Дима! Сходи за хлебом!

Глава 1 - Начало петли

Дмитрий закрыл игру, потянулся и довольно хмыкнул — последняя катка в «танчики» вышла на загляденье: очередная победа, три танка противников уничтожены, нескольким нанес критические повреждения, одному сбил гуслю и подставил его под огонь товарищей по команде. Особо порадовало, что даже чат не успел ещё закипеть обидными словами от проигравших. Желудок тут же напомнил, что за хорошую работу полагается достойная награда. Дима прикрыл глаза и будто наяву увидел сочные кружки докторской колбасы на ломте свежего бородинского. Рядом, исходящую паром, чашку сладкого чая…

Он усмехнулся своим мыслям и пошёл на кухню - перекус сам себя не сделает и не съест!

Открыл хлебницу — и улыбка сползла с лица. Пусто. Ни корки, ни крошки. От досады даже не стал открывать холодильник и доставать колбасу.

— Ну вот, — пробормотал он, доставая из кармана банковскую карту. Кредитка привычно легла в пальцы — деньги на карте есть. Это он помнил твердо. Стипендия упала еще вчера и он пока ничего не покупал. Остается самая малость - пять минут туда, пять обратно, и ароматный свежий хлеб будет у него на столе. — Ладно, сбегаю.

Сделал шаг к двери, уже взялся за ручку… и вдруг будто что-то кольнуло в затылке. Он обернулся, глянул в хлебницу.

А там лежал пакет. Тот самый, внутри которого, обычно, находился купленный бородинский — тёмный, плотный, как раз такой, какой Дима любил.

— Да ладно… — он подошёл, потрогал пакет. Настоящий, шуршащий, чуть прохладный. — Наверное, вчера купил и забыл. Или кто-то из друзей, пошутил… А может просто утомился с играми и не заметил хлеб?

Дима убрал карту обратно в кошелёк, снял куртку. Раз хлеб есть — нечего тащиться на улицу.

И в тот самый миг, когда в голове окончательно оформилась мысль: «Не пойду», — пакет исчез. Просто растворился. Хлебница снова была пуста.

Дима застыл. Потом тихо выругался, снова достал карту, снова накинул куртку. Шаг к двери. Поворот головы.

В хлебнице — пакет. В пакете бородинский...

Ещё один круг. Ещё. И ещё.

На четвёртый раз он уже не пытался ничего понять. Просто механически доставал карту, надевал куртку, оборачивался, видел хлеб, убирал карту, снимал куртку, смотрел на пустую полку — и начинал сначала. Это было нелепо, утомительно и до жути страшно.

Глава 2 - Прорыв

Но на пятый раз что-то внутри него щёлкнуло. Пришла мысль, что нужно что-то поменять...

«Хватит», — подумал Дима. И вслух, твёрдо, будто приказывая не кухне, а самой петле:

— Я иду в магазин. И куплю этот хлеб.

Он не стал оборачиваться. Не стал проверять хлебницу. Просто вышел, хлопнув дверью чуть громче, чем обычно.

Магазин встретил его привычным запахом выпечки и тихим гулом холодильника. Продавщица кивнула:

— Чего желаете?

— Бородинский, в пакете! — сказал Дима так, будто заказывал не хлеб, а билет на свободу.

Продавщица протянула ровно такой пакет, какой он столько раз видел в своей хлебнице. Дима приложил карту к терминалу, дождался подтверждения платежа, забрал чек и покупку — после пошёл обратно. На этот раз не торопился, но и не медлил. Просто шёл.

Перед дверью своей квартиры он остановился, вдохнул, выдохнул. Потом открыл, вошёл, сразу прошёл на кухню и, не глядя на хлебницу, положил пакет на стол.

Тишина.

Секунда. Две.

Потом он всё-таки посмотрел в хлебницу.

Она была пуста.

Дима замер. Сердце ёкнуло: «Сейчас опять начнётся…»

Но ничего не началось. Хлеб лежал на столе. Настоящий. Купленный. Его.

И тут Дима понял: это была темпоральная петля и держалась она не на хлебе. Она держалась на его сомнениях. На этом вечном «а может, не надо?». На привычке оглядываться.

