Что делать с водой

Глава 1

Два года назад революция в Вальверде увенчалась сокрушительным успехом. Приближался всенародный праздник – День Революции. Свободные и счастливые жители самой лучшей страны в мире готовились отметить годовщину великого события и на улицах столичного города Ле Риена царила оживленная суета. Не смотря на полуденную жару, люди стекались к небольшим очагам нелегальной торговли в поисках дефицитных товаров. Многочисленные торговцы, большая часть которых еще несколько лет назад принадлежала к угнетенному классу рабочих, втридорога продавали дуразнос енлатадос, консервированные персики – неизменный атрибут любого праздничного события в Вальверде.

- Подумать только, енлатадос на черном рынке... – Вальтер де Берде, министр иностранных дел новообразованной Республики Вальверде, с самого утра не мог найти себе места. В последнее время он очень мало спал и чувствовал себя больным и несчастным. Дела в Республике шли из рук вон плохо и, в отличие от других министров, де Берде это тревожило. В свои пятьдесят пять он уже давно не был мечтателем. Скорее идеалистом. Практичность административного работника сочеталась в министре с моральными установками Старой Европы.

В молодости Вальтер окончил Высшую школу дипломатии в Праге и при старом диктаторе работал на разных должностях в министерстве иностранных дел. Частично шпион, частично дипломат. Прожив более тридцати лет в различных странах Континентальной Европы, чиновник редко появлялся в родной стране. И чем дольше он жил в Европе, тем сильнее любил родную Вальверде. Из детства ему в память впечатались изумрудные озера, стремительные реки и умиротворяющий покой персиковых плантаций. Шум автомобилей в Варшаве, заносчивость англичан, холодная педантичность немцев... а главное, заботы взрослой жизни, заставляли Вальтера стремиться в то тихое и уютное детство, проведенное на родине. Он был достаточно хорошо образован, чтобы осознавать причины своих желаний, но все это не уменьшало его любви к родине. К той мистически уютной стране из детства.

Министр закрыл папку с документами, над которыми он работал последние три дня и подошел к двери на балкон. Его кабинет находился в здании старого дворца, ранее принадлежавшего диктатору Франко Эсперансе. Дворец был устроен в колониальном стиле и при закрытых бархатных шторах он сохранял ночную прохладу даже днем.

Распахнув тяжелые, пыльные шторы, Вальтер де Берде открыл двери и вышел на балкон. Сразу же его окутал жаркий воздух середины лета. Яркий свет, какофония звуков и разнообразие большей частью неприятных запахов на какое-то время оглушили министра. Он очень редко появлялся на улицах Ле Риены в последнее время. И дело было не только в недостатке времени. Вальтеру было стыдно. Несколько лет назад он фактически собственноручно организовал падение старого диктатора, которому служил большую часть своей жизни. Вместо него, де Берде привел к власти чету молодых революционеров – Малену и Иосифа Альваро. Если выражаться точнее, только Малену, поскольку Иосиф погиб в автокатастрофе, устроенной, как верили граждане Республики Вальверде, кровавым диктатором Эсперансой. Вальтер избавился от всех причастных довольно быстро и только Малена подозревала, что за смертью ее мужа стоит вовсе не диктатор Эсперанса, а кто-то гораздо более приближенный к делу Революции. Но Иосиф был сильным звеном и плохо поддавался контролю, к тому же был эмоционально нестабилен, часто кричал на детей и подчиненных, бил жену и злоупотреблял наркотиками. Поэтому его харизматичный профиль лучше всего смотрелся на картинах, памятниках и монументах, коих обильно успели построить победившие революционеры, в первый же год своего прихода к власти.

Однако совесть мучала Вальтера не за этот бесчестный поступок. Необходимость предать старого диктатора Эсперансу смущала его гораздо сильнее. Вальтер ценил диктатора как друга, но пошел на предательство ради блага Родины. По крайней мере так казалось самому Вальтеру еще несколько лет назад.

Но вот сейчас... Оглядев дворцовую площадь Ла Риены, министр подумал о том, как же он скучает по старой доброй Европе. Запахи, которые обильно распространяла огромная куча мусора возле Дворца Республики, как новая власть называла дворец старого диктатора, нельзя было назвать приятными. Они не были похожи ни на запахи персиковых хлебцов из детства министра, ни на ароматы бельгийских гофров возле Замковой площади Варшавы. Это был отвратительный запах новой, свободной Республики Вальверде. И вот за это министру было очень стыдно.

