздохнув, он включил самое надежное из своих устройств на запись и сместился. Раз, другой, третий…

После первой сотни прыжков он завис в космосе рядом с окруженной искусственными спутниками голубой планетой. В принципе, все ему уже было понятно, единственно только, комбинация для возвращения в родной пучок миров – он решил называть миры с одинаково направленным потоком времени пучком по праву первооткрывателя – была несколько неудобная, настоящая акробатика, право.

Разминая воротник легкими движениями модифицированной под изменения положения малого гребня детской зарядки, он присматривался к примитивным космическим аппаратам – особенно убогим после галактической цивилизации, но, тем не менее, любопытным. Если считать, что мир Галаксии отклонялся теперь от пучка родных ему миров на полсекунды, этот мир находился ровнехонько «с другой стороны» - те же полсекунды, но условно вправо, а не влево.

Сбросив нервное напряжение, он решил, наконец, возвращаться домой и.. выругался в голос. За то время, что он приходил в себя, мир взял и.. тоже сместился!

Они охренели с этими машинами времени?

Он прислушался к миру. Источник колебаний находился прямо на планете под ним. Мало того, это было именно колебание – за то время, что он переваривал новости, мир вернулся в ту точку, из которой «мигнул»!

«Это какая-то совершенно новая физика», - матерными словами подумал Фан Сва’ти.

После чего второй раз за последний месяц сбросил на орбиту то, что, как он думал, никогда ему не пригодится, но что он, как любой честный странник, всегда носил с собой во всех своих путешествиях – маяк первопроходца, который будет, во-первых, передавать импульсные сигналы «я тут» на весь – весь! – спектр ближайших миров, а во-вторых, будет излучать кодовую комбинацию «мир под протекторатом Империи ТенКи», после чего вздохнул, и…

Переместился, наконец, домой.

Надо отдохнуть перед тем, как вернуться для изучения, что за придурок расшатывает родной мир.

Но что особенно приятно - император теперь ему будет должен за беспрецедентное расширение сферы влияния империи. Пусть кузен попляшет, пытаясь сообразить адекватную ответную услугу!

13. МакДугалл

Шерави МакДугалл рассеянно шагал по извилистому коридору новенького посольства, в большой спешке выстроенного на орбите Геварни всего полгода назад, и думал, как хорошо было бы сейчас увидеть Нину и провести с ней приятный вечерок. К сожалению, эта его командировка не предполагала никаких отъездов «по личным делам» до самого отпуска, который еще когда будет – неизвестно. Форс-мажор, видите ли, работы не продохнуть.

Конечно, узнав о новоявленной расе из другого мира, он вцепился в возможность поработать в их посольстве руками и ногами, предвидя взлет карьеры, но все же без любимой женщины было… одиноко.

«Сейчас бы колбаски копченой», - неожиданно услышал он странно вибрирующий голос откуда-то из-за поворота в направлении к личным комнатам тойри – тех самых иномирцев.

Это его весьма озадачило. Насколько он знал, здесь как раз располагался пост охраны, на котором постоянно дежурила пара солдат, но чтобы они такие разговоры вели от скуки? Странно.

Он сделал два шага по красному ковру и выглянул за угол. Перед ним открылся вид на песочного цвета стены, обрамляющие массивный шлюз, отделяющий от общего пространства посольства корпус тойри.

Солдат стоял на посту совершенно один. Сам с собой он разговаривает, что ли?

«Или нет, лучше креветок отварных. Красненьких, сочных, соленых», - раздался тот же голос. Солдат тем временем – Шерави следил во все глаза – губами даже не пошевелил.

Как странно.

МакДугалл сделал шаг назад и задумался. Насколько он знал, псионических способностей у него ноль целых шиш десятых, и императорским проверяющим доверять в этом вполне можно. Тогда что это за явление такое?

«Куда этот Рик запропастился, сколько можно ждать», - тем временем продолжал голос из-за поворота. Шерави прислушался, но больше никаких реплик голос не подавал. МакДугалл даже снова выглянул из засады – но нет, солдат никуда не делся, все так же стоял на страже. Только мысли его почему-то пропали.

Кстати сказать, разве он не читал в книге по псионике, что люди думают вовсе не правильно построенными фразами и не голосом? Шерави никогда не слышал чужих мыслей и поэтому не мог сказать, насколько это правда, но по своей собственной манере размышлять был склонен поверить учебнику. Разве что он иногда озвучивал про себя то, что собирался сказать. Но солдат стоял на посту в одиночестве и думал такое, что вряд ли хотел произнести вслух. Или?

Шерави решительно вышел из-за поворота и направился к солдату, намереваясь расспросить его как следует о жизни, о службе. И тут непонятный голос снова заговорил: «О-па, важная шишка идет. Пропускать? Не пропускать? Посол никаких указаний не оставил. Где носит этого Рика, когда он нужен!»

МакДугалл состроил невозмутимое выражение лица и прошел мимо поста в сторону развилки, уводящей к залу совещаний, как будто так и собирался с самого начала. Вслед ему летело облегченное: «Как хорошо, не надо думать!»

Примерно сутки после этого случая ничего подобного с ним не происходило, и он уже было расслабился. Зря.

На вечерней пресс-конференции, на которую собрались представители самых влиятельных сетевых изданий Галаксии, его неожиданно оглушил поток разнообразных высказываний, сливающихся в общий вибрирующий гул.

«Невозможно! – подумал он, борясь с иррациональным желанием заткнуть уши руками, - Мы же в сети собрались, псионик никогда не ощутил бы мысли через виртуальный аватар!»

В какофонии смешивающихся друг с другом голосов он не мог разобрать ни одного слова, реально произнесенного вслух.

- Минутку, пожалуйста, - заставил себя выговорить он и сосредоточился. Чем бы это ни было, это свойство его собственных мозгов, оно должно поддаваться желаниям! Передавать пресс-конференцию помощнику было решительно невозможно: во-первых, напортачит, во-вторых, начальство бдит и лишние вопросы с его стороны ему не нужны. Он изо всех сил представил, что собравшиеся замолкают, ошарашенные чем-то… да хоть голым Серго де ла Ноктисом, половина собравшихся – дамы и явно пускают на атлетически сложенного принца слюни!

Образ мелькнул в сознании и исчез, гул голосов оборвался так же внезапно, как и появился, но на этом ничего не закончилось: глаза присутствующих дам стали донельзя озадаченными, как будто они действительно увидели предложенную подсознанием Шерави картинку. На лицах некоторых мужчин появилось шокированное выражение – на удивление, не на всех. МакДугалл решительно отогнал шальные мысли о том, в чем причина такой разницы в поведении мужчин, и решительно сказал:

- Продолжим.

К счастью, до окончания пресс-конференции ничего непредвиденного больше не произошло, и даже до утра следующего дня Шерави дожил совершенно спокойно. Впоследствии он вспоминали эти последние тихие часы с ностальгией.

Начиная с субботы, двадцать второго червеня 10279 года – МакДугалл тщательно выделил дату в личном дневнике красной окантовкой – его жизнь изменилась необратимо.

Отныне, куда бы он ни пошел, он слышал краткое резюме мыслей окружающих его людей, озвученное по большей частью их собственными голосами, слегка почему-то вибрирующими. Он категорически отказывался верить, что решительно все вокруг думают грамматически правильными законченными предложениями, очень похожими на манеру письма его секретаря, к рефератам которого на разные темы он привык за последние десять лет работы в пресс-службе. Больше было похоже, что неизвестная способность просто подает ему краткую сводку событий в чужих головах в той форме, которую он предпочитал больше всего.

Не в силах больше отключить подозрительные способности по щелчку пальцев, МакДугалл взял разрешенные три дня больничных, заперся в своих покоях и принялся бродить по сети: как он успел уже понять, расстояние не было препятствием для этой… магии, иначе и не назовешь – главное было видеть источник мыслей.

За эти три дня Шерави побывал на самых разнообразных форумах Галаксии, начиная с самых безлюдных и наращивая количество присутствующих онлайн аватаров по мере того, как постигал тонкости управления даром. К исходу третьего дня голова его гудела от информационной перегрузки, но он таки сумел договориться с неведомой способностью о небольших послаблениях: теперь озвучивались мысли только тех, на кого он смотрел в упор. В случае чего, можно было прикрыть глаза и продолжить общаться, как ни в чем не бывало – конечно, все еще неудобно, но хотя бы ошеломляюще широкий ранее поток информации удалось сузить до приемлемого ручейка.

