Фото-вспышка

Глава 1

– Вот так, а теперь я хочу, чтобы ты сделал акцент на моей тени – сместим фокус внимания и фотоаппарата с человека на его тень. Это, как если бы основным действующим лицом сейчас был не человек и его мир, а тень и её ареал воздействия. – Cветлая фото-студия с заставленными плафонами, фото-элементами и отражающими вспышку конструкциями вмещала сейчас двух человек. Говоривший обращался и к фотографу и, судя по его манере говорить, и к самому себе одновременно, причем не делал явного разделения – к кому и в какой момент он вещает. Снимавший его человек слушал, явно желая поскорее приступить к съёмке, минуя многословность и размах творческой идеи его модели. Когда фотографируемый закончил говорить и принял задуманную им позу (смотря в сторону с видом обречённо человека), фотограф сделал несколько снимков с разных позиций, акцентируя фокус на тени: ее фактуре, длине, положении в пространстве и переходе с пола на стены и даже потолок. Такая разная тень принимала различные формы, кое-где проступая темнее, кое-где – светлее.

Щелчок и очередная вспышка осветила помещение, отразившись от свето-принимающих элементов. Ещё один щелчок, который будто был ярче предыдущего. Ещё один и, позирующий человек готов был в этом поклясться, – снова ярче предыдущего.

Тут неожиданно в руках фотографа вместо современного зеркального фотика оказался тонкий цилиндрообразный желобок с маленькой кнопкой сверху. От него снизу тянулась черная веревка, которая вторым концом крепилась в конструкцию на триноге – судя по всему, старинный фотоаппарат. Человек с пультом нажал кнопку и висевшая над ним дутая колба ярко озарила всё помещение белоснежной вспышкой. Следующее, что увидел человек, это то, что снимающий его на старинный фотоаппарат – это он сам. Они оба – он с фотоаппаратом и он снимаемый – недоуменно смотрели друг на друга, явно не понимая что происходит. Затем реальность задрожала и они оказались в прозрачном пузыре, который взмывал в воздух. Снизу, в фото-студии, продолжалась съёмка и обсуждение дальнейших кадров между фотографом и его моделью, а пузырь покинул пространство студии и стал обрастать другой локацией: мощёная брусчаткой площадь, карета, перед которой собралась компания людей в плащах, рубашках, цилиндрах и кепах. Напротив них расположился человек с фотоаппаратом, похожим на тот, что был у двойника в пузыре. Сейчас фотограф на площади настраивал свой инструмент и выпрямлялся. В его левой руке было нечто, похожее на лампочку, а в правой – пульт с кнопкой и веревкой. Рядом с фотографом стоял ещё один человек, силуэтом напоминавший фотографа. Казалось они, находясь в непосредственной близости друг с другом, совсем не воспринимают своего соседа, каждый занимаясь своим делом: фотограф настройкой оборудования, а его сосед – установкой на оборудование странных светящихся элементов. Над головой ассистента фотографа висела подобная колба, что и у фотографа из пузыря.

Момент и площадь озарилась вспышкой и, одновременно с этим, колба дублировала вспышку и ещё более яркий свет распространился по всей площади. Казалось, никто не заметил ни второй вспышки, ни человека, что ее инициировал, ни его предшествовавшей ворожбы над громоздким фотоаппаратом на триноге.

Сфера с двумя ещё не совсем понимающими что происходит людьми, неведомо как здесь оказавшихся, неспешно поплыла в сторону фотографа и его "ассистента". Было очевидно, что никто не видит прозрачной сферы, но тут "ассистент", уловив движение сбоку от себя, повернулся и во все глаза уставился на сферу с ее "пассажирами". Он был удивлен ничуть не меньше товарищей в сфере. Когда границы пузыря соприкоснулись с ним, то последний невольно отпружинился и на какое-то расстояние поднялся в воздух, медленно удаляясь от сферы, будто находился в невесомости. Только сейчас обитатели пузыря заметили, что и увидевший их ассистент и они сами слегка светятся и будто парят над землёй, хотя без особого труда касаются ее стопами.

Отлетевший недалеко новый знакомый, изображая технику плавания брасом, подплыл обратно и слегка надавил на сферу, которая оказалась вполне упругой и податливой, но всё-таки сохранила свою целостность и не впустила его вовнутрь. Тут он принял задумчивую позу, обхватив двумя пальцами подбородок, и спустя несколько мгновений вздернул указательный палец вверх, а лицо интенсивно засветилось и над головой на какое-то время возникла яркая лампочка – судя по всему, ему пришла идея, как можно выстроить коммуникацию с пришельцами.

Тем временем фотограф и компания у кареты весело что-то обсуждали. Внутри них, у кого в районе солнечного сплетения, у кого в груди, у кого даже в горле росли в своём свечении искорки, жидкообразные светящиеся кристаллы или просто чистый свет.

