А что, так можно было?

Глава 1. С чего всё началось.

17.02.2025. Санкт-Петербург.

Я обожаю эту пору в нашем городе — легендарные Белые Ночи. Если не смотреть на часы, то, занимаясь чем-то увлекательным, легко можно засидеться за полночь. Именно это со мной и случилось, когда началась эта история.

Наверное, не все мне поверят, но старость — самое подходящее время для наслаждения жизнью. Дети выросли, и у них своя жизнь. Работать можно только для удовольствия, чтобы ощущать себя, причастной к потоку жизни, а всё остальное время тратить на свои увлечения.

С детства у меня были три увлечения: чтение, рисование и всякие поделки. Читать я научилась в три с половиной года. Почему-то мне нравилось учиться читать по программке «Радио и телевидение». Сейчас я уже не помню, но, возможно, в тот момент я казалась себе очень взрослой. Не подумайте, что в нашем доме не было детских книг. Уже тогда я знала наизусть «Пожар» Маршака, «Мойдодыра» и «Муху-Цокотуху» и с энтузиазмом декламировала их, стоя на табуретке, по праздникам перед гостями. Но их я учила на слух вместе с мамой, а вот учиться читать мне нравилось по программке. А, может быть, мне хотелось читать газету, как папа. Сейчас уже трудно припомнить.

Жили мы тогда в комнате в коммунальной квартире на Садовой улице. Изо дня в день я буквально терроризировала бабушку, входившую из общего коридора в комнату, вопросами о том, как читается та или иная буква. Бабушка смогла мне рассказать про все, кроме «Ь» и «Ъ» знаки. Но… мне повезло. В том году мой старший брат пошел в школу в первый класс, и ему выдали «Букварь». Мало того, что слово «Букварь» заканчивалось на «ь», там ещё была картинка «Семья», и под ней подпись! Я пережила настоящий инсайт… Как сейчас помню этот сладкий вкус открытия. Это был буквально телячий восторг, когда я поняла, как читается мягкий знак. С твердым как-то уже само всё получилось. Это открытие сделало меня настоящим читателем. Первая книга, которую я начала читать самостоятельно были «Вечера на хуторе близ Диканьки» Гоголя. Книга была в коленкоровом переплете, формата А4, в ней был крупный шрифт и очень красивые картинки. Я храню эту книгу до сих пор. В ней после каждых трех строчек стоит крестик или галочка, нарисованные цветным карандашом, чтобы я понимала, до какого места я дочитала в предыдущий раз. Теперь-то я читаю со скоростью 200 страниц в час, и даже приблизительно не могу сказать, сколько книг я прочитала за свою жизнь, но эта книга для меня бесценна.

Любовь к сказкам родилась, наверное, вместе со мной. До десяти лет я брала в библиотеке только сказки. Потом сфера моих интересов значительно расширилась, а вот теперь в старости я снова вернулась к ним. Надоело читать о том, как люди раскладывают грабельки, чтобы потом самим по ним и побегать. Другое дело — современное фэнтези: драконы, орки, тролли, магия...

К чему я всё это рассказываю? А к тому, что одной волшебной белой ночью я зачиталась до утра. Моё тело вспомнило о своих естественных потребностях. Я резко встала с дивана, у меня потемнело в глазах, и я почувствовала, что складываюсь, как пальто.

Глава 2. Этого не может быть.

Постепенно я начала приходить в себя. Прислушалась к телу. Ничего не болит, но как-то странно… Я точно помню, что сложилась, как пальто, а сейчас лежу на спине, на чем-то мягком, а мои руки вытянуты вдоль тела.

В голове пронесся вихрь мыслей…

Я ведь дома была одна. Дверь была заперта на щеколду изнутри. Сколько же я пролежала, пока дети поняли, что со мной что-то не так? Они вскрывали дверь? Бедные мои дети!!! Сколько хлопот я им доставила!!! Мозг практически закипел.

Я прислушалась. Рядом работали приборы. Звуки, как в фильмах про больничную палату. Наконец, я решила открыть глаза. Они легко открылись, и у меня перехватило дыхание. Я лежала на больничной кровати напротив большого окна, а за ним было фиолетовое небо. «Это же, как нужно было так забить себе голову «баснями», а потом ещё и знатно приложиться ею об пол, чтобы создать такие глюки», — подумала я. Но это оказалось не всё. Я посмотрела на себя и обомлела. Тело было не моё. Из-под простыни выглядывали ступни размера этак 44-45. Руки, которые лежали поверх простыни, были явно мужскими. Ну, нет, не мужскими. Скорее они принадлежали подростку-недопёску. Я зажмурила глаза и очень вовремя. Похоже, аппаратура сообщила, куда нужно, что я пришла в себя. Точнее, что я пришел в себя…

За моей головой открылась дверь, и вошли несколько человек. Они переговаривались так тихо, что слов было не разобрать. Кто-то подошел к самой кровати и погладил меня по руке. Прикосновение было мягким и нежным. Меня буквально окутал приятный, как будто знакомый, аромат. А ведь это очень хорошо, что я вдоволь насмотрелась сериалов и начиталась книг. Вариант амнезии в данной ситуации мне показался предпочтительным. Я медленно открыла глаза. Надо мной склонилась женщина. Красивая. Но что-то в её лице показалось мне странным. Она с нежностью смотрела на меня и повторяла: «Ты жив. Ты жив».

Похоже, что это была мать того, в чьем теле я оказалась. Я понимала, что она говорит, но решила пока прикидываться «дохлым пуделем». Я посмотрела на неё бессмысленным взглядом и снова закрыла глаза. Женщина обратилась, по всей вероятности, к врачу. Они говорили очень тихо, и слов было не разобрать. Женщина снова наклонилась ко мне и возложила мне руки на голову, чуть подержала, убрала, и все ушли, а я перевела дух.

Прошло ещё какое-то время, и я удивилась, что я не только не хочу есть, но у меня и других естественных потребностей не возникает. Сначала я озадачилась, а потом подумала, что буду решать задачи по мере их поступления. Я ещё какое-то время любовалась фиолетовым небом за окном, которое уже начинало темнеть, и отключилась.

Глава 3. Кто бы мог подумать...

Пробуждение было приятным. Сон оставил какое-то сладкое послевкусие, хотя я абсолютно не помню, что мне снилось. Однако уже через несколько мгновений я открыла глаза и встревожилась: «А где я, собственно, проснулась?»

Когда-то, когда я только начала практиковать медитацию, со мной произошел такой случай. Я медитировала под голоса дельфинов. Когда звуковая дорожка закончилась, я открыла глаза и увидела над собой вместо потолка комнаты небо с двумя солнцами. Сказать, что я испугалась, это ничего не сказать. Тогда я быстро зажмурилась, а, когда открыла глаза, то увидела над собой потолок моей комнаты.

