Чайная для попаданки, или Мой путь к сердцу дракона

Глава 1

Лина Дорель

Чайная для попаданки, или Мой путь к сердцу дракона

Седьмой час утра в Москве — это время, когда город еще зевает, потягиваясь в предрассветной дымке, а я уже стою перед зеркалом в своей крохотной квартире, которую риелторы с каменными лицами называли «уютной студией в историческом центре». Хотя двадцать два квадратных метра на Чистых прудах для девчонки из деревни Большие Поляны все равно что дворец. Но иногда, когда соседи сверху решали устроить танцы в три утра, я думала, что в родительском доме с восемью братьями и сестрами было тише.

Я поправила прическу каре и критически осмотрела отражение. Белая блузка, классические брюки, минимум косметики. Образ «элегантного администратора элитного заведения» был готов. Если бы мама увидела меня сейчас, наверное, не узнала бы свою дочку, которая носилась по огороду в драных джинсах и мечтала сбежать в большой город. Впрочем, мама и не пыталась узнать — последний раз звонила на Новый год, и то для галочки.

«Чайная церемония» — так называлось заведение, где я проводила большую часть своей жизни уже третий год. Располагалось оно в особняке девятнадцатого века на Остоженке, и цены там были такие, что за одну чашку улуна вполне можно было купить продуктов на неделю. Но клиенты наши народ особый: бизнесмены в костюмах за сто тысяч, жены олигархов с сумочками стоимостью моей годовой зарплаты, творческая богема, которая любила пофилософствовать за чашечкой пуэра. И все они свято верили, что платят не просто за чай, а за атмосферу, за искусство, за прикосновение к чему-то высокому и духовному.

Дорога до работы занимала двадцать минут пешком — еще одна экономия, которой я тайно гордилась. Пока шла, мысленно составляла план дня: утром должно было прийти поступление нового урожая "те гуань инь", в обед был забронирован зал для деловой встречи каких-то нефтяных магнатов, а вечером ожидался визит той самой дамы в норковой шубе, которая на прошлой неделе устроила скандал из-за того, что чай показался ей «недостаточно ароматным». Видимо, привыкла к пакетикам «Липтон».

Ключи от «Церемонии» звякали в моих руках как колокольчики. Я первая приходила и последняя уходила — таковы были радости администраторской должности. Но зато я понимала каждый нюанс работы, каждую мелочь, которая создавала ту самую атмосферу, за которую люди были готовы платить бешеные деньги.

Включила свет, и интерьер ожил: темное дерево, мягкие кожаные кресла, стеллажи с сотнями банок чая, низкие столики, за которыми так удобно было вести доверительные беседы или заключать миллионные сделки. На стенах висели картины китайских художников, а в углу притаилась коллекция антикварной посуды.

Первым делом проверила кассу — привычка, выработанная годами работы. Деньги любили счет, а я любила деньги. Не потому что я была меркантильной стервой (хотя бывшие парни именно так меня и характеризовали), а потому что деньги были свободой. Свободой от необходимости объяснять каждую покупку, свободой от зависимости, свободой мечтать о собственном деле.

А мечтала я именно об этом — о своем кафе. Не таком пафосном, как «Церемония», а более человечном. Где можно было выпить отличный чай по разумной цене, где играла хорошая музыка, где администратор не смотрел на тебя как на низшую расу, если ты пришел не в костюме от кутюр. Я уже даже название придумала — «Луиза». Да, в честь себя любимой. В конце концов, если уж родители наградили меня таким необычным для русской глубинки именем, почему бы не использовать его в качестве бренда?

Луиза... Иногда мне казалось, что это имя было единственным, что связывало меня с родительским домом. Мама объясняла, что назвала меня в честь какой-то французской принцессы, о которой прочитала в книжке. Неудивительно, что в школе меня дразнили, а я мечтала о простом русском имени вроде Маши или Кати. Теперь же я понимала, что имя Луиза действительно выделяет меня из толпы. В мире, где каждая вторая девушка Анастасия или Екатерина, быть Луизой было уже маленьким преимуществом.

Я включила чайник для утренней дегустации — еще один ритуал, без которого не начинался мой рабочий день. Я решила попробовать новый дарджилинг, который вчера привез наш поставщик. Он клялся и божился, что этот сорт был настоящим произведением искусства, собранным на высокогорных плантациях во время утренней росы девственницами под пение птиц. Я, конечно, в эти сказки не верила, но клиенты обожали красивые истории. Они были готовы переплачивать втридорога за легенду.

Я заваривала чай по всем правилам: прогревала чайник, отмеряла точное количество заварки, засекала время. В процессе заваривания я всегда чувствовала себя немного алхимиком: смешивала воду, листья и время, чтобы получить идеальный напиток. Может, в этом и была магия чая? Хотя нет, магия была в чеке, который клиент получал в конце.

Первый глоток... О да, этот дарджилинг действительно был хорош. Легкий мускатный аромат, тонкий вкус с едва заметной терпкостью.

В половине девятого пришел Сергей — наш чай-мастер, мужчина неопределенного возраста с философским взглядом и привычкой говорить о чае как о живом существе. Клиенты его обожали, особенно дамы бальзаковского возраста — им нравился его мистический подход к завариванию и рассказы о духовной составляющей чайной церемонии. Я же ценила Сергея за профессионализм и за то, что он никогда не лез в мою работу.

— Доброе утро, Луиза, — он всегда произносил мое имя с каким-то особенным придыханием, будто действительно общался с французской принцессой. — Как дела?

— Пока только планирую завоевание мира, — ответила я, сверяясь с записями в ежедневнике. — А вы как обычно будете сегодня рассказывать клиентам о том, как чай меняет карму?

— Ирония — это защитная реакция практичных людей, — мудро заметил Сергей, снимая куртку. — Но даже самые практичные люди иногда сталкиваются с необъяснимым.

Я фыркнула. Необъяснимым в моей жизни было разве что способность московских риелторов называть конуру за пятьдесят тысяч в месяц «уютными апартаментами». А в остальном все объяснялось довольно просто: работаешь — получаешь деньги, не работаешь — сидишь без денег. Никакой мистики.

Глава 2

В девять утра мы официально открылись, и началась обычная рабочая суета. Первыми посетителями традиционно стали бизнесмены, которые привыкли начинать день с чашки хорошего чая. Они обычно заказывали что-то бодрящее — ассам или английский завтрак, редко задерживались дольше получаса и всегда оставляли щедрые чаевые. Мой любимый тип клиентов: быстро, четко, без лишних

Около полудня подтянулась творческая интеллигенция. Художники, писатели, режиссеры — народ интересный, но бедный. Они могли часами сидеть за одной чашкой зеленого чая, ведя философские дискуссии о смысле бытия и кризисе современного искусства. Атмосферу создавали хорошую, но выручка от них была минимальной.

А вот после обеда началось самое интересное. Приходят дамы: жены больших начальников, владелицы собственных бизнесов, светские львицы. Они заказывают самые дорогие сорта, требуют индивидуального подхода и могут устроить скандал из-за любой мелочи. Зато чеки от них были такими, что за один день можно перекрыть недельную выручку.

В тот день одной из первых появилась Нинель Волкова — владелица сети салонов красоты, женщина лет сорока пяти с идеальным маникюром и привычкой относиться к обслуживающему персоналу как к крепостным крестьянам.

— Луиза, дорогая! — она помахала наманикюренной рукой. — Мне сегодня нужно что-то особенное. У меня важная встреча с партнерами из Италии, и я хочу произвести впечатление.

Я включила профессиональную улыбку — ту самую, которой обучали на курсах «клиент всегда прав», даже если клиент — неадекватная особа с завышенной самооценкой.

— Конечно, конечно. Позвольте предложить вам наш новый дарджилинг первого урожая. Это поистине исключительный сорт с очень деликатным вкусом — именно то, что оценят утонченные итальянцы.

— О да, это подойдет! — она хлопнула в ладоши. — А можно попросить Сергея провести полную церемонию? Знаете, с этими всеми объяснениями про энергетику и гармонию. Итальянцы обожают все мистическое.

Конечно, можно было. За пять тысяч рублей с человека мы были готовы устроить хоть шаманские танцы вокруг чайника. Бизнес есть бизнес.

Пока Сергей колдовал над чаем для Волковой и ее итальянских партнеров, я обслуживала других посетителей. Молодая пара, явно на свидании — они заказали один чайник на двоих и весь час смотрели друг другу в глаза. Милота, если не учитывать, что они заняли столик, рассчитанный на четверых, и фактически блокировали посадку. Пожилой мужчина с интеллигентным лицом, который уже третий раз за неделю приходил пить красный чай и читать газету. Группа девушек-студенток, которые полчаса изучали меню и в итоге заказали самый дешевый зеленый чай на всех.

К трем часам дня я уже чувствовала легкую усталость — обычное дело после шести часов непрерывного общения с клиентами. Поэтому когда в кафе зашел новый посетитель, я автоматически включила улыбку, не особо вглядываясь в его лицо.

— Добро пожаловать в "Чайную церемонию". Столик на одного?

— Да, пожалуйста, — голос был приятным, низким.

Я провела его к свободному столику у окна и подала меню. Только тогда обратила внимание на внешность: мужчина лет тридцати, высокий, с темными волосами и внимательными глазами. Одет просто — джинсы, свитер, никаких понтов. Скорее всего, заказ будет скромным.

— Что бы вы могли порекомендовать? — спросил он, внимательно изучая меню. — Честно говоря, в чаях я не слишком разбираюсь, но хотелось бы попробовать что-то необычное.

Необычное... Я мысленно прикинула, что предложить. Если человек признавался в незнании, значит не стоило сразу пихать ему самые дорогие позиции — можно было отпугнуть. Лучше что-то интересное, но не запредельно дорогое.

— Если вы хотите что-то действительно необычное, я могу предложить белый чай «Серебряные иглы», — сказала я. — Очень деликатный, с тонким цветочным ароматом. Или, если предпочитаете что-то более насыщенное, у нас есть улун «Железная богиня милосердия» — чай с легендарной историей и сложным вкусом, который раскрывается постепенно.

— Пожалуй, попробую улун, — решил он. — А можно поинтересоваться этой легендарной историей?

О, сейчас мне придется изображать из себя знатока китайской мифологии. Хорошо, что я уже сто раз слышала рассказы Сергея.

— Согласно легенде, один крестьянин каждый день проходил мимо заброшенного храма Железной богини милосердия. Храм был в ужасном состоянии, но крестьянин каждый день убирал там и жег благовония. В благодарность богиня явилась ему во сне и показала чудесный чайный куст за храмом. Этот чай принес крестьянину богатство и славу.

— Красивая история, — улыбнулся он. — А вы сами верите в такие легенды?

Вопрос поставил меня в тупик. Обычно клиенты либо восхищались романтикой, либо скептически хмыкали, но никто не спрашивал о моем личном отношении к чайным мифам.

— Я верю в то, что красивые истории делают чай вкуснее, — ответила я дипломатично.

Он рассмеялся.

— Мудрый подход. Тогда жду свою порцию легенды.

Я передала заказ Сергею и вернулась к своим обязанностям, но краем глаза все время поглядывала на нового клиента. Он достал книгу — не электронную читалку, а настоящую бумажную книгу — и спокойно читал, дожидаясь заказа. Когда Сергей принес ему чай, внимательно слушал объяснения о правильном заваривании, задал пару вопросов. Никаких понтов, никакого желания показать себя — просто искреннее любопытство.

Такие клиенты мне нравились. Жаль, что их было мало.

День приблизился к концу. К семи вечера наш поставщик Михаил Сергеевич привез новую партию чая — редкий китайский пуэр, который он торжественно назвал «настоящим сокровищем». По его словам, этот чай выдерживался более двадцати лет в особых условиях, и цена его соответствовала — две с половиной тысячи за чайничек.

— Луиза, обязательно попробуй, — настаивал Михаил Сергеевич, доставая небольшую баночку темных, почти черных чайных листьев. — Такого аромата ты еще не чувствовала.

Я взяла баночку и осторожно принюхалась. И правда, аромат был необычный — глубокий, многослойный, с нотками чего-то древнего и мистического. В нем было что-то гипнотическое, завораживающее...

— Давай заварим пробную порцию, — предложила я, но голос прозвучал как-то странно, будто доносился издалека.

Аромат становился все интенсивнее, он словно окутывал меня невидимым облаком. Голова начала кружиться, ноги стали ватными. Я попыталась поставить баночку на прилавок, но руки не слушались.

— Что со мной...

Последнее, что я помнила — как пол стремительно приближался к моему лицу, а где-то сзади что-то встревоженно говорил Сергей. Потом наступила темнота.

Глава 3

Первое, что я почувствовала, когда пришла в себя — это был запах лаванды. Не современного освежителя воздуха или дешевой отдушки, а настоящей лаванды, терпкой и горьковатой. Второе — мягкость постели под спиной. Такой мягкости я не чувствовала никогда в жизни, даже в самых дорогих отелях, где довелось побывать во время корпоративных мероприятий.

Я открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света. Не электрического, а живого, теплого, танцующего. Света свечей.

Я осторожно приоткрыла глаза снова и замерла от изумления. Я лежала в комнате, которая выглядела как декорации к историческому фильму с бюджетом в сто миллионов долларов. Высокие потолки с резными балками, стены из темного камня, украшенные гобеленами с изображением охотничьих сцен.

Массивная мебель из черного дерева —

"Лунный свет? Значит, уже ночь? Сколько же я была без сознания?"

Я попыталась сесть и поняла, что на мне была совершенно незнакомая одежда. Вместо привычной белой блузки и классических брюк — длинная ночная сорочка из тонкой ткани, расшитая мелким жемчугом по вороту и манжетам. Ткань была невероятно мягкая, явно дорогая, но фасон... Такие сорочки я видела только в музеях или исторических фильмах.

— Слава богу, ты очнулась!

Я повернула голову на звук голоса и увидела девушку, которая встала с кресла рядом с кроватью. Ей было около двадцати лет, каштановые волосы аккуратно уложены в сложную прическу с множеством локонов, большие карие глаза полны искреннего беспокойства. На ней было платье, которое заставило бы позеленеть от зависти любого костюмера исторических фильмов — темно-синий бархат, расшитый золотыми нитями, с узкими рукавами и глубоким декольте, но при этом выглядевшее скромно и благородно.

— Я так волновалась! — продолжила девушка, подходя ближе. Ее голос был мелодичный, с легким акцентом. — Лекарь сказал, что удар был сильным, но серьезных повреждений нет. Правда, он предупреждал о возможных последствиях...

Удар? Какой удар? Я помнила аромат того странного чая, головокружение, падение... Но при чем здесь эта девушка? И где я, черт возьми, нахожусь?

— Извините, — начала я, и мой собственный голос показался мне чужим — более низким, с другими интонациями. — Вы кто? И где я?

Девушка широко распахнула глаза, в которых появился испуг.

— Луиза? Сестра, ты меня не узнаешь? Это я, Элеонора!

Сестра? У меня нет никакой сестры Элеоноры!

Стоп.

Она назвала меня Луизой.

Конечно, это могло быть совпадением. Может быть, я попала в больницу, меня перепутали с кем-то другим, а эта девушка — актриса театра или участница исторической реконструкции, которая...

Да кого я пытаюсь обмануть? Какая нафиг больница с витражными окнами и свечами?

— Элеонора, — осторожно произнесла я, пытаясь выиграть время и понять, что происходит. — Прости, у меня... голова кружится. Ты не могла бы напомнить... где мы?

— Мы дома, в замке, — ответила она, и беспокойство в ее глазах усилилось. — Луиза, ты действительно меня не помнишь? Или просто дразнишь?

В замке. Она сказала "в замке" так естественно, словно это было самое обычное дело. А я сидела в кровати, которая была больше моей комнаты в московской квартире, в какой-то нарядной ночной сорочке и пыталась понять, не сплю ли я.

Я ущипнула себя за руку. Больно. Значит, не сон.

Отлично. Теперь осталось выяснить, не свихнулась ли я окончательно.

— Элеонора, — сказала я максимально спокойным голосом, — видимо у меня проблемы с памятью после... удара. Ты могла бы помочь мне вспомнить? Расскажи про нас, про наш... замок.

Она кивнула с готовностью, но тревога с ее лица не исчезла.

— Конечно, сестра. Мы с тобой живем в родовом замке нашего отца, герцога Ричарда де Монфор. Ты — старшая дочь и наследница титула леди Луиза де Монфор, а я — леди Элеонора. Тебе двадцать пять лет, мне двадцать три.

Я почувствовала, как мир слегка покачнулся. Леди Луиза де Монфор? Герцог? Родовой замок? Это был какой-то бред, но...

Но девушка говорила абсолютно серьезно. И обстановка вокруг меня определенно не была похожа на декорацию или сон.

— А что случилось? Как я получила этот удар?

Элеонора села на край кровати, аккуратно расправив складки своего бархатного платья. В свете свечей ее лицо казалось еще более молодым и невинным.

— Ты потеряла сознание у себя в комнате, — начала она, и я отметила, что она явно волнуется. — Я нашла тебя на полу возле письменного стола. Должно быть, падая, ты ударилась головой о край стола. Я сразу же вызвала лекаря.

Потеря сознания... Это хотя бы сходилось с тем, что я помнила. Только вот письменный стол в моих воспоминаниях как-то не фигурировал. Последнее, что я помнила — кассовый аппарат нашего кафе и стремительно приближавшийся пол.

— И что сказал лекарь? — поинтересовалась я, одновременно оглядывая комнату более внимательно.

Детали просто поражали. Резьба на мебели была настолько тонкая и детальная, что на ее создание должны были уйти месяцы работы мастера. Гобелены на стенах не выглядели как современные подделки — они явно были старые, с той особой патиной времени, которую было невозможно имитировать. А свечи... Они горели в настоящих кованых подсвечниках, и воск стекал естественными подтеками.

Если это чей-то розыгрыш, то бюджет у него просто космический.

— Лекарь Альберик осмотрел тебя очень тщательно, — продолжила Элеонора. — Он сказал, что серьезных повреждений нет, но предупредил о возможной потере памяти. А еще... — она слегка покраснела, — он сказал, что у молодых девушек иногда случаются обмороки из-за волнения. Особенно перед важными событиями.

— Какими важными событиями? — Я почувствовала, как в животе начал расти холодный комок тревоги.

Элеонора посмотрела на меня с удивлением.

— Луиза, завтра же должно состояться официальное объявление о твоей помолвке с лордом Аздаром! Ты действительно ничего не помнишь?

Глава 4

Помолвка. С каким-то лордом Аздаром. Завтра.

Холодный комок в животе превратился в настоящий ледяной шар.

— Расскажи мне об этом лорде, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я... не очень хорошо его помню.

"Не очень хорошо" — это, пожалуй, было преуменьшение года. Я его вообще не помнила, потому что никогда его не видела, потому что еще час назад жила в совершенно другом мире!

Элеонора встала и подошла к окну, ее силуэт красиво очертился лунным светом, пробивавшимся сквозь витражи.

— Лорд Аздар правит Драконьими землями на севере, — сказала она тихо. — Это очень могущественный союз для нашего дома. Отец говорит, что этот брак укрепит позиции герцогства и...

— Элеонора, — перебила я, — расскажи не о политической выгоде. Расскажи о нем самом. Какой он?

Она повернулась ко мне, и в ее глазах я увидела что-то, похожее на жалость. Отличный знак.

— Я никогда его не видела, — призналась она. — Но ходят слухи...

— Какие слухи?

— Говорят, что он может превращаться в дракона. Что он ужасно уродлив — лицо изуродовано шрамами, а глаза светятся красным в темноте. Его замок стоит на скалах среди вечных туманов, и никто, кто попадал туда, не возвращался прежним. А еще...

Она замолчала, явно не решаясь продолжить.

— Говори, — потребовала я. — Мне нужно знать.

— Говорят, что он очень жестоко обращается с людьми. Особенно с женщинами. Что его первые две жены умерли при странных

Замечательно. Просто восхитительно.

Итак, если я правильно понимала ситуацию, то я каким-то образом переместилась в тело некой леди Луизы, у которой завтра была помолвка с местным аналогом Синей Бороды, который к тому же еще и был оборотнем. А может, и не оборотнем, а настоящим драконом. В мире, где, судя по всему, такое вполне было возможно.

Я встала с кровати, и Элеонора тут же бросилась ко мне:

— Осторожно, тебе нужно лежать!

— Со мной все в порядке, — ответила я, хотя ноги действительно слегка дрожали. — Мне нужно посмотреть на себя.

В углу комнаты стояло высокое зеркало в резной раме. Я подошла к нему и...

Боже мой.

На меня смотрела совершенно незнакомая девушка. Высокая, стройная, с аристократической осанкой. Длинные светлые волосы ниспадали волнами до пояса — такие волосы, о которых я могла только мечтать. А глаза... Большие, выразительные, серо-голубые, с длинными темными ресницами.

Я подняла руку, и отражение повторило движение. Тронула лицо — кожа была невероятно мягкой и нежной, без единого изъяна. Это лицо было красивым, аристократичным, породистым.

И совершенно чужим.

— Луиза? — осторожно окликнула меня Элеонора. — Ты как?

Как? Да я была в полном восторге! Очнулась в чужом теле, в чужом мире, где меня завтра выдадут замуж за дракона-маньяка. Просто день задался!

— Нормально, — ответила я, стараясь взять себя в руки. — Просто... странно себя чувствую.

Я отошла от зеркала и подошла к окну. То, что я увидела, окончательно убедило меня в том, что я больше не в Канзасе. Точнее, не в Москве.

За окном расстилался настоящий средневековый пейзаж, освещенный полной луной. Внизу виднелся внутренний двор замка, вымощенный камнем. Его окружали высокие стены с башенками и зубцами. За стенами темнел лес, а вдалеке, на горизонте, мерцали огоньки — наверное, деревня или небольшой город.

Воздух, проникавший через приоткрытое окно, был свежим и чистым, пах осенними листьями и дымом из каминов. Ничего общего со смогом московских улиц.

— Элеонора, — сказала я, не отрываясь от созерцания пейзажа, — расскажи мне еще кое-что. В нашем... в этом мире есть магия?

Она засмеялась звонко и беззаботно.

— Конечно есть! Луиза, ты действительно многое прозабыла. Магия повсюду, просто мы, обычные люди, не можем ее использовать напрямую. У нас нет дара магов.

— А маги есть?

— Естественно. Они учатся в специальных академиях, а потом служат при дворах или открывают собственные мастерские. Маги заряжают кристаллы и предметы магией, а мы покупаем эти вещи и пользуемся ими.

Интересно. Значит, магия тут поставлена на коммерческую основу.

— Какие, например, предметы? — поинтересовалась я.

— Ну, у нас на кухне есть кастрюли, которые сами готовят еду — нужно только положить продукты и сказать, что ты хочешь получить. Правда, отец говорит, что это ужасно дорого, но зато удобно. А еще у меня есть платья, заговоренные на чистоту — они никогда не пачкаются и не мнутся. И существуют кристаллы телепортации для экстренных случаев, но ими можно воспользоваться только один раз, а потом покупать новый.

Я попыталась представить себе экономику такого мира. Маги-монополисты, которые продавали магические услуги богатым аристократам. Интересная система, хотя и довольно неравноправная.

— А какие еще существа живут здесь, кроме людей и магов?

— О, много кто! — Элеонора явно воодушевилась, обсуждая эту тему. — Эльфы живут в Серебряных лесах на востоке, они очень красивы и искусны в магии природы. Оборотни контролируют горные области на юге — там много разных кланов: волки, медведи, рыси. Вампиры обитают в Сумеречных землях, но они редко контактируют с другими расами. А Драконьи земли на севере...

— Где правит мой будущий муж, — мрачно закончила я.

— Да. Говорят, там кроме драконов живут еще разные существа — гарпии, горные тролли, огненные саламандры. В общем, не самое гостеприимное место.

Просто замечательно. Меня выдавали замуж не просто за дракона-садиста, а за правителя целого бестиария.

Я вернулась к кровати и опустилась на край. Информации было слишком много, и мне нужно было время, чтобы все это переварить. Но одно я понимала точно: завтра состоится помолвка, которой я никак не смогу избежать, не вызвав подозрений.

— Элеонора, а что будет завтра? Я имею в виду — какие традиции, какие ритуалы?

— Утром приедут представители лорда Аздара для официальной церемонии, — объяснила она. — Будет зачитан договор о браке, ты получишь обручальные дары, а потом состоится свадьба. После свадьбы ты переедешь к мужу, в его замок.

Мда. У меня не так много времени для того, чтобы понять, что здесь происходит, и найти способ избежать брака с местным чудовищем. Или хотя бы выяснить, действительно ли он чудовище, или это просто сплетни.

Хотя при моей удаче он может оказаться еще хуже слухов.

— Скажи, а можно отказаться от этого брака? — осторожно поинтересовалась я.

Элеонора посмотрела на меня так, словно я превратилась в кенгуру.

— Луиза! Этот союз обсуждался два года! Отец уже получил часть приданого, были подписаны все договоры. Если мы откажемся, это будет означать войну между нашими землями. Ты же понимаешь, что мы не выстоим против Драконьих земель?

Понятно. Классическая ситуация — девушка как разменная монета в политической игре. Меня это злило, но пока я не понимала правил этого мира, лучше было бы не высовываться.

— Не хочу замуж, — выпалила я, не в силах больше сдерживаться. — Элеонора, я правда не хочу выходить замуж за этого... дракона.

Глава 5

Сестра внимательно смотрела на меня несколько долгих секунд, а затем решительно встала с кровати.

— Тогда тебе нужно бежать, — сказала она тихо, но твердо. — И делать это прямо сейчас.

Я моргнула, не веря своим ушам.

— Что?

— Я серьезно, Луиза. Если ты останешься, завтра все будет решено. Но у нас есть эта ночь. На конюшне ждет Серебрянка — твоя кобыла. До рассвета ты сможешь добраться до Торнхейма, это ближайший большой город. Там есть магическая лавка старого мага Корвиса — он торгует артефактами, не задавая лишних вопросов. Купишь кристалл телепортации и переместишься в другую часть королевства. Отец не станет тратить ресурсы на поиски по всем землям — слишком дорого. А кобылу оставишь за пределами города, она сама вернется обратно.

Боже мой, как же прекрасно, что у меня есть сестра, которая готова помочь мне сбежать!

— А что будет с тобой? — спросила я. — Отец же догадается, что ты помогала.

Элеонора махнула рукой.

— Я скажу, что ты сбежала ночью, а я обнаружила пропажу только утром. Подумают, что ты

Я встала, чувствуя, небывалое воодушевление. И, наконец-то, ощущала, что контролирую ситуацию.

— Хорошо. Что мне взять?

— Практичную одежду, немного еды, деньги, — перечислила Элеонора, уже направляясь к огромному гардеробу. — И никаких украшений, по ним тебя легко опознают.

Следующий час превратился в лихорадочную подготовку. Элеонора рылась в шкафах, выбирая самые простые и удобные вещи. Я смотрела на изобилие роскошных платьев и вздыхала — красиво, конечно, но для побега подходило мало.

— Вот это, — Элеонора достала темно-коричневое платье из плотной шерсти с длинными рукавами. — Оно теплое и не слишком приметное. А это — дорожный плащ с капюшоном.

Плащ оказался тяжелым, но качественным, с водоотталкивающей пропиткой. Явно дорогая вещь, но выглядит достаточно просто.

— Переодевайся, — скомандовала сестра. — Я пока соберу провизию.

Я сняла шелковую ночную сорочку и надела грубое шерстяное платье. Ткань немного кололась, но зато платье действительно было теплое и удобное.

Интересно, в этом мире носят корсеты? Надеюсь, что нет, а то сбежать в таком наряде будет проблематично.

К счастью, обнаружилось, что на мне было довольно привычное нижнее белье — трусики и что-то вроде лифчика, только больше напоминающего мягкий топ без косточек. Видимо, в этом мире тоже додумались до удобства. Для побега такое белье подходило идеально — ничего не стесняло движений и не мешало быстро переодеваться.

Элеонора вернулась с небольшим дорожным мешком из кожи.

— Тут яблоки, сыр, и фляга с водой, — доложила она. — Этого хватит. В Торнхейме купишь что-то еще.

— Спасибо. А деньги?

Вместо ответа сестра подошла к комоду и достала из потайного ящика увесистый мешочек, который звенел при каждом движении.

— Это все мои сбережения, — сказала она, протягивая мне мешочек. — Тут двести золотых монет. Хватит на кристалл телепортации и на жизнь в новом месте, пока ты не устроишься.

Я взяла мешочек, и он оказался тяжелее, чем я ожидала. Двести золотых... По словам Элеоноры, это были немалые деньги.

— Я не могу взять все твои сбережения, — начала я, но сестра решительно покачала головой.

— Можешь и должна. Что мне с ними делать? Покупать новые платья? У меня их и так полный гардероб. А тебе эти деньги нужнее, ты начинаешь новую жизнь.

Внезапно меня охватила волна благодарности к этой девушке. Я почти ничего о ней не знала, но она была готова пожертвовать всеми своими сбережениями ради моей свободы.

"Как же мне повезло попасть в тело девушки с такой удивительной сестрой. Интересно, а настоящая Луиза понимала, как ей повезло с Элеонорой?"

— Что еще? — спросила я, привязывая мешочек с золотом к поясу под плащом.

— Сапоги, — Элеонора подала мне высокие кожаные сапоги на низком каблуке. — Они удобные для верховой езды.

Сапоги сели идеально, словно были сшиты специально для меня. Ноги в них чувствовали себя увереннее, чем в домашних мягких туфлях.

— А это что? — Роясь в глубине гардероба в поисках дорожной сумки, я наткнулась на небольшой мешочек из темной ткани, расшитый серебряными нитями в виде каких-то замысловатых символов.

— А, это, — Элеонора отмахнулась. — Приданое от покойной матери. Совершенно бесполезная вещь, но отец велел сохранить для памяти.

Любопытство взяло верх, и я развязала шнурок. Внутри оказался изящный серебряный заварочный чайничек размером с ладонь. По его поверхности вилась тонкая гравировка — листья, цветы, какие-то руны.

Забавно. Попадаю в другой мир, а первое, что хочу взять с собой — это чайничек. Видимо, профессиональная деформация никуда не делась.

Чайничек приятно лег в руку, серебро было теплое и гладкое.

— Возьму его, — решила я, осторожно заворачивая чайничек в мягкую ткань.

— Зачем? — удивилась Элеонора. — Он же совершенно не практичный. И тяжелый.

— Не знаю. Просто хочется.

Сестра пожала плечами, но возражать не стала.

Следующие полчаса мы провели в тщательной подготовке. Элеонора нашла небольшую дорожную сумку из промасленной кожи — водонепроницаемую и удобную для перевозки на лошади. Туда отправились провизия, смена белья, три платья, сандалии, теплый шарф и чайничек в мягкой обертке.

— Волосы нужно заплести, — сказала Элеонора, подходя ко мне с гребнем. — И спрятать под капюшон. Слишком узнаваемые.

Пока она заплетала мне косу, я думала о том, что меня ждало. Ночная поездка верхом на незнакомой лошади по незнакомой местности. Магическая лавка, где нужно было торговаться с незнакомым магом. Телепортация в неизвестное место, где предстояло начинать жизнь с нуля.

В принципе, не хуже, чем выходить замуж за дракона-садиста.

— Готово, — Элеонора отступила, оценивая результат. — Теперь ты больше похожа на дочь купца, чем на герцогскую дочь.

Глава 6

Я посмотрелась в зеркало и кивнула. Простая одежда, заплетенные волосы, отсутствие украшений — действительно, от аристократической внешности не осталось и следа.

— Как мне найти эту лавку в Торнхейме?

— Лавка находится в Кристальном переулке. Корвис — старый маг с седой бородой. Скажешь, что тебе нужен кристалл телепортации. Он не станет задавать вопросов, если заплатишь.

— Сколько это стоит?

— Кристалл на дальнее расстояние — около ста золотых. Дорого, но что поделать.

Половина всех денег за один кристалл — дорого действительно. Но свобода стоит дороже.

— Куда лучше телепортироваться?

Элеонора задумалась.

— В любой портовый город. Там большие торговый порты, много приезжих, легко затеряться. И далеко от наших земель, отец точно не додумается искать там.

— Кажется, я готова, — сказала я, взваливая сумку на плечо.

Элеонора подошла к окну и выглянула во двор.

— Стража меняется через полчаса. У нас есть время дойти до конюшни незамеченными.

Она потушила большую часть свечей, оставив лишь одну — для видимости, что в комнате кто-то спит. Потом подошла ко мне и обняла.

— Береги себя, сестренка, — прошептала она.

Я обняла ее в ответ, чувствуя, как к горлу подступали слезы. Эта девушка сделала для меня больше, чем кто-либо в моей прежней жизни.

— Спасибо тебе за все. Я не знаю, как тебя отблагодарить.

— Будь счастлива, — просто сказала Элеонора. — Это лучшая благодарность.

Мы осторожно выбрались из комнаты. Замок был погружен в сон, коридоры освещались только редкими факелами. Наши шаги по каменным плитам казались оглушительно громкими, хотя мы шли на цыпочках.

Спустились по винтовой лестнице, и я думала о том, что оставляю позади роскошь и безопасность ради неизвестности.

Интересно, а что бы сделала настоящая Луиза на моем месте? Покорно вышла бы замуж или тоже попыталась бы сбежать?

Конюшня встретила нас запахом сена и лошадей. Серебрянка оказалась красивой серой кобылой с умными темными глазами. Она тихо фыркнула, когда Элеонора погладила ее по морде.

Довериться лошади. В списке странных вещей, которые происходят со мной сегодня, это даже не самое странное.

Я взобралась в седло, удивляясь тому, как естественно это получилось. Видимо, тело леди Луизы делало это неоднократно.

Элеонора подала мне поводья, и ее рука на мгновение задержалась на моей.

— Помни, если что-то пойдет не так, всегда можешь вернуться, — прошептала она. — Я что-нибудь придумаю.

Я крепко сжала ее ладонь. За несколько часов эта девушка стала мне роднее, чем мои настоящие родители за всю жизнь.

— Увидимся еще, — пообещала я, хотя сама не знала, смогу ли сдержать это обещание.

Элеонора открыла широкие конюшенные ворота. Передо мной простиралась ночь — темная, полная неизвестности и опасности. И почему-то именно это меня совсем не пугало.

— Удачи, — последний раз прошептала сестра.

Я тронула Серебрянку ногами, и мы выехали во двор. Кобыла шла мягко и бесшумно, словно понимая важность момента. Ночной воздух был прохладен и свеж, с ароматом листьев и какой-то незнакомой цветущей травы.

За воротами поместья начинался лес. Узкая дорога извивалась между высокими деревьями, исчезая в чернильной тьме. Я обернулась — силуэт замка еще виднелся на фоне звездного неба, в одном из окон мелькнула тень. Элеонора смотрела мне вслед.

Ну что, Луиза, время начинать новую жизнь. Снова.

Как только мы углубились в лес, темнота стала почти осязаемой. Серебрянка уверенно шла по дороге, но мне приходилось напрягать глаза, чтобы различить хотя бы контуры деревьев. Сначала я попыталась держать поводья крепко, контролировать каждый шаг лошади, но быстро поняла, что так мы далеко не уедем.

Элеонора сказала доверится лошади. Видимо, придется довериться.

Я ослабила поводья и попыталась расслабиться в седле. Почти сразу езда стала комфортнее. Серебрянка, почувствовав мою готовность следовать за ней, прибавила шагу.

Ночной лес жил своей особой жизнью. Шорохи в кустах заставляли меня вздрагивать — то ли мелкое животное пробежало, то ли ветка под чьей-то ногой хрустнула. Где-то вдали ухала сова, и этот звук эхом отражался между деревьями. Серебрянка на шорохи не реагировала, видимо, для нее это была обычная лесная музыка.

"Хорошо хоть на волков пока не наткнулись. А есть ли тут волки? Или что-нибудь похуже? Элеонора почему-то забыла упомянуть местную фауну в своем инструктаже", — взволнованно подумала я.

Через полчаса я начала понимать, что мои представления о верховой езде были крайне романтизированы. Попа болела, ноги затекали, а спина просто горела от непривычного положения. И это только начало пути.

В романах героини скачут всю ночь и выглядят утром свежими ромашками. Врут как дышат.

Пришлось пересесть в седле, чтобы найти более удобное положение. Серебрянка терпеливо позволила мне поерзать, изредка поворачивая голову — мол, определилась уже или нет?

— Извини, девочка, — пробормотала я, поглаживая ее шею. — Я не очень опытная наездница.

Кобыла тихо фыркнула в ответ. Кажется, она это уже поняла.

Постепенно глаза привыкли к темноте, и лес перестал казаться сплошной черной стеной. Между ветвями мерцали звезды, лунный свет пробивался сквозь листву, создавая причудливые световые пятна на дороге. А потом я заметила нечто совсем удивительное.

Глава 7

В траве замелькали крошечные голубоватые огоньки. Светлячки? Но они светились слишком ярко и ровно. Один такой огонек взлетел прямо у морды Серебрянки, и я разглядела его получше — крошечное существо с прозрачными крылышками, которое полностью состояло из света.

Зрелище было завораживающее. Огоньки порхали между деревьями, словно крошечные падающие звезды. Некоторые собирались в стайки и кружили вокруг стволов, другие летали поодиночке. Один особенно смелый даже сел мне на плечо и просидел там несколько минут, мягко пульсируя теплым светом.

А потом я увидела грибы.

У подножия старого дуба россыпью росли грибы размером с тарелку, светящиеся бледно-зеленым светом. От них исходило мягкое, почти гипнотическое сияние. Серебрянка прошла мимо, даже не замедляя шага, но я еще долго оглядывалась назад.

Светящиеся грибы. Надеюсь, они не ядовитые. И вообще надеюсь, что мне не придется проверять их на съедобность.

Чем глубже мы углублялись в лес, тем больше странных вещей встречалось. Цветы, которые светились изнутри мягким серебристым светом. Лианы, которые слегка шевелились без всякого ветра. Деревья с корой, покрытой светящимися узорами, напоминающими руны.

В одном месте дорога проходила мимо небольшой поляны, где росла трава необычного серебристого оттенка. Когда лунный луч упал на поляну, трава зазвенела — тихо, мелодично, словно множество крошечных колокольчиков.

Я остановила Серебрянку, заслушавшись. Звук был удивительно красивым, почти гипнотическим. Хотелось слезть с лошади и пройтись по этой поющей траве босиком.

"Плохая идея, Луиза. Все, что выглядит слишком красиво в магическом лесу, наверняка опасно", — предостерегла я саму себя.

Серебрянка, видимо, была со мной согласна. Она беспокойно переступила ногами и тронулась дальше. Умная лошадка.

Через час езды я поняла, что нуждаюсь в передышке. Спина болела так, словно я разгружала вагоны, ноги онемели, а попа превратилась в одно сплошное больное место.

Героические барышни в книжках явно имеют особую конструкцию задней части тела. Или особую подготовку.

Найдя небольшую поляну рядом с ручьем, я осторожно слезла с лошади. Ноги подкосились, и пришлось несколько минут держаться за стремя, пока кровообращение не восстановилось.

— Ох, девочка, — пробормотала я, поглаживая Серебрянку по шее. — Ты, наверное, думаешь, что на тебя посадили полную бездарность.

Кобыла снисходительно ткнулась мордой мне в плечо. Мол, ничего, со временем научишься.

Я привязала поводья к ветке и дала лошади попить из ручья. Вода была кристально чистая и на вкус — как родниковая. Серебрянка пила долго и с наслаждением, изредка поднимая голову и прядя ушами.

Сама я воспользовалась моментом, чтобы размять затекшие мышцы. Присела, потянулась, попыталась восстановить кровообращение в ногах. В тишине ночного леса каждое мое движение казалось оглушительным.

Вдруг Серебрянка резко подняла голову и напряглась, глядя куда-то в чащу. Уши ее встали торчком, ноздри раздулись.

Я замерла. В лесу что-то было. Что-то большое, судя по тому, как кобыла прижала уши и отступила от воды.

Шорох. Треск ветки. И потом тишина.

Медведь? Волк? Или что-то еще хуже? В магическом лесу могут водиться совершенно невообразимые твари.

Я осторожно отвязала поводья и взобралась в седло — теперь уже куда быстрее и увереннее. Серебрянка не сопротивлялась, она и сама явно хотела убраться отсюда подальше.

Мы тронулись в путь, но теперь каждый шорох заставлял меня оглядываться. А шорохов стало больше. Словно кто-то или что-то следовало за нами, не показываясь, но и не отставая.

Паранойя или реальная опасность?

Следующий час превратился в настоящее испытание нервов. То справа, то слева в лесу что-то двигалось. Серебрянка шла быстрее обычного, но не галопом, видимо, она тоже чувствовала, что резкие движения могут привлечь нежелательное внимание.

Луна поднялась выше, и лунный свет, пробиваясь сквозь ветви, создавал причудливые тени. Некоторые из них казались подозрительно подвижными.

В одном месте я отчетливо увидела силуэт, который определенно не был тенью дерева. Высокий, гуманоидный, с непропорционально длинными руками. Он стоял между стволами и, казалось, смотрел прямо на нас.

Я моргнула — и силуэт исчез.

Либо у меня начинаются глюки от усталости, либо в этом лесу водятся очень неприятные существа.

Серебрянка тихо заржала — нервно, предупреждающе. Я наклонилась к ее уху.

— Я знаю, девочка. Мне тоже здесь не нравится. Но мы должны продолжать.

Кобыла послушно пошла дальше.

К рассвету лес начал редеть, и воздух потеплел от первых солнечных лучей. Я чувствовала себя измотанной. Что-то определенно преследовало нас, хотя ни разу не показалось на открытом месте. Серебрянка тоже была настороже — ее уши постоянно поворачивались, улавливая каждый звук.

"Ничего себе ночное путешествие. В следующий раз возьму с собой армию охранников. Или лучше вообще не буду путешествовать ночью по магическим лесам", — с раздражением подумала я.

Наконец впереди показались очертания городской стены, и я едва не заплакала от облегчения. Торнхейм предстал передо мной во всем своем средневековом великолепии: высокие каменные стены, увенчанные зубцами, массивные башни с остроконечными крышами. Но даже в этой привычной средневековой картине были отчетливо видны магические элементы.

По верху стены через равные промежутки горели не обычные факелы, а какие-то кристаллы, излучавшие ровный белый свет. На башнях развевались флаги, но не от ветра — ткань двигалась сама по себе, словно живая. А над главными воротами парил светящийся герб города — золотая птица на синем фоне, которая медленно поворачивала голову и изредка взмахивала крыльями.

Стена была внушительной — не меньше пяти метров в высоту, сложенная из серого камня, который странно мерцал на солнце. То ли в камне были вкрапления кристаллов, то ли его обрабатывали какой-то магией. У основания стены рос странный плющ с листьями серебристого оттенка, который тихо звенел при каждом порыве ветра.

Дорога привела меня к внушительным дубовым воротам, окованным железом. По обеим сторонам стояли караульные будки, а перед воротами дежурили двое стражников в кольчугах и синих плащах с гербом города.

Согласно плану Элеоноры, здесь мне нужно было оставить Серебрянку. Я осторожно направила кобылу к небольшой роще в стороне от дороги, слезла и погладила ее по шее.

— Спасибо, девочка. Ты меня здорово выручила.

Серебрянка ткнулась мордой мне в ладонь, словно прощаясь. Я сняла с нее свою дорожную сумку и повесила себе на плечо. К моему удивлению, как только я отошла на несколько шагов, кобыла развернулась и уверенно направилась обратно по той же дороге, которой мы приехали.

Удивительно умная лошадь. Или это тоже магия? В любом случае, одной проблемой меньше.

Взвалив дорожную сумку на плечо, я направилась к городским воротам.

Глава 8

Утреннее солнце уже поднялось достаточно высоко, и стражники выглядели бодрыми и внимательными. Один из них — рыжеватый парень лет тридцати с хитроватым лицом — внимательно оглядел меня с головы до ног.

— Стой, — скомандовал он, преграждая мне путь алебардой. — Пропуск предъявить.

Я моргнула. Элеонора об этом не упоминала.

— Какой пропуск?

— На вход в город, — терпеливо объяснил второй стражник, постарше первого. — Без пропуска никого не пускаем. Такие распоряжения.

Отлично. Первое же препятствие, и я уже в тупике. Элеонора явно не учла всех нюансов своего гениального плана.

Я быстро прикинула варианты. Можно было попытаться проскользнуть через стену где-то в другом месте, но на это потребуется время, которого у меня не было. Можно было ждать, когда ворота откроют для торгового каравана, и попытаться затесаться в толпу. Но это тоже рискованно.

А можно... вспомнить опыт из моего мира.

— А нельзя ли... оформить этот пропуск прямо здесь? — осторожно спросила я, многозначительно взглянув на кошелек у себя на поясе. — Я готова заплатить за оформление. И за срочность тоже.