На работу после «больничного» он вышел с черными кругами под глазами и впалыми щеками и даже удостоился вопроса начальства о том, не стоит ли ему «поболеть» еще пару дней. Решительно отказавшись, он принялся разгребать завалы, накопившиеся за время его отсутствия.

И вроде бы все вошло в привычную колею – он даже приспособился чаще встречаться в сети с разными значимыми персонами, чтобы выудить из их потока сознания ценную информацию и использовать ее в рабочих интересах впоследствии – когда пришел его черед дежурить на «столе переговоров» с тойри.

Встретившись взглядом с оранжевыми глазами инопланетянина, в которых мелькали красноватые искорки непонятного происхождения, ранее ему невидимые, он внезапно почувствовал, что проваливается в какую-то очень странную реальность.

Все вокруг было пронизано полупрозрачными нитями, ведущими не только за пределы комнаты, но и, казалось, за пределы станции и даже – он был четко в этом уверен – далеко за пределы мира. Эти нити тут и там пересекались друг с другом, образуя в месте пересечения разноцветные искры; где-то вдали ощущались особым образом отмеченные точки. Он вдруг почувствовал, что мир как будто обрел дополнительное измерение, он видел самого себя одновременно изнутри и снаружи, и это зрелище было тошнотворно завораживающим; он оглядел людей вокруг, и все они оказались такими же, одновременно видимыми изнутри и снаружи. От этого зрелища голова закружилась; перед тем, как потерять сознание, он успел перевести внимание на фигуру тойри и поразиться, что в этом новом четырехмерном пространстве она ничуть не изменилась, никакой перспективы «снаружи и внутри», все такое же сухощавое высокое тело с причудливыми радужными воротником и манжетами, и полупрозрачные нити вокруг него как будто концентрировались, пытаясь…

Попытки осознать увиденное его доконали, и на голову как будто опустилась тихая пушистая темнота, уютно обволакивающая перегруженные чувства.

Следующее, что он осознал – он лежит на чем-то мягком, а в нос шибает резкий противный запах, от которого вокруг разгорается свет.

Немного придя в себя, он приподнял голову и открыл веки, тут же встретившись взглядом с серьезными оранжевыми глазами, в которых на этот раз не было заметно никаких подозрительных искр.

- Я искренне прошу прощения, - раздался негромкий баритон посла Вен Го’дри, говорящего на безупречном галакси, что, как всегда, озадачивало. – Это моя неосторожность.

- Ничего страшного, - сама собой вылетела вежливая фраза изо рта Шерави. – Могу я поинтересоваться, что это было?

- Это еще предстоит выяснить, - уклонился от прямого ответа тойри. Согласно кратким методичкам, составленным по результатам изучения собранных об этой расе сведений за время недолгого контакта с ними, уклончивость так или иначе демонстрировали все они. Пока нельзя было точно сказать, общее это свойство расы или же только ее официальных представителей. – Могу я задать вам несколько вопросов наедине?

- Конечно, - сразу ухватился за потрясающую возможность сблизиться с инопланетянином МакДугалл.

- Тогда жду вас в моих комнатах после ужина, - легко назначил встречу Вен Го’дри, как будто обладал всем временем мира и верил, что его собеседник настолько же свободен, и встал – до этого Шерави не обратил внимания, но, оказывается, посол сидел в черном кожаном кресле рядом с салатовым диваном, на котором он лежал. Бегло оглядевшись, МакДугалл определил, что находились они в небольшой комнате отдыха непосредственно рядом с залом совещаний, все стены которой покрывали пушистые бежевые плиты изолята, лучшего материала от прослушивания, и кроме них здесь не было никого. Поразительно, как это удалось провернуть? В нормальных обстоятельствах на такое происшествие собралась бы половина медицинского персонала, прикрепленного к посольству.

Пока Шерави переваривал произошедшее, Вен Го’дри беззаботно исчез из закрытого помещения в лучших традициях тойри, давая этим некоторые подсказки. МакДугалл потряс головой, посмотрел на часы – оказывается, прошло всего несколько минут, - после чего встал с дивана, оправил слегка помявшуюся одежду и вернулся в зал совещаний. Переговоры по такому пустяковому поводу никто отменять не будет.

До вечера никаких особых происшествий больше не случалось, разве что дар его слегка «разнервничался» - теперь он слышал краткую сводку мыслей не только тех, на кого смотрел в упор, но и тех, на кого обращал внимание краем глаза. Это заставило его почти весь рабочий день сосредоточенно глазеть на информационный экран, делая вид, что занят подведением итогов и поиском дополнительных сведений, которые у него время от времени действительно запрашивали.

Во время ужина он, против обыкновения, ни с кем не разговаривал: его неожиданно утомило пребывать в курсе внутренней жизни всех окружающих, и он пытался отстраниться как только возможно. Выключить дар полностью ему до сих пор не удавалось.

Кстати сказать, сводку мыслей тойри он так ни разу и не услышал! Это давало надежду, что сегодня вечером удастся немного отдохнуть от своего свежеприобретенного всеведения.

Ужинал Вен Го’дри всегда в общей столовой, на глазах у всего персонала посольства. Остальные тойри его широтой взглядов не отличались, и увидеть их за трапезой никому еще не удавалось. Впрочем, еще со времен явления первого из них – Фан Сва’ти – было отлично известно, что их иномирные организмы прекрасно переваривают человеческую еду, как будто никаких отличий в физиологии нет вовсе. Шерави всегда считал это странным, но после сегодняшнего видения четырехмерной фигуры посла ему начало казаться: то, что подобное чудище всеядно – не самое в нем удивительное, и, может быть, даже не самое неожиданное.

Так что хоть и приглашение на «после ужина» и показалось бы непосвященному расплывчатым, для МакДугалла это означало вполне конкретное время: после 19:30 по местным часам. Именно тогда тойри исчезал из столовой – говорят, Фан Сва’ти отличался вежливостью и свои способности к неограниченной телепортации не демонстрировал направо и налево, но нынешний посол империи ТенКи, похоже, плевал на приличия. А, может быть, работал на имидж неуязвимого превосходства – в конце концов, именно такое мнение составили об этой манере поведения почти все работники посольства, что Шерави услышал сегодня в сводках чужих мыслей неоднократно.

Когда посол в очередной раз исчез прямо из-за стола, МакДугалл поднялся, вежливо распрощался с заместителем, с которым разделил на этот раз трапезу, и отправился по направлению к отсеку инопланетян. Идти было минут пятнадцать. Может быть, Вен Го’дри и не мудрил особо, а просто ленился ходить ногами.

«Кстати, зачем такому чудищу вообще ноги? - задумался неожиданно Шерави. – Как так получилось, что эволюция создала таких причудливых созданий в форме почти людей?»

На какое-то мгновение ему захотелось попасть в империю ТенКи, чтобы изучить исторические записи этой расы. Хотя труд это, скорее всего, неподъемный: сами иномирцы уверяли, что их письменная история простирается не много, не мало, а на миллион лет в прошлое. Как они ухитрились только сохранить столько информации… На фоне двадцати тысяч лет известной истории человеческой цивилизации, истоки которой при этом терялись в тумане веков – никто никогда не мог точно назвать, какая планета была их изначальным миром, первые сохранившиеся записи повествовали о содружестве десяти систем, – эта цифра казалась особенно внушительной.

Шерави миновал караульный пост, старательно отворачиваясь от солдат, чтобы не поймать их очередные мысли, и впервые за все время своей службы в посольстве ступил в коридор со бежево-зелеными стенами и гладким темно-синим ковром, освещенный горящими в шахматном порядке квадратами на потолке. Было ли это представление тойри об официальном или, наоборот, об уюте – еще предстояло выяснить ксенопсихологам.

На мгновение ему показалось, что перед ним мелькнула какая-то тень, закрывшая собой вид на висящую на стене и гудящую потихоньку голограмму водопада, но в следующее мгновение уже ничто не перекрывало обзор. Может быть, это на секунду появился дежурный тойри, счел его визит разрешенным и исчез по своим делам. Ни следа чужих мыслей Шерави не услышал.