Почему бы не повторить этот опыт, решила я. Я зажмурилась, что было сил, распахнула глаза и… ничего не изменилось. Всё те же звуки приборов и то же фиолетовое небо за окном.

В комнату вошла молодая женщина. В руках она держала стопку одежды. На мой взгляд она была похожа на вчерашнюю, как младшая сестра. Она подошла ко мне и спросила, как я себя чувствую. Я ответила, что хорошо. Нет, не я ответила, а ответило моё тело юношеским голосом. Она улыбнулась, отключила от меня все провода и трубочки, и предложила мне встать.

Я не очень представляла, что тут носят мужчины, поэтому сказала, что мне всё-таки не очень хорошо, и я встану позже, а пока полежу. Перспектива разбираться с незнакомой одеждой на глазах у постороннего человека меня не вдохновляла. Женщина улыбнулась и сказала, что зайдет через час. По поводу одежды я волновалась зря. Одежда и белье были похожи на наши только из, какого-то очень приятного к телу, эластичного материала. К моему удовольствию тело двигалось легко. Похоже, что оно регулярно тренировалось.

Я прилегла на кровать и начала размышлять о том, и как мне быть дальше? Пока меня никто ни о чем не спрашивал, кроме, как о моём самочувствии, но ведь так не может продолжаться вечно.

Час прошел в раздумьях, и за мной снова пришла всё та же милая улыбчивая женщина и повела меня по каким-то длинным коридорам к лифту, в котором мы долго ехали наверх. Наконец лифт остановился, и мы оказались в просторном кабинете. Прямо напротив лифта у окна стоял стол, за которым сидел мужчина средних лет, как говорится, приятной наружности. На вид он мог быть ровесником моего старшего сына.

Сопровождавшая меня, женщина уехала на лифте, оставив нас вдвоем. Мужчина посмотрел мне пристально в глаза и сказал:

- Здравствуйте, Маргарита Ивановна, — и мой мозг взорвался.

Глава 4. Фантастика, которая совсем - не фантастика.

У меня было такое впечатление, что и моя голова сейчас взорвется вместе с мозгом, и уши будут летать по ветру. Все мои попытки собрать мозг обратно успехом не увенчались.

Дав мне некоторое время на переваривание случившегося, человек, сидящий за столом, которого я мысленно окрестила Доктором, сказал:

- Маргарита Ивановна, вы напрасно так переполошились. Вы знаете, что вы — Маргарита Ивановна. Я знаю, что вы — Маргарита Ивановна. А то, что остальные принимают вас за шестнадцатилетнего юношу, нам с вами абсолютно не мешает.

Как ни странно, но его слова меня несколько успокоили.

Доктор подошел к столику у окна, налил из графина в стакан жидкость приятного желтого цвета и протянул мне.

- Вот выпейте, это вас успокоит. А я пока введу вас в курс дела, - сказал он.

И он поведал мне, что я, вовсе не сошла с ума, а попала в другой Мир. А догадаться было нетрудно, потому что за последнее время я прочла и прослушала столько книг про попаданок, что почти сроднилась с таким поворотом сюжета. Однако моему уму было всё равно непостижимо, что я — попаданка. По словам Доктора этот Мир похож на наш, но немного опережает нас в развитии. Эти слова кольнули моё самолюбие, но я продолжала слушать. Оказалось, что все Миры связаны, и отставание одного из них вредит всем.

Нарушать закон свободы воли нельзя, поэтому они вот таким «деликатным» образом приглашают к себе в гости, чтобы гость в своем Мире стал проводником нового.

Никто никого принуждать не собирается.

- Ну, не понравится вам наш образ жизни, просто ничего не будете рассказывать и думать о нем не будете, когда вернётесь домой, - сказал Доктор.

Кстати, все ваши фэнтези — это тоже наш деликатный метод помощи вам в развитии. Ещё 30 лет назад всё то, чем вы сейчас пользуетесь, было невозможно, но сейчас человечество пришло в состояние готовности к другой жизни.

- Вы, Маргарита Ивановна, не волнуйтесь, - продолжил он,

- Мы вернем вас обратно в ваш мир в ту же минуту, когда вас забрали. Никто даже не заметит, что вас не было. Время в наших мирах течет по-разному, поэтому никаких проблем с этим не будет. Здесь, в больнице, вы проведёте целый месяц в вашем представлении. Этого времени вполне достаточно, чтобы вы изучили историю владельца вашего тела и не спалились.

В вашем мире есть такая поговорка: «Одно дело — туризм, а другое — эмиграция». Так вот, мы хотим, чтобы вы считали своё нахождение здесь деловой командировкой с целью увидеть жизнь глазами эмигранта. Если у вас есть вопросы, задавайте, я отвечу на все.

Пока доктор говорил, я вполне успокоилась, и вопросы у меня были. Во-первых, мне было очень интересно: почему я, семидесятилетняя женщина, попала в тело 16-летнего юноши, как меня теперь зовут, и что случилось с настоящим юношей? Во-вторых, почему именно я?

Доктор начал отвечать с последнего. Оказывается, у меня прекрасные человеческие качества и здравый ум. Не скрою, мне это польстило. Во-вторых, важным фактором оказалась моя богатая биография, поэтому мне есть на что нанизать увиденное. А зовут меня теперь Эрли, с ударением на «и».

С настоящим Эрли ничего плохого не случилось. «Проза жизни»: на тренировке он врезался в другого юношу, упал и потерял сознание. Такие эпизоды на тренировках не были редкостью, но чтобы молодой человек потерял сознание? Такого еще не бывало, поэтому было необходимо обследовать его в стационаре. Эрли под руководством кураторов до тонкости изучил, как имитировать обморок, и у него всё отлично получилось.

Доктор сообщил, что теперь будет обращаться ко мне на «ты», чтобы я быстрее привыкла к моему нынешнему возрасту. Ответ на вопрос о теле юноши Доктор оставил напоследок. В этом мире жизнь юношей с 12 до 17 лет скрыта от остального общества, и её можно увидеть только, попав внутрь закрытого мужского учебного заведения, которое называется лаксэ.

Потом на лице Доктора промелькнула лукавая улыбка, и он сказал, что оказаться в 16-летнем теле — это же моя мечта, которая сейчас сбылась. Сначала я безмерно удивилась, а потом вспомнила, как в молодости слушала оздоравливающие настрои Сытина на омоложение до 16 лет. Выходит, за мной буквально следили… Да, как они смели? Доктор без труда прочитал мои мысли по выражению моего лица и поднял руки в успокаивающем жесте.

- Нет, нет, - сказал он, - мы просто посмотрели ваши хроники Акаши.

Они просто посмотрели!!! Моему возмущению не было предела. На что Доктор примирительно сказал, что искали человека по определенным наклонностям и нашли.

У меня сразу возник ещё один вопрос: «А есть ли ещё такие места, которые скрыты от остального населения, и можно ли мне будет их увидеть?»

- Не в этой командировке, - ответил Доктор.

