Фамильяр мага

Глава 1. Солнце-жара

Мира Раскрасная

Фамильяр мага

Столбик термометра в городе приближался к 42 градусам по Цельсию. Жара была просто невыносимая. Июль месяц побил все рекорды по температурному режиму. Из каждого "утюга" кричали о мерах безопасности в связи с аномальной погодой. Машины и люди выстраивались в длинные колонны в попытке выбраться из города, подальше от изнуряющего зноя стекла и бетона. Магистрали переполняли автомобили всех марок и моделей. Двигаясь по шоссе, они стремились обосноваться в местности, поближе к прохладе озера или реки.

Дачи, деревни, палаточные городки и кемпинги, все обозначенные и не обозначенные в навигаторах водоёмы были переполнены людьми, автомобилями и палатками. Казалось, обнаружены даже те уголки водной стихии, о существовании которых не догадывалась сама природа.

На одном из песчаных пляжей Озёрного водохранилища расположилась небольшая компания. Среди разбросанных вещей легко угадывались очертания будущего палаточного лагеря. Но распаковка сумок была отложена на второй план. Всё внимание было сосредоточено на освежающей прохладе озера. Молодые парни и девушки возрастом около восемнадцати — двадцати лет со смехом ныряли в воду, кто-то в шутку прихватывал с собой девушек. В воздухе царило веселье.

На фоне купающихся особенно выделялась одна девушка. Она молчалива стояла у кромки воды. Её седые волосы с синими кончиками игриво развивались на ветру, а лёгкий сарафан изящно облегал фигуру. Она с улыбкой наблюдала за хаосом, творившимся в воде.

— Вероника, ну чего ты стоишь в одиночестве? Давай, натягивай купальник и прыгай в воду, — весело обратился к ней один из молодых людей.

— Я не поклонница ваших водоёмов, — произнесла девушка, брезгливо сморщив носик, — Как вы вообще можете купаться здесь? Вода вся тёмная. Бррр!

— Ой, да перестань!!! — смеясь, подбежал её молодой человек. — Во-первых, не ваших, а наших. Во-вторых, ты даже не пробовала! — подмигнув, он подхватил девушку на руки и бросился с ней в воду. Брызги и весёлый визг сопровождали пробежку. Спустя мгновение молодые люди уже стояли на глубине, и над водой видны были только их головы, — Ника, вода — парное молоко! Видишь?

— Игнат! — рассмеялась Вероника, но всё же грозно посмотрела на виновника веселья, — Ну и что ты вытворяешь? Я же теперь вся мокрая!

Встретив строгий взгляд девушки, юноша состроил испуганную гримасу и медленно опустился под воду, оставив за собой лишь расходящиеся водные круги. Шутливое поведение сопровождал дружеский взрыв смеха.

Девушка вышла на берег, выжимая прямо на себе мокрый сарафан. Но эти движения никак не помогли его просушить. Вздохнув, Вероника направилась в сторону лагеря, где начала искать вещи для смены наряда. Выбрав из брошенной возле палатки сумки купальник и полотенце, она вдруг ощутила объятия.

— Ну не обижайся, — прошептал знакомый голос.

Игнат обнимал девушку за талию, уютно устраивая подбородок на её плече.

— Да я и не обиделась, — ласково ответила Вероника. — Сейчас переоденусь и присоединюсь к вам. Вода, соглашусь, хорошая.

— Мг, весьма. Сначала она кажется немного прохладной, но как только привыкнешь — становится комфортной. Все в порядке? Ты не расстроена?

— А разве есть причины для огорчения? Я в полном порядке. Переоденусь только, — с улыбкой сказала Вероника.

— Ладно, тогда жду, — поцеловав ладошку девушки, Игнат побежал к воде. И уже друзьям крикнул, — сейчас вернётся!

Вероника зашла в наспех поставленную палатку и неспешно меняла летний сарафан на купальник. До неё доносился оживленный разговор ребят. Она слегка притормозила с переодеванием, прислушавшись к разговору молодых людей.

— Она точно не обиделась?

— Не, нормально.

— Да что же ты о ней так беспокоишься? Ну не сахарная же...

— Для кого как. А для меня, так очень, — послышался ответ Игната.

Вероника и Игнат встречались около месяца. Вежливый молодой человек, внимательный. Отношения складывались постепенно. На этих выходных решили провести время с его друзьями и познакомиться поближе. Вероника очень волновалась перед этой поездкой. Но Игнат успокоил и заверил, что его друзья — мировые ребята. Что может пойти не так? На первый взгляд — обычная весёлая компания. Понятно, что Веронику многие сторонятся из-за цвета волос. Он же не просто белый, а седой. Да и её замкнутое поведение случайных встречных отпугивает. Но с Игнатом все по-другому. Легче, наверное, и свободнее.

"Не бойся трусиха. Иди к ним. Не всё так страшно" — подбадривала себя Вероника, несмело выходя из палатки.

— Иду! — крикнула она, и направилась прямо к озеру.

Вода действительно была восхитительной. Она не сияла лазурным блеском, скорее просто пропускала сквозь себя свет и позволяла увидеть на дне тёмно-серый песок, но все же несла приятную прохладу.

Игнат тут же подплыл к Веронике. Он с улыбкой притянул её к себе, устроил на своей спине и поплыл подальше на середину озера. Молодые люди наслаждались прохладой воды и общением друг с другом. Остальная компания с шумом и брызгами проводила время поодаль от них. Юноши с гордостью демонстрировали девушкам свои умения, ныряли и соревновались между собой. Мужской и женский смех меняли друг друга. Молодёжь наслаждалась летним купальным сезоном.

Ближе к вечеру солнце перестало так припекать и наконец-то стало легче. В палаточном лагере все засуетились для окончательного его обустройства. Ребята принялись устанавливать палатки, а девушки — готовить ужин.

— Девочки, чем вы порадуете ненасытных львов? — к столу подбежал Кирилл, попутно обшаривая тарелки, — дайте хоть огурец какой схватить.

— Кира, ты мангал растопи. Сейчас шашлык пожаришь, а остальное мы нарезали. Кто-нибудь кетчуп взял?

— В синей сумке посмотри! — крикнул кто-то из присутствующих.

— Почти готово, куда ставить? — Вероника украшала бутерброды листьями зелени.

— Ммм, аппетитненько, дай один!

— Кира, хватит таскать все подряд, котяра ты плешивый, а не лев, — воскликнула Лиза. — Сейчас уже почти все готово! Что там с углями?

— Давай мясо! Угли готовы.

— Ага, и тарелки.

Лиза, Алёна и Вероника почти закончили накрывать на стол, а Кирилл и Саня — жарить шашлык. Игнат и Алексей установили палатки и несли с собой прохладное запотевшее пиво.

— Ты ж моя радость! — то ли к пиву, то ли к Игнату протянул руки Кирилл, — дай мне глоток этой живой воды!

— Держи, — подал пиво Игнат, — И мне открой.

— Это мы легко!

После жаркого дня и купания, шашлык с овощами представлял собой пищу богов. Нет ничего более вкусного, чем мясо на углях, приправленного острыми соусами и лёгкими прохладными алкогольными напитками.

Весёлый разговор плавно перетёк к костру. Отдыхающие, кто обустраивал лагерь до них, заботливо расставили бревна вокруг кострища. Их и использовали вместо

— Ну что, Игнатка, не притопила тебя там твоя Ника? Жив остался?

— За себя беспокойся, Алёшенька, — притворно ласково ответил ему Игнат. Он лишь сильнее сжал девушку в объятиях. Голова её спокойно лежала на груди парня, глаза были прикрыты. Слова Игната вызвали улыбку на её губах.

— Ну что, время страшных историй. Саня, ты никакую историю в запасе не припрятал? Накопал что?

— Ой, ну не в детском лагере же! Какие истории? Сейчас послушаем про очередные любовные приключения Кирилла и так, осудим кого. Да и все, — сказала Лиза.

— Ага, я Саниных рассказов перестал бояться ещё в седьмом классе, когда с физруком в лес ходили в недельный поход. Игнат помнишь, как весело было?

— Помнишь, — ответил Игнат, — но только не мне. Я после его рассказов даже при свете дня один в туалет не ходил. Нет уж, спасибо.

— Оу, страшно? — весело подмигнул Саня, — я могу ещё рассказать!

— Не надо. Обойдёмся как-нибудь. И где же ты их берёшь?

— Так в интернете. Там ресурсов, хоть одним местом ешь. Чего только люди не выкладывают.

— А ты и рад подчитывать.

— Да, я и рад. Мне интересно, я собираю всякого рода фольклор и сказания. Современности, хочу отметить. Ну, например из нового... Сейчас расскажу.

Саня встал и занял демонстративную позу автора высокой поэзии, высоко подняв одну руку и задрав подбородок. Рассказывать историю он начал в лицах тихим заговорщицким голосом.

— В темноте леса, вокруг потрескивающего костра, собралась компания друзей, явно намереваясь остаться в лесу до рассвета. Ну вот как мы. Один из друзей отговаривал их от ночёвки в лесу. Назойливый товарищ всё повторял, что здесь ночами бродит получеловек. Он ищет свою потерянную душу, и если поймает кого-то, то обязательно поменяется с ним местами. Все над ним смеялись и прикалывались — никто не верил рассказам парня. Но вдруг из леса к костру подошёл незнакомец, весь в грязи, с пустым взглядом. Всё утихло. И даже ребята смотрели на непрошенного гостя в недоумении. А оборванец смотрел на них, но в то же время словно сквозь них. "Нашёл, что искал... — произнёс он шёпотом, — и заберу...". Но незнакомец ничего не успел сделать. К нему подошёл один из друзей и слегка прихватил за шиворот. Взяв вот так незнакомца, он оттащил его на два метра от костра. "Пошёл вон отсюда, бомжара", — сказал парень, отвесив незнакомцу пинок по мягкому месту. Но в тот же момент этот удар почувствовал он сам. Когда парень поднял взгляд, он увидел себя, уходящего к своим друзьям, когда как сам стоял у края леса. Крик ужаса застыл на губах парня. Что было силы он закричал... — Саня сделал демонстративно паузу, потом резко заверещал, запрыгнул на Кирилла и стал размахивать слегка обугленной палкой, — Ты будешь следующим...!!!

— А-а-а, отвали от меня, придурок!!! — в страхе выворачивался от него Кирилл.

Вдвоём они закружились, словно двухъярусная юла. Смех поднялся над лагерем. Кирилл пыхтел, весь красный, нервно хватал воздух. Саня раскланивался, принимая комплименты.

— Ну ты читер! — смеялся Алексей.

— Саня, ты можешь лучше, рассказ на троечку! — усмехнулся Игнат.

— Беден стал мир рассказов, — грустно вздохнув, цокнул языком Саня, — ничего не цепляет.

— Слышите, ребят? — неожиданно насторожилась Лиза, — тихо стало. Даже кузнечики не стрекочут.

Все прислушались. Над лагерем не было слышно ни звука: лес замер, даже дуновения ветра не ощущалось. Казалось, утих даже огонь костра. Хрясь! Все подскочили от звука ломающейся ветки, слишком громкого и близкого. Звук словно раздался за их спинами. Молодые люди с опаской стали оглядываться по сторонам. Других посторонних звуков больше не прозвучало: ни шороха, ни ветра, ни одна травинка не согнулась.

— Гуляет кто? — шёпотом спросила Алена.

— Э-э-э, выходи! — Алексей с криком бросил палку в сторону, откуда был слышен хруст ломающихся веток.

Нехитрое оборонительное оружие, описав в воздухе небольшую дугу, улетело в кусты. В ответ ничего, никакого постороннего шума.

— Так может что?

— Да ладно, это просто ветер, — сказал Саня, — не парьтесь... Упало там... Лес же кругом.

— Ну да...

— Всё. Никаких рассказов. Хватит, — с нажимом подытожил Игнат.

Его слова вызвали общий хохот. Лёгкий смех снял напряжение. Ребята выдохнули и снова уселись у костра.

— Уу, Страшно? — шёпотом подколол Саня.

— Да пошел ты! — поёжившись, усмехнулся Игнат.

— А мне интересен рассказ Вероники. Вот почему у тебя волосы белые? Крашеные? Это стиль такой? — спросила Лиза.

— Да нет, они седые.

— Седые?! Кстати, можно тебя Никой называть? Просто Игнат тебя так называет, — пояснил Алексей, и, дождавшись утвердительно кивка Вероники, продолжил. — Скажи, ты людей по ночам не пугаешь. Тебя же выпускать нельзя. Если в темноте встретишь такую, то сразу заикой останешься. Твои седые волосы напугают прохожих прям сразу.

— А в темноте с привидением не путают? Может в церкви батюшка там, кадилом, обмахивает? — добавил Кирилл.

— Делать нечего? — с угрозой в голосе тут же отреагировал Игнат.

— Без обид, Игнат. Простое любопытство. Ника, расскажи историю, как твои волосы стали такими.

— Ты перегибаешь, — Игнат даже не думал успокаиваться.

— Все хорошо, — успокоила парня Вероника, и спокойно ответила, смотря прямо на Алексея, — В детстве я была русой. Довольно банальный цвет. Мама рассказывала, что я очень испугалась, но никогда не говорила, чего именно. Так потихоньку волосы и начали седеть.

— Так ты с детства того? Ну, седая...

— Да, сколько себя помню.

— Так, а врачи, анализы. Может паразиты какие?

— Ага ты ещё пошути, что питаются за твой счёт.

— Оч смешно!

— Да хорош, ребят, ну не тролльте вы её... Сча Игнатка вам объяснит, как быстро поседеть. Ха-ха...

— Да подожди ты. Слушай, а правду про тебя рассказывают? Ну... ты лунатишь, типо... Нам не надо бояться, что ты ночью вдруг в палатку к кому зайдёшь? Бывает же такое... — многозначительно проговорил Алексей, но лёгкий подзатыльник Алены заставил его чуть вжать голову в плечи.

Ника на такие предположения всего лишь улыбнулась.

— Не переживай, — крепче обняв Веронику, заверил Игнат, — не зайдёт она к тебе в палатку. Обещаю.

Обещание Игната было встречено весёлым улюлюканьем.

Ещё какое-то время ребята дурачились у костра. А когда вайб леса начал отпускать, все по очереди стали уходили в палатки. Вскоре над лагерем стало тихо. От костра остались одни угольки, с расстояния напоминавшие размотанный клубок ярких красных ниток.

— Прогуляемся? — спросил Игнат.

— Темно же.

— Так и хорошо, — прошептал Игнат и потянул Веронику за руку. — Пошли...

— Куда пойдём?

— Тут

Молодые люди шли босиком, держась за руки. Они тихо переговаривались, улыбаясь друг другу.

— Нравиться? — спросил Игнат.

— Мг, очень.

— Ты не обижайся на Саню и девчонок. Так они безобидные, но иногда их заносит...

— Да ничего не произошло, чтобы обидеться, — крепче обняла парня Вероника. — Ты же знаешь, я особо никогда не то чтобы не дружила, но ни с кем близко не сходилась. Так что их приколы мне даже приятны. И не вызывают они желания прибить их.

— Ну и ладно, — выдохнул Игнат, — но если достанут, ты говори. Я им объясню манеру поведения.

— Обязательно, — засмеялась Ника.

— Не устала сама? — Игнат заботливо поправил спутавшиеся локоны девушки.

— Нет ещё. Спать совсем не хочется, — в подтверждение своих слов Ника махнула головой.

— Целый же день на ногах, энтузиастка ты моя, — усмехнулся Игнат.

Нике на это осталось только пожать плечами. Она часто подолгу бодрствовала. А ночью так вообще не могла уснуть. Её спутницей всегда была бессонница. Но об этом она не говорила Игнату. Сложно признаться, что помимо внешнего чудаковатого вида, ещё и с головой проблемы. Ника не могла спать, а точнее — она боялась уснуть. Ей снились кошмары: неописуемый ужас, будто тебя чем-то тяжёлым придавливают, парализуя и лишая возможности двигаться. И возможности сбросить наваждение нет. Самое страшное, что эти ощущения девушка осознанно чувствовала во сне, а проснуться не могла. Вдобавок помнила о них после пробуждения, где к ощущениям прибавлялись необъяснимое беспокойство, тремор, острое чувства потери. После таких пробуждений Ника долго не могла прийти в себя. Объяснить эти чувства невозможно. Она даже пробовала обращаться к докторам. Даже профессора ставили диагноз — панические атаки, и прописывали лекарства. Но лекарства не то, что не помогали, а, наоборот, скорее вредили. С ними она словно всегда находилась во сне, и ощущения ужаса сопровождали её постоянно.

В последнее время кошмары стали сниться чаще, для неё особенно стало привычным оттягивать сон, как можно дольше. Да и к ощущениям добавились флешбэки воспоминаний: будто руки и ноги связаны верёвками, по которым, как по венам, текут красные ручейки. После таких снов Ника особенно остро чувствовала слабость, острую боль в области груди. А ещё холод. И сегодня, как никогда, она ощущала холод. На улице температура ночью составила двадцать пять градусов, а ей все равно было прохладно.

Гуляя вдоль озера, Ника думала: "Какой сон будет в незнакомом месте и как пережить эту ночь... Может зря я сюда приехала. Я боюсь закрыть глаза даже здесь".

Пройдя по краешку воды, молодые люди вернулись к костру.

— Даже озеру досталось от жары. Смотри, над водой пар поднимается. Завтра такая же погода? — взгляд Ники блуждал по тёмной поверхности водного зеркала.

— Мг, и луна как никогда огромная. В городе такою не увидишь.

— Сегодня очень красиво. Посидим ещё?

— Давай, только спальник принесу, твои руки озябли. От воды холодом, наверное, тянет. Хотя тепло. Подождёшь меня, ладно?

— Конечно.

Игнат ушёл, через минуту принёс спальный мешок и укутал им девушку, словно в одеяло. Ника удобно устраивалась у костра, подбирая спальник так, чтобы искры не смогли его прожечь. Игнат в это время подбросил несколько дров. Пламя потихоньку начало облизывать порцию древесины, красиво играя и потрескивая. Ника с интересом смотрела на отскакивающие от костра угольки. Игнат присел позади неё, притянул к себе девушку, слегка поцеловал висок. Ника уютно утроилась на груди парня. Тишину лагеря нарушал только треск огня. В какой-то миг Ника на секунду прикрыла глаза. Она сразу почувствовала, как звуки леса становятся тише и глуше, а тело потихоньку расслабляется и тяжелеет.

Шум шагов и хруст палок под ногами заставил её проснуться.

— Игнат? — сонно спросила девушка. — Ты где?

Спиной девушка упиралась в бревно. Тихо. Ни одного звука. Нике потребовалась несколько секунд, чтобы сбросить сонное наваждение и осмотреться вокруг. Игната не было.

— Кто здесь? — в голосе звучала тревога.

Туман. Вокруг всё в тумане.

Минуту назад перед ней было раскинуто озеро с поднимающимся от воды паром, и на его поверхности отражались блики костра. Сейчас же на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. Костёр по-прежнему излучал жар и весело потрескивал. Двигая рукой над ним, Ника чувствовала исходящее от него тепло: "Реальность или сон?".

— Не похоже на сон... Может быть погода слишком быстро поменялась. Игнат? — на окрик никто не ответил. Тишина ещё больше напугала девушку, — так, Ника, иди в палатку. Как-то это ненормально. Утром будет не так страшно.

Сквозь туман, вытянув в перед руку, девушка медленно стала двигаться в сторону. Там, как ей казалось, должна была находиться палатка с уснувшей Алёной.

Пройдя метров пять вперёд, она вдруг осознала, что нет никакой палатки. Перед её руками ощущалась только пустота, под ногами — сырая трава, а за спиной — лёгкое оранжевое свечение костра. Но с каждым мгновением даже это свечение становилось всё менее видимым, а туман — плотнее.

Запаниковав, девушка попыталась вернуться к костру, но сколько бы не шла назад, свечение не приближалось, а, наоборот, гасло. В нерешительности она свернула влево, пытаясь найти хоть какой-нибудь ориентир, затем прошла по кругу, выбирая то одну, то другую сторону. Но ничего из того, что могло напоминать очертания лагеря, ей не попалось.

Вдруг Ника почувствовала туже силу, что так пугала её в кошмарах. Ощущение ужаса было в несколько раз сильнее, чем раньше, почти физическим. Посмотрев на свои руки, Вероника увидела отчётливо проступающий рисунок вен под кожей, а следом — ощущение невидимых объятий. Кто-то слишком сильно её обнимал, до боли сжимая грудную клетку.

Девушка в страхе стала звать на помощь. Но в ответ было слышно только эхо её собственного голоса. Ужас накрыл её полностью, слёзы катились из глаз. Спустя несколько секунд вместо криков девушка могла издавать только хрипы, и даже вдохи получалось делать рваными и не частыми. Издав последний хрип, Ника потеряла сознание.

Кошмары ведь бывают только во сне?

Глава 2. И кто же ты, незнакомка?

"Мне вкусно. От удовольствия зубы сводит, а тело само по себе изворачивается от наслаждения. Какая вкусная девочка! Еёэмоции сегодня особенно сочные!"

От резкой болиажпотемнело.

"Где? Почему пропало? Больно. Как будто в миг получил удар под ребра. Мне нечем дышать... Словно кислород перекрыли. Мышцы свело и скрючило. Падение. Я стою на коленях. Не могу встать. Жжёт! Где моя девочка? Почему сегодня не сработало. Сегодня полнолуние. Канал максимально широк. И энергияидётлегче, чем обычно.

* * *

Пробуждение было тяжёлым. Тело ощущало покалывание, запах сырой травы и прохладу. С трудом приоткрыв глаза, Ника увидела муравья, передвигающегося по травинке прямо перед её носом, и землю под ним. Немного передвинув голову, девушка поняла, что лежит на траве, практически лицом вниз. Прислушиваясь к своим ощущения, попыталась понять, прошло ночное наваждение или же нет. Вечерняя паника всё ещё не отошла, о вчерашнем напоминало чувство тошноты и тремор рук. С земли тянуло сыростью, одежда уже была влажной, из-за чего кожа ощущала даже малейший ветерок.

С первой попытки встать не получилось. Движения из-за длительного неудобного положения давались с трудом. "Как всё болит..." Сначала получилось только сесть и уже в таком положении посмотреть вокруг.

— Ммм, и где я?

Девушку окружал густой лес. Сами деревья были просто нереально высокими и мощными. До первой ветки с земли было минимум метров семь, а в обхвате представители растительного мира составляли что-то около метра. Сквозь крону деревьев не проникало солнце, но мягкий свет всё же присутствовал.

— Это не тот лес, в котором мы остановились вчера. Таких деревьев даже и близко не было в месте ночёвки. Как вообще можно было сюда попасть?

Вокруг не было никаких тропинок или дорожек. Землю покрывал низкорослый кустарник и мох. Но и он мелькал местами, просматривался сквозь дымку тумана.

Лес жил своей жизнь. Где-то летали птицы, устраивая между собой перекличку, прыгали по деревьям белки. Ничего не нарушало природный ритм.

Туман рассеивался. Кое-где ещё был виден белый дым, но он отступал слишком быстро, даже не прячась от случайного свидетеля.

Не с первой попытки, но Ника встала на ноги и отряхнула от одежды мелкую сухую траву.

— Да уж. И занесло же меня. Эй, АУ! — громко позвала девушка. В ответ ей вторило только эхо и стайка птиц, испуганно слетевших с веток деревьев. — Надо как-то вернуться в лагерь. Там уже все волнуются. Так, в какую сторону идти? А, телефон?!

Девушка быстро ощупала карманы джинсов.

— Вот же он. Хорошо, что мы, дети гугла, никогда не расстаёмся с телефоном. Ну что же, сразу звоним Игнату, он меня с помощью геолокации найдёт.

Связи не было. Ни одной чёрточки из сетевой шкалы.

— Да ну нет... — помахала телефоном девушка. — Как такое может быть? И что делать дальше... Как выбираться?

Оглянувшись, Ника замерла в нерешительности. В метре от неё мимо прошла косуля, даже ухом не повела, а спустя время просто проскочил заяц, никак не отреагировав на постороннего.

Девушка задумчиво проговорила:

— Как ни смотри, но, походу, сюда никто не заходит. Следов людей не видно, ни дорожек, ни тропинок... И животные не реагируют на меня. Видимо, глупо ждать помощи от грибников и ягодников. И рекомендации МЧС "оставайтесь на месте" сейчас бессмысленны. Что ж... выходить будем по старинке, пешочком. И где-то же должна появиться связь.

Покрутившись вокруг, Ника выбрала направление и медленно двинулась вперёд. Чем дольше шла, тем больше звуков она слышала. Если с момента пробуждения Ника угадывала только пение птиц, то позже уже определяла их количество, а по хрусту веток могла сказать, на сколько большим было идущее животное. Звуки леса были громкие. Странно, она никогда не слышала, как перепрыгивают с ветки на ветку белки, или карабкаются насекомые. А сейчас начала различать.

Шла долго. По ощущения в дороге она была несколько часов. Из всех неудобств больше всего раздражала наступающая жара, но и пугало отсутствие воды. Кроме того, в лесу к жаре прибавлялась ещё и влажность.

— Сколько я могу так бродить? Если я не выберусь, меня Игнат прибьёт, — бубнила про себя девушка, — пить хочется ужасно. Как же так, ни одного ручейка. Ещё же вчера огромное озеро буквально под ногами было, а сегодня — ни росинки. Сколько там человек может обходиться без воды? А, гугл же не работает. И никого не встретить за целый день. Как такое может быть? ЭЙ, КТО-НИБУДЬ, УСЛЫШЬТЕ МЕНЯ!!!.

Крики девушки многократно усилились эхом. В отчаянии Ника села на корточки и обхватила голову руками:

— Пожалуйста, помогите мне, пожалуйста... — скулила она с мольбой в голосе.

Спустя несколько минут она вновь собралась с силами, выдохнула и решительно встала, подбадривая себя идти дальше. Вдруг девушка замерла на месте. Все птицы и мелкие животные выстроились в одном направлении, будто указывая ей дорогу.

С опаской оглядываясь по сторонам, девушка тихонько двинулась вперёд, куда ей любезно подсказали.

Через минут двадцать пешей ходьбы лес расступился и неожиданно открылась равнина.

— Неужели выбралась? — с благодарностью тихо прошептала девушка. Будто не веря своим глазам, она медленно осмотрелась вокруг себя. Позади неё находилась стена из лесного массива, а впереди — зелено-желтый ковёр низкой травы. После тени леса яркое солнце неприятно слепило глаза, пришлось слегка напрячь зрение, чтобы осмотреть горизонт.

Девушка не сразу заметила мужчин, находящихся на поляне. Люди были в странных костюмах. Большая часть людей была одета в кожаные куртки или рубахи, на штанах — кожаные вставки. У каждого было что-то, напоминавшее оружие. Похоже, это были луки, копья, мечи.

— О, люди! Наконец-то!!! И наверное, костюмированная игра по какому-то средневековью. Может битву разыгрывают? Неважно, они мне помогут! Эй!

Среди всех выделялся один участник в одежде бордово-фиолетового цвета. Он громко выкрикивал и активно жестикулировал, жестами указывая в сторону девушки.

Мужчины быстро двинулись к ней навстречу. В какой-то момент от бегущих людей до неё оставалось около десяти метров. Уже можно было рассмотреть, что их лица и открытые участки тела разрисованы тёмным узором.

Вдруг Ника увидела странный мах руками одного из них и в ушах раздался резкий высокий звук. От вспыхнувшей боли девушка закричала. Это было невыносимое ощущение, будто кто-то решил разорвать её барабанные перепонки. Закрыв уши руками, Ника тут же почувствовала под ладонями тёплую липкую влагу. Кровь. В следующее мгновение перед глазами взорвалась белая вспышка. Горло стало гореть и девушка начала захлёбываться кашлем. Ещё пара секунд и Ника уже ничего не видела и ничего не понимала из-за криков и шума. В этот миг она ощутила опору из рук, которые удержали её от падения. Последними до неё донеслись обрывки фраз:

— Кто отдал приказ, идиота кусок... Не теряй сознание... Лекаря сюда...

— Это было лёгкое оглушающее... Кровь... Оно не могло так подействовать...

— Жива?..

— Где ментар...

Крики вокруг Вероники становились тише. Спустя несколько секунд она уже ничего не слышала и не ощущала, а ещё

* * *

Девушка лежала на больничной кровати. Белые длинные волосы, бледная прозрачная кожа, бесцветные губы, на глазах — повязка. Излишне худые руки уложены поверх больничного одеяла. Под одеялом контуры тела указывали на её хрупкое телосложение и невысокий рост. На вид она напоминала полуживой труп, и только дыхание доказывало обратное.

Возле кровати стояли двое мужчин. Один из них одет в белую рубаху — лекарь, второй был одет в бордово — фиолетовую одежду — капитан особого патрульного отряда.

— Лекарь Тиар, вы можете мне что-нибудь рассказать о ней?

— Это бесспорно человек, а не сущность.

— Магиня или ведьма?

— Этого я не могу сказать. Определением магических способностей лекари не занимаются, даже те, кто практикует целительство. Обратитесь в ведьмовские школы, может у них пропала какая-нибудь ученица.

— Уже обратились. Но кого-либо похожего по описанию среди пропавших нет. Как думаете, когда она сможет что-то рассказать? Она спит уже три дня.

— Не торопитесь, капитан. Для неё сейчас сон — это лучшее лекарство. Кроме того, она под действием сонных чар и будет спать ещё насколько дней.

— Как идёт восстановление? Внешне она выглядит... ужасно.

— Если вы говорите сейчас о её физическом состоянии, то не особо обращайте внимание на внешний вид. Оглушающие заклинания, которые вы применили, конечно, причинили ей физические ранения, но уверяю, это не самая большая проблема. Они сработали сильнее, чем ожидали, лишь потому, что вся её энергетическая система сильно подорвана. Вот это и вызывает опасения. На тонком плане каждое из энергетических составляющих, особенно если взять эфирное и астральное тело, разрушено. От её ауры видны только остатки, какие-то отдельные куски, а свечение — еле заметно. Сейчас она под нашей защитой и идёт восстановление. Но пока мы не восстановим её энергетически — не сможем восстановить и физически.

— Среди её вещей не обнаружено ни одного защитного амулета, на теле ни одной руны, — капитан говорил, внимательно осматривая девушку, но все же обращался он именно к лекарю. — И никакой защиты. Как думаете, такое состояние энергетического поля, как это, возможно из-за применения скрытого заклинания?

Лекарь внимательно посмотрел на стоящего перед ним мужчину. С ответом он не торопился. Магические способности особого элитного отряда патрулирования мёртвых зон хоть никому не были известны, но боялись их все и никто не думал ослушаться. Заметив молчание лекаря, капитан внимательно на него посмотрел. Судя по серому свечению глаз, этот маг уже давно считывает его на предмет правды и утаивания информации. И от этих магов бесполезно что-то скрывать, колебания магического фона они определяют мгновенно. Немного подумав, лекарь задал вопрос.

— Где вы её обнаружили, капитан? И кто она? Вы привели её больницу, но не указали ни её имени, ни её род. И её нахождение здесь попросили держать в тайне. Так кто она?

Капитан задумался, но спустя пару минут заговорил.

— Она обнаружена патрульной службой на выходе из Леса душ.

— Лес душ? Это же невозможно?

— Да, невозможно, тем не менее это так.

Теперь уже лекарь по-другому посмотрел на спящую девушку.

— Вот что я вам скажу. Мы изучили свечение её ауры. Последние применённые заклинания не могли причинить такого вреда. Конечно, краткое оглушение и потеря зрения вполне имеет место быть. Эти физические повреждения в скором времени исчезнут, только их и помнили. Не относитесь к себе слишком строго, капитан, здесь нет вашей вины. Но кое-что вызывает более серьёзные опасения.

— И что же?

— При детальном осмотре мы обнаружили, что её аура местами словно обуглена, имеются чёрные рубцы. Помимо пробоин, мы обнаружили присоединённые к ней энергетические шнуры, заметьте, даже не нити. Отсечь или отследить их невозможно. На шнурах стоят печати. Разгадать ритуал, которым их нанесли, я не могу. Даже закрывающее заклинание скрыто не понятным мне способом. А значит, что я не могу определить, для кого она стала подпиткой.

— Простыми словами, мы имеем дело с кражей жизненной энергии? Но ведь такая кража — обычное дело. Это просто воровство. Как правило, берут не много, да и следы такой кражи легко заметны, ведьмы их чувствуют. А здесь что? И кем сделаны такие привязки: магами этого мира или другого?

— Этого я вам не могу сказать. Но тот, кто вам нужен, как питался её жизненной энергией, так и питается. Хотя сейчас уже прекратил, ведь наша лечебница её надёжно спрятала.

— Разве описываемое вами вообще возможно?

— В этом мире? Вам ли не знать, что возможно, а что — нет. Тот, кто это делает, питался ею около пятнадцати лет. И возможно, не пройди она через границу тонкого мира — умерла бы. Причины искать вам. И вот, что ещё, капитан. На ауре стоит несколько печатей. Одну из них я смог прочитать. И это привязка фамильяра мага. Две другие — нет.

— Печать добровольная? Привязка фамильяра не сработает против воли. Да и живой человек, с полноценной душой не может быть фамильяром.

— Я не знаю, что вам на это ответить. Возможно, она сама прольёт свет на происходящее. Видимо, маг настолько напитался жизненной силой девушки, что стал с ней одним целым на ментальном плане. Разделить их уже невозможно, но и подчинить её он не успел. Её биополе не содержит части посторонней силы, а значит, полностью фамильяром она не стала. Мне сложно судить, я никогда не видел такого ритуала. Из общих начал могу только сказать, что фамильяром она может стать, если даст добровольное согласие на служение — тогда ритуал завершиться, если нет — как развернётся эта магия, мне неизвестно.

— Лекарь Тиар, она ЖИВОЙ, ПОЛНОЦЕННЫЙ человек! В фамильяры идут духи с неполной душой. Как возможно то, что вы сейчас говорите?

— Я не знаю. Но ясно только то, что кто-то решил сделать её своим рабом. И делал это на протяжении пятнадцати лет, это точно. Это все, что я могу сказать.

Капитан глубоко вздохнул. На его лице залегла морщина от раздумий.

Спустя несколько минут лекарь ушёл, оставив капитана рядом с девушкой. Мужчина стоял, погруженный в свои мысли. Его взгляд то осматривал девушку, то переходил на окно и зависал, глядя куда-то в даль: "Кто же она? И что с ней теперь делать? Необходимо дождаться, когда она придёт в себя. Возможно часть вопросов отпадут и мы поймём, с чем имеем дело. Хорошо, если это простая студентка, заигравшаяся в эзотерику. Но если она ни при чём, тогда это большая проблема. Необходимо доложить вышестоящему о случившемся и обо всем, что стало мне известно".

* * *

Пробуждение

— Вы меня слышите? — голос в голове звучал словно шёпот сквозь шипение лампового телевизора, — прислушайтесь ко мне! Просыпайтесь... просыпайтесь... Попробуйте открыть глаза.

Яркость солнечного света, проникая сквозь малейшую щёлочку открытых век, вызывала боль, и заставляла опять зажмуриться. Все расплывалось. Даже представить было больно, что нужно открыть глаза. С первой попытки ничего не получилось. Но голос в голове настойчиво повторял одно и тоже.

— Вот так.... медленно, не торопитесь. Если вы меня слышите, просто кивните.

Кивнуть без вспышки боли — та ещё задача. Но, как ни странно, болевые ощущения постепенно проходили, а слёзная пелена перед глазами пропадала.

— Вы меня слышите? — вопрос был задан мужчиной, одетым в белое, наверное, халат. На вид лет двадцати пяти, русый, худощавый. За его спиной стояли ещё двое в чёрных накидках.

— Слышу, — только и могла прошептать девушка.

— Мы меня понимаете?

— Да, понимаю.

— Как вас зовут? Вы были найдены у края леса.

— Я... Вероника Громова, студентка Колледжа искусств, — медленно начала говорить девушка.

— Как вы здесь оказались?

— Я отдыхала с друзьями в палаточном лагере возле Озёрного водохранилища. Вечером немного посидели у костра, а потом я отошла и заблудилась. Очнулась в лесу. Долго бродила по нему, но в итоге вышла... только не поняла, с какой стороны. А после, попала в какое-то игровое сражение и не помню, что в итоге произошло. Меня чем-то ударило?

— Какой сейчас год? И какая страна?

— Да такая же, как и ваша. А по году — в этом году выборы в палату представителей, — ответила девушка. "Какие странные вопросы. Может хотят проверить, не лишилась ли я памяти?".

— Вы сказали, что заблудились. Вы были одна?

— Да, одна. Поздно было, все ушли спать, а я немного задержалась. Вдруг не понятно как, но начался туман. Очень плотный. Я такого тумана никогда не видела, и я не смогла выйти к палатке. Наверное потеряла ориентир, заблудилась. А потом проснулась в лесу. Где я сейчас?

Тот, что в белом халате, водил руками вокруг головы, отчего становилось легче. Какое-то прохладное прикосновение, но действовало лучше любой таблетки. Буквально несколько минут и зрение вернулось полностью. Приступы боли больше не ощущались.

Девушка осмотрелась. Только сейчас заметила, что палата была не такой, как возможно увидеть в любой среднестатистической больнице. Во-первых, это была скорее одноместная комната. Во вторых, обстановка: трёхметровый потолок (ну допустим, это сталинка или период застройки каких-нибудь тридцатых годов, может раньше), деревянные балки, окна в пол, напольный канделябр со свечами, деревянная кровать с высоким изголовьем, льняное постельное белье, деревянный пол, и, поразительно, в стенах совсем нет розеток.

"Что за глушь? — подумала Ника. — Где ещё остались такие места? Налоги сюда вообще не доходят?"

Возле кровати находились люди, чьё одеяние нельзя назвать современным. На одном одет не больничный халат, а простая свободная рубаха. На стоящих поодаль от него мужчине и женщине — чёрные плащи с наплечниками. И волосы неестественно чёрные.

"Красят волосы? Девушка вполне себе может позволить, но мужчина? По национальности, вроде славянин, или нет? А вот глаза явно с линзами. У мужчины — чёрные, у женщины — со змеиными зрачками", — Ника слегка потёрла глаза. — Показалось, не может такого быть. Да во что они играют? Зачем им такие линзы? Сколько прошло времени с костюмированной битвы, почему никто не переоделся?"

— Сколько времени я без сознания? — вслух произнесла Ника.

— Несколько дней, — ответил уже мужчина в чёрном.

— Как несколько? За это время вы не смогли узнать, кто я, и не сообщали моим родным? Да все, наверное, с ума сходят в попытке меня найти! — от волнения голос девушки охрип, она закашлялась и жестом попросила воды.

— Вот, выпейте, — любезно сориентировался лекарь, и после продолжил задавать вопросы. — Подскажите, вы говорили, что перед тем, как очнуться в лесу, вы видели туман. А что-то странное больше не заметили?

— Туман был густым. А как это связано с моим состоянием?

Лекарь и мужчина молча смотрели прямо на больную, взгляд их был задумчив. Так же как и девушка-змея. Только её взгляд был с прищуром. Страшное зрелище, словно рептилия пытается определить, с какой стороны лучше укусить.

"Ты ещё облизнись" — так и подмывало Веронику съязвить.

Молчание затягивалось.

— Мне надо сообщить родным, что со мной все в порядке. Меня ищут, — решительно произнесла девушка. — Где я нахожусь? Дайте мне мой телефон и зарядку, а то он разрядился за эти несколько дней. Меня отсюда заберут...

— Меня зовут Аргон, — перебил её мужчина. — Пожалуйста, успокойтесь и выслушайте то, что я вам сейчас скажу. Никому вы не сможете сообщить, где вы.

— И почему же? — взгляд девушки был решителен, и более резким тоном она добавила, — А вы кто?

— Я представляю службу по контролю за нарушением в области защиты от применения магических заклинаний, посягающих на целостность живого существа и его внутренней воли. И вы сейчас не в своей стране, даже не в своём мире. Вы совершили переход через Тонкий мир, пройдя через Лес Душ, то есть границу, отделяющих души мёртвых от живых.

— Чего вы представляете? Эта шутка такая?

— Нет, это не шутка. Вы случайно переместились между мирами. Причём ваш переход был настолько грубым, что вас буквально протянуло через материю тонкого мира.

— Материю тонкого мира? — эхом повторила девушка.

— В результате пострадало ваше физическое и энергетическое тело, — вступил в объяснение лекарь, — касательно энергетического тела...

— О нет, давайте сразу перейдём к физическому, — тут уже в голосе появился сарказм. "Что они городят, какой другой мир?".

Лекарь запнулся с ответом, но все же через минуту смог подобрать слова и продолжил.

— Сейчас будет сложно всё это воспринять, но вы постарайтесь. Вы действительно сейчас уже не в своём мире. А просто физически переместились в мир, отличающийся от вашего. Здесь, если вам так проще, мир энергетического...

— Подождите… подождите… — перебила его Ника. — Я в аду и я умерла?

— Нет, до загробного мира ещё далеко. Но ваш переход через Лес душ вполне мог этот момент приблизить, — вступил в разговор мужчина. — Но все же нет, вы не в аду и вы не умерли. Но поначалу вас спутали с демоном, поэтому и слегка оглушили.

— Ага... — кивнула Ника в такт его словам, — оглушили и спутали.

— У нас к вам очень много вопросов, прежде всего, ваше энергетическое тело.

— Ммм, энергетическое тело, а что с ним не так? Оно же есть? — разговаривая, девушка заглянула под одеяла, но

"На мне что-то похожее на ночную рубашку. А где одежда?".

— Оно очень сильно пострадало. На вашей ауре следы кражи вашей жизненной энергии. Вы никогда не чувствовали себя подавлено, может быть апатия? — продолжал лекарь.

"Может я в психушке и тут вечерние часы посещений? Вот и гуляют умалишённые. Тем не менее, где могут лежать мои вещи? Ладно, так вроде тоже можно". Ника откинула одеяло, демонстрируя попытку сесть на кровать. Псевдолекарь слегка подвинулся, освобождая место.

— Подумайте, кошмары во сне, чувство потери, в конце концов мёртвые может быть о чем-то предупреждали, — не унимался умалишённый, разыгрывая из себя врача.

"Три метра до двери".

— Куда вы собираетесь? — голос подала девушка-змея.

— Я... Мне просто встать надо... — как бы невзначай сказала Ника и взглядом попросила лекаря продолжить, — какие там ещё признаки того, что вы там перечисляли?

— А, ну в общем, где-то может проявляться вспышками то злость, то...

"Раз, два, три... бегом".

Ника, что есть силы, рванула к двери. Открыв её, решительно выбежала из палаты прямо в круглый зал.

Где-то за спиной послышался шум падения нескольких тел.

"Мои психи грохнулись. Ничего, будут знать, как разыгрывать из себя апокалипсис, придурки обдолбанные! Надо же "тонкий мир"... — на бегу раскинув в разные стороны проходящих мимо людей, девушка со всех ног бросилась в том направлении, где в дверном проёме было темно. — Куда дальше? Лево? Право? Туда. Наверное, там выход. Ну ни одной таблички!".

Девушка только на секунду замешкалась, пытаясь рассмотреть что-либо в тёмном проёме, но тот час же была придавлена к полу чем-то очень тяжёлым, по инерции дополнительно шлифуя лицом по полу ещё метра полтора.

— Ну куда же вы собрались, девушка? — прошипели ей в ухо змеиным голосом.

— Пусти меня, — закричала юная беглянка, — пусти, иначе я вызову милицию!!

Но в ответ на угрозы в уши ударил только змеиный шёпот. Несколько секунд спустя подбежали и двое оставшихся: тот, кто назвал себя Аргон, и сам лекарь.

— Отпусти её, — спокойно сказал лекарь.

— Та куда её отпустить, сейчас опять когти рвать будет, — ответила все та же змеюка. Но все же она подняла Нику с пола, хотя не сделала ни одного движения для освобождения девушки от захвата.

— Пусти, по-хорошему прошу! — с угрозой потребовала Вероника.

— Так я и испугалась!

— Девушка, я понимаю, вы напуганы, — начал лекарь, пытаясь привлечь её внимание, — пожалуйста, посмотрите на меня.

Он стоял с поднятыми руками, на которых бело-голубым отражалось свечение. В следующее мгновение руки лекаря опустились на лицо девушки, заставляя её смотреть прямо на него. Свечение рук оставляло тёплое покалывание, мягко залечивало скулу и щеку девушки.

— Падение на пол не прошло бесследно. У вас начал проявляться синяк, — пояснял лекарь свои действия, — уже даже красно-синее пятно образовалось. Но мы сейчас это вылечим. Несколько минут и будет готово. Боль от ушиба сейчас пройдёт.

Ника смотрела на двигающиеся от локтей к ладоням лекаря голубые импульсы. Её взгляд говорил о том, что она не понимает происходящее.

— Вероника, посмотрите вокруг, — сказал Аргон. — Оглянитесь же!

Оторвав взгляд от свечения рук и последовав совету Аргона, она огляделась.

На звуки перепалки начали собираться и пациенты, и целители этого заведения. Возле них образовался кружок из любопытных зрителей. Одни из них носили длинные бороды, одеты в белые длинные мантии, украшенные разноцветными драгоценными камнями. Рядом с ними стояли не похожие на них люди. Первой, от кого не могла оторвать глаз Ника, была женщина-старуха. Одна часть её лица выглядела лет на двадцать, а вторая — на шестьдесят. Затем Ника перевела взгляд на молодого парня, контуры тела которого были покрыты льдинками. Лёд не был придуман и, смотря как ёжатся возле юноши соседи, видимо, излучал холод. За спиной юноши всю компанию рассматривал мужчина с волчьими глазами, а рядом с ним стояла женщина с мертвецкой бледной кожей. В правой стороне зала, за спинами всей этой компании, просматривался кабинет с уложенным на стол огромным животным. И скорее всего, его намеревались лечить.

— Что. За. Дурдом. Фриков? — вслух произнесла Вероника.

— Лероко, покажи, — скомандовал Аргон. — И отпусти ты её.

Девушка-змея отпустила девушку и встала перед ней. Через секунду на её месте оказалась огромная ящерица.

— Мамочки!!! — Вероника с криком вскарабкалась на спину лекаря, намереваясь залезть выше, наверное, прямо ему на голову.

От неожиданности тот закружился, как волчок, руками пытаясь отряхнуть от себя девушку.

— Аааа, куда! — закричал он в панике, размахивая руками. — Да слезь ты, неугомонная! Снимите её кто-нибудь!

— Матерь божья, отче наш, что за черти вокруг, — Вероника в ужасе карабкалась на голову лекаря. Площадка в форме головы была явна мала для баланса., и девушка соскальзывала то в одну, то в другую сторону, но не сбавляла усилий, потаясь залезть выше. — Что это, кто же это. Помогите!!! Помогите мне!!!

— Вероника!!! — криком пытался достучаться до девушки Аргон, бегая вокруг лекаря, — Успокойтесь!

— Отвалите от меня, — девушка отмахивались от Аргона свободной рукой, а второй держалась за голову лекаря и продолжала карабкаться выше в попытке усесться на его голову, как курица на насест. При этом она поимённо вспоминала всех своих родственников, — что же матушка, и дяди и тёти, кто это, как это...

Порядок во всей этот катавасии навела девушка-змея. Возвратившись обратно в форму человека, она поймала взгляд орущей барышни и на несколько секунд задержала его свечением своих глаз. Это заставило Веронику застыть и замолчать. Этим и воспользовался Аргон, стянул девушку с лекаря и перевёл всё её внимание на себя.

— Вероника, ещё раз посмотрите, вы в ином мире! — говорил Аргон. — Я понимаю, вы напуганы, но позвольте нам все объяснить и показать.

Девушка молча смотрела на Аргона.

— Ясно, переборщила Лероко, — констатировал Аргон. — Тогда поговорим в палате. Хорошо? Молчание... Что же, будем считать, что это ваше согласие.

Не отрывая взгляда от глаз собеседника, всхлипывая, с дрожащей нижней губой, девушка послушно позволила увезти себя обратно в палату. Там её аккуратно усадили на кровать и укрыли одеялом. Спустя минут пять её взгляд стал более осознанным.

— Вот теперь она может думать, — сказал Аргон. — Можем продолжить.

— Так, сейчас выслушайте, — вступил в разговор лекарь. — Барышня, не торопитесь убегать, да и, честно говоря, бежать вам некуда. Это другой мир и другие правила. Тут уровень повыше вашего.

— Ника, зовите меня Ника, — только и могла ответить девушка.

— Вы готовы меня выслушать? — спросил Аргон. Он присел на кровать рядом с девушкой.

— Я...не... не

— Это сложный вопрос. И одновременно лёгкий, — начал свой рассказ Аргон, взгляд его при этом был устремлён на Нику. — Мы знаем о существовании вашего мира. И практикующие маги вашего мира тоже знают о нас. Наш мир называется Коши. Наш и Ваш мир — разные, но между ними есть определённый обмен энергиями и есть общий тонкий мир, то есть место, где нематериальное пространство между мирами объединяется. Фактически, оно едино для обоих миров, но здесь ощущение тонкого мира намного сильнее. Мы его буквально чувствуем, иногда видим. Да, в определённые даты ведающие, или маги вашего мира, назовём это так, чувствуют сближение миров. Они могут чуть сильнее чувствовать прилив сил, энергии, но попасть сюда не могут. Хотя определенным способом черпают энергию тонкого мира. Но повторюсь, пройти границу не могут. Возможно, наиболее сильные могут общаться через порталы, например, зеркало, но это происходит крайне редко. Так вот, вы каким-то образом проникли через границу миров и более того — материю тонкого мира, и очутились здесь. И надеюсь, вы расскажите, как вы это сделали.

Ника задумалась. Она посмотрела по сторонам и уже по другому обвела взглядом комнату. Через минуту раздумий девушка заговорила.

— Я ничего не делала, повторюсь. Я сидела у костра, начала засыпать. Не знаю, на минуту закрыла глаза. Почувствовала шаги и, когда очнулась, поняла, что нахожусь в тумане. Буквально, в белом облаке. Чуть походила, но не нашла своих друзей. А потом... Даже не знаю...

— Говорите, как было. Это важно.

— Потом я почувствовала давление и страх, словно что-то меня сжимает. Я, возможно, потеряла сознание. А проснулась в лесу, но уже не в том, где была. Бродила по нему. И в итоге вышла на...не знаю, поляну, а там были какие-то разукрашенные люди в одеждах.

— Патрульный отряд.

— Вам виднее, кто это был.

— Вас когда-либо мучили кошмары? — спросил лекарь.

— Мучают. И уже давно. Не помню, когда я нормально спала.

— Какого рода кошмары? Страшный сон или ощущения?

— Ощущения... оцепенения и страха.

— С утра чувство ужаса проходило?

— С утра я, как полу мертвец, обычно ходила, — голос девушки был растерянным, да и она сама выглядела очень отстранённо. Пока говорила, просто смотрела в одну точку, изредка переводила взгляд в сторону, но возвращала его обратно через несколько секунд. — Знаете, такое нежелание двигаться было, и хотелось просто спать. Иногда могла быть не собранной несколько дней. Но такие моменты они же не каждый день. Может быть раз в месяц. Я, если честно, не скажу, как часто или редко. Они просто есть. И всегда их сопровождал холод. Мне приходилось укутываться во что-то тёплое, даже когда на улице была жара.

— Скажите, а с какого возраста вы видели или чувствовали кошмары?

— Сколько себя помню.

— А ваш возраст сейчас?

— Мне семнадцать лет.

— Ваша семья?

— Мама и отец, бабушка. Живём все вместе. Мама работает на санитарной станции.

— Это где, поясните, пожалуйста?

— Ну в службе по контролю за соблюдением разных норм чистоты.

— А отец?

— Отец — строитель.

— Ясно... Может быть в вашем роду были ведьмы или колдуны?

— Честно, о таком я не слышала.

— А сами увлекаетесь чем-то потусторонним, может быть практикуете эзотерические ритуалы?

— Нет, никогда.

— Недавно в вашей семье кто-то умирал? Вы не помните, на похоронах странные вещи происходили?

— Я не помню. За свой возраст на похороны не ездила ни разу, если честно. Меня в это не посвящали. Моё здоровье и так было слабым. Не помню, чтобы даже упоминали при мне про такие события, — Ника отвечала на все вопросы спокойно. После перевела взгляд на лекаря и спросила, — Вы говорили о моем состоянии. Сейчас я готова более внимательно вас выслушать.

— Что же, — в разговор вступил лекарь, — позвольте я представлюсь. Лекарь Тиар, целитель лечебницы. Вас доставили к нам 5 дней назад. Физически были повреждены органы слуха и зрения. Так как воздействие было нанесено путём действия заклинаний, то есть возможность таким же способом их восстановить. Эти три дня вы находились под действием сонных чар, а мы пытались вылечить вас и минимизировать результат воздействия. Возможно, сейчас вы восстановились не полностью. Для этого надо время. Но достаточно, что бы вы видели и слышали. Теперь, что касается вашего энергетического тела. Каждая частица тела излучает определённого рода энергию, образуя в теле человека энергетические блоки. А взаимосвязи этих блоков — энергетическое поле человека. Свечение поля называется аурой. Наши маги изучили ваше поле. Так вот, полноценно физически вы восстановитесь после того, как восстановитесь энергетически. Первичный анализ ауры говорит о том, что врождённых магических ресурсов в вашем теле природа не заложила. Вы обыкновенный человек. Кроме того, изучив ваши меридианы мы понимаем, что ведьмой по рождению вы не являетесь.

— Лекарь Тиар, а нельзя просто анализ крови взять? Как то, что вы описываете, связано со здоровьем?

— Я понимаю, что для вас это странно. По позвольте я продолжу и всё вам объясню, так вот... — лекарь начал аккуратно подбирать слова, но в следующий момент передумал и выпалил скороговоркой, — данное вам родителями физическое тело не обладает и толикой магического ресурса, но ваше энергетическое, если хотите — астральное, ментальное тело стало магическим источником жизненной энергии для кого-то в этом мире. Да что я говорю... В общем складывается впечатление, что кто-то надломил всю вашу защиту и питался вашей энергией. Мы видим магические привязки, образованные несколько лет назад, но не можем их прочитать. Скорее всего, вы — подпитка чьей то силы. Хотя нет, скорее резерв для колдуна. Ваша аура говорит об этом.

— По-нят-но, — растягивая слова, произнесла Ника, — у нас такую функцию повербанк выполняет. Зарядка и источник питания одновременно.

— Что простите?

— Да, не берите в голову..., — отмахнулась от вопроса Ника. — А разве люди могут быть подпиткой?

— В этой роли больше всего выступают фамильяры мага, — сказал лекарь и пальцем указал на девушку-змею, — Например, Лероко — фамильяр Аргона, его постоянный спутник и помощник.

— У нас в сказках фамильярами выступают кошки, совы, в общем живность разная, — задумчива сказала Ника, глядя на Лероко.

— Вся сложность в том, что в фамильяры идут не просто так, — покачал головой Аргон. — Как правило, это части души, которые добровольно соглашаются служить магу, принимая часть его силы. И только частица силы мага делает из них нечто целое, способное принимать телесную форму, как правило животного. Такой

— Но вы сказали о неполной душе и о добровольном согласии. Я же человек, а не часть души! Я живая и целая! Как я могу быть фамильяром?

— Вы выглядите, как человек, но в энергетическом плане — вся ваша аура в трещинах и надорвана, жизненные меридианы тонкие. Вы попали в этот мир, потому что кто-то так сильно к вам присосался, что перестарался за "обедом"?

— То есть меня ели?

— Ну не ели, хотя... ну да, возможно, ели. Ваше энергетическое поле фактически высасывали через шнур, соединивший вас и мага, — увидев взлетевшие брови Ники вверх, Аргон замахал руками перед лицом девушки, — Не переживайте, видимо, в момент угрозы жизни вас буквально перетащило через пространство, чтобы вы, возможно, могли уже здесь жить за счёт хозяева. Как паразит.

— Или ритуал не состоялся до конца, — задумчиво проговорила Лероко, уставившись на Аргона.

— Вы издеваетесь? — Ника посмотрела на них обоих.

— Ну не паразит. Это просто чтобы вы легче поняли, — попытался оправдаться Аргон.

— О боже... то еда, то паразит. У вас это норма, что кто-то живёт за счёт другого? — возмутилась Ника.

— А вот тут вы правы, практика такого уровня магических ритуалов и последствий запрещена. Но понять, кто живёт за ваш счёт, мы не можем. Многие привязки буквально разорвало. Мы проверим всех, кто владеет такого уровня магией, и обещаю, что найдём его.

Ника вздохнула и закрыла руками лицо.

— Сейчас вам нужен отдых, — участливо погладил её по плечу лекарь. — В лечебнице мы поможем вам восстановиться. Это для вас сейчас самое главное. И да, сейчас на вас наденут некоторую защиту: и физическую и энергетическую. Начнём с отсечения ненужным утечек, а после мы будем двигаться дальше.

— Мы бы ещё хотели обсудить, как к вам попал паразит... — задумчиво сказал Аргон.

— Ещё не надоело?

— Боюсь, что нет. Нам надо, чтобы вы рассказали о себе все в малейших подробностях. — Аргон был категоричен. — И не надо смотреть на меня. Это я спасаю вашу душу от подчинения и рабства. Так что отныне вы говорите мне всё, что я хочу услышать о вашей жизни, помните вы её или не помните.

Ника закатила глаза, но покачала головой в знак согласия.

Глава 3. Никогда не поздно начать бороться

Первые несколько дней Нику посещали Аргон и похожие на него представители Департамента надзора за магическим вмешательством. Девушке задавали вопросы о её жизни, семье, друзьях, учёбе, досуге, снах и даже чувствах. Не было ни одной темы, о которой они не спросили. Иногда их вопросы доводили её до истерики и тогда уже вмешивались целители, запрещая любые разговоры.

Кстати, в этом мире такого слова "больница" не существует. Подобные заведения называются "лечебница" или "врачебница", реже —"здравница". Но название не меняет сути их создания: место, где восстанавливают тех, кто пострадал от магии, и неважно, сам ли ты не справился с ритуалом или на тебя навели порчу и проклятие, которое просто так не снять. В подобных учреждениях работают те, кто практикует исцеление: целители и лекари. Как и слово "больница", здесь не существует слово "врач" и "доктор".

Со временем представители Департамента надзора за магическим вмешательством приходили реже, а целители — чаще.

Посещения посетителей довели Нику до состояния апатии. Она перестала проявлять участие к разговорам, перестала задавать вопросы, интересоваться окружающим миром. После ухода посторонних, девушка могла только лежать и смотреть в потолок. Видя такое её состояние, лекари запретили любые посещения.

Теперь каждое утро к ней приходили разные целители и проводили обряды и ритуалы. Кто-то укладывал Нику на пол, кто-то в кресло. А дальше следовал монотонный бубнёж, нашёптывания на предметы, окуривание комнаты травами, зажигание свечей и прочие ритуальные действия. Однако девушка не проявляла к происходящему никакой заинтересованности.

Со временем палата Вероники наполнилась разными камнями, кристаллами, амулетами, высушенными и живыми травами. Но и это не вызывало у нее интереса.

Апатичное состояние девушки очень сильно пугало лекарей. Всё чаще они совещались по форме её лечения, но не приходили к консенсусу. Лекарь Тиар приходил к ней каждый вечер. Он с помощью свечения на своих ладонях наполнял её энергией на физическом и энергетическом уровнях, подолгу разговаривал с ней и пытался поддержать. Но слова не трогали Нику — она просто смотрела в потолок и не разговаривала.

Все понимали, что такое состояние было результатом перехода между границами материи и шоком от происходящего, а не энергетической кражи. Поэтому просто выжидали, давая ей время прийти в себя.

Спустя несколько недель Ника все же начала потихоньку восстанавливаться. В один из дней она стояла и смотрела в окно. Солнце было очень ярким. Из окна палаты открывался прекрасный вид на сад. И впервые за несколько недель ей захотелось ощутить что-то, отличное от запахов этой комнаты.

Выйдя из палаты, девушка медленно прошлась вдоль стен. Ее совсем не смущали взгляды случайных свидетелей. Она осматривалась. Ее внимание сосредоточилось на помещении, в которое она попала. Это был общий коридор, вдоль стен которого располагались двери, ведущие в другие комнаты. Коридор больше походил на овальный длинный зал, в центре которого были расставлены кресла и столы. Она с удивлением обратила внимания на то, что стены лечебницы построены из белого камня, местами отделаны светлым деревом. Это был натуральный природный материал, тёплый на ощупь. Обойдя зал по кругу, девушка проводила ладонями по каждой стене, а после спустилась по круглой лестнице вниз и вышла на улицу.

Перед Никой раскинулся прекрасный сад. Но ещё до того как Ника его увидела, она его почувствовала: древесные и цветочные ноты, аромат цитруса и зелёной листвы. Запах трав ощущался тысячей ароматов, вызывал лёгкий озноб, отдаваясь нервными импульсами по всему телу. А после и сам сад предстал во всей красе. Травы, цветы разных уровней соседствовали с красиво подстриженными кустами и деревьями. Многоярусность насаждений завораживала. Между пёстрыми клумбами виднелись каменные тропинки, приглашая пройтись по ним. Ника даже улыбнулась. Она сняла деревянные сандали и прошла босиком по мягкой траве, расстилающейся ковром под её ногами. Капли росы отдавались тысячей импульсов. Несколько минут она шла вдоль узких рядов аккуратно высаженных трав, вдыхая в себя их аромат. Свежий влажный воздух и утренняя прохлада словно наполнили её энергией.

"Ну и что, что ты внутри вся порвана на лоскутки. Солнце

К девушке подошёл старый целитель. Она не видела его раньше, он не заходил к ней в комнату. Седовласый старик невысокого роста, худощавый, ему дашь лет семьдесят.

— Доброе утро, Вероника. Рад видеть вас с желанием увидеть этот мир, — вежливо сказал старец. — Как я могу вас называть? Слышал, вам ближе другое имя.

— Доброе, — с улыбкой посмотрела на него девушка. — Зовите меня Никой.

— Я главный целитель этой лечебницы, мастер Магибус, — представился целитель и участливо добавил, — погода нынче чудесная, не так ли?

— Да, солнце так и манит на прогулку. Здесь очень красивый сад. Аромат цветов завораживает.

Мастер Магибус шёл вместе с девушкой вдоль цветущих растений, рассказывая о саде. Тон его полностью повторял интонации девушки.

— Вы правы, этот сад прекрасен. Он спланирован особым образом, полностью имитируя меридианы человека. Все цветы и травы способны успокоить и вернуть к балансу мысли, чувства, энергии. Мы много трудились, создавая его таким. Каждая травинка здесь — это отдельный источник силы. Ваша прогулка по саду вселяет в нас надежду, что желание к жизни в вас все же проснётся. Мы очень переживаем за вас.

— Моё состояние настолько печально? — нотка грусти прозвучала в вопросе. Девушка не смотрела на собеседника. Её взгляд блуждал по соцветиям лаванды, высаженный в этом месте длинными узкими аллеями.

— Печально не ваше состояние, а ваше отношение к нему, — продолжил мастер.

— Разве его можно поправить? Многие целители приходили, проводили обряды и уходили удручёнными. С каждым таким приходом чувствую, будто гаснет надежда.

— Вы делаете преждевременные выводы. Прежде, чем начинать какое-либо лечение, мы должны быть уверены, что сделаем все правильно.

— Каждый день лекарь Тиар поддерживает меня. Прав был Аргон, назвав меня паразитом. Я сейчас нахожусь в мире, где даже существовать самостоятельно не могу.

— Хм, неожиданное сравнение, — в возгласе мастера чувствовалось недоумение.

— Моё энергетическое поле разрушено, и я теперь восстанавливаюсь, даже не понимая, за счёт кого.

— Во-первых, не разрушено, а повреждено. Во-вторых, не навсегда, а временно. Да и вам сейчас больше подходит другое название. Как насчёт путешественницы? Странницы?

Девушка засмеялась.

— Да уж... путешественница, — с горькой улыбкой выдохнула сквозь смех Ника, — ничего с собой не взяла, чтобы как-то быть готовой к приключениям.

— А вам и не нужно. Мы всё вам предоставим. Главное, не отчаивайтесь, — с улыбкой проговорил мастер Магибус. — Ничего ещё не закончилось. Вам для начала нужно найти силы для восстановления. И лучше, чем хорошее настроение, ничего не придумаешь.

— С чего мне начать? — прищурив один глаз, спросила Ника, — дадите совет? Ведь во мне нет ничего, что объяснило бы, как человек, полностью неспособный к магии, заслужил такую честь.

— Начните со знаний и познания себя, — просто ответил мастер. — Ни одному не то что человеку, ни одному магу невозможно совершить переход между мирами. Так что в вас нет ничего обычного. Просто мы ещё не нашли и не объяснили то, что делает вас особенной. А вы, несомненно, особенная.

— Спасибо за поддержку, — участливо ответила девушка. — Знаете, после нашего разговора, впервые за несколько дней, я чувствую, что хочу кушать. Где здесь можно перекусить? Мне всегда еду приносили в комнату, а сама я даже не интересовалась, откуда.

— Как же я рад слышать эти слова, — засмеялся мастер Магибус. — Наличие желания сделать что-либо для себя — это первый весёлый звоночек. Пойдёмте, я провожу вас в обеденную.

Надев обувь, девушка поспешила за провожатым.

Мастер Магибус проводил её в светлую большую комнату, где пациенты лечебницы завтракают, обедают и ужинают. Комната располагалась на втором этаже здания. Она представляла собой большое помещение, по убранству не отличавшееся от общего холла: тот же белоснежный камень и изысканные деревянные арки, поддерживающие потолок, большие окна, обрамлённые лёгкими белыми шторами. В углах комнаты возвышались канделябры со свечами, а в одном из углов располагался камин. У стен размещались несколько длинных деревянных столов.

— Присаживайся за любым столом, — рукой указал Мастер. — Сейчас для тебя накроют лёгкую трапезу.

Войдя в небольшую дверь внутри комнаты, мастер отдал короткое распоряжение, а после присоединился к Нике. Перед ними накрыли обед на двух человек.

Это был рыбный суп, следом простая каша, яблоки с мёдом и горячий ароматный сладкий напиток.

— Ну что же, позволь угостить тебя нехитрым завтраком, хоть и слегка поздним, — засмеялся мастер.

— Очень вкусно выглядит, — облизнулась Ника, хотя в глазах и промелькнула грусть. — Я ведь здесь без каких — либо вещей, у меня ничего нет. И мне нечем заплатить за еду и ночлег.

— О, угощайся, пока он не остыл. Здесь тебе дадут все, что пожелаешь. Наверное, тебе сейчас непривычно. Здесь всё другое: повседневные вещи, одежда, еда, традиции. Хотя с традициями ты ещё особо не знакома. Но ты попробуй изменить ситуацию. Например, смотри на происходящее, как на путешествие. Не обращай внимание на лишения. Всегда есть замена, никогда ничего не отбирают, не давая взамен равноценного. Это основной закон равновесия и баланса.

— А у меня?

— И у тебя. Если забрали часть энергии, значит что-то отдали взамен. Нужно найти, что тебе отдали.

Разговор с мастером заставил Нику задуматься. Действительно, что же ей отдали, если брать просто без обмена невозможно.

— Вижу, мои слова заставили задуматься. Вот и отлично! Ника, — мастер внимательно посмотрел в глаза девушки, — ты — главный помощник у себя. Главное, не сдавайся.

— Спасибо, — смахивая слезу, прошептала Ника.

— Ну что же, рад, что поднял твоё настроение. И какие планы после позднего завтрака?

— Библиотека. Она ведь есть? Думаю её посетить.

— Отличный выбор. Библиотека находится на третьем этаже. Ты найдёшь её без труда. Но можешь прогуляться и по лечебнице. Начни с этого, — подмигнул девушке мастер Магибус.

* * *

Вернувшись в палату, Ника осмотрелась. Она будто по-новому видела окружающие ее предметы. Палата была и не палатой вовсе, а настоящей комнатой, большой и светлой. С одной стороны огромное в пол окно со светлой занавеской. Весь подоконник уставлен цветами и яркими кристаллами. Рядом с окном стояли два кресла, по размеру больше похожие на два мини-дивана, и журнальный столик. На столе стояла ваза с цветами и несколько кристаллов и камней разных форм и расцветок. Цветы в вазе были свежими и их запах наполнял комнату терпким сладким ароматом. У противоположной стены стояла кровать и прикроватная тумбочка. У изголовья кровати висело несколько пучков сухоцветов. Чуть дальше — деревянный шкаф и дверь в уборную и ванную комнату.

Ванная комната представляла собой два маленьких, но разных по размеру, помещения, разделенных деревянной перегородкой. В меньшей комнате находился туалет, а в большей — ванна. В обоих помещениях стены отделаны темным камнем и светлым деревом, что составляло контраст белым стенам других помещений лечебницы. Особенно выделялось непривычное для такого помещения большое окно, на подоконнике которого уместилось неимоверное количество цветочных горшков, образующих водопад из зеленых растений. На полу в форме дорожек уложены деревянные дощечки. Именно благодаря им ноги не ощущали холода камня. Ванна же — это огромная деревянная купель, два на два метра с теплой водой. Возле нее находилась деревянная этажерка, уставленная баночками, сушеными цветами и мешочками с соцветиями трав, рядом — высокая стойка с полотенцами. Как и в основной комнате, источником света служили свечи, но здесь они стояли на полу, окне и на бортиках самой ванны. В воздухе ощущался запах соли и полыни.

На противоположной стене находились большое в пол зеркало, полка и стул. На полке лежали расчески, ножницы разных размеров: чуть больше — для стрижки волос и меньше, с искревленными ушками и витееватым теснением — маникюрные ножницы. Ника подошла к зеркалу и изучающе посмотрела на свое отражение. На нее смотрела изможденная молодая девушка хрупкого телосложения. Седые грязные волосы уложены в неопрятную косу, глаза безжизненные, кожа отдавала синевой и бледностью. Ни о каком румянце, или задоре и говорить не приходилось. Ничего не оставалось, как повернуться к зеркалу спиной.

— Пожалуй, я приму ванну. А то ощущение, что не я это вовсе, а кто-то чужой.

Опустившись в купель, Ника сразу почувствовала, как вода обволакивает кожу более плотно, чем обычно, но одновременно расслабляет и успокаивает. Травы и шампунь подарили ощущение чистоты. Пролежав в воде минут пятнадцать, Ника почувствовала лёгкость и ясность.