Ассистент проследил на взглядами людей, находящихся внутри сферы и тут возле него возникло облачко, где подобно фильму стал разворачиваться сценарий: фотограф делает снимок, а невидимый ему ассистент и, как вдруг интуитивно стало понятно, его дублёр-тень, делает практически синхронную вспышку при помощи висящей над ним колбы. После этого в облачке очень ясно демонстрировалось, как после его вспышки у людей внутри растет их "внутреннее свечение", в результате они становятся более радостными и лёгкими внутри себя и с окружающим миром. Похожие друг на друга персонажи внутри пузыря посмотрели друг на друга, на фотоаппарат и смекнули, что являются подобным дуэтом: один в роли человека, а другой – в роли его тени. Тот, что держал пульт от вспышки-колбы, направил объектив на своего двойника и нажал на кнопку. Пузырь озарился чистейшим белым светом, после чего свечение внутри фотографируемого стало расти. За пределами пузыря их новый друг активно захлопал в ладоши и улыбнулся. Видимо, ему доставляло огромное удовольствие, когда кто-то перенимал принципы его работы.

Затем ассистент создал ещё одно облачко и в этот раз на нем транслировалась информация как делать вспышки исключительно определенным людям, чтобы не рассеивать свето-эффект и не светить туда, куда не надо и на кого не надо. За вторым последовало третье, в котором содержалась информация о том, как преломлять свет, управлять его интенсивностью, расширять или фокусировать вплоть до тонкой линии. Или, наоборот, распылять и рассеивать во все пределы. Облачко за облачком возникали, а их новый друг добавлял своей пантомимы и жестикуляций для создания более объемной информационной картины.

Тут подошла следующая группа людей в пальто, плащах, шляпах, кепах и брюках. Фотограф снова стал готовить свои инструменты для новых снимков. Его дублёр и "ассистент", заметив это, комично заспешил к нему, оставив информационные облачка на попечение гостей в сфере. Те, в свою очередь, молниеносно впитывали раскрывающиеся в них послания про светоадаптацию и светорегуляцию.

Фотограф в этот раз согнулся и ушел за вуаль аппарата, а руку с пультом поднял вверх. После нажатия кнопки вспышка озарила доступное ей пространство и практически синхронно свето-импульс ассистента дублировал свето-путь вспышки-сестрички. Ассистент помахал двум пассажирам сферы, привлекая их внимание и тут их субъективное течение времени замедлилось: фотограф и его группа застыли, свет, распространяемый ассистентом застыл, а он – ассистент – стал перемещаться в пространстве кое-где добавляя свечение, кое-где уменьшая. Он словно рисовал светом определенные области. Гости из пузыря завороженно наблюдали за тем, как ассистент рисует световые картины. Затем он хлопнул в ладоши и время потекло в привычном ритме. Свет ложился и перетекал теперь подобно воде, кое-где возрастая, кое-где уменьшаясь.

Человек в сфере и его тень-дублёр уже осознавшие, что являются подобным дуэтом – фотографом и его ассистентом-тенью, – в отличие от их нового знакомого с его человеческим двойником, видели друг друга. Тут сфера стала уплывать, оставляя под собой мостовую, фотографа, его ассистента и нарядную компанию. Не спеша пузырь поплыл по мерцающему светлому пространству, наподобие тоннеля и вынес их в следующее пространство, всем своим видом напоминающее лабораторию. Внутри неё были аккуратно расставлены различные колбы, реагенты, аппараты и машины, выполняющие механическую запрограммированные в них процессы. Некоторые из механизмов перемещали боксы и коробки: щупы аккуратно поднимали вверх запакованный короб и переставляли в другое место. Другие машины следили, как на конвеере в специальных отверстиях шествуют колбы, склянки и резервуары с различными жидкостями. В определённом месте некоторые изымались из своих гнёзд и смешивались в отдельную пустую колбу.

Кое-где другие машины проявляли и печатали фотоснимки. Сверху тянулись ряды плёнок и кинолент, на которых разворачивались события из различных времён и пространств. По кусочкам они выплывали из узких, в полоску, порталов и тут же встраивались в плывущие ряды плёнок и лент. Что примечательно, все кусочки отличались друг от друга, как по размеру, так и по другим характеристикам (цвет, светимость, "настроение"), но это не мешало им быть в одной сцепке.

