Олег Бутрамьев

Жизнестранник

Снег пречистый

Вот снег пречистый

Сокрыл земную скверну…

Но он растает…

Забери меня

Уходя, зима,

Забери меня туда,

Где не тает снег.

Проталины

Вот проталины

Появились тут и там.

Прошлогодняя

В них, смердя, темнеет грязь…

Снова гибнет чистота.

До срока…

До срока чайки

На Север возвратились.

Об лёд озёрный

Да и речной разбились,

Оставив эхо крика…

Последний снег

Тоска на сердце.

Последний снег растаял

В тени за домом.

И вот, пылая, лето

Грядёт, грозит ненастьем.

Мой друг растаял.

И суета по смрадной

Грязи весенней

Ползёт пиявкой резвой,

Гигантской, ненасытной.

Вехи

Люди осенью

Вехи ставят меж полей…

Ну а по весне

Вехи наземь валятся,

Тонут в межевой грязи.

Сложил под стеной...

Сложил под стеной

Я листья осенние

Пригожим холмом…

А воющий вешний ветер

Над полем развеял их.

К сожалению

К сожалению,

Снова раньше времени

Ощущается

Адское дыхание

Наступающей весны.

К сожалению,

Снова раньше времени

Пробуждаются

Твари кровожадные,

Мерзкие, заразные.

К сожалению,

Снова раньше времени

Ветры южные

Воют, предвещая зной

Гнилостный и гибельный.

Кажется

Кажется, будто

Только вчера Чернотроп

Серым покоем

Сердце моё наполнял…

Вешняя днесь суета.

Кристаллический витраж

Чернотропный хлад

Превратил моё окно

Одинокое

В кристаллический витраж

Светлый, словно Млечный Путь.

А весной, увы,

Солнце пламенным клинком

Красоту окна

Изрубило в тишине

Перед первою грозой.

Стали на стекле

Каплями осколки льда.

То беззвучный плач

Зимней безмятежности

Перед знойной суетой.

Прошлогодний хмель

В пыль рассыпался, воспев

Спячку зимнюю.

В грязи весенней

Вновь оживает нечисть.

Кишит и жаждет

Испить горячей крови

Иль влить в неё заразу.

Трудность

Снова трудный день.

И сосредоточиться

Трудность не даёт

На делах, дарующих

Радость и спокойствие.

Созерцая огнь

Тучи тёмные

Полдень превратили в ночь.

Я хотел читать,

Но под шум грозы уснул,

Созерцая огнь свечи.

Клетка

Мечтал о силе,

О силе и свободе.

Судьба же клетку

Сковала на рассвете.

Сковала из болезней.

Недописанный роман

Не ленился, нет,

А нагрянула беда,

Думы затемнив…

Вот и лёг на дно, как тень,

Недописанный роман.

Скитание

Вновь скитание

От страдания к страданию

Неизбежное.

Сказка сказывается

Сказка не скоро

Сказывается порой –

Скорби мешают.

Вопреки

Часто вопреки

Нашим ожиданиям

В мире жизнь течёт.

Ждём равнин, она ж в Юдоль

По уступам падает.

Часто вопреки

Нашим ожиданиям

В мире жизнь течёт.

Ждём каскада, но она

Замирает средь болот.

Где-то

Солнце восходит

В окнах соседских домов…

Где-то есть счастье.

Люди добрые

Говорят, что тут

Люди добрые живут…

Отчего тогда

Здесь столь яро зло кипит,

Закрывая дымом свет?

По себе

Много в мире бед

Потому ещё, что здесь

Часто человек

Судит ближних по себе,

Мерит мерою одной.

Не тщись

Не тщись объяснить

Другим, что ты чувствуешь.

Никто не поймёт.

После демонов

Хуже в мире нашем нет

Сонма злых людей.

Если хотите...

Молвил Мессия:

«Если хотите принять…»

Многие молча

Не захотели тогда

И не желают сейчас.

Ад для безгрешных

Ненасытные!

Мало им земных плодов,

Созревающих

В море, в поле и в саду!

Подавай им плоть и кровь!

Ненасытные

Никаких не зрят преград,

Никаких причин,

Почему бы им не съесть

Мяса лакомый кусок!

Ненасытные

Для животных возвели

Тюрьмы с бойнями!..

После пира сладко спят,

Сделав для безгрешных ад…

История безумств

Стоны, крики, брань,

Грохот, звон и кровь рекой

Да без меры грязь…

Вся история людей

Есть история безумств.

Стоны, крики, брань…

Слышал их сверх меры я…

Где же тишина?

Жизнь в мире

Жизнь в мире этом

С души сдирает кожу

Безумной злобой.

Друг другу

Люди друг другу

Много страданий чинят

Жизнью и смертью.

Зло

Люди в мире зла,

Ближним причиняя зло,

Сами стали злом.

Прах и суета

В прах повергли благодать…

Суета и прах…

Суета сует

Суета сует…

Дни безумные давят

Безысходностью…

Засыпая, надеюсь

Никогда не проснуться.

Томление духа

Ныне, как и встарь,

Суета сует кругом

И томится дух.

Делаем весь день дела.

Ночью видим злые сны.

Скука и скорбь

Нередко в детстве

Одолевала скука

И на безумства

Отвратные толкала

Да навлекала беды.

А ныне взрослость

С рассвета до заката

Дурманит скорбью

Израненную душу,

Уставшую от жизни.

Закрыть

Закрыть бы окна.

Прибить бы к рамам ставни.

Закрыть бы двери,

Прибив к стене засовы.

Закрыть, а ключ расплавить.

Закрыть бы сердце

От проклятого мира,

И дело жизни

В тиши благой закончить.

И встретить Смерть достойно.

Забытьё

Забытьё, приди

И воспоминания

О несчастии

Поглоти, сокрой во тьме.

Подари свободу мне.

Радость

Вновь попытался

Радость средь бед испытать.

Не получилось…

Правда, порою она

Вдруг возникает сама.

