Вот если бы...

Роман с чужой женой

Моя чума буbонна:

Из сердца льётся гной.

Ты делаешь мне больно

Цыганскою иглой.

Полно сквозных отверстий:

Душа как решето.

И чтоб я ни ответил,

Уже всё решено.

И как бы ни алели

Цветы вдоль мостовой.

На сказочной аллее

Уже мы не с Тобой.

Мне с каждым часом хуже

На парковой скамье,

Ведь по весенней луже

Ты не летишь ко мне.

И как Марина Влади

В грозу не прибежишь.

Стучится дождь по глади

Печальных луж и жиж.

А Ты всё хорошеешь:

Растут щенок и сын.

Моя тоска на шее -

Петля среди осин.

За тушью на ресницах

Скрываешь боль и грусть.

Под платьицем из ситца

На волю рвётся грудь.

Моя Любовь как импульс:

Бросает тело в дрожь.

Я обнимаю липу

И проклинаю дождь.

Из дьявольских материй

Ты верно создана.

Со мною пьёт Martellи

Твой отчим Сатана.

Тебя пытаюсь сватать,

Поставив всё на кон.

Душа давно не свята

И дружит с коньяком.

Но оскудели фишки,

А карта не идёт.

Мою Ты душу выжги,

Раз пламя - антидот.

Пришейте белой нитью

От сердца лоскуты!

Готовят Ночь к соитью

Вечерние коты.

Убитый без ножа я:

Эмоции - долой!

Ханdрою мозг sношая,

Плетусь к себе домой.

Дал Люцифер - Твой отчим,

Любовь до утра нам.

На этом и закончим

С чужой женой роман.

В квартире, будто в склепе,

Я обнуляюсь в ноль,

Вновь обращая в пепел

Роман с чужой женой...

Ветер

Ветер курит сигарету

Натощак и жадно.

Скоро на войну уеду,

Потому что Жатва!

Продадут за три целковых

Фарисеям щедро.

По канонам книг церковных

Чистый станет Жертвой!

Были мы когда-то братья:

Не пускали войны.

Перепачкав кровью платья,

Русь блюёт от вони.

Ветер выкурил до фильтра

Сигу "Лаки Страйка."

Ухмыляясь подло-хитро,

Ржёт шакалья стайка.

Никогда я не был с ними:

Не бросался в омут.

Жаль, что эти злые свиньи

Всё в гоVне не тонут!

Кучи трупов для наживы

ЛеVопраVоверных.

Только речи их фальшивы:

За плечами Вермахт!

Курим с Ветром. Чертыхаюсь,

Поддаваясь кашлю.

Скоро наш пехотный хаос

Превратится в кашу.

За картечью с Неба сажа

Сыплется, как манна.

Жизнь и Смерть - сплошная лажа!

До свиданья, Мама!

Сердце вырвалось из клетки,

Прикрываясь астмой.

Я не храбрый и не меткий:

Близок смертный час мой!

Догорят стихи в блокноте,

Небо станет синим?

Мать с Отцом кусают локти,

Что не пишет сын им...

Военком горбатых лепит

Жирным журналистам.

Финик сводит дебет-кредит:

Небо станет чистым?

Курим с Ветром. Задыхаюсь,

Уступая кашлю.

Снова наш гвардейский хаос

Покрошили в кашу...

Не верь всему!

Мои мечты и чувства в сотый раз

Бредут к Тебе тропою пилигрима.

В груди вовсю кровоточит дыра,

Ведь сердце буйное Ты вырвала игриво.

Чернеет кровь, но это - просто нефть!

Ведь каждый третий здесь от жажды болен.

Взамен пшена, посеяв страх и смерть,

Трухлявый чёрт вопит, что в поле воин.

И дEРьмутанты все за одного:

Рога и плешь ему зальют елеем.

Вороны с грифами слетаются на вой,

Но мы, увы, ни капли не смелеем!

Чтоб слёзы скрыть, вуаль скорей накинь!

Раз Красный Флаг затоптан и запятнан,

Раз вопреки мольбам богов-богинь,

ТВ зальёт в глаза и уши Яд нам!

Чтоб спрятать боль, вуаль скорей набрось!

