Бабушка которую нельзя удалить: бей рептилоидов

Глава 1

# ГЛАВА 1

Евгения Отовна плавала в тюменских термальных источниках. Естественно, в советских — ведь они были у неё самыми любимыми.

Вот только стоило ей погрузиться в тёплые воды, как вдруг она почувствовала, что что-то огромное и сильное подхватило её и подняло вверх.

Это было её последнее ощущение.

Евгения Отовна оказалась на космическом корабле, сидя в мягком, удобно обхватывающем её кресле.

Там она просидела около часа, вспоминая, как создавала свой паблик, как набирала популярность, как на улицах Тюмени её узнавали даже дети. И теперь всё это, как она думала, внезапно оборвалось.

Но вдруг Евгения увидела два таких же кресла. На одном сидел первый челябинский мэтр шансона с говорящей двойной фамилией — Пугачёв-Саблев. Она обожала слушать его лучший альбом «Каторга моей души». На втором кресле сидел какой-то темнокожий мужчина в пиджаке от Prada.

Через пять минут челябинский исполнитель шансона заговорил пьяным голосом, словно находился в запое уже два дня:

— Где я? — спросил он, доставая бутылку пива. — Благо, с собой было. А то похмелиться нечем.

— Сама не знаю, — ответила Евгения Отовна.

Она повернула голову. Темнокожий мужчина что-то сказал на своём африканском языке.

— Где мы тут застряли? — спросила она и ещё раз, наверное, в десятый раз огляделась.

Вроде бы космический корабль. Вроде бы её взяло в плен правительство.

Но зачем тогда им внезапно понадобился исполнитель шансона? И почему они не взяли какого-нибудь Митяева, а именно Пугачёва-Саблева?

Евгения Отовна задумалась над этим ещё на несколько минут, пока из потолка не выдвинулся экран.

На экране появилось лицо рептилоида.

Он что-то сказал на непонятном языке — всего несколько слов, — а затем заговорил по-русски:

— Здравствуйте, дорогие друзья. Да, вы находитесь на космическом корабле в созвездии Ориона. Сейчас мы пролетаем рядом с Бетельгейзе.

В этот момент открылось окно, и Евгения увидела огромный шар, похожий на звезду.

— Но сразу перейдём к делу, — продолжил рептилоид. — Смотрите, вы достигли эры искусственного интеллекта. Это примерно пятьдесят процентов развития. Наша раса достигла девяноста пяти процентов развития. Для нас вы ещё дикари, но вы смогли нас удивить.

Рептилоид посмотрел прямо на Евгению Отовну.

— Я обращаюсь к вам, Евгения Отовна. Как вы знаете, ваш паблик очень популярен. Более того, он стал главной угрозой нашему правлению на этой планете.

Евгения удивлённо приподняла брови.

— Мы пришли к вам в начале XX века, по вашему летоисчислению, — продолжил рептилоид. — Сначала не понимали, что можно делать с вашей планетой. Хотя мой дед знал, что на вашей планете и в ваших людях хранится огромное количество дистанционной энергии.

— Кстати, о моём дедушке. Мы находимся в Солнечной системе НС-370. По вашим меркам мой дед был заместителем в крупной компании, которая держала монополию на один из видов планетарной технической безопасности.

Рептилоид сделал паузу.

— Как-то раз он вместе с другом решил основать новую компанию. Они начали оформлять документы, но друг перепутал название и род деятельности. Поэтому вместо технической безопасности в документах об основании компании оказалось написано, что компания занимается добычей дистанционной энергии.

— Тут, в лесу, — неожиданно вмешался исполнитель шансона, — а что сейчас с этим другом стало?

— Его сослали на Землю под именем, известным вам как Дональд Трамп, — спокойно ответил рептилоид. — А его сына мы перекрасили под девушку, и получилась жена Трампа Мелани.

Рептилоид продолжил:

— Но мой дед начал выкручиваться. До этого он ничего не знал о Земле и выкачивал дистанционную энергию из астероидов. Компания была маленькой, но приносила прибыль, почти такую же, какую он получал, когда работал заместителем в той крупной компании.

— Отец не захотел править компанией и передал право управлять ею мне.

Рептилоид задумался, а затем продолжил:

— Как-то раз началась война между Россией, пчелоидами и расой, название которой я вам скажу — вы всё равно её не знаете. Никто не выиграл в этой войне, но мы заработали влияние на несколько систем.

Он улыбнулся.

— Вот так я и нашёл Землю.

Евгения Отовна внимательно посмотрела на него.

— Значит, то, что все правители — рептилоиды, кроме Путина, — это правда?

— Умная бабушка, — ответил рептилоид.

— Совершенно верно.

— Сигаретки нету, — неожиданно вмешался челябинский исполнитель шансона.

Рептилоид достал пачку сигарет и протянул её ему.

— Держи.

Он кинул пачку Беломора.

Глаза темнокожего мужчины округлились.

— Да-да, мои любимые, — сказал рептилоид.

— Спасибо, — ответил Пугачёв-Саблев.

Он посмотрел на своего соседа и спросил:

— Вы думаете, негр понял что-нибудь из вашего рассказа?

— Да, всё понял. Это президент Эфиопии. Для вас я говорю по-русски, а для него — на амхарском.

— И последний вопрос, — сказала Евгения Отовна. — Зачем вам понадобились президент Эфиопии и челябинский мэтр шансона?

— Челябинский мэтр шансона нам нужен для того, чтобы он исполнял свои песни. Альбомы же все при вас?

— Ну да. Вот, в рюкзаке, — ответил Пугачёв-Саблев.

Он достал все шесть своих альбомов.

Рептилоид забрал их все, оставив только один.

— «Каторга моей души»?

— Это мой самый любимый альбом, — сказал рептилоид.

— Давайте его вместе послушаем.

— Кстати, меня зовут Оймякон.

Заиграла первая песня.

А примерно через двадцать минут они уже были на планете.