- Но все же, где они?

- Родильные дома и Храмы.

Меня удивило, что к таким местам относятся родильные дома. Я удивилась, потому что мы всегда стремились к тому, чтобы родильный дом не выглядел инфекционной больницей или тюрьмой. А тут такой поворот!

Доктор рассказал, что у них государство осуществляет те действия, которые служат на благо всех и каждого.

Поскольку люди ведут здоровый образ жизни, то проблем с беременностью не возникает. С наступлением беременности женщина отправляется в отпуск. Беременные женщины проводят этот отпуск в санатории-роддоме. У вас бы это назвали дородовой подготовкой. Давно было замечено, что некоторые ограничения приводят к легким родам, поэтому женщины находятся на свободном проживании, но неукоснительно выполняют рекомендации врачей. Никаких особых исследований на этом этапе мы не проводим, кроме обычных анализов. Однако сразу после рождения мы погружаем мамочку в сон, чтобы у нас было время обследовать новорожденного и, если в этом есть необходимость, то провести корректирующие процедуры. Уровень нашей медицины позволяет компенсировать любые изъяны. Когда мамочка просыпается она отдохнувшая радостно встречается со своим ребенком. Поэтому в этом Мире нет никаких страшилок, связанных с родами. Но для всех это — глубочайшая тайна.

Тогда меня живо заинтересовал вопрос, а на какие средства женщины живут в санатории и растят своих детей?

Все оказалось банально просто. В Мире существует Фонд детства. Это — средства на выращивание детей. Как только женщина становится беременной, ей выплачивается материнская зарплата. С рождением каждого следующего ребенка до его 12 лет зарплата повышается. Затем жизнь девочек и мальчиков разделяется. За девочек до их совершеннолетия продолжается выплата маме, а мальчики покидают родительский дом и переходят на государственное обеспечение. Доктор не смог мне объяснить, как формируется такой фонд, потому что он — врач, а не государственный деятель. Доктор сказал, что без здорового потомства ни у одной цивилизации нет будущего, поэтому взращивание детей в этом мире — главный приоритет.

Что касается Храмов, то Храм — это центр целительства, как физического, так и духовного. Здесь присутствуют технологии высших цивилизаций. Если человек сюда попадает, то ему будет оказана всевозможная помощь. С его стороны это будет выглядеть, как отдых с обследованием, но на самом деле ему будут активно помогать, пока он спит. Эти технологии закрыты для обычных жителей, ибо меньше знаешь — крепче спишь. Отношения между цивилизациями такие же, как в любом обществе. Наиболее развитые курируют и цивилизации с уровнем «детского сада», и с уровнем «школ», и с уровнем «ВУЗов». Благодаря существованию Храмов, в этом мире практически нет ранних смертей. Разве что кто-то по неосторожности пострадает при какой-нибудь природной катастрофе. Люди доживают до глубокой старости, до того момента, когда жизнь становится неинтересной. Человек сам принимает решение о её завершении.

Уход из жизни человека для остальных событие грустное, ибо это всё равно — расставание, но не трагедия. На месте захоронения праха после кремации здесь высаживают дерево и дают этому дерево имя ушедшего. Таким образом жизнь продолжается.

- И у вас здесь нет проблемы перенаселения? — спросила я. Доктор улыбнулся и ответил, что планета каким-то образом сама решает этот вопрос. Население уже долгие годы сохраняется приблизительно на одном уровне с небольшими колебаниями.

- У тебя, Эрли, будет достаточно времени, чтобы ознакомиться со своей жизнью и жизнью этого мира. В течение этого времени тебя никто не будет беспокоить из внешнего мира, так как мы объявили, что процесс восстановления твоего здоровья требует тишины. Сейчас тебя проводят в палату, там будет всё необходимое для получения информации, и тебе покажут, как всем этим пользоваться.

Я никогда не считала себя дурой, но меня охватили сомнения: смогу ли я освоить здешнюю технику? Доктор, увидев сомнения на моём лице, сказал:

— У вас говорят, что это — проще пареной репы.

Но меня это нисколько не успокоило.

Глава 5. Всё гениальное просто.

В моём мире мои отношения с техникой были напряженными. Я, конечно, не сосем тупая, но вся эта техника пришла ко мне отнюдь не в детстве, чтобы я слилась с ней, как это происходит с нынешними мальчиками и девочками. Неудивительно, что я не испытывала никакого энтузиазма от перспективы познакомиться с техникой этого мира. А зря!!!

Меня проводили в комнату, которая была совсем не похожа на больничную палату. Там было по-домашнему уютно. Окна выходили на улицу. Моя провожатая объяснила, что мне будет легче адаптироваться, если смогу наблюдать в окно обычную жизнь. На столе стоял монитор. Провожающая объяснила, что для включения компьютерного центра, нужно провести рукой снизу вверх, а для выключения — сверху вниз. И это меня порадовало.

Дальше она рассказала, что нужно озвучить вслух, цель включения. Например, сказать: «Информация», - и то, что у нас называется ИИ (искусственным интеллектом), сформирует соответствующую систему. Если выполняются какие-то технические задачи, то формируется система под них. Нет смысла озадачивать всем этим пользователя. Я прямо воспряла духом. Никогда не забуду, как мой компьютер мне что-то писал, а я не могла понять смысл, написанных им, слов даже на родном языке. Во мне начала крепнуть вера, что я справлюсь.

Меня, как женщину, просто потряс рассказ моей провожатой об управлении бытовой техникой. Вот, где самое место искусственному интеллекту. Подходишь к стиральной машине и здороваешься. Она начинает приветственно мигать лампочками и здоровается в ответ. Потом ты ей рассказываешь, что тебе нужно постирать, кладешь всё это в специальную корзину. Стиральная машина объясняет, что можно стирать вместе, а что — отдельно, а что и вообще стирать нельзя, а нужно включить режим сухой чистки. Кладешь в неё белье. Она его взвешивает и по весу отсыпает стиральный порошок и другие «зелья». Просит закрыть дверцу и идти отдыхать. Пустячок, а приятно. Со всеми другими устройствами все так же просто.

Моя провожатая пожелала мне доброго дня и сказала, что мне ни о чём не нужно беспокоиться, потому что обо мне позаботятся. И для меня это было очень странно. Уже много лет я заботилась сама о себе, и мне было хорошо. А, может быть я сама себя убедила, что это так уж хорошо?

Мне нужно привыкнуть к этому телу и образу. До сих пор я ещё не видела себя в зеркале. Те смутные образы, которые я видела отраженными от стекол, не дали мне возможности составить представление о моём облике.

Провожатая ушла, а я решила осмотреть своё временное жилье. Всё было, как у нас: гостиная, спальня, санузел. В спальне была ещё какая-то дверь. Сначала я подумала, что эта дверь ведёт в гардеробную, но потом вспомнила, что я нахожусь в больнице. А зачем в больнице гардеробная? Я открыла дверь и увидела большой зал с тренажерами и зеркальной стеной. Я вошла и встала перед зеркалом. Оказывается я — дюже гарный хлопчик. Да, я похожа на всех, кого я здесь видела, но такой внешностью можно гордиться. Хорош!!!