Рабы оближут: жoпы, письkи, миски...

Твоих Сынов проводят на допрос,

Теперь Они как-будто экстрeмисты.

Туманным взором пьяного ума

Ищу Тебя во тьме духовным зреньем.

Таким как я, всегда грозит тюрьма,

Или свинец, как-только мы созреем.

Всё как всегда: машины жрут бензин,

Рабы лелеют миску и неволю,

Мы перед властью томно лебиZим,

Я по ночам Тебе с волками вою!

Когда к чертям Ты нефть и газ спалишь,

К Тебе вернусь я с томиком Бодлера.

В поэмах подарю Тебе Париж,

Чтоб больше никогда Ты не болела!

Пока держись! Не вешай ярлыки!

Господь рассудит: трус я иль Иуда?

Точу стихами когти и клыки,

Когда является свободная минута.

Толпе наскучило отсутствие коррид:

По воле двух погибли сотни тысяч.

Но пламя совести в глазах их не горит:

Ведь из гоVна никак искру не высечь!

Куда ни плюнь, повсюду смех и грех:

Опять солжёт для бюллетеней урна.

Мне надоело пасовать в Игре!

Прости, Россия, что мне стало дурно!

Куда ни плюнь, повсюду кровь и гной:

Фальшивы речи, да попсово знамя.

Кто виноват, что я Тебе изгой?

Иных уж нет, а те уже не с нами!

Куда ни плюнь, повсюду бе$oвство,

А я хотел пирушек на Валгалле!

В стволе патрон: дрожат курок и ствол...

Не верь всему, что обо мне солгали!

Плешивый чёрт

Когда-то были мы круты,

Теперь ползём, разинув рты.

Сидим на хлебе и воде,

Мечтая о другом вожде.

Вот только наш плешивый бес

Не дохнет! В рот ему обрез!

Когда-то были мы круты,

Теперь ни масла, ни крупы!

Трухлявый, старый, хитрый чёрт

Пьет нашу кровь и души жрёт!

Он с каждым часом всё жирней,

К тому же пидaр и еврей!

Как шелудивый наглый пёс

Царьком он на престол заполз:

Крадёт монеты из казны,

Вокруг него одни козлы!

Кряхтит чумной вoeнкoмaт:

Ждёт сверху тупеньких команд!

Не защитятся от него

Ни подсудимый, ни конвой!

Чтобы свалить от этих рож,

Бежим мы в пропасть через рожь.

Но ночь черна, луна мутна:

В овраге тоже "примут" нас!

И вот, Архангел Гавриил,

Спустился к нам в гoвнo и ил.

Внушает Джазом из трубы,

Что Люди мы, а не рабы!

У нас лапша течёт с ушей:

Не слышим Музыку уже!

Хотя Небесный трубный Джаз -

Для нас спастись последний шанс!

Но мы глухи к синкопам Джаза,

Рычит приказ: "Упал! Отжался!"

Покорна в гoвнoмаршах масса:

Был Человек - стал фарш из мяса!

Купаясь в золоте, верха

Напились крови на века.

И ждут в oтчаяньи низы

Свои повестки на призыв!

А "настоящий патриот"

На кухне сoпли перетрёт:

"Враги! Нет Сталина на вас!

Пока что я пропью аванс..."

А наш безумный старый чёрт

Отправит демонам отчёт:

"Всё хорошо, Вельможи, здесь!

Славянам наступил пиZдeц!"

Не встретит Мамка пацана!

Что наша жизнь? Ей грош цена!

А Гавриил кричит: "Молю!

Услышьте Музыку Мою!"

Волны...

Мне бы жизни провести анализ:

Кто раскаялся, не наказуем.

Только мы друг другу не признались,

Потому теперь в грязи газуем.

Не пишу слащавую попсу я,

Разве что на стенах всё "I love you!".

Сбросив флэш-рояль, Луне пасуя,

Волки воют, а собаки лают.

Видно так определил Всевышний:

Любят зелень тёлки, овцы, козы.

Раз стихи-колючки с болью вышли,

Я лишь кактус: только в том мой козырь!

По весне театры погорели:

Распустились листья парусами.

Спутав широту и параллели,

Мы друг друга милями кусали.

