Юрико и Хэнгэёкаи

1

Однажды по лесной дороге

Шла девушка и грустно пела

О злой судьбе и о тревоге,

И о печали, что летела

За нею вслед, не отставая ни на шаг,

Как грозный, старый и непримиримый враг.

Тропа лесная извивалась,

А девушка лишь шла и пела,

И в лес всё дальше углублялась….

Листва вокруг неё густела,

Черней, мрачнее становилась всюду тень,

Садилось солнце, унося с собою день.

С высоких гор у кромки леса

Сползал туман, скрывая звуки,

И эта мглистая завеса

Пугала, сковывала руки,

Кружилась, путалась в девичьих волосах,

Дышала страхом в чьих-то тихих голосах.

И через эту мглу ночную,

Глазами яркими сверкая,

На старую тропу лесную

Из темноты ползли ёкаи

Сплошной стеной, урчащей и рычащей…

Они шептались, за собой манили в чащу…

2

И девушка, забыв о песне,

Что сердце болью обернуло,

Сковало и швырнуло в бездну,

С тропы извилистой свернула...

И побрела она по травам и по мхам,

Навстречу тьме и неизвестным голосам.

И только девушка смирилась

С судьбой, что от богов досталась,

Как тут же всё переменилось:

Тьма отступила и распалась,

Рассыпалась со звоном, как стекло,

В лесу повсюду стало ярко и светло.

Вокруг неё, не зная скуки,

Под ноги золото роняя,

Скакали по земле тануки,

Саке гостей всех угощая.

Кружилась спин мохнатых круговерть,

И под ногами сотряслась земная твердь…

Потом, сияя в свете лунном,

Явились мастера обмана:

Девятихвостые кицунэ

В клубах табачного дурмана.

Они скользнули грациозно на лужайку

И о проказах всем рассказывали байки.

Затем, сквозь пелену тумана,

Сверкая чешуёй на коже,

Хэби шагнули на поляну

И скрылись на древесном ложе.

Известны духи справедливостью своей

И нежеланием спускаться в мир людей.

Потом явились бакэнэко

И, промурчав: «Не ожидали

Мы здесь увидеть человека!»,

На холм тенистый убежали

Играть шарами заколдованных огней,

Маня походкой удивительной своей

3

Держась в тени, жестокий, грозный,

Едва заметными шагами

Скользил убийца виртуозный -

Вечно голодный инуками.

Давно утратил он и разум свой, и тело,

Лишь мстил старухе, что создать его посмела.

На дальней стороне поляны

В тени скрывались цитигумо,

Была их красота обманной,

А взгляд - холодным и угрюмым.

Они в глубинах страшной липкой паутины

Скрывали жала и свои паучьи спины.

С ночных небес и пиков горных

Слетелись тэнгу на поляну,

Кружились в дымке перьев чёрных

И хохотали неустанно.

Они - хранители святынь и старины,

Лжецы, каратели и мастера войны.

Под яркие лесные своды,

Смешно переставляя лапы,

Явились духи из болота -

Две удивительные каппы.

Срослись в них черепаха и лягушка,

У каждой было блюдце на макушке.

За ними, спрятав свои лица,

Шли в дурнопахнущих костюмах

Шпионы, воры и убийцы -

Пронырливый народ нэдзуми,

С недобрым блеском в колких и пытливых глазках.

Все на поляне относились к ним с опаской.

4

Как только собрались все духи

В лесной глуши непроходимой,

Возникла древняя старуха,

Что чёрной злобой одержима.

Копила долго ямауба свои силы

В той старой хижине, где путников губила.

Едва увидев человека,

Она забыла о законах:

Изголодавшись за полвека

На горных и безлюдных склонах,

На жертву бросилась зубами и когтями,

Но защитили гостью стражники - оками.

Непобедима волчья стая,

Она сильна и непреклонна,

И миру духов помогает

Жить по великому закону:

«Любой ёкай, который правила нарушит,

Теряет дом, своё бессмертие и душу»

Рассвирепела ямауба,

Шипела и плевалась ядом,

Своей ухмылкой острозубой

Пугать пыталась, грозным взглядом,

И, выкрикнув проклятья напоследок,

Исчезла в путанице старых чёрных веток.

5

А девушка опять запела

О злой судьбе и о тревоге,

О старом доме запустелом,

О брошенной лесной дороге,

О том, что в душу снова заползает страх,

И слезы сами навернулись на глазах.

