За пеленой дождя

Сборник

И пускай волнам покорны,

И пускай цветам сродни, -

Счастья краткие аккорды

В сердце памятью продли.

ЗАПОРОЖСКАЯ

ОБЛАСТНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

НАЦИОНАЛЬНОГО СОЮЗА

ПИСАТЕЛЕЙ УКРАИНЫ

стр.2.

Татьяна Денисенко

Ольга Денисенко

За пеленой дождя...

Стихи

Запорожье

"Днепровский металлург"

2008

стр.3.

ББК 84 (4 Укр) 6-5

Д 33

УДК 821.161.2-1

Денисенко Т.А., Денисенко О.А.

Д 33 За пеленой дождя...:Стихи

Запорожье: Днепровский металлург,

2008 - 60с.

ISBN 978-966-2962-67-3

В жизни сестер Ольги и Татьяны Денисенко - одна из главных составляющих - поэтическое творчество. И в этом творчестве - метафоричность к детскому восприятию жизни, которая играет и светом, и звуками, и запахами. И радостно, и печально, и нежно касается души и становится поэзией.

ББК 84 (4 Укр) 6-5

Спонсоры издания:

Запорожский областной совет

Запорожская областная государственная администрация

ISBN 978-966-2962-67-3. ©Т.Денисенко, 2008

©О.Денисенко, 2008

©КП. "ЗМД" "Днепровский металлург", 2008

©ЗООН Союза писателей Украины, 2008

Татьяна Денисенко

***

И ляжет смычок горизонта на скрипку земли, И в музыке ветра услышишь звучанье чаконы, И сердце узрит мирозданья простые законы, Которые эхо ответным дыханьем продлит.

И время качнется в разбег, и отхлынет прибой К тем зорям далеким, которые были в начале, Где вольность простора и легкость крыла за плечами Будили напевы, которые станут судьбой.

Еще неизвестны изгибы незримых орбит, Но как неустанны огромной Земли обороты, Чей голос, тебя из глубин вопрошающий: — Кто ты? – Далекий предвестник грядущих горений и битв.

И как из незримых семян прорастает трава, Сгущалась бескрайность пространств в осязаемой плоти, И время рождалось очищенной музыкой в ноте, И каждое чувство твое воплощалось в слова.

И круг замыкая извечный концов и начал, Воротится время возвратным приливом прибоя. — Ожившее сердце, останься поющим – собою, Чтоб тихую тайну поведать беззвездным ночам.

ЭТЮД Вечер тонким наброском Тронул рябь у воды. В этом свете неброском Солнце плавленым воском Заливает сады И скользит вдоль ограды До чугунных ворот В грусти Летнего сада, В тишине листопада В мир сентябрьских широт.

*** В.Г. Как открыто сквозит душа Сквозь решетку из слов – в межзвучия. Жизнь нелепа и хороша (Волей Божьей? по воле случая?) Ты в холодных ветрах продрог, Устремляясь за синей кромкою– И стоишь у семи дорог, Вновь раздумьями сердце комкая.

*** Искать за возвратными кольцами строк Мосты и дороги До слез, до горячих ударов в висок, В осенней тревоге, Чтоб выменять холод глухих площадей– На парки и скверы, Упрямые доводы строгих идей– На пламенность веры, И взять напоследок трамвайный билет В осеннюю лунность– Искать за возвратными кольцами лет Ожившую юность.

*** Надежд осенних сквозной осколок Сорвется в просинь, тоской отмечен. На плечи бросив дождливый полог, В туман и холод уходит вечер. А ты вернешься в покои комнат, Где редких мыслей и снов приюты, Своим молчаньем пространство полнят, Дождливым тактом дробя минуты.

*** Лист упавший – кораблик души Сентября – подержи на ладони. Лучше прошлого не вороши На осеннем сентябрьском лоне, (тоскующем) А в нежданное чудо поверь, Пусть сливаются тени и блики... Величины даров и потерь (к грусти? к радости?) – равновелики. И как лист, на ладонях согрей Чью–то ветром носимую душу, В желтый омут осенних морей Утомлённое сердце обрушив.

*** Как стремительны качели Между встречей и разлукой, Между ужасом паденья И блаженством высоты. Дни от смерти до рожденья, Между радостью и мукой, Как игра виолончели, То тревожны, то просты. Но уже взмывая выше, Мир воздушностью отмечен, Там, где кроны в струях вольных, Там, где небо голубей, Где прозрачный синий вечер По глухим церковным крышам Кружит в звонах колокольных Стаи белых голубей.

