Ворон на Белом море

Ворон на Белом море

Эдгару Аллану По

… а оно и в самом деле отдает желтизной, подумал я, стоя на берегу такого далекого, как казалось совсем еще недавно, Желтого моря. Красное не увиделось мне красным, Черное – разве что ночью. И вспомнилось мое – Белое… оно ведь бывает совсем-совсем белым, особенно когда идешь по нему на лыжах под еще недолгим в конце зимы солнцем.

Что там, подо льдом,

В глубокой, стылой, но знаю –

Живой воде?

Спит там волна,

Нескоро ветер разбудит ее.

Скоро ли встану на белый лед?

Скоро ль вдохну простор?

И Ворон в дали времен,

Роняя седое перо,

Не кричит, а шепчет устало:

Nevermore.

Лыжи бежали вперед,

Прибрежные сопки

Уходили назад.

Недолог оставшийся путь

Годов.

Бэйдайхэ (Китай) - Кандалакша (Россия). Желтое море - Белое море

Карельскому берегу

Вспоминая, мечтаем

и берег

мы видим.

Оставим с собой

памяти дар –

осторожных деревьев

некасаемый лист,

павший где-то на грани

судьбы

и

прилива-отлива.

Закат здесь пронизан рассветом.

Пусть оставшийся в памяти лист

тем дорогу откроет,

кто в возникшую даль

унесут не слова (те забыты давно),

но трепет страниц,

что мы прочитать не успели,

так и оставшихся в сполохах

бесконечного

Полярного

Неба.

Волны прилива-отлива

пусть баюкают лист,

плывущий от заката к рассвету.

Лофотенским островам

Здесь низкое небо

Не в силах Солнце поднять.

Здесь древние силы Земли

Спят взметнувшимся камнем,

Усеявшим гладь приполярного моря.

на катамаране из Сортланда,

июль 2015

Песочным часам и не только

Циферблат – стадион,

Бегу стрелок – простор!

Безумие стрелок –

Круг завершить,

Только чтоб

Новый начать.

В лихорадке секунды бегут,

Задумчиво следом

Минуты.

И, кажется, спит –

Часовая.

Бегут и идут,

Еле-еле ползут,

То обгоняя друг друга,

То вновь отставая,

Круг за кругом, но –

Только вперед.

Только – вперед,

Но, запирая в бегущем плену,

Стрелки – стрелкИ

Убивают нас,

Бьют без промаха –

В мгновение-жизнь.

Много разных часов

Придумано в мире.

Средь них и такие –

Где молча,

Песчинка к песчинке,

Одна – за другой,

Время падает

Сверху вниз,

Застывая

Омертвевшим

Песком.

А время идет,

Неважно ему,

В чем храним мы его.

Прощание

Триптих

Отговоривши слова,

Что вещали ложь,

Ты подходишь ко мне.

Улыбку свою

Мне бросаешь в лицо.

Схваченный прошлым,

Не могу я простить –

То, что осталось

Погребенным

Пустыми словами.

Настоящее

Рассыпается в прах,

Будущее вонзается

Жалом в меня.

Но остающемуся– быть.

Быть и идти

Сквозь взрывающийся день,

Сжимаемый теснотой ночи.

*****

Скучной осенью

Скучен путь,

Уводящий в туман.

Путь, покрытый листвою деревьев,

Уходящих от осени в сон.

Деревьям остается стоять и ждать.

Ждать, как всегда, весны.

Мне остается – идти.

Ведь все сказано было уже

И теперь не вернуться назад,

Навстречу вчерашнему дню,

Где не осталось тепла

И только в памяти - сладость.

Дню, где меня уже нет.

*****

Жить – значит идти.

Из осени в зиму,

К весне и рассвету,

От прощания к встрече.

И говорю я себе, улыбаясь, –

Она все равно ведь со мной,

Изменчива и тверда,

Холодна и тепла –

Дорога в завтрашний день.

Жизнь.

Ноябрю

Ноябрь – медленная река,

Текущая в снега и льды.

Мерно месяц течет

Годом выданный срок.

Устало, осень собой замыкая,

Заботливо краски убрал,

Спрятал тепло,

Свет приубавил.

Медленно тянутся

Месяца дни – то в дождях,

То в снежных прорывах

Под одетым в серое небом.

Но чуть позже,

С декабрьского льда,

Мы увидим,

Как краток был миг ноября.

ноябрь 2021

Цусиме

Берег с берегом

встретиться хочет,

Море морю

привет передать.

***

Корабль – это город из стали,

Эскадра – страна из металла,

Ей в гавани тихой – не быть.

Сквозь три океана

Страна уходила к Востоку,

Полмира оставив закату

Винтами вспененной водой.

Сужаются ножны пролива –

Удар на удар, ответ лишь один.

Холодеющим жаром

Из себя изошедших орудий

Державы та сила

Ушла в глубину…

Ты помнишь Цусиму?

Ведь годы

Волнами ушли…

Спросите.

Спросите Цусиму,

Тот холод Цусимы,

То дно океана,

Что память хранит.

Спросите.

Пусть вам ответит

Небо Цусимы

Над гладью

Когда-то вспененной воды,

Несшей гибнущий флаг

Уходящих

На дно

Кораблей.