Уже умывшись, стоя перед зеркалом, Ника видела не изможденного "узника концлагеря", а просто уставшую девушку с лёгкой худобой, но уже с румянцем. Заплетя аккуратную косу, одев привычную для себя одежду, Ника вернулась в комнату. Присев за журнальный столик, аккуратно провела рукой по поверхности столика.

— Теплый даже стол... Пожалуй, прав мастер Магибус, хватит жить в догадках. Раз мне разрушили энергетическое поле, а как его собрать, они не представляют, значит мне самой в этом и разбираться. Для начала почитаем, что такое энергетическое поле и меридианы, и чем мне грозит их разрушение. Потом посмотрим, что там с защитой. Я же не могу быть зависимой от лекаря Тиара... И начну я с прогулки.

Девушка вышла из комнаты и начала знакомство со зданием лечебницы. Она спустилась на первый этаж и вышла на улицу. Отойдя метров на десять, развернулась и посмотрела на лечебницу во всю её высоту. Здание представляло собой трёхэтажное белое строение, увенчанное стеклянным куполом. Для входа необходимо было пройти через высокую дверь, по бокам которой установлены две статуи: одна статуя символизировала мёртвого человека, вторая — живого. Статуи полностью анатомически повторяли человека при жизни и после смерти.

— Впечатляет!

Двигаясь внутрь здания, Ника уже на статуи поглядывала с опаской. Слишком реалистичны были данные скульптуры.

Осмотр начался с первого этажа лечебницы. При входе вошедших встречал круглый холл. В его стенах утопали колонны, чередуясь с огромными в пол окнами и картинами. Пол застелен большим ворсистым ковром. От центра холла расходились несколько коридоров, похожих один на другой: проход и расположенные напротив друг друга двери. Ника прошла по ним, избирательно пытаясь открыть их. Какие-то двери были заперты, а какие-то нет. Заглядывая в незапертые комнаты, Ника поняла, что это были кабинеты целителей и лекарей, их лаборатории, личные комнаты помощников и персонала. Например, ей попалась открытой лаборатория кристаллов. В ней находились камни и кристаллы подобные тем, что она видела у себя в комнате, и мебель: большой письменный стол, комоды, диван и кресла с журнальным столиком. Вся мебель выполнена в кожаной отделке в глубоких винных тонах. Красиво и лаконично.

Напротив лаборатории кристаллов находилась оранжерея, представляющая собой мини-сад в помещении. Стены в саду сделаны из стекла, что, хотя и позволяло проникнуть большому количеству света, но создавало ощущение парника. Жарко.

Ника удостоила такие комнаты лишь вниманием на несколько минут. Всё же нарушать порядок ей не хотелось, и находиться в таких помещениях без их владельцев не стоило. Ее цель — это знакомство с местом и библиотека.

Второй этаж — уже палаты с больными. Проходя вдоль них, она видела те же лица, которые смотрели на неё в первые дни нахождения здесь. Она ясно ощутила на себе их взгляды, но привыкшая в своей жизни к излишней, а порой навязчивой посторонней любознательности, Ника просто прошла мимо.

То, что ей необходимо, нашлось на третьем этаже.

Библиотека представляла собой огромную комнату. В центре стояли как мягкие кресла со столиками, так и парты со стульями для работы. Полки расположены по кругу, от пола до потолка заложены манускриптами и книгами в кожаных переплётах. Книги были разные, как по высоте и толщине, так по цвету и форме. Несколько больших книг находились в центре комнаты на специальных подставках.

Ника прошла вдоль стеллажей, проводя ладонью по корешкам книг. Остановившись у одного стеллажа, наугад вытащила книгу.

— Текстура кожи под ладонями, золотое теснение. Да уж... В нашем массмаркете такое не встретишь, — проговорила девушка. Осмотрев книгу Ника не смогла прочитать её название. Пролистав страница, поняла, что определить может только рисунки, а вот текст ей не понятен. — Таких символов я не знаю, а вторая книга? Хм, тоже. Странной, я понимаю речь, но не понимаю написанное... Может...

— Совсем? — тишину библиотеки нарушил прозвучавший молодой голос.

— Что, простите? — Ника резко повернулась и осмотрела комнату. Взгляд блуждал в поисках того, кто задал вопрос.

— Ты говорила вслух. "Не понимаю написанное...", так же сказала. Совсем не понимаешь?

Вопрос был задан юношей. Он смотрел на Нику из дальнего угла комнаты. Его кожа и волосы были покрыты инеем. Ника сразу же узнала его, так как раньше видела в толпе.

— Да, я хотела чуть больше узнать.

— Похвально. И как успехи?

— А на каком ты сейчас говоришь? Они написаны на том же языке и открыты для всех. Ты же понимаешь, что я говорю?

— Что говоришь — да, а что написано — нет. Видимо, написаны они не для меня... — захлопнув книгу, проговорила Ника, — Я не могу это прочитать. Речь понимаю, а читать не могу! Не знаешь причину?

Юноша неспешна поставил книгу на полку и подошёл к Нике.

— Знаю, — глядя в глаза девушки, юноша высказал предположение, — ты не маг. Магия даёт возможность понимать речь в любом её виде, читать на любом языке. Это самое главное правило— знания всего мира тебе подвластны. Но не тебе. Всё просто. Ты не маг.

— Ну спасибо за разъяснения!

— Пожалуйста. А кто ты? — юноша задал этот вопрос наиграно просто. — Ходят разные слухи. Не поделишься?

— Хм... хотела бы я сама это знать.

— Тогда что ты здесь делаешь?

— Я пытаюсь восстановить своё энергетическое поле.

— Получается?

— Не особо. Думала, может книги помогут. Видимо, нет...

— У меня спроси. Я в этой библиотеке много чего уже причитал.

"Неожиданное приглашение, — Ника внимательно посмотрела на юношу: высокий, худощавый, русые волосы с синими и голубыми прядями, серые глаза, слегка бледный. — Интересно, бледность возникла из-за инея на лице? Может попросить помощи? Сама же точно ничего не прочитаю".

— Скажи, ты не знаешь, как восстановить энергетическое поле?

Юноша на несколько минут задумался.

— Смотря, что разрушено. Какая область повреждена?

— Все. Повреждены все области.

Теперь во взгляде читался интерес.

— И как ты ходишь до сих пор? Ты уже должна быть в беспомощном состоянии. Разрывы энергоузлов есть?

— Мг. А я даже не знаю, как это исправить. Лекарь Тиар поддерживает меня.

Юноша задумался. Сначала он внимательно посмотрел на девушку, а затем осмотрел книжные полки. Через несколько секунд он начал медленно двигаться вдоль рядов, проводя рукой по книгам, словно отсчитывая нужную. Затем ловко достал одну и подошёл к журнальному столику.

Махнув девушке в качестве приглашения присоединиться, тут же указал на раскрытую книгу.

— Смотри сюда.

— Я же не прочитаю... — нерешительно начала Ника, двигаясь к юноше.

— А тут и не надо.

Приблизившись, Ника посмотрела на раскрытые страницы. На каждой из них были нарисованы движения, больше похожие на танец. Одно движение перетекало в другое, затем в третье и так далее.

— Начни с этого. Это особая медитация. Разработана для начинающих магов в целях достижения баланса тела, эмоций и разума. Каждое описанное упражнение надо выполнять медленно, с закрытыми глазами, чувствуя каждую свою мышцу. Система движений направлено на питание отдельного энергоузла в теле и его укрепление. Всего в организме семь таких узлов. Для каждого своя медитация.

— Думаешь, это сработает? — неуверенно спросила девушка.

— Откуда я знаю. Но начинать же с чего-то надо, — юноша внимательно смотрел на Нику, а потом тихо задал вопрос, — тебе не холодно?

Ника задумалась.

— Ну немного, — Ника чувствовала, как от всего его тела исходит холод, но предпочла это игнорировать. — Это твой иней так морозит?

— Можно и так сказать. Ладно, мне пора. Расскажешь потом, помогло ли, — юноша встал и ушёл также внезапно, как и появился.

— Пока! — только и успела произнести Ника, проводив удаляющуюся фигуру взглядом. После перевела внимание на изучение картинок.

В целом, система упражнений была не сложной. Какие-то выполнялись сидя, какие-то — стоя, нагрузка поочерёдно шла на разные участки тела.

— Что ж, с утра и начнём, — утвердительно кивнула Ника и, захлопнув книгу, добавила, — а сейчас время моего незаменимого лекаря.

В этими мыслями Ника встала и вышла из библиотеки. Книга удобно расположилась у неё в руках. Девушка уверенно направлялась к себе в комнату, там её ждал вечерний сеанс подпитки от лекаря Тиара.

Глава 4. Приватный разговор

— И что ты думаешь? Уже сложилась какая-то картинка?

— А что тут думать? Если девушка не справиться, то превратится в марионетку. Сначала ей не захочется что-либо делать, потом слишком долго будет принимать решения, появиться заторможенность. Чем дальше, тем сложнее ей будет сопротивляться. Со временем она превратится в безвольную куклу, неспособную даже выбрать между желанием стоять или желанием сидеть. После она сама захочет прервать эти мучения и добровольно на все согласится.

— Думаешь, это заклинание подавления воли?

— И не только оно. Но весь ритуал мы ещё не разгадали.

— Ну хоть цель его вам понятна?

— Да, похоже, что это заклинание двойной жизни. Кто-то проживает её годы.

— Но этот ритуал был запрещён сотню лет назад. Ты уверен?

— Нет, не уверен, но это единственное объяснение. Энергетические шнуры запечатаны от принудительного разрыва, а замки скрыты рунами, что защищает их от перехвата энергии или зацикливания. Края энергетического поля обуглены, не давая ему восстановиться. На самой ауре печать поглощения жизни, печать подчинения воли и печать фамильяра. Не хватает только части силы мага для завершения ритуала.

— Понятно...

— Сейчас её защищает мастер Магибус, а обмен энергиями между ней и вором невозможен только благодаря защитной силе лечебницы. Она же не даёт поисковым заклинаниям её обнаружить.

— Это хорошо. С переходом что? Стало понятно, как возможно пройти границу?

— Ничего... Такое впервые. Есть идея, но это просто теория, проверить её не возможно.

— Говори уже!

— Она попала в Лес душ, сформулируем так... более живой, нежели мёртвой. И это спасло ей жизнь. Мир мёртвых не смог её принять, ведь для этого потребовалось бы забрать годы жизни, но и между мирами она не смогла находиться. Соответственно, баланс был отдан в пользу жизни. А так как она была немного мертва при перемещении, то была одарена силой для восстановления. И сила это — сила Леса душ.

— Но этого не может быть... И когда эта сила проявится?

— Мы не знаем. Девушка без Тиара даже ходить не сможет. Но повторюсь, это только теория... Остаётся только ждать.

— И следить. Каждый, кто попытается ей навредить — под подозрением. Если в ней сила Леса душ — места, перенаправляющего мёртвых к загробному миру, то этой силой никто не должен владеть. Иметь такого фамильяра — это будет катастрофой! Ты же это понимаешь?

— Да... Как никто...

Глава 5. Нахальство наказуемо

Не спалось. Ника встала с постели и зажгла свечи на канделябре. "Ну почему же светильники не придумали? Так много могут, и так мало используют. В этой лечебнице свечи — это единственный источник света. А до рассвета ещё несколько часов".

На приставном столике лежала книга. Вчера Ника так и

Присев в кресло возле столика, девушка провела рукой по форзацу обложки. "Такая мягкая на ощупь — подумала она с улыбкой, но тут же грустно вздохнула. — Но будет ли толк от всего этого?".

Удобно устроившись, Ника раскрыла книгу и с интересом начала рассматривать содержание. На первых страницах книги был написан текст, но, как и ожидалось, он был ей не понятен. А дальше уже начались рисунки. "Это всего лишь комплекс физических упражнений. Каждое упражнение построено от простого к сложному, но судя по картинкам, воздействует на особые точки в теле человека. Может и не так страшно".

Выбрав несколько самых лёгких, Ника решила попробовать их выполнить. Первые попытки сводились к тому, чтобы просто простоять 10 секунд в одном положении, балансируя по очереди то на руках, то на ногах. Тело не слушалось. Мышцы уставали слишком быстро, дыхания не хватало, тело клонило то влево, то вправо. Застыть и простоять было невозможно. Ничего не получалось. Когда совсем не хватало сил, девушка устанавливала короткие перерывы. Спустя насколько часов работы удалось выучить несколько серий движений, плавно перетекающих из одного в другое.

К моменту, когда в комнату зашёл лекарь Тиар, Ника выглядела красной, мокрой и уставшей.

— Что ты делаешь? — раздался резкий голос.

— Ой, да, — Ника испуганно обернулась, но тут же успокоилась, увидев говорящего. — Да...я подумала, что простого пастельного режима и прогулок в саду маловато будет для исцеления. Необходимо что-то делать. Вот и решила заняться зарядкой. Я упражнения из книги взяла, вот.

Девушка указала рукой на раскрытые страницы. Тиар подошёл, взял книгу со стола и немного пролистал её.

— Не заметила, как провела за упражнениями несколько часов, — начала оправдываться Ника.

— Неплохой выбор, — подытожил он. — Это укрепит тело и откроет меридианы для питания. Можно с этого и начать, раз ты готова. Уверена, что готова?

— Но ведь что-то делать надо!

— Хорошо, тогда начнём. Я буду указывать тебе, какие упражнения делать в первую очередь, а какие потом. Так результативность от них будет быстрее. Что скажешь?

— Я согласна.

— Вот и хорошо. Но сначала завтрак. Он накрыт в обеденной.

— В обеденной? Я же всегда завтракала и обедала в комнате.

— Ты же не заложница. Пробуй адаптироваться в новом месте. Зачем тебе сидеть взаперти?

— А... ну ладно. Я только немного себя в порядок приведу.

— Хорошо, я подожду за дверью, — положив книгу на стол, Тиар вышел из комнаты.

Наскоро обтерев тело полотенцем, девушка быстро сменила рубашку на точно такую же, но более свежую, и вышла из комнаты. Тиар ждал её у двери. Улыбнувшись, он указал ей направление и вместе с ней проследовал по коридору.

В этот раз в обеденной было многолюдно. Столы стояли уже сервированными разными блюдами, а персонал готов к приёму пациентов и всех работников лечебницы.

Тиар подвёл её к самому занятому столу. Ника обвела взглядом сидящих за столом. Среди них были как знакомые лица, так и те, кого она никогда не встречала.

— Сегодня к вам присоединится новый участник. Вероника, прошу тебя, присядь, — вежливо указал Тиар.

За столом расположилась дюжина человек. Сразу не менее двенадцати пар глаз с любопытством уставились на девушку. Ей оставалось лишь улыбнуться и кивнуть всем в знак приветствия. Она тут же увидела весело машущего ей юношу-инея. Он указывал на место возле себя.

Подойдя к нему, Ника устроилась за столом.

— Привет! — шёпотом Ника поздоровалась с юношей.

— Присаживайся, — ответил он ей в ответ, — освоилась и не боишься посещать?

— Тиар выгнал, — усмехнулась Ника, — сказал, что нужно пробовать.

— Ну он прав.

Ника обвела взглядом сидящих напротив неё. Если не считать экстравагантного вида дамы с двумя лицами, мужчины в волчьими глазами, слишком бледной девушки, то можно сказать, что все они были в целом схожи с людьми, просто каждый выглядел немного странновато.

— Да не волнуйся ты, — видя неуверенный взгляд Вероники, первой нарушила молчание дама с двумя лицами, — мы все здесь так или иначе пострадавшие. Не поделишься, кто ты?

— Меня все зовут Ника. Я из...

— Она студентка ведьмовской школы. Неудачное заклинание, теперь восстанавливается, — помог ей с ответом лекарь Тиар. При это он многозначительно взглянул на Веронику.

— Спасибо, — в благодарность за помощь с ответом прошептала Ника, и мысленно добавила: "Видимо, не стоит говорить о том, что я прошла через Лес душ".

— Лекарь Тиар, вы опекаете свою протеже?

— От вас? — уточил Тиар, также присаживаясь рядом с Никой. Глядя в глаза дамы с двумя лицами, указал, — Конечно же да! И вам ещё раз напоминаю, практиковать в лечебнице можно только лекарям, целителям и мастерам. Слышите меня? Вас это касается особенно.

— Угрожаете? Вы же знаете, здесь мы все пострадали. Зачем же только меня предупреждать? — спокойно спросила дама.

На её вопрос никто не ответил.

Комната начинала заполняться. Соседние столики заняли такие же, как лекарь Тиар, только по внешнему виду чуть старше и чуть младше.

"Лекари и пациенты кушают все вместе, не раздельно... Интересно." — сделала вывод Ника.

В это время на стол доставили тарелки для девушки. Перед ней ароматно дымилась каша и отварное мясо, запечённые овощи, цветочная вода с мёдом. В целом, пища ничем не отличалась от привычной. Только более простая. На сладкое подали яблочный пирог с лимонной корочкой. Все подавалось в глиняной выбеленной посуде с серебряными столовыми приборами. Очень красиво!

"Никогда бы не подумала, что так можно питаться в больнице. Ладно, может общая комната и неплохо. Попробуем." — Ника приступила к завтраку.

За столом женщина с двумя лицами не стеснясь рассматривала новую соседку.

— А ты красивая.

— А ты старая, — вдруг вмешался в разговор мужчина с волчьими глазами.

— Не тебе меня судить, щенок!

— А ну-ка повтори, — сузив глаза, рыкнул мужчина.

— Тихо! — громко сказал Тиар, жестом прекращая назревающий скандал.

Присутствующие слегка приутихли.

— Лекарь Тиар, а зачем вы её посадили с другими. Для неё это не опасно? — спросила слишком бледная дама.

— А в чем опасность? Она должна чувствовать людей и нелюдей. Или не так, Леора? Что скажете?

— Смотря, какие цели преследуете, — принюхавшись, продолжала бледная девушка. — Что будет, если поставить простого человека перед волколаком и одарённой силой полудницы? Об этом вы подумали? Лёгкая для них добыча.

Тиар лишь улыбнулся на этот её вопрос, и оставил его без ответа.

* * *

За перебранкой наблюдали целители, сидящие недалеко от пациентов.

— Как думаете, она долго продержится? День или два?

— Думаю, около того. Леора уже почувствовала её. И поняла, что она человек,

— И не боитесь?

— Мы же рядом! Если что, поможем. Но Ника должна как-то начать за себя бороться. К сожалению, прятаться не получиться.

— Согласен, прячась, она не сможет научиться защищаться, а мы не поймём, как её восстановить.

— Тогда давайте наблюдать.

— И охранять, не забывайте об этом.

За столом все взгляды были устремлены туда, где завтракала Ника.

* * *

Каша была слегка грубовата, а мясо жёстким, но Ника не сдавалась, нарезала все на мелкие кусочки и старательно прожёвывала.

— Так в итоге, кто ты? — прервала её занятие своим вопросом женщина с двумя лицами.

— А вы? Ваша внешность намного экзотичнее моей? Два лица, это...

— Не бери в голову. Всего лишь неправильно сработанный крадник на красоту.

— Но одна половина лица такая молодая, а вторая — ну...

— Так бывает, когда на сопернице стоит очень сложная защиты, а ты не подготовилась.

— Ну не скромничайте, Эленири, — вступил в разговор волколак, и дополнил, — так бывает, когда намерения не согласованы, и для кражи красоты не было дозволу. Не так ли?

— А вы много знаете, — саркастически заметила дама

— Не много. Так сколько вам лет? Девяноста? Какая часть вашего лица настоящая?

Женщина улыбнулась, но от этой улыбки стало жутко. Глаза её стали абсолютно прозрачными.

— Не сработает, Эленири, — сказал Тиар, пристально уставившись на женщину. — Перестаньте.

Вспышка гнева и ругань женщины стали неожиданным для всех. Она руками сбила со стола посуду и вышла из комнаты, проклиная всё, что попалось ей под ноги. Досталось даже стулу.

— Не обращайте внимание, — сказал мужчина, обращаясь к Нике, — она всегда так реагирует. Не смогла довести заклинание до конца, переоценила силы, вот и столкнулась с расплатой. Чтобы всегда смотреть на себя и помнить, что брать без разрешения нельзя...

— А вы? — поинтересовалась девушка.

— Я, позвольте представиться, Дирош Ситор.

— Приятно познакомиться. Ваши глаза волка...

— Тоже неудачное заклинание. Решил попробовать сменить форму, но не вышло. Застрял между омоформами разных тел. Но не полностью, ммм, частями, скажем так. Вашему вниманию достались только глаза.

— И как это лечат?

— Заклинанием. Когда поймут, какая часть ритуала пошла не по плану, тогда можно и повернуть ритуал вспять. Просто выполнять его надо в то же время, что и первоначальное. Скоро полнолуние. Буду пробовать.

— А если удастся?

— Стану опять полностью человеком.

— Надеюсь, больше не будешь самостоятельно исправлять ритуалы, Дирош? — вмешался в разговор Тиар.

— Лекарь Тиар, так исправлять будем или как? Долговато я в этой форме, — указал на всего себя Дирош.

— Хм, не переживай, скоро уже.

— Так и не переживаю. Покорно жду.

* * *

Завтрак подходил к концу. Уже все практически доели трапезу. За столом оставались только Ника и еще три человека.

— Ну ты все? — спросил юноша-иней.

— Да. А тарелки куда?

— Их уберут, — и уже обращаясь к Тиару, дополнил, — мы пойдём.

Юноша потащил Веронику в парк.

— Давай прогуляемся?

— В парке?

— Ага.

— Я думала позаниматься. Не терпится продолжить. Сегодня с ночи пробовала выполнять упражнения. Хотя...хорошо, давай. Только скажи, как тебя зовут, а то даже не представился. Я несколько недель здесь, но никого не знаю.

— Ха, зато тебя знают. Уже кто только не интересовался тобой после твоего представления!

— Какого? А, ты про падение в первые дни?

— Именно его.

— Знаешь, я была слегка удивлена местом, где находилась. И не более. Кстати, ты так и не назвал своё имя?

— Я — Ушани фарх Во Ги.

— Вероника, но зовут просто Никой. Могу я звать тебя просто по имени? — Ника протянула руку для рукопожатия.

— Это зачем? — недоверчиво посмотрел Ушани на руку.

— Это рукопожатие, вот так, — показала девушка, пожав руку юноше.

Юноша тут же ощутил покалывание и отдёрнул руку.

— Ты чего?

— У нас так приветствуют, а у вас нет так?

Ушани прижал руку к себе. Она всё ещё покалывала от прикосновения.

— У "нас", это где? Так не здороваются. В качестве приветствия просто прикладывают руку к груди и делают поклон. И всё, — пояснял Ушани. — Маги не касаются друг друга. Только близкому кругу разрешено дотрагиваться. А посторонним нельзя. Выльют на тебя какое-нибудь мелкое проклятие.

— И какое?

— Разное. Например, дай подумать, ммм, от поноса до облысения, да что угодно, — пошутил юноша.

Ника негромко засмеялась. Ее смех разлился по саду настоящей мелодией.

— Шутишь, да?

— Нет, нисколько.

— Ну и ладно.

— Нет, Ника, не ладно. Ты не почувствуешь, как к тебе прилипнет мелкая пакость. И для тебя это страшно.

— Но ведь в лечебнице мне это не грозит?

— В лечебнице — нет. Это особенное место. Но вот за её пределами...

— А что за пределами лечебницы?

— Целый мир...

— Так говоришь, будто это мечта.

— Так и есть. Я не могу покинуть лечебную уже очень давно. Но безумно хочу, — грустно усмехнулся парень.

— Ушани, всё будет, — попыталась поддержать его Ника. Хотела дотронуться в качестве утешительного жеста, но передумала. Спустя несколько секунд она решила сменить тему. — Подскажи, на что намекал Тиар, когда обращался к Эленири? И что у неё с лицом?

— Эленири, ведьма низшего уровня. Вообще, как и за что получает откат маг или ведьма, как правило, охраняется тайной. Дабы не судачили. Но я слышал, что Эленири возомнила, будто способна тягаться с одной из ближайшего круга Верховной ведьмы. Ближайший круг, что бы ты понимала — это и охрана и защита Верховной. Они крайне чувствительны к движению энергий. И чувствительность этих ведьм запредельная. Как там оказалась Эленири — не понятно. Только сейчас на ней буквально отображён результат отката от энергетического вмешательства. Лекари не могут разгадать, как ей помочь. Сама же она считает, что необходимо просто у кого-то одолжить энергии. Да попросту украсть. Но пока результат только ухудшается.

"Ведьмы, ближайший круг... О чем он вообще говорит...не могу даже поверить" — думала про себя Ника, но вслух только и могла произнести, — это печально.

— Нет, это закономерно. Энергетический баланс вещь тонкая и крайне справедливая. Против него не сработают оправдания. Всё заслужено, Ника.

— Как многого я не знаю и не понимаю.

— Да ты вообще как не от мира сего. Читать не умеешь, энергию не чувствуешь, на всё странно реагируешь. Откуда ты?

— Я?.. Издалека. Гораздо дальше, чем ты можешь себе представить. Кстати, а ты? Как давно ты тут? Как и я? Месяц?

— Я, наверное, года два.

— Как так? И за это время ничего не исправили?

— Я потомственный маг. Но мой дар, он... В общем, сейчас я не могу практиковать. На мне проклятие могильного холода. Любая практика для меня, даже защитная — смертельна.

— Нет.

— Все чувствуют.

— Может, потому что я не магиня, поэтому и не чувствую.

— Хм, да, это объяснение.

— А как так получилось, что на тебе такое заклинание? Это что-то вроде порчи?

— Дар в неумелых руках может стать проклятием. Вот я и есть те неумелые руки. И однажды очень сильно ошибся.

— Ушани, а эта лечебница? Это место тебе помогает?

— Она излечивает. Поэтому я нахожусь здесь. Она не даёт мне замёрзнуть. Лечебница построена на месте объединения стихий: воды, под землёй четыре источника; ветра, что меняет направления на все четыре стороны; привезённой с четырёх сторон света горсти пепла и земли; огня, закалившего камень до белого цвета. А ещё растений, собранных и составленных таким образом, чтобы образовать защитную пентаграмму, охраняющую не только лечебницу, но и всех находящихся внутри. Все стихии, вместе с пентаграммой образуют энергетический барьер, который замедляет действие любого заклятия, ослабляет его. Мы очень зависимы от энергетических вмешательств. А это лечебница убирает их полностью.

— И как ты справляешься?

— Нормально я справляюсь. Как и ты. Вроде и на привидение не похоже уже. В библиотеке ты выглядела хуже.

— Так, знаешь! Не вежливо говорить девушке о ее внешности!

— И? — будто не слышав ее выпада, спросил Ушани. — Что могло так разрушить твои энергетические центры? Тиар помогает их восстановить?

Ника слегка замешкалась.

— Знаешь, давай закончим эту грустную тему. Как-нибудь в другой раз обсудим.

— Меняешь нить разговора? Ладно, в другой раз, так в другой раз, — усмехнулся Ушани, но взгляд его внимательно следил за странном поведением девушки.

— Кстати, сегодня я попробовала упражняться по книге, что ты подсказал. И ничего не вышло. Я баланс не могу держать.

— Это пока. Тебе надо не слабо так накачать мышцы. Очень хиленькая ты. Советую начать заниматься боевыми искусствами.

— Сложно. И где я мастера найду здесь.

— Ну не легко, согласен. Тогда попробуй начать бегать.

— Бегать? Наверное, это вариант. Можешь со мной?

— А почему нет... Могу, ничем ведь не занят. Завтра с утра начнём. И не уходи от вопроса. Ты о себе ничего не рассказала.

— Да нечего рассказывать. Я просто не из этих мест. И совсем не знаю, как выпутываться.

— А из каких?

Ника смотрела на юношу. Ей очень захотелось хоть кому-то рассказать, кто она. Но нет, Аргон запретил рассказывать.

"Как же сложно!" — помотала головой девушка.

— Я не могу сказать. Не настаивай. Но я не откажусь от твоей поддержки. Скажем так, я ничего не знаю о ведьмах, магах, целительстве. Я даже географию не знаю. И мне нужна помощь.

— Тогда хорошо. Но обещай, что как-нибудь расскажешь мне о себе, — дождавшись утвердительного кивка, Ушани продолжил с энтузиазмом. — Так, решено. С этого дня я буду тебя учить. Наставником стану.

— А ты дорос? Сколько тебе лет?

— Нормально мне лет. Знаю больше тебя. Ты даже читать не умеешь.

— Ой, не начинай!

— Так, расписание на завтра, запоминай: бег, гимнастика, завтрак, медитация, обед. Изучение географии мира, базовых мер безопасности, вечерняя тренировка, ужин... — загибал пальцы Ушани, — Надеюсь, поняла?

— А справимся? — без энтузиазма уточнила Ника.

— Конечно. Ты же ничем не занимаешься, и я тоже. Всё успеем. А пока пошли, давай вернёмся. Планов много. А день только начался.

— Пошли, — обречённо выдохнула Ника. Вдруг девушка, хлопнула себя по шее. — Комар укусил, что ли.

— Ещё раз? Что ты сказала? — встревожился Ушани.

— Что-то кольнуло, комары у вас летают?

— Что такое комары? — осторожно уточнил юноша.

— Ну, те, кто слегка сосут кровь, такие мошки, очень маленькие, — прищурившись, будто темнеет в глазах, говорила Ника, и уже словно заплетающимся языком добавила, — Какое странное ощущение, будто плыву.

Ушани изучающе смотрел на Нику. Потом быстро развернул ее, прерывая сопротивление, и внимательно начал осматривать место "укуса".

— Давай к Тиару. Живо!

Не дожидаясь согласия, он потянул ее к лекарю, даже не обращая внимание на слабые возражения.

Тиар находился на первом этаже.

— Помогите, Нике плохо, — крик Ушани заполнил весь коридор.

Тиар тут же оказался рядом с ними.

— Что случилось? — одновременно с вопросом Тиар осматривал девушку. В этот момент Ника пошатнулась, отчего Ушани и Тиару пришлось ее подхватывать.

— Это похоже на ядовитую присоску. Ника жаловалась, что ее укусили. А после вела себя, будто пьяная, — скороговоркой выговаривал Ушани.

Развернув девушку, Тиар быстро осмотрел её затылок и шею.

— Эленири, бес тебя бери! Сказал же! Ушани, присмотри за Никой.

Тиар оставил подопечную на руках ничего не понимающего Ушани. Сам же, перепрыгивая через ступеньки, направился вверх по лестнице.

В комнату Эленири он ворвался, как ураган. А за ним вбежали все, кто был в это время в общем холле.

Женщина лежала на кровати, а вокруг нее играли волны энергии. Над Эленири видна была проекция её тела. И уже, обтекая проекцию, виднелись импульсы движения энергии. Из середины тела энергия двигалась по меридианам одной половины тела, полностью опустошая вторую.

Тиар замер, разинув рот.

— Крадник у самой себя, вот что с тобой сделали. Как красиво отомстили, — ошеломленно констатировал он.

Через несколько секунд проекция стала разрушаться. А после неё сила разрушения опустилась на физическую оболочку тела. Первыми на ней разрушились рунные замки, за ними стали сниматься защитные обереги. Тело, лишённое защиты, стало утрачивать молодость. За доли минуты молодая красивая девушка превратилась в старуху.

Эленири открыла глаза. Видя ошарашенное лицо Тиара, она посмотрела на свои руки. Медленно приходило осознание, что она смотрит на старческую, сморщенную и покрытую пятнами кожу. Выражения лица сменялось маской ужаса, а следом по комнате разнёсся крик отчаяния.

Старуха вскочила и бросилась к зеркалу. Не понимая происходящего, она смотрела на куски седых волос, безжизненной массой торчавшие в разные стороны, ощупывала иссушенную и пигментированную кожу лица.

— Все годы обрушились на тебя. Что ты наделала, Эленири?

Женщина села на пол и завыла в голос. Она ничего не говорила.

* * *

Весь остаток дня по лечебнице гуляли слухи, нервные целители и любопытные зеваки.

Младшие помощники лекарей пытались разогнать всех по комнатам, но их просьб хватало ровно на несколько минут. А как только все расходились, пациенты тут же снова выглядывали в коридор и заговорщицки переглядывались. В комнате Эленири находились мастер Магибус и лекари. Иных в комнату не пускали. Но и они выходили оттуда растерянные.

Кто-то слышал разговоры и разносил их по всей лечебнице.

"Вся накопленная энергия враз испарилась".

"У неё откат на крадник у самой себя".

"Она наконец-то получила по заслугам".

"Отчего все произошло?".

"Опять перед Верховной ведьмой пыталась доказать

Пока по лечебнице гуляли слухи, Ника спокойно спала у себя в комнате. Ушани все время ходил вокруг неё, переживал и нервничал. Лекарь Тиар забежал на две минуты, провел своими руками у висков девушки, задал вопросы.

— Так, Ушани, просыпалась Ника? Говорила что-либо?

— Как уснула, так и не просыпалась.

— Ничего не поменялось?

— Нет.

Присев рядом, он внимательно осмотрел её.

— Хорошо. Посиди с ней. Если будут изменения, зови меня.

— А что с ней?

— Думаю, что с ней, как раз, всё в порядке. Просто отравление. Присоска была с алкоголем. Отоспится и, максимум, будет страдать от похмелья.

— А кто не в порядке?

— Эленири не в порядке. Но она сама виновата. Лечебница не даст паразитировать, ты же знаешь. Но не переживай. Побудь тут. Если Ника проснётся — смело идите на ужин. А если нет, то сегодня Ника отдыхает. Завтра у неё будет болеть голова от алкоголя.

— С ней всё хорошо?

— Да, просто ядовитая присоска, ты прав. Но учитывая, что вы под защитой, вам беспокоится не о чем, — сказав это, Тиар ушёл.

Девушка спала, как младенец. Ушани провёл в комнате Ники до вечера. Сидя кресле он внимательно за ней наблюдал. Вот Ника начала ворочаться и, наконец, открыла глаза.

— Что произошло? — прохрипела девушка голосом старухи.

— Тебя отравили в попытке забрать часть энергии. Крадник на молодость. Но на тебе ритуал так дал сбой, что вся лечебница на ушах. Не объяснишься? — тихо спросил Ушани.

— Ой жешь, голова болит, — простонала девушка, обхватив голову руками. — Что со мной произошло?

— Тебя опоили, но не сильно. Тут не расскажешь в двух словах. И за это кто-то пострадал.

— Кто? И как?

— Эленири. Но с ней лекари.

— Сильно?

— Не знаю, — мотнул головой Ушани. — Кто ты, Ника? И откуда? На темную не похожа, на ведьму тоже нет. С магией не связана. Тогда почему ритуалы на тебе не работают? Если и работают, то не так?

— Я из другого мира, Ушани, — выдохнула Ника, тяжело вздохнула и пожала плечами.

— В смысле?

— Да без смысла. — Ника откинулась на подушку и закрыла глаза руками, выдержала паузу и продолжила. — Я из другого мира. Я как-то прошла через материю тонкого мира, Лес душ и попала сюда. Вот как-то так мне объяснили.

— Ого-го!!! Как тебе удалось?

— Да что вы все так удивляетесь? Что такое Лес душ?

— Ты полный ноль. Даже не знаешь основ мира, где очутилась.

— Так откуда я их знать буду? Я только в себя пришла!

— Да, это многое объясняет. И скрытность и твои способности.

— Ушани, я прошу тебя, держи это в секрете.

— Да об этом даже просить не надо. Это понятно.

Ушани слегка задумался, но взгляда с девушки не сводил.

— И какой твой мир?

— Мой мир... Это мир летающий самолётов, роботов, небоскрёбов высотой больше ста метров, общения на расстоянии с помощью электронных устройств, мир прикосновений и объятий, — Ника усмехнулась. В памяти всплыли воспоминания: мама с тёплыми блинчиками и свежей клубникой, и папа, больше её радовавшийся поступлению в колледж, друзья и вечер у костра, ухаживания Игната. Слёзы покатились по щекам, слишком остро она ощутила тоску по-потерянному, — мой мир разный, но такой родной.

— Скучаешь?

— Безумно. Так по ним тоскую...

— Не легко тебе.

— Я одна. Тиар и мастер Магибус поддерживают меня. Эргон, ну... из департамента по магическому вмешательству чего-то там, уже не помню, и всё. Вот те, кто знает, откуда я. Так что в этом мире я совсем одна.

— Не совсем. Ты сможешь завести друзей.

— Ага... Как же, друзей. Тут как на бочке с порохом.

— Ника, тебе сложно, но наш мир тоже прекрасен. Ты его не знаешь. Но я помогу. Тебе просто не повезло в начале. Но как только ты освоишься, всё может измениться. А расскажи еще...

Общение между Никой и Ушани продолжалось несколько часов. Под конец она заснула.

Ушани долго сидел и размышлял над услышанным. А ближе к полуночи, удостоверившись, что она крепко спит, ушёл.

Глава 6. Основы

Утро началось рано. Нику разбудил настойчивый стук в дверь. Она сползла с кровати и приоткрыла щёлочку. Там выглядывал довольный Ушани.

— Готова?

— Ааа, нет. Но через пять минут буду, — Ника захлопнула дверь и задумалась: "Чего ему?". Открыв дверь обратно, она спросила:

— К чему готова?

— Пробежка, вчера же договорились!

— Мг, — растерянно кивнула девушка и закрыла дверь.

Одновременно одной рукой натягивая штаны и рубаху, а второй пытаясь почистить зубы, Ника сонно собиралась. "Неужели он пришёл? Побежим? Да ну...ну нет же...."

Выйдя из комнаты, Ника неуверенно встала перед Ушани.

— Как-то я не уверена, что стоит. Что-то я странно себя чувствую.

— Да не трусь, пошли, — уверенно позвал за собой юноша.

Спустившись по лестнице и выйдя на улицу, они сразу столкнулись с резким порывом ветра.

— О, даже погода нас подгоняет. Начали! — улыбался во весь рот Ушани.

— Ветрено! Наверное домой? — возразила Ника.

Ушани на это только поднял вверх брови и начал бег, медленно. Выбора не было и Ника пристроилась за ним. Мелким шагом они начали своё движение через парк спящих цветов. Среди лёгкой дымки тумана чувствовалось пробуждение утра. Роса быстро собралась на поверхности обуви, но это никого не останавило.

— Пощади, — выдохнула Ника, — я задыхаюсь.

Три минуты. Ровно столько потребовалось Нике, чтобы упасть без сил.

— Ты такая слабая!!! Просто не могу поверить! Вставай. Мы и 500 метров не пробежали! Давай, не ленись, — Ушани тянул Веронику за руку, пока та беспомощно валялась на зелёном ковре. — Не могу поверить! Всего 3 минуты!!!

Через некоторое время ему удалось заставить Веронику встать и продолжить. Да уж, первый день пробежки был пыткой. Только через час она вернулась в комнату вся мокрая, с трясущимися ногами и сбитым дыханием. Наскоро умывшись, девушка пошла на завтрак. Она так устала, что даже не подумала, что ей нужен провожатый.

Присаживаясь за стол, она просто кивнула всем.

Через секунду возле неё присел Ушани, вполне собранный и довольный утренней пробежкой. Ника даже не могла поверить, что её мучения доставляют кому-то такую радость. Но его улыбка была прямым тому доказательством.

— Не могу поверить, бодр и свеж, — ошеломленно проговорила девушка.

— Да, меня утренняя пробежка бодрит. Ничего лучше, чем бег, ещё не придумали.

— А меня — нет, ни капельки, — в знак дополнительного подтверждения сказанным словам Ника отрицательно махала головой.

— Привыкай, теперь так будет часто, — подмигнул ей Ушани.

— О, нет, — обречённо промолвила Ника.

— Утренняя пробежка? Девушка, вы решили подтянуть свою физическую форму? — вмешался в

— Спасибо, — в замешательстве ответила Ника, не зная, соглашаться или нет на такое предложение.

— Будем иметь в виду, — кивнул Ушани, — но она и бегать не может. Ей до физической формы ещё очень далеко.

— О, и тебе спасибо, Ушани! Я это учту, — сарказм в голосе Ники вызвал улыбки на лицах присутствующих.

— Это сначала. Да, тяжело бегать, но после сотни километров ты привыкнешь и будет легче. Но я могу научить правилам самообороны. Ты, судя по всему, совсем хиленькая.

— Она полный ноль в этом, — поддакнул Ушани, — после кого, как слегка станет сильнее, имеет смысл, Дирош, чему-то ещё её научить. Обязательно воспользуемся твоим предложением.

За лёгкой беседой завтрак прошёл быстро и уже после того, как последний глоток цветочного чая был выпит, Ушани потянул Нику в библиотеку для обучения девушки основам нового мира.

* * *

С этого дня установилось одно и то же расписание. Обязательный бег с утра, завтрак, учёба с Ушани, изучение географии мира и базовых мер безопасности, обучение письменности, обед, чтение, ужин, вечерняя разминка. Все свободное время было посвящено этому распорядку.

Особо интересным для Ники стали уроки мироустройства. Каждый вечер Ушани и Ника собирались в библиотеке и он рассказывал ей о новом мире и его особенностях.

— Мир Коши лежит между человеческим миром и миром духов. Это не место перерождения души, а место более приближенное к загробному миру. Из-за этого все жители более чувствительны к движению энергии. Не путай, не мир между мирами, а мир, приближенный к загробному, но все же отдельный. У нас есть общее с вашим миром поле — тонкий мир, через который ваши души проходят после смерти. Это единственная общая для наших миров территория. У нас есть своя дорога в загробный мир, она тебе знакома, это дорога сквозь Лес душ. Это энергетическая тропа только в одну сторону для сильных магов. Не каждый в этом мире одарён, есть те, кто рождается без сил, есть более сильные маги, более слабые. И дорога через Лес Душ используется самыми сильными магами для последнего путешествия в загробный мир. Эту границу мы и охраняем. С этой территории часто проникают в наш мир те, кто бежит из загробного мира. Как правило, это сущности и нечисть. Мы их можем видеть и ощущать.

— Кажется, ваш мир не идёт по пути человеческого прогресса, электричества с проводниками и робототехникой. Смотря на этот мир, ощущаешь, что ты вернулся в средневековье: нет автомобилей, многоэтажек, супермаркетов и пластика. В почёте лошади и кареты, низкие здания, деревянные или каменные, — с улыбкой перечисляла Ника.

— Любое магнитное поле искажает энергетические возможности. И никто из людей с энергетическим потенциалом не желает ими жертвовать во благо большего. Ведь способности магов — это возможность видеть, управлять, изменять энергетическое поле человека или явлений. Каждый маг хочет приблизить к себе те силы, которые его питают. Огненный маг работает с силой огня, свечи — это его тотем, травники окружают себя садами, строят дома из природных материалов. Маги, работающие с энергиями, всегда селятся возле храмов, где поклоняются душам тёмных или светлых. Ни один прогресс не стоит потери силы.

— А магов много? В больнице только маги. А за её пределами?

— Не скажу, что людей, не обладающих способностями, меньше. Скорее больше. Наверное и не задумывался над этим вопросом.

— А как делятся люди?

— Есть маги и ведьмаки, магини и ведьмы. Они различаются по магическим способностям. У кого-то они развиты сильнее, у кого-то слабее. Отсюда и классовое неравенство. Слабый маг всегда будет не в почёте и ему уготовано место обслуги. И совсем другое маги с большой силой, но и там существует своя сложная иерархия.

Если говорить об отличии, то маги или магини чувствуют и управляют энергетическим полем: некромаги, боевые маги, предсказатели, целители, шаманы, рейки-мастера. Они могут видеть и слышать энергию и силу. На особом счету и самыми почетными считаются боевые маги. Эти чувствуют все виды энергий, предугадывают их движение и могут блокировать воздействие, создавать любую защиту. Их от остальных отличает физическая сила, быстрота, выносливость.

Целители работают с энергиями, направляя их в целях исцеления. Могут очищать энергетическое поле человека от воздействия со стороны ведьм.

Рейки-мастера — это, люди способные перенаправлять энергии в теле человека, или направлять её в тело человека из другого источника.

Некромаги, или некроманты, работают с душами, не покинувшими этот мир, но умершие и похороненные здесь, или с сущностью, пришедшей не из этого мира. Привязать или отвязать сущность, любой приказ не упокоенному, любое заклинание на кладбище — это они.

Ведьмы или ведьмаки менее сильные, отличаются от остальных только возможностью влияния на энергетическое поле живых и неживых существ и явлений. Они используют для этого ритуалы и заговоры. Их оружие — шепотки, порчи, переклады, ритуалы на исполнение желаний. Очень часто используют не свою силу, а обращаются за помощью к высшим силам, тёмным или светлым. Ведьмы не могут ни управлять, ни приказывать, они просто проводники чужих желаний. Исполнитель здесь другой.

И это только самая примитивная иерархия. Она в разы сложнее, когда начинаешь изучать каждого мага в отдельности.

— Надо же. И как вы живёте в этом мире?

— Нормально. По крайней мере, для тех, кто обладает способностями. А у вас как определяют силу?

— По количеству денег и должности.

— Ха, это самая устаревшая валюта, которую только можно придумать.

— А у вас не так?

— У нас за все мы платим жизненной энергией. Самая невосполнимая ценность.

— Не поняла?

— И не поймешь. Всё в разы сложнее.

— А ваш мир, как появились такие способности?

— Ооо, это целые легенды. Считается, что первой основной цельной силой, объединяющей всё сущее на небе, земле, под землёй, живой и тонкий мир был Род. Мир живых и мертвых был един. И вдохнул Род своим дыханием жизнь, дав рождение двум своим детям Свархо и Лате. Свархо царствовал на небе и земле. Лата была покровителем тонкого мира и загробного. У богов были дети. Самым известным из них считается бог грома и молний — Мерун, богиня зимы и смерти, королева ночи, — Морана. А еще есть юные боги любви и покровители семьи, бог ветра, бог огня, бог солнечного света.

Считается, что между детьми Свархо и Латы произошла ссора. И ссора была страшная и кровопролитная. Кровь и слёзы раненых богов проливалась дождем на живущих, проникали в землю, водоёмы. Но не только наш мир был затронут ссорой, но и тонкий мир, загробный. Кровь богов

Свархо разозлился за такое деяние на своих детей. Он своим молотом разделил миры, создав три мира: тонкий, материальный и загробный. Силой кузнеца он сковал землю, небо и солнце, дав название нашему миру — Коши. Лата создала загробный мир, вдохнув в него вечный лёд и холод, свет луны. А тонкий мир был отдан детям, что бы они создали свой мир по своему разумению. И отдали им для этого остатки от миров, земного и загробного. Таким образом Свархо дал детям возможность бороться с непониманием, злобой, завистью, сожалением без права исправить ошибки. Но его дети так и не смогли создать из тонкого мира достойное продолжение.

В дополнение Свархо ещё детям своим, как создателям, даровал возможность покровительствовать над теми, кто рождён или одарён силой. Той силой, которую они получили от богов, чтобы боги несли ответственность за свои деяния и последствия.

Говорят, что в наказание, которое придумал Свархо, вмешалась Макошь, богиня судьбы, и всё перемешала. А сделала она это, чтобы дети Свархо не увеличивали количество потомков силы. Чтобы установился баланс. Маги и ведьмы стали заключать союзы, вести войны, порчи изменили магические способности. Да и сами заклинания меняются до сих пор. И дети богини Макошь помогают установить этот баланс, дергая нити судьбы, разрывая или соединяя их.

— А сама сила мага меняется?

— Раньше маг мог обладать только одной стихией. Но сейчас, действительно, есть некоторые маги, которые обладают несколькими силами. Но это не всегда дар. Иногда сила становится проклятием.

— Да уж...

— Ладно, на сегодня закончим. Уже поздно. Завтра расскажу тебе другие истории.

— Ну пошли, — не радостно откликнулась девушка.

* * *

Строгое расписание дня выматывало. Одно и тоже каждый день по распорядку. Дни слились в один. Отличие было только в усталости.

Через две недели базовых физических тренировок лекарь Тиар добавил духовную медитацию. Смысл её состоял в освобождении разума от мыслей и изучении себя. Первые раза четыре Ника просто засыпала и падала на подушки, а однажды захрапела.

— Ника! — толчок Тиара разбудил ее.

— Простите, — стыдливо прошептала виновница, а мысленно добавила: "Ну бред бредом!".

— Начинай сначала! Ты не фокусируешься! Так ничего не получится!

— Может потому, что я не знаю, на чем я должна фокусироваться? Как я могу делать то, чего не понимаю?

— Сначала. Начинай! — иногда тон Тиара был как у надзирателя. Нике приходилось опять занимать позу, скрестив ноги перед собой, и пытаться что-то рассмотреть внутри себя.

— Хоть бы намекнул, что я там должна искать.

— Не искать, а чувствовать. Здесь, здесь и здесь, — указывал рукой Тиар, — расположены твои энергетические узлы. Почувствуй их. Энергия в них теплее, от них идут меридианы по всему телу! Прислушайся к себе! Сядь ровно. Начни с дыхания. Вдох, почувствуй, как сила воздуха наполняет тебя, как разгоняется кровь по венам, как заряжаются силой все нити твоей энергии и очищают себя от грязи и печатей.

"Монотонный бубнёж! Может кому-то просто не дано нормально объяснять", — мысленно сокрушалась девушка, но продолжала стараться.

Медитации проходили ежедневно. Иногда они были не только в комнате, но и на природе, среди камней, или в саду. В плохую погоду она занималась среди кристаллов или в оранжерее. Ей разрешили туда входить. Эти занятия она особенно любила. Аромат цветов её успокаивал.

* * *

Прошёл месяц. Каждый его день был похож на предыдущий как близнец. Бывали дни, когда ничего не получалось. Тогда Ника просто накрывалась одеялом с головой и плакала. Но наутро она опять начинала все сначала.

Ника и Ушани занимались вместе. Упражнения были полезны каждому из них. Свой день они начинали с утренней пробежки. Ника полюбила игру ветра в своих волосах, усталость в ногах после бега. Когда уставала, чувствовала себя как никогда живой. Ей даже спалось более спокойно.

За этот месяц она заметно подтянулась и похудела. Теперь тело было более рельефным. Жаль, его не видно под простой рубахой и широкими штанами. Но физически она точно стала выносливее.

Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих, но вечер внёс свои коррективы.

Тиар опаздывал. Ника уже сидела в позе, настраиваясь на медитацию. Тиар зашел спешно и сразу с порога произнес.

— Медитации сегодня не будет. Мы все заняты, поэтому делаешь свои упражнения и свободна. Может погуляешь по саду, погода хорошая.

— Ладно. Как скажешь. Случилось что? — Ника встала с пола.

— Нет, не случилось. Но просто не сегодня, — было видно, как он контролирует своё раздражение. — Просто не сегодня.

— Раз вы уходите, я с Ушани сегодня побуду в библиотеке подольше. Не против?

— Нет, абсолютно.

Когда за Тиаром закрылась дверь, Ника несколько минут обдумывала сказанное: "Всегда добрый, сегодня Тиар, наоборот, раздражительный. С утра придирался к каждому жесту. Интересно, почему? Что же, надо идти к Ушани, может он что-то знает. В любом случае, раз не будет медитации, то учёбу никто не отменял".

Ника вышла из комнаты и отправилась за своим новоявленным наставником. Ушани преподавал неплохо. Помимо общих правил, он обучал её читать и писать, о чём даже не упоминал Тиар. Не всё получалось, но с каждым днём она продвигалась всё дальше в своих знаниях. А между изучением письменности Ушани читал ей книги о новом мире. Как правила, уроки проходили за столиком на удобных креслах, где Ушани зачитывал ей важные правила и обычая, соблюдение которых было обязательным.

И сегодня был такой же день.

Подойдя к библиотеке, Ника поняла, что Ушани был внутри. На столе уже лежала новая стопка книг и кто-то перебирал книги на полке.

— Ушани, мы сегодня столько не прочитаем! — пошутила она.

Ушани выглянул из-за полки. Руками он задвигал часть книг обратно, а одну книгу придерживал ртом.

— Помогу, помогу, — подхватилась Ника, поймав выпущенную им книгу.

— Это я с запасом. Хочу пройтись по правилам поведения и этикету. Пошли, посмотрим, что я подготовил.

Присев на мягкие кресла, Ушани взял одну из книг и показал ее Нике.

— Вот, это труд магистра Лоитика "Этикет среди магов. Особые правила". Я выделю для тебя определённые выдержки. Так, зачитываю, "слушая, в общении с любым одаренным всегда следует соблюдать осторожность: никакой лжи, никаких напрасных оговоров, уважение к знаниям, и

— Давай читай всё, а не урывками. И почему вы так сторонитесь рукопожатий?

— Не всем это нравится. Любое соприкосновение — это взаимодействие. А если человек после ритуала или снятия порчи? Тогда твой с ним контакт ни ему, ни тебе не будет полезен. Я и читаю тебе основные выдержки. Дальше... "Не стоит оценивать магов по внешнему виду. Сегодня перед тобой старец, а завтра — уже самый привлекательный мужчина. И не стоит доверять глазам, определяя чью-либо молодость. Возраст — условная цифра".

— Это как с Эленири?

— Да, как с ней. А тебе ничего про неё не говорили?

— Нет. Я её вообще не видела.

— Ты знаешь, что с неё были сняты все порчи, вместе с накопленными энергетическими запасами. В основном это была энергия молодости и здоровья. Поэтому она ушла.

— И как она теперь?

— Ника, она опять её накопит. Просто платить будут красотой. И лет через пять ты повстречаешь всё туже Эленири. Кстати, давно видела Аргона?

— Недели три назад. Задал непонятные вопросы, спросил о самочувствии и убежал.

— А он рассказал, как обстоят дела с тобой?

— Нет, ничего. Сказал, что найти виновника не удалось, что на биополе должны оставаться следы моей энергии. Из всех опрошенных и найденных никого со мной связать не получилось. Какой-то след магии не совпадает.

— Это называется магическим оттенком света ауры.

— Да, именно он. А почему спрашиваешь?

— Я тут случайно подслушал. Ника, тебе нельзя останавливаться и уходить в уныние. Только двигаться. Если ты проиграешь, ты превратишься сначала в безвольную куклу, а затем в фамильяра. И жить будешь в рабстве вечность.

— Я знаю... Мне надо каким-то образом, как они называются? Шнуры?

— Мг.

— Шнуры разрубить, отсечь от себя. Пока они соединяют меня с другим, я не существую.

— Ты же медитируешь. Хоть раз почувствовала энергии от них? Увидела, куда они от тебя тянуться. Или свою отливку видела? Ведь тебе же делали чистку и просматривали ауру глазами видящего.

— Да делали и не один раз. Видел осьминога? Ну вот и моя аура похожа на осьминога. И местами видны прям ожоги. Хотя, последний раз это делали неделю назад. Так вот, аура уже стала чище, жгуты тоньше, и их количество меньше. Что это значит?

— Да то, что укрепление тела и медитация даёт свои плоды. Укрепляя тело, ты укрепляешь свои энергоузлы. А медитация снимает с тебя все ментальные присоски и загрязнения. Да и раз жгуты сейчас не передают энергию, они начинают усыхать. Когда сможешь их полностью отсечь, ты сможешь жить самостоятельно. Так как, ты энергетически себя хоть раз видела?

— Я??? И как это? Тиар только и кричит "Сосредоточится! Сосредоточится!". А я даже не понимаю, на чём!

— Может вместе попробуем, раз одной не получается?

— Поможет? И это вообще возможно?

— Ой, садись. Сейчас сама все увидишь. Тиар, как целитель — очень не плох, но как наставник — так себе. Ни терпения, ни понимания.

— Он на тебя за такие слова порчу нагонит.

— Он целитель. Не сможет. Начинаем.

Ушани и Ника сели друг напротив друга, в позе лотоса, руки положив на колени ладонями вверх

— Когда станет очень холодно, ты скажи и мы прекратим, — предупредил Ушани, — и слушай мой голос.

— Договорились.

Ушани аккуратно уложил ладони Ники поверх своих так, чтобы они соединялись. Затем он закрыл глаз, сделал глубокий вдох, начал бормотание.

— Итак, медленный небольшой вдох, медленный выдох, сердце бьётся равномерно, ты спокойна. Медленный глубокий вдох, лёгкие раскрылись и заполнились воздухом. Ты чувствуешь, как идёт насыщение крови кислородом, движение его по сосудам, питание органов новой кровью. Выдох и освобождение тела от ненужного мусора. С каждым вдохом кончики пальцев согреваются и покалывают, тело расслабляется. Представь, как благодарит тебя твоя сила, как движется наполненная кислородом тонкая защита, покрывающая твоё тело. Она горит ярче и ты чувствуешь её своей кожей. Между головой, шеей, сердцем и животом идет обмен импульсами. Лучи энергии с каждой точки соприкасаются и обмениваться силой, словно капли в море. Энергетические чакры вибрируют, отдавая тепло по меридианам в ткани каждой мышцы. Твоё тело чувствует тепло, растекающееся по венам, отдаваясь пульсацией в коже. Места, где есть разрывы, начинаю гореть и заживать. Ты чувствуешь это стягивание, ты видишь это стягивание....

Ушани монотонно проговаривал слова медитации, погружая Нику в своеобразный транс. В какой-то момент девушка открыла глаза. Это произошло само собой, будто внутренний голос сказал сделать это. Её взору открылась комната, переливающая всеми цветами радуги, лучи света перетекали по её рукам, телу. Лёгкое мерцание покрывало каждый миллиметр кожи, плавно перетекая на Ушани. Но и Ушани предстал перед ней другим. Она видела ледяное тело юноши, все покрытое инеем, а у сердца торчал ледяной нож. Мёртвый! Перед ней сидел мёртвый парень. Удар её собственного сердца прозвучал особенно громко, отдаваясь эхом по всей комнате.

— Ушани, — шёпотом позвала девушка, слёзы покатились по ее щекам, — как же так?

Он открыл глаза.

— Ты видишь.

— Как же так? — одновременно проговорив, Ника вырвала свои руки из рук Ушани в попытке прикоснуться к его лицу. В тот же момент перед ней сидел все тот Ушани, живой, чьё тело было покрыто лёгким ледяным сиянием.

— Ты видела меня?

— Конечно. У тебя здесь торчит ледяной нож, не знаю, кинжал! А сам весь ледяной! Как это и...и что это?

— Ты видела? — не веря произошедшему, все повторял свой вопрос парень.

Они смотрели друг на друга в недоумении.

— Да, я тебя видела, но другого тебя, и тут... и ты весь, — Ника руками показала на все тело Ушани. — И как так...

— Это долгая история.

— В смысле долгая? Я не тороплюсь. Обо мне же ты знаешь, а я о тебе — ни слова. А тут... И вот это всё....

Ушани вздохнул.

— Магия нейтральна, — неуверенно начал он. — Главное, это соблюдать баланс или к нему идти, и тогда возможно многое. Равносильный обмен. Этот иней — это результат опытов с некромантией. Когда-то я думал, что обратиться к вратам смерти — это здорово. Но я был не готов. Когда от меня потребовалась жертва взамен на предоставленную силу, я решил схитрить. Но сила не прощает обмана. Там всё просто. За полученное нужно платить. И лёд— моя плата. Я практиковал защитную магию и пытался окутать себя могильным холодом, дабы все, кто попытается тягаться со

— А как тебя обратно вернуть, Тиар не знает?

— Пока нет.

— Так, а почему у тебя нож в груди? Вот здесь, — Ника указала пальцем на место ножа.

— Хм, сюда пришелся удар ледяного демона взамен на мой обман.

— Обман?

— Да, некромантия и обман не совместимы. По крайней мере не так, как я себе напридумывал. Может, кто более опытный сообразил бы, но не я. Думал, что моего рода хватит для призыва. Идиот! Маг должен сам представлять себя, а не прятаться за именем рода. Вот и получил я то, что просил. Буквально. А как ты меня увидела?

— Да я просто открыла глаза и оп, ты сидишь во льду.

— А давай ещё?

— Не хочу. Никаких "давай".

— Ну Ника, никто ещё не видел меня так, как ты. Рассмотри на меня поближе, что-ли. Да, посмотри на кинжал. Может в нем разгадка, а? Ну соглашайся!

— Я не...

— Ника, ты единственная, кто что-то видел, понимаешь?

Девушка закрыла глаза и сделала паузу. Громко вдохнула и выдохнула.

— Ладно, — скрипнула она зубам. — Но предупреждаю, если что...

— Хорошо, если что, то и всё. Начинай уже!

Ника и Ушани опять сели так, что бы их ладони соприкасались. Четыре минуты медитации и перед Никой опять сидел замёрзший юноша. Девушка смотрела на него и слезы текли по её щекам.

— Ушани, Ушани, открой глаза, — ласково позвала его Ника.

Он медленно махнул замёрзшим ресницами. Ника ясно чувствовала, что надо делать.

— Прошу вытащи нож. Вот, медленно, — давала указания Ника. Юноша медленно вытаскивал нож, сантиметр за сантиметр. Его глаза были абсолютно прозрачными, ни один мускул не дрогнул на лице. И вот он уже держал нож в руках.

Но в тот же момент, когда он его вытащил, изо рта, стекая по подбородку, начала литься кровь. Через две секунды Ушани буквально захлёбывается кровью, его глаза стали красными и сквозь боль он проговорил: "Помоги!". Ника остолбенела и не могла сказать ни слова, не могла пошевелиться. Руки будто приморозило и невозможно было их отцепить от рук Ушани. Крик застрял в горле.

В этот момент кто-то разжал руки Ники и оттолкнул её. Несколько минут Ника видела перед собой истекающего кровью Ушани. Когда видение прекратилось и она пришла в себя, она увидела Тиара, яростно спасавшего жизнь подростка. Он держал руки в области сердца юноши, лежащего на полу, вокруг тела которого растекалась кровь.

— Что я надела! А-а-а, что я наделала!?! Как же так... — Ника забилась в истерике.

Тиар что-то выкрикивал, но Ника ничего не слышала и не воспринимала.

На зов о помощи прибежал мастер Магибус. Он сразу начал помогать Тиару, вливая в Ушани поток энергии. Через две минуты все прекратилось. Кровь остановилась, Ушани дышал самостоятельно, хотя все ещё лежал, как сломленная кукла. Ника рыдала в уголке, поджав под себя колени и зажав рот руками, пыталась заглушить всхлипы.

Оставив Ушани на мастера Магибуса, Тиар подошёл к рыдающей девушке.

— Ника, перестань плакать, — Тиар тихонько пытался ее успокоить. Видя, что девушка не реагирует, он обнял ее и тихонько покачал. — Ну всё, всё. Уже закончилось. Он дышит, ты дышишь. Всё же хорошо — это главное. Мы всё поправим.

Мастер Магибус вызвал помощников и велел перенести тело Ушани в комнату, а так же пошёл за ними следом. Перед уходом он внимательно посмотрел на Тиара и кивнул ему.

— Так, Ника, давай в комнату. Вот так, не торопись. Мы обязательно поговорим. Сейчас я Ушани помогу... И не кричи, он жив, — проговорил Тиар, предугадав вопрос девушки в ответ на мольбу в её глазах.

Уже подоспевшие помощники отвели рыдающую девушку в комнату, где укутали её тёплым пледом и зажали в руках кружку медового чая. Один из них остался с Никой, в то время как второй сразу убежал.

Девушку трясло. Через некоторое время пришёл Тиар.

— Так, Ушани в порядке. Да, его сердце пережило обширное кровотечение, но успели вовремя. Так что скоро он поправится. Хотя, это не назовёшь скорым, что-то около двух недель, — поправляя на Нике одеяла, тараторил Тиар, — Ника, все прошло и хорошо закончилось. Можешь рассказать, что случилось?

— Я вытащила нож из его груди. А ведь он просил только посмотреть поближе. Я не знаю зачем, мне показалось, что так будет правильно и я его вытащила. Я не знаю, зачем, — расплакалась девушка.

— Ну тише, все же закончилось. Давай, мне надо, что бы ты была собранной. Ника, какой нож?

— У него в груди нож был, мы когда медитировали, я видела. Решила вытащить, и зачем только? Не могу понять.

— Так, нож. Ты вытащила нож. Ммм, и где он?

— Я не знаю. В библиотеке, наверное...

— Но не было ножа. А где ты его видела? И как ты его вытащила. Так, давай-ка не так. Сначала и по порядку. Когда ты впервые увидела нож?

— Он был в теле Ушани, но не того, который держал меня за руку, а другого, того же Ушани, но ледяного и прозрачного. Ааа, не могу объяснить.

— Не торопись, расскажи, как видела.

В комнату вошёл мастер Магибус. Ника рассказывала о том, что видела и что сделала. Тиар и мастер Магибус задумчиво её слушали.

— Это не нож, а кинжал, сковывающий время, — задумчиво проговорил Магибус, — инструмент тонкого мира. Ника, а почему ты решила, что нужно вытащить кинжал?

— Нельзя увидеть вещи тонкого мира, — одновременно с ним возразил Тиар.

— Я не знаю, — всхлипывала девушка, — мне показалось, что это правильно, и он... его надо убрать. Я даже представить не могла, что это приведет к такому.

— Понятно.

— Скажите, что же в итоге произошло, — Ника обратилась к мастеру Магибусу.

— Не уверен. Сначала пусть Ушани очнётся. После его осмотра я могу сказать точнее. Сейчас ты постарайся уснуть. Самое страшное позади. Главное, все живы.

— Он же поправиться?

— Он восстанавливается. Дышит сам. Магу, а тем более некроманту, не так

Нике оставалось только махнуть головой в знак согласия. После она умылась и легла в кровать. Казалось, что после сегодняшних событий просто невозможно уснуть. Но не тут-то было. Сон пришёл слишком быстро.

Глава 7. Умница, но не до конца

Пробуждение было тяжёлым. Голова раскалывалась. Ника с трудом встала с кровати и, держась за стенки, добралась до ванной комнаты. Прохладная ванна прояснила мысли и позволила спокойнее вспомнить события прошлой ночи.

Умывшись, Ника спешно направилась к Ушани. Девушка буквально пронеслась по коридору до его комнаты.

Ушани лежал на кровати бледный, весь в испарине. Инея не было ни на лице, ни на видимых участках тела. Ника взяла юношу за руку. Тёплый. Обычно он был холоднее, а сейчас — тёплый.

— Что за... Почему нет льда?

— Потому что ты его убрала, — ответил голос за спиной.

Лекарь Тиар сидел в кресле, а точнее спал в нем. На вид слегка потрепанный и сонный. Потянувшись, он подошёл к Ушани.

— Кажется, ты сняла заклинание могильного холода, Ника. И вот, теперь Ушани восстанавливается. Медленно, но это все равно восстановление. А что ты здесь делаешь?

— Я волновалась...

— Твои волнения — это лишнее. А в этой ситуации — ещё и бесполезная трата энергии. Ты за несколько минут сделала то, что мы не смогли сделать за два года. Так что ты молодец и давай-ка на тренировку. Сейчас же бег по расписанию. Ушани, когда проснётся, будет задавать вопросы и ты не должна его расстроить.

— В смысле сняла заклинание?

— Ника, мы сами ещё не уверены в происходящем. Когда мы сможем ответить на твои вопросы, тогда всё тебе обязательно расскажем. Иди сейчас на тренировку. Тебе тоже надо очистить разум от лишнего.

— Но...

— Никаких "но", иди.

— Ладно, я пойду... Но как вы успели его спасти?

— Что?

— Вы успели вовремя. Как?

— Библиотека светилась всеми цветами радуги. Свет проникал во все окна. Нам стало любопытно. Пришли посмотреть. Если это всё — то иди на тренировку. Не прерывай процесс.

— Ладно, пойду.

— Вот и чудно, иди, — Тиар развернул Нику лицом к двери и подтолкнул её к выходу. Девушке ничего не оставалось, как выйти из комнаты.

В голове был полный беспорядок. Бег должен успокоить. Выйдя из здания, Ника привычным маршрутом отправилась на пробежку. В голове вертелась мысль о том, что она видела и что сделала, и слова об излечении. Как она смогла....

После пробежки Нику ждал завтрак. Большая многолюдная комната встретила её молчанием. Слух уже прошёл по лечебнице. И как только Ника переступила порог обеденной, все взгляды были устремлены на неё.

Ни на кого не обращая внимания, девушка активно ела кашу, смахивая слезы.

— Что произошло, — шёпотом спросила у нее Леора. — Чего вы все бегали вчера. И крови много в библиотеке было. Что случилось, Ника?

Ника просто мотала головой, набивая рот, будто вечность не ела. После завтрака она быстро вышла из обеденной, так и не ответив ни на один вопрос, и направилась в комнату Ушани.

Возле комнаты стоял Дирош. Он вальяжно прохажился у двери.

— Привет.

— Здравствуйте, — с опаской посмотрела на него Ника.

— Пришёл друга проведать. Как он?

— Не знала, что он ваш друг.

— А должна?

— Мы много общаемся с Ушани. И вас он не упоминал.

— Так и должно быть. Не обо всех друзьях здесь трубят на каждом углу. Что с ним, не знаешь?

— Спросите его лекаря. Он расскажет.

— Спрошу. Ника, тебе не кажется странным, что все, кто с тобой контактируют, попадают в беду? — злобно сверкнул глазами волколак.

— Дирош, а вам не кажется, что все, кто со мной контактируют, в беду попали ещё до встречи со мной? — ледяным тонов ответила Ника, — И вы, кстати, тоже!

Дирош только скрипнул зубами, развернулся и стремительно ушёл.

— Что ему надо? Странный какой-то. Ведь не друзья же, — Нике оставалось только смотреть ему вслед.

Отогнав мысли о Дироше, она вошла в палату. Состояние Ушани не изменилось. Он так же был без сознания, на лбу испарина, слегка бледный. Возле него стоял мастер Магибус.

— О, Ника, проходи.

— Здравствуйте, мастер Магибус. Как Ушани?

— Не плохо, — мастер Магибус указал на Ушани, — конечно, выглядит не очень. Это просто потому, что его организм не привык к теплу. Он слишком долго был закован в холод. Но он восстанавливается.

— А почему он без сознания?

— Мы его поместили в лечебный сон. Но уже через несколько дней позволим проснуться.

— А зачем? Физически он же здоров? Вы же ускорили заживление?

— Почти. Так будет правильно.

— И что в этом правильного, — Ника хоть кивнула в знак согласия, но задала вопрос. — Зачем держать во сне, если он в порядке?

— Ника, исцеление, а уж тем более исцеление от чужого вмешательства, это не просто. Многое нам не понятно. Поэтому, он хоть и восстанавливается, но во сне, — с улыбкой сказал мастер Магибус.