*** Держится хрупкий вечер На волоске луча. И, в оправданье, нечем С сердца смахнуть печаль. Ровен и неизбежен Вкрадчивый ход минут. Воздух тоской разрежен. Мысли к бумаге льнут. Только и остается– Не отрывать руки В час, когда сердце бьется На волоске строки.

*** В сердце зари Приотвори Двери украдкой, Чтобы прочесть Тайную весть Повести краткой. Сердце, не плач, Вечер-скрипач Золото грусти По мостовой С палой листвой По ветру пустит... Преподнести В лёгкой горсти Счастья крупицы– В синь высоты Давней мечты Спуганной птице. И всколыхнут Влагу минут Белые крылья, Чтоб в небесах Пала роса Звёздною пылью.

БАХЧИСАРАЙСКИЙ ФОНТАН Не принуждай её любить – Ещё больнее будет рана, – Земную скорбь не утолить Слезой прохладного фонтана : Она бездонно-глубока. И каждый, проходящий мимо, Поймет, о чем молчат века Печально и неутомимо. И, вздрогнув, ты замрешь на миг От пляски дня и круговерти: Ты правды таинство постиг: Любовь и скорбь сильнее смерти!

ПЕТЕРБУРГ Устремится в бескрайность заката Тайна строк на призыв синевы… Помнишь город, воспетый когда–то На туманных просторах Невы?

Чередою опал и величий Сквозь просветы сквозных облаков Переменчивой тенью обличий Бродят тайны прошедших веков.

Сонный город, печальные лица. Кто ты: странник? искатель? поэт? Желтых окон рассеянный свет По вечернему снегу струиться.

Поднимись, в переулках блуждая, На туманно-заснеженный мост, Чтоб в преддверьи нежданного рая Вновь рукой дотянуться до звезд.

БЛОКУ Пьеро, мечтательный и снежный, С зеленой поволокой глаз. С тоскою счастья неизбежной В метель восходишь на Парнас.

Все песни спеты, маски сняты. Лишь ты – один… и даль пуста. Но в сердце розою распятой Горит любовь во тьме креста.

В молитве простирая руки, В который раз зовешь Её, Как жалит тяжестью разлуки Минутной стрелки остриё!

–Услышь молитвенные речи, С собою душу вознеси! Пришла… и погасила свечи La belle Dame sans merci.* –––––––––––––––––––––––––––– *(фр. (Ла бэль дам сан мэрси) –Прекрасная дама без пощады, т.е. смерть).

В.МАЯКОВСКИЙ Глыбы тяжелые слов из недр раскаленного сердца – наружу – В упрямую стойкость основ с отчаяньем иноверца: «Ну же!» И снова: темные арки мостов, домами распятые лужи В белую гладь листов Ринут отчаяньем слов: «Б о л ь ш е т е б е не н у ж е н!» И, равное им: «ЛЮБЛЮ!» В смятении сбились мысли. Сердцу, в волнах разбитому кораблю, гавань ли? мыс ли? Прогремевший, пронзив зарю, У бессилия на краю – в ы с т р е л...

*** За жар исписанных страниц Ты легким душам небо даришь, Разбавив строй осенних клавиш Тревогой перелетных птиц. За краем черепичных крыш, За облаками с позолотой, За каждым новым поворотом Ты снова сердцу говоришь, Что жизнь бездонна и проста!.. И сквозь распахнутые окна Ворвется с ветром вечер мокрый В туманность белого листа.

*** Как тропы – к порогу двора, Как реки – к далекому устью, Так сердце – на кончик пера: Пролиться чернилами грусти. Теряется. Дышит. Горит Единым желанием: сбыться! Грядет…Оживают страницы. И слышно, как время шумит. Оставаться в сердце чьем–то Отголоском, Отраженьем, Неоконченным наброском, Замирающим скольженьем… Как в плену янтарной гущи– Застывать воспоминаньем В сердце плачущем и ждущем, В проступающем грядущем, Не имеющим названья.

*** Переосилив каприз карнизов, Тяжелой каплей сорвется вниз, Чтобы пролиться в туманах сизых По легким складкам зеленых риз, Чтобы промчаться густым потоком, А после, ночью, у кромки луж Стать отраженьем горящих окон, Хранящих тайну бездонных душ.