Рыжий стражник переглянулся со своим напарником. В их глазах мелькнуло понимание.

— Ну-у-у, — протянул старший, почесав подбородок. — Экстренное оформление документов — это сложная процедура. Много бумажной работы...

— И ответственность большая, — подхватил рыжий. — А вдруг проверки будут?

Торгуются. Классика жанра. Видимо, коррупция — универсальная константа во всех мирах.

— Я понимаю, — кивнула я сочувственно. — Наверное, за такие хлопоты полагается дополнительная плата? Скажем... один золотой за оформление?

Глаза стражников заблестели. Один золотой — видимо, для них это была приличная сумма.

— Один золотой, говоришь? — задумчиво протянул старший. — Ну, пожалуй, можно и оформить. Как тебя зовут?

— Луиза, — ответила я, доставая из кошелька золотую монету.

— А откуда едешь и куда направляешься?

Я запнулась на секунду. Говорить правду было нельзя, но и врать опасно — могут поймать на неточности.

— Из деревни, — импровизировала я. — Еду к тетке в город. Семейные дела.

Стражники переглянулись, но возражений не высказали.

— Ладно, — кивнул старший, протягивая руку. — Золотой вперед, и проходи.

Я положила монету ему на ладонь. Он ловко спрятал ее в поясной кошелек и величественно отступил в сторону.

— Добро пожаловать в Торнхейм, — торжественно объявил рыжий стражник, явно изображая из себя серьезного чиновника. — Соблюдай порядок, не нарушай законы и хорошо проводи время.

Массивные ворота медленно открылись, и я переступила порог Торнхейма.

И сразу же поняла, что попала в совершенно удивительный мир.

Если снаружи город выглядел обычным средневековым поселением, то внутри он поражал смешением привычного и магического. Широкая главная улица была вымощена не простым булыжником, а какими-то переливающимися камнями — они мерцали под ногами нежным радужным светом, словно в каждый булыжник был заключен крошечный кристалл.

Даже дорожное покрытие здесь магическое. Интересно, сколько это стоит и кто за это платит?

По обеим сторонам улицы стояли дома — типичные средневековые, с покатыми крышами и маленькими окошками. Но вывески над лавками и мастерскими заставляли меня останавливаться и пялиться как провинциальную туристку.

Над пекарней висела вывеска в виде каравая хлеба, от которого поднимался настоящий пар — ароматный, теплый, так и манивший зайти и купить свежую булочку. Возле оружейной мастерской медленно вращался светящийся меч, а рядом с ним плавали в воздухе миниатюрные доспехи, демонстрируя свои достоинства.

Вывеска ткацкой мастерской представляла собой кусок ткани, на

"Это же потрясающе! Интерактивная реклама средневекового образца. Интересно, сколько стоит такая вывеска и кто их делает?", — появились у меня практичные мысли. Все-таки в своем мире я мечтала открыть свое кафе и интересовалась подобными впросами.

Но не только вывески привлекали внимание. Сами жители Торнхейма были не менее удивительными.

Мимо меня прошла высокая изящная женщина с заостренными ушами и серебристыми волосами, заплетенными в сложную прическу. Эльфийка! Настоящая эльфийка, совсем как в фэнтезийных фильмах, только еще красивее. На ней было платье из ткани, которая переливалась, словно вода, а в руках она держала корзину с фруктами, которые слабо светились изнутри.

За ней семенил невысокий бородатый мужчина в кожаном фартуке. Гном, что ли? Или просто очень низкорослый человек? На его поясе висел молоток, который искрился при каждом шаге, а из-за спины выглядывала рукоять какого-то инструмента, источавшего мягкое голубое сияние.

Эльфы и гномы в одном городе с людьми. И это нормально. Обалдеть можно.

Чуть дальше я заметила молодого человека, который нес связку свитков. Обычное дело, но свитки время от времени раскрывались сами собой, показывая содержимое — какие-то схемы, карты, написанный текст.

Навстречу мне шел торговец с тележкой, полной каких-то кристаллов. Кристаллы были разных размеров и цветов, и каждый излучал свой собственный свет — голубой, зеленый, красный, золотистый. Некоторые пульсировали в такт сердцебиению, другие светились ровно, третьи искрились, словно маленькие молнии.

— Кристаллы освещения! Кристаллы очистки! Кристаллы связи! — кричал торговец. — Лучшие цены в городе! Гарантия качества от магов Серебряной башни!

Я притормозила, разглядывая товар. Интересно, как это работает? И сколько стоит?

— Девушка, тебе что-нибудь нужно? — обратился ко мне торговец. — Может, кристалл освещения для дома? Очень удобно — заряжается раз в месяц, светит лучше десяти свечей!

— А сколько это стоит?

— Для такой милой леди — всего пять серебряных! Обычно семь беру, но у тебя лицо честное.

Пять серебряных за один кристалл — половина золотого. Дорого, но если он действительно светит как десять свечей целый месяц...

— Спасибо, подумаю, — улыбнулась я торговцу и пошла дальше.

Цены на магические товары кусаются. Но если учесть, что это заменяет кучу свечей или масло для лампы, то, возможно, даже выгодно.

Уличные фонари в городе тоже были не обычными. Вместо пламени в них горели те же кристаллы — крупные, ровно светящиеся, создававшие мягкое белое освещение. Некоторые из них уже начинали тускнеть под утренним солнцем, видимо, автоматически регулируя яркость.

Внезапно прямо над моей головой промелькнула небольшая светящаяся точка, оставляя за собой едва заметный след. Я проследила ее полет — точка направилась к одному из домов и влетела в открытое окно второго этажа.

— Магическое послание, — объяснил проходивший мимо молодой человек, заметив мое удивление. — Очень удобно. Намного быстрее обычных гонцов.

Я углубилась в город, рассматривая все вокруг с жадностью туриста, впервые попавшего в экзотическую страну.

Глава 9

Торнхейм оказался довольно большим городом. Главная улица плавно спускалась вниз, к центральной площади, от которой веером расходились более узкие переулки. Чем дальше от ворот, тем оживленнее становилось движение.

К середине утра город окончательно проснулся. Торговцы расставляли свои лотки, ремесленники открывали мастерские, по улицам сновали люди — и не только люди. Я насчитала как минимум трех эльфов, одного явного полукровку с чуть заостренными ушами, и какого-то мужчину с кожей странного серебристого оттенка. Что за расу он представлял, я понятия не имела.

Самым удивительным зрелищем стал молодой человек лет двадцати пяти, который стоял посреди улицы и жонглировал. Но жонглировал он не обычными мячиками, а маленькими шариками света! Светящиеся сферы описывали сложные траектории в воздухе, иногда замирали на месте, иногда проносились так быстро, что за ними тянулись световые шлейфы. Собравшаяся вокруг него толпа восхищенно ахала и бросала в шляпу медные и серебряные монеты.

И это тоже нормально, видимо. Уличные артисты-маги — обычное дело.

Живот предательски заурчал, напоминая, что за всю эту безумную ночь я практически ничего не ела. Элеонора впопыхах сунула мне в дорожную сумку пару яблок и кусок сыра, но этого явно было недостаточно.

Я огляделась в поисках таверны или чего-то подобного. Вывески помогли — над одним из зданий покачивался деревянный кубок, от которого поднимался ароматный пар.

«Сытый Кабан» — такое название красовалось под вывеской крупными буквами. Ну что ж, звучит многообещающе.

Внутри таверна оказалась типично средневековой — грубые деревянные столы, скамьи, очаг, в котором потрескивали дрова. Но и здесь не обошлось без магических штучек. В углу зала тихо играла музыка, хотя музыкантов не было видно — звук исходил от небольшой арфы, струны которой двигались сами собой. А над барной стойкой висело нечто вроде доски объявлений, на которой сами собой появлялись и исчезали надписи. Видимо, это было меню.

«Овсяная каша с медом и орехами — 8 медных

Жареные яйца с беконом — 1 серебряный

Свежий хлеб с маслом — 2 медных

Эль местного производства — 6 медных

Чай травяной — 2 медных

Мясной пирог — 1 серебряный 2 медных»

За стойкой хлопотала полная румяная женщина. Увидев меня, она приветливо улыбнулась:

— Доброе утро, дорогая! Что будем кушать?

— Доброе утро, — ответила я, присаживаясь на скамью у стойки. — А что вы посоветуете? Я не местная.

— Ах, приезжая! — оживилась хозяйка. — Тогда обязательно нужно попробовать нашу кашу с медом. Мед у нас особенный, с пасек в Волшебном лесу. Пчелы там собирают нектар с магических цветов, так что мед получается не только вкусный, но и бодрящий. А к каше дам свежего хлеба с маслом и травяного чаю. Как раз для девушки!

— Подойдет, — согласилась я. — А сколько это будет стоить?

— Восемь медных за кашу, два за хлеб с маслом и два за чай, — быстро подсчитала хозяйка. — Итого двенадцать медных.

— Договорились, — кивнула я, доставая серебряную монету и две медных.

Пока хозяйка хлопотала на кухне, я осмотрелась по сторонам. В таверне сидело еще несколько посетителей — двое мужчин в дорожной одежде за угловым столиком тихо о чем-то переговаривались, пожилой человек в углу читал какую-то книгу, а рядом с очагом дремал кот невероятных размеров. Серый, пушистый и размером примерно с небольшую собаку.

Интересно, это тоже магическое животное или просто очень хорошо откормленный кот?

— Вот, дорогая, — хозяйка поставила передо мной деревянную миску с дымящейся кашей, корзинку со свежим хлебом,

Каша оказалась восхитительной — густая, сладкая, с кусочками орехов и сухофруктов. Мед действительно был необычный — с легким цветочным привкусом и каким-то особенным послевкусием, от которого по телу разливалось приятное тепло. А уж запах... Казалось, в нем смешались ароматы всех летних цветов сразу.

Хлеб был мягкий, с хрустящей корочкой, а масло — настоящее деревенское, какое я помнила из детства. Травяной чай пах мятой, чабрецом и еще какими-то травами, которые я не смогла определить.

Надо отдать должное — кормят здесь действительно хорошо. И цены не такие уж драконовские, если учесть качество.

— Как каша? — поинтересовалась хозяйка, вытирая руки полотенцем.

— Потрясающая, — честно ответила я.

Доев завтрак, я почувствовала себя намного лучше. Тепло растеклось по телу, усталость отступила, а мысли стали более четкими. Может, это действительно был эффект магического меда, а может, просто сытная еда после долгой дороги подействовала так.

— Спасибо, — сказала я хозяйке. — Очень вкусно. А не подскажете, где здесь можно найти магическую лавку?

— Магическую лавку? — хозяйка задумалась. — А какую именно? У нас их несколько.

— Где можно купить телепортационный кристалл.

Глава 10

— А, это к старику Корвису! — просветлела женщина. — Его лавка в Кристальном переулке. От площади идешь по Ремесленной улице до фонтана, там поворачиваешь налево, в арку с синими камнями. Переулок узкий, но не перепутаешь — все дома там украшены кристаллами. Лавка Корвиса в самом конце, большая вывеска с танцующими буквами.

— Танцующими буквами?

— Ну да, — хозяйка махнула рукой. — Корвис любит все необычное. Вывеска у него волшебная: буквы сами переставляются, слова меняются. То «Магические товары» написано, то «Кристаллы и артефакты», то еще что-нибудь. Но лавка хорошая, честная. Корвис в Торнхейме уже лет тридцать живет, никого не обманывает.

Получив подробные указания, я поблагодарила гостеприимную хозяйку и отправилась на поиски лавки Корвиса.

Кристальный переулок и правда было не перепутать ни с каким другим. Стоило свернуть в арку с синими камнями, как я оказалась в узком проходе между домами, каждый из которых был украшен кристаллами. Один дом сверкал голубыми кристаллами, встроенными прямо в стены, другой переливался зелеными и фиолетовыми. Третий дом был украшен кристаллами, которые медленно меняли цвет — от золотого к красному, от красного к синему, от синего снова к золотому.

В переулке было тихо и уютно. Кристаллы давали мягкое освещение, так что даже в узком пространстве между высокими домами не чувствовалось мрачности. По булыжной мостовой изредка пробегали коты — обычные, не гигантские, как в таверне — а в окнах некоторых домов мелькали силуэты людей, занятых своими делами.

Лавка Корвиса находилась в самом конце переулка, в доме, который явно выделялся среди прочих. Во-первых, он был больше остальных — трехэтажный, с широким фасадом и большими окнами. Во-вторых, он был буквально усыпан кристаллами всех мыслимых цветов и размеров. А в-третьих, над входом действительно висела вывеска с танцующими буквами.

Когда я подошла ближе, на вывеске появилось: «Корвис Мудрый — Магические Артефакты и Диковины». Но пока я читала, слова начали перестраиваться, и через несколько секунд вывеска уже гласила: «Кристаллы Дальних Земель и Зелья Забытых Времен».

Эффектно.

Массивная дубовая дверь была украшена медными накладками в виде различных магических символов. Некоторые из них слабо светились, другие медленно поворачивались вокруг собственной оси. Над дверью висел колокольчик, который тихо звенел, хотя ветра не было.

Я толкнула дверь и переступила порог.

И сразу поняла, что попала в настоящую сокровищницу Аладдина, только вместо золота и драгоценностей здесь было собрано все самое удивительное, что могла предложить магия.

Лавка оказалась намного больше, чем казалось снаружи: высокие потолки терялись в полумраке, а помещение уходило вглубь дальше, чем позволяли размеры дома. Определенно, здесь тоже не обошлось без магии.

Вдоль стен тянулись полки от пола до потолка, и на каждой полке размещалось что-то удивительное. Кристаллы всех размеров и форм — от крошечных, не больше горошины, до огромных, высотой почти с меня. Одни светились ровным светом, другие искрились, третьи медленно пульсировали. Были кристаллы прозрачные как вода, черные как ночь, радужные, переливающиеся всеми цветами сразу.

На соседней полке лежали свитки. Десятки, если не сотни свитков, перевязанных лентами разных цветов. Некоторые свитки были совершенно обычными, другие слабо светились, а один, обвязанный золотой лентой, время от времени вздрагивал, словно внутри него что-то шевелилось.

Надеюсь, там не какой-нибудь демон заперт.

Полки с артефактами поражали разнообразием. Здесь были зеркала в резных рамах. В некоторых были обычные отражения, а в других мелькали какие-то чужие лица и пейзажи. Рядом стояли шкатулки, из которых доносились тихие мелодии, флаконы с жидкостями всех мыслимых цветов, странные механические устройства с шестеренками и кристаллами.

В центре лавки находился высокий прилавок из темного дерева, инкрустированный серебром и самоцветами. За ним, склонившись над какой-то древней книгой, сидел пожилой мужчина с длинной седой бородой и проницательными голубыми глазами.

Прямо классический образ мудрого старца с бородой, только мантии со звездами не хватает.

Но вместо мантии на старике была вполне практичная серая рубашка и темно-синий жилет, правда, украшенный вышивкой из серебряных нитей в виде различных магических символов.

— Добро пожаловать в мою скромную лавку, юная леди, — поднял голову маг. — Меня зовут Корвис. Чем могу быть полезен?

— Здравствуйте, — я подошла к прилавку, стараясь не слишком откровенно разглядывать окружающие чудеса. — Мне нужен телепортационный кристалл.

— А-а-а, — протянул Корвис, откладывая книгу. — Телепортация, значит. Дальняя дорога предстоит?

— Довольно дальняя, — осторожно ответила я. — А какие варианты у вас есть?

Глава 11

Корвис встал — оказалось, что он довольно высокий, хотя сутулится от возраста — и направился к одной из полок. Взмахнул рукой, и несколько кристаллов плавно переместились с полки на прилавок.

"Показуха чистой воды, — усмехнулась я про себя. — Впрочем, эффектно".

— Итак, — начал маг, указывая на первый кристалл, размером примерно с куриное яйцо и нежно-голубого цвета. — Кристалл ближней телепортации. Дальность действия — до трех дней пути. Точность перемещения высокая, побочных эффектов практически нет. Стоит тридцать золотых.

Он переместил руку ко второму кристаллу. Тот был больше, насыщенного синего цвета с серебристыми прожилками.

— Кристалл средней дальности. До пяти дней пути. Небольшая погрешность в точности. Некоторое головокружение после использования. Семьдесят золотых.

Третий кристалл был самым крупным и красивым: темно-синий, почти фиолетовый, с золотистыми искрами внутри, которые медленно кружились, как звездная пыль.

— А это кристалл дальней телепортации, — с гордостью произнес Корвис. — Может перенести в любую точку континента.

Я задумалась. Три дня пути — это точно недостаточно, чтобы убраться достаточно далеко от драконьего лорда. Средний вариант лучше, но все равно может не хватить. А самый дорогой...

— Скажите, а как именно работает телепортация? — спросила я. — Я просто ни разу таким не пользовалась.

— Это довольно просто, милочка, — кивнул Корвис. — Вы берете кристалл в руки, закрываете глаза и четко представляете место, куда хотите попасть. Чем точнее представление — тем точнее перемещение. Если вы когда-то там были или видели изображение — идеально. Если просто слышали описание — может быть погрешность.

— А если я никогда не была в том месте, куда хочу попасть и описания точного не знаю?

— Тогда можно использовать общие образы, — объяснил маг. — Например, "большой портовый город на восточном побережье" или "торговый город в южных землях". Кристалл найдет подходящее место, но где именно вы окажетесь — неизвестно.

Похоже на рулетку. Но выбора особо нет.

— А что происходит во время самого перемещения? — поинтересовалась я.

— О, это довольно любопытные ощущения, — оживился Корвис. — Сначала чувствуете головокружение, потом мир вокруг начинает искажаться, словно смотришь в кривое зеркало. Затем вас подхватывают магические вихри — не пугайтесь, это нормально — и переносят через пространство. Длится все несколько секунд, но может показаться вечностью. После появления в новом месте обычно немного тошнит и кружится голова. Но это быстро проходит.

Звучит не слишком приятно, но терпимо. Главное, чтобы сработало.

— Я думаю, мне нужен кристалл дальней телепортации, — решила я. — Хочу попасть к морю, в какой-нибудь портовый город.

— Прекрасный выбор! — одобрил Корвис. — К морю, значит... А какое именно побережье вас интересует? У нас есть Восточное море с большими торговыми портами, Южное море с курортными городками, и Западное море — там портовые города помельче, но зато тише и спокойнее.

Я задумалась. Торговые порты — это хорошо, больше возможностей для работы. Но там и людей больше, выше шансы, что кто-то узнает леди Луизу.

— Западное море, — решила я. — Что-нибудь небольшое, но с приличным портом.

— Отлично! — Корвис взял самый красивый кристалл и протянул мне. — Тогда представляйте примерно вот что: небольшой уютный городок на берегу Западного моря, с рыбацким портом, таверной для путешественников и, скажем, рынком. Кристалл найдет подходящее место.

Кристалл был теплым и слегка вибрировал в руках. Золотистые искры внутри него закружились быстрее, словно реагируя на мое прикосновение.

— Сто золотых, — напомнил маг.

Я отсчитала из кошелька сто золотых монет и протянула Корвису.

Половина всех денег за одну поездку. Хорошо хоть что еда здесь, похоже, не такая дорогая, как магия.

— Спасибо за покупку, — Корвис спрятал монеты в какой-то ящик за прилавком. — И помните: используйте кристалл в безопасном месте, желательно сидя. После телепортации первые минуты лучше не двигаться резко. И не пугайтесь, если первое время будет слегка двоиться в глазах — это нормально.

— Понятно, — кивнула я, осторожно пряча кристалл в дорожную сумку. — А кристалл одноразовый?

— К сожалению, да. Такова природа телепортационной магии: она требует огромного количества энергии, и кристалл полностью разряжается после использования.

Сто золотых за один раз. Недешевое удовольствие этот транспорт в магическом мире.

— Удачной дороги, юная леди, — пожелал мне Корвис. — И будьте осторожны в новых местах.

Выйдя из лавки, я огляделась. Солнце поднялось уже довольно высоко, в переулке стало светлее и теплее. Но мне хотелось поскорее убраться из этого города — вдруг драконий лорд пошлет людей на поиски, и они доберутся до Торнхейма?

Я нашла тихий дворик за одним из домов, где росло несколько деревьев и стояла старая каменная скамейка. Идеальное место: никого вокруг, есть где присесть после телепортации.

Достав кристалл, я устроилась на скамейке поудобнее и взяла его в обе руки. Он стал заметно теплее и начал слабо светиться.

"Итак, — мысленно проговорила я, — небольшой городок на берегу Западного моря, с портом, тавернами, рынком..."

Я попыталась представить себе этот воображаемый город как можно ярче. Деревянные дома с черепичными крышами. Мачты кораблей в гавани. Запах моря и крики чаек. Рыбаки, чинящие сети. Торговцы на рыночной площади...

Кристалл в моих руках засветился ярче, искры внутри него закружились в настоящем вихре. И тут...

Глава 12

Мир вокруг меня качнулся.

Сначала это было похоже на легкое головокружение, какое бывает, когда резко встаешь. Но затем ощущения стали нарастать. Земля под ногами словно стала мягкой, неустойчивой. Деревья вокруг начали изгибаться и растягиваться, как отражение в кривом зеркале.

"Корвис предупреждал об этом, — попыталась успокоить себя я, крепче сжимая кристалл. — Это нормально".

Но когда реальность вокруг меня начала буквально рваться на куски, как старая ткань, стало по-настоящему страшно.

Мир распался.

Вокруг меня закружились цветные вихри — синие, золотые, серебристые. Они подхватили меня, и я почувствовала, как лечу сквозь что-то, что невозможно описать словами. Это было не похоже на полет в самолете или падение, скорее, словно меня растягивали в разные стороны и одновременно сжимали.

Время потеряло всякий смысл. Казалось, что прошла вечность, но одновременно — лишь мгновение. Вокруг мелькали какие-то образы — леса, горы, поля, города, — но все они были размытые, нереальные, словно просмотренные на огромной скорости.

А потом все резко остановилось.

Я с глухим стуком приземлилась на что-то твердое — как оказалось, на деревянный настил. Кристалл в моих руках треснул и рассыпался серебристой пылью, которую тут же подхватил ветер.

Ветер.

Соленый, свежий морской ветер.

Голова кружилась так, что я несколько минут не решалась открыть глаза. Тошнота накатывала волнами, но я сжала зубы и терпела. В ушах стоял звон, а перед глазами даже сквозь закрытые веки плясали разноцветные пятна.

Но постепенно неприятные ощущения стали отступать. Я осторожно открыла глаза и...

Боже мой.

Я сидела на деревянном причале, ноги мои свисали прямо над водой. Передо мной расстилалось море — настоящее, бескрайнее море, сверкающее на солнце тысячами бликов. Легкие волны лизали сваи причала, и этот звук — мягкий, ритмичный всплеск — был самым прекрасным звуком, который я когда-либо слышала.

А над головой кричали чайки. Настоящие чайки! Белые, с серыми крыльями, они кружили над портом, иногда камнем падая вниз к воде и выхватывая из нее что-то клювами.

Воздух пах солью, водорослями, рыбой и еще чем-то неопределенным, но прекрасным — свободой, что ли. Морской бриз

Я медленно поднялась на ноги, держась за перила причала. Тошнота почти прошла, только легкое головокружение напоминало о недавнем путешествии через пространство.

Обернувшись, я увидела город.

Небольшой, как я и просила. Деревянные и каменные дома с красными черепичными крышами лепились по склонам холма, спускающегося к морю. Узкие улочки извивались между домами, как ручейки. Кое-где виднелись вывески лавок и мастерских.

А прямо передо мной, в самом начале главной улицы, ведущей от порта, стояло здание с вывеской "Соленая русалка". Из окон второго этажа доносился смех, а у входа качался деревянный щит с изображением зеленоволосой девы с рыбьим хвостом, державшей в руке пенящуюся кружку эля.

«Ну, по крайней мере, кристалл сработал как надо», — подумала я, с облегчением разглядывая вывеску таверны. Магия оказалась на редкость буквальной: я просила портовый городок с тавернами, и вот он, пожалуйста. Хотя приземление прямо на причал — это было лишнее. Хорошо, что не упала в воду.

Я медленно пошла по деревянному настилу к берегу, стараясь не показывать, как сильно у меня кружится голова после телепортации. Вокруг кипела портовая жизнь: грузчики таскали тюки и бочки, торговцы что-то горячо обсуждали с капитанами кораблей, где-то скрипели блоки, поднимающие груз на мачты.

— Эй, девушка! — окликнул меня пожилой рыбак, чинивший сети. — Ты как тут оказалась? Я же видел, как ты прямо из воздуха появилась!

Сердце екнуло. Вот черт, меня заметили. Ну конечно, телепортироваться посреди дня на виду у всех... Очень умно, Луиза.

— Я... э... — Мой мозг лихорадочно искал объяснение. — Я с корабля. Там, с того... — Я махнула рукой в сторону одной из посудин, покачивающихся у причала.

Рыбак прищурился:

— С «Морской звезды»? Так она вчера пришла, и я всю команду в лицо знаю. Тебя там не было.

«Замечательно. Попала в маленький городок, где все друг друга знают. Именно то, что нужно беглянке», — мысленно простонала я.

— Слушайте, — сказала я, подходя ближе и доставая из кошелька серебряную монету. — А давайте будем считать, что вы меня не видели? У меня... сложные семейные обстоятельства.

Рыбак посмотрел на монету, потом на меня, и его лицо смягчилось:

— А, понятно. Сбежала от родичей? Ну что ж, бывает. Только смотри, девка, не нарвись на неприятности. Здесь, в Лазурной Гавани, народ в основном добрый, но всякое случается.

— Лазурная Гавань? — переспросила я, протягивая ему серебряный. Название показалось мне удивительно романтичным для рыбацкого городка.

— Ага. А ты что, не знала, куда попала? — Рыбак спрятал монету и хмыкнул. — Ну да, магические кристаллы штука непредсказуемая. Повезло, что в море не угодила.

Я поблагодарила его и поспешила к таверне, пока любопытство местных жителей не привлекло еще больше внимания к моей особе.

Толкнув тяжелую деревянную дверь, я оказалась в теплой, пропахшей запахом дыма и жареной рыбы атмосфере "Соленой русалки".

Именно так я и представляла себе портовую таверну. Низкие потолки с массивными балками, за которые цеплялись рыболовные сети и поплавки. Стены украшали картины с морскими пейзажами, а в одном углу даже красовался штурвал, наверняка снятый с какого-то старого корабля.

Воздух был густой от табачного дыма — несколько посетителей курили длинные трубки — и пропитан ароматами, от которых урчало в животе. Где-то шипело масло на сковороде, слышалось бульканье варящегося супа, а над всем этим витал запах свежевыпеченного хлеба.

За столами сидели именно те люди, каких я ожидала увидеть в портовой таверне. Загорелые рыбаки в простых рубашах и штанах, заправленных в высокие сапоги, делились новостями за кружками эля. В одном углу расположились торговцы — по их более богатой одежде и пухлым кошелькам на поясах это было понятно сразу. А у стойки стояли несколько моряков.

— Говорю тебе, Том, эта партия пряностей из Южных островов настоящая золотая жила! — говорил один из торговцев, размахивая куском хлеба. — Корица и мускатный орех в столице стоят втридорога!

— А я вот слышал, что на севере неспокойно, — отвечал его собеседник, понижая голос. — Драконий лорд, говорят, жениться собрался.

Я поперхнулась воздухом. Даже здесь, в этом забытом богами портовом городке, говорят об Аздаре!

— Эй, красавица! — окликнул меня грубый мужской голос. — Что стоишь как столб? Заходи, не стесняйся!

Глава 13

Я обернулась и увидела за стойкой мужчину лет пятидесяти, широкоплечего и коренастого, с проседью в бороде и добродушными, хотя и усталыми глазами. На нем был белый фартук, который когда-то, наверное, и правда был белым, а теперь нес на себе следы всех блюд, готовившихся на этой кухне.

— Я Харрис, хозяин этого заведения, — представился он, вытирая руки о тот же многострадальный фартук. — А это моя жена, Марта.

Из-за его спины выглянула полная женщина с добрым лицом и седыми волосами, убранными под платок. Она несла поднос с дымящимися мисками, от которых исходил такой аппетитный запах, что у меня в животе тут же заурчало.

— Ох, деточка, да ты же с ног валишься! — воскликнула Марта, ловко обходя мужа и ставя поднос на стойку. — Сразу видно, с дороги. Харрис, посади девочку за стол, а то она сейчас упадет!

И правда, я чувствовала себя просто ужасно. Ночь без сна, скачка до Торнхейма, волнения с покупкой кристалла, а потом еще и телепортация — все это свалилось на меня разом. Ноги подкашивались, в глазах темнело, а голова кружилась так, что я опасалась потерять равновесие.

— Мне нужна комната на ночь, — сказала я, стараясь говорить уверенно. — И поесть что-нибудь.

— Конечно, милая, — Марта уже подхватила меня под руку и повела к столику в углу, подальше от любопытных глаз. — У нас есть хорошая комната на втором этаже, с видом на море. Два серебряка за ночь, завтрак включен.

Я благодарно кивнула.

— А есть что будете? — спросила Марта, присаживаясь напротив меня. — У нас сегодня отличная рыбная похлебка, свежая треска с овощами, и Харрис как раз достал из печи ячменные лепешки.

— Принесите всего понемногу, — попросила я. — Я очень голодна.

В Торнхейме удалось перехватить только быстрый завтрак, а потом было не до еды: переживания, покупка кристалла, телепортация...

Марта ушла на кухню, а я оглядела таверну более внимательно. Интересно, что посетители хоть и выглядели простовато, но вели себя вполне прилично. Никто не напивался в стельку, не орал песен и не приставал к проходящим мимо женщинам. Скорее царила атмосфера неспешного общения после рабочего дня.

«Видимо, в магическом мире нравы получше, чем я думала», — отметила про себя я.

— А ты не местная, — констатировал Харрис, протирая кружки за стойкой. — Говор у тебя другой.

— Что-то в этом роде, — уклончиво ответила я. — Решила... сменить обстановку.

— Ну-ну, — хмыкнул трактирщик. — У нас тут многие меняют обстановку. Лазурная Гавань — спокойное место. Имперские чиновники сюда редко заглядывают, королевская стража тоже. Живем себе тихо, никого не трогаем.

Марта вернулась с подносом, который, казалось, мог накормить небольшую армию. Деревянная миска с густой, дымящейся похлебкой, в которой плавали куски белой рыбы и овощей. Тарелка с жареной треской, политой каким-то ароматным соусом. Теплые ячменные лепешки с маслом. И еще маленькая мисочка с солеными оливками.

— Сколько с меня? — спросила я, доставая кошелек.

— За еду — пять медяков, за комнату — два серебряка, — сказал Харрис.

Я выложила нужные монеты на стол.

Первая ложка похлебки заставила меня закрыть глаза от удовольствия. Я не понимала, голод ли сделал свое дело, или Марта действительно была прекрасной кухаркой, но, казалось, что вкуснее супа я не ела никогда. Бульон был наваристый, с легким привкусом морских водорослей, рыба таяла во рту, а овощи — морковь, лук, какие-то корнеплоды, которых я не знала — добавляли сытности и аромата.

Треска оказалась не менее восхитительной — нежная, без единой косточки, с золотистой корочкой. А соус... я не могла понять, что это было — что-то между сметанным и сливочным, с травами и специями.

— Марта, это божественно, — сказала я с набитым ртом, напрочь забыв о хороших манерах.

— Ой, да что ты, деточка, — засмущалась хозяйка, но было видно, что ей приятно. — Обычная еда. Рыбка сегодня утром поймана, овощи с собственного огорода...

— Марта, не скромничай, — вмешался Харрис. — Ты в городе лучше всех готовишь. Недаром к нам и местные ходят поужинать, а не только приезжие.

Действительно, я заметила, что за соседними столиками сидело несколько семейных пар, явно местных жителей: их одежда была чище и новее, чем у моряков и рыбаков.

Доев все до последней крошки, я откинулась на спинку стула и впервые за сутки почувствовала что-то похожее на удовлетворение. Желудок был сыт, крыша над головой обеспечена, и я находилась в безопасности.

— Устала, небось? — сочувственно спросила Марта. — Видно, что дорога была нелегкой.

— Очень, — призналась я. — Не спала всю ночь.

— Тогда давай я покажу тебе комнату, — предложила хозяйка, поднимаясь. — Отдохнешь как следует.

Марта взяла с барной стойки свечу в простом глиняном подсвечнике и повела меня по узкой деревянной лестнице на второй этаж. Ступеньки поскрипывали под ногами, но держались крепко. Коридор наверху был узким, с низким потолком, вдоль стен располагались несколько дверей.

— Вот твоя комната, — сказала Марта, открывая дверь в конце коридора. — Небольшая, но чистая.

Она не преувеличивала. Комната действительно была маленькой: здесь едва помещались узкая кровать под окном, простой деревянный стол, стул и комод. Но все выглядело опрятно: постель была заправлена, на столе стояла керамическая миска для умывания и кувшин с водой, а воздух пах лавандой.

— Белье чистое, только сегодня поменяла, — с гордостью сказала Марта, поставив свечу на стол. — Если что понадобится, зови. А утром разбужу к завтраку. Ванная в конце коридора, если будешь пользоваться, то просто дотронься до кристалла очищения.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — За все.

Марта ушла, прикрыв за собой дверь. Я подошла к окну и распахнула его. В лицо ударил свежий морской ветер, принесший соленый запах водорослей и рыбы. Внизу плескались темные волны, и их мерный шум был удивительно успокаивающим.

Глава 14

Но прежде чем предаться отдыху, следовало привести себя в порядок. От меня откровенно несло: смесь лошадиного пота, дорожной пыли и собственной несвежести создавала весьма неприятный «аромат». И я отправилась искать ванную в конце коридора.

За последней дверью обнаружилось небольшое помещение с деревянной кадкой посреди пола. Она была наполнена водой не первой свежести. На небольшом столике мерцал голубоватый кристалл размером с кулак, от которого исходило мягкое сияние. Интересно, как это работает?

Я осторожно коснулась кристалла ладонью. Он оказался приятно теплым, и тут же вода в кадке начала бурлить. Жидкость за считанные секунды стала кристально прозрачной и источающей легкий пар. Магия...

Сбросив дорожную одежду, я осторожно опустилась в воду. Она была идеальной температуры: достаточно горячей, чтобы расслабить мышцы, но не обжигающей. На краю кадки стояла небольшая глиняная баночка с густым средством, пахнущим травами и цветами.

Зачерпнув немного этой субстанции, я начала мыть голову. Непривычно было ощущать под пальцами длинные пряди вместо привычного каре. В своем мире я была брюнеткой с короткой стрижкой, а теперь приходилось возиться со светлыми волосами почти до пояса. Средство из баночки хорошо пенилось и одновременно смягчало волосы. Видимо, это средство заменяло и шампунь, и бальзам.

Смыв с себя всю грязь странствий, я почувствовала себя наконец человеком.

Я завернулась в чистое мягкое полотенце и вернулась в свою комнату. Забралась под грубое, но чистое одеяло. Матрас оказался жестковатым, соломенным, но после бессонной ночи показался верхом комфорта.

Я закрыла глаза и позволила себе расслабиться. За окном мерно шумел прибой, где-то вдалеке кричали чайки, а из таверны доносился приглушенный гул голосов. Эти звуки словно баюкали меня, и я чувствовала, как усталость наконец берет свое.

«Завтра подумаю, что делать дальше, — сонно решила я. — Завтра...»

Сон накрыл меня мягко и безжалостно, как морская волна. Последнее, что я помнила, — это шум прибоя за окном и ощущение, что впервые с момента попадания в этот мир я в относительной безопасности.

* * *

Я проснулась от мягкого шума прибоя и криков чаек за окном. Солнечный свет проникал сквозь простые льняные занавески, окрашивая деревянные стены комнаты в теплые золотистые тона.

Какое-то мгновение я лежала, не двигаясь, наслаждаясь ощущением покоя. Сегодня я выспалась по-настоящему. Кровать в "Соленой русалке" оказалась на удивление удобной, а одеяло из овечьей шерсти согревало всю ночь, несмотря на прохладный морской ветер.

Потянувшись, я встала и подошла к небольшому окну. Вид действительно был чудесный: прямо подо мной расстилалась гавань с покачивающимися на волнах корабликами, а дальше — бескрайняя синева моря. Несколько рыбацких лодок уже возвращались с утреннего улова, оставляя за собой белые пенные следы.

«Интересно, сколько стоит снимать номер с таким видом в нашем мире?» — подумала я с иронией. А здесь всего два серебряных за ночь, включая завтрак. Хотя для местных это, может, и немалые деньги.

Умывшись из керамического кувшина прохладной водой, я переоделась в самое простое из своих платьев. Сегодня предстояло изучить город, и аристократические наряды явно не подходили для прогулок по портовым кварталам.

Внизу меня ждал обещанный завтрак.

— Выспалась, золотко? — спросила она, ставя передо мной тарелку с поджаренным хлебом, мягким сыром и ломтиками соленой рыбы. — А то вчера совсем измученная была.

— Спасибо, мне намного лучше, — ответила я, с аппетитом принимаясь за еду. Даже простой завтрак здесь был удивительно вкусным. Хлеб — свежий, с хрустящей корочкой, сыр — нежный, а слегка солоноватая рыба таяла на языке.

— Планируешь остаться у нас еще? — поинтересовался Харрис, вытирая стойку.

— На несколько дней, если не возражаете, — сказала я. — Хотела бы получше узнать город.

— Конечно, милая. Лазурная Гавань — место спокойное, для молодой девушки вполне безопасное. Только в Портовый квартал после наступления темноты лучше не соваться. Там всякий сброд собирается — воришки, контрабандисты, прочая шушера.

«Замечательно. Значит, город поделен на районы, и есть места, куда лучше не ходить. Как и в любом нормальном городе», — мысленно отметила я.

Доев завтрак, я вышла на улицу, готовая к исследованию своего нового мира.

Утренняя Лазурная Гавань встретила меня суетой и звуками просыпающегося города. По узким мощеным улочкам уже сновали торговцы с тележками, домохозяйки с корзинами, ремесленники, спешащие в свои мастерские. Где-то звонко стучал молот — наверное, работал кузнец. Доносились крики торговцев рыбой и овощами.

Я медленно пошла вверх по главной улице, ведущей от порта. Дома здесь были в основном двух-трехэтажные, построенные из светлого камня и дерева. Нижние этажи часто занимали лавки и мастерские — об этом красноречиво говорили вывески, качающиеся на морском ветру.

«Рыбная лавка Олафа — лучший улов в гавани!» — гласила одна из них, украшенная резным изображением рыбы. «Канаты, паруса, якоря — все для мореходов» — объявляла другая. «Мастерская Эдгара-кузнеца — подкуем лошадь, починим замок, выкуем что угодно!»

Интересно, что некоторые вывески были явно магическими: буквы на них мерцали разными цветами или медленно двигались, привлекая внимание прохожих. Особенно меня поразила вывеска одной лавки, где нарисованные рыбки плавали по кругу, словно в аквариуме.

Неплохой рекламный ход.

Поднимаясь все выше, я заметила, что дома становятся больше и богаче. Камень — более качественный, окна — больше, во дворах мелькали ухоженные садики. Очевидно, здесь жили зажиточные горожане.

Мне попался уличный торговец, продающий горячие пирожки с мясом. Решив подкрепиться и заодно расспросить о городе, я купила один за три медяка.

— Вы не местная? — спросил торговец, тучный добродушный мужчина с засученными рукавами. — Не видел вас раньше.

— Нет, приехала вчера, — ответила я, откусывая пирожок. Он оказался на удивление вкусным — мясо сочное, тесто хрустящее. — А что это за район наверху? Дома там очень красивые.

— А, это Верхний город, — объяснил торговец. — Там богачи живут: судовладельцы, крупные торговцы, чиновники. И администрация городская там же сидит, в Доме гильдий. Представители всех ремесленных цехов собираются, дела решают.

— А где можно карту города купить? — спросила я. — Чтобы не заблудиться.

— У Велиуса-картографа, конечно! — торговец указал рукой вверх по улице. — Лавка с вывеской в виде компаса. Не промахнешься. Только дороговато у него, карты-то дело тонкое.

Поблагодарив его, я направилась по указанному маршруту. Действительно, через несколько домов я увидела лавку с изящной вывеской: золотым компасом на синем фоне. Буквы под ним гласили: «Велиус-картограф. Карты всех земель. Точность гарантирована».

Глава 15

Внутри лавки царил приятный полумрак и пахло пергаментом и чернилами. Стены были увешаны картами разных размеров — от маленьких схем отдельных городских кварталов до огромных карт целых королевств. За прилавком сидел пожилой мужчина в очках, склонившийся над какой-то картой и что-то аккуратно дорисовывающий тонкой кистью.

— Добро пожаловать! — поднял он голову, увидев меня. — Меня зовут Велиус. Что вас интересует?

— Мне нужна подробная карта Лазурной Гавани, — сказала я. — Я здесь впервые и хотела бы лучше ориентироваться.

— Прекрасный выбор! — оживился картограф. — У меня есть несколько вариантов. Вот простая схема с основными улицами. Она стоит один серебряный. А вот подробная карта со всеми лавками, мастерскими и достопримечательностями — три серебряных.

Я выбрала подробную. Деньги у меня пока были, а информация в незнакомом городе стоила любых затрат.

Велиус развернул передо мной красивый пергаментный лист с тщательно прорисованной картой. Лазурная Гавань действительно была разделена на четыре района.

— Вот смотрите, — объяснял картограф, водя пальцем по карте. — Внизу у моря — Портовый квартал. Там доки, склады, таверны для моряков. Народ попроще, скажем так. Выше — Средний квартал, где живет основная часть горожан и располагается главный рынок. Еще выше — Верхний город, там особняки богатых семей и Дом гильдий, где заседает городское управление. А вот здесь, — он указал на участок справа от основной части города, — Ремесленный квартал. Там мастерские кузнецов, ткачей, алхимиков и прочих.

— А что это за обозначения? — спросила я, разглядывая мелкие символы на карте.

— Это отметки важных заведений, — гордо объяснил Велиус. — Вот молот — кузница. Ступка — лавка алхимика или лекаря. Книга — библиотека или лавка со свитками. Кошелек — менялы. Кристалл — магические лавки. Бокал — таверны. Очень удобно для приезжих.

Я изучила карту более внимательно. В Верхнем городе, помимо жилых домов, отмечались: Дом гильдий, резиденция градоначальника, храм Морской богини и несколько особняков знати. В Среднем квартале — главный рынок, небольшой храм, школа, бани и множество лавок. Ремесленный квартал изобиловал мастерскими всех мыслимых профессий. А Портовый квартал... ну, там в основном были склады, доки и заведения довольно сомнительной репутации, судя по названиям.

— Скажите, — обратилась я к картографу, — а в городе есть магические удобства? Освещение, очистка воды?

— Конечно! — кивнул Велиус. — В Верхнем городе и части Среднего квартала установлены кристаллы освещения на столбах. Очень удобно. А в домах зажиточных граждан есть кристаллы очистки воды — никакой заразы, всегда свежая и вкусная. Правда, удовольствие не из дешевых. Кристалл освещения для дома стоит пять серебряных, а срок службы — месяц. Кристалл очистки воды — семь серебряных, но работает полгода.

«Для местных жителей это, видимо, целое состояние, — подумала я. — Если ужин в таверне стоит пять медяков, то кристалл освещения — это десять ужинов. Неудивительно, что магические удобства доступны только богачам».

Свернув карту и спрятав ее в сумку, я отправилась на более подробную прогулку по городу. Теперь, когда у меня была подробная схема, я могла исследовать Лазурную Гавань системно.

Первым делом я решила подняться в Верхний город: мне было любопытно посмотреть, как живут местные богачи.

Улицы здесь действительно разительно отличались от портового района. Мощение было аккуратнее, дома — больше и красивее, а главное — чисто. Никакого мусора, запаха рыбы или водорослей.

Особняки поражали разнообразием архитектурных стилей. Одни были построены в классическом имперском стиле: строгие каменные фасады с колоннами и фронтонами. Другие явно несли влияние морской культуры: с башенками, напоминающими маяки, и балконами, стилизованными под корабельные мостики.

Но больше всего меня впечатлили магические элементы. У входа в один из особняков я заметила фонари, в которых вместо огня мягко светились голубоватые кристаллы. У другого дома дверная ручка была явно зачарована — она сама повернулась, когда к ней подошла хорошо одетая женщина, очевидно, хозяйка.

«И это называется обычная провинция, — с иронией подумала я. — А что же тогда творится в столице?»

Дом гильдий оказался внушительным трехэтажным зданием из белого камня, с широкими ступенями и резными колоннами у входа. Над дверями красовался герб города — якорь и штурвал, переплетенные лентой с надписью «Лазурная Гавань — врата к морским дорогам».

