Еще один попаданец

Глава 1

Еще один попаданец.

Дмитрий Иванович был стар. Стар настолько, что помнил еще былое величие своей родной страны, распавшейся в конце 20 века. И последующие распады ее частей уже в начале 21 века. Сейчас, когда на дворе истекала первая треть 21 века, это казалось нереальной сказкой. Весь мир лихорадило от кризисов, экологических катаклизмов и пандемий, сменявших одна другую с завидным постоянством. В том огрызке некогда великой страны, где ему довелось прожить свою нелегкую жизнь, разменявши восьмой десяток, жить было неимоверно трудно. Почти невозможно. Так называемой «Беловодской свободной демократической республикой» в размере чуть меньше прежней области России правили откровенные ставленники «великого и демократического запада», чей флер за последние 10 лет изрядно потускнел и обтрепался от раздираемых его противоречий, экономических и финансовых кризисов, усугубленных застарелыми демографически-миграционными проблемами. И только благодаря очередному дерибану и грабежу раскалываемых на кусочки бывшей России и ее народа он, этот запад, еще как-то держался, не неся никаких затрат на содержание этих колониальных кусочков. Все было построено на принципах самоокупаемости. То мерзкое «демократическое и либеральное» отребье, что было назначено западом на роль надсмотрщиков и собирателей мзды с остатков некогда великого народа, исправно высасывало за малый прайс все соки из недр страны и ее народа. Давно были забыты такие понятия, как пенсии, социальное обеспечение, бесплатная медицина и образование. Впрочем назвать последние медициной и образованием было сложно, так как Дмитрий Иванович еще помнил какими они должны быть в годы его молодости. Да и в зрелом возрасте тоже, пока все не покатилось в тар тарары.

Дмитрий Иванович уже давно был одинок. Его супруга тихо угасла от сахарного диабета, не имея возможности покупать себе необходимые препараты. Его сын тоже умер от полученной на тяжелой работе травмы, не совместимой с жизнью, при отсутствии минимально необходимой медицинской помощи и игнорировании мало-мальских норм техники безопасности и охраны труда. Невестку, мать его внуков, убили на улице наркоманы при разбойном нападении. А внук и внучка пропали без следа. И никакие местечковые полицаи не собирались их искать, беспардонно заявляя убитому горем деду, что «молодежь сама куда-то уехала, будучи совершеннолетней. Так чего их искать? А если деду не пишут и не звонят, так это его сугубо личные проблемы. Лучше надо было воспитывать.» Но знающие люди подсказали Дмитрию Ивановичу, что скорее всего его кровиночки стали жертвами черных трансплантологов или сутенеров.

Так что уже пожившему свое деду было одиноко, горько и тяжко. Не для кого было жить, да и не зачем… С этой мыслью он лег в кровать в своем опустевшем маленьком некогда опрятном домике на краю поселка – бывшего райцентра, а теперь уездном городе с наступлением темноты. Электроэнергию не подавали в их поселок уже несколько лет. И оставшиеся там от прежнего населения люди вынуждены были выживать так, как их далекие предки в 19 и начале 20 веков со свечным реже керосиновым осветлением, печным отоплением, колодезной и речной водой и отхожими местами в огородах или во дворах все более пустующих и разваливающихся многоэтажек в центральной части поселка.

Забывшись тяжким сном от горьких дум, Дмитрий Иванович умер тихо и незаметно во сне…

Внезапно он очнулся в бесконечной пустоте тускло-серого ничто, не ощущая своего тела и переполнявших оное вот уже долгие годы болей и неудобств. «Никак я умер. Слава, тебе Господи! Отмучился наконец-то» - пронеслось в его сознании. Хотел подумать, что пронеслось в голове, но головы-то как раз и не ощущалось, как и всего прочего. Ничего не ощущалось. Только сознание и окружающую его сознание бесконечность серого унылого света.

« НУ ЧТО, ПОПРОБУЕМ ДАТЬ ЕМУ ШАНС ВСЕ ИСПРАВИТЬ?» - загрохотала мощный чей-то вопрос в его сознании.

«Кто это? Бог?» - спросил сам себя он. Но ответа не было. А была новая чуждая мысль: «ПОЖАЛУЙ ПОПРОБУЕМ.»

И в следующий момент Дмитрий Иванович резко очнулся, ощутив себя стоящим на темной улице перед толпой беснующихся молодчиков самого расхристанного вида. Холодно, темно и страшно. Кто все эти люди надвигающиеся на него с криком? И тут вал знаний, воспоминаний и эмоций прежнего владельца тела, в которое он только что попал, захлестнули его: 5 декабря 1989 года. Дрезден, пока еще Германская Демократическая Республика. За его спиной местная резидентура КГБ СССР и накатывающаяся на него толпа перевозбужденных местных жителей, идущая громить "логово КГБ". Все это было. Было уже в его прежней жизни. Начало распада Великой страны – его Родины. И что - опять?! Ну уж нет! Злость, решимость и ярость переполнили всю суть воскресшего старика, оказавшегося чьей-то волей вновь живым в молодом теле. Презрительно сощурившись он тихо и внятно процедил на чистом немецком языке, на котором вдруг смог осознанно изъясняться:

- Я солдат и патриот своей страны. И исполню свой долг, как вероятно сделал бы и каждый из вас, пришедших сюда. Я офицер Советской армии и отличный стрелок. Имея в запасе 12 патронов, поверьте, я смогу убить 11 человек, а последний оставлю для себя.

Сказавши все это притихшей толпе, он развернулся и спокойно пошел к крыльцу здания с ехидной усмешкой. Потому что ни один из пришедших сюда погромщиков не сделал больше ни шагу и не сказал ни слова. Взойдя на крыльцо, он повернулся к начавшей рассасываться притихшей толпе, усмехнулся и вошел внутрь, прикрыв за собой дверь. Потом пошарил во внутреннем кармане куртки и вытащил удостоверение в красной кожаной обложке. Раскрыв его и по привычке прищурившись, хотя и не надо было теперь, он прочел: «Комитет Государственной Безопасности СССР. Подполковник Платов».

Ну что же, посмотрим какой ты, товарищ Платов!» - подумалось Дмитрию Ивановичу: «Пора привыкать к новому имени. Впереди еще очень много дел.»