*** Поворот, ступень, и– выше, Ожиданью вопреки, Новый день сорвется с крыши На окраину строки Звонкой рифмой, а оттуда– Вниз– запутывать следы, Слушать всплески–пересуды Несговорчивой воды; Убежать, завязнув в кроне, За Садовое кольцо, Там, где солнце, как в ладони, Прячет в облако лицо. Разглядеть и удивиться– Мир распахнут и велик! Точка. Новая страница. Утра розовый двойник В пестрых лужах арлекином Пляшет в солнечных лучах, И, с собою опрокинув, Держит небо на плечах.

*** Как смутны, как призрачны сны Угрозой полночных карнизов, Но утро победной весны Развеет их брошенный вызов.

Ты комнат унылую тишь Разбудишь и штору поправишь, И музыкой окон и крыш Коснешься растерянных клавиш.

Пусть вьется и ширится круг Ожившим дыханьем просторным Под пляской безудержной рук По клавишам белым и черным.

Оставь, и на время забудь, Что дни твои грустью примяты, А жизнь и сама как-нибудь Расставит косые ферматы.

*** Стремительные Пегасы!.. Дорога мечты– прекрасна. В ритмически–легком беге Клубится и тает пыль. Стремительные Пегасы!.. Душа над душой– не властна, Судьба над судьбой– не властна, Не властна над сказкой быль.

Покуда открыты дали– Навстречу ветрам и веснам, Покуда открыты дали И сердце внимает им, Сквозь толщу земной печали Домчаться к просторам звездным– Сквозь толщу земной печали– За времени млечный дым.

Но знай, не сдержать полета Ни силой, ни зовом слезным, Когда в бубенцовом ливне, Промчавшись в последний раз, Растают за поворотом В предутренней мгле морозной И утро рассветом дымным Коснется печальных глаз.

Но отзвук, такой знакомый, Вернется из далей лунных Серебряною подковой Ещё не рожденных строк, Чтоб песней пролиться новой В звенящих напевах струнных, Ведущей к родному крову Сквозь дали земных дорог.

НОЯБРЬ Я не смею…, – я смеюсь Неизбежностям утраты, Не горюю, а горю Всеми красками заката, Листопадом невпопад Брошусь под ноги прохожим… Разве ветер виноват, В том, что век ноябрьский прожит?

СНЫ В бело–облачном облаченьи, Сны не ведают отреченья От небесного.(Мысль –от суши): Сны – немыслимы...Сны – есть души, Превозмогшие тяжесть плоти, Сны – полёт на высокой ноте Наших чаяний и тревог, Сны нечаянней всех дорог, Сны– предел, за которым Бог.

*** Весь день без устали звучали, Дробились, в сумрак уходя, Запавшей клавишей печали Аккорды краткие дождя, То робко, то не зная меры, Стремясь к мелодии C–Dur... Прощальный вальс, пустые скверы, Листы осенних партитур.

ПЕРЕД БОЕМ Тусклый мерцает свет В полупустой землянке. Дама. Король. Валет. Шутки и перебранки.

Ночь. Сигаретный дым. Легкий мороз по коже. –Родина! Молодым Хочется жизни тоже.

Нет, не смахнуть никак Тяжесть предчувствий смутных. Ты не заметишь как Быстро наступит утро.

Золото эполет. Пуля щекочет нервы. Дама. Король. Валет. Кто будет битый первым?

ШОПЕН Было детство с рядами вётел, С простотой мазовецких песен. И ребенку, с душой на взлёте, Мир без звуков был душно–тесен.

И далёко, в чужие страны Увозили его кареты, Где играли сердца в романы И кружили под менуэты.

Чем воздушней звучат диезы, Тем души натяженье тоньше,– И взвихренные полонезы Рвались ветром к далекой Польше.

Оттого ли под жаром пальцев Снова клавиши лихорадит, – Что судьбой суждено скитальцу Умирать и любить не глядя?!

Там, вдоль комнат, октябрь жался К теплым стенам дрожащим бликом, И кружился прощальным вальсом Над слабеющим Фридериком.

*** Плач скрипучей подводы, За душой – ни гроша: У цыганской свободы Вороная душа.

–Не удерживай руки!– Сквозь преграды прорвусь! У цыганской разлуки Семиструнная грусть.

Никакая из виду Не сокроется лесть: У цыганской обиды Стоклинковая месть.

Удальства не жалея, Пляски множится свист. У цыганского хмеля Тонкозвонность монист.

Были плечи к запястьям Зацелованы всласть: У цыгана для страсти Только красная масть!