— Я очень беспокоюсь. Все прокручиваю в голове произошедшее и не могу объяснить, зачем я так поступила.

— Иногда наша интуиция сильнее разума. Не задавай себе этих вопросов. Твой поступок правильный. Хоть и очень пугающий. Так что, с Ушани все в порядке для его нынешнего состояния. А у тебя чёткий распорядок дня. Нет смысла задавать вопросы, на которые нет ответа. Давай, иди на медитацию, а я останусь с ним. И не переживай.

— Хорошо. Скажите, если будут изменения.

— Обязательно.

Постояв ещё немного у кровати и не дождавшись других напутствий, Ника ушла в комнату для медитации.

Приготовления заняли всего несколько минут. Она заняла удобную позу и постаралось сосредоточиться. Ника делая вдохи так, как указывал Ушани, но мысленно не могла никак настроиться.

— Давай, Ника, медленный вдох... Но почему он спит, если ему легче? Медленный выдох... Что я видела за проекцию? Астральное тело? Ауру? Нет, аура не отделима. Но они были разделены: Ушани, который живой, и тот, который с кинжалом. Вдоооох. И как затянулась рана на уровне проекции? Что они там ему вообще лечат? Выыыдооох. Я сама должна его посмотреть. Они не видели его так, как я.

Медитация не получалась. Мысли были далеки от состояния полного погружения в себя. Раздосадованная, Ника вскочила и нервно зашагала по комнате. "Лучше ночью его навещу, слишком все подозрительно". Оставалось только дождаться ночи и проникнуть к Ушани, когда вокруг не будет любопытных глаз.

* * *

Полночь. Ника

"Оставили пациента? Так даже проще, — подойдя к лежащему на кровати юноше, Ника ощупала его руки и лицо, — прохладный, уже не такой горячий, как с утра".

— Ушани, — шёпотом позвала Ника, но юноша не проснулся.

Она села на стул возле него, взяла его за руку и попыталась медитировать.

— Попробуем посмотреть на него по-другому. Ведь первым пошла кровь из душевной оболочки. Физическая лишь потом отреагировала. Значит и проверять необходимо душу.

Сосредоточившись на внутренних чувствах, Ника полностью повторила медитацию с Ушани. Почувствовав на коже холод, она открыла глаза — перед ней стоял Ушани. Он смотрел прямо на нее. Рана все также кровоточила. Точнее в области сердца она была красной. Льда не наблюдалось. Он улыбался ей. Жив, сейчас его дух жив! Ника постаралась мысленно представить, как заживает его рана в груди. Буквально представила визуализацию заживления. Единственное отличие, пришлось ставить на сердце энергетическую латку, зашивая его с помощью своей энергии. Когда Ника закончила визуализировать исцеление, она отпустила руки Ушани. И тут же перед ней опять образовалась комната, где Ушани лежал на кровати, бледный и мокрый. А вот Нику подташнивало и в глазах темнело.

Медленно она доползла до двери и вышла. Держась за стенки, двигалась в сторону своей комнаты. Споткнувшись, почти упала, но ее подхватили.

— Чего одна тут? — раздался голос спасителя.

— Дирош? Не спишь? И я не сплю. Вот иду, темно, чуть не упала.

— Уверена, что из-за темноты упала? — недоверчиво осмотрел её Дирош. — Давай доведу, а то ещё раз в темноте споткнёшься.

Он довёл её до комнаты и приоткрыл дверь.

— Спасибо, дальше я сама.

— Как знаешь. Кстати, как Ушани?

— Ты же его друг, вот и спроси лекаря.

— Спрошу, — хищно улыбнулся он, — а ты у него что делала?

— Проведывала.

— И как?

— Спит, ночь же.

— А ты чего не спишь?

— Так ведь иду уже. Спокойной ночи.

— И тебе...

Ника медленно зашла в комнату и закрыла дверь. Приблизив ухо к двери, она прислушалась, надеясь услышать уходящие шаги, но было тихо: "Ушёл или стоит?"

— Иди спать, Ника, — прозвучал голос.

"Что за...?"

И только после этих слов стали слышны уходящие шаги.

Спать Ника легла одетая. Не столько даже спать, сколько просто лечь, ведь ноги её не держали.

Она долго перебирала в голове увиденное и сделанное. "Только бы не навредить". Но это мысль пришла только сейчас. Когда же она визуализировала исцеление, была уверена в правильности своего поступка. Но сейчас, как есть время обдумать, стала сомневаться.

Потихоньку её сморил сон, а утреннее солнце, казалось, уже через минуту, разбудило.

За дверями слышалась нервная беготня. Она вышла в коридор.

Все стояли в конце коридора у комнаты парня.

Ушани сидел на кровати и завтракал, будто ничего не произошло. Вокруг него стояли целители, радостно похлопывая его по плечу.

— О, Ника, смотри, я здоров! — Ушани радостно показал на себя своими пальчиками и весело повторял, — смотри, смотри!!!

— Такое исцеление поразительно. Лекарь Тиар, вы самого себя превзошли! — сказал волколак.

Тиар мельком удостоил его хмурым взглядом, а после посмотрел на Нику. Видно, он что-то обдумывал.

Ника подошла к постели Ушани.

— Здоров, говоришь? Вчера же только почти умирал. А сегодня здоров. Поразительно, — Ника будто не веря в происходящее, смотрела на паренька. "Неужели, это моих рук дело?"

Вдруг Ушани закашлялся и схватился за сердце.

— Кольнула чуть, — прохрипел он.

— Так, все на выход. Слишком вас много. Ушани нужен отдых, а не столпотворение. Всё, закрывай дверь.

Нику и всех остальных вытолкнули из комнаты. Кто-то из стоящих упомянул завтрак и вся толпа тем же составом ушла в обеденную. Ника последовала за ними. За столом она задумчиво размазывая кашу, чувствовала взгляд волколака, но упорно делала вид, что не замечает. Дождавшись, когда первые люди начнут покидать обеденную, она присоединилась к ним и спряталась в комнате.

"Это я. Это точно результат моих действий. Ушани выздоровел".

В обед к ней пришёл Тиар.

— Буду без прикрас. Что ты сделала? И не говори, что это не ты. Я чувствую на теле Ушани твою энергию. Не отпирайся.

— Я его зашила.

— Чем?

— Не знаю. Наверное, энергетической нитью.

— А нить где взяла?

— Она будто в руке у меня появилась. Я по наитию шила. Я не знаю.

— "По наитию, по наитию", — перекривлял Тиар, — ясно, садись.

Лекарь Тиар начал проводит диагностику, определяя ауру. После завершения он сел напротив. Видно, что в этот раз практика далась ему нелегко.

— Да уж... Лечить тебя стало сложнее. Из хороших новостей, энергетический ям на ауре я не вижу. Твое тело покрыто аурой полностью. И перекрыты все твои энергетические шнуры. Скажем так, твой энергобарьер восстановлен на энергетическом плане. Места, куда присасывались шнуры, ощущаются, но уже не функционируют. Со временем затянуться сильнее. Но запомни, просто запомни, они никогда и никуда не исчезнут. Если к тебе нашли один раз привязку, ее можно восстановить. Теперь Ушани. Ты использовала свою энергию?

— Я не...не знаю, просто стала представлять, как рана затягивается, но одна часть у сердца никак не получалась. Я думала, как и что сделать, и просто зашила её ниткой и стянула. Всё.

— За что мне это? — устало взмолился Тиар. Чуть успокоившись, он добавил, — так, пошли за мной.

Ника последовала за Тиаром и вместе они вошли в палату к Ушани. Тот спал.

— Показывай, как и что ты делала?

— А вы увидите?

— Нет. Но увидишь ты. Начинай. Посмотри, штопка отличается по цвету от энергии Ушани и схожа ли она с тобой. Посмотри, не соединена ли она с тобой. Давай Ника, это важно. Ритуал ты провела, но не завершила.

Ника взяла Ушани за руки и посмотрела. Его душа была уже в его теле, а не стояла, как раньше, отдельно.

— Ника, говори, что ты видишь.

— Тела соединены. Раньше они были отдельно. В области сердца небольшое отличие по свечение. Как будто это свечение тянется ко мне.

— Ника, я сейчас напишу руну. Ты её зеркально, внимательно, именно ЗЕРКАЛЬНО, повтори на сердце Ушани. Это руна она закольцует его и твою энергию на ране. Повторяй.

Ника медленно, не отпуская рук, повторила рисунок. И он начал проявляться, а после, словно печать из сургуча, впечатался в сердце Ушани. В тот же миг цвет энергетической латки стал такой же, как и свечение ауры Ушани. Вдохи стали ровнее.

— Теперь повторяй за мной, — Тиар руками будто пригладил тело Ушани. Ника повторяла за ним. Все энергетические узлы разошлись, энергия

Ника отпустила руки и увидела все также спящего Ушани.

— Что случилось?

— Ника, сейчас стала пробуждаться твоя сила. Силы с тебя уже никто не тянет и ты восстанавливаешься. Мы давно подозревали, что твои способности будут непредсказуемыми. Но не думали, что настолько. Пойдем к мастеру Магибусу.

* * *

Мастер Магибус ждал их прихода. Он был задумчив и рассеян. Всё смотрел то на Нику, то на свои руки.

— Приветствую. Проходите. Ника, Ушани ведь рассказал тебе про Лес душ? — начал он издалека.

— В двух словах.

— Тогда послушай подробнее. Сила Леса душ не в перенаправление души из нашего Мира в загробный, или к перерождению, или к бегству, если ты идёшь из этих миров. Сила Леса заключена в очищении. Есть души, которым нужна помощь в очищении от мыслей, не решённых дел, смирении. А магам за свою долгую жизнь есть о чем сожалеть. Лес создаёт поле, где эти души могут найти такой покой, а после совершить переход. Это граница наших страхов и нашей телесной жизни. У каждой веры есть свой такой путь или лес. Так вот, твои силы — это лечение души. Ты можешь её как вернуть, так и изгнать из тела, исцелить или разрушить. Ты видишь душу, как тело, в то время как мы, даже самые способные мастера, видим лишь лёгкий отголосок. Твоя сила огромна. Но одновременно, это порождает и большую ответственность. Есть правила и им нужно следовать. Иначе быть беде. Первое правило, ты не должна оставлять каналы открытыми. Как и с Ушани, твоя энергия просилась к тебе обратно, буквально разрывая сделанный тобой шов. Тиар провёл тебя по пути, как закрыть его. Но все равно, если ты снимешь руну, то можешь вернуть эту энергию. А в момент опасности, ты даже не осознавая, снимешь все печати и заберешь своё. Да уж, Ушани не расплатится за такой подарок никогда и это делает его твоим вечным должником.

— Но я не просила ничего.

— Это не важно. Здесь работают не твои желания, а баланс. Именно баланс создаёт равновесие во всем мире, в движении энергии. Ника, ты вернула Ушани часть души, которая была разорвана ледяным кинжалом.

— А как делать обряды так, что бы потом ничего не пришлось забирать и никому не грозила опасность.

— Это не так просто. Многие учатся этому мастерству годами. Каждый ритуал очень индивидуален, и мастер всегда адаптирует его под себя. Этот навык маги и ведьмы приобретают самостоятельно, когда познают азы. Они просто чувствуют и знают, как надо делать. Предвижу твой вопрос. Да, есть техники, но у каждой ведьмы с одной и той же техникой получится разный результат. Ника, тебе придётся этому научиться. Поняла?

Дождавшись кивка, он продолжил.

— После исцеления ты пойдёшь в ведьмовскую академию. С тобой отправится Ушани. Он ведь всё про тебя знает?

— Да, знает.

— Так я и подумал. Вы слишком сдружились. Но может быть это и к лучшему. В Ведьмовской академии тебе понадобится помощь. И друг. Там ты всему научишься. Но, Ника, помни, найди тот механизм, который поможет тебе. Иначе беды будет в разы больше, чем пользы. Финансово мы тебе поможем, полностью обеспечив твоё содержание. Мы можем содержать сирот, поэтому определим твой статус, как сироты. Об этом не беспокойся. Никому и никогда не говори, кто ты и откуда ты. От этого зависит твоя жизнь. Как свою силу можешь забрать ты, так и активировать энергетические шнуры может и тот, кто привёл тебя в этот мир.

— Я всё ещё в опасности?

— Да, и большой опасности. Но и здесь ты не можешь находиться. Твоя сила растёт и ею необходимо управлять.

— А нельзя забыть о силе и просто жить дальше?

— В своём мире ты бы так и могла жить, но в этом — нет. Это сила иссушит тебя изнутри. У тебя просто не будет выбора. Через несколько недель ты отправляешься обучаться. Так что начинай собирать вещи. И Ника, кто ты, не будет знать даже ректор академии. У тебя будет новый статус.

— За эти дни тебя познакомят с защитой: как её ставить, как её проверять, — продолжил Тиар.

— Вы имеете в виду энергетической защитой?

— Само собой. В академии тебя подвергнут проверке, кто ты и чего стоишь, а где-то и травле. Не распаляйся на мелочи, твоя задача не показать свои возможности, а научиться управлять ими.

— Уровень практиков достаточный, что бы меня учить?

— Ни у кого нет таких способностей, как у тебя. Никто не сможет тебя научить. Только самостоятельно и с помощью проб и ошибок. Но помочь и направить могут. Это хорошая академия и там достойные учителя.

— До отправки в академию мы научим тебя защищать себя от ментальных атак, от энергетических воздействий, — разговор продолжил лекарь Тиар, — от всего того, что может навредить. Само собой не физически, а магически. И дадим тебе несколько амулетов, которые защитят тебя от ведьм и магов. Но базовая безопасность все равно будет на тебе.

— Ясно, — смирившись, выдохнула Ника.

— Вот и хорошо. Ну а теперь отдых. С завтрашнего дня изменим тренировки. Ушани пусть подучит тебя истории. Все таки, начальные знания о мире у тебя должны быть.

— И помни, что в случае беды, двери лечебницы для тебя открыты, — напутственное слово Магибуса совсем огорчили Нику.

"Все только начинается" — эта мысль не давала ей покоя.

* * *

Оставшееся до отъезда время Нику обучали урокам защиты. Среди всех видом возможных оберегов, самым простым и действенным методом является медитация. Она позволяет снимать всё направленное на человека внешнее влияние. Этому и обучал её Тиар, а также методам определения порчи и прочего воздействия.

Все жили в ожидании приглашения от академии. Через четыре недели настал день, когда на стол мастера Магибуса лёг заветный конверт о зачислении Ники в Ведьмовскую Академию Ритуалов.

Сборы были быстрыми. Мастер Магибус перед отъездом подарил Нике два защитных амулета. Один — в виде кольца, в центре которого находился один из самых редких камней этого мира — розовый корунд. Эта разновидность камней настолько редка, что при изготовлении из него амулетов, камень используют целиком, максимально уменьшая обработку, дабы не потерять и миллиметра его граней. Он активно используется от ведьмовского влияния, порчи. Минерал по контуру помещён в сплав металла, что только усиливает его свойства. Амулет был заряжен в центре столицы Кири, в самом Храме белой магии защиты и мольбы.

Следующий амулет — цепочка с чёрным лунным камнем.

Да, мелкие пакости амулеты пропускали, создавая лживое представление об отсутствии защиты их владельца. Но всё скорее наоборот. Амулеты имели накопительный эффект защиты, постоянно усиливаясь от атак, направленных на угрозу жизни того, кто их носит. И со временем, защита становилась практически абсолютной.

Поистине бесценные подарки.

Тиар рассматривал и возможность нанесения рунических символов защиты сразу на тело, но все же от этой идеи отказались. Способности Ники не изучены, и как сработают руны с духовной силой, не возможно спрогнозировать.

И вот, чемоданы собраны, а документы готовы. Сироте из лечебницы предстояло учиться в одной из самых элитных Ведьмовских академий.

Глава 8. Вход открыт по приглашению

За большим письменным столом, откинувшись в кресло, сидела женщина. Ее глаза были прикрыты, строгая складка в уголках губ и монотонное постукивание пальцами по поверхности стола говорили о нервном напряжении.

— Мортимора, почему ты ещё здесь?

Неожиданный вопрос отвлёк внимание Мортиморы де Годэ, ректора Ведьмовской Академии Ритуалов, от размышлений. Вздохнув, она открыла глаза и устало посмотрела на стоящего в дверях своего помощника и заместителя по учебной части.

— Феликс, ты ещё не ушел? — с удивлением проговорила женщина. — Хорошо. Сегодня к нам поступят два ученика. Судя по времени, как раз должны прийти. Я хочу, чтобы ты встретил и проводил их ко мне в кабинет.

— Сейчас? На улице ночь! Да и больше половины семестра уже прошло. Кккакие ученики? — заикаясь, удивился Феликс.

Мортимора де Годэ ещё раз взглянула на Феликса.

— Какие? Талантливые и бедные. Но деваться некуда, — женщина сложила руки на столе, словно сама сидела за партой. — И отказать в их приёме нельзя. Пограничное ведомство прислало ходатайство взять сверх квоты. Один из них уже обучался и практиковал, но вынужден был прервать обучение. А вторая — сирота, найденная мастером в глубинке какой-то демонами забытой деревушки. Совсем не сведущая, магии не обучена, но потенциал большой. И как с ней быть? Обучать сиротку с нуля... Морока из мороки.

— Неожиданно. Почему не доучился в своей академии? И само ведомство ходатайство прислала... Они интересны нашим службам?

— Не знаю. Но очень заинтригована, — взглянув на часы, директор указала, — Время, Феликс! Иди, встреть учеников.

* * *

Полночь. Перед входом в Ведьмовскую Академию Ритуалов стояло двое молодых людей. Один из них — юноша лет девятнадцати, одет в модный костюм тройку, сшитый из дорогой ткани, а вторая — девушка семнадцати лет, одета скромно и неброско. Молодые люди стояли рядом и негромко беседовали. Несмотря на позднее время, они были одни, никаких помощников или прислуги.

За металлическими прутьями забора на молодых людей смотрел старый парк, а уже за ним проглядывались очертания замкового строения — их будущего места обучения.

Медленно, скрепя засовами, приоткрылись ворота. Вышедший охранник молча махнул рукой, приглашая войти. Переглянувшись, молодые люди взяли чемоданы и прошли внутрь, где их уже ожидал провожатый.

— Доброй... ночи. Меня зовут Феликс Ноли. От имени ректора Мортиморы де Годэ приветствую Вас в Ведьмовской Академии Ритуалов. Добро пожаловать. Полагаю, вы — Ника, сирота, а вы, дабы не ошибиться, Ушани фарх Во Ги, — дождавшись утвердительных ответов, продолжил. — Прошу, пройдёмте за мной. Я провожу вас к ректору данного учебного заведения.

Мужчина развернулся и зашагал по дороге вглубь парка. Молодые люди последовали за ним. Дорога петляла вдоль деревьев. Сквозь тусклое освещение угадывались скамейки и небольшие фонтаны, под ногами ощущалась каменная брусчатка. Через десять минут ходьбы предстало и само здание Академии. Это было массивное строение П-образной формы, украшенное сверху шестигранным куполом.

"Странно идти, зная, что здесь обучают ведьм и магов. Не добрых волшебников из сказок, целью которых является защита, а именно обучение ремеслу наведения порчи, проклятий, травле... Но это единственное высшее заведение, где есть факультет лечебных дел и обучение энергетическому взаимодействию: лечению, снятию негатива и восстановлению после" — крутились мысли в голове у девушки.

Молодые люди вошли в главные двери академии, прошли через холл и по круглой лестнице поднялись на второй этаж. Блуждая по тёмным коридорам, они вскоре оказались перед массивными дверьми, табличка на которых гласила "Ректор Ведьмовской Академии Ритуалов Мортимора де Годэ. Ни титулов, ни рангов".

Ника задержала взгляд на надписи: "Интересно, это относится к ней, или предупреждение входящим?".

Пройдя через приёмную, компания проследовала в кабинет ректора.

"Обучаясь в своем колледже искусств, так ни разу не пришлось побывать у директора, хотя я обучалась полных два года. Ещё бы годик и выпуск. А здесь с первого дня буду на особом счету".

Оставив чемоданы в приёмной, молодые люди зашли в кабинет. Кабинет ректора был в форме большого прямоугольника. Сразу со входа внимание каждого входящего привлекало большое панорамное окно. Сквозь него весь парк, расположенный перед Академией, был, как на ладони. Чуть правее от окна размещался большой письменный стол, за ним — стеллажи книг. Резные полки асимметричных форм представляли собой отдельное украшение. По центру комнаты находились диван и кресла. В это позднее время кабинет освещался тусклым светом лампы, стоящей на письменном столе, но, учитывая панорамное окно, этого освещения было достаточно. Полумрак комнаты не скрывал, а подчеркивал статус его владелицы.

Ректором академии была молодая женщина. Телосложение скорее худощавое, волосы чёрные, собраны в тугой пучок. Смуглая кожа, чёрные яркие глаза и ярко-красная помада. Одета в облегающую юбку и белую блузку с огромным бантом. Эффектная дама. В данный момент она стояла у окна, скрестив руки перед собой.

— Проходите, — глядя в окно, пригласила она вошедших, и уже разворачиваясь, добавила, — Не скрою, ваше появление, это нонсенс. Ведьмовская Академия Ритуалов — это высшее учебное заведение. Дети приходят сюда подготовленные и сильные. Их мастерство совершенствуется в стенах Альма Матер. А вы... Вас взяли только по протекции. Часть учебного года уже пройдено. Материал вы не усвоите. Поэтому учебный план на эти девять месяцев будет индивидуальным. Вместе с учебным годом вы захватите все каникулы. Понятно?

Дождавшись кивка голов, ректор продолжала в том же приказном тоне.

— Не думайте, что у вас будут поблажки. Вы по факту уже отстающие, даже теоретическими знаниями не обладаете. Поэтому я жду от вас полной отдачи. Можете забыть про сон и отдых. На это

— Да, вполне.

— Теперь можете задать вопросы.

— Подскажите, а как мы выберем факультет? — вопрос задал Ушани.

— Мы? А разве не каждый сам выбирает? И разве, конкретно вы, Ушани фарх Во Ги, ещё не выбрали? Насколько я знаю, вы практикуете некромантию, а вы, юная леди, что предпочитаете?

— Лечебные практики, целительство.

— У вас есть способности? Травоведение, тета способности, рейки? Что в вас особенного?

— Ничего из того, что перечислили, — тихо прошептала Ника, но взгляд не опустила.

— Занятно... В вашем приглашении написано: обучение основам магии. Хочу особенно указать, что основам магии обучают в десятилетнем возрасте. Как вас будут здесь учить целительству, если вы НИЧЕГО не знаете? Какое целительство?

Ника промолчала. Под напором этой женщины захотелось замолчать и не говорить, даже голову втянуть. Мортимора не сводила взгляда с сидящей перед ней девушки. Мысли крутились и анализировали: "На первый взгляд она не производит никакого впечатления. Худощавая, волосы заплетены в тугой узел на затылке, и кажется, белого цвета. Черты лица миловидные, но не особо выделяющиеся. Одежда простая, блузка и длинная юбка. Что же в ней особенного, что скрывает?", но вслух ректор устало произнесла:

— Выбора нет, так что мы будем начинать с основ. Сейчас я провожу вас к нашим главам факультетов и там решим, как будем строить обучение. Следуйте за мной.

Сказав это, Ректор вышла из-за стола и проследовала к выходу.

Проходя мимо Ники, она сильно втянула воздух.

— Не рождённая ведьмой... Ты человек, ты не родилась ведьмой от природы и приобретённые навыки не могут быть развиты до уровня мало-мальски приемлемого. Всё интереснее и интереснее с каждой минутой!

Монолог Мортиморы был прерван боем часов.

— Час ночи? Тогда нам пора, — подытожила ректор.

Четверо человек вышли из кабинета ректора и, петляя коридорами, спустились в большой зал. Зал поражал величеством и размером. Высота от пола до потолка составляла метров пять, все пространство стен отделано массивными колоннами и огромными окнами. Пол представлял собой диковинную мозаику с причудливым узором. Зал был полупустым. У самой дальней стены на постаменте находилась площадка с установленными на ней в форме полукруга массивными стульями. В центре сиротливо выделялся небольшой узкий столбик с матовой сферой.

В зале находились шесть деканов факультетов. Женщины и мужчины разного возраста и внешности: седые и молодые, в сером и в белом одеянии, полные и худощавые. Весьма колоритные. Представители ректората Академии свободно восседали на массивных стульях, стоящих на небольшом пьедестале. Любой подошедший вынужден был при обращении к ним смотреть снизу вверх. С такого ракурса вся уверенность испаряется, и демонстрировать ее становится тяжелее. Но не только возвышение создавало эффект величия. Рядом с такими магами атмосфера будто тяжелела. Свою силу они демонстрировали, даже не прилагая усилий. Да уж, от этих людей веяло предупреждением, да таким, что молодые люди остановилась раньше, чем поняли, что стоят.

Мортимора прошла вперёд и стала переговариваться с присутствующими.

— Смотри, — шептал Ушани, взглядом указывая на деканов факультетов Академии, — тот, что со впалыми глазами и мертвецким видом, думаю, некромантию практикует, а пухленькая ведьма — привороты и магия трансформации. А белый маг с седыми волосами — астральная магия, и рядом с ним, видимо травник. А вот двух других не понял.

— Приветствую, — громко обратилась Мортимора к представителям ректората. — Сегодня нам необходимо проэкзаменовать двух новых учеников. Мне необходимо ваше опытное мнение, как развивать их силы... если они есть, конечно. А также понять, к какому направлению силы отнести ученика. И с кого из вас требовать план их учёбы в дальнейшем. Прошу вашей помощи.

— Неожиданно. Уверена, что не ошиблась с формулировкой? Именно "требовать"?

— Ещё и в середине года, ночью. Этот вопрос до утра подождать не может?

— Не объяснишься, Мортимора?

Недовольные вопросы следовали один за другим.

— Нет. Сейчас я не могу вам дать объяснений. Вам необходимо определить уровень способностей. Объяснения будут позже. Начнём с юноши. Ушани, будь добр, подойди. Ты первым пройдёшь ритуал определения силы. Приступай.

Ушани кивнул и подошёл к возвышающейся узкой тумбе, на которой находился небольшой нож кривой формы и стояла круглая стеклянная сфера. Рукоятка ножа была украшена красными камнями. Поверхность сферы отражалась матовым белым светом, абсолютно не принимая все другие оттенки света, играющих возле нее разноцветными бликами. Юноша сделал ножом небольшой надрез в центре ладони и приложил ее к стеклянной поверхности. Цвет сферы тут же начал меняться, переливаясь чёрным и серебристым оттенком.

Ника внимательно наблюдала. "Вот как выглядит проверка... Точно, Ушани рассказывал о способах распознавания истинных сил мага. Такие сферы могут показать даже незначительный магический дар. Так не пропустишь настоящего мага. Или не настоящего. В любом случае, не скроешь силы".

— Некромант. Дар родовой, маг потомственный. Подскажите, вы из какого рода?

— Я — Ушани фарх Во Ги. Потомственный маг, наш род практикует некромантию последние 100 лет. Дар проявлялся у каждого члена семьи и иными стихиями не разбавлен. Я же практикую некромантию с пятилетнего возраста.

— И какого рода заклинания вы используете?

— Я в совершенстве владею ритуалом упокоения, вызова помощника и слуги.

— Где вы учились?

— Это было домашнее обучение. Два года меня готовили к поступлению в Военную Академию магов. Но досадный инцидент помешал мне приступить к обучению.

— Сейчас вы чувствуете в себе достаточно сил для практики?

— Да, я в себе уверен.

— Ваши способности, при должном развитии, могут достичь высокого уровня. Добро пожаловать на факультет некромантии Ведьмовской Академии Ритуалов.

— Спасибо!

Ушани поклонился и отошёл в сторону.

— Что же, юная особа, ваша очередь, — пригласил девушку старец в длинном белом одеянии. — Смелее. Расскажите нам, кто вы и откуда.

— Меня зовут Ника, я из дальних крайних земель от Столицы Кири.

— Как проявились ваши способности.

— Я узнала о них совсем недавно. Проходила чистку от энергетических паразитов и при проверке мне сказали, что я сильный маг. И ведомство направило на учёбу к вам.

— От чего вас чистили, какого уровня порча.

— Крадник был, кажется.

— А кто вам проводил чистку?

— Лекарь Тиар из лечебницы.

— Лекарь Тиар, говорите. Что за сильный крадник у вас был, если вам понадобилась помощь такого уровня? — как ни в чём не бывало, поинтересовались у девушки. Но Ника не отреагировала на этот выпад. Не дождавшись ответа, старец молчаливо смирился. — Ну что же, приступайте. Как пользоваться ритуальным кинжалом, знаете?

— Никогда раньше не пробовала.

— О, всё довольно просто. Ритуальным ножом, держите его за рукоятку, сделайте небольшой надрез в центре ладони и приложите её к сфере. Позвольте силе познакомиться с вами. Смелее, —

Сделав всё, как велено, девушка с интересом стала наблюдать за свечением сферы. Несколько секунд не происходило ничего. Затем её цвет стал кристально прозрачным, казалось, что от чистоты он начал светиться изнутри, от центра начали образовываться кристаллы, ударяющие в края сферы.

— ОСТОРОЖНО!!! — крик одного из деканов раздался за доли секунды до взрыва. В ту же секунду магическую сферу разорвало на мелкие осколки. Многие среагировали, поставив перед собой защиту, но некоторые, а это и Ника, и Ушани, среагировать не успели. Осколки больно впились в кожу, оставляя сеть мелких порезов.

— Жива? Ника, вы слышите меня? — взволнованно обратилась к девушке Мортимора.

Ника сидела на полу. На лице, руках была мелкая, но ощутимая, сеть царапин, из них выступали капельки крови. Ушани выглядел также.

— Слышу, но очень больно.

— Потерпите, сейчас вам окажут помощь. Арнид, вызови лекаря.

Один из деканов тут же легким вихревым потоком отправил срочное послание.

Лекари пришли очень быстро. Если сразу они вошли в зал сонными, то уже через секунду, оценив увиденное, взбодрились и второпях стали оказывать помощь. В основном определять, есть ли в ране ещё осколки, и блокировать потерю кровь. Те маги, что были посильнее, лечили себя самостоятельно, раны на них затягивались в ускоренном темпе.

Мортимора смотрела ошарашенно. Так же как и другие деканы факультетов.

— Нда... Теперь точно необходимы объяснения, Мортимора. Ника, вам просто для сведения, этой сфере более тысячи лет. Разбить этот артефакт не удавалось никому. Оговорюсь, до вас — никому.

Нику пристально рассматривал декан факультета некромантии. Свои выводы он не озвучивал, а лишь молча наблюдал.

— Мортимора, я её возьму, — вдруг вымолвил декан факультета астральной магии.

— Почему ты? — возразил декан факультета некромантии. — Сфера не показала, что у нее есть способности ни к одному из видов магии. Думаю, что сила есть, но какая? Как её учить — загадка. И не факт, что на твоем факультете.

— Не ссорьтесь. Предлагаю составить расписание для её обучения на всех факультетах на все эти восемь-девять месяцев, — подытожила Мортимора. — По итогу обучения мы сможем сказать, что собой представляет эта "загадка".

— А вы, Ника, уже знаете, чему хотите учиться, — вмешалась в разговор декан факультета астральной проекции.

— Я бы хот...

— Нет смысла спрашивать, — прервала вопросы Мортимора. — Желания и природные возможности могут выступать союзниками, если идут в одном направлении, а могут мешать — если в разном. Не стоит отдавать предпочтения без раскрытия дара.

— Мортимора, есть другой способ определить способности девушки и прямо сейчас. Ника, ты можешь дать нам по капле своей крови и мы определим и существующие способности, и твой потенциал, — предложил декан факультета некромантии.

"Плохая идея. Кровь для определения силы может сыграть также, как на Эленири, или еще чего похуже. Ну уж нет!".

— Мне не надо, чтобы вы рассказывали о моих силах, — спокойно отклонила предложение Ника. — Это второстепенное. Я хочу учиться на факультете целительства.

"Я знаю, что даже простой совет мага требует оплаты. Не надо думать, что это бесплатно. Не станем плодить долги прямо сейчас".

— А хватит ли у тебя сил? Там не просто мазь необходимо наложить, а иногда и сущностей надо убирать, а это дело связано с трупами и грязью, кровью и вонью. Освобождение от чужого, это тебе не уборка. Да и восстановление не всегда проходит гладко. Люди превращаются в монстров. Ты сможешь? — вопрос был задан деканом факультета целительства. На Нику внимательно смотрели его серые глаза, слишком сильно изрезанные морщинами. В них не было интереса, скорее сожаление.

— Я справлюсь.

— А я не уверен, — покачал он головой. — Слишком милая, основ не знаешь, и пахнешь ты не травами и лесом... Чем-то другим. Все лечебники пахнут лесом, но не ты. Не могу понять...

— Чтобы вмешиваться в энергетические связи человека, а тем более пытаться их восстановить, необходимо быть подготовленной. А ты не знаешь даже основ магии. Как же ты будешь лечить, если твой потенциал непонятен? — задала вопрос полненькая женщина. Вопрос был задан между тем как дама смахивала с себя невидимые остатки стекла и любовалась на свое отражение в зеркале. Поправляя макияж, она вдруг в упор посмотрела на Нику, — Целители не только в мирное время портаки снимают. Они же сами под прицелом заклятий. Полбеды снять порчу или приворот. Тут как бы его на себя не нацепить, или не навредить.

Все ждали ответа на заданный вопрос.

— Я буду лечить так, как вы меня научите. И я с благодарностью приму все знания, которые вы посчитаете нужным меня дать. Я не знаю основ, правил — это так. Но я обещаю, что буду стараться.

Ответ не устроил деканов. Их молчание было красноречивее любого ответа. Но поделать они ничего не могли.

— Ну что же, — подытожила Мортимора, — предлагаю разработать план по каждой дисциплине на каждом из факультетов. Ты сможешь выучить общие основы, виды магии, ритуалы, и, может быть, в следующем году уже начнёшь изучать магию для лечения. За полгода, надеюсь, твои способности проявятся, — и уже обращаясь к деканам, добавила, — на этом и решим. Совещание окончено.

Деканы хоть и возмущались, но все же приняли предложенное решение. Все разошлись за пять минут, а Ника и Ушани вернулись в кабинет ректора.

— Так... Ну что же, — проговорила Мортимора, присаживаясь за свой стол, — пожалуй, обучение на всех факультетах сразу самый приемлемый вариант для тебя. Обучение начнётся с утра. Перед учёбой зайдёте сюда в приёмную и получите предварительный план обучения и расписание. Сейчас же вы пойдёте в общежитие. Там предоставят комнаты. Ушани, вы идёте в мужское общежитие, вас проводят. Так, а вы, Ника, само собой, в женское. Жить будешь в блоке с четырьмя девушками. Они с разных факультетов и разных курсов, но так и лучше. Каждая тебя чему-то научит. Основой твоих занятий будут физкультура, дисциплина, медитация и базовые принципы магии. То, чему наши дети учились дома с младенчества и до поступления, ты будешь постигать здесь за эти полгода. Постарайся не умереть. Тут такое происходит. И никуда не лезь. Одежду и содержание ты получишь. Кроме помощи, которая тебе предоставляет лечебница мастера Магибуса, тебе положена увеличенная стипендия. А вы молодой человек, обучаетесь на самосодержании. Вам такие льготы не положены. Но, полагаю, это для вас не проблема.

Ушани и Ника махнули головами в знак того, что всё поняли и уяснили.

— Феликс, проводи наших новых студентов.

— Конечно. Молодые люди, прошу за мной.

* * *

Нику и Ушани проводили сначала к коменданту. Никто не будет рад

Общежитие для девушек находилось по левой стороне Академии. Это было вытянутой формы низкое трехэтажное кирпичное строение. По стенам здания обильно вился плющ, украшая огромные окна зелёной рамкой листвы. Внутри общий холл и по четыре блока на каждом этаже, по два в каждую сторону от холла. Феликс передал Нику буквально из рук в руки старушке у входа в здание.

Шаркая ногами по пустому коридору, старушка проводила Нику в один из блоков на втором этаже. Помещение встретило нежданную гостью большим столом, кухней, маленькой печью. На каждой стене общей комнаты находились отдельные входы в покои обучающихся. Для каждого мага — своя комната. Нике указали на одну из них. Захватив вещи, она пошла в указанном направлении. Открыв дверь, Ника сделала первый шаг.

— Правила здесь строгие, никаких юношей и драк. Помните, вы здесь, чтобы учиться. Не упустите предоставленный вам шанс. Спокойного утра. У вас есть ещё три часа на сон, воспользуйтесь ими и поспите, — прохрипела старушка, а после, шаркая, направилась к выходу.

Проводив взглядом удаляющуюся фигуру, Ника начала осматривать свое новое место жительства. Комната была в полумраке, но это не помешало рассмотреть её. Светлые стены и тёмно-серая мебель: кровать, стол, шкаф, комод и огромный стеллаж. На полу лежал ковёр. Обстановка в целом уютная.

Ника присела на кровать и откинулась на подушку.

— Получилось. Даже не верится, что получилось поступить. Теперь главное выучиться и не попасться. И исполнить обещание. Я пойму, кто и зачем так поступил со мной, кто притащил меня сюда, и отвяжусь от него. Пока существует опасность стать чьим-то рабом, я буду сопротивляться.

В таких мыслях Ника прикрыла глаза в надежде чуть отдохнуть и уснула, не расстелив толком постель и не сняв одежду.

Глава 9. Итак, знакомство

Казалось, девушка на секунду закрыла глаза, а уже наступило утро. Проснулась она от тёплого луча солнца.

Открыв глаза, она увидела наклонившуюся к ней девушку.

— Ты кто? И почему спишь вот так? — пальчиком указала та на Нику, обводя по контуру всю её одежду, — у тебя кровь местами, как от песчинок. Не могу определить тебя?

Девушка втянула воздух,

— Ты другая, — и опять нюхает, — пахнешь по другому... Так никто не пахнет.

— Не надо меня обнюхивать.

— Меня Лига зовут. А тебя? Девочки, у нас соседка! — громко крикнула девушка, — И она не из наших мест.

В комнату сразу набились все жители данного блока. Одна — высокая, с короткой стрижкой, две вторые были близнецами, светловолосыми и одинаковыми.

— Это Тэнэ и Илье — близнецы, а это Шора, — указала пальчиком девушка на каждую из них.

— Кто тебя подселил к нам, — начала недовольно Шора, — теперь проходу не дадут. И что это за шутки, в середине семестра.

— Ну Шора, перестань. Вечно ты возмущаешься, — отмахнулась от неё Лига, и снова обратила все свое внимание на Нику. — Расскажи, откуда ты, и пахнешь необычно. Смесь солнца, карамели и солёной воды, вкусный аромат.

— Так это она разбила сферу. И её подселили к нам, — пояснила своё недовольство Шора.

— Я думала, это будет тайной, — задумчиво проговорила Ника.

— Тайны — это для мадам. Но вся ВАРа уже о тебе знает.

— ВАРа?

— Да, так называется Академия— Ведьмовская Академия Ритуалов, или сокращенно ВАР, — пояснила Шора.

— А какая у тебя специализация, какой род, что ты практикуешь? — вмешалась Тэнэ.

— Я буду учиться по индивидуальному плану. Никогда раньше не практиковала. Я сирота.

— О, как!

— Тогда тебе конец. Сюда поступают дети оооочень не простых родителей, уже готовые или практикующие. Мы тут все друг на друге тренируемся. Это даже поощряется. Ведьмы и маги должны тренировать не только заклятия, но и защиту. Так что не знаю, как ты тут выживешь.

— Спасибо, обнадёжили.

— А как тебя зовут? — перехватила инициативу задавать вопросы Лига.

— Я — Ника.

— Давай вставай, через час первая лекция. А твоё расписание? Преподаватели? Что-нибудь вообще знаешь?

Только и оставалось, что мотать головой, намекая на слово "нет".

— Ясно. Так, собирайся, мы проведём тебя по академии. Кстати, принесли форму и вещи для тебя. Твоя дверь была открыта. Я все положила возле стола.

Повернув голову Ника действительно увидела сумку.

— Спасибо!

Под общими взглядами Ника подошла и распаковала её. На самом верху лежали широкие брюки, настолько широкие, что казались юбкой, чёрная рубашка и чёрный жилет.

— Одежда вся чёрная?

— Это студенческая. Смотри, там должны быть ещё вещи.

Действительно, ниже лежали ещё несколько блузок, пара свитеров, спортивная форма, обувь, тёплые вещи, плащ, сумка для учебников и письменные принадлежности.

— А что ты знаешь о ВАРе?

— На какой факультет тебя по итогу зачислили?

— А ты была в библиотеке, а что у тебя есть?

— Ты ведь ничего не знаешь? Мы можем все показать и рассказать.

Вопросы задавали близнецы, перебивая друг друга.

— Девочки, прекратите, — взмолилась Шора, — она даже не проснулась, а вы со своими вопросами. Там душ, там туалет. Давай, через двадцать минут мы выходим.

Ника, как послушный болванчик, отправилась умываться. Ванная комната была рассчитана на одного. По убранству она отличалась от той, что была в лечебнице: здесь только туалет и душ в одной комнате, пара полок на этажерке и зеркало, а также крючки на двери для вещей. Приняв душ, полотенцем, как смогла, высушила волосы и заплела их в тугой пучок. После, не сильно разбираясь, надела чёрные брюки и рубашку, завернула её небрежно узлом, закатала рукава до середины локтя, дальше ремень, кожаные туфли на шнуровке без каблука.

Посмотрела содержание сумки и оставила минимальные принадлежности: ручку и тетрадь. В сумке сделала длинный ремешок, чтобы перекидывать ее через плечо. Глянув в зеркало, слегка обомлела. На нее смотрела зеленоглазая блондинка, небрежно одетая в чёрную одежду, слегка оверсайз, но все смотрелось гармонично и кокетливо. Светлые волосы создавали контраст черной одежде. А ярко-зеленые глаза сразу привлекали к себе внимание.

"Неплохой лук. Жаль, что голова абсолютно ничего не понимает. Три часа сна — это очень мало. А сегодня ещё и первый день. Как мне всё успе..."

— Оделась? — вывел её из размышлений вопрос Шоры. —

В общей комнате уже был накрыт стол. Каша, белый хлеб, масло и чай.

— Присаживайся, — хором сказали близнецы.

— Спасибо, — обескуражено промямлила Ника, и заняла своё место за столом. — Скажите, какие правила проживания в комнате? Как покупают еду, уборка?

— О, все просто, — Лига одновременно накладывала кашу и отвечала на вопрос, — два раза в месяц мы сбрасываемся и покупаем продукты. Как правило, сразу после выплаты стипендии. Основные продукты — овощи. За порядком смотрим каждый самостоятельно, а в общей комнате — дежурство по два дня.

— Здесь приличное заведение, вольностей не позволяем, ложимся рано, все по распорядку, — вставила своё слово Шора.

— Обед накрывают в общей столовой, как и ужин. Вообще, туда и на завтрак можно ходить, но мы предпочитаем завтракать здесь. Ты можешь сама решать, как будешь питаться. По бытовым вопросам, у тебя в комнате два набора постельного белья. Сама следишь за его сменой и стиркой. Прачечные в подвале, там же и сушильные помещения. Но пользуются ими только первокурсники, старшие студенты используют очищающие заклинания, или не используют. Тут свои тонкости с одеждой. На первое время всем выдаётся базовый набор канцелярии. У тебя есть сумка для учебы. Она уже заполнена всем необходимым. Остальное, по мере надобности, закупаем сами.

— Ты разберёшься по ходу учебы, — прервала инструктаж Шора, — Все готовы? Время выходить. Ника, ты выглядишь странно. Так у нас одежду не носят.

— Я учту, — невинно кивнула девушка в знак согласия с оценкой Шоры, но не сделала ничего для изменений. Только небрежно через плечо перекинула сумку.

Все направились на учёбу.

Дорога петляла коридорами и арочными тоннелями. Девушки шли в общем потоке таких же студентов. Помочь Нике вызвалась Лига, самая болтливая и любознательная из соседок. Ника попросила проводить её сначала в приёмную ректора, чем вызвала недоумение. Но Лига не возражала и показывала дорогу, попутно рассказывая, где и что находится.

В ректорате для новой студентки были подготовлены студенческий жетон, программа тем для изучения, методички, расписание лекций и дополнительных занятий. Лига заглянула в расписание Ники. Бегло просмотрела список для изучения по месяцам и присвистнула. Список был составлен на две недели с возможностью корректировки. Расписание было составлено слишком плотно.

— Для первого курса норма — это две пары занятий в день, три раза в неделю силовая подготовка и три раза — медитация, но в тот же период. И один день для самоподготовки. А у тебя по три пары лекций, каждый день силовая подготовка и медитация. А в единственный выходной — индивидуальные занятия. Тебя решили убить прямо в период обучения?

— Я не знаю...

— География мира, взаимоотношения полов, базовые принципы безопасности, виды магии, ритуалы и руны, спутники ведьм и магов и много чего, — перевернула список Лига. — На каждый месяц по четыре дисциплины. За восемь месяцев — тридцать. Расписано с шести утра до восьми вечера. Да это невозможно! Как ты всё успеешь?

— Шаг за шагом, один пунктик за другим, — растирая складки на лбу, медленное сказала Ника, но мысленно подумала "И умру от истощения через неделю... Даже до конца семестра не доживу. Хорошо, хоть Ушани читать научил, иначе я бы даже этот список прочитать не осилила".

— Пусть Великая принесет тебе удачу, — сочувственно пожелала Лига. — Ладно, не вешай нос. Сейчас у тебя как раз первая лекция с первокурсниками. Пойдём, я покажу, куда идти. И зайдём в библиотеку, попросим подготовить список учебников и карту Академии. Она нужна на первое время, иначе ты заблудишься.

— Ника, не забудьте зайти в финансовый кабинет. Необходимо расписаться в получении денежного содержания, — даже не оторвав взгляда от заполнения бумаг, и не удостоив вниманием девушек, строго сказал секретарь приёмной Ректора. — Лига Дишун, помогите Нике освоиться, возьмите над ней шефство. И покажите, как заправлять рубашку.

— Конечно, госпожа, — Лига поклонилась и потянула Нику за рукав, глазами указывая в сторону двери. — Мы уже уходим. Ника, пошли. Но нет, сначала на лекцию, потом в библиотеку. А только потом в финансовый отдел. В другом порядке ты ничего не успеешь.

Девушки вышли из приёмной. Ника, изучая своё расписание, чуть успевала за Лигой. Та уверенно петляла среди толпы спешащих студентов.

Вскоре они остановились у кабинета, где по первому предмету из расписания должна была начаться лекция.

— Пришли. Тебе сюда, заходи и присаживайся. Я после пары подбегу. Пока-пока!

Нике оставалось только помахать рукой убегающей Лиге и проводить её взглядом. Взяв небольшую паузу, девушка выдохнула, дала себе секунду убрать волнение и уже решительно шагнула в лекторский класс.

Аудитория была небольшая, человек на двадцать — двадцать пять. Огромные в пол окна расположены в арочных проёмах. Белые стены разительно контрастировали с тёмной, вишнёвого цвета, мебелью. Кафедра для преподавателя размещалась по центру, чуть правее — стол с принадлежностями для него. Полукругом вдоль стен находились трибуны, лестницей поднимаясь на десять ступеней. Места для студентов располагались ярусами, отчего все были под наблюдением у лектора.

Ника нерешительно замерла в дверях и начала осматривать лекторский класс в поисках свободного места. Сделать это было не так уж легко, ведь взгляд скользил по лицам всех собравшихся, а те, в свою очередь, с неприкрытым любопытством оценивали новенькую. Бросалось в глаза строгий, больше кукольный стиль одежды. Все одеты одинаково: чёрные блузки, заправленные в чёрные юбки, гольфы и туфли на низком каблуке. Ника ещё не определилась с местом, как за её спиной захлопнулась дверь и чуть передвигающийся дряхлый старичок прошаркал к преподавательскому столу.

— Занимаем места. Девушка, быстрее, лекция уже началась, — обратился он к Нике. — И так тема "Полярность мира после войны магов и ведьм". Слушаем внимательно.

Пришлось сесть на ближайшее к ней свободное место. Соседки, не готовые к такому подходу, тут же отшатнулись.

"Ушани рассказывал мне о двух кровопролитных войнах, прошедших по этому миру. Первая — это война периода Къюгини, империи, существовавшей несколько сотен лет назад. Это была война за территорию и ресурсы. Из всех войн она самая жестокая. В этот период использовались именно физические сражения, максимальные убийства и уничтожение численности воинов, и союзников двух сторон. Вторая длилась сотню лет. Видимо, сейчас как раз история о второй войне".

В подтверждение, лектор начал монотонный рассказ про вторую по масштабам войну магов и ведьм.

— Война, вошедшая в историю под названием "Безнаследная" была в период экономического кризиса империи Къюгини. Как многим кажется, это была наиболее скрытая, слабо активная война. Кто-то назовёт её вялотекущей. Есть суждение, что это был больше статус войны, чем реальные действия.

Прошу, в учебнике уделить особое внимание способам и методам, которые использовались Верховной Ведьмой в отношении будущих наследников империи. Уважаемые адепты, вам необходимо определить, какие из них были запрещёнными и почему. Кто может сейчас рассказать о способах, которые использовала Верховная Ведьма?

Несколько учениц отвечали на вопрос, дополняя друг друга. Все оставшееся время преподаватель указывал на основные отличия между ними. Ника только поставила на полях замету разобраться, почему убийство наследника Верховной Ледяной Ведьмы посчитали правильным поступком, а насланные ею проклятия — запрещенными.

— Ну что же, на следующее занятие полный разбор по методам. Прошу описать их количество, и выделить ключевой элемент порчи. Свои работы сдаём до начала следующей лекции. На этом на сегодня завершим наше занятие. До свидания, юные адепты.

Профессор сложил свои журналы и ушёл так же медленно, как вначале лекции: шаркая ногами и сгорбившись под тяжестью журнала. Как только за ним закрылась дверь, аудитория словно загудела: "Кто...видели... Она разбила сферу... Зачем здесь... Почему в середине года... Кто вообще такая...".

Собирая вещи, Ника старалась сделать вид, что не слышит поднявшийся гул голосов. Уже разворачиваясь к выходу она оказалась в окружении несколько девушек. Те смотрели на нее надменно и злобно.

— И кто тут у нас? Не знаем тебя, откуда ты? Семья? — вопрос задала одна из них.

— Тебя здесь не видели раньше, — следом подхватила вторая.

— Я новенькая, — ответила Ника, — только стала студенткой. Приятно познакомиться.

— А мы не знакомимся, — нахально ткнула пальцем одна из девушек. — Тебя не определить. Кто ты, ведьма или магиня?

Группа девушек стояла стеной, загораживая выход. Их глаза были слегка прозрачные, отчего становилось жутковато. Ника чувствовала легкое покалывание на открытых участках кожи.

— Девочки, мне пора, — всё также спокойно ответила Ника. Она закинула сумку на плечо, обошла собравшихся и уверенно шла к выходу.

— Тебя не отпускали! Эй!!! — возмущенно крикнула одна из ведьм.

Ника даже не обратила внимания на визг нахальной девушки.

— Проучи её, Занина, — шёпотом сказала самая бойкая. — Посмотрим, чего она стоит.

Та, которую звали Занина, поговорила шёпотом быстрый текст, послав в адрес Ники воздушный поцелуй.

— Готово, — добавила она.

— Как скоро?

— Подожди. Тебе обязательно понравится.

Ника уходила уверенно, не осматриваясь по сторонам, и не обращать внимание на гул за спиной: "Так, необходимо попасть на лекцию по безопасности поведения. По времени минут пять или десять займет, добегу? Лига сейчас подойдёт. Сегодня еще сдвоенная пара лекции, три часа обучения навыкам по силовому сопротивлению и два часа медитации".

На выходе из аудитории Нику уже ждала Лига.

— И снова привет. Я провожу тебя на следующую лекцию. Идём.

Лига шла через лестничный пролёт быстро. Весь путь занял всего лишь пять минут.

— Как тебе знакомство?

— Честно говоря, девушки недружелюбны.

— А здесь никто не друг. Это такое правило. Сейчас провожу тебя к магам. Ты сразу увидишь отличия.

— И в чём отличие?

— Мы ненавидим друг друга. Или любим.

— Какие крайности! Кстати, на лекции описывали войну и ее причины. История для вас важна?

— Важна ли? Вообще, история — наше всё. Она раскрывает причины взаимоотношения друг с другом. Ведьмы и маги — не друзья. Разве ты не знаешь? Тогда просто запомни это и прими.

Ника после таких слов только задумчиво шла за Лигой. По пути через лестничный проём она споткнулась дважды. После второго раза Лига посмотрела на неё более внимательно.

— Ничего не произошло?

— Да вроде нет.

— Ты часто падаешь без причины?

— Никогда, но сегодня это уже дважды.

— На тебя подцепили что-то. Твоя защита, кто её ставил, если так легко пробили её.

— У меня нет защиты. В смысле пробили? Ты о чём?

— В смысле "нет"? — не понимающе посмотрела Лига на Нику. — Ну-у-у, тогда постарайся сегодня не убиться. О, мы пришли. Удачи!

Лига убежала так же внезапно, как и появилась. Ничего не оставалось, как войти в аудиторию. Этот зал ничем не отличался от предыдущего. Как только она вошла, умолкли разговоры, внимание сосредоточилось на ней. В этот раз в аудитории были и парни, и девушки. В их одежде было чуть больше красок: классические костюмы тройки и свободный стиль у девушек. Взгляды как одних, так и других вновь были устремлены на Нику. И если в прошлый раз она столкнулась со скрытой враждебностью, то сейчас это было холодное любопытство.

Ника чувствовала рост напряжения, но невозмутимо осматривала аудиторию в поисках свободного места. Она старалась при этом не смотреть в глаза присутствующих.

"Да неужели! Здесь Ушани!" — Ника без колебаний направилась к нему.

Ушани смотрел на неё с любопытством. Когда

— Надо же, какой сюрприз! — на девушку смотрел юноша с ярко-голубыми глазами.

— Извини, я случайно, — постаралась оправдаться за неуклюжесть Ника.

— Аккуратнее. Попробуй смотреть под ноги, — дружелюбный тон с легкой ноткой наглости. Закрыв глаза, юноша втянул воздух. В его взгляде возник вопрос и недоумение, смешанные эмоции. — И кто же тут у нас?

— Ещё раз извини, — девушка постаралась освободиться из объятий.

— Те, — юноша сделал вид, что не замечает неуверенных попыток девушки вывернуться из его рук.

— Что, прости?

— те. ИзвиниТЕ, простиТЕ. Откуда ты? Вежливости не учили? — наглец уже откровенно издевался. Его глаза непрерывно следили за реакцией девушки. В голосе его слышалась скрытая похоть. Да и недвусмысленные его поглаживания большим пальцем руки по спине девушки ещё больше создавали ощущение дешёвого флирта.

— Может быть и ВАМ тыкать не стоит? — в голосе Ники слышался металл. Она пыталась выкрутиться из рук наглеца, — убери руку!

— Ты в порядке? — Ушани подошел как раз вовремя. Он силой вытащил Нику из объятий парня.

— Неожиданная помощь. Уверен в своих силах? — юноша обращался уже к неожиданному спасителю. За улыбкой скрывалась неприкрытая угроза.

— А я рискну! — Ушани сразу же переместил всё свое внимание на девушку, — не замечал, чтобы падала раньше? Давай отойдём подальше.

По аудитории тихим ветром разнеслись охи и напряжённый шёпот. Юноша проводил парочку взглядом, попутно проводя большим пальцем, тем, что поглаживал спину девушки, по своим губам. Выражение его лица было крайне заинтересованным.

— К окну сядем, — Ушани указал место подальше от всех.

— Я не падала, — начала оправдываться Ника, — похоже, причина не во мне. За сегодня это уже второе, нет третье, падение.

— Да, скорее всего, что не в тебе. Вечером разберёмся.

В аудиторию вошёл моложавый мужчина.

— Что за факультет? — шёпотом уточнила Ника. — Некромантия? Тема лекции?

— Да. Тише, слушай.

— Сегодня мы повторяем тему безопасного поведения среди классовых сословий сообщества. Кто не знает, меня зовут мастер Кликс, профессор магических наук по некромантии, — проговорил лектор, внимательно посмотрев при этом на Нику.

По залу прошёлся шёпот и фырканье. А откуда-то с задних рядов послышались реплики.

— Но мы то знаем.

— Что за новенькие среди года?

— С каких пор ВАРа собирает попрошаек?

Ника на всякий случай достала из сумки блокнот и чернильную ручку, приготовилась делать пометки.

— Внимание, не отвлекаемся. Вы успеете познакомиться с новой адепткой. И так, — лектор начал своё монотонное повествование. — Маги и ведьмы — это не один социальный класс. В каждом из них, будь то ведьмы или маги, есть своя строгая иерархия, что создаёт определённые правила. Первое, ведьмовская иерархия более строгая и направлена на подчинение Верховной Ведьме, что абсолютно не характерно для магов. И кстати не характерно и для ведьмаков, хотя ведьмы и ведьмаки — это, условно, один социальный класс. Между магами и ведьмами не допускается смешения крови путём заключения неравных браков. Между магами и ведьмами не возможны отношения, целью которых является создание союза и рождение наследников. Обусловлено это не простым запретом, а невозможностью рождения детей в смешанных семьях. Отдельно уделяю внимание деторождению и смешению сил. Ведьмы слабее магов, и из-за этого увеличивается риск рассеивания сил. Так же рождённые ведьмы и ведьмаки не выбирают в пару тех, кто не их происхождения. Вопрос даже не в потере силы, а в сумасшествии и безумии, увечьях. Как вы знаете, когда-то была война, многие маги стояли против ведьмаков, а магини против ведьм. В ход шли не только классические боевые приёмы, но и проклятия, направленные на поколения вперёд. И теперь эти проклятия, спустя столетия, просыпаются. Между всеми классами утихли войны, царит мир и порядок. Но насланные проклятия того периода по-прежнему не позволяют заключать смешанные браки. Если от такого союза рождаются слабые маги, то это одна история. Но совсем другое, когда к магической силе примешиваются физические уродства, или создаётся конфликт сил внутри мага, или в маге просыпаются две противоположные силы. Был случай, когда после инициации в молодом маге проснулись силы к огню, но никто не заметил, что проснулись ещё и силы к управлению водой. Пусть слабые, но силы воды. Опытные маги, создавая в момент инициации поддержку огня вокруг него, буквально сварили его, заставив закипеть кровь в теле. Теперь он не может практиковать ни одну из сил, не говоря о физических увечьях. Итак, все проклятия, насланные одними на других в период войн, невозможно восстановить. Они не считываются и не выявляются. Только в момент рождения ребёнка, зачатого между ведьмами и магами, активируются. Но это слишком поздно. Сразу же запускается цепь событий, которые не разорвёшь. Поэтому и существует запрет на браки между ними и рождение смешанных по крови потомков. Ещё одним аспектом такого смешения являются физические уродства тела, карликовость, деформации лица, а иногда и безумие. Конфликт сил отца и матери блокируют правильное развитие ребёнка. В наших реалиях такие браки хоть и являются редкостью, но все же имеют место быть.

— Эй, слышала мастера Кликса? Статус каждого должен быть понятным, каждый должен знать своё место. Твоё — какое в пищевой цепочке? — женский голос позади Ники язвил и насмехался. Магиня пыталась унизить девушку и вывести из себя.

— Уважаемый профессор, но ведь были в истории смешанные браки, — задали вопрос с последних рядов аудитории.

— Были, но до Безнаследной войны. В то время между ведьмаками и магинями, магами и ведьмами заключались союзы только по договорённости, дабы усилить дар потомков. Да, если замуж за мага выходила ведьма, то и согласие на союз надо было получить у Верховной. И выйдя замуж за мага, ведьма отходила от покровительства своего ковина. Отсутствие покровительства Верховной делало её более уязвимой. Поэтому маг должен был доказать чистоту своих намерений. У мужчин, имеется ввиду ведьмаков, нет верховного. Каждый сам по себе.

— А кто сильнее: ведьмаки или маги?

— Считается, что, как класс, ведьма или ведьмак слабее магини и мага. Но если сравнивать личностей, то не каждый маг сможет победить ведьму. Все индивидуально. Зависит от сил, возраста, опыта. Положение ведьмы тоже может говорить о способностях. Силу ведьмы сложно оценить. В единстве они сильнее, поэтому и объединяются. Объединение ведьм называется ковин, и в нем есть иерархия: Верховная ведьма, приближенный круг

Закончив, профессор Кликс начал собирать разложенные на столе материалы. Несколько магинь задержали его в аудитории. Их вопросы вызвали на лице преподавателя лёгкий румянец, но он внимательно слушал своих учениц, давая им советы по дальнейшей работе с материалом.

— Давай быстро отсюда выскочим, — прошептала Ника Ушани, — следующим по списку у меня тренировка по силовому сопротивлению. Осталось только переодеться.

— У меня сейчас тоже она. Практически все занятиям по ней мы занимаемся вдвоём. Так что согласен, давай поторопимся, — поддержал предложение Ушани.

Лектор вышел, а за ним попытались выскочить и ребята. Но сразу же дорогу из аудитории Нике и Ушани перекрыла магиня, что уже интересовалась статусом новой студентки.

— И кто тут у нас? — магиня поочерёдно смотрела то на Нику, то на Ушани. — С каких пор ведьмы обучаются вместе с магами?

— Я не ведьма, — прямо ответила Ника. — Могу пройти?

— Но и не магиня, так? — утвердительно констатировала девушка и не дожидаясь подтверждения своих слов, обратилась уже к Ушани. — А ты что с ней делаешь? Она не из нашего круга.

— Пошли, Ника, — Ушани проигнорировал направленное к нему обращение.

— Сказали же "стоять"! — грубый окрик магини прервал попытку уйти.

— У нас тут кто-то интересненький появился, Силила? И кто же ты? — к магине присоединился наглый молодой человек. Смотря на двух новеньких, он не стесняясь, шумно вдохнул воздух. — Не определить по запаху! Уже интересно.

— Очень интересно, Филин. — тут же подхватила Силила.

— Извиниться не хочешь? — со спины задал вопрос ещё один подоспевший. Им оказался тот, на кого Ника чуть не упала. Судя по всему, он и был главный. Это почувствовалась в воздухе, все сразу напряглись и замолчали.

— Я. Уже. Извинилась.

— Недостаточно. Не хочешь на колени стать?

— Тигор, она может и порки заслуживает, не считаешь? — шутканул Филин.

— Ушани, пойдём, — Ника занервничала.

— Никуда ты не пойдёшь, пока я не разрешил.

— Ты не похож на того, у кого я спрошу разрешение. Так что отойди в сторону.

— Как интересно, — Тигор смерил девушку взглядом. — Похоже, недомаг и недоведьма. Как думаешь Филин, на кого они тянут? Ни здесь и не там. Даже к миру полукровок не отнести, нет смешения с кровью человека, — в руках у юноши образовывался плотный белый сгусток воздуха. Это был маленький поток жара. Он пустил его в голову девушки. Ника, хотя и отклонила голову, но энергия достигла цели и немного обожгла кончики её волос. — Ни защиты, ни инстинктов. Так что же ты здесь забыла, безродная?

— Аккуратнее в выражениях, — Ушани заговорил с напряжением. — Она учится. Как и вы.

— Нет, не как мы. Она не принадлежит этому миру. И как только попала в элитную академию? О, кстати, она в курсе, что может вылететь после первого же года. И что тогда, с протянутой рукой пойдёт?

— Побродяжничает. Или тебе не привыкать? Куда ты к магам тянешься, прилипала! — вставила слово Силила.

— Не твоё дело! — прохрипел Ушани.

— Пошли, Ушани, — Ника развернулась и потянула за собой друга.

Молодые люди выходили под всеобщий хохот и унизительные реплики.

— Слушай, не знаю, как извиниться. Все ведьмы и маги они такие, не сдержанные, наглые...

— Ушани, не парься, я знаю, что это такое. Давай на силовую. — Ника от раздражения мотала головой. Она шла быстрым шагом, торопилась оказаться от этой троицы как можно дальше. Ушани все время поворачивал девушку то в одну, то в другую сторону, мягко направляя в нужном направлении. Сама бы она точно ушла не туда. Ни карты, ни знания дороги у нее не было. — Всё внутри кипит от злости. Ты говорил про заносчивость, но я всё равно не ожидала.

— Ника, это только начало. Подожди, то ли ещё будет.

— Ушани, я знаю. В классе с ведьмами тоже стычка произошла. Не дружелюбные они все. Кстати, кто это был?

— Троица? Нагловатые ребята. Зовут Тигор, Силила и Филин. Звёзды первого курса. Тигор боевой маг, остальные так, заносчивые и хамоватые. У каждого из них непростой родитель.

— Тебя не сильно трогали?

— Ника, боевые маги и некроманты — союзники. Меня и не тронут. За тебя переживаю.

— Хочу научится сдачи давать таким хамам.

— Не нарывайся. Да не торопись ты! — Ушани резко становился и указал на стадион. — Пришли уже! Смотри!

Ника увидела спортивную площадку для занятий.

— Ничего себе!!! — злость испарилась, уступая место удивлению. Стадион был огромен, в центре — зелёное овальное поле, по периметру — беговая тропа, в стороне — комплекс силовых тренажёров, раздельные площадки для рукопашного и для магического боя.

Сам стадион был окружен огромными деревьями, что с высоты птичьего полёта явно мешало его найти.

Пока юные студенты замерли у входа на стадион, на них со стороны внимательно смотрел преподаватель по силовому сопротивлению — мастер Рон Сирп. Ника и Ушани наткнулись на него глазами, когда с открытым ртом оглядывались вокруг. Рон Сирп был гигантом, ростом под два метра,

Мастер жестом указал им подойти. Ушани подтолкнул Нику, прерывая ее вялые попытки развернуться и убежать в противоположном направлении. Медленно, но студенты шли навстречу преподавателю. Он же, скрестив руки на груди, изучал новых учеников. Его взгляд переходил с юноши на девушку, затем на боевых магов, которые недалеко занимались на площадке. Двадцать молодых парней, все высокие и мускулистые, отрабатывали удары в пяти метрах от него. Рельефность мышц боевых магов создавали полную противоположность хилому телосложению юных студентов.

Ещё раз смерив новых учеников взглядом, он просто сказал:

— Разминка с утяжелителями, два часа бега, потом растяжка мышц. Так бегать неделю. Пришли, отбегали и ушли. Я вам не пастух. На второй неделе добавлю силовые тренировки для мышц и на баланс. А пока бегаем.

Махнув рукой в сторону беговой трассы, он больше не смотрел на них, переключив все своё внимание на занимающихся парней.

— Тренер, у нас новенькие? — кивнул один из них в сторону студентов.

— Недоразумение это, а не новенькие. Иргу, не отвлекайся, работай!

Ушани и Ника, не обращая внимания на высказывания, просто пошли в указанном направлении.

— Да уж, это не часик в лечебнице. Я не справлюсь и умру на месте, — с ужасом приговаривала Ника.

— Мастер Рон видит твою физическую форму и не даст больше нагрузки, чем требуется. Так что справишься. Давай, повторяй за мной.

Начиная потихоньку, они вдвоём стали заниматься. После разминки приступили к бегу.

— У меня ощущение, что нас оценивают и обсматривают, — шептала Ника.

— А ты тут видишь других девушек?

— Нет. И почему?

— Решили нас ни с кем не ставить. А то вдруг кто-то попробует на тебе свои силы. Вообще, первый курс считается самым тяжёлым. Каждый пытается проявить свою силу и показать ее. Хоть это и запрещено. Но...

— А я тут причем?

— Ника, ты учишься сразу на всех факультетах. Кто ты, на что способна— только судачат. И очень хотят посмотреть, чего же ты стоишь. Мне при заселении устроили допрос, кто я, семья, сила. У тебя также?

— Обо мне уже знали. Ну, про сферу.

— Понятно. Тогда предположу, что нас поставили здесь как к самым спокойным студентам.

— Боевым магам третьего курса? Спокойным? Ты уверен?

— Нет. Но другого объяснения у меня нет.

— Как понял, что это третий курс?

— Расписание в свободном доступе. Я просмотрел их все.

— Как хорошо, что ты мой друг.

— А то!

Ника и Ушани бежали спокойно и размеренно, переговариваясь между собой.

Первый час бега давался просто, а вот следующий — с трудом. Мышцы горели огнём, дыхание срывалось, от усилий пот стекал по лицу, шее и спине. Стоять ровно было невозможно, мышцы начало сводить судорогой, потребовалось их растирать. Бег менялся на шаг.

Со стороны студенты смотрелись как две еле передвигающиеся черепахи. Дети пешком ходят быстрее, чем эта парочка бежала. До них доносился смех и гогот с тренировочного полигона.

— Не по-нятно, это они над нами так сме-ются или... нет... Ушани, я... по-нятно, из-за чего с-т-радаю, — со сбитым дыханием Ника скорее выдыхала слоги, чем проговаривала слова. — А тебе за что всё это? Зачем такие уси-лен-ные тре-ни-ровки?

— Забыла? Мы же связаны. Если с тобой что случится, не известно, что будет и со мной.

— Со-чувствую.

— Ещё смотря кому надо по-со-чувствовать, — Ушани тяжело дышал. Сил бегать уже не было, — всё, закончили, не могу больше. Давай на растяжку.

— Угу, — только и могла промычать Ника в знак согласия.

Медленно, с трясущимися руками, они приступили к растяжке мышц. Ушани показывал Нике упражнения, она повторяла. К этому комплексу она уже была готова, ведь часто в лечебнице проводили их вместе.

* * *

С тренировочного полигона Ника уходила уставшая, ноги и руки дрожали при движении. От усталости кружилась голова и подташнивало. Об ужине даже не хотелось думать. Тело мечтало о горячей ванне. А впереди ещё была медитация.

На выходе со стадиона Ушани устало указал направление.

— Там женская раздевалка. Я в душ. Встречаемся тут через десять минут. Я провожу на медитацию.

— Откуда знаешь про неё, — уточнила Ника.

— Заглядывал в приёмную ректора и взял копию твоих занятий.

— Тогда я скоро, — Ника скрылась за дверью женской раздевалки.