Возле здания сновали люди в добротной, но деловой одежде, очевидно, представители различных гильдий и торговцы, пришедшие по своим делам. Меня поразило разнообразие: здесь были и загорелые капитаны торговых судов в практичных синих камзолах, и элегантные дамы в дорогих платьях, наверняка жены судовладельцев, и даже несколько человек в мантиях алхимиков с серебряными брошами на груди.

«Интересно, насколько сложно здесь получить разрешение на торговлю?» — мысленно отметила я, разглядывая табличку у входа. Там были указаны часы приема по различным вопросам.

Спустившись обратно в Средний квартал, я направилась к главному рынку. Уже издалека слышался гул голосов, крики торговцев и общий шум, характерный для любого большого базара.

Глава 16

Рынок располагался на просторной площади, окруженной двухэтажными домами с аркадами на первых этажах. Под этими аркадами теснились лавочки с более дорогими товарами, а на самой площади стояли ряды простых деревянных лотков и возов.

Я медленно прошлась между рядами, изучая ассортимент и прислушиваясь к разговорам торговцев с покупателями. Информация о ценах была для меня жизненно важной: ведь мои золотые когда-нибудь закончатся.

— Свежая рыба! — кричал краснолицый торговец, размахивая серебристой тушкой. — Только что с лодки! Морской окунь — восемь медяков за фунт! Скумбрия — пять медяков!

— Овощи! Фрукты! — вторила ему полная женщина за соседним лотком. — Капуста — три медяка за кочан! Морковь — медяк за пучок! Яблоки южные — серебряный за корзину!

Я быстро прикинула: если обед в таверне стоит пять медяков, то на рынке на эти же деньги можно купить фунт хорошей рыбы. Значит, готовая еда здесь ценится довольно высоко, что логично для портового города, где многие слишком заняты, чтобы готовить самостоятельно.

Мое внимание привлек ряд с тканями. Здесь торговали не только обычными льном и шерстью, но и явно магическими материалами. Один торговец демонстрировал ткань, которая меняла цвет в зависимости от освещения, другой показывал покупательнице плащ, с которого дождевые капли скатывались, не оставляя следа.

— Плащ путешественника, — объяснял торговец. — Никакая непогода не страшна! Правда, удовольствие не дешевое — десять золотых. Но он прослужит лет двадцать, не меньше.

«Десять золотых, — отметила я. — Хотя если он действительно служит двадцать лет...».

Одежда, в том числе и плащ, у меня были, поэтому надолго задерживаться в этом ряду я не стала.

В ряду со специями и травами я остановилась подольше. Здесь были не только обычные приправы, но и чай! Правда, выбор оказался весьма скромным.

— А что у вас есть из чая? — спросила я у торговца, худощавого мужчины с остроконечной бородкой.

— Чай? — он почесал затылок. — Ну, есть обычный черный, с острова привозят. Вот этот, — он показал на мешочек с темными листьями. — Серебряный за полфунта. И еще травяной местный — из морских водорослей с мятой. Но это больше лечебный, для желудка полезно.

Я взяла щепотку черного чая и понюхала. Качество было... ну, скажем так, очень посредственное. Явно долго хранился, аромат слабый, листья пересушенные.

— А других сортов нет? Зеленого, например, или с добавками?

Торговец удивленно посмотрел на меня:

— А зачем? Чай он и есть чай. Главное, чтобы горячий был и бодрил.

«О боже, — мысленно простонала я. — Эти люди понятия не имеют о настоящем чае. Для них это просто горячий напиток для бодрости».

Купив небольшой пакетик черного чая — все же лучше чем ничего — я продолжила изучение рынка.

В ряду с магическими товарами глаза разбегались от разнообразия.

— Кристаллы освещения! Кристаллы очистки! Кристаллы связи! — кричал торговец. — Лучшие цены в городе! Гарантия качества от магов Серебряной башни!

Я подошла поближе. Ассортимент действительно впечатлял: кристаллы всех размеров и оттенков, аккуратно разложенные в мягких футлярах. Некоторые слабо светились, другие издавали едва слышное гудение.

— Кристалл освещения для дома, — показывал торговец покупателю бледно-голубой камень размером с куриное яйцо. — Очень удобно — хватает на месяц, светит лучше десяти свечей!

— А кристаллы связи? — поинтересовалась я.

— О, это для богачей! — торговец показал пару изящных кристаллов в серебряной оправе. — Позволяют разговаривать на расстоянии до трех дней пути. Пара стоит пятьдесят золотых. Но для торговцев — незаменимая вещь!

Магический аналог рации. Недешево, но, если учесть, что альтернативы нет вообще, цена вполне логичная.

Обойдя весь рынок, я направилась в Ремесленный квартал. Здесь царила своя особая атмосфера: стук молотов, скрежет пил, запахи кожи, металла и различных масел. Каждая мастерская была маленьким миром со своими правилами и традициями.

В кузнице Эдгара — того самого, чью вывеску я видела утром — было жарко как в пекле. Сам мастер, мускулистый мужчина лет сорока, работал у наковальни, покрытый потом и сажей. Рядом с ним колдовал подмастерье, явно его сын — черты лица очень похожие.

— Добро пожаловать! — крикнул Эдгар, не отрываясь от работы. — Если нужно что-то починить или изготовить — обращайтесь!

Я оглядела мастерскую. Помимо обычных инструментов здесь были и явно магические приспособления: молот, который сам поднимался и опускался, поддерживая ритм, клещи, которые не нагревались даже при работе с раскаленным металлом.

— Скажите, — спросила я, — а сколько стоит изготовить, например, металлический поднос? Или чайник?

Эдгар наконец оторвался от наковальни и внимательно посмотрел на меня:

— Зависит от размера и материала. Простой железный поднос — два серебряных. Из хорошей стали — четыре. А чайник... — он почесал бороду. — Дело тонкое. Нужно, чтобы не протекал, ручка удобная была. Серебряных шесть, не меньше.

«Недешево, — подумала я. — Но если я действительно решу открыть чайную...»

В мастерской гончара было тише и прохладнее. Пожилой мастер по имени Корнелий показал мне свои работы: изящные чашки, блюдца, заварочные чайники. Качество

— Чайный сервиз на шесть персон, — объяснял он, показывая аккуратно расписанные чашки, — стоит три серебряных. А если заказывать сразу много, скидку сделаю.

В лавке алхимика пахло травами и какими-то химикатами. Сам алхимик, тощий человек в очках, больше напоминал ученого из моего мира, чем средневекового колдуна.

— У меня можно приобрести различные снадобья, — объяснил он, показывая полки с пузырьками и баночками. — От головной боли, для улучшения пищеварения, тонизирующие настои. А также компоненты для самостоятельного приготовления.

— А есть что-нибудь для улучшения вкуса напитков? Или ароматизаторы?

Алхимик оживился:

— Конечно! У меня есть эссенция лимона, апельсина, даже розы. Правда, недешевые — серебряный за маленький пузырек. Но хватает надолго, достаточно нескольких капель.

Я купила по пузырьку лимонной и апельсиновой эссенции. Если все пойдет по плану, они мне пригодятся.

К середине дня я решила спуститься в Портовый квартал. Днем он не казался таким уж опасным, скорее колоритным. Здесь кипела своя особая жизнь: грузчики таскали тюки с товарами, моряки чинили сети, торговцы рыбой зазывали покупателей.

Но заведения здесь действительно были весьма сомнительными. «Пьяный краб» — таверна с грязными окнами и пьяными посетителями уже в обеденное время. «Дом морских удовольствий» — название говорило само за себя. «Логово контрабандистов» — даже не скрывали свою специализацию.

И везде — только эль, дешевое вино и крепкие напитки. Ни в одном заведении я не увидела даже намека на чай или другие безалкогольные напитки, если не считать воды.

Зайдя в одну из более приличных таверн — «Морской конек» — я решила расспросить хозяина.

— Скажите, а у вас нет чая? — спросила я у бармена, крепкого мужчины с татуировкой якоря на руке.

— Чая? — он удивленно поднял бровь. — А зачем? У нас есть отличный эль, ром с Южных островов, вино...

— Ну, вдруг кто-то не пьет алкоголь?

Бармен рассмеялся:

— Девушка, ты в портовом городе! Здесь все пьют. Кто не пьет — тот либо больной, либо не местный.

«Или у того просто есть вкус», — мысленно добавила я.

Обойдя еще несколько заведений в разных частях города, я окончательно убедилась: «Соленая русалка» действительно была единственным местом, где подавали нормальную еду и имели хотя бы какой-то выбор напитков. Но и там чайная карта ограничивалась простым черным чаем и травяным отваром.

«А ведь это прекрасная возможность, — думала я, медленно поднимаясь от порта к центру города. — В городе много жителей, приезжают торговцы, моряки, путешественники. И при этом нет ни одного места, где можно спокойно посидеть за чашкой хорошего чая, почитать, поговорить...»

Конечно, местная культура была в основном питейной. Но ведь должны же быть люди, которые предпочли бы альтернативу алкоголю? Женщины, которые хотели бы спокойно посидеть с подругами? Торговцы, которым нужно сохранять ясную голову во время переговоров?

Глава 17

К вечеру, изрядно уставшая от долгой прогулки, я вернулась в «Соленую русалку». Харрис и Марта встретили меня как старую знакомую.

— Ну как, понравился наш город? — поинтересовалась Марта, подавая мне тарелку с рыбным рагу.

— Очень, — честно ответила я. — Красивое место. И люди приветливые.

Рыбное рагу оказалось выше всех похвал. Марта явно знала толк в готовке: кусочки рыбы буквально таяли во рту, а овощи сохранили легкую хрусткость. К рагу полагался ломоть свежего хлеба, еще теплого, с хрустящей корочкой. За окнами таверны постепенно сгущались сумерки, а в зале зажигались кристаллы освещения, создавая уютную атмосферу.

«Интересно, сколько Харрис тратит на эти кристаллы в месяц? — размышляла я, наблюдая за мягким голубоватым светом. — Если один домашний кристалл стоит пять серебряных и работает месяц, то на заведение такого размера нужно минимум семь. Тридцать пять серебряных только на освещение... Немало».

После ужина я поднялась в свой номер. Достала блокнот и перо, которые купила днем у торговца писчими принадлежностями (обошлись в пять медяков), и уселась за столик. При свете маленького кристалла освещения я начала записывать свои наблюдения и планы.

«Итак, — писала я, периодически обмакивая перо в чернильницу, — ситуация следующая: город портовый, народу здесь хватает. Много постоянных жителей плюс временные посетители. Заведения общественного питания ориентированы исключительно на алкоголь. Единственная приличная таверна — "Соленая русалка". Конкуренции в сфере чайных напитков практически нет».

Дальше я принялась подсчитывать финансы. У меня оставалось девяносто шесть золотых после покупки телепортационного кристалла и мелких трат. В принципе, неплохая стартовая сумма по местным меркам.

«Аренда помещения — нужно узнать цены. Мебель — можно заказать у местных ремесленников или поискать подержанную. Посуда — у гончара Корнелия. Продукты...»

Тут я задумалась. Чай здесь был, но качество оставляло желать лучшего. Возможно, стоит поискать поставщиков в других городах? Или даже попробовать наладить прямые поставки с плантаций?

«А ведь у меня есть чайник, — вспомнила я, взглянув на мешочек с "приданым". — Может, он не просто красивый, а имеет какие-то особые свойства? В мире, где существует магия, это вполне возможно».

Я достала изящный серебряный чайничек и внимательно рассмотрела гравировку при свете кристалла. Узоры были необычные — не просто декоративные завитки, а какие-то символы.

«Завтра обязательно покажу его кому-нибудь знающему. Может, тому алхимику?»

Планируя дальше, я прикидывала возможное меню. Помимо различных сортов чая, можно было бы предлагать легкие закуски — печенье, пирожки, фрукты. Создать атмосферу, располагающую к неспешному общению и отдыху.

«Главное, не конкурировать с "Соленой русалкой" напрямую, — размышляла я. — Харрис и Марта хорошие люди, не хочется портить с ними отношения. Моя ниша — дневное время, другой контингент, другой формат».

За окном совсем стемнело. В городе зажглись уличные кристаллы освещения, превращая Лазурную Гавань в россыпь голубоватых огоньков, спускающихся к морю. Шум прибоя действовал успокаивающе, и усталость дня начала брать свое.

Я сложила записи, сходила в волшебную ванну, приготовилась ко сну и легла в постель. Засыпая под мерный шум волн, я думала о завтрашнем дне. Нужно найти подходящее помещение, и тогда можно будет переходить от планов к действиям.

Утро встретило меня криками чаек и запахом свежеиспеченного хлеба, доносившимся из кухни таверны. Я быстро умылась, привела себя в порядок и спустилась завтракать. Марта, как всегда бодрая и приветливая, подала мне тарелку каши с медом и сухофруктами, а также чашку того самого посредственного чая.

— Сегодня собираюсь поискать место для жилья, — сообщила я хозяйке. — Может, что-то посоветуете?

— Смотря что тебе нужно, дорогая, — ответила Марта, вытирая руки фартуком. — Если просто комнату снимать, в Среднем квартале есть несколько домов, где сдают. А если что-то побольше...

— Побольше, — кивнула я. — Может быть, даже

Марта задумчиво покачала головой:

— Тогда тебе к Бертраму. Он здесь главный по недвижимости — знает каждый дом в городе. Контора у него в Среднем квартале, на Торговой улице. Не промахнешься.

После завтрака я отправилась на поиски. Торговая улица оказалась главной артерией Среднего квартала — широкой, вымощенной добротным камнем, с вывесками самых разных заведений. Контора Бертрама располагалась в двухэтажном доме с большими окнами и табличкой «Недвижимость, аренда, продажа».

Сам Бертрам оказался толстым веселым мужчиной лет пятидесяти, с проседью в бороде и острыми карими глазами дельца.

— Значит, ищете помещение под коммерческую деятельность? — переспросил он, внимательно меня оглядывая. — А какого рода деятельность, если не секрет?

— Хочу открыть чайную, — честно ответила я.

Бертрам удивленно поднял брови:

— Чайную? Хм, оригинально. У нас таких заведений не было. Но почему бы и нет? — он достал толстую книгу и начал листать. — Посмотрим, что у меня есть...

Глава 18

Первым вариантом оказался подвал в торговом квартале.

— Большое помещение, — расхваливал Бертрам, ведя меня по узкой лестнице вниз. — Три золотых в месяц, никто не побеспокоит.

Помещение действительно было просторным, но влажность здесь стояла такая, что я почувствовала ее сразу же. Стены были покрыты плесенью, а в углу капало.

— Для чайной не подойдет, — покачала я головой. — Слишком сыро.

— Ну, тогда посмотрим другой вариант, — Бертрам не расстроился.

Следующим был второй этаж над лавкой тканей в том же квартале. Помещение оказалось светлым, с большими окнами, но хозяин лавки внизу сразу заявил:

— Двенадцать золотых в месяц, и никаких посетителей после заката!

«Двенадцать золотых за месяц… Слишком дорого для начала», — подумала я.

— Есть что-нибудь подешевле? — спросила я у Бертрама.

— Конечно есть! — он засуетился. — Вот, например, бывшая булочная в Нижнем квартале.

Бывшая булочная находилась в не самом лучшем районе, зато имела все необходимое: просторный зал, где раньше торговали хлебом, подсобное помещение и даже печь. Правда, печь требовала ремонта, а стены — покраски.

— Семь золотых в месяц, — объявил цену Бертрам. — И хозяин согласен на долгосрочную аренду.

Вариант был неплохой, но район меня не вдохновлял. Слишком близко к портовым кабакам и слишком далеко от приличной публики.

— А что еще есть?

— Склад у гавани, — предложил следующий вариант Бертрам. — Четыре золотых, но там шумно — корабли приходят и уходят.

Склад оказался огромным помещением, больше похожим на ангар. Даже если его как-то обустроить, атмосферы уютной чайной добиться будет сложно.

— Может, есть что-то среднее по размеру? — вздохнула я.

— А, вспомнил! — хлопнул себя по лбу Бертрам. — Есть комната над лавкой алхимика Филиппа. Он как раз ищет арендатора.

Мы направились в Ремесленный квартал, к уже знакомому мне алхимику. Филипп встретил нас радушно:

— А, недвижимостью интересуетесь? Проходите, покажу!

Помещение над алхимической лавкой состояло из двух комнат: одна побольше, другая поменьше. Окна выходили на оживленную улицу, потолки были достаточно высокими.

— Восемь золотых в месяц, — объявил цену Филипп. — А если будете у меня ингредиенты покупать для своих чаев, скидку сделаю.

Вариант был неплохой, но что-то меня смущало. То ли близость к алхимической лавке с ее специфическими запахами, то ли планировка...

— Покажите еще что-нибудь, — попросила я Бертрама.

— Последний вариант, — объявил он торжественно, — в Среднем квартале, недалеко от главной площади.

Мы поднялись по живописной улочке, вымощенной светлым камнем. Дома здесь были аккуратными, ухоженными, с цветочными ящиками на окнах. И вдруг Бертрам остановился возле трехэтажного здания из светло-серого камня с красной черепичной крышей.

— Вот оно, — объявил он. — Первый этаж.

Ключ повернулся в замке, и мы вошли внутрь. И я поняла — это именно то, что нужно!

Помещение состояло из трех комнат. Главная была просторной, с высокими потолками и большими окнами, выходящими на улицу. Отсюда даже виднелся кусочек моря между крышами домов — не прямой вид, но все же приятная деталь. Вторая комната, поменьше, явно предназначалась под кухню — здесь был очаг и полки для посуды. А третья, самая маленькая, могла служить кладовкой или даже жилым помещением.

— А если я здесь буду не только чайную держать, но и сама жить? — спросила я.

— Пожалуйста, — кивнул Бертрам. — Хозяин не против.

Я медленно обошла помещения, представляя, как здесь все будет выглядеть. В главном зале — столики с красивыми скатертями, удобные стулья, полки с чаем и красивой посудой. На окнах — легкие занавески, пропускающие солнечный свет. В углу можно обустроить небольшую библиотечку для посетителей...

— Сколько? — спросила я, уже зная, что это мое место.

— Девять золотых в месяц, — объявил Бертрам.

Я попыталась сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри все пело от восторга. Девять золотых — это много, но не критично. А если дело пойдет хорошо...

— А если сразу за полгода заплатить? — поинтересовалась я, вспоминая опыт переговоров из прошлой жизни.

Бертрам заинтересованно прищурился:

— М-м-м... За полгода вперед... Пятьдесят золотых вместо пятидесяти четырех.

«Всего четыре золотых скидка, — подумала я. — Не густо. Но все же экономия».

— А можно с хозяином поговорить напрямую? — решила попробовать я другой подход.

— Хозяин — это я, — усмехнулся Бертрам. — Дом мой.

«Ну конечно, — мысленно хмыкнула я. — Как же я сразу не догадалась».

Мысленно я аплодировала Бертраму — он оказался еще тем пройдохой! Сначала показал мне все самые неподходящие варианты, чтобы потом его помещение выглядело настоящим сокровищем. В своем мире я бы точно сказала ему пару ласковых слов о его методах продаж, но здесь, в этом магическом мире, мне приходилось играть по местным правилам.

— Хорошо, — сказала я, принимая деловое выражение лица. — Шесть золотых в месяц — и мы договорились.

— Девять, — невозмутимо повторил Бертрам, но в его глазах я заметила готовность к торгу.

— Шесть с половиной, — настаивала я. — И я сразу же начинаю обустройство. Это будет приносить дому престиж — первая чайная в городе.

Бертрам задумчиво почесал бороду:

— Престиж — это хорошо... Но коммунальные услуги кто оплачивать будет? Заряжать кристаллы освещения, кристаллы подачи и очистки воды...

«Ага, значит, еще и дополнительные расходы будут», — отметила я про себя.

— Если все коммунальные расходы входят в арендную плату, то семь золотых, — сказала я твердо. — И договор на год.

— Восемь золотых, коммунальные услуги включены, договор на полгода с правом продления, — контратаковал Бертрам.

— Семь золотых, все включено, договор на год, и я делаю ремонт за свой счет, — решила пойти ва-банк.

Бертрам внимательно посмотрел на меня, словно оценивая, насколько я серьезно настроена.

— Вы умеете торговаться, девушка, — признал он с некоторым уважением. — Семь золотых в месяц, все включено, договор на год.

«Семь золотых! — ликовала я внутренне. — Отлично!»

— Согласна, — кивнула я, стараясь выглядеть так, словно это был болезненный компромисс.

— Тогда пошли в мою контору, оформим все как положено, — Бертрам запер дверь, и мы направились обратно к его офису.

Глава 19

В конторе он достал свиток пергамента и начал записывать условия нашего договора изящным почерком:

«Договор аренды помещения по адресу улица Торговая, дом семнадцать, первый этаж. Арендодатель — Бертрам Железобровый, арендатор — Луиза...» — он поднял взгляд. — А фамилия у вас какая?

Черт! Я же не знала полного имени той девушки, в чье тело попала. Элеонора называла меня просто сестрой и леди Луизой...

— Де Монфор, — рискнула я, вспоминая, что Элеонора что-то такое упоминала о нашем роде.

— О! — Бертрам удивленно поднял брови. — Знатного рода, значит? Интересно... А почему тогда чайную открываете, а не замуж выходите?

«Потому что от замужества как раз и сбежала», — подумала я, но вслух сказала:

— Хочется самостоятельности. Свое дело — это же так интересно!

— Дамы из знатных семей редко торговлей занимаются, — задумчиво проговорил Бертрам. — Но времена меняются... Ладно, пишу «Луиза де Монфор». Срок аренды — один год, арендная плата — семь золотых в месяц, оплачивается в первое число каждого месяца...

Пока он писал, я оглядывалась по сторонам. Стены конторы были увешаны картами города, планами зданий, какими-то документами. На полках стояли свитки, а в углу на специальной подставке лежал большой кристалл связи.

— Вот, — Бертрам закончил писать и протянул мне свиток. — Читайте, проверяйте.

Я внимательно изучила документ. Почерк был красивым, но витиеватым, и мне потребовалось время, чтобы разобрать все условия. В принципе, все соответствовало нашим договоренностям.

— А как подписывать? — спросила я.

— Подпись и капля крови на пергамент, — невозмутимо объяснил Бертрам. — Это магическая защита от мошенничества.

Бертрам достал маленький серебряный стилет и проколол мне кончик пальца. Капля крови упала на пергамент и тут же впиталась, оставив едва заметное красноватое пятнышко, которое слабо светилось в течение нескольких секунд.

— Готово! — объявил Бертрам, проделав то же самое со своим пальцем. — С завтрашнего дня помещение ваше. Первый месяц оплатите сейчас, а дальше — как договорились.

Я отсчитала семь золотых монет — они были довольно тяжелыми, с изображением короля на одной стороне и герба королевства на другой.

— А ключи? — спросила я.

— Вот, держите, — Бертрам протянул мне связку из трех ключей. — Этот от входной двери, этот от задней, а маленький — от кладовки. И вот еще... — он порылся в ящике стола. — Памятка для начинающих предпринимателей.

«Памятка для предпринимателей» оказалась небольшой книжечкой, переписанной от руки.

— Там все основные требования городского управления, — пояснил Бертрам. — Какие документы нужны, куда обращаться, сколько платить. Без этого торговать нельзя — штрафы большие.

Я поблагодарила его и вышла на улицу, крепко сжимая в руке ключи от МОЕГО помещения. Правда, радость быстро сменилась пониманием того, что работы предстоит еще море.

«Так, — думала я, направляясь к «Соленой русалке», чтобы забрать свои вещи и переехать в новое жилище, — завтра с утра займусь документами. А пока посмотрю эту памятку».

В таверне я расплатилась с Мартой за все дни проживания (вышло четыре серебряных) и сообщила, что переезжаю.

— Ах, нашли что-то подходящее? — обрадовалась она. — Это хорошо! А если что понадобится — обращайтесь, мы тут всех знаем.

С моими скромными пожитками я добралась до нового дома. Открыв дверь собственным ключом — какое же это было прекрасное ощущение! — я прошла в самую маленькую комнатку, которая должна была стать моей спальней.

Комната была пустой, но чистой. Окно выходило во внутренний дворик, где росло несколько фруктовых деревьев. Вечерний свет проникал сквозь стекло, окрашивая стены в золотистые тона.

«Завтра куплю кровать, стол, стул... — планировала я. — А пока можно и на полу переночевать».

Я расстелила плащ, устроила импровизированную постель и села изучать памятку Бертрама при свете небольшого кристалла освещения, который обнаружила в главной комнате.

«Требования для получения торгового разрешения в городе Лазурная Гавань, — читала я. — Заявитель обязан:

1) Подать заявление в Городскую управу с указанием вида деятельности.

2) Предоставить документы, подтверждающие личность и правоспособность.

3) Получить справку об отсутствии задолженностей перед городской казной.

4) Уплатить регистрационную пошлину...»

Список требований оказался внушительным. Мне предстояло посетить как минимум пять различных учреждений, собрать кучу бумажек и заплатить несколько разных пошлин.

«Где же здесь пункт про налоги? — листала я дальше. — А, вот! Владельцы заведений общественного питания обязаны:

1) Состоять в Гильдии кулинаров или получить временное разрешение.

2) Соблюдать санитарные требования, утвержденные городским лекарем.

3) Уплачивать ежемесячный налог в размере одного золотого с каждых десяти золотых выручки...»

«Один золотой с десяти — это десять процентов, — прикидывала я. — Неплохо. А вот что такое Гильдия кулинаров?».

Дальше в памятке объяснялось, что все ремесленники и торговцы в городе объединены в гильдии по профессиям. Гильдия кулинаров объединяла поваров, кондитеров, содержателей таверн и прочих работников пищевой сферы. Членство давало определенные привилегии, но и обязывало соблюдать цеховые правила.

Я читала дальше, выписывая в свой блокнот основные пункты. К тому времени, когда я закончила изучение памятки, на улице уже совсем стемнело, и кристалл освещения стал светить ярче, реагируя на уменьшение естественного света.

«Итак, — подвела я итоги, — завтра мне предстоит марш-бросок по городским учреждениям. Сначала в Городскую управу, потом к городскому лекарю, затем в налоговую службу... А еще нужно познакомиться с Гильдией кулинаров».

Устроившись поудобнее на импровизированной постели, я представляла себе будущую чайную. Столики у окон, где посетители могли бы наблюдать за уличной жизнью... Витрина с красивыми чайниками и чашками... Полки с различными сортами чая... Может быть, даже организовать маленькую сцену для бардов в вечернее время?

Кстати, в этой суете я же совсем забыла про чайник! После того, как разберусь с местной бюрократией, надо не забыть показать его кому-нибудь знающему.

За окном постепенно стихли дневные звуки города, и я слышала только отдаленный шум прибоя да изредка шаги запоздалых прохожих по мостовой. Засыпая, я чувствовала странную смесь волнения и усталости. Первый день в качестве будущей предпринимательницы магического мира подходил к концу, а впереди ждали новые вызовы.

Утром я проснулась от звуков просыпающегося города: стука телег по мостовой, криков торговцев, лая собак. Солнечный свет заливал комнатку, и я почувствовала прилив энергии.

«Так, — бодро думала я, умываясь холодной водой из кувшина, который нашла в кухне, — сегодня день икс! Или день бюрократических мучений, что более точно отражает суть».

Глава 20

Быстро позавтракав лепешками, купленными вчера

Дом гильдий в Верхнем городе был мне уже знаком с моей прошлой прогулки. Уже с утра здесь толпился народ — торговцы, ремесленники, просители всех мастей.

Войдя в просторный холл, я растерялась. Здесь было множество дверей с табличками: «Гильдия торговцев», «Гильдия кузнецов», «Гильдия ткачей», «Налоговая служба», «Городская управа», «Санитарная инспекция»...

— Впервые здесь? — услышала я голос за спиной.

Обернувшись, я увидела пожилую женщину в строгом сером платье с табличкой «Справочная служба» на груди.

— Да, — кивнула я. — Хочу открыть заведение общественного питания. С чего начать?

— О, — женщина сочувственно покачала головой, — это не быстро. Сначала в Городскую управу, заявление подать. Потом к санитарному инспектору. Затем в Гильдию кулинаров. И в налоговую в конце. А между делом еще справки собирать придется.

«Как я и думала — квест на целый день, а то и на несколько», — мысленно вздохнула я.

— А где именно Городская управа?

— Второй этаж, третья дверь слева.

— Спасибо за справку! — поблагодарила я женщину и направилась к лестнице.

На втором этаже царила не менее оживленная атмосфера. У дверей Городской управы выстроилась небольшая очередь из торговцев и ремесленников, каждый с внушительной стопкой документов. Я встала в хвост, прислушиваясь к разговорам.

–...уже третий раз документы переделывают, — жаловался впереди стоящий мужчина в кожаном фартуке кузнеца. — То печать не та, то формулировка не подходит...

— А мне сказали, что без справки из Гильдии травников разрешение не дадут, — отвечала ему полная женщина с корзиной засушенных трав. — Хотя я уже двадцать лет на рынке торгую!

Отлично. Видимо, местная бюрократия способна дать фору любому российскому госучреждению.

Когда наконец подошла моя очередь, я оказалась перед высоким столом, за которым сидел мужчина лет сорока с тщательно ухоженной бородкой и явными признаками хронической усталости в глазах. Его стол был завален документами, а рядом стояла целая батарея разноцветных кристаллов, видимо, для копирования и заверения бумаг.

— Следующий! — монотонно произнес он, не поднимая головы.

— Добрый день, — начала я максимально вежливо. — Хочу подать заявление на получение торгового разрешения для заведения общественного питания.

Чиновник наконец поднял глаза и окинул меня оценивающим взглядом.

— Вид заведения?

— Чайная, — с гордостью ответила я.

Он нахмурился, словно услышал что-то подозрительное.

— Чайная? А что это такое? У нас в реестре разрешенных видов деятельности значатся: таверна, харчевня, пивная, винная лавка, кондитерская...

«Ну конечно! — мысленно застонала я. — В мире, где чай практически не пьют, моя идея выглядит как что-то из разряда фантастики».

— Это заведение, где подают различные виды чая и легкие закуски, — терпеливо объяснила я. — Что-то среднее между таверной и кондитерской, но без алкоголя.

Чиновник почесал бородку и покопался в своих бумагах.

— Без алкоголя? — переспросил он с недоумением. — А как же основная прибыль? Все знают, что деньги делаются на эле и вине!

«Да, местная бизнес-модель довольно специфична», — подумала я.

— У меня своя концепция, — дипломатично ответила я. — Можно зарегистрировать как кондитерскую с расширенным ассортиментом напитков?

— Кондитерская... — он снова залез в бумаги. — Тогда так и запишем.

Он достал чистый свиток и обмакнул перо в чернильницу.

— Имя?

— Луиза де Монфор.

Перо застыло над бумагой.

— Документы, подтверждающие личность?

И вот тут я поняла, что попала в самую настоящую бюрократическую ловушку. В этом мире, оказывается, существовала целая система документооборота, о которой я понятия не имела.

— Какие именно документы нужны? — осторожно спросила я.

Чиновник посмотрел на меня с удивлением.

— Удостоверение личности с печатью, конечно же! Или хотя бы рекомендательное письмо от известного горожанина. Без документов я не могу принять заявление.

«Разумеется, — подумала я. — А где же мне взять эти документы, если я беглая аристократка, которая скрывается от принудительного замужества?»

— А если документы утеряны? — попробовала я.

— Тогда нужно подавать заявление на восстановление в Канцелярию личных дел. Третий этаж, первая дверь справа. Но для этого нужны свидетели, которые подтвердят вашу личность, или справка с места последнего жительства.

Я почувствовала, как начинает закипать знакомое раздражение от бюрократических препон. В моем мире я уже сталкивалась с подобными ситуациями, когда для получения одной справки требовалось собрать десять других.

— А сколько стоит восстановление документов? — спросила я, мысленно готовясь к худшему.

— Пять серебряных плюс пошлина за срочность — еще два серебряных, если хотите получить в течение недели.

«Семь серебряных — это почти золотой, — прикидывала я. — Но деваться некуда».

— Хорошо, спасибо. Поднимусь в Канцелярию личных дел.

На третьем этаже атмосфера была еще более торжественной и пугающей. Высокие потолки, длинные коридоры, тишина, нарушаемая лишь скрипом перьев и шорохом бумаг. В Канцелярии личных дел сидел молодой клерк в очках.

— Я к вам по поводу восстановления документов, — обратилась я к нему.

Он поднял глаза от какого-то реестра и осмотрел меня с профессиональным интересом архивариуса.

— Фамилия, имя, место рождения, последнее место жительства? — затараторил он.

— Луиза де Монфор, — начала я, а дальше пришлось импровизировать. — Место рождения... северные земли. Последнее место жительства — тоже там.

— Северные земли — это обширно, — клерк нахмурился. — Конкретнее? Герцогство, графство, баронство?

«Отлично, теперь мне нужно придумать географию мира, в котором я никогда не жила», — подумала я.

— Я... не очень хорошо помню, — попробовала сыграть на потере памяти. — Была травма головы, память пострадала.

Клерк посмотрел на меня с сочувствием, смешанным с подозрением.

— Понятно. А свидетели у вас есть? Кто может подтвердить вашу личность?

— Пока нет, я недавно прибыла в город.

— Тогда это сложнее. — Он полез в какую-то папку. — Для лиц без определенного места жительства и свидетелей процедура особая. Нужно подать заявление на временное удостоверение личности. Оно действует полгода и дает право заниматься торговлей. За это время вы должны найти свидетелей из числа уважаемых горожан или получить справки из места рождения.

«Временное удостоверение мне подойдет», — подумала я.

— Сколько это стоит и сколько времени займет?

— Десять серебряных, срок изготовления — три дня. Но есть и срочная процедура за дополнительные пять серебряных.

Пятнадцать серебряных за срочность! Это полтора золотых — довольно серьезная сумма. Но ждать три дня означало откладывать открытие заведения.

— Беру срочную процедуру, — решительно сказала я.

Клерк кивнул и достал новый бланк.

— Заполните заявление. Имя, возраст, приметы, род деятельности. Распишитесь здесь и здесь. — Он указал на несколько мест в документе.

Пока я заполняла бумаги, он объяснил дальнейшую процедуру:

— К вечеру подходите. Мы проверим заявление, активируем идентификационный кристалл — он будет реагировать только на вашу магическую ауру — и выдадим временное удостоверение.

— А что такое магическая аура? — поинтересовалась я, подписывая документ.

— У каждого человека есть уникальная магическая подпись. Кристалл запомнит

«Понятно, как у нас отпечатки пальцев», — подумала я, отдавая заполненное заявление.

Расставшись с пятнадцатью серебряными, я покинула Канцелярию с облегчением. По крайней мере, завтра у меня будут документы.

Но день только начинался. Следующим пунктом значилась Гильдия кулинаров.

Глава 21

Спустившись на первый этаж, я без труда нашла нужную дверь — на ней красовалось изображение скрещенных поварешек и золотистого каравая. Внутри помещение напоминало смесь учебного класса и музея кулинарного искусства. На стенах висели портреты поваров, полки ломились от поваренных книг и свитков с рецептами, а в углу стояла витрина с образцами кондитерских изделий.

За длинным столом сидела женщина лет пятидесяти в белоснежном переднике, расшитом символами гильдии. Перед ней лежал раскрытый фолиант.

— Добро пожаловать в Гильдию кулинаров! — приветливо сказала она. — Мастер Розалинда к вашим услугам. Вы хотите вступить в гильдию?

— Да, планирую открыть заведение общественного питания. Кондитерскую с расширенным ассортиментом напитков, — использовала я уже отработанную формулировку.

— Прекрасно! — Мастер Розалинда оживилась. — Нам всегда нужны новые талантливые кулинары. Скажите, где вы обучались кондитерскому делу?

И снова я попала в ситуацию, когда нужно было объяснять необъяснимое.

— Я... самоучка, — осторожно ответила я. — Семейные рецепты, домашнее обучение.

Мастер Розалинда нахмурилась.

— Понимаю. Но для полноправного членства в гильдии требуется подтверждение квалификации. Либо диплом признанного кулинарного учебного заведения, либо рекомендация от мастера гильдии, либо успешная сдача практического экзамена.

— Видите ли, — решительно начала я, — я не планирую самостоятельно готовить кондитерские изделия. Я буду закупать продукцию у другого мастера, уже состоящего в гильдии. А сама сосредоточусь на создании уникальных напитков, которые будут идеально сочетаться с выпечкой.

Мастер Розалинда удивленно подняла бровь.

— Необычный подход. Тогда... — она помедлила. — Есть еще вариант для начинающих. Временное членство. Оно дает право работать под наблюдением полноправного мастера в течение полугода. Стоит один золотой, экзамен не требуется.

— А что значит под наблюдением мастера?

— Раз в месяц мастер-наставник проверяет ваше заведение, дает советы, следит за соблюдением стандартов гильдии. Если за полгода не будет нареканий, временное членство можно продлить или сдать экзамен на полноправного мастера со скидкой.

Это был самый оптимальный вариант. Один золотой вместо двух, плюс я получала консультации опытного мастера.

— Беру временное членство, — решила я.

— Отлично! — Мастер Розалинда достала новый бланк. — Заполните анкету. Кстати, а что за фирменные напитки вы планируете подавать?

— Различные виды чая. Черный, зеленый, с добавками, травяные смеси...

Женщина удивленно подняла брови.

— Чай? Но это же... довольно экзотично для нашего региона. Здесь больше любят эль, вино, медовуху...

— Именно поэтому это будет оригинально, — улыбнулась я, заполняя очередной бланк. — Новые вкусы, новые впечатления.

Интересно, сколько еще бланков мне предстоит заполнить сегодня?

Расставшись с золотым и получив временное членство в Гильдии кулинаров, я направилась к следующему пункту назначения — санитарной инспекции. Табличка на двери изображала скрещенные веник и кристалл очистки.

Кабинет санитарного инспектора оказался образцом стерильной чистоты. Даже воздух здесь казался каким-то особенно свежим, видимо, работали кристаллы очистки воздуха. За аккуратным столом сидел худощавый мужчина в безупречно белом халате.

— Инспектор Теодорик, — представился он, не поднимаясь. — По какому вопросу?

— Хочу открыть заведение общественного питания. Мне сказали, нужно получить санитарное разрешение.

Инспектор Теодорик достал из ящика стола увесистую папку и положил ее передо мной.

— «Санитарные требования к заведениям общественного питания города Лазурная Гавань», — торжественно произнес он. — Семьдесят три пункта, каждый из которых должен быть соблюден неукоснительно.

«Семьдесят три пункта! — мысленно застонала я. — И это в мире, где половина населения живет в домах без водопровода!».

— Основные требования я вам сейчас зачитаю, — продолжал инспектор, явно наслаждаясь процессом. — Кухонные поверхности должны быть выполнены из материалов, допускающих обработку кристаллами очистки. Посуда обязательно моется в воде, очищенной специальными кристаллами. Продукты хранятся в помещениях с кристаллами сохранности. Персонал проходит ежемесячный осмотр у городского лекаря...

Он продолжал читать, а я тем временем прикидывала расходы. Кристаллы очистки, кристаллы сохранности, особые материалы для поверхностей — все это стоило денег, которых у меня становилось все меньше.

— Сколько стоит получение санитарного разрешения? — перебила я монолог инспектора.

— Первичная проверка помещения — три серебряных. Если найдутся нарушения, повторная проверка — еще два серебряных. Годовое разрешение — пять серебряных.

— А когда можно провести проверку?

— После того, как помещение будет полностью оборудовано согласно требованиям, — назидательно произнес Теодорик. — До тех пор даже не думайте меня беспокоить.

«Замкнутый круг, — подумала я. — Чтобы оборудовать помещение, нужно знать требования. Чтобы узнать, правильно ли оборудовано, нужна проверка. А для проверки нужно сначала все оборудовать».

— А можно взять копию требований, чтобы изучить дома? — попросила я.

Инспектор важно кивнул и достал из стола свиток.

— Копирование документа — один серебряный.

«Конечно, даже за информацию нужно платить», — мысленно вздохнула я, но деваться было некуда.

Следующим пунктом была налоговая служба.

Глава 22

Следующим пунктом была налоговая служба. Кабинет налогового инспектора производил удручающее впечатление: серые стены, минимум мебели и мужчина за столом, который выглядел так, словно его главной радостью в жизни было отнимать у людей деньги.

— Инспектор Малахий, — буркнул он, даже не поднимая головы от документов. — Вид деятельности?

— Кондитерская с расширенным ассортиментом напитков.

— Ожидаемый оборот в месяц?

Я задумалась. Честно говоря, понятия не имела, сколько можно заработать на чае в мире, где его почти никто не пьет.

— Пока сложно сказать. Заведение новое, инновационное...

— Тогда ставлю средний оборот — пятьдесят золотых в месяц, — перебил меня Малахий. — Налог составляет один золотой с каждых десяти золотых, плюс городской сбор два золотых в месяц, плюс сбор на содержание городской стражи один золотой в месяц. Итого — восемь золотых в месяц при заявленном обороте.

«Восемь золотых! — ужаснулась я. — Это больше, чем я плачу за аренду помещения!»

— А если оборот будет меньше? — осторожно спросила я.

— Каждый месяц подаете декларацию с фактическим оборотом. Налог пересчитывается. Но минимальный городской сбор и сбор на стражу остаются неизменными.

— То есть даже если я ничего не заработаю, платить три золотых все равно придется?

— Именно, — с удовлетворением подтвердил налоговщик. — Бизнес — это риск. Регистрация в качестве налогоплательщика — два серебряных.

«Замечательно, — подумала я, отсчитывая монеты. — В моем мире налоговая система казалась сложной, но здесь она просто безжалостная».

После налоговой службы мне оставалось посетить еще несколько инстанций. В Гильдии торговцев мне объяснили, что для продажи чая нужна специальная лицензия на торговлю импортными товарами — еще три серебряных. В канцелярии городского планирования потребовали справку о том, что мое заведение не нарушает

К середине дня я оставила в администрации приличную сумму, а у меня еще не было ни одного готового к использованию разрешения.

В Гильдии ремесленников мне пришлось получить справку о том, что я не собираюсь заниматься производством мебели и кухонной утвари — оказывается, это была их монополия. Справка стоила серебряный и выдавалась после заполнения анкеты из двадцати пунктов.

Ближе к вечеру, когда солнце уже начинало клониться к закату, я наконец добралась до последнего пункта — Магической гильдии. Дверь в их кабинет украшали светящиеся руны, а воздух вокруг мерцал от избытка магической энергии.

За столом сидел молодой маг в традиционной синей мантии. Его стол был завален не бумагами, а кристаллами различных размеров и оттенков.

— Магистр Элрик, — представился он, и его голос отдавался легким эхом. — Планируете использовать магические устройства в заведении?

— Кристаллы очистки воды и освещения, — перечислила я. — Может быть, кристаллы сохранности для продуктов.

— Тогда вам нужна лицензия на использование бытовой магии. Но сначала нужно пройти инструктаж по технике безопасности.

«О нет», — подумала я. Я и в нашем мире ненавидела эту тягомотину.

— Кристаллы очистки нельзя ронять, — начал монотонно читать маг, не подозревая о моих мыслях. — При повреждении они могут взорваться или превратить воду в кислоту. Кристаллы освещения нужно менять строго по истечении срока службы. Просроченный кристалл может воспламенить все вокруг. Кристаллы сохранности требуют регулярной перезарядки. Если кристалл разрядится в неподходящий момент, все продукты мгновенно испортятся...

Он говорил еще минут двадцать, а я думала о том, что в моем мире водопровод хотя бы не грозил превратить воду в кислоту, если неправильно с ним обращаться.

— Лицензия стоит пять серебряных, — завершил он. — Плюс обязательная страховка на случай магического ущерба — десять серебряных в год.

«Пятнадцать серебряных за право пользоваться местным аналогом электричества и холодильника», — подсчитала я.

К вечеру я вернулась в Канцелярию личных дел за своим временным удостоверением. Клерк в очках передал мне небольшую кожаную папку с документами.

— Ваше временное удостоверение личности, — торжественно произнес он. — Действительно в течение полугода. Кристалл идентификации зашит в обложку — не повреждайте его.

Документ выглядел вполне солидно: плотная бумага, красивые печати, даже небольшой кристаллик в углу, который слабо светился при прикосновении.

— А что будет через полгода? — поинтересовалась я.

— Нужно будет либо получить постоянные документы, либо продлить временные. Для продления потребуются рекомендации от двух уважаемых горожан и справка об отсутствии долгов перед городской казной.

«Ну что ж, полгода — это достаточно, чтобы разобраться с ситуацией», — подумала я.