Планировку жилища иномирцев МакДугалл, как и все новые сотрудники, заучил еще в первые дни работы вместе с прочими должностными инструкциями, поэтому без малейших сомнений последовал по дороге к покоям посла. Странно, конечно, что его пригласили в жилые помещения, а не в переговорную комнату…

Когда он уже подошел к плотно закрытой золотистой двустворчатой двери, в коридоре прошелестел баритон Вен Го’дри, приглашающий входить. Шерави толкнул шершавую правую створку, и она легко отворилась внутрь, заставляя его поразиться беспечности инопланетян: случись что с базой, герметично закрыть подобную дверь никак невозможно, а значит…

Значит, тойри просто телепортируется в ближайшее безопасное место, оборвал свои мысли МакДугалл и шагнул внутрь.

Вен Го’дри сидел в глубоком темно-синем кресле, сложив руки перед собой домиком. Разноцветные манжеты на запястьях не были ничем прикрыты, как это было только недавно на ужине, и растопырились в разные стороны, напоминая чем-то неуловимым рыбьи плавники. В пространстве между спинкой кресла и подголовником – Шерави еще не встречал такого дизайна мебели – опять же, ничем не прикрытый, причудливо изгибался воротник, то и дело слабо шевелясь, и это тоже напоминало о рыбах. Вполне человеческое лицо, хоть и с оранжевыми радужками, смотрелось на фоне этих дополнительных конечностей несколько странно.

В воздухе слабо пахло озоном и, почему-то, карийскими благовониями.

Весь внешний вид посла говорил о расслабленности и довольстве жизнью. Он как будто приготовился провести вечер с хорошим другом, а не с представителем чуждой цивилизации. Губы его изгибались в доброжелательной улыбке, глаза слегка прищурились.

- Присаживайтесь, Шерави, - предложил посол, стоило МакДугаллу пересечь дверной порог. – Разговор у нас будет сложный.

Шерави поймал себя на том, что хочет невежливо закатить глаза и выругаться. Он послушно опустился в стоящее слева кресло и уставился на Вен Го’дри, старательно пытаясь ни о чем не думать.

Он так и не смог вычислить, что хочет сообщить ему непредсказуемый посол.

- Скажите, Шерави, - начал тем временем Вен Го’дри, - много ли в вашей жизни было необъяснимого?

МакДугалл честно задумался над вопросом, после чего с уверенностью опытного лжеца ответил отрицательно.

На самом деле необъяснимого в детстве с ним случалось порядочно, но самым поразительным стало успешное прохождение теста на переход в сословие аристократов. К сдаче этого теста он не просто никак не готовился – он и проходил-то его только потому, что был обязан как прямой потомок представителя все той же аристократии. Ему многие говорили о зверской сложности этого теста, и он искренне надеялся его завалить – не хотел иметь ничего общего с папашей и вообще собирался отправиться после школы в путешествие автостопом по закоулкам империи – тем не менее, он не просто успешно сдал тест, его сделали сразу бароном. Вместо свободного путешествия пришлось «соответствовать» - идти в университет, спасибо, хоть специальность он мог выбрать самостоятельно, и выбрал, конечно же, журналистику. Это был единственный доступный ему вариант, позволяющий посмотреть мир хотя бы в перспективе.

Выбранная профессия его по-хорошему затянула, и в конечном итоге он стал считать, что все произошло к лучшему. Проблема в том, что сотрудникам посольства строго настрого запретили разглашать тойри информацию о меритократической основе нынешней аристократии. В чью светлую голову пришла эта бредовая идея, он не знал, но не видел в таком невинном сокрытии фактов ничего страшного. В конце концов, это внутреннее дело империи, которое никоим образом не должно повлиять на дипломатические отношения, разве нет?

- Понятно, - тем временем задумчиво протянул Вен Го’дри. В его глазах сверкнул синий огонек и тут же потух. Шерави на мгновение задумался, не галлюцинации ли у него начались. – А в последнее время было что-то странное?

У МакДугалла появилось ощущение, что посол тестирует его честность. Очевидно было, что тот каким-то образом в курсе по меньшей мере части происходящих с ним странностей.

- Кажется, - медленно начал Шерави, потом решился, - у меня проснулся псионический дар.

Глаза Вен Го’дри потешно округлились, а после он откинул голову на подголовник кресла и захохотал.

- Позвольте сообщить вам, Шерави, - начал он, отсмеявшись, - ваш дар не имеет никакого отношения к псионике. Скажите, что вы думаете о магии?

- Фантастическая сила из бульварных романов, - мгновенно отреагировал МакДугалл. В детстве он зачитывался историями про магию, но с возрастом значительно охладел к ним - все равно ведь ничего подобного не встретишь в реальной жизни.

- О, это интересно, - заметил посол. – Не все потеряно для вашей цивилизации. Запишите пожалуйста, Шерави, я хотел бы ознакомиться с этими историями. Уважаемый Фан Сва’ти в своих отчетах о них не упоминал.

МакДугалл действительно достал коммуникатор и сделал отметку в ежедневнике, чтобы не забыть о такой причудливой просьбе Вен Го’дри - он почему-то сразу решил, что это дело не требует согласования с дипломатической службой. Что плохого, если инопланетянин ознакомится с фантастикой? В конце концов, у посла был собственный коммуникатор, и он мог вполне самостоятельно найти эти истории в сети, если бы… Кто его знает, почему он попросил об этом Шерави, а не собственного секретаря.

- Так вот, Шерави, - продолжил тем временем Вен Го’дри, и его воротник слегка колыхнулся, - я пока не знаю, что пишут об этом в ваших историях, но магия реальна, и вы – лучшее тому подтверждение.

- Я? – недоумевающе приподнял левую бровь МакДугалл.

- Именно, - кивнул посол. – Ваш дар имеет магическое происхождение. Скажите, вы когда-нибудь мечтали читать мысли?

- Да, сколько себя помню, - озадаченно подтвердил Шерави. – Это имеет значение?

- Самое прямое. Когда дар просыпается в зрелом возрасте, он обычно начинает с исполнения самых сильных и давних желаний носителя. Для детей, обычно, это, наоборот, сиюминутные прихоти.

МакДугалл невольно задумался. Судя по тому, как легко Вен Го’дри говорил об этом…

- Да, Шерави, я действительно маг, - ответил тойри на так и не высказанный вопрос, после чего поднял руку ладонью вверх, и в воздухе над ней зажегся язычок пламени. – Я пока не знаю, что пишут в ваших историях, и способна ли на это ваша технология, но…

МакДугалл смотрел на слабо колышущийся огонек во все глаза. Почему-то он нутром чувствовал, что дело было вовсе не в спрятанном голопроекторе. Может быть, потому, что на него отреагировала пожарная сигнализация?

От резкого прерывистого звука сирены он почувствовал, что словно очнулся от транса. Вен Го’дри между делом усмехнулся, шевельнул манжетой, и сирена стихла. Огонек тоже погас.

- Вы понимаете, насколько опасен открытый огонь в космосе? – возмутился Шерави.

- Не особенно, - дружелюбно оскалился Вен Го’дри. – Всего лишь контролируемое ускоренное окисление. Не о чем говорить!

В его оранжевых глазах плясали сиреневые искры. На этот раз МакДугалл был точно уверен, что это не галлюцинация.

- Есть небольшая проблема, Шерави, - между тем начал Вен Го’дри новую тему. – Необученные маги опасны, прежде всего, для самих себя.

- И что вы предлагаете? – заинтересовался МакДугалл. Неужели тойри пригласит к себе домой?

- В паре прыжков отсюда есть замечательная магическая реальность, - неожиданно заявил Вен Го’дри. – Дипломы их магических академий сейчас в большой цене, да и языковой пакет у меня под рукой. Хотите там поучиться?

Сиреневые огоньки стали ярче. Шерави почувствовал, что снова впадает в транс, и разозлился: неужели инопланетянин его гипнотизирует?

- Нет, спасибо, - сухо ответил он. – У меня куча дел дома. Кроме того, ничего особенного со мной не происходит. – И слукавил: - Очень похоже на псионику, можно воспользоваться их учебниками.

- Дело ваше, Шерави, - не стал настаивать тойри, огоньки в его глазах притухли. Казалось, он чем-то глубоко разочарован, но не намерен сдаваться. – Если передумаете, приходите в любое время дня и ночи. Неприрученная магия непредсказуема.