Осмотрев своё пристанище, я вернулась в гостиную и села перед монитором, провела рукой снизу-вверх, и монитор засветился. Дальше я действовала по инструкции, то есть сказала: «Информация, биография Эрли», - и на экране появились папочки с текстом и видео. Будучи глубоко Маргаритой Ивановной, я уже давно пользовалась очками, поэтому я по привычке похлопала себя по карманам, пошарила по лбу, но, понятное дело никаких очков не нашла и только в этот момент осознала весь масштаб бедствия. Мозг Маргариты Ивановны генерировал привычки пенсионерки. Так вот, зачем зал с зеркальной стеной. Мне нужно будет переучиваться двигаться, чтобы это было похоже на движения Эрли. Помоги мне, Господи!

Я открыла папочку с файлами и развернула один из них, и, о чудо, я смогла читать без очков. И это не самое удивительное. Самое удивительное, что я вообще могла читать текст явно не на русском языке и понимать прочитанное…

Интересно, а где сейчас сам Эрли? Обязательно спрошу.

Я прочитала, как зовут моих родителей. Отметила себе, что мне нужно уточнить, как правильно к ним обращаться, точнее, как к ним обращается Эрли. Ведь в каждой семье есть какие-то милые имена или прозвища. Ещё у меня, Эрли, есть младшая сестра. Её зовут Элео. Кстати, имена родителей тоже начинаются на «Э». Возможно, это что-то значит. И тут моя голова сказала: «Ты, как хочешь, а я ложусь». Я выключила компьютер, добрела до постели, откинула покрывало, легла, в чем была, и уснула сном праведника.

Глава 6. И было утро. День второй.

Я проснулась, отдохнувшей. Потянулась и всё вспомнила. Я — юноша, Эрли. Я нахожусь в другой реальности. Настроение испортилось. Я, конечно, любила за рукоделием послушать фэнтези, но никогда не мечтала стать его героиней.

В дверь постучали. «Надо же, у них тут похожие на наши правила приличия, - подумала я и сказала — Войдите».

Вошел доктор и спросил:

— Ну, как ты отдохнул?

— Хорошо, - не стала я врать.

— Наверное тебя удивляет, что эта реальность очень похожа на вашу? — спросил он, как будто прочитав мои мысли.

Он рассказал мне, что эта реальность отличается от нашей процентов на 10-15, но они касаются самых главных сторон жизни. А в мелочах обе реальности очень близки. Высшие Силы специально подобрали для нас таких наставников. До сих пор Высшие Силы были для меня полной абстракцией. Я верила в то, что они есть, но как-то не думала, что они реально что-то делают.

Тем временем доктор ответил на мой незаданный вопрос: «Где сейчас настоящий Эрли?» Я уже поняла, что юноша специально готовился к тому, что произошло. Мы, слава Всевышнему, не поменялись местами. Всё то время, пока я буду его замещать, он будет жить изолированно, но будет сопровождать меня дистанционно в моих социальных похождениях. Я могу общаться с ним по аудио и видео связи. Так мне будет проще перенять его мимику, а особенности речи в меня уже заложили. Позже будет организован и телепатический канал.

Сегодня мне предстояло смотреть фильм про «мою» семью. Он создан специально для меня с помощью настоящего Эрли. По плану кураторов мне предстоит провести с ней совсем немного времени. Это будет короткий визит после выписки из больницы. Так что переживать мне не стоит. Всё будет хорошо. Чтобы вызвать Эрли, мне нужно просто подумать: «Эрли, я жду», - и он подключится ко мне. Когда нужно будет отключиться, нужно подумать: «Эрли, благодарю». Всё это может происходить только по моему согласию. Это меня успокоило. Мне совсем не улыбалось быть подключенной к кому бы то ни было 24/7. Закон свободы воли в этой реальности нерушим.

С каждым часом мне вся эта история нравилась всё больше. Мне даже пришлось себе напоминать, что я здесь не навсегда, а только в командировке и что ко всему нужно относиться без фанатизма.

Но, всё-таки, почему именно я: женщина преклонного возраста?

—Возраст у вас, Маргарита Ивановна, конечно преклонный. Однако идея многомирья вам не чужда. Во всяком случае, она «не вышибает у вас предохранители». Я ведь здесь тоже не в своем мире. Моя реальность находится выше. Наша задача поддерживать прогресс в других реальностях, когда ситуация в них приближается к опасной черте. Но я здесь так давно, что эту реальность считаю уже своей. В нашей реальности мы достигли такого технического уровня, что смогли реализовать всю эту комбинацию соединения живой души с биороботом, которым сейчас и является ваше тело.

Меня, главным образом, интересовал вопрос: какой прок от того, что я одна всё это узнаю? Кто у меня дома обратит внимание на моё новое видение мира? Ещё скажут, что у старушки «крыша поехала». Доктор улыбнулся и сказал, что я такая не одна, и спросил, что я слышала о законе сотой обезьяны? Ну, да, слышала, конечно. И он рассказал, что они готовят достаточное количество людей, чтобы идеи более прогрессивного устройства общества стали достоянием всех обитателей нашей реальности.

Глава 7. И был день второй.

Мне вспомнилась сцена из фильма «Пятый элемент», в которой героиня знакомилась с историей Земли. Слава всем богам, мне в историю вникать было не нужно. Всё, что мне нужно было узнать, так это, как живут обычные люди.

А интересно, есть ли у них классы? Я оживила монитор и задала вопрос о социальном устройстве общества. Если бы меня попросили дать определение тому, что я узнала, я бы сказала только одно слово: «Утопия».

Социальных классов здесь не было, но были братства: созидателей, посредников, защитников и мудрецов. Правили планетой защитники под руководством мудрецов. Разделения на страны нет, но есть разделение на территории. Разделение произведено по принципу экономической целесообразности. Решения сначала обсуждаются всеми, кого они касаются. Ни одно решение не может ущемить кого бы то ни было. Именно на этом этапе применяется ИИ. Он предлагает варианты на основе собранных данных. Дальше мудрецы рассматривают эти варианты и принимают решение. Решения уже не обсуждаются, а выполняются. За выполнение отвечают защитники. Они же обеспечивают физическую безопасность населения.