Выходя из душной атмосферы канцелярий на вечернюю улицу, я почувствовала облегчение, смешанное с изрядной долей раздражения. День был потрачен на беготню по кабинетам, а в кармане заметно полегчало. И это при том, что большую часть разрешений я еще даже не получила, а лишь подала заявки.

«Замечательная система, — думала я, шагая по мощеным улочкам в сторону своего будущего заведения. — Хочешь заниматься честным бизнесом — плати всем подряд. Интересно, а местные контрабандисты из "Логова" тоже бегают по инстанциям за лицензиями на незаконную торговлю?»

Как раз в этот момент, когда я мысленно иронизировала над местной бюрократией, из тени между домами вынырнула темная фигура.

— Леди, — тихо позвал чей-то голос.

Я обернулась и увидела молодого человека в черном плаще и широкополой шляпе, которая скрывала большую часть его лица. В вечернем полумраке он выглядел как персонаж из готического романа — таинственный и слегка зловещий.

— Да? — настороженно отозвалась я, инстинктивно сжав покрепче свою сумку.

— Не бойтесь, — тихо произнес незнакомец, подойдя ближе. — Я видел, как вы весь день бегали по кабинетам. Проблемы с документами?

Глава 23

Отлично. Теперь за мной еще и следят какие-то подозрительные типы в плащах. Чего же мне еще не хватало в этот замечательный день!

— А вас это касается? — холодно поинтересовалась я.

Вместо ответа он жестом пригласил меня отойти в сторону, за угол дома. Я колебалась: здравый смысл подсказывал, что следовать за незнакомцами в темные углы не самая удачная идея. Но любопытство оказалось сильнее осторожности.

За углом незнакомец остановился и, оглянувшись по сторонам, наклонился ко мне. Из-под шляпы я разглядела лишь контур сильной челюсти и усмешку.

— За десять золотых, — прошептал он, — все разрешения и документы будут лежать на вашем столе завтра утром. Со всеми печатями, подписями и кристаллами аутентификации.

Я моргнула, не сразу поняв, что услышала.

— Простите, что?

— Вы правильно расслышали. Десять золотых — и завтра утром у вас будет полный пакет документов для открытия заведения. Включая те, на которые обычно уходят недели ожидания.

«Десять золотых! — в моей голове прозвучал сигнал тревоги. — Это очень много».

— Вы шутите? — недоверчиво спросила я. — Это же... это невозможно.

Незнакомец пожал плечами.

— В этом мире возможно многое, леди. Особенно если знаешь нужных людей.

Я внимательно всмотрелась в его лицо, пытаясь понять, мошенник он или действительно может сделать то, что обещает. Но тень от шляпы скрывала глаза, а полуулыбка могла означать что угодно.

— Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — сказала я. — Откуда мне знать, что вы не обычный жулик, который исчезнет с моими деньгами?

— Никак, — спокойно ответил он. — Это вопрос доверия. И риска.

— Риска?

— Ваш риск — потерять десять золотых. Мой риск — гораздо серьезнее, если что-то пойдет не так.

В его голосе прозвучала какая-то нота, которая заставила меня поверить: он говорит серьезно. Это был не обычный уличный мошенник.

— А почему вы мне помогаете? — спросила я. — Мы же даже не знакомы.

— Скажем, мне нравятся люди, которые пытаются изменить что-то в этом городе. А чайная — интересная идея.

«Откуда он знает про чайную?» — удивилась я, но решила не заострять на этом внимание.

Я мысленно прикидывала варианты. С одной стороны, я уже потратила кучу денег на подачу заявлений, но нет никакой гарантии, что все документы действительно выдадут быстро. Местная бюрократия могла затянуть процесс на недели, а то и месяцы. С другой стороны, десять золотых — это действительно очень много.

— И что, завтра утром я просто найду все документы у себя на столе? — скептически уточнила я.

— Их принесет обычный мальчик-посыльный. Со всеми печатями и подписями. Проверить подлинность можете в любой инстанции.

Я стояла и колебалась. Здравый смысл кричал, что это слишком подозрительно. Но усталость от сегодняшней беготни и мысль о том, что завтра придется снова обивать пороги кабинетов, склоняли к риску.

— Как знаете, — пожал плечами незнакомец, видя мои колебания. — Предложение действует только сейчас.

«Типичное

Но с другой стороны, что у меня были за альтернативы? Продолжать бесконечную беготню по инстанциям, тратить время, нервы и, вполне возможно, еще больше денег на повторные справки и дополнительные пошлины?

— Хорошо, — решилась я наконец. — Согласна. Но если завтра утром документов не будет...

— Будут, — уверенно перебил он. — Где вас найти?

— Улица Торговая, дом семнадцать. Помещение на первом этаже.

Он кивнул, а я достала кошелек и отсчитала десять золотых монет.

— До утра, леди, — произнес незнакомец, спрятав монеты в складках плаща.

И прежде чем я успела что-то еще сказать, он развернулся и растворился в вечерних тенях так же внезапно, как и появился.

Я стояла на пустой улице, чувствуя себя полной идиоткой.

«Замечательно, — думала я, направляясь к своему арендованному помещению. — Первый день в качестве предпринимателя, и я уже отдала кучу денег человеку в подозрительном плаще. Если завтра утром никаких документов не будет, придется идти жаловаться в городскую стражу. А что я им скажу? "Извините, господин стражник, я отдала деньги таинственному незнакомцу за незаконное оформление документов"?»

К моему будущему заведению я добралась уже в полной темноте. Тяжелая деревянная дверь скрипнула, когда я толкнула ее, и я оказалась в пустом помещении, освещенном только лунным светом из окон.

Главный зал выглядел довольно уныло в темноте — голые стены, пыльный пол, паутина в углах. Сложно поверить, что из этого когда-нибудь получится уютная чайная.

«Ну что ж, — подумала я, расстилая свой дорожный плащ на полу в углу. — По крайней мере, крыша не протекает, и никто меня здесь не потревожит».

Я устроилась на импровизированной постели, используя свою дорожную сумку в качестве подушки. Через окна виднелся кусочек звездного неба, и доносился далекий шум прибоя.

«Интересно, — думала я, засыпая, — что бы сказала моя семья из прошлого мира, если бы узнала, что их дочь спит на полу в пустом помещении в каком-то волшебном городе?».

Впрочем, им было бы все равно. У родителей в деревне еще восемь детей, и принцип у них простой: исполнилось восемнадцать — вали на все четыре стороны, ты уже взрослый. Семейные отношения они не поддерживали, изредка мама звонила поздравить с праздниками и сообщить об очередной беременности.

«Грустно, конечно, — подумала я, закрывая глаза. — Но с другой стороны, никто особо переживать не будет. А здесь у меня есть шанс начать все с чистого листа».

Последнее, что я помнила перед тем, как заснуть, — это тихий плеск волн за окном и странное ощущение, что завтра моя жизнь изменится окончательно.

* * *

Утром меня разбудил стук в дверь. Солнечные лучи уже заливали помещение, а я чувствовала боль в спине, от того, что спала на полу.

«Неужели...» — подумала я, поднимаясь с пола и приводя в порядок помятую сорочку.

За дверью стоял мальчишка лет двенадцати в простой одежде посыльного. В руках у него была аккуратная кожаная папка.

— Леди Луиза? — спросил он.

— Да, это я.

— Вам документы, — он протянул папку. — Все как заказывали.

Я взяла папку дрожащими руками, не веря происходящему. Мальчик развернулся и убежал, прежде чем я успела его расспросить.

Внутри папки лежала аккуратная стопка документов. Разрешение на торговлю — с печатями и подписями. Санитарное свидетельство — с датой вчерашнего дня и пометкой "проверка пройдена успешно". Лицензия на использование магических устройств. Справка из налоговой службы о постановке на учет. Даже документ о соответствии заведения архитектурным требованиям квартала.

Все документы выглядели подлинными. Красивые печати с магическими символами, подписи должностных лиц, даже кристаллы аутентификации в нужных местах.

«Невероятно, — думала я, перебирая бумаги. — Он действительно сделал это».

Проверив документы еще раз, я убедилась, что все необходимые разрешения на месте. Более того, в папке лежал даже документ, о котором я и не подозревала — разрешение на работу в вечернее время.

«Таинственный незнакомец оказался честнее местных чиновников, — иронично подумала я. — По крайней мере, он выполнил обещанное».

Теперь передо мной стояла новая задача: превратить пустое помещение в уютную чайную.

Глава 24

Следующие дни пролетели как в тумане. Я с головой окунулась в обустройство своего заведения, стараясь не думать о том, что деньги тают в кошельке с каждым днем.

Первым делом я отправилась к местному плотнику. Его мастерская располагалась в Ремесленном квартале, и найти ее было несложно — запах свежих опилок и стук молотков слышались издалека.

Мастер Гарвин оказался мужчиной средних лет с мозолистыми руками и добродушным лицом. Он выслушал мои требования с профессиональным интересом.

— Столы, стулья, полки, кровать... — перечислял он, записывая в блокнот. — А что за заведение планируете?

— Чайную, — ответила я. — Нечто новое для города.

— Чай, говорите? — он почесал в затылке. — Интересно. Значит, столы нужны небольшие, для двух-четырех человек. Стулья удобные, чтобы люди могли подолгу сидеть и беседовать. Полки — для посуды и запасов чая.

Мне понравилось, что он сразу понял концепцию заведения.

— Именно, — кивнула я. — И все должно быть прочным, но при этом выглядеть уютно.

— Могу предложить дуб, — сказал Гарвин. — Прочный, красивый, хорошо обрабатывается. Четыре столика, шестнадцать стульев, полки для посуды, стеллаж для чая и кровать... Двадцать пять золотых. Но если заказываете все сразу — сделаю за двадцать два.

Я мысленно подсчитала остатки кошелька. После аренды, разрешений и прочих трат у меня оставалось чуть больше семидесяти золотых. Не густо, но и не критично.

— Договорились, — сказала я. — Когда будет готово?

— К концу недели управлюсь, — пообещал Гарвин. — А пока можете заказать посуду у Корнелия. Гончар он хороший, цены справедливые.

Следующие два часа я провела у гончара, разглядывая различные образцы посуды. В его мастерской пахло сыростью и землей, а на полках стояли ряды чашек, блюдец и тарелок.

— Для чайной, значит? — переспросил он, когда я объяснила, что мне нужно. — Тогда вам нужна особенная посуда. Чайники должны хорошо держать тепло, чашки — удобно лежать в руке. А блюдца не должны звенеть, когда на них ставят чашку.

Он показал мне несколько образцов, и я была приятно удивлена качеством. Глина была ровной, без трещин, а роспись, хоть и простая, выглядела аккуратно.

— Шесть чайных сервизов на четыре персоны каждый, плюс запасная посуда, плюс чайники для заваривания... — считал Корнелий, записывая мой заказ. — Восемь золотых, если делать в едином стиле. Голубая глазурь с белыми цветочками — будет красиво и не марко.

— Отлично, — согласилась я. — А сколько времени займет изготовление?

— Неделя на лепку и сушку, два дня на обжиг с росписью.

Следующие

— Сами шить будете? — удивилась торговка тканью, пухлая женщина средних лет. — А что, есть опыт?

— Немного, — скромно ответила я, не упоминая, что в моем «прошлом» мире в детстве я шила себе даже платья.

За ткань, нитки и иголки я отдала два серебряных. В принципе, не так дорого, учитывая, что скатерти на заказ стоили бы гораздо больше.

Но настоящим открытием стал местный травник. Его лавочка располагалась в переулке между Средним и Ремесленным кварталами, и пахло от нее на всю округу — смесь мяты, ромашки, каких-то экзотических специй и других ароматов, которые я не могла определить.

Сам травник, худощавый мужчина лет шестидесяти с проницательными зелеными глазами, встретил меня с любопытством.

— Чайную открываете? — переспросил он, когда я объяснила, зачем пришла. — Интересно, интересно. Давно пора в этом городе появиться чему-то помимо эля и дешевого вина.

Он повел меня вглубь лавки, где на полках стояли сотни банок и мешочков с травами.

— Для чайной вам понадобятся не только заварки, — сказал он задумчиво. — Вот, смотрите — лаванда. Если развесить пучки по углам, будет приятный аромат и спокойная атмосфера. Мята — освежает воздух, и ее можно заваривать как чай. А это — морская соль с травами. Если щепотку добавлять в чай, получится интересный вкус.

Я слушала, как зачарованная. В моем мире я знала о травах и специях довольно много, но здешние растения были частично незнакомыми.

— А это что? — спросила я, указывая на мешочек с серебристыми листочками.

— Морская мята, — объяснил травник. — Растет только здесь, у побережья. Очень освежает, помогает при морской болезни. Моряки ее любят, но в чистом виде не заваривают — слишком сильная. А вот в смеси с обычным чаем — то, что надо.

Я накупила различных трав на три серебряных, включая пучки лаванды для декора, несколько видов мяты, ромашку, какие-то местные ароматические травы и даже немного той самой морской мяты.

— Если что — приходите еще, — сказал травник на прощание. — У меня всегда есть что-то новенькое. А морякам скажите, что у вас морская мята есть — сразу клиенты появятся.

По дороге домой — а я уже начинала думать о помещении как о доме — зашла на пляж собрать ракушек для декора. Надо сказать, местное побережье было просто великолепным. Белый песок, прозрачная вода, а ракушки! Такого разнообразия я не видела даже в дорогих сувенирных лавках. Перламутровые, розовые, белоснежные, причудливых форм — настоящие произведения искусства.

Набрав полную корзину самых красивых экземпляров, я вернулась в свое заведение и впервые по-настоящему критически его оглядела. Пустые стены, деревянный пол, нуждающийся в тщательной уборке, паутина в углах. Много работы предстояло.

— Ладно, — сказала я вслух, засучивая рукава. — Не боги горшки обжигают.

Следующие три дня я мыла, скребла, оттирала и вообще приводила помещение в божеский вид. Мышцы болели как после занятий в спортзале, который я в прошлой жизни посещала от случая к случаю. Зато результат был налицо — помещение преобразилось.

Когда плотник привез мебель, я уже была готова ее принять. Гарвин не обманул — работа была выполнена качественно. Столы были гладкие, удобной высоты, стулья — с удобными спинками и сиденьями. Полки идеально подходили для посуды, а кровать выглядела достаточно удобной для ночевки.

— Добротная работа, — похвалила я, расплачиваясь с мастером.

— Спасибо, леди Луиза, — улыбнулся Гарвин. — Если что еще понадобится — обращайтесь.

Расставляя мебель, я впервые почувствовала, что мое заведение начинает превращаться из пустого помещения в настоящую чайную. Столики я поставила так, чтобы от каждого был виден кусочек моря в окне, но при этом посетители не сидели друг у друга на головах. Полки разместила вдоль одной стены — на них будет стоять посуда и банки с чаем.

Но самое интересное началось, когда я решила нанять мага для очистки помещения.

Глава 25

В лавке алхимика мне дали адрес некоего мастера Элрона, который специализировался на бытовой магии.

Мастер Элрон оказался молодым парнем лет двадцати пяти с веселыми карими глазами и копной рыжих волос. На вид совершенно не похожий на мага, скорее на обычного ремесленника.

— Магическая очистка помещения? — переспросил он, оглядывая мою чайную. — Можно сделать. От чего именно очищаем? От негативной энергии, злых духов, болезнетворных миазмов или просто общая очистка?

— А... общая, наверное, — ответила я, немного растерявшись. О злых духах я как-то не подумала.

— Понятно, заведение общепита, — кивнул Элрон. — Тогда полная программа. Очистка от негатива, защита от порчи еды, благословение на привлечение клиентов. Пять золотых.

— Пять золотых? — ахнула я. — За что?

— Леди, это не просто помахать палочкой, — серьезно сказал маг. — Я буду работать три часа. Сначала диагностика помещения, выявление проблемных зон. Потом очистка — изгнание всех негативных энергий, оставшихся от прежних жильцов. Затем защитные заклинания на еду и напитки — чтобы не портились и были полезными. И наконец, заклинание привлечения клиентов. Поверьте, после моей работы ваше заведение будет процветать.

В принципе, звучало неплохо. И если учесть, что одно заклинание защиты еды может сэкономить мне кучу денег на испорченных продуктах...

— Договорились, — решилась я.

Процесс оказался завораживающим. Элрон достал из сумки несколько кристаллов, какие-то травы и начал колдовать. Сначала он медленно обошел все помещение, держа в руке светящийся кристалл.

— Энергетика неплохая, — констатировал он. — Негатива немного, но есть. Вон в том углу кто-то плакал — женщина, скорее всего. А здесь была ссора. Но ничего критичного.

Он поджег травы в небольшой чашке, и по помещению поплыл странный, но приятный аромат — что-то среднее между ладаном и морским воздухом. Маг медленно носил дымящуюся чашку по всем углам, что-то шептал на непонятном языке.

Потом он взял другой кристалл — голубоватый — и начал второй круг.

— Теперь защита, — объяснил он. — Еда и напитки в этом помещении теперь не будут портиться быстро, а наоборот — станут полезнее и вкуснее.

И наконец, третий кристалл — золотистый.

— А это для привлечения клиентов. Люди будут чувствовать себя здесь спокойно и уютно, захотят вернуться.

Когда он закончил, я действительно почувствовала разницу. Воздух стал как-то... чище, что ли. Легче дышалось. И общее ощущение от помещения стало более дружелюбным.

Впрочем, за такое удовольствие пришлось выложить

Когда Корнелий привез посуду, я чуть не запрыгала от радости. Гончар сдержал слово — каждая чашечка была произведением искусства. Голубая глазурь переливалась на солнце, а белые цветочки выглядели так натуралистично, что хотелось их понюхать. Чайники были идеальной формы — не слишком большие, не слишком маленькие, с удобными носиками и ручками, которые не обжигали руки.

— Мастер, это просто великолепно, — искренне похвалила я, расплачиваясь с Корнелием.

— Для такого дела старался особенно, — улыбнулся гончар. — Если что еще понадобится — обращайтесь. Тарелки, салатники, блюда для сладостей...

Я мысленно отметила эту возможность. Если дела пойдут хорошо, обязательно закажу расширенный ассортимент посуды.

Расставляя новенькие сервизы на полках, я почувствовала, как мое заведение наконец начинает походить на настоящую чайную. Голубые чашечки прекрасно гармонировали с льняными скатертями, которые я за вечер умудрилась сшить для всех четырех столиков.

Но главным испытанием стало обустройство моей собственной комнатки. Кровать от плотника была добротной, но спать на голых досках как-то не хотелось. Пришлось отправляться в лавку, торговавшую домашним текстилем.

— Матрас, подушки, простыни, — перечисляла я пожилой торговке. — И одеяло. Что-то не слишком дорогое, но приличное.

— Девушка, а вы где жить-то собираетесь? — поинтересовалась женщина. — В собственном доме?

— В своем заведении, — ответила я. — Там есть отдельная комнатка.

— Ах, так вы та самая, что чайную открывает! — оживилась торговка. — Уже весь город говорит. Интересно, что у вас получится. Матрас из овечьей шерсти — восемь серебряных, подушки гусиные — по четыре серебряных за штуку, простыни льняные — три серебряных, одеяло тоже овечье — пять серебряных.

Два золотых за постельные принадлежности... Кошелек снова стал легче, но что поделать. Спать-то где-то надо, а снимать комнату в таверне накладно.

Обустроив свою спальню, я с удовлетворением оглядела результат. Маленькая, но уютная комнатка с кроватью под окном, из которого виднелся кусочек моря. На полу — простая циновка, на стене — небольшой крючок для одежды и картина какого-то местного мастера. Скромно, но мило. И главное — мое собственное пространство в этом странном мире.

А вот с поиском поставщиков началась настоящая морока. Еще в первый день я поняла, что с чаем тут не очень.

Первым делом я отправилась к торговцам, которые привозили чай. Таких оказалось всего двое в городе, и оба торговали в основном специями.

— Чай? — переспросил первый торговец, тучный мужчина с хитрыми глазками. — Есть, конечно. Черный, обычный. Серебряный за полфунта, как всегда.

Он показал мне мешок с сухими темными листьями. Аромат слабый, листья пересушенные и частично превратившиеся в труху.

— А других сортов нет? — спросила я.

— Каких других? Чай он и есть чай, — пожал плечами торговец.

У второго торговца дела обстояли не лучше. Именно у него я уже была в первый день знакомства с городом. Тот же самый чай сомнительного качества, те же цены. И никаких альтернатив.

— Слушайте, — обратилась я к нему, — а нельзя заказать чай получше? Более высокого качества?

Торговец задумался.

— Можно, конечно, но дорого выйдет. Хороший чай в столице стоит в три раза дороже. Плюс доставка, плюс мои услуги... Золотой за полфунта получится, не меньше.

Золотой! За полфунта чая!

— И сколько времени займет доставка? — поинтересовалась я.

— Месяц, если повезет с караванами, — честно ответил торговец.

Месяц ждать, а потом платить втридорога... Нет, это не вариант. Придется искать другие пути.

Глава 26

Отправившись к торговцам травами, я надеялась найти хоть что-то подходящее. И не прогадала! У одного из них, пожилого эльфа с длинными серебристыми волосами, оказался отличный выбор трав.

— О, леди интересуется травяными чаями? — спросил он, заметив мой интерес. — Тогда позвольте показать мои сокровища.

Он провел меня в глубину лавки, где на полках стояли десятки банок с различными травами. Многие я узнала — ромашку, мяту, липовый цвет, шалфей. Но были и совершенно незнакомые.

— Это что? — спросила я, указывая на банку с красивыми фиолетовыми цветками.

— Лунная фиалка, — объяснил эльф. — Растет только в горах, цветет под полной луной. Очень ароматная, успокаивает нервы. А это — огненный корень. Придает напиткам пряность и согревает в холодную погоду.

С каждой новой баночкой я все больше воодушевлялась. Да, с обычным чаем здесь проблемы, но зато какое разнообразие трав! Можно делать удивительные смеси, экспериментировать, создавать уникальные вкусы.

— А сколько стоят эти травы? — спросила я.

— По-разному, — ответил эльф. — Обычные — по пять медяков за унцию, редкие — по серебряному, совсем экзотические — по два-три серебряных.

Я накупила понемногу самых интересных трав, потратив на это около двух золотых. Дома, то есть в чайной, разложила покупки на кухне и принялась составлять план действий.

"Хорошо, — думала я, разглядывая свои сокровища, — обычный чай здесь плохой и дорогой, но у меня есть отличные травы. Значит, буду делать травяные смеси и позиционировать их как эксклюзив. Благо, в местном климате они будут актуальны".

Я взяла лист бумаги и начала записывать идеи для смесей:

"Морской бриз" — морская мята, обычная мята, лимонная трава и щепотка морской соли. Освежающий, идеально подойдет для жаркого дня.

"Рыбацкое утро" — ромашка, шалфей, мед. Успокаивающий, поможет после тяжелого дня в море.

"Закатное тепло" — огненный корень, корица, сушеные яблоки. Согревающий, для вечернего чаепития.

Записав с десяток вариантов, я почувствовала прилив энтузиазма. Да, это может сработать! Уникальные смеси, которых больше нигде не попробуешь. Люди любят эксклюзив, особенно если он еще и полезный.

Но чаем сытым не будешь. Нужна была выпечка, сладости, может быть, легкие закуски. И тут меня ждала приятная неожиданность.

В пекарне, которая располагалась в двух кварталах от моей чайной, работал мастер Уильям — молодой парень лет тридцати с мучными пятнами на фартуке и веселой улыбкой.

— Чайная? — переспросил он, выслушав мое предложение. — Интересно! А что вам нужно?

— Свежая выпечка каждый день, — объяснила я. — Булочки, печенье, может быть, какие-то пирожные. Что-то, что хорошо сочетается с чаем.

— Могу предложить медовые булочки — они у меня получаются отменно. Овсяное печенье с корицей, лимонные кексы, творожные рогалики... — перечислял пекарь. — А еще могу делать сезонную выпечку — с яблоками, ягодами, орехами.

— Замечательно! — обрадовалась я. — А что с ценами?

— Для постоянного клиента сделаю хорошую скидку, — подмигнул Уильям. — И обещаю всегда свежее, утром выпекаю.

Договорились, что он будет приносить мне выпечку каждое утро, а я буду платить в конце недели. Отличная схема — и мне удобно, и ему

Но самое интересное открытие ждало меня у травника. Я вернулась к нему, уже зная, что здесь можно найти настоящие сокровища.

— А, леди Луиза! — приветствовал меня знакомый травник. — Как дела с чайной?

— Движемся потихоньку, — ответила я. — А вот с травами хотелось бы еще поэкспериментировать. Что у вас есть из целебных растений?

— О, для лечебных чаев у меня богатый выбор, — оживился травник и повел меня в другую часть лавки, где стояли банки с подписями на непонятном языке.

— Это от головной боли, — объяснял он, показывая мне различные травы. — Это для пищеварения. А вот это очень интересная штука, называется "звездная пыль". Листья серебристые, растет в горных пещерах. Заваришь — и энергии прибавляется, сон как рукой снимает.

Я удивленно рассматривала незнакомое растение. Действительно, листочки были серебристого цвета и переливались на свету.

— А это безопасно? — осторожно поинтересовалась я.

— Абсолютно! — заверил травник. — Я сам пью постоянно. Правда, дороговато — пять серебряных. Но эффект потрясающий.

Пять серебряных... Но если это действительно так эффективно, можно позиционировать как премиум-напиток для усталых торговцев и моряков.

— Покажите еще что-нибудь необычное, — попросила я.

— Есть у меня одна редкость, — таинственно понизил голос травник. — "Морские слезы" называется. Растет под водой, собирать его могут только эльфы-водолазы. Заварка получается голубая, вкус сладковатый, а говорят, что помогает от морской болезни и придает ясность мыслям.

Он показал мне странные голубоватые водоросли, похожие скорее на кристаллы.

— Сколько стоит? — спросила я, уже предчувствуя ответ.

— Десять серебряных, — вздохнул травник. — Дорого, конечно, но это же эксклюзив! Больше ни у кого в городе не найдете.

Эксклюзив... Да, это как раз то, что нужно. В конце концов, купила у травника звездную пыль и морские слезы — пусть дорого, но зато у меня будут напитки, которого больше нигде не найти. А это уже половина успеха в бизнесе.

Вернувшись домой — забавно, как быстро я начала называть чайную домом — я принялась создавать полноценное меню. Взяв еще один лист бумаги, начала записывать:

Чайное меню.

Освежающие смеси:

— "Морской бриз" — 3 медяка

— "Утренняя свежесть" — 2 медяка

— "Портовый ветер" — 3 медяка

Согревающие смеси:

— "Закатное тепло" — 4 медяка

— "Рыбацкий костер" — 3 медяка

— "Зимний очаг" — 4 медяка

Целебные настои:

— "Морское спокойствие" (от головной боли) — 5 медяков

— "Звездная энергия" (бодрящий) — 1 серебряный

— "Желудок моряка" (для пищеварения) — 4 медяка

Эксклюзив:

— "Морские слезы" — 2 серебряных

К каждому чаю подавалась свежая выпечка от мастера Уильяма.

Перечитав меню, я довольно кивнула. Цены разумные, выбор интересный, есть как бюджетные варианты, так и премиум. Теперь оставалось самое главное — научиться все это правильно заваривать.

И вот тут-то меня ждало открытие. Когда я попробовала заварить первую пробную порцию "морского бриза" в обычном чайнике, получилась какая-то водичка с едва уловимым вкусом трав. Явно я что-то делала не так.

— Может быть, дело в воде? — размышляла я вслух, разглядывая неудачный результат.

Вспомнив материнский чайничек, который все это время лежал в моей дорожной сумке, я достала его и внимательно осмотрела. Серебряная поверхность переливалась в лучах солнца, а гравировка казалась еще более замысловатой, чем я помнила. Листья, цветы, какие-то руны...

"А что если попробовать?" — подумала я и ополоснула чайничек чистой водой.

Глава 27

Я засыпала в чайничек ту же смесь трав, что и в обычный чайник, залила горячей водой и подождала. Уже через минуту аромат разительно отличался от предыдущего — насыщенный, яркий, многогранный. А когда я попробовала...

— Вот это да! — вырвалось у меня.

Это был совершенно другой напиток! Вкус был глубоким, сбалансированным, каждая травка ощущалась отдельно, но при этом все сливалось в гармоничную симфонию. Даже простая морская мята заиграла новыми нотками.

Я тут же заварила несколько других смесей в материнском чайничке. Результат превзошел все ожидания: каждый настой получался идеальным, словно травы сами знали, в каких пропорциях нужно отдавать свои свойства воде.

"Определенно, этот чайничек не простой, — думала я, осторожно поворачивая его в руках. — Но что это может быть? Магия? В этом мире это вполне возможно..."

Нужно все-таки показать чайничек алхимику. Если в нем есть магия, специалист это определит.

Лавка алхимика располагалась в Ремесленном квартале, и найти ее было легко по характерному запаху трав и химикатов, который чувствовался за квартал. Здесь в свое время предлагал мне помещение Бертрам.

— Хм, интересная вещица, — пробормотал Филипп, взяв чайничек в руки и внимательно его изучая. — Видите эти руны? Они не декоративные, а функциональные. Серебро тоже особое — не простое, а зачарованное.

Он достал увеличительное стекло и склонился над гравировкой.

— Определенно, вещь магическая, — заключил алхимик через несколько минут. — Довольно мощно зачарованная, судя по сложности рунической вязи. Но вот на что именно... — он почесал затылок. — Руны частично стерты временем, да и стиль незнакомый. Возможно, это работа эльфийских мастеров, а может, и что-то более древнее.

— А вы не могли бы определить точнее? — спросила я с надеждой.

— Для этого нужно провести полный магический анализ, — ответил Филипп. — Займет несколько дней, стоить будет два золотых. Но гарантий дать не могу: если магия действительно древняя, она может оказаться за пределами моих знаний.

Два золотых... Солидная сумма, учитывая, что денег у меня оставалось все меньше. Но любопытство взяло верх.

— Хорошо, — согласилась я. — Проведите анализ. Но чайничек мне нужен для работы, так что без него долго обходиться не смогу.

— Понятно. Приходите через три дня, кое-что уже смогу сказать.

Оставив чайничек у алхимика (с тяжелым сердцем — уже успела к нему привыкнуть), я вернулась к подготовке. А подготавливать было что — до открытия оставалась всего неделя, а дел целая гора.

Прежде всего, нужно было довести до ума интерьер. Столы и стулья у меня были, посуда тоже, но чего-то не хватало для создания по-настоящему уютной атмосферы.

Проблему решили... полотенца. Да-да, самые обычные полотенца! В лавке текстиля я нашла красивые льняные полотенца с вышивкой в морской тематике — якоря, рыбки, ракушки. Повесив их на стены как декоративные панно, я сразу почувствовала, как преобразилось помещение.

Еще одной удачной находкой стали живые цветы. Оказалось, что в городе есть женщина, которая выращивает цветы специально для украшения домов. Маленькие горшочки с морской лавандой и какими-то местными суккулентами обошлись мне всего в несколько медяков, но придали чайной законченный, обжитой вид.

— Ишь ты, как преобразилось! — восхитилась жена трактирщика Марта, которая заглянула посмотреть на мои труды. — И уютно, и со вкусом. А пахнет-то как!

Действительно, смешение ароматов лаванды, сушеных трав и свежего морского воздуха создавало удивительную атмосферу спокойствия

Но расслабляться было рано. Пока я обустраивала интерьер, наступил час истины с деньгами. Подсчитав оставшиеся средства, я чуть не застонала: в кошельке оставалось всего три золотых.

"Элеонора дала мне все, что могла, — думала я, перебирая монеты. — Теперь все зависит только от меня. Если чайная не пойдет, я окажусь на улице без гроша в кармане в чужом мире. Веселенькая перспективка!"

Через три дня я вернулась к алхимику за чайничком. Филипп встретил меня с задумчивым видом.

— Результаты анализа весьма интересны, — сказал он, протягивая мне чайничек. — Вещь действительно зачарована магически, причем довольно искусно. Судя по всему, она усиливает природные свойства всего, что в ней заваривается — трав, специй, даже обычного чая. Но есть нюансы...

— Какие нюансы? — настороженно спросила я.

— Руны на поверхности... они не просто усиливающие. Там есть элементы, которые я не могу расшифровать. Возможно, это защитная магия, а возможно — что-то еще. Честно говоря, это выше моего уровня знаний. Нужен мастер-эксперт, но такого в нашем городе нет.

— А это может быть опасно? — поинтересовалась я, хотя за эти три дня без чайничка я уже убедилась, что без него мои травяные смеси получаются в разы хуже.

— Не думаю. Если бы в предмете была заложена разрушительная магия, я бы это почувствовал. Скорее всего, это просто очень качественная бытовая магия, возможно, семейная реликвия. Пользуйтесь на здоровье.

Забрав свое сокровище, я поспешила домой. Время поджимало — до открытия оставалось всего четыре дня, а я еще не начинала рекламную кампанию.

Да-да, самая настоящая рекламная кампания! В этом мире, конечно, не было интернета и социальных сетей, но сарафанное радио работало ничуть не хуже.

Первым делом я заказала у местного писца красивые объявления. Писец — худощавый молодой человек с чернильными пятнами на пальцах — выслушал мои требования с интересом.

— Чайная? — переспросил он. — И правда, в городе такого еще не было. А что написать-то?

Я продиктовала текст, который сочинила накануне:

"Открывается чайная "Луиза"!

Уникальные травяные смеси, неведомые доселе вкусы!

Чаи для бодрости, для спокойствия, для здоровья!

Свежая выпечка каждый день!

Уютная атмосфера для отдыха души!

Адрес: Торговая улица, дом 17

Открытие через четыре дня!".

Название «Луиза» я выбрала не случайно — это была моя давняя мечта, которая наконец-то воплощалась в жизнь. Пусть и в другом мире, но суть оставалась той же: создать уютное место, где люди смогут насладиться хорошим чаем.

— Хм, звучит заманчиво, — признал писец. — Сколько экземпляров делать?

— Двадцать, — ответила я. — И на хорошей бумаге, чтобы презентабельно выглядело.

Пять медяков за объявления — трата небольшая, но результат превзошел ожидания. Развесив красивые листки в самых людных местах — у входа на рынок, возле пристани, на досках объявлений в тавернах — я уже на следующий день заметила, что люди останавливаются, читают, обсуждают.

— Ты слышала про новую чайную? — услышала я разговор двух женщин на рынке. — Говорят, там какие-то особенные напитки будут.

— А что такого в чае? — пожала плечами вторая. — В "Соленой русалке" тоже чай подают.

— Да ну! Тот чай только водичкой назвать можно. А тут, видишь, написано — "уникальные смеси". Интересно посмотреть, что это такое.

Сердце запрыгало от радости. Интерес есть! Люди готовы прийти хотя бы из любопытства. А дальше — дело техники и качества моих смесей.

И вот наконец-то наступил этот день — день торжественного открытия моей чайной!

Глава 28

Наконец-то наступил этот день: день торжественного открытия моей чайной! Проснулась я еще до рассвета, хотя на улице было темно как в погребе. Сердце колотилось так, будто я собиралась на первое свидание, а не открывать небольшое кафе в портовом городишке.

"Господи, Луиза, успокойся! — одернула я себя, натягивая лучшее из своих платьев — темно-зеленое с изящной вышивкой по вороту. — Ты же не на аудиенцию к королю идешь. Хотя для меня это событие не менее важное".

За окнами только-только начинало светать, но я уже метелась по своей крошечной комнатке, проверяя в сотый раз, все ли готово. Волосы собрала в элегантный пучок — благо, с такой длинной копной можно делать любые прически.

Зайдя в основной зал, я окинула взглядом свое детище. Четыре столика, каждый накрыт белоснежной льняной скатертью и украшен маленьким горшочком с лавандой. На каждом столе — изящные свечи в стеклянных подсвечниках (обошлись в копеечку, но атмосферно!). Полки вдоль стен заставлены стеклянными банками с травяными смесями, каждая подписана. У стойки мой арсенал: материнский серебряный чайничек (самое главное орудие!), набор обычных чайников разных размеров, изящные чашки от гончара.

"Боже, как же это волнительно!" — подумала я, поправляя в очередной раз угол скатерти на ближайшем столике.

В половине седьмого утра в дверь постучали. Я вздрогнула. Неужели первые посетители? Но на пороге стоял пекарь Уильям с большой корзиной, от которой шел умопомрачительный аромат свежей выпечки.

— Доброе утро, леди Луиза! — приветливо улыбнулся он. — Принес вам к открытию самое лучшее: медовые булочки, творожные рогалики, овсяное печенье с корицей и... — он заговорщически подмигнул, — специально для особого дня испек лимонные кексы с глазурью. Такие только по большим праздникам делаю!

Аромат выпечки мгновенно наполнил помещение, смешиваясь с запахами трав и лаванды. Получалось что-то невероятно уютное и домашнее.

— Уильям, вы просто мой спаситель! — искренне поблагодарила я, принимая корзину. — Сколько с меня?

— Для такого дня — особая цена, — подмигнул пекарь. — Один серебряный за все. Если ваша чайная пойдет хорошо, мне тоже выгода будет.

Умный мужик, понимает основы партнерства. В моем мире таких деловых отношений, увы, было не так много.

Красиво разложив выпечку на деревянных подносах за стеклом (еще одна трата, но вид получился потрясающий), я принялась готовиться к встрече первых посетителей. Заварила пробную порцию "Морского бриза" в своем волшебном чайничке. Аромат получился такой, что самой захотелось выпить чашечку.

В восемь утра я торжественно повесила на дверь табличку "ОТКРЫТО" и отступила в сторону, наблюдая за улицей через окно. Волнение нарастало.

И вот он — мой первый посетитель! По улице неспешно шел пожилой мужчина в добротном сюртуке, явно из числа зажиточных горожан. Он остановился возле моей двери, внимательно прочитал вывеску "Чайная Луиза", покачал головой с видом человека, который решил: "А что, попробую эту новомодную штуку", и толкнул дверь.

— Добро пожаловать! — я постаралась, чтобы голос звучал уверенно, а не дрожал от волнения. — Меня зовут Луиза, и я очень рада видеть вас в моей чайной!

Посетитель оглядел помещение с видом

— М-да, уютненько, — признал он. — А что у вас за чаи такие особенные, о которых весь город говорит?

"Весь город"! У меня чуть не подкосились ноги от радости. Реклама работает!

— Присаживайтесь, пожалуйста, — указала я на столик у окна, — а я вам меню принесу и расскажу подробно.

Пока мой первый клиент устраивался за столом, я принесла ему красиво переписанное меню и стакан чистой воды. Все как в приличных заведениях должно быть.

— Видите ли, — начала я, стараясь говорить не слишком быстро от волнения, — я использую только местные травы, но в особых сочетаниях. Вот, например, "Морской бриз" — это морская мята, обычная мята, лимонная трава и щепотка морской соли. Получается очень освежающий напиток, особенно хорош в жаркую погоду или после тяжелой работы.

— Морская соль в чае? — скептически поднял бровь посетитель. — Странное сочетание.

— Всего щепотка, для подчеркивания вкуса, — заверила я. — А если хотите что-то согревающее, то рекомендую "Закатное тепло" — огненный корень, корица, сушеные яблоки. Идеально для прохладного утра.

Мужчина задумчиво изучал меню. В это время дверь снова открылась, и вошли двое рыбаков, судя по их загорелым лицам и одежде, пахнущей морем и рыбой. Они недоверчиво оглядели обстановку.

— Это что, та самая новая чайная? — спросил один из них, обращаясь скорее к своему спутнику, чем ко мне.

— Похоже на то, — ответил второй, с сомнением разглядывая изящные скатерти и цветочки. — Больно уж нарядно все. Небось и цены кусаются.

Я поспешила вмешаться:

— Добро пожаловать! У меня есть напитки на любой кошелек. Самый простой травяной чай стоит всего два медяка, а к нему свежая булочка — еще два медяка. Это меньше, чем кружка эля в "Соленой русалке".

Это была правда — я специально изучила местные цены и сделала базовое предложение доступным даже для небогатых людей.

Рыбаки переглянулись и, видимо, решив, что два медяка — не такие уж большие деньги, сели за дальний столик.

— Ну давайте попробуем эту вашу диковинку, — сказал первый из них. — Только чтобы без всяких там кореньев странных.

— У меня есть замечательный напиток "Рыбацкое утро" — ромашка, шалфей и мед, — предложила я. — Успокаивающий, помогает расслабиться после трудного дня на море. Или ночи, — добавила я с улыбкой.

А мой первый посетитель тем временем определился с выбором:

— Дайте-ка мне ваш "Морской бриз", — решил он. — И вот эту булочку медовую.

— Отличный выбор! — обрадовалась я и поспешила к своему рабочему месту.

Глава 29

И тут началось настоящее священнодействие. Достав свой серебряный чайничек, я аккуратно отмерила нужное количество трав из соответствующих банок. Морская мята — две щепотки, обычная мята — одна, лимонная трава — половина щепотки, и совсем чуть-чуть морской соли на кончике ножа. Все это засыпала в чайничек и залила горячей водой, которая кипела у меня в большом медном чайнике над очагом.

Волшебный чайничек сразу же начал свою работу: я почти физически почувствовала, как травы отдают воде свои лучшие свойства. Через минуту по всему помещению поплыл потрясающий аромат — свежий, морской, с тонкими нотками мяты и едва уловимой цитрусовой кислинкой.

— О, боги морские! — воскликнул один из рыбаков. — Что это за запах? У меня аж слюнки потекли!

— Это и есть "Морской бриз", — с гордостью ответила я, наливая ароматный напиток в красивую фарфоровую чашку.

Поставив перед первым посетителем чашку с чаем и тарелочку с медовой булочкой, я замерла в ожидании. Мужчина осторожно понюхал напиток — его лицо выразило удивление и одобрение. Сделал небольшой глоток... и я увидела, как его глаза расширились от изумления.

— Это... это невероятно! — произнес он после паузы. — Я никогда не пил ничего подобного. Это действительно как морской бриз — освежающе, но в то же время согревающе. И соль совсем не чувствуется как соль, а просто подчеркивает общий вкус.

У меня внутри все запрыгало от радости! Получилось! Он доволен!

— А нам что дадите? — нетерпеливо спросил рыбак.

— Сейчас приготовлю ваш чай "Рыбацкое утро", — пообещала я.

Пока я заваривала чай для рыбаков, дверь снова открылась. На этот раз вошли две элегантно одетые дамы, явно из Верхнего города. Дорогие платья из шелка, изящные шляпки, украшения. Они окинули чайную оценивающими взглядами.

— Мила, посмотри, как уютно! — воскликнула одна из них, женщина лет сорока с утонченными чертами лица. — Совсем как в столице, в тех модных салонах, о которых рассказывала кузина.

— Да, Розалинда, довольно изысканно для такого провинциального городка, — согласилась ее спутница, чуть младше и очевидно более осторожная в оценках.

Я подлетела к ним, стараясь выглядеть так же изысканно, как мои новые посетительницы:

— Добро пожаловать, милые дамы! Позвольте предложить вам столик у окна с видом на море?

— О, как предусмотрительно! — обрадовалась Розалинда. — Мила, садись скорее, хочу попробовать эти знаменитые чаи.

Пока дамы устраивались и изучали меню, я подала рыбакам их "Рыбацкое утро". Они пробовали с видимым сомнением, но постепенно их лица прояснялись.

— А ведь неплохо, — признал один из них. — Мягко так, спокойно. После ночной рыбалки самое то.

— И булочка вкусная, — добавил второй, откусывая кусок медовой выпечки Уильяма. — Не то что в "Русалке" — там иногда вчерашнее дают.

Тем временем изысканные дамы определились с заказом:

— Мне, пожалуйста, что-нибудь необычное, — попросила Розалинда. — Вот эти ваши "Морские слезы" звучат интригующе. А что это такое?

О, это мой коронный номер! Я с гордостью рассказала про редкие водоросли, которые собирают эльфы-водолазы, про голубой цвет настоя и волшебные свойства.

— Две порции "Морских слез", — решили дамы. — И по лимонному кексу.

— Сейчас все приготовлю! — пообещала я, мысленно подсчитывая прибыль. Четыре серебряных только за чай плюс кексы — отличное начало дня!

Заваривание "Морских слез" — это отдельный ритуал. Эти странные голубоватые водоросли требуют особого подхода. Я засыпала их в чайничек, залила не кипятком, а горячей водой температурой примерно семьдесят градусов — так мне объяснил травник — и оставила настаиваться на пять минут. Волшебный чайничек снова заработал, и вскоре по чайной поплыл тонкий, почти неуловимый аромат морской глубины с нотками свежести и чего-то неописуемо таинственного.

Когда я поставила перед дамами чашки с голубоватым напитком, они ахнули от восторга:

— Какой необычный цвет! — Розалинда осторожно понюхала чай. — И запах такой... морской, но в то же время цветочный.

