Байки из паба. Балу

Глава 1

Рассказ Балу

Делать было нечего, дело было вечером. А куда отправиться настоящему мужчине, чтобы весело провести вечер. Конечно, в паб «Горбатый кваз». И не надо плакаться, что дорого… Для постоянного клиента и пиво дешевле, и водка холоднее, и мясо мягче. Нет споранов? Не беда… Запишут в долг? А если должник погибнет? Выпьют его друзья в пабе, скинутся и выплатят долг. Не рвань собиралась в пабе «Горбатый кваз». Далеко не рвань. И подумают просто:

-Сегодня я долг чей-то закрыл, завтра мой закроют. Не любит Стикс скупых, ох как не любят. А как мы не жалуем таких людей!..

Один раз как-то один из бойцов пожадничал споранов за светлую душу Сурка. Теперь сидит один за столом, и никто с ним не хочет говорить.

В этот вечер вернулся из хождений по Стиксу Капитон со своим Питоном. Нет, никто не ошибся, с Капитоном всегда путешествовала по кластерам и его зверюга. Это был настоящий питон-переросток. Как его только не называл Капитон: и Тошей, и Гандошей, и червяком-переростком. Если же хотел похвалить своего питомца, то называл Каа.

Капитон махнул рукой одинокому рейдеру:

-Хватит, Балу, сидеть в одиночестве. Иди я с добычей вернулся.

Кто-то пытался не согласиться. На это Капитон только махнул рукой:

-Молчи, Щегол, я тебя мало знаю, а с Балу нас по Стиксу немало мотало. А что споранов не дал? Да не было их у него… В долг его тогда обслуживали. Полоса была не та.

-А почему он не сказал об этом? – взвился Щегол.

-Потому что он Балу, а не Щегол. Понял разницу. А кто не согласен, того мой Тоша вызовет на дуэль и сожрет. Кто готов?

-А откуда ты понял, что я на мели, - спросил Балу. –Тебя же не было тогда.

-Не было, вот Щегол и суетился. Морду, что ли набить, чтобы не лез, куда его не просят.

-Не надо, - попросил Балу. – Не пообтесался. Со временем хороший рейдер получиться может.

-Понял, Щегол, кто за тебя слово веское сказал? – обратился к нему Капитон.

-Понял, - буркнул Щегол. – И правда глупость спорол. Верно ты, Балу, сказал. Молод я ещё и, действительно, не просек фишку.

-Я зла не держу, - ответил Балу. – Просто тогда на меня сыпались неприятности как из рога изобилия. Только из одной задницы вылезу, тут же в другую влезу.

-А что наш бармен не вмешался? – поинтересовался Щегол.

-Я ему запретил. Не привык Балу в жилетку плакаться. Сам должен был справиться с полосой неудач.

Балу показал, чтобы бармен притащил пару бочонков пива, налил всем и сам присоединялся к ним.

-Так и быть расскажу я вам о том, какие я оказался на Стиксе.

Вы знаете, что на Стиксе я не так, чтобы долго был, но не так и мало. За три года если и не станешь ветераном, то и не останешься новичком. Конечно, если в стабе не сидеть. Работа в стабе меня не интересовала. Вначале меня одиночкой носило, потом я Капитона с Питоном встретил. Когда-нибудь он нам расскажет, как он в Стиксе появился, и что у него за друг такой странный. Но сейчас речь не о нем, а обо мне.

Сам я парень простой, немного простодушный. Силой меня бог не обидел еще в старом мире. Чтобы меня никто не разозлил, а я потом не убил в гневе обидчика, отправил меня отец в тайгу. Вот в таком таежном кластере и оказался я на Стиксе. Иду себе и думаю, что за вонючий туман в тайге появился. Потом молнии сверкать стали. Ну думаю, залезу я под вывороченный пень пережду этот природный катаклизм. Свернулся в калачик и уснул.

Проснулся голова у меня болит, во рту сушняк, как будто я неделю в запое был. Ну, думаю, сука, траванули меня какие-то гниды. Не, на американцев я не думал. Не такая я уж важная шишка, чтобы мне геноцид устраивать. На нашу власть думал. Те за деньги любую отраву на нас бросят.

Пожелал я нашей власти многое чего, но не буду всё пересказывать. Долго это, да и не по теме. Не они оказались виноваты.

Попил я ключевой водицы из родника и пошел дальше. Иду, вроде даже полегче стало. Пора, думаю, привал сделать. Достал свои припасы, разжег костерок, сижу, готовлю себе пожрать. Дух съедобный всю округу наполнил. И представьте себе никто не приперся. Видно, далеко я в тайге оказался от городов и вообще жилых мест.

Пожрал я вволю, хотя периодически то голова начинала болеть, то к горлу подкатывала тошнота. Тем не менее, с едой я управился быстро. Приготовил рогатину на медведя. Кто его знает, какие тут звери бегают. А рогатина у меня знатная, я её сам склепал из титана. Мишек ею валил на раз. Сижу у костра, дровишки подбрасываю. Смотрю и вижу: а вот и мишка прорезался. Только был он каким-то странным. Морда у него удлинилась, шкура стала такой твердой, что я ее даже титановой рогатиной остановить не могу. Пихает меня этот мишка-гигант, а я сделать ничего не могу. Смотрю и вижу, как от моих ног борозда идет как от плуга. Надо что-то срочно придумать, а что не знаю. А дальше яма будет большая. Если туда попаду, то погибну. Решил рискнуть: отпрыгнул я назад и перескочил через яму. Она хоть и глубокая была, но неширокая. Мишка, однако, от меня такой подляны не ожидал, упал на передние лапы только угодили они в яму. Туда мишка кубарем и полетел. Тут передо мной затылок медвежий во всей красе нарисовался. Там ещё какой-то нарост сформировался, вот туда я свою рогатину и воткнул со всей силой. Мишка дернулся разок, и отдал концы. Вытер я пот. Да таких мишек я ещё не валил, да и не ожидал я, что от одного удара мой мишка так быстро сдохнет. Это я теперь понимаю, что в споровый мешок попал, а тогда на свое счастье сослался. Распотрошил я споровый мешок. Было там несколько круглых горошин. Кинул я в свой пенал и забыл на время. Видно медведь не до конца превратился в монстра. Но это было и к лучшему. Вряд ли я тогда бы смог осилить даже топтуна.