Нужно отдать мне должное, я — дама с разносторонними интересами. Кроме сказочных фэнтези, моё внимание привлекали и современные научные открытия, и альтернативная история. В какой-то момент я поняла, что огромное количество людей занимаются изучением наследия прошлых цивилизаций, но мало что могут установить достоверно. Как бы прошлые цивилизации ни старались увековечить свой опыт и передать накопленные знания через артефакты, это не получилось. Без людей, носителей знаний, артефакты мертвы. В этой же реальности давно поняли, что любые материальные объекты разрушаются от времени или природных катаклизмов, поэтому решили строить только легкие мобильные постройки. Не просто дома или общественные здания, а дома-летуны. Мне сразу вспомнился Ноев Ковчег, который плавал-плавал, а потом дал жизнь всему живому. А здесь каждый дом — такой ковчег. В случае необходимости летают-летают, а потом приземляются там, где безопасно, и люди начинают обживать новое место. Каждый дом-летун — автономное устройство. Техническая сторона вопроса мне непонятна от слова «совсем», но сама идея меня заворожила. Я бы не отказалась попутешествовать по миру вместе со своей квартиркой. Вот всю эту систему обеспечивают, поддерживают и сопровождают братства созидателей и посредников. У каждого созидателя своё дело, в котором человек (мне так проще называть тех, кто населяет эту реальность. Сами себя они называют оэлами.) — мастер в том деле, которое полезно для всех, у каждого есть увлечение. Всё это было похоже на реализацию принципа коммунизма: «От каждого — по способности, каждому — по потребности.

Я же так и сказала сразу: «Утопия».

Вспоминая уроки нашей истории, я понимала, что, если общество не развивается, то оно загнивает, поэтому я стала искать вектор развития этого Мира и нашла. Их реальность развивалась через их увлечения. У них существует то, что у нас называется «Круг Светлых Дней». В каждый из таких дней проходит праздник-фестиваль, где умельцы демонстрируют свои достижения и тут же делятся ими со всеми желающими.

Помню дома совсем недавно мне попалась книга, в которой были опубликованы результаты исследований эффективности деятельности людей. Лучшие результаты показывали те, кто имел возможность самостоятельно выбрать себе задачу для решения. Оказалось, что деньги мотивируют до определенного предела, а потом важным становится свобода выбора, а обещанная награда снижает мотивацию. Вот такой поворот!

Опыт этой реальности показал, что стоит отменить награды и привилегии лучшим, как исчезает конкуренция и заменяется на обмен опытом. По принципу «сотой обезьяны» этот опыт становится достоянием всех, и совершенствование в данной области продолжается. Оэлы не стараются создавать что-то на века. Они, подобно тибетским монахам, которые создают мандалу из цветного песка, а потом её стирают, создают уникальные произведения к празднику, развоплощают это, а к новому празднику создают что-то новое. Когда кто-то открыл что-то новое — это праздник для всех.

Внезапно я словила себя на том, что во рту стало приторно сладко, как будто я переела халвы, до такой степени в этой реальности все было идеально.

Сколько раз у нас на Земле пытались создать что-то подобное. Строили что-то грандиозное, но всегда оказывалось, что пользоваться этим будет очень ограниченная горстка людей. Я ещё удивляюсь, что в нашей реальности дворцовые парки и сами дворцы открыты для посещения обычными людьми.

Ознакомившись с некоторыми сторонами здешнего быта, я поняла, что мне нужно выпить кофе. Я встала, подошла к устройству, готовящему напитки, заказала кофе и почувствовала волшебный аромат кофе. Кофе????

Откуда здесь кофе? Впрочем, если здесь есть я, то почему бы здесь ни быть и кофе?

Я взяла чашку с кофе и села на подоконник. Просидела я так по моим ощущениям час, а, может быть, и два, вкушая одну чашку кофе за другой. Благо у меня сейчас молодое тело. Как-нибудь справится. Улица за окном оказалась оживленной. Сначала мне показалось, что в этой реальности всё, как у нас, но потом поняла, что чего-то не хватает, и стала смотреть внимательней. Женский пол был представлен всеми возрастами. А вот мужской пол… Мальчики были, юноши были, мужчины молодые и среднего возраста были, были и пожилые мужчины. Не было мальчиков-подростков. Не было.

И я вспомнила, что Доктор мне уже говорил, что с 12 до 17 лет подростки живут в закрытых заведениях.

В дверь постучали, и моя, теперь уже знакомая, помощница Доктора, вкатила на тележке обед. К моей великой радости я увидела борщ и почувствовала его восхитительный аромат. Похоже, я сильно проголодалась. Рядом стояли тарелка жаркого и пиалушка с салатом. Рядом с тарелками стоял контейнер с отделениями, в которых лежало что-то непонятное.

Эола мне объяснила, что местная еда отличается от земной, и мне нужно привыкнуть к её вкусу. Постепенно мою привычную еду будут заменять на местную. Сегодня первое знакомство. Эола порекомендовала начать с дегустации. На каждом отделении контейнера была бирочка с названием. Я прочитала вслух, и оказалось, что я даже правильно поставила ударения. Домогаться, из чего это приготовлено, не было никакого смысла, и я приступила к дегустации. Слава Всевышнему, ничего противного мне не попалось. Эола объяснила, что мой биоробот уже настроен на эти вкусы. А Эрли потом расскажет, какая еда у него самая любимая. После дегустации я приступила к обеду. Боже! С каким удовольствием я ела борщ!

После обеда ко мне пришел Доктор и привел с собой ещё одного мужчину, по земным меркам, среднего возраста. Ещё дома я начала замечать, что стала плохо различать возраст людей моложе меня, поэтому просто разделила их на группы: молодые, средних лет и пожилые. Так вот, по моей личной классификации мужчина относился к среднему возрасту. Все, с кем я до сих встречалась, в моем понимании были похожи друг на друга, как братья и сестры. Этого мужчину Доктор представил как наставника. В традициях этого мира к наставникам принято было обращаться по имени, но с ударением на первую букву. В данном случае это было Этио и на «ты». Вежливой формы «вы» у них нет. Почтение выражается именно через ударение на первый звук. Доктор ещё пошутил, что таким образом можно человеку сделать комплимент.

После того, как знакомство состоялось, Доктор оставил нас с Этио вдвоем. Он сразу поинтересовался, есть ли у меня к нему вопросы, и они у меня были.

Во-первых, меня интересовал вопрос поддержки чистоты на улице.

Этио похвалил меня за внимательность и начал свой рассказ. Он объяснил, что самые высокие технологии в этом мире задействованы на переработке мусора. При его переработке применяются алхимические технологии. Весь мусор буквально разбирается на первоэлементы и энергию, которые снова используются. Как говорят в нашем мире: «Безотходное производство».