— Говорят, что этот чай помогает от морской болезни и проясняет разум, — поделилась я секретом, наблюдая, как обе дамы одновременно делают первый глоток.

Их глаза засветились удивлением и

— Боже мой, это действительно невероятно! — воскликнула Мила. — Вкус такой чистый, свежий, и правда, в голове сразу как-то прояснилось!

— А я чувствую, будто морской воздух вдыхаю, — добавила Розалинда. — Милая Луиза, где вы научились так заваривать чай? Это просто волшебство!

"Если бы вы знали, насколько правы", — подумала я, но вслух скромно ответила:

— Это семейный рецепт, дорогие дамы. Передается из поколения в поколение.

В этот момент дверь снова открылась, и я едва не подавилась от удивления. На пороге стоял мужчина в дорогом камзоле с золотыми пуговицами, при шпаге, с осанкой человека, привыкшего командовать. За ним следовал слуга, несущий папки с документами.

— Мэр Барнабас! — воскликнула Розалинда, привставая в почтительном поклоне.

Мэр города! В моей чайной! В первый же день работы!

— Не вставайте, милые дамы, — благосклонно кивнул мэр. — Я слышал, что у нас в городе появилось новое заведение, и решил лично оценить качество услуг.

Я всерьез заволновалась. Мэр — это серьезно. От его мнения может зависеть репутация моей чайной среди городской элиты.

— Добро пожаловать, ваша милость! — я постаралась сделать реверанс. — Чем могу служить?

Глава 30

Мэр окинул взглядом помещение, его лицо было непроницаемо. Рыбаки за дальним столиком съежились и постарались стать незаметными. Видимо, не каждый день им доводилось пить чай в одном заведении с городским головой.

— Что можете предложить человеку, который много работает и нуждается в напитке, придающем силы? — спросил мэр, усаживаясь за центральный столик.

Отличный вопрос! У меня как раз есть подходящий вариант:

— Рекомендую "Звездную энергию", ваша милость. Это очень редкая смесь горных трав с добавлением корня бодрости. Напиток дает прилив сил и ясность мышления, особенно ценится среди ученых и... людей, принимающих важные решения.

Мэр заинтересованно поднял бровь:

— Похоже, это именно то, что мне нужно. И что-нибудь к чаю.

— Позвольте предложить творожные рогалики — они сытные, но не тяжелые, не вызовут сонливости, — предложила я.

Пока я готовила заказ для мэра, в чайную зашел еще один интересный посетитель — мужчина в кожаной броне с мечом на поясе. Капитан городской стражи, как я поняла по характерному значку на груди.

— Бартон! — поприветствовал его мэр. — Как раз вовремя. Присаживайся, попробуем местные новшества.

Капитан стражи оказался крепким мужчиной лет тридцати пяти, со шрамом через левую щеку и внимательными серыми глазами. Он сел рядом с мэром.

— Что будете заказывать? — спросила я, подавая мэру его "Звездную энергию".

— А что подходит для человека, который всю ночь патрулировал город? — устало улыбнулся капитан.

— "Морское спокойствие" — от головной боли и усталости, — немедленно предложила я. — Или "Закатное тепло" — согревающий, восстанавливающий силы.

— Давайте "Закатное тепло", — решил Бартон. — И что-нибудь сытное.

Тем временем мэр попробовал свой чай, и я с замиранием сердца наблюдала за его реакцией. Он сделал небольшой глоток, задумчиво поморгал, потом еще один, побольше...

— Удивительно, — наконец произнес он. — Я действительно чувствую прилив бодрости, но без нервозности, которую дает обычно крепкий черный чай. И вкус интересный — терпкий, но приятный.

Я едва не подпрыгнула от радости! Мэру нравится!

— Это особый способ обработки трав, ваша милость, — объяснила я, заваривая чай для капитана. — Секрет в правильных пропорциях и времени настаивания.

— Леди Луиза, — обратилась ко мне Розалинда, допивая свои "Морские слезы", — а у вас будут регулярные поставки этого голубого чая? Я бы хотела брать его домой.

О! Идея с продажей чая на вынос! Почему я раньше об этом не подумала?

— Конечно! Я могу готовить смеси на заказ. Баночка "Морских слез" на неделю ежедневного употребления будет стоить десять серебряных.

Цену я назвала с хорошей наценкой, но Розалинда даже не поморщилась:

— Договорились! Подготовьте мне баночку к завтрашнему дню.

Тем временем в чайную заглянул торговец тканями — я его помнила с рынка. Потом пришли два ремесленника из соседних мастерских. Потом молодая девушка с ребенком — жена одного из рыбаков.

К полудню у меня были заняты все столики! Я носилась между кухней и залом, заваривала чай, подавала выпечку, принимала заказы, объясняла свойства разных смесей. Голова кружилась не от усталости, а от счастья!

Особенно запомнился мне эпизод с молодой мамой. Она вошла неуверенно, явно стесняясь своего простого платья на фоне элегантных посетителей. Малыш на руках капризничал и плакал.

— Простите, — виновато сказала она, — может, мне лучше уйти? Мальчик беспокойный сегодня...

— Ничего подобного! — заверила я ее. — Проходите, садитесь вот здесь, у окна. Ребенку будет интересно смотреть на улицу.

Я принесла ей чай "Морское спокойствие" — от головной боли и стресса — и медовую булочку. А для малыша мягкое печенье.

— Сколько с меня? — робко спросила женщина.

— Четыре медяка за все, — сказала я, сознательно занижая цену.

Женщина расплатилась и с благодарностью пила чай. Малыш успокоился, увлекшись печеньем, а его мама расслабилась.

— Спасибо вам, — искренне сказала она на прощание. — Давно так не отдыхала. Обязательно приду еще!

"Вот ради таких моментов все и затевалось", — подумала я, провожая взглядом счастливую маму с довольным малышом.

К концу дня моя голова шла кругом от впечатлений и усталости. Последний посетитель — пожилой моряк в отставке — допил свой "Портовый ветер" и отправился домой, оставив чаевые в две медяшки и пообещав привести завтра своих приятелей.

Я заперла дверь, перевернула табличку на "ЗАКРЫТО" и рухнула на ближайший стул. Ноги гудели, спина болела, но на душе было такое ликование!

Пересчитав выручку, я едва поверила своим глазам. Восемнадцать серебряных и двадцать три медяка! За один день!

"И это только начало", — пообещала я себе, убирая монеты в заветную шкатулку.

А на следующий день начался настоящий бум. Видимо, довольные посетители первого дня рассказали своим друзьям и знакомым, потому что с самого утра у меня образовалась настоящая очередь!

К концу первой недели стало понятно — мне нужна помощь. Я просто физически не успевала обслуживать всех желающих. Столики были заняты с утра до вечера, а желающих попробовать мои чаи становилось все больше.

Именно тогда в мою жизнь вошла Мира.

Это случилось в особенно напряженный день. У меня были заняты все столики, еще трое ждали места, а я одновременно заваривала чай, принимала заказы и пыталась успеть убрать посуду с освободившихся столов. В разгар этого хаоса в дверь постучали.

— Мы закрыты! — крикнула я, не отрываясь от чайников. — То есть открыты, но мест нет!

— Простите, — донесся от двери молодой женский голос, — я не клиент. Я ищу работу.

Я подняла голову и увидела девушку лет восемнадцати с каштановыми волосами, заплетенными в аккуратную косу, и большими карими глазами. Одета скромно, но чисто.

— Я слышала, что у вас очень успешное дело, — сказала девушка, ловко подхватив один из подносов, который грозил упасть. — Меня зовут Мира, и я умею обслуживать посетителей, готовить, убирать. Работала в таверне "Морской конек" в Портовом квартале, но они закрылись на ремонт.

Не раздумывая, я кивнула:

— Мира, да? Меня зовут Луиза. Добро пожаловать в команду! Три серебряных в неделю плюс питание. Согласна?

— Да! — обрадовалась Мира и тут же принялась за дело.

И знаете что? Она оказалась просто находкой! Быстрая, сообразительная, с врожденным чутьем на потребности клиентов. Уже через пару дней мы работали как слаженный механизм: я заваривала чаи и общалась с особо требовательными посетителями, а Мира обслуживала столики, принимала заказы и следила за чистотой.

Жизнь в Лазурной Гавани стала приобретать приятный ритм. Утром я просыпалась под звуки просыпающегося города — крики торговцев, стук колес по брусчатке, далекие гудки кораблей в порту. Быстро умывалась, заплетала волосы в практичную косу и выходила в чайную готовиться к новому дню.

Мира приходила ровно в семь утра — пунктуальная как часы. За месяц работы она стала не просто помощницей, а настоящей правой рукой. Знала вкусы постоянных клиентов лучше меня, умела успокоить капризных посетителей и даже предлагала собственные идеи по улучшению сервиса.

— Луиза, — сказала она как-то утром, раскладывая свежие скатерти, — а что если мы будем подавать к утренним чаям не только выпечку, но и легкие закуски? Многие торговцы завтракают у нас перед работой.

— Отличная мысль! — согласилась я, вешая над огонем чайник. — Поговори с Уильямом, пусть добавит к ассортименту что-то сытное, но не тяжелое.

День начался как обычно, но именно в это утро произошло событие, которое кардинально изменило мою жизнь в этом волшебном мире. А началось все с самого обычного инцидента.

Глава 31

Часов в десять утра, когда чайная уже наполнилась посетителями, ко мне подошел торговец пряностями Роберт.

— Луиза, милая, — сказал он с отчаянием в голосе, — можешь приготовить что-нибудь от головной боли? Вчера слишком усердно дегустировал новую партию острого перца, а сегодня голова раскалывается.

— Конечно, "Морское спокойствие" — то что нужно, — заверила я его и направилась к стеллажу с травами.

Засыпав в материнский чайничек смесь ромашки, шалфея и добавив ложку меда, я залила травы горячей водой и поставила чайник настаиваться. И тут, глядя на Роберта и его страдальческое лицо, невольно подумала: "Господи, хоть бы этот чай действительно помог ему избавиться от боли!"

Это была самая обычная мысль, какие у меня бывали по сто раз в день: пожелание добра клиенту, забота о его самочувствии. Но когда я подала чай Роберту и он сделал первый глоток, случилось нечто удивительное.

Лицо торговца буквально преобразилось. Сначала он просто пил, но уже через минуту морщинки разгладились, плечи расправились, а в глазах появился живой блеск.

— Невероятно! — воскликнул он, допивая чашку. — Боль прошла полностью! И не просто притупилась, а исчезла словно по волшебству!

"По волшебству" — как точно он выразился, сам того не подозревая.

Но я тогда еще не придала этому особого значения. Подумала, что травы действительно оказались свежими и качественными, а состояние Роберта улучшилось естественным образом.

Следующий намек на истинную природу чайничка я получила в тот же день, но уже ближе к вечеру.

К нам зашла молодая женщина с грудным младенцем — Агата, жена одного из плотников. Малыш был явно болен: плакал, отказывался от груди, у него была температура. Агата выглядела измученной и отчаявшейся.

— Луиза, — умоляющим голосом сказала она, — дай что-нибудь успокаивающее. Не сплю уже третью ночь, а малыш все плачет и плачет. Лекарь говорит, что ничего серьезного, но я уже не знаю, что делать.

Сердце сжалось от сочувствия. Заварила ей "Морское спокойствие" и, глядя на страдания матери и ребенка, от всей души пожелала: "Пусть малыш выздоровеет, а мама сможет отдохнуть!"

Агата выпила чай, и произошло чудо. Ребенок, который до этого кричал не переставая, вдруг затих, сделал несколько глубоких вздохов и... заснул. Спокойно, глубоко, дыша ровно и свободно. А у самой Агаты лицо разгладилось, усталость как рукой сняло.

— Что это за волшебство? — прошептала она, осторожно поправляя одеяльце малыша. — Он не спал толком три дня, а сейчас...

— Просто пошел на поправку, — пробормотала я, но внутри уже зарождались сомнения.

Дважды за один день — это уже не совпадение. Особенно учитывая, что оба раза я использовала именно мамин чайничек и оба раза мысленно желала клиентам добра...

Вечером, когда Мира ушла домой, а последний посетитель покинул чайную, я осталась наедине с маминым чайником. Поставила его на стол и внимательно рассмотрела при свете кристалла освещения.

Серебро мерцало в неярком свете, гравировка казалась живой — листья и цветы словно колыхались, а непонятные руны время от времени вспыхивали едва заметным сиянием. Взяв чайник в руки, я почувствовала едва уловимое покалывание, будто через серебро проходил слабый магический разряд.

"Алхимик говорил, что он зачарован, — подумала я, поворачивая чайник в руках. — Но он не смог определить, каким именно образом. А что если..."

Решившись на эксперимент, я заварила себе простой чай из обычных трав — ромашка с мятой, ничего особенного. И, держа чашку в руках, четко и ясно подумала: "Хочу почувствовать прилив энергии и бодрости."

Выпила чай медленно, внимательно прислушиваясь к ощущениям. И действительно — уже через несколько минут усталость отступила, голова прояснилась, появилось желание что-то делать, куда-то идти, творить!

Сердце забилось чаще. Это не могло быть самовнушением или действием трав — от ромашки с мятой скорее засыпаешь, чем бодришься.

"Чайничек действительно волшебный, — с замиранием сердца подумала я. — Он исполняет желания!"

Но насколько далеко простираются его возможности? И есть ли какие-то ограничения?

На следующий день я решила провести более серьезные эксперименты. Начала осторожно, с мелочей.

Первым подопытным стала я сама. Заварила обычный черный чай и, попивая его, мысленно пожелала: "Пусть сегодня будет особенно много клиентов."

К полудню в чайной образовалась настоящая толпа. Столики были заняты, у стойки стояла очередь из желающих заказать чай на вынос, а мы с Мирой носились как заведенные, едва успевая обслуживать всех желающих.

— Не понимаю, что сегодня происходит, — удивлялась Мира, разливая чай по чашкам. — Такого ажиотажа еще не было!

А я понимала. И это было одновременно восхитительно и немного пугающе.

Второй эксперимент провела с клиенткой. Пришла жена мэра Барнабаса, леди Беатрис — элегантная дама лет сорока пяти, обожающая сплетни и всегда недовольная своим внешним видом.

— Ах, Луиза, — жаловалась она, рассматривая

Заваривая ей любимые "Морские слезы", я сосредоточилась и пожелала: "Пусть леди Беатрис почувствует себя красивой и увидит свою красоту."

Результат превзошел все ожидания. Допив чай, леди Беатрис снова взглянула в зеркальце и просто ахнула:

— Не может быть! — воскликнула она. — Кожа стала такой свежей, а глаза словно сияют! Луиза, что ты добавила в чай? Это просто магия!

"Именно магия", — мысленно согласилась я, наблюдая, как преобразилась моя клиентка. Осанка стала прямее, улыбка увереннее, даже походка изменилась.

Но самое интересное началось, когда я решила проверить границы возможностей чайничка.

К вечеру того же дня зашел Томас — молодой рыбак, которого недавно бросила невеста. Парень был совершенно убит горем.

— Луиза, — сказал он с отчаянием, — что мне делать? Анна ушла к тому богачу из Верхнего города, а я без нее жить не могу.

Сердце сжалось от сочувствия, но я понимала — здесь нужна осторожность. Заваривая Томасу успокаивающий сбор, я четко сформулировала желание: "Пусть Томас найдет свое счастье в любви."

Не "пусть Анна к нему вернется", а именно "найдет счастье". Интуиция подсказывала, что попытки воздействовать на конкретных людей против их воли могут плохо кончиться.

И оказалась права. Уже через неделю Томас познакомился с молодой вдовой из соседнего квартала — доброй, хозяйственной женщиной, которая души в нем не чаяла. А об Анне он почти забыл.

— Знаешь, Луиза, — рассказывал он мне за чашкой "Закатного тепла", — теперь понимаю, что мы с Анной совсем не подходили друг другу. А вот Марта — это совсем другое дело!

Постепенно я начала понимать принципы работы волшебного чайничка.

Глава 32

Постепенно я начала понимать принципы работы волшебного чайничка. Он действительно исполнял желания, но не буквально, а... скажем так, мудро. Если я желала кому-то здоровья — человек выздоравливал или чувствовал себя лучше. Если желала удачи в делах — у клиента появлялись новые возможности или решались проблемы. Если хотела, чтобы кто-то нашел любовь — чайничек помогал встретить подходящего человека или наладить отношения с уже имеющимся партнером.

Но попытки загадывать слишком конкретные или корыстные желания не срабатывали. Когда я однажды попробовала пожелать себе мешок золота, ничего не произошло. Зато когда желала процветания своему делу — клиенты шли косяком, появлялись новые поставщики, даже городские власти стали относиться ко мне еще более благосклонно.

Понимание пришло не сразу. Чайничек работал на доброжелательности, искренней заботе о людях, желании помочь. Это была магия добра и заботы, а не корыстолюбия или принуждения.

Еще одно важное открытие: чайничек реагировал только на мои желания и только во время чаепития или заваривания чая. Если я просто думала о чем-то, не заваривая чай, ничего не происходило. И работал он исключительно со мной — когда Мира заваривала в нем чай, это был просто очень качественный напиток, не более того.

Постепенно я стала использовать его возможности более осознанно, но всегда осторожно. Желала здоровья больным клиентам, удачи в делах торговцам, спокойствия усталым матерям, взаимопонимания поругавшимся супругам.

И чайная "Луиза" быстро приобрела репутацию места, где происходят небольшие чудеса. Люди приходили не только за вкусным чаем, но и за тем неуловимым ощущением покоя и надежды, которое, казалось, витало в воздухе моего заведения. Кто-то находил здесь решение давних проблем, кто-то — примирение с близкими, а кто-то просто уходил с легким сердцем, словно сбросив с плеч невидимый груз.

* * *

Поздний вечер окутал Лазурную Гавань мягкой синевой. За окнами чайной догорали последние отблески заката, окрашивая море в глубокие фиолетовые тона. Мира уже ушла домой, последний клиент — старый капитан Морган — допил свой «Морской бриз» и отправился к себе, пожелав мне спокойной ночи и пообещав завтра привести нескольких приятелей.

Я осталась одна в своей маленькой империи чая и уюта.

Прибирая столики и расставляя стулья, я невольно улыбалась. Какой же долгий путь я проделала — от администратора элитной московской чайханы до владелицы собственного заведения в магическом мире! Правда, путь этот начался с довольно неприятного обморока и перемещения в чужое тело, но результат... результат превосходил все мои самые смелые мечты.

«Только вот в личной жизни по-прежнему полный штиль, — иронично подумала я, протирая последний столик. — Имею волшебный чайничек, исполняющий желания, а себе любовь так и не загадала. Может, боюсь, что получу какого-нибудь заколдованного принца-лягушку? Или, что еще хуже, очередного драконьего лорда с темным прошлым и склонностью к доминированию?»

Мысль о драконьем лорде Аздаре неприятно кольнула. Интересно, что произошло после моего побега? Когда он обнаружил пропажу невесты. Искал ли меня? Или просто пожал плечами и отправился искать другую подходящую кандидатуру для династического брака?

«Впрочем, какая разница, — решительно отогнала я эти размышления. — Я здесь, я свободна, у меня есть любимое дело и волшебный чайничек. Чего еще можно желать?»

Ответ пришел сам собой: любви. Настоящей, взаимной, той самой, о которой пишут в романах и снимают фильмы. Той, которая переворачивает мир и заставляет сердце биться быстрее.

За три месяца жизни в Лазурной Гавани я познакомилась со множеством мужчин. Были среди них и красивые, и умные, и добрые. Торговец тканями Роджер частенько задерживался в чайной дольше необходимого, явно пытаясь завязать более близкое знакомство. Молодой лекарь Альфред дважды приглашал меня на прогулку по берегу. А заместитель капитана городской стражи и вовсе намекал, что не прочь бы жениться на такой хозяйственной и разумной девушке.

Но... искры не было. Той самой, которая должна вспыхивать при взгляде на любимого человека. Разговоры были приятными, общество — комфортным, но сердце оставалось спокойным, как морская гладь в штиль.

«Может, я слишком много читала романов в прошлой жизни? — размышляла я, зажигая кристалл освещения на кухне. — Или просто избалована голливудскими фильмами? Ожидаю принца на белом коне, а вокруг только обычные мужчины с обычными проблемами и заботами?»

Но ведь волшебный чайничек — это реальность. Драконы, эльфы, магия — тоже реальность. Так почему бы и настоящей любви не существовать на самом деле?

Я достала материнский чайничек из шкафчика и поставила на стол. В свете кристалла он выглядел особенно загадочно — серебряная поверхность мерцала, а гравированные узоры словно жили своей жизнью. Руны вспыхивали едва заметным сиянием, листья и цветы колыхались, будто под невидимым ветром.

«Ну что же, — решилась я, — попробуем загадать желание для себя. В конце концов, сколько я помогала другим людям найти счастье? Томас встретил свою Марту,

Засыпав в чайничек смесь «Лунная фиалка» — той самой редкой травы, что растет в горах только под полной луной, — я залила ее горячей водой. Аромат поднялся удивительный: сладковатый, с нотками ночных цветов и чего-то неуловимо магического.

За окном как раз взошла полная луна, заливая чайную серебристым светом. Случайность? Или чайничек как-то влияет на обстоятельства, создавая подходящую атмосферу для исполнения желаний?

«Наверное, второе, — подумала я, наливая чай в свою любимую чашку — ту самую, с тонкими стенками и изящной росписью, которую мастер Корнелий делал специально для меня. — Этот чайничек уже не раз доказывал, что понимает толк в театральных эффектах».

Устроившись в кресле у окна, я взяла чашку в руки и попыталась сформулировать желание. Но это было не так просто, как казалось.

Глава 33

«Хочу встретить любовь» — слишком обобщенно.

«Хочу найти мужа» — звучит как объявление в газете.

«Хочу, чтобы в мою жизнь пришел мужчина моей мечты» — а какой он, этот мужчина мечты?

Сделав глоток чая и почувствовав, как волшебная теплота разливается по телу, я закрыла глаза и попыталась представить своего идеального спутника жизни.

Красивый — да, но не обязательно идеальный. Мне всегда нравились мужчины с характерными лицами, в которых читается ум и жизненный опыт. Высокий — это было бы кстати, учитывая, что в теле леди Луизы я стала заметно выше, чем была в прошлой жизни. Сильный — не обязательно физически, хотя это тоже не помешает, а скорее внутренне. Чтобы не ломался при первых трудностях и мог быть опорой.

«Умный, — продолжала я мысленный портрет, делая еще один глоток. — Обязательно умный. Чтобы можно было говорить с ним обо всем на свете, чтобы он понимал с полуслова и мог поддержать любую тему разговора. И с чувством юмора, без этого жизнь превращается в унылое существование».

Но самое главное, чтобы он видел во мне не просто красивую девушку, а личность. Чтобы ценил мой ум, мою независимость, мое стремление заниматься любимым делом. Чтобы не пытался переделать меня под свои представления об идеальной женщине.

«И чтобы между нами была страсть, — добавила я, чувствуя, как румянец заливает щеки. — Та самая искра, которая превращает дружеские отношения в любовь. Чтобы сердце замирало при его появлении, чтобы хотелось прикасаться к нему, быть рядом, делить с ним постель...»

Ой, кажется, я слишком увлеклась. Хорошо, что никто не может читать мои мысли.

Допив чай до последней капли, я четко сформулировала желание: «Хочу встретить мужчину, который станет моей настоящей любовью. Того, кто будет мне подходить во всех отношениях: и как партнер, и как друг, и как возлюбленный. Того, с кем я буду счастлива».

В тот же миг чайничек вспыхнул мягким серебристым светом. Свечение было не слишком ярким, но очень теплым, уютным. Оно окутало меня целиком, словно невидимые руки заключили в нежные объятия. По коже пробежали мурашки от какого-то предвкушения, от ощущения, что что-то вот-вот изменится в моей жизни.

Гравировка на чайничке засияла ярче. Листья и цветы задвигались быстрее, а руны заискрились. Даже воздух в комнате стал более плотным, наполненным какой-то магической энергией.

«Ну надо же, — подумала я с изумлением, — он действительно принял мое желание к исполнению. Значит, оно не противоречит его внутренним принципам добра и справедливости».

Свечение продолжалось еще несколько минут, а потом постепенно угасло, оставив после себя только едва заметное мерцание рун. Чайничек снова выглядел обычно, если, конечно, можно назвать обычным магический артефакт неизвестного происхождения.

Я аккуратно вымыла чашку и чайничек, убрала их на место и начала готовиться ко сну. Любопытно, как быстро сработает магия? Завтра утром в дверь постучится прекрасный незнакомец, который падет к моим ногам? Или процесс будет более постепенным: череда случайных встреч, которые приведут к знакомству с суженым?

«А может, вообще ничего не произойдет, — с иронией подумала я, расчесывая длинные светлые волосы. — Может, у чайничка есть список желаний, которые он считает слишком сложными для исполнения? "Исцелить головную боль — легко. Помочь найти работу — без проблем. А вот настоящая любовь — извините, это не по моей части"».

Но что-то подсказывало мне, что чайничек не зря вспыхнул таким теплым светом. Обычно его реакция была более сдержанной: легкое мерцание, едва заметное покалывание в руках. А тут настоящее световое шоу с мурашками по коже и ощущением волшебства в воздухе.

Переодевшись в ночную рубашку — простую, но удобную, из мягкого льна, — я легла в постель и укрылась одеялом. За окном шумело море, где-то в гавани поскрипывали на якорных цепях корабли, изредка доносились голоса запоздалых прохожих.

Засыпая, я думала о том, каким он будет — мой суженый. Брюнет или блондин? Моряк или торговец? Местный житель или приезжий? Человек или, может быть, кто-то из магических рас — эльф, например, или полукровка?

«А что, если он окажется драконом? — неожиданно мелькнула мысль. — Вот будет смешно: сбежала от одного драконьего лорда, а чайничек пришлет мне другого. Правда, на этот раз по любви, а не по принуждению...»

Но эта мысль показалась мне настолько абсурдной, что я только мысленно рассмеялась и окончательно провалилась в сон.

А за окном полная луна продолжала освещать спящую гавань, и где-то в серебристом свете уже начинала ткаться история, которая должна была привести ко мне мою настоящую любовь. Волшебство уже было запущено, магические нити судьбы приводились в движение.

Оставалось только ждать.

Мне приснились удивительные сны: я летела над морем на спине огромного дракона с глазами цвета штормового неба, а внизу расстилался мир, полный чудес и приключений. И почему-то во сне я совершенно не боялась, наоборот, чувствовала себя в полной безопасности, словно нашла свое место в мире.

Проснувшись утром, я помнила только обрывки сновидения, но на душе было удивительно легко и радостно. Словно что-то хорошее уже начиналось, стоило только открыть глаза и встретить новый день.

И я встретила его с улыбкой, не подозревая, что мое желание уже начало исполняться, и очень скоро в размеренную жизнь провинциальной чайной ворвется тот, кто перевернет всю мою жизнь с ног на голову.

Утро выдалось особенно красивым, одним из тех, когда море сияет, как расплавленное серебро, а воздух чист и прозрачен. Я встала с необычайно хорошим настроением, хотя и не могла толком объяснить, откуда взялась эта легкость в душе.

«Наверное, хорошо выспалась, — подумала я, заплетая волосы в косу. — Или это последствия

Зайдя в основной зал чайной, я первым делом подошла к большому окну, выходящему на главную улицу. Отсюда между крышами домов виднелся кусочек гавани, и я имела обыкновение каждое утро наблюдать за морской суетой, планируя предстоящий день.

И тут я замерла.

Глава 34

В гавани стоял корабль, которого вчера точно не было. Огромный, величественный, он возвышался над остальными судами, как дворец среди хижин. Даже с такого расстояния было видно, что это не обычное торговое или рыболовецкое судно.

«Надо же, — подумала я с любопытством, — интересно, откуда он приплыл? И что за груз везет, если корабль такой большой?»

Мира появилась на пороге чайной с подносом свежеиспеченных булочек от Уильяма.

— Доброе утро, госпожа Луиза! — бодро поприветствовала она меня. — Видели новый корабль в гавани? Весь город только о нем и говорит!

— Что за корабль? — спросила я, хотя отлично знала, о чем речь.

— Огромный такой, красивый! — Мира поставила поднос на стойку и подбежала к окну. — Вчера вечером пришел, когда уже все спали. А утром рыбаки увидели, и ахнули! Говорят, такого судна в нашей гавани еще не видывали.

Я внимательно всматривалась в силуэт корабля. Высокие мачты, изящная линия корпуса, а нос украшала резная фигура, издалека похожая на дракона с распростертыми крыльями.

«Дракон, — с иронией отметила я про себя. — После моего сна это выглядит почти как знак свыше. Хотя, скорее всего, простое совпадение. В этом мире драконьи мотивы в декоре встречаются довольно часто, как дань уважения этой древней расе».

— А что еще говорят в городе? — поинтересовалась я, начиная готовить чайные смеси на день.

— Да всякое! — Мира была рада поделиться свежими сплетнями. — Одни говорят, что это принц какой-то заморский приплыл с дипломатической миссией. Другие — что богатый торговец, который возит редкие товары из дальних стран. А вдова Агнес клянется, что видела, как с корабля сходили люди в дорогих плащах и при оружии — значит, либо очень богатые, либо очень опасные.

«Или и то, и другое одновременно, — подумала я, засыпая в банку смесь "Морской бриз". — В этом мире богатство и опасность часто идут рука об руку. Особенно если речь идет о дальних плаваниях и редких товарах».

— А капитана кто-нибудь видел? — спросила я, сама не понимая, почему меня это заинтересовало.

— Нет еще! — Мира покачала головой. — Говорят, что он пока не сходил на берег. Но рыбаки рассказывают, что утром видели на палубе высокую фигуру в длинном плаще. Стоял у борта и смотрел на город, будто изучал его. А потом исчез, наверное, в каюту спустился.

Я невольно снова взглянула в сторону гавани.

«Интересно, что за человек владеет таким кораблем, — размышляла я, раскладывая булочки по корзинам. — Наверняка неординарная личность. В нашей тихой гавани такие суда — большая редкость. Обычно заходят рыболовецкие лодки, небольшие торговые корабли да курьерские суда с почтой».

— Госпожа Луиза, — Мира прервала мои размышления, — а не сходить ли нам посмотреть на корабль поближе? Когда схлынет утренняя суета, можно было бы прогуляться до гавани...

— Мира, мы работаем в сфере обслуживания, — напомнила я с улыбкой. — Нам не пристало бегать, разевать рот на заморские диковинки. К тому же, если корабль действительно такой необычный, то его капитан или команда рано или поздно заглянут к нам. В "Соленую русалку" ходят в основном местные рыбаки и торговцы, а вот в поисках хорошего чая и приятной атмосферы приезжие частенько выбирают именно нас.

«Если этот загадочный капитан действительно человек с хорошим вкусом и приличными манерами, — подумала я, — то он обязательно к нам зайдет. А если нет — ну что ж, значит, не судьба».

Первые посетители начали появляться около девяти утра. Гончар Корнелий заглянул на чашку бодрящего «Рыбацкого утра» перед началом рабочего дня. Следом пришла жена торговца Симона с подругами — они облюбовали столик у окна и принялись обсуждать корабль в гавани, попивая «Морское спокойствие».

— Вы только посмотрите на размер этого судна! — восклицала одна из них, изящно помешивая чай. — Я видела его с балкона нашего дома. Мачты как колонны собора, а паруса, наверное, размером с площадь!

— А я слышала от прачки Берты, — подключилась к разговору жена аптекаря, — что матросы на этом корабле все как на подбор — высокие, крепкие, а одеты не в простые куртки, а в настоящие мундиры. Значит, капитан богатый и команду содержит по-королевски.

— Или это военный корабль, — предположила третья дама. — Хотя на мачтах не видно военных флагов...

Я слушала этот разговор с любопытством, продолжая заваривать чай для новых посетителей. В маленьком городке появление такого необычного корабля действительно было событием. Но больше всего меня заинтриговала деталь про мундиры для команды. Это говорило о том, что владелец судна не экономит на внешнем виде и, скорее всего, привык к определенному уровню жизни.

Ближе к обеду поток посетителей немного схлынул, и я смогла спокойно заняться подготовкой к вечернему наплыву клиентов. Обычно после четырех часов дня в чайную заглядывали ремесленники, закончившие рабочий день, торговцы, ожидающие вечерних кораблей, и дамы из Верхнего города, совершающие послеобеденный променад.

Я как раз перебирала травы для новой смеси, когда Мира, убиравшая столы у окна, вдруг ахнула:

— Госпожа Луиза! Смотрите! Кто-то идет от гавани, и одет очень богато!

Глава 35

Я подняла голову и вглянула в окно. По главной улице действительно поднимался человек в длинном темном плаще. Даже издалека было заметно, что это не местный житель — слишком уверенной была походка, слишком качественной выглядела одежда. Плащ развевался на ветру, открывая высокие сапоги из тонкой кожи и темную рубашку.

«Неужели это кто-то с загадочного корабля?» — подумала я с растущим интересом.

Незнакомец поднимался по улице размеренным шагом, изредка оглядываясь по сторонам, видимо, изучал городскую архитектуру или искал что-то конкретное. Прохожие провожали его любопытными взглядами, но он, казалось, не обращал на это внимания.

— Красивый мужчина, — шепнула Мира, не отрываясь от окна. — И какой статный! Видно, что из богатой семьи — по одной только осанке можно понять.

Я тоже не могла оторвать взгляда от приближающейся фигуры.

«А что, если он действительно зайдет к нам? — внезапно подумала я с волнением. — Глупо, конечно, волноваться из-за какого-то незнакомца, но после вчерашнего желания, загаданного за

Незнакомец остановился возле соседнего дома, достал что-то из кармана — видимо, записку или адрес — и сравнил с табличкой на здании. Потом покачал головой и двинулся дальше.

— Он что-то ищет, — прокомментировала Мира. — Может быть, кого-то из местных жителей? Или какое-то заведение?

А через минуту незнакомец остановился прямо перед нашей чайной.

Я успела заметить, что он высок и широкоплеч. Лица пока не было видно, мешал капюшон плаща, который он не снимал, несмотря на теплую погоду. Он внимательно изучил вывеску, потом заглянул в окно, и я инстинктивно отступила в тень, не желая, чтобы он заметил мое любопытство.

«Боже мой, — подумала я, чувствуя, как румянец заливает щеки, — веду себя как школьница. Ну и что, что красивый незнакомец? В моей чайной бывает множество посетителей, и я же не падаю в обморок от каждого нового лица!»

Но сердце предательски колотилось, а в животе поселилось странное чувство предвкушения.

Незнакомец же решительно направился к двери чайной.

— Мира, — быстро шепнула я, — веди себя естественно. Это обычный посетитель, как и все остальные.

— Да, госпожа Луиза, — также шепотом ответила девушка, но по ее горящим от любопытства глазам было видно, что она взволнована не меньше меня.

Дверь мягко отворилась, и в мою уютную чайную вошел мужчина.

Первое, что я заметила, когда он откинул капюшон, — это его глаза. Серые, пронзительные, они окинули помещение быстрым, но внимательным взглядом, словно оценивая каждую деталь. Взгляд человека, привыкшего быстро анализировать обстановку и принимать решения.

«Господи боже мой, — пронеслось у меня в голове, — неужели мое желание исполнится так быстро?»

Он был высок — под метр девяносто, не меньше, — с благородной осанкой и движениями, выдававшими в нем либо военного, либо человека, привыкшего командовать. Темные волосы слегка растрепал морской ветер, что придавало ему некоторую романтичную небрежность. Черты лица были резкими, волевыми: высокие скулы, прямой нос, твердо очерченный подбородок. Но когда наши взгляды встретились, уголки его губ тронула загадочная полуулыбка, которая мгновенно смягчила строгость черт.

Одет он был в черную рубашку тонкой выделки, поверх которой была накинута кожаная куртка морского покроя, и плотные черные бриджи, заправленные в высокие сапоги. На плечах висел плащ из плотной ткани с серебряными застежками. Все качественное, дорогое, но при этом практичное — одежда человека, который ценит комфорт и функциональность превыше показной роскоши.

— Добрый день, — произнес он, и я с удивлением отметила, что голос у него низкий, бархатистый, с едва уловимым акцентом. — Я правильно понимаю, что здесь можно выпить хорошего чая?

«Конечно, можно, — подумала я, пытаясь совладать с внезапно участившимся сердцебиением, — только бы голос не дрожал, когда отвечу».

— Добро пожаловать в чайную "Луиза", — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал профессионально-дружелюбно. — У нас представлен широкий выбор чайных смесей на любой вкус. Располагайтесь, пожалуйста, где вам удобно.

Он окинул взглядом зал: два столика у окна были заняты посетителями. Его выбор пал на столик в дальнем углу, откуда открывался хороший обзор на весь зал и одновременно было достаточно уединенно.

«Интересно, — отметила я про себя, наблюдая, как он изящно снимает плащ и вешает на спинку стула, — выбор места очень продуманный. Либо просто любит уединение, либо привык контролировать обстановку. А может, и то, и другое».

— Меню у вас есть? — поинтересовался он, усаживаясь за столик.

— Конечно. — Я взяла с прилавка аккуратно переписанный список моих чайных смесей и подошла к его столику. — Но если позволите, я лучше расскажу о каждом варианте — так вы сможете выбрать именно то, что подойдет вашему настроению и вкусу.

Глава 36

Когда я приблизилась, то почувствовала легкий аромат морской соли, кожи, дорогого мыла и едва уловимого парфюма. Ничего навязчивого, но очень... притягательно.

— Прекрасная идея, — согласился он, и я заметила, как внимательно он изучает мое лицо. — Что бы вы посоветовали путнику, который только что сошел с корабля после долгого плавания?

«Значит, все-таки моряк, — подумала я с удовлетворением. — И действительно с того загадочного корабля. Интересно, капитан или просто пассажир?»

— Для восстановления сил после морского путешествия я бы рекомендовала "Звездную энергию", — начала я, стараясь говорить профессионально, но дружелюбно. — Дает прилив сил и ясность мышления. Или, если предпочитаете что-то более мягкое и успокаивающее — "Морское спокойствие". Оно поможет расслабиться и адаптироваться к твердой земле под ногами.

Он рассмеялся негромко, но искренне.

— Вы очень наблюдательны. Действительно, после недель на палубе земля под ногами кажется странно неподвижной. А вы сами пьете свои смеси или предпочитаете что-то другое?

Вопрос застал меня врасплох своей личной направленностью. Обычно посетители интересовались составом чая, ценой или спрашивали о происхождении ингредиентов. Но никто не спрашивал о моих личных предпочтениях.

— Я предпочитаю "Закатное тепло" по вечерам, — ответила я, чувствуя, как слегка краснею. — Согревает и помогает осмыслить прожитый день.

— Прекрасный выбор для владелицы заведения, — одобрил он. — Значит, вы та самая Луиза, в честь которой названа чайная?

— Да, это так. — Я слегка присела в подобии реверанса. — Луиза де Монфор, к вашим услугам.

— Адам, — представился он в свою очередь, поднимаясь и делая элегантный поклон. — Адам Корвейн. Занимаюсь торговлей, много путешествую. И должен сказать, что ваша чайная — приятное открытие для уставшего путешественника.

«Корвейн, — мысленно повторила я фамилию. — Не припоминаю такой среди местных жителей, да и звучит не совсем по-местному. Может быть, из столицы? Или вовсе из другого королевства?»

— Благодарю за комплимент, господин Корвейн. Так что же будете заказывать?

— А можно попробовать ваше "Морское спокойствие"? — Он снова улыбнулся, и я отметила, как эта улыбка преображает его суровое лицо. — И, если не затруднит, расскажите, как давно работает ваша чайная. В городе говорят, что это относительно новое заведение.

— Три месяца, — ответила я, направляясь к стойке за чаем. — До этого в Лазурной Гавани не было ни одного места, где можно было бы спокойно выпить хорошего чая в приятной обстановке.

— И как складывается дело? — поинтересовался он. — Наверняка было нелегко убедить местных жителей в том, что им нужна чайная.

Я начала заваривать чай. Процесс заваривания всегда успокаивал меня: размеренные движения, приятные ароматы, предвкушение результата.

— Поначалу действительно было трудно, — призналась я, отмеряя нужное количество трав. — Местные привыкли к "Соленой русалке" и другим тавернам. Но постепенно люди распробовали. Сейчас у меня есть постоянные посетители — торговцы, ремесленники, дамы из Верхнего города. А путешественники и приезжие, как правило, находят дорогу сюда довольно быстро.

— Что неудивительно, — заметил он. — Атмосфера у вас действительно уютная. Чувствуется, что хозяйка вложила в это место душу.

Я почувствовала,

— А вы надолго в нашем городе? — спросила я, ставя перед ним изящную чашку с дымящимся ароматным чаем.

— Примерно на неделю, — ответил он, осторожно пробуя напиток. — Нужно решить некоторые торговые вопросы, пополнить запасы, дать команде отдохнуть. — Он сделал еще глоток и одобрительно кивнул. — Превосходно. Вы не преувеличивали — смесь действительно удачная.

«Неделя, — отметила я про себя. — Довольно долго для простого торгового визита. Интересно, какие такие вопросы требуют столько времени? И что за товары он везет?»

— Остановились в "Соленой русалке"? — поинтересовалась я.

— Нет, предпочитаю жить на корабле, — ответил Адам. — Там все обустроено для долгого пребывания, а я привык к морской качке. К тому же, так удобнее следить за грузом и командой.

«Значит, он капитан, — сделала я вывод. — И корабль действительно его собственный. Интересно, что за груз он везет, если так тщательно его охраняет? Хотя, возможно, просто осторожный человек».

— А какими товарами торгуете? — спросила я, присаживаясь на стул рядом. В чайной в этот час было тихо, и можно было позволить себе немного поговорить с интересным посетителем.

— Разными, — ответил он несколько уклончиво. — В основном редкостями, которые сложно найти в обычных лавках.

— Как интересно, — сказала я с улыбкой.

В этот момент дверь чайной открылась, и вошла супруга торговца тканями — одна из моих постоянных посетительниц. Миранда была женщиной общительной и крайне любопытной, поэтому я встала, чтобы ее обслужить.

— Добрый день, госпожа Миранда! Как обычно, "Морской бриз"?

— Да, милочка, как всегда, — ответила она, но взгляд ее тут же переместился на Адама. — А это, случайно, не тот загадочный капитан с прекрасного корабля в гавани?

Адам поднялся и галантно поклонился.

— Адам Корвейн, к вашим услугам, мадам. Действительно, прибыл сегодня утром.

— О, какая честь! — Миранда просто засветилась от удовольствия. — Весь город только и говорит о вашем корабле! Такое красивое судно у нас редко можно увидеть!

«Ну вот, — подумала я с легкой досадой, — теперь госпожа Миранда займет его внимание полностью».

Глава 37

Адам взглянул на меня поверх головы восторженной госпожи Миранды, и в его глазах мелькнуло что-то, что можно было интерпретировать как извинение за прерванную беседу. Или это мне показалось? В любом случае, он с безупречной вежливостью ответил на расспросы любопытной дамы о своем корабле, команде и планах, но при этом умудрялся не сообщать ничего конкретного.

«Дипломатично, — отметила я про себя, заваривая "Морской бриз" для госпожи Миранды. — Отвечает на все вопросы, но по сути не говорит ничего. Либо очень осторожный человек, либо действительно есть что скрывать».

Постепенно в чайную потянулись и другие посетители. Молодой клерк из торговой гильдии заказал бодрящую "Звездную энергию", старик-рыбак как всегда попросил "Рыбацкое утро", а две дамы из Верхнего города устроились за столиком у окна с "Морским спокойствием" и местными сплетнями.

Я сновала между столиками, заваривая чай, подавая печенье от мастера Уильяма, собирая со столов. Но краем глаза постоянно наблюдала за Адамом. Он неторопливо пил свой чай, изредка кивал или вставлял реплику в нескончаемый монолог госпожи Миранды, но взгляд его периодически следовал за мной по залу.

Когда поток посетителей несколько поредел, а госпожа Миранда наконец удовлетворила свое любопытство и отправилась домой готовить ужин для мужа, Адам подозвал меня к своему столику.

— Простите за нашу прерванную беседу, — сказал он с легкой иронией в голосе. — Вижу, местные жители очень общительны.

— О да, — рассмеялась я. — Госпожа Миранда знает все новости города раньше, чем они случаются. Но она добрая женщина, просто очень любопытная.

— А вы не любопытная? — неожиданно спросил он.

Вопрос снова застал меня врасплох. Я задумалась, как ответить честно.

— Стараюсь умерить свое любопытство, — наконец сказала я. — В моем деле важно уметь слушать, но не пересекать границы приватности. Хотя, признаюсь, мне интересны люди и их истории.

