Волк и Орлиное Гнездо.

Глава 1

Волк и Орлиное гнездо.

“Пленяющий - на что пленяешь ты меня

Ведь сам же вот уже пленённый

И ждёшь того к чему вела судьба

В злой рок в жестокосердии приобретённый…

Поднявший меч - зачем то поднял на меня

Ведь вот уже им сам сражённый

И осуждение взыскал ты им с себя

За алчность с ненавистью поражённый…”

Апокалиптика тринадцатой главы

О звере и числе зверинном

О Князе мира и явленьях тьмы

Обсказанном в писании старинном.

Чем осуждаем мы в других -

То многократ в себе увы познаем

С чужой соринки в себе бревно растим

И тем бревном себя же обвиняем

Но хуже - коли дети за тебя несут

Не понимая что за что страдая

И злой свой рок в тебе клянут

Но ты уже об этом не узнаешь.

Чем мы бахвалимся - то пропадёт

Ведь счастье и успех пугливы

Разумный в тишине их бережёт

Но обнажает то - глупец спесивый.

И что достигнуто отца трудом

Вот сын уже на тщету истощает

И даже на пути дедов святом

Потомок святость растеряет

И ныне не прельстится хлеба и водой

И яствами уж нас никак не удивляет

Но жаждем всё - что порождёно лжой

И всяк о благочестии своём лукавит

И осуждает - в чём себя бы он простил

И жаждет наказанье коего себе не чаял

И ненависть во всё и вся творил

И всякого за помысел свой хаял.

Сам по себе уж страшен грех

Страшнее же - во грехе утвержденье

От первого - есть покаяние для всех

А со второго - падения преумноженье

И там где некто оступившися - мудреет

Иной на грехоутвержденьи самовеличал

И в том себе довольствие радеет

В котором эго, самость и либидо ублажал.