Теперь же

Пусть вспенится память,

Ведь забыть – это снова убить.

Вулкану, прощающемуся с айсбергом

Помню, в детстве прочитал, что в Антарктиде, на этом ледяном континенте, есть действующие вулканы. Почему-то запомнилось.

Остатки текста с тающей льдины, плывущей из Антарктиды

Фантазия

Громада твоя

Возносится к небу,

Мощью своей попирая

Снега и льды.

Но лед продолжает

Упрямо взбираться вверх.

Щитом ледяным

Скрываясь от солнца –

Нежаркого гостя

В тех дальних краях,

Сам огонь порождаешь,

Пламя бросая в небо.

Лаве становится тесно

В узком горле твоем

И огромные камни

Летят в небеса,

Обрушая

Завещанный небом

Покой.

И под грохот вулкана

Рождается айсберг.

Небу пламя свое отдаешь,

Лед – морскому простору.

Долог, неспешен

Айсберга путь.

Покидая завернутый в лед

Континент,

Обретая свободу пути,

К свету растущего солнца

Величье свое

Он плавно несет.

Тихо, миля за милей,

Огромное белое чудо

Скользит,

Волну за волной

Приминая собой.

И, солнечный жар поглощая,

В пути тот своем

Талой водой одарит

Соленую мощь Океана.

Утихнет вулкан,

Пламя и грохот

Небу отдав,

Станет айсберг водою,

Лишь Солнце одно

Пусть в пространстве своем

Неизменным свой путь сохранит.

Встреча с Печалью

Снова Печаль ко мне постучалась.

Что-то нужно, наверно, ей стало.

Казалось, давно распрощался я с ней.

Казалось, жить мне мешала она,

Шепча постоянно о давних годах,

О мире, бывшем когда-то

Просторным и ясным.

Ветры новых годов

Заглушали робкий тот шёпот,

Уносили всё дальше меня

От оставшихся только в памяти лет.

– Мне ведь скучно одной.

Вспомни, в давние годы

Ведь была я твоею,

Радостью звал ты когда-то меня,

Улыбаясь новому дню.

А теперь дай хоть рядом побыть.

На меня ты посмотришь,

Вспомнишь неба высокий покров,

Свежесть утра и запах земли…

Голос Печали я издавна помню.

Грустью наполненный шёпот – голос её.

Печаль принесла мне подарки –

То, что забылось за давностью лет:

Яркость неба и полет стрекозы,

И то, как средь жаркого дня

Высокие травы меня провожали к реке…

Шарик воздушный из детства

Мне тоже она принесла.

Всё, что хранила, отдала мне она.

И осталась ни с чем, застывая в тоске.

Хотелось сказать моей гостье,

Что мир не кончается прошлым,

Что столько ещё впереди!

Что, ещё не видны нам в тумане,

В безмолвии новые годы мчатся навстречу,

Неся нам дары и, я знаю, потери,

Которые в памяти ты сохранишь,

Скрыться не дав им в дымке забвенья.

Но я промолчал, только обнял её.

Голос Печали пусть вновь я услышу,

Ставший добрым приветом ушедших годов.

Скорому поезду

Скорому поезду № 16 «Арктика» Москва - Мурманск посвящается

Вагона стекло – как стена

Между нами и небом –

Прозрачна, проста и тверда.

За стеклом – облака, плывущие в небе,

Как корабли, несомые

Ветром.

Мой вагон – мой корабль,

Рассекая широты,

Несет меня в даль.

К северу…

северу…

северу…

Колеса стучат.

Вихрями лет

Сжималась пружина,

Толкнувшая в путь.

Мчится мой поезд –

Как будто сквозь время,

К давним годам,

К месту рожденья,

К точке начала.

* * *

Что же найти я хочу?

Что стоит за желаньем моим?

Сквозь белую ночь

Струнами рельсов

Прозвучит мне ответ.

Сквозь грохот колес

Не услышу его.

Но увижу ответ в облаках.

Сквозь вагона стекло,

Там, среди них,

Я увижу корабль.

Конечно, мираж, –

Прошепчу я себе.

Но корабль сквозь мираж

Чистой палубой всплыл,

Тихим всплеском волны

Стук колес заглушил,

Взметнувшимся парусом

В путь пригласил.

Дорога земли,

Дорога небес,

Дорога морской волны –

То, что едино как Путь,

По-прежнему пусть

Влечёт меня в даль.

Призыв

Мы тоже дорогу когда-то искали

И, силой своей возгордясь,

Устремились мы к Краю –

К тем, хранимым

Жадным холодом безднам,

Что, в ожидании медленном,

Равнодушно взирали на нас.

Удержавшись на скользком пути,

Нашли мы дорогу иную –

К дому тех, кто в исканьях

Меж Светом и Тенью

Смог себя превозмочь

И мир обрести.

Услышьте призыв,

Услышьте все те,

Кто пытался,

Кто будет пытаться

Уйти через Край.

***

Пусть уходит стена,

Растворяясь к порогу

В мирный дом наш

Вас ведущей тропой.

Маю, остающемуся в памяти

Май – какое короткое слово,

Какое долгое небо

Распахнулось над ширью весны,

Над расцветшим ковром

В зелень одетых дней.