С

*** Сегодня всё совсем иначе – Сегодня выскользнул из рук Последний день в осеннем плаче, В осенней жалобе разлук. А сердцу так хотелось сбыться (Как солнцу– в золоте рябин) На белизне пустой страницы Всем полноводием глубин. Но даже в час последней жажды Не зачерпнуть воды рукой. Жизнь оторвёт, как лист бумажный, День с недописанной строкой.

ПЕРЕВОДЫ (Тадеуш Рожевич)

«Янтарная птичка»

Осень Пташкой янтарной В радость полета– С ветки на ветку Каплет лучей позолота…

Осень Пташкою в танце Раненной метко– Темным багрянцем Падают капли на ветки…

Осень Пташкой небесной Гибнет в печали– Сумрак древесный Капли дождя обвенчали…

Ольга Денисенко

***

Хорошо, что небо сине,

И весною день польщён,

Хорошо, что холод зимний

В покаянье обращён,

Что святое утро будит

Счастья первые цветы,

Хорошо, что кто–то любит,

Хорошо, что любишь ты;

Что слова молитвы первой

Так отрадны и легки,

Как листочки клейкой вербы

В теплоте твоей руки.

Хорошо стоять под кровлей

У распахнутых ворот,

Принимать душою полной

Всё величие щедрот:

Брызги, блики, звон капельный,

Птичий щебет, солнца круг,

И Твое благословенье,

Исходящее от рук.

КИЕВ Не беда, что больше никогда На пути своём я вас не встречу. Расставанье, словно снег на плечи, – Ляжет и исчезнет без следа. Здесь вопрос о будущем решён: Просто были общими ступени, Просто зачерпнули мы ковшом Из колодца общих впечатлений. Может быть, мы вспомним иногда Через много лет в молчаньи строгом, Как стекала снежная вода По мощёным киевским дорогам. И собора купол золотой, И икон таинственные знаки, Плач свечи в пещерном полумраке По ступеням лестницы витой, И друзей душевное тепло, Разговоры и веселья брызги... Время, время! Не лети так быстро, Словно поезд в киевском метро.

ОСЕНЬ Щедры твои дары: Выйти и растеряться От синевы небес В прожилках тополей. В сизых размахах крыл Золушкино «двенадцать», Туфельками стучит Дождь по ступеням дней.

Вот и окончен бал. Станет за поворотом Пышный наряд у рощ Стареньким и простым. Пряжу снегов собрав, Снова пойдет работа Спицами день и ночь Прясть покрывала зим.

И в глубине минут Тихо мечтать и верить: Эта зима пройдет, Это не навсегда. После ветров и вьюг Вмиг распахнутся двери В розовый поворот За пеленой дождя.

ПИСЬМО Утро в воздухе весеннем, Листьев стрелы и круги. По письму, как по ступеням – Пробеги! Капителями – капризы Букв и строчек прямота, – Так срывается с карниза Высота. Там за знаком препинанья, За сквозной решеткой слов – Оклик. В оклике – признанье И любовь. И в огранке междометий За прищурами тире – Мир, который чист и светел, – Даром мне! Дальше – точка. Ожиданье, А потом – порыв души – С красной строчки: «До свиданья!» И «Пиши!»

*** Она вошла растерянно Зелёными непрочными Берёзовыми первыми Проснувшимися почками. И небо непричёсано, И солнце, не расправившись, Играет не по–взрослому – Одной рукой по клавишам. И вдруг плеснет безудержно Не поровну нечаянно – К зеленым тонким кружевам Обветренным отчаяньем. Испуганно и ранено Из оглушённой зелени Сорвётся крыльев марево В поющее весеннее…

АВГУСТ Неровен говор августа: То раб, то госпожа, То тихое «пожалуйста», То листьями «Пожар»! Как синий цвет с оранжевым По грубости холста – Аккордами – в адажио – И снова нарастать Пожатьем – до прощания, Прощеньем – до крови. И тихо. И молчание На всех путях земли.

*** Лужи кривыми Безье Плавно сливаются в остров, И, забегая в подъезд, Смотрит весна в перекресток. С зонтика льется вода, И, проливаясь наружу, Белые волны в садах Высятся пеною кружев. Скользки скамейки у лип, Воздух разреженный розов, И, не скрывая улик, Солнце смеется сквозь слезы.