МакДугалл почувствовал непонятное облегчение, как будто избежал серьезной опасности. Он не мог понять источник этого чувства, но оно было очень ясное, гораздо отчетливее, чем любое из его сбывшихся предчувствий за всю предыдущую жизнь.

В конечном итоге Шерави решил все-таки уточнить, единственный ли вариант с магическими академиями тот мир, который предлагает Вен Го’дри.

- Нет, конечно, - улыбнулся тот. – Кстати, можете звать меня по имени – Артен.

- В неофициальной обстановке? – понимающе улыбнулся МакДугалл.

- Можете и в официальной, - слегка пожал плечами тойри. – Это не входит в противоречие с нашим пониманием формальностей.

- Но, пожалуй, входит в противоречие с нашим, - в тон ему заметил Шерави. – Спасибо за предложение, Артен.

Он уже было почувствовал, что время аудиенции подошло к концу, как Вен Го’дри неожиданно завел отвлеченный разговор о личных пристрастиях в еде и напитках. Насколько знал МакДугалл, подобные темы еще ни один тойри не обсуждал ни с одним человеком, так что он с неподдельным интересом поддержал разговор, надеясь вынести из него что-то, что можно будет потом использовать в работе.

Через час он уже почти забыл, зачем приходил к Артену изначально. От чудного иномирного энергетика, который он попробовал на свой страх и риск, поддавшись дружелюбному поддразниванию в оранжевых глазах, его охватила необыкновенная эйфория. Но, тем не менее, совсем головы он не потерял и, покинув покои тойри, отправился прямиком в медицинский отсек – проверять, что такое интересное оказалось у него в крови.

Ничего необычного, впрочем, анализы не показали, так что медики даже засомневались, действительно ли он попробовал инопланетную кухню. Не став настаивать на своей версии событий, он отправился спать.

Следующие несколько дней ничего примечательного не происходило, если не считать того, что однажды по утру пришлось спешно тушить загоревшуюся полу пижамы. Шерави прекрасно отдавал себе отчет, что это влияние представления, устроенного для него Вен Го’дри, поэтому ему быстро удалось договориться с собой не повторять подобные выходки больше.

Но с тех пор он взял за правило держать в поле зрения хоть какие-нибудь средства пожаротушения.

Со своим куратором от дипломатического корпуса МакДугалл встречался раз в неделю. Разговор обычно крутился о том, что особенного ему удалось заметить в общении с тойри. На этот раз Шеннон был особенно оживлен, поскольку прекрасно был осведомлен о его вечернем визите к послу.

- Итак, вы говорите, тойри пригласил вас по своей инициативе, - перешел к делу после обмена приветствиями куратор. – Удалось выяснить, по какой причине?

- Он уверял, что во мне проснулся магический дар, - хохотнул Шерави. После победы над горящей пижамой он почему-то уверился, что совладать с даром совсем просто, и можно даже немного похвастаться.

- Как интересно, - подался вперед Шеннон. – Фан Сва’ти уверял, что он владеет магией. Многое из того, что он демонстрировал, действительно далеко за пределами возможностей нашей технологии.

- Артен тоже заявил, что он маг, - подтвердил Шерави, не совсем понимая, почему вдруг начал называть посла так фамильярно. Имя как будто само соскользнуло с языка.

- Артен? – не понял Шеннон.

- Вен Го’дри сказал, что я могу обращаться к нему по имени, - пожал плечами Шерави. Не отрицать же сейчас свою очевидную оплошность, в самом-то деле.

- Это очень хорошо, - довольно улыбнулся куратор. – Если вам удастся с ним подружиться, из этого можно извлечь немалую выгоду. Вы говорите, он приписывал вам способности мага? Вы можете попросить его об ученичестве?

МакДугалл почувствовал, что волосы на затылке встают дыбом. Что-то внутри него пришло в ужас от такой перспективы.

- Он предложил мне поучиться в академии «в двух прыжках отсюда», - не стал напрямую возражать он.

- Почему вы отказались? – подался вперед Шеннон. – Не смотрите на меня так удивленно, если бы вы согласились, вас бы на станции уже не было.

Шерави замялся, не зная, что бы такого соврать. Говорить о предчувствиях не хотелось – это прозвучало бы как-то… чересчур легкомысленно. Повисло напряженное молчание. Неожиданно куратор не стал настаивать на ответе, а вместо этого немного изменил тему:

- А что такого произошло, что тойри заподозрил в вас мага?

МакДугалл необъяснимо почувствовал, что скрытность сейчас не приведет ни к чему хорошему, поэтому ответил полуправду:

- Кажется, во мне проснулись псионические способности.

- О, это отличная новость! – расплылся в улыбке Шеннон. – Послушайте, если это действительно псионика, а не магия, вам обязательно нужно пройти тренировку. Какая именно способность у вас появилась?

- Телепатия, - мрачно ответил Шерави.

- Замечательно! – еще больше обрадовался Шеннон. – Обученный телепат на короткой ноге с тойри нам бы очень пригодился! Кстати, хотя бы раз удалось подслушать их мысли? Наши штатные телепаты уверяют, что чувствуют стену вокруг их сознания, и ни одна мысль не проскальзывает наружу.

- Абсолютная тишина, - ответил МакДугалл, и это действительно было так: с момента разговора с Артеном он встречал разных тойри несколько раз в столовой и на пресс-конференции, и уже начал привыкать подолгу смотреть на них, чтобы отдохнуть от доносящихся отовсюду сводок мыслей окружающих.

- Может быть, это изменится, - оптимистично заявил Шеннон. – Когда вам удобнее пройти обучение? Это действительно важно, Шерави, не отказывайтесь.

МакДугалл впервые за все время разговора посмотрел на куратора прямо.

«Какой же твердолобый, совсем не чувствует перспективы», - прозвучал ожидаемо вибрирующий голос. – «Только бы согласился, а там спецы промоют ему мозги, начнет стучать на своих инопланетных дружков как миленький».

Шерави усилием воли сдержал нервную дрожь и желание отвести взгляд.

«Интересно, повысят ли меня, если я получу от этого дубоголового новые сведения об этих рыбах?»

На этой реплике МакДугалл все же не выдержал и перевел внимание на укрытый синим абажуром светильник, стоящий на тумбочке за спиной куратора. Уж не затем ли он там поставлен, чтобы черты лица Шеннона казались размытыми? Без сводки мыслей он казался вполне приятным человеком, а теперь Шерави начал подозревать, что перед ним обычный представитель военной разведки, выдающий себя за дипломата.

- Извините, Шеннон, мой дар слишком ничтожен, я и слышал-то чужие мысли всего пару раз, - соврал он. – Меня тестировали в детстве и никаких следов псионики не обнаружили. Видимо, ошиблись совсем немного. Возможно, это все стресс виноват.

- Очень жаль, - сник МакГи. – Тогда расскажите, о чем вы так долго беседовали с послом?

Шерави невольно расплылся в улыбке и принялся перечислять все те иномирные блюда, которые ему описывал Артен. Эта тема оказалась удивительно подходящей для того, чтобы отвлечь внимание, как оказывается, безопасника от того, что казалось МакДугаллу по-настоящему важным. Он даже испытал короткий приступ благодарности к Вен Го’дри за то, что он дал ему такую великолепную возможность промыть мозги Шеннона потоком совершенно незначимой информации. Кто бы мог подумать, что недовольство куратором, на самом деле, зрело в нем уже давно!

Выйдя из кабинета МакГи – куратор предпочитал встречаться вживую, кто знает, почему, - Шерави набрал номер Кизала, своего непосредственного начальника, и договорился о встрече в виртуале через полчаса. Нехорошо получится, если он узнает о его новых способностях из третьих рук – с таким трудом выстраиваемое доверие может пошатнуться. Кстати сказать, в сводке мыслей Кизала, которую он прослушивал уже несколько раз, никогда не проскальзывала такая двуличность, которой его сегодня поразил МакГи. Конечно, это не значило, что можно говорить Кизалу что попало, но, тем не менее…

Шерави почувствовал, как голову стискивает мигрень. С появлением дара жизнь серьезно усложнилась.

