Я к вам пишу...

«Среди житейских бурь и вьюг всем нужен настоящий друг...» (Внеконкурсные онегинские строфы)

Елена Лещинская

Признание в любви — Любови Семешко

Я здесь пишу. Чего же боле? АТ — прекрасный литпортал. Я здесь ищу не ветра в поле, А чтобы кто-то прочитал. Могу отдаться у камина — Звучит, простите, не невинно — Ночным полётам на метле С младым… не мачо — божоле. Но для ума и сердца пищу Вкушаю, обо всём забыв, Мадам Клико — и ту закрыв: Когда Любовь — зачем винище? Я на АТ не без причин Читаю не одних мужчин.

Любовь Семешко круче многих. Да что там эти мужики! Её стихи весьма глубОки, Её рассказы глубокИ. Она знаток литературы И прочей всяческой культуры. Я иногда ночей не сплю — Читаю, плачу и люблю. Моё признанье будет скупо. Среди житейских бурь и вьюг Всем нужен настоящий друг. И я вас обожаю, Люба! Вы совершенства образец, Свет для читательских сердец.

Любовь Семешко

*** Елена, милая Елена! После подобного письма, Где вы поёте, как сирена, Как-то неловко мне весьма. Признанья, право, надоели — Их дочитала еле-еле. Поверьте, сладкие понты Весьма обидны для звезды. Не в них ли кроется коварство Про жизнь, и прозу, и стихи? И про культурные грехи, И божоле — почти лекарство? Для дум ночных — вагон причин! Не обойтись мне без мужчин!

Здесь, на АТ, они как братья. У них совета попрошу. Литературные занятья Я им частенько отношу. Зачем мне женщин реверансы? Но для душевного баланса Письмо перечитала вновь, В нём в каждой строчке — про любовь. А вдруг не лесть? Правда святая?! Ну как мне не поверить ей, Среди весенних этих дней В который раз сие читая? Забыв про скромность и друзей, От Лены снова жду вестей.

«Я – битый жизнью хрыч, вы – словно Карменсита...» (Письмо 1)

Елена Лещинская

*** О если бы я мог, стоял бы на коленях, Охапки роз сложив в пыли у ваших ног. И вы б меня тогда любили хоть мгновенье… О если бы я мог, о если бы я мог…

Но я грущу-хрущу, увы радикулиту, И как же прям в штанах – да на колени в пыль? Я – битый жизнью хрыч, вы – словно Карменсита. Как сказка далека, как беспросветна быль!

Примите же меня, с моей облезлой тростью, В потёртом пиджаке и шляпе набекрень. Впустите же меня – не в душу, так хоть в гости. И если не на жизнь, так на ночь и на день.

О если бы я мог, я б с вами оставался И в горе, и в беде, до гробовой доски. Я мусор выношу, я сочиняю вальсы, Я глажу сам шнурки и сам сушу носки.

Да, я пенсионер, ветра поют в кармане. Но не картёжник я, не хлыщ и не урод. Зачем вам куча роз? На что вам Пиросмани? Художники – они нервический народ.

А у меня мопед, нас с вами не догонят. И вам не заскучать со мною ни на миг. Я сердце протяну в морщинистой ладони – Берите же его, богиня грёз моих.

Я так ответа жду, что в ожиданье горблюсь И нижнюю губу кусаю до крови… Пойму любой ответ. И пусть сгодится в конкурс Печальное моё признание в любви!

Любовь Семешко

*** Что ответить мне вам, дорогой мой сосед? Ваш прекрасен пиджак, ваш прекрасен мопед. Заходите ко мне на обед.

Мне совсем ни к чему миллион алых роз И не нужен богатый банкир-кровосос. Борщ сварю. И пирог — не вопрос.

Мне бы мужа, чтоб с ним телевизор смотреть, Чтобы спинку бальзамом мне мог натереть И собою немножко погреть.

Я готова глядеть и хоккей, и футбол — И орать сумасшедшей сиреною: «Гоооол!!!» — Лишь бы голос меня не подвёл.