Прохладный душ только немного снял усталость. После тренировки хотелось насладиться горячей ванной, но времени даже душ не было. Ушани дал только 10 минут. Смыв с водой часть усталости, она наскоро переоделась и вышла на улицу.

Боевые маги возвращались с тренировки. Ника столкнулась с ними на выходе из раздевалки. Ушани уже стоял в ожидании. Проходя мимо стоящих, каждый посчитал нужным отвесить им порцию колкости.

— Смотри, свежее мясо! — высказывания сопровождались унизительным тоном.

— Чего хилые такие, заморыши?

— Академией не ошиблись, головастики?

Громкий ржач сопровождал все оскорбительные высказывания магов.

— Эй!!! — Ника намеревалась уже высказать все, что она о них думает.

— Что "ЭЙ"? — грубо возразив, к девушке вплотную приблизился один из магов. Он был на голову выше её, мускулистый. Черные волосы создавали контраст с практически прозрачными серыми глазами. Он смотрел слишком проницательно. Маг настолько близко подошел, что Нике пришлось чуть запрокинуть голову назад. Расстояние между их лицами было меньше сантиметра. Его сила буквально ветром окутала их двоих. Ника даже запнулась. От такого близкого присутствия волосы на затылке чуть зашевелились, по кончикам пальцев будто искорки пробежали. Ника не смогла даже слова вымолвить. Она только смотрела, приоткрыв рот. Эти доли секунды показались ей минутой.

Усмехнувшись, юноша медленно прошел через них, не оглядываясь в их сторону.

— Ника, с ума сошла эйкать! И кому? Боевыми магами? Лучше не обращай внимания, — предостерегающие начал Ушани.

— Я и не обращаю, — нервно парировала Ника, — слегка расстраиваюсь, это да. Были бы вы у нас дома — я бы над вами тоже поиздевалась.

— Над некромантами не издеваются. Это тебе на заметку, — серьёзно сказал Ушани.

— Они или я? — с прищуром в глазах уточнила Ника.

— Они, конечно, — засмеялся юноша, — тебе можно.

— То-то. Ой, опаздываем, Ушани, — заволновалась Ника и направила в сторону кампуса. — Побежали.

— "Побежали, побежали", — перекривлял её Ушани и потянул за рукав в противоположную сторону, — нам туда. Пошли. Была в библиотеке? Карту взяла?

— Не-а, ещё не успела.

— Тогда я провожу, давай за мной. Сама, видимо, ты не найдешь дорогу, — выдохнул Ушани и добавил, — и давай так, на общих парах мы вместе. Обговариваем заранее, где и как встречаемся. В свободное время сиди

— Договорились! Давай быстрее!!!

* * *

Пешком до кабинета медитации заняло примерно 20 минут. Зайдя в кабинет, Ника поняла, что будет находиться там одна с преподавателем.

Худенький молодой человек уже сидел в позе лотоса. Увидев Нику, он жестом пригласил её на коврик рядом с собой.

— Цель медитации — внутренне состояние покоя. Основы знаете?

— Да, знаю.

— Тогда приступайте.

— И всё?

— А что вы хотите?

— Может вы мне что-то подробнее расскажите.

— А вы не знаете? Ах, да, новенькая, что основ не знает... — вздохнул преподаватель. — Хорошо. Значит так. Сегодня вам необходимо просто слушать себя. Почувствовать связь своей внутренней и внешней силы Они взаимодействуют. Проследите и попробуйте почувствовать, как связаны эти два поля.

— Спасибо, очень подробные инструкции. Главное, ничего не перепутать, — пробубнила девушка.

На ее сарказм одна бровь мастера поднялась вверх. Ника только пожала плечами и присела на коврик поудобнее и попыталась сконцентрироваться.

Сосредоточившись на дыхании, она пробовала почувствовать, откуда идёт первая волна силы. Вот идёт лёгких холод по коже, отдаваясь колким теплом внутрь. Дальше меняется. Ощущения становятся тише и мягче. Ника сама того не заметила, как заснула. Проснулась от сильного удара указкой преподавателя.

— Не путайте медитацию с отдыхом. Это такая же работа, как и тренировка. Начинайте сначала, — голос был безэмоционален.

"Да он еще хуже Тиара" — растирая ушиб, Ника постаралась сосредоточиться на внутреннем состоянии. С учётом ушиба и усталости мышц, не получалось совсем. Место удара пульсировало, перетягивая на себя внимание. Те силы, что остались, сводились, скорее, к поддержанию осанки. А последствия усиленной тренировки только мешали сосредоточиться. Если бы не сидела, то точно бы упала.

Через два часа мучений занятия завершились и её отпустили.

За всеми парами Ника потеряла счёт времени и забыла про посещение и библиотеки, и финансового кабинета. Но сил идти туда уже не осталось.

Возвратившись в комнату, Ника дошла до кровати и просто рухнула на неё без сил.

— Спать, — приказ она отдала сама себе.

Глава 10. День второй. Проверка

Пробуждение было сродни воскрешению. Ноги и руки, все мышцы тела болели невыносимо. Тяжело было сползти с кровати, поднять руку, расчесать волосы, снять одежду. Горячий душ не сильно помог, но немного расслабил. С трудом одевшись, Ника подошла к столу с накрытым завтраком. Соседки по комнате ели кашу и с сочувствием смотрели на девушку. Но никто не осмеливался заговорить. Но исключения есть всегда.

— Ника, когда ты сможешь сброситься деньгами на питание? — без "доброго утра" сразу резко поприветствовала Шора.

Ника с усилием села за стол и взяла чашку тёплой воды. Если до этого ещё были силы позавтракать, то после слов Шоры аппетит пропал. Ника сначала сделала глоток, а потом выдохнула.

— Сегодня денежный вопрос решиться.

— Это прекрасно, — воскликнула Лига, — что будешь кушать, Ника?

— Нет аппетита, воды попью.

Сделав еще несколько глотков, Ника встала из-за стола.

— Мы не успели вчера, Шора, — начала оправдываться Лига, укоризненно глядя на Шору. — Не могла промолчать? Ты же видишь, как ей больно.

— Каждый платит за себя. Я её не содержу, — грубо парировала Шора, сжав губы в тонкую линию.

Ника с сумкой на перевес покинула комнату. С трудом спускаясь по лестнице все же вышла из здания и направилась в библиотеку. Лига направление указала ещё вчера. Осталось только её найти.

Здание библиотеки стояло отдельно от всех корпусов Академии. Красный кирпич и белые оконные проёмы окружены увитым зелёным плющом. Зелёная зона вокруг здания и разноцветные клумбы радовали буйством красок. Высокое крыльцо украшено большими кадками с цветами. И совсем сиротливо слева от входной двери висела невзрачная деревянная табличка "Академическая библиотека".

Ника толкнула массивную входную дверь. Петли сиротливо скрипнули, пропуская девушку внутрь. До читального зала Ника шла в сопровождении глухого эха собственных шагов. С утра библиотека была пустой. За столом сидела хмурая грузная женщина. Все ее внимание было сосредоточено на старательном написании букв в формуляре. От усилий она даже высунула кончик языка.

— Извините, — Ника постучала по столу костяшкой пальца, оторвав библиотекаря от достойного занятия. На нее сразу уставились два хмурых глаза. — Мне необходимо книги заказать. Вот.

Взяв протянутый список, библиотекарь слишком долго на него смотрела. Затем перевела взгляд на Нику и опять на список.

— Книги для малолеток... понабирают по знакомству, а потом учат их... Вечером приходи. Вечером и готово будет.

— А можно мне еще карту Академии?

— Понабирают же. Конечно можно. Вот. Вполне подробный план, с ним не заблудишься.

— Спасибо, — Ника направилась на выход.

Уже сидя в тени дерева на скамеечке возле библиотеки, она с интересом рассматривала все стрелочки и надписи на карте. Ректорат и финансовый отдел были подписаны, впрочем, как и общежития, корпуса, столовая, кафе, стадион и лаборатории. В Академии также были оранжереи, места содержания животных, конюшни, аптека и магазины.

Покончив с изучения, Ника свернула карту и сложила её в сумку. Теперь планировка Академии стала для нее более понятна.

— Остается дойти до финансового отдела. Этим и займусь.

Финансовый отдел напомнил ей точно такой же, как в ее собственном колледже: столы, звуки самопишущих машинок, запах горького чая и табака. Единственное отличие — это скрип пера и отсутствие калькулятора.

Сотрудницы все ухоженные и безумно занятые, даже взгляд от пишущих машинок не оторвали.

Ника представилась первой попавшейся молодой девушке. Сотрудница долго сверлила девушку взглядом, видимо, вспоминая о чем-то. А спустя несколько секунд выдала бланк для оформления денежного содержания. После заполнения и еще пятнадцати минут ожидания Нике выдали двадцать золотых монет. Они действительно были золотые. От неожиданности девушка даже на зубок их попробовала.

— Что вы делаете? — её странное поведение не осталось незамеченным.

— Понятия не имею. Это душевный порыв, — усмехнулась Ника. Предположить, что должно последовать за таким укусом, она не могла. Под изумлёнными взглядами всего кабинета Ника стояла и рассматривала золото. — Это скорее что-то из старой жизни.

— Это довольно внушительная сумма. Но она рассчитана на покупку вещей первой необходимости, от женских штучек до материалов на обучение. Базовую канцелярию ты получила, но ещё многое надо, — указала сотрудница.

— Двадцать золотых — это много?

— Это в три раза больше моего содержания, — уточнила работница, — но это только в этом месяце. А в следующем сумма будет меньше и составит двенадцать золотых. Но это все равно в два раза больше моей рабочей платы. Вот и считайте, много это или мало.

Ника кивнула, засунула деньги в

— Надо уточнить у девушек, сколько стоит прожить месяц. Думаю, в долг они мне жить не позволят. И всё рассчитать. И наверное, мне надо уточнить, какие траты еще предстоят, — Ника бубнила под нос список действий. — Пожалуй, сейчас на завтрак. И не в комнату, а в столовую. А после уже разберёмся с остальным.

Ника раскрыла план Академии в поисках прохода к столовой.

Благодаря карте ориентироваться стало проще.

* * *

Здание столовой ничем не выделялось среди остальных корпусов: тот же красный кирпич, белые оконные проёмы и цветочные клумбы. Единственное отличие — это широкая неровная брусчатая дорога и аромат еды.

Внутри столовая ничем не отличалась от других. С порога всех гостей встречал аромат готовой еды. Справа стояли длинные раздаточные столы, за ними — чаны с поднимающимся паром. Отдельно — тарелки со скудно нарезанными фруктами, творог, чай, булочки.

Взяв кашу и чай, Ника заняла дальний уголок.

Одновременно с размазыванием каши по тарелке, Ника мельком стала рассматривать всех посетителей. Уставшие студенты, кто-то совсем не выспавшийся, входили в столовую. Но лишь малая часть студентов брала тарелки. В основном они обращались напрямую к поварам, и те выносили им нечто на подносе. Ника начала присматриваться. Студенты ели сырое мясо, при чем с кровью, руками. Где-то это были кости, кишки. Кровь стекала по пальцам, и её с аппетитом слизывали. Все это сопровождалось звуками чавканий и сёрбаний.

Рвотный рефлекс не заставил себя ждать. Выбежав из столовой, Нику вырвало прямо на траву. Отдышавшись, она с ужасом смотрела на здание столовой.

— Что за ерунда? Что это такое? — вытерев рот, она поднялась. Посмотрев на часы, поняла, что ещё достаточно времени, чтобы переодеться.

В комнату она пришла бледная и испуганная. Там витал запах жареного хлеба. Яркий аромат тут же вызвали вторую волну рвоты. Ника побежала к уборную. Следом в её комнату вошли соседки.

— Что-то случилось? — все девушки ждали, пока Ника сможет им ответить.

— Я была в столовой на завтраке. Что это такое? — отдышавшись, спросила Ника.

— А, уже видела?

— Мг.

— Ничего не обычного. Простое восполнение сил. Вообще обеды и ужины нормальные, а вот завтраки, как правило, такие. После обрядов и ритуалов с тёмными силами необходимо восполнить энергию. Обряды проводят ночью. К утру истощение страшное. Вот и восполняют энергию. Самый длинный способ — это сон, самый действенный — пребывание у источника силы, самый простой — съесть сырое мясо с кровью, внутренности животных.

— Я на завтраки туда больше не пойду.

— Мы тоже поэтому не ходим. Предпочитаем завтракать здесь. Мясо в комнате хранить запрещено, но каши, фрукты и овощи можно. Ну и молоко, яйца ещё.

— Так если ты не планируешь завтракать в столовой, значит будешь питаться с нами. В месяц это около 20 серебряных монет. Половина золотого, если точнее. Когда ты сможешь сброситься? — тут же сориентировалась Шора.

— Сейчас, я сброшусь сейчас, — чуть дыша проговорила Ника.

Трясущимися руками она вывернула содержимое своей сумки на кровать, достала один золотой и положила на стол.

— Это за оставшийся месяц и за вчерашний завтрак.

Шора замерла, явно не готова к такому повороту событий. Как не были готовы и другие соседки. В воздухе повисло напряжение.

— Здесь очень много, — начала Шора

— Девочки, — Ника вздохнула раздражённо, — Шора, возьмите деньги и выйдете. На мне утренняя блевотина, мне надо переодеться. Уходите, пожалуйста.

Голос Ники звучал грубо, несмотря на вежливость выбранных слов. Девушкам ничего не оставалось, как выйти, но их уход сопровождался нервным переглядыванием и лёгким шушуканьем: "Ну подумаешь, сырым ели, что такого-то?", "Она вообще, как с луны?", "Шора, совсем не понимаешь?".

Оставшись одной, Ника наконец выдохнула. Несколько вдохов, холодная вода на лицо, и можно опять мыслить спокойно. Успокоившись, Ника переоделась, по новой собрала вещи и вышла из комнаты. Соседки молчаливо стояли в ожидании.

— Чего ждёте?

— Тебя и ждём. Готова? — голос Шоры был раздражителен.

Ника только передёрнула плечами и первая вышла из комнаты, остальные — следом за ней. Ника старалась игнорировать перешёптывания за своей спиной, предпочитая настраиваться на занятие. "С утра медитация, как же не хочется...". И хотя столь насыщенное утро вымотало девушку, но выбора не было.

На медитацию Ника пришла нервной. Вчерашний мастер по-прежнему сидел на мягком коврике. На этот раз в зале было несколько других первокурсниц, а значит, сегодня она не будет одна. Следуя приглашению, Ника заняла своё место, не особо обращая внимания на выпущенные в ее сторону взгляды.

Некоторые уже приступили к медитации. Так что общей команды, видимо, не будет. Каждый ориентировался самостоятельно.

Ника села и сразу сосредоточилась на своих ощущениях. Злость на поведение Шоры заставили её сконцентрироваться и работать на результат, направлять энергию на восстановление. Вдох и выдох, вдох и выдох. Сегодня первостепенно направлялась энергия на чистку ауры. Несколько тёмных пятен были ею обнаружены, она без труда сбросила их с себя. Видимо, это были вчерашние нелепые ситуации. Ника увлеклась. Ощущения должны быть одинаковые, тёплые, лёгкие, не спутанные. Тело должно реагировать спокойно, не болезненно. И там, где слишком горячо становилось, Ника просматривала ещё раз.

Два часа пролетели как пять минут.

Ника сделала глубокий вдох. Резкая боль у виска словно заставили её зажмуриться. Ощущение липкости было слишком явным. Она открыла глаза до завершения ритуала. Свечение в области энергоцентров в её теле было ярким и ровным, импульсами энергия пульсировала по всему телу, переливалась разноцветной радугой. Ника провела взглядом по всей комнате.

Напротив неё сидел мастер, и его духовное отражение Ника видела четко. Чёрные тени, местами бледный, с кровяными подтёками у глазниц и сеткой чёрных сосудов по всему телу. Повернув голову, она увидела души и всех находящихся здесь студентов. Кто-то был тусклым, словно закопченный фонарь, кто-то грязным, на ком-то были видны рунные знаки, нанесённые таким образом, чтобы подпитывать точки силы на теле. Но больше всех Нику потрясла одна девушка, на чьих плечах сидел монстр с перевёрнутой головой. Его голова дважды покрутились вокруг собственной шеи.

До Ники дошел шепот: "Видящая!" В тот же момент этот монстр импульсом появился перед ней, протягивая грязные руки. Страх сковал девушку. Она не могла пошевелиться. Монстр был прямо у лица, вот-вот готов вцепиться в неё. Но всё прекратилось в одну секунду. Холодная вода водопадом обрушилась на Нику, буквально выдернув её из транса.

Ника закашлялась водой, фыркала и вытирала с лица мокрые капли. Волосы хаотично прилипли. Вытереть лицо рукавом тоже не получалось. Она сама и

Мастер смотрел на Нику сочувственно, пряча за спину пустое ведро.

— С тобой все в порядке? — коснулся он ее плеча.

Ника не знала, кричать ей или молчать. За сочувствующим взглядом мастера стоял монстр, она это точно видела. Девушка отстранилась. В это момент в Зал Медитации вбежали Мортимора и Феликс.

— Что это было? — обратилась Мортимора к мастеру.

— Я не уверен... — нерешительно начал он мямлить.

— А кто тогда уверен! — перешла на крик Мортимора. — Комната светилась так ярко, что буквально привлекла внимание всех тёмных магов. Они столпились внизу. Ника, что здесь произошло?

— Я медитировала, а потом на меня воду вылили. Я понятия не имею, что произошло.

— Дда, Ника медитировала. Ее медитация подходила к концу. Все было, как обычно. Но она стала вести себя странно. Тело покрылось лёгким свечением, глаза открылись и побелели, взгляд направлен в сторону, был неосознанным. Свечение становилось ярче. Дозваться её было невозможно. Что бы вывести её из транса пришлось вылить на неё воду.

— Так грубо закончили медитацию?

— Я боялся, что произойдёт что-то, похожее на случай со сферой.

— Профессор Вызык, вы в своём уме? Где сфера, а где студентка? Она по вашему, как шарик лопнет? — вопрос Мортиморы был полон сарказма, а после она посмотрела на студентку, — Ника, а вы проясните, что здесь произошло?

— Как я могу вам хоть что-то прояснить? Кто здесь меня обучает, я или вы? — в голосе Ники звучал вызов.

Дерзкий ответ заставил Мортимору замолчать.

— У меня лекция. Расписание очень плотное. Я пойду, — с этими словами девушка покинула зал для медитаций.

Ника вылетала из аудитории. Мортимора только и смогли, что провести ученицу взглядом, не найдя достойного ответа на такую грубость. Увиденное напугало и девушка пыталась уйти подальше от этого места. Она шла по коридору слишком быстро.

— Может мне показалось. Да нет. Что я видела? Кто такая видящая? — в голове крутились вопросы. От страха даже дыхание перехватывало. Но прятаться было негде.

Мокрая, она вошла в класс к ведьмам. Лектор уже был на месте и внимательно посмотрел на девушку. Но всё же промолчал. Ника откинула мокрые волосы, села и приготовилась записывать.

— Тема лекции о границах проведённых ритуалов. Сразу оговорюсь, если есть вопросы — задавайте. Буду на них отвечать по мере лекции. Итак, дорогие студенты, проводя ритуал, разделяйте понятия, в отношении кого вы проводите ритуалы. Прошения, чистки проводятся только с согласия того, в отношении кого его проводят. Нельзя чистить мужа, брата, свата и других без их непосредственного согласия. Здесь только одно исключение — это дети. В отношении детей необходимо брать согласие родителей. А вот порчи, переклады, крадники, мороки и другое — само собой, с согласия инициатора. И существует табу в отношении детей. Это важно. Помните об этом. И всегда, повторюсь, всегда определяйте своё место. Любое вмешательство в судьбу — это прежде всего ответственность. А вы не обладаете и толикой прав на вмешательство. Ни вы инициируете ритуал, а вас используют как инструмент. И как инструмент, у вас нет ни мнения, ни воли. Только качественное исполнение решений того, кто к вам пришёл. От вас большего не просят. Соответственно, до начала любого ритуала, кто бы к вам не обратился, сначала необходимо получить согласие на вмешательство и на объем, который просят. Если просьбы идут дальше, то согласие должно быть на каждую просьбу. После — дозвол высших сил и на создание ритуала и дозвол на каждое действие. Это обязательно для ведьм. Если что-то делается без согласия и дозвола, то ответственность за действия ведьма несёт самостоятельно. И если всё будет возвращено, то вернётся именно ей и в большем количестве. Запомните, что бы не делали — сначала согласие инициатора, потом дозвол высших сил.

— У кого ведьмы просят дозвол? — вопрос задала Ника.

— У сил, которым служат — у демонов.

— Но ведь это же зло в чистом виде?

— Разве? И почему? Решение принимает только человек.

— Почему ведьмы исполняют проклятия? Зачем соглашаться и проводить такие ритуалы?

— Это плата за силу, коей её наделяют те, к кому она обращается за помощью. Каждый демон или бес требует питания. Эмоции, обида, злость, похоть — просто лакомые кусочки торта. Человек, как разумное существо, единственный поставщик этого питания. Они создают вокруг человека всевозможные ситуации, обустраивая мир соблазнами, давая надежды на блага без должных усилий. И люди идут за ними. Все хотят идти по дороге наименьшего сопротивления. И задача ведьмы — создать такие условия там, где не могут демоны.

— Если ведьма исполняет волю человека, то в чем её вина?

— А ее вины и нет. Ее ответственность возникает, когда она может воспользоваться благами от исполнения ритуала. Мнения всегда полярны. Одни кричат, что во всём виновата ведьмы, а ведьмы — что работа делается по заказу. Не стоит верить словам ни тех, ни других. Ведьма всегда спрашивает согласие. Человек же не осознает силу своих желаний, силу последствий своих же желаний. Когда он сталкивается с последствиями, всегда сожалеет. Но здесь вероятно, больше он сожалеет не о сделанном, а о том, что наступила расплата.

— Чем платят за ритуал?

— Обратившийся человек платит именно своим временем. Кажется, что оплата назначена, скажем, в твёрдой сумме. Но эту сумму необходимо заработать. И именно это время идёт в оплату. И не всегда у человека достаточно сил и ресурсов. Иногда необходимы ресурсы многих поколений.

— А если человек богат?

— Там другие расценки. У него не просят деньги. У него просят дар, и как правило тот, о котором он не знает. Или услугу, но ту, которую сможет оказать именно он и таким образом, что бы затраченное им время было соразмерно просьбе. Все оплаты в виде подношений, это оплата периодом, который течёт сквозь того, кто пользуется данной вещью. Эти время и эмоции идут в зачёт оплаты. Ведьмы могут сделать так, чтобы было заимствовано время других людей. Тогда качество оплаты зависит от них. Через некоторое время потребленец даже не вспомнит эмоции, которые испытал. Это время и эмоции уже будут отданы в уплату. И благ не получит, они рассыпятся и исчезнут, только их и знали. Насладиться тоже не сможет, всё исчезнет. Так и окажется, что желания оплачиваются только собственными годами. Свою часть берут и ведьмы. Главные ресурсы — это молодость, красота, удача, или любой другой ресурс, нужный ей. Никто не может отказаться от порции бесплатных угощений. Ну а те силы, у кого они просят помощи, берут часть жизненной энергии других людей.

— Так зачем же делают это ведьмы?

— Делают не они. Делают люди, а ведьмы — только исполнители. Пытаясь получить, как кажется людям, возмездие, они берут на себя роль судьи и палача, не всегда могут соотнести соразмерность человеческих действий и расплаты. Да и нет таких дозволений у человека, как вершить чью-то судьбу, вмешиваться в ход событий. Каждый должен сам пройти свою дорогу, столкнуться с жизненными уроками. Люди хотят быть богами: иметь власть, вершить судьбы, творить по образу и подобию — это их тайные желания. И на пути к этой власти выбирают более лёгкий путь, подменяя понятия истинного от подделки.

— Так почему они не отличают истинное от лживого? И лживое принимают за истину?

— Человек слаб. Согласиться всегда проще. Струсить проще. Сделать шаг в сторону принципов проще. Даже ничего не делать — проще. И каждый этот шаг — это путь не к себе, а путь от себя. Даже колебание в выборе — это выбор.

В аудитории повисло молчание.

— Ну что же, лекция закончена. Увидимся в следующий раз. На этом я с вами прощаюсь.

"Так вот о чем говорил Ушани, когда сказал, что за всё мы заплатим собственным временем. То, чем мы платим — это те силы и время, которые мы бы затратили за получение желаемого" — мысленно вела с собой диалог Ника.

Со стороны казалось, что она слегка в ступоре.

Незаметно к ней подошла одна из ведьм. Прислонившись к трибуне возле Ники, слегка приблизилась и сделала глубокий вдох.

— Не пойму, ведьма или магиня. Тук-тук, новенькая, — девушка постучала по поверхности стола, надменно глядя на Нику. — Кто ты? Странный сладковатый запах для ведьмы, но слишком мягкий для мага. Ау! Кто же у нас тут?

Задавая вопросы, ведьма слишком близко начала приближаться к Нике. Ещё чуть-чуть и они соприкоснутся носами.

— Ну?

— Отойди! — процедила сквозь зубы Ника. Но нахалка только усмехнулась, и ноготком убрала прядь волос девушки с ее лба.

— Эй! Отвали! — воскликнула Ника, отпихнув нахалку.

— Не касайся меня!!! — тут же среагировала ведьма, — Ифиру никто не может касаться, ты — отродье людского чрева.

— Не понимаешь простых слов? — съязвила Ника, — Не понимаешь слово "отвали"?

— Ты заплатишь за прикосновение, — в этот момент Ифира подняла руку и царапнула Нику по щеке. На кончике ногтя осталась маленькая капля крови. Ведьма тут же опустила её себе на язык. Прикрыв глаза, она смаковала. Ника смотрела на девушку в испуге, не понимая, что ей теперь делать.

Испуг спровоцировал внутреннюю силу, и Ника уже смотрела на мир другими глазами. Тело девушки покрылось лёгким белым сиянием. Она смотрела на Ифиру в своём истинном душевном обличии, так, как она была видна на духовном плане. Видение шло вспышками: черно-белое раздвоенное, слишком яркое белое, нечёткое серое, слишком цветное и яркое, и так по кругу.

— Я тебя уже видела. На медитации. — сквозь резкую боль в глазах прошептала Ника. — Ты была не одна.

— А с чего ты взяла, что ведьма одна? — на Нику вместе с ведьмой смотрел Бес и ухмылялся. — Беса, посмотрим на неё вблизи.

За долю секунды сущность очутилась возле Ники. Она обхватила шею девушки грязными руками, скользя ими по горлу, гладя и обнюхивая кожу. Из гнилого рта монстра вырывался трупный запах, а глаза были наполнены кровью. Ника попыталась защититься от прикосновений, но её жалкие попытки даже не были замечены. Силы явно были не равны. Монстр, не обращая внимание на сопротивление, сильнее сжимал горло девушки, вызывая удушье. Зловонное дыхание провоцировало рвоту.

— Видящая! Ты — видящая, вошедшая в мир! — одновременно шипели Ифира и сущность.

Пальцы сущности все сильнее сжимались вокруг горла. Ника чувствовала, как стали прыгать белые пятна перед глазами, дышать стало невозможно. От страха сковало ноги и руки. Из последних сил девушка обхватила пальцы беса руками, вывернули их и оттолкнула.

— Отвали от меня, тварь. Да чтобы ты провалилась в бездну! — шипела Ника, одновременно жадно глотая воздух и отталкивая от себя беса. — Назад!

Ведьма и бес резко отступили, в их взгляде читалось безумие. Но смотрели они не на Нику, а на собственные руки. На коже Ифиры и стоящей рядом сущности стали проявляться ожоги, а на шее беса — огненный ошейник. Ведьма стала корчиться от боли. Секунду спустя и ведьма, и бес катались по полу в агонии. За мгновение кожа ведьмы в области горла и рук почернела и покрылась волдырями, а вдобавок и сама Ведьма покрылась кровавым потом. Бес выглядел не лучше, но он уже не находился рядом с ведьмой, а забился в угол. От его ошейника образовалась цепь и один её конец свободно лежал на полу.

Ника по-прежнему находилась в трансе, и не могла прийти в себя.

Остальные студентки, находившиеся в аудитории и видя состояние девушек, решили вступиться за Ифиру. Кто-то схватил Нику за волосы и ударил лицом о пол. Другие стали безжалостно бить её ногами. Всё, что оставалось — это защищаться.

В этот момент одна из ведьм решила облить Нику кипятком. Она схватила кувшин с водой со стола преподавателя. Подогрев его заклинанием до кипящего состояния, ринулась к Нике. Двое других уже держали голову девушки.

Ника видела происходящее другими глазами. Резкими вспышками она видела бесов, грязь, зловоние, все пространство было в пятнах человеческих отходов. Прямо перед ней появилось чудовище, одетое в лохмотья, на его руки капала его собственная кровь.

Слезы лились по щекам от отвращения, страха и ужаса. От омерзения она не могла шевелиться, руки и тело были словно парализовало. Все, что у неё осталось — это голос.

Над ее лицом уже держали графин с кипящей водой, вот-вот опрокинут. Она видела направленный на неё кипяток и видела, как веселились все вокруг.

— По-хорошему прошу, не надо, — мольба только вызвала ещё большее веселье.

— Сейчас позабавимся, — во взгляде обидчиков светилось только предвкушение потехи, — посмотрим, какая ты под кожей!!! Ха- ха!!!

Ещё секунда и кипяток прольётся на лицо Ники.

— Твари! Пошли вон от меня! Чтоб вы вернулись туда, откуда пришли! Мерзость! Валите к отцам своим, кто породил вас! Заклинаю! — Ника стала представлять, как этот же кипяток опрокидывается на девушку и беса. Перед её взглядом предстала картина, как они корчатся от боли. И уже на яву в нос ударил запах варёной плоти. Захваты ослабли и Ника упала на пол.

Она чувствовала, что её начало

* * *

По коридору Академии раздался истошный вопль.

А следом все, кто был рядом, кинулись в аудиторию.

В лекторском классе царил хаос. Часть студенток без сознания лежали на полу, словно сломанные куклы. Ещё одна часть прятались у окна или за трибунами, боясь пошевелиться.

Ника стояла на четвереньках. Видно было, что девушка не в себе: ее тело светилось серебристым цветом, глаза затянуты белой пеленой, она монотонно бубнила под нос проклятия.

— Ника, очнись! Ника! — Профессор Кликс старался достучаться до девушки. Его крик пробивался до сознания сквозь шум и эхо помех, будто из далека. — Ну же, иди на мой голос!

Ника с трудом моргнула. Во взгляде промелькнула осознание.

— Давай, я помогу, все хорошо, все в порядке! — аккуратно успокаивал ничего не понимающую девушку профессор.

Он аккуратно уложил ее. Взгляд девушки стал фокусироваться. Она увидела испуг на его лице, а вокруг хаос из тел.

— Не смотри, всё не так страшно, — он же держал у головы примочку, пытаясь остановить кровь, сочившуюся из раны.

Вокруг суетились преподаватели и лекари. В лекторском классе были видны следы рвоты, крови, в воздухе чувствовался запах пота и тухлого мясо.

Из-за дверей выглядывали студенты и любопытные зрители.

Вбежавшая в аудиторию Мортимора застыла в ужасе. Место учёбы выглядело как побоище.

— Профессор Кликс, что за... — речь ректора оборвалась от открывшейся картины. Мортимора не могла подобрать слов от увиденного, — Что здесь произошло? Сколько учениц пострадали... Кто?

— Десять, вроде десять. Лекция закончилась. Я вышел из аудитории. Через минут пять увидел, как Тиния бежала в панике по коридору. Она кричала, что с новенькой затеяна драка и Ифира пострадала. Я отправил её за лекарем и вами, а сам побежал сюда. Когда пришёл, студенты уже корчились в муках боли, а Ника... тише, — вместе с рассказом профессор вытирал кровь с лица Ники, успокаивая её, — она в бреду отправляла всех туда, откуда они пришли. Лицо залито кровью, одежда разорвана. Я попытался чуть успокоить её. Ещё несколько секунд назад вокруг чувствовалась энергия. Я такое раньше не встречал.

К профессору Кликсу подошли два студента целителя.

— Профессор, мы можем унести Нику в лечебный корпус и окажем ей помощь.

Профессор позволил им уложить девушку на носилки. Под общие взгляды зевак её, как и других, унесли из аудитории. Мортимора последовала за ними.

В лечебном корпусе все суетились. Профессор Лекари осматривала каждого, назначая лечение камнями и артефактами. В основном направляя энергию на восстановление физической формы и предотвращение утечки жизненных сил. Осмотры и первая помощь заняли около часа. Всем пострадавшим было назначено лечение.

Профессор Лекари, маг по артефактам, восстановлению и целительству, сидела за столом, руками прикрыв лицо. Мортимора тихо зашла к ней в кабинет, присела в кресло.

— Лекари, что скажешь? — Мортимора задала вопрос прямолинейно.

— Я такого давно не видела. Нет, пожалуй, я такого никогда не видела, — задумчиво выдохнула профессор. — Ифире и её силам нанесён большой вред. Её родовой бес пострадал. Ника фактически отделила родового беса от ведьмы и сейчас он не служит ей. Необходим отдельный призыв для нового служения. А чтобы призвать родового беса и привязать его — это... Хотя что я тебе рассказываю — ты и сама знаешь. Это и отдельный ритуал, и отдельный контракт, и отдельная плата. Скорее всего откат за преждевременный разрыв контракта уже весь род почувствовал. Дальше, Кипира — та, что очень активно попыталась навредить Нике — она в тяжёлом состоянии. Её тело не пострадало, но я не чувствую ее ауру, будто речь идёт об оболочке. И её силы ведьмы, нужна сфера, чтобы определить, есть ли ещё эти силы в принципе. Все другие пострадали меньше, но что-то вытягивало их энергию. С трудом удалось остановить эту утечку. Восстановятся они или нет, неизвестно.

— Пострадало девять ведьм, и двое в тяжелейшем состоянии. А Ника, её состояние?

— Переломы рёбер, небольшие раны, ссадины и синяки, сотрясение. У линии волос пришлось сделать шов. Энергетически восстановить кожные покровы не получилось. К ней вообще не подключается энергия восстановления.

Мортимора присела на свободный стул и устало закрыла глаза.

— Как она смогла так поступить? Это невозможно. Лишить силы за одно касание. Причем так координально. Ифире придётся учиться жить заново. Она одна из одних перспективных ведьм.

— Была, — уточнил Лекари. — Теперь освобождена от силы. Если хочет, может вновь заключить сделку. Вопрос, захочет ли...

— А оболочка?

— Как это объяснить, не знаю. А тебе, Мортимора, ещё и с родителями объясняться.

— Радует, что они сами инициировали. В уставе Академии написано чётко, что зачинщики драки самостоятельно несут бремя последствий, — вслух проговорила мысли Мортимора.

— Только это и беспокоит? — выразительно посмотрела Лекари, — но ты права. Драку начали они.

— Мы недооценили Нику. А ведь в письме ее покровитель написал "редкий талант". Так в чем её сила, а? При взаимодействии с темной ведьмой она воздействует прямо на внутреннего демона? Так?

— Не знаю. Без дозвола определять, кто она — не буду. Но учить ее обязательно необходимо. Твоя недоработка, Мортимора.

— Лекари, виноваты ученицы с их желаниями, а не я. Нике ещё простительно, а вот юным ведьмам — нет.

Глава 11. День третий. Последствия необдуманных действий

На следующий день школу атаковали обеспокоенные родители. Все они получили на почту письма о произошедшем с требованием возместить ущерб Академии. Основной удар принял на себя помощник Мортиморы — Феликс. Именно ему пришлось объясняться, как так получилось, что одни из перспективных ведьм лишились сил, а родители за это должны ещё и заплатить.

Сама Мортимора сегодня спешно покинула Академию. Она направлялась в лечебницу к мастеру Магибусу.

В кабинет главного целителя она ворвалась как ураган.

— Как ты мог, — крик Мортиморы разнёсся набатом ещё до того, как за ней закрылась дверь. Прямо с порога Мортимора кричала, — Ты знаешь, что она натворила?

— Что с Никой? — беспокойно уточнил мастер.

Мортимора выдохнула. После медленно рассказала о произошедшем. Спокойствие давалось ей нелегко. Местами она начинала активно жестикулировать и кричать, потом сбавляла тон, но через минуту начинала сначала.

— Магибус, пострадало ДЕВЯТЬ учениц.

— А Ника?

— Она тоже, но не так, как ты себе можешь вообразить. Она смогла буквально разорвать фамильный контракт с родовым бесом. Ты понимаешь, что это значит? Кипира пострадала ещё сильнее. Ее силы, возможно исчезли. От

— А сама Ника? — мастер Магибус перешёл на крик, пытаясь узнать состояние девушки.

— Да что ты заладил: "Ника" и "Ника", — Мартимора ходила по кабинету туда-сюда. Высокие каблуки отстукивали нервный ритм движений. — Она тоже пострадала, но так как её потенциал не известен, то точно и не знаем, насколько сильно. Переломы и сотрясения. Но не смертельно. А в ментальном плане, ей ни одной атаки не нанесли. Припугнуть хотели, а она напала первая, имей в виду!

— Я не наивен, Мортимора. Ученицы ВАРа всегда преследуют цель, когда нападают. И судя по количеству пострадавших — напали стаей. Против одной. Разве не так?

Мортимора стыдлива опустила глаза. На это она возразить ничего не смогла. Пришлось сесть на кресло и прямо, уже без истерики, смотреть на мастера.

— Ты мог меня предупредить, Магибус.

— А разве не предупредил? Я же сказал, Ника — редкий талант. Ты моя ученица. И поэтому Нику я отправил именно к тебе. Неужели не догадалась? И не устраивай мне истерик. Посредственность я бы к тебе не направил. И сейчас ты должна стать учителем для неё.

— Ты же знаешь, я не беру учеников.

— Но она особенная. Помоги ей.

— А чем же она особенная?

— Мортимора, я не могу сказать.

— Почему?

— Я не знаю её дара, — покачал головой Магибус. — Но ты должна создать условия для его раскрытия.

— Как я могу учить и не знать чему?

— Тебя же я научил. Вот и ты теперь учи её. И не нужно её учить чему-то конкретному, а вот базовые знания дать надо.

— Магибус, о чем же ты меня просишь? — устало спросила Мортимора, но скорее это был риторический вопрос, и не требовал пояснений.

* * *

"Я чувствую его приближение. Страх сковывает, не даёт пошевелиться. Он ощущается физически. Голова, болит голова... Он пытается пробиться через мысли. Именно там наибольшая пульсация. Должна быть защита. ЧИТАЙ, ЧИТАЙ!!! Крик в голове заставляет повторять заученные слова Тиара: "Силой мне дарованной, признаю тебя одною великою, покровительством силы моей и духа моего, позволяю питать и наполнять меня, и защита твоя охраняет всю Меня, и Тело, и Душу, в Пространстве и Времени, на Небе и Земле, среди Друзей и Врагом, среди Мыслей и Помыслов, Осознанных и Неосознанных. Принимаю. И Защиту мою не пробить ни снаружи, ни изнутри. Закрыто". Я повторяю слова снова и снова. Они звучат, как мантра. Я растворяюсь в собственных словах, безусловно доверяя им, наделяя их статусом молитвы. И снова, и снова, и снова. Не помню, сколько времени мне понадобилось, чтобы понять, что опасности нет, чувство страха и ужаса прошло. Но может быть оно затаилось? Я прислушалась к себе, ища отголоски паники. Но нет, мои мысли чистые и ясные, в них нет страха, а только уверенность, что мне ничего не грозит. Он ушел. Сегодня он ушел".

Тело прошиб пот. Стук сердца отдавался в ушах. "Что это было? Сон? Не похоже на сон".

Ника открыла глаза. Резкая боль и жжение тут же заставили её зажмуриться. Любое движение отдавалось спазмом в виски. Все нервные окончания вдруг стали деревянные и малейшее усилие ощущалось как трение.

— Доброе утро! Если оно доброе, — у окна стояла Мортимора. — Ты спала сутки. Как себя чувствуешь?

Девушка только кивнула на такое приветствие, хотя это далось ей с трудом.

— Два неполных дня и столько проблем. Ты знаешь, что произошло?

Ника слегка задумалась. После странного сна, прошлые события вспоминались урывками.

— Драка. Я защищалась, — все же Ника осмотрелась. Она находилась в белой комнате.

— А как ты защищалась? Ты разорвала родовой контракт с бесом одной ученицы, а силы другой практически исчезли. Слава богам, не до конца. Ничего не хочешь пояснить?

— Я повторюсь, я защищалась. Сами же посоветовали — не умереть. И я постаралась. Или надо было позволить себя изуродовать? Вы сами хоть раз видели тех, кто стоит за ведьмами?

— А ты?

— А я вижу. И это не безобидные тени.

— Очень страшно?

— Да.

— Поверь, ты ещё даже рядом не стояла с тем, что действительно страшно. Поэтому советую тебе вести себя спокойнее.

— Нет. Я защищалась от монстров. И не подумаю отступать впредь. Даже если мне все кости переломают.

Мортимора внимательно смотрела на Нику. Смотрела и молчала.

— Хорошо, — задумчиво согласилась ректор. Постукивая пальцами по подоконнику, молчаливо изучала девушку, но через минуту продолжила, — профессор Лекари сказала, что ты здорова, если не брать в расчёт синяк на пол-лица и перелом ребра. Синяк залечить даже не пытались. Все силы ушли на залечивание перелома. Твоя энергия не разрешает тебя исцелять другим. Возможно, когда ты в сознании, то сможешь контролировать этот процесс. Поэтому ни синяк, ни перелом ребра не закончили. Наложили тугую повязку. Обезболили. Но не особо радуйся. Если ты не чувствуешь боли, не значит, что её нет. Как поправишься, можешь возвращаться к занятиям. Учитывая ситуацию, расписание немного измениться. Понятно?

— Понятно, — вслух произнесла Ника, но в мыслях все же спросила: "Не болит? Это называется не болит? А как тогда ощущается то, что болит?"

— Отлично. Выздоравливай. И Ника — постарайся никого не убить. Готовься к занятиям. Болезнь — не повод не учиться.

С этими словами Мортимора покинула палату.

Как только она ушла, в палату вошёл Ушани.

— Ну Ника!!! Вся ВАРа гудит о том, как ты разделалась с Ифирой. Ты как? Выглядишь паршиво.

— Спасибо. Ты галантен. И комплименты умеешь делать. Сейчас оденусь и пойду учиться.

— Какое тебе учиться? Завтра уже. Я тебе пару книг принес — почитаешь. Сейчас можно на обед. А потом в комнату на отдых. Приступишь к занятиям завтра. Ох и синячище!!! Обедать идём?

— Я думала, что ты мне обед сюда принесешь! — саркастически заметила Ника, и вдруг спохватилась, — а, Ушани, библиотека!!! Я же книги заказала и не забрала. Аж ты ж!!!

— А я то чё? — удивился парень, но после покорно добавил, — ладно, корректировка планов. Сразу библиотека.

— Сильно страшно выгляжу?

— Ну если привыкнуть... — критично осмотрел её Ушани, — то всего лишь небольшой синяк. Двигаться можешь? Давай пройдёмся в столовую? Или в библиотеку сначала?

— Дай ответить! Могу и двигаться, и ходить! И лучше наоборот! Сначала в столовую, потом в библиотеку. Я кушать хочу, — в подтверждение слов живот Ники издал тихое голодное урчание. — Можно?

— Можно, — улыбнулся Ушани.

— Тогда пошли, — кряхтя поговорила Ника. — Помоги мне встать. Ой, как больно!

— Справишься?

— Постараюсь. Ушани, я такая голодная. Пошли уже!

* * *

В столовую Ушани и Ника пришли

Ника с трудом села на стул, абсолютно игнорируя отстранённое поведение соседки. Тело, хоть и не сильно, но болело, а в добавок — не слушалось. Каждый сустав сгибался словно на ржавых шарнирах.

— Принесешь? — Ника жалобно посмотрела на друга.

Ушани только кивнул и побежал за обедами для них двоих. А Ника нервно поглядывала по сторонам.

— Чего опасливо смотришь? — Ушани поставил перед ней поднос с едой. Источая ароматы, на нем дымился наваристый куриный бульон, картофель с подливой, а также салат из редиса, отдельно принёс чай и пирог.

— Как-то завтрака хватило и возвращаться сюда не было желания.

— Обед другой. Вполне неплохо. Ну-с, — Ушани хлопнул в ладоши и взял в руки одновременно ложку и вилку. — Пока ты в бойнях участвовала, я почти обжился. Тут неплохо.

Остатки фразы тонули в едой набитом рту.

— Я и вижу. Вон, на тебя смотрят с ненавистью, — махнула Ника в сторону столика с магами, с которыми ещё пара дней назад была стычка.

— И что? — как ни в чем не бывало, Ушани просто пожал плечами. Его больше волновало, как разделаться с обедом. Не особо заморачиваясь, он взял тарелку с бульоном и отхлебнул прямо из нее.

— Вкусно?

— Мг. Аккуратно, горячее, — с набитым ртом, сёрбая бульончик, предостерёг Ушани.

Ника присоединилась, но не успела насладиться обедом, как к столу подошла ещё одна группа ведьм.

— Ириса, у тебя новые друзья? — Мелодично задала вопрос ведьма, заботливо уложив руку на плечо девушки.

Ведьма была словно икона стиля: светлые волосы аккуратными волнами спускались по плечам, идеально ухоженное лицо с лёгким румянцем, яркие зелёные глаза и розовые губки. Ни одного изъяна ни во внешности, ни в одежде. Ни одной складочки на юбке. Почти ангел.

Ириса, так звали девушку, что сидела за столом, просто смахнула руку незваной гости.

— Ну что ты, не рада мне? — словно невинное дитя, пропела "почти ангел".

Чуть наклонившись к тарелке, она что-то прошептала, отчего в тарелке Ирисы появилось шевеление, с каждой секундой все более усиливаясь. На стол стали вываливаться черви: белые, красные, толстые, тонкие. Ириса испуганно вскочила из-за стола, в глазах её застыли слезы. Это вызвало смех группы девушек. Они стояли в двух метрах и наблюдали за происходящим. Похоже это была группа поддержки "почти ангела".

— Хватит уже, успокойся, — сказала Ника, обращаясь к красавице.

Ушани руками стал собирать червей обратно в тарелку. А после поспешил вынести из столовой.

— Я просто подошла поздороваться. Вежливость — это волшебное качество характера, — как ни в чем не бывало, пропела "почти ангел", невинно махнув при этом пушистыми ресницами.

— Я сказала, хват...

— А то что? Что ты мне сделаешь? — нагло уточнила провокаторша. За стычкой уже стали наблюдать все, кто был в столовой.

Ника молча смотрела на ведьму, а в голове разворачивалась буря из эмоций: "Не могу сказать, что сделаю, ведь и сама не знаю, что могу. Но ведь что-то же я могу".

— Вот и сиди на ровном месте, не встревай, — "почти ангел" ткнула в неё пальчиком.

— Как же достали! — Ника прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, затем медленный выдох. И теперь Ника смотрела на ведьму своими белыми глазами. Перед ней предстала душа ведьмы, как она есть на самом деле: лицо покрыто бородавками, кожа вся в рытвинах от болезни, патлатые волосы, длинные уши.

Ника схватила девушку за руку и крепко ее удерживала. "Похоже, не все видят её такой! А если всё же увидят?"

Потребовалось две секунды, что бы "почти ангел" предстала перед всеми, как она есть. Возгласы отвращения прокатились по столовой. А девушки, ранее смеявшиеся над шуткой, молча таращились на подругу.

— Мне кажется, сейчас, в своём истинном обличии, ты выглядишь настоящей, — злорадно подытожила свою работу Ника.

— Что ты сделала? — в голосе послышалось настороженность. "Почти ангел" стала ощупывать себя кончиками пальцев, цепляясь ими за выступающие бородавки и волоски. — Верни все как было! Тварь, верни как было. Нет, это она! Не я! Я не такая! Верни всё на место.

Крича, девушка пыталась вырвать руку из захвата, но никак не удавалось. Ника смотрела на неё в трансе. После нескольких секунд все же отпустила её.

— Ещё раз выкинешь что-то подобное, ты будешь ходить такой всегда, — клятвенно заверила собеседницу Ника.

После того как "почти ангел" освободилась от захвата, все опять стало на места. Перед всеми предстала белокожая красавица. Правда в слезах, бледная и с трясущимися губами, но красавица.

Ника оставила поднос и направилась к выходу. Собирая остатки пирога, Ушани старался не потерять ее.

Ника, думая что уже почти готова ко всем нападкам ведьм, но вот летящей кружки чая в голову — не ожидала. Металл больно ударил по затылку, заставив девушку пошатнуться. А следом в неё полетел поднос с едой, вывернув все на одежду.

— Видимо, злючка решила пойти в рукопашную, — Ника обернулась медленно. Но обидчицы уже и след простыл. Ее подружки спиной пятились к запасному выходу, стараясь не попасться на глаза Ники, — быстро однако, убежали.

В столовой воцарила тишина, нарушаемая чавканьем Ушани, который громко сёрбал чай и доедал пирог.

— Пошли, — Ника махнула Ушани рукой, предлагая пойти. И тот, схватив пирог, последовал за девушкой.

Ника только успела открыть дверь и сделать шаг на выход, как неожиданно уткнулась в грудь парня. Она подняла голову и встретилась взглядом с прозрачными серыми глазами. Этого юношу она узнала, ведь он и его друзья уже обидно подшучивали над ней после занятия по силовому сопротивлению.

— Надо же, как отделали. Уверена, что ты правильно академию выбрала? — спросил юноша. — Отбили, как котлету.

— Отойди.

— Если не можешь постоять за себя, зачем начинать? Сначала провоцируешь драки, а потом на жалость давишь. Тебе бы дома рядом с мамой сидеть.

— Ты ничего не знаешь, — Ника смотрела на слишком заносчивого парня.

Тот не отвёл взгляд, а наоборот, смотрел на неё в упор. От его внимания у Ники мурашки пошли по всему телу.

Он наклонился к ней слишком близко. Его глаза смотрели прямо на неё, а губы практически касались её губ. Ника даже пошевелиться боялась.

— Тебе здесь не место. Ты нам не ровня, — выдохнул он ей прямо в лицо. После юноша выпрямился.

Ника первой опустила глаза и обогнула его

— Ещё и трусиха, — в спину ей полетели оскорбления.

Девушка выбежала из столовой и шла куда глаза глядят.

— Ника, подожди, — сзади ее догонял Ушани, — не расстраивайся, с кем не бывает!

Он тихонько положил руки на её плечи в попытке успокоить. Девушка резко развернулась, отпихнула от себя друга. Она смотрела потеряно и обозленно.

— Я и "не расстраивайся"? С кем не бывает? — тон ее голоса переходил от шёпота к крику. — Со мной никогда раньше не бывало! Да меня в жизни не били и не оскорбляли! Да, сторонились и обходили, но не унижали!!! И есть люди, которые меня любят, и скучают, и ждут!!! А ты мне говоришь "не расстраивайся"!!! Я не сделала ничего, что бы это всё — развела руками вокруг себя девушка — заслужить. Но и ты не помог мне!

— Я просто не успел...

— Что не успел? Поесть? Смотрел, как и все, спектакль? Я даже не умею защищаться. И не знаю как.... А ты не успел? Ты знаешь этот мир, а не я! И не успел?

— Прости, — протянул он руку к ней

— Не подходи, — Ника сделала шаг назад, — я хочу, чтобы отошел от меня на расстояние и не приближался! Мне надо побыть одной.

* * *

Синяк на правом глазу, красная роговица, разбитая губа, ссадины на скуле — такая красавица смотрела из зеркала на Нику. Раны ощущались так, будто кто-то прыгал по ней сверху. Перелом ребра и синяки по всему телу не позволяли даже двигаться. Как она вообще передвигалась час назад?

Откинувшись в кресле, Ника смотрела в потолок.

— Достало всё, — она прикрыла глаза. Нападки и побои довели девушку до истерики. Её плечи начали ритмично вздрагивать, послышались всхлипы, а следом полились слёзы. За все время это была ее первая истерика. Что бы заглушить истерику, Ника закрыла лицо подушкой.

— Долго плакать будешь? — резкий мужской голос прозвучал неожиданно. — Вставай, пошли на тренировку.

В дверях стоял преподаватель — мастер Рон Сирп.

— Не хочу. Хочу домой. — Ника смотрела на него, размазывая слезы.

Он подошёл и внимательно стал изучать её.

— Синяки — дело поправимое. Ребро профессор Лекари залечит. Просто позволь вмешаться другому энергопрактику. Твоя защита не пропускает чужую энергию.

— Не хочу.

— А никто не спрашивает, что ты хочешь. Ведьмы и маги всегда будут тебя испытывать. Никто не понимает, кто ты и твои возможности. Ты их скрываешь. Я прошёл стычки на охране двух миров. Я знаю, о чем говорю. Сейчас ты уступаешь им: не хватает знаний, сил, ты не тренирована. Но это пока. В тебе огромный потенциал. Так что вставай. Не дай им увидеть тебя на земле. Тренировка через два часа. Я жду, — после этих слов он ушёл.

Только звук захлопывающейся двери и остался.

Вытирая слезы, Ника просто сидела. Все болело. Особенно ребра. Через пять минут она выдохнула и встала с кресла. Через минуту с трудом вышла из палаты и подошла к лекарю.

— Я ухожу.

— Перелом залечить?

— Да.

— Тогда садись. Позволь проникнуть потоку и направить энергию на исцеление. В бессознательном состоянии не получилось. Видимо, твоя защита охраняет тебя, — профессор Лекари медленно залечивала перелом. Судя по испарине на лбу, эта процедура, как и Тиару в своё время, далась ей не легко. — Готово. Ника, синяки я не залечивала. Всё же это движение другой энергии, направленной на заживление. Смешение энергий в теле мага — это яд, но от него ты будешь чувствовать себя прекрасно. Все реагируют на него по-разному. Не злоупотребляй. Тело будет просить ещё. Потерпи.

— Хорошо. Я запомню.

— Тогда больше не задерживаю. Вот возьми немного лаванды, полыни и зверобоя. Смоление поможет. Это успокоит.

— Спасибо.

После лечения девушка уверенно шла на тренировку. Место перелома чесалось нестерпимо и горело, но ощущалось в теле эмоциональным подъёмом. Хотелось что-то начать делать здесь и сейчас. С тех пор как силы пробудились и она становилась сильнее с каждым днём, чужие энергии стала ощущать острее. "Так вот, как ощущается дополнительный источник энергии!!! О сложности лечения говорил и Тиар. Но только умолчал о том, что чужое вмешательство — это еще и дополнительный источник подпитки. Интересно, почему? Привыкание или требование новой порции?"

* * *

Рон Сирп находился на стадионе.

— Готова. — Ника подошла к преподавателю.

Он одобрительно кивнул. Через несколько минут подошёл Ушани. В его глазах было сострадание.

— Ник, я...

— Проехали. Что по плану тренировок? — Нике было больно. Ещё и его мучения сверху ей не нужны. Пусть со своей совестью договаривается сам. Думает, что прощение попросил и все завершилось. Сегодня Ника не хочет никого ни в чем прощать. Свои муки совести пусть оставит себе, а не перекладывает на простое "прости".

— Хорошо, — утвердительно махнул он головой.

— Итак, для вас я теперь тренер, — начал разговор преподаватель. — Сегодня по плану бег один час. После начнём отрабатывать приёмы самообороны. Ника, в пару к тебе пока поставлю Кижа, вон тот парень.

Дальше преподаватель Сирп подозвал парня.

— Иди сюда, смотри. С этого дня отрабатывает с ней правила по самообороне. Начальный уровень. Час в день.

— Ну тренер, я отстану...

— Если бы нагонял, то отстал. А так базу сам еще не отработал. Сейчас со всеми, потом с ней. Понял? — В голосе слышалась угроза без возможности отказа.

— Понял, — обречённо согласился Киж.

— Ушани, — обратился преподаватель Сирп ко второму подопечному, — ты после пробежки идёшь в подготовительный состав. Понятно?

— Но я думал, что буду заниматься с Никой, — Ушани нервно переводил взгляд с подруги на преподавателя, ища поддержки прежде всего у неё.

— В другом месте думать будешь. А сейчас за тебя уже подумали. Некому вас учить индивидуально, понятно?

— Мг, — обречённо мотнул головой парень.

— Сразу после пробежки жду тебя там. Сдвоенник Кижа будет твоим напарником.

Раздался свисток, что означало конец разговорам и начало занятий. Ника и Ушани побежали. Лёгкий бег был действительно лёгким. После лечения даже зудящие ощущения в теле не мешали. Ника внутри ощущала себя так, будто горы готова свернуть. Все хотелось сделать быстрее, выше, дальше. После пробежки место Ушани занял Киж. Он стал показывать ей базовые знания. В основном это были упражнения на баланс.

— Сейчас определим твой уровень подготовки. Хотя я уже вижу, что нулевой. Нет пластичности, нет баланса, ничего нет. Но мы будем стараться. Так, здесь держи чуть дольше и дотягивай мышцу — Ника старалась не съязвить. В конце концов он же помогает. Но его бубнеж... выбешивал, — и мышцы слабые,

Ника эмоционально не могла уже слушать, что в ней было не так.

— Ты не готова. Сейчас будет силовая нагрузка на самые слабые мышцы, тело не сбалансировано.

"Ну и ценитель женских тел" — Ника внимательно посмотрела на Кижа. Видимо, что-то в ее взгляде заставило его слишком быстро свернуть свою речь и только вставить ремарку:

— Но на занятиях все поправим.

Нике оставалось терпеть, что бы не попытаться прибить этого нытика. Навряд ли у неё бы получилось. Ушани в это время занимался с другой группой.

* * *

После тренировки Ника с трудом вернулась в комнату. Её появление вызвало замешательство.

Девочки сразу бросились к ней, охая и ахая. Кто-то принёс тёплые влажные полотенца, чтобы обвернуть руки и ноги, кто-то стакан воды.

— Всё так плохо? — обречённо спросила Ника.

— Нет, не плохо.

— Просто ужасно. Кто тебя из лазарета выпустил? Ты бы себя видела...

— Да, видела. Я не знаю...что мне делать, — слезы полились из глаз, — когда отпускали, вроде нормально чувствовала, сейчас навалилась усталость и болит все, и я не знаю... страшно.

Шора включила тёплый душ и девочки запихнули туда плачущую Нику.

— Горячая вода поможет расслабиться. Давай. Десять минут, потом выходи.

После девчонки втёрли ароматное масло в кожу, укутали в одеяло и сказали спать. Ника лежала, как в коконе. Вокруг пахло цитрусом, лавандой и лёгким ароматом трав. Они успокаивали. Но появилась жалость к себе. Всего два дня, а она уже сомневается в одном единственном друге. Но с любым сомнением надо переспать. Утро вечера мудренее.

*Смоление — метод очищения дымом (прим. автора)

Глава 12. Взаимодействие

"Я иду по коридору. Темно, сыро, запах плесени. Серый камень слегка отражает свет. Но ему неоткуда здесь быть. По обе стороны от меня стоят статуивтри-пятьметроввысотой. Онисловно замерлина постаментах, есть таблички, но не подписаны. Не разобрать лиц, видны мускулистые очертания тел, массивные плечи и руки, крылья, хвосты. Но ноги похожи на ноги животных, парнокопытных. Тело человека, а низ — животного. На телах набедренные повязки, хотя скорее они напоминаютлохмотья. Надо рассмотреть лица. Вроде видны рога, в форме серпа, закрученные назад. Я слышу дыхание, чьё-то дыхание. Не могу рассмотреть лиц, слишком темно. Я сделала шаг по направлению к одной из статуй. Она может шевелиться или мне показалось? Не понятно, двигается ли. Что это за лицо? Шаг вперёд... Не разобрать... Ещё шаг..."ВСТАВАЙ!".

Так резко Ника глаза не скрывала никогда. "Что за странный сон. И кто так кричал? Ерунда какая-то". Ника махнула головой, пытаясь отогнать ночное наваждение.

В комнате было тихо. Уже светало.

— Ну как себя чувствуешь? — в дверях стояла Шора и пила какао. — Покажись. О, синева прошла, чуть глаз красноватый, но не сильно.

Ника, не отошедшая ото сна, смотрела по сторонам и не понимала.

— Так как чувствуешь себя? Не проснулась? Чего потерянная такая? АУ?

— Я... Нормально вроде, — хлопнув глазами, Ника пришла в себя.

— Ну просыпайся. Пойдём завтракать.

— Хорошо, сейчас.

Ника встала с постели и направилась в ванную, к зеркалу. Она внимательно изучала своё отражение.

— Все зажило. Невероятно!!! — девушка рассматривала себя и не могла поверить. — Следов почти не осталось. Ну чуть лопнувший сосуд можно и не считать. Синяки прошли. Ребра ещё чешутся, но по сравнению со вчерашним — это пустяки.

Выйдя в общую комнату, она ошарашенно смотрела на соседок.

— Всё прошло?! — удивлённо ещё раз переспросила.

— Ну да, — ей ответили в том же тоне, — А почему ты так удивляешься? Ты же обладаешь силой, значит и исцеление твоё идёт быстрее.

— Ааа, понятно.

Вопрос Ники вызвал недоумение и девушки переглядывались между собой.

— Завтракать будешь? — Лига застыла с тарелкой.

— Да, буду, — ответом ей был утвердительный кивок.

— Что у тебя сегодня?

— Лекция по... по... по... Забыла, что-то с глиной и...

— Магия артефактов. Взаимодействие глины и металлов. На первом курсе изучают создание ведьмовских инструментов, таких как големы из глины и грязи, ведьмовские путы из паутины и металла, — перебила ее Шора. — Это если по-простому. И чему ты там будешь учиться?

— Судя по названию, создавать артефакты. Какой самый первый артефакт ведьмы?

— Котелок! — хором ответили девушки.

— Захватила его из дома? — шёпотом спросила одна из близнецов.

— У меня его не было никогда, — пожала плечами Ника.

— Как не было?

— Ну...так.

— А как же ты без него?

— Подожди, — прервала ее речь Шора, — ведьмовской котелок создаётся ещё детьми в возрасте лет десяти.

— Ну... у меня нет. А на паре я смогу его сделать?

— Нет.

— Слушай, ну у всех же есть.

— Да у меня вообще много чего нет. Там, откуда я родом, все, что связано с магией, свободно не купить.

— А это где?

— А материалы для создания котелка ты купила? — намазывая масло на хлеб, спросила Шора. Она полностью игнорировала интерес других соседок к месту, откуда родом Ника.

— В смысле?

— Первый Ведьмовской котелок — это артефакт. Туда вплетаются все чаяния, надежды, эмоции, разочарования, радости. Он особенный. Да, тебе расскажут общие этапы создания, дадут базовый материал. Но из этого материала ничего не сделаешь. Если у тебя до сих пор нет своего котелка, тогда ты должна его создать. А первый свой котелок создаётся для самой ведьмы. Значит, надо выбрать особенный материал для себя.

— А я и не знала. И я не смогла зайти в магазин. Как-то в свете последних событий не успела.

— Да уж... Мы слышали.

— Да все слышали!

— Ника, тогда сегодня просто послушай лекцию, а приступать к созданию будешь потом.

— В студенческом магазине все есть?

— Там достаточно. Экзотические материалы ты не купишь. Денег не хватит. Специальные прутья для плетения достигают в цене до 100 золотых монет.

— Не, мне до таких денег далеко.

— Но и брать то, что предлагают, не советуем. Тогда...

— Тогда сегодня просто слушай, — подытожила Шора.

* * *

Лекция по магии артефактов была в классе, полном мусора и хлама. Это был большой кабинет с кругами для гончарного дела, металлическими прутьями, камнями, разными видами глины, земли, песка. В чанах стояли разная по внешнему виду вода: морская, болотная, родниковая. Отдельно — животные элементы птиц, пух, перья, когти, а также прочая болотная живность.

Возле гончарных кругов стояли огромные чаны с глиной.

Когда Ника зашла в кабинет, все присутствующие находились по своим местам. Отдельно стояло только одно место. Ника проследовала туда в тишине.

Полная миловидная дама начала свой рассказ о роли глины в приворотах и заклятиях. Энтузиазм

— Милые дамы, Ника. Я очень рада вас видеть на своей лекции. Меня зовут Авата. Вы только начинающие ведьмы, некоторые с опытом, но все же только в начале своего пути. И здесь мы изучим каждый материал, каждое его сплетение и аморфизацию. Итак, тема нашей лекции — глина и её свойство в заклятиях. Сейчас я буду рассказывать о её свойствах. К сожалению у нас несколько разный уровень, но не переживайте, Ника — мы все наверстаем.

Итак, глина — это самый пластичный и податливый материал для големов, создания артефактов, запечатывания болезней. Глина — это дар земли, дар плодородия, роста. Это самое простое, что можно использовать для создания целительских артефактов и оберегов. Вплетая в глину нити металлов, вы создаёте неповторимый амулет. Глина — это первая ступень защиты и фильтр. И важно научится с ней работать. Перед вами виды глины: чистая и с песчаной примесью, розовая, красная, белая, голубая, болотная. Сейчас над каждой мы поэкспериментируем. Ника, вы только смотрите, помните об этом. Девочки, вот глина, взятая на болоте. Понюхайте... Ага...

— Фу, воняет!

— А теперь, создадим карман для высасывания злого влияния. Все сегодня медитировали?

— Да.

— Нет.

— Да.

— Кто сказал нет? О, Игриса, подойди. Твоя задача, создать из болотной глины что-то вроде кармана, заземлить свою энергию и снять её часть. Болотная глина сама заберёт то, что ей роднее, созвучное по запаху гноя, по составу разложения. Пробуй. Позволь чужой энергии уйти в глину, — наставляла преподаватель.

Ника за спинами девушек смотрела на процесс снятия разрушающих программ.

— Так, первое, создаём форму. Ага... Теперь создай заклятие, направляя силу на создание артефакта, закрытие кармашка. Артефакт готов, теперь канал по оттоку, вот так... закрытие канала. Запечатывание. Благодарность за создание и жертву. Отлично. Не касаясь руками относим сей кармашек в топку. Молодец, — преподаватель контролировала каждый шаг подопечной.

— Девушки, через восемь часов программа кармашка уничтожит деструктивную установку. Все понятно? Чудно. Так, лёгкость этого метода осложняется хрупкостью исполнения. Не все возможно и допускается к сжиганию. Мелкие подлянки — да. Но вот с чем-то более тяжёлым могут возникнуть проблемы. Сжигать нельзя, но и хранить опасно. Как только кармашек разобьётся, все, что туда положено, вырвется. И как порча заземлится, и в ком, неизвестно. Очень часто можно встретить большие кувшины. Не стоит туда лезть, если не знаешь содержимого. Даже душу можно запечатать в таком кувшине. Будьте очень аккуратны. Девочки, теперь ваша очередь создать такой кармашек. Начинайте. А вы Ника, пойдёмте. Вот ваше место и вы начнёте с того, что просто помешаете глину и почувствуете её. Сегодня попробуйте на ощупь каждый вид, посмотрите ощущения. И запишите их. И вы должны описать, почему каждый материал так себя ведёт. Понятно?

— Да, пока всё предельно ясно.

Преподаватель оставила её одну. Ника стала размешивать в руках глину, пробуя размять её с песком, с водой, с тёмной грязью. Грязь и грязь. Никаких посторонних ощущений. Но в руках материал вел себя по-разному. Красная глина никак не становилась однородной, расслаивалось. Синяя — наоборот, словно пластилин, принимала любую форму, белая крошилась. Интересно.

Сам процесс заинтриговал. Незаметно прошло время.

— Ну как? — с улыбкой поинтересовалась профессор.

— Они разные и в руках ощущаются по-разному.

— Какая глина в твоих рука вела себя более податливо?

— Голубая и Белая.

— Очень хорошо. Тогда попробуй создать что-нибудь из белой глины, — преподаватель нежно вложила Нике в руки кусочек белок глины, сжала его в её руках и жестом подбодрила начать.

Ника из всех форм попробовала создать маленького младенца. Аккуратно вылепила голову, тело, подтянула ножки и ручки.

— О, какой амулет! Младенцев всегда создавали как амулет на плодородие. Маленький младенец из белой глины, он почти как настоящий! У вас талант просто. Надо же, глаз не оторвать!

— Да уж, несколько лет колледжа искусств не прошли даром.

— Что?

— А, нет, ничего... Вы про младенца говорили.

— Если сделать из него артефакт, и зарядить энергией, то получится прекрасный амулет. На занятиях по артефактам тебя будут учить, как их создавать, какие силы вплетать и где их брать. Но могу уже сейчас сказать, что твои задатки поразительны. Ещё поработай с глиной. Почувствуй, с какой легче. Стоит выбрать материал, который вплетёшь в свой первый котелок ведьмы. Я обязательно расскажу тебе о том, как ты его создашь. Но это позже, не сейчас. Почувствуй каждый материал, чтобы знать, чему отдаёшь предпочтение.

Занятие длилось ещё какое-то время. Ника продолжала работать, одновременно делая пометки в конспекте. Как ни странно, но работа с землёй вымотала, будто энергию высосало, опустошение соседствовало с расслаблением.

— Всем легче? Да, я вижу по вам, что легче. Рассеянный материал забирает энергию рассеянно. Усталость и радость, злость и энергию. Всё вперемешку. А здесь весь материал перемешан, и тот, что работает с тёмными программами, и тот, что со светлыми. Вот сейчас вы на себе испытали действие рассеянной силы. В будущем, всегда сможете это чувство узнать. Поэтому работать необходимо дозировано, и строго с теми целями, которые хотите. Понятно? Чудно. На следующем этапе мы работаем с водой. Поэтому жду вас с нетерпением, девочки мои. Ника, вы останетесь.

Девушки неспешно мыли руки и покидали аудиторию. А Ника осталась наедине с преподавателем. Она просто сидела за своим столом.

— Золотая моя, ты никогда не работала с глиной?

— Я работала с другими материалами, гипсом, белой глиной, но не чистой, а пластичной. Она с добавлением примесей. Мне сложно объяснить. Но материал не природный, больше искусственный.

— Это чувствуется. Ты словно пробуешь материал. Тогда на следующее занятие принеси то, что создаёт твой внутренний мир. И это войдёт в твой первый котелок. Конечно, сходи в "Студенческий шкатулку" (магазин для студентов) и купи то, что притягивает взгляд. Не надо дорогое, то, что цепляет тебя. Эти материалы пойдут на создание котелка. Главное, чтобы то, что ты будешь варить в котелке, а это в основном зелья, работало. Поэтому вплетём в него такое качество, как приставучесть. А значит твои материалы на этом этапе должны быть пропитаны липкостью и вниманием. Понятно? И не переживай, я помогу.