Встреча с Кизалом закончилась совершенно неожиданно. Начальник, выслушав краткий отчет о новоявленных способностях, начал и вслух, и мысленно убеждать МакДугалла таки пройти обучение на псионика. Шерави отговаривался тем, что дар его действительно ничтожен и не стоит упоминания, Кизал настаивал, МакДугалл горячился и чувствовал себя виноватым за обман одновременно…

«Да чтоб у меня действительно был этот самый псионический дар!» - подумал он в сердцах на двадцать шестой минуте разговора – случайно выцепил глазами циферблат часов – и сразу же ощутил, что голову будто придавило угловатой каменной плитой, мысли стали медленными и вязкими, пока не остановились совсем. Вроде бы он не отключался, но цифра на часах внезапно скакнула на пять минут вперед.

- Шерави? Шерави! – услышал он обеспокоенный зов Кизала. – Что с вами?

- Извините, тяжелый день, - выдавил из себя МакДугалл. – Я согласен пройти обучение, если штатный проверяющий дара сочтет это необходимым.

- Вы меня испугали, Шерави, - облегченно вздохнул Кизал. На его круглом одутловатом лице явственно проступила озабоченность. – Надеюсь, через неделю проверяющий прибудет на базу.

МакДугалл подивился, что опять перестал слышать сводку мыслей, но придавать этому большого значения не стал. Когда на следующее утро он вышел в коридор, ведущий к столовой, и столкнулся с группой дипломатов, ему показалось, что на него нахлынула какая-то совершенно нечитаемая волна образов. Сводок мыслей, вопреки обыкновению, он не услышал.

Эта ситуация повторялась с каждым встреченным человеком еще два дня, а потом сводки мыслей вернулись, а невнятные образы совсем перестали отвлекать.

Вен Го’дри, которого МакДугалл случайно встретил в коридоре, оглядел его странным взглядом, потом хмыкнул, но ничего не сказал. В его оранжевых глазах так и не гасли синие искры.

Стоит ли говорить, что проверяющий, прибывший через восемь дней, обнаружил именно то, что Шерави и хотел – слабый, не стоящий развития дар телепатии?

А потом он встретился в виртуале с Ниной.

В обычной жизни коротко стриженая, аватар Нина предпочитала с копной пышных каштановых волос до пояса. Говорила, что любит такую прическу, но ухаживать за ней слишком сложно. Еще одно отличие между ней в реальности и ее сетевым образом – одежда. Облегающие брюки и пышные блузки в виртуале сменялись древнего покроя платьями с глубоким вырезом.

Насколько мог судить Шерави, хотя бы фигура оставалась без изменений. Если бы не это, он отказался бы от отношений сразу после личной встречи: слишком уж не любил двуличие. Он понимал, что в этом немного старомоден, но не хотел меняться.

Встретились они в этот раз на шоу фейерверков, которое начиналось со знаменитых парадов Изуми, но быстро переселилось в виртуал с его безграничными возможностями. Желающих принять участие «вживую» было так много, что билеты пришлось заказывать через специальную фирму, специализирующейся на их выкупе, еще два месяца назад. Обошлось это в приличную сумму, но Шерави на кошелек не жаловался.

С подключением он немного опоздал – пришлось в спешке дорабатывать завтрашнее официальное заявление – поэтому, коротко поздоровавшись и извинившись, он первые несколько минут только и делал, что глазел на расцветающие в виртуальном небе виртуальные же образы драконов, древних парусников, цветов, превращающихся в причудливых птиц, и тому подобные изыски, наслаждаясь попутно такой редкой для него в последнее время тишиной.

А потом он случайно перевел взгляд на Нину и опешил от содержания ее сводки мыслей.

«Когда же этот осел сделает мне предложение, - жеманно проговорил тоненький девичий голос. – Столько денег выкинула на стилистов, чтобы он запал, а толку чуть. Еще даже не переспали ни разу! А Риму так нужны деньги… Вот придурок, что он пялится-то так?»

На губах Нины расцвела непринужденная улыбка, приглашающая к поцелую.

«Что за Рим?» - озадачился Шерави, и неожиданно получил ответ в виде все той же сводки мыслей: «Один из моих любовников это, мудила».

МакДугалл поспешно отвел взгляд в небо, где разыгрывалась очередная фантасмагория, на этот раз из жизни летающих динозавров. На душе стало как-то особенно гадко.

- Милый, а когда ты сможешь прилететь? – спросила тем временем Нина. «Надо уже охомутать тебя наконец, переспишь и женишься, как миленький, иначе распрощаешься со своим драгоценным статусом, козел», - добавил все тот же голос, хотя Шерави и смотрел в сторону.

МакДугалл изо всех сил пожелал, чтобы дар на минутку притих, сосредоточился на своем реальном теле и вслепую послал сам себе «вызов на коммуникатор».

- Да? – сделал вид, что получил срочный звонок, он. – Понял. Сейчас буду.

После этого поспешно извинился и сбежал.

Сняв шлем и оглядев свою комнату: серебристо-серые стены, фальшь-окна с видом на пустыню с одной стороны и на джунгли с другой, забитый техникой рабочий стол напротив кресла, в котором он сидел, - он попытался придумать, чем занять себя, чтобы только не обдумывать произошедшее.

В голове было пусто. Наконец, видимо, от того, что чувствовал себя полностью сбитым с толку, он набрал номер Вен Го’дри.

- Вы заняты сегодня вечером? – суховато спросил он, как только соединение было установлено.

- Заходите ко мне через полчаса, - невозмутимо ответил одетый в причудливую мантию посол, чья голограмма высветилась над журнальным столиком, и сразу же отключился.

Хмыкнув, МакДугалл поднялся на ноги и принялся искать по шкафам коллекционную бутылку коньяка, припрятанную «на всякий случай». Похоже, случай наступил. Заодно можно будет проверить, как выпивка действует на инопланетный организм – если тойри, конечно, рискнет попробовать. Поиски заняли как раз все свободное время, которое осталось до встречи.

Этим вечером Шерави напился до такой степени, что на утро ничего из происходившего в покоях посла не смог вспомнить, а функцию записи в коммуникаторе он, как выяснилось, отключил еще на подходе к инопланетному сектору. Впрочем, ни похмелья, ни сожалений о подошедших к концу отношениях он не чувствовал, что решил считать наилучшим итогом из всех возможных. Как уж дело к нему пришло – не так и важно.

Примерно месяц не происходило ничего, достойного упоминания – если не считать сущих мелочей вроде водопада холодной воды в лицо, когда он решил проигнорировать будильник, и плавящихся временами в руках письменных принадлежностей, дар вел себя прилично, так что Шерави совершенно уверился, что был прав, отказавшись от дополнительного обучения. Работы было – не продохнуть: пресс-конференции сменялись подготовкой официальных заявлений, высокопоставленные аристократы зачастили на виртуальные обеды-завтраки-ужины с послом и его подчиненными, и количество документов, которые необходимо было подготовить, увеличивалось лавинообразно. Жизнь, казалось, вошла в колею.

Все изменилось, когда ненаследный принц Максимиллиан через своего секретаря попросил его организовать ему личную приватную встречу с Вен Го’дри. Шерави не был глуп и сразу понял, откуда ветер дует: его посиделки раз в неделю в секторе тойри явно не остались незамеченными, и теперь его просили употребить дружеские отношения на пользу делу. Неожиданным оказалось даже не это, а то, что Артен согласился при условии, что МакДугалл будет присутствовать лично.

- Но зачем? – поразился Шерави, услышав такое странное предложение.

Вен Го’дри закатил глаза, как это бывало с ним, когда он слышал что-то, на его взгляд, удивительно бессмысленное.

- Поверьте, вы оцените. Это того стоит.

И, как ни странно, оказался полностью прав.

Максимиллиана МакДугалл вживую видел всего два или три раза, к тому же случайно – сталкивались в коридорах станции в прошлый его прилет в посольство. В остальное время слишком уж в разных кругах они вращались.

Первое, что бросилось в глаза при этой встрече: откровенно измотанный вид принца. И только рассмотрев как следует темные круги под глазами и впавшие щеки Максимиллиана, Шерави понял, что не слышит уже ставшей привычной сводки мыслей.

Неужели принц тоже маг? МакДугалл за прошедший месяц несколько раз встречался со штатными телепатами и успел убедиться, что псионический дар никоим образом не экранировал его способности, которые, напротив, закрывали его от телепатов совершенно и полностью. Сталкиваясь с этим явлением впервые, каждый из телепатов очень смешно удивлялся, затем пытался «пошире раскрыть сознание», что бы это ни значило, а потом необъяснимым образом терял интерес.

