Обложка Я - земная женщина

Я - земная женщина

Алла Грибкова

0% прочитано
Стандартный
Алла Грибкова

Я - земная женщина

Я земная женщина.

Я без запросов. Я земная женщина.

Я милости от жизни переменчивой

Не жду. Но молодость как вешняя вода,

Безжалостно уходит прочь. И, иногда,

Да не осудит Бог, но так необходимо

Себя почувствовать желанной и любимой

Поверить, что ещё не стала рыбьей кровь,

Среди потока деловых и нужных слов

Такие уловить, что разожгут

В душе пожар на несколько минут.

Самой согреться и кого-нибудь согреть,

Забыть о том, что белой пеной лет

Виски подкрашены. И верить, что по-прежнему,

Запросов лишних нет. Я, так же как все женщины,

Когда пора приходит увядать,

Хочу чуть больше, чем судьба мне может дать.

7 октября 1990 года

Женщинам

Не верьте, милые, что это неизбежность —

Морщинки, тень усталости у глаз.

Не постареем мы, пока любви и нежности

Храним в душе неисчерпаемый запас.

Так дай нам Бог в капризной бабьей доле

Даря любовь, хоть что-то получать взамен.

Побольше б счастья. Но избавь от боли,

Обид разлук, предательства, измен.

Спаси и сохрани — любить остылых,

В них жар души, как в проруби топить,

И сомневаться в дорогих и милых,

Но трижды сохрани! — Самим остыть.

Мы — Женщины. И только нам подвластно

Под вечным гнётом дел, забот, тревог,

Сквозь слёзы улыбаясь, верить в сказку,

Что, всё-таки — весь мир у наших ног!

Не грустите, что у глаз морщинок лучики...

Вы не грустите, что у глаз морщинок лучики,

В висках блестит серебряная нить,

Судьбу не упрекайте в том, что лучше,

Добрее к вам она могла бы быть.

Всем хочется, чтоб жизнь текла легко,

Судьба слепа — считают люди.

Смешала сослепу добро и зло

И все вписала в книгу судеб.

А вы вглядитесь в прожитое, вспомните,

Все то, чем жизнь одаривала вас:

И каждый хмурый день, и каждый солнечный,

И каждый трудный час, и звёздный час.

Ведь если взять и горькие минуты

Попробовать из жизни исключить —

Не свяжется, не сложится — как будто

Основы рвётся тоненькая нить.

Так принимайте у судьбы с поклоном

Глоток игристого вина и корку хлеба,

И свет, и тьму, и лист зелёный,

И смех ребёнка, и закат вполнеба.

Любите жизнь за то, что она есть

А, главное, поверьте — в книге судеб

Для вас страниц пустых не перечесть,

Все лучше ещё в ней будет!

Не обещай

Не обещай того, чего ты не имеешь,

И не проси того, чего не можешь взять.

Не торопись разбить то, что потом не склеишь,

И глупостью считать то, что не смог понять

Перед судьбою струсишь — она в ответ обманет,

Кому-то в душу плюнешь — тебе вернут плевок,

Что не сберёг сегодня — находкой чьей-то станет.

Что у кого-то отнял — не будет завтра впрок.

Не просто

Пусть в этом мире всё непросто и непрочно,

Но каждый всё же выбирает свой

Пусть или грешный, или беспорочный,

Извилистый, как лабиринт, или прямой

И каждому свой пир, своё вино,

Или своё отравленное зелье.

Своё для каждого у чаши жизни дно

И правда неизбежного похмелья.

Как ни крути — не сможешь угадать,

Где одарит тебя судьба, а где обманет,

Никто решенья за тебя не будет принимать,

Твои ошибки исправлять никто не станет.

Пусть в этом мире всё непрочно и непросто,

Но оказавшись перед жизненной чертой,

Уже однажды прожитые вёсны

Не проживёт ни грешник, ни святой.

Черствеем ли с годами?

Черствеем ли с годами — я не знаю,

Но в зрелом возрасте иначе всё бывает,

Совсем не так как в восемнадцать лет

Уже давно мы звёзды не считаем

И часто по ночам нас раздражает

Пробившийся сквозь шторы лунный свет

Нам на ромашках некогда гадать

Мы научились на словах играть

Во взрослую игру без «да» и «нет»,

Под напускной серьёзностью скрывать

Привыкли чувства. И умеем дать

на каверзный вопрос уклончивый ответ.

Ну почему себе признаться так боимся

Что сердце начинает учащённо биться

При мысли, что и в нашу осень

Не до конца растраченная юность

Со звёздами, ромашками и глупостью

Нечаянно на день-другой вернётся.

Мне в этой жизни нужно немного...

Мне в этой жизни нужно немного:

Чтобы луна осветила дорогу,

Чтобы по этой дороге знакомой

Ты без препятствий дошёл бы до дома,

Чтоб не хотелось тебе по пути

Налево-направо с дороги сойти.

