Загадки

Загадка первая

Повсюду и всегда найдётся друг,

Разделит он с тобой любой недуг,

Любую горесть, ожидание иль тьму,

Любой секрет доверишь ты ему.

Он — золотой рассвет, чей первый луч

Светлее прочих. Он — замок и ключ

Твоих желаний, правда и обман,

Бесшумен и привязчив — но обнять

Не сможешь, как бы ни старался ты!

Все самые безумные мечты

Исполнит друг, крылат и всемогущ.

Он проберется сквозь завесу туч,

В любую щель проникнет, украдёт

Сокровище — и сам его вернёт,

Лишь блеском поманив тебя к себе.

Спугнёшь его, — исчезнув без следа,

Отнимет он всё то, что даровал!

Одно тебя утешит: ото всех

Уходит он, близ гибели — верней…

Так назови же мне его скорей!

Загадка вторая

Есть в мире реки — их не сосчитать,

И каждая как звонкая струна —

Умеет петь, играть и призывать,

И мастера рука ей не нужна.

Вода огнём пылает без огня,

Но освещенья от неё не жди.

Её поят не тёплые дожди,

Не лютые холодные снега, —

Мелодией упругою всегда

Струится в ней железная руда.

Стенами плотными, во глубине

Река сокрыта. Отворишь ей путь —

Струна сорвётся, музыку забудь!

Въявь волею исток поёт Луне, —

Прервётся он, душою наградив

За пылкое явление любви.

В воде речной морская жжётся соль.

Померкнет мир и потускнеет взор,

Как охладеют волны той реки.

Названье вод ты словом изреки!

Загадка третья

Обширна ли твоя семья, чужак,

Иль ты безвестный бедный сирота,

Но я скажу, не спрашивая, так:

У каждого отыщется сестра.

Тебе, и мне, и каждому — близнец,

Неотличимый бренный образец, —

Хоть и сравнить вовек никто не смог

Своё лицо с её живым лицом.

Её вскормила мать не молоком,

А словом добрым, светом и теплом.

Тебе загадка, — о твоей и речь.

Её с рожденья надобно беречь,

От колыбели до сырой земли:

Сестру легко нечаянно сгубить

Своей рукой и клятвой невпопад.

Людская злоба ей — смертельный яд.

Она прекрасна, коль её сберёг;

Утратил если — горестный урок.

Прозванье тех сестёр — одно на всех,

Оно белей, чем хрупкий первый снег.

Загадка четвёртая

Загадка трудная тебе дана:

Прочту — поверь, настанет тишина.

А смелости тебе не занимать…

Что ж, постарайся слово угадать.

Так слушай: и в загадке оно есть,

В вопросах скрыты многие из них,

Порой — в определённый только миг.

А для ребёнка их не перечесть, —

И чем взрослей, тем чаще просит он

О слове и богатствах, скрытых в нём…

Но вот настанет зрелость, и ему

Придётся отдавать их самому.

Правдивы, лживы, шатки иль тверды, —

Безмолвны даже! — их даёшь и ты.

Жалеют о богатстве этом те,

Кому язык свой — враг, болтливость — грех.

Всего лишь слово… Ты держи его

Как можно крепче, — иль сбежит оно!

А если ты уста сейчас замкнёшь,

Вовек ты это слово не найдёшь.

Загадка пятая

Мы видим в мире множество картин.

А есть среди художников один —

Искусник дивный. Он трудолюбив.

Ему подвластны шёлк, меха, гранит,

Бумага и пергамент, грубый холст

И даже человеческая кость.

Пределов нет умениям его —

Работает он кистью и резцом

И может посрамить любой талант.

Есть у него особенность одна —

Ему творить приятней по ночам

(И в темноте не надобна свеча),

Но не откажет он и в белый день

В своём твореньи. Он не знает лень.

С глазами иль безглазо существо,

Искусника картины оно зрит

И кроме них не видит ничего.

Однако очень хрупкие они:

Чуть вспышка, боль иль резкий, громкий звук, —

Художник спрячет творчество в сундук.