Вернулась радость…

Но вновь злой рок по ране,

Едва зажившей,

Ударил с прежней силой

Кнутом беды безумной.

Сжигаю мусор

В печи забытых предков

И представляю,

Что с ним палю все беды

Да и само несчастье.

Глубокий кладезь

Глубокий кладезь.

Пока ведро опустишь,

Пока поднимешь,

Подумаешь о многом,

О чём не думал прежде.

На окнах

Стучал по стёклам

Весенний буйный ливень…

На окнах розы

В горшках лишённых влаги

Засохли, как в пустыне.

Птицы гнёзда вьют...

Птицы гнёзда вьют,

Прежде чем плодить птенцов…

У людей не так.

Люди советуют

Люди многие

Мне советуют: «Женись!»

Думают они,

Будто очень мудрое

Слово изрекли глупцу.

Горько

На свадьбе «Горько!»

Кричат молодожёнам…

И вправду горько,

Что люди продолжают

Плодиться, множа скорби.

Дети и внуки

Детей и внуков

Хотите непременно…

А что плохого

Они вам совершили?

Чем заслужили муки?

Рожают детей…

Рожают детей,

С чужими расправившись.

Рожают во Тьме,

Ведь бунт продолжается.

Бунт против Создателя.

Колыбельная

Колыбельную

Ветер воет, не поёт.

И младенцам он

Истину сквозь мглу несёт,

Предрекая боль и смерть.

На смерть рождённый…

На смерть рождённый

В её глазницы смотрит

Из колыбели…

На смерть рождённый к смерти

Пойдёт по дну страданья.

Первый и второй

Первый блин комом,

Ну а второй – кирпичом…

Первый ребёнок –

Злобен и неукротим.

Болен смертельно другой.

Неминуемо

Умножают в мире скорбь,

Кто детей плодит.

Игрушки

Меч деревянный

И плюшевого пупса

Пораньше детям

Стараются подсунуть

Во всяком царстве мира.

Мечи – мальчишкам,

А куколок – девчонкам.

Пусть смалу знают,

Чего от них желают

В безумном этом мире.

Детский смех

Звонкий детский смех

Обернётся как всегда

В мире проклятом

Взрослыми рыданьями,

Старческими стонами.

Низвержение

Женщины, родив,

Низвергаются порой

В тёмную тоску.

Будто в глубине души

Осознав, что сделали.

Живут своей жизнью

Они говорят,

Что жизнью своей живут.

Однако детей

Рожают, их не спросив.

Рожают в земном аду.

При этом они

Бездетных спешат винить,

Спешат упрекать

В больном себялюбии,

Да в лености, в трусости…

Живут как люди

Живут как люди.

Вступают в брак и в битву.

Здесь дом построят,

А там дворец разрушат.

И всё сие во благо.

Живут как люди.

Жилище убирают.

Хранят порядок,

Выбрасывая мусор

В леса, поля и реки.

Живут как люди.

Рожают, убивают.

Едят на завтрак

Поджаренное мясо,

Жестокость осуждая.

Живут как люди.

Друг другу только правду

Всегда глаголют.

Она своя у многих.

А лжи конечно нету.

Живут как люди.

На праздник ходят в церковь,

Жгут сотни свечек

И платят за молитвы

Еретикам брадатым.

Я не породил

В мире проклятом

Я не породил детей.

Пусть же в будущем

Не придётся мне опять

Самому родиться здесь.

Земная жизнь

Давно известно:

Земная жизнь – страданье.

Но неизменно

Везде скрипят кровати

И плачут колыбели.

Двери

В мире проклятом

Предостаточно дверей,

Существующих

Только для того, чтоб их

Никогда не открывать.

Никогда, хотя

Мы возжаждем отворить

Оные не раз.

Глупость

Посмотрел вокруг

И подумал в сотый раз:

«Глупости людской

Разве сыщется предел?

Или Бездна ей сестра?»

Пропала жажда

Пропала жажда.

Углями стало пламя.

Устал от жизни,

Наполненной несчастьем,

Как водами потопа.

Хуже

Здесь говорят мне:

«Быть ведь и хуже могло».

Так утешают.

Слушал голоса

Слушал голоса,

Разговоры разные.

Слушал целый день.

Слушал и познал сполна

Пустоту звенящую.

Непобедимая

Можно одолеть

Человеков и зверей.

Можно одолеть

Лютых бесов и себя…

Но не победишь Судьбу.

Чужая жизнь

Да, порой в пути

Замираешь на краю

Горестной судьбы

И глядишь в чужую жизнь,

В ту, где радость не мертва.

Поверить трудно...

Поверить трудно,

Что кто-то в мире этом

Своей рад жизни.

Жизнь прекрасна

Боль и смерть кругом,

А жестокосердные

Всё тебе твердят,

Что прекрасна жизнь, и что

Продолжается она.

В тени самоубийства

Стихов тоскливых

В тени самоубийства

Сложил немало.

Всенощный кошмар

Изгони надеждою

На Создателя.

И приснится Рай тебе…

Жаль, забудешь сон к утру.

Рыщут псы

Сатанинские

По дорогам рыщут псы.

Крепко дверь запри.

Окна ставнями закрой

И вчитайся в Книгу Книг.

Книга и свеча

Вот в нише стенной

Свеча и раскрытый том.

Пылает фитиль.

Страницы старинные

От жара колеблются.

Сжат в ладонях крест

Сжат в ладонях крест.

Уповаю на Творца.

Чётки – маятник.

Надо ли бежать?

Некуда бежать.

Мир, как труп, лежит во зле.

Надо ли бежать?

Ведь от этой лютой Тьмы

Только Бог освободит.

Безмятежно спят

Те, кого за Гранью ждут

Муки вечные…

А святые в мире сем

Маются бессонницей.

Утром тревожно

Утром тревожно.

Что наступающий день

В дымке скрывает?

В прошлом немало она

Бед изрыгнула на жизнь.

Тучи не уйдут

Тучи не уйдут.