В дверь позвонишь — и конец всем тревогам.

Мне в этой жизни нужно немного.

Книга жизни пишется набело...

Книга жизни пишется набело,

Жень за днём в ней строкой ложится.

Каждый лист проштампован памятью

Не исправить, не вырвать страницу.

Каждый грех наш и добрый поступок,

Мысли тайные, суетность слов

Беспристрастные высшие судьи

Сортируют в две чаши весов.

И бессмысленно с ними спорить —

Неподкупны. В назначенный срок

Судьи эти — душа и совесть —

Взвесив всё, подведут итог.

Всё учтётся и всё припомнится,

Как заслужено, так и отплатится —

То ли чьей-то любовью отмоется,

То ли горькой слезой отплачется.

,

Жень за днём в ней строкой ложится.

Каждый лист проштампован памятью

Не исправить, не вырвать страницу.

Каждый грех наш и добрый поступок,

Мысли тайные, суетность слов

Беспристрастные высшие судьи

Сортируют в две чаши весов.

И бессмысленно с ними спорить —

Неподкупны. В назначенный срок

Судьи эти — душа и совесть —

Взвесив всё, подведут итог.

Всё учтётся и всё припомнится,

Как заслужено, так и отплатится —

То ли чьей-то любовью отмоется,

То ли горькой слезой отплачется.

Одиночество

Самое грустное у души состояние — одиночество,

Самое длинное на земле расстояние — то, которое одолеть не хочется.

Самые злые на свете слова ­­­­— я тебя не люблю.

Самое страшное — если ложь права, а надежда равна нулю.

Тянуться за звездой

И в грязной луже звёзды отражаются,

И над болотом небо радугой расцвечено…

Вот так, порой, звезду достать пытаешься,

Потом всю жизнь от грязи отмываешься

Кляня себя за глупость и доверчивость

Домой

Звёздам ночь, а птице небо,

А голодному горбушку хлеба,

А идущему дороги поворот.

Да оставить позади печали

Да за поворотом чтоб встречали —

Легче путь, когда хоть кто-то ждёт.

Холодное сердце

А сколько их ещё, душою нищих,

Что сердца жар боятся зря истратить.

Скопили. Глядь — а там лишь пепелище

И жара только дотянуть до смерти хватит.

Они забыли, что такое нежность,

Слова любви считают болтовнёй напрасной.

И все мечты, желания, надежды —

Устроить быт. Всё остальное — сказки.

С холодным сердцем жить, конечно, проще

В порядке нервы и на месте голова.

Но очень жаль мне тех, кто в майской роще,

Не слыша соловьев, берёзы рубит на дрова.

Обереги, судьба...

Обереги, судьба, мой грешный путь,

Приди на помощь в то мгновение

Когда захочет под ноги швырнуть

Чужая воля камнем преткновения

Недобрый взгляд ханжей и слово

Безжалостное сплетников досужих

Но коль собьёшь с пути прямого,

Извилистой тропинкою закружишь,

То помоги по лезвию ножа

Пройти, отбросив предрассудки.

Не стоила бы медного гроша

Жизнь без такой шальной минутки.

Когда уходит из-под ног планета

И, не скупясь, все радости земли

Отдашь за миг, когда призывным светом,

Мелькнут в глазах вдруг отблески любви.

Бабье лето

Ну разве судят осень за туман,

Мираж за то, что исчезает где-то,

А женщину — за веру в тот обман,

Которым обернётся бабье лето.

Не судят солнце, если стужи зимние

Ослабнут от его тепла и света,

А женщин — за мечту наивную

Согреть кого-то жарким бабьим летом.

Скажите, кто посмеет осудить

Мелодию за то, что не допета,

А женщину за то, что долюбить

Надеется коротким бабьем летом.

Весну не судят, если тает снег,

Звезду за то, что гаснет на рассвете,

А женщину за то, что бабий век

Кончается с последним бабьим летом.

Люблю читать словарь

Люблю читать словарь ещё со школы,

В нём поместилось столько умных слов!

А в словаре люблю читать глаголы,

Особенно про жизнь и про любовь.

На все вопросы там найдешь ответы:

Проблемы? «Так учись их устранять».

Как жить? И в словаре полно советов:

«Любить и верить, и о будущем мечтать».

Но вдруг судьба как будто бы взбесилась,

Меня пыталась болью сокрушить.

Страница словаря опять открылась:

«Сопротивляться, встать, дышать и жить».

Листком последним осень нагадала

Душе от одиночества застыть,

Но новая страница приказала

Назло пророчествам: «Допеть и долюбить»

Люблю читать словарь ещё со школы,

Мне с ним любые беды по плечу

И даже смерти врежу я глаголом:

«Отстань, не трогай, сгинь, я жить хочу!»

Спасибо за чтение

Вернуться к книге