Жалко мне стало такой непробиваемой шкуры и начал я ее снимать со зверя. Перемазался весь в крови, но кое-как шкуру с него снял, потащил её в ручей и бросил, пусть от крови очищается. Тут ещё какие-то рыбки зубатые приплыли и давай ощипывать куски мяса и жира. Подождал я с полчаса, полегчала шкура. Вытащил я её из ручья, бросил на ветки: пускай подсыхает. Сам быстро водой из ручья обмылся, а в сам ручей не полез – рыбок побоялся: нападут всей стайкой и сожрут.

Решил я посмотреть: не осталось ли медведицы поблизости. Когда она защищает детеныша, то страшнее самого медведя становится. Нашел лишь ее остатки, сожрал медведь свою подругу. Услышал я тут писк, а там смотрю: медвежонок размером с рукавицу копошится. Взял его на руки и отправился обратно. Увидел мишутка шкуру старого медведя зашипел сердито.

-Ты посмотри, какой защитник! Нарекаю тебя Мишуткой.

Медвежонок оказался понятливым, посмотрел на меня внимательно и кивнул головой. Я даже оторопел от такого чуда. Накинул я на себя шкуру медвежью, взял Мишутку на руки, и побрели мы по тайге.

Шли мы часа три. Вышли на берег небольшой речки. Вот там на высоком берегу я и заметил небольшое строение. Ну как небольшое, относительно. Не дворец, но комнат пять было. В доме и возле дома никого не было. Однако я не решился сразу идти в дом. Решил для порядка понаблюдать за домом. Эта моя нерешительность меня и спасла. Смотрю три красавца мужика и девку связанными тащат. Сами расписные – донельзя. Понял я, что на сидельцев попал. Закон в тайге простой: не оставляй за собой врагов. Глянул я на их купола на груди и решил избавить мир от этих уродов.

-И страшно не было? - спросил Щегол.

-В первый раз, что ли. В тайге такие люди страшнее любого зверя. Не скажу, что с десяток, а где-то около того завалил я уродов.

-А как же милиция?

-Так я им не сообщал, а с мужиками мы тайгу потихоньку чистили. Бабы за орехами ходили, дети по грибы и ягоды. Ну а мы в бороду посмеивались, что в нашем лесу плохие люди не живут.

-И как же ты с ними расправился?

-Щегол, урка в тайге – ребенок. Таёжник – матерый зверь. За полчаса я их ножом порешил.

-А почему не рогатиной?

-Нечего такое оружие гнилой кровью окроплять. Подождал я ещё часок. Никто не вышел. Пошел я к связанным. Эй, говорю, куда это я попал?

-А где наши враги? – спросил меня развязанный мужичок.

-Не знаю, куда-то в тайгу ушли. Но вы не переживайте, вред ли они сюда вернутся. Менты ничего найти не смогут.

-Да нет здесь ментов. Попал ты, паря, на Стикс. Новичок ты. Вот тебе бумаги изучай, а прежде глотни лекарство. Правда у него вкус замоченных носков. Но без него никуда.

Надо, значит, надо. Глотнул я живца. Действительно, мерзкий вкус. Достал я и Мишутку, налил в мисочку живца и заставил его попить

-И ещё, тебя крестить надо. Будешь ты Балу. Не против?

-Так я и есть Балу. И шкура у меня медвежья.

. На этой заимке мы и обустроились. Оказался тут небольшой стаб.

-И что никто вас оттуда не выселил? – поинтересовался Щегол.

-Кто в тайге ожидает стаб увидеть. Да и не нужен он там был никому.

-А как расписные о нем узнали?

-Я откуда знаю. Главное, они о нем никому не рассказали. Вот там мы с годик и прожили.

-А как же вы пищу добывали?

-Там недалеко новые кластеры перегружались. Небольшие хутора, села. Постепенно у нас группа образовалась. Девушка Багирой оказалась. Мальчишку нашли, назвали его Маугли. Матерый таежник сподобился. Акелой стал. Так потихоньку и жили.

-А почему такие имена?

-По приколу. Балу есть, Багира есть. Вот и остальных собирали.

-Почему ушли тогда?

-Да надоело одни и те же морды видеть. Решили к большому стабу пробираться.

-И как? Сильно вас потрепало.

-Ничуть. У нас в группе и сенс есть. И многое чего. Но это уже не мои тайны.

-Понятно, - согласился Щегол.

-А сейчас почему про стаб рассказал?

-Да добра там много. Забрать бы не мешало.

-А сами?

-А сами не справимся. Вот уговорим Капитона с Питоном.

-И далеко этот стаб? Далековато. Но это дело не сегодняшнего вечера.

-А как ты без ничего остался?

-Это уже другая история. Не сегодня. Потом как-нибудь расскажу. Наливай, бармен, водки. Сколько можно эту мочу пить?

Бармен засмеялся:

-А я думаю, когда же вы к более серьезным напиткам приступите.

Вскоре вечер перестал быть томным и плавно перешел в широкий загул.