— Мудрый подход, — одобрил он. — И редкий, должен сказать. В большинстве портовых городов таверны и постоялые дворы превращаются в центры сплетен.

— Наверное, поэтому я и не открыла таверну, — сказала я, подливая ему чай из чайника. — Хотелось создать место, где можно спокойно посидеть, подумать, поговорить без суеты и излишнего шума.

— И у вас это прекрасно получилось, — сказал он, и в его голосе я снова услышала искренность. — Признаюсь, я уже давно не встречал заведения, которое производило бы такое приятное впечатление.

«Неужели он флиртует со мной? — подумала я. — Или просто очень галантный джентльмен? Хотя какая разница — мне нравится и то, и другое».

— А много ли заведений вы видели? — поинтересовалась я.

— Я бывал в разных местах, — уклончиво ответил он.

— И как вам наш маленький городок?

— У маленьких городов есть свой особенный шарм, — сказал он, делая паузу. — Здесь спокойнее. Люди более открытые, дружелюбные. В столице все куда-то спешат, постоянно заняты важными делами. А здесь можно просто сидеть в уютной чайной и наслаждаться прекрасным чаем в приятной компании.

Последние слова он произнес, глядя прямо на меня, и я почувствовала, что краснею.

«Определенно флиртует, — сделала я вывод. — И делает это очень умело. Интересно, сколько сердец он уже разбил в разных портах? Хотя стоп, я же не собираюсь влюбляться в загадочного моряка, который через неделю уплывет в закат!»

— Боюсь, что после столичных развлечений наш городок может показаться вам скучным, — сказала я, стараясь держать тон легким и дружелюбным.

— О, поверьте, скука — это последнее, что я испытываю, — ответил он с той самой загадочной полуулыбкой. — Иногда именно в тихих местах происходят самые интересные открытия.

В этот момент зазвонил колокольчик у входа, и в чайную вошел Уильям с корзиной свежей выпечки.

— Луиза, принес вам еще теплые булочки с медом! — проговорил он радостно. — И новое печенье попробовал испечь, с лимонной цедрой!

— Чудесно! — отозвалась я, поднимаясь, чтобы принять корзину. — Как раз кстати, у меня есть посетитель, который наверняка оценит свежую выпечку.

Я обернулась к Адаму:

— Не хотели бы попробовать местные сладости? Мастер Уильям — лучший пекарь в городе.

— С удовольствием, — согласился он. — Особенно если вы составите мне компанию.

«Вот это уже определенно приглашение, — подумала я, чувствуя приятное волнение. — Интересно, как правильно ответить? С одной стороны, он клиент, и я должна держать дистанцию. С другой — он очень привлекательный мужчина, и мне действительно хочется продолжить разговор».

— Если вы не против чая с хозяйкой заведения, то я буду

Я принесла тарелку с еще теплыми булочками и села напротив него. Адам попробовал булочку и одобрительно кивнул.

— Действительно превосходно. Мастер знает свое дело.

— О да, в городе его выпечку знают все, — согласилась я. — Мне повезло договориться с ним о поставках.

— А как давно вы в этом деле? — поинтересовался он. — Судя по тому, как профессионально вы все здесь устроили всего за три месяца, опыт у вас немалый.

«Ну конечно, он заметил, — подумала я. — Придется как-то объяснить, откуда у меня знания о ведении бизнеса. Хорошо, что я заранее продумала легенду».

— До переезда в Лазурную Гавань я какое-то время жила в столице, — осторожно ответила я. — Работала в одном заведении, изучала особенности дела. Когда появилась возможность открыть что-то свое, решила попробовать.

— Смелое решение для молодой женщины, — заметил он. — Не каждый решится начать собственное дело в незнакомом городе.

— Иногда для новой жизни нужно место, где тебя никто не знает, — сказала я, и лишь потом поняла, что сказала больше, чем хотела.

Адам внимательно посмотрел на меня, и я почувствовала, что он заметил скрытый смысл моих слов.

— Понимаю, — сказал он тихо. — У каждого свои причины для перемен.

— А у вас есть семья? — спросила я, понимая, что тоже перехожу границы вежливости, но уже была не в силах остановиться.

— Нет, — коротко ответил он.

«Не женат, — отметила я и тут же одернула себя. — И что с того? Он все равно через неделю уплывет. Не стоит питать иллюзий».

— А вы? — спросил он в свою очередь. — Неужели такая очаровательная женщина не оставила в столице разбитых сердец?

Я почувствовала, как краснею до корней волос.

— Я... нет, никого особенного не было, — соврала я. — Больше думала о деле, чем о романтике.

«Хотя формально это правда, — подумала я. — В моем прошлом мире действительно никого серьезного не было. А здешняя Луиза должна была выйти замуж, но это совсем другая история».

— Значит, мужчины столицы лишены хорошего вкуса, — сказал он галантно.

От такого комплимента я совсем засмущалась. Неужели он действительно считает меня привлекательной? Или просто очень хорошо воспитан?

— Вы мне льстите, господин Корвейн, — сказала я, стараясь сохранить достоинство.

— Я говорю то, что думаю, — ответил он серьезно. — И зовите меня просто Адам. Формальности излишни в такой приятной обстановке.

Глава 38

Мы продолжали разговаривать, обсуждая город, жителей, морские путешествия. Адам оказался интересным собеседником — начитанным, наблюдательным, с тонким чувством юмора. Он рассказывал о разных странах, которые посетил, о необычных традициях, а я делилась наблюдениями о жизни в маленьком портовом городке.

Время пролетело незаметно. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая зал мягким золотистым светом, когда Адам взглянул на часы на стене.

— Боюсь, мне пора, — сказал он с сожалением. — Нужно проверить, как команда разгружает товар.

Он встал, достал кошелек и положил на стол серебряную монету — гораздо больше, чем стоил чай.

— Это слишком, — начала протестовать я.

— За прекрасный чай и еще более прекрасную компанию, — сказал он, накинув плащ. — К тому же, я думаю, это не последний мой визит к вам.

Сердце подпрыгнуло от радости.

— Буду рада видеть вас снова, — сказала я, стараясь не выдать своего волнения.

— До встречи, Луиза, — он взял мою руку и галантно поцеловал тыльную сторону ладони. — Спасибо за чудесный вечер.

Я проводила его взглядом до двери, а потом опустилась на стул, прижав руку к груди.

«Боже мой, — подумала я, — неужели это происходит со мной? Я влюбляюсь в загадочного капитана, которого знаю всего несколько часов? Это же полное безумие!»

Но несмотря на голос разума, сердце продолжало бешено стучать, а в памяти всплывали серые глаза Адама, его голос, прикосновение губ к моей руке...

«Ну и что теперь? — спросила я себя, убирая со стола. — Он сказал, что еще придет. Может быть, это не просто вежливость? Может быть, я ему тоже понравилась?»

Остаток вечера я провела в каких-то грезах, автоматически обслуживая последних посетителей и прибираясь в зале. Мысли постоянно возвращались к разговору с Адамом, к каждому его слову и взгляду.

Когда я закрывала чайную и шла в свою маленькую комнату, в голове все еще звучал его голос. Я долго не могла заснуть, ворочаясь на кровати и размышляя о том, увижу ли его завтра.

И я его увидела.

На следующий день Адам пришел ближе к вечеру, когда дневная суета стихла, а в зале остались лишь несколько постоянных посетителей. Он выбрал тот же столик в углу, откуда хорошо просматривался весь зал, но при этом можно было говорить, не опасаясь любопытных ушей.

— Добрый вечер, — поздоровался он, снимая плащ. — Надеюсь, день прошел удачно?

— Вполне, — ответила я, чувствуя знакомое волнение. — Что будете заказывать сегодня?

— Положусь на ваш выбор, — сказал он. — Вчера вы продемонстрировали превосходное знание чайного дела.

«Ах, он запомнил наш вчерашний разговор о чае, — подумала я с удовольствием. — И снова доверяет моему вкусу. Интересно, стоит ли предложить что-то особенное?»

Я принесла ему "Закатное тепло" — согревающую смесь с огненным корнем и корицей, которая идеально подходила для прохладного вечера. К чаю подала печенье с лимонной цедрой от мастера Уильяма.

— Превосходный выбор, — одобрил он, вдыхая аромат. — В этой смеси есть что-то... домашнее, уютное. А вы сами составляете смеси?

— Да, — призналась я не без гордости. — В городе с обычным чаем дела обстоят не очень хорошо, зато какое разнообразие местных трав! Можно экспериментировать, создавать уникальные вкусы.

— Удивительно, — сказал он задумчиво. — Превратить недостаток в преимущество. Не каждому это удается. Кстати, у меня есть несколько сортов чая из Восточных земель. Очень редкие, с изысканным ароматом. Если хотите, завтра принесу на пробу.

Сердце подпрыгнуло от радости — не столько от перспективы получения новых сортов чая, сколько от того, что он уже планировал завтрашнюю встречу.

— Я была бы очень рада, — ответила я, стараясь скрыть волнение.

Мы проговорили до позднего вечера.

— У вас талант к рассказыванию историй, — заметил он. — Вы превращаете обычные житейские ситуации в занимательные сюжеты.

— Наверное, потому что люди мне интересны, — призналась я. — У каждого своя история, свои радости и печали. А в маленьком городе все переплетено — как в большой семье.

— Значит, вам здесь нравится?

— Да, — сказала я искренне. — Это место стало мне домом.

«И это правда, — подумала я. — Несмотря на все безумие ситуации, я действительно чувствую себя здесь как дома. У меня есть свое дело, которое приносит радость не только мне, но и другим».

На следующий вечер Адам принес обещанные

— Этот называется "Лунный жасмин", — объяснял он, открывая первый мешочек. — Собирается только в полнолуние, когда цветы жасмина раскрываются полностью.

Аромат был потрясающий — нежный, цветочный, с едва уловимыми нотками мускуса.

— А этот — "Золото императора", — он показал второй сорт. — Растет на высокогорных плантациях, где туманы не рассеиваются до полудня.

— Они прекрасны, — восхитилась я, бережно нюхая каждый образец. — Но, боюсь, такая роскошь не по карману моим клиентам.

— А если не для продажи? — предложил он. — Для особых случаев. Или для особых гостей.

Последние слова он произнес, глядя прямо на меня, и я почувствовала, как щеки пылают.

— Это слишком дорогой подарок, — начала протестовать я.

— Для прекрасной хозяйки, которая понимает толк в чае, никакой подарок не может быть слишком дорогим, — галантно ответил он.

«Определенно флиртует, — констатировала я, чувствуя головокружение. — И делает это все более откровенно. Интересно, это игра для него или что-то большее? И что я вообще делаю? Влюбляюсь в человека, который через несколько дней исчезнет из моей жизни?»

Но несмотря на голос разума, я приняла подарок. Мы заварили "Лунный жасмин" в моем волшебном чайнике, и вкус получился просто волшебным — нежный, многослойный, с долгим послевкусием.

— Этот чайник у вас семейная реликвия? — поинтересовался Адам, разглядывая затейливую гравировку.

— Да, — ответила я. — Остался от матери.

«Формально это правда, — подумала я. — От матери той Луизы, в теле которой я оказалась».

— Красивая работа, — заметил он. — И явно не местных мастеров. Эти узоры... они напоминают руны Северных земель.

— Откуда вы знаете северные руны? — удивилась я.

— Торговля заставляет изучать многое, — уклончиво ответил он.

«Снова загадки, — подумала я. — Что за человек этот Адам? Простой торговец не может знать так много о рунах, языках, традициях разных стран. Хотя, может быть, он просто очень образованный?»

На четвертый день я уже с нетерпением ждала его прихода. День казался бесконечно долгим — я обслуживала посетителей, болтала с госпожой Мартой, принимала свежую выпечку от мастера Уильяма, но мысли постоянно возвращались к Адаму.

«Это смешно, — корила я себя, в который раз поглядывая на дверь. — Ведешь себя как влюбленная школьница. Он всего лишь клиент, который скоро уедет».

Но когда вечером дверь наконец открылась и на пороге появилась знакомая фигура в темном плаще, сердце забилось так, словно я бежала марафон.

— Добрый вечер, Луиза, — поздоровался он, и в его голосе слышалось что-то... теплое? Нежное?

— Добрый вечер, Адам, — ответила я, надеясь, что волнение не слишком заметно в голосе.

Сегодня он принес еще один подарок — небольшую деревянную шкатулку с разными сортами сушеных фруктов и орехов.

— Из южных стран, — объяснил он. — Прекрасно сочетаются с чаем.

— Вы меня балуете, — сказала я, принимая шкатулку. — Я не знаю, как вас благодарить.

— Ваша компания — лучшая благодарность, — ответил он серьезно.

Мы попробовали сушеные финики с "Золотом императора" — сочетание получилось изумительным. Сладость фруктов оттеняла терпкость чая, создавая гармоничный букет.

— У вас прекрасный вкус, — похвалила я.

— Просто много путешествовал и пробовал разные сочетания, — скромно ответил он. — Кстати, у меня есть предложение.

Сердце подпрыгнуло:

— Какое?

— Не хотели бы вы завтра прогуляться по берегу моря? — он немного смутился. — То есть, если у вас будет время и желание. Закат с морского берега здесь особенно красив.

Глава 39

— Не хотели бы вы завтра прогуляться по берегу моря? — он немного смутился. — То есть, если у вас будет время и желание. Закат с морского берега здесь особенно красив.

«О боже, — подумала я, чувствуя, как по телу разливается теплая волна. — Он приглашает меня на прогулку! Это уже не просто дружеское общение, это... свидание? Или мне кажется?»

— С удовольствием, — ответила я, стараясь говорить спокойно. — Во сколько?

— После закрытия вашей чайной. Часам к семи?

— Прекрасно, — согласилась я.

Остаток вечера прошел в каком-то тумане. Мы продолжали беседовать, но я плохо следила за разговором, мои мысли постоянно перескакивали на завтрашнюю прогулку. Что надеть? О чем говорить? И самое главное — что это означает?

Когда Адам ушел, я долго стояла у окна, глядя на огни его корабля в гавани.

«Луиза, — строго сказала я себе, — ты влюбляешься в человека, которого знаешь всего четыре дня. Это безумие. Ты не знаешь о нем почти ничего — ни откуда он родом, ни кто он такой на самом деле, ни что у него на душе».

Но несмотря на все доводы разума, в груди билось что-то теплое и радостное. Впервые в жизни — в обеих жизнях — я испытывала такие чувства. В своем мире я была слишком занята выживанием и построением карьеры. А здесь, в этом удивительном месте, встретила мужчину, который заставлял мое сердце биться чаще.

«Может быть, — подумала я, засыпая, — иногда стоит просто довериться чувствам? В конце концов, жизнь и так преподнесла мне столько сюрпризов, что одним больше, одним меньше...»

Следующий день начался с моего нервного метания по чайной. К вечеру перемерила три разных платья, остановившись в итоге на темно-синем — элегантном, но не слишком нарядном.

«Не хочу выглядеть так, словно собралась на светский раут, — размышляла я, заплетая волосы в аккуратную косу. — Но и совсем уж буднично одеваться не стоит. Это же все-таки... свидание?»

Адам пришел ровно в семь, когда я только проводила последнего посетителя.

— Готовы к прогулке? — спросил он, и в его глазах читалось что-то похожее на волнение.

«Неужели он тоже нервничает?» — подумала я с удивлением.

Мы направились к берегу по узким улочкам, ведущим к морю. Вечерний воздух был наполнен ароматом соли и водорослей, где-то в гавани поскрипывали мачты кораблей, покачивающихся на волнах. Я шла рядом с Адамом, ощущая странную смесь волнения и покоя — его присутствие одновременно возбуждало и успокаивало.

Мы спустились на песчаный пляж, где волны мягко накатывали на берег. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в невероятные оттенки — от нежно-розового до глубокого пурпурного. Я остановилась, зачарованная красотой момента.

— Как красиво, — прошептала я.

— Да, — согласился Адам, но когда я взглянула на него, обнаружила, что он смотрит не на закат, а на меня.

Мы неторопливо шли по кромке прибоя. Я сняла туфли и подняла подол платья, наслаждаясь ощущением прохладного песка под ногами. Адам рассказывал о дальних странах — о городах из белого мрамора, где цветут сады на крышах домов, о северных землях, где солнце не заходит по полгода, о южных островах с пальмами и лагунами цвета изумруда.

— А какое самое прекрасное место, которое

Он задумался, глядя на горизонт:

— Знаете, красота — понятие относительное. Место становится прекрасным не само по себе, а благодаря тому, что мы там чувствуем. Или с кем мы там находимся.

«Боже мой, — подумала я, чувствуя, как учащается сердцебиение. — Он определенно флиртует. И делает это мастерски. Интересно, сколько женщин в разных портах слышали подобные комплименты?»

Но, несмотря на цинические мысли, я чувствовала себя особенной. Может быть, именно в этом и состоит талант настоящего мужчины — заставлять женщину чувствовать себя единственной?

Солнце коснулось горизонта, превратившись в огромный оранжевый диск. Морская гладь отражала закатные краски, создавая ощущение, что мы стоим между двумя небесами. Легкий ветерок играл моими волосами, и я потянулась поправить выбившуюся прядь.

— Позвольте, — тихо сказал Адам и осторожно заправил локон за мое ухо.

Его пальцы едва коснулись моей щеки, но этого прикосновения хватило, чтобы по коже побежали мурашки. Мы стояли очень близко, и я могла рассмотреть золотистые искорки в его серых глазах, почувствовать его дыхание.

«Сейчас он меня поцелует, — пронеслось в голове. — И что я буду делать? Позволю? Или это слишком быстро?»

Но Адам отступил на шаг, и я почувствовала одновременно облегчение и разочарование.

— Становится прохладно, — заметил он. — Не замерзли?

— Нет, все в порядке, — солгала я, хотя действительно начинала зябнуть.

Адам снял свой плащ и накинул мне на плечи. Ткань хранила тепло его тела и слабый аромат морской соли вперемешку с чем-то еще — кедром? Сандалом? Что-то явно дорогое и изысканное.

«Определенно не простой торговец, — думала я, кутаясь в теплую ткань. — Этот плащ стоит больше, чем я зарабатываю за месяц. Да и манеры у него... Кто ты, Адам?»

Мы сели на большой валун, наблюдая, как солнце медленно погружается в море. Волны тихо шептались у наших ног, а в воздухе появились первые звезды.

— Расскажите о своей мечте, — попросил Адам. — Чего вы хотите от жизни?

— Свободу, — ответила я не задумываясь. — Возможность самой выбирать свой путь. И чтобы мое дело приносило людям радость.

— А любовь? — тихо спросил он.

Я почувствовала, как краснею:

— А разве это не слишком личный вопрос для пятого дня знакомства?

— Возможно, — согласился он с улыбкой. — Но иногда за пять дней можно узнать о человеке больше, чем за пять лет.

— И что вы узнали обо мне за эти пять дней? — поинтересовалась я, пытаясь говорить легко.

Адам повернулся ко мне:

— Что вы храбрая женщина, которая не боится начинать заново. Что у вас доброе сердце — я вижу, как вы заботитесь о своих посетителях. Что вы умна и наблюдательна. И что... — он замолк.

— И что? — подтолкнула я.

— И что вы прекрасны, — тихо произнес он.

Мое сердце подпрыгнуло и забилось как безумное. Я смотрела в его глаза, и весь мир сузился до этого момента — до звезд над головой, шума волн, тепла его плаща на моих плечах.

— Адам... — начала я, но не знала, что сказать.

Он наклонился ближе, и я почувствовала, как воздух между нами становится плотным, наэлектризованным. Время словно замедлилось.

И тут он поцеловал меня.

Глава 40

Это было не робкое касание губ, как я ожидала, а глубокий, страстный поцелуй. Его губы оказались теплыми и требовательными, руки обняли меня крепко и настойчиво. Я почувствовала его силу — не только физическую, но и какую-то внутреннюю, магнетическую власть, от которой закружилась голова.

«О боже, — промелькнула мысль, пока я тонула в ощущениях. — Вот это поцелуй. Все парни из моего прошлого мира могут идти к нему учиться...»

Его рука крепко держала меня за талию, и я чувствовала, как мое тело само тянется к нему. Весь мой разум кричал "сдавайся без боя!", и я почти готова была последовать этому совету, когда Адам внезапно отстранился.

Мы оба тяжело дышали. Его глаза горели в полумраке, но в них читалось что-то похожее на борьбу с самим собой.

— Прошу прощения, — произнес он хрипло, отводя взгляд. — Я повел себя слишком... настойчиво. Не следовало мне...

— Что? — Я моргнула, все еще находясь в сладком тумане от его поцелуя.

Он поднялся с валуна, проведя рукой по волосам — жест, выдававший его смущение.

— Мы знакомы всего пять дней, а я веду себя как...

— Как мужчина, которому нравится женщина? — закончила я за него, тоже поднимаясь.

«Господи, — подумала я с внутренним стоном, — только не говори, что ты сожалеешь! Это был лучший поцелуй в моей жизни, включая обе жизни!»

Но вслух я изобразила легкое смущение, потупив взгляд:

— То есть... я хочу сказать... — Я нарочно запнулась, делая вид, что подбираю слова. — Наверное, это действительно было слишком быстро...

Хотя внутренне я кричала: «Адам, ради всех святых, не останавливайся! Целуй меня еще! Я готова к продолжению банкета!»

Он внимательно посмотрел на меня, и я увидела в его глазах облегчение, смешанное с сожалением.

— Вы не сердитесь? — тихо спросил он.

— Сержусь? — Я сделала вид, что обдумываю вопрос, хотя на самом деле хотела сказать: «Сержусь на то, что ты остановился!» — Нет, не сержусь. Просто... это было неожиданно.

«Неожиданно прекрасно», — добавила я мысленно.

Адам кивнул, но я заметила, как его взгляд задержался на моих губах, прежде чем он решительно отвернулся к морю.

— Возможно, нам стоит возвращаться, — сказал он. — Становится темно, и вам завтра рано вставать.

«Практичный, — подумала я с иронией. — Беспокоится о моем расписании, когда я готова была забыть о существовании чайной ради продолжения этого вечера».

Но я послушно кивнула:

— Наверное, вы правы.

Мы пошли обратно по берегу, и я старалась не показать своего разочарования. Его плащ все еще окутывал мои плечи, и я вдыхала его запах, пытаясь запомнить каждую деталь этого вечера.

Адам шел рядом, изредка поддерживая меня под локоть на неровных участках дороги. Его прикосновения были осторожными, почти целомудренными, но каждое из них отзывалось теплом где-то в области солнечного сплетения.

«Интересно, — размышляла я, пока мы поднимались по узким улочкам, — он действительно сожалеет о поцелуе или просто играет роль джентльмена? Потому что судя по тому, как он целовался, сожалений быть не должно...»

— О чем думаете? — спросил Адам, когда мы остановились у развилки дорог.

— О работе, — солгала я. — Завтра нужно проверить новую партию травяных смесей.

«О том, что ты целуешься как бог», — подумала я на самом деле.

— Вы очень преданы своему делу, — заметил он с улыбкой.

— А вы своему, — парировала я. — Кстати, когда ваш корабль отправляется в следующий рейс?

Что-то мелькнуло в его глазах — слишком быстро,

— Пока не знаю точно. Возможно, через несколько дней. Зависит от... обстоятельств.

«Загадочно, — отметила я про себя. — И уклончиво. Определенно в этом что-то есть».

Мы дошли до чайной, и я с сожалением сняла его плащ:

— Спасибо. За прогулку и за... все.

Адам принял плащ, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Даже этого краткого касания хватило, чтобы по коже побежали мурашки.

— Это мне следует благодарить вас, — сказал он. — За прекрасный вечер.

Мы стояли друг напротив друга у двери чайной, и я чувствовала, что он борется с желанием снова меня поцеловать. Честно говоря, я бы не возражала.

«Да поцелуй же меня на прощание!» — мысленно взмолилась я, но вслух лишь сказала:

— Увидимся завтра?

— Конечно, — ответил он. — Если позволите, я приду к вечеру. После того, как вы закроете чайную.

— Я буду ждать, — призналась я, и это была чистая правда.

Адам наклонился и легко поцеловал мою руку — формальный, приличный жест, но даже он заставил мое сердце пропустить удар.

— Спокойной ночи, Луиза.

— Спокойной ночи, Адам.

Я смотрела, как он уходит по пустынной улице, пока его фигура не растворилась в ночных тенях. Только тогда я позволила себе вздохнуть и прислонилась спиной к двери чайной.

«Все, — подумала я, чувствуя, как глупая улыбка расползается по лицу. — Я влюбилась. Окончательно и бесповоротно. В загадочного капитана, о котором практически ничего не знаю».

Я достала ключ и отперла дверь, включила кристаллы освещения и осмотрела свое уютное королевство. Столики, полки с чайными банками, засушенные травы под потолком — все это вдруг показалось мне особенно дорогим. Здесь я встретила Адама. Здесь началась наша история.

«История чего? — иронически спросила себя я, направляясь в свою комнатку. — Курортного романа с моряком, который через несколько дней уплывет к другим берегам?»

Но даже эта мысль не могла испортить мне настроение. Я переоделась в ночную рубашку, распустила волосы и села перед маленьким зеркалом, которое купила у местного торговца. В отражении на меня смотрела женщина с сияющими глазами и слегка припухшими от поцелуя губами.

Я погасила кристаллы и легла в постель, но сон не шел. В голове прокручивался весь вечер — каждое слово, каждый взгляд, каждое прикосновение. А особенно тот поцелуй...

«Завтра он придет снова, — подумала я, зарываясь лицом в подушку. — И что тогда? Будем делать вид, что ничего не произошло? Или...»

В груди разлилось сладкое предвкушение.

Я повернулась на бок, глядя в окно, где между занавесками виднелся кусочек ночного неба. Где-то там, в гавани, покачивался на волнах его корабль. Интересно, спит ли он или тоже лежит без сна, думая о нашем поцелуе?

«Глупости, — одернула себя я. — Он опытный мужчина, путешественник. Наверняка в каждом порту у него есть подобные знакомства».

Но почему-то эта разумная мысль не хотела укладываться в голове. Что-то в его поведении, в том, как он смотрел на меня, говорило о том, что для него это тоже что-то особенное.

«Или я просто себя убеждаю», — вздохнула я и закрыла глаза, решив наконец заставить себя уснуть.

Но последней мыслью перед сном было: «Завтра. Завтра он придет, и я узнаю, что это было — случайность или начало чего-то важного».

Глава 41

Утро началось с того, что я едва не засыпала стоя над чайником. Всю ночь мои мысли кружили вокруг Адама — его глаз, его поцелуя, обещания прийти вечером.

«Господи, — подумала я, поймав свое отражение в полированном боку чайника, — я превратилась в одну из тех влюбленных дурочек, над которыми раньше посмеивалась. Следующий этап — начать писать его имя в блокнотах и вышивать инициалы на салфетках».

Но даже эта ироничная мысль не могла испортить мне настроение. Я чувствовала себя так, будто внутри меня зажглась маленькая звездочка, и она светилась так ярко, что, казалось, должна была быть видна снаружи.

Мира появилась к открытию чайной, как обычно бодрая, румяная, с косой, аккуратно обмотанной вокруг головы. Она сразу же заметила мое состояние.

— Луиза, вы сегодня прямо светитесь, — сказала она, заввязывая фартук. — Случилось что-то хорошее?

— Просто хорошо спала, — соврала я, стараясь выглядеть обыденно. «Ага, спала. Часа четыре из восьми, остальное время пялилась в потолок и вспоминала, какие у него сильные руки».

— Хм, — Мира прищурилась, изучая меня с подозрением. — А почему вы улыбаетесь в чайник?

Я резко выпрямилась, поняв, что действительно стою над емкостью с водой и глупо улыбаюсь своему отражению.

— Не улыбаюсь, а... проверяю качество воды по отражению, — выпалила я первое, что пришло в голову.

— По отражению? — Мира подняла бровь. — Это какой-то новый способ?

«Отлично, Луиза. Теперь придется придумать целую теорию об определении качества воды по отражениям. Или признаться, что влюблена как последняя дурочка».

— Это... семейный секрет, — загадочно произнесла я. — Очень сложная методика.

Мира покачала головой, но спорить не стала. Мы начали готовиться к открытию: я расставляла чашки и блюдца, а она протирала столы. И тут в дверь постучали — это был Уильям с утренней выпечкой.

— Доброе утро, леди Луиза! — поприветствовал он меня, внося корзину с ароматными булочками. — Сегодня у меня особенные медовые рогалики и... — Он осекся, пристально на меня посмотрев. — А что это вы такая веселая с утра? Обычно вы серьезная такая, сосредоточенная, а сегодня прямо сияете.

«Великолепно. Теперь весь город будет обсуждать, почему хозяйка чайной ходит с идиотской улыбкой».

— Просто хорошая погода, — пробормотала я, принимая корзину. — Морской воздух действует освежающе.

— Морской воздух тут круглый год одинаковый, — резонно заметил Уильям. — А вы как будто помолодели лет на пять.

Мира фыркнула за моей спиной, но промолчала. Уильям получил свои деньги и ушел, но я видела, как он оглядывался на меня с любопытством.

Первые посетители начали подтягиваться к середине утра. Торговец Бернард, как обычно, заказал «Морской бриз» и овсяное печенье. Я принесла ему заказ и поставила чашку на край стола, откуда она тут же упала и разбилась.

— Ой! — Я вскрикнула и бросилась собирать осколки. — Простите, Бернард, я сейчас принесу новую чашку...

— Луиза, вы в порядке? — забеспокоился торговец.

— Все в порядке! — слишком быстро ответила я, убирая осколки. — Просто устала немного.

«Устала мечтать о том, как снова окажусь в его объятиях», — мысленно добавила я.

Мира подошла с веником и совком:

— Я уберу. А вы новую чашку принесите.

Когда я вернулась с новой порцией чая, Бернард принюхался и нахмурился:

— А что это у вас чай какой-то странный сегодня?

Я попробовала глоток и чуть не выплюнула обратно. Вместо освежающей смеси

— Ой, — промямлила я, чувствуя, как краснею. — Я, видимо, банки перепутала. Сейчас исправлю.

— Да ладно, — махнул рукой Бернард. — Ничего страшного, бывает.

Я унесла неправильный чай, а Мира проводила меня долгим взглядом. Когда я вернулась с правильным заказом, она подошла ко мне:

— Луиза, что с вами сегодня? За утро вы разбили чашку, перепутали чай, и еще полчаса назад налили кипяток мимо чайника.

— Ничего особенного, — попыталась я отмахнуться. — Просто рассеянна немного.

— Рассеянна? — Мира скрестила руки на груди. — Вы хуже влюбленной деревенской девчонки на ярмарке. Так кто он?

Я едва не выронила поднос с чистыми чашками.

— Кто?

— Тот, из-за кого вы ходите как в облаках, — невозмутимо продолжала Мира. — Небось тот красавчик-капитан, что каждый вечер здесь просиживает? Адам?

Господи, неужели так заметно?

— Не говори глупости, — пробормотала я. — Он просто... клиент.

— Ага, клиент, — усмехнулась Мира. — Который смотрит на вас как волк на овечку, а вы на него — как овечка на волка. И оба довольные этим расположением.

— Мира! — возмутилась я.

— А что? — невинно пожала плечами девушка. — Он красивый, вы красивая, оба свободные. И вчера вы вернулись домой очень поздно. Случайно видела, как вы поднимались по улице.

«Отлично. Теперь она еще и следит за моими передвижениями. Хорошо хоть не видела, как мы целовались на берегу».

— Мы просто прогулялись, — призналась я. — Поговорили о... о торговле.

— О торговле, — повторила Мира. — Конечно, что же еще может обсуждать молодая женщина с красивым мужчиной под звездами.

К полудню ситуация не улучшилась. Я умудрилась:

— Принести торговцу Олафу женьшеневый чай вместо травяного для пищеварения

— Забыть записать заказ капитана Бартона (к счастью, он заказывал одно и то же каждый день)

— Дважды посчитать неправильно сдачу

— И насыпать себе в чашку соль вместо сахара

— Луиза, — сказала Мира, когда очередная партия посетителей ушла, — если вы так и будете продолжать, то к вечеру либо сожжете чайную, либо отравите половину клиентов. Может, расскажете, что случилось?

Я рухнула на стул за стойкой и уткнулась лицом в ладони:

— Все так заметно?

— А вы как думали? — фыркнула девушка. — Вы ведете себя как девчонка, которая первый раз в жизни получила букет цветов. Так что там с капитаном Адамом?

Я подняла голову и посмотрела на Миру. В ее карих глазах читалось любопытство, смешанное с дружеской заботой. За месяцы работы она стала мне почти подругой — одной из немногих людей в этом мире, с кем я могла быть относительно откровенной.

— Он... мы... — Я замолкла, не зная, как объяснить. — Вчера он поцеловал меня.

— О! — Мира всплеснула руками. — Ну наконец-то! А я уже думала, что вы будете еще месяц ходить по кругу. Он на вас смотрит так, будто готов съесть, а вы краснеете каждый раз, когда он заходит. Слепому было видно, что между вами что-то есть.

«Прекрасно. Если даже восемнадцатилетняя Мира это заметила, значит, действительно было заметно всем».

Наконец-то наступил вечер.

Когда последний посетитель — торговец шелком из столицы — наконец допил свой чай "Закатное тепло" и ушел, я отпустила Миру и принялась наводить порядок с удвоенным рвением. Протерла все столы, расставила стулья, проверила запасы чая, подмела пол, даже протерла окна, хотя мыла их позавчера.

Нервы. Чистейшие нервы.

В зеркале, висящем у входа, на меня смотрела взволнованная девушка с розовыми щеками и блестящими глазами. Я поправила волосы, разгладила юбку темно-зеленого платья, которое выбрала специально для этого вечера — оно подчеркивало цвет глаз и делало талию тоньше.

«Хорошо хоть не переоделась десять раз, как собиралась», — подумала я с самоиронией.

Как раз когда я задувала последние свечи на столиках, в дверь постучали. Сердце подпрыгнуло и забилось.

— Открыто! — крикнула я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Дверь отворилась, и на пороге появился Адам. Он был одет в темно-синий камзол, который великолепно сидел на его широких плечах, и черные кожаные сапоги. Волосы слегка растрепал морской ветер, а в глазах горел теплый огонек.

— Добрый вечер, Луиза, — сказал он, входя внутрь. — Надеюсь, я не слишком рано?

— Как раз вовремя, — ответила я, чувствуя, как глупая улыбка расползается по лицу. — Я только закрылась.

Он окинул взглядом чайную, где уже горели только кристаллы освещения, создавая мягкий, интимный полумрак.

— Хорошо поработали сегодня?

— Да, был насыщенный день, — соврала я. В реальности я провела его, мечтая об этой встрече.

Адам подошел ближе, и я почувствовала знакомый запах морского ветра и чего-то еще — мужественного и притягательного.

— Луиза, — произнес он, и в его голосе звучала какая-то торжественность. — Я хотел бы пригласить вас к себе на корабль. Если вы не против, конечно.

Мое сердце пропустило несколько ударов. Корабль. Его территория. Мы вдвоем. Вечер. Все возможные последствия пронеслись в голове за долю секунды.

«Стоп, — одернула я себя. — Может, он просто хочет показать свой корабль. Мужчины любят демонстрировать свое... э... имущество».

— Я была бы рада, — ответила я, стараясь звучать естественно, а не как девица, готовая броситься ему в объятия.

— Превосходно, — улыбнулся Адам. — Тогда позвольте проводить вас.

Глава 42

Я быстро заперла чайную, накинула легкий плащ и взяла его под руку. Мы спустились к гавани по знакомым уже узким улочкам, мимо закрытых лавок и таверн, где еще горел свет.

— Расскажите о своем корабле, — попросила я, просто чтобы заполнить молчание и успокоить нервы.

— "Властелин Ветров", — ответил Адам с гордостью в голосе. — Построен в верфях Северного королевства. Быстроходный, маневренный, может ходить как по морю, так и по океану. Команда — двадцать человек, все проверенные.

— Давно занимаетесь торговлей?

— Достаточно, — уклончиво ответил он, и я снова заметила эту его особенность — не раскрывать подробностей о себе.

«Загадочный мужчина, — подумала я. — Интересно, все капитане такие скрытные или у него есть особые причины?»

Но сейчас меня это мало волновало. Гораздо больше я была занята тем фактом, что его рука крепко держала мою, и это прикосновение отзывалось где-то в районе живота сладким трепетом.

Гавань вечером выглядела совершенно по-другому, чем днем. Корабли покачивались на якорях, их мачты рисовали затейливые узоры на фоне звездного неба. Кое-где на палубах горели фонари, слышались негромкие голоса матросов.

— Вот он, — сказал Адам, остановившись у причала.

"Властелин Ветров" был великолепен. Даже в полумраке было видно, что это не обычное торговое судно. Корпус из темного дерева, изящные линии, высокие мачты с туго натянутыми снастями.

— Он прекрасен, — сказала я искренне.

— Спасибо, — Адам помог мне подняться на борт. — Добро пожаловать

— Команда на берегу? — спросила я, заметив, что мы одни.

— Дал им увольнение на вечер, — ответил Адам. — Подумал, что нам лучше побыть вдвоем.

Его тон был нейтральным, но что-то в этих словах заставило мое сердце учащенно забиться.

— Хотите, покажу вам корабль? — предложил он.

— Конечно!

Адам провел меня по палубе, показывая и рассказывая. Вот штурвал из резного дерева с медными деталями. Вот мачты — "грот-мачта, фок-мачта, бизань-мачта", — терпеливо объяснял он, видя мое замешательство. Вот каюты команды, а здесь — каюта-компания, где едят офицеры.

Все было идеально ухожено, каждая деталь на своем месте. Явно корабль человека, который заботится о своем имуществе.

— А это моя каюта, — сказал он, открывая дверь в кормовой части судна.

Я заглянула внутрь. Просторное помещение с большими окнами, выходящими на корму. Массивный стол из темного дерева, заваленный картами и документами. Книжные полки, кровать с резным изголовьем, покрытая темно-синим покрывалом. В углу — сундук, наверняка полный сокровищ и тайн.

«Определенно не бедствующий торговец», — отметила я про себя.

— Очень... солидно, — сказала я вслух.

— Спасибо. А теперь... — Адам взял меня за руку. — Главное, ради чего я пригласил вас.

Он повел меня на верхнюю палубу, и я замерла от восхищения. Посреди палубы был накрыт стол: белоснежная скатерть, серебряная посуда, высокие свечи в изящных подсвечниках. Тарелки с фруктами, сыром, морскими деликатесами. Бутылка вина и два бокала.

— Адам! — выдохнула я. — Это невероятно!

— Подумал, что вам понравится поужинать под звездами, — сказал он, явно довольный моей реакцией.

Романтический ужин на корабле, при свечах, под звездным небом, наедине с самым привлекательным мужчиной, которого я когда-либо встречала. Если это не исполнение желания, загаданного чайничку, то что тогда?

«Магия работает», — подумала я с внутренним ликованием.

Адам подвинул мне стул, и мы сели за стол. Свечи мягко освещали его лицо, отбрасывая таинственные тени, делая его еще более привлекательным.

— За что выпьем? — спросил он, наливая вино.

— За новые знакомства, — предложила я.

— За новые знакомства, — согласился он, и наши бокалы мелодично звякнули.

Вино оказалось превосходным — легким, с фруктовым послевкусием. Еда была изысканной: сыры, которых я никогда не пробовала, фрукты из дальних стран, какие-то морские деликатесы.

— Где вы все это взяли? — спросила я, пробуя особенно вкусный сыр с голубыми прожилками.

— Привез из последнего плавания, — ответил Адам. — Специально для особых случаев.

— И этот случай... особый?

Он посмотрел на меня так, что я почувствовала, как краска заливает щеки.

— Луиза, — произнес он серьезно. — Я должен вам кое-что сказать.

Мое сердце подпрыгнуло. «Вот оно. Сейчас он скажет, что завтра уплывает. Или что у него в каждом порту есть подружка. Или что он женат».

— Я слушаю, — сказала я, стараясь казаться спокойной.

Адам отложил бокал и взял мои руки в свои.

— За эти дни... за то короткое время, что я вас знаю... — Он помолчал, подбирая слова. — Вы изменили все.

— Все? — переспросила я глухо.

— Мои планы. Мои намерения. Мои... чувства.

Он поднял мою руку к губам и нежно поцеловал ладонь. От этого прикосновения по телу пробежала дрожь.

— Луиза, я никогда не верил в любовь с первого взгляда. Считал это выдумками трубадуров. Но когда я вошел в вашу чайную... когда увидел вас...

— Адам... — прошептала я.

— Я влюбился, — произнес он просто. — Безнадежно, отчаянно, навсегда. Я люблю вас, Луиза.

Мир остановился. Время замерло. Даже волны, кажется, прекратили шуметь за бортом.

— И я... — начала я, но голос сорвался от волнения. — И я люблю вас, Адам. Тоже с первого взгляда. Тоже безнадежно.

Его глаза засияли, и он поднялся из-за стола, увлекая меня за собой.

— Повторите, — попросил он, обнимая меня.

— Я люблю вас, — сказала я, глядя ему в глаза. — Люблю.

И тут он поцеловал меня.

Если вчерашний поцелуй на берегу был страстным, то этот был... неописуемым. Он целовал меня так, словно хотел передать все свои чувства, всю страсть, всю нежность. Его губы были требовательными и нежными одновременно, руки крепко держали меня, не давая упасть — а я определенно могла упасть, потому что ноги подкашивались, а голова кружилась.

«Господи, — мелькнула мысль сквозь туман ощущений, — как же он целуется! Это должно быть запрещено законом!»

Но на этот раз он не остановился. Его поцелуи становились все более страстными, руки скользили по моей спине, по волосам. Я отвечала с такой же страстью, удивляясь собственной смелости. Все мои предрассудки и сомнения куда-то испарились.

Глава 43

Под звездным небом, в объятиях этого невероятного мужчины, я чувствовала себя словно в сказке. Его губы скользили от моих губ к шее, оставляя огненный след, от которого по телу разливалось сладкое тепло.

«Так вот каково это, — думала я сквозь туман ощущений, — когда тело само знает, чего хочет. Все романы и фильмы — бледная тень по сравнению с реальностью».

Он подхватил меня на руки так легко, словно я весила не больше перышка.

«Ого, — отметила я про себя, обвивая руками его шею. — А капитан в хорошей форме».

Он отнес меня в свою каюту, осторожно поставил на ноги и снова поцеловал.

На этот раз его поцелуй был медленным, исследующим. Его руки бережно скользили по моему телу, словно он изучал каждый изгиб, каждую линию. Я чувствовала, как мое тело отвечает на его прикосновения.

«Интересно, — мелькнула ироничная мысль, — а предыдущая хозяйка этого тела знала, что оно способно на такие ощущения? Потому что я определенно этого не ожидала».

Адам целовал мою шею, плечи, и я чувствовала, как по телу разливается жар. Его пальцы умело справлялись со шнуровкой моего платья, и я подумала, что у него определенно есть опыт в этом деле.

«Ну конечно, — отметила я мысленно, — красивый, богатый капитан корабля. Наверняка в каждом порту толпы женщин мечтали попасть к нему в каюту. Хорошо, что сейчас мне все равно на его прошлое».

Платье соскользнуло на пол мягкой волной ткани, и я на мгновение застеснялась. В своем мире я была достаточно уверена в себе, но сейчас, в этом новом теле, чувствовала себя немного неловко.

— Вы великолепны, — прошептал Адам, и искренность в его голосе развеяла все мои сомнения.

Его руки и губы творили чудеса, пробуждая в теле ощущения, о которых я только читала в романах. Каждое прикосновение отзывалось сладкой дрожью, каждый поцелуй уносил меня все дальше от реальности в мир чистого наслаждения.

«Значит, все эти восторженные описания в книгах были не так уж сильно преувеличены, — подумала я, цепляясь за его плечи. — Кто бы мог подумать».

Когда настал

— Все будет хорошо, — прошептал Адам, словно почувствовав мое волнение. — Я буду осторожен.

И он действительно был осторожен. Нежным, терпеливым, внимательным к каждой моей реакции. Боль была кратковременной, быстро сменившись совершенно новыми ощущениями.

«Ничего себе, — думала я, привыкая к новым чувствам. — И это только начало...»

Адам двигался медленно, давая мне время привыкнуть, и постепенно боль исчезла совсем, уступив место растущему наслаждению.

Страсть нарастала волнами, унося нас все выше и выше, пока весь мир не сузился до этой каюты, этой кровати, наших переплетенных тел. Я кричала его имя, царапала ногтями спину, совершенно потеряв контроль над собой.

«Вот это да», — мелькнула последняя связная мысль, прежде чем меня накрыла волна такого удовольствия, что я просто перестала думать вообще.

Мы достигли пика одновременно, и я чувствовала, как его тело напрягается, как он произносит мое имя сквозь стиснутые зубы. Потом он обмяк, тяжело дыша, и мы лежали, обнявшись, постепенно приходя в себя.