Загадка шестая

Рождённый матерью глубинной, я

Безмолвно спал в оковах бытия.

От сна был человеком пробуждён,

Служил ему мотыгой и ножом, —

То время, позабытое в пыли…

Меня добудешь ты из-под земли,

Но я могу сойти к тебе с небес —

И пламенем всё озарю окрест!

За пазухой злодея я сокрыт, —

Едва ж меня отпустят, во всю прыть

На человечью душу жажду лечь.

Вострей со мною станет острый меч —

Иль сокрушённым будет пополам.

На дне и в вышине найдёшь меня,

Но если нет опоры, не взыщи;

Летать умею я лишь из пращи,

А в воздухе парить мне не дано.

Смиренный сын, покорный я давно:

Чуть дрогнет мать — паду к её ногам.

А как зовусь я? Ну же, отгадай!

Загадка седьмая

Огромен мир, и в нём живёт она, —

Таинственна, и вместе с тем — скромна,

Непостижима, как сама Луна…

И из противоречий создана:

Благословение среди молитв,

Причина радости — и страшных битв,

Чудесное созданье из земных, —

Порою величают неземной.

Их множество — и древних, и младых;

Одну сейчас ты видишь пред собой.

Нам без неё не знать ни жизнь, ни смерть:

Она приносит о рожденьи весть,

Оповещая мир из первых уст.

Дом без неё так холоден и пуст…

Он держится подчас на ней одной.

В ней дремлет сила, скрытая от всех, —

И в том повинен первородный грех.

В груди и в очаге храня огонь,

Она без слов расскажет о любви.

О ком загадка эта говорит?..

Загадка восьмая

Сокровище — не жемчуг, не алмаз;

Хранят его зерцало, ум да глаз,

А человек его боготворит.

Оно смотрящему принадлежит,

Умеет озарить и ослепить,

А слабовольного — и отравить…

Оно не деревце и не цветок,

Но, расцветая, увядает в срок —

И ценно эфемерностью своей:

Едва возникнув, исчезает вмиг.

Любви и вдохновения родник,

Оно водой поит огонь страстей,

А потушить его не сможет никогда:

Подобна урагану та вода.

Спасение, лекарство ищут в ней —

И вдруг находят ядовитых змей:

Нет золота без алчности людской.

Ведь безоглядно человек любой

Заполучить желает яркий свет.

Какой загадке этой дашь ответ?

Загадка девятая

Увидишь всех их дружною семьёй:

Родятся разом тёплою весной

Сто тысяч сыновей и дочерей

У матери одной и у отца,

Чья плодовитость — к зависти царей.

Похожи братья с сёстрами с лица,

Но не с родителями сходство их,

А меж собою. Им не быть в тени, —

На солнцепёке рьяно строят свод,

Пока опорой им отец и мать;

Себя они спешат короновать.

Семья не царская, но древний род —

Древнее не найти живых корней.

Крепка, прочна у поколений связь, —

Они не в ссоре, даже суетясь.

А за сплочённость им платить вдвойне —

Родители переживут детей…

Печальна доля всех этих семей.

Багрянцем, златом в трауре сверкнут.

Потомков скоротечных как зовут?

Загадка десятая

От времени начала каждый век

Возвыситься желает человек

Над грешною Землёй — и над людьми;

Он жаждет на кратчайший жалкий миг

Коснуться неба и алмазных звёзд.

Придумал человек, как выше стать:

Взойти на гору, холм или утёс…

И вещь для возвышения создать.

Так прост был изначально тот предмет:

Местечко близ огня, тепло и свет,

Коряга, камень, пень или бревно, —

Он всем этим бывал давным-давно.

А с той поры переменился весь —

Из дерева и камня тоже есть,

Но ты простым его не назовёшь.

Он спину держит прямо, ты — согнёшь,

Коль доведётся перед ним стоять;

Встав на него, попробуй удержать.

Тиран его поставит на крови́.

Предмет сейчас мне этот назови!