Но ветра разлучные зловонны:

Сносят мачты, угрожая штормом.

Посмотри: безумно, будто волны,

Бьётся Май по ошалевшим шторам.

И котята, как матросы палуб,

К занавескам прицепились страстно.

Ночь, глухая до молитв и жалоб,

Захватила Время и Пространство.

Тучи, усмехаясь, крутят дулю,

Мне напомнив, как в окно плевали.

Обрету Тебя не молодую

Среди светлых эльфов на привале.

Сколько ни груби, моя Богиня,

Сколько ни бросай - я рыцарь верный!

Позабудешь лирику да имя

Дурачка, чьи руки режут вены.

Тучи, будто стражи древних склепов,

Охраняли солнце и устали.

Я люблю Тебя наивно, слепо

И зову дрожащими устами.

Блики утра среди туч червонны,

Как прожилки лавы на вулкане.

Твои кудри, как морские волны,

Топят корабли уже веками.

И конечно это было глупо,

Но с цепи сорвался ржавый якорь.

Я тону, как караван Колумба,

От Любви хмельной, весною яркой...

Весна 2021

Печален сирый город мой:

Порезан в клочья на лампасы.

Любовь и преданность опасны:

Судом без следствия, тюрьмой.

И я, поэт Руси всея,

В тазу по морю плавал в бурю,

Чтоб отыскать мечту любую,

Тебе писал, читал, сиял...

Волной безумною ведом,

Хоть старый тазик был непрочен,

Но я Богам молился впрочем

И воду вычерпал ведром.

Мелки брильянты, жидки щи:

И мы тоску разлукой множим.

Ржавею, как клинок без ножен:

Ведро - мой шлем, а таз как щит.

Но я освобожусь от пут!

Мне рукоплещут парижане

За то, что в декадентском жанре

Пишу, как город сер и пуст.

Шатаясь дико пьяный люд

Взирал на звёзды, как на челядь.

Я научился Боttичеллить,

Рождая красками салют.

Рычу, как бешеный медведь:

Заsрали мой дневник комменtы.

Мне не хватает злой кометы,

Чтоб умертвлять и омертветь.

Печальный сирый город наш,

Готовя Праздник Ветеранов,

Весна дождями вытирала,

Чтоб чистым взять под патронаж.

Из лужи кошки жадно пьют,

Устав от кавалеров тощих.

Деревья, хлопая в ладоши,

Перед грозой дают приют.

И я опять пускаюсь вплавь:

Ловлю бортом волну морскую.

Я утонуть в Тебе рискую:

I know, that my Love is Life!

Гроза ударила, вспылив,

Под ней взволнован я, взлохмачен,

Как Марадона перед матчем

Под коkаиновый прилив.

И я ищу Тебя везде,

От темперамента лысея,

Как гладиатор Колизея,

Готовый к бою по Весне.

Разбилось Небо, как кувшин:

Гроза не ведала пощады!

Мне улыбнись из-под плаща Ты:

Мы все преграды сокрушим!

Аллеи из ветвистых пихт,

Подобно гейшам на татами,

Лежат под мокрыми зонтами:

Ждут самурайский перепiх.

Весна - безумный Режиссёр:

Устроив день всемирной бани,

Столкнула нас грозою лбами,

Стирая кляксы зимних ссор...

Письмо Джоконде

Хотел бы я, чтоб Ты была моя,

Пускай я нелюдим, уныл и замкнут:

Брожу как привидение по замку,

Горю во мраке, как ночной маяк.

Хотел бы я смотреть из-под бровей,

Как Ты в бордовом очумевшем платье,

Порхая балериной по палате,

Летишь на МРТ, как на Бродвей.

Хотел бы я как прежде стать Твоим

Пускай шутом: колпак мне не надели!

Ты для меня Святая, Agnus Dei,

Хоть мы с Тобой и глупости творим!

Хотел бы я, укутавшись в халат,

Тебя поймать и утащить до спальни.

Мои стихи безумны и опальны:

В них (как всегда!) Любви пришла hана.

И руки целовать бы я мечтал,

И в волосах тонуть, как в тёплом море.

Но полотно холста, увы, немое:

Тоска в груди, как ледяной металл!