Лишь расступятся на миг,

Чтобы луч Небес

Тьму несчастия рассёк,

Указуя верный путь.

Блик

Рассвет мне двери

Украсил жёлтым бликом,

Вернул надежду.

Я взял тот блик десницей

И молча спрятал в сердце.

Изменение

Рваные тучи

Замерли вдруг за окном

Да за густыми

Кронами древних дерев,

Также застывших в тиши.

Незамутнённый

Солнечный свет золотой

Через преграды

В келью мою снизошёл,

Бликами ложе покрыл.

Тени сгустились

Под потолком и в углах,

Став балдахином

Чёрным на чёрных столбах…

Сделалась келья иной.

Замер я тоже,

Глядя на блики сии.

Замер и понял,

Что изменяюсь и сам

Где-то в глубинах души.

Коза

За окном коза

Дремлет под высокою

Пышной липою.

Тени с бликами вокруг

По траве вальсируют.

Всё бессмысленно

Правду издревле

Мудрецы нам говорят:

«Если Бога нет,

Всё тогда бессмысленно

В мире нашем суетном.

Если Рай – лишь миф,

Если вечной жизни нет,

Если смерть – лишь тьма

Бесконечной пустоты,

Всё тогда бессмысленно.

Ведь в небытии

Растворится всё и вся.

Не останется

И воспоминания

О былых деяниях.

Но вокруг себя

Много ли бесцельного,

Напрягая взор,

Мы сумеем отыскать?

Много ли случайного?

Вот мы видим дом.

Он для жительства людей

Сложен оными.

Мир же на заре времён

Создан Праведным Творцом».

Как завещано...

Как завещано,

Путь свой Богу предаю.

Уповаю я

На Пресветлого Творца

Всемогущего вовек.

Помощники

На моём столе

Перед Звёздным Витражом

Много лет уже

Череп, Книга и Перо

В мудрой тишине лежат.

Череп за Черту

Смерти вызволяющей

Смотрит пристально

Чёрными глазницами,

Созерцает Ад и Рай.

Книга дарит мне

Истину Святых Небес,

Исцеляющих

Странников истерзанных

В мире нашем проклятом.

А Пером пишу

Я Сказания Пути.

И надеюсь, что

Господу Всевышнему

Этим послужить смогу.

На моём столе

Перед Звёздным Витражом

В тишине лежат

Череп, Книга и Перо,

Помогая мне творить.

Жизнетворчество

Жизнестранника ведёт

В Рай утраченный,

Коль оно плоды добра

В мире проклятом растит.

Жить достойно

Живи достойно,

Тогда гораздо легче

Терпеть несчастье.

Тогда с тобой надежда

На Рай несокрушимый.

Живи достойно.

Ни людям, ни животным

Ты зла не делай.

Живи, как заповедал

Нам жить Христос Пресветлый.

Сдержанность

Умей сдержаться,

Не поддавайся гневу,

Не раздражайся,

Дабы непоправимых

Не совершить ошибок.

Умей сдержаться,

Взирая на красавиц.

Не разжигайся,

Дабы любовь святая

Не превратилась в похоть.

Умей сдержаться.

Не говори напрасно,

Мой друг, ни слова.

Отвергни пустословье.

Тем паче сквернословье.

Умей сдержаться,

Умерь свои тревоги.

Не превращай их

В бурлящую воронку

Дурманящего страха.

Умей сдержаться.

Бесцельно ни минуты

Не трать в сей жизни.

Коль нужно делать – делай.

И отдыхай, коль нужно.

Шелест

На рассвете я,

Пробудившись, услыхал

За своим окном

Шелест капель дождевых...

Улыбнулся и уснул.

Пастырь

Пастырь наш – Господь.

Пастырь добрый, ибо в Рай

Паству Он ведёт…

Но, увы, не все за Ним

Следовать в Эдем хотят.

Пресветлый Творец...

Пресветлый Творец

Меня к Безмятежности

По жизни ведёт.

Подпоясался

Крепкою верёвкою,

На которой друг

Сломленный повесился

Под звездою гаснущей.

Путь Домой

На Востоке – диск

Зрелой золотой луны,

А на Западе –

Зарево закатное.

Между ними – Путь Домой.

Долог Путь Домой

По глухим чужим краям.

Солнце скрыто днём.

А в ночи согреет лишь

Свет давно погасших звёзд.

Родина

В мире проклятом

Грешник родину обрёл.

А кто праведен,

Родиной считает Рай.

Рай, где Счастье Вечное.

Вспоминаю

Я вспоминаю

Края, в которых не был…

Их не забыть мне.

Цели нет

«Цели нет. Есть путь».

Так всем нам глупец изрёк,

Замыкая круг.

Они считают...

Они считают,

Что в жизни нету смысла,

Но строят город.

Перья

Нашёл средь поля

Перо Орла Свободы.

И песни странствий

На валунах уснувших

Пишу пером я этим.

В дубраве встретил

Среди надгробий древних

Я Врана Смерти.

Своё перо он дал мне

Для строчек о Покое.

На бреге Моря

Мне Феникс Лучезарный

С небес лазурных

Перо златое бросил

Для песнопений райских.

Дальше и выше

Крестьянин с поля

Домой идёт усталый,

О сне мечтая…

А я несу свой посох

За горизонт… и дальше.

Вельможа в замке

Средь сотен свеч пирует,

Забыв о смерти…

А я с лучом закатным

Бреду в тени курганов.

Аскет под старым,

Но не засохшим дубом

Сидит недвижно…

А я, молясь, взбираюсь

К вершинам гор… и выше.

Флюгер

Флюгер из костей

Видел я среди руин.

Тихо скрипнул он

И наперекор ветрам

Указал мне на Восток.

Вавилонская Башня

Вавилонская

Башня высится как встарь.

И в её тени

Помещается весь мир.

Грязный, проклятый и злой.

Кто-то скажет мне:

«С узкого пути сверни.

Стань таким, как все.

Стань под Башнею в тени».

Я отвечу: «Уходи».

Зенит весенний...