Дальше плёнки и ленты проходили через цилиндрическую вытянутую форму, из которой со всех сторон ходили тонкие многочисленные лучи. Вероятно, это был сканирующий жёлоб-проявитель, ищущий разного рода искажения, помутнения и ошибки в закодированных плёночных фрагментах. После желоба пленка вновь фрагментировалась и переходила в что-то, напоминающее архив – из ниши выплывал практически прозрачный кейс с округлыми краями, который открывался и фрагмент ложился в специальную полость внутри. После того, как кейс захлопывался изображение внутри становилось объемным и более живым. Но так происходило не со всеми кадрами – некоторые собирались либо в одну ленту, либо квадратиками, треугольниками и другими многогранниками образовывали покадровую сферу, внутри которой из многочисленных сценариев, что фрагменты несли в себе, создавался небольшой мир. Тщательно подобранные отрывки из разных миров вновь собирались уже в новом экспериментальном микро-мире сфере. В эту сферу погружались в дальнейшем тестировщики – сознания, что находилось здесь же – в пределах лаборатории. Причем они могли быть как в плотной форме (в какой-либо из материальных оболочек), так и в виде эфемерной бесформенности. В случае, если погружался уплотнённый вид сознания, он проецировал намерением внутрь часть себя либо прибегал к помощи различных энергетических распределителей, что регулировали уровень его погружения, не давая слишком увязнуть в созданном микро-мире. Они служили предохранителями и по необходимости могли выдернуть погружаемого обратно в тело в лаборатории.

Если же погружение происходило исключительно за счёт намерения, то в этом случае погружаемый намерением и регулировал все процессы, опираясь в основном на интуитивную составляющую и волю. Этот вариант был в каком-то плане рискованнее и тяжелее, но, вместе с тем, открывал просторы для наибольшего раскрытия потенциала и роста опыта.

Сфера перемещалась по пространству лаборатории, изучая внутреннее устройство и подмечая интересные процессы, что наполняли буквально каждый кубический сантиметр помещений. Кое-где создавались объёмные картины, содержащие в себе короткие сценарии, которые можно было развернуть и просмотреть и даже поучаствовать в них.

Разные сознания, в той или иной форме, появлялись, обменивая свой опыт либо другой торговый эквивалент на уникальные изобретения, что производились в лаборатории. Они могли частично погрузиться в микро-миры, которые здесь формировались, чтобы обогатить себя уникальным собранием из различных компонентов энергий. Взамен, посетители передавали крупицы своего опыта, информации и, возможно, кусочек своего уникального рисунка души.

Сфера поплыла дальше и остановилась в одном из помещений лаборатории. Здесь в энергетическое поле погружались раздробленные кусочки различных существ. Рядом с полем мелькали существа-конструкторы, которые выстраивали в нужном порядке все части и реставрировали – погружённые в поле повреждённые элементы сами примагничивались в нужное место, а мелькающие конструкторы полировали и доводили до финальной огранки цельную пересобранную модель души, сознания или других требующих реставрации элементов. Всё выглядело очень органично и гармонично – создавалось впечатление, будто как только сюда попадали нуждающиеся в исцелении, так в поле сразу же создавались предварительные матрицы возможных путей перепайки и восстановительных процессов. На выходе исцелённый организм был уже чем-то новым, хоть и несущий прежнюю уникальную сердцевину.

Сфера медленно поплыла дальше и попала в подпространство лаборатории, где похожая вспышка высветляла присутствующих там существ, обнажая их истинную суть, а всё остальное, что после распространение свето-импульса отделялось от существ, собиралось в специальные сосуды и возвращалось посетителю.

Ещё дальше, в одном из помещений лаборатории, био-техническая машина ткала киноленты жизненных сценариев, исторгая из своего широкого рта цепочку связанных между собой проигрывающихся облачков. В очередной раз открывая рот, из машины вылетал пузырь или облачко, где происходили сформированные сценарные события. Они собирались, как икринки, примыкая друг к другу, в ожидании, когда один или несколько из них выберут для адаптации в мир-симуляцию или просто для корректировки и дальнейшего создания цепочки из сопряжённых сценариев.

Сфера неспешно перемещалась из пространства в пространство, из помещения в помещение, открывая для двух её пассажиров всё новые и новые секреты мира "Лаборатория": вот ещё несколько существ при помощи инструментов выстраивали линейные пути и грани для симуляционных миров и загружаемых в них сценариев; вот ещё несколько других существ совмещали (адаптировали) между собой выстроенные путеводные векторы и грани с сценарными развёртками и внедряли в симуляционные микро-миры; вот другие существа-тестеры после последних проверок погружались внутрь небольших миров; вот посетители обменивались гранями опыта и приобретали необходимые им компоненты.

Сфера стала отдаляться, пульсируя в такт вспышкам из лаборатории. Спустя какое-то время она вернулась в фото-студию, где два человека, уже отсняв изрядное количество материала, собирали оборудование и просматривали кадры. Ещё одна грань того, что происходит и как оно происходит открылась для фотографа и его дублёра – его тени, порой действующей незаметно, а порой осознаваемой человеком. Они – человек и его тень – смотрели, как фотограф и его "модель", довольные проделанной работой покидают студию. Вслед им, хотя они уже не могли этого видеть, мерцала выплывшая из сферы вспышка, будто желая высветить любые следы их присутствия.