Лишь бы муж на рыбалке с братвой не бухал, Карасей в супермаркете чтоб покупал… Уберите же руку, нахал!

Но шнурки я не глажу — признаюсь в грехах. Полюбите меня и в помятых шнурках. В остальном я хозяюшка — ах!

Я уже старовата для твистов и сальс. В доказательство чувств посвятите мне вальс — И я с радостью выйду за вас!

«А ответь, давно ли фанеру ты на свалке жевал?..» (Письмо 2)

Любовь Семешко

*** Пишу вам из солнечной Турции, Где не вянут настурции, Я — великий султан, Оплот просвещённых стран.

Буду предельно краток: Набеги — повод для схваток. Идите ко мне в подчинение С улыбкой и без сомнения!

Тем, кто глупей ишака, Будет секир-башка. Если враги в аду — И под землёй найду.

Турки сильны и бодры, Наши сабли остры. Лучше склоните головы — Выдам по миске полбы.

Коли и этого мало, Будут первач и сало, Курник и кулебяка — Лучше, чем дома, всяко!

И, без корявых понтов, Я вас принять готов. Внемлите, таков мой совет. Подпись: султан Мехмед.

Елена Лещинская

*** О экскремент ископаемого мохнатого создания с хоботом, Сейчас мы с тобой поделимся жизненным опытом.

Мы твоих предков гоняли по запорожской степи. Осознал, кто пред тобою? В дырочки вон сопи.

Разве ты человекообразный? Ты, в натуре, как гавиал. А ответь, давно ли фанеру ты на свалке жевал?

Мы твои ятаганы кривые плющили без затей, Когда к нам янычары лезли с назойливостью невоспитанных малых детей.

Если ты надумал, гадёныш, припереться к нам на авось, С почётом усадим тебя мы в кресло, из которого торчит гвоздь.

И мы бы туда присобачили какой-нибудь на батарейках прибор, Но опасаемся хана по имени Роскомнадзор.

Так что тебе везёт, обойдёмся уж и гвоздём. В общем, имей в виду: в подчинение не пойдём.

Засунь свой поганый язык туда, куда подскажет тебе фантазия. Пиши нам ещё свои письма, коли случится оказия.

Мехмед ты или Махмуд, четвёртый или там кто обсчитался, Но с запорожскими казаками ты чуток обломался.

С почтением к твоему засушенному ископаемому величию, Шёл бы ты на ослиный... А лучше всего — на бычий.

И неча твоему страхолюдному гарему строить нам развратные рожицы. С большим горячим приветом и с нежностью, запорожцы.

«Но я чувствую, мама: скоро выйду на волю. Через тернии — в небо...» (Письмо 3)

Елена Лещинская

*** Вдоль границы мира тянется ржавая проволока — В острых шипах умирает закатное солнце. Долго осталось мне здесь или недолго — Я не знаю, мама, как оно обернётся.

Но я чувствую, мама: скоро выйду на волю. Через тернии — в небо, как солнце сквозь проволоку на восходе. Вместо серых тюремных плит увижу лазурное поле... Всё проходит, мама. Ты сама говорила, что всё проходит.

Мне сейчас реальность кажется выцветшей киноплёнкой. Ты прости, что бывал я нахален и сумасброден. Береги себя, обними за меня сестрёнку. Я свободен, мама. Главное — я свободен.

Любовь Семешко

*** Я зову тебя часто и жду. Я красивые свечи зажгла. В тёмном небе я вижу звезду, Она весть от тебя принесла.

Я красивые свечи зажгла. Я купила цветы и еду. У иконы молитву прочла, Чтоб отвёл от тебя Он беду.

Я купила цветы и еду. (Ты вернёшься в положенный срок?!) Дверь тихонько открыла свою, Но свечу погасил ветерок.

Ты вернёшься в положенный срок, Где бы ни был, в раю иль в аду. Я скажу тебе: «Здравствуй, сынок!» — И беду навсегда отведу.

Где бы ни был, в раю иль в аду, Ты вернёшься в положенный срок. Я красивые свечи зажгу И спасу от беды, мой сынок…