Зенит весенний

Кровавую корону

Над миром вертит.

И я стремлюсь к надиру.

Почить в тени мечтаю.

Созвездие Креста

Здесь, вдали от стен,

Вновь Созвездие Креста

Мой ориентир.

Рай

На бреге моря,

На стенах скал отвесных

Златые блики…

Их созерцать бы вечно…

Но Рай стократ прекрасней.

В саду цветущем

Лучи в листве играют,

Переплетаясь…

На них смотреть бы вечно…

Но Рай стократ прекрасней.

Краса земная –

Лишь тень пейзажей райских.

Тень пред закатом.

Ад

Клыки болезней

Терзают плоть нещадно

Вплоть до уродства

И даже до безумья…

Но Ад стократ ужасней.

Людьми отравлен

Мир, осквернённый Змеем.

Пылают войны,

Преумножая горе…

Но Ад стократ ужасней.

Вся скорбь земная –

Лишь тень мучений адских.

Тень на закате.

Не корми огонь

Адского безумия,

Впившегося в мир.

Без тебя пожарище

Дьявольское полыхнёт.

Ты же за него

Не подвергнешься Суду,

Не пойдёшь во Тьму.

Цветок сорвали…

Цветок сорвали,

Промолвив с умным видом:

«Такой же вскоре

Взойдёт на том же месте»…

Но вырос там терновник.

Играй на арфах...

Играй на арфах

Искристых водопадов.

Играй средь радуг,

Благой восточный ветер.

Играй и пой о Рае.

Страх

Страх туманом злым

Путеводную звезду

Хочет заслонить.

Предшественница

Безумная скорбь,

На бурю похожая,

Теперь, как и встарь

Предшествует ужасу,

Что мнится беспочвенным.

Эхо

Под злой звездою

Недоброе пророчит,

Не умолкая,

Былых страданий эхо,

Былых безумий эхо…

Не каждый

Часто говорят:

«Привыкает ко всему

В мире человек».

Но добавить стоит здесь,

Что отнюдь не каждый, нет.

Омерзительная смерть

Много есть плохих,

Омерзительных смертей.

И одна из них –

Это смерть среди людей,

Что жуют чужую боль.

Разочарование

Завели детей…

Разочаровались в них

И кручинитесь…

Правда… кто ж вас принуждал

Заводить себе детей?

Дом, древо, сын

Он построил дом.

Рядом древо вырастил.

Породил на свет

Сына, что на древе том,

Повзрослев, повесился.

Между светилами

Луна и Солнце

Взошли одновременно.

Я между ними

На старом тракте замер

И стал на миг свободным.

Тайный Маятник

Над Чертой качается.

На весы похож.

Тайный Маятник

То скрывается во Тьме,

То блестит в Лучах.

Ярился ветер

С рассвета до заката.

Ломал деревья,

Бил ставни, двери, кровли…

А на заре утихнул.

Весь день был ветер.

А ночью воцарился

Покой затишья.

И старый ёж проснулся

Да выполз из-под камня.

Ветвь

Ураганом злым

У могучего дуба

Отломило ветвь…

Почему же засохло

Всё великое древо?

Пустое гнездо

Гнездо пустое…

Холодный ветер яйца

На край толкает.

И в темноту уносит

Обрывки белых перьев.

Красавица

Я кратким взглядом

Красавицу приветил,

Когда шёл мимо.

Она же две седмицы

Потом за мной ходила.

Я ей ни слова

Не молвил и вторично

На миловидный

Девичий лик не глянул,

А шёл вперёд всё дальше.

Шёл не на Запад,

А на Восток Заветный,

Но не по тракту,

А по лесным трясинам

Да гнилостным погостам.

Башня замка

Лежу на крыше

Заброшенной избушки.

Труба печная

Мне мнится башней замка

Из детских грёз далёких.

Комната в башне

Комната в башне.

Сводчатый там потолок,

Чёрные двери

Да беломраморный пол

С мягким заморским ковром.

Комната в башне.

Стены округлые там.

Серые стены

Из валунов, что с горы

Северный ветер столкнул.

Комната в башне.

Там три высоких окна.

Все с витражами.

И за узорами их

Мир осквернённый незрим.

Один шаг

Сегодня к цели

Я шаг один лишь сделал.

Увы, не много,

Но всё же не напрасно

Сей день был прожит мною.

Сила скитальцев

Течёт незримо

По тропам сила многих

Святых скитальцев,

Искавших Рай Небесный.

Искавших и нашедших.

Под летним солнцем

Пылающим, слепящим

Темнеют жизни,

Изрезанные светом,

Раздавленные зноем.

Мельтешение

Повсеместное

Мельтешение всего

Летнею порой

Утомляет взор того,

Кто устал от суеты.

Болотная тьма

Пищит и кусается.

Попробуй усни!

Слишком длинный день

Для не спавшего всю ночь

Жизнестранника.

Ныне мало он пройдёт

По извилистой тропе.

Слишком яркий день

Для того, кто от сует

До смерти устал.

Солнце мучает его

Светом ослепительным.

Слишком знойный день

Для того, кто раскалён

До отчаянья

На углях негаснущих,

На углях несчастия.

Слишком долгий день

Для того, кто жить устал,

Проходя Юдоль.

Лето ползает

Легионами жуков,

Слизней и червей

Мерзких до кошмарного

Умопомрачения.

Лето жалится

Полчищами комаров,

Мошек, пчёл, слепней…

Словно жаждет жалами

Пронизать и плоть и дух.

Лето ползает

Змеями коварными

В мягкой мураве

Да в тени, смягчающей

Беспощадный зной дневной.

Дух и тело

Сказано верно:

«Тело без духа мертво.

Он же бессмертен.

Доброе семя в него

Сей и пожнёшь благодать».

Надо мной

Чистым полем шёл

Между западной грозой

И восточною,

Слушая их гулкий гром,

Видя вспышки молнии.

Вспышки запада

Были тёмно-красными

Как больная кровь.

А восточные средь туч

Лиловели как сирень.