ИМЕНИНЫ Тишины позолота в лучах октября Все сомненья отпустит. Паутинкой разводы на листьях горят Лёгким облачком грусти. Именины. Гостей тёплый дом соберёт, И заманит соседей. Длинным вечером время само потечёт В задушевной беседе. А потом разойдутся все гости к ночи, Отдавая поклоны. Снова будни вернутся, и дождь застучит В переплётах оконных. И тихонько лампаду поправят рукой, Стоя под образами. Никого. Только дождь, только Ангел святой Тихо молится с Вами.

*** Ничего не повторится. Каждый миг неповторим – В синем небе белой птицей Над молчанием моим. И пускай волнам покорны, И пускай цветам сродни, – Счастья краткие аккорды В сердце памятью продли.

*** Грусть души моей легка Без жаленья и без тяготы, Как порханье мотылька, Как роса на теле ягоды, Как слепой июньский дождь Над раскинутою кроною, Как невидимая дрожь Паутинки, солнцем тронутой, Еле слышный шепот уст На поверхности молчания… Растворилась сердца грусть Непривычная, случайная.

*** Окунуть лицо в ладонь листа, Где росинки брызжут солнцем дробным, Где рассвет, мазком касаясь пробным, Тронет день за краешек холста. Синь небес прозрачна и чиста! Синева от края и до края, И горит пчелиным счастьем мая Жёлтый цвет в смородинных кустах. Эта синь и эта желтизна, Между ними – буйство и смиренье Куп зеленых в бликах акварельных. Чаша полдня – кисти полоскать. А потом из тюбика долин Выдавить сиреневый и синий: Плавный переход, нечеткость линий, Тишины густой аквамарин…

*** Камешки на ладони... В дымке печаль видна. Камешки на ладони, Собранные со дна. Утро рассветом дрогнет, Тронет резьбу осок, Падают гулкой дробью Камешки на песок. Солнце осушит глянец, Сточит огранкой дождь, Выцветет и растает Гальки скупая горсть. А через сотни весен Из глубины теней Кто–то возьмёт и бросит В самое дно морей.

*** Отворю окно – распахнётся день: По стеклу – апрель! по лицу – апрель! Заапрелен свет. Брызги по столу: Это дождь – поэт. Это я пою.

*** Картинка в пленэре: Зелёные рощи В свободной манере, – Их ветер полощет.

Распахнуты двери, И окна, и души. Там Леля свирели Играют, послушай!

И выси, и мели Прозрачны и святы, И травы – качели, И гроз – водопады.

Небес акварели, По теплой погоде, За днями – недели: И лето приходит.

Щедрот карамели, Закатов настои И счастье по вере, В ком сердце простое.

*** Так неосторожно По весенним ливням, По траве промокшей, По аллеям длинным, По зонтам и лужам Из окна трамвая Выхватит, закружит, Глаз не отрывая, И за поворотом, Распахнувши двери, Разольётся – вот он!– Мир весны и веры: Бесконечный, синий, С бликами на стёклах,– только руки вынуть Из карманов тёплых.

*** Не тревожься, мы сумеем, Мы сумеем взять барьер. Будет лето вдоль скамеек, Будет сквер И лохматая собака, Вольный голубя полёт. Перестань. Не надо плакать. Всё пройдёт!

*** Ближе брата, ближе друга, Ближе, чем свеча – К пламени, и ближе слуха – К уху, и плеча Тёплого – к челу, чем к оку – Слёзы, и слова – К голосу, чем корни – к соку Почв, чем острова – К океанам водным, ближе, Чем к руке – рукав, Чем страниц шуршанье книжных – К древности векам, Ближе окон в ночь горящих Теплотой огней – Свет любви животворящий Твой – к душе моей.

*** Я беру душой на ощупь Шорох ливня, ветра росчерк, И лечу куда хочу: По весенней светлой роще, По скользящему лучу. Соберу дождинок блестки. Этот мир цветной и броский Всею радугой палитр: Неба синего полоски, Трав зелёных малахит. Утверждающе и щедро – Жизни стойкое крещендо – Каждым стеблем из земли. Без изъяна, без ущерба Счастье – чувствуй и бери Пригоршнями с горстью, выше, Пока день огнями брызжет, А как будет ночь тиха,– Всё вобрав, до капли выжать В строки звонкие стиха.

*** Осенний день листвой взъерошен, И туч наброшен капюшон. На ливень с горстями горошин Вечерний город предрешён. Похоже, ветер не приметил Качели в сквере и скамьи: Он вывел листья в трафарете И бросил под ноги мои. Он затемнил и заморочил Дождливым почерком примет Асфальт, намокший у обочин И фонарей колючий свет. Он разметал плащи прохожим, И нА стену набросил тень, Он вихрем сбил неосторожным У клёнов шапки набекрень. Он выгибал зонты изнанкой, Гнал врассыпную голубей, Он заходился в перебранке С трамвайным звоном площадей. Он не хотел остановиться, Он лился струями с крыльца За все преграды и границы Стихами в белые страницы - И ливню не было конца.