Бывает видится - что мы кому взысканье

И “праведно” жесткосердствуем судом

Увы - то он стал в чашу нашу возлияньем

И следом уж за ним на плаху мы идём

И суд которым только что судили

Нам видится - и страшен, и несправедлив

Но сами ведь его без милости рядили -

Наш нрав жестокосерден и спесив…

Нам милосердие увы не святость

Но в рабстве чрева и либидо своего -

Имеем до Души и Разума предвзятость

И ищем как взыскать нам со всего

И алчностью пустопрожнею - и рвём, и мечем

И ищем осуждения на всех за всё

Но Душу с Разумом мы лишь с того калечим

До Вышнего ничтожно увы звериное нутро

В нём нет орлиного полёта

И жажды нет к сиянью звёзд

Но Слово - ищет для себя поэта

Но Слово - жаждет для всего Любовь…

Глубокое и тёмное ущелье

Приют для грозовых громов

И выси горни поднебесья

Обитель туч и облаков

Гнездо орлиное на скалах

И пики снежные кругом

И ледниками высь сияла

Теснина ж - в сумраке густом

И солнца ярь лучей ловила

В ущелье их сверзая синева

Что высей белоснежью отливала

Во сумрак исполняя света и тепла

И просвещая глубь потока -

Лазурью бликовала в тех водах

Журча искряся на порогах

На водной бирюзе как в жемчугах

И брызги те жемчужные взлетая

Рождали серебристый звон

Ущелье дивно украшая

Во бликах солнечных вихров

По водоскатам ниспускаясь

Поток рождал каскады чаш

Где изумрудностью ласкаясь

Приотдыхал на солнышке печась…

Но свет не радовал тот волка

Что логово во трещи скал обрёл

Ведь на свету видна волчары холка

Тому кто шёл взыскать за произвол

Отары горни - дюже смачны

Но их радеет по лугам тем пёс

Но произвол овцы отбредшею отары

Бывало даровал обеды волчьих грёз

Но более случалось промышленье

На суслика, байбака иль на фазана

Но даже тут скрывалось отчужденье

Охотника на шкуры волка - верная рука

И промышляя в елях и дубравах

На лань, на тура иль на кабана

Волк сам добычей становился бравой

Под ноги - шкура лучше чем кошма

Волк не любил долин прекрасных

И изумрудных разноцветия лугов

И промышлял под солнца дня с опаской

Ища спасения до ночи - в комы'шье тростников

В озёрных поймах тож хватало благодати

Журавль, лебедь, утки, цапли и гуси

Но как их с топи-заводи взыскать вдруг -

Не шибко даже грезилось волку увы

И падким быть нередко приходилось

На падаль падшую иль на больных

По горным долам в перебежках,

Иль гнёзды разорять на вейниках густых…

Совсем иной разряд на промысел орлиный

Что выси горные кружил меж облаков паря

Срывавший с мест гарем козлиный

Лишь клёкотом, а скопом суслика и кабана

Движения с тех высей примечая

Он вдруг сверзался камнем вниз

И вот уж лань иль барса поднимая

Вновь воздымался тяжко ввысь

Его среда возвышена над всеми среды

И овна он возьмёт не глядючи на пса

И не припятствует ему охотник непоседа

И пастуха лишь удивит поэзией полёт орла

Он видит всё, и даже более чем видят

Но не приемлет мрака и кромешность тьмы

И в ночь он в облака свои изыдет

Где горизонты хоть бы чуть осветлены

Ему гнездо творить - так уж под небом

Со взором всех леднистых высь и кручь

Где облаков парится звёздный невод

Где в молниях грохочут сонмы туч…

Волк караулил на ложбине дрофу

И вот - сорвался! И почти настиг…

Но вдруг почувствовал в стесненьи холку

Как будто кто её сцепил пронзив

И с визговоем он зубами цапал

И изворачивался как только мог

Но лишь по воздуху ощерившися клацал

И вниз уж отдалялся фазаний с дрофой лог

И вот уже под ним долина, лес и склоны

И в нитку превратились все реки и ручьи

Пятном на зелени видны овчи отары

Исчезли туры, лани, козероги, кабаны

И вот уже туманы горних высей

Теснины невесомых облаков

Утёс скалистый, и на утёса круче

Орлиное уж приближается гнездо

Тепло и благодать долины - всё забылось

По шкуре пробежала хладно дрожь

Гудели словно гул органов Горни Выси!

И аромат лугов сменила грозовая стужь

Дурманя опьяняющим озоновым разрядом

Она как будто устранила мира суету

И над белёсыми лугами - лишь пики-гряды

Своею льдистостью рождающи слезу.

Всё белоснежно и перламутром чисто

А под ногами уж и тьма ночная

И солнце в горизонт уж скрылося лучисто

И звёзды млечный путь уж проявляет

Безвольный брошен в край гнездовья

И зрит он звёздный над собою хоровод

Вокруг же облачность полей раздолья

И нежно-гулкий зов кочующих ветров

Спокойствие и легкое умиротворенье

Над треском грозовых под низом туч -

Там молнии сшибаются остервененьем!

А здесь лишь звездный шёпот Вышних кручь.

Орёл возрившись в небосводы

Как будто замер чуть прикрыв глаза

И слушал будто гимны хороводов

И будто вторить им душой дерзал

Какие гром и молнии под низом?

Томленье духа то, и суета сует!

Нависший Млечный Путь корнизом -

Вот где все тайны всех планет.

Вот что дивит орлины взоры -

Скопления галактик и пульсы звёзд!

Туманностей и взрывы световых узоров

Доступны наяву - а не в снови’дении грёз.

Орлу видна с высот в траве былинка

И в высях за звездою видит жизнь миров

Не только лишь планеты как кочуют,

Но и пустыни их - как словно в телескоп.

Ему видны и ледников иных планет торосы

И как вздымают волны океаны над собой

Чужих миров алмазные в сапфирах грозы

И извержений пламени, и меж галактик вой…

Волк оклемавшись, сколько мог - собрался

Вдохнул пьянящий гул с последних сил

И через край гнезда перевалился

Ударившись падением о скалы - заскулил

Ползком до края следующе подбрался

И сызнова сорвался уже в темь

И дале кувырками он сверзался

Под грохот грозоискровых кремень

Упал в ледник, и с ледника потоком

Его несло влача и кувыркая вниз

Каскадами кидало и водопадами соскоком -

Он покидал орлиных Горних Высь

Грозою озаряясь под треск нещадных молний

Он снова мир привычный обретал

В нём не было тиши и звёзд раздолий

И боль он с предвкушением внимал

Всё было вновь привычно, даже болью

Его несло на аромат родных долин…

И вот уж он лежит, и его логово -

Уже иной вожак себе прибрав кроил

Уже иная альфа возглавляла стаю

Уже иной порядок предводитель выл

И свой порядок наводила новая борзая

В той щели в коей логово нажил.

Его уже щенята не признают

И своре он своей добычей стал

И вот уже ослабшего волка терзают

За то что в Высях он с орлами пропадал.

Гроза, и трески молний, и волки' пируют

И ливни хлещют мир - смывая кровь

Зарницами сюжет трагедии бликует

Как вспышками фотографируя тьмы вой

Поток поднялся - и суету всю смыло

И вот уж ниже по теченью новый пир

Шакалья вакханалья суетливо -

Скуля-визжа там прибирала “волчий мир”...

Заря. Дня нового после грозы начало

На заводях запруд расплылись лебедя

Фазаны, дрофы и кулары токовали

Олень на луговину вывел оленят

Пастух отары вывел из кошары

Ягнёнка кутает при посохе в руке

Овча сей ночью грозовой “сваяла”,

Отпаивает с рук сидяче на коне.

Обрывки туч за гребни разносило

И солнца лик луга росой искрил

Спадая в про'светах дивно-красиво

Пока туман все склоны крыл

Всё красками покрыло свежей акварели

Как маслом расписало между гор пейзаж

Леса с лугами омывшись ливнем - запестрели

Котята барса игрой затеяли кураж

В тумане тур раздался склокой

Гораздый меж собой рогов чесать

Загоготали стайкой дружно-громкой

Гусята, коих на ряску вывел гусь гулять

В дубраве рыщет кабанами,

В ольшанике бормочет лось,

Снуют еноты с барсуками -

Вот только волка не нашлось

Шакалья ныне обретает стая -

Сей ареал лишившийся волчи

Но так же высью всё орёл вспаряет

Дозором всей той суеты…

СЁ МИР

P. S. Дополненное, расширенное

И частично восстановленное

Ранее утерянное взломом произведение…