Ни секретари, ни кто-либо еще посторонний на встрече на этот раз не присутствовал, даже неизменной охраны принца не было – только Вен Го’дри, Шерави и сам Максимиллиан. Разговор начался с вежливых приветствий и некоторое время крутился вокруг нейтральных тем, но затем принц решительно перешел к причине, по которой назначил встречу, чем очень удивил МакДугалла.

На всех виртуальных совещаниях, на которых он видел принца, тот производил впечатление человека, который будет до последнего ходить вокруг да около, пытаясь добиться своего намеками. Такая откровенная прямота некоторым образом объясняла, почему разговор велся наедине.

- Артен, в прошлый раз вы упоминали, что ТенКи готова предоставить разведданные в обмен на некоторые уступки. Это предложение еще в силе?

Шерави мысленно придержал упавшую челюсть. И в этот момент он неожиданно услышал то, на что уже перестал рассчитывать – сводку мыслей принца.

«Серго совсем плох, а замена ему так и не нашлась», - произнес, как всегда, вибрирующий голос, почему-то вельветовым басом, хотя вживую у принца был ничем не примечательный баритон. – «Если ничего не изменится, шансы проиграть войну чересчур велики, чтобы ее начинать. А выкрутить кригам руки так, чтобы они согласились на выгодный нам мир, еще сложнее».

МакДугалл перевел взгляд на Вен Го’дри, подозревая его участие в происшедшем, и почти не удивился, увидев, как в его оранжевых глазах мягко пульсируют красные искорки. Он уже успел понять, что такая иллюминация означает одно: Артен что-то тайком колдует. Как цвет искр связан с характером колдовства, разобраться он еще не успел, но такая связь определенно была.

Стоит ли говорить, что никаких искр в глазах у тойри до пробуждения дара он не видел?

- Да, мы можем это устроить, - сложив ладони домиком, прямо ответил Артен и слегка улыбнулся. – Но взамен мы хотели бы открыть в Галаксии… Вы называете это консульством.

Максимиллиан изогнул бровь.

- Фан Сва’ти уверял, что империя ТенКи находится слишком далеко для регулярных путешествий в наш мир.

Вен Го’дри флегматично пожал плечами. Успевший привыкнуть к его мимике Шерави заметил, что спрятанные рукавами манжеты слегка шевельнулись, вот только был ли это жест раздражения или веселья, различить из-за скрывающей их ткани оказалось невозможно. Впрочем, ни на то, ни на другое он не стал бы делать ставку: не успел еще достаточно изучить все тонкости. Это с тем же успехом мог быть и магический взмах.

- Это действительно так, - не стал отрицать Вен Го’дри, - однако ваша Вселенная лежит на пересечении нескольких туристических маршрутов. И поверьте, у вас достаточно интересно, чтобы многие захотели задержаться здесь на пару десятков лет. Это лучше делать легально, не находите?

«Прохвост», - сказал вибрирующий бас. На лице Максимиллиана это мнение никак не отразилось. Артен едва заметно ухмыльнулся, как будто тоже услышал. Шерави задумался, почему, если они действительно находятся на перекрестке, до сих пор никто не слышал ничего о тойри. Что-то в этом было нечисто!

Принц тем временем продолжил вести себя совершенно для себя нехарактерно.

- Мы могли бы обсудить этот вопрос, - практически дал отложенное согласие он. МакДугалла охватило неприятное предчувствие.

«Криги раскрыли все наши способы маскировки, - выдал ошеломительную информацию бас. – У нас не осталось никаких источников информации. Конечно, я соглашусь практически на все, что угодно, но не думай, что я не отыграюсь позже!»

Воротник посла коротко вздрогнул – если бы Шерави смотрел в другую сторону, никогда бы не заметил. Оранжевые глаза на мгновение подернулись фиолетовой дымкой.

- Максимиллиан, - чуть серьезнее обычного произнес Вен Го’дри. – Только вчера у меня была приватная беседа с императором. Вилар выдал мне самые широкие полномочия для достижения всего одной цели: легализовать присутствие моего народа в вашей империи. В том числе, я могу мобилизовать элитную группу разведчиков, которые в считанные дни предоставят вам всю необходимую информацию. Но я не могу сделать это в обмен на простые обещания. Имперские разведчики стоят очень, очень дорого.

- Артен, - со вздохом сказал принц, - возможности вашей расы настолько широки, что, скорее всего, нам хватит любого представителя, не обязательно подключать к решению проблемы элитные части.

Вен Го’дри понимающе усмехнулся.

- Вероятно, на вас произвели впечатление личные способности уважаемого Фан Сва’ти. Позвольте немного рассеять покров тайны. Его подготовка, пожалуй, даже превосходит таковую у наших элитных разведчиков. Рядовые представители моей расы не способны и на половину трюков, которые он совершает между делом.

«Чтоб этому Фан Сва’ти в черную дыру нырнуть», - выругался бас, и Вен Го’дри явно услышал – слишком отчетливо засветились весельем оранжевые глаза.

МакДугалл почувствовал желание увидеть вживую легендарного первого тойри, посетившего их империю. То еще зрелище, судя по реакции Максимиллиана.

Разговор продолжался и продолжался, но по несмолкающим комментариям баса становилось понятно, что заветное консульство тойри получат в ближайшее же время. Чем больше Шерави слушал сводку тайных мыслей принца, тем больше мрачнел. По всему выходило, что технически криги превосходят людей на голову, и в то же время военное столкновение почти неизбежно.

Конечно, явно заинтересованные тойри могли, вероятно, сместить шансы в пользу людей, но не означает ли это, в конечном итоге, вхождение в их империю в качестве сателлита?

Шерави неожиданно для самого себя почувствовал то, что иначе чем патриотизмом назвать было сложно, и даже задумался: может, получив магическое образование, он будет в силах помочь родине переломить ситуацию?

Наконец Максимиллиан откланялся, и у МакДугалла не осталось другого выхода, кроме как последовать за ним. Мысли его крутились вокруг магической академии и возможных выгодах ее окончания.

- Шерави, - обратился к нему принц, стоило им выйти за пределы сектора тойри. – Насколько я вижу, у вас активировался магический дар.

МакДугалл чуть не споткнулся от неожиданности на ровном месте.

- Вы… - начал он и остановился, не зная, как продолжить.

Максимиллиан неопределенно взмахнул рукой, и вокруг них соткалась полупрозрачная синеватая пленка.

- Открою вам небольшой секрет, который вы бы рано или поздно узнали и сами, - прямо сказал он. – Вся аристократия Галаксии имеет магический дар. У кого-то он активируется, у кого-то нет, но без склонности к магии стать аристократом невозможно.

- Так значит…

- Да. В вашем случае прибор показал, что магия у вас проснется с большой вероятностью, именно этому вы обязаны титулом барона.

- Тогда…

- Забудьте о словах вашего куратора. О существовании магии знают только те, у кого она проснулась. И да, псионика к магии не имеет никакого отношения.

- Но…

- К сожалению, традиция сокрытия самого существования магии привела к деградации этого искусства. Подумайте, Шерави, о том, какую пользу могла бы принести ваша дружба с Артеном, с учетом этой информации.

С этими словами принц снова махнул рукой, отчего пленка истаяла в воздухе, развернулся и, не прощаясь, быстрым шагом направился в сторону ближайшего лифта.

МакДугалл ошеломленно смотрел ему в спину и гадал, не считывал ли принц его мысли.

Неделю после исторической встречи Максимиллиана с Вен Го’дри Шерави не предпринимал ничего, только, пожалуй, чаще обычного смотрел на окружающих в упор. Особое внимание он уделял аристократам, которых было довольно много среди сотрудников посольства – но никаких мыслей о магии так и не обнаружил. Такое впечатление, что или проснувшаяся магия – невероятно редкая вещь, или здесь умышленно собрали тех, в ком она пока еще спит. Возможно, конечно, что верны были оба предположения сразу.

В конце обзорного совещания по итогам недели Кизал попросил его задержаться ненадолго. Сотрудники отключались от виртуала один за другим, а Шерави смотрел Кизалу в глаза и ждал, когда же услышит уже привычную сводку мыслей. Почему-то стояла тишина.