— Спасибо. Ваша поддержка отличается от всех других. — Ника растрогалась от неподдельной искренности. Поблагодарив, она ушла на следующую лекцию.

* * *

Лекцию по считыванию и изменению свойств материалов читал мужчина средних лет. Он умел производить впечатление. Все преподаватели до этого были одеты неброско, используя в гардеробе серые, чёрные тона. Этот же,

— Материалы, несущие заведомо определённый отпечаток порчи, или наоборот, оберега, не являются природными в силу использования. Любой природный материал нейтрален. А вот тот материал, который создаётся мастером, уже другой. Источник его зарядки и использования — как раз и несёт соответствующий оттенок. На этом занятии учим считывать ауру создателя с предмета. Вы должны смотреть силой. Ведьмы используют запах и считывание энергии. Маги могут только по энергии определить, что с предметом. Два этих магических сословия рождаются с этими способностями, — проговаривал преподаватель.

Слушая его, Ника невольно задумалась: "Я этого не могу. Обоняние моё не развилось настолько, чтобы я, словно ведьма, могла хоть что-то учуять. Маги чувствуют силу, взаимодействуют с энергией, контактируют с полем. Их чувствительность выше, чем у ведьм. Я и рядом не стою. Тоже не мой вариант. Мне придется найти способ. Обычно я вижу то, что рядом с человеком — его душу. Как-то мне сказали, что увидеть душу невозможно, а вот то, что сопровождает душу — можно. Астральное тело можно увидеть, а душу нет. И на предметах я вижу отпечатки именно астрального тела..."

— Итак, смысл понятен, — в мысли девушки ворвался голос преподавателя. — Перед вами новенькая. Над ней и попробуем поэкспериментировать.

"Чего? Это они мне? В смысле на мне попробуем?"

— Ну же, Ника, прошу Вас встать в центр. Студенты, теперь пройдя мимо неё постарайтесь определить её.

"Он точно решил использовать меня для поиска информации. И его взгляд говорит о том, что моя догадка верна".

— А как мне защититься, чтобы не поняли? — решилась на вопрос Ника. — Ведь такие способы тоже есть?

— Есть, но о них мы расскажем позже. Для начала вы должны почувствовать влияние. Когда вы поймёте, тогда вы выработаете методику противостояния. Итак, начали.

Преподаватель хлопнул в ладоши, словно задал точку отсчета. И тут же поодаль от Ники стала выстроиваться очередь первокурсниц. Они просто проходили мимо, а Ника старалась почувствовать их взаимодействие, абсолютно не представляя, о каком влиянии говорит преподаватель.

Звон в ушах не заставил себя ждать, из носа пошла кровь. От неожиданности Ника вскрикнула: "Кто бы это не был, но подготовился он основательно. Не похоже на первокурсника".

Преподаватель оказался рядом в доли секунды.

— Ника, ты слишком сильно открылась. Не стоит так. И вмешательство ты почувствовала чересчур. Успокаивайся и начнём сначала.

— Вы меня убить хотите?

— Нет, что ты! Ставь защиту. Помощи не жди. Ты должна сосредоточиться и почувствовать. Давай так, тебя же обучали защите, вот ставь ее, а мы продолжаем.

Сердце стучало слишком сильно. Ника сосредоточилась, почувствовала меридианы и выстроила...или попыталась выстроить, энергетический барьер. "От земли до неба, от неба до земли, закрываю себя от глаз, сил, помыслов чужих, пришедших с мыслями недобрыми, коварными и нечистыми. И сила моя стоит и охраняет меня. И пока я стою, стоит и защита моя." Мысленно она проговаривала слова, выстраивая невидимый купол, плотный и прозрачный.

Теперь ощущения ослабли, но всё же чувствовались. Первое незримое касание — будто ветер вскользь прошёлся прохладным потоком. А дальше прикосновения менялись от прохладного до горячего. Их скольжение ощущалось по всему позвоночнику, в каждом энергетическом узле. Сильнее — в области головы и сердца. Местами было ощущение подглядывания, жжения между лопаток. Нике пришлось оглянуться, чтобы удостовериться. Не все проходили мимо неё. Небольшая группа студентов так и не решилась подойти, и стояла в стороне. Видимо, их магический поток был более сильным, но менее ощутимым.

— Как себя чувствуешь? — вопрос был задан, когда весь поток студентов прекратился.

"Подвох, что ли? Знает же, что хреново."

— Обратите внимание, что Ника только выстроила защиту. А сейчас выстроим нападение. Ника, вплети в свою защиту небольшое проклятие или что-то ещё. Я покажу как. Смотри, приближение энергии ты чувствуешь. Это непреодолимое желание повернуть голову, и оглянуться. Но в момент, когда ты должна оглянуться, встрой в поток зеркальное ощущение. Тогда эти ощущения сразу почувствует тот, кто пытается за тобой смотреть. И так, подходим по одному и пытаемся прочесть Нику.

"Лёгкий бриз ветра, прохладный, ощущение тепла у левой руки, холодок по спине. Каждое прикосновение ведьмы стало острее ощущаться. Вдох, он касается меня. Вот оно, лёгкое проникновения у кожи, совсем близко. Нет, не касайся. Сужай поток энергии, ощупывай его, теперь обратное направление и одновременно мысленный встречный поток у края энергетического канала. Наполняю его песком. Движение, как дыхание, идёт в лёгкие того, кто на той стороне энергетического канала. Наши ощущения соединяются. Я чувствую песок в лёгких и синхронно отправляю по энергии свои ощущения. Песок заполнил лёгкие и стало тяжело дышать. Кашель".

Первые добровольцы закашлялись песком сразу же. Желтые песчинки упали брызгами им на ладони. А вместе с этим пришло лёгкое удушье.

— Так, стоп. Видимо, ты сделала не лёгкое проклятие. Ага. Понятно. Тоже хороший план, но не для учений. Сейчас мы его снимем. Итак, сейчас садимся на медитацию и очищаем себя от того проклятия, что получили. Вижу, многие его отразили, что тоже приятно. Ну а кто-то попался. Медитация не наш предмет, но и уйти в таком состоянии вам не дам. Начали.

"Моя потеря энергии тоже колоссальна, не так просто без сноровки направлять на людей даже толику вредительства".

— Ника, твоё проклятие было слишком сильным. Дыши сама и пробуй снять ощущения, не зацикливай их, — преподаватель давал наставления.

По мере того как Ника успокаивалась, снимался негатив и с девушек.

"Медитировать стали не все. Видимо, некоторые не стали афишировать, кто же в итоге попался. Приблизительно одна треть студентов стали снимать те ощущения, что я наслала" — Ника осматривала всех.

Наконец это занятие окончено. Ника вышла без сил. Прислонившись к стене, поняла, что ну так плохо ей ещё не было. Голова расскалывалась, мысли путались. Два часа ощущались как двадцать под воздействием усиленного крика, ко всему прибавились усталость, шум в ушах. Казалось, что пульсировал каждый нерв.

— Ника, советую тебе поесть, — преподаватель это сказал как бы между делом, быстро прошмыгнул и ушёл.

Девушка только и смогла, что кивнуть. "Обед — то, что мне необходимо. Но как есть, если подташнивает. Ладно. Посмотрим. Все туда направились. Попробую и я".

Как ни странно, но наконец обед прошёл без сюрпризов. Съев свой бульон, и пирожное, Ника уже более собранной отправилась на медитацию.

Урок медитации в этот раз прошёл слишком быстро

Ушани посматривал на Нику со стороны, но подойти не решался. Киж тоже больше молчал, аккуратно отдавал указания и не особо комментировал её состояние.

В конце тренировки Ника смотрела на них более внимательно. Слишком подозрительным было молчание. Киж отдал указание на разминку и слишком быстро ушёл. Только и оставалось, что проводить его взглядом. Ушани уже закончил тренировку и неуверенно ходил неподалёку. Он заметил брошенный в него взгляд и расценил его, как приглашение к разговору.

— Скажи, что ты не злишься?

— Ты ведь был с ними заодно?

— Нет. Про тебя сейчас так много разговоров ходит... Все думали, что ты не могла так легко отделаться после стычки с Эфирой. Ну я и похвастался и привёл тебя в столовую. Я ни с кем не в сговоре.

— А как чашка то в меня попала?

— Я вообще не понял, просто бац и готово!

— А ты в это время чай пил и куда смотрел?

— Всё так быстро произошло....

— Ушани, что ты мне сейчас лепишь?

— Не понял?

— И не надо.

— Ник, ну прости. Я не подумал. Я честно, не думал, что твой приход будет еще одной проверкой.

— Тебе хоть не досталось?

— Мне? Нет. А теперь и подавно "НЕТ" большими буквами. Теперь тебя побаиваться стали.

— Ага, я и вижу... Киж молчит целый день.

— Да не напрягайся. Кстати, какие планы на завтра?

— Ну, планы... Иду в магазин за покупками. У меня должен быть котелок. Его необходимо создать, материалы купить, ещё по мелочи разное.

— Я хочу с тобой.

— Тогда завтра у выхода из Академии. Хочу к открытию прийти.

— Договорились. Поужинаем?

— А знаешь...да. В столовую?

— Сегодня — да. За завтра перед медитацией попробуем что-то в кофейной. Там неплохие десерты. Ммм, сладенькие.

— Ушани, ты меня приглашаешь? Бедную сиротку?

— А то! Ты ведь ничего не знаешь и не видела. Всё, сначала магазин, потом еда, ну а потом на медитацию. Мы там вдвоём заниматься будем. Ты в курсе, что на одиночных занятиях с тобой решили никого не ставить?

— А это еще почему?

— А кто ж знает, на что ты способна! Так что на общих лекциях ты занимаешься со всеми, а на индивидуальных — только со мной.

— Ушани, ты когда мне это собирался сказать?

— А когда к тебе подойти можно было бы? Ты не чувствовала, как от тебя веяло и чем?

— Нет, а ты что-то чувствовал? И когда?

— В столовой. Все почувствовали. Не знаю, такая сильная энергетика была. Ника... Ее невозможно было не почувствовать. Но и понять, что за она — тоже. Я не успел даже определить из какого мира: живых или мёртвых.

Ника задумалась. "Дар, подаренный Лесом душ — это из мира между мирами. Может быть поэтому и энергию не понять".

— Ладно. Сейчас мы точно ничего не поймём.

* * *

Вечер.

В общежитии девушек стояла тишина. Каждая из них занималась своими делами. Ника была в общей комнате, сидела на подоконнике. Спиной она упиралась в оконный откос, одна её нога была слегка согнута, а второй она плавно качала из стороны в сторону.

За столом сидела Шора. Она читала книгу и одновременно делала заметки в конспекте.

— Ника, все же следует составить список. Без него ты потеряешься в Студенческой шкатулке.

— А нет места, где будут более редкие вещи, чем те, что продаются в свободном доступе? Меня настораживает, что первый котелок я делаю из чего-то доступного каждому.

— Ну и правильно, что настораживает. Первый котелок — особый. Там должна быть какая-никакая редкость.

— И где её искать?

— Не знаю, — Шора даже и не сильно напрягалась отвечая.

Ника задумчиво смотрела сквозь окно, её взгляд рассеянно блуждал по осеннему пейзажу. За окном осенний день ловил последние лучи солнца. Сумерки приближались с каждой минутой, шаг за шагом отвоёвывая территорию.

"Пятница. Вечер. Даже не верится, что эта неделя закончилась. Завтра уже суббота. Словно вечность прошла, а не неделя с моего прибытия в Академию. Я, наверное, живу своими старыми воспоминаниями, когда суббота — это отдых и прогулки. Но завтра бег по магазинам. И потом бег на индивидуальные занятия. Я должна справиться. После случая, когда девять учениц пострадали, так в наглую ко мне никто не лез. Все затихарились. Это тишина опасна. Так и Ушани считает. Смешно, но за несколько дней моя цель сузилась с "найти виновника всего происходящего" до маленького "выжить". И это я ещё не столкнулась с реальной опасностью, а так, с шалостями и пробными попытками меня прощупать... Ладно, завтра суббота. Эта мысль должна хотя бы дать установку, что это отдых. Я впервые пойду по магазинам. Привычным шоппингом и не пахнет, но всё же. Смешно... Кто бы мне сказал, что я соберусь покупать составляющие для магического котелка ведьмы. Уму не постижимо...".

На коленях лежали учебник по взаимодействию материалов и листок со списком того, что необходимо купить. Среди общего списка вещей для учёбы и прочей ворожбы, слово котелок вельмы было несколько раз обведено по кругу. И отдельным пунктом сделана запись о покупке одежды.

Погода стояла осенняя. Не холодно и не жарко. Ушани рассказывал, что впереди будет два месяца зимы. Переход между порами года происходит очень быстро. Вот погода тёплая, а на следующий день — уже снег и мороз. Зимы здесь хоть и короткие, но суровые. Ледяная погода устанавливается сразу, нет затяжных переходов из слякоти и дождя. И зима должна прийти вот-вот.

— Я же смогу купить завтра одежду?

— Конечно, всё на торговой улице есть. У тебя не хватает одежды?

— Хочется чего-то другого в повседневных нарядах. Нервирует одинаковая одежда на всех. Только маги могут позволить себе выделяться. Ведьмы же в учебном заведении настойчиво носят униформу. Не понятно, почему... Ведь каждая индивидуальна. Я не отношусь ни к одному из сообществ, и меня, как и ведьм, напрягает одинаковая с ними одежда.

— Думаю, что их — сильнее, чем тебя. Ника, но ты должна учитывать, что Устав ВАРы предполагает всё же униформу. Так принято. — Шора даже отвлеклась от своих учебников.

— Но не для магов?

— Маги, это привилегированный класс. Хоть и кажется, что здесь все на равных, но даже в одежде маги более свободны. Так что мой совет тебе —

— Ага, — Ника только головой на это махнула, но про себя подумала: "Не забыть заказать несколько других, не студенческих нарядов. И дополнительно зимнюю одежду".

Каждая мысль оседала отдельным пунктом в списке.

Глава 13. Субботняя прогулка. Не отдых

"Студенческая шкатулка" — самый популярный магазин магических предметов студенческого городка. Внешне он напоминал простой киоск у автобусной остановки. Таких много в моём мире. Но знающий человек никогда бы не спутал его ни с одним другим магазинчиком. И хоть здесь не было никакой вывески, ярких и броских цветов, его популярность была продиктована не внешним видом, а сутью.

В пыльных витринах стояли украшения из стекла, камней и книг в кожаном переплёте. Но как только ты заходишь внутрь, на тебя обрушивается вихрь молодёжных голосов. Ты словно окунаешься в бесконечные ряды тысячи мелочей. Все места в магазине были уставлены высокими стеллажами, а те заполнены доверху всем-всем-всем. Возле стеллажей толпились студенты, внимательно осматривали содержимое. Здесь были различные скрутки металлов, жидкости в ёмкостях, огромный стеллаж диковинных бутылочек и кувшинов, украшения, камни, жемчуг, броши. Но среди этой красоты были и аксессуары для шитья, вышивки. Отдельно стояли принадлежности для учёбы и развития разных навыков. А комната с оружием! Здесь было даже такое!!! Ушани сказал, что оно примитивное и для тренировок магов, но это было разных видов оружие — копья, мечи, щиты, луки! Ника такое только в музеях своего мира видела.

Девушка медленно прогуливалась вдоль стеллажей. Как сказала профессор Авата, её должно зацепить, не стоит смотреть на функциональное назначение предмета, а только на внутреннее ощущение. Так незаметно в её корзине нашлось место краскам и цветным мелкам, бумаге, альбому, чернилам и тетрадям, стеклянной вазе (не спрашивайте, зачем она, видимо — надо), интересному зеркальцу, нитке жемчуга, белому песку.

Больше ей ничего не нравилось. Ненадолго Ника задержалась у витрины с камнями, но не решилась купить. Они все были красивые, но ни один из них не выделялся.

Далее по плану стояла запись о покупке одежды. В магазинах вся одежда была слегка однотипной. Ушани бегал и предлагал всё подряд. Но Ника только отнекивалась. Под конец решили, что в её случае возможен индивидуальный пошив. Пришлось купить ткань и нарисовать то, что хочет носить. Обязательно корсет и пышную юбку, далее рубашки с воротником (голубую и лимонную), брюки пацанки, зауженные книзу, сапоги. И пуловер с горлом, красивого шоколадного цвета. Это влетело Нике в копеечку, но оно того стоило. Вещи практичные и в то же время элегантные — в понятии нашего мира. В этом — не особо. Это были не типичные цвета для академии. Но она их и не как униформу покупала. Единственное— это верхняя одежда. Её они купили. Выбор пал на лёгкую шубку, красивого серебристо-белого окраса. Ушани сказал, что очень тёплая.

— Позёрница, — Ушани так и окрестил её, когда они покинули ателье.

Но ника только задорно улыбнулась на такую реакцию.

Всё же молодому человеку удалось завлечь девушку в ещё один магазинчик.

"Фитили" — скромный магазин для элиты. Товары здесь были в единичном экземпляре. Магия для тех, кто считает себя особенным. Утонченность здесь граничила с изысканностью. Ушани следовал рядом с Никой.

— Посмотри, может быть тебе что-то приглянется.

Ника смотрела внимательно. На одной из витрин её внимание привлёк стенд с небольшими флаконами. Сами они были сантиметров десять, разного цвета, закрыты восковой пробкой. Но внутри была погода: пустыня, водопад, чистое небо, дождь в лесу.

— Не верится, что они настоящие, — Ника не отрывала взгляд, — словно картинка на стекле.

— Это специальный погодный сувенир. Наш мастер создал целую коллекцию погодных проявлений, и сохранил их в небольшом мире, — рассказывала консультант.

Взгляд Ники зацепился за флакон с морской водой. Тёмно-синяя бутылка с морем и отражающемся в небе солнцем. В руках бутылка грелась, словно была раскалена солнечными лучами.

— Смелый выбор! Уверены? Море обманчиво в своём спокойствии. Это реквизит не для первого курса, — аккуратно уточнил продавец. — Точно уверены в покупке?

— Не уверена, — отрицательно покачала головой девушка.

— Мы берём, — тут же возразил Ушани. Ника бросила на него вопросительный взгляд, но парень парировал. — Для котелка.

— С вас 10 золотых момент, — продавец бережно завернула ценный подарок в праздничную бумажную коробку и передала юноше.

— Спасибо, — Ушани расплатился и тут протянул Нике. — Это тебе. У тебя должен быть хоть один эксклюзивный ингредиент при создании артефакта.

Ника только улыбнулась на это, но подарок приняла с благодарностью.

* * *

В кафе чувствовался аромат корицы и шоколада. Ника и Ушани сидели возле удалённого столика. Они наслаждались какао и лёгкими воздушными булочками. Рядом стояли покупки. Практически всё, что необходимо, они купили, и даже больше.

Вдруг воздух в кафе слегка наэлектризовался. Туда вошла группа магов. Юноши вошли шумно, громко смеялись и толкались. Это были те ребята, с которыми Ника и Ушани занимались на занятиях по силовому сопротивлению. Среди них уже были их общие знакомые — это Киж, а также тот, кого Ника предпочла бы не замечать. Боевые маги заняли свободный столик, вели себя хамовато и нагло. Нику заметили сразу. И она заметила.

Ушани сразу сделал предостерегающий взгляд:

— Даже не думай их цеплять. Это боевые маги.

Ника даже слово не успела сказать, как один из магов повернулся к ней и грозно сказал:

— Не стоит пытаться.

Ушани только передёрнул плечами.

— О чем это он?

— Ты когда нервничаешь, вокруг тебя воздух накаляется. Сразу энергии будто с ума сходят. А боевые маги — это единственные маги, которые чувствуют изменение энергий.

— Так я не нервничаю. А ты? Ты же тоже маг, не чувствуешь?

— Я — некромант. Вот когда энергия мертвеца будет, тогда я смогу. А пока, увы — нет.

— Но разве я нервничала? Так, просто неприязнь.

Маги продолжали громко разговаривать и выкрикивать шуточки. Один из боевых магов отправил Кижа за напитками. Со стороны это выглядело, будто послали самого слабого за добавкой.

— Я вот смотрю на всё это и не понимаю, что в этом правильного. Что в них такого, что перед ними все заискивают?

— Это будущие элитные отряды. Ника, мы не всегда живём мирно. И местами стычки продолжаются. Они — первая линия обороны.

— Я думала, что войны в прошлом.

— Так — то да, в прошлом. Но проклятия до сих пор преследуют нас. Да и эти ребята в будущем будут охранять границы миров.

— Кстати, расскажи, что эта за границы? И в чем их особенность.

— Наш мир не единственный. Из тонкого мира к

— Аргон тоже боевой маг?

— Уверен на 200 процентов. От него вестей нет?

— Нет. Да и только неделя прошла с нашего зачисления.

— Неделя? Ну как сказать, по событиям — так будто месяц.

— Ещё только неделя прошла, а так много произошло, — Ника грустно улыбнулась. — Знаешь, мне иногда кажется, что всё нереально. Я надеюсь, что это сон. Каждый раз удивляюсь, что колдовство рядом.

— Поэтому тебе сложнее. То, что для нас очевидно, для тебя каждый раз сюрприз.

— Да уж.

В воздухе послышался треск. Словно взрыв попкорна. Ника и Ушани, как и другие посетители кафе, повернули головы в поисках источника шума, но ничего не увидели.

Маги вскочили со своих мест, попутно начав стягивать с них других посетителей и провожать тех на выход. Посетители стали возмущаться. И вдруг в кафе ударила молния. Сразу одна, затем вторая. Теперь уже все, кто был в кафе, одновременно побежали к выходу, началась давка. Маги действовали уверенно. Каждый из них подбежал к группе отдыхающих и занял оборонительную позицию. Другие пытались не дать начаться панике.

Количество молний увеличилось, частота их биения усилилась. Они ударяли в столы, стулья, посуду. Кто не успел выйти — прятались под столами.

— Ушани, что происходит?

— Не знаю, но надо выбираться.

Ника и шагу не успела сделать, как молния стала бить возле неё. Сила и их количество увеличилось. В один момент несколько молний объединились в одну, образовав шаровую молнию. Желтый шар маячил на высоте. Ника шаг вправо, шар клонился вправо. Ника влево, он — в том же направлении.

— Ушани, — первым странность певедения заметил Киж, — отойди от Ники. Что-то провоцирует молнии.

— Что так повлияло? Что у вас с собой? — к разговору подоспел Барс, тот самый маг третьего курса. Между ним и Никой уже был неприятный разговор. И сейчас он внимательно изучал происходящее. Его серые глаза отдавали серебром, не упускали ни одного импульса.

— Ника, — начал Ушани, — выверни содержимое сумки на землю.

Ника сделала так, как ей сказали. Вдруг из сумки выкатилось небольшая бутылка с грозой. Море в ней было неспокойным, молнии во всю искрили.

— Дай мне это, — протянул руку Барс. Ника тихонько подкинула бутылку, и та мягко приземлилась в его руки. В туже минуту две молнии ударили прямо рядом с ним. Что есть силы он бросил бутылку в окно. Шаровая молния вылетела следом, а через секунду последовал взрывной хлопок. Он хоть и был не сильный, но хватило мощи выбить два окна. Взрыв ощутили все присутствующие. Мелкая россыпь осколков — это все, что осталось от Спокойного моря.

Барс, Ушани и Ника смотрели друг на друга.

— Ты ненормальная, таскать реквизит такого уровня без защиты? — первым зашипел Барс.

— Чего? Какого уровня? — Нике оставалось только хлопать глазами, — это же...

— Это чуть не создало грозу прямо в кафе, с последствиями.

— Эй, не ори, — вступился в разговор Ушани. — Когда покупали, нам ничего не сказали о необходимости её дополнительно оберегать. Сувенир и сувенир. Что особенного?

— Идиоты! — Барс только зло выругался, — если ты не понимаешь, что делаешь, тебе не место в Академии! Придурок! Если мёртвым не навредить, то живым вполне можно!!!

Барс смотрел с презрением. Закончив, он отошёл к своим друзьям и стал что-то им рассказывать, грозно посматривая в сторону Ники и Ушани. До них доносились слова: "недоучки", "ненормальные", "позорище".

Через некоторое время в кафе подошли два человека, а с ним Аргон — капитан службы по контролю за магическим вмешательством. Именно он занимается выяснением причин, по которым Ника попала в этот мир. Увидев старых знакомых, капитан, не мешкая, сразу же подошёл к ним.

— И что у вас тут?

— Это не мы, клянусь! — сразу начала Ника.

— Не уверен. Там, где ты, всегда в тебе и дело!

— Да мы не виноваты. Купили артефакт погоды — спокойное море. И ни с того ни с сего молнии стали бить в кафе. Как? Откуда? Сами понять не можем.

Аргон слушал внимательно, записывал и качал головой.

— Аргон, честно, я не знала, что могут быть проблемы.

— И продавец ни о каких дополнительных мерах по сдерживанию не говорила. Мы спокойную погоду покупали. Да если и образовались, то не должны были эти молнии выйти из-под контроля. Да нечему там выходить! — сказал Ушани. Сам он прогонял в голове раз за разом эту покупку и не понимал, как такое могло произойти.

— Ладно, с этим мы разберёмся. Скажите, как устроились? Как идёт обучение?

— Ну, нормально вроде. Нас все любят, — сказала Ника.

Ушани только открыл рот, а потом закрыл его и утвердительно махнул головой:

— Обожают просто. Ни одного дня спокойного без поклонника.

— Любят и обожают, говорите? Поэтому Ника подралась и в лазарете сутки лежала? — переспросил Аргон.

Ника только пожала плечами.

— Ладно. Проблему я понял. Ушани, приглядывай за ней. А то мало ли чего ещё купите.

— Да не в покупке дело! — выкрикнул Ушани.

Аргон только махнул рукой. А после дал указание и все трое ушли.

Барс предпринял попытку и обратился к Аргону, что-то объяснял и указывал на Нику, но Аргон только отдал приказ ему замолчать. А после развернулся и ушёл.

— Кто это? — Ника спросила, махнув в сторону Аргона и Барса.

— Ты о ком? А, Барсит Сорс, наследник богатейшей семьи. Причём влиятельной. Потомственный боевой маг и крайне сильный. Его родители — члены Совета магов. Да и ему готовят великое будущее. Все зовут его просто Барс. Ну, близкие друзья зовут его так.

Словно почувствовав, что о нём говорят, боевой маг повернулся в их сторону. Ника даже не подумала отвести взгляд. Они смотрели друг на друга, и даже на расстоянии чувствовалось напряжение.

— Может уйдём? Как бы уже достаточно привлекли ненужного внимания, — Ушани потянул Нику за рукав, смещая её фокус на себя.

Ника и Ушани, провожаемые злым взглядом Барса, поспешили уйти подальше.

Глава 14. Скрытое

В полумраке комнаты находились двое мужчин.

— Как она? Прошло слишком много времени после обрыва каналов.

— Все ещё бесится.

— Сам что думаешь по этому поводу?

— Осталось совсем не много, всего несколько этапов. Не знаю... Может не просчитали. Ничего не должно было прекращаться. Но... Привязки потеряны. Как и

— Это досадно...

— Досадно? Не то слово ты подобрал. Тебе не платят за то, чтобы ситуация соответствовала слову "досадно". Ты не переживаешь?

— А что измениться от переживаний? Успокойся. Вы не просто так мне платите. Она сама придёт к нам. Просто подождите.

— Раздражаешь... — мужчина ходил из угла в угол.

Его оппонент вальяжно сидел в кресле и посмотрел на разложенные перед ним карты. Но они молчали. Или говорили полную ерунду.

— Ну? Говори уже. Я же вижу, что гадаешь.

— Карты показывают перемены, кардинальные, изменчивые и независящие от решений. Она придёт к вам в любом случае. Она уже связана с вами. Осталось немного. То, что вы не можем её найти не сильно помешает.

— Этот прогноз кому благоволит?

— Ты не доверчив. Я всегда хорошо выполняю свою работу. Просто жди.

— Ты же знаешь, я не могу ждать. Уже несколько месяцев ждём и ищем. И ничего. Она не могла исчезнуть.

— Из какого мира она не могла исчезнуть?

— Что?

— В каком мире ты её искал?

–...Ты думаешь?

— Сомневаешься? Я уверен. Иначе вы бы её нашли, живой или мёртвой. Поисковые заклинания никогда не дают осечки. Напомни, есть ли те, кого не смогли найти?

— Всех, кого искали, нашли... в её мире...

— Начни теперь в нашем. События уже разворачиваются быстрее, чем вы думали.

— Это многое объясняет. Но ты ничего не скрываешь?

— Всему своё время, просто ждите.

Глава 15. Шутить изволите

Понедельник. Ника просыпалась медленно, потихоньку открывала глаза. Ещё не рассвело. Пробивающийся свет луны рассеянно гулял по комнате.

Потягиваясь, Ника невольно задержала взгляд на стуле. Ещё вчера там была небрежно оставлена одежда. А сейчас нечто в форме неровного яйца таращилось на нее. Лицо в морщинах, но отчётливо видны глаза, нос и рот. Сложно разобрать из месива складок. Ника замерла. "Он смотрит? Да! Он смотрит на меня!" Девушка нервно оглянулась. От неожиданности весь сон, как рукой сняло. Ника медленно села, тряхнула головой, а затем отвела взгляд в сторону. "Ну бред! Это просто привиделось!" — мысленно девушка пыталась сама себя успокоить. Она обвела взглядом потолок, потом посмотрела по сторонам. И только успокоившись, опять глянула на стул. "Это ком одеяла! Все почудилось! Это просто ком одеяла, — Ника выдохнула облегчённо. — Ведь почудилось?"

— Ладно, первая неделя прошла и я жива. Сейчас душ. До пар ещё два часа. Походу перенервничала и мне привиделось. Да уже и не засну. Подъём-подъём, красавица!

Душевая комната встретила ее прохладой. Девушка поёжилась, включила горячую воду и позволила тёплому потоку чуть снять напряжение. Нелёгкое утреннее пробуждение отступало.

Вода стекала по телу. Мягкий шампунь обволакивал цветочным ароматом и успокаивал. Ника почувствовала, как пену смывает тёплой водой, и её остатки хлопьями падают у ног. Часть пены все же зацепилась за ногу, будто слегка приклеилась к щиколотке. Ника все пыталась смыть её, но не получалось. Она опустила голову вниз. "Да что там щекочет? Ничего. Показалось?"

Уперев руки в стенку, она попыталась насладиться потоком горячей воды. Чувствовалось биение напора по плечам. Пар от воды плотно заполнял комнату. Но расслабленное ощущение разбавилось холодком на талии. Чьи-то... Руки... Сжимали талию... ЕЁ ТАЛИЮ...

Ника резко развернулась. Никого нет. От страха стук сердца отдавал прямо посередине грудной клетки, чувствовался где-то в горле.

Не до конца смыв пену, Ника выпрыгнула из душа. Руки по привычке потянулись к вешалке с полотенцем, но его там не оказалось, как и одежды.

— Да что за... Неужели в комнате оставила? — выйдя нагишом из ванной, Ника замерла. — Где одежда? Ее нет. Никакой. Чьи шутки!

Хлопок. Чья-то ладонь со звуком шлёпнула Нику. Девушка вскрикнула и стянула с кровати простынь. Кутаясь в неё, словно в древнегреческий сарафан, Ника нервно оглядывалась. Её взгляд наткнулся на туманные головы, подобно той, что сегодня она видела спросонья. Они смеялись и показывали пальцем. Их смех, громкий и резкий, отдавал болью в ушах. Прикосновения продолжались. Кто-то или что-то продолжало пощипывать плечи, лезть под простынь, поглаживать и пошлёпывать. Ника отмахивалась от прикосновений, словно от роя комаров, крутилась как юла. Но не помогало. От невидимых рук невозможно было избавиться. Смех, гогот, слёзы, крики — все смешалось в один гул. "ОЧНИСЬ" — мужской крик прозвучал слишком громко.

— Ника, ты в порядке? — спокойный голос Шоры вывел девушку из шока.

— Я? — от неожиданности Ника даже не сообразила, кто кричал и что делает Шора в дверях комнаты.

— Ты скомкала одежду и сидишь голой, воешь в голос. Почему не одеваешься?

— Я? — действительно, Ника держала в руках одежду, сидела в углу. В ушах все ещё звучал мужской смех и крик, — да...я в порядке.

Голос девушки слегка дрожал, её трясло.

"Неужели показалось? Да ну, ощущения более чем реальные".

— Шора, спасибо тебе, но я в порядке. Просто слегка упала, вот и сидела.

Шора неуверенно кивнулаи вышла из комнаты. Ника удостоверилась в том, что она закрыла дверь, а затем на трясущихся ногах начала одеваться.

Пока все сидели за столом и завтракали, Ника выбежала из комнаты, пулей пронеслась мимо соседок. Те только и успели сказать "доброе утро".

У общежития Ушани Ника оказалась минут за пять.

— Вызвать Ушани при отсутствии телефона — тот ещё квест. Кого попросить его позвать? — Ника оглядывалась по сторонам в поисках прохожих. — Да в такую рань никого нет на улице. Остаётся только бросать камешки в окно его комнаты. Ну, а почему нет?

Ника так и поступила. Парочкой конечно, промахнулась, но всё же несколько попало в цель. Ушани, заспанный и лохматый, вышел минут через десять. Ника буквально бросилась ему на шею и стала бегло пересказывать ему произошедшее. Её рассказ сопровождался попыткой потрясти заспанного юношу и буквально впихнуть в его голову события утра.

— Ну, суть проблемы понятна, — зевнул Ушани, и оторвал её руки от себя. — Это розыгрыш.

— Чего? Да я до сих пор отойти не могу. Так испугалась. Этот водоворот смеха, чьи-то руки... Кошмар.

— Ну да, такой розыгрыш, — развёл руками парень. — Не несёт опасности для жизни, но неприятно. Сколько прошло времени с последних шуток?

— Так никто больше не лез.

— Нет, лез. Просто ты не заметила. Может морок на тебя навели, вот и чудилось разное. Ведьмы с этим сталкиваются всегда. У них особая защита. Защита рода. И такие пакости сложно с ними провернуть. И с магами.

— Ушани, я прошу, не издевайся надо мной. Там не только чудилось, я слышала и чувствовала.

— Ника, поверь. Это шутка, розыгрыш. Что-то на этой недели ты как-то зачастила с

— Что? Я крещёная. Это ты имеешь в виду?

— Чего? Нет. Защита рода — это когда мёртвые родственники смогут поставить защиту на произвольные ведьмовские заделы. И так легко, в шутку, тебя уже не прощупают.

— Ушани, это и шуткой не назовёшь. Я начала в себе сомневаться... в адекватности.

— Ладно, не расстраивайся. Проблема именно в том, что у тебя нет родового защитника. Этим и займёмся в ближайшее время. Тебе надо провести специальный обряд.

— И все? Ушани, ты издеваешься? Я из другого мира.

— Ник, ну я спать хочу. Ещё бы полчасика поспал. Давай потом обсудим.

— Не вздумай уходить! Я чуть с ума не сошла! Что за защита рода?

— Ты же не одна. У тебя есть семья. Умершие близкие. Их энергии взаимосвязаны. Можно сделать так, чтобы эти энергии работали на защиту. И мелкую пакость не пропускали.

— А то, что я из другого мира?

— А это не важно. Связь не оборвать так легко. Она же тянется из тонкого мира, а он общий. Ладно... Я посмотрю обряд. Просто проведём его и все. Давай, увидимся на парах.

Ушани так и ушёл, оставив её стоять в растерянности.

"О чем он сейчас говорил?" — Ника только и хлопала глазами. Её застывшая поза выражала полное недоумение, а лицо — непонимание ситуации. Постояв минут пять, она развернулась и стала уходить. Через каждые несколько шагов она оборачивалась, набирала полную грудь воздуха для крика, разочарованно выдыхала и опять уходила.

* * *

Из окна третьего этажа за всей перепалкой наблюдал случайный свидетель. Он лениво стоял у откоса и даже не скрывая, смотрел на парочку.

— Барс, что там? — окликнул его один из друзей. — Что интересного?

— Так...знакомая.

— Покажи, — парень выглянул через плечо друга. — Ммм, опять она. Симпатичная. Ты с неё глаз не сводишь ещё с первой тренировки. Понравилась? Но она не к тебе пришла, видимо.

Барс вопросительно посмотрел на Кита, своего соседа по комнате.

— Да странная она. Вроде и силой обладает, но ведёт себя ни как ведьма, ни как магиня. Бестолково. И друг её, некромант, такой же.

— Не придирайся. Ты всех ненавидишь.

— Да потому что боевых магов зовут, когда остальные недомаги забывают о том, что за их действиями наступают последствия. А мы исправляем.

— Ну призвание такое. Что же теперь.

— Как думаешь, о чем говорили?

— Да что ты к ним привязался? Обычные младшекурсники.

— Вот именно. От таких больше всего проблем. Я всё понять не могу, почему эти двое занимаются именно с нами? Ни силы, ни задатков. Ты уверен, что сказали правду о её стычке с ведьмами? Она производит другое впечатление.

— Оставь. На завтрак идёшь?

— Иду. — Барс смотрел, как девушка рассеянно уходила, "Интересно, о чём эта парочка говорила?"

* * *

К девочкам Ника вернулась молчаливая.

— То ты убегаешь, то приползаешь... — Шора будто сама с собой вело диалог. Произнося слова, она смотрела на кашу и между делом, пыталась её остудить. Остальные девочки переводили взгляд с Ники на Шору и обратно. Их лица выражали непонимание и молчаливый вопрос о страном поведении соседки.

— Да, суматошное утро. Я как-то психанула с утра, — Ника присела за стол, взяла тарелку и начала кушать.

— Бледная какая-то. Все в порядке?

— Да. — отмахнулась она от вопроса — Вот скажите, что такое защита рода?

— В смысле?

— Ну, как её призвать.

— Ритуал есть. Над нами ещё маленькими его проводят. И сила предков с нами всегда. Их защита и помощь.

— А как вы понимаете, что вас кто-то защищает? Мы же говорим об умерших членах семьи, так? Или это неупокоенные духи?

— Сила рода может проявляться во снах, обострении интуиции... Это как если бы опыт и память прошлых поколений стала тебе доступна. И это не умершие.

— А фантомы и дежавю не проявляются?

— Чего?

— Ну, словно привидения или забытые воспоминания.

— Нет...

— Эта как ещё один дополнительный щит. Ну и твоё энергетическое поле становится более крепким.

— Понятно.

— А почему ты спрашиваешь? Что-то не так?

— Нет, но видимо, мне этот ритуал надо пройти.

— То есть? Его нет у тебя?

— Нет.

— Да чем только думали твои родители, когда направили тебя сюда без дополнительной защиты. Это вообще что такое! — эмоционально вскрикнула Шора.

— Шора, она же сирота!

— Да даже любой человек знает, что род призывают и чтут как простые люди, так и маги. И делают это не только ради защиты, а чтобы не потерять связь поколений, — гневно возмущалась Шора.

— Ну не надо так реагировать! — Ника даже сама испугалась такой реакции.

— Ты не понимаешь. Ведьмы даже чувствуют, ровня ли ты им по силе. А ты для всех загадка. И если они поймут, что за тобой никто не стоит, сил нет, рода нет, связи с поколениями нет — тебе ой как тяжело придётся!

— А сейчас это называется "легко"? Но я же как-то справлялась.

— Вот именно, что как-то. Даже самое безобидное проклятие, самая безобидная мысль пристанет к тебе. Это никуда не годится. На одних самоочишающих медитациях ты не сможешь. Я поищу ритуал. — Шора была сама не своя. Она не только громко кричала, но и агрессивно жестикулировала. Её лицо было полно злобы, ярости.

* * *

После завтрака началась новая неделя. Ника была, как на иголках, но не из-за окружения. На косые взгляды она не обращала внимания. Сегодня тишина воспринималась как угроза. Только успокоится шум голосов, как Ника напрягалась и пыталась понять, слышит ли она тот смех.

Совместных лекций с Ушани сегодня не было. И на медитации он не пришёл. Куда пропал только?

На силовой подготовке преподаватель Сирп словно с ума сошёл. Сегодня он смотрел, чего она добилась за неделю тренировок. НЕДЕЛЮ!!! Да ничего! Ну это он и увидел. И был недоволен. Даже провёл несколько опытов по её чувствительности к магическим ударам. Но ничего. Ника не почувствовала ни одной атаки.

И Кижу влетело, и ей. Поэтому сегодня работали более чётко: медленно, нагружая каждую мышцу. Усталость сказывалась как никогда. Даже нижнее белье было мокрым. Пот Ника вытирала просто майкой. Преподаватель Сирп сказал увеличивать нагрузку каждый день без остановки. Киж только кивал.

Со стороны тренировочного поля доносился смех боевых магов. Было ощущение, что эти шутки адресованы ей. Ника периодически посматривала в их сторону и постоянно ловила на себе взгляд Барса. Его колючий взгляд никак не соотносился с летящим с их стороны смехом. Ника старалась делать вид, что ей всё равно, и продолжала работать.

Вымотанная, в конце тренировки она

Уже на подходе ко входу появился ее друг.

— Не, где ты ходишь? — он начал раздражённо. Можно сказать даже зло.

— А как сам думаешь? Знаешь, я вот так устала, что сил моих нет, — Ника с трудом выговаривала слова. — А где ты был?

— Обряд искал.

— Нашел?

— Да. Через три дня будет подходящее для него время. Вот список того, что надо.

— Опять купить?

— Нет, вспомнить. С обрядом ознакомься. И все, что я написал для его исполнения — выучи.

Ушани торжественно вручил Нике список и сам обряд.

— Я его посмотрю. Но не сейчас, — Ника засунула листок в сумку, — За три дня как раз успею. Ушани, спасибо, но я так устала. До тошноты. Можно я пойду?

Он только жалостливо посмотрел на неё, выдохнул и ушёл.

* * *

Ни ночь, ни следующие дни не были похожи на отдых.

Шалости ведьм стали мелкими, постоянными, но от этого изматывающими. Ника даже предположить не могла, что простой пустячок, который мешает и происходит постоянно, может настолько лишить человека сил и повлиять на восприятие.

Сюрпризы возникли ещё ночью. Ника все время слышала чьё-то жужжание, стук в окно, шёпот. Из-за этого ночь была бессонная. А с утра девушка была разбита и не собрана.

В здании Академии начались шутки другого уровня. Прежде всего, Ника не смогла попасть в нужную аудиторию. Она её просто не видела. То этажом ошибётся, то нужный номер аудитории пропустит, то двери перепутает. Трижды. Так она случайно зашла на лекцию магов старшего курса. Там на неё смотрели сразу двадцать пар глаз молодых людей. Даже лектор указал на невнимательность и помеху учебному процессу.

— Девушка, соберитесь, вы слишком молоды для этого курса, и слишком красивы. Парни лекцию мимо ушей пропустят глядя на вас. Или вы сюда не за знаниями ходите? Не стоит провоцировать выпускников!

— Прошу прощения, я ошиблась!

— Не уверен, что ошиблись. Но прощайте. И помните, что ночь — для сна и восполнения сил.

Девушка вышла из аудитории красная, словно рак. На свою лекцию она катастрофически опоздала. Это вызвало ещё одну волну недовольства преподавателя и несчётное количество хитрых улыбок других студенток.

Но и это было не всё. Мелкие пакости так и сыпались на её голову. Она дважды упала в коридоре, во время перерыва между лекциями. Нет, не просто упала, а громко упала. Ника поскользнулась на полу когда переходила из одного лекторского класса в другой, ноги задрались выше головы и девушка с грохотом рухнула на спину. А сверху по закону подлости, на неё упала сумка со всем содержимым. И тут же сотни глаз устремились на неё, а общий смех, словно гром, прозвучал на всю ВАРу.

В один миг все карманы стали дырявыми, рассыпалось содержимое, закончилась ручка, преследовало ощущение, что кто-то гладит её по волосам. Ника весь день крутилась и отмахивалась от невидимого преследователя.

Странности продолжались и ночью. С полуночи до утра по комнате кто-то ходил, передвигал вещи. Ни кто, ни что это делает — не появлялись.

Медитация и самоочищение хоть и снимали шутки ведьм, но на время. Через час все начиналось сначала.

Ко дню, когда должен был проходить ритуал, Ника была морально выжата и готова на все, лишь бы это прекратилось.

* * *

Место для проведения обряда выбрали в лесу. Вокруг школы было много небольших участков, где можно уединиться. В комнатах общежития было запрещено колдовать, поэтому студенты объединялись в группы, создавая свои негласные ордены. И каждое такое объединение имело тайные комнаты в подвалах ВАРы — скромное место для своих ритуалов. Данные объединения молчаливо одобрялись руководством Академии. Они закрывали глаза на их существование в целом.

Ушани и Ника ни к кому не присоединились. Поэтому с тайным местом пришлось туго. Ушани выбрал место недалеко от школы, но возле кладбища. Так сила обряда не будет заметна иным магам. Ника должна провести его одна. Это был её первый опыт ворожбы. Ушани был на подстраховке, находился на расстоянии и следил, чтобы не произошло неожиданных сюрпризов.

Будучи одна и расставляя свечи, Ника невольно вспомнила наставления Ушани:

"— Ты помни, что всё просто. Не напрягайся, не противься. Этот обряд всё сделает за тебя. Я прикрою от иного влияния.

— Точно получится?

— Здесь нет ничего сложного. Просто поверь. Ничего не сработает, если ты не погрузишься в процесс полностью. Над ведьмами и магами такой ритуал проводит семья в младенчестве. А вот у тебя...

— Ладно, чего говорить и сокрушаться. Давай уже начнём".

Обряд по призыву и родовой защите проходил в тишине. Ника сидела на траве в белой простой рубахе. Вокруг неё горело пять свечей. Каждая свеча обвязана белой нитью, и нити эти соединялись в её руках. Каждая нить была пропитана и закалена особым способом: первая — огнём, имела следы поджога, вторая — мокрая, пропитана водой, третья — сутки напитывала энергию ветра и солнца, четвёртая — хранила следы земли, пятая — снята с умершего, на ней было нанесено несколько капель крови самой девушки.

Задача была не простая: вспомнить умерших родственников, просить их защиты. Чтоб их ещё знать! Как вспомнить, если не знаешь? Ушани нашёл общий обряд. О тонкостях подсказала Шора. Оказывается, не всё так просто. Надо знать родственников до четвёртого колена, назвать фамилии и имена. А вот тут и была загвоздка — хоть бы двух вспомнить. А раз их не помнишь, придётся искать по ту сторону. Главное найти одного. Или попросить того, кто приведёт одного из них.

— Начнём, — прошептала девушка, — Я, Вероника Громова, дочь Алексея, сына Петра, призываю род мой, кровью единой вне времени, силой общей, помыслами едиными, нитью родственной объединённый. Услышьте зов мой и мысли мои. У Вас прошу покровительства для защиты от влияния обидчиков и врагов из внешнего и внутреннего мира, будь-то зло придёт в обличии врага моего или друга, находится на расстоянии или рядом. И пусть помощь эта убережёт меня от мыслей дурных и чужих, навязанных чей-то волей или неволей, не зависимо во благо их деяния или цель худая да гнилостная. И пусть глаза мои не видят навязанного, а уши не слышат несуществующего. Прошу стойко стоять и оберегать чистоту мыслей моих и действий, и не сбить меня от мира, что не видим мне, но узнаваем мной. Пусть сокроются дела мои от глаз завистливых. Да будет оберег мыслей моих чист и ясен. Прошу, принимаю род свой, соглашаюсь на защиту его".

Ника

Свечи горели ярко. Их пламя не слушалось, играло и потрескивало.

Ника мысленно звала, пока лица семьи не стали ею узнаваемы. Она чувствовала, как становится легче дышать, и появляется лёгкая невесомость в теле. Волосы наэлектризовались и поднялись в воздух тонкими нитями. Свечение тела усилилось, а затем слегка угасло, тускло сияя на коже. Но ощущение, словно тонкое одеяло укрыло её, осталось.

Ушани ожидал в условном месте. Ника вышла к нему: белая одежда, свечение на коже, белые глаза, наэлектризованные волосы торчали в разные стороны. Мертвец с одуванчиком на голове.

— Ааа... ну... — от неожиданности Ушани даже не мог произнести слов. Речь его состояла из звуков. Наконец он выдохнул, успокоился и шёпотом спросил, — Ника, как всё прошло? Что-то произошло точно. Внешне особенно видно.

— Да, — Ника махнула головой, — вроде получилось. Но никак не могу обратно всё вернуть. Смотри какие волосы! И это свечение!

— Как себя чувствуешь?

— Спать хочу. А так — как обычно. Выгляжу странно?

— Да, пожалуй.

— Долго меня не было?

— Около часа.

— Ушани, мы же всё правильно сделали? — в голосе девушки звучало беспокойство.

— Правильно. Не волнуйся.

Молодые люди подошли к общежитию ночью. Используя плющ, Ника забралась в окно своей комнаты. Немного времени на сон и должно стать легче. По крайней мере, с видимой стороны должно быть так как раньше.

* * *

"Монотонный гул голосов. Они поют, их голоса сплетаются в унисон, создавая кокон звука. Много лиц передо мной. Много странных лиц серой массы. Я шла вдоль них. Они стояли в несколько колонн. Нет ни чувства тревоги, ни страха. Я командую ими. Я их генерал. Нет ощущения боли, сомнений, терзаний".

Простое пробуждение. Всё было обычным. Можно сказать, даже тихим. Никто не таращился из-за угла, никто не пугал, никаких резких звуков.

Даже солнце робко смотрело в окошко, аккуратно прогревая комнату.

Из новых ощущений добавилось тепло амулетов. После того как Ника попросила помощи у силы рода, обереги словно проснулись. Цепочка стала тёплой, как и кольцо. Раньше таких ощущений никогда не было.

Спокойный завтрак и опять на пары. Сегодня первой лекцией были маги. Ушани уже ждал Нику у аудитории. Нервно ходил туда-сюда, сверялся с часами. Девушку он увидел издалека. Было видно, как он облегчённо выдохнул.

— Ну?

— Да нормально вроде. Ничего необычного.

— Странности были?

— Странно проснуться спокойно после бессонных ночей. Но вообще, вроде, нет.

— Руки и ноги в порядке. Голова тоже есть, — перебирал части её тела Ушани. — Точно не было странностей?

— Так, заходи давай, — устало подтолкнула Ника Ушани в аудиторию.

Занятие было среди известных уже ей магов. Но сегодня она была спокойна. Молча слушала и записывала лекцию.

Лёгким ветром перед ней упал листик дерева, зелёный, будто только сорванный. На нем было только одна фраза "Как спалось?".

"Теперь понятно, чьи это были шутки. Не ведьмы, а маги. Засранцы!!!" — Ника смяла лист в руках.

Ушани накрыл её руку своей и отрицательно покачал головой.

— Держи себя в руках. Им это только и надо.

За ними наблюдали Силила и Филин. Ника почувствовала их взгляд, но вида не подала. И снова перед ними лег ещё один древесный лист: "Десять вечера. Ведьмино озеро. Приходите одни".

Ника вопросительно посмотрела на Ушани. Тот отрицательно махнул головой

— Даже не думай, — шикнул он.

— Интересно, чего хотят? И где это? Не слышала о таком месте.

— А о чём ты вообще могла слышать? Ника, нет, и не думай.

— То есть вообще не интересно?

На стол лёг третий лист "И не думайте отказываться". Ушани если бы мог, то выругался бы.

— Я вот никогда не смотрела на магов, за исключением тебя... — размышляла Ника, поглядывая на Ушани. А тот обернулся на отправителей писем. Силила и бровью не повела.

— Видимо, вопрос решён, — промычал он под нос.

Зелёные листья усыхали прямо на глазах, превращаясь в пепел. А с ними исчезали и надписи.

* * *

Барс внимательно слушал лекцию о силе влияния на сознание.

— Ты слышал, что маги собираются проверить нашу новенькую. Ну ту, которая устроила молнии в кафе, — обмолвился Кит.

— Откуда знаешь? — как бы между делом поинтересовался Барс.

— Так подслушал. Сегодня вроде ночью собираются.

— И что придумали?

— Не знаю. Но веселиться они знатно будут.

— Где? — слишком резко спросил Барс.

— Чё напрягся так?

— Над новенькой ведьмы подшутили, и девять ведьм пострадали. Теперь кто решил испытать судьбу?

— Тигор. Ведьмино озеро.

Барс от неожиданности даже присвистнул, чем заслужил укоризненный взгляд лектора.

Глава 16. Ночное купание

Ночь. Ника и Ушани шли через лес.

— Как ты ориентируешься? Дорога в темноте вся одинаковая.

— И что у тебя за сила, если проку от неё мало? К Ведьминому озеру не пройти просто так. Здесь метки поставлены, по ним и ориентируюсь.

— А я не вижу. Где они?

Ушани выдохнул.

— Так, смотри. Вот свечение светлячков, затем деревья загнулись в одну сторону. Не смотри, что тропа свернула в противоположную, выше смотри. А вот словно аллея — кустарники. И каждый знак подсвечивается, указывает направление.

— Ооо, вот так оно работает!

— Почти пришли. Нас уже ждут. Давай, определяй кто из них кто. Я сейчас энергию покойников сымитирую. Так спрячем твою энергию, что бы они не поняли, — шептал Ушани,

— С ума сошёл?

— Давай! Потом поздно будет. Всё, я начал, — возле Ушани начал собираться туман. — Смотри уже давай.

Ника сделала глубокий вдох. Лёгкое мерцание на кожи указывало, что она использует свою силу.

На поляне их было трое: Силила, Тигор и Филин. Красивые молодые маги. Силила в кожаной красной одежде, двое остальных — полностью в чёрных костюмах, даже рубашки тёмные. Все они выглядели нормальными, без следов иных сущностей. Филин — маг артефактов, это было видно по движению меридианов. Сила была в тон его кожи, но больше скоплена в руках. Силила скапливала энергию в сердце. Тигор — боевой маг, сила равномерно распределена по телу, сосредоточена в области рёбер и позвоночника.

Кроме общих сил, Ника больше ничего не видела "Как ни странно, но ничего не изменилось. Почему? Не работает? Не получается?" — крутились мысли в голове девушки.

— Ты про Шииц?

— Про что? — переспросила Ника.

— Про то, что в ты комнате видела, — уточнила Силила, — Да не переживай, бесёнок похоти и сладости безобидный. Да и он уже отстал. Ты его прогнала.

— Да я его и не звала!

— Ника, Ника... — проговорил Тигор, — Про твои способности уже легенды ходят, но вот смотришь на тебя и не понимаешь, откуда... Сама же дура-дурой. Даже базовой защиты нет. Не пойму... Интересная загадка. Но больше всего интригует твой запах. Ты знаешь, что пахнешь не как все?

— Чего вам надо?

— Помощи. Или проверки. Если хочешь, чтобы шутки прекратились, помоги.

— Ты со своими шутками можешь идти подальше.

— Любую защиту можно пробить. И если я скажу, за вами маги начнут охоту. Оно тебе надо? Думаю, нет. Так что пойдём, тебе будет интересно.

Вся троица прошла метров десять вперед и остановилась. Ника и Ушани шли следом.

Трое магов подошли к краю обрыва. В трёх метрах вниз расположилось красивое небольшое озерцо. Площадь его была метров 30 квадратных. Каменистые берега тонули в каменной крошке. Озеро словно было в кольце неровного колодца, стенки которого украшены природой. Вода была настолько прозрачная, что её не было видно вовсе. Где-то под камнями слышался водопад.

Ника осмотрелась.

— Ведьмино озеро, — говорил Тигор, — вроде не большое, но крайне опасное.

— Называют его мёртвым, — продолжил Ушани, — но нигде не описана его опасность. Говорят, в нём нет дна, нет берегов, из него нет выхода. Все, кто туда входят, исчезают. Нет тел, нет энергии, нет следов.

— Правильно. Мне надо, что бы Ника выяснила причину.

— Ты с ума сошёл?

— Нет, — в подтверждение слов Тигор отрицательно махал головой. И тут же рывком, без предупреждения, он сбросил Нику в озеро.

Девушка ушла под воду с головой.

— Ты что творишь?! — крик Ушани разнёсся по берегу. Он рванул к Нике, но троица прижала его к земле. Филин тут же блокировал силу Ушани артефактом. Тот извивался, но победить Филина сил не хватало.

Над поверхностью воды никого не было видно, и хоть вода была прозрачная, как слеза, — никого не было и в центре. Казалось, что девушки тоже нет. Снаружи всё выглядело безобидно, чистая и спокойная гладь воды. Но под водой всё вокруг ощущалась тёмной, тягучей жижей. Ника пыталась плыть, но сколько бы не старалась, будто бы в желе застряла. Озеро шумело тысячей голосов, дезориентировало, обжигало холодом. Ника пыталась хоть что-то увидеть сквозь темноту. Время уходило, кислород тоже.

— Может зря? — спросила Силила.

— Подожди, ёщё не время, — не сдавался Тигор, — посмотрим, чего она стоит.

"Выдох, и ёще раз выдох, тише, расслабься" — Ника успокаивала сердцебиение. Её тело плавно стало опускаться вниз. Сама она светилась, словно маяк в кромешной темноте. Тёмные щупальца притягивались к ней, отрывали от света кусочек за кусочком. Вода, как магнит, тянула её энергию. Свет от девушки становился ярче, но воздуха — меньше.

Ника мысленно кричала:

"— Что тебе надо?

— Свет, забвение, боль, страх, — шёпот шёл со всех сторон.

— Отпусти меня!

— Я есть всё, я внутри, я есть мир, я есть всегда.

— Думай! Лес душ очищает... Ну же, думай. Свет — часть тьмы, свет внутри меня, я есть свет!"

Сияние Ники становилось ярче с каждым разом.

Вода в озере шумела, словно она сражалась сама с собой. Тигор и Силила смотрели на происходящее с высоты.

— Что-то происходит...

Ушани барахтался под весом Филина. Туман уплотнялся. Он всё больше принимал форму бестелесных форм, окружая троицу магов и Ушани. Мёртвые тени тянулись к Филину, пытаясь душить обидчика. Тот прикрывал глаза, кашлял.

Барс и Кит приблизились к озеру. Перед ними открылась интересная картина: Ушани сопротивлялся, Филин держал его, Тигор смотрел вниз.

— А где его подружка? — спросил Кит, — я её не вижу.

— Да не может быть... — Барсу хватило одного взгляда, чтобы понять, что произошло. Он не раздумывая, с разбегу прыгнул в озеро.

Вода оказалась обжигающе ледяной. Даже дыхание остановилось на секунду. Но сквозь тьму он увидел яркий свет. Ника, словно звезда, сияла в центре. Тьма как не старлась, не могла дотронуться до неё. А вот к Барситу тут же потянулись чёрные жгуты, пытаясь откусить порцию энергии, их прикосновения ощущались словно ожоги. Но не обращая внимание на помехи, он плыл к девушке.

Возле Ники температура воды изменилась. Вода стала теплее, как будто мягче. Барс подхватил девушку и с ней попытался выплыть наверх. Несмотря на малые размеры озера, невозможно было определить, сколько было до верха, дна или берега. Лёгкие уже разрывало от недостатка кислорода. Барсит не сдавался. Когда уже подумал, что это конец, чья-то невидимая сила вытолкнула его на поверхность. Он словно выпрыгнул из воды, придерживая вместе с собой девушку.

Ника была без сознания. Барс вытащил её на камни и сам упал там же без сил. Вдохи он делал жадные, словно никак не мог надышаться.

— Барсит, какого ты здесь делаешь, — раздался где-то сверху голос Тигора.

— Вот же засранец, — про себя выдыхал Барс, хватая кислород, — прибью придурка.

Ника начала откашливаться, пытаясь сделать вдох. Как и Барс, она стала жадно глотать воздух.

— Идиоты, — Барс бубнил, пытаясь подняться, — обещаю, Тигор, полудурок, я тебе кое-что оторву.

Бросив взгляд на девушку, убедился, что она приходит в себя, и начал карабкаться по камням вверх. С трудом встав, он шаткой походкой направился к этой группе, полный злобы и ярости.

Тигор стоял на обрыве, руки в карманах брюк, положение наглое и самоуверенное.

— Зачем явился? Тебя не приглашали, — заявил Тигор.

— Ты совсем охренел? — Барс с размаху съездил Тигору по скуле. Удар был быстрым, молниеносным. Тигор даже упал на колено, явно не ожидая такого нападения. Но Барс не остановился. Он рывком поднял того с земли, намереваясь продолжит драку.

— Смотрите! — выкрикнула Силила и указала на озеро.

Вода в озере стала молочно-белой, от неё поднимался тёплый пар. Даже небольшой водопад окрасился в матовый белый оттенок.

Все замерли.

Сзади подошли Кит и Ника, а точнее, Кит помогал девушке передвигаться. Пока все отвлеклись на озера, она сбила Филина с Ушани, освободив того от захвата. И сразу три головы повернулись уже в её сторону.

— Ещё раз ко мне подойдёшь, я сделаю так, что цвет поменяешь уже ты! — Ника сказала это голосом, от которого мурашки прошлись по телу. Непонятно, кому она адресовала сказанное: Тигору — за то, что бросил, или Барсу — за то, что вытащил.

За ней стоял Кит и разводил руками:

Нира пошатнулась. Одновременно Кит и Ушани постарались подхватить её, но она отказалась от помощи Кита. Хоть девушку шатало, но она стралась стоять без поддержки, даже от помощи Ушани отказалась. Видно было, что ей плохо. Не дождавшись ответной реакции, она развернулась и медленно стала уходить в сторону дома. Ушани поспешил за ней.

Барс зло оттолкнул Тигора.

— Я с тобой ещё не закончил. Позже поговорим, — звучало как обещание скорой взбучки. Оба, и Кит и Барс, последовали за уходящими, и нагнали их всего лишь за пару шагов.

— Ты как?

— Отойди от меня, — устало сказала Ника.

— Отойди от неё, — одновременно зло поддакнул Ушани.

Девушка была бледной, вот-вот упадёт. Барс, не думая, взял её на руки.

— Эй! — от неожиданности Ушани только и осталось что возмущаться.

— Пусти меня, — возражала Ника вяло.

— Чтобы ты упала? — Барсит шёл с ней уверенно.

— Я дойду сама.

— На тот свет? — сарказм так и сквозил в голосе Барса. — Ты сюда зачем вообще пришла?

— Так ты бы у этих, кто остался, спросил, — вместо Ники ответил её друг.

— Да расслабься, чего нарываешься? — Кит слегка толкнул Ушани. — Не съест он её.

Ушани осталось только сопеть. Кит шёл вразвалочку. Барс шёл легко, словно и не нёс никого. Ника старалась не шевелиться.

Все четверо уходили.

* * *

На утро Ника спокойно пришла на лекцию, затем — на силовую подготовку, и вида не показывая, что она причастна к событиям у озера. Озеро отняло у неё руническую цепочку — один из амулетов. Поняла это Ника только на утро, когда смотрелась в зеркало.

— Как я могла её потерять и почему ничего не почувствовала? — девушка поглаживала шею, пытаясь удостовериться, что её нет, будто глазам своим не верила. — Как бы вернуться и поискать. Только цепочка могла потеряться как в озере, так и возле него. А нырять больше не хочется...

Дождавшись вечера, Ника все же решилась. Дорогу она нашла быстро, хоть и пару раз чуть не заблудилась.

Возле озера было тихо. Ни звука.

— Я уже боюсь тишины. Отсутствие звуков — это дурной знак в этим мире. Куда мне смотреть?

— Что ты здесь делаешь?

Ника замерла. Она развернулась медленно. В нескольких метрах стоял Барсит.

— Не поняла?

— Тебе вчера мало было? Зачем явилась?

— Я кое-что потеряла. Ищу.

— Ты... Ты... У тебя с головой всё в порядке? — Барс медленно подходил к девушке. — Ты кое-что потеряла на месте силы, решила это забрать?

— И что тебя смущает? — непонимающе моргнула девушка.

— Когда такое место что-то забирает, оно берет это в обмен на жизнь. Вчера нам просто повезло в живых остаться. Сам удивлён, что легко отделались. А ты пришла сюда это забрать?

— Эта вещь мне дорога. И я хочу это назад.

— Так не бывает. И чему тебя только учат?

— Слушай, я тебя спасать меня не просила. Мог бы мимо пройти.

— Не просила? А как бы ты справилась?

— Не знаю.

Недалеко он них послышались голоса. К озеру приближалась Мортимора и Феликс. Изменение Ведьминого озеро не могло не остаться незамеченным.

— Тихо! — Барс в одно мгновение опрокинул Нику на землю, прижал её к себе, чтобы она случайно не выдала их, — молчи.

Ника только кивнула.

Подошедшие осматривались.

— Феликс, что это? Как... Что случилось с ритуальным местом?

— Это...я не знаю. Изменение фона произошло сегодня ночью. Я решил понять, что его вызвало. И обнаружил, что источник изменился.

— Чьих это рук дело, ты знаешь? Остатки какого заклинания?

— Я даже представить не могу, как такое вообще возможно. Ведьмино озеро тысячи лет собирало души.

— И что случилось с ним? — Ректор ходила вдоль берега. Она все изучала вокруг.

— Я чувствую остатки заклинания. Здесь сильно веет страхом, но не он причина изменений, — Феликс водил руками над местом, где Филин удерживал Ушани. Следом он достал какой-то металлический шарик на цепочке. Он стал им просто бить в воздухе, от чего в разные стороны шли импульсы.

— Поисковик! Вот же не повезло! — Барс прижал Нику к земле, что бы их случайно не увидели, или девушка не выдала их. Если их обнаружат, оправдаться не получится. — Сейчас они начнут искать. Ты можешь создать блокирующее заклинание?

— Нет.

— Нет? — Брови Барса взлетели вверх.

— Я не умею.

— Двигайся ко мне!

— Да куда ближе?

Барс сам сильнее прижал к себе Нику, буквально уменьшая расстояние между телами до миллиметра. Он постарался полностью укрыть её собой. Учитывая, что он был на голову и выше, и в два раза шире — ему это удалось.

— Не двигайся, даже не дыши, — голос его звучал у её уха, в то время как Ника упиралась подбородком в его шею.

Ника почувствовала, как от тела Барса стала исходить слегка тёплая волна. Она полностью обволакивала их тела. Волны от удара металлического мячика неупорядоченно пульсировали вокруг. Они будто вскользь касались энергий и огибали их.

Феликс ещё какое-то время изучал всё вокруг, а потом прекратил.

— Ничего нет, — констатировал он.

— Пойдём, надо доложить Совету. С момента появления этой двойки, у нас стали происходить странные вещи.

— Ника и Ушани?

— Уверена, — утвердительно кивнула ректор.

Спустя несколько минут Феликс и Мортимора стали медленно уходить от озера.

Ника освободилась из объятий.

— Ушли? — уточнила девушка.

Оба встали. Барс знаком указал ей следовать за ним, подальше от этого места.

— Подожди! Куда мы идём? Я ещё не нашла...

— Что ты за маг такой! Сила есть, но больше разрушающая! А мозгов нет!

— Слушай, хватит так ко мне относиться!

Барс смотрел на девушку. Потом он поднял взгляд к небу, словно в мольбе, и уже более спокойно сказал:

— Место силы забрало твой амулет. Захочешь его вернуть, вернёшь всё то, от чего твой амулет тебя защитил. Это понятно?

— Понятно, — тихо сказала Ника.

— Так что забудь про него. Даже если найдёшь, лучше его в руки не брать. А это понятно?

— Понятно.

— Тогда пошли, пока ещё кто-то нас не увидел, — Барс развернулся и уверенно пошёл вперёд. Местами огладывался, чтобы убедиться, что девушка все ещё идёт за ним.

Шли молча. Ника держалась рядом.

— Почему твоего друга нет? — нарушил молчание Барс.

— Просто сегодня я одна.

— Одна? Вы всегда вместе! И в каких вы отношениях? Парень?

— Нет, мы друзья.

— Некромант и кто? Кто ты? Из каких земель?

— Из далека. Очень далеко.

— У тебя странное имя. Просто имя. Нет упоминания рода или силы.

— У меня нет никого здесь. Я сирота. Я не могу ничего сказать про свой род.

— Ничего себе! А в Академию как попала?

— Случайно. Мне

— А сила? Откуда она? Что за заклинание ты применила? Я видел тебя в воде. Ты словно светилась изнутри.

— Это не я. Ты же сам сказал — это амулет.

— Вот как... Меня, кстати, Барсит зовут. Но друзья зовут Барсом.

— Я знаю. Ты довольно знаменит здесь.

— Знаешь? — Барсит даже перегородил ей дорогу. А затем слишком близко приблизился и, посмотрев в глаза Ники, произнес. — Но не от меня. И я бы хотел представиться лично. Барсит Сорс, но можно просто Барс. Уверен, что в твом имени тоже есть секрет. Так как тебя зовут?

— Ника, — увидев приподнятую бровь Барса, добавила. — Полное имя — Вероника. Но я люблю больше сокращённое.

— Значит Ника. Интересно, — Барсит неприкрыто всматривался в лицо Ники, словно оценивал её. — Пойдём, доведу тебя до академии, пока ты не заблудилась.

* * *

События на Ведьмином озере вызвали большой переполох среди преподавателей. По ВАРе поползли слухи. Но никто не решился назвать виновников. Тигор и его компания притихли. Казалось, что пронесло.

Гром грянул, когда не ждали.

Нику вызвали на Совет Академии. В зале, где до этого проходило определение её силы, теперь восседал ректорат, но уже с другой целью. Ника стояла перед ними. Никто не произносил ни звука. Тишина угнетала и нервировала.

Первым слово взяла Мортимора де Годэ:

— Ника, вы являетесь студенткой Ведьмовской Академии Ритуалов. Учитесь вы две недели. И за вами уже закрепилась противоречивая репутация. Вы понимаете, зачем мы вас пригласили?

— Нет, — Ника была спокойна.

— Ведьмино озеро, священное место поклонения, изменилось. Не знаете почему?

— Нет. Причина изменения мне не известна.

— А вы проводили какие-либо ритуалы дабы его изменить, или использовать?

— Нет. Почему вы меня спрашиваете?

— То есть вину вы не признаете? — Мортимора смотрела на Нику из-подо лба. Взгляд её был тяжёлым.