Он решительно достал из ящика лист бумаги, ручку — и быстро написал:

> «Дима, не смотри в хлебницу! Просто иди и купи этот чёртов бородинский! Вернёшься — сделаешь два бутера. Это всегда лучше, чем один».

Приклеил записку прямо на дверцу хлебницы, будто ставил печать на эту версию реальности.

Потом взял купленный хлеб, отрезал два толстых ломтя, положил на них щедрые кружки докторской, заварил чай — и сел за стол.

Первый бутерброд он ел медленно, прислушиваясь к тишине кухни. Будто ждал, что сейчас хлеб исчезнет, записка растворится, а петля снова затянет его в свой круг.

Но тишина была обычной. Уютной. Никакой магии.

Второй бутерброд пошёл легче. Дима даже улыбнулся.

— Два бутера и правда лучше, чем один, — сказал он вслух, откусывая.

И кухня, кажется, согласилась.

Глава 3 - Парадокс воспоминаний

Он вдруг ясно вспомнил, как читал эту записку — ещё до того, как вышел за хлебом. Помнил, как пробежал глазами по строчкам, хмыкнул, смял было листок, чтобы выбросить, а потом передумал и сунул в карман. И только после этого пошёл в магазин.

А потом он осознал, что помнил и другое: как вернулся, положил хлеб на стол, сел, выдохнул — и только тогда достал ручку, вырвал лист, вывел эти самые слова и приклеил на дверцу.

Две разные последовательности действий. Два разных, одинаково настоящих, воспоминания.

Дима замер с недоеденным бутербродом в руке. В кухне стало будто чуть тише, будто даже тиканье часов на секунду притаилось.

«Я помню, что читал записку до похода… и помню, что писал её после», — пронеслось у него в голове, и от этой мысли по спине пробежал холодок.

Он медленно опустил бутерброд на тарелку и посмотрел на записку. Чёрные буквы на белой бумаге выглядели до обидного обыденно:

> «Дима, не смотри в хлебницу! Просто иди и купи этот чёртов бородинский! Вернёшься — сделаешь два бутера. Это всегда лучше, чем один».

Будто кто-то очень практичный и немного уставший просто хотел уберечь его от лишней суеты.

Дима тихо хмыкнул, потянулся к карману куртки, куда точно помнил, что сунул смятый листок. Пошарил пальцами, нащупал ключи, монетку, скомканный чек из магазина — а записки не было. Ни гладкой, ни смятой. Будто её и не клали.

Он замер, потом снова запустил руку в карман, вывернул его чуть ли не наизнанку, будто записка могла спрятаться в подкладке. Пусто.

— Да ладно… — пробормотал он, глядя то на карман, то на записку, приклеенную к дверце. — Я же помню. Точно помню, как смял её и положил сюда.

И тут его накрыло не страхом — а странным, почти смешным облегчением.

— А, может... — тихо сказал он, снова беря бутерброд. — Может, это я сам себя спасал? То ли прошлый, то ли будущий… Неважно. Главное — дошло до меня того, нерешительного...

Он улыбнулся, будто наконец-то понял шутку, которую долго не мог раскусить.

Доел второй бутерброд, допил чай, потом аккуратно отлепил записку, сложил её вчетверо и положил в тот же карман куртки — рядом с ключами, чтобы не потерять.

Глава 4 - Озарение

На следующий день он первым делом заглянул в хлебницу. Просто так, на всякий случай. Там лежал початый бородинский — никаких фокусов, только привычный пакет. Дима хмыкнул, достал нож и отрезал два ломтя.

Сделал себя два бутера.

Потому что два - всегда лучше, чем один.

Пока резал, взгляд сам собой скользнул к телефону, который лежал рядом на столе. На экране заметил виджет доставки. И тут в голове щёлкнуло совсем другое озарение:

«А может, лучше было вообще не ходить самому? Сделать заказ в Яндекс Лавке, и пусть курьер привезёт… И тогда никакой петли бы и не случилось. Или случилась бы другая? Или вообще никакой?»

Дима усмехнулся, покачал головой и отложил телефон. Сейчас уже не хотелось ни доставок, ни парадоксов. Хотелось просто спокойно доесть бутерброд и пойти дальше жить свою обычную, не зацикленную жизнь.