— Боже мой, — прошептала я, когда дыхание более или менее восстановилось. — Это было...

— Невероятно, — закончил за меня Адам, нежно целуя мой висок. — Ты невероятная, Луиза.

Я лежала на его груди, слушая, как постепенно успокаивается его сердцебиение. Его рука гладила мои волосы, и я чувствовала себя совершенно счастливой.

— О чем задумалась? — спросил Адам.

— О том, что я счастлива, — честно ответила я. — И о том, что не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась.

— А кто сказал, что она должна заканчиваться? — В его голосе прозвучали озорные нотки.

Он перевернулся, нависая надо мной, и я увидела в его глазах возвращающееся желание.

— Серьезно? — спросила я, приподняв бровь. — Уже? А я думала, мужчинам нужен перерыв...

— Видимо, ты недооцениваешь свое влияние на меня, — сказал он, целуя мою шею.

«И недооцениваю выносливость морских капитанов, — добавила я мысленно, чувствуя, как тело снова откликается на его прикосновения. — Хотя я не жалуюсь».

Во второй раз было еще лучше. Мы уже изучили друг друга, знали, что нравится, что возбуждает. Адам был более страстным, а я — более смелой. Мы экспериментировали, играли, наслаждались друг другом без спешки.

— Я никогда не думал, что такое возможно, — говорил он между поцелуями. — Такая страсть, такая близость...

— Я тоже, — призналась я, и это была правда.

Потом мы лежали, обнявшись, и разговаривали. О будущем, о планах, о мечтах.

— Останься со мной, Луиза, — сказал Адам, крепче прижимая меня к себе. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Мое сердце подпрыгнуло от радости, но я попыталась сохранить хоть каплю здравого смысла.

— Мы знакомы всего неделю...

— И что с того? — он приподнялся на локте, глядя на меня серьезно. — Я знаю, что люблю тебя. Знаю, что хочу провести с тобой всю жизнь. Разве времени тут много нужно?

— Я согласна, — даже не скрывая счастливой улыбки, ответила я.

Мы снова занялись любовью, на этот раз неторопливо, нежно, словно у нас была целая вечность. А потом лежали, слушая плеск волн за окном и глядя на звезды.

* * *

Я проснулась в объятиях Адама под нежными лучами утреннего солнца, пробивавшимися сквозь небольшой иллюминатор его каюты. На мгновение мне показалось, что все происходившее вчера было сном. Но теплое мужское тело рядом, сильная рука на моей талии и легкий запах морской соли, смешанный с его собственным ароматом, напомнили мне, что это прекрасная реальность.

«Проснуться в объятиях красавца-капитана, — подумала я сонно, — определенно лучший способ начать утро. Кто бы мог подумать, что попадание в другой мир принесет такие бонусы».

Адам спал, и я позволила себе насладиться возможностью изучить его лицо. Во сне он выглядел моложе, черты смягчились, а волосы растрепались. На груди виднелось несколько шрамов, видимо, морская жизнь не всегда была мирной.

«Интересно, откуда эти шрамы? — размышляла я, осторожно проводя пальцем по тонкой белой линии. — Пираты? Морские чудовища? А может, просто неудачно упал с мачты?»

Адам зашевелился и открыл глаза, сразу же фокусируясь на моем лице.

— Доброе утро, — прохрипел он сонным голосом, и от этого звука в животе что-то приятно сжалось.

— Доброе утро, — ответила я, чувствуя, как на лице расплывается глупая влюбленная улыбка.

Он подтянул меня ближе и поцеловал.

«И вот так можно просыпаться каждое утро, — подумала я, отвечая на поцелуй. — Определенно не худший способ провести остаток жизни».

— О чем думаешь? — спросил он, мягко целуя мой висок.

— О том, как идеально все складывается, — призналась я, прижимаясь ближе.

Адам на мгновение напрягся, но я этого почти не заметила, слишком занятая своими размышлениями о том, как удачно все обернулось.

— Луиза, — сказал он серьезно, — я должен тебе кое-что сказать.

«О нет, — подумала я, чувствуя, как внутри все сжимается. — Сейчас он скажет, что это у него есть жена в другом порту».

— Что-то серьезное? — спросила я, стараясь не показывать волнение.

Он сел на кровати, пропустил руку через волосы — жест, который я уже успела полюбить, — и посмотрел на меня с каким-то странным выражением лица.

— Вчера ты согласилась стать моей женой, — начал он. — Но ты должна знать правду о том, кто я на самом деле.

— Я слушаю, — сказала я, садясь и инстинктивно подтягивая простыню к груди.

Адам встал с кровати и начал расхаживать по каюте, явно собираясь с духом. Вид у него был такой, словно он готовился к особенно неприятному разговору.

— Луиза, — произнес он, останавливаясь и глядя мне прямо в глаза. — Меня зовут не Адам. Мое настоящее имя — лорд Аздар из Драконьих земель.

Глава 44

Мир на мгновение остановился. Кровь застыла в венах, а в ушах зазвенело.

«Что? ЧТО? — кричал мой мозг. — Это невозможно! Это какая-то чудовищная ошибка!»

— Аздар? — переспросила я, надеясь, что ослышалась. — Драконий лорд Аздар?

— Да, — кивнул он, и по его лицу было видно, как тяжело ему даются эти слова. — Тот самый, за которого ты должна была выйти замуж. Пока не сбежала.

Я почувствовала, как простыня выскальзывает из онемевших пальцев, но мне было все равно. Мир перевернулся с ног на голову, а в голове царил полный хаос.

«Это он! — пронеслось в сознании. — Тот самый ужасный, жестокий, уродливый монстр, от которого я сбежала! Тот, который превращается в дракона и пожирает своих жен!»

— Ты... ты тот самый лорд Аздар? — повторила я, чувствуя, как начинает кружиться голова. — Тот, кто...

«Тот, кто довел до смерти трех жен. Тот, кто живет в

— Луиза, послушай меня, — начал он, делая шаг в мою сторону.

— Не подходи! — воскликнула я. — Ты обманул меня!

Слезы жгли глаза, а в груди поселилась тупая боль предательства. Как он мог? Как мог так играть со мной, притворяться кем-то другим?

— Я не хотел тебя обманывать, — сказал Аздар, и в его голосе звучала искренняя боль. — Я просто хотел понять, кто ты такая на самом деле.

— Понять? — Голос сорвался на истерическую нотку. — Ты решил поиграть со мной, как кот с мышкой! Соблазнить, а потом... что? Насильно утащить в свой замок?

«Боже мой, — думала я в панике, — он знал, кто я такая, с самого начала! Знал, что я та самая сбежавшая невеста! А я... а я призналась ему в любви! Отдалась ему!»

— Нет! — резко сказал он. — Все не так!

— А как тогда? — Я вскочила с кровати, подхватив с пола свое платье. — Ты случайно оказался в том же городе, куда я сбежала? Случайно зашел в мою чайную?

Руки дрожали, пока я натягивала платье. Все происходившее вчера внезапно предстало в совершенно другом свете. Романтические ужины, прогулки под звездами, страстная ночь — все это было спектаклем!

«Как я могла быть такой наивной дурочкой? — думала я, яростно завязывая шнуровку. — Конечно же, он все спланировал! Выследил меня, придумал легенду о капитане Адаме...»

— Луиза, дай мне объяснить, — попросил он, но я не хотела его слушать.

— Объяснить что? Как ты водил меня за нос? Как смеялся про себя, наблюдая, как глупая девчонка влюбляется в собственного мучителя?

Аздар — а теперь я заставляла себя думать о нем именно под этим именем — поморщился, словно мои слова причинили ему физическую боль.

— Я никогда над тобой не смеялся, — сказал он тихо. — И все, что происходило между нами... каждое слово, каждое прикосновение — все это было настоящим.

— Настоящим? — Я рассмеялась, и даже самой себе этот смех показался немного сумасшедшим. — Настоящим было только мое простодушие!

«А ведь магический чайничек исполнил мое желание, — с горькой иронией подумала я. — Я просила найти настоящую любовь, и он привел ко мне... этого человека. Видимо, у магии весьма специфическое чувство юмора».

Я схватила свои сандалии и направилась к двери каюты. Мне нужно было уйти отсюда, подальше от него, пока я окончательно не потеряла остатки самообладания.

— Куда ты идешь? — спросил Аздар.

— Домой, — бросила я через плечо. — В свою чайную. Подальше от тебя.

— Луиза, постой! — Он догнал меня у двери, загораживая выход. — Дай мне сказать!

— А что ты можешь сказать? — Я посмотрела на него, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. — То, что ты жестокий тиран, который довел до смерти двух жен, а третья сбежала от тебя в монастырь? Или то, что ты превращаешься в дракона и сжигаешь целые деревни?

Странное выражение промелькнуло на его лице.

— Три жены? — переспросил он. — Кто тебе такое сказал?

— Моя сестра! — выпалила я. — Элеонора рассказала мне о твоих... подвигах.

Аздар нахмурился.

— Элеонора? Твоя младшая сестра?

— Да, она самая! — Я попыталась обойти его, но он не двигался с места. — Та самая, которая спасла меня от жизни с монстром! Хотя, как оказалось, зря старалась...

— Луиза, — сказал он медленно, — я никогда не был женат. Ни разу.

Я остановилась как вкопанная.

— Что?

— У меня никогда не было жен, — повторил он. — Ни одной. Ни мертвых, ни живых, ни сбежавших в монастырь.

«Что он несет? — подумала я, чувствуя, как мир снова начинает качаться. — Это невозможно! Элеонора не могла врать!»

— Но... но Элеонора сказала...

— А что именно сказала твоя сестра? — В голосе Аздара появилась какая-то странная нотка.

Я попыталась вспомнить тот разговор в замковой спальне, который теперь казался происходившим в прошлой жизни.

— Она сказала, что ты ужасный, что превращаешься в дракона, что твои жены умирают или сбегают...

— И на основании этих слухов ты решила бежать?

— А что мне оставалось делать? — вспылила я. — Покорно идти под венец с чудовищем?

Аздар тяжело вздохнул и отошел от двери.

— Садись, Луиза. Пожалуйста. Я расскажу тебе, как все было на самом деле.

Я колебалась. С одной стороны, мне хотелось убежать и больше никогда его не видеть. С другой — что-то в его голосе заставляло меня остаться.

«К тому же, — подумала я, — хуже уже не будет. И если он действительно тот ужасный лорд, о котором рассказывала Элеонора, то что мешает ему силой удержать меня здесь?»

Я вернулась к кровати и села на самый край, готовая в любую секунду сбежать.

— Слушаю, — сказала я как можно более холодно.

Аздар сел в кресло напротив — достаточно далеко, чтобы я не чувствовала угрозы, но достаточно близко, чтобы видеть выражение его лица.

— Для начала — я действительно могу принимать драконью форму, — начал он. — Это не выдумка. Но превращение не делает меня монстром. Я не сжигаю деревни и не пожираю девственниц на завтрак.

«Ну, по крайней мере, одну девственницу он уже... — начала думать я и быстро прогнала эту мысль. — Не время для двусмысленных шуток!»

— А жены? — спросила я.

— Повторяю — у меня не было жен. Вообще. — Он поморщился.

Это было... неожиданно. Я попыталась осмыслить услышанное.

— Но Элеонора так подробно рассказывала! — возразила я. — Она не могла все это выдумать!

Аздар встал и подошел к иллюминатору, глядя на море. Утреннее солнце очерчивало его силуэт, и я невольно залюбовалась им, прежде чем вспомнила, что должна на него сердиться.

«Даже когда он оказывается не тем, за кого себя выдавал, он все равно чертовски привлекателен, — с досадой подумала я. — Мог бы хотя бы оказаться уродливым, чтобы легче было злиться».

— Когда я приехал в замок твоего отца на помолвку, — начал он, не оборачиваясь, — меня встретил герцог в полном расстройстве чувств. Он извинялся, заламывал руки и сообщил, что ты украла деньги из семейной казны и сбежала в ночи, опозорив весь род.

Я вздрогнула. Деньги? Какие деньги?

— Но я ничего не крала! — воскликнула я. — Элеонора сама дала мне мешочек с золотом!

Аздар наконец обернулся, и в его серых глазах мелькнуло что-то вроде понимания.

— Ах, сама дала... И деньги эти откуда взялись?

Я попыталась вспомнить. В тот вечер так много всего происходило — побег, сборы, страхи...

— Она сказала, что это ее сбережения, — медленно произнесла я. — Что она готова отдать их мне, лишь бы спасти от ужасного замужества...

«Но если подумать логически, — размышляла я, чувствуя, как в душе поднимается тревожное предчувствие, — откуда у Элеоноры такие

— А вечером... — продолжил Аздар, — вечером ко мне в покои пришла Элеонора.

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться.

— И что она хотела?

— Предлагала себя в жены вместо сбежавшей сестры, — сказал Аздар сухо.

Глава 45

«Элеонора? Моя застенчивая, кроткая сестричка?» — не поверила я.

— Это невозможно! — выпалила я. — Элеонора никогда... Она слишком скромная, слишком...

— Скромная? — Аздар усмехнулся. — Луиза, твоя сестра явилась ко мне в полупрозрачной ночной сорочке, которая оставляла мало места для воображения. Она плакала и рассказывала, как стыдится за твой поступок.

Я почувствовала, как челюсть отвисла. Элеонора?

— Она говорила, что чувствует себя обязанной загладить твою вину, — продолжал Аздар. — Что готова принести себя в жертву ради чести семьи. И при этом... — он поморщился, — она касалась моей руки, подходила очень близко, смотрела таким взглядом...

«Боже мой, — думала я в шоке, — Элеонора пыталась его соблазнить! Моя якобы любящая сестричка!»

— Она практически отдалась мне прямо там, в гостевых покоях твоего отца, — закончил Аздар.

— И что ты сделал? — спросила я, чувствуя, как пересыхает во рту.

— Вежливо отказался, — ответил он. — И знаешь, почему?

Я покачала головой, не в силах произнести ни слова.

— Потому что что-то в ней показалось мне фальшивым. Слишком уж все было театрально. Слезы в нужный момент, томные взгляды, случайные прикосновения. Словно она играла роль соблазнительницы, но играла не очень убедительно.

«Играла роль...» — эхом отозвалось в моей голове.

— А еще, — добавил Аздар, — она слишком много говорила о твоих недостатках. О том, какая ты своенравная, неблагодарная, как плохо воспитана.

Я чувствовала, как мир вокруг меня рушится. Все, во что я верила, все, на чем строила свою новую жизнь, оказывалось ложью.

«Элеонора... моя любящая сестричка, которая пожертвовала своими сбережениями, чтобы спасти меня... которая так трогательно прощалась со мной...»

— Когда она ушла, — продолжал Аздар, — я лег, но не мог заснуть. Что-то в этой истории не складывалось. Слишком удобно все получилось: старшая сестра сбегает, младшая тут же предлагает себя на замену.

— И ты решил найти меня, — догадалась я.

— Я решил выяснить правду. Найти тебя и понять, что же на самом деле произошло. Меня начало грызть любопытство. Кто такая эта девушка, которая предпочла бегство замужеству со мной? Что ее так напугало? И главное, жива ли она вообще? Поэтому я стал тебя искать. Потратил на это месяц. Опрашивал торговцев, магов, содержателей постоялых дворов. И наконец напал на след: некая молодая дама покупала телепортационный кристалл в Торнхейме.

«Месяц, — подумала я. — Он искал меня месяц. Это же... это же довольно романтично. Если, конечно, не считать того, что он меня обманывал».

— И ты проследил, куда ведет кристалл?

— Да. Магический след вел в Лазурную Гавань. Я приплыл сюда под видом торговца и начал осторожно выяснять, не появлялась ли здесь недавно молодая знатная дама.

— И быстро вышел на мою чайную?

Аздар повернулся от иллюминатора и посмотрел на меня с легкой улыбкой.

— О чайной "Луиза" мне рассказал буквально первый же человек, с которым я заговорил в порту. Сказал, что это самое удивительное заведение в городе, которое открыла загадочная девушка, появившаяся здесь месяц назад. И я решил заглянуть лично. И увидел тебя.

«Значит он искал меня и нашел, — подумала я. — Нашел и... влюбил в себя. Но зачем? Для чего ему понадобился этот маскарад с капитаном Адамом?»

— Зачем ты притворялся? — спросила я вслух. — Почему не сказал сразу, кто ты?

Аздар встал и снова подошел к иллюминатору. За его спиной поднималось солнце, превращая море в сверкающий ковер.

— А что бы ты сделала, если бы в твою чайную вошел лорд Аздар? — спросил он. — Тот самый ужасный тиран, от которого ты сбежала?

Я задумалась. Честно говоря, я бы, наверное, упала в обморок. Или попыталась бы снова сбежать.

— Скорее всего, убежала бы, — призналась я.

— Вот именно. А мне нужно было понять, кто ты такая на самом деле. Увидеть настоящую Луизу, а не ту девушку, которую описывала твоя сестра.

— И что ты увидел? — спросила я тихо.

Он повернулся ко мне.

— Я увидел умную, сильную женщину, которая не побоялась начать новую жизнь в незнакомом месте. Которая своими руками создала прекрасное место, где люди могут отдохнуть и насладиться покоем. Которая не сдалась, когда стало трудно, а взялась за дело и преуспела.

«Не говори мне красивые слова, — думала я, чувствуя, как сердце начинает предательски колотиться. — Не сейчас, когда я пытаюсь на тебя злиться...»

— Я увидел женщину, которая заботится о своих посетителях, знает их по именам, помнит их предпочтения в чае. Которая может поговорить с рыбаком так же легко, как с знатной дамой.

Он сделал шаг ко мне, и я не отстранилась.

— Я увидел женщину, с которой можно говорить о чем угодно. Которая не боится высказывать свое мнение, спорить, смеяться. Которая может быть нежной и страстной одновременно.

«Хватит, — сказала я себе. — Хватит слушать эти речи. Ты должна злиться на него!»

Но почему-то злость куда-то улетучивалась.

— И когда ты понял все это? — спросила я.

— С первого же дня, — признался он. — Когда ты подала мне чай и улыбнулась. Когда мы проговорили до позднего вечера, а мне не хотелось уходить. Когда я понял, что думаю о тебе, даже находясь на корабле.

«А он, оказывается, романтик, — с удивлением подумала я. — Кто бы мог подумать».

— Но ты продолжал притворяться, — напомнила я.

— Потому что боялся, — просто сказал он.

— Чего боялся? — не поверила я. — Ты же драконий лорд! Могучий правитель!

— Боялся, что ты снова сбежишь. Боялся, что не дашь мне шанса показать, какой я на самом деле.

Он подошел совсем близко и осторожно взял мою руку в свои ладони.

— Луиза, все слухи обо мне — ложь. Да, я драконий лорд. Да, я правлю Северными землями. Да, я могу превращаться в дракона. Но я никого не убивал, не пожирал и не мучил. Я обычный человек, который ищет любовь, семью, счастье.

«И нашел меня, — подумала я, глядя в его серые глаза. — Обманутую собственной сестрой дурочку, которая поверила в сказки и сбежала от вполне приличного жениха».

— Значит, Элеонора солгала, — медленно произнесла я.

— Похоже на то.

— Она украла деньги и обвинила меня.

— Очень похоже.

— А потом пыталась занять мое место в твоей постели.

— К сожалению, да.

Я сидела на краешке кровати в каюте, пытаясь осмыслить все услышанное. Мозг отказывался работать нормально — слишком много информации свалилось на меня разом.

«Итак, подведем итоги, — думала

— Аздар, — позвала я его, и он сразу повернулся ко мне.

— Да?

— Ты говоришь, что Элеонора предложила себя тебе в жены вместо меня?

— Именно так, — кивнул он, садясь в кресло напротив меня. — Она была очень убедительна. Плакала, говорила, как ей стыдно за поступок сестры, что она готова исправить нанесенный ущерб.

«Ну конечно плакала, — подумала я с горечью. — Небось такие трогательные слезы роняла. А я-то думала, что у меня есть хоть один человек в этом мире, который меня любит».

— И что ты ей ответил?

— Сказал, что подумаю. А сам решил сначала найти тебя и выяснить правду.

Я встала и подошла к маленькому столику, на котором стоял кувшин с водой. Налила себе стакан и медленно выпила, пытаясь успокоиться.

— Знаешь, что самое обидное? — сказала я, не оборачиваясь к нему.

— Что?

— Я действительно думала, что она меня любит. Что готова пожертвовать ради меня своими деньгами, своим будущим. А она просто избавлялась от конкурентки.

Я повернулась к Аздару. Он сидел неподвижно, наблюдая за мной с выражением... сочувствия? Понимания?

— Ты не злишься на меня? — спросила я.

— За что?

— За то, что я сбежала от тебя, не попытавшись даже познакомиться. За то, что поверила слухам и предпочла бегство честному разговору.

Аздар встал и подошел ко мне. Его движения были медленными, осторожными, словно он боялся меня спугнуть.

— Луиза, ты поступила так, как считала правильным, основываясь на информации, которая у тебя была. Кто я такой, чтобы тебя судить?

«А еще он деликатный, — отметила я про себя. — Совсем не похож на кровожадного тирана из рассказов Элеоноры».

— Но все-таки, — настаивала я. — Ты потратил целый месяц на поиски сбежавшей невесты. Большинство мужчин просто махнули бы рукой и женились на другой.

— Большинство мужчин не драконьи лорды, — улыбнулся он. — Мы довольно упрямы, когда дело касается того, что считаем важным.

— И я показалась тебе важной?

— С того самого момента, как я увидел тебя в чайной.

Глава 46

Мы стояли совсем близко друг к другу. Я чувствовала тепло его тела, вдыхала знакомый аромат.

— Аздар, — сказала я, — а что теперь будет?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну... — я замялась. — Помолвка была расторгнута? Или она все еще в силе?

— Формально она все еще в силе, — ответил он. — Но только формально. Я не собираюсь никого принуждать к браку.

«Конечно, — подумала я. — Зачем принуждать, когда можно просто влюбить в себя беглянку и заставить ее саму захотеть вернуться».

— То есть выбор за мной? — уточнила я.

— Выбор всегда за тобой, — серьезно сказал он. — Я не буду тебя ни к чему принуждать, Луиза. Ни к браку, ни к возвращению в замок твоего отца. Если ты хочешь остаться здесь, продолжать заниматься своей чайной — это твое право.

— А если я захочу выйти за тебя замуж?

— То я стану счастливейшим мужчиной в королевстве.

«Боже, ну почему он такой правильный? — думала я, чувствуя, как сердце начинает колотиться быстрее. — Почему не может быть простым злодеем, от которого легко бежать? Почему должен быть таким понимающим и терпеливым?»

— Аздар, — начала я, но он приложил палец к моим губам.

— Не торопись с ответом, — сказал он мягко. — Подумай. Все, что произошло между нами за эти дни, было искренним с моей стороны. Каждое слово, каждый поцелуй, каждое мгновение близости. Но ты имеешь право злиться на меня за обман.

— Я не злюсь, — призналась я. — Я просто... растеряна.

— Это понятно.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать.

— Конечно.

Мы вышли из каюты на палубу. Солнце уже поднялось достаточно высоко, и в порту кипела жизнь. Грузчики таскали тюки с товарами, торговцы зазывали покупателей, рыбаки чинили сети.

— Луиза, — окликнул меня Аздар, когда мы спускались по трапу.

— Да?

— Что бы ты ни решила, знай: я не жалею ни об одном дне, проведенном здесь. Ни об одном моменте, проведенном с тобой.

Я остановилась и посмотрела на него.

— Я тоже не жалею, — тихо сказала я.

И это была правда. Что бы ни случилось дальше, эти дни стали лучшими в моей новой жизни.

Я вернулась в чайную, когда Мира уже открыла ее для посетителей. Девочка одарила меня многозначительным взглядом и хитро улыбнулась.

— Хозяйка, а вы сегодня прямо светитесь от счастья, — заметила она, разливая чай для утренних посетителей.

— Не выдумывай, — отмахнулась я, но почувствовала, как краснею.

День прошел как в тумане. Я заваривала чай, общалась с посетителями, принимала заказы, но мысли были совсем в другом месте. Я постоянно прокручивала в голове утренний разговор, пытаясь понять, что же чувствую на самом деле.

Злость? Немного. Но скорее на Элеонору, чем на Аздара.

Обиду? Да, была и обида. На то, что он обманывал меня, притворяясь кем-то другим.

Но была и радость. Радость от осознания, что мои чувства не были обманом. Что мужчина, в которого я влюбилась, на самом деле существует. Просто зовут его не Адам, а Аздар, и он драконий лорд вместо торговца.

«В сущности, какая разница? — рассуждала я. — Важно не то, кем он работает, а каков он как человек. А как человек он мне нравится. Очень нравится».

К вечеру я приняла решение. Точнее, несколько решений.

Во-первых, я хотела услышать всю правду о нем и его жизни.

Во-вторых, я собиралась рассказать ему правду о себе. Всю правду, включая тот факт, что я вообще-то из другого мира.

В-третьих... в-третьих я хотела попробовать. Попробовать строить отношения, основанные на честности, а не на взаимном обмане.

«Что самое худшее может случиться? — думала я, закрывая чайную и провожая последних посетителей. — Он решит, что я сумасшедшая, и уедет восвояси. Зато моя совесть будет чиста».

Мира ушла домой, пожелав мне удачи и многозначительно подмигнув. Я навела порядок в зале, заперла входную дверь и стала ждать.

Аздар пришел ровно в назначенное время. Я открыла дверь и впустила его внутрь.

— Добрый вечер, — сказала я, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось как бешеное.

— Добрый вечер, Луиза, — он снял плащ и повесил на крючок у двери.

— Проходи, садись, — я указала на наш обычный столик у окна. — Хочешь чаю?

— Конечно.

Я прошла на кухню и занялась привычным ритуалом заваривания. Достала материнский чайничек Луизы, но сегодня не собиралась загадывать желания. Сегодня мне нужна была просто

Я вернулась в зал с подносом. Аздар сидел у окна, глядя на вечернюю гавань, где покачивались на волнах корабли. Его профиль казался строгим в свете кристаллов освещения.

— Вот, — поставила перед ним чашку с дымящимся чаем. — Вечерняя смесь.

— Спасибо, — он взял чашку в руки и вдохнул аромат. — Луиза, ты выглядишь взволнованной.

— Еще бы не волноваться, — села я напротив него со своей чашкой. — Не каждый день узнаешь, что спишь с драконьим лордом.

— Технически, ты спала с капитаном торгового судна, — заметил он с легкой улыбкой.

— Не умничай, — но я тоже улыбнулась. — Хорошо. Давай договоримся: никаких больше обманов между нами. Полная честность.

— Согласен.

— Тогда начинай ты. Расскажи мне о себе. О настоящем себе.

Аздар отпил чай и задумался на мгновение.

— Что ж... Меня зовут Аздар, я лорд Драконьих земель. Мне двести лет, что для драконьего лорда считается довольно молодым возрастом — мы живем значительно дольше обычных людей. У меня есть замок на севере, несколько поместий, торговый флот и... да, способность превращаться в дракона.

— Хорошо, — сказала я, делая глубокий вдох. — Теперь моя очередь. И то, что я расскажу, прозвучит еще более невероятно, чем история о драконьих превращениях.

— Я слушаю.

— Я не леди Луиза де Монфор, — начала я медленно. — То есть, формально я сейчас она, но... Еще недавно я была совершенно другим человеком, в совершенно другом мире.

Аздар поднял бровь, но ничего не сказал, ожидая продолжения.

— Я жила в мире без магии, без эльфов, без драконов. В мире, где есть железные дороги и экипажи без лошадей, где дома высотой в сто этажей, а новости можно узнать мгновенно, находясь на другом конце света. Меня звали... тоже Луиза, но была я обычной работницей в заведении, очень похожем на эту чайную.

Я рассказывала, и с каждым словом мне становилось легче. О том, как потеряла сознание в московской чайхане, о том, как очнулась в теле совершенно другого человека, о растерянности и страхе первых дней.

— Элеонора рассказала мне ужасы про жестокого драконьего лорда, который убивает жен, — продолжала я. — Неудивительно, что я согласилась бежать. В моем мире девушки сами выбирают, за кого выходить замуж, и идея принудительной помолвки показалась мне кошмарной.

— И ты поверила ей, — констатировал Аздар.

— А почему бы не поверить? Она была единственным человеком в этом мире, который, как мне казалось, заботился обо мне. Она дала мне деньги, помогла сбежать, рисковала собой... По крайней мере, так я думала.

— Луиза, — Аздар протянул руку через стол и накрыл мою ладонь своей. — Ты же понимаешь, что это не твоя вина? Ты попала в чужой мир, в чужое тело, в чужую жизнь. Тебе пришлось принимать решения, основываясь на той информации, которую тебе давали. Ты поступила так, как поступил бы любой разумный человек в твоей ситуации.

— Знаешь, что самое смешное? — сказала я, переворачивая ладонь и переплетая наши пальцы. — Я все время боялась, что если расскажу тебе правду, ты сочтешь меня безумной. А ты выслушал рассказ о перемещении между мирами так спокойно, словно это самое обычное дело.

— В нашем мире магия может многое, — пожал плечами Аздар. — Перемещения между мирами редки, но возможны. А главное... — он сжал мою руку крепче, — важна не та Луиза, которой ты была раньше, а та, которой стала сейчас.

— А кем я стала? — я чувствовала, что снова краснею.

— Самой удивительной женщиной, которую я когда-либо встречал.

«Ну вот, опять, — думала я, стараясь не расплыться в блаженной улыбке. — Опять говорит идеальные слова. Хорошо хоть я уже знаю, что он не злодей, а то можно было бы заподозрить неладное».

Мы потратили остаток вечера на разговоры. Теперь, когда между нами не было секретов, беседа текла легко и естественно. Аздар рассказывал о своих землях — не мрачных подземельях из кошмарных историй Элеоноры, а живописных северных долинах с кристально чистыми озерами и древними лесами. О своих людях, которые занимались не только драконьими делами, но и вполне прозаическими — выращивали хлеб, разводили скот, торговали с соседними землями.

Мы допили чай, и я проводила Аздара до двери. На пороге он остановился и повернулся ко мне.

— Луиза, я хочу предложить тебе поехать со мной в поместье де Монфор и выяснить, что же произошло на самом деле.

Глава 47

— Луиза, я хочу предложить тебе поехать со мной в поместье де Монфор и выяснить, что же произошло на самом деле. Во-первых, потому что твоя сестра явно что-то затевает. Во-вторых, получается, что настоящая Луиза де Монфор мертва, раз ее тело смогла занять твоя душа. Это не может быть случайностью — кто-то применил очень сильную темную магию. И в-третьих... — он помолчал, подбирая слова. — Ты согласилась стать моей женой. И мы можем повенчаться, но сначала мне нужно знать, что никто не будет угрожать твоей безопасности.

Я задумалась. С одной стороны, идея встретиться с Элеонорой после всего произошедшего не вызывала энтузиазма. С другой стороны, Аздар был прав — слишком много вопросов оставались без ответов.

— А как же моя чайная?

— Мира справится на время твоего отсутствия. Ты же сама говорила, что она способная девочка. До поместья неделя пути на корабле и еще день по суше.

«Неделя наедине с драконьим лордом на корабле... — думала я. — Это может быть либо очень романтично, либо очень неловко, если что-то пойдет не так».

— Хорошо, — сказала я наконец. — Поедем. Но с условием.

— Каким?

— Никаких больше тайн между нами. Что бы мы ни обнаружили в поместье.

— Согласен.

Он наклонился и поцеловал меня нежно, но в то же время решительно.

— Тогда завтра утром начинаем собираться. Отплываем послезавтра на рассвете.

После его ухода я долго не могла уснуть, прокручивая в голове предстоящую поездку. Что мы найдем в поместье? Как встретит меня отец — настоящий отец Луизы? Как поведет себя Элеонора?

* * *

Следующий день прошел в сборах и передаче дел Мире. Девочка отнеслась к новости о моем отъезде с пониманием, она давно заметила, что между мной и «капитаном Адамом» что-то происходит.

— Только не оставайтесь там навсегда, — сказала она, когда я объясняла ей особенности приготовления разных чайных смесей. — А то что я буду делать с этой чайной?

— Не останусь, — заверила я ее. — Это мой дом теперь.

И это была правда. За время жизни в Лазурной Гавани я успела привязаться к этому городу, к своей чайной, к размеренному ритму приморской жизни.

Вечером пришел Аздар и помог мне донести

— Готова к приключениям? — спросил он, когда мы поднялись на палубу его корабля.

— Настолько, насколько можно быть готовой к встрече с собственным прошлым, которое на самом деле не твое прошлое, — ответила я.

— Кажется, это самая запутанная фраза, которую я когда-либо слышал.

— Добро пожаловать в мою жизнь, — засмеялась я.

Утром корабль снялся с якоря. Я стояла у борта и смотрела, как Лазурная Гавань медленно исчезает в утреннем тумане. Аздар подошел сзади и обнял меня за плечи.

— Не жалеешь?

— О поездке? Нет. О том, что оставила чайную на Миру? Немного. А о том, что встретила тебя? — я повернулась в его объятиях. — Ни капли.

* * *

Следующая неделя стала самыми счастливым временем в моей жизни — и в прошлой, и в нынешней.

Корабль Аздара оказался настоящим плавучим дворцом. Просторные каюты с удобной мебелью, большие окна-иллюминаторы, даже небольшая библиотека. А команда состояла не из грубых пиратов, как я опасалась, а из опытных моряков, которые относились к своему капитану с уважением и искренней преданностью.

— Они знают, кто ты на самом деле? — спросила я Аздара в первый день плавания, когда мы обедали в его каюте.

— Конечно. Мы вместе уже много лет. Половина из них служила еще моему отцу.

— И они не боятся плавать с драконом?

— А чего им бояться? — удивился он. — Драконий лорд на корабле — это гарантия того, что нас не тронут ни пираты, ни морские чудовища. Это самая безопасная работа для моряка.

«Логично, — подумала я. — Кто будет связываться с кораблем, которым командует дракон?»

Дни проходили в неспешных беседах, прогулках по палубе, чтении книг из корабельной библиотеки. Аздар оказался удивительно образованным собеседником — он много путешествовал, знал несколько языков, разбирался в политике, истории, даже в поэзии.

— А в моем мире, — рассказывала я ему однажды вечером, когда мы сидели на палубе под звездами, — есть такая штука, как равноправие полов. Женщины могут заниматься любой работой наравне с мужчинами.

— Здесь тоже так можно, — пожал плечами Аздар. — В моих землях несколько женщин руководят торговыми гильдиями. А капитан одного из моих кораблей — тоже женщина.

— Но браки все равно династические?

— У знати — часто. У простых людей — по любви.

На пятый день плавания между нами окончательно исчезли последние барьеры. Произошло это совершенно естественно — мы ужинали при свечах в его каюте, говорили о всякой ерунде, смеялись над глупыми шутками, и вдруг я поняла, что смотрю на него не как на загадочного драконьего лорда, а как на мужчину, которого люблю.

Видимо, он заметил что-то в моем взгляде, потому что разговор постепенно затих. Мы смотрели друг на друга в мерцающем свете свечей, и воздух между нами словно наполнился электричеством.

— Луиза, — тихо сказал он.

— Да?

— Ты уверена, что готова ко всему этому? К отношениям со мной, к тому, что может ждать нас в поместье, к... к совместному будущему?

Вместо ответа я встала и подошла к нему. Он тоже поднялся, и мы стояли так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах.

— Я никогда ни в чем не была так уверена, — прошептала я.

Он целовал меня долго и нежно, а потом взял на руки и понес в спальню. И в эту ночь между нами не было ни тайн, ни страхов, ни сомнений. Была только любовь — настоящая, глубокая, которую я когда-то загадала в материнском чайничке Луизы.

«Кажется, волшебство действительно работает», — была моя последняя мысль перед тем, как я заснула в объятиях драконьего лорда.

Оставшиеся дни пути мы провели как настоящие влюбленные. Завтракали вместе, гуляли по палубе, держась за руки, проводили вечера за беседами и... другими приятными занятиями. Команда корабля дипломатично делала вид, что не замечает происходящего, хотя добродушные улыбки моряков говорили об обратном.

Но, как это часто бывает, всему приходит конец.

На седьмой день путешествия мы увидели берега. Порт герцогства Монфор встретил нас серым утренним туманом и криками чаек. Корабль Аздара, величественный и пугающий, вызвал настоящий переполох среди портовых рабочих.

Я стояла у борта, наблюдая за суетой, и чувствовала, как мой желудок скручивается от нервного напряжения. Вот оно — возвращение туда, откуда я когда-то сбежала.

— Все будет хорошо, — тихо сказал Аздар, обнимая меня за плечи. — Я с тобой.

— Я знаю, — кивнула я, хотя руки все равно дрожали. — Просто... странно возвращаться в место, которое никогда по-настоящему не было моим домом.

Сойдя на берег, мы не стали медлить. Аздар быстро организовал карету — удобную, с мягкими сиденьями и плотными занавесками на окнах.

— До замка целые сутки езды, — объяснил он, помогая мне устроиться внутри. — Постарайся отдохнуть.

Но отдыхать не получалось. Пейзажи за окном менялись — портовая суета сменилась холмистыми лугами, те уступили место лесам, а леса — полям с разбросанными тут и там деревеньками.

— О чем думаешь? — спросил Аздар, когда мы остановились на ночевку в придорожной таверне.

— О том, что понятия не имею, как объяснить отцу свое исчезновение, — призналась я, ковыряя вилкой тушеное мясо в тарелке. — И о том, что Элеонора наверняка приготовила какую-то историю.

— Посмотрим, — сказал он спокойно. — А потом разберемся.

«Вот что мне в нем нравится, — подумала я. — Эта удивительная способность не паниковать раньше времени. Наверное, полезный навык, когда ты драконий лорд».

Глава 48

На следующий день мы доехали до замка герцога де Монфор. Массивные серые стены, высокие башни, флаги, развевающиеся на ветру... Красиво, конечно, но выглядело скорее как декорации к средневековому фильму, чем как родной дом.

Стражники у ворот, увидев герб на карете, тут же распахнули створки. Видимо, драконьего лорда здесь ждали. Интересно, в каком качестве?

Карета остановилась во дворе, и я увидела людей, выбегающих из главного здания. Слуги, конюхи, несколько человек в богатой одежде...

Герцог Ричард де Монфор, мой «отец» в этом мире, выглядел ужасно. Седые волосы растрепаны, лицо осунувшееся, под глазами глубокие тени. Одежда дорогая, но мятая, словно он спал в ней.

А рядом с ним — Элеонора. Милая, хрупкая, в элегантном платье пастельно-розового цвета. Волосы аккуратно уложены, лицо бледное, с выражением благородной печали. Образцовая заботливая дочь, переживающая за пропавшую сестру.

«Актриса от бога, — подумала я с невольным восхищением. — Просто Скарлетт Йоханссон средневекового мира».

Аздар первым вышел из кареты, и я видела, как все присутствующие напряглись. Драконий лорд в полном обмундировании — кожаный плащ, темная одежда, на поясе меч — выглядел внушительно.

— Ваша светлость, — сказал

И тут я вышла из кареты.

Тишина, которая наступила во дворе, была настолько полной, что слышался только скрип флюгера на башне. Все смотрели на меня так, словно увидели привидение. Что, в общем-то, было недалеко от истины.

Первым пришел в себя герцог.

— Луиза? — прошептал он, делая шаг вперед. — Это действительно ты?

— Да, отец, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Это я.

И тут он буквально кинулся ко мне. Высокий, когда-то могучий мужчина прижал меня к себе так крепко, что я едва могла дышать.

— Моя девочка, — повторял он. — Моя дорогая девочка, ты жива, ты дома...

Слезы текли по его щекам, и я чувствовала себя не в своей тарелке.

— Я здесь, — тихо сказала я, неловко похлопывая его по спине. — Все в порядке.

Когда он наконец отпустил меня, я увидела лицо Элеоноры. На долю секунды — всего на мгновение — маска заботливой сестры соскользнула, и я увидела в ее глазах холодную ярость. Потом она снова улыбнулась, и ее лицо приняло выражение радостного удивления.

— Луиза! — воскликнула она, подбегая ко мне. — Сестренка, где же ты была? Мы так волновались!

Она обняла меня, и прошипела мне на ухо:

— Что ты здесь делаешь? Ты должна была умереть в лесу.

Кровь застыла в жилах. Значит, мои подозрения подтвердились.

— Видимо, я оказалась живучее, чем ты рассчитывала, — так же тихо ответила я.

Элеонора отстранилась, и на ее лице снова заиграла безупречная улыбка.

— Главное, что теперь ты дома и в безопасности! — сказала она громко.

Но тут вперед вышел Аздар.

— Боюсь, у меня есть серьезные вопросы к леди Элеоноре, — сказал он спокойно, но в его голосе слышались нотки, от которых у меня мурашки пробежали по спине.

— Ко мне? — Элеонора сделала большие невинные глаза. — Но почему, милорд?

— Потому что история, которую вы мне рассказали о пропаже сестры, не соответствует действительности.

Герцог растерянно смотрел то на одну дочь, то на другую.

— Я ничего не понимаю, — пробормотал он. — Элеонора сказала, что Луиза украла семейные сбережения и сбежала в ночь перед помолвкой...

— Я требую провести магическое расследование, — вдруг сказал Аздар.

Элеонора побледнела.

— Магическое расследование? Но зачем? Какая необходимость...

— Вызовите мага, — приказал герцог, и в его голосе прозвучали властные нотки. — Немедленно.

Пока посылали за магом, мы прошли в главный зал замка. Массивные каменные стены, гобелены, камин... Все выглядело мрачно и торжественно. Элеонора села в кресло у камина, изображая хрупкую девушку, которая вот-вот упадет в обморок от переживаний. Я устроилась напротив, а Аздар встал за моим креслом, положив руку мне на плечо.

— Отец, — сказала Элеонора дрожащим голосом, — я не понимаю, зачем все эти сложности. Луиза вернулась, это главное. Давайте забудем о неприятностях...

— Нет, — твердо сказал герцог. — Если моя дочь оклеветана, я хочу это знать. А если она действительно воровка... тогда тоже хочу знать правду.

Маг прибыл через полчаса. Пожилой мужчина в длинной мантии, с седой бородой и проницательными голубыми глазами. Звали его мастер Корвин, и он был придворным магом герцогства.

— Ваша светлость, — поклонился он герцогу. — Чем могу служить?

— Мастер Корвин, — сказал Аздар, — не могли бы вы проверить, использовалась ли в последнее время в этом замке темная магия?

Маг удивленно поднял брови.

— Темная магия? Это серьезное обвинение, милорд.

— Поэтому я и прошу проверить.

Корвин достал из мантии длинный хрустальный жезл и произнес несколько слов на незнакомом языке. Жезл засветился мягким голубоватым светом.

— Странно, — пробормотал он, медленно поворачиваясь по комнате. — Здесь определенно есть следы... очень слабые, но...

Жезл засветился ярче, когда маг повернулся в сторону Элеоноры.

— Леди Элеонора, — сказал он мягко, — не могли бы вы подойти ближе?

— Я... у меня голова болит, — пролепетала она. — Может быть, позже...

— Нет, — сказал Аздар холодно. — Сейчас.

Элеонора поднялась на дрожащих ногах и подошла к магу. Жезл в его руках вспыхнул так ярко, что все присутствующие зажмурились.

— Боги мои, — прошептал Корвин. — Это следы призыва души. И яда. Очень сильного яда.

Тишина в зале стала гнетущей.

— Объясните, — приказал герцог.

Маг повернулся к нему с серьезным лицом.

— Ваша светлость, кто-то в этом замке использовал запретную магию для призыва души из другого мира. И он же применял смертельный яд.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Значит, Элеонора отравила настоящую Луизу и каким-то образом призвала мою душу в ее тело.

— Это невозможно, — пролепетала Элеонора. — Я никогда... я не знаю никакой магии...

— Тогда вы не будете возражать против обыска ваших комнат? — вежливо спросил Аздар.

— Нет! — почти закричала она. — То есть... зачем? Это унизительно...

— Значит, будете возражать, — констатировал он. — Интересно.

Герцог встал с кресла. Лицо у него было каменное.

— Обыскать комнаты леди Элеоноры, — приказал он стражникам. — Немедленно.

Пока стражники обыскивали комнату Элеоноры, мы сидели в напряженном молчании. Я наблюдала за своей «сестрой» — она то и дело поправляла складки платья, теребила локоны, закусывала губу. Классические признаки нервозности, хотя она все еще пыталась изображать невинную жертву обстоятельств.

«Интересно, сколько времени она потратила на планирование всего этого спектакля? — думала я. — И как ухитрилась так долго всех обманывать? Хотя, если подумать, кто бы мог заподозрить хрупкую младшую дочь в черной магии и убийстве?»