— Нет. Какое ко мне отношение имеет всё, что произошло на Ведьмином озере?

— Хорошо, значит не признаетесь, — согласилась Мортимора. — Вызовите свидетеля.

— Какого свидетеля? — Ника напряглась. "О чём они? Какой свидетель там мог быть?"

Ника не понимающе смотрела на ректорат. За её спиной скрипнула дверь и по комнате раздались уверенные тяжёлые шаги. Через минуту возле неё занял место Барсит Сорс. Он встал уверенно, не сомневаясь в своих действиях.

Ника смотрела на него широко раскрытыми глазами. Неосознанно она в неверии отрицательно мотала головой "Нет, этого не может быть... Да нет же..."

— Барсит Сорс, вы готовы описать события, которые вы видели?

— Я Барсит Сорт, студент третьего курса, подтверждаю, что стал случайным свидетелем событий, произошедших у озера. Я видел, как накануне указанная студента плавала в нем. А после этого озера стало молочного цвета.

— А никого другого ты там не видел? — не сдержавшись, Ника задала вопрос.

— Вы были одна. — Барс стоял собранный и глазом не моргнул, рассказывая, — источником её силы был амулет — цепочка на шее.

— Эта неправда, — Ника ушам своим не верила.

— Ника, если он говорит неправду, можете ли вы продемонстрировать цепочку?

— Нет, я... я её потеряла, — неуверенно сказала Ника.

— И где же?

— Я не знаю.

По залу прошёлся недовольный шёпот.

— Я считаю, что нахождение данной студентки в ВАРе, опасно для других её обучающихся, — указал Барсит, — считаю, что данную студентку необходимо исключить.

Ника только и могла, что моргать: "Исключить? Он осознает, что несёт?! Или может заболел? Что вообще происходит?"

— Я не плавала в озере, и понятия не имею, что случилось, и я не использовала амулет.

— Но вы там были! И это подтверждает свидетель.

— Разве? — Ника сделала паузу, чтобы все осознали её слова. — Свидетель подтверждает, что он там был точно. Но видел он только меня? Почему вы не верите мне? Я понятия не имею, что это за озеро, в чем его опасность или сила. У вас есть доказательства ритуала, что там был проведён? Может быть вы знаете, с какой целью его проводили? И с какой целью там был свидетель?

Ответом на прозвучавшие вопросы было молчание. Деканы уже смотрели не осуждающе, а заинтересовано.

— У вас маловато доводом для обвинений, — продолжила девушка.

— Ника, вам бы следовало...

— Мне следовало? — перебила говорящего Ника, — А может быть вам? Это я подверглась нападению в ВАРе! Или история с ведьмами забыта?

— Ника, — после слов Мортиморы по окнам пробежалась искорки. Реакция девушки на попытку её остановить была неожиданной для всех. Деканы предпочли замолчать.

— Нет, не Ника. Вы будете обращаться ко мне уважаемая Ника! Я вам унижать себя не позволяла.

И опять ректорат не смог ей возразить.

— Уважаемый ректор, если вы считаете, что должны меня исключить, то свяжитесь сначала с моим опекуном. Я думаю, все вопросы вы обсудите с ним. И потом решите, — выпады Ники были для всех неожиданными.

Мортимора думала.

— Возвращайтесь к учёбе. Мы рассмотрим прозвучавшее сегодня и сообщим вам о результате. Можете идти, оба, — Мортимора говорила тихо. Но все поняли, что этот раунд выиграла не она.

Ника развернулась и с высоко поднятой головой покидала зала. Барсит следовал за ней. Недалеко нервно прохаживался Ушани, весь изнервничался. Как только открылись двери и оба участника вышли в коридор, он хотел было побежать к Нике, но, увидев этих двоих, замер и даже не решился шевелиться.

Ника развернулась и долго смотрела на Барсита.

— Что это было? — она первой нарушила молчание.

Барс смотрел на нее, потом под ноги, а потом опять на нее. Он уверенно стал приближаться к девушке. Та отступала, пока не упёрлась в стену. Но и это не остановило Барсита. Он приблизился максимально близко. Ника даже вдох сделать не могла, настолько ей не хватало места между стеной и Барсом. Но он не заметил скованности девушки, а лишь поставил руки по обе стороны от её головы, наклонился слишком близко и сказал:

— Тебе здесь не место. Ни по роду, ни по положению, ни по знаниям. Уходи, — после этих слов он выпрямился и ушёл.

Ника так и смотрела ему в след, ничего не понимая.

— Ты как?

— Думаю теперь я знаю, почему вас все ненавидят. Ты не поверишь, но именно он сейчас посчитал, что меня необходимо исключить.

Услышанное заставило Ушани широко раскрыть глаза и молча моргать.

* * *

Нику оставили учиться дальше, хотя и сделали предупреждение. Она, как и раньше, продолжила посещать тренировки. Барс поглядывал на Нику уже не с ненавистью, а больше с любопытством. Ника старалась не смотреть в его сторону. Просто отключала любые чувства, когда приходилось находиться в ощутимой близости от магов.

Тренировки были не особо результативныи. Но Ника упорно старалась научиться

Глава 17. Артефакты. Первый котелок ведьмы

Ну что же, часть жизненных уроков наша героиня усвоила.

Посмотрим, что будет дальше.

Огромное спасибо за оценки в конце каждой главы!

Я буду благодарно за обратную связи и ваши отзывы о книге!

Это поддержит меня и вдохновит..

автор Мира Раскрасная

Ника готовилась к созданию своего первого артефакта. Котелок должен был создаваться в классе, где до этого она изучала взаимодействие с глиной. За несколько дней до занятия она сколько могла, читала книги, изучала манускрипты в библиотеке или в комнате.

С первого взгляда создание котелка — это простое гончарное ремесло. И ей оно было знакомо. Профессор Авата с энтузиазмом рассказывала, какие мысли необходимо вплести в заклинание, ритуал, чтобы глина стала сталью, была крепкой. Все просто и понятно. Ника с энтузиазмом приступила к работе. Но не получалось. Материал превращался в кашу, крошился и расслаивался в руках. Заготовки в руках съезжали, заматывались. Ника уже совсем отчаялась хоть что-то сделать, не могла понять, что она делала неправильно. Вроде всё, как в учебнике, но не выходило.

Преподаватель и так и этак подбадривала девушку. Но это была мистика какая-то. Что-то всегда мешало достичь результата. Три дня Ника терпела неудачу. На четвёртый уже стала раздражительной. Даже на тренировках вела себя более агрессивно.

В один из дней преподаватель пригласила её на разговор. В аудитории, где проходили лекции по лепке, она находилась одна, на столе дымился ароматный мятно-облепиховый чай.

— Ах, Ника, проходи, присаживайся. Угощайся чаем, — преподаватель поставила одну дополнительную чашку и наполнила её ароматным напитком, — Ника послушай. Я вижу ты очень стараешься.

— Но не получается, — обреченно констатировала результат своих попыток собеседница.

Преподаватель удобно устроилась и начала говорить медленно, будто настраивая на работу.

— Первый котелок, он особенный. Он создаётся в тишине, в мыслях о желанном, в мыслях созидания и творения. Он создаётся из любви, чаяний. Как правило, его создают в детском возрасте, когда мысли детей полны надежд. Так в котелок не попадёт негативная энергия. Предвижу вопрос о том, что в котелке варятся зелья, направленные на порчу, на борьбу, используется яд. Казалось бы, почему самые светлые чувства закладываются в создание котелка. Потому что только сила созидания может создавать. Только она. И если твой котелок не способен создавать, ты хоть что в него положи для ритуала, он не соединит составляющие в единое целое. Почему мы говорим о детях в малом возрасте? Потому что их деяния направлены на создание, изучение. Они нейтральны по смыслу, не делят поступки на добро и зло. Только на создание. Но ты — не ребенок. И у тебя есть опыт плохого и хорошего. Ты не сможешь отделить его. Поэтому, у тебя будет другой подход. Отбросим сомнения, они нам не нужны. Только на ощущения ориентируйся. Почувствуй. Ты должна не создавать по образу или картинке. Ты должна творить по велению сердца.

Всё-таки от преподавателя исходила потрясающая энергетика. Рядом с ней Ника расслабилась и смогла почувствовать, как в колледже, материал под руками, его пластичность.

"Ну что же, глина, песок, стекло, в руках они одной стихии — это земля, закалённая воздухом, обожжённая молнией. Аромат земли усиленный запахом цветов привлекает красотой. Это красота воды, создающая из песка жемчуг. Омывая песчинку раз за разом, создаётся шедевр в живом организме отдельно от задумки природы. Брызги красок, которые привлекут внимание". В котелок Ника вложила все органы чувств: запах дождя, осязание, звуки моря, яркость красок. Ника видела силу стихий: силу молнии при создании стекла, силу моря при создании жемчуга, силу земли в глине, силу солнца в красках, силу любви в искусстве.

В процессе какие-то материалы отваливались, какие-то, наоборот, растворялись в массе. Но она не замечала. Свечение рук и взгляд позволили видеть, как расставить материалы, добиться симметрии. Она просто продолжала создавать.

Лепка заняла почти двенадцать часов. Ника не заметила, как прошло это время.

И сегодня он получился. По размеру котелок напоминал дамскую сумочку небольших размеров. По цвету перламутрово-белый, с лёгким блеском, словно матовое стекло. Он отражался всеми цветами радуги. Кажется, прислонишь ухо и услышишь, как шумит море. Но запаху — это время после грозы, где воздух ещё разряжен, но аромат свежести ощущается. Само горлышко котелка украшено выступающими жемчужинами. Внутри серебристый перламутровый блеск. Размером пятнадцать на пятнадцать сантиметров. Как раз на ладошку. Ну прямо женская косметичка, только круглой формы. Котелок не по виду, а по сути.

Ника была безумно счастлива. Преподаватель улыбалась ей.

— Вот теперь ты создала свой первый котелок. Поздравляю, моя девочка.

В этот день Ника убежала с занятия счастливая.

* * *

— У меня получилось!!! Посмотрите, у меня наконец-то получилось. Я его создала!!! И как получилось! Красиво же? — Ника счастливо улыбалась, показывая на руках что-то среднее между пузатой сумочкой и мешочком нежного бело-голубого оттенка, украшенного ниткой жемчуга. Котелок имел ручки для переноса.

— Это... что? — недоумевали девчонки.

— В смысле? Это мой первый котелок. КО-ТЕ-ЛОК!!! Вы разве не видите? Он — великолепен!! Правда же? Я такого восторга не испытывала давно, — Ника улыбалась самой широкой улыбкой на свете. Её глаза блестели и горели.

— Это ужас!!! — девушки сказали это хором.

— Почему?

— Да что в нем варить? Духи? Как ты сюда лягушачьи лапки вкинешь вместе со слюной гадюки? А яд? Как сварить что-то с когтями?

— Он же не для яда! Зачем его туда заливать?

— Ника, а для чего ты создавала котелок?

— Ты там что собралась варить?

— Так, я ещё не придумала. Я создавала. А что и для чего — это не важно!

— Для некоторых зелий в ход идут змеи, черви, кишки. Иногда чьи-то когти. Да и противоядие не всегда из безобидных составляющих готовят. Иногда образуется яд, который может разъесть стенки любой другой утвари. Котелок должен быть литров на пять. А у тебя сколько? Пол-литра? Напёрсток...

— Если не хотите — не радуйтесь за меня. Но он прекрасен. Когда у меня есть котелок, я могу создавать лёгкие эликсиры.

— Для кого? Гномов? Фей? Лилипутов?

— Надо кого! Не важно. Девочки, я сейчас такой восторг испытываю! Вам даже не описать. Мой первый котелок — он прекрасен, и-и-и-и я счастлива! — Ника светилась от радости.

— Шора, она странно счастлива. Может на неё розовые очки одели?

— Сейчас? — Шора присмотрелась, — нет. Она просто искренне радуется.

— Эх, — жалостно махнули рукой близнецы.

— Размер не имеет значения, — подытожила Ника.

— Кстати, а что ты вплела в котелок? Сколько

— А у вас сколько?

— Как правило могут использовать только два схожих компонента: металл и земля, глина и песок. А ты?

— Всё, что знала. Тут разные ингредиенты. Наверное семь или восемь,

— Сколько? — потрясению девушек не было предела. — Дай посмотреть поближе.

— Эй, это же моё!

— Ну дай, как восемь! У меня два.

— Отстаньте! Пойду на полочку поставлю. Он прекрасен.

Ника, пританцовывая, ушла в комнату. Но решила не ставить его в угол магических принадлежностей. Ему место в ванной. Там никто не заподозрит в нем котелок. С виду — простая ваза, но слегка стеклянная и пузатая.

Сегодня Ника впервые создала нечто, что её порадовало. Магия созидания прекрасна. Девочки в комнате и близко не оценили её счастливые глаза. Смешно им. А Ника была безумно рада. Ритуальной чистой глины, ранее никем не использованной, хватило только на этот "напёрсток". Девочки не понимают. Этот котелок она создавала из своего восприятия, с правильным мыслями. Но те только головой качали и переговаривались.

— Думаешь, расскажем ей?

— Да что толку говорить... Первый котелок должен быть наполнен особой энергией. Его держат для особый зелий. А тут... Мелочь... Эх!

— Для неё он идеален, то эталон среди прочих, — возражала им Лига.

— Но не в этом случае, — Шора язвительно бросила последнюю реплику, — она на лекарском факультете учится не для красоты. Бесполезно растраченная энергия.

Доносящиеся до Ники реплики лишь вызвали улыбку. Сегодня она легла спать, полная мечтаний. "Мой котелок готов".

* * *

Ещё одним этапом её обучения стало создание собственного гримуара. Отдельного предмета, как учебной дисциплины, не было. Скорее данная работа являлась самостоятельной. Для её выполнения требовалось сначала изучить несколько самых знаменитых гримуаров ведьм. И уже понять как создавать собственный.

В написанном для Ники плане стояло изучение порядка десяти известных гримуаров, их история, создание. Но практически все из них были либо уничтожены, либо утеряны.

Самым первым было изучение наиболее известного гримуара —"Книга теней. Живые и мёртвые" Верховной ведьмы, последовательницы Мораны — богини холода и льда.

Информацию о гримуарах следовало искать по крупицам. Гримуар — это как дневник, где каждая написанная тобой фраза является отдельным источником силы. Книга в целом — это маяк ведьмы. Она вернёт ее из любого мира. Непроста говорят, что ведьму не так легко убить. Её части силы спрятаны во многих артефактах. И первый среди них — гримуар. Даже при перерождении она будет стремиться его заполучить. А как получит — вернёт и свою память, и свою силу.

Эту книгу Ника должна создать сама, как источник своей силы, свой якорь в мире. Для этих целей ею был куплен альбом. Она сама создала обложку, выполнив её из белой кожи, украсив коваными уголками и небольшим замком. Замок был колдовской, но пользоваться им Ника не умела. Поэтому замком ей служили кожаные ремешки, а текст она писала на родном языке.

Первые страницы были больше похожи на описание неудач, снов и слёз. Всего понемногу. Заклятий не было, проклятий тоже. Мысли плавали от незнания, что же нужно туда записывать.

Но потихоньку Ника стала описывать свои силы и тот результат, которого она достигла. В основном это были зарисовки тех демонов, что она видела рядом с ведьмами, и те слова, что они произносили.

Вести и создавать гримуар по-другому не получалось, практики не хватало. Ушани тоже считал, что проблема в её отсутствии. У него, как у некроманта, практика была. Но с миром мёртвых, а не с душой. Ника — ни здесь и ни там. Она всерьёз задумалась над совместной практикой с Ушани. Но он считал это преждевременным. Сначала — набраться теоретических знаний.

Глава 18. Смерть на веревочке

Прошло два месяца. На улице стояла зима. Снега было много, сугробы были под метр высотой, вечерами температура опускалась до минус двадцати градусов.

Ника всё своё время посвящала изучению манускриптов. Понимая основы ведьмовского дела, ей стали проще даваться меридианы, связи силы. Она стала отчётливо их видеть на себе. Не просто свечение, а нити энергии, их тонкие и широкие места. У неё появились способности чувствовать силу проклятия.

Все чаще за спиной звучало недовольное фырканье ведьм. Но они не трогали. Может быть и пытались, но тайно влиять не получалось, а в открытое противостояние никто не вступал. Кольцо оберегало постоянно. Каждый раз, как шло покалывание, Ника начинала прислушиваться к себе и всегда видела брошенное в неё заклятие. Она научилась отбиваться от них.

После общих лекций Ника бежала на индивидуальные занятия. Из всего плана обучения только лекция по артефактам была отдушиной. Пожалуй — это был любимый предмет. Там она создавала мелкие предметы, полная копия настоящих в миниатюре. Только благодаря этим занятиям она успокаивалась и не отчаивалась. Даже медитация не имела такого эффекта. По договорённости, преподаватель Авата продавала эти заготовки для создания дальнейших артефактов. И таким образом у Ники появился дополнительный заработок. Девушка старалась вложить в них только позитивные мысли исцеления. Преподаватель Авата всегда проверяла каждый такой материал и была крайне довольна.

Каждый вечер был занят тренировками по силовому сопротивлению. Физическая подготовка была на износ. На теле Ники синяков прибавлялось с каждым днём. Тяжёлые и изматывающие нагрузки добавляли жалости к самой себе. От преподавателя Сирпа ей доставалось. Он контролировал и её прогресс, а точнее его отсутствие, и её физическую силу, а точнее — слабость.

Никто не понимал, почему Нику должны учить совместно с магами. Она не проявляла маломальских достойных способностей или прояявление си, которые бы впечатляли. Маги, с которыми она находилась на тренировочном поле в одно время, или отпускали едкие оскорбления, или унизительные шутки. Какие только обидные прозвища они ей не давали. Хотя за ней уже закрепилось слово "Потеряшка" ещё с периода, когда она случайно перепутала аудиторию. Но были и другие, среди прочих "содержанка", "прислуга". Ника сдерживалась. Не было смысла что-то доказывать. Тут хоть бы самой себе доказать.

Девушка уставала. Преподаватель Сирп пару раз пытался определить границы её силы, но его методы не работали. Маги чувствуют потоки, она — видит душу, а не способности или движение энергии. Отсюда и не понимание, как развивать и что развивать. Да и не знал он о её возможностях.

Нику по-прежнему тренировали отдельно. Она всегда держалась особняком, старалась ни с кем не заводить дружбу. Всё её общение — это разговоры с Ушани, и несколько слов с Кижом. Закончила тренироваться и ушла. Даже в комнате с девушками времени болтать не было. Она

Но такой распорядок устраивал её: занятия, медитация, библиотека, силовая подготовка и сон. Никаких неожиданных событий.

Но спокойное время не может быть постоянным.

Сегодня занятие по силовому сопротивлению проходили, как обычно: тяжело и изнурительно. Между боевыми магами происходил тренировочный спарринг. В стороне Киж учил Нику ставить блок от ударов. Он бросал часть энергии — она старалась её остановить, или увернуться. Ничего не получалось, но в качестве бонусов ей доставались удары.

— Киж, это так не работает. Ну никак не получается почувствовать энергию.

— Ты права, это не работает. Месяц учишься, и все никак.

— И что тогда делать?

— Пока просто пытайся. Рано или поздно будет какой-то прорыв. Но честно, мы тратим на тебя слишком много времени. А прогресса нет. Да, физическую форму тебе подтянули, но... Не понятно, зачем мы тебя вообще тренируем, если ты не боевой маг.

— Я слышу в твоём голосе недовольство, — Ника даже улыбнулась. — Что толку обижаться, если даже мне не понятен такой уровень тренировок. Ведьм так не мучают.

— А им не надо. Уворачивайся! — прикрикнул Киж и запустил в Нику лёгкий поток воздуха.

Барс периодически посматривал в её сторону. Ника чувствовала этот взгляд, но упорно делала вид, что не замечает.

Со стороны спаринг-площадки были слышны крики. Слов не разобрать, но мешали сосредоточиться.

— Не отвлекайся! — Киж прикрикнул, — такое ощущение, что ты не работаешь. И как только лишила сил девяти ведьм. Это точно про тебя?

Крик на площадке усиливался. Студенты отрабатывали воздушные удары и блоки. Причём защиту они учились ставить с закрытыми глазами. Взаимная перепалка всё накалялась.

— ЛЕКАРЯ!!! — громкий крик Барса прогремел как гром среди ясного неба.

Ника обернулась. На земле лежал Кит, лучший друг Барса. Барсит стоял над ним, не понимая, что произошло. В области груди лежачего виднелось обожжённое месиво из кожи и ткани, а под ним на снегу растекалась кровь. Снег хоть и был утоптан на площадке, но его хватило, чтобы выделить кровавое пятно.

К моменту, когда Ника подбежала, парень выдохнул в последний раз и больше не подавал признаков жизни.

Началась беготня. Барс кричал, его оттягивали в сторону. Он был сам не свой, всё пытался подойти к упавшему.

Ника среагировала автоматически, даже не контролируя себя. За доли секунды она уже смотрела другим взглядом. Она видела душу, стоящую рядом. Юноша смотрел отстранённо и грустно, на его безжизненном лице застыла горькая улыбка.

Все кричали и ждали лекаря, а преподаватель Сирп пытался влить в парня хоть толику энергии. Но тот не делал ни вдоха. Ничего не помогало. Медленно, но все начинали понимать, что его не спасти.

Ника подошла к умершему.

— Не уходи. Я помогу, — проговорила девушка.

Умерший юноша стоял рядом с собственным телом. Взгляд его был пустым.

— Ника, перехода нет. Мёртвой энергии ещё нет, — вставил слова Ушани.

— Иди ко мне. Просто сделай шаг. Я помогу. Возьми меня за руку, — не останавливалась Ника.

Она видела, что оболочка истончается. Юноша не шёл, но за ним что-то стояло. И это отбрасывало тень. По мере истончения души тёмная часть становилась более видима.

Преподаватель Сирп, боевые маги замерли. Ушани перехватил взгляд тренера и дал тому знак не вмешиваться.

Ника смотрела на юношу. И вмиг она поняла, то, что стоит за ним, буквально поглощает его. Девушка сделала надрез на ладони и положила руку на тело юноши, к месту, где была нанесена рана. Её кровь проникла в рану. Существо словно почувствовало, тут же отделилось от парня. Ника быстро схватила умершего и притянула назад. Буквально сразу же он задышал.

Но Ника не отходила. Она смотрела на то, что осталось стоять на месте юноши. Оно было высоким и худощавым. Ширина его тела составляла не больше 20 сантиметров. Кости просматривались сквозь остатки кожи, огромные, в пол-лица глаза, белые и мутные глазницы без зрачков. Слишком длинные руки опускались ниже колен. И длинные пальцы. Оно смотрело на Нику. А Ника видела связь между сущностью и боевым магом.

"Связь надо разорвать. Но как?"

Сущ подбиралась ближе. И вот его руки стали тянуться к месту разрыва плоти.

— Ты не лишишь меня угощения. Ведь так, видящая? — шипел монстр.

Ника смотрела на движение рук. Она чувствовала, как под её рукой бьётся сердце парня. Пока её кровь наполняла его, монстр ему не грозил. А вот Нике... Она видела тянущиеся к ней руки и думала, что делать.

— Ушани, разрежь мне вторую ладонь, — всех шокировала её просьба, но только не того, к кому обратились. Он простым лезвием сделал надрез. Ника выставила свою ладонь вперёд, как щит, сумев приложить её к лицу монстра. Реакция не заставила себя ждать. Оно стало изворачиваться и шипеть, но отбросить руку девушки не могло. От крови на лице монстра отпечатался ожог. Все, что происходило, видела только она. Для всех остальных — Ника просто поднесла руку в воздухе, чуть выше своей головы, и вмиг кровь на её руке стала пузыриться, чернеть, и шипеть.

Ника вышла из транса. Все плыло перед глазами. Она отползла от юноши, и им стали заниматься лекари.

— Рон, ему ничего не грозит, — только и сказал один из них.

Преподаватель Сирп кивнул, и обратился к собравшимся.

— Занятия окончены, все свободны. Расходитесь. Ника, в кабинет, для разговора, — тон преподавателя не предполагал отказа от предложения.

* * *

Кабинет преподавателя Сирпа был по военному минималистичен: пустой стол и свечи, диван у стены, журнальный столик, платяной шкаф. На полу — не броский ковёр, на котором не видно ни одного пятнышка. В углу — книжная полка, но даже там книги стояли в алфавитном порядке.

Рон сел за стол, а Нике указали на кресло напротив.

— Ты его видела. Точнее, ты что-то видела.

— Да, я вижу, наверное, душу и то, что стоит за ней. У ведьм я вижу тех, кто им служит. Или точнее — кому служат они. Вижу их души, как они есть. Хотя человек, направивший меня сюда, говорил, что это проекция истинного я человека, или мага. Как угодно.

— И что ты видела.

— За тем, кого ранили...

— Его зовут Кит.

— Сначала я не понимала. Его душа просто истончалась, как будто не было сил войти обратно в своё тело. Он словно застыл. А по мере того, как истончалась его душа, я видела то, что стояло за ней и словно втягивало в себя её. Я не знаю, как это объяснить.

— Что ты сделала? Это что-то, что связанно с твоей кровью?

— Так, рассказывай о своих способностях. Что за фокусы ты опять устроила? — с порога стала кричать Мортимора.

— Я не знаю. Я в этот раз ничего не устраивала! — Ника ответила грубо и резко. Такая смена разговора очень удивила Рона. Он внимательно посмотрел на Нику.

— Ты только что вернула душу в тело, — не унималась Мортимора, — или опять скажешь, что не понимаешь, что происходит?

— Я не знаю, как. Я не понимаю, что умею. Я просто реально вижу, что стоит за заклинанием. И могу это снять. Но как это работает, я не понимаю. Да и пробовать не хочу.

— А почему твоя ладонь шипела, когда ты выставила ее прямо? — задал еще один вопрос Рон.

— То, что питалось Китом, не отпускало его. И оно не боялось меня. Я не знала, что делать. Однажды моя кровь сняла все крадники с одной ведьмы. Поэтому подумала, что так смогу это остановить.

— Видимо, сработало.

— Значит, тебе надо учиться управлять душой.

— Я не хочу, — отрицательно мотнула головой девушка. — Душа — это не то, с чем можно играть. Мало видеть, надо понимать... До того момента пока я не смотрю на людей...

— Магов. Не стоит называть магов людьми. Обидишь.

— Я пока не применяю свои способности, не смотрю на вас словно в трансе, не вижу тех, кто стоит за силой.

— А когда смотришь, твоя энергия выливается через край. Сегодня все маги это почувствовали.

— Да. И скрывать это я не умею.

— Ясно. Что думаешь, Мортимора?

— Теоретических знаний у нее маловато. Но...надо подключить мастера Кликса. Возможно, ей необходимо соединять теорию и практику. Надо понимать пределы её сил, — набрасывала идеи Мортимора. — Да уж, такого в стенах ВАРа ещё не было. Но ничего. И мастер Сирп, вам тоже стоит присутствовать. Кстати поймали того, кто стоял за студентом Китом Лори? То, что вы отвязали от него, погибло?

Ника непонимающе смотрела.

— Я понятия не имею. Оно должно погибнуть? — девушка была в недоумении.

— Мастер Сирп, у нас беглец.

— Я понял вас, Мортимора. Ника, иди спокойно в свою комнату. О том, что произошло, никому не говори.

— Но все и так видели.

— То, что они видели, и то, что рассказала ты мне, — это разные вещи. Давай. День был тяжёлый. Отдыхай.

Ничего не оставалось, как уйти. А мастер Сирп и Мортимора остались в кабинете.

* * *

Ника задумчиво вышла из кабинета преподавателя.

"А ведь действительно, куда делся тот монстр?" — эта мысль не давала покоя. Постояв минуту, девушка развернулась и отправилась прямо на стадион.

На стадионе было тихо. О прошедших событиях напоминала только лужа крови.

"Её никто так и не убрал. Надо же!" — Девушка оглянулась. "Это защищённое место. Как могла сюда проникнуть эта тварь? И кто это? Интересно узнать классификацию монстров. А такое вообще бывает? Скажешь тоже, классификация. Будто кто-то знает и разделяет их" — мысли крутились хороводом, пока девушка осматривала место тренировки. Ничего так и не выяснив, она попробовала войти в транс и осмотреться. Медленно она просмотрела землю, а после — всё вокруг. "Ничего. И чего я решила, что смогу что-то найти? Ладно, пойду в комнату. Это не мой бой".

Вдруг словно холодок прошёлся по её волосам. Девушка резко развернулась. Перед ней стоял юноша. А точнее — призрак. Ника замерла. Это был покойник. Бледный, серый, в потрепанной одежде. Юноша. Но напугало её другое: у него было такое же лицо, как и у неё. ЕЁ ЛИЦО. Сходство был очевидным. Он стоял и смотрел на неё. Видение растворилось так же неожиданно, как и пришло. Испарина покрыла спину девушки. Кольцо стало покалывать, жжение усиливалось. Ника застыла и боялась вздохнуть.

"Не просто так амулет стал сходить с ума. Что творится вокруг"? Вдох. Ника опять вошла в транс. Теперь всё выглядело ярче. Девушка начала озираться. Невдалеке, метрах в ста от неё, стоял тот монстр. На его лице кровавым месивом застыл отпечаток её ладони. Он не двигался. Ника тоже. Но все изменилось в доли секунды. Монстр стал стремительно приближаться. Ника попыталась убежать, но он успел схватить девушку и откинуть в сторону. Падение. Попытка отползти. Не удалось. Монстр схватил ее за ногу и стал тянуть. Его длинные когти царапали голень до крови. Кровь из ран причиняла боль и девушке, и монстру.

Ника в панике отбивалась, но понимала, что проиграет. Вдруг рядом с Никой появился Барс. Он быстро сориентировался.

— Говори, где он. Я помогу.

— Прямо. Он держит меня за ногу, — крикнула Ника.

У Барса в руках появилась двухклинковая глефа. Он пытался наносить удары, но монстр уворачивался быстрее. Ника только и успевала указывать ему, куда перемещается тварь.

Барс двигался быстро и точно. Он хоть и наносил ранения, но они всё равно не могли причинить вреда монстру.

— Куда он делся? Ну же, подсказывай, раз ты его видишь, — грубо кричал Барс.

— Барс, — Ника сняла повязку с руки. Рана на ней практически затянулась, — порежь меня.

— Что?

— Моя кровь ранит его сильнее. Живо, давай. Он приближается.

Барс действовал молниеносно. Тут же два клинка, словно по маслу прошлись по ладоням девушки, оставив после себя аккуратные бороздки.

— Сейчас, метр от тебя, слева, — Барсу только этого и требовалось. Он двумя махами разрубил тело монстра на три части. Со стороны казалось, что это было легко, словно он рассёк воздух. Но теперь уже в метре от него образовалось пятно чёрной крови. Монстра не разобрать, но остатки его энергии теперь стали видимыми. Барс подошёл и присел возле них на корточки.

— Думал, это шутка. А нет, действительно тварь. И кто додумался послать портак на Кита.

— Не трогай, — предостерегла девушка. — Он питался твоим другом, буквально не давая ему восстановиться. Не тронь. Я не знаю, что это такое.

— Но видишь? Ведь так?

— Спасибо, что помог, но это не твоего ума дело. Надо поз...

— Что ты видела? — перебил Нику Барс.

— Ещё раз — это не твоего ума дело.

На площадку подбежали Рон Сирп и Мортимора.

— Что у вас? — подоспел мастер Сирп. — От вас фонит на всю округу не понятно чем!

Ника и Барс переглянулись.

— Вот ваш монстр, мастер Сирп. Барс его убил, — подытожила разговор Ника. Она встала и сделала несколько шагов в сторону. — Можно я пойду?

Барс перехватил руку девушки. Он удержал руку прямо над сгустком энергии. Из раны по кончикам пальцев капала кровь. От неё сгустки

— То, что здесь было, исчезло, — сказал Барс. При этом он внимательно посмотрел на Нику. — Но важнее — как оно вообще сюда проникло.

— И почему ты смотришь на меня? — ехидно спросила девушка.

— Так, вы вдвоём, давайте ко мне в кабинет.

— Вы же меня отдыхать отправили?

— И что? Ты, я смотрю, ушла? Отменяется отдых. В кабинет иди.

Ника развернулась. Оторвав кусок ткани от майки, обвязала им ладони. "Это для магов восстановление — раз плюнуть, а для меня — целая наука". Прихрамывая, она пыталась идти.

* * *

Оба участника событий находились в кабинете преподавателя: девушка — на диване с закрытыми глазами, Барс ходил с места на место. В комнату ворвался Ушани.

— Что произошло, Ника, ты опять кого-то видела?

— Вот и я хочу это знать, — резко ответил вместо неё Барс.

Ушани съёжился от вопроса и глазами спросил "Что он здесь делает?" Ника только пожала плечами.

В комнату вошёл Рон Сирп.

— А ты что здесь делаешь? — уточнил он, внимательно смотря на Ушани.

— Испугался за подругу, — промямлил парень.

Мастер Сирп устало сел за стол.

— Так, как я понимаю, Ушани в курсе? — дождавшись нервного кивка Ушани, и равнодушного пожатия плечами Ники, он продолжил, — Понятно.

— Тренер, что происходит? — Барс влез в разговор.

— Присядь. Что происходит... А никто не знает, что происходит. Ника буквально видит, как выглядит порча на всех этапах её установки. Буквально, как паразитирует проклятие.

— Ну я бы так не сказала, — Ника попыталась возразить.

— Ника, порча — это то, что мешает и тормозит развитие мага, человека, ведьмы на всех этапах становления. Способности каждого индивидуальны. Они этапны. И на каждом этапе сила противодействия разная. Силу тоже можно развить. Так вот, ты видишь это не как помеху, тёмное пятно, как видим мы. Ты видишь это, как паразита, питающего энергией. Я о таких способностях даже не знал. Поэтому, вы трое... Ушани и Ника, у вас будут дополнительные занятия по некромантии. Ты будешь учиться на душах тех, кто застрял в этом мире. Барс — ты их прикрываешь. Понятно?

— НЕТ, — хором ответили все трое.

— Вот и мне не понятно, как это должно выглядеть. Ладно, по ходу разберёмся. А теперь отдых.

* * *

Вернувшись в комнату, Ника открыла свой гримуар и стала зарисовывать все, что сегодня видела: монстра, его реакцию на кровь, на металл, на смерть.

Но особую страницу она посвятила тому, чьё лицо так сильно напоминало её собственное. Она рисовала портрет. С него смотрел юноша, слегка грустный и отрешённый. Но у него было ЕЁ лицо!

* * *

С утра до начала занятий Барсит подошел к мастеру Сирпу.

— Поставьте меня в пару с новенькой. Киж не справляется. Толку от него мало. Да он и не знает её секрет, — Барсит стоял перед ним на вытяжку, — вы же сами сказали мне их прикрывать. Пусть она побудет моим напарником.

— А Кит не обидится? Вы же с ним сдвоенники.

— Он восстанавливается. Так что я вполне могу.

— А Ника? Она сможет с тобой работать? Вы не особо вежливы друг с другом.

— Я думаю, что найдём общие темы.

Рон смотрел на него внимательно. Затем почесал почесал подбородок и утвердительно кивнул.

— А может ты и прав. Киж не знает, как её тренировать. Хорошо, давай попробуем.

* * *

На занятиях мастер Сирп объявил о замене. Киж ушёл, а его место занял Барсит.

Ника не ожидала. Она смотрела на происходящее в потрясении.

— Даже не верится... Я не хочу, — слишком резко отреагировала она на такие изменения.

— Тебя не спрашивают, — грубо ответил Барсит. Он бросил перед ней тонкие металлические ленты, — Вот, утяжелители для рук и ног. Надень и не снимай, так тело привыкнет к нагрузкам. Они не большие, под одеждой не видно. Носи их всегда: лекции, покой, душ, обед — они должны быть на тебе, повторю, всегда.

— Ещё раз, я не хочу с тобой заниматься.

Барсит продолжал, словно не слыша её:

— Дальше, тренировки мы немного поменяем. На общих мы тренируемся со всеми. Но вечером ещё час отдельно.

— Зачем?

— Я хочу, чтобы ты начала контролировать свою силу. Поэтому надо, что ты ею пользовалась. Сегодня и попробуем. А пока я проверю твою общую подготовку.

— Тут и до тебя мастер Сирп проверял.

Барс словно не слушал её возражения. Он только бросил перед ней тренировочное древко.

— Теперь тренируешься с ним. Надевай браслеты.

Ника в руках покрутила брусок, потом затянула металлические ленты на запястьях.

— Так, начали, повторяй за мной, — Барс показывал ей упражнения. В основном он смотрел на работу мышц и нагрузку.

Ника повторяла, он оценивал.

— Уровень физической силы ниже среднего, выносливость — ниже среднего, баланса нет. А точнее слабый. Нда... — как и Киж, он был не особо впечатлён.

— Я занимаюсь только три месяца. Чего вы все от меня ожидаете?

— Сила не пробуждается просто так. Она накапливается. А ты словно три месяца назад очнулась.

На такое замечание Ника только закатила глаза и тяжело вздохнула.

— Пробуй отбивать, — Барс создавал сгустки энергии, направляя их на девушку. В его руках уплотнялся шар. С виду прозрачный, если бы не пас руками, то и не поймёшь, что он делал.

— Чем? — и тут же Ника почувствовала жар у плеча, — а-а-а!

— Не чем, а как. Твоя задача — просто увернуться от них, — давал он наставления, — Странно, что ты ничего не чувствуешь.

— Так наверное мне ничего не грозит. Я только в минуту опасности могу... Точнее, не могу контролировать и всё само происходит.

— Ты не пыталась воспользоваться своими силами просто так?

— А зачем?

— Пробуй сейчас.

— Нет. Слишком много вокруг магов. Я не буду.

Барсит смотрел на нее задумчиво.

— Ладно. Тогда вечером придёшь сюда ещё раз и посмотрим.

— Слушай, а зачем тебе это всё? — Ника не понимала мотивов Барса.

— Занятие окончено. Ещё увидимся.

Барс ушел не прощаясь. Ника только смотрела ему в след.

* * *

Вечером Ника пришла на стадион вместе с Ушани. Вокруг было темно и холодно.

— На поле никого нет. Может ещё не пришёл? — Ушани оглянулся. — На какое время он назначил?

— Вечером, — Ника растирала озябшие ладони.

— Замёрзла? — Ушани помог растереть её руки.

— Не люблю тренировки на улице. Все-таки зима.

— А мы любим. На тренировках все всегда распаренные, постоянно двигаются. Чем морознее, тем веселее.

— Не разделяю твоего веселья. И сюда идти не хочу. И заниматься с Барсом не хочу. Вот что у него на уме?

— Барсит сказал, а мастер Сирп подтвердил, а значит надо слушаться. Итак три месяца прошли впустую.

В воздухе послышались искорки. В ту же минуту горячая волна воздуха сбила девушку с ног.

— Что происходит? — закричал Ушани.

Некромаг предпринял попытку спрятать Нику: от его сил всё заволокло туманом; сквозь белую дымку шёл шёпот, от которого волосы шевелились на затылке. Но это не помогало. Ника вскочила быстро, но последовал второй удар. Больно. Теперь она стояла на четвереньках и не могла подняться. От третьего удара её спас Ушани. Удары были настоящие и направлены на девушку. Земля возле Ники вздрагивала. Та уворачивалась, но не всегда удачно. Выбора не осталось, и Ника стала видеть все по-другому.

В темноте стоял Барсит. По его телу шли потоки энергии. Видно было, как они собираются в его руках, образуя сгустки.

— А теперь ты видишь?

Барс смотрел на Нику. Он почувствовал её энергию.

— Ты с ума сошёл? Прекрати!!

— Нет. Что ты видишь?

— Уворачивайся! — Ушани переживал за Нику. Фантомы мертвых людей появлялись перед Барситом, но не могли ему навредить. Попытки отвлечь Барса не особо помогали.

— Твой источник силы находится в области солнечного сплетения. На спине рунические знаки, — кричала Ника.

— Неплохо. Сколько их?

— Пять.

— Молодец! Источник силы?

— В центре.

— Очень не плохо. Тогда отбивайся, — Барсит направлял удары.

Ника металась в разные стороны, падала на землю, кувыркалась. Барсит гонял её по стадиону практически час. Наконец, это пытка подошла к концу. Все прекратилось. Воздух словно сбросил напряжение.

Барс медленно приближался.

— Видимо, энергию ты не видишь, даже когда силой пользуешься. Но видишь источник. — говорил Барсит спокойно. — Это плюс. Но то, что все остальные тебя чувствуют — это минус. От тебя такая волна исходит! Ни блоков, ни других попыток избежать удара.

Ника еле дышала. Она смотрела на него и даже сказать ничего не могла от шока.

— На сегодня, пожалуй, закончим, — задумчиво произнес Барс.

Ушани подошёл быстро.

— Засранец, — он замахнулся, целясь в Барса, но тот без усилий поставил блок. Следом Ушани получил ощутимый удар в солнечное сплетение. От неожиданности тот рухнул на колени и стал жадно глотать воздух.

— Скотина, — только и промычал он.

Девушка подошла к Барситу. Он только поднял бровь в молчаливом вопросе. Ника тоже выдержала паузу. И следом она резко залепила ему пощечину. Ушани только от прозвучавшего звука поморщился, словно сам эту боль почувствовал.

— Ты ненормальный?

— Справедливо, — спокойно, как ни в чём не бывало, согласился Барсит. Он в упор подошёл к Нике. Та не сделала и шагу назад. Барс наблюдал за ней с неприкрытой улыбкой, затем заботливо вытер капли грязи лица. — Твои обиды тебе помогут в живых остаться? Если нет, тогда завтра в это же время. Будем учиться делать так, чтобы спрятать твою энергию.

Сказал и ушёл. Нике осталось только смотреть на его широкую спину. Самоуверенный, полностью спокойный, даже не вспотел, в то время как она вся в разодранной одежде, грязная и всклокоченная.

Ушани тихонько заскулил.

— Ты как? — Ника помогла подняться.

— Воды...

— Вот, держи, — Ника протянула ему бутылку. Тот дрожащими руками сделал пару глотков, — Пошли, помогу дойти.

Вдвоём они поковыляли прочь. Нике сил хватило только дойти до комнаты и отключиться. Соседки ей посочувствовали, прикрыли пледом и затушили свечи. Девушка уснула мёртвым сном.

* Древко с двумя клинками, расположенными на концах. (прим. автора).

Глава 19. Хождение по мукам

"Полумрак комнаты был разбавленлёгкимсветом свечей. Несколько канделябров стояли на длинном деревянном столе. Красивая посуда, сверкающие бокалы. Пламя отражалось в них яркими бликами. На столе многояств: тушёныйкролик, запечённые овощи, буженина и соленья, пироги. Бокал красного вина. Столовымножомкто-то режет кусок мясо. Сок и подлива стекают... И тут же кусок мясо отправляется в рот. Губыблестят от жира. Звуки чавканий. Чья-то рука поднимаетбокал с виной и залпом его выпивает. Яствана стол всё подставляют и подставляют.

— Она сама придёт, — грубый мужской голос был спокоен, — я всё равно её найду. И времени у меня достаточно. Я не тороплюсь.

Картинка сяствамисменилась на картинку складбищем".

"ОПАСНО" — крик разбудил девушку.

Ника была вся в поту. Сердце стучало в панике: "Кто это был? "

За завтраком она была молчалива.

— Ты сегодня рассеяна, как никогда, — вывел её из размышлений голос Шоры.

— Устала, — тихо ответила девушка.

— Мы тебя такой, как вчера, никогда не видели. Ты заснула раньше, чем в комнату вошла. Буквально упала на подушку. Сильно тебе достаётся?

— Мг, — утвердительно покачала головой девушка.

— Какие планы на сегодня?

— Практическое занятие по некромантии. Я сегодня иду с Ушани на кладбище, — невесело проговорила девушка.

— А не рано?

— Для чего рано?

— Ты же не некромант. Зачем тебе эта практика. Ты же лекарь.

— Не знаю. Я на всех факультетах учусь. Вот я и иду. Мортимора так сказала.

* * *

Урок проходил на свежем воздухе. Морозец кусался за щеки. Вокруг было тихо, даже ветер не шумел. Снег набросал сугробы.

Кладбище хранило покой. Покосившиеся кресты соседствовали с надгробными плитами.

Ушани и мастер Кликс прохаживались вдоль рядов. Сегодня они рассказывали Нике, как поднимать усопших.

— Поднятие мёртвого — очень тонкий ритуал. Без надобности его практиковать нельзя. Душа человека может быть в покое, тело разлагается, остатки памяти сохраняются плохо. И мысли тоже потихоньку стираются. Некроманту надо соединить разбросанные части души с телом: это само тело, или его остатки, душа, мысли, чувства, надежды и мольбы. Тебе нужно знать много о человеке, чтобы понять усопшего. Проще поговорить с его духом. Но это при условии, что душа не переродилась. А так, тело может разлагаться и пытаться говорить одновременно, кишки вываливаются... То ещё зрелище.

Нике становилось плохо.

— Не могу это всё представить. Тошнит.

— Пробуй просто идти. Не смотри по сторонам.

— Легко тебе сказать. А почему вы называете это кладбище студенческим?

— Кладбище древнее. Но могилы все неупокоенные. И мы практикуемся с ними. Студентов тут часто можно встретить. Кто ритуалы проводит, а кто учится.

— Ушани, а если покойника увидеть, то это к чему?

— Смотря какого. Кто-то помощи просит, кто-то предупреждает. Иногда в спутники набивается. Порчу тоже на покойниках ставят. Тут разбираться надо. Поэтому и зовут некромантов. Мы на могиле обряды проводим. Или с покойником разговариваем.

— Слушай, тут такое дело... Я на днях покойника видела. Когда Барс меня спас. И сегодня могилу видела во сне. К чему это?

Ушани даже остановился в шоке от услышанного.

— Что? И почему ты сразу об этом не сказала?

— Знаешь, я ещё голос слышу.

— Ника, ты нормальная? И ты только сейчас мне об этом говоришь? Какой голос?

— Юноша, он кричит.

— Что кричит? Подробно, когда, чего кричит, что показывает, что испытываешь! Давай-ка сначала!

— Он меня наверное предупреждает.

— Ника, я сейчас вообще ничего не понял. Сначала!!!

Ника присела на скамейку у старой могильной плиты. Она стала рассказывать сны, которые видела здесь, в академии, и те крики, которые слышала.

— Всё пытаюсь понять, вот та комната, где были существа с рогами и копытами, кто это?

— Это демоны высшего порядка. Ты слишком много смотрела на бесов, вот тебя и пригласили. Они решили познакомиться.

— И это опасно?

— Очень!!! Ты себя среди них по силе сравнила?

— Я не сравнивала.

— Зато они сравнили. Ты же видела, кто стоит за душами ведьм?

— Да, видела.

— А они тебя нет. Вот и пригласили.

— И как мне засыпать?

— А медитируешь ты зачем? Защиту проверяй каждый вечер.

— Между тренировками не успеваю. Интересно, а как они меня позвали.

— Не они. Тебя туда силой затащили посмотреть. А кто это сделал — большой вопрос.

— И зачем?

— Врагов ты нажила много. Кто-то мстит, кто-то злиться. Не знаю, Ника.

— И кто-то говорит со мной. И предупреждает об опасности. Но как узнать кто? Ушани, я слышу этот голос в минуты опасности, в этом я уверена.

— Что он делает? Приказывает, подбивает на что-то, зовёт за собой? Не иди, если он зовёт. Ника не знаю как, но не иди...

— Нет, он... не в этом дело. Он меня оберегает. Этот голос защищает и говорит, что делать.

— Защищает? И в чем его защита? Здесь надо понять, друг это или враг.

— Конкретно сегодня заставил проснуться.

— Ника, даже не знаю. Голос отдельно с тобой говорит? — Ника кивнула, Ушани задумчиво барабанил пальцами по подбородку. — Есть один некромант, он может определить, есть ли в тебе неупокоенная душа.

— Откуда во мне неупокоенный?

— Да откуда я знаю?! Но мне отдельный голос в голове указания не раздаёт. Нам нужен кто-то не из ВАРы, но надёжный.

— А сам не можешь?

— А если что-то пойдёт не так? Кто поможет?

— Так ты же некромант! Ты же пробовал ритуалы на упокоение, рассказывал же!

— Я ещё ученик. И то были ритуалы под контролем мастеров. А с тобой не всё так просто. Я поспрашиваю. Отец должен помочь.

— Значит в академии нет тех, кто способен помочь, а за ней — есть?

— Практикующие маги не работают в академии. Не сравнивал я силу наших преподавателей. Да я бы и не рискнул обращаться к знакомым. А моя семья очень влиятельна. Таких практиков, как среди них, нет и близко в округе.

— Я иногда задумываюсь, Ушани, почему же тебе семья не помогла кинжал то вытащить.

— Вот учишься-учишься, а все равно на идиотку смахиваешь, — Ника в шутку хотела отвесить ему щелбан.

— Шучу! — сориентировался Ушани.

Оба засмеялись.

* * *

Воскресенье. Сегодня Ника и Ушани вышли из Академии на встречу с другом семьи Во Ги — старинным другом отца Ушани. Отец, когда узнал, зачем Ушани такого рода связи, пообещал помочь. Он был крайне благодарен девушке за спасение своего сына.

Молодые люди ехали далеко за город. Место жительства друга семьи не всем открывалось, но для них сделали исключение.

Это была одинокая лачуга посреди поляны, со всех сторон окружённая лесом. Снежные холмики хаотично возвышались вокруг. Узкая тропинка вела к дому. Дорогу явно не чистили несколько дней. У дверей — всё те же огромные завалы снега.

— Нам точно сюда? В гости никого не ждут.

— Да, сюда.

— Не приветлив хозяин, — Ника осматривалась вокруг. — Почему вокруг только сугробы? И как он выживает один в лесу?

— Это не сугробы. Это могилы.

Ника даже замерла на секунду.

— Почему здесь? Можно же жить не посреди кладбища.

— Так спокойнее. Эти могилы — его охрана. Да и пропустят только тех, кому сюда дорога нужна, прям очень надо. Пошли. Это друг отца. Он много не возьмёт.

— Кошмар какой!

Ушани постучал в дверь. Послышались слова "открыто". Ника и Ушани, впуская морозный холод, вошли внутрь.

В лачуге было на удивление тепло и уютно: светлые деревянные стены, камин, кожаный мягкий уголок, огромная картина на стене. Небольшой столик, тёплый ковёр. Старик сидел в кресле-качалке у камина и читал. Короткие седые волосы, очки на носу, тёплый бежевый свитер, в тон ему брюки, меховые тапочки. При виде молодых людей он улыбнулся дружеской приветливой улыбкой. Если не знать, что в гостях у одного из сильнейших некромантов, да ещё и в окружении могил, то складывалось впечатление, что тебя приветствует безобидный добрый одинокий Дед Мороз. Только эльфы его в гробиках спят.

— Проходите. Ушани, ты вырос. Совсем мужчиной стал, — старик обнял парня по-отечески.

Ушани только застенчиво улыбнулся.

— Здравствуйте. Дядя Сиорг, отец велел вам поклон передать.

— Спасибо. И отцу передай моё почтение. Пусть в гости заезжает. Буду рад его видеть.

— Я обязательно передам. Мы к вам за помощью.

— Я наслышан. Ну что же, не будем терять время. Давай сюда свою беду. Посмотрим, что можно сделать.

Ника сделала шаг вперёд. Старик осмотрел её и сделал пригласительный жест к столу.

— Только сними защитный амулет. Розовый корунд по твоём пальчике прекрасен. Подарок?

— Да. Очень ценен для меня, — Ника сняла украшение.

— Он сам по себе ценен. Даже бесценен. Присаживайся.

На столе стояли свечи. Старик и Ника сидели напротив друг друга. Он крепко взял девушку за руки. Его глаза стали в миг прозрачными. Казалось, на тебя смотрит сама Морана, холод добрался до каждой клеточки её тела. Пальцы буквально замёрзли и болели, словно их отморозило.

Всё заняло чуть больше десяти минут.

— Нет в тебе ничего, — выдохнул старец. — Чистая. Чужих неупокоенных не вижу. Защита хорошая, но видно кто-то в гости приходит. След от покойника слабый, но есть. Недавно захаживал. Только на него защита не срабатывает. А не срабатывает она только на родственников. Кто похоронен у тебя?

— Я не из... Нет никого в этом мире и быть не может.

— Может или не может, не тебе решать. Только это точно кто-то, кто тебе по крови близок, раз защита воспринимает его как своего. Надо же, все силы забрала. Стар стал для таких дел. Устал я. Разговор окончен, — повысив голос, жестом указал на окончание спора. — Иди. Оплату положи на столе. Всё до копейки, как договаривались.

— Здесь даже больше. Спасибо, — Ника положила на стол деньги, продукты и тёплый плед. Ушани хоть и предупреждал, что он берет

— Идите, — устало проговорил старец.

* * *

Ушани и Ника возвращались в Академию молча.

— Ты что-нибудь понял?

— Я понял, что твою защиту, родовую, обходят. Амулет обходят. И делают это так, словно это твоя воля.

— Варианты есть?

— Есть. Может предсказание попробуем?

— Чего?

— Ну гадалку.

— Нда, нет слов Ушани, нет слов.

— Ну что-то делать надо.

— Точно, искать гадалку, — голос Ники был полон сарказма.

— Зря ты относишься с предубеждением. Хорошая гадалка на вес золота. Может что и подскажет... Я поспрашиваю. На всякий случай. А вдруг кто поможет.

Ника просто закатила глаза. Сарказм сарказмом, но те вещи, что сказал старец Сиорг, не укладывались в голове. Но ведь и покойник имел её лицо, что тоже противоречило здравому смыслу.

* * *

Барс отрабатывал удары в комнате. Это у девушек цветочки и готовка, а в мужском общежитии — комната с гантелями и грушей.

Возле Барса стоял Киж.

— Ты сегодня один.

— Да, — Барсит боксировал. — Они сегодня не пришли.

— Ника с её хвостиком? Может ты слишком надавил. Ника девушка ранимая.

— И? Как ранимость её спасёт? Со мной она хоть в какую сторону продвинулась. Не всё ей в синяках ходить.

— Да чего ты! Я старался, как мог.

— Ты и старался? Киж, ты себя в дисциплине держать не можешь. Что уже говорить о других.

— Слушай, умный самый!

— Аккуратнее!

В комнату заглянули другие.

— Че у вас тут?

— Да Барс бесится.

— Ну так он всегда бешеный. Спишь плохо, Барсит?

— Да идите вы все!

— Да что с ним?

— Иди спроси!

— Не, я не пойду.

Барс вышел на пробежку. "И куда эти двое пошли. Она же совсем слабая, ничего не умеет. И друг её этот. Самого ещё учить надо. Время ближе в ночи. И где она?" В этих мыслях Барсит бегал, пытаясь хоть немного снять напряжение.

Сам не понял, как оказался у её общежития. Этих двоих он заметил сразу. Ушани довёл Нику до двери, они несколько минут говорили, а затем он махнул рукой на прощание и ушёл.

Ника постояла ещё какое-то время, задумчиво смотря то в небо, то себе под ноги. Она уже готова была уходить.

— Где вы были? — голос Барса прозвучал за её спиной, а следом и сам он вышел из тени.

— Что? — Ника смотрела на него широко открытыми глазами, — Ты тут как? Откуда?

— Вопрос повторить?

— Слушай, ты меня тренируешь, а не контролируешь. Да и мне хватило. Да сих пор всё болит.

— Вероника, ещё хоть одно занятие пропустишь, у тебя будет болеть всё ещё очень долго.

— Иди ты знаешь куда!

— Я то как раз знаю, куда можно попасть, а вот ты, по-моему, не особо представляешь. Я предупредил.

— Достал! — с этими словами Ника ушла.

Барс видел, как в её комнате загорелись свечи.

— Спокойной ночи, Потеряшка, — Барс уже спокойный и уверенный ушёл к себе.

* * *

В комнате у девушек были тихо. Ника села за стол и задумалась. Из мыслей её вывел голос Шоры.

— Привет. — Шора стояла в дверях.

— Привет.

— Как ты? Сидишь, потерянная.

— Да, вопросов больше, чем ответов, — обречённо выдохнула Ника. — А ты почему не спишь?

— Слишком громко вы разговаривали.

— А, это... — Ника только отмахнулась. — Не знаешь, где найти гадалку?

— Зачем? — Шора даже удивилась смене темы.

— Изучаю предсказания. Хочу увидеть, как они работают. И можно ли им доверять.

— Гадалок в городе много. Но особенно хвалят мадам Кутис. У нее салон в самом центре города. Попробуй туда сходить.

— Спасибо, попробую.

— А на кладбище ты зачем ездила?

— Что? — Ника даже не поверила, как точно был задан вопрос.

— Веет сильно могильным холодом.

— Это... Практика с некромантом. Я же на всех факультетах учусь.

— Понятно, — недоверчиво проговорила Шора. — Ну ладно, спокойной ночи.

— И тебе.

Ника проводила Шору взглядом: "Как она про кладбище узнала?"

* * *

— Салон мадам Кутис — самое модное заведение. Запись расписана на месяцы вперед. Пришлось напрячь покровителей, чтобы к ней попасть, — Ушани проводил инструктаж с Никой, перед тем, как она уйдёт к гадалке.

Молодые люди ехали в карете в центр города. В воскресенье движение было плотное. Все куда-то спешили. Ника смотрела в окно. Городской пейзаж, трёхэтажные дома, узкие улицы. Но её мысли были далеки от того, что она видела.

— Как думаешь, доверять ей можно?

— Нет слов, Ника. Чему тебя учат? Никому из мира магии доверять нельзя. Мадам Кутис владеет своим салоном больше ста лет и всегда остаётся стройной, красивой. Вспомни Эленири.

— Ага. Ещё что скажешь?

— Слушай внимательно, — нехотя начал Ушани шёпотом, — Это знают только ведьмы и маги. В этой ситуации, думаю, и тебе надо знать. Она попросит плату. Её отдай после сеанса. И отдай больше, чем она запросит. Не экономь.

— Почему?

— Все берут плату. И проще занизить цену, чтобы взять нужный ресурс: годы жизни, здоровое, удачу. Если услуги оплачены не полностью, то даже напрягаться не надо, клиент всегда доступен. И можно без усилий взять себе немного удачи, немного здоровья. Кто-то возьмёт чуть-чуть, а с дурака сдерут три шкуры. Поэтому заплати больше, что бы и шанса не было хоть что-то у тебя забрать.

— Это подло. Люди же идут за помощью, а их обманывают.

— Для получения ответов на свои вопросы, человеку понадобились бы время, опыт, затраты, осознанность. И все это — годы проб и ошибок. Но он пропускает эту стадию, получая сразу правильные ответы. И всегда стоимость опыта оценивается соразмерно. Но...

— Всегда это "но"!

— Ника, люди идут за снятием с себя ответственности. Чтобы кто-то другой решил их проблему. И при этом хотят сэкономить! Так что всё закономерно.

— Жестоко.

— Сбалансировано, — возразил ей Ушани.

Ника задумалась над его словами.

— А заплатить больше — это сколько? А если скажет, что "не надо"? А если — "сколько сможешь"? Сколько заплатить, Ушани?

— "Сколько сможешь" — это вообще любимая валюта. Никогда не угадаешь. Но сумма сама придёт тебе с голову. От неё и отталкивайся. Сколько бы тебе не показалось, заплати чуть больше.

Ника только тяжело вздохнула.

Карета прибыла к назначенному времени. Девушка вышла из неё и направилась в салон мадам Кутис. На двери совсем не было вывески. Но она скорее была лишней. Это заведение не нуждалось в рекламе.

Ника вошла в приёмную. Богатая обстановка просто кричали о достатке: на стенах — тёмно-зелёные обои и красное дерево, которые гармонично дополняли друг друга; шкафы

Сквозь занавеску вошла мадам Кутис. Чёрное простое платье, тугой пучок волос, ни грамма косметики. Молодая красивая женщина. Её выдавал взгляд: слишком острый, пронизывающий, преследующий.

Жестом она пригласила сесть за стол. Взяла карты в руки.

— Что ты хочешь узнать? Задай вопрос. Если есть ответы, я тебе их скажу.

— Меня кто-то ищет?

Мадам Кутис раскладывала карты на столе.

— Да, ищет. Но это не тот, о ком ты пришла спросить.

— Я его знаю?

— Я не могу ответить на вопрос, на который уже есть ответ. Ты знаешь.

— Тот, кто говорит со мной, ему можно доверять?

Мадам Кутис несколько раз делала расклад. Но после отложила карты в сторону.

— Дай мне свою руку, — протянула она ладонь.

Ника вложила свою руку в её. На ощупь, будто прикоснулась к старой пересохшей бумаге. Гадалка придержала её, глаза её были закрыты, она шептала едва сомкнутыми губами.

— Сними амулет, он мешает, — попросила мадам. После продолжила шептать дальше, — по своей воле он не причинит тебе зла.

— А не по своей?

— А это у хозяина спрашивать надо.

— Какого хозяина?

— У вас один хозяин. Одну часть души он уже взял. Ты вторая.

— Вторая? А кто первая?

— Её найти надо. Подсказки придут. Необходимо уметь видеть, — гадалка откинулась в кресле и стала массировать виски. — Уходи. Устала очень. Оплату сама положи. Сколько сможешь.

Ника оставила деньги на столе, там было всё её месячное содержание. Всё, что было с собой.

Вопрос автора: с сыном на днях спорили по изложению книги. Он сказал, что слишком много описаний. Но в этой главе, как мне кажется, их слишком мало... Что думаете?

Глава 20. Кладбище

"И катит, катит грузовик, везётон овощи и фрукты, дррр" — маленький мальчик играл с машинками во дворе в песочнице. Он показывал его новый автопарк — смотли! Моя! Новая!

Ты просто не сможешь вытащить! У тебя денег не хватит. Ему надо лечение. Ну где ты стольковозьмёшь? — зло кричал мужчина на женщину.

Дом родителей. Кухня, где мама готовила!

Тызе знаешь, сто я тебя люблю, — шептал маленький мальчик на ушкосестрёнке. Его ручки бережно обнимали девочку.

Помоги, мне стласна — совсем маленький, он чувствовал, что умирал, — мне так стласна.

Пятно крови. Разбросанные игрушки.

Почему мой ребенок!!! — кричалабогато одетая женщина.

Так мы восстановим справедливость, — шептали мужские губы.

Ты не приходишь, — говорилмальчикиз-за могилы.

Покосившийся крест, пустое поле, каркающие вороны".

Ника проснулась в холодном поту. Девушка пыталась осмыслить, что она видела. Она переводила взгляд с одной стены на другую. А голове все звучали слова: "необходимо уметь видеть".

Тяжёлый сон и тяжёлые мысли. И сон ли это. Больше похоже на воспоминания. Только чьи?

— Кто этот мальчик? — всё пыталась вспомнить девушка. Она коснулась уха и шеи: "Будто он сейчас прошептал слова, что очень любит меня. И почему я уверена, что эти слова говорили мне?".

Мысли крутили в голове. Ника достала свой гримуар и стала делать наброски. Воспоминания ускользали, отчего приходилось рисовать размашисто и быстро.

— Надо поделиться с Ушани, — она обеспокоено рассматривала получившийся рисунок. — Может он подскажет?

Положив его в сумку, она все же попыталась ещё раз уснуть. Девушка крутилась с одного бока на другой. Но сон всё не шёл.

Ника чуть дождалась времени, когда начнутся пары. Позавтракав, она уже бежала на лекцию.

Ушани встретил её, невыспавшимся и зевающим, лёжа головой на трибуне. Ника сразу начала тараторить о том, что ей снилось.

— Что думаешь? — завершив рассказ, поинтересовалась она.

— А что тут думать? Надо искать могилу, что ты видела. Опиши её. Гадалка же о подсказках говорила.

— Я сделала лучше. Вот, я её нарисовала, — Ника потянула сделанный карандашами набросок.

Ушани внимательно рассматривал рисунок.

— Ник, а что это за отметка на могиле. Вот здесь. Как подкова на кресте, перевёрнутая, — указал он на странный выбитый изъян.

— Это была такая отметина. Я зарисовала, как видела, — Ника закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, — уже не помню. Но вроде рисовала, как видела. А что не так со знаком?

— Это знак замка на могиле, чтобы неупокоенный не смог прийти к обидчику. Уверена, что это было так?

— Ушани, откуда я знаю? — Ника ответила с раздражением. — Кто тут с мёртвыми общается, а?

— Ладно, я общаюсь с мёртвыми, — обречённо выдохнул парень.

— Вроде так и видела, — уже сомневалась Ника. — Мне больше кошмар приснился. Я пыталась собрать всё из обрывков.

— Я поговорю с одним из учеников. Знак меня этот беспокоит и сомневаюсь я. Сначала удостоверюсь. О, преподаватель уже здесь. Всё, слушаем, лекция начинается.

В это время к кафедре преподавателя уже подошёл лектор, чем ознаменовал начало лекции.

— Итак, студенты. Почему многие из вас могут видеть разные энергии? Например, кто-то видит только эфирное тело, кто-то — существ, кто-то — импульсы энергии. Но никто из вас не видит целую картину целиком. Это зависит от дарованной вам силы. Например, некроманты не могут исцелять. Да и душу они видят только тогда, когда вернуться к жизни уже не возможно. Именно тогда душа делает необратимый переход и просыпается особая некротическая энергия. И вот её то и видят некроманты. Но энергия — это не душа и не дух. Это след оболочки, чьи мысли сильно растворяются, теряются после смерти. Но самые негативные эмоции при этом многократно усиливаются. Как правило, это гнев, жажда, боль, ярость, злоба, обида. Именно поэтому так важно при жизни контролировать свои чувства и мысли, и после смерти дать усопшему мир и покой. Но чаще происходит по-другому. Самые тёмные чувства, многократно умилившись, неконтролируемы и могут разорвать остатки души или лишить умершего покоя. Вот тогда-то и помогают некроманты упокоить эту мёртвую энергию.

Дальше, например, травницы. Они не видят сущей мёртвого мира и некротическую энергию, но чувствуют чистоту пространства. И могут очищать его с помощью растений. Таким образом они создают барьер для всего чуждого, и наше тело и наша энергия восстанавливается, как если бы это было в стерильном чистом пространстве.

Или, например, боевые маги. Они видят только энергию, но не видят ни монстров, ни бесов. Почему? Ооо, всё просто. Эти маги учатся контролировать такие эмоции как страх, сомнение, трусость. И учатся они этому с детства. И поэтому они не видимы для бесов, нет так называемых эмоциональных крючков. Но пока спокойно пространство, маги также не видят бесов. А те

Целители. Они могут помочь только живым. Если они имеют дело с умершим, то вернуть его к жизни не могут. Есть небольшая стадия перехода, буквально доли секунд, когда душа уже вышла из тела, но к мёртвой не относится. И многие спорят, чьё это право влияния. Целители не могут вернуть её в тело, некроманты не видят среди мёртвых. Так кто может вернуть? Никто. Здесь право души, вернуться или начать новый путь. Целитель может только поддержать и исцелять тело, чтобы облегчить выбор, укрепить меридианы, но заставить не может. Это чистая воля. Могут ли целители очистить энергию — безусловно. Но, в отличие от ведьм, они не могут делать энергетический слепок.

Дальше ведьмы, что же видят они... А вот они уже видят слепок энергий на теле человека, следы и метки чужой силы, влияния или их отсутствие. И могут ими управлять: как добавлять новые, так и снимать старые. Многие среди них с даром ясновидения. Тогда могут видеть будущее.

Преподаватель приводил примеры разных энергий и из смешений. Ника всю лекцию сидела, как на иголках, слушала вполовину и не могла дождаться окончания. После она буквально вытолкнула Ушани на разговор с одногруппником, несмотря на его препирания, и следом поплелась за ним.

Ушани, отбиваясь от неё, подошёл к Тифору — рыжеволосому веснушчатому парню в круглых очках.

— Тифор, совет дашь? — отвлёк он его от учебника. — Как самый умный из нас всех?

— Так уже из вас всех?

— Подскажи, как проникнуть на кладбище без подозрений?

— У нас учения и я могу тебя провести. А тебе зачем?

— Надо найти могилу. У неё на кресте своеобразная трещина: полукруг на верхней части. Могила без имени и номера. Поможешь?

— Без имени и номера? Это точно не студенческое кладбище. Там тысячи могил и каждая подписана. Это же кладбище для некромантии. Усопших там бесконечно поднимают, упокаивают. Ты уверен, что именно это кладбище?

— Может и нет. Есть ещё захоронения возле академии?

— Городское. Что за пределами студенческого городка.

— Спасибо!

— Да не за что, — рассеянно проговорил Тифор, — а тебе зачем?

Вопрос остался без ответа. Ника уже утащила Ушани и что-то шептала ему тихим голосом.

— Если это не студенческое кладбище, то точно городское.

— Возможно.

— Нет, это именно оно. Ночью пойдём.

— Какое ночью, ты в своём уме? Нет, только днём. Просто походим у могил, посмотрим, кто похоронен.

— Так надо ночью идти, чтоб смотреть.

— Что смотреть? Могилу ещё найти надо. Ты вообще представляешь, что такое городское кладбище? — Ушани пристально смотрел на Нику, а та в ответ думала над вопросом. — Думаю, что нет. Поэтому идём днём.

— У нас свободного времени из-за учёбы нет.

— Завтра есть. Не пойдёшь на силовую. Скажешь, что слегка заболела.

— Не прокатит.

— Значит просто не пойдёшь. И я не пойду. А потом нас прибьют. Но это потом.

Ребята тяжело вздохнул. Как ни крути, а перспективы были не радостные.

* * *

Кладбище находилось на окраине города. С одной его стороны стоял красивый кованый забор, словно граница мира живых и мёртвых. Где-то кружили вороны. Но ни звука не разносилось по округе.

Возле забора старик расчищал снег. На самой территории кладбища сугробов не было. Снег лежал тонким одеялом.

Ко входу кладбища подкатила повозка. Из неё вышли двое молодых людей. И судя по форме — то были студенты ВАРы. Мужчина отвлёкся от уборки и стал внимательно на них смотреть.

"Только недоучеников на кладбище и не хватало".

— Здравствуйте! — начал разговор Ушани. — Где мне найти смотрящего?

— Это смотря что ищите.

— Ищем могилу. Подскажите, территория кладбища как-то поделена?

— Раз ищите... Кладбище делиться на две части. Одна — это могилы бедняков, тут просто кресты, и надписи о дате смерти, вторая — захоронения побогаче. У них больше склепы. Вам что надо?