- Шерави, - начал начальник спустя мгновение после того, как они остались в оббитом деревом виртуальном зале совещаний, - вы, насколько я знаю, в курсе, что тойри собираются открывать свое консульство. Для этой организации требуется отдельная пресс-служба, и вы лучше всех подходите на роль ее руководителя. Что скажете?

МакДугалл помолчал, в последний раз взвешивая все «за» и «против», после чего решился.

- Мне хотелось бы уйти в академический отпуск, - наконец сказал он.

На лице Кизала появилось озадаченное выражение.

- Но где и чему вы собираетесь учиться? – спросил он.

Шерави догадывался, что с его титулом виконта Кизал, скорее всего, в курсе существования магии, но полной уверенности у него не было.

- Понимаете, - начал он, - некоторым образом это связано с тем, что я знаю о консульстве…

На этом он прервался, не зная, как еще намекнуть для того, чтобы выяснить степень осведомленности Кизала, не выдавая никакой информации напрямую.

Глаза Кизала округлились.

- Так вот оно что! – понимающе воскликнул он. – Конечно, конечно! Напишите только заявление по форме 1430-Н, я вышлю вам образец, к сожалению, бюрократия требует…

На лице его появилась причудливая смесь разочарования и надежды.

- Если вы решите вернуться на свою должность после обучения, я буду рад, - как бы нехотя сказал он.

Отключившись от виртуала, МакДугалл решительно набрал номер Вен Го’дри, чтобы договориться о встрече. Тот легко пригласил к себе в гости в их обычное время – после ужина, и встретил, как обычно, в своем синем кресле, в одежде, которую, скорее всего, воспринимал как домашнюю – слишком уж она открывала манжеты и воротник, чего на публике тойри себе обычно не позволяли.

- Угощайтесь, Шерави, - дружелюбно предложил он, жестом показывая на стоящее на журнальном столике блюдо с гроздями чего-то, сильно смахивающего на фиолетовую землянику. – В Ауришти из этих плодов делают замечательные десерты, к сожалению, быстро портящиеся. А фрукты сохраняют свежесть несколько дней.

МакДугалл чувствовал себя слишком на взводе, но из вежливости все же отщипнул одну земляничину. Ягода оказалась кисловато-горькой, с ноткой кофейного аромата, и очень сочной. Удивительным образом, стоило проглотить спелую мякоть, как он ощутил, что нервозность плавно сходит на нет.

- Артен, - начал он, отламывая от грозди еще одну ягоду, - я подумал над вашим предложением. Скажите, есть ли другие варианты?

- А у вас есть какие-то особые пожелания? – усмехнулся Вен Го’дри, и по его воротнику прошла еле заметная дрожь. Уже более-менее опытный Шерави ощутил, что вокруг них соткалось магическое поле. Скорее всего, защита от подслушивания, чем еще это может быть? Он с интересом бросил взгляд мельком на оранжевые глаза – и точно, в них мерцали красные искры.

- Хотелось бы самое быстрое и самое качественное образование в военной области, - честно признался он.

- Тогда мой предыдущий вариант вам, конечно, не подходит. Лучшее в этой сфере, что я знаю – Солстерская академия магии, но находится она далековато, прыжков пятьдесят, не меньше.

- Это будет слишком дорого? – предположил МакДугалл. Вен Го’дри хохотнул.

- Не в том смысле, который вы в это вкладываете. Хотя, конечно, и в этом смысле тоже, как посмотреть… Дело в том, Шерави, что нахождение в такой удаленности от родного мира грозит вам ускоренным старением. Ваша раса, насколько я знаю, может прожить пять веков, но за пять лет в Захабе вы потеряете примерно лет пятьдесят. Я пока не разобрался, есть ли у вашей цивилизации какие-то способы противодействия этому…

- А сколько времени пройдет в Галаксии? – не мог не уточнить МакДугалл. Если бы не успокаивающее воздействие иномирных ягод, он бы точно разнервничался от таких новостей. Стоило ли оно того, действительно?

- Те же пять лет, - пожал плечами Вен Го’дри. – Хотя… Вы правы, Шерави, я не учел небольшую тонкость: сам по себе год на Захабе немного длиннее стандартного года Галаксии. Наверное, в сумме получится лет пять с половиной. Но состаритесь вы тем не менее на пятьдесят местных лет, эту цифру я считал в абсолютных единицах.

- А быстрее где-нибудь выучиться возможно? – не унимался МакДугалл.

Вен Го’дри недоверчиво посмотрел на него.

- Шерави, вы недооцениваете сложность магии как науки. Это чудо, что в Солстерской академии за каких-то жалких пять лет не только дают прочные основы, но и оттачивают специализацию. Это происходит только благодаря их уникальным методам обучения. В любом другом месте для достижения той же цели пришлось бы провести лет десять.

- Долго, - разочарованно протянул МакДугалл. – Пятьдесят лет жизни – небольшая проблема, омолаживающая медицина творит чудеса, но провести за границей пять с половиной лет, когда Галаксия на пороге войны…

- Ах вот что вас беспокоит, - сказал Вен Го’дри и рассмеялся. – Не волнуйтесь, Шерави. В штате моего посольства есть отличный предсказатель. Если не произойдет чего-то из ряда вон выходящего, война начнется только лет через восемь. В самом исключительном случае – через шесть. По наиболее вероятному прогнозу – через десять. Конечно, вы вправе не поверить…

МакДугалл от этих слов неожиданно почувствовал себя девицей на первом свидании, которую зрелый и опытный ухажер соблазняет прогулкой по вечернему городу, а она рассуждает о родительских запретах. Какого, спрашивается? Он же уже все решил. Новая информация мало что меняет!

- Я готов, - на выдохе сказал он. – Расскажите только, что вы хотите взамен?

- Чудесно, - сверкнул глазами Вен Го’дри. – Не волнуйтесь, Шерави, стоимость вашего… кхм… проезда я буду обсуждать с Максимиллианом. Не бойтесь, в накладе не останусь. – На его губах расцвела предвкушающая улыбка. – Что до оплаты обучения – вы, насколько я знаю, не бедствуете. В Захабе особенно ценятся изумруды, возьмите с собой побольше, расплатитесь с ними самостоятельно. Чтобы попасть на вступительные испытания, нам надо отправляться через неделю. Успеете уладить все дела?

- Вступительные испытания? – с подозрением переспросил МакДугалл.

- Конечно! Не волнуйтесь, особых знаний они не требуют. Насколько я знаю, тестируют направленность дара, его силу и, как я успел уловить, вероятность того, что будущий маг навредит Захабу.

- А если я наврежу? – ухмыльнулся Шерави. Конечно, он прекрасно понимал, что мир, находящийся в такой дали от его родной Галаксии, вряд ли увидит его хоть раз после того, как он закончит учиться.

- Не думаю, - хмыкнул Вен Го’дри, потом, очевидно, что-то вспомнил и ухмыльнулся. – Они даже тойри спокойно принимают. А уж мы, если что, неприятностей доставить можем, как никто.

МакДугалл недоверчиво посмотрел на развеселившегося собеседника, а потом задумался.

- Вы знаете, Артен, - начал он. – Мне не нужна неделя. Я улажу все дела за два дня, а оставшееся время хотел бы потратить на то, чтобы освоиться на месте. Вы не возражаете?

Вен Го’дри довольно улыбнулся.

- Так будет даже лучше! Кстати, о чем вы совершенно забыли, Шерави, так это о языковом барьере. Подходящего языкового пакета у меня нет, но есть универсальный амулет-переводчик. Если вы не возражаете…

- Почему я должен возражать? – удивился МакДугалл. – Назовите цену, я заплачу.

Вен Го’дри открыл было рот, чтобы сказать, судя по выражению лица, что-то колкое, но неожиданно передумал.

- А знаете что. Пожалуй, я действительно возьму плату с вас. Во-первых, никогда и ни при каких обстоятельствах не показывайте этот амулет никому в Галаксии. Я настаиваю на магической клятве, которая убережет вас от искушения. А во-вторых, - он хищно оскалился, - когда-нибудь в будущем я попрошу вас об услуге. Обещаю, ничего угрожающего вашему здоровью или безопасности Галаксии.

- Идет, - легкомысленно согласился Шерави.

Спустя два дня он, нагруженный личными вещами, в которые запрятал два мешочка искусственных изумрудов и один – природных, стоял в пустых покоях Вен Го’дри, недоумевая, куда запропастился их владелец.