Аздар стоял у камина, внешне спокойный, но я видела, как напряжены его плечи. Он был готов к действию в любую секунду.

Наконец в зал вернулся капитан стражи с несколькими людьми, несущими странные предметы.

— Ваша светлость, — доложил капитан, — мы обнаружили вот это в потайном отделении гардероба леди Элеоноры.

Глава 49

На массивный дубовый стол выложили целую коллекцию улик. Маленькие стеклянные флаконы с различными жидкостями — одни мутные, другие подозрительно яркого цвета. Несколько книг в потрепанных кожаных переплетах с какими-то символами на обложках. Хрустальный шар размером с детский кулак, который странно мерцал в свете свечей. И самое жуткое — какие-то высушенные травы, больше похожие на когти или засохшие пальцы.

«Господи, — подумала я, — это выглядит как реквизит к фильму ужасов. Элеонора явно не экономила на атрибутах для своего плана.»

Мастер Корвин подошел к столу и осторожно взял один из флаконов. Пробка была запечатана черным воском.

— Это... это «Слезы Мортиса», — пробормотал он, и голос его дрожал. — Один из самых сильных ядов. Нескольких капель достаточно, чтобы убить взрослого человека за несколько часов.

Герцог побледнел.

— А это что? — он указал на хрустальный шар.

— Фокусирующий кристалл для призыва душ, — ответил маг, не прикасаясь к предмету. — Это запрещенная магия, ваша светлость. За использование подобных

— А книги? — спросил Аздар.

Корвин осторожно открыл одну из книг и пролистал несколько страниц. Его лицо становилось все мрачнее.

— «Руководство по призыву душ из иных миров», — прочитал он. — «Как разорвать связь между душой и телом»... «Зелья для облегчения перехода души»... — он захлопнул книгу. — Это гримуар черной магии. Очень опасный.

Элеонора все это время сидела, словно превратившись в статую.

— Кто-то мог подложить все это в мою комнату! — наконец выдавила она.

«Серьезно? — мысленно хмыкнула я. — Это лучшее, что ты смогла придумать? Классическая отмазка всех времен и народов. Это не мое, мне подкинули».

— Кто-то? — переспросил Аздар с едкой иронией. — И кто же мог иметь доступ к вашей комнате, леди Элеонора? Кто знал расположение потайного отделения в вашем гардеробе?

— Я... я не знаю никакого потайного отделения!

— Тогда объясните это, — капитан стражи положил на стол еще один предмет, который заставил меня вздрогнуть.

Это был дневник в кожаном переплете. Даже издалека я видела, что страницы испещрены заметками, схемами, какими-то расчетами.

Мастер Корвин взял дневник и открыл его на случайной странице.

— «Десятый день третьего месяца», — начал читать он вслух. — «Яд подействовал быстрее, чем я ожидала. Луиза потеряла сознание уже через час после завтрака. К вечеру ее тело будет готово принять новую душу».

Герцог резко встал с кресла.

— Что?!

Корвин перевернул страницу.

— «Ритуал призыва прошел идеально. Кристалл засветился, и я почувствовала, как чужая душа входит в тело сестры. Теперь осталось только убедить ее сбежать. Путешествие через Темный лес ночью — это верная смерть для неопытной девушки из другого мира».

Тишина в зале была оглушительной. Я чувствовала, как у меня колотится сердце. Значит, все было еще хуже, чем я думала.

— Продолжайте, — хрипло сказал герцог.

— «Одиннадцатый день третьего месяца. Глупышка согласилась на побег! Дала ей мешочек с золотом из отцовской сокровищницы — пусть думает, что это мои сбережения. Когда она сбежит с краденым золотом, у меня будет прекрасный повод обвинить ее в воровстве. А когда ее найдут мертвой в лесу, все решат, что она получила по заслугам».

Я почувствовала, как внутри меня закипает ярость.

— «Драконий лорд будет вынужден жениться на мне, — продолжал читать маг. — Ведь династический союз необходим, а других наследниц в семье нет. Я буду владычицей Драконьих земель. Никто никогда не узнает, что случилось с настоящей Луизой».

Герцог опустился обратно в кресло.

— Элеонора, — прошептал он. — Моя дочь... как ты могла?

А я смотрела на свою «сестру» и чувствовала смесь отвращения и какого-то странного восхищения. План был дьявольски продуман. Убить сестру, призвать в ее тело чужую душу, заставить эту душу сбежать с украденными деньгами, а потом обвинить ее в воровстве. Элеонора была уверена, что неопытная девушка из другого мира не выживет в опасном лесу, и тогда все концы в воду.

«Одна маленькая деталь, дорогая, — думала я, глядя на бледное лицо Элеоноры. — Ты недооценила мою выживаемость. И переоценила свои актерские способности.»

— Это... это подделка! — наконец взвизгнула Элеонора. — Кто-то написал это, чтобы опорочить меня!

— Чьей рукой написано? — спросил Аздар у мага.

Корвин сравнил почерк в дневнике с одним из писем, лежавших на столе.

— Тот же почерк, что и на этом письме, подписанном леди Элеонорой.

Элеонора поняла, что загнана в угол. Маска невинности окончательно спала с ее лица, и я увидела то, что скрывалось за миловидными чертами — холодную, расчетливую ярость.

— И что с того? — выплюнула она. — Что с того, что я это сделала?

Герцог вздрогнул, словно получил пощечину.

— Элеонора...

— Всю жизнь! — закричала она, вскакивая с кресла. — Всю свою жизнь я жила в тени этой... этой куклы! «Луиза такая красивая, Луиза такая умная, Луиза выйдет замуж за влиятельного лорда!» А что я? Младшая дочь, которой в лучшем случае светит брак с каким-нибудь мелким дворянином!

— Элеонора, остановись, — попытался вразумить ее герцог.

— Нет! — Она смахнула со стола один из флаконов, и тот разбился о каменный пол. — Я устала молчать! Устала притворяться покорной и довольной! Луиза получила все — титул, наследство, выгодную партию. А мне оставались крошки!

Она повернулась ко мне, и в ее глазах плескалась настоящая ненависть.

— Ты даже не представляешь, как я тебя ненавидела, — прошипела она. — Как мне хотелось стереть эту самодовольную улыбку с твоего лица! И знаешь что? Мне это удалось. Настоящая Луиза мертва, а ты... ты всего лишь самозванка!

«Ну вот, — подумала я почти с облегчением, — наконец-то честность. Хотя могла бы и без визгов обойтись.»

Аздар сделал шаг вперед.

— Вы убили собственную сестру из-за зависти?

— Я освободила место для того, кто его заслуживает! — Элеонора выпрямилась, и на мгновение в ней промелькнуло что-то величественное. — Я была бы идеальной женой для драконьего лорда. Покорной, преданной, готовой на все ради мужа. А эта... — она снова указала на меня, — эта выскочка из другого мира даже не оценила такую честь!

— Потому что ты описала мне Аздара как кровожадного монстра, — спокойно сказала я. — Помнишь? Жестокий тиран, который убивает жен?

— Я должна была напугать тебя! — взвизгнула Элеонора. — Заставить сбежать! План был идеальным!

— За исключением одной маленькой детали, — вмешался Аздар. — Вы рассчитывали, что Луиза погибнет в лесу по дороге в город. Но она выжила.

— Она не должна была выжить! — Элеонора топнула ногой, и я поразилась, насколько по-детски это выглядело. — Темный лес ночью! Там водятся волки, медведи, болотные твари! Как могла выжить изнеженная девчонка из другого мира?!

«А вот не угадала, дорогуша, — мысленно усмехнулась я. — У этой изнеженной девчонки оказался здоровый инстинкт самосохранения и мозги в нужном месте.»

— Более того, — продолжал Аздар, — она не только выжила, но и создала успешное дело в Лазурной Гавани. Стала уважаемым членом местного сообщества. Нашла любовь.

При слове «любовь» лицо Элеоноры исказилось от ярости.

Герцог молчал, глядя на младшую дочь так, словно видел ее впервые. И, вероятно, так оно и было — настоящую Элеонору он действительно видел впервые.

— Элеонора де Монфор, — произнес он наконец голосом, в котором звучала неимоверная усталость. — Приговариваю тебя к пожизненному заключению в монастыре Святой Агнессы на покаяние и исправление. Возможно, годы молитв и смирения помогут очистить твою душу от скверны.

— Нет! — взвизгнула она. — Вы не можете! Я ваша дочь!

— Дочь моя умерла в тот день, когда подняла руку на сестру, — сказал герцог, и Элеонора поняла — спорить бесполезно.

Стражники увели ее, а мы остались в большом зале, где теперь казалось слишком тихо.

Глава 50

Следующие недели стали для герцога настоящим испытанием. Он

«Бедняга, — думала я, наблюдая, как он рассеянно ковыряет еду за обедом. — Каково это — узнать, что одна дочь убила другую?».

Аздар был терпелив и тактичен, но я видела, что ему хочется поскорее увезти меня отсюда. Замок был пропитан горем, и мы оба чувствовали себя здесь неуместно.

Я решила действовать.

— Ваша светлость, — сказала я однажды вечером, когда мы сидели в его кабинете. — Мне нужно с вами поговорить.

Герцог поднял на меня усталые глаза.

— Я знаю, что вам тяжело, — продолжила я. — И я понимаю, что вам больно смотреть на меня. У меня лицо вашей дочери, но я не она.

— Луиза... — начал он.

— Позвольте мне закончить, — мягко перебила я. — Ваша дочь мертва. И это ужасно. Но ее смерть не была напрасной. Я получила шанс на новую жизнь, а вы узнали истинную натуру Элеоноры раньше, чем она смогла натворить еще больше бед.

Я встала и подошла к окну. За стеклом серел вечерний пейзаж — холмы, леса, маленькие деревушки внизу.

— Посмотрите на свои земли, — сказала я. — Сколько людей зависят от вас? Сколько семей полагаются на вашу мудрость и справедливость? Вы можете позволить себе утонуть в горе?

— Легко говорить, — пробормотал герцог.

— Никто не говорит, что это легко, — возразила я. — Но ваша настоящая дочь — та, которую я узнала по рассказам людей в замке — разве она хотела бы видеть вас таким сломленным? Разве она не предпочла бы, чтобы вы продолжали заботиться о тех, кто нуждается в вашей защите?

Он долго молчал, потом тяжело вздохнул.

— Иногда мне кажется, что Луиза говорит твоими устами, — сказал он наконец. — Она тоже умела находить правильные слова.

— Тогда считайте, что она просит вас жить дальше, — сказала я мягко. — Не забывать ее, но жить.

Постепенно герцог начал возвращаться к обычной жизни. Он снова стал появляться на советах, заниматься делами герцогства, принимать посетителей. Я видела, что ему все еще тяжело, но он старался.

А между тем наши отношения с Аздаром становились все крепче. Мы проводили дни, гуляя по окрестностям, разговаривая о будущем, строя планы. Он рассказывал мне о своих землях, о том, какой видит нашу совместную жизнь.

— Ты знаешь, — сказал он однажды, когда мы сидели в саду под старым дубом, — я никогда не верил в предназначение. Но теперь начинаю думать, что все происходит не случайно.

— То есть? — спросила я.

— Если бы не план Элеоноры, я бы женился на настоящей Луизе. По расчету, без любви. Прожил бы жизнь в династическом браке, может быть, даже вполне терпимом. Но я никогда не встретил бы тебя.

— А если бы не волшебный чайничек, я бы никогда не загадала желание найти настоящую любовь, — добавила я. — И не встретила бы загадочного капитана Адама.

— Получается, нам стоит быть благодарными судьбе за все эти странные совпадения, — усмехнулся он.

— Или Элеоноре, — пошутила я. — В каком-то извращенном смысле она нас познакомила.

— Только не говори ей об этом, — рассмеялся Аздар. — А то возгордится.

Мне нравилось, что с ним я могла шутить даже о таких мрачных вещах. В нем была та самая легкость, которой мне всегда не хватало в отношениях в прошлой жизни.

* * *

Разговор о браке зашел сам собой, когда мы уже провели в замке месяц.

— Я хочу просить у герцога твоей руки, — сказал Аздар за ужином.

— Технически она ему не принадлежит, — возразила я. — Я не его настоящая дочь.

— Но юридически ты носишь имя Луизы де Монфор, — напомнил он. — Значит, нужно соблюсти формальности.

Я кивнула. В этом мире традиции значили много, и я не хотела создавать лишних проблем.

На следующий день Аздар официально попросил моей руки. Герцог долго молчал, глядя то на него, то на меня.

— Вы любите друг друга? — спросил он наконец.

— Да, — ответили мы хором, и герцог впервые за долгое время улыбнулся.

— Тогда я благословляю этот союз. Пусть в этом замке наконец-то случится что-то радостное.

Он встал и торжественно произнес:

— Лорд Аздар, я даю согласие на брак с моей дочерью Луизой де Монфор. Пусть этот союз принесет счастье вам обоим и укрепит дружбу между нашими домами.

* * *

Приготовления к свадьбе начались немедленно. Герцог словно воскрес — у него появилась цель, которая отвлекала от мрачных мыслей.

— Свадьба должна быть достойной, — заявил он за завтраком.

«Если бы он знал, сколько раз в жизни я мечтала о свадьбе, работая в том московском кафе, — подумала я. — Правда, я представляла себе что-то более скромное. А тут, похоже, будет настоящий средневековый пир».

Первым делом мы занялись платьем. Герцог выписал из столицы лучшую портниху — мадам Жозефину, женщину неопределенного возраста с острым взглядом и золотыми руками.

— Хмм, — протянула она, обходя меня кругом с сантиметром в руках. — Хорошая фигура. Высокая, стройная. Светлые волосы, значит, можно играть с оттенками.

Она притащила с собой целый воз тканей: шелка, бархата, кружев, лент. Я растерялась от такого разнообразия.

— Что вы посоветуете? — спросила я.

— Для драконьего лорда? — мадам Жозефина задумчиво постучала пальцем по губам. — Что-то величественное, но не тяжелое. Элегантное, но не вычурное. У меня есть идея.

Она достала из сундука отрез ткани. Это был шелк цвета слоновой кости с тончайшими серебряными нитями, вытканными в узор из листьев и цветов. На свету ткань мерцала, как будто была соткана из лунного света.

— Это прекрасно, — выдохнула я.

— Платье будет готово через две недели, — объявила портниха. — И будет шедевром, обещаю.

Параллельно с платьем готовился сам замок. Герцог не скупился на расходы — он словно хотел устроить праздник на весь мир.

— Позовем всех соседских лордов, — объявил он. — И мэров крупных городов. И представителей торговых гильдий. Пусть знают, что дом де Монфор празднует!

«Ну конечно, — подумала я, — а я-то надеялась на камерную церемонию. Хотя понимаю его мотивы — ему нужно показать, что семья не сломлена скандалом с Элеонорой».

В замке началась настоящая суета. Слуги драили полы и стены, садовники приводили в порядок клумбы, повара составляли меню.

— Какая ваша любимая еда, миледи? — спросил главный повар, мастер Франсуа — полный мужчина с роскошными усами.

Я задумалась. В прошлой жизни я обожала суши, пиццу и хороший кофе. Но вряд ли это подойдет для средневекового пира.

— Что-нибудь с морепродуктами, — сказала я, вспоминая свое

— Превосходно! — воскликнул повар. — Сделаю запеченного лосося с травами, устриц в раковинах, краба в винном соусе. А из сладостей — медовые пирожные, марципановые фигурки, засахаренные фрукты!

Аздар тоже не сидел сложа руки. Он договаривался о музыкантах, решал вопросы с размещением тех, кто приедет издалека.

За неделю до свадьбы мадам Жозефина прибыла в замок с целой свитой помощниц и огромными сундуками. Первая примерка платья превзошла все мои ожидания.

— Боже мой, — выдохнула я, глядя на свое отражение в зеркале.

Платье было... волшебным. Буквально. Шелк цвета слоновой кости струился по фигуре, серебряные нити мерцали при каждом движении, а корсаж, расшитый жемчугом, подчеркивал талию. Рукава были длинными, с кружевными манжетами, а юбка ниспадала тяжелыми складками к полу.

— Еще нужно подогнать здесь и здесь, — бормотала портниха, закалывая булавки. — И фата должна крепиться вот так...

Фата была произведением искусства — три метра тончайшего кружева с мелким жемчужным шитьем по краям.

За три дня до свадьбы в замок начали съезжаться гости. Я наблюдала из окна башни, как в ворота въезжают кареты и всадники.

— Граф Роберт де Ларошель с супругой, — докладывал герцогу дворецкий. — Барон Эдуард де Монлюсон. Мэр Руана с делегацией торговой гильдии...

Аздар был занят встречей гостей. Я видела, как он здоровался с прибывшими, и поражалась его выдержке. Человек, которого я знала как загадочного капитана, теперь вел себя как настоящий лорд — величественно и властно.

Последние приготовления шли полным ходом. В Большом зале расставляли столы, украшали стены гобеленами, развешивали гирлянды из цветов. Кухня работала не переставая — запахи жареного мяса, свежего хлеба и пряностей разносились по всему замку.

— Завтра будет прекрасная погода, — сообщил Аздар, заглянув ко мне в покои. — Придворный маг проверил.

— Здесь есть прогноз погоды? — удивилась я.

— Магия, дорогая. Очень удобно для планирования торжеств.

Я рассмеялась. В этом мире даже свадьбы планировались с помощью волшебства.

— Как дела с гостями?

— Все прибыли. Твой отец в отличном настроении — он весь день рассказывает всем подряд, какая у него замечательная дочь.

В день свадьбы я проснулась я с первыми лучами солнца. В комнату вошла служанка.

— Миледи, пора вставать! У нас всего четыре часа до церемонии!

Глава 51

— Миледи, пора вставать! У нас всего четыре часа до церемонии!

Сначала — ванна с розовым маслом и морской солью. Я лежала в горячей воде, пытаясь расслабиться и не думать о том, что через несколько часов буду произносить клятвы перед сотней людей.

Потом служанка взялась за мои волосы. Полтора часа она плела, завивала, закалывала, создавая сложную прическу с мелкими жемчужинами и серебряными шпильками.

— Миледи, вы должны сидеть неподвижно, — ворчала она, когда я в очередной раз повернула голову. — Иначе все развалится.

Наконец настал момент облачения в платье. Мадам Жозефина лично руководила процессом.

Сначала корсет — туго затянутый, но удивительно удобный. Потом нижние юбки — три слоя тонкого батиста для объема. Затем само платье — его надевали втроем, осторожно, чтобы не помять складки.

— Дышите глубже, миледи, — командовала портниха, застегивая множество мелких пуговиц на спине. — И держите спину прямо.

Когда платье было надето, я снова посмотрела в зеркало. Отражение поразило меня. Стройная высокая девушка в роскошном платье, с идеальной прической и сияющими глазами смотрела на меня из зеркала.

— Теперь фата, — торжественно объявила мадам Жозефина.

Фату крепили к прическе специальными серебряными гребнями, украшенными жемчугом. Когда кружевная ткань ниспала по спине, превращение завершилось.

В дверь постучали.

— Луиза, можно войти? — услышала я голос герцога.

— Конечно, отец.

Он вошел и замер на пороге. На нем был парадный костюм — темно-синий бархат с золотым шитьем, орденские ленты через плечо, на боку церемониальная шпага.

— Господи, — выдохнул он. — Ты выглядишь точь-в-точь как твоя мать в день нашей свадьбы. Нам пора идти. Гости уже собрались.

Мы шли по длинному коридору к Большому залу. Я слышала звуки музыки, голоса гостей, но сердце билось так громко, что, казалось, заглушает все остальное.

«Спокойно, — говорила я себе. — Ты не первая девушка, которая выходит замуж. И не последняя. Правда, не каждая выходит замуж за драконьего лорда в теле, которое ей не принадлежит».

У дверей зала нас встретил дворецкий.

— Господин герцог, все готово, — доложил он.

Двери распахнулись, и я увидела зал.

Он был украшен как в сказке. Белые и золотые ткани, гирлянды из роз и лилий, сотни свечей в хрустальных люстрах. За длинными столами сидели гости в парадных нарядах — мужчины в бархатных камзолах, дамы в шелковых платьях с драгоценностями.

Но я видела только одного человека.

Аздар стоял у алтаря в парадном костюме из черного бархата. Золотое шитье на груди изображало драконов — герб его рода. Длинные темные волосы были зачесаны назад, серые глаза смотрели только на меня.

«Боже мой, — подумала я, — как же он красив. И этот красавец будет моим мужем».

Заиграла свадебная мелодия, и мы с герцогом начали медленно идти к алтарю по ковру из белых лепестков роз. Гости встали, но я их почти не замечала — все мое внимание было приковано к Аздару.

Он улыбнулся мне той улыбкой, которую я полюбила еще в Лазурной Гавани, когда знала его как капитана Адама.

«Неважно, как его зовут, — думала я. — Важно, что это он. Мой человек».

Наконец мы дошли до алтаря. Герцог торжественно взял мою руку и положил ее в ладонь Аздара.

— Благословляю этот союз, — сказал он громко, чтобы слышали все гости. — Пусть он принесет счастье молодым и процветание нашим землям!

Священник — пожилой мужчина в белых одеждах — начал церемонию.

— Возлюбленные, — произнес он торжественным голосом, — мы собрались здесь, чтобы соединить этого мужчину и эту женщину священными узами брака...

— Лорд Аздар, — обратился священник к жениху, — берете ли вы леди Луизу в законные жены, чтобы любить ее и заботиться о ней, в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Беру, — твердо ответил Аздар, глядя мне в глаза.

— Леди Луиза, — священник повернулся ко мне, — берете ли вы лорда Аздара в законные мужья, чтобы любить его и заботиться о нем, в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?

Я сделала глубокий вдох.

— Беру, — сказала я.

— Кольца, — объявил священник.

Аздар достал из кармана две золотые полоски с гравировкой. На моем кольце были выгравированы переплетенные розы

— С этим кольцом я отдаю тебе свое сердце, — сказал он, надевая кольцо мне на палец. — Прими мою любовь и верность на все времена.

— С этим кольцом я отдаю тебе свое сердце, — повторила я. — Прими мою любовь и верность на все времена.

Священник поднял руки.

— Властью, данной мне церковью и его величеством королем, я объявляю вас мужем и женой.

Последние слова священника прозвучали как музыка. Муж и жена. Я все еще не могла поверить, что это происходит со мной.

— Можете поцеловать невесту, — добавил священник с улыбкой.

Аздар шагнул ко мне, нежно взял мое лицо в ладони и поцеловал. Этот поцелуй был не таким страстным, как наши поцелуи в Лазурной Гавани, но в нем было что-то торжественное, священное. Словно печать на наших клятвах.

Зал взорвался аплодисментами и криками одобрения. Гости поднялись с мест, подбрасывая в воздух лепестки роз. Музыканты заиграли веселую мелодию.

«Ну все, — подумала я, глядя на счастливое лицо мужа. — Теперь я официально замужем за драконьим лордом».

Мы повернулись к гостям, взявшись за руки. Герцог подошел к нам первым.

— Благословляю вас, дети мои, — сказал он, обнимая сначала меня, потом Аздара. — Пусть ваш союз будет крепким и счастливым.

К нам потянулась вереница гостей с поздравлениями. Какая-то дама в фиолетовом бархате с изумрудным ожерельем:

— Позвольте поздравить! Что за романтическая история — жених сам разыскал сбежавшую невесту!

«Если бы вы знали всю правду, — усмехнулась я про себя, — история была бы еще более романтической. И безумной».

Пожилой барон с седой бородой:

— Лорд Аздар, надеюсь, наши торговые соглашения останутся в силе? А теперь, когда у вас такая очаровательная жена, может быть, обсудим расширение торговли драгоценными камнями?

Даже на собственной свадьбе не обойтись без деловых разговоров. Ну хоть романтику не испортили окончательно.

Молодая графиня в розовом платье:

— Леди Аздар, вы так счастливо выглядите!

После получаса поздравлений дворецкий объявил:

— Милорды и миледи, прошу к столу!

Свадебный пир был настоящим произведением искусства. Длинные столы ломились под тяжестью блюд. В центре главного стола возвышался жареный лебедь, украшенный настоящими перьями и золотой короной — символ богатства и процветания. Рядом стояли серебряные блюда с фазанами, утками, целым молочным поросенком с яблоком во рту.

«Интересно, сколько поваров трудилось над этим пиршеством? — думала я, разглядывая изобилие. — В моем прошлом мире такое количество еды накормило бы небольшую деревню».

На другой стороне стола красовались морские деликатесы — устрицы на льду, отварные омары, запеченная форель в травах. А рядом пирамиды фруктов: южные апельсины, заморские ананасы, виноград величиной с вишню.

— Здесь еды на месяц вперед, — прошептала я мужу.

Аздар помог мне сесть на почетное место рядом с собой. Справа от меня расположился герцог, слева — какая-то важная дама в синем бархате с тиарой.

Дворецкий хлопнул в ладоши, и слуги начали разносить блюда. Мне подали тарелку с тонкими ломтиками жареного оленя, политыми вишневым соусом, гарниром из каштанов и молодой моркови.

За соседними столами гости уже вовсю наслаждались угощением. Слышался звон бокалов, смех, оживленные разговоры. В углу зала музыканты играли тихую мелодию, создавая приятный фон.

Дама в синем повернулась ко мне:

— Леди, позвольте представиться — герцогиня Элизабет де Роган. Я была близкой подругой вашей покойной матери. Вы так на нее похожи! Особенно когда улыбаетесь.

«Опять история семьи, которой я не знаю», — подумала я, но улыбнулась как можно естественнее.

— Благодарю вас, ваша светлость. Отец тоже часто это говорит.

— А скажите, — продолжала герцогиня, отправляя в рот кусочек паштета из гусиной печени, — правда ли, что вы открыли собственное дело в портовом городке? Какая необычная идея для знатной дамы!

Тут я была на твердой почве.

— Да, у меня чайная в Лазурной Гавани. Удивительно интересное занятие — создавать атмосферу уюта, экспериментировать с купажами, общаться с самыми разными людьми.

— Чайная! — воскликнула дама. — Как экзотично! А много ли вы зарабатываете?

«Прямо-таки купеческая любопытность у аристократки», — усмехнулась я про себя.

— Достаточно, чтобы содержать заведение и прилично жить, — дипломатично ответила я.

Слуги принесли второе блюдо — рыбу в каком-то изысканном соусе с миндалем и изюмом. А к ней — белое вино с тонким фруктовым ароматом.

— Это южные сорта, — пояснил герцог, наливая вино в мой бокал. — Специально заказал к свадьбе. Семьдесят лет выдержки.

«Семьдесят лет! — поразилась я. — Это вино старше меня в несколько раз».

— За молодых! — провозгласил герцог, поднимая бокал.

— За молодых! — подхватили гости.

Наконец подали десерт — это было настоящее чудо кулинарного искусства. Многоярусный торт, украшенный сахарными розами и фигурками лебедей. А рядом — засахаренные фрукты, марципановые конфеты в виде сердечек, воздушное пирожное с кремом, которое таяло во рту как облако.

Когда с десертами было покончено, дворецкий объявил:

— Милорды и миледи, приглашаю всех в Танцевальный зал!

Глава 52

Мы переместились в соседнее помещение — огромный зал с паркетным полом, зеркалами в золоченых рамах и еще большим количеством свечей. У дальней стены расположились музыканты.

— Традиционно первый танец исполняют молодожены, — объявил дворецкий.

«О нет, — запаниковала я. — А я не умею танцевать средневековые танцы! В лучшем случае смогу изобразить вальс, и то плохо».

Аздар, словно почувствовав мое волнение, наклонился к моему уху:

— Не волнуйся, просто следуй за мной. Это простой парный танец, главное — держать ритм.

Музыканты заиграли медленную, торжественную мелодию. Аздар поклонился мне, я ответила реверансом (хотя была не уверена, что делаю это правильно), и мы вышли в центр зала.

К моему удивлению, тело леди Луизы словно само знало движения. Мышечная память, наверное. Я плавно двигалась в такт музыке, поворачиваясь, когда нужно, подавая руку в нужный момент.

«Удивительно, — думала я, грациозно кружась в руках мужа, — даже тело запомнило танцы, которых я никогда не изучала. Магия этого мира не перестает меня поражать».

Аздар танцевал превосходно — каждое его движение было точным и элегантным. Серые глаза смотрели только на меня, словно в зале не было больше никого.

Музыка стихла, мы поклонились друг другу под аплодисменты гостей. Сразу же на паркет высыпали другие пары — молодые и пожилые, элегантные дамы в роскошных платьях и их кавалеры в расшитых камзолах.

Следующие два часа прошли в непрерывном веселье. Я танцевала с герцогом, с несколькими баронами, даже с молодым графом, который постоянно наступал мне на ноги и краснел от смущения. Между танцами слуги разносили легкие закуски и игристое вино.

Когда часы пробили полночь, дворецкий объявил:

— Милорды и миледи, традиционная церемония проводов молодых!

Гости окружили

— Пусть ваш путь будет усыпан розами! — кричали гости.

— Счастья и благополучия!

— Много детей и долгих лет!

«Немного банально, но трогательно», — подумала я, стряхивая лепестки с волос.

Герцог подошел к нам со слезами на глазах:

— Дочь моя, будь счастлива. И ты, Аздар, береги ее. Она у меня одна осталась... — Голос его дрогнул.

Я крепко обняла отца — того человека, который стал мне по-настоящему дорог за эти недели.

— Спасибо за все, папа. За понимание, за поддержку, за эту прекрасную свадьбу.

— Это не прощание навсегда, — добавил Аздар. — Мы будем часто приезжать.

Наконец настал момент, которого я ждала и немного побаивалась. Дворецкий торжественно объявил:

— Милорды и миледи, молодые удаляются в башенные покои!

Толпа гостей проводила нас до лестницы, ведущей в высокую башню замка. Горничные усыпали ступени лепестками роз и жасмина. Свечи в стенных нишах создавали романтическое освещение.

«Как в сказке, — думала я, поднимаясь по каменным ступеням. — Принцесса и принц идут в башню замка в первую брачную ночь. Только принцесса из XXI века, а принц — оборотень-дракон. Обычная история».

Башенная комната превзошла все мои ожидания. Круглое помещение с высоким сводчатым потолком было освещено сотнями свечей. Огромная кровать с балдахином стояла у дальней стены, застеленная белоснежными простынями и усыпанная лепестками роз. Но больше всего меня поразили окна — огромные, во всю стену, без стекол, только легкие занавески развевались на ночном ветру.

— Боже мой, — выдохнула я, подходя к окну.

За ним открывался невероятный вид — весь замок как на ладони, а дальше, до самого горизонта, простирались темные поля и леса. А над всем этим великолепием сияло звездное небо — такое яркое и чистое, какого я никогда не видела в своем мире.

— Красиво, — сказал Аздар, обнимая меня сзади.

— Невероятно красиво, — согласилась я, прислоняясь к его груди. — В моем мире небо никогда не бывает таким ярким. Слишком много огней в городах.

— Расскажи мне еще о вашем мире, — попросил он, целуя мою шею. — Мне интересно.

— Позже, — прошептала я, поворачиваясь в его объятиях. — Сейчас у нас есть дела поважнее.

Он засмеялся и поднял меня на руки, как в первую нашу ночь на корабле. Только теперь все было по-другому — торжественнее, значительнее. Мы были не просто любовниками, а мужем и женой.

До сих пор не могу поверить, что я жена драконьего лорда в сказочном мире.

— О чем задумались, моя дорогая жена? — спросил Аздар, начиная расстегивать бесчисленные пуговицы и крючки на моем свадебном платье.

— О том, как же мне повезло, — честно ответила я. — Несмотря на все обстоятельства, на обман Элеоноры, на мою смерть в том мире... Я счастлива.

— И я счастлив, — сказал он, наконец освободив меня от тяжелого парчового платья. — Счастлив, что встретил именно тебя, а не ту Луизу, которая была здесь раньше.

Мы занимались любовью под звездным небом, и мне казалось, что весь мир благословляет наш союз. Легкий ветер развевал занавески, свечи мерцали романтическим светом, а где-то далеко внизу еще продолжался свадебный пир.

«Вот она, — думала я, засыпая в объятиях мужа, — настоящая любовь. Не выдуманная, не из романов, а самая что ни на есть реальная. Спасибо тебе, волшебный чайничек».

* * *

Утром мы проснулись от стука в дверь. Солнце уже высоко стояло в небе, заливая башенную комнату золотистым светом.

— Милорд, миледи, — раздался голос дворецкого, — завтрак подан в малой столовой. И экипаж готов к отъезду, как вы и просили.

— Уже пора? — сонно пробормотала я.

— Боюсь, что да, — ответил Аздар, целуя меня в лоб. — У меня дела в северных землях, а потом мы отправимся в Лазурную Гавань.

«Лазурная Гавань... Моя чайная, Мира, вся моя новая жизнь ждет меня там», — с радостным волнением подумала я.

Через час мы уже сидели в удобном дорожном экипаже, обитом бархатом и снабженном всеми удобствами для долгого путешествия. Герцог проводил нас лично, и я видела, как трудно ему отпускать меня.

— Береги себя, дочка, — сказал он в последний раз. — И пиши письма. Старику нужно знать, что с тобой все в порядке.

— Обещаю, папа. И мы обязательно приедем.

Экипаж тронулся, и замок начал удаляться. Я смотрела в окно, провожая взглядом знакомые башни, и понимала — этот дом теперь всегда будет мне дорог, но моя настоящая жизнь в другом месте.

Эпилог

Две недели спустя мы наконец вернулись в Лазурную Гавань. Как только я увидела знакомые красные крыши, спускающиеся к морю, сердце забилось чаще от радости.

— Дом, — прошептала я.

— Дом, — согласился Аздар. — Наш дом.

Первым делом мы отправились в чайную. Мира чуть не упала в обморок, увидев меня.

— Луиза! Наконец-то! Все клиенты спрашивали о тебе! Капитан Моррис говорил, что готов плыть за тобой на край света. А торговец Бернард заказывал твой фирменный "Морской бриз" каждый день и грустил, что никто не может заварить его так, как ты.

«Приятно быть нужной», — подумала я с улыбкой и отправилась показывать Аздару свою жилую комнатку.

— Здесь очень... атмосферно, — сказал он дипломатично.

— Тебе не нравится? — забеспокоилась я.

— Нравится, — заверил он. — Просто я подумал... Может быть, нам стоит найти что-то побольше?

И тут я поняла, что он прав. Мы больше не просто Луиза-беженка и загадочный капитан Адам. Мы лорд и леди, у нас будут гости, обязательства, нужно место для прислуги...

— Пойдем к Бертраму, — решила я. — Посмотрим, что есть в Верхнем городе.

Бертрам чуть не проглотил язык, когда узнал, что его бывшая клиентка теперь замужем за лордом.

— Лорд Аздар! — заикаясь, произнес он. — Какая честь! Для таких знатных особ у меня есть несколько исключительных предложений!

Он показал нам три дома в Верхнем городе, но третий покорил меня с первого взгляда. Двухэтажный особняк из светлого камня с красной черепичной крышей стоял на самой высокой точке холма. С его террасы открывался потрясающий вид — весь город как на ладони, а дальше синее море до самого горизонта.

— Дом построен пятьдесят лет назад для богатого торговца, — рассказывал Бертрам, ведя нас по просторным комнатам. — Внизу большая гостиная, столовая, кухня, кабинет. Наверху — четыре спальни и ванная с горячей водой от магических кристаллов. А еще есть библиотека и отдельные комнаты для прислуги.

Но больше всего меня очаровал сад. Он окружал дом с трех сторон — ухоженный, с аккуратными дорожками, клумбами роз и небольшим фонтаном в центре. В дальнем углу росли

— Сад нуждается в уходе, — извиняющимся тоном сказал Бертрам. — Прежние хозяева уехали полгода назад, и с тех пор...

— Ничего страшного, — перебила я, представляя, как буду здесь работать. — Мне нравится ухаживать за растениями.

— Берем, — коротко сказал Аздар, доставая кошелек.

— Но вы даже не спросили цену! — удивился Бертрам.

— Моя жена довольна — это главное, — улыбнулся Аздар.

И тут я поняла, что вышла за настоящего лорда с настоящими деньгами. В моем прошлом мире мужчины годами копили на квартиру в ипотеку, а этот просто махнул рукой и купил особняк, потому что мне понравился сад.

— Ты серьезно? — прошептала я.

— А разве я когда-нибудь шутил с тобой? — поднял бровь Аздар. — Кроме той истории с капитаном Адамом, конечно.

Я фыркнула и шлепнула его по руке. Бертрам смотрел на нас с умилением — видимо, в его понимании мы были образцовой влюбленной парочкой. Если бы он знал, через что нам пришлось пройти...

— Значит, документы можем оформить прямо сейчас? — уточнил Аздар.

— Конечно, милорд! — засуетился Бертрам. — Я тут же пошлю гонца к нотариусу.

Пока оформлялись бумаги, мы гуляли по саду. Я трогала листья запущенных роз, представляя, как приведу их в порядок. А Аздар рассказывал о своих планах.

— Мне придется иногда уезжать по делам, — предупредил он. — Драконьи земли не управляются сами собой. Но с магическими кристаллами связи это не проблема.

— А я буду развивать чайную, — мечтательно произнесла я. — Может быть, даже открою филиал здесь, в Верхнем городе. Для знатных дам с их нежными вкусами.

— Моя предприимчивая жена, — засмеялся он. — Через год ты будешь владеть половиной торговых заведений в городе.

— Знаешь, а это идея! — оживилась я.

Он покачал головой, но в глазах плясали смешинки.

К вечеру мы уже были законными владельцами особняка. Первое, что я сделала, — заварила чай в волшебном чайничке прямо на кухне нашего нового дома.

— Спасибо, — тихо сказала я, наблюдая, как чайничек мягко светится в лучах заходящего солнца. — За все.

Чайничек замерцал ярче, словно отвечая.

— С кем ты разговариваешь? — спросил Аздар, заходя на кухню.

— С волшебством, — честно ответила я. — Помнишь, я рассказывала тебе про чайничек? Он исполнил мое желание.

— Какое именно?

— Я загадала найти настоящую любовь. А получила не только тебя, но и новую жизнь, дом, дело... — Я погладила серебряную поверхность чайничка. — Он явно умеет толковать желания творчески.

Аздар обнял меня со спины, уткнувшись носом в мои волосы.

— Я тоже благодарен твоему волшебному чайничку. Хотя, признаться, думал найти совсем другую невесту.

— А какую?

— Скучную. Покорную. Которая будет сидеть в замке и заниматься вышивкой, — признался он. — Вместо этого я получил женщину, которая сбежала через полкоролевства и открыла чайную в приморском городке.

— Разочарован? — лукаво поинтересовалась я.

— Ужасно, — серьезно сказал он и поцеловал меня в шею. — Теперь мне нужно учиться торговать чайными смесями и запоминать, сколько медяков стоит булочка с корицей.

Я засмеялась и обернулась к нему лицом.

— Ничего, освоишься. Драконьи лорды — существа адаптивные.

* * *

Следующие месяцы пролетели как в сказке. Аздар привез из своих земель мастеров, которые привели особняк в идеальный вид за рекордное время. Я подозревала, что они использовали какую-то магию — обычно ремонт занимает гораздо больше времени.

Мы наняли прислугу: экономку миссис Кларк — степенную женщину лет пятидесяти, которая управляла домом железной рукой в бархатной перчатке. Горничную Энн — веселую девушку, которая обожала сплетни и знала все новости города раньше мэра. И садовника Джона — молчаливого мужчину, под руками которого мой запущенный сад превратился в настоящий рай.

Чайная процветала как никогда. Молва о том, что ее владелица теперь жена драконьего лорда, только подогрела интерес клиентов. Знатные дамы из Верхнего города стали частыми гостьями, стремясь попробовать "тот самый чай, что так любит жена драконьего лорда".

— У тебя теперь есть фанатки, — смеялась Мира, показывая на очередную группу элегантно одетых женщин за угловым столиком. — Леди Марджори уже третий день подряд заказывает "Звездную энергию" и спрашивает рецепт.

— Рецепт — это коммерческая тайна, — важно отвечала я. — А леди Марджори пусть приходит почаще, если хочет оставаться бодрой и молодой.

На самом деле я подумывала о том, чтобы нанять еще одну помощницу. И, возможно, действительно открыть филиал в Верхнем городе. Аздар был прав — коммерческая жилка во мне проснулась нешуточная.

Аздар ездил по делам, как и обещал, но всегда возвращался точно в срок. Иногда раньше — тогда он появлялся в чайной с букетом редких цветов или коробочкой экзотических сладостей, привезенных из Драконьих земель.

— Скучала? — спрашивал он, целуя меня прямо на глазах у изумленных посетителей.

— Ужасно, — отвечала я, и это была чистая правда.

В такие моменты весь наш респектабельный статус лорда и леди летел к чертям. Мы вели себя как влюбленные подростки, и мне было совершенно все равно, что об этом думают знатные дамы за соседними столиками.

Вечерами мы гуляли по саду, строили планы, пили чай на террасе, наблюдая закаты над морем. Аздар рассказывал о своих владениях, о странных магических существах, которые водятся в северных лесах. Я делилась идеями по развитию бизнеса и жаловалась на капризных клиенток.

— Леди Розалинда вчера требовала, чтобы я добавила в "Морское спокойствие" еще больше лунной фиалки. Говорит, эффект недостаточно сильный, — рассказывала я, уютно устроившись у него на коленях в садовой беседке.

— И что ты ответила?

— Что лунная фиалка — редкое растение, и если она хочет более сильный эффект, пусть покупает снадобья прямо у алхимика. А не требует от чая невозможного, — фыркнула я.

— Моя дипломатичная жена, — засмеялся Аздар.

— Я продаю чай, а не чудеса. Хотя... — Я задумчиво посмотрела на чайничек, который мы всегда брали с собой на вечерние чаепития. — Иногда кажется, что чудеса все же случаются.

* * *

К концу лета наш дом стал местом, куда любили заглядывать друзья. Капитан Бартон, оказавшейся большим любителем хорошего чая и еще больший — длинных бесед о морских приключениях. Мэр Барнабас, который обожал мои "Рыбацкие утра" и жаловался на городские проблемы. Даже угрюмый алхимик Марк иногда присоединялся к нашим посиделкам, рассказывая захватывающие истории о магических экспериментах.

— Ваш дом — самый гостеприимный в городе, — говорила жена мэра, леди Агата. — Здесь всегда пахнет чем-то волшебным.

— Это чай, — смеялась я. — И счастье. Счастье тоже имеет свой аромат.

В такие вечера, когда дом наполнялся смехом и дружескими голосами, а Аздар рассказывал очередную невероятную историю из своих путешествий, я понимала — мое желание исполнилось сполна. И даже больше, чем я могла мечтать.

Однажды

— О чем думаешь? — спросила я, заметив его задумчивый взгляд.

— О детях, — честно ответил он.

У меня внутри что-то сладко сжалось.

— И что именно?

— Хочу, чтобы они у нас были. Много детей, которые будут бегать по этому саду и требовать от мамы особенный чай для особенных случаев, — мечтательно произнес он.

— А вдруг они не унаследуют мою любовь к чаю? — притворно возмутилась я.

— Тогда научим их любить море, книги, волшебство... — Он притянул меня ближе. — У нас есть время на все.

Я молча кивнула, представляя детские голоса в доме, маленькие ручки, тянущиеся к волшебному чайничку, крошечных наследников Драконьих земель, которые будут знать вкус правильно заваренного чая и историю о том, как их мама сбежала через полкоролевства ради любви.

Вечер медленно превращался в ночь. В чайничке, стоящем на столике между нами, еще плескались последние остатки заварки, источая тонкий аромат трав и специй. И вдруг чайничек мягко сверкнул — совсем ненавязчиво, так что можно было принять это за отражение звезд на серебряной поверхности.

— Опять он что-то задумал, — тихо сказала я.

— Может быть, просто радуется вместе с нами? — предположил Аздар.

— Возможно. А может, намекает, что впереди еще много чудес.

Я взяла чайничек в руки, и он стал чуть теплее обычного. Словно живой. Словно действительно радовался нашему счастью и намекал, что история еще не закончена.

— Спасибо, — прошептала я. — За все. И за то, что будет.

Чайничек моргнул в последний раз и затих, оставив только ощущение чего-то очень доброго и правильного. А над морем тем временем зажглись первые звезды, обещая спокойную ночь и ясное завтра.

И я знала — завтра будет прекрасным. Как и послезавтра.

Потому что иногда желания исполняются именно так, как должны. И приносят не только то, о чем просила, но и то, о чем даже не мечтала. Настоящую любовь, новую жизнь, дом у моря, дело по душе, друзей, которые стали семьей.

И волшебный чайничек, который, возможно, припас для нас еще не одно чудо.

КОНЕЦ.