Высвистывать позывной,боцмановской дудочкой...

Глава 1

Не умирайте тихо,люди,есть ещё пророк,

который предскажет Мессию.

Пусть траур длится больше суток,больше,чем

у Лукулла обычно пир.

Осознанность теряется в глазах-осмысленность,когда осознаёшь притягательность

всего живого от зова алых парусов.

Когда уезжаешь от бабушки после светлой Пасхи,

и время старается идти медленнее-в ногу,не в стремя,и не как мудрец.

Если предстоит и мне умирать

на руках пилигримов,лучше,что бы это были руки

блаженных,чем святых.

Сейчас получают больше,чем раньше на это надеялись;

но меньше в этом божьего слова. Но почему-то и больше страдают,и больше ломают стеклянные перегородки и стенки

между улицей и колыбелью.

Аплодисментов не будет,но это неправильно,мистер,

должно быть всё по-другому.Пустота,не заполненная работой...

К чему же тогда всё это совершенство?

Я-природа,я-не бог.

Цирк приедет снова-завтра в старом составе,

кроме клоунов и жонглёров.Они погибли на Белорусском фронте.

Я могу показать вам фотографию,где вся трупа-

где все они ещё живы.Наряжены в костюмы Буратино и кимоно,чисто символически и,

были убиты первого сентября.

Когда-то мир со злом породил самую страшную в истории войну.

... а раньше,раньше мы бежали сквозь

свет с отражениями в окнах ранней усталости.

Мы бежали и,

мир в нас могла остановить только вражеская пуля.

Так мы выражали свою любовь к Отчизне,и свои протесты незрелых.

Чаще всего-рвали красные революционные плакаты октября и мая на чердаке

Графского дома,и били из рогатки сизых голубей.

Мы умирали под салют-единственная дань городам,в которых и мощи не горят,

и не тлеют.Они есть в этом- символичны- Космодемьянской Зои.

Но не дай то,Вам-Бог, участи её такой,

да,и не вымолить у Судьбы,-

похожей на её Кассандру.

Рядом, в Гагарин было ехать нам вправо,

где Юра жил,теперь прах его развеян,где в лесах под Киржачом...

Пули винтовкам были уже не нужны,

как дети сенаторов республиканской партии.

... И он подумал,что так может молчать только тишина в его устах.

В его фибровом чемодане первых ещё пятилеток,

которую он притащил от туда- осенью 42-ого в этот

несгораемый балаган с престарелыми зайцами и престижными часами фабрики "Буре",и ручками "Паркер".

... и он подумал,что так может молчать

только тишина в его лесах,-

в ожидании Калидонской охоты.

Раньше у всего были отпечатки-свой запах,своя аура.

Свои особенности речи,и люди без страха за свою жизнь ходили по своим улицам.

И каждый независимо от цвета своей кожи мог

выразить свою мысль без обиды, даже ветерану второй мировой,или ветерану Афгана,будь то дворник он татарин,или фонарный столб.

Мог,например,ударить по лицу перчаткой масличному медведю или петрушки

за грубое

обращение к барышне-крестьянки.

Мир сейчас превысил меру.

Привысит и осторожность,это очевидно,

умирают уже в колыбели.

Раньше у всего были отпечатки,даже у Клио и Лакоста.Сейчас их нет, даже у Ареса и Ио.

Люди не любят тени,и очищаются от неё

при первой возможности и, встречи

с призраками святых-пяти вязов.

Мощи Данте вопиют.

Вырожденье и меня на распутьи застало-

два раза умышленно ложился в гроб,но страха не было-только бог

отлучил от Храма.

... Когда умерла насовсем бабушка,и её храм под зелёной крышей,и белой в палисаднике сиренью.

Разорялась та старина до некуда,и не было

от неё спасения,не было...

у неё даже прошлого,даже близких,

даже боли,как должна быть у Аякса в безумии.

У неё не было прошлого,как у Джоконды в споре со временем,кто же из них красивее

между Содомом и Гоморрой.

.... и меня застало врасплох,когда пришлось умолять Геракла,

бросить якорь у земли Итаки

между Сциллой и Харибдой.

... на плаву лежала лира,чья-то именная, увенчанная резьбой -гусиным пером,и жертвенным оленем.

Тогда пришлось умолять Гефеста,в этом подыграть шоу вместо Зевса бутафорскими

мечами,гирями,шарами.

Он же сказал,что это не достойно слуг божьих,

что огонь ,как факир только шпаги глотает.

... В своей предсмертной записки,уже

не обладая прежней эллинской статью и чувствительностью ни речи письменной

из-за прогрессирующего артрита,-

она в домашнем халате цвета сливы мимоходом упомянула в ней светлой памяти пророка Исаию.

Всего лишь добавив масла в лампадный огонь,который был

всегда против чревовещания.

Предчувствие,которое ещё в дикой природе

низменных богов и богинь- инстинктов,господ и рабов,не видя в них уже разности,

не подводило, только лишь свелось теперь к торговле завещанным,что святым оружием считалось,то ,и в дело не пускались.

Где теперь играют лицом,то и стать там

теперь невелика;

лишившаяся меча Дон Кихота.

Каждый остался при своём,

при шуте надгробном,что -карту надгробную ангелу Люцифера

розыграл.

Где раньше играли драму,там теперь учат дару.

Где же,Вы,марсовые,раньше Вас не приходилось высвистывать позывной,боцмановской дудочкой,-

торопить высматривать берег.

Вы и на меня не сердились,хотя были причины,

но не были в обиде за служивую грубость и спесь.

Вам был сладок мой,слезами, пропитанный азовский берег.

... и люди естественно стали попадать в сети

морских обладателей чудовищ.

Они миновали все другие ловушки и рифы за то-

Фавн трубил теперь за капитана "Святой Марии" на морской раковине вместо горна;

пилигримы на берегу ели мясо,убитого ими же священного оленя с ветвистыми в прошлом рогами.

На которых,как на ветвях истекали золотые яблоки соком-

райской амброзией для очкариков.

"Нужно умирать молодыми,-решил старый капитан"Старой черепахи"-старой школы,

что бы не жалели старики и коммерсанты."

P.S.

Развалины прежнего города Трои,Вавилона,Карфагена звучат уже иерихонскими голосами, уже на весь

Белый Космический эфир.