Моя душа до Ада доползла:

Там нет огня и чёрта на напалме,

И град камней на плечи не упал мне...

Там ни жаровни, ни Добра, ни Зла!

В Аду не жарят бесы барбекю:

Поэты не пекутся на мангале.

Найду Тебя! И чтоб о нас ни лгали,

Я снова за Тобою убегу!

Твои уста - Небесная халва!

А грудь Твоя на мёде и щербете!

И сердце от любви к Тебе щебечет,

Отбросив крест и гвозди у холма!

Запомню на века Тебя такой,

На чёрный гроб бросая щедро землю.

И, дань отдав минувшему веселью,

Я улыбнусь, но с дрожью и тоской...

Не виделись уже мы лет пятьсот!

Котёнок вылил на пол краски шкодно,

Но в этих ярких кляксах, дель Джоконда,

Твоё я вижу светлое лицо!

Здесь что ни рыцарь, то онлайн-танкист,

Здесь что ни дева - инстаграма жрица!

В пушку Содомов и Гоморр их рыльца!

Со мною лишь: палитра, холст и кисть...

Завеса между нами так плотна,

Что нежный абрис Твой недосягаем!

И мы свою любовь не доиграем:

Ни в жизни, ни на клети полотна!..

В Аду блудницы вовсе не в цепях:

Там нет плетей, угля и сковородок,

Собаки трёхголовой на воротах...

Но ужас Ада в том, что нет Тебя!

Отчаянно я начал землю грызть!

Хоть в Лувре дураков, как в лавке меди,

Не веря в ложь Божественных комедий

Про Ад и Рай, Тебя писала кисть...

Русская рулетка

Откуда Ты взялась, никто не знал:

Ни Боги, ни волхвы, ни ясновидцы...

Писал я кровью Veni, vidi, vici:

Зимой размыла строки белизна.

Лавиной снежной падаю с холма,

Барсучьим жиром в баре склеив лыжи.

Никто не знал, как я без Тебя выжил:

Летал и падал, прыгал и хромал...

Никто не понял, как я потерял:

Твою любовь, глаза, тепло и голос.

Кричал и плакал, надрывая горло

Под шерстью одиноких одеял.

Душа собрала из чертей аншлаг,

Осколки сердца предложив на вынос.

Никто не знал, откуда Ты явилась:

В мою постель божественно взошла.

Снесла мой частокол, как будто танк:

Я отступая сдал мосты по пядям.

Никто не знал, что от Любви мы спятим

Под лютым вихрем яростных атак.

В бою помятый щит я обронил,

Не в силах больше слышать скрип и скрежет.

Печаль мне крылья в пух и прах разрежет,

Смеясь над уязвимостью брони.

Да будет сумасшедшим наш союз!

Ты видишь: я матёрый шизофреник!

Тебе капитуляция до fени:

Ты пленных не берёшь - но я сдаюсь!

Напрасно поднимая белый стяг,

Им закрываю майское Светило.

Но Солнце не прикроет дезертира:

Станцуешь джигу на моих костях!

Лишают сна меня цветные сны:

Я пью с ослами и курю с козлами.

Ты мне награда или наказанье?

Никто из них, увы, не объяснил...

Горишь во мраке - огненный опал:

Лечу на пламя - мотылёк тупой я!

Никто не намекнул, я поздно понял,

Никто мне не сказал, что я пропал!

Добро и Зло смешались в дикий фарс:

Ещё чуть-чуть - висок схлопочет пулю!

В рулетку легче проиграть вслепую:

Тоска курку даёт команду "Фас!"...

Цыганка

Апрель бушует как татарин,

Срубив сосульки на лету.

Цветочки лезут из проталин,

Но Ты не с тем, а я не ту...

Утратив спесь былых величий,

Я разорвался на куски

И обнимаю стан девичий,

Где грани мира так узки!

Очистят душу воды Ганга,

И примет Шива Шувани.

Прощай, прекрасная Цыганка!

Я ухожу в очаг войны!

Стихи преступны и опальны:

Сгорят свихнувшейся звездой.

А я Твои покину спальни,

Раз Ты не с тем, а я не с той.