И в этот миг из лунных нитей

Соткалась светлая фигура,

И в шелке, золотом расшитом,

С небес сошла принцесса цуру,

Чьи помыслы прекрасны и чисты,

Полны сочувствия, любви и доброты.

Укрыв плащом девичьи плечи,

Сияя в нежном свете лунном,

Она сказала: «Эту встречу

Мне предсказал один кицунэ.

Он посетит наш праздник в эту ночь,

Твоей судьбе сумеет он помочь.

Ты не грусти и не печалься,

Скорей отбрось свои сомнения

И смело с нами оставайся,

Попробуй наши угощенья.

Зажги фонарик, опусти на гладь воды,

И помощь предков получить сумеешь ты».

6

Вдруг стихло всё в лесу старинном..

Великолепием сверкая,

Явился в дивном паланкине

Нурарихен – глава ёкаев,

Ценитель элегантности и хмеля,

В сопровождении красавиц из борделя.

Главнокомандующий демон

сказал: «Пируйте этой ночью,

Ведь нашей власти нет предела!

Проверьте дух людской на прочность!

И пусть кружится беззаботно и легко

Парад ста духов – ночь хякки яко!»

И загремели барабаны,

И радостно хэнгэёкаи

Бежали по тропе туманной,

кружились, пели и плясали.

И сквозь деревни шли толпой своей звериной

К морскому берегу, приветствовать Рюдзина.

На бесконечной водной глади,

В клубах белесого тумана,

В роскошном голубом наряде

Возник владыка ураганов.

Дворец хрустальный в эту ночь покинул он,

Хотел увидеть праздник духов Бог-дракон

7

Явившись в мир, правитель властный,

Согласно древнему закону,

Раскатисто и громогласно

Приветствовал Нурарихёна,

Который к берегам морским явился.

Верховный демон благодарно поклонился.

И вдруг Рюдзин сквозь тьму ночную

И демоническое буйство

Увидел девушку живую,

Но взгляд её был полон грусти,

И бог к ней подошел по глади зыбкой:

«А ты знакома мне, красавица Юрико!

Близ города Тоттори, в детстве,

Упала ты в морские воды,

И по случайности чудесной

Я любовался там восходом.

Спасли тебя большие черепахи

И принесли ко мне, дрожащую от страха.

Гостила ты в хрустальном замке,

Искала клады с жемчугами,

С тобой нингё играли в салки

И удивляли чудесами.

Весь день шалила ты в сияющем чертоге,

Потом семье тебя вернули осьминоги.

С тех пор жестокой и коварной

Была твоя судьба земная:

Родня погибла в битве кланов,

И ты, изгнанница босая,

В беспамятстве бродила по земле,

Пока не вышла к заколдованной тропе».

8

«Как хорошо, что этой ночью

Ты не боялась духов грозных,

Способных изорвать на клочья,

Невидимых и ядоносных,

В ночи живущих, жутких, омерзительных…

Всё потому, дитя, что дух твой исключительный!

В тебе хранится сила света,

Ты видишь мир, от глаз сокрытый,

Пришла пора раскрыть секреты

Времен далеких и забытых:

В роду твоём, Юрико, были цуру,

Что охраняли древний город Камакура.

Я обещаю, что отныне

Пришел конец твоей печали.

Не будут больше дни пустыми -

Другие времена настали.

Как только зарево небесное зардеет,

Найдется тот, кто твое сердце отогреет».

Слова пророчества Рюдзина

Услышала Аматэрасу.

Откинув ночи полог длинный,

Она шагнула на терассу

Дворца небесного. Ей подчиняясь, вскоре

Явилось солнце из-за дальней кромки моря.

9

Когда Лучи её короны

Зажглись и осветили высь,

Из леса вышел благородный

Девятихвостый белый лис.

Через толпу ёкаев многоликую

Он подошел к своей избраннице - Юрико:

«Я шел к тебе по зову сердца

Дорогой путаной и длинной.

Клянусь, любовь моя бессмертна,

И эта клятва нерушима.

Прошу тебя, коснись моей руки -

И ждёт нас счастье в тихом доме у реки».

И девушка вложила руки

В его ладони, и сказала:

«Не потеряем мы друг друга,

Ведь я всю жизнь тебя искала.

Пойду с тобой куда угодно я».

И повела тропа их в дальние края.

Как только эти двое скрылись

Под леса пологом зеленым,

Принцесса цуру поклонилась

Всем духам и Нурарихёну,

Затем Рюдзину, что не отказал помочь

Юрико в эту праздничную ночь.