Во-вторых, мне было интересно, есть ли в их мире, какие-то особые знаки для семейных людей, как, например, наши обручальные кольца? Ещё я не смогла уловить, отражается ли во внешнем виде принадлежность к касте. И вообще, в каком виде здесь принято появляться «в обществе», есть ли какие-то ограничения? Всё оказалось непросто и достаточно жестко регламентировано. Есть одежда детская, будничная и праздничная. Есть одежда подростковая. Есть одежда для юношеского возраста, для молодых людей и для людей зрелых. Я пришла в ужас от таких жестких ограничений, но мой наставник мне пояснил, что в их мире к одежде относятся несколько иначе, чем в нашем. Одежда следующего возраста — это, как знак отличия, как мантия академика, как медаль. Меняя стиль одежды, каждый получает в дополнение к ней новые преференции, которые сторицей перекрывают неудобства от ограничений, если они и были. Какой смысл жить, если не повышается степень свободы? А свобода — это что? Это — честность и дисциплина. Именно поэтому уже по одежде можно определить социальный статус человека. Принадлежность к касте отмечается браслетом. Поскольку государство взяло на себя заботу о подрастающем поколении, то оно абсолютно абстрагировалось от личной жизни жителей этого мира. Взрослые люди сами решают, какой тип личных отношений им выбрать. Под запретом только одно — насилие в любом виде. Ни один случай не проходит без вмешательства государства. В обязанности жителей входит уведомлять специальную службу о таких случаях. Считается, что тот, кто совершает насилие, нуждается в психологической помощи, и оказывают её здесь священнослужители в Храмах. Каким бы больным, физически или душевно, человек туда ни вошел, выйдет оттуда совершенно здоровым, но не сможет вспомнить, что с ним произошло в стенах обители.

Система верований проста и понятна. Есть Законы, которые ни от кого из живущих не зависят и которые исключений не имеют. Это — выражение мужской ипостаси Создателя. Есть энергия, из которой всё состоит. Это — женская ипостась Создателя. И есть те, кто своим воображением вынуждают энергию двигаться по Законам, претворяя таким образом свои замыслы в жизнь — это эолы. Служители Храмов — существа из разных миров, обладают поистине неограниченными возможностями для исцеления тела и души. Но обычным людям об этом знать не нужно.

Весь год поделен на периоды. Каждый период завершается праздником-фестивалем, и остается только удивляться, каких высот в своем деле могут достигать люди!

И опять во рту стало приторно-сладко… Ведь такого просто не может быть.

Параллельно с праздниками идет другой круг событий. Это — учения у мужчин. Завершив образование, они поддерживают себя в форме. Больше всего они уделяют внимание не индивидуальному соревнованиям, а действиям в команде. По завершению состязаний, победившая сторона обучает побежденных, и все выходят на более высокий уровень мастерства. Никаких преференций победитель не получает, ибо система верований утверждает, что КАЖДЫЙ, кто пришел в этот Мир, бесценен.

В-третьих, самое близкое к телу Маргариты Ивановны, был вопрос про жизнь стариков.

Оказывается, что здесь всё ещё удивительнее, чем я могла себе представить. Когда я наблюдала за людьми из своего окна, то заметила, что пожилые люди заметны, но их движения ничем не отличаются от остальных. Это меня озадачило. Я подумала, что, возможно, больным не разрешено ходить по улицам…

Но Этио мне объяснил, что в этой реальности старость — самый счастливый период жизни. Я вспомнила, что одна моя знакомая целительница любит повторять: «В двадцать лет болеть ещё можно, в тридцать — смешно, а в сорок — стыдно». Я думала, что это — несбыточная мечта, а оказывается, что не мечта, а реальность. Теперь я подозреваю, что эта моя знакомая тоже здесь побывала.

Этио мне объяснил, что если у человека впереди не самое прекрасное время, то жизнь теряет смысл. Именно это является причиной старческих неприятностей с головой в нашей реальности. По мнению жителей этой реальности апофеоз человеческой жизни должен наступать не в середине жизни, как это происходит в нашей реальности, а в момент перехода. Вершина, она и есть вершина: здоровье, мудрость, и, как следствие, счастье. Человек, который «уходит за радугу» счастливым, безусловно попадает из Рая в Рай. Законы физики отменить невозможно.

Система верований в этой реальности гораздо более здоровая, чем в нашей. В этой реальности причиной любой болезни считается недостаток мудрости.

То есть, заболевший человек не способен принять какие-то закономерности, поэтому врачеванием здесь занимаются служители Храмов. Особенно меня впечатлило правило: «Больной человек права голоса не имеет». Во-первых, его сразу изолируют от привычной жизни. Ситуация, которая привела человека к болезни считается травмирующей. Тот, кто заболел, должен подчиняться целителям беспрекословно до тех пор, пока не выздоровеет и сможет вернуться домой, вот уже тогда самостоятельно исправить травмирующую ситуацию. По поводу методов лечения скажу сразу, что случаи, когда действительно нужна серьезная помощь, крайне редки. Исцеление обычно происходит на ранних стадиях недуга, поэтому никакая «хронь» не накапливается.

А вот теперь про стариков. Они здоровы, как и молодые. Они занимаются тем, что им нравится, и столько, сколько им хочется. Они — пример для молодежи, которому хочется подражать. Они самые мудрые, поэтому самые счастливые. Выглядят они не так, как в юности, но они тоже красивые, очень красивые.

И тогда я спросила про переход: «Если человек счастлив, то зачем ему завершать свой путь?» На что Этио ответил мне вопросом про мои интересы: остались ли они такими, как в детстве, юности или молодости? И я ответила, что нет. Я как будто наедалась какими-то увлечениями и переходила к следующим. И Этио с улыбкой сказал, что для здорового человека приходит время, когда он увидел всё, что хотел увидеть, и сделал всё, что хотел сделать, и он понимает, что его путь в этой реальности завершен. Кстати, в нашей реальности мы тоже знаем случаи, когда человек помылся, оделся в чистое и отошел в «мир иной». Это у нас называется успением. Я когда-то читала про такое. Про погребальный обряд я уже знала от Доктора.

Но ведь переход — это все равно расставание… Этио мне ответил, что, если бы мы были более внимательными, то замечали бы, что за 2-3 месяца перед уходом человек становится непохожим на самого себя. Того, кого вы знали раньше, уже нет в ещё живом теле. И это невозможно отменить. Человек уходит по своей воле, и это — его священное право.

Правительство планеты заинтересовано в том, чтобы не было экономического балласта, поэтому весь этот механизм финансируется из бюджета.

Глава 8. День за днем.

Дни шли один за другим. Каждый день меня навещали наставники и отвечали на мои вопросы. Наконец, дело дошло до непосредственно моей дальнейшей роли.

В отличии от Доктора Этио был жителем этой реальности. Он рассказал мне, что в этой реальности есть законы, которые регламентируют процесс воспитания.

По достижении мальчиком 12 лет он покидает родительский дом и отправляется в закрытое учебное заведение, в лаксэ, где обучается до своих 17 лет. Это я уже знала от Доктора. В этом мире возраст 17 лет считается возрастом совершеннолетия. То есть весь процесс формирования из мальчика мужчины происходит там. Девочки же остаются в своих семьях и учатся, как и в нашем мире, в обычных школах. Они очень активно участвуют в общественной жизни, где учатся взаимодействовать со взрослыми мужчинами, и к своим 17 годам готовы к созданию семьи. Юноши бывают дома только на каникулах. Закон позволяет делать так, что они ничего не могут рассказать дома о своей учебе.