*** иером.Василию, инокам Трофиму и Ферапонту убитым на Пасху 1993г.

Апрель. В пасхальных звонах Оптина. Удар клинка. Три жизни, три души, три оклика Издалека! Как подающий руку помощи За бездны край, – Не я, – а мне из дали солнечной: «Не умирай!» Во тьму мою, в моё бессилие Лучи любви: Три лика, три свечи, три имени, Молитвы три.

ТВОРЧЕСТВО Рифы рифм. И стихи – стихия. Старый утлый корабль – стол. Белый лист. И слова такие, Что зашкалила стрелка: «Сто!» Ветер. Шторм. Горизонт в тумане, Не удержишь рукой штурвал. За седьмою – волна восьмая, За восьмою – девятый вал. Девять строк. Заливает мачту, И случился в корме пробой. Сердце ранено, сердце плачет, Океанской бурлит водой. Может смерти ещё отсрочка? Бог отпустит душе грехи?.. И горит горизонта строчка, И читаются вслух стихи.

*** Деревянные игрушки И обрезков мишура… Если куклу сделать грустной – Будет грустная игра. Мы улыбку дорисуем И украсим ей наряд, И придумаем такую Сказку: «Много лет назад…»

*** Улетают в сказках лебеди, И журчит ручей живой. Как давно мы в сказках не были, Увлеченные собой. Так до боли, до отчаянья Радость в сумерках искать, А она войдёт нечаянно Не стучавшись, без ключа. Прикоснется бликом – окликом Тихо так, что вздрогнешь вдруг. Разомкнется долгий круг, А всего–то: листья мокрые.

ДЕТСТВО

Незнакомой девочке в желтом платье

Держишь за руку папу. Жёлтое платье. Хвостик. Прыгать на одной ножке – Лучше, чем так идти. Розовый свет заката Тронул ажурный мостик, Птицы летят на крошки, Ветер в деревьях спит. – Папа, смотри, – улитка! – Папа, смотри, – цветочек! Кружится солнцеклёшем Платья сквозной атлас, А у подружки Лидки – Бантик в цветной горошек, Стройные пирамидки Высятся из песка. Прыгают на скакалке, Рядом – играют в мячик. Были и небылицы, – Мир ведь такой большой! Ест леденец на палке Жадный упрямый мальчик. Жадничать и дразниться– Это нехорошо. – Папа, купи лошадку! – Пап, раскачай качелю! Воздух хватают губы, Радость – за облака. В травах живут загадки, Небо полно значений. Папа другую любит, Ждёт от неё звонка.

*** Было так: дарило лето, Кронам пышные наряды, А теперь – обрывки света, Жёлтых листьев беспорядок. Неоправданны надежды, Тает полдня позолота, Но осенний луч задержит Ожидание чего–то, Что ещё успеет сбыться Вспышкой фотоаппарата, Превращая в лики – лица За летящим листопадом.

*** Я возьму билет за город. Электричка. Полумрак, Полусвет. И не поборот Мир подробностей. – Пора!

Радуйся! – Прорыв простора, В стороны – деревьев вихрь, Далеко огнями город – За подножием зари.

Ринуться за поворотом В пёстрые пласты равнин. Ожидание чего–то, Ожидание манит.

Низкие с откоса травы, Резкие цветов мазки. Луг, озёра, пашни – справа, Слева – тоже в красках мир.

Станция. Цветы акаций. Катится назад перрон. Взращивать и возвращаться В прошлое давным–давно.

В новое – порывом ветра! Светлый дали горизонт Остаётся точкой светлой, – Оставаться – не резон.

Резонанс колёсных стуков, Стук сердечный – резонанс. Бесконечностью проступит Неприступное…Пора!

ПЕРЕВОДЫ (Хуан Рамон Хименес)

*** Детство! Поле с далью колоколен. За террасой, мокнущей в лучах, В изумрудной зелени покоя Догорала вечера свеча. Слюдяная позолота сада Тяжелела звоном голосов, По низинам плыл в её ограду С башен предвечерний бой часов. И пока не напоила душу Чаша безымянная беды, Соловей мой, я любил послушать Тишину и пение воды.