Летним полем шёл

Между западной грозой

И восточною.

Надо мною же лазурь

Неба ясного была.

Неба ясного

Да бездонного. И в нём

Я, казалось, зрел

Вечный благодатный Рай,

Свой заветный светлый дом.

Не гонись...

Не гонись, мой друг,

Ты за ветром северным

В тягостные дни

Летней бешеной жары.

Подожди его в тени.

А ветер ищет...

А ветер ищет

Долину, что сокрыта

Средь неприступных

Гор Севера седого,

Дабы утихнуть в оной.

Недвижный бархан

В пустыне песчаной есть.

В нём кости бродяг

Безвестных скрепились так,

Что ветру не сдвинуть их.

Колодец в пустыне

Я за барханом,

Что стал курганом дивным,

Нашёл колодец.

Он был весьма глубоким,

Но без цепи, без верви.

Я средь пустыни

Нашёл глубокий кладезь

Без длинной верви.

Моя же оказалась

Короткой да и слабой.

Нашёл в пустыне

Колодец глубочайший

Да без верёвки.

Так, не напившись, дальше

Пошёл, терзаем жаждой.

Скрытое

Средь пустынь дворец

Хладными фонтанами

Отгоняет зной…

Но под чашей мраморной

Спит гнездо змеиное.

Плащом укрывшись...

Плащом укрывшись,

Усну в нём гусеницей,

Чтоб на рассвете

Проснуться бабочкою,

Летящей только к Свету.

Черепа и камни

Пережидая

Однажды в горном гроте

Грозу ночную,

Я черепа и камни

Там созерцал беспечно,

В лиловом свете

Ярчайших частых молний,

В могучих вспышках,

Подобных откровенью,

А также и прозренью.

О да, взирал я

На черепа и камни.

И мне казалось,

Они сродни друг другу –

И валуны и кости.

Ещё казалось,

Что там они извечно

Лежат средь мрака

И таинство свершают,

Неведомое смертным.

На вершинах гор...

На вершинах гор

Зимние снега лежат.

А внизу, где дол,

Лето пёстрое царит,

Мучая людей жарой.

Дом на вершине

Уединённый

Дом на вершине горной.

Целительная

Разлита тишь повсюду,

Незримое блаженство.

Уединённый

В горах мой дом дубовый

С окном восточным

И северною дверью

И тишиной безлюдья.

Папоротник

За домом вырос

Широкий папоротник.

Смарагдовый он

Да с чёрными глазами,

Глядящими в Межмирье.

За домом вырос

Высокий папоротник.

Весь изумрудный

В сырой тени, как стражник,

Меж трёх миров он замер.

Переждать

Я сезон дождей

Переждал в тиши пещер…

И остался там,

Чтобы переждать людей,

Обезумевших вконец.

Средь свечей молитв…

Средь свечей молитв

Бурю горя переждать…

Или умереть.

Монах

Где-то далеко

Буйствует безумие

Беспрестанных войн.

Там под сатанинский вой

Тени мечутся в огне.

Здесь же, высоко

В серых Северных Горах,

В тишине пещер

Я – единственный монах

Древнего монастыря.

Озеро в горах

Озеро в горах,

Под покровами небес

Чистое всегда.

И не движется вода

Между льдистых берегов.

Озеро в горах

Ночью так же, как и днём,

Отражает лишь

Серебристую спираль

Из неисчислимых звёзд.

Озеро в горах

Издаёт хрустальный звон,

Коль над ним летят

Благотворные ветра

Северо-восточные.

Если бы я мог…

Если бы я мог

Время смерти выбирать,

То почил бы в ночь,

В ночь великую зимой,

В ночь солнцестояния.

Если бы я мог

Выбирать с кем встретить смерть,

Пал бы выбор мой

На безмолвное вовек

Море одиночества.

За Великой Стеной

Я на востоке

Шёл вдоль Стены Великой,

С драконом схожей.

Народ за ней, наверно,

Богат неимоверно.

Огнь моей мечты

Пусть летит по Млечному

Райскому Пути.

И со звёздным светом пусть

Навсегда сольётся там.

Звёзды собирай...

Звёзды собирай

В Небе Чистом и Святом,

Ибо на земле

Все сокровища легко

Потерять среди сует.

Возле волн морских

В поле дом стоял,

Но в лучах благой зари

Он, казалось мне,

Блещет возле волн морских,

Бликами украшенный.

Безымянный брег

Безымянный брег.

Кости здесь безвестные

Средь камней лежат…

Запах Смерти

Снова дождь стучит

Каплями по черепам,

Брошенным на брег…

Смерть же пахнет всё равно

Тихим и сухим теплом…

Лодка не тонет

Хоть и пробили ей дно.

Лодка не тонет.

Крепко её привязал

К берегу старый моряк.

Лодка не тонет

Хоть изветшала давно.

Лодка не тонет.

Крепко её привязал

К берегу нищий моряк.

Угроза

Однажды в детстве

Уснул я в лодке ветхой.

Она качалась

У берега, но цепи

Уплыть ей не давали.

Я спал недолго.

Я спал без сновидений.

А пробудившись,

Увидел пред собою

Клубящуюся тучу.

Её громада

Легла на окоёмы

И рокотала

Глухим, недобрым громом:

«Не вздумай! Не пытайся!»

Ладный лабиринт

Из кораллов розовых.

Мне бы вдоволь в нём

С рыбками искристыми

Поблуждать в безмолвии.

На берегу

Западный Ветер

Тучи стремил на Восток.

Ветер Восточный

Волны по Морю катил

Тихо на Запад, во Тьму.

Я же на Бреге

Замер средь Серых Песков,

Бывших когда-то

Сонмищем белых костей

Странников, сбитых с Пути.

Ждал я безмолвно

Лодку, которую Смерть

Пустит за мною.

Каштаны зреют...

Каштаны зреют

И падают на землю.

Шипы отбросив,

Блестят средь трав пожухлых.

И так должно быть с нами.