Именно поэтому наставники создали биоробота юноши 16 лет. Увидеть работу лаксэ можно только изнутри.

— Ты не беспокойся, — сказал Этио.

— Тебе по нашему времени придется здесь погостить всего полгода. Мы так подгадали, чтобы тебе исполнилось 17 лет перед самым окончанием учебного года. Выпускником будет уже настоящий Эрли. Тебе практически не придется встречаться с его семьей, потому что последние каникулы только что закончились. Родителям Эрли мы объяснили, что тебе сейчас нужен специальный медицинский режим, поэтому общаться с ними ты можешь только по видео связи, а, значит, это будет делать настоящий Эрли.

— Теперь я расскажу тебе о самом учебном заведении. Как я уже говорил, мальчики живут в семьях до 12 лет. Это — закон. После 12 лет они покидают семью и никогда уже туда не возвращаются. С 12 лет до окончания учебы юноши находятся на полном обеспечении государства. Учеба в лаксэ похожа на вашу армию только без дедовщины. Два первых года у всех одинаковая программа. Наука наукой, но самое главное ребята за эти два года сплачиваются в команду, обучаются взаимодействию в коллективе. Редкий случай, когда в юноше до 14 лет ярко проявляются черты какого-то братства. А после 14 лет, после прохождения тестов, каждый из них начинает осваивать то, что характерно для его братства. Порядок, строгая дисциплина для всех одинаковые, а предметы — разные. Юноши обучаются всему, что должен уметь взрослый автономный человек. Это что-то похожее на ваши коммуны, которые существовали на принципе самообеспечения. Под Санкт-Петербургом есть такая станция «Красные зори». Вот там и была такая коммуна. Ни одно учебное заведение не выпустило из своих стен столько выдающихся людей. Вот мы и взяли за на вооружение ваш опыт. Как у вас говорят: «Нет смысла снова изобретать велосипед». Но у нас так учатся только юноши. Это нам необходимо, потому что время от времени здесь случаются природные катастрофы, и жителям приходится осваиваться на новом месте. Основные заботы при этом ложатся на плечи мужчин. Однако это — не единственная причина, по которой мы изолируем юношей от общества. В этом возрасте у них перестраивается организм, как и в вашей реальности, и мы создали такую программу, которая позволяет юношам пережить это без потерь. Ну, про «мы» — это громко сказано. Наставники из реальности Доктора поделились с нами своим опытом.

— А, если юноша нездоров, и ему требуется медицинская помощь? — спросила я.

Этио улыбнулся.

— Разве не ты любишь цитировать свою приятельницу, которая говорит, что в 20 лет болеть ещё можно, в 30 — смешно, а в 40 — стыдно? Так вот у нас в 12 лет болеть ещё можно, в 14 — смешно, а в 17 — стыдно.

У нас есть правило, которое обязательно для всех: «У больного нет права голоса». Это значит, что он будет делать все, что будет ему назначено, чтобы стать здоровым, вплоть до, как у вас говорят, «шаманских плясок». В нашей реальности быть больным — это лишиться уважения окружающих. В вашей реальности таких называют убогими. Я подумала, что, наверное, всё так и есть.

Тем временем Этио продолжал.

— Мы очень серьезно относимся к роли целителей. У нас это не совсем так, как в вашей реальности. Наши целители по своей роли ближе к духовным наставникам, чем к врачам. Целитель составляет программу для больного, и тот неукоснительно ей следует.

— А если человек так и не выздоровеет? — спросила я.

— Тогда его переводят в специальное учреждение, откуда он может выйти только здоровым. В этих учреждениях столь строгие порядки, что, попав туда единожды, желания болеть больше не возникает. Несмотря на то, что наши целители ближе к духовным наставникам, чем к врачам, знание физиологии для них обязательно. Первые 10 лет они работают в паре со своим наставником и только после этого переходят к самостоятельной работе.

Жизнь в лаксэ устроена таким образом, что хотят этого юноши или не хотят, им приходится развивать в себе умение дружить, оказывать помощь, держать слово. Впрочем ты сам всё это увидишь.

— А девочки? — спросила я.

— Девочки учатся в обычных школах, но с 14 лет тоже по разным программам. Мы готовим жен-подруг для мужчин. Каждая в 14 лет проходит исследование на принадлежность братству, и уже осваивает то, что ей будет нужно.

— А женщины, когда они не занимаются воспитанием детей, чем заняты? — спросила я.

Этио ответил, что создание чего-либо в этом мире считается самой большой радостью. Понятно, что нет смысла делать то, что могут делать машины, поэтому женщины создают то, что в вашем мире называется артефактами. Девочек этому специально обучают. Особенность женщин заключается в, хорошо развитой, эмпатии. Они могут почувствовать, какую энергию нужно скорректировать человеку, и делают корректирующий артефакт. Берут обычную вещь, сделанную на производстве и украшают. Или готовят специальное блюдо. У вас есть поговорка, что каждая третья женщина — ведьма. У нас слово «третья» можно убрать. Все женщины ведающие. Это они могут заметить начинающееся нездоровье и посоветовать сходить в храм. В вашей стране люди настороженно относятся к совету сходить к психологу, а в этой реальности жители к таким советам относятся с благодарностью, и по возможности им следуют.

В тех фэнтези, которые я читала, в магических академиях студенты всегда проходили испытание на магический дар. А в этом Мире каждый молодой человек или девушка проходили испытание на принадлежность братству.

День определения принадлежности к братству — важное событие в жизни подростков. Они приходят в Храм, и Артефакт указывает их принадлежность.

Я спросила у Этио, насколько достоверно такое испытание. Он весело рассмеялся и сказал, что это испытание — чистой воды инсценировка. За время учебы дети обследуются специалистами всех направлений, поэтому к «испытанию» всем уже всё понятно. Жители этого Мира мало отличаются от жителей Земли. Они могут не доверять специалистам, но волшебному Артефакту никогда. С людьми, даже со специалистами, можно поспорить, а с Артефактом никак. К тому же такая ситуация является своего рода инициацией. Подросток психологически переходит в мир взрослых, в своё братство.

— Наверное, самое большое отличие нашей реальности заключается в том, что здесь братства не представляют собой иерархию, то есть среди них нет более или менее ценных, — сказал Этио.

— Здесь братства существуют и взаимодействуют как одно целое. Каждый житель понимает не только ценность того, что делает он, но и ценность того, что делают остальные. Что здесь удалось, так это искоренить высокомерие и гордыню.

— И как это удалось? — спросила я.

— Собственно мы ничего и не делали, - ответил Этио.