— Кресты, нам нужны кресты.

— Тогда в ту сторону. Но имейте в виду, магичить тут нельзя. Это территория запрещена к обучению.

— Да, мы знаем. Мы не в целях обучения.

— Знаю я вас, сначала не в целях обучения, а потом проблем не оберёшься.

Молодые люди прошли сквозь ворота и медленно стали двигаться по рядам, сначала вдоль, а затем поперек. Даже на склепы смотрели. Поиски заняли пару часов, но они ничего не нашли.

Уставшие, Ника и Ушани сидели на тротуаре, смотрели на горизонт и размышляли вслух.

— Ну где ещё искать? — Ника, зажмурившись, смотрела на плывущие облака. — Каждую могилу осмотрели.

— Значит не каждую, — задумчиво пробубнил Ушани, — значит пропустили.

— Нашли, что искали, молодые люди? — сторож будто из-под земли вырос.

— Не нашли, старую могилу не нашли.

— А приметы есть?

— Могила старая, возле неё скамейка, крест покосившийся, чёрный. На кресте знак, что-то вроде перевёрнутой подковы.

Сторож задумался.

— Если не нашли на этом, тогда надо идти на заброшенное. На самоубивцев похоже. За территорией кладбища есть ещё одно место. Вам надо зайти в лес. Там хоронят тех, кто руки на себя наложил. Там ещё посмотрите. Это как раз за северной стороной в лесочке. Вооон туда, — сторож рукой указал направление.

— Спасибо, — не веря услышанному, проговорила Ника, — Ушани, пошли!

— Не могу, давай завтра!

— Завтра будет завтра! Пошли!

Ничего не оставалось делать, как идти за девушкой. Молодые люди прошли в лес. Ушани внимательно оглядывался по сторонам, ступал мягко, прислушиваясь к звукам леса. Ника же шла спокойно, не нервничая.

Лес был слишком тёмный и серый. Ни звука не было слышно.

— Ощущаю, будто подглядывает кто за нами. Жутковато, — поёжился Ушани.

— Ушани, это ты — некромант, а я просто учусь, — как бы расставляя приоритеты, указала Ника, — И тебе жутковато? Это я должна говорить жутко, а не ты!

— Давай быстро все осмотрим и уйдём. А? — с мольбой в голосе спросил юноша.

— Поверить не могу! Ушани, как тебе может быть страшно?

— Ника, одно — работать на знакомом кладбище с мастером, который прикрывает твой ритуал. Другое — идти с недоучкой по незнакомому неупокоенному месту. Тут энергетика шумит. И некротический мусор просто на каждом шагу. Шансы, что мы отсюда уйдём не одни очень большие. Так что слушай меня и не возмущайся. Поняла?

— Ага.

— Вот и чудно. Вроде пришли. Начало здесь.

— Как ты понял?

— Долго объяснять. Так, теперь пошли по рядам. Иди за мной, ничего не трогай, только смотри. И ни с кем не разговаривай.

— Здесь никого нет же.

— Вероника! Ты меня слышала? Ни с кем не разговаривай.

— Я поняла. Не нервничай.

— Это не я нервничаю, это некротические остатки меня цепляю, — огрызнулся Ушани. — Пошли.

Шли по ровным линиям. Если бы не Ушани, Ника бы никогда не догадалась, что за не приметными холмиками скрыты могилы. Непрошенным гостям встречались покосившиеся и сгнившие кресты без дат и имён. Захоронения были заброшены, местами сквозь сугробы проступали завалы сухостоя.

Ушани водил Нику по чётким линиям. Как он их видел в полутени леса, было для неё загадкой. Но он явно распознавал дорогу. Они бродили уже час.

— Много ещё? — устало спросила девушка.

— Обошли где-то две третьи части. Сложно посчитать. Ничего похожего не видно? Ника, чего молчишь? — Ушани оглянулся на девушку.

Ника смотрела на одну из могил. Она пальцем указывала на крест.

— Похоже, вроде.

Достав рисунок, она сравнила знак на могиле со своим наброском.

— Дайка мне, надо сравнить детали, — Ушани взял рисунок и аккуратно подошёл ближе. Он сравнил набросок креста и отметины на нём с тем, что видел в живую. А после утвердительно кивнул, — очень похоже. Походу, нашлась.

— И что дальше? — растерялась Ника. — Как узнать кто тут похоронен? Нет номера на могиле?

— Нет никакой отметки... Пошли к сторожу. Я только поставлю барьерный знак. Так и найти сможем, даже в темноте, и узнаем, если вдруг сюда кто-то наведается.

Ушани отошёл от могилы и сделал несколько пасов руками. На могилу, словно невидимая печать, опустилась пентаграмма.

— Готово. А теперь можно и уходить. Пошли.

Молодые люди вышли с территории леса. Ушани остановил Нику и стал делать ей чистку от некротической пыли.

— Впервые слышу такое понятие. Что такое некротическая пыль? — Ника покорно позволяла Ушани проводить вокруг себя ритуал.

— Ника, не все знают тонкости некротического искусства. А ты так и подавно. Каждый знает про подселение бесов и мёртвых, но есть ещё один способ. В таких места, где хоронят самоубийц, или тех, чьих родственников не нашли, или, может, спрятали кого, исходит своеобразная негативная волна, её и называют некротической пылью. Нам она не видна. Это мысли, страхи, надежды неупокоенных. Сюда никто не заходит, а о себе как-то надо сообщить. Вот и образуется такой способ передачи. Если тебе проще — это можно сравнить с цветочной пыльцой. Только опытные мастера её распознают. Очень легко спутать с другими проявлениями. Она осядет на человека, и знать не будешь, отчего нервный, злой или испуганный. Или кошмары снятся. Как-то так. Всё, я почистил. Можем идти дальше.

Нике оставалось только молча кивнуть на разъяснения Ушани.

Огибая одну часть кладбища, молодые люди вернулись к центральному входу. Не найдя никого у забора, они направились в сторону одного единственного строения. Сторож как раз находился в нем.

— Мы снова вернулись. Можно ещё вам пару вопросов задать?

Сторож сидел за столом и делал записи. Оторвав от них взгляд, он утвердительно кивнул на прозвучавшую просьбу.

— Нашли, что хотели? — уточнил он.

— Да, нашли. Как раз там, где вы и описывали. Не знаете, с какого периода там хоронят и кого?

— Тут я вам не подскажу. В тех местах хоронят тех, кого не допускают на обычные кладбища. Приносят тела обычно поздно. Мы их не гоняем. Но и не записываем. Это, знаете, нарушение. Но как по-моему, каждая душа должна быть упокоена.

— И это не территория кладбища?

— Нет уже. Ограждение на днях чинить отправили. Как вернётся, установим. И сразу видна будет граница.

— И кто там похоронен, вы, соответственно, не знаете?

— Нет.

— А не замечали ничего странного?

— Смотря что вы подразумеваете под странным.

— Может, ритуалы кто проводит? Грязь оставляет, или символы внезапно появляются?

— Это место всегда в сырости да темноте, никто не убирает и не заботится. И не ходим мы туда. Так что не подскажу вам, ребята. А что хоть ищете?

— Да, если честно, сами не понимаем. Но за участие спасибо. И за помощь — спасибо.

— Да и не за что, — развёл руками сторож.

Молодые люди вышли на свежий воздух.

— Ну что, подведём итоги, — начал Ушани, медленно шагая по направлению к повозке, — могилу нашли, можно поднять покойника и поговорить. Но, место неупокоенное, много кого за компанию поднять можно, если не правильно ритуал провести. Дилемма.

— Сам не справишься?

— Нет.

— А что нужно для ритуала? Есть кто-то, кто может нам помочь?

— Да много, кто есть. Здесь больше вопрос доверия, кого можно попросить о помощи. Из всех кандидатур, из студентов нам подходит только Ириса. Умная. Нелюдимая. Друзей нет.

— А, та, что отдельно всегда сидит на парах?

— Да. Но проводить ритуалы на территории городских кладбищ запрещено. Студенты могут поднимать покойников только под присмотром и только в отведённых местах. Поэтому Ириса и не согласится. Да никто не согласится.

— Специально отведённые места — это что-то вроде студенческого кладбища?

— Да, что-то вроде него. Какие будут варианты?

— Если уж раскрывать карты, то наверняка. Предлагаю шантаж, — просто подытожила Ника, — Нам надо чем-то шантажировать Ирису, что бы она нам помогла.

— Ника, ты бредишь? Как тебе такое в голову пришло?

— Не нравится? Давай свои варианты! Должна быть причина её нелюдимости. Может она что скрывает. Нам ведь только поднять покойника, спросить и упокоить. И всё. Только сделать это надо тихо и без шума. И любое вмешательство кого-либо из ВАРы нежелательно.

— А может сначала спросим? Она может быть тебе благодарна за тот инцидент в столовой. Или Аргона попросим?

— Он за всё время ничего не нашёл. Я тут гуляю между тёмными и светлыми магами буквально по тоненькой струнке. А он будто выжидает чего. Не верю я ему.

— У него работа такая.

— А у меня жизнь.

— Вот бы и наслаждалась ею, — парировал Ушани. Из-за резких ответом девушка сникла. Через пару минут Ушани, тяжело вдохнув, сказал, — ладно, пошли искать, как заставить Ирису нам помочь.

— Ура! — запрыгала Ника от радости.

Молодые люди уселись в повозку и тронулись в путь.

— До Академии ехать три часа. Приедем как раз к часам 10 вечера. Надо продумать план, что и как сделать. Последовательно и методично, — задумчиво будто сам с собой, говорил Ушани.

— Для начала пристально понаблюдаем за ней. Не просто так она всех сторониться. Должна быть причина.

— Согласен.

Глава 21. Помощники. Не всех пригласили, но некоторым приглашение не надо

Ириса была скрытной и пугливой. Демонстрируя огромные теоретические знания, никогда не стремилась показывать их практическое применение. В конфликты не вступала. Ей проще отмолчаться, испуганно смотреть в пол, чем высказывать своё мнение. И всегда находила отговорки от участия в общих проектах.

— Моё мастерство не для этого мира. Слишком рано его

Такая себе шутка, далёкая от юмора, но отбивала желание дальше вести диалог с ней. На это и был расчёт.

Ника и Ушани следили за ней уже недели две.

А Барс следил за ними. Скрытность этих двоих, пропуски занятий за две последние недели вызывала у него подозрение. Тренер хоть и лояльно к ним относился, но Барс не доверял. Он уже понял, что эти двое присматриваются к девушке со второго курса. Понять только не мог, почему.

* * *

Один из многих вечеров. Солнце село, а луна спряталась в облаках. Снег хоть и скрадывал темноту, но в отсутствие лунного света совсем не освещал дорогу. В общежитии сегодня был бедлам. Несчастья сыпались как из рога изобилия, вспыхивали ссоры, билась посуда, все кричали и спорили. Что-то разгулялись сегодня девушки, чуть что — вспыхивают эмоции, да какие! Злоба и зависть!

Ириса собиралась неспешна. Она совсем не обращала внимание на общий шум. В рюкзак она положила ужин, яблоки, немного конфет, детскую книжку со сказками, и вышла из общежития.

— Поздно гулять идёшь. Ночью двери закрыты будут, — вдогонку ей послышался хриплый голос коменданта.

— Вернусь утром. Не будет меня ночью.

— И чего вам не сидится по ночам в комнате.

— Так ведь практика.

— Ночью?

— Так она только ночью и получается, — Ириса пожала плечами и смело шагнула за порог.

Она бодро шла по парку. В один момент резко свернула на узкую тропу. В темноте ее видно не было. Через двадцать минут след девушки словно растворился.

За Ирисой шли двое: Ника и Ушани.

Барсит смотрел за ними: "Да уж, слежка — не их коронный приём. Если бы кто-то один из них шёл, шансов остаться незамеченным было бы больше. А вот вдвоем, да ещё дилетантам, там без вариантов. Провальная операция".

— Ну и где она? — Ушани оглядывался вокруг себя.

— Да здесь была. Свернула куда-то?

— "Свернула куда-то" — перекривлял Ушани, — и где её искать?

— У неё точно нет практики? Может, ритуалы проводит?

— Ника, на улице холод. Нет никакой практики ни у кого. Это она коменданту может сказать, но не мне. Я всё узнал. Время зачётов и экзаменов сейчас. По своим делам она ходит. Только куда?

Ушани и Ника шли вперёд без идей и мыслей. Невдалеке Ника заметила лёгкое свечение. Там стояло ветхое строение. В окнах просматривая слабый блеск огня.

— Смотри! — указала Ника в сторону. — А это что?

— А вот сейчас и узнаем, — Ушани рукой пригласил её следовать за ним.

Прячась среди деревьев, за этими двумя наблюдал Барс. "Сначала одна, затем эти. И куда они все вместе так бодро идут?"

Старый ветхий домик производил впечатление забытой полуразвалившейся сторожки.

Ребята замерли у окна. Сквозь окно они увидели Ирису. Она сидела на полу и читала книжку десятилетней девочке. Сама девочка находилась в стальной клетке, лежала на подстилке, недалеко от неё на тарелке находилось угощение. Ириса читала и одновременно гладила девочку по волосам.

— Пошли, — махнула рукой Ника и отворила дверь.

— Куда? — шикнул на неё Ушани в попытке схватит за шиворот, но девушка уже вошла внутрь.

Их появление вызвали страх и панику. Ириса встала в оборонительную позицию, закрыв собой сестру.

— Я не дам её увести.

— Мы и не пытаемся. Ириса, мы не хотим причинить вреда, — Ушани попытался успокоить её.

— Тогда что вы здесь делаете? — под руками Ирисы пол стал дрожать, да и сам дом шатало.

Ника и Ушани только и оставалось, как попытаться ухватить хоть за что-то.

— Что здесь интересного? — в помещение ворвался Барсит.

— А ты откуда? — вопрос задали все трое.

Но Барс смотрел на маленькую девочку в клетке.

— Меня зовут Алите, — ласково пропела девочка.

Ника по голосу поняла, что-то не так.

— Не трогай её, — предостерегла Ника.

— Почему?

Ника вошла в транс. Девочка меняла лик, под кожей выступали чёрные вены, а по ним что-то двигалось. На спине девочки находился скелет членистоногого. Нет головы, только присоски по всей спине: верхняя часть уходила в череп, образуя у его основания мощный канал; костяной скелет плотно прилегал к каждому позвонку; части его костей обнимали девочку по рёбрам. Каждая косточка полностью повторяла скелет девочки, через иглы присосавшись к ней. По ним выкачивалась мозговая жидкость. Так монстр получал питание. Было не ясно, обладает ли чудовище головой и способно ли оно мыслить.

— Как давно она здесь, Ириса? — Барс больше рычал, чем спрашивал, — что ты здесь проводишь?

— Месяц.

— Барс, тут не совсем то, что ты думаешь.

— Это десятилетний ребёнок! Что вы творите? Открой двери клетки.

— Не стоит, — хором прокричали Ириса и Ника.

Но Барс уже открыл клетку, и протянул руку девочке.

Время словно замедлилось. Девочка за доли секунды из маленькой и милой превратилась в кровожадного монстра и набросилась на Барса. Она впилась зубами и когтями в его шею. Барс от неожиданности не смог выставить блок. А положение девочки мешало ему её отцепить.

— Придавите Барса к полу, делайте что говорю!! — такого командного тона от Ники Ушани не слышал никогда.

Ушани и Ириса за руки буквально бросили Барса на землю и удерживали, пока того бил припадок, а девочка пыталась разорвать ему горло.

Ника руками пыталась оторвать нечто, что управляло Алите. Живность изгибалась. Ника отрывала позвонок за позвонком. Иголки впивались в руки, оставляли глубокие царапины. Надломанные кости плевались ядом, обжигали.

Через три минуты в руках у Ники был носитель. Его мощный хобот — то что раньше находилось у основания черепа, имел на конце острые зубы. Оно извивалось в поисках источника питания.

Как только Ника оторвала носителя, девочка обмякла и не подавала признаков жизни. Барс смог скинуть её с себя. Ириса тут же притянула ее к себе.

Ушани смотрел на Нику.

— Что у тебя в руках?

— Оно, я не знаю, — Ника не шевелилась, но держала крепко. С каждой секунды сущность ослабевала. Жить без носителя она не могла. Тварь медленно изгибалась и умирала, под конец был издан сильный резкий вопль и сущность обмякла. Звук почувствовали все, кто находился рядом с домом. Безлюдное место молча утопило крики в шуме снежного ветра. Вскоре всё закончилось.

Ириса держала девочку. Она лежала на животе и еле дышала. Её тело была спокойным. Раны были только на энергетическом уровне.

Барс приходил в себя. Ника подошла к нему и осмотрела горло. Но никаких видимых следов паразита на его шее не было. Рана была физическая, но

— Это моя сестра, — начала свой рассказ Ириса. Она сидела и всхлипывала. — Ведьмы по натуре и так слишком эксцентричны и с тяжёлым характером, а тут вдобавок такое. Психологически крайне неустойчивая ведьма — это та ещё проблема. Алите страдала не просто безумием, а маниакальным разрушительным желанием. Мы обе — потомки результата союза магини и ведьмака. У нас в семье уже рождались такие ведьмы, их убивали при появлении первых симптомов сумасшествия. Я не могла позволить убить сестру. Каждый вечер я приносила еду. Эта клетка из металла, блокирующего ведьмовскую силу.

Ириса гладила сестру по волосам.

— Родовое проклятие, — резюмировал Ушани.

— Я бы сказал, что родовой паразит, — прохрипел Барсит.

Ника посмотрела на него, а тот изучал её. У Ники все открытые участки кожи были в мелких ожогах и горели. Даже на лице были мелкие царапины. Барсит с пятнами крови на одежде, но вполне очнулся.

— Как они выживают, если носителя убивают? — Ника обратилась к Барсу.

— Маленькими детьми проще управлять и подчинять, тем более с младенчества, — начал Барс. — Паразит мог переходить на взрослого, но только временно. По мере рождения нового наследника паразит перекидывался на молодую юную кровь. Тем самым он контролировал его полностью. Взрослый так подчиняться не будет.

Вся компания сидела на полу и молчала.

— Она будет развиваться дальше? — девушка спросила тихо, почти шепотом.

— Ведьма, с сильным внутренним источником, опасна. Её должны были казнить. А теперь или выдавать или прятать её, — пожал плечами Барс.

— Ушани, ты можешь её спрятать?

— Я свяжусь с родителями. Мой отец, он должен помочь. И Аргона неплохо бы подключить.

— Нет.

— Тогда какие идеи?

— Магибус! Мы отправим ее к Магибусу.

— Кто такой? — спросил Барс.

— Лучший целитель. Но туда часов пять добираться. И ещё обратно. Когда успеть? Мы и так со своими хождениями на карандаше у преподавателей, — Ника размышляла вслух.

— Барс прикроет. А мы втроём поедем, — предложил Ушани.

— Нет. Поеду я с ними, — Барс даже огрызнулся, — А ты прикроешься Кликсом и тренером. Они тебе доверяют. Одному скажешь, что занимаемся по некромантии на кладбище, второму — что усиленные тренировки. Просто не попадись.

* * *

Под утро Ника, Барс, Ириса и Алите прибыли в лечебницу. Мастер Магибус был удивлён такому количеству гостей. Юную особу лечить поручили лекарю Тиару. Ириса осталась с ней. Ника и Барс пришли в кабинет мастера Магибуса, где Ника подробно описывала то, что произошло. Мастер слушал внимательно и задумчиво.

— Родовой паразит. С ним рождаются. Он влияет на сознание, питаясь силой и энергией носителя. Практически забирает силу и способность мыслить. Их никто не видит. Слабоумие ведьмы — вещь опасная. Методов лечения нет.

— Я слишком грубо его сняла.

— То, что ты рассказала — никто и понятия о таком не имел. Считается, что это последствия войн. Своеобразные проклятия, которые передаются по наследству. Не имеет значения, грубо или не грубо ты его сняла. Паразит, питающийся за счёт хозяина, не может его убить. А вот остальных, кто его снимает — запросто. Видимо, и вам, молодой человек, досталось. И ты Ника пострадала. Уверена, что только ожоги?

— Да, руки хоть и горят, но других ран нет. У Барса укусы, но не должны быть опасными. Но я так устала. Буквально с ног валюсь.

— Такие паразиты лишают сил. Амулеты справляются?

— Я потеряла цепочку. Но кольцо есть. Мастер Магибус, с девочкой же будет все в порядке? Вы ей поможете?

— Мы посмотрим за Алите. Возможно, отсутствие паразита позволит ей расти. Ты молодец! Не переживай. Здесь она под защитой.

Ника только кивала. Барс слушал внимательно. Он знал об этой лечебнице. Слушая мастера, присматривался к нему. Видно, что те очень дорожат девушкой, раз согласились помочь, не задавая вопросов.

В лечебнице они провели несколько часов. Когда Алите была устроена, все трое отправились в обратный путь.

* * *

Никто не обрадовался отсутствию студентов. Хватились их только вечером, когда поняли, что они не были ни на одной паре.

Ребята прибыли под утро, практически отсутствовали сутки. Они только пересекли входные ворота в Академию, а их уже вызвали к ректору.

В кабинете Мортиморы их ждали преподаватели— профессор Кликс, мастер Рон Сирп и сама Мортимора.

Ника, Ириса и Барс стояли перед преподавателями потрёпанные, со следами побоев.

— Вы отсутствовали в Академии сутки. Никого о своём отсутствии в известность не поставили, — начала Мортимора. — Ничего не хотите рассказать?

— Это всего лишь сутки, — возразил Барс

— Барсит Сорс— обратилась к нему Мортимора, — На вас Ника так повлияла? Я не посмотрю на ваши регалии и семью. В стенах ВАРы все следуют правилам. Вы не исключение. И вы это знаете. Если уходите, то должны поставить в известность своего преподавателя. И получить разрешение.

— Больше не повторится.

— И это всё? — съязвила Мортимора, — никаких подробностей?

— Мы были у мастера Магибуса по срочному делу, — подала голос Ника. — Можете уточнить.

— Обязательно уточним. Даже не сомневайся. Что вы там делали? Дорога не близкая.

Молчание.

— Что с Вашим внешним видом?

Молчание.

— Что за срочное дело возникло?

Молчание.

— Знают ли ваши опекуны о том, что покидали стены Академии?

Молчание.

Троица не сказала ни слова.

— Уходите отсюда! — Ничего не оставалось, как отправить горе студентов отдыхать. Вид у них был уставший.

* * *

Все трое устало двигались в сторону общежития. Там их ждал сон и завтрак.

— Твой друг вообще ни на что не годен? Он знает, что такое прикрытие? — Барс не упустил возможность съязвить по поводу Ушани.

— Я ушла, — устало сказала Ириса.

Никто не обратил внимания на слова Ирисы. Ника смотрела на Барса таким взглядом, будто хотела его убить.

— Слушай, во-первых, тебя не звали, во-вторых, уверена, он сделал всё, что мог!

— Нет, он ничего не сделал.

— Хватит! Ты чего пристал?

— Да потому что твой друг — идиот!

— Знаешь, я устала. Иди к своим друзьям и не лезь к моим, — Ника развернулась и ушла. На часах было пять утра. Она могла поспать хотя бы 3 часа. И собиралась это сделать.

* * *

Ника встала, как зомби. Три часа — крохи, учитывая, что двое суток она не спала.

Лига в своём котелке варила нечто весьма ароматное. Когда Ника села за стол, Лига поставила перед ней чашку зелёной жижи. Отвар источал аромат мяты и лимонника с нотками жасмина.

— Это что?

— Это эликсир, который поднимет тебя на ноги. Выпей и почувствуешь себя бодрой, будто спала все восемь часов. Я ещё и в термос тебе налила. Это поможет восстановиться. Выглядишь

— А это, значит, вызывает доверие? — Ника недоверчиво указала на чашку.

— Пей, — сказала Шора, — не придирайся.

Ника осторожно принюхалась. Неизвестных ей ароматов не было. Она нерешительно сделала один глоток. Кисло-сладкий напиток, с нотками лимона, мяты, айвы и чего-то слегка горького, еле уловимого.

— Ммм, — одобрила она и стала пить уже более уверенно, смакуя каждый глоток.

По мере опустошения кружки, бодрость возвращалась. Кажется, ушли даже мешки под глазами — результат бессонной ночи.

На пары она пришла абсолютно полностью выспавшаяся.

Ушани тоже был полон сил и энергии.

— Я смотрю, ты выспался и о нас не беспокоился. Давай, колись, как тебя раскусили, — Ника присела рядом.

— Да не умею я врать. Преподаватель Сирп — боевой маг. Он ложь чует на раз. Он сразу у меня все выпытал. Где вы, как вы.

— И что ты ответил?

— Да как есть. Про то, что девочку спасли, в лечебницу отправили. Вот надо ждать, когда вернётесь.

— Не догадался?

— Нет. Чтобы догадаться, надо правильные вопросы задавать. А сухая правда всегда отличается от того, что происходит на самом деле.

— Отлично.

— Слышал, вы с Барсом на всю улицу орали.

— Не думай. Чего он вокруг нас вьётся? Слушай, я только сейчас подумала. А как он оказался в той лачуге. Мы её с трудом нашли. Так специально же искали. А он как появился?

— Хороший вопрос.

Началась лекция. Сегодня они изучали создание вольта и привязки к нему. Особое внимание уделялось именно некротической привязке на вольте, созданием двойника, подменой местами.

* * *

Встреча Ники, Ушани и Ирисы проходила в библиотеке. Все трое сидели, обложившись учебниками. Ушани листал книги по знакам, блокирующим волю усопших. И делал вид, что не имеет отношение к тому, о чём Ника просила Ирису.

— Ириса, нам очень нужна твоя помощь.

— Ника, права поднимать мёртвых у тебя нет.

— Да мне пару вопросов всего задать. Да и ритуал будет проводить Ушани. Ты только подстрахуешь. Ты же второй курс. С тобой мы справимся. И ты мне должна.

— Так и знала, что за твоей добротой не стоит ничего хорошего.

— Извини, но обстоятельства вынуждают. Я не причиню вреда Алите. Но мне нужно поднять этого усопшего.

Ириса сидела, сложив руки домиком перед собой. Она задумчиво перестукивала пальчиками.

— Хорошо, я помогу. Но ты мне всё расскажешь. Я не буду исполнять вслепую.

— Я не могу.

— Я ты смоги, — с нажимом возразила девушка, — Ты же знаешь, что ритуал зависит от того, насколько много некромант знает о покойнике. Тогда шансы на успех возрастут.

Ника задумалась. Она колебалась. Видно была, что решиться ей непросто.

— Ириса, скажем так, тот, кого мы пытаемся поднять, очень похож на меня. Возможно, знаком со мной. Он приходит ко мне во сне и предупреждает об опасности. Но я не понимаю, как он связан со мной. Я хочу выяснить эту связь. И возможно, у этой души есть хозяин. Он и мою душу ищет. Я хочу понять, зачем. Возможно, меня хотят превратить в фамильяра.

Ириса коснулась Ники пальчиком.

— Ты чего-то ожидаешь?

— Не могу поверить. В фамильяры берут часть души. Всё, что ты мне сказала — этого не может быть.

— Ещё как может, поверь мне, — Ушани абсолютно равнодушно смотрел на Ирису. — И я против, чтобы ты знала. Но обстоятельства вынуждают. Надо узнать, кто к ней обращается, защищает или вредит. Родовая сила или кто-то другой. Что вообще происходит с ней.

— Значит, необходимо поднять мёртвого и задать несколько вопросов. Объединить его тонкий план, мысли и чувства нельзя, так как, возможно, у него есть хозяин. И он сразу почувствует вызов души. Соответственно, надо попытаться узнать, сохранилась ли память у усопшего.

— Да, именно так.

— План так себе.

— Другого нет. Значит, ты поможешь?

— Да. Уговор был, если все расскажите, то помогу. Только ты сказала не всё. Хорошо. Где и кого поднимать?

— Я покажу место, — подхватил разговор Ушани. — Ритуал тоже продумаю. Потом мы обсудим, какая помощь нужна. И по упокоению тоже.

— Даже поверить не могу, что на это подписываюсь, — Ириса была в шоке от собственного решения.

* * *

Ритуал проходил ночью. Ушани, Ника и Ириса стояли перед могилой. Час назад они раскопали её. И теперь все трое стояли и смотрели на останки. Тело было маленьким, словно это ребёнок.

Лес шумел. Ветер поднимал мелкую грязь с земли и буквально швырял её в лица присутствующих.

— Сегодня лучше бы и не начинать, — начала Ириса.

— Поздно. И так с трудом выбрались. Сегодня всё проведём, — сказала Ника. — Ушани, начинай.

Ушани начал проводить ритуал. Сначала он снял замки с могилы, затем пролил воду на само тело. Начал бормотать заклинание. Тело не слушалось и сопроивлялось. Ритуал шел сложно. Ушани буквально спустился к телу, выбросил три горсти земли из могилы, нарисовал символы подчинения в обратном направлении. Он приказывал телу повиноваться. Ника смотрела на происходящее по-другому. Её тело светилось. Ириса старалась не смотреть на Нику. Такое её состояние было ей знакомо ещё с момента, когда она снимала родового паразита с её сестры.

Тело поднялось.

— Кто ты? Как тебя зовут? — Ушани задавал вопросы. Покойный ничего не говорил. Ушани сделал несколько поворотов кистью. Покойник только зашевелился, но ничего не сказал. — Бесполезно.

— Попробуй призвать его душу.

— Опасно, — возразила Ника.

— Но само тело истлело. Ничего там нет. Ничего, что сохранило бы память. Оно не скажет. Имело смысл поднимать его раньше. Ушани, попробуй призвать душу. Иначе ответов ты не получишь. Рискнёшь?

— Давай, — неуверенно кивнула Ника. Она внимательно смотрела, ища душу этого парня. "Ничего нет. И никого нет в могиле. Ни души, ничего!".

— Я зивой, — покойник заговорил неожиданно. Его челюсть двигалась с трудом.

— Как он говорит в отсутствие мышц и языка, — Ника не поверила тому, что слышала.

— Тихо, — шикнул Ушани, — задавай вопросы, и так времени нет.

— Я зивой. Я зиву зизнь, но не в этом месте.

— Что значит не в этом месте? — Ника не понимала.

— Я могу есть и спать. Но могу недалеко ходить. Я зиву. Я не мёртв, — это были его последние слова. После тело упало замертво.

— Это всё? — Ника даже не поняла, что происходит. — Я не видела ауру. В теле нет души или её частиц. Ничего.

— Быть не может, — возразила Ириса, — душа следует за телом. Если он говорил, что-то должно быть. Лёгкое свечение, остатки мыслей. Не может такого быть, чтобы ничего.

— Но знаешь, в ритуале тело поддавалось трудом, — Ушани говорил и одновременно заканчивал ритуал по упокоению: он кланялся

Ника сидела на земле и думала. Ириса ходила по кругу.

— Ушани, это кто за тобой? — вдруг спросила Ника.

— Где? — шёпотом спросила Ириса.

— Двое за спиной, — тыкнула пальчиком Ника в сторону, позади могилы.

Все замерли и медленно обернулись. Позади них стояли две тени.

— А эт-эт-это о-о-охрана тела! — Ушани стоял моргая и хватая ртом воздух.

— Чего? — не поняла Ника. — В смысле, зачем пустое тело охранять?

— А я н-не знаю. Но к т-т-твоему покойник-ку положили е-е-ещё двоих. И их задача— о-о-охранять тело.

Двое двинулись вперёд. Удар ветра сбил с ног Ушани. Вот уже тень стояла перед Никой. Она видела, как было занесено над ней нечто, напоминающее тень оружия. Удар. Ника пригнулась и ушла в сторону. Ещё удар. Ника буквально на миллиметр увернулась. Ириса упала сзади неё.

Теперь против Ники стояло двое. Удары шли с двух сторон. Ника смотрела на происходящее в трансе. Так сила и траектория виделись ей отчётливо. Но опыта не хватало. Она увернулась от одного удара, но второй вот-вот должен был настигнуть её. Глефа Барса возникла прямо перед её носом. Удар Барса растворил одну из теней.

— Стой за мной. Я чувствую движение. Ты видишь их. Что мне надо знать? — крикнул Барс.

— Это охрана покойного. И они прямо перед тобой. Метра полтора.

— Тогда ударим посильнее, — древко глефы закрутилось слишком быстро, создавая вихрь. В одну минуту Ника, Барс и тень уже стояли в центре этого вихря. Барс бил наотмашь, сильно, яростно, без остановки. За минуту от тени не осталось и следа.

Вихрь утих. И две души растворились, словно тень на свету.

— Поздравляю! Те, от кого мы прятались, знают, что мы раскопали могилу, — сказал Ушани.

— Да, охрана тела...никому не нужного тела... — Ириса тоже кивала головой, — Охрана поднялась. Энергетика сработала. Это из плохого. А из хорошего — эти тени уже тоже ничего не скажут. Вы их упокоили. По-своему.

— Ушани, когда мёртвый думает, что он живой?

— Когда живёт в другом теле.

— Это возможно? — вмешалась в разговор Ника.

— Нет, сама душа не может жить. Надо подумать. С тобой, Ника, надо подумать. Одни вопросы.

— А не хотите мне ничего объяснить? — перебил Барс.

— Нет! — хором возразили все трое. И Ника уже добавила, — Ты что здесь делаешь?

— Вы мертвяка подняли!

— И что? Это кладбище заброшенное.

— С ума сойти... Ника, ты осознаёшь последствия своих действий? Ты понимаешь, что могло произойти? Да они за компанию половину кладбища могли поднять!

— Не ори на меня!

— Это, чтобы ты знала, ловушка! И она от незваных гостей, — шипел Барсит.

— Барс, ты здесь каким боком вообще?

— Ника, Ник! — Ушани попытался достучаться до девушки.

— Знаешь, просто поражаюсь твоей бестолковости! — кричал Барсит.

— Ника-а-а!!! — кричали уже Ириса и Ушани.

— Что? — хором ответили им Ника и Барс.

— Кто-то идёт.

— Ещё? Где?

— Сторож?

— Похоже. Надо уходить, пока нам не задали вопросы.

— Да пусть спрашивает.

— Смелая, смотрю! И что ты скажешь?

— Я? А может ты? Ты был со студентами на заброшенном кладбище, участвовал в поднятии тела и убил несколько охранников тела без души. Как тебе история?

— Что ты несёшь? Эй, я не с вами!

— Да??? Тогда что ты делаешь рядом с нами? Что ты всем скажешь? Смотрел за деревом? Или стоял на стрёме?

— Да ты...!

— Просто ты или помогай, или сразу бы пришёл не один. К чему сейчас угрожать? И спасибо за помощь. Без тебя мы бы не справились.

— Не могу поверить в то, что слышу!

— На этом и разойдёмся.

Ника развернулась, чтобы уйти.

— В другую сторону! — Барс схватил девушку за руку и потянул в противоположную сторону на выход. Он тащил её, совсем не обращая внимание на сопротивление. Ириса и Ушани бежали следом.

Выйдя, они быстро заскочили в карету Барса.

В карете все сидели плотно. Ника рядом с Барситом, напротив — оставшиеся.

— Тебе придётся всё мне рассказать, — медленно проговорил Барсит. Тон его голоса даже не предполагал возражений.

Ника предпочла промолчать и смотреть в окно, как и остальные.

Мысли автора: Знаете, я сомневаюсь. Иногда кажется, что делаешь правильно, а иногда — что всё на бред похоже. И где-то стоит отношения описать ярче, или эмоциональнее...

Но две части из трех уже выложены. И впереди совсем не много. Я обязательно рассскажу вам конец этой истории.

Глава 22. Ты знаешь, что я тебя ищу

"Детвора пела песню: С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, Вероника! С днём рождения тебя!

Мелодия играла фоном. Дети прыгали и играли в догонялки. Вот вынесли торт. На нем было восемнадцать свечей. И губы улыбались. Они улыбались, предвкушая:

— Я уже заждался. Спасибо, что передала привет!"

Все четверо участников пришли на пары. Ничего не указывало на события прошлой ночи. Если бы не Лига с её отварами, Ника бы не смогла не то, что дойти до лекции, она бы даже с комнаты не смогла выйти — заснула бы на ходу. Но Лига творит чудеса. Она травница и это чувствуется.

Ника, как ни в чем не бывало, заняла место на лекции. Ей сложно давались знания. Невозможно изучать что-либо без системы. Сначала изучаешь ведьм, а после даются знания, больше полезные магам. Но выбора не было. Хотя создавалось впечатление, что лекции составлены так, чтобы больше запутать. Поэтому большую часть знаний Ника получала самостоятельно. Иначе в обучении не было бы толку. Она уже достаточно много узнала про ведьм.

Условно, ведьм можно разделить на белых и тёмных. Белые ведьмы нейтральны по своей природе. Они говорят с лесом, чувствуют зверей. Из них выходят хорошие травники. Тёмные ведьмы практикуют на погосте, могут говорить и приказывать животным. Могут практиковать совместно с бесами. У них может быть родовой контракт, тогда сила более полная. Контракт с бесом заключается на всю жизнь человека, или даже поколения семьи. Но есть и те, кто обращается к высшим тёмным силам. С ними длительный контракт не заключают. Они работают по контракту на одну сделку. Каждый раз новый уговор.

Отдельно стоит уделить внимание ведьмам трансформации. Это те, кто практикует любовную магию, привороты, мороки. Они туманят разум и во сне, и на яву. И каждая ведьма может искажать целую реальность.

Отличительной особенностью любой ведьмы является её компаньон — фамильяр.

Ведьмы со временем становились похожи на тех, с кем работают: бесов или демонов. Их душа словно

И совсем другое маги. Каждый сам по себе. И никто им для этого не нужен. Любой маг оберегает свои умения. Их источник силы — внутри них. Они не делят свою силу, душу. Им не нужны фамильяры, но приветствуют нахождение рядом элементалей: духов воды, огня, воздуха, земли. Элементалей невозможно создать искусственно, но можно призвать как равных партнёров.

Сегодняшняя лекция была посвящена бессмертию, перерождению души. Лектором был профессор Кликс.

— Ведьмы и маги могу перерождаться. Явление это крайне редкое. Как правило, перерождение великого мага или ведьмы предсказывают, как пророчество, и ожидают его веками. Но перерождаться могут не все души. А только те, кто имеет достаточный запах жизненной силы. Получить такую силу в течение жизни невозможно. Поэтому, эти жизненные энергии накапливаются в загробном мире. Обязательным условием перерождения является чистая душа. Или очищение души. При путешествии по тонкому миру, душа, покинувшая этот мир, проходя Лес душ, сама должна справиться с ошибками, грузом, что несёт сожаления и непринятие реальности. За долгую жизнь, а это жизнь в разы превышает человеческую, таких поступков накапливается много.

Но есть и другой способ. Жизненные энергии получают из жертвы. Ведьмы, особенно Верховные, используют жертвоприношения и помощь тёмных сил. Таким способом они накапливают ценный источник жизни, присваивая годы жизни других, и после своей смерти, буквально через несколько лет, а то и меньше, могут родиться заново. Иногда также могут поступить и маги. Они используют запрещённые ритуалы и запрещённые заклинания. За их применение, пропаганду, даже за хранение предусмотрено наказание. Как же происходит перерождение? Таким событиям всегда предшествуют знамения — падёж скота, болезни, катаклизмы, стихийные бедствия, которые даже маги природы не могут усмирить. И если они наступают — жди беды. Это самый верный признак перерождения или возрождения ведьмы, или мага. Кстати, ведьмаки не могут перерождаться. Это к сведению. Магини— реже. Когда магиня становится на путь темных сил, она меняется физически. Почему так происходит— эта загадка еще не разгадана.

Итак, до инициации, перерождённый никак себя не выдаёт. Его сознание спит, а родившийся человек никак не отличается от остальных. Простой родившийся ребёнок, также играет, болеет. У него может что-то не получаться, у него может не быть даже предрасположения к магическим способностям. Но в 18 лет происходит инициация. Место инициации — это место смерти ведьмы, или мага. Их собственное место смерти. Лучше, если там хранятся останки, но их может и не быть. Как правило, если и умирает ведьма или маг, то тела их сжигают, а пепел рассеивают. Но вот место смерти изменить невозможно. Его и используют для инициации. У каждого есть такие артефакты, как котелок — это первый артефакт ведьмы, для мага — камни, его амулеты. Второе условие — наличие собственного гримуара. Далее для ведьмы — обязательно фамильяр. Он хранит третью часть силы души ведьмы. Для мага — фамильяр на обязателен, но элементаль — да, родственный по стихии. Когда эти составляющие поставить вместе, то при определённом ритуале, возрождается ведьма или маг. Не физически возрождается, а внутренне. Память прошлых жизней, сколько бы их не было, опыт, знания, умения, сила. Возрождается всё. Даже секреты, которые они хранили в тайне ото всех. Всё, до единого воспоминания. И они начинают свою жизнь сначала, продолжая по другим ликом и с новым телом. Но повторюсь, это запрещённые ритуалы.

В рамках этой темы мы посетим с вами одно капище. Это святое место, куда приходят вознести дары многие ведьмы в день зимнего равноденствия. Вы почувствуете атмосферу места. Несмотря на то, что это место священно, и цель стоит — усмирить духов, живущих там, сила капища, пустота утерянных жизней и чёрных деяний чувствуется там. Вы должны услышать это ощущение, чтобы распознавать такие места в будущем. И обходить их стороной.

Не думайте, что в такие ловушки попадают простые смертные люди. Совсем нет. Слабые маги, начинающие ведьмы, дети — все они идут в расход.

Кто же может использовать такие ритуалы... Верховные ведьмы и её близкий круг. И хоть за последние столетия каждая ведьма коронуется ещё в младенчестве, но в это таинство никого не посвящают. И поэтому Совет магов внимательно отслеживает природные катаклизмы.

К числу магов, способных возрождаться, можно отнести всех магов королевской крови и членов Совета магов. Но для этих целей созданы боевые маги. Они не подчиняются Совету или членам королевской семьи. Их цель — контроль сил и недопущение жертвоприношений. Ну что же, есть ли вопросы по теме?

— Подскажите, а где хранятся запрещённые заклинания?

— Большая палата Боевых магов в столице Кири. А с какой целью интересуешься?

— Хотелось бы видеть, как вообще выглядят такие ритуалы.

— Ника, это запрещённые знаки. — Лектор медленно собирал журнал и книги. — Их даже не покажут. Ну что же, на этом пожалуй закончим.

Пока он уходил, Ника сидела задумчива пялясь в одну точку.

* * *

Следующая пара — изучение элементалей магов стихий, а после — физическая подготовка по силовому сопротивлению. Ника с ужасом представляла, как пройдёт это занятие "Вчерашний разговор с Барсом был жестокий. Такое чувство, будто я сама себе в душу плюнула. Тут или просить прощения у Барса, а этого никак не хочется, или играть в недотрогу. Но и это не мой вариант. Сделать вид, мол сам виноват? Но ведь он мне жизнь спас. А я спасибо ему сказала. И что делать, как бы..."

— Ника, вас вызывают к ректору, — прервала её размышления секретарь ректора.

— Меня?

— Именно так.

* * *

Ника вошла в приёмную ректора в сопровождении секретаря. Та брезгливо открыла перед ней дверь и жестом пригласила войти.

В кресле сидел Аргон. Он был расслаблен, нога закинута за ногу, в руках — чашка ароматного напитка.

— Мортимора, оставьте нас, — попросил он, как только Ника вошла в кабинет.

Мортимора молчаливо вышла. Глаза её были испуганны. Уходя она вопросительно посмотрела на Нику.

— Начну без прикрас, — начал Аргон. — Было поднятие покойника. На стороне городского кладбища. Не подскажешь, что случилось?

— А почему у меня спрашиваешь? — девушка смотрела на Аргона вызывающе.

— Могила? Или мусор, где покойник захоронен? Не помню там табличку, что это кладбище? — Ника смотрела на Аргона. Тот лишь улыбнулся. Ника продолжила, — Ну гуляли, ну кресты видели. И что? Аргон, что там с моим делом?

— Ищем. Не переводи разговор.

— Плохо ищете. Можно как-то получше?

— Ника, ничего не перепутала? Я...

— Я знаю, кто ты. А ещё я знаю, что ты ничего мне не говоришь. И ищешь ли ты кого? — девушка выдохнула, — насколько я знаю, наказуемо только тревожить души на городских кладбищах. А это место — не кладбище. Его ни на одной карте нет. И земля там никому не принадлежит. Так какие к нам претензии?

— Ничего, что там вообще ритуалы проводит запрещено.

— И? За это из ответственности— только предупреждение.

Аргон выдохнул и прошёлся рукой по волосам.

— Ника, мы переживаем. Что вы нашли у покойника?

— Мы? И кто это ещё?

— Так что нашли?

— Ничего.

— Ника, я спросил.

— А я ответила. Ничего. Даже души у него не было. Только охрана мёртвых останков.

— Что? Зачем охрана пустому сосуду?

— Ещё не знаем. Вот ты и подумай.

— Я подумаю. Как сама? Ты изменилась за эти полгода.

— Знаешь, страшные вы люди. И мир этот страшный.

— Мы ищем. А мир этот прекрасен. Просто пока ты только по кладбищам и ходишь.

— Следите?

— Охраняем. Неужели думала, что без защиты осталась?

— Тут столько событий случилось.

— Но не смертельных. Что с вами делал Барсит?

— Я вообще не понимаю, как он там оказался. Тоже, наверное, следил.

— О тебе знают?

— Только о способностях. О происхождении — нет.

— Это хорошо. — утвердительно кивнул маг.

— Мне кажется, — Ника вдруг сникла и сказала с грустью, — у меня не так много времени осталось. Я сны вижу. Скоро у меня восемнадцатилетие. И что-то мне подсказывает, что этот день решит всё.

— И когда у тебя день рождения?

— 29 февраля.

— По вашему календарю?

— Да.

— Здесь шестнадцать месяцев в году, дни смещены. С учётом этого дата твоего рождения приходится на 01 февраля — День зимнего равноденствия.

— Тогда это через две недели. Я думала, у меня больше времени. Скажи, а какой ритуал надо мной провели? Не надо утаивать. Я же всё понимаю.

— Есть ритуалы. Они помогают буквально жить бесконечно долго. Но никто не бессмертен. И какая бы долгая не была жизнь, но и она имеет свойство заканчиваться. Тот, кто притащил тебя сюда, пытался забрать жизненную энергию. Но что-то пошло не по плану. Это не просто запрещённый ритуал. За порабощение живой души предусмотрено суровое наказание — 100 летнее заточение на Острове заключённых. Там нет магии, годы уйдут быстро. Фактически — это смертный приговор. Поэтому и сложно искать. Если маг борется за своё бессмертие, то просто так мы его не найдём. На кону стоит твоя жизнь, и ради ее спасения мы постараемся.

— И теперь он меня найдёт?

— Мы рядом. Пусть ищет. — Аргон взял девушку за руки, — Давай без самодеятельности только, просто учись.

— Я пытаюсь.

— Я и вижу, — саркастически заметил Аргон. — И помни, мы рядом. А теперь, беги на пары.

Ника уходила. В дверях она обернулась:

— Барсит не виноват. Он мне жизнь спас. Если и будете нас наказывать, то его надо поощрить.

— Не переживай. Некого наказывать. Ты же сама сказала, только предупреждение. Считай, что уже предупредил.

— Спасибо, — Ника уходила уже более спокойная.

Аргон задумчиво сидел. "Сейчас Нику окружают друзья, и даже охрана, хоть она и не видит её. Но времени действительно мало. В день её восемнадцатилетия может произойти всё что угодно. И она уже никогда не станет сама собой. Надо поторопиться. И начать с проверки могилы. Эти дилетанты могли что-нибудь пропустить. Как только они эту могилу нашли?".

Глава 23. За закрытыми дверями

— Как всё идёт?

— Ника раскапывает всё больше и больше.

— Пусть продолжает. Благодаря этому она нам поможет. Рано или поздно за ней придёт и наш нарушитель. Прикрытие с ней, наш агент?

— Да он присматривает за ней.

— Пусть наблюдает. Лучше раскопать этот клубок, или подстраховать.

— Её?

— Её...или кого другого. Мы же не знаем, как всё обернётся... Он примет меры, чтобы Ника сделала все правильно?

— Само собой.

прим автора: Огромное спасибо моей идейной вдохновительнице.

Вот есть такие люди, у которых дар поддерживать и вдохновлять людей, рядом с ними тебя просто разрываетот поддержки.

Если у кого работает инстаграмм, то эту девушку можно найти на странице ＃olgazelenили ＃zelepopsa

* * *

Ника пришла в библиотеку. Ушани был уже тут. Возле него возвышалась стопка книг. Он листал "Справочник. Запрещённые рунные символы. Клеймо бессилия".

— Что ищешь?

— Знак на могиле. Мы так и не выяснили, что он значит. В период казней над ведьмами для закрытия силы ведьмы её клеймили. Особые рунные знаки выжигали огнём на теле. И они медленно подтачивал ведьму. К моменту заживления раны сил оставалось немного и ведьму можно было убить. Листаю запрещённые рунные символы.

Ника застыла от его объяснения, моргнула дважды и медленно проговорила.

— Ты как-то отклонился от темы. Уверен, что знак на могиле, и знак клейма — это одно и тоже.

— Зачем клеймили могилу? — спросил Ушани.

— Не знаю.

— А я хочу знать.

— Мы здесь столько всего пересмотрели... Но безрезультатно. Может надо библиотека побольше?

Неожиданно к ним подсел Барс.

— Итак, сегодня здесь был представитель патрульного ведомства. Ника, к тебе приходил?

— И? — устало поинтересовалась Ника.

— О чём говорили?

— Ни о чем.

Ушани захлопнул книгу.

— Аргон? — беспокойно уточнил Ушани.

— Да, — кивнула Ника.

— И ты в курсе, — любопытству Барса не было предела.

— Из-за поднятия покойного? — Ушани насторожился.

— Да.

— Нас заточат в тюрьму? — теперь Ушани запаниковал.

Ника выдержала паузу, выдохнула и ответила.

— Нет. Ушани, что ты так напрягся?

— Ник, реально, зачем он пришёл?

— Могилу же вскрыли. Вот и спрашивал, кто это сделал.

— А ты?

— А что я? Всё рассказала. Это не территория кладбища. Никто не может обвинить в нарушении. Он предупредил, что так делать нельзя. Всё. Сказал, быть аккуратнее. Меня больше интересует другое, как узнать, чья эта могила? — Ника была задумчива. Она посмотрела на Барса и спросила, — Барс, а ты не хочешь свалить? Ты нам мешаешь.

— А я теперь ваш лучший друг. Так что хочу знать подробности. Откуда ты знакома с Командиром патрульной службы? Очень редкое знакомство.

— Барс, зачем тебе эти проблемы?

— Ну как?

— Кажется мне, ты этому не рад. Вот и не привлекай беду на свою голову.

— Нам бы помощь не помешала, — в знак внимания поднял руку Ушани.

— Для начала со знаком разберись, — слишком резко ответила ему Ника.

— Я, может, и ищу, но не могу найти. Давай спросим кого?

— Например?

Барс сидел и только посматривал на Нику и Ушани.

— Я могу помочь, — предложил Барс.

— Молодец! Но не надо. — Ника была непреклонна.

К компании присоединилась Ириса.

— Ладно, половина дела сделана, могилу нашли. Теперь разбираемся со знаком. Вижу, ты уже ищешь, — начала Ириса.

Ника только и сидела с открытым ртом.

— Ириса, я больше не просила тебя о помощи. Спасибо. Но подвергать опасности не буду.

— Работа не выполнена. Ничего интересного на могиле не нашли. И я тоже про знак подумала, — последнее предложение Ириса адресовала Ушани.

Ушани листал книги. Но в один момент захлопнул её и бросил на стопку.

— Бесполезно. Мы или не в тех книгах ищем, или не в том месте.

— Варианты? Где ещё можно поискать?

— Может у преподавателя спросим? Так вполне себе рабочий вариант.

— Нет, не рабочий.

— Тогда ищем в этих, — Ириса указала на стопку книг, взяла одну и продолжила листать страницы.

* * *

Ушани и Ириса уже неделю проводили в библиотеке. Каждый день они сидели до самого закрытия, но поиск не давал никаких результатов, хотя они пересмотрели массу книг.

Барс попадался Нике на каждом шагу: дорога на учёбу, библиотека, приём пищи. Он был неподалёку. Словно охранял.

А в Академии вовсю готовились к празднику. Через два дня наступал День зимнего равноденствия. Баланс сил материального мира и тонкого равновесия ощущался. Неустойчивая энергия выходила из-под контроля, тут и там зашкаливали эмоции.

Многие опасались проводить ритуалы: они или сработают слишком хорошо, или результат будет отличаться от намеченного. Но эти ситуации были всем знакомы. И ведьмы, и маги относились к происходящему с юмором и осторожностью.

Единственным исключением стало изменение погоды. В ночь перед празднованием погода вела себя неспокойно. Разыгралась снежная гроза. Молнии били одна за другой, рассекая небо буквально пополам. Блики расходились раскатами и электрической паутиной. Гром и молнии зимой — не бывалое явление. Все смотрели на происходящее и переговаривались. Такой погоды не помнили даже старцы. Поговаривали, мол, "Морана и Мерун силой меряются. Вот и встретились брат с сестрой. Опять что-то не поделили". Другие искали в этом дурной знак.

Празднование дня зимнего равноденствия планировали проводить на поляне в лесу, на территории бывшего святилища. Но с такой погодой ритуал могли и перенести.

Сила сбоила. Ника это чувствовала. Она не могла себя контролировать. Всё, на что она смотрела, менялось. Она видела комнату другой, и соседок тоже.

Лига была травницей, обладала магией природы. Лицо было слегка зелёным, с брызгами росы. От пальчиков ног до пальчиков рук её тело обвивала тонкая лиана, в волосы вплетены веточки и цветы.

Шора— ведьма. Вся её одежда серая, но украшена драгоценными камнями. Девочки иногда называли её принцессой. Подсвечивались рунные символы для защиты. Поговаривают, что она — наместница ведьмы холода, приближенный круг. Сейчас она занималась на третьем курсе.

Близняшки — ведьмы. На их лицах тонкие чёрные полоски, зеркально расположены. Если смотреть, то кажется, что разделены искусственно. Будто есть только один человек. Внешне слегка бледные, учились на первом курсе.

После стычки на первой неделе, Ника вообще опасалась смотреть на всех в трансе.

До праздника оставалось несколько часов.

На столе горели 4 свечи. Девушки переговаривались между собой. Близнецы и Шора собирались на шабаш. Они складывали свечи, подношения силам, проверяли, все ли взяли с собой, и обсуждали обрядовые знамения.

Время приближалось к полуночи.

— Эта ночь должна быть тихой. К утру уже готовы дары. А вечером завтра начнутся хороводы. Подношения Моране за зиму, и благодарность за оберег готовы. — перерчисляла Шора, — только бы гроза усмирилась.

— Да, мы тоже боимся, — озабоченно отвечали ей близнецы.

— Ника, ты участвовать будешь?

— Нет, я только посмотрю, — Ника и крутила на пальчике амулет, — Расскажите о празднике? Что за он?

— Зима и холод уже сравнялись с приходящей весной. Сила Мораны, т. е. сила смерти, уже равна силе жизни. Мы должны поблагодарить её за малую жатву, преклонить голову за мудрость и дар жизни. Если сила смерти не отступит, начнётся хаос. И сила жизни также смиренно ждёт, когда смерть проявит мудрость и сделает шаг назад. И здесь, в нашей мольбе мы готовы принять решение смерти, но готовы продолжить свой пусть по реке жизни.

— Будут дары. И хороводы. Начнут жечь костры. Благодарить зиму, просить неё уступить дорогу.

— Луна практически равна солнцу, следующие сутки и луна и солнце будут на небе вместе.

— И ночью?

— Да, день и ночь незначительно будут отличаться по световому соотношению.

— И все готовятся к этому празднику.

— Ничего себе, какое гуляние, — Ника от удивления даже улыбнулась. "Очень похоже на Масленицу, правда здесь обходятся без сожжения чучела. Но забавно было бы посмотреть".

Гром не прекращался, и девушки вздрагивали от раскатов.

Он появился из неоткуда. Просто тень. Сначала он возник в углу и наблюдал. При вспышках его очертания становились ярче. Ника узнала его, того, кто преследовал её, с лицом таким же, как она. Но незваного гостя почувствовала Шора. Она странно провела взглядом по месту, где тот стоял.

Ника замерла, не в силах придумать, что делать. В раз, и он переместился. Шора чувствовала движение. Это было видно.

Другие соседки неспешно продолжали разговор. Но судя по движению их тел, они тоже что-то почувствовали: они неестественно передёргивали плечами, будто сбрасывали незримые прикосновения.

— Лига, а ты что будешь делать, — спросила Тэнэ.

— Тоже присоединюсь к празднованию. Хотя мы больше ждём, когда зима отступит, и пойдёт первое таяние снегов. Я смогу в лесу отдать дань пробуждению.

Призрак стоял в дверях и ждал. Ника делала шаг, он отдалялся. Точно звал её с собой.

— Я погуляю, — резко обронила девушка и направилась к выходу.

Её решение поставило на паузу все разговоры в комнате.

— И куда она в такую погоду?

— Она очень странная!

— Да и события странные.

— И не говори.

Ника шла за тенью. Сколько бы она не бежала за ним, он находился от неё на одном и том же расстоянии. "Пришёл за мной или ко мне?"

Ника вышла за пределы кампуса и следовала за ним, а точнее он вёл её. Юноша остановился на перекрёстке дорог, буквально в центре. В свете

Ника быстро приближалась. Она почти рядом, протянет руку и дотронется. Вот она сделала ещё один шаг к нему и вмиг всё изменилась: "Жаркий летний день. Солнце ощущается кожей. Двое близнецов играют в песочнице: девочка и мальчик. Они маленькие, буквально по шесть лет. Девочка играет с братом, а мама недалеко спорит с отцом. Вдруг брату стало плохо, он закашлялся. А потом стало плохо и маленькой девочке. Тяжело сделать вдох. Что-то душит. Ника чувствовала удушье, как и эти дети. Они упали вдвоём. Девочка держала брата за руку и всё повторяла: "Я не отпущу. Я не отпущу". Ника видела, как маленький мальчик сделал последний вдох, и его жизнь тонкой нитью покинула его. Мама бегала и что-то кричала всем, женщина буквально билась в истерике".

Вмиг видение исчезло. Ника очнулась в холодном поту. Она стояла перед призраком. Он улыбнулся и словно голос в голове сказал:

— Давно не виделись сестрёнка. Я храню твой подарок, — юноша протянул Нике игрушечную потёртую машинку, с которой маленький мальчик играл в песочнице. Игрушка словно сама оказалась в её руках.

Круг печати сомкнулся. Снег просел, открывая сияние пентаграммы. Лёгкое землетрясение и Ника тут же почувствовала боль по всему позвоночнику. Чужой голос в голове прошептал: "Твоёвремя ограничено. Боль, радость, злость — любое состояние временно. Зачем? Красота твоего тела ограничена временем. Зачем? Итвоя жизнь также имеет ограничение. Почему? Но все ли ограничения ты видишь? Всё ли ты видишь? И всё ограничено? А ведь можно жить вечно. Ты? Я могу жить вечно. Ты можешь? Ты останешься? Ты можешь жить рядом со мною вечно...Вечность!".

Сознание парализовало. Ника не могла даже закончить мысль. Она тонула в голосах, не позволяющих сосредоточится даже на одном слове. Дыхание остановилось. Ни вдоха, ни выдоха. Тело стало лёгким, буквально поднялось над землёй. Не за что ухватиться. Стопы стали теряться связь с опорой.

Удар, сильный толчок в область груди. От удара вышибло все остатки воздуха из лёгких девушки. Долгожданный выдох. Одновременно до неё донеся крик Барса "Очнись!". И тут Ника смогла сделать вдох. Или это был биологический рефлекс. Но сработало. Полноценный вдох кислорода.

Сквозь вакуум доносится крик Барса. Он, как ниточка, держит сознание. Вокруг только туман. Крик Барса меняется на голос того, кого она так долго искала. И снова все размывается. Границы реальности плывут. "Очнись!" — крик словно возвращает обратно. Вдох, выдох. Земля. Опора. Вдох. Выдох. Опора. Кончики пальцев чувствуют. Когда к Нике вернулось ощущение опоры, она словно сняла с себя оцепенение.

Барс стоял впереди, она за ним. Они вдвоём были в пентаграмме. Глефа Барса одним концом стояла в её центре, что и нарушило силу её действия. Это вызывало постоянное биение молнии в центр, а соответственно — изменило ход заклинания.

— Барс, — Ника еле слышно позвала его. Голос её был словно с того света. Как только он услышал своё имя, Барс рывком выбросил их двоих из центра пентаграммы.

Послышались хлопки и треск, по сиянию прошёлся обжигающий огонь, ярко-синий, словно искусственный. Он не просто прошёлся по нарисованным линиям, а словно своими щупальцами пытался затянуть магов в центр, поймать их за ускользающие следы. Но пленники успели уйти.

Ника лежала на земле, Барс сверху, прикрывая её от искр молнии и огня, остатков заклинания. Их лица были совсем близко, глава в глаза, губы в губы. Казалось, расстояние было даже меньше миллиметра. Они чувствовали дыхание друг друга.

— Очнулась? — прошептал Барс.

Ника утвердительно кивнула.

Огонь утихал. Молнии становились реже.

— Можешь двигаться?

— Да, — хрипло сказала Ника.

Барс встал и поднял Нику. Остатки заклинания исчезали быстро.

— Ника, быстро, зарисуй пентаграмму. Сможешь?

Дождавшись согласия, он дал ей в руку уголёк.

— Рисуй!

— Где?

Барс развернулся от неё, предоставив свою спину. Майка обтягивала его, словно холст раму. Ника трясущими руками пыталась повторить прямо на спине Барса четверть пентаграммы, не замыкая края рисунка. Рунические символы она зарисовывала отдельно. Пентаграмма на земле исчезала быстро. И уже через несколько минут о случившемся напоминал только запах серы и следы гари. Всё прошло, словно и не было.

— Получилось? — уточнил Барс. Он чувствовал, что Ника рисует, но она молчала. — Не молчи.

— Я... почти, — голос девушки был глухим, — всё, готово.

Барс обернулся. Ника стояла потерянная. И если первое желание Барса было накричать, то увидев состояние девушки, он только положил руку на её плечи и спросил:

— Ты как? В порядке?

Ника махнула головой сначала утвердительно, потом отрицательно. А секундой позже уткнулась лбом в его грудь и тихо расплакалась. Её плечи вздрагивали в молчании, словно она пыталась заглушить слёзы. Руки она упирала в грудь Барса и сложно было понять, она ищет опору или пытается отойти.

— Сейчас, я чуть успокоюсь, — между рваными вдохами она прошептала. — Это пройдёт, дай мне минуту.

Барс просто притянул к себе девушку, обнял, спрятав в объятиях. Ника словно оказалась в кольце безопасности.

— Ты можешь поплакать, я рядом.

Его слова сорвали последние остатки храбрости, вызвав поток слез. Девушка держалась за него словно за спасительный круг. Слезы и всхлипы.

Ника успокоилась минут через пять. Дыхание её выровнялась, она смогла отодвинуться от Барса, сделать шаг назад.

— Спасибо. Полегче, — она вытерла слезы. — Спасибо. И... извини... Знаешь, что это было?

Ника пыталась взять себя в руки. Пик истерики уже миновал, оставив только следы: покрасневшие глаза и мокрые ресницы.

— Точно прошло? — спросил Барс, и дождавшись утвердительного кивка, ответил, — ритуал на медленную смерть. Ты кому так дорогу перешла? И чтобы так тебя ненавидели, а?

— Я не знаю. Но хочу найти. Но, как видишь, он меня нашёл раньше.

Со стороны послышался гул голосов. Молнии и треск всё же привлекли внимание. Барс быстро замёл снегом остатки пентаграммы, как мог скрыв следы ритуала, и утащил Нику в сторону. Молодые люди скрылись от глаз ненужных свидетелей как раз вовремя.

Стоя за стеной общежития, Ника планировала войти в здание. Просто ждала, пока разойдутся любопытные. Барс стоял позади.

— Не хочешь рассказать, что происходит? — робко спросил он.

Ника даже опешила от тона. Никаких приказов, только просьба. В голосе чувствовалось неуверенность и предложение.

— Всё сложно, — Ника не была уверена, как правильно ответить.

— Это я вижу.

— Знаешь, тут так не расскажешь.

— Тебя убить пытались. И ведь не в первый раз. Я прав? Я не знаю, что происходит, но ни Ушани, никто другой не помогут. И сама ты с этим не справишься. А я могу помочь. Просто

Ника молчала, будто обдумывала слова Барса.

— Я подумаю, — тихо сказала она.

— Хорошо, — кивнул в знак согласия Барс.

Ника думала о том, нужно ли рассказывать правду, а он в свою очередь ждал, когда она начнёт доверять.

На улице стало спокойно. Молнии утихли и прекратился гром. Люди, что стояли у общежития, разошлись, так и не став рассматривать, куда и почему била стихия. Все решили, что это самоуверенность первокурсников. Ника ушла не оглядываясь.

Барс ещё долго смотрел на её окна, ждал, когда в комнате Ники зажжётся свет. А после спокойно ушел.

Глава 24. День зимнего равноденствия

День зимнего равноденствия вступил в свои права. Это чувствовалось по изменению погоды. Гроза прошла. Но резко, за каких-то пять минут вся влага замёрзла. Даже окна заскрипели от мороза.

Девушки собирались. Все были в ритуальных одеждах. Лига одевала зелёный плащ поверх строгого зелёного платья. На Шоре был одет серебристый костюм, голова украшена серебристым кольцом, а в волосы вплетены серебристые нити. Близнецы — одна одета в черную одежду, вторая в белую. Девушки были с распущенными волосами. В руках каждой — котелок. Из него выглядывали дары богине зимы — Моране. Ника тоже надела белое платье и белый плащ.

Несмотря на ночь, небо окрасилось в тёмные и светлые тона. Незаметно, но за каких двадцать минут на небе заняли место луна и солнце.

Лунный диск на столько приближен к Коши, что до него, казалось, можно было дотронуться. И совсем маленьким на его фоне смотрелось солнце.

Девушки вышли и влились в общий поток. Ведьмы объединялись по силе и встраивались в ряды. Сразу шли ведьмы в чёрном. За ними — в серебристых одеждах, затем — в цветных. Боевые маги замыкали шествие. Особняком в белых одеждах шли магини и маги иных направлений.

Ника стояла рядом с Ушани. Она издалека видела Барсита.

— Почему все в разных цветах?

— Белый, чтобы спрятать тех, кто не поклоняется Моране. А ведьмы, те, чьи голоса она должна слышать — одеты в чёрное, как согласные на жертву, так и в сером — как её соратники. А цветные — те, кто отдаст дань весне.

— А если будет жертва?

— Они готовы к ней. У вас не так?

— Нет. Ни одну человеческую жизнь нельзя приносить в жертву. Ни одну.

Паломники шли спиралью, закручиваясь в центр. Все шли на большую равнину. Ника знала это место. Центром этого места как раз и являлось Ведьмино озеро.

Место действительно было иным. Это было старое капище. Именно здесь когда-то погибли невинные. Атмосфера становилась всё тяжелее, каждый вдох давался с трудом.

Первыми дары возложили ведьмы в чёрной одежде. Они танцевали и пели песни. Своей очереди ждали и те, кто одет в серебристые тона. А вот маги в белом и боевые маги, просто стояли на границе с капищем и держали свечи. Если смотреть сверху — это была живая двухцветная спираль. Она двигалась и закручивалась в центр. И словно граница — белый огненный контур, как невидимый щит защиты.

Ника смотрела на все не отрывая взгляда. Она сама просто закрыла глаза и когда открыла, то видела все в танце энергии. Спирально вверх, в небо, от каждой ведьмы шло свечение, которое тонуло где-то в облаках. Как танцевали ведьмы, так и менялось направление энергии.

Пение не утихало. Шесть утра. Ведьмино озеро словно зеркало, многократно отражало энергию. Оно усиливало пение, словно тысячи голосов сплелись в один.

Ника видела эти энергии. Они поднимались белым сиянием, с лёгким блеском серебра. Внезапно она почувствовала головокружение: "Ух ты, что за..."

— Дыши, от этого всем плохо. Это место особенное. Просто старайся в обморок не упасть, — голос Барсита раздался за спиной. — Эта энергия тянет силы. Тут уже все почувствовали тебя.

Ника старалась просто дышать.

Солнце и луна на небе сравнялись по размеру. Они не уступали друг другу.

Через несколько минут небо засияло. На глазах изменился размер небесных светил: солнце полноправно заняло небо, а луна отдалилась.

Это ознаменовало, что Морана отступила, проявив мудрость и дав первый шаг жизни.

На лицах заиграли улыбки и раздался шёпот благоговения и благодарности.

В честь мудрости богини были хороводы и обрядовые песни. Готовили вкусные горячие напитки и лёгкие закуски.

Барс встретил Нику и Ушани на гулянии. Ушани рассказывал о празднике. Он все подносил для Ники угощения и рассказывал легенды

— О, это один из самых знаковых праздников! Считается, что это был первый экзамен Лея — младшего из братьев Мораны. Он в силу своей юности поспорил, что сможет разбудить в людях благодарность и дарует весну. Но Морана дразнила и подначивала, говоря о неумении младшего разбираться в человеческих желаниях. Даруй людям холод — они попросят тепла; дай тепло — попросят света; дай свет — попросят угощений, а дашь угощения — будут ненасытные и требовательные. Нет предела желаний. Лей доказывал, что люди тоже могут быть благодарными. Младший Лей нашёл самую замершую девочку-подростка. И дал ей тепло, согрев в лютый мороз. Морана же наблюдала. Девушка была благодарна за щедрость и большего не попросила. Тогда Морана подарила ей яркость солнечного света, который греет изнутри. Девушка приняла и его. А после ей предложили угощение. Но она разделила угощение с Леем. Причём ему она отдала большую часть, тем самым признав его мудрость. А ещё в ответ подарила ему танец. Так что спор выиграл Лей, но каждый год мы приносим благодарность и взываем к мудрости.

— Неужели никогда не слышала? — спросил Барсит.

— Нет, — только и покачала головой девушка.

— Пошли. Ты просто обязана поучаствовать.