Плоды и черепица

Стоит близ дома

Раскидистое древо.

Его плодами

Пробита в черепице

Дыра для некой тайны.

Яма

Я видел яму,

Врагами вырытую

Для истребленья

Своих врагов коварных…

И те и те гниют в ней.

Глас в пустыне

В мире проклятом

Гласом вопиющего

Посреди пустынь

Был бы голос Дьявола,

Если бы не род людской.

В мире проклятом

Человеки бешено

Размножаются,

Кормят Сатану собой

И детьми, и внуками.

В мире проклятом

Дьявол рыкающим львом

Ходит средь домов,

Переполненных людьми

И безумной злобою.

Змей и прах

На заре времён

Людям было сказано,

Что за их грехи

Проклята, увы, земля,

Став обителью скорбей.

Также сказано

Людям, что они во прах

Обратятся вспять.

Ибо вправду прах они.

Из него сотворены.

На заре времён

Змею было сказано,

Что за зло своё

Проклят в жизни он, и прах

Будет пищей для него.

Не притворяйся

Не притворяйся,

Что в жизни всё прекрасно,

Что всё нормально.

Молчи, взирая в Небо.

Иль созерцай могилы.

Лучше

Лучше в этой тьме

Тихое отчаянье,

Чем безумие,

Буйное, как вешний шторм

На скалистом берегу.

Лучше в этом зле

Тусклое, безмолвное

Упование,

Чем с пожаром схожие

Раздражение и гнев.

Да, отчаянье,

Ведь судьбу не изменить.

Но при этом всём

Упование на Свет

Вечный, Добрый, Неземной.

По крипте брожу

По крипте брожу…

В тиши упокоенных

Великих людей

Мой дух наполняется

Умиротворением.

Мёртвый лев

Мёртвый лев покой

Обретает за Чертой.

А живые псы

Дико мечутся кругом,

Будто палят им хвосты.

Вдыхаю ладан

Вдыхаю ладан,

Вдыхаю дым священный.

Струится оный

Среди колонн гранёных

В необозримом зале.

Вдыхаю ладан,

Вдыхаю дым чудесный,

Что вновь искрится

В лучах высоких окон,

В лучах цветных, витражных.

Вдыхаю ладан,

Вдыхаю дым заветный

И созерцаю

Крест на стене гранитной,

Великий крест Господень.

В ярких витражах

А мечты летят

Под высокий чёрный свод

Храма древнего,

Чтобы в ярких витражах

Спрятаться навек от зла.

Сад камней

Лучший сад камней –

Древнее, забытое

Кладбище моё.

Созерцай надгробия,

Грезя избавлением.

Чеканя слова...

Чеканя слова,

Смотрю на кружение

Опавшей листвы.

Шуршание дивное,

Как Смерти шептание.

Туман

Туман, останься.

Пускай в тебе мир грешный

Навек утонет.

Ночной ветер

Вечером решил

Палую листву смести

Со своей тропы…

Утром же увидел, что

Ветер смёл всё за меня.

Осенний ветер

Вновь чёрными ветвями

Мне машет в роще.

Воронья роща

Воронья роща.

Чернеют в кронах гнёзда,

А под корнями

Покоятся в гробницах

Скитальцы лет минувших.

Дым на закате

Я видел, но не понял,

Откуда оный

Поднялся и неспешно

Поплыл над горизонтом.

Надеюсь, это

Всего лишь мирный путник,

Костёр зажёгши,

Готовит скромный ужин,

Готовится к ночлегу.

Дым на закате

Подобен слабой туче.

Той, что ни капли

На землю не уронит

И не встревожит громом.

Ветер Северный

Ветер Северный,

С Чёрных Гор спустившийся,

Веет средь крестов.

Двери склепа отворил,

Прах сдувая с черепов.

Жаль

Снова осенью

Крыша в доме протекла.

Чернотроп её

Залатал кристальным льдом.

Жаль, что только до весны.

Осень и зима

Осень суету

Засыпает бурыми

Листьями дерев.

Снова хочет оную

На полгода схоронить.

А затем зима,

Умалив поблекший день,

Возведёт в тиши

Белый необъятный трон,

Чтоб на нём воссела ночь.

В конце ноября

Просторами Севера

Титан Чернотроп,

Даруя спокойствие,

Владеет бестрепетно.

В конце ноября

Во мгле разливается

Кругом тишина.

Леса меж равнинами

Стоят молчаливые.

В конце ноября

За серыми тучами

Не часто узришь

Диск солнца пожухлого,

Почти незнакомого.

В конце ноября

В горах зарождаются

На древних снегах

Ветра, приносящие

Нам Зиму Владычицу.

Тихо в дубраве…

Палой укрылась листвой

Зимняя спячка.

Камни

Очищу камни

Другими я камнями

И на Кургане

Их выложу спиралью,

О Небесах мечтая.

Ты любишь камни?

Ты любишь камни,

Которые железом

Не искалечил

За звонкую монету

Работник суетливый?

Ты любишь камни?

Те валуны, что в поле,

В долине, в роще

Лежат, храня веками

Благую безмятежность.

Ты любишь камни?

Булыжники простые,

Из коих можно

Сложить спираль, что будет

Галактике подобна.

Звёздный Мороз

Вновь Звёздный Мороз

Искрится над Севером.

И вновь Чернотроп

Ведёт к безмятежности

Зимы очищающей.

Дивное дело

Дивное дело –

В снег превратились лучи

Знойного солнца.

Зимнее очищение

Да, воистину

Зимними морозами

Проклятый наш мир

Зримо очищается,

Делаясь просторнее.

Замерзает грязь,

В камень обращается

И не пачкает,

Даже если на неё

В белых одеяньях лечь.

Исчезает гнус

Жалящий безжалостно.

Мерзопакостный

Пропадает без следа

И как будто навсегда.

Люди по домам

Прячутся от холода,

И привольнее

На земле становится.

Можно одному гулять.