Сбежал с улыбкой конокрада,

Хоть Ты как сакура цвела.

Но только в том моя награда,

Что голова ещё цела.

Почуяв ветреный сентябрь,

Цыгане шумною толпой

На паруса поставят табор:

Я не умею быть с Тобой!

Ты в честь прощального момента,

Меня Любовью одарив,

Танцуешь дикое фламенко:

Ещё чуть-чуть, и будет взрыв!

Когда тоска опять напала,

Душила, словно мышь змея,

От поцелуйного напалма

Я понял: Ты - моя Семья!

Et cetera est cogitare:

В степи я, как в краю родном!

Ты мне играла на гитаре:

Теперь живу вчерашним днём!

Туманит душу дым из bонга.

Но, став Царицей для всех царств,

Ты подарила мне ребёнка,

Когда горел пожар в сердцах!

Он как и Ты великолепен:

Свободу любит и азарт.

А я - лишь прошлогодний пепел:

Мне пламя не вернуть назад!

Апрель буянит злым монголом:

Ломает ветки, бьёт под дых.

Печаль вцепилась ночью в горло

В стенах пустых, в снегах седых...

Город Солнца

Светлой памяти Урсулы Ле Гуин...

Слезам детей не умиляйся:

Мы не достойны ни одной!

Давай уйдём из Омеласа:

Наш город катится на дно!

Достаток плёл паучьи сети

И наши души осквернил.

Остались мы на Белом Свете

С Тобою Совести верны.

Жрецов в самодовольных рясах

Зовут младенцы из темниц.

По сторонам не озирайся:

Их мир убог, а свет тенист.

Они клюют как грифы пищу

Да по традиции с гнильцой.

О нас в газетах не напишут,

Зато мы сохраним лицо!

Нам искупить ошибки нечем:

Узнав в оборвыше босом

Свою вину, мы рвём и мечем!

Кто сострадал, тот и спасён!

Малыш томится в заточеньи

За вечный праздник, щедрость блюд,

Чтоб урожай не жрали черви,

Пока часы двенадцать бьют.

Но День Суда неотвратимо

Наступит, вынесет вердикт!

Нам это лицезреть противно:

Их вид довольный нам вредит!

Я тоже, многим уподобясь,

Брал изобилия рожок.

Но проявил с похмелья доблесть

И Омелас к чертям поджёг!

Нам разделить сомненья не с кем,

Не иссушить горючих слёз.

Наш Омелас всегда был мерзким:

Ничто в нём утром не спаслось!

Сижу в золе, безумный инок:

Как волк голодный, злой как лев.

Построим Город на руинах,

Мы ни о чём не пожалев.

Кто добр, тот душой спасётся:

Покинув Омелас-Дурдом,

Давай построим Город Солнца!

В нём будем жить своим трудом!..

Апрель не лекарь!

Отныне Свет - мой лютый враг:

Под ним грызёт меня унынье!

И погружаюсь в вечный мрак

Веков вовеки я отныне.

Сегодня Тьма - мой лучший друг:

Мне без Тебя опять fигово!

Ведь выбираешь Ты из двух:

Не мой шалаш - дворцы другого!

Где Солнце - толстый, рыжий гном,

Степенно становясь золою,

Учило нас гореть огнём,

Теперь я на Луну завою!

А прежде жил Тобою лишь:

Тебе служил безмолвной тенью.

Когда опять испепелишь,

Я без Тебя осиротею!

Я по ночам учу санскрит,

Поддавшись томно искушенью.

Душа то гаснет, то искрит,

Намылив проводами шею.

И, исполняя Твой приказ,

Несётся вниз до днища бездны

Мой оперившийся Пегас,

Издав индейский клич победный.

Амур устал от острых стрел:

Набрался топоров да копий.

Я без Тебя осиротел:

Моя Любовь - тяжелый опий!

В который раз снесёт башку,

Ударив от плеча наотмашь!

Тебе за всё merci beaucoup:

Смешались слёзы, кровь и пот наш!

Я этот пламенный коктейль

Плеснул из окон на гаргулий.

Под скрежет их клыков-когтей

Я камнем пал в лихом разгуле.

Теперь я - треснувший кирпич,

Намедни бывший тёплой глиной!