— Всё и так хорошо устроено. Мы лишь объяснили всю выгоду такого положения дел. Ребёнок любого братства может родиться в любой семье, а черты его собственного братства, как ты уже знаешь, могут проявиться только после 14 лет. Родители, которые любят своих детей, конечно же желают им процветания, поэтому воспитывают своих детей в уважении ко всем братствам. Ведь до 14 лет они и сами не знают, к каким братствам принадлежат их чада. Все братства, подобно органам в теле, все нужны, все важны.

Глава 9. Я - это я.

Наступил день «Х». Меня ждала первая встреча с Эрли «намба ван». Я разволновалась: а вдруг у меня ничего не получится? Заметив моё волнение, Доктор сказал:

— Мы совершаем этот маневр не первый раз, и у нас ещё не было ни одной осечки. Тем более, что в твоей реальности у тебя сейчас нет очень плотных ежедневных связей. Все пожилые люди с возрастом немного меняются, поэтому изменения в твоих взглядах никто и не заметит. Ну, подумаешь, старушка фантастикой увлеклась. Увлечение для окружающих абсолютно безобидное. Мы всегда выбираем интровертов. Изменения, которые в них происходят, не так приметны. А, если такие перемены происходят в зрелом возрасте, то это и вовсе приемлемо, - и он хитро мне подмигнул.

В дверь постучали, и в комнату вошел Эрли. Я уже видела себя в зеркале, но для меня было очевидно, что настоящий Эрли — это не Маргарита Ивановна в его теле. Хотя, наверное, разницу в нас можно бы было оправдать обмороком, который он якобы пережил. Сильно ударился головой...

От Эрли исходило ощущение спокойной уверенности. Он смотрел на меня спокойно, открыто и дружелюбно. Не знаю, как бы я смотрела на женщину, похожую на меня, как две капли воды? Даже при таких же обстоятельствах. Чур, меня!

Мы с Эрли ударились левыми ладонями совершенно неожиданно для меня. Доктор объяснил, что мой биоробот хорошо настроен, но мне нужно время, чтобы привыкнуть к его самостоятельным действиям. Поприветствовав друг друга таким образом, мы направились в зал с зеркальной стеной. Задание было простое. Нужно было имитировать движения Эрли. Он стоял ко мне лицом и спиной к зеркалу. В зеркале я видела только себя. Это то, про что говорят: «Без слез не взглянешь...» Казалось бы, что мудреного: повторять простые движения? Но...нет же! Это — вопль отчаяния!

Эрли продолжал терпеливо демонстрировать жесты, а я за ним повторять. Не прошло и часа, как я поймала волну. Мне стало даже нравиться, что хоть чуточку, но стала походить на Эрли. Через час, в течение которого Доктор наблюдал за нашими экзерсисами, он сказал, что на сегодня достаточно.

Глава 10. Лаксэ - школа для юношей.

Не буду подробно описывать эту самую школу для юношей. Если перевести на язык нашего мира, то это — что-то среднее между буддистским монастырем и кадетским корпусом. В учебную программу наравне с общеобразовательными предметами входят игра на музыкальных инструментах, сочинение музыки, танцы, спорт, рисование, архитектура, садоводство, труды и «школа выживания».

Очень странно было все это видеть при таком очевидном благополучии общества. В этой реальности, как пояснил Доктор, войн не бывает, но эта реальность так же, как и наша, не один раз страдала от природных катаклизмов, поэтому юношей готовят, как к жестокой войне. Природные катаклизмы — это жестче, чем война.

В коллектив я втекла плавно, всё-таки возраст дает свои преимущества: наблюдательность, осторожность и терпение. Все эти качества я обрела за 70 лет своей жизни. Эрли всё время был на связи, пока шли занятия. Во-первых, ему нужно было быть в курсе того, что проходили на занятиях, а, во-вторых, мне невозможно было всё время прикидываться «дохлым пуделем». Но мне приходилось время от времени делать задумчивый вид перед тем, как ответить, что после моего обморока никого и не удивляло. В целом, я быстро приноровилась работать с суфлером. Мне это даже понравилось.

День за днем я наблюдала, как взращиваются мужчины: верные, надежные, сильные. Здесь нельзя совершить что-то недостойное. Тебя не посадят в карцер. Просто пригласят на бой. Наставник назначит противника, а иногда встает на это место сам. Если юноша считает, что он выше правил, закона и порядка, то он должен доказать это в бою. Я думаю, что не стоит описывать результат этого поединка. Если юноша несколько раз совершает проступок, то с ним начинают работать особые специалисты. Из этих стен не выходят мужчины, способные нарушать законы общества и Мироздания.

И, конечно же, мне захотелось, чтобы и у нас так стало. В этой реальности были спортивные игры, но не соревнования. Мужчинам было, где выплеснуть свою агрессию. Но в основном, вся агрессия тратилась на процесс создания все более совершенного быта, чтобы в случае катастрофы никого не потерять. Сами науки мне дома вряд ли пригодятся. Уж очень велик разрыв в уроне развитии наших реальностей. Хотя, как знать… Я, простой обыватель, могу всего и не знать. Одно точно: если все ресурсы тратить на развитие, а не на войну, то можно многого достичь.

Что касается отношений юношей между собой, то это очень похоже на наши пионерские отряды. Нельзя поступить нечестно, нельзя тянуть класс назад. Везде взаимопомощь и взаимовыручка.

Вот я все думаю: «Как наши мужчины, выросшие на коммунистических идеях, не смогли устоять под натиском торгашества?— и не нахожу ответа.— Честное слово — обидно».

Так шли день за днем. Закончился учебный год, и пришло время моего возвращения домой, в нашу реальность.

Доктор мне объяснил, что вернут меня в тот же момент, из которого меня забрали. Синяки, конечно, будут, но не более. А сегодня я могу спокойно спать. Всё произойдет завтра утром.

Глава 11. И было утро. И был день первый.

Я спала, аки ангел, а, когда проснулась, то увидела, что лежу на полу в своей комнате. За окном голубое небо и одно солнце. Не так я себе представляла свое возвращение. Думала, что со всеми попрощаюсь, всех поблагодарю за такое удивительное приключение, но не тут-то было. Я дома. А я ли? В одной из книг Макса Фрая говорится, что мы всегда уходим навсегда, а возвращается кто-то другой. Вот и я стала какой-то другой. Во мне как-будто осталось то чувство, которое я испытала в той реальности. Чувство, что я в безопасности и что теперь все будет хорошо со мной и со всеми нами. Ведь эффект «сотой обезьяны» отменить уже невозможно. И ещё я заметила, что мне на память оставили хорошее зрение, за что огромное им спасибо!

Глава 12. Эпилог.

Я вернулась к своей прежней жизни. Как будто всё было, как и раньше, но моё драгоценное чувство «так можно» наполнило мои будни предвкушением чуда. Пусть это будет не завтра, пусть это будет в следующем поколении, но пусть это будет. А ещё я стала видеть на улицах всё больше людей, в чьих глазах читалось такое же предвкушение чуда. Всё-таки это будет!

01.04.2025.

Окончательная редакция 29.08.2025.