Вальтер все так же непоколебимо верил в идеалы свободы и равенства, усвоенные им еще в молодости, во время учебы в пражском университете. Он довольно неплохо разбирался в экономике, социологии, политике и дипломатии. Проблема заключалась не в нем. Министр мог неплохо наладить работу почти что любой отрасли в стране и последние два года только этим и занимался. Но никто другой не мог. Такая добрая, справедливая и правильная Революция со временем совершенно вышла из-под контроля де Берде и превратилась в жестокую машину наживы и расправ.

Чем больше силы набирало революционное движение, тем более жестоко его пытался уничтожить диктатор Эсперанса. Насилие порождает насилие. С обеих сторон, до тех пор, пока уже не видно разницы. И даже более того, насилие со стороны революционеров стало настолько более жестоким и масштабным, что уже не могло не победить. «Псов диктаторского режима» сдерживала сама система, заставляющая их соблюдать хотя-бы видимость законности. Революционеров в начале сдерживали мораль и принципы. Но постепенно, для того, чтобы победить, рамки начали раздвигаться с обеих сторон. Пытки, теракты, похищения и угрозы. Малена Альваро была вынуждена отвечать ударом на удар, а Вальтер де Берде научил ее работать на опережение. Ради блага Родины, разумеется. Вальтер, как и многие другие революционеры, искренне в это верил до сих пор.

Но после победы он уже не смог уберечь таких ценных чиновников и администраторов от расправы толпы. Некоторых коллаборантов и пособников диктатора после победы линчевали. Через некоторое время, когда улегся первый амок победы, их стали садить в тюрьмы. Спустя несколько месяцев начали просто массово увольнять с работы. Те специалисты, которые еще оставались на свободе, спешили любыми способами покинуть страну. Оставшиеся же, ничего не смыслили в управлении.

Система руководства страной, построенная диктатором Эсперансой, считалась прогнившей, устаревшей, неэффективной и лишенной всякой инициативы и способности развиваться. Все это, или почти все, было в большей степени правдиво. Однако система, которую попыталась построить Малена Альваро, жена небогатого фермера, оказалась еще хуже. Посты раздавались не самым способным, а наиболее преданным. Во времена Франко Эсперансы это были люди преданные лично диктатору. После победы Малены, критерием стала преданность делу Революции. Профессионализм в расчет не брал никто. Не смотря на жестокие расправы над коррупционерами, кумовство, воровство и черный рынок расцвели с новой, невиданной доселе силой. Отсутствие специалистов привело к полному краху экономики и всей системы управления государством. Вальверде превратилась из государаства бедного, в государство нищее. И при этом уровень свободы за два года так и не изменился. По крайней мере в лучшую сторону. Республикой управляли победители, а переходный период затянулся. Сперва нужно было очистить Республику от прихвостней диктатора, потом справиться с экономическим кризисом, в который страну вогнал конечно же Эсперанса. А затем все как-то привыкли. Газеты, радио и телевидение перешли под полный контроль лично де Берде. Инакомыслия он не допускал, Революция еще не была готова к самостоятельному мышлению. Споры, дебаты, дискуссии – всему этому еще не пришло время. Да, Вальтер понимал, что без возможности свободно мыслить у него не будет свободных и инициативных людей, которые бы могли управлять страной и развивать науку, культуру и экономику. Но каждый раз он откладывал устранение цензуры еще на несколько месяцев.

- Слава Революции! Слава Малене Альваро! – громкий окрик вывел Вальтера из состояния практически кататонической задумчивости. Он постарался понять откуда кричали и обвел взглядом площадь, лежащую перед дворцом. Судя по всему, кричала проститутка, проходившая перед окнами Дворца Республики и заметившая вышедшего на балкон министра. По ее лицу и тону де Берде не мог понять, насмехалась она или же искренне воздавала хвалу Революции.

Несколько стражей порядка бросились к девушке со стороны дворца и грубо заломав ей руки за спину увели с площади.