А Ты: то стынешь, то кипишь

Одна, тоскливой ночью длинной.

Я помню нас из ярких снов:

Апрель не лекарь - дует строго!

Меня при встрече бьёт озноб:

Ты лишь подруга и сестрёнка!..

Моя Любовь

Душа в плену у Зазеркалья

За посеребренным стеклом.

И как бы ярко ни сверкал я,

Всё это Ложь: фальшивый клон!

Не помогают листья коки

Согреться меж снегов и льдин.

Разбито сердце на осколки:

Я в этом виноват один!

Сегодня щёлкнет 38

Мой календарь, страшней курка.

Я потерял меж зим и вёсен

Любовь, что замела пурга.

Душа как ржавое железо

Краснеет: видимо инсульт!

Стрела Амура в грудь залезла:

Ещё чуть-чуть, и вознесут!

Ты на руинах древних капищ,

Найдя потёртую тетрадь,

Стихи прочтёшь, слезами капнешь...

Пока напрасно сил не трать!

Перепахав пол царства акров,

Твой номер вновь я наберу.

Моя Любовь - пустой параграф

Чумы бубонной на пиру!

Весна без пафосного лоска

Влетит в оконный мой проём,

Чтобы с Луной-Рыжеволоской

Мне подарить Любовь-втроём.

Я проложу тропу из "мела",

Стащу с Тебя тугой корсет:

Случится бурная измена

Зиме под музыку кассет.

Гроза по пьяни бросит вожжи,

Чтоб тучи рухнули с холма.

Любовь сомненьем потревожил

Я как Евангелист Фома.

И по законам Вечной Драмы,

Где ночи вспышками пестры,

Стихами теребил я травмы,

Да в раны окунал персты,

Чтоб на дороге Иудейской,

Не веря в эшафот Голгоф,

Моя Любовь осталась дерзкой

Среди овец или волков...

Вот если бы...

Вот если бы Боги летали пониже,

Они бы узнали о нашей мольбе:

Оставили нас бы в волшебном Париже,

Ещё подарили бы кисть и мольберт.

Затем мы б купили щенка чау-чау,

Чтоб он обsыкал наш персидский ковёр.

Тебя рядом нет, потому я скучаю:

Любовь моя зла, Купидон Твой козёл!

Но если бы Боги взирали поzорче,

То б их ослепил Твой загадочный блеск.

Апрель между нами слегка позолочен.

Я снова Твой кот: постарел да облез...

Я стану Твоим болтуном-попугаем:

Я выпорхну гордо из рёбер-клетей.

Напрасно мы крышу себе покупаем:

Она скоро съедет, чтоб я полетел!

Вот если бы Боги напились да пели

В ночном караоке минорно хиты,

Они б избежали кривой эпопеи,

Седого Олимпа пустой духоты.

Порвёт наши души Тоска как акула:

Ты слышишь стремительный скрежет зубов?

Весна захмелев от ночного разгула

Горстями червонную мечет Любовь.

Я раньше Тебя и не ведал такую:

Давай танцевать под дождём голышом!

Я снова Тебя опьянев атакую:

Хочу получить то, чего был лишён!

А помнишь, как Боги наелись амброзий

И нас заразили пожаром ланит?

Тебя на постель я отчаянно бросил:

Из губ твоих алых глотал цианид!

Вот если бы Боги молились почаще

Своим всемогущим и добрым Святым,

Тебя бы обрёл я в Грaалевой Чаше:

Лакал как текилу и нюхал как дым!

Хожу на работу как sвин до корыта:

Там воспоминанья привык смаковать.

Душа как квартира весною открыта,

Но так же пуста, как башка и кровать.

Сажаю Любовь в стихотворном посеве,

Ростки удобряя бутылкой вина.

А птицы с Югов улетают на Север:

Во всём виноваты Апрель и Весна!

Но если бы Боги старались получше

И нас помирили касаньем простым,

Апрель бы не плакал дождями по луже:

И Ты б не намокла, и я б не простыл...

Лицо подставляю, как парус борею,

Где тучи нависли, как зубья пилы.

Я жить без Тебя не могу и болею,

Любовь закопав под золой да в пыли...