Ника и Барсит кружились в хороводе. От танцев Ника слегка раскраснелась, глаза блестели от веселья. Она задорно смеялась. Чуть устав от хоровода, молодые люди отошли в сторонку.

— Не устала? — поинтересовался Барсит. Он расслаблено прислонился к дереву, с лёгкой улыбкой наблюдая за девушкой.

— Не много. Совсем чуть-чуть. Я так никогда не веселилась.

— Ты не бывала на празднике?

— Нет, — она задорно покрутила головой. — Вот таком — никогда!

Барсит подошёл ближе. Он слегка убрал спутавшиеся пряди.

— Ты сегодня очень красивая, — сказав это, он слегка наклонился к девушке. Смотря не неё, он все сокращал расстояние между их губами. Намерения его были понятны. Барсит хотел поцеловать девушку.

— Прости, я не могу, — Ника неловко отстранилась.

— Почему?

— Я не свободна.

— Ты кому-то обещана? Договорной брак?

— Нет. Но, там, дома у меня остался молодой человек. И я надеюсь, что он ждёт меня. И когда-нибудь я смогу туда

— Хорошо. И сколько времени тебе понадобится?

— Я не знаю

— Ты уверена, что он тебя дождётся?

— Я не знаю. Но надеюсь, что не забыл. А здесь... Это все временно. И я рано или поздно вернусь, — Ника грустно выдохнула, неуверенно облизнув губы кончиком языка.

От этого жеста словно барьер снесло. Барс притянул к себе Нику и поцеловал. Он был страстным, безудержным. Его губы не останавливались, даже вдоха не давали сделать. Он требовал и требовал. Его руки сильно прижали к себе девушку. Ника если бы и могла, не сумела его остановить. Слишком чувственными были объятия.

Барс сам прервал поцелуй. Ему также не хватало дыхания. Он тяжело дышал, сердце в бешеном темпе билось под рукой девушки.

— Я дам тебе немного времени, — пообещал он. — Я докажу, что со мной рядом лучше. Если он за тобой не придёт, у него и шанса не будет. А даже если и придёт — это не поможет.

После этих слов он ушёл, а Ника осталась стоять одна.

— С днём рождения, Вероника, — прошептала она.

Глава 25. Дорога в гости

Первая сессия была позади. Она хоть и не затронула Нику, но её тоже экзаменовали. Наступала весна, а с ней — и каникулы. Большая часть студентов разъехалась. Но кто-то остался.

Ника ходила слишком спокойная. День зимнего равноденствия принёс не только переживания, но и потрясения. Повредилось кольцо, на камне появился скол, и этот скол всё расходился, осыпаясь крошкой. Она часто крутила колечко вокруг пальца и пробовала камень, боясь, что тот рассыпется.

В своём гримуаре Ника, как детектив, описывала всё, что смогла найти: пентаграмма и рунические символы, отметину на могиле, намёки, что дала ей гадалка, воспоминания о юноше, который назвался её братом и то, как он умер. Свои видения она зарисовывала в картинках.

"Скудно. Но ещё есть вопросы, каким способом можно создать фамильяра мага. И этот запрещённый ритуал, как сказал Аргон, тоже существует. Может, стоит подойти к поискам с этой стороны?

И говорить ли Барситу о происхождении?

Ушани считает, что надо следовать решению Аргона, лишних в ненужные знания не посвящать. Но в минуту опасности мне спас жизнь именно он, а не кто-то другой.

Надо решить, что говорить Барсу. Или не говорить." Эти мысли крутились хороводом в голове девушки.

Барс ждал ответа, Ника набиралась храбрости отказать Барсу. Оба ждали подходящего момента для разговора друг с другом. Но такой момент все не наступал.

Каждый день все четверо встречались в Академической библиотеке. Нике даже казалось, что они единственные, кто посещает её после сдачи экзаменов. Но сколько бы книг они не просматривали — результат был нулевым. Студенческая библиотека никак не помогла в поиске информации. Компания уже пересмотрела все имеющиеся учебники.

— Я уже не знаю, что искать! — в сердцах воскликнула Ириса, — ничего нет, чтобы хоть что-то напоминало нам о происходящем.

— Поехали на каникулы в Кири? — предложит Барсит.

— А там что? — лениво листая рукопись, поинтересовалась Ника.

— Помогу организовать проход в Библиотеку палаты боевых магов

— Я «за», — ни секунды не сомневаясь, поднял две руки Ушани, — там такое хранилище, всегда мечтал там побывать.

— Поддерживаю! — воскликнула Ириса.

* * *

Собрались за один день. Вещей у Ники было не много. Помимо того, что пошили ей индивидуально, она также дополнительно заказала несколько костюмов, комбинированные брюки и юбки, жилеты.

Чемоданы сложены в карету, все четверо заняли места и отправились в путь. Дорога обещала занять целый день.

Прибыли в город они за полночь. Ника спала на плече Ушани, Ириса уткнулась в угол кареты. Барс поглядывал на Нику и Ушани.

"Да в чем причина такой их дружбы? Они не росли вместе, у них разные способности. Никаких общих точек. Но они дружат "не разлей вода"... Что их связывает?"

Карета остановилась. К ней тут же подбежало несколько слуг, забрали чемоданы. Ушани сразу проснулся. Ника просыпалась медленно:

— Паспорт на ресепшн надо? Регистрироваться долго? — потягиваясь, спросила она.

— Что? — все шесть глаз посмотрели на неё.

Ушани покрутил пальцем у виска. Ириса и Барс переглянулись. А Ника только пожала плечами

— Так как заселяться? — уточнила она ещё раз.

— Это дом моей матери. Сейчас здесь уже никто не живёт. Но я им пользуюсь, когда навещаю отца. Номера для вас подготовлены. Пошли, сейчас нас всех проводят, — сказал Барс.

За воротами и древесной оградой стояло двухэтажное каменное строение квадратной формы. Никаких скатных крыш, милых лужаек и полянок. А свете луны это был одинокой дом с тренировочными верандами, где почётное место занимало оружие и тренировочные снаряды.

Внутри дом был довольно аскетичен. Никаких золотых украшений, лишней ткани. Только камень, дерево, мебель и огромные оконные проёмы.

Девушек проводили каждую в свою комнату.

* * *

Утро. Ника только открыла глаза. В её комнате за столом сидела Ириса и неохотно ковыряла тарелку.

— Ириса, какой сейчас час? — потягиваясь, между делом поинтересовалась Ника.

— Ранее утро. Как спалось?

— Не знаю. Я провалилась в сон, словно в дыру. Еще не поняла.

— Ночь тяжёлая, — устало сказала Ириса, — Не люблю новые места. Пока их все проверишь. Мало ли что...

— А кипяток есть?

— Да, принесли отдельно.

— Сейчас заварим чай, — Ника выпрыгнула из кровати и стала доставать из сумки ароматный тканевый кулёк. Ещё до заваривания запах сухой травы заполнил всё вокруг. — Мне соседка по комнате передала специальные травяные сборы. От них энергия и бодрость наполняют в мгновение ока. Заварим?

— Я с настороженностью отношусь к таким подаркам. Уверена?

— Давай, попробуем! — комнату наполнил аромат мяты, имбиря и иван-чая.

В дверь постучали. Ириса открыла. В коридоре стояли Барс и Ушани, полностью одеты к выходу.

— Вы готовы?

— Уже? — опешила Ириса. — Да мы чай пьем!!!

От её ответа на лицах ребят застыло непонимающее выражение. Барс первым пришёл в себя. Отодвинув Ирису, он прошёл в комнату.

Ника сидела в кровати, укутанная в одеяло. Сонная, в руках у неё находилась чашка, от которой поднимался пар.

— И мне налейте, — пробубнил Барс, устраиваясь в кресле. Ушани неуверенно стоял в дверях, стесняясь зайти.

Ириса нелюбезно налила всем чая. И уже через несколько минут все выглядели бодрее и увереннее.

— Лига травница? — задал вопрос Ушани.

— Да, это её чай.

— Вкусно, — похвалил Ушани.

— Так девушки, — Барс заговорил командным голосом, — у вас пять минут на сборы.

— Тогда марш на выход. Нам одеться надо, — улыбнулась Ириса.

* * *

Ириса и Ника производили разное впечатление. Ириса была некромантом, как и Ушани. Её одежда в основном была в черно-белых

Ника же, наоборот, была одета в бежевые костюм и бежевую водолазку. В комплекте с белой меховой накидкой, Ника выглядела, как снежная волчица.

Барс даже привстал, когда её увидел. Ушани пришлось одёрнуть парня, что бы тот скромнее выражал свои чувства.

— Это сейчас на тебе надето то, что шили специально? — уточнил Ушани.

— Красиво? — покружилась Ника.

— Очень неплохо.

— Спасибо.

— Оно и должно быть красиво, мы полдня на эту одежду потратили, — добавил Ушани шутливое замечание.

— Не придирайся, — парировала Ника, — оно того стоило.

Барс открыл дверцу кареты, позволив девушкам войти первыми. Дальше запрыгнул сам, а за ним — уже и Ушани.

— Для начала в библиотеку. Посмотрим, как пойдёт, после уже обед или ужин. Что думаете?

— Как тебе это удалось получить доступ? — спросила Ириса, — туда не пускают первых встречных.

— Мой отец. Он предоставил такую возможность.

— И не задал вопросов?

— Пришлось кое-что пообещать.

— И что же? Душу продать? — пошутила Ника.

— Ну почти, — серьёзно ответил Барс.

Пасмурное весеннее утро встретило новых гостей столицы морозным воздухом. Казалось, жизнь на этих улицах не останавливалась ни днём, ни ночью. Пейзаж за окном менялся от затянутого тучами серого неба и чёрный теней уставших граждан, до яркого солнца, снующих слуг и вышедших прогуливать свои наряды элиты. Жители города разделили временной промежуток для своих дел.

Столица Кири была местом концентрации магической энергии. Здесь находились храмы для каждого бога. Величина храма могла быть разная, как и количество паломников к нему, но никто не мог запретить их строить.

Молодые люди двигались к одной из самых больших библиотек магических ритуалов и защиты от них, которую можно только найти. Именно её охраняли боевые маги, как самую главную сокровищницу.

Глава 26. Библиотека палаты боевых магов

Библиотека насчитывала 5 этажей соборной готики вперемешку с роскошью. Гостей встречали массивные тяжёлые двери высотой в четыре человеческих роста.

В библиотеке был лёгкий полумрак, но это не умоляло красоты и величия этого места. Четыре этажа книг и свитков, мраморные, в цвет малахита, колонны с вкраплением золота. На колоннах стояли рунические символы, как дополнительный источник защиты. Если присмотреться, то всё пространство было пересечено нитями, словно мелкой паутинкой. В нишах виднелись позолоченные корешки книг. На каждом этаже резная мебель. На потолке цветная яркая роспись. Всё кричало о статусе этого места.

— Просто поразительно, — прошептала Ника, — тут мы точно сможем хоть что-то найти.

— Не совсем, — усмехнулся Барс. — Многие заклинания можно прочесть только ночью. Поэтому самые древние ритуалы хранятся в помещениях без доступа к свету.

— В подвале? — уточнил Ушани.

— Именно там.

Ника стояла с раскрытым ртом. Она, задрав голову, рассматривала рисунки и узоры на стенах.

— И что мы ищем? — спросил Барс.

Все посмотрели на Нику. Ничего не оставалось, как достать гримуар с зарисовками. Она передала книгу для осмотра картинок.

Точность изложения и описание ситуации была поразительной. Барс и Ириса жадно рассматривали каждый штришок.

— Да у тебя талант, — восхитилась Ириса, — это твой гримуар?

— Ну, видимо, да. Только я его использую не для описания ритуалов, а для выяснения, что происходит.

— Твой гримуар — твои правила.

Барс листал книгу. Пролистав несколько страниц назад, он увидел зарисовки событий, свидетелем которых был сам. Ника нарисовала того монстра, что питался энергией Кита. И сделала пометки, как монстр реагировал. Ириса рассматривала монстра, который питался жизнью её сестры.

— Они выглядели так? — спросил Барс.

— Да, они выглядят именно так. Но ищем мы не их, а вот эти символы, — и Ника показала на знаки, которые уже были некоторым знакомы: запечатывание могилы и пентаграмма, что чуть не убила её и Барса. Там же были отдельные рунические связки.

— А это откуда? — Ириса, которая ничего не знала, смотрела внимательно.

— Они связаны, — просто отреагировала Ника.

— Тогда задача понятна.

— Начнем с верхнего этажа, — начал Барсит, — там справочные манускрипты. Они больше указательные, но подскажут, в каком направлении искать.

Возле молодых людей появился пожилой человек. Он кашлянул, чем привлёк к себе внимание.

— За мной, пожалуйста. Я окажу вам любую помощь.

Каждый получил свою часть работы. Но Ушани искал иные, отдельные ритуалы. Его интересовала печать фамильяра мага, поглощения жизни, подчинения воли. И чтобы три эти составляющие соединялись в одном ритуале.

Целый день прошёл впустую. Количество книг и манускриптов вырастало в большие пирамиды, но ничего, что хоть близко было похоже, не попадалось.

Трещина на кольце увеличилась. Это было неожиданно. Если камень продолжает трещать, значит, влияние на неё продолжало идти.

К вечеру все устали. Ужин для них был накрыт в столовой, но ели без аппетита.

— У нас слишком мало информации, — начала Ириса, — Ника, а что с твоей печатью фамильяра. Это как-то связано?

— Чего? — Барс даже есть перестал.

— А ты не знал? — уточнила Ириса. И уже повернув головы ко всем, она переспросила. — Он не знал?

— Ника, тебе не кажется, что если бы мы знали больше правды, результат был бы лучше, — Барс внимательно смотрел на виновницу, — Ириса знает одну часть загадки, уверен, что Ушани — вторую. А полную картину хоть кто, кроме тебя, знает?

Ника перестала есть.

— Возможно ты прав. И вы должны знать эту историю.

Ушани толкнул её ногой под столом. Он взглядом подмигивал, отговаривая её от диалога.

— Даже не думай, — шипел он сквозь зубы.

— Сегодняшний день показал, что поиск информации, когда никто ничего не знает — это кошмар, — Ника обращалась к Ушани, — Ты — себе ищешь, Ириса — себе. Давайте поедим. И я расскажу.

Ушани смотрел на Нику большими глазами и в неверии мотал головой.

После ужина Барсит поставил заклинание замка. Теперь всё, что было произнесено, не могло выйти за пределы комнаты.

— Эта запутанная история. Если коротко, моё настоящее имя Вероника Громова. Мне восемнадцать лет. Я попала в мир Коши случайно. Или не случайно. Мой земной мир соседствует с вашим. Больше полугода назад я прошла материю тонкого мира и очутилась здесь. На меня наложено несколько печатей. Это печать подавления воли и печать фамильяра мага. Каким образом я стала их носителем, я не знаю. Но есть мнение, что кто-то хочет создать себе из человека фамильяра. Я связана с магом, но не знаю каким. Одно время я находилась в лечебнице, куда мы привели Алите. Когда первые энергетически жгуты сняли, у меня проявились определённые способности к магии, чего раньше никогда не было. И я пошла учиться в ВАРу. Магические атаки идут постоянно. Этот

Барсит молчал. Ириса хлопала глазами.

— А когда ты нам об этом хотела рассказать? — спросила Ириса.

— Аргон поэтому тебя навещал? — тут же задал вопрос Барс.

— Да. Аргон в курсе. И отвечая на твой вопрос, Ириса, — никогда. Твоя помощь должна была закончиться после поднятия мертвеца. А тебя, Барс, вообще не планировали привлекать. Но вы всё равно рядом.

— Ничего себе, — с открытым ртом сказала Ириса.

— Зато честно, — в тон ей ответил Барс.

— Тогда это точно что-то из запрещённого, — резюмировала Ириса. — Вот только из какого?

— И есть ещё одна проблема, — Ника показала кольцо, Барс даже приблизился к ней. — В лечебнице мне дали два оберега. Один потерян. А второй... Это корунд. Мастер Магибус сказал, что камень создан в Храме белой магии защиты и мольбы и защищает меня от смертельной опасности. Но камень треснул и эта трещина растёт.

— Покажи, — Барс смотрел на камень внимательно. — Нельзя использовать испорченные обереги. Завтра Ириса с Ушани идут опять в библиотеку, а ты со мной — в Храм. Ника, если камень трещит, значит кто-то продолжает ломиться в твою защиту. В Храме помогут с этим справиться. А с моими связями будет легче.

— Хорошо, что ты с нами, — подытожил Ушани.

Все трое покачали головами в знак согласия, а Ника обречённо вздохнула.

* * *

Не спалось. Ника вышла на улицу.

Весна только-только вступала в свои права. Ночи и утро ещё были прохладными. Но Ника не чувствовала холода.

Она сомневалась, правильно ли поступила. Именно терзания заставили её выйти на свежий воздух. Девушка задумчиво прошлась по террасе, равнодушно осматриваясь по сторонам. Больше она смотрела на небо, ища в нем поддержку и подсказки.

— Не спишь, — вывел её из задумчивости голос Барсита.

— А ты? — Ника увидела его возле тренировочного мата.

— Все прокручиваю твою историю. Не верится, что это правда.

— Что?

— То, что ты рассказала. Как ты держишься?

— А разве есть выбор? Знаешь, мне все такой приём устроили в ВАРе, что и грустить не было времени.

— Не весело, соглашусь. Ты говорила, что тебя ждут дома. Имела в виду другой мир?

— Да.

— И ты думаешь, что вернёшься?

— Я надеюсь.

— На это уйдут годы. И ты уже не будешь прежней. Многое изменится.

— Я знаю, — обречённо согласилась Ника.

Барсит подошёл ближе. Ника чуть отступила. Но он только накинул плед ей на плечи.

— Холодно, ты замерзнешь. Ты знаешь, теперь всё стало на свои места. И твоё не знание и не умение.

— Иногда мне страшно. Что будет потом?

— Когда потом?

— Когда я узнаю, кто за этим стоит. Как я буду жить потом?

Он слегка рассмеялся.

— Ты будешь свободной от страхов. Спокойной ночи, Потеряшка, — Барсит поцеловал её в лоб и ушёл.

* * *

На следующий день они разделились. Ушани и Ириса отправились в Библиотеку, а Ника и Барс пришли в Храм белой магии защиты и мольбы.

Храм стоял на возвышении, и виден был с любой точки города. Ника никогда не видела такой красоты. Храм был окружен четырьмя статуями Богини, расположенными по четырём сторонам света. Её лица были разные, они выражали четыре силы благодетели: милосердие, смирение, любовь, благодарность. Количество паломников было огромным. Ника и Ушани простояли в очереди несколько часов, только чтобы приблизится к воротам храма. Не многих пускали в сам храм, но для Барсита это не составило труда.

Храм был полностью белым, и на его стенах были выгравированы барельефы — свидетельства добродетели Богини.

В центре Храма находился алтарь, а на нем — колодец с водой. Ни крыши над ним, ни источника воды — только небо. Но в центр колодца капали капли воды, и источник этого был непонятен.

— Откуда вода?

— Считается, что это слёзы молящихся. Пока есть те, кто готов вымолить прощение, этот источник не иссякнет.

К молодым людям подошёл хранитель. Ника показала ему кольцо.

— Откуда оно у тебя? — было видно, что хранитель узнал его.

— Мне его подарил мастер Магибус.

— Когда-то его отдал ему я.

— Оно треснуло. Можно ли это исправить?

Хранитель положил кольцо в центр алтаря. А следом налил на него несколько капель воды. То, что произошло потом, было неожиданно. Камень полностью лопнул, рассыпавшись на песчинки.

— Что?

Но хранитель не выглядел удивлённым.

— Сам камень себя не уничтожит, но сила Храма может. Ей проще уничтожить носитель с проклятием. Таким образом, Богиня избрала самый простой способ: не сражаться и тратить энергию, а уничтожить проклятие. Нет оберега, но и нет последствий.

— Но без него я не смогу...

— Он тебе не нужен. Ты зря переживаешь. У тебя иная сила, — хранитель ушёл.

— Пойдём, — потянул ее за рукав Барс.

Уже на выходе Ника сказала.

— Я думала, что будет по-другому

— Как?

— Не знаю. Он что-то почитает и камень снова станет целым.

— Нет, это так не работает, — грустно усмехнулся Барсит.

* * *

У входа в библиотеку стоял Ушани. Он нервно выглядывал Нику и Барсита. Заметив их, стал активно жестикулировать. Те ещё не успели подойти, как на них обрушился поток слов.

— Нам помогут, — затараторил он, как увидел этих двоих, — доступ к информации о запрещённых заклинаниях — это нижний этаж. Хоть доступ к ритуалам нам никто не предоставит, но общее упоминание есть. В целях обучения, так сказать. Так что нам туда.

Ушани указывал дорогу и всё оглядывался, словно боялся их потерять из вида.

Вход в подвал был скрыт головоломкой. Спуск в него происходил по спиральной лестнице. На камне, в отличие от колонн, не было никаких рисунков иди символов.

Этаж был простым, без украшений, орнамента, только каменная серая масса. Кругом отдельные каменные пьедесталы с небольшими сундучками. Каждый свиток был размещён в отдельном ларе. Они все были разные: деревянные, бумажные, металлические; с украшением или без; с магической или рунической защитой, или без неё. На каменном постаменте нанесены руны, как подсказки этапов заклятий. Сами же заклятия были скрыты. Даже сокровищница произвела бы меньшее впечатление, чем это безмолвное место.

Молодые люди аккуратно прохаживались вдоль колонн и осматривались.

— Я нашла пентаграмму, — шёпот Ирисы словно разрезал тишину

Все четыре головы уставились на находку.

— Это одна из пяти пошаговых пентаграмм для запрещённого ритуала поглощения жизни. Она создаёт привязку между духом и живым, соединяя два эфирных тела на всех их жизненных циклах развития в тонком и загробном мире. И что бы жила одна душа, ей нужна и вторая, если перерождается одна душа, то за ней следует и вторая. Это одна из пяти ступеней бессмертия. Первая её часть делается, когда хотят удержать на этом свете того, кто болен и не может жить самостоятельно, или уготована смерть. Её наносят на погибающую душу. Вторая — выбирают одинакового с ним по силе и энергии перерождения человека, затем связывают их, соединяя их жизненные циклы. Третья — разделяют душу, одну часть из которой поглощает больной, а вторая её часть является донором для поставки энергии. И больной всегда получает доступ к жизненной силе. Четвёртое — порабощение. После смерти невозможно освободиться. И дух всегда преследует убийцу и вора. Пятое — запечатывание души.

— Очень похоже, — прошептала Ника, — но только есть отличие. Я — целая душа. И меня хотят сделать фамильяром.

Барсит стал прохаживать вдоль стен. Ириса задумалась.

— Ну вот смотри, — начала она, — в заклинании речь идёт о поставщике души и её поглотителе. Но в твоём случае есть ещё один — мёртвый, кто делает подсказки и похож на тебя как две капли воды. Скажи, ты уверена, что те видения — это не забытые воспоминания?

Ника задумалась.

— У меня было видение. И это не фантазия, он был. Как раз перед тем, как я и Барсит попали в ловушку. Я видела двух близнецов. Один из них, мальчик, умер на моих глазах. Я словно пообещала никогда не отпускать его. Возможно, это похоже на воспоминания о брате. Никаких воспоминаний я до семи лет не помню.

— Если предположить, что у тебя был брат близнец, и все твои рисунки об этом говорят, то мы получаем ритуал с близнецами. Особенность близнецов — это одна душа на двоих, единый жизненный источник силы. Для питания жизненной энергии надо неполная часть души, но такая, которая имеет якорь. Души близнецов самое подходящее. Одну часть силу уже поглотили, ты вторая. Поэтому часть души брата имеет к тебе доступ. И в минуты опасности он предупреждает. Тогда всё сходится. Осталось последнее. Добровольно принять часть силы мага, и ты станешь фамильяром.

— Я не поняла. А как быть с подавлением воли?

— Ты же не мертва. Тобой невозможно управлять. Но можно лишить возможности сопротивляться.

— Капец! — проговорила Ника.

— И теперь главное, кто мог такой ритуал провернуть? — даже не замечая высказывания, продолжила думать вслух Ириса. — Это огромнейшие ресурсы... И ещё, для завершения ритуала по призыву фамильяра Ника должна дать согласие на принятие части силы мага и дать согласие на служение. Предположу, отдав часть себя. Последняя пентаграмма должна была связать тебя и мага, да и привязки должны активироваться заранее.

— Как могут активироваться привязки?

— Да как только не могут. От простого подарка, что в руки дадут, до поцелуя, — отмахнулась Ириса, и дальше продолжила размышлять, — сложнее, чтобы двое добровольно в пентаграмму зашли. Вот это как продумать... Да и вытягивание силы возможно когда и поглотитель и поставщик жизненной силы в непосредственной близости находятся. Тоже сложно...

Ника даже замерла. Она в упор смотрела на Барсита. В день её восемнадцатилетия, она как раз с ним и находилась в пентаграмме, и поцелуй тоже был... А до этого именно он нёс её на руках, когда амулет пропал... А в Храме он уничтожил второй...

Её лицо выражало непонимание.

— Скажи, что это не правда, — прошептала Ника. Она с ужасом смотрела на Барсита.

Барс стоял к ней спиной. Ириса и Ушани замерли, переводили взгляд то на одного, то на второго

— Зачем сказать «что не правда»? — прошептал Ушани. Но Ириса одёрнула его за рукав.

Барсит замер. Он молчал.

— Скажи, что это неправда, — попросила Ника, голос её дрогнул.

Но он только мотал головой. Затем он развернулся и сделал шаг к ней, но девушка наоборот — шаг от него. Он остановился. Видно было, как подбирает слова.

— Я не понимаю, зачем? — из её глаз полились слёзы.

— Это был вопрос времени, когда тебя найдут. Я, как мог, пытался убрать тебя из Академии. Но не вышло. Когда вы могилу подняли, то там столько следов осталось, что спрятать тебя стало просто невозможно. Твой магический след индивидуален. Такого нет ни у кого. Они стали подозревать тебя ещё после случая на Ведьмином озере. А окончательно убедились в день зимнего равноденствия. Из этого есть только один выход — это помочь тебе.

— Не может быть... — пискнул Ушани. — А я даже и не догадался....

— Тихо, — шикнула Ириса. Кажется, она поняла, что они, как лишние свидетели, не нужны.

— Ты разрушил мою семью! — кричала Ника.

— И чему тебя только учили, — выдохнул Барсит. — Я никак не мог на это влиять. В моем роду все старшие дети умирают. Этот обряд над нами проводят детьми, когда контракт заключают и дают согласие родители. Это не от меня зависело!

— А сейчас? — девушка не верила в то, что происходит.

— Контракт заключён и требует исполнения. Нельзя его разорвать, — Барс говорил резко, сжимая челюсть. Он всё собирался с мыслями, чтобы продолжить.

— Но я могу попробовать его разорвать, у меня однажды получилось! — всё никак не могла смириться с ситуацией Ника.

— Какой ценой?! — Барсит перешел на крик. — Сотней поколений вперёд? Ты и близко не понимаешь, сколько бед обрушилось на Эфиру и её семью. Расплачиваться будут сотни невинных жизней, ещё не родившихся!!! А здесь, когда в жертву принесено столько, ни ты, ни я не потянем тот счёт, что выставят.

Барсит нервно провёл руками по волосам. Потом, успокоившись, всё же посмотрел на девушку.

— Обряд не завершён, — говорил он уже спокойно, — всё исполнится, когда ты дашь согласие на обмен своей души и моей. И таким образом ты получишь часть души мага. Вот тогда ты станешь фамильяром. И я здесь не для того, чтобы выбить у тебя это согласие силой, а чтобы помочь избежать его.

— Не верю, — девушка отрицательно мотала головой.

— Я знаю, как будет проходить последняя часть обряда и смогу подготовить тебя. Тебе просто необходимо сказать нет. И всё закончится.

— Что закончится?! Мой брат мёртв, я сама в другом мире и не понятно, смогу ли вернуться!!! Что закончится?! — от крика Ники у всех заложило уши.

По лестнице спускался

— Ника, у тебя нет выбора.

Ушани от неожиданности упал на пол, Ириса икнула, Ника открывала и закрывала рот.

— Вы заодно! — только и смогла она вымолвить.

Глава 27. Вечер встреч

Вечер. Дом Барсита. Столовая.

Ушани и Ириса тихонько сидели в стороне, Барсит расслабленно полулежал в кресле, Аргон ходил вдоль окна. Ника сидела за столом. Она закрывала лицо ладонями, потом растирала и слегка била себя по щекам.

— Не надоело? — невзначай спросил Ушани.

— Я сейчас проснусь и этого не будет. Это сон, затяжной, но сон, — девушка сидела за столом и пыталась прогнать наваждение. — Я не верю...

— Вы и дальше будете делать всё в том же темпе, как и раньше, — говорил Аргон, — ходите, смотрите, ищите. Видите себя, как юные подростки.

— Вы ждёте того, кто придумал ритуал?

— Мы знаем не обо всех. Только о Барсите. Но и только потому, что он связан с тобой.

— Как догадались?

— Я не могу тебе рассказать. Но на Барсите твой след. Он активировался на четвёртый день в Академии. Разве не почувствовала?

— Нет. Совсем. Я как раз у лекарей очнулась. Мне как-то не до ощущений было.

— Не удивительно. Канал-крадник был крайне тонкий. Он больше работал, как связующая нить, чем передача энергия. Но этой нити хватило для того, что бы вы всегда были рядом друг с другом.

— А мне почему не сказали?

— А зачем?

— Затем, что я — приманка, — догадалась девушка. Даже не вопрос, а утверждение прозвучало в её голосе. — И кого ещё вы ищете?

— Должна быть сила, которая удержит такой объем энергии. И это мы хотим выяснить.

— А я? У меня был брат, умер в детстве на моих глазах. Это забудут?

— Твой брат не умер. Его убили для питания жизненной энергией, — вставила ремарку Ириса. Но Барс так посмотрел на неё, что она предпочла замолчать.

— Ника, всё, что произошло с тобой — печально. Но ты — одно из событий в общем количестве сломанных судеб. И их тысячи. Надо найти источник этого порабощения, кто воплотил этот ритуал. Доступ к другому миру и вытягивание сил из него — преступно.

Ника замолчала.

— Хорошо, — наконец она согласилась, — Барс, ты уверен, что при совершении ритуала простого "нет" достаточно?

— Да, — сказал Барсит.

— А когда будет проходить ритуал, ты знаешь?

— Нет, — покачал он.

— Твои родители, они знают про меня?

— Я не разговаривал с отцом уже несколько лет.

Ириса и Ушани сидели молча. Девушка понимала, что не всё так просто. Да и в гримуаре кусочки заклинания другого уровня.

— Аргон, как давно вы об этом знали? — Ника перестала пытать вопросами Барса.

— Ника, твоё состояние — это вообще тайна, — Аргон проигнорировал вопрос. — Тебе же сказали, никому ничего о себе не рассказывать. А уже трое знают о тебе. Все присутствующие, надеюсь, рот на замке держать будут?

Свой вопрос Аргон сопровождал грозным из-подо лба взглядом. Ириса и Ушани, в подтверждение, только кивали головами как болванчики.

В комнату вошел старый слуга.

— Господин, пришло письмо.

Рядом с ним маячил совсем юный мальчуган. Слегка взлохмаченные волосы, россыпь веснушек на лице и отсутствие двух зубов совсем не соединялись в один образ с элегантным костюм тройкой, в который он был одет.

— Пригласительные для Барсита Сорса, — звонко отрапортовал тот.

На стол тут же легли позолоченные бумажные конверты на имя четырёх гостей столицы на семейный ужин семьи Сорс. После малец также вежливо откланялся.

— Ты спрашивала, как я получил вход в библиотеку? — Барсит взял билеты в руку и посмотрел на Нику, — так вот, я пообещал, что мы все четверо придём на ужин. Приглашения доставлены.

— И какого уровня этот ужин? — спросил Ушани.

— А зачем нам туда идти, — уточнила Ириса.

Но ответ на все эти вопросы озвучила Ника:

— Затем, что мы там не гости, а часть ритуала.

После её слов установилась гробовая тишина.

— Ритуал завершится там?

— Не думаю, — вставил слово Аргон. — Скорее всего просто познакомятся. Поэтому опасности нет.

— Тогда мне нечего одеть, — совсем невпопад общему настроению вставила реплику Ириса.

— И мне, — поддакнула Ника.

— И мне тоже, — вставил слово Ушани.

Барс даже взгляд перевёл на Арона.

— Я не иду, даже не смотри на меня, — заявил тот.

Барсит на это только ухмыльнулся и добавил:

— Завтра придёт модистка. Навряд ли успеем пошить. Будем покупать готовое. Никто не против?

В такой ситуации даже и мысли не возникло возражать.

— Но ты платишь, — вставила слово Ника.

— Само собой, — всё так же улыбаясь, подвёл итог разговору Барс.

* * *

Было глубоко за полночь.

Ника и Ириса вдвоём сидели на кровати. Комнаты были просторные. И хоть мебель в них была скорее аскетичной, но добротной и удобной. На кровати вообще могли поместиться не то, что двое, а трое человек. Сегодня Ника не решилась спать одна, поэтому попросила Ирису побыть с ней.

— Ника, ты как? — Ириса внимательно всматривалась в лицо подруги, пытаясь хоть чем-то помочь.

— У меня такая пустота внутри и холод. Я не знаю, что мне делать. Поставь, я не смогу решить, куда идти. Заторможенность такая.

— Это шок.

— Наверное. Но я не понимаю, почему я ничего не помню, как так получилось? Но самое страшное, что я ничего и не чувствую.

— Ты сама случайно связала себя с братом. Казалось бы, детское обещание. Но и оно имеет силу. А при печати возможно воспоминания блокируются.

— Как думаешь, что будет дальше?

— Хорошего — ничего. Сейчас тебе нужна ясная голова. Ты поспи.

— Я в это просто не верю. Такое в страшном сне не могло привидеться, — Ника лежала с широко раскрытыми глазами. От перенапряжения тело не могло расслабиться, даже моргнуть. — Думаешь, получится?

— Всё сложно, — но про себя Ириса думала: "Как она не боится? Да и что она может противопоставить им? Зачем идти туда? Может быть она не понимает, чем это грозит? И она ли принимает решение? Но вмешиваться в её ауру нельзя. Не сейчас. Каждое такое вмешательство сможет изменить соотношение силы. И в решающий момент у неё просто не хватит ресурса. Да с чего у неё уверенность, что получится?"

Ника заснула минут через пять. Ириса лежала в кровати, смотрела на спящую девушку. Мысли перескакивали и кружились, но ничего хорошего в её голову не приходило.

* * *

Утро. Все спали. В доме было тихо. Эта была прекрасная тишина, такая, когда фундаментом для сна выступало ощущение покоя и безопасности. Сила дома оберегала мир его жильцов, защищала от угроз. Все спокойно отдыхали, и

Ника проснулась спокойной. Казалось, она должна встать разбитой, с больной головой и дрожью в руках. Но нет, она даже слегка потянулась после сонной неги. Тихо и никакого шума. Паника начала наступать тогда, когда она осознала вчерашний день. Нервы... И мыслить трезво мешают, и покоя от них мало.

Девушка вышла на улицу в поисках свежего воздуха.

«Как смотреть в глаза родителям Барса, зная что они — причина убийства. Как себя вести? Кричать? Царапаться? Истерить? Как на них реагировать спокойно?».

Барсит уже был на тренировочном мате, отрабатывал атаку с деревянным оружием. Ника так сильно задумалась, что не обратила внимание на посторонние звуки, а вот он её заметил сразу.

— Подходи, — крикнул он ей, чем вывел девушку из размышлений.

— Не уверена в том, что надо подходить, — возразила она.

Древко упало прямо перед ней

— Давай посмотрим, чего ты стоишь! Начинай атаку!

Ника взяла палку, заняла стойку и приготовилась. Слегка прищурив глаза и оценив противника, начала нападать. Она била рьяно, размашисто, но Барс ловко парировал удары, уходил от атак.

— Нет точности и скорости, планирование атаки тоже на нуле, — давал он оценку её действиям.

Ника злилась, теряла контроль, с каждым разом махала всё сильнее. Удары больше выматывали её, чем доставали противника. А вот Барсит уворачивался от них без усилий. Под конец она просто откинула древко и села на пол, тяжело дыша.

— Я не хочу и не могу, надоело всё.

Барс присел рядом.

— Я знаю, что страшно. И обидно, и больно. Но ты можешь это изменить

— Я... не знаю, — Ника не могла даже с мыслями собраться.

— У тебя нет выбора, — Барс поднялся и протянул ей руку. — Вставай, силы тебе понадобятся. Ещё раз, начинай! Кроме тебя, некому тебя спасать.

Спаринг начался сначала.

* * *

Ушани ходил по комнате. Он давно встал и наблюдал, как Ника спокойно тренируется.

— Страшно представить, что у неё в голове, — шептал он, — Как она может быть такой спокойной. Даже я не могу это представить, хотя знаю о ней больше всех остальных.

Стук в дверь отвлёк его.

— Модистка пришла, — объявил слуга.

— Так рано?

— Так за ней послали на рассвете. Ужин сегодня вечером.

В центральной комнате на первом этаже всё было в одежде: мужские и женские костюмы, обувь, шляпки и прочее.

Ириса уже осматривала наряды. Она выбрала чёрное облегающее платье. В тон ему Ушани выбрал чёрный костюм и чёрную рубашку.

Через какое-то время в комнату вошли Ника и Барс. Увидев вошедших, модистки заохали.

— Вы такая худенькая, — только и качали они головами, прикидывая, как ушить имеющиеся наряды на такую хрупкую фигуру. — Вам необходимо выбрать себе что-то, что мы могли бы подогнать по фигуре. И еще необходимо время, чтобы привезти дополнительно сумочки и верхние накидки. Ужины в семье Сорс славятся своими приёмами. Но какая же, слов не подобрать, хрупкая!

Ника присматривалась. Сначала ей понравилось платье цвета шампанского.

— О, прекрасный выбор, — хвалила модистка, — платье будет плотно облегать верх груди, а после свободно струиться по телу.

— Смущают открытые плечи и открытая спина, — неуверенно сказала Ника.

— Сверху предполагается лёгкая невесомая накидка.

— Слишком откровенно, — вмешался Барсит, — посмотри это.

Он указал на тёмно-синее платье, украшенное в тон жемчугом. Простое лаконичное, строгое, плечи приоткрыты, на груди плотно прилегает, юбка слегка расклёшенная. Глубокий синий цвет. В нем Ника казалась беззащитной.

Для себя Барсит выбрал тёмно-синий костюм.

К нарядам предлагались также аксессуары, туфли и украшения. Ушани купил для Ирисы чёрное кружевное ожерелье-чокер, а Барсит для Ники — прекраснейшие колье — нити жемчуга.

Карета приехала ровно в семь вечера. Устроившись, вся компания медленно двигалась по улице, плавно качаясь в карете в такт ударов колёс о брусчатку дороги. Ехали молча. Нику слегка била дрожь, она начинала нервничать.

— Это просто знакомство, не переживай! — Барсит сжал её руки в попытке успокоить.

— Представь, что едешь знакомиться с родителями парня, — предложил Ушани.

— Не смешно, — угрюмо буркнула Ника.

Барсит только весело хмыкнул, но руку не убрал, а наоборот, сжал сильнее.

Минут через тридцать карета остановилась возле прекрасного особняка. Белый камень дома утопал в зелени сада. Аллеи цветочных арок, фонтаны и живая музыка встречали гостей. Молодые люди прошли по мраморной плитке до крыльца дома.

При входе гостей лично встречал сам господин Сорс, боевой маг Совета Магов, один из влиятельнейших господ мира Коши. Это был статный мужчина, возрастом около шестидесяти лет. Отец и сын были похожи. Тот же цвет волос и цвет глаз. Лёгкая седина старшего Сорса только добавляла ему шарма. Хозяин дома первым вышел на встречу к сыну и обнял его. Это были объятия соскучившегося человека, и он не скрывал радости от встречи.

— Здравствуй, сын, — расчувствовался мужчина. Он рассматривал Барсита, скользя взглядом по его внешности, — ты совсем возмужал за эти годы учёбы, не узнать. Истинный боевой маг, огромный, сильный. Совсем взрослый.

— Давно не виделись, отец, — Барсит был сдержан, даже отстранился от объятий, — позволь представить моих друзей: Ника, Ириса Мист, Ушани фарх Во Ги.

— Добро пожаловать, — мужчина перевёл своё внимание на гостей, — я очень рад, что вы приняли приглашение, очень рад! Это большая честь для меня познакомиться с вами. Эруад Сорс, если позволите. Вы можете обращаться ко мне мастер Эруад.

Ника смотрела и не верила «Как такой милый и добродушный мужчина может быть тем, кто забирает чужую жизнь? Совсем не похож! Он словно преданный родитель».

— Проходите, не стойте, — указал тот на вход.

Несколько слуг тут же предложили напитки. Но Барсит, а следом все его друзья, отказались от угощений. Молодые люди вошли в большой зал, предназначенный для проведения бальных вечеров. Красивые люстры, дамы в платьях. Вокруг смех и улыбки. Слуги разносили напитки и лёгкие закуски. Вечер был в разгаре.

Ника осматривалась. Огромнейший зал был полон незнакомых лиц. Но все они были знакомы её друзьям.

— Ушани, смотри, — указала Ириса, — твои и мои родители здесь!

— А им что здесь делать? — нахмурился он.

— Вы представители одних из знаменитых семей. Почему считаете, что освобождены от такого мероприятия? — Барсит даже не понял причин вопроса Ушани

— Может, потому что я два года был затворником, а? — съязвив, Ушани поднял одну бровь.

— Аргумент.

— Ладно, — сдалась Ириса, — пойду, со своими поздороваюсь.

Ириса махнула всем не прощаясь и тихо отошла в сторону. Было видно, что её родители не сильно были довольны компанией девушки и Ириса явно сопротивлялась их наставлениям.

— Господа, — по залу разнёсся голос хозяина

Всё внимание переместилось на Барсита. Тот сделал небольшой кивок головы, но радости особо не высказал. Отец же стоял рядом и буквально светился от счастья. По залу прошёлся шёпот о столь неожиданной награде.

— Барсит, у тебя практика. Со званием будет проще начинать карьеру, — высказался он между делом.

— Отец, не...

— Не сейчас. Выскажешь своё недовольство после.

Эруад Сорс отошёл в сторонку и принимал комплименты ото всех, кто старался засвидетельствовать ему своё почтение и восхищение.

Ника чувствовала себя не в своей тарелке, улыбалась через силу, и больше смотрела по сторонам. Барсит стоял рядом.

— У тебя натянутые отношения с отцом? — между делом поинтересовалась она.

— Да, в определённых моментах мы не сходимся во мнении.

— И в каких?

— Ну, самое простое — место практики. А глобально — место службы.

— А более глобально — способ жизни? — съязвила Ника.

— И это тоже.

— И какое будущее тебе отец пророчит?

— Сладкое место рядом с собой. Как минимум советника. Но свой путь я хочу выбрать сам. Через два месяца начало практики. Там и увидим. Ника, посмотри чуть левее, видишь? — Барсит указал на их общего друга, — Ушани пользуется популярностью.

— Ириса с ним рядом и они не особо довольны, как мне кажется.

Барс на её вывод только хмыкнул.

— Ты знала, что Ириса наследница семьи и они с Ушани — обещаны друг другу?

— Это как?

— Договорной брак. Поэтому и не сильно довольны. Они ровесники, но Ушани из-за двухлетнего перерыва чуть слабее её.

— Пока слабее.

— Ну, пока — не пока, сейчас, главное, слабее. Да и не планировали они совместную жизнь. Но чистый неразбавленный дар — тоже редкость. Не удивительно, что родители планируют всё заранее.

— Да уж. У нас тоже существует такое, в основном среди богатых. А люди попроще в любовь верят.

— А ты в любовь веришь?

— Не знаю. Я и в ваш мир не верила раньше. Когда узнала, что он есть — тоже долго не верила. Так что всё может быть.

Двери открылись в обеденную комнату и всех пригласили к столу. Ника прошла внутрь с Барситом. Тот провёл её к месту возле хозяина дома.

Появление первого блюда ознаменовало начало трапезы. Чего только не было на столе: икра, солонина, куропатки, запечённое мясо, овощи и фрукты.

Ника замерла, увидев бокалы: «Я уже видела это всё во сне. Быть не может!».

— Всё в порядке? — проявил заботу хозяин дома, — Ника, вы слегка побледнели!

— Словно дежавю, извините, — Нике кусок в горло не лез.

— Что вы, вовсе нет. Вы здесь уже бывали!

Ника прямо посмотрела в лицо Эруада, но тот без труда выдержал этот взгляд. «Быть деликатным явно не его конёк!»

— Я чем-то обидел вас? — невпопад ранее сказанным словам произнёс собеседник.

— Вы сказали интересную фразу. Она меня немного напугала.

— А разве я сказал неправду?

«Как он может абсолютно спокойно говорить прямо и не боясь?»

— Ты сегодня прямолинеен, — безэмоционально проговорил Барсит. Он не оторвал взгляд от тарелки, но слова явно адресовал отцу.

— Я думаю, Вероника, нам стоит поговорить о некоторых вещах, — Эруад спокойно нарезал салат. Хозяин отвлёкся на поднятый вверх бокал и поддержал тост. — Во славу чести и справедливости!

— Не вериться, что так легко произносите тосты и говорите слова, которые не исполняете, — Ника решила все же съязвить.

— Ты слишком юна, — спокойно парировал он.

— Да, мои годы и ваши не сравняться.

— Далеко не в возрасте дело, — прямо посмотрел он на Нику. — Ты просто не можешь осознать некоторые вещи, пока не столкнёшься с ними. Мы сможем всё обговорить после ужина, если ты согласно. Сейчас не самое подходящее место и время. Как ты на это смотришь?

Барсит словно замер.

— Хорошо, после ужина, — кивнула Ника.

* * *

Ужин шёл своей чередой: блестели бокалы, подносили угощения, гости поднимали тосты, шутили, говорили слова благодарности радушному хозяину. После — танцы. Ника без интереса рассматривала до этого невиданные танцевальные пируэты. Вечер закончился ближе к трём часам ночи. Неспешно, но все разошлись.

Ника и Барсит остались. Неслышно к ним подошёл слуга.

— Вас велено проводить в кабинет.

Ника посмотрела на говорящего, потом на Барсита и после оглянулась по сторонам.

— Ушани и Ириса пропали куда-то? Нигде не вижу их.

— Да, ты права, — Барсит тоже был обеспокоен.

Слуга терпеливо ждал. Ника махнула головой в знак согласия и проследовала за ним. Барсит не отходил от неё.

Разговор происходил в кабинете. Сама комната напоминала музей древнего и редкого оружия. Хозяин дома ждал их. Он стоял у стены и рассматривал разные колющие и режущие виды мечей и сабель.

— Посмотри, — Эруад указал на стену, обращаясь к Нике, — это оружие принадлежало разным поколениям нашей семьи. И мы храним его.

— Как часть силы мага?

— А тебя не плохо учили. У ведьмы — котелок, у боевого мага — его оружие. Всё верно. Это каждый раз напоминает нам, как много мы достигли и шаг назад делать поздно. Именно эта стена, — указал Эруад, — напоминание. Вероника, я долго ждал встречи с тобой. Твоя семья подарила моему сыну жизнь.

— Что вы несёте? Вы отняли жизнь брата!

— И? Я не вижу на тебе и тени переживания! Да и разве вы не общались эти месяцы? Именно твоя сила его поддерживает. Твоя сила огромна, но и ей требуется огранка.

Не слышно отворилась дверь и некто встал позади.

— Тогда почему вы не забрали меня?

— В нашем мире маг сильнее магини. Выбирали по полу. Вот и не учли, что в вашей связке сильнее ты. Просчита-а-ались.

— Да уж, ошиблись, так ошиблисьваши помощники. Они выбрали не того близнеца.

— Это не важно. Сейчас ты здесь и сможешь сама всё решить.

— И что вы предлагаете?

— Прими часть силы Барсита. И тогда ты сможешь вернуть своего брата.

— Он умер. О чём вы говорите?

— Понятие смерти в нашем мире условное.

— Нет, — Ника покачала головой, — я на это не пойду.

— Тогда к чему эти речи о смерти? В твоих руках способность вернуть брата, но ты этого не делаешь. И при этом обвиняешь меня! Тебе не кажется, что злодей — не я. Воспользуйся своей силой и исправь всё.

— Нет, это не правильно.

— Сдаёшься? Я другого и не ожидал, — за спиной Ники раздался такой знакомый голос.

В кресло возле Ники присел лекарь Тиар.

— Ты доверчива. К этому времени должна уже уяснить, что в мире, где жизненная энергия — это ресурс, ты являешься лакомым кусочком. Почему ты думаешь, что кто-то будет тебя защищать? Даже для друзей, ты — источник жизни. Не понимаю, как это маленькая голова вместила такую силу. Да за что тебе такой подарок?

— Как за все этим может стоять лекарь?

— Что значит "стоять"? Мы давно бьёмся над тем, чтобы прекратить существующий энергетический откат. А ты, одарённая силой, можешь это исправить.

Ника смотрела и не смогла вымолвить ни слова.

— Где твои друзья, Вероника? — невпопад спросил Мастер Эруад.

— Что? Барсит, где Ушани и Ириса? — Ника повернулась к Барсу. Тот сидел с закрытыми глазами, словно замер. Ника провела рукой перед его лицом, но тот не реагировал. — Барсит? Барсит!

— Страшно терять друзей, скажи? — вопрос задал мастер Эруад, — Страшно терять любимых?

— Как вы можете так поступать с собственным сыном? Что с ним?

— Я его спасаю! — крикнул Эруад, — Он не сможет перечить воле отца. Его сумасбродные решения являются угрозой всему, что мы имеем. Так что есть много способов влияния, особенно на детей. И, как отец, я могу это сделать.

— Вы его порабощаете!

— Нет, я дарую ему время. И он сможет насладиться жизнью! Или ты позволишь ему умереть? И своим друзьям позволишь умереть? Даже брата не попытаешься спасти?

Ника молчала. Помощи, на которую она надеялась, не будет.

— Исцеление всего рода и право на перерождение свободным от долгов за прошлые грехи. Ведь так работает твоя сила? — проговорил Тиар.

— Почему вы не убили меня в лечебнице?

— Магия так устроена, что связанные всегда рядом. Пока один не выиграет, второй не сдастся. Тебя наделили силой для исправления ошибок, и эта сила всегда вернёт тебя на путь борьбы и противостояния!

— Почему вы не убили меня? — повторила вопрос Ника.

— Нетерпелива... Зачем тебя убивать? Такая сила, она не должна пропасть. Все-все ошибки ты сможешь исправить. Все, скопившиеся за годы! Ты — тот ресурс, который нам нужен. Да и зачем вмешиваться в равновесие сил? Сила уже послала тебя. Проще идти и смотреть, не вмешиваться. Вмешательство нарушит созданный баланс. И рано или поздно придут другие. Просто помоги нам. Мы можем работать сообща!

— Я видела душу Барсита. Она не требовала восстановления.

— Нет, ты видела одну её часть. А вторую нет. Душа многогранная. Это не одна энергия, а много: чувства, мысли, поступки, ценности. Всё это разные составляющие. И много обид и проклятий. Тебе тоже надо научиться пользоваться даром. Если бы ты умела видеть, то знала, что за Барситом не одна душа, а легион. И он продолжит наше дело. Да, мы платим поколениями за желаемое. Но ведь всё можно обойти.

— Какой ценой?

— Его жизнь — это долг семьи. Он не свободен. Главное, он может пользоваться всем, быть кем-то.

— Это ваш долг, а не его. А право других на жизнь, они недостойны?

— Сейчас ты можешь освободить его. И брата. Просто обменяй. Здесь Ушани. Он уже имеет часть твоей энергии. Подселение будет проще. Только пожелай.

Ника задумалась.

— Если тебе дороги твои друзья и ты хочешь их вернуть, сделай правильный выбор.

— И вы вернёте мне брата?

— Конечно.

— Хорошо. Я согласно, — промолвила девушка, "Слишком много стоит на кону!"

— Тогда не будем терять время!

Глава 28. Принятие неизбежного. Иногда нужна только уверенность

Начинался рассвет, но луна еще не ушла. Два светила были на небе. Ритуал проходил на крыше дома. Одна часть её была плоской, окружена конусами выступающей крыши, что прятало место от любопытных глаз. Пятиугольная пентаграмма начерчена в центре. На каждой её вершине из свечей составлены пять небольших пентаграмм, символизирующих печати.

Ириса и Ушани стояли на коленях в пентаграмме. На лице Ушани были видны следы ударов. На шее обоих висели амулеты подавления силы. Это были диски в диаметре около двадцати сантиметров, цепью замыкались на руках и ногах. Такие вешают на особо опасных преступников. При попытке сопротивляться, используя силу, эти амулеты вытягивали энергию безвозвратно. Ушани и Ириса не шевелились.

Барсит находился в центре пентаграммы. Он стоял босиком с закрытыми глазами.

— Ника, не делай этого, — Ушани попытался отговорить. Ника даже не посмотрела в его сторону. Ириса мотала головой, не веря в происходящее.

Недалеко стоял Тиар.

— Я буду направлять. Просто слушай мой голос и делай то, что я говорю, — Тиар пристально наблюдал за девушкой, — стань в центр.

Ника сделала первые шаги в пентаграмму. Она была босая, остро чувствуя прохладу кирпича под стопами.

— Почему ты? — не удержалась Ника и спросила Тиара.

— Призови свой род, — проигнорировал он вопрос.

Ника посмотрела на него в недоумении, слегка приподняв бровь.

— Стань в центре и мысленно позови свой род, — начал Тиар. — Поставь их на службу и отрекись от них. Повторяй слова за мной: Я — ваша сила и наследие, Я — ваши надежды и вера, Я — любовь и сострадание, Вы — моя защита, Вы служите мне и повинуетесь мне. Вы оставляете меня. Я отрекаюсь от вас. Верно слово моё и действие моё, как есть я. Не отвлекайся, повторяй.

— Ника, ты умрёшь, если продолжишь, — наконец выкрикнула Ириса.

— Не переживай, — Тиар уже обращался к Ирисе, — если она ошибётся, ты тоже умрёшь.

Ника посмотрела на Ирису и улыбнулась ей. Одними губами она прошептала: "Всё будет хорошо!".

Ника сделала глубокий вдох и вошла в транс. Она всё видела иным. Лекарь Тиар светится силой, чистая энергия двигалась по его венам. Эруад Сорс отягощён печатями порабощения погибших. И видно, что не боится.

"Отрекись от рода, как же! Ты и понятия не имеешь, что диктуешь сделать. Посмотрим, что здесь. Барсит выглядит, как я его и видела раньше. Но Тиар сказал, что душа это не одно тело, а много. Тогда посмотри поближе" — Ника взяла Барсита за руки и приблизилась к нему.

"Откройся мне, как видим ты другой силе, как спрятан от глаз и чувств, как видят тебя души искалеченных судьбой от рук и мыслей, действий и сил твоего рода" — шептала Ника.

Душа Барсита состояла из нескольких. Одна часть души — это чистая энергия её брата. И она не отделима. Вторая часть — слои чувств, мыслей, поступков, веры. И самый последний слой — слой истинного я. Каждый слой брал на себя чуть-чуть, но вместе — это было месиво из гнили и

"Жизненная энергия брата и Барсита едины. Не разъединить. И если просто разорвать эту связь, то погибнут оба. Часть души брата уже не просто его, она слилась с родовой силой Барсита. То, что выделится чистым — это остатки мыслей, привязок, злости, слёз. Эта надломленная душа, обреченная вечно скитаться среди мира мёртвых без привязки к кому-либо. Останется только обида и злость. Это жалкое существование в поисках питания".

Ника смотрела. Она уже приняла решение. Первое, она отсекла душу брата, буквально выдернув ее. Потрясение было сильным. Барс упал на колени. Вся сила родового проклятия обрушилась на него. Первая и вторая печати между Барситом и донором души надломились. Барсит стал харкать кровью.

— Она что-то делает не так, Тиар, — забеспокоился Сорс, — Тиар, что-то не так!

— Я не могу вмешиваться. Не сейчас!

— Тогда что она делает?

— Я не знаю.

Барсит стонал от боли, и душа и тело его были в крови. Из ран вытекала энергия. Но Ника не смотрела на него. Как только её брат стал свободным, её же собственный канал стал утолщаться. И через него уже начал идти отток её жизненной энергии. А значит Барсит был жив.

Но через Нику стали образовывать привязки как к брату — одной части души, так и к Ушани — носителю части энергии. Ника сама стала источником, который собирал все остатки энергии, доступные ей.

То, что составляло остатки души брата, злилось и нападало на Барсита, буквально терзая его. Эти нападки ослабляли его, но и он их компенсировал за счёт Ники. Всё восстанавливалось, повторялось и закольцовывалось опять. Сила не давала изменить источники энергии и её питания.

"Я не дам никому погибнуть. Больше никому! Что же делать... Сначала спасём одного".

Ника стала использовать слова Тиара. Она не могла восстановить душу брата, не из чего его восстанавливать. Но могла отсечь его от рода и любых привязок, тем самым даруя ему освобождение от боли. "Он сможет начать сначала. Не в этой жизни, но свободным от боли и ошибок прошлого. Отделить его от ошибок семьи Сорс иначе невозможно. Он будет один, сложно. Но он справится". Боль отсечения можно сравнить, как если бы живьём отрезаешь себе руку или ногу. Ника почувствовала такую боль, что не смогла дышать. Слишком много от неё потребовалось.

Нити между близнецами рвались. Ника шептала сквозь боль: "Я отпускаю тебя. И как сила света создаст источник жизни, так и сила души исцелится и войдёт в мир новой жизни, И начнёт движение новое, и не запятнанное. Я отпускаю тебя. Ты свободен".

Связь между близнецами оборвалась. Третья печать надломилась. Теперь Барсит не получал питания от близнеца.

"Я не знаю сколько света осталось у тебя, и сколько сил, но ты сможешь всё начать сначала".

Ушани стал харкать кровью. Барсит умирал. Сорс кричал. Ириса единственная была в сознании.

— Я убью их, Вероника, я убью всех твоих друзей! Этот мальчик и так жил ту жизнь, которую не знал из-за глупости. Он жил взаймы!

Ника не обращала внимание ни на собственную боль, ни на внешние угрозы. Только бы не испугаться.

Брат улыбнулся ей и исчез. Но боль не прекратилась. Словно живая рана, которой нужно время, чтобы затянуться.

Небо было тёмным над головой. Начинался дождь и гроза. Между солнцем и луной мелькали молнии. Сама стихия пыталась прекратить то, что творилось вокруг.

"Теперь очередь Барсита", — Ника смело стала рядом с ним. Она заняла место брата. Грехи родителей остались и тянулись семейным проклятием. Но не на эфирном теле. А на высшем я. На высшей точке души, там, где не даруют прощение. Одна часть его души, как мёртвые ветви, тянула силы. Жалкое существование.

"О прощении не может быть и речи. А вот о расплате того, кто инициировал контракт — да. Теперь избавление Барсита от привязок рода."

От слов Вероники Сорс-старший и Тиар упали на колени. Теперь они почувствовали всю силу отсечения.

Ника, оторвав Барса от рода, фактически объединила его с собой. Оставив разными эфирные тела, но объединив энергии иных составляющих души: мысли, чувства, привязки, поступки и цели. Её чистота восстанавливала, буквально уничтожая гниль.

Теперь они стали одним целым на уровне энергий, закольцевав их друг на друге.

— Да будет так! — были последние слова Вероники.

Ушани начал дышать, Барсит смог встать. Ника упала без сил.

Ритуал завершился.

Глава 29. Исповедь

Здание тюрьмы было словно живым. Маги бегали по нему как муравьи.

Комната для допроса состояла из двух клеток. В одной держали преступников, в другой стояли стол и стул для представителей Департамента.

Мастер Сорс, а теперь уже заключенный, сидел на единственном стуле. Другой мебели не было. Одежда его была грязной, волосы слиплись и торчали клочьями. Голова некогда великого господина была опущена. Он смотрел на свои ладони.

Напротив находился Аргон и Рон Сирп.

— Вы можете рассказать всё самостоятельно, тогда мы не применим пытки.

— Я не всё могу сказать. Клятва на крови, она даже слова не даст сказать. Но часть своей истории скажу. Первое, мой сын ничего не знал.

— Не знал чего? Расскажите, как вам удалось провести этот ритуал?

— Первого ребёнка, моего дальнего предка, как многих из нас, продали. Мы говорим о времени столетия, а может тысячелетия назад. Взрослые нашей семьи были простыми фермерами. Это тяжёлая жизнь, тяжёлое существование. Мой предок заключил союз с ведьмой, как и многие. Его не интересовали деньги как других. Он просил доступ к власти и влиянию. И он его получил. Он стал приближенным к королю, членом Совета Магов, что существует с незапамятных времён. Но цена желания была слишком велика. За неё в уплату требовали энергию первенца нашей семьи. И они пошли на это. Но никто так и не понял, что под жизнью первенца понимали каждого родившего первенца на все поколения вперёд. Оплата шла жизнями поколений. Наши дети не доживали даже до своего семилетия, а кто-то и раньше умирал.

— Как раз возраст, когда мальчиков пора посвящать в основы магической науки.

— Да. Как правило, первенец погибал при странных обстоятельствах.

— Вы могли отказаться от влияния и жить простой жизнью.

— Отказаться от всего? Нет. Уже так много уплачено, так много пожертвовано. И отказаться? Нет. Да и зачем? Есть другой способ. Мы нашли его. Для нас создали ритуал. Отдельный ритуал, завязанный на энергии нашей семьи. Всё

— Вы отвлекаетесь.

— Да... Простите... Мы издавна используем живого человека как фамильяра мага. Такой фамильяр сильнее, частицу души в нем можно спрятать, а при удачном покушении— возродить. И вот ты уже хоть и в другом теле, но живой. Да и такого фамильяра завистникам не вычислить.

— И не важно, что использовать человека для этих целей запрещено?

— Цель оправдывает средства, — сказал Сорс-старший. — Барсит родился слабым. И за счёт энергии души донора должен был восстановить себя. Но случилась беда. Мальчишки подрались, и Барсит... он умер. Энергетическая привязка сработала безотказно. Она разом забрала всю энергию жизни проводника энергии. И мой мальчик получил право на ещё одну жизнь. И душа того ребёнка, она также переместилась в этот мир. Ритуал по-прежнему работал, хотя со смертью должен был разорваться.

— Вероника дала обещание брату быть рядом. Их души были, как одна. Вы взяли первую половинку. А вторая заняла его место.

— Да. Переносить душу в другой мир неимоверно сложно, а уж душу ребёнка и подавно нельзя. Она хрупкая и неуправляемая. Но близнецы с одной душой — это совсем другое. У них одна душа, одна общая душа. Невозможно? Но это так. Достаточно забрать одного. Человек, сделавший из части души близнеца фамильяра, всегда через него будет иметь доступ к жизни за счёт другого человека. И тогда будет достойная жизнь, полная.

— А те, кто из-за этого пострадает — дело второе? Нельзя взять живую душу и обречь её на рабство. Высшим магическим законом это запрещено.

— Мой мальчик не должен был страдать. Он получил целую жизнь и источник жизненной энергии. Это был дар Мораны. Мы решили, что ритуал поможет нам ослабить дух, протащить его на свою часть мира, ведь вторая часть души уже здесь. Она будет маяком! А здесь уже с печатями подчинения воли, завершить ритуал будет проще. Но получилось не так. Люди не фамильяры. Дух первого близнеца был не обуздан, иногда выходил из-под контроля. И в один день перехода энергетические привязки просто разорвались. Вместо того чтобы переместить астральное тело, не понимаем, каким образом перетащили полностью человека. У нее только пол души, и та сильно пострадала, но она перешла!!! И восстановилась!!! Это немыслимо.

— И что же вы решили?

— Для начала, мы её искали. Обрыв энергий был крайне ощутим. Но она словно была укрыта. Затем волны энергий то появлялись, то исчезали. В том, что это она мы окончательно убедились, когда вскрыли могилу.

— Чей там был скелет?

— Это скелет с подселением близнеца. Чужой ребёнок, умер сам. Но к нему мы привязали части души. Это был якорь, тюрьма, чтобы запирать дух, когда он выходил из-под контроля. Для подстраховки были оставлены стражи. А дальше вычислить, кто там появлялся, уже было не сложно.

— Нападение в ВАРе ваших рук дело?

— Да. Должна было состояться передача энергии от мага, что бы создать фамильяра. Но в момент передачи произошёл разрыв печати. Будто кто-то помешал.

— Мастер Рон Сирп видел, что должно было произойти. Он же и направил энергию в тело девушки, что бы создать разрыв. От энергетического удара Ника на секунду вышла из-под вашего влияния.

— Простой энергетический удар и всё коту под хвост. Простой удар...

— Барсит знал, для чего он там?

— Нет, он появился секундой позже после удара. И как любой боевой маг, сделал всё для спасения девушки. Идеалист. Если бы не удар, он сам стал бы частью заклинания, поглотив душу девушки, дав ей взамен часть своей души. Но он не успел... Вы знаете почему не сработал ритуал до конца? Обмен душами же произошёл. Почему?

Аргон промолчал. Он смотрел на заключенного. Глаза великого мага действительно не выражали ни толики раскаяния.

Аргон просто вышел из комнаты. Рон Сирп догнал его у выхода из тюрьмы.

— Почему ты не ответил ему?

— На допросе он, а не я. А я выяснил всё, что хотел знать.

— Так что же произошло?

— У Вероники не простые способности. Когда она сама добровольно согласилась занять мне место своего брата, она ничего не обменяла.

— Как так?

— У них с братом одна душа. Она просто поменяла одну половину на вторую. Свою же. Вот и всё.

— У них изначально не было части души Барсита для обмена. Он поглотил чужую жизненную энергию, всегда использовал чужую душу для связи энергий. Фактически, уже давно соединив свою душу и душу брата Ники. Его душа была не полная, и часть из неё давно была отдана в уплату фамильного проклятия.

— И способности Ники буквально выдрали лучшую её часть. И теперь баланс сил был на стороне Ники. У нее две половины души, причём одна стала свободной. И Никавосстанавливала душу Барсита. Он уже не мог ничего дать для завершения ритуала. Не хватило равноценной силы для баланса.

— Поэтому и не сработало. Не было обмена. Она просто получила своё, и восстановила душу Барсита. У него не было и шанса отделить часть себя, нечего отделять. Сила Ники просто не позволила... Откуда такие силы у простой смертной?

— Ну кто же знает... — пожал плечами Аргон, — кто же знает...

* * *

Ника и Аргон прогуливались в парке.

— Ты говорил об активации привязки энергетической нити на четвёртый день моего пребывания в Академии. Что это было?

— Тиар научил тебя словам защиты, ведь так.

— Да, это обращение к силе и её принятие для защиты.

— В словах была скрыта ловушка. Изначально в неё спрятано слово паразит. "Принимаю". Но не что принимаю, а просто отдельно стоящее слово. Но когда такое слово произносят рядом с источником страха или чуждой тебе энергией, не твоей, то можно принять на себя всю силу и привязку внешнего источника. А если ещё и потрясение на уровне энергии было, пробой, тогда ты призовёшь не силу, а свяжешь себя путами. И эта привязка активировала твою связь с Барситом.

— Поверить не могу. На лекаря я бы никогда не подумала. Вы подозревали Барсита? — спросила Ника.

— Да

— Почему?

— Потому что в минуту опасности он был рядом.

— Как и Ушани!

— И его тоже подозревали. Но

— Надо же, хорошие поступки оказались не такими хорошими.

— Ты наивная.

— Ушани также говорит. Что ему будет?

— Ничего. Он не виноват. Родители обряд проводили, когда он ещё маленький был. Это снимает с него всю ответственность, и перекладывает на них. Ты же учила, что за ритуалы над детьми ответственны родители. Но жить ему придётся сложнее. Он лишён всех регалий, имущества, положения. Теперь будет начинать сначала.

— А я?

— Не "а я", а "мы"! Вы связаны. Все, что случится с тобой, случится и с ним. И наоборот. И Ника, он записался в отряд патрулирования туманных зон. Контракт на год. Там выживают — 15 процентов от состава добровольцев.

— То есть я могу умереть с вероятностью в 85 процентов?

— Да.

— Когда отправление?

— Ты его не переубедишь. Точнее, ты не сможешь изменить контракт. Он подписан кровью. Это ритуал.

— Очень вовремя, Аргон, просто очень вовремя! — Ника бежала слишком быстро. Ей нужно было успеть спасти ещё одну душу.

Эпилог

Повозка с добровольцами отправлялась от Северных ворот столицы. Провожали солдатов удачи. Многие благословляли, кто-то проклинал, кто-то молился. Это были отчаянные искатели утешения, кто-то из них был вором, кто-то беглецом. Но контракт на год в патруле туманных зон даровал чин в магии, положение и деньги. У каждого была своя история бегства.

Барс сидел в повозке. События и история его семьи буквально разбили его. Он был потерян, остался один. Теперь он — изгой колдовского мира.

Перед его носом полетела сумка. А после две пары женских ног устроились на лавке напротив. На Барса смотрела Ника. Она была одета в чёрную одежду — униформу защиты, рядом лук и стрелы.

— Что ты здесь делаешь?

— Мы связаны, забыл? Куда ты, туда и я. И наоборот.

— Там тебе не выжить.

— Если ты умрёшь, я здесь тоже не выживу. К тому же проклятия начались в туманных землях. А я — единственный обладатель дара, кто способен видеть проклятия физически. Может в этом смысл этого дара— найти источник? Ну так как, ты в деле?

Барсит откинулся на спинку повозки. Он улыбался.

— Ты же собиралась домой. Буквально в другой мир. И даже к парню. А теперь...

— Куда без нас собрались? — Ушани и Ириса уселись рядом.

— А вы куда? — удивилась Ника.

— Ника, у меня в сердце часть твоей энергии. Как думаешь, я сколько проживу без тебя?

— А я просто за компанию, — добавила Ириса.

Теперь самой ненормальной была Ириса. Причины остальных хоть подчинялись логике. Ника сразу почувствовала подвох. Добровольно на смертную казнь никто не идёт. Но она увязалась с ними. Интересно, что же нужно Ирисе?

Но повозка тронулась. Она увозила новых добровольцев на службу в патруль туманных зон.

Конец.