- Франко такого бы не допустил... – пробормотал себе под нос министр и нахмурившись еще сильнее ушел обратно в свой кабинет. Мысль была за гранью допустимого. Кого-нибудь другого за подобные слова мог ждать штраф или даже несколько дней исправительных работ. Но Валтер себя успокаивал тем, что это временные ограничения и настоящая свобода вот-вот наступит. Однако свобода все не наступала. Проституция, как и прочие виды аморального поведения и криминала расцвели в Ла Риене в полную силу. Полиция не справлялась, поскольку всех полицейских, которые умели хоть что-то делать, либо посадили в тюрьму, либо уволили со службы, как коллаборантов. И они массово ушли в криминал, поскольку связи и навыки позволяли им работать только в этой сфере, не важно по какую сторону закона.

В ближайшее время министру предстояло решить проблему с персиками. Это была не только важная экспортная статья в экономике Вальверде, но и символ страны. Сложно себе представить, чтобы в Италии перестало хватать муки для выпечки пиццы. Или кофе в США вдруг стало возможно купить лишь на черном рынке. Но за последние три года объемы производства сократились в пятьдесят раз. В пятьдесят! Часть заводских мощностей была уничтожена в ходе боев с правительственной армией и терактов. Но еще сильнее по заводам ударил отток специалистов. Некому было чинить станки. Некому было управлять заводами. Вернее, управляющие нашлись сразу же, как только двери тюремных камер закрылись за спинами старых директоров заводов. Но оказалось, что управлять эти люди не умеют совершенно. Заводы обанкротились, оборудование вышло из строя, люди массово теряли работу.

В последнее время в провинциях взлетела до невиданных высот цена на воду. Две из четырех основных водоочистительных станций Вальверде вышли из строя и третья работала менее чем на четверть мощности. Как чинить водоочистительные станции де Берде не знал. Оказалось, что и никто другой так же не знал этого. Все специалисты были либо казнены, либо покинули страну. Министр был вынужден лично заняться ситуацией, поскольку чистая вода была необходима не только для населения, но и для производства консервированных персиков. Вальтер попросил своих друзей из Европы порекомендовать хороших специалистов и личным указом направил большую сумму денег на релокацию, жилье и зарплаты для европейских рабочих. Так он делал во многих сферах, что не могло не сказаться на и так уже очень плачевном состоянии бюджета страны. Решение было сложно провести через парламент, но во имя Революции он совершал вещи и посложнее. Однако оказалось, что помимо специалистов, нужно еще и оборудование, которого в стране нет.

Сложной операцией по закупке, доставке и установке оборудования, министру иностранных дел пришлось руководить практически в ручном режиме, поскольку доверить сложную и очень срочную задачу было некому. И вот, после титанических усилий, оказалось, что список проблем с водоочисткой не исчерпан. Из-за простоя вышла из строя большая часть инфраструктуры и так далее и тому подобное.

Стоимость оборудования, иностранных специалистов, возросшая до небес цена на горючее, необходимое для доставки всего и везде, низкий коэффициент полезного действия на производстве и другие факторы сделали производство персиков совершенно нерентабельным. Экспортировать их стало невыгодно, внутреннее потребление не решало проблему из-за резкого обнищания населения.

И тут, ввиду некачественного обслуживания купленного оборудования местными рабочими, снова вышло из строя оборудование на двух недавно отремонтированных водоочистительных станциях. Революция, которую с таким усердием растил де Берде, уперлась в непреодолимый барьер – где взять воду?

Вальтер знал, что он вырастил чудовище. “Чудовище свободы”, так он называл про себя новую Республику. Ему хватало образования, чтобы четко осознавать - это чудовище проглотит его без остатка. Все свое свободное время до конца жизни, он будет вынужден кормить этого ненасытного монстра, жертвуя ему чужие жизни, судьбы и самого себя. В конце концов, Революция уничтожит его. Вопрос бы только в том, что произойдет раньше - его доконают проблемы со здоровьем или же настойчивое стремление заставить систему работать, обратит новую номенклатуру против стареющего министра.

Вальтер пока не осмеливался упрекать Малену Альваро в том, что она ведет праздный образ жизни, роскошествуя, в то время как ее народ нищает. Он был опытным политиком и понимал, что эти упреки будут стоить ему жизни. Пока министр предпочитал потакать новому правителю, устраивая ей ошеломительные приемы и туры по различным странам цивилизованного мира. Рано или поздно его время придет и он не сможет больше потакать все более и более развращающейся женщине. Но это будет позже.

А сейчас необходимо решить проблему с водой, чтобы дать людям проклятые персики на праздник! Иначе, ради чего было это все?