Тридцать лет

Тридцать лет назад

Были силы и задор,

Верные друзья

Да просторный светлый путь

Прямо в радужный успех…

Тридцать лет спустя

Слабость погасила пыл,

Сгинули друзья,

Сузился привычный путь,

Став тропой смирения.

Сколько ей петлять

По краям безрадостным?

То неведомо.

Но, возможно, что она

Завершается в Раю.

Последние друзья

Решётка горя

Последнюю подругу

В тени холодной

Внезапно заточила…

Потом запахло кровью…

Вдруг последний друг

Без следа исчез во мгле

Проклятой земли…

Что в конце пути друзья

Отыскали? Рай иль Ад?

Устав от жизни

Устав от жизни,

Улитка молодая

На сером склоне

В горах замёрзла насмерть

Почти что у вершины.

Устав смертельно,

Увы, не умираешь.

Бредёшь по краю.

Завидуешь улитке,

Замёрзшей под вершиной.

Затмение

Есть хорошее

В этой жизни проклятой…

Есть хорошее,

Но страдания всегда

Затмевают всё собой.

Тень

Мелькает рядом

Нередко некая тень.

Но, приглядевшись,

Я вижу только сумрак,

Заполнивший округу.

Ложные рассветы и закаты

Вновь ложный рассвет

В душе исстрадавшейся.

Вновь, словно заря,

Мечта пробуждается

В ночи обречённости.

И мнится, что вновь

Светило поднимется

И тьму сокрушит…

Но меркнет мерцание

Под новыми бедами.

Вновь ложный закат

В душе обессиленной.

Вновь будто луна

Жизнь в темень могильную,

В Дол Смерти спускается.

И кажется, что

Покой нескончаемый

Все пытки прервёт…

Но нечто незримое

Препятствует гибели…

Заслуженно

Часто слышу я,

Как поблизости кричит

Кто-то из людей:

«Господи, за что же мне

Это наказание?!»

Многие себя

Мыслят неповинными

Да безгрешными.

И уверены, что их

Не должна терзать беда.

Может быть, и есть

В мире нашем проклятом

Непорочные.

Я же к их числу себя

Не дерзну причесть, увы.

Я не раз грешил

И заслуженно терплю

Наказание…

Но страданье всё равно

Разрывает стоном грудь.

Несчастье

Несчастье длится

Всю жизнь со дня рожденья.

Порой смириться

С потоком скорби можно,

Да только ненадолго.

Несчастье гасит

Мечтания, как свечи.

Но дым струится

От фитилей померкших.

Струится к Свету Рая.

Несчастье длится

И силы отнимает.

С ним не смириться,

Ведь человек для Рая

Творцом Пресветлым создан.

Отрадные дни

Дни отрадные

Есть порой и у меня.

Например, когда

Посреди немой зимы

Окна заметёт пурга.

Дни отрадные

Для меня случаются,

Если сутками

Дождь за окнами стучит

И стекает по стеклу.

Дни отрадные

Есть порой и у меня,

Коль за окнами

Воет ветер северный,

Тени с бликами кружа.

Забыть

Я закрыл глаза

В тихой темноте ночной.

Я хочу забыть

О пылающей судьбе

И не думать ни о чём.

Чем длиннее ночь

Чем длиннее ночь,

Тем спокойнее душе,

Что от суеты

Ослепительного дня

Утомилась до беды.

Чем чернее ночь,

Тем видений меньше в ней,

Тем целительней

Тишь уединения

Столь незаменимого.

Чем безмолвней ночь,

Тем спасительней мечта

О посмертии,

Об Убежище Благом,

Вечном, Светлом, Неземном.

Пробуждение

Восток светлеет.

Ночной фонарь не гаснет.

Я пробудился

Усталым и скорбящим.

Свою судьбу я вспомнил.

Восток алеет.

Ночной фонарь тускнеет.

Я снова должен

Идти дорогой узкой,

Ведь знаю участь мира.

Восток пылает.

Ночной фонарь угаснул.

Я жажду смерти.

И с каждым шагом буду

Желать её всё больше…

До смерти

До смерти устал.

То есть до мечтания

Умереть скорей.

Смерть же тем не менее

Не торопится придти.

Приятно мечтать…

Приятно мечтать

О Смерти, которая

Подарит Покой.

Завещание

Завещай мне смерть,

Чёрный гробовой покой,

Чёрный сон пустой,

Что однажды вспыхнет вдруг

Пробуждением в Раю.

Жажда покоя

Покоя жажду,

Покоя истинного,

Который будет

Вовек неколебимым

Средь благодати Божьей.

Помолись

Помолись о том,

Чтобы Смерть ко мне пришла

И спасла от зла.

Заветная мечта

Упокоиться –

Вот заветная мечта

В мире проклятом.

Как деревья

Дано мне было

В ночи забыть несчастье

И долго-долго

Проспать без сновидений,

Как спят зимой деревья.

Нашёл цветок

Я зимним утром

Нашёл цветок засохший

В старинной книге

И вдруг подумал: «Может,

Он меж страниц и вырос?»

Украшение

В потолке дыра

Безобразная весьма.

Но прекрасный свет

Льётся через оную.

Лунный. Звёздный. Солнечный.

Украшает он

Келью обветшалую

Многоликими

Сказочными бликами

Да искрящимся лучом.

Отражения

Отражение

Треснутого черепа

Жизнестранника

Вижу в зеркале своём,

Помутневшем от скорбей.

Отражение

Монолитного креста

Надмогильного

Вижу в зеркале своём.

Чёрен он как сам покой.

Отражения

Бликов Истинной Звезды

Вижу в зеркале.

И они зовут меня

В Небеса Небес, домой.

Ёж

Люди в даль спешат.

Снег неспешно падает.

А в норе спит ёж.

Видит Счастье Вечное

Он во сне пророческом.

Праздники

Праздники? О да!

Я отпраздновать готов

Рождество Христа,

Воскресение Христа

И тот день, когда умру.

Иней

На кровлях – иней.

В домах – тоскливый сумрак.

На трактах – мусор.

Моя смерть

Смерть ко мне идёт.