Наконец на ковре перед ним бесшумно возник Артен, одетый довольно непривычно – в длинную тунику с рукавами по локоть, перепоясанную кожаной портупеей, на которой висели короткие ножны. На его пальцах светились разными огнями перстни, которых в обычной обстановке посол не носил. Манжеты на руках, полностью открытые, растопырились в стороны.

- Отправляемся, - сказал тойри и протянул руку.

МакДугалл почувствовал детский восторг и предвкушение невероятных приключений.

Будущее обещало ошеломительные перспективы. Пусть криги только дождутся его возвращения с новыми умениями!

- Отправляемся, - кивнул он и схватил предложенную ладонь.

Мир мигнул и размылся. Путешествие началось.

Когда Шерави вернулся через пять с половиной стандартных лет, напряженные отношения с кригами еще не успели вылиться в войну, но это уже совершенно другая история.

25. Интуиция

Все говорят: конструкторы – небожители, кто попало им не станет. Нужен талант, нужно усердие, нужна протекция, конкурсы в училищах огромные, а в академию так вообще не пробиться.

Не стремись туда, Василий Пузыриков, не стремись. Вот хороший ты испытатель – им и оставайся.

И я верил. Как же – старшие товарищи, опытные. Плохого не посоветуют.

Но однажды все изменилось.

Я смотрел на осыпавшуюся пеплом плашку, и глаз, сам собой проявившийся в узоре пылинок, разве только не подмигивал.

Интересный какой эффект.

Следующую плашку я ударил под этим углом уже специально. В останках материала четко проступила медуза.

В следующей плашке «запрятана» оказалась картинка шаттла «Ведомый», а в следующей – лютня без струн.

Пятая плашка была последней из партии, и тут я опомнился и принялся заполнять отчет о тестировании.

Никакие истребители из этого материала, понятное дело, строить нельзя. А вот как детская игрушка – бесподобно! Ну и художникам пригодится.

Отчет написал, сохранил, но начальству не отправил: день рабочий закончился. Внутри, правда, ворочалось нехорошее предчувствие, но никаким внутренним голосам я никогда не верил. Сочиняют все это – про интуицию и прочее.

Но когда я вернулся на работу утром, служебный искин следов заполненного отчета не обнаружил.

Тогда я еще не понял намека. Надиктовал отчет по памяти, заснял на камеру, как разбиваю пятую плашку, и отчет отправился прямиком к начальству на стол.

Ну, в рабочий кабинет в виртуале, но суть такая же.

Не хотелось мне этого делать – жутко, но я списал все на лень: грешен, грешен, каюсь. Преодолеваю всеми способами.

Вот только из ящика входящих отчет кто-то стер до того, как начальник его увидел. Выяснилось это после выходных.

Начальник, услышав возмущения по поводу требований «протестировать уже наконец этот композит», тут же зазвал меня в виртуал для встречи. Говорил много и непечатно, но сошлись мы с ним на следующем: я записываю отчет о тестировании на кристалл, который привожу на Гобой лично. Как раз недельного отпуска хватит.

В Гобое у нашей фирмы головной офис. Трудится там всего пара десятков человек, но все – влиятельные люди. И половина – конструкторы, так что «заодно насмотришься, сам поймешь, испытателем быть лучше».

Да, Вицегал часто отговаривал меня от мечты. Но что бы он ни говорил, а в груди у меня загорелась ритуальная свеча. Конструкторы! Увижу их лично! Какой шанс!

Но эту свечечку я привычно погасил. Что толку смотреть на небожителей, не имея возможности к ним присоединиться? Примут у меня кристалл, да и выгонят.

Следующая партия плашек прибыла во вторник утром, а вечер застал меня уже в каюте космолета.

До Гобоя лететь было три дня.

Летел я, конечно, в дешевой двухместной каюте, и стоило в нее зайти – отчет тут же забылся: на соседней койке сидела девушка настолько сексуальная, что плечи сами собой раскрывались, как у орангутанга какого-то. Немного отрезветь удалось, когда она с банным пакетом вышла за дверь.

Душевые в эконом-классе были общие на ярус. Моя фантазия тут же нарисовала обнаженную красотку, и я даже огорчился, что мужские душевые на другом конце корабля.

Еще никогда я не мылся так часто, как в этом полете. Но, несмотря на шикарные формы соседки, какое-то неясное предчувствие по ее поводу меня все грызло и грызло, и отогнать его, как я привык, не получалось.

Назло предчувствиям, Мору я развлекал и отвлекал. Последняя ночь вышла хоть куда! А что с утра, когда я сходил на Гобое, в груди ворочались жгуты недовольства собой – так мало ли что, я вообще у мамы невротик.

И только заселившись в корпоративную квартиру, я обнаружил: кристалл с отчетом пропал. Перерыл сумку, перетряхнул одежду – пусто.

И внутри ощущение мрачное, как будто что-то из меня смотрит на окружающий мир со словами: «ну я же говорил». А перед глазами – сытая улыбка Моры, которой она меня провожала. Тогда-то я решил: стоит потом еще встретиться; но сейчас некто внутри злорадствовал: она кристалл унесла, она.

И я даже, знаете, начал понемногу в это верить.

Точнее, испытатель я или где: решил устроить своим предчувствиям тестовую сессию.

А следующий совет, что мне подавали изнутри, говорил: не ходи в здание к конструкторам, а из квартиры беги подальше и побыстрее.

Встречу передачи кристалла Вицегал для меня назначил на вторую половину дня; как и требовал внутренний голос, я, не дожидаясь обеда, вызвал флаер и покатил развлекаться.

Два квеста и один голофильм спустя на коммуникатор мне пришел вызов.

«Вот и конец испытаниям, - подумал я, - сейчас выяснится, что предчувствие меня до увольнение довело».

Однако оказалось: пока меня не было, корпоративная квартира взорвалась, и не уйди я развлекаться – лежали бы кусочками в гробу.

Собственно, меня уже и хоронили, но тут Вицегал додумался мне позвонить, а я-то возьми и прими вызов.

Только закончив звонок, я позволил себе присесть на ближайшую лавку – ноги казались резиновыми. Это, получается, предчувствия не врут… А ну-ка, еще один тест?

И я, как требовал внутренний голос, позвонил ведущему конструктору и договорился о встрече в кафе на другом конце мегаполиса через час.

И поехал туда на метро: кто знает, почему, но некто в груди на флаеры смотрел с отвращением.

Конструктор Михал оказался старичком лет четырехсот навскидку: в бороде уже виднелась седина. Оказалось, что он уже в отпуске, но на встречу со мной согласился – настолько нужен был отчет о композите.

Какие-то правительственные заказы, я не очень разобрался, больше за подсказками… пусть будет, советами интуиции, следил. Не очень обращал внимание на то, что мне говорили – и что я говорил в ответ. Очнулся на фразе:

- Тогда я порекомендую вас сразу на второй курс.

Что, что? О чем это мы?

И тут в сознании медленно прояснело, и я увидел весь наш разговор как бы со стороны. Оказывается, я только что согласился поступить «в счет будущей зарплаты» на Высшие Курсы Конструкторов. Да еще и на второй год обучения сразу – по протекции этого самого Михала. Внутренний голос вопил: «только не задавай никаких вопросов!» - но я тестировщик, надо убедиться.

- А почему же проблему с композитом не обнаружили раньше?

Любой другой вопрос не был бы показательным. А так я и тему сменил, и – это тоже вопрос, а интуиция утверждала: «никаких вообще». Убеждаться, так до конца.

И тут мне прилетело с неожиданной стороны.

- Чем вы слушали? – возмутился Михал, и принялся, перемежая технические термины матом, повторять – я только тогда понял, что именно повторять! – свои объяснения по этому поводу.

- С такой внимательностью первый курс пропускать вам нельзя, - выпустив пар, заявил Михал, а интуиция заверещала: очень плохо! – и принялась давать такие причудливые советы, что я начал сомневаться, не шизофрения ли это.

Однако и на квест Михала пригласил, и про Мару ему рассказал, и расстались мы глубокой ночью совершенно по-дружески.

Вот так я и стал конструктором. К волне военных заказов опоздал ровно на тот год, что потерял, тестируя интуицию – зато теперь в обход своего внутреннего монстра не делал ничего.

Протестировано: багов нет. Такой я везунчик.