Дедлайн в Больших Гнилушах

Глава 1

Глава 1: Мягкая посадка в жесткую реальность

Проснулся Артем не от будильника «Умного дома», а от того, что ему в ноздрю лезла соломинка, густо измазанная чем-то, что явно не было органическим удобрением из магазина «Путь к эко-жизни».

— Гляди, кум, очухался болезный! — раздался над ухом голос, прокуренный махоркой настолько, что он больше напоминал скрежет ржавого засова.

Артем открыл глаза. Над ним склонились двое. Лица их напоминали топографические карты Тамбовской губернии: рытвины, морщины и полное отсутствие признаков цивилизации.

— Где я? — пролепетал Артем, пытаясь нащупать в кармане iPhone 17 Pro Max. Карманов не было. Была холщовая рубаха, пахнущая так, будто в ней заживо захоронили козла.

— В Больших Гнилушах ты, милок. Вчерась белые проходили, тебя в овраге и скинули. Сказали — шпиён, больно морда холеная. Хотели расстрелять, да патронов пожалели, прикладом перекрестили и дальше поскакали.

Артем сел. Вокруг расстилалась меланхоличная панорама: три избы, две из которых горели с достоинством старых аристократов, и одна корова, которая смотрела на Артема с таким глубоким экзистенциальным отчаянием, что ему захотелось немедленно записать её на сеанс к психотерапевту.

Глава 2: Эстетика мародерства

— Так, — Артем включил режим «кризис-менеджера». — Нам нужно наладить логистику и продовольственную безопасность. Где у вас тут... э-э... административный ресурс?

Кум сплюнул.

— Ресурс твой вчерась белые с собой увезли. Вместе с семенным фондом и дочкой старосты. Сказали — «Для нужд фронта и спасения Отечества».

Не успел Артем выдать коучинговую цитату о том, что «кризис — это возможность», как на горизонте замаячило пыльное облако. Из облака вынырнул отряд в кожанках. Кожанки были такие потертые, что казались сделанными из кожи самих революционеров.

— Смирно, контра! — гаркнул человек с маузером, размер которого явно компенсировал какие-то личные недостатки владельца. — Продразверстка прибыла. Именем мировой революции — зерно на бочку!

— Послушайте, товарищ, — Артем сделал шаг вперед, инстинктивно пытаясь найти кнопку «Пожаловаться на модератора». — У этих людей нарушение базовых прав человека. Вы же нарушаете экологический баланс хозяйства...

Человек в кожанке посмотрел на Артема как на говорящую капусту.

— О, интеллигенция! Слышь, Петька, гляди — в лаптях, а про баланс лопочет. Значит, точно кулацкий подпевала. Зерно где, гад?

— Какое зерно? — взвыл кум. — Белые всё выгребли! Подчистую!

— Значит, плохо прятали от белых, а для советской власти не приберегли? Контрреволюционный саботаж! — резюмировал комиссар.

Через десять минут красные уехали, прихватив последнее: ту самую депрессивную корову и запасные портянки Артема. Артем остался стоять посреди деревни, которая теперь выглядела как декорация к фильму о конце света, на которую не хватило бюджета.

Глава 3: Третья сила или апофеоз абсурда

— Ну что, менеджер, — хмуро сказал кум, вылезая из подпола. — Теперь-то что делать будем?

— Нам нужно объединиться в кластер... — начал Артем, но его перебил дикий свист.

Из леса, верхом на тачанках, запряженных отощавшими клячами, вылетели люди в меховых шапках, украшенных зелеными лентами. У каждого второго на груди висел плакат «Бей всех, спасай деревню!», а у каждого первого — обрез.

— А вот и «Зеленые»! — радостно (если это можно так назвать) прохрипел кум. — Партизаны Антонова. Эти-то точно разберутся.

Предводитель партизан, мужик с лицом битого кирпича, спрыгнул с телеги и подошел к Артему.

— Так, — сказал он, обнюхивая Артема. — Красные грабили?

— Да... — кивнул Артем.

— Белые грабили?

— Было дело...

— Значит, ты теперь — свободный крестьянин-мститель. Записываю в полк «Гнев пахаря». Винтовку дадим в бою. Если добудешь.

— Подождите! — вскричал Артем. — У меня альтернативная служба! У меня плоскостопие и непереносимость глютена! Я пацифист!

— Паци-кто? — предводитель нахмурился. — А, это который по-немецки шпионит? Ладно, в обоз его. Будет снаряды подносить.

Артема зашвырнули на телегу, груженую какими-то ржавыми железками и мешками с солью. Так началась его военная карьера. За следующие два дня он осознал, что «третья сила» отличается от первых двух только тем, что у них нет единой формы, зато есть искреннее желание пристрелить любого, кто умеет читать быстрее, чем по слогам.

Глава 4: Финальный дедлайн

Полк «Гнев пахаря» столкнулся с регулярными частями в чистом поле. Артем лежал в луже, прикрываясь пустой бочкой из-под дегтя, и пытался вспомнить, как в видеоиграх делается «быстрое сохранение».

— В атаку, соколики! За землю! За волю! За отсутствие налогов! — орал командир, размахивая шашкой.

С противоположной стороны ударил пулемет. Артем услышал характерный звук «тра-та-та-та», который в фильмах звучал героически, а в реальности напоминал работу очень злой и очень быстрой швейной машинки, перешивающей живую плоть.

— Это не конструктивный диалог! — крикнул Артем в небо, чувствуя, как рядом лопнул снаряд. — Я требую эскалации вопроса к руководству! Где мой фидбек?!

В этот момент над его головой просвистело что-то крупнокалиберное. Артем почувствовал резкий удар в грудь, будто его со всей силы стукнули томом «Капитала» Маркса. Мир начал стремительно терять насыщенность, уходя в сепию, а затем и вовсе в кромешную тьму.

«Ну вот и всё, — подумал он. — Кажется, мой контракт расторгнут в одностороннем порядке».

Глава 5: Доброе утро, 2026-й

Артем подскочил на кровати с криком: «Не стреляйте, я фрилансер!»

В комнате было тихо. Пахло не махоркой и навозом, а освежителем воздуха «Альпийская свежесть». Мягко гудел увлажнитель. На прикроватной тумбочке светился iPhone, уведомляя о том, что индекс S&P 500 немного подрос, а доставка суши задерживается на пять минут.

Артем дрожащими руками схватил стакан воды. Натуральный, фильтрованный озоном напиток показался ему нектаром богов.

— Боже... это был просто сон, — выдохнул он, ложась обратно на ортопедическую подушку. — Просто дурной сон про отсутствие вай-фая и избыток классовой борьбы.

Он взял телефон, чтобы написать в блог очередной пост о том, как несправедливо устроена современная экономика и как плохо, что государство ограничивает свободу самовыражения в метавселенных. Палец завис над экраном.

Артем посмотрел на свои руки. Они были чистыми, ухоженными, с идеальным маникюром. Но где-то на периферии сознания всё еще стоял запах горелой избы и голос кума: «Ну что, менеджер, теперь-то что делать будем?»

Он открыл приложение по доставке еды. Посмотрел на цену веганского бургера.

— Сорок баксов? — возмутился Артем. — Да за эти деньги в 1921-м можно было купить целую деревню вместе с пулеметом!

Он осекся. Положил телефон. Встал, подошел к окну и долго смотрел на мирный, залитый неоном город 2026 года.

— Знаешь что, Siri, — тихо сказал он. — Закажи-ка мне просто гречки. И... убедись, что она не из продразверстки.

Siri промолчала, но Артему показалось, что в её электронном голосе промелькнула насмешка человека, который точно знает, что в следующей итерации истории «третья сила» обязательно придет за его безлактозным молоком.