В гроте капает вода.

К Смерти я иду.

Сыплется в часах песок.

Смерть освободит меня.

Слушаю ветер

Ветер слушаю.

Сильный ветер северный.

И душою всей

Зиму бесконечную

Призываю вновь и вновь.

Ветер слушаю.

Свежий ветер северный.

И мечтаю всё

О бескрайней белизне,

О морозной чистоте.

Ветер слушаю.

Вольный ветер северный.

Всей душой стремлюсь

Я к уединению

В тишине безлюдности.

В тиши уединенья

Вы мне с рожденья

Не дали жить спокойно.

Теперь позвольте

В тиши уединенья

Вкусить свободу смерти.

Всё дышит…

Леса, равнины,

Озёра, реки, море…

Всё дышит смертью.

Крест-накрест

Праведника путь

На Восток чрез мир ведёт

По Лесам Скорбей.

А Восток… Он, словно Рай,

Жизнестранников зовёт.

Нечестивец же

По дороге шествует

С песней радостной

Далеко на знойный Юг,

Пеклу уподобленный.

Нечестивец рад

По дороге шествовать.

Нет креста на нём.

Ведь на нём поставлен крест

Сатаною и грехом.

Кольцо

С юных лет носил

Я кольцо из серебра.

И оно, искрясь,

Угасающий мой взор

Услаждало всякий день.

С юных лет носил

Я кольцо из серебра…

А, состарившись,

Я увидел, что оно

Потемнело, не блестит.

Я его тогда

Снегом Северных Вершин

Чистить принялся.

И, едва закончил труд,

Стало золотым оно.

Небеса Небес

Днём и ночью в нём теперь

Отражаются.

Сердце замерло

На ночной тропе

Сердце замерло моё

Болью сдавлено…

Это радует меня –

Скоро умереть смогу.

Почти полвека

Духовных и телесных

Страданий в этой

Земной померкшей жизни…

О Смерть! Взмахни косою!

Шёл своей тропой

День за днём я на Восток,

Слыша за спиной

Злобный голос Внешней Тьмы,

Лязг и скрежет, стон и плач.

Шёл своей тропой

Я годами на Восток,

Слыша слева гром

Непрестанных диких войн.

Видел стрелы над собой.

Шёл своей тропой

Я веками на Восток,

Чуя справа смрад

Вавилонской суеты,

Вредоносной как всегда.

Шёл своей тропой

Через дебри на Восток.

Ясно пред собой

Видел Райские Врата.

Слышал пение вдали.

Обращение

Вот коварные

Люди замышляли зло.

Только обратил

Всемогущий Бог Творец

Снова оное в добро.

Раб вельможей стал

И помог другим рабам

Волю обрести.

Долгое стенание

Ликованьем сделалось…

Ныне многие,

Как и на заре времён,

Грешной гордостью

Возвели себя на трон

Бренной проклятой Земли.

Человеки днесь,

Все стихии отравив,

Мнят, что царствуют.

Мудрость мира Бог Творец

Обратил в безумие…

Грешник, пострадав,

С беззаконного пути

Поспешил сойти.

Бог в благословение

Обратил проклятие…

Стало ясно

Как тень, полвека

Прошло меж Тьмой и Светом,

И стало ясно,

Что в жизни человека

Лишь детство есть и старость.

Прошли эпохи,

Как сонмы сновидений,

И стало ясно,

Что в мире осквернённом

Есть лишь зима и лето.

Земля и небо

Померкли пред глазами,

И стало ясно,

Что за Чертою Смерти

Есть только Бог и Дьявол.

Вижу горизонт...

Вижу горизонт

Жизни опостылевшей

В мире проклятом.

Вижу горизонт, и он

Приближается ко мне.

Завершая путь

Здесь, на проклятой Земле,

Суету отринь.

Только в Небеса смотри.

Верой приоткрой Врата.

Завершая путь

В мире дьявольского зла,

Ложь его отринь.

Только Книгу Книг читай,

Уповая на Творца.

Завершая путь

В мире мрака и скорбей,

Прошлое отринь.

Только доброе люби.

Счастье Вечное ищи.

Из последних сил

Закачу на холм валун

И последний стих

Кровью напишу на нём

Да седым сокрою мхом.

Не вмещается

Пустословие толпы

В сердце мудрое.

Переполнено оно

Светлым словом Господа.

Не вмещаются

Раздражение и гнев

В сердце тихое.

Переполнено оно

Утомлённой добротой.

Не вмещается

Жаркий леденящий страх

В сердце скорбное.

Переполнено оно

Грёзами могильными.

Не вмещается

Новое несчастие

В сердце старое.

Переполнено оно

Болью многих тяжких лет.

Последняя усталость

Пришла усталость.

Последняя, наверно.

Ведь больше места

В душе не отыскалось

Для нового страданья.

Умереть достойно

Лишь после смерти

Покой благой познаешь,

Коль жизнь земную

Не заклеймишь злодейством

И завершишь достойно.

Умри достойно.

Умри, не сожалея

О мире тленном,

Увязнувшем в пороках

И гибнущем от оных.

Умри достойно.

Умри, вздымая в Небо

Свой луч молитвы.

Молись же только Богу

И никому иному.

Умри достойно.

Умри, признав ошибки

В час покаянья

Задолго до прихода

Неотвратимой смерти.

Погребальный обряд

Снежное поле.

Там погребальный обряд

Вьюга свершает

Над убежавшим от зла

Странником еле живым.

Долина Смерти

Долина Смерти.

Путей ведёт немало

В сию обитель.

Ведёт по лабиринтам

Земных скорбей несчётных.

Долина Смерти.

Воистину здесь можно

Среди надгробий

Забыть о жизни тяжкой,

Уснуть и снов не видеть.

Долина Смерти.

Здесь отдохнуть возможно

От жизни скорбной,

Дабы, восстав однажды,

Продолжить Восхожденье.

Превращение

Наступает час

Превращаться в мертвеца…

Но не навсегда.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге