Вокзальный блюз

Глава 1

Вокзальный блюз

Страх искусственно глушат звуки,

В шумный город заходит вечер,

Мимо люди в оттенках разлуки,

Хрипло что-то кричит диспетчер.

Круг за кругом и час за часом,

Льется время вином измеряясь,

Оглушенная эхом вокзальным,

Я в оконный проём вжимаюсь.

Каждый раз как с судьбой играя,

Ставим жизни любимых на карту,

К стылым окнам лбом прижимаясь,

Молишь бога: – Не надо расплаты.

Не оставь мне в безветрие память,

Не оставь отраженье в зрачках,

Для тебя блюз вокзальный сыграю,

Ты услышишь его в небесах.

Синеву спрячут жалюзи-тучи,

Снег с небес на куски асфальта,

Сердце болью бинтуется туго,

Блюз вокзальный под звуки альта.

За любовь очень дорого платим,

Я делилась на тени и звуки,

Блюз вокзальный любви играю,

С лиц стирая оттенки разлуки.

Нелетная погода

Стирая закаты на пасмурном небе,

Мой ангел играет на картах с судьбой,

Снега пеленой, закружились метели,

В нелетной погоде звучит ветра вой.

На крышу вокзала ночь тихо стекала,

Закрыв звездопад из несбывшихся снов.

Неистовый голод земля утоляла,

Сугробами снега прикрыла любовь.

На небе мой ангел на картах играет,

Торжественно выиграл ночь у судьбы,

И я на плече твоем вновь засыпаю,

Под шум недовольно гудящей толпы.

Мир клином сошелся, частицею рая,

На сонном вокзале в объятьях твоих,

Дыханьем ладони мои согреваешь,

Кружиться земля, на земле мы одни.

На окнах вокзальных узорами нежность,

Хрусталь бархатистый рисует зима,

Играет на картах мой ангел мятежный,

В нелетной погоде своя красота.

По небу к рассвету ночь тихо стекала,

Открыв лабиринт из несбывшихся снов,

Под саваном белым земля умирала,

Прикрыла сугробами нашу любовь.

Фонари мне играют кантри

Опять я не сплю ночами, пью кофе, читаю книгу,

Время теряя секунды по снегу бредет незримо,

Фонари мне играют кантри, светят клубами дыма,

Над дымом пустые крыши, и небо. Его не видно.

Закрыты небесные трассы, у природы свои законы,

Мимо промчалась осень, зиме просигналив дрожью,

Заплутала среди бессонниц, пью кофе и виски с колой,

Сколько было разлук, мне бы вспомнить – не помню.

Между нами вновь километры - отмененные авиарейсы,

Заворачиваюсь в одеяло, без тебя одной не согреться,

У погоды свои законы, заметает небесные трассы,

Фонари на струнах из снега за окном мне кантри играют.

Ночное небо

А нам осталось до утра совсем немного, Вот эти пол-заката, ночь и пол-рассвета, Давай сейчас к чертям порвем твои билеты, Скажи зачем тебе нужны эти гастроли?

Звучат шаги по сонному вокзалу гулким эхом, Пульсируя печаль впивается занозой в сердце, Прощальный поцелуй, улыбка. Ненавижу небо. Впадаю в панику, в безумие, с себя срываю кожу.

Докуривая сигарету, я смотрю как улетаешь. Как машет крыльями твой самолет взлетая. Мой сон бредовый наполняться кошмаром, Оскалившийся самолет о скалы разбивает.

Вращаются - день и ночь, хватают за больное, Тошнит от тряски прожитых пустых мгновений, Зачем придумали все эти самолеты, это небо? Не станут мне привычкой проводы и встречи.

Ты улетаешь, я по звездам вновь гадаю, И умножаю расстоянье на молчанье телефона, Я виски прямо из горлА пью, страх свой заглушая, Наверно безвозвратно без тебя уйду в запои.

До встречи нам с тобой осталось так немного. Пол-неба, пол-мечты, пол-жизни, пол-печали, Тревожно всматриваюсь в ночные неба дали, Пол сигареты докурив, лечу в твои объятья.

Марионетка

Стою в тени, тень за тобой,

И парусом душа по ветру,

Влечешь к себе своей игрой,

В твоих руках - марионетка.

Меня манит звучанье струн,

Игры гитары безмятежной,

Вплетает красный небосклон,

Закатами по венам нежность.

День ускользает на покой,

Под мраком льющегося неба,

Блуждаешь яркою звездой,

По снам моим, бродяга, ветром.

Зачем тебе, мой друг, герой,

Моя душа – марионетка?

Страсть растекается слезой,

От рук твоих и взгляда цепких.

Дышу я воздухом с тобой,

Одним. Зову тебя ночами,

Любовь словами не сказать,

Как исповедь, перед свечами.

Ночь исчезает под рекой,

По небу хлынувшего утра,

Со сне и наяву, навек герой,

Я навсегда марионетка.

Декабрьские сны

Я осталась в зиме без декабрьских снов,

Я и снег, снег и я, в ожидание слепы,

Замерцали огни, твой взлетел самолет,

За огромным вокзальным окном - небо.

В пелене фонари чуть заметно видны,

Белый пепел вуалью окутал планету,

Без тебя опять сняться кошмарные сны:

«Самолет исчезает, снегом падает где-то.»

Буду я по карманам, ночь скрывая в заре,

Обезглавленной сигареты искать окурок,

Пустоту запрокинутых глаз слезой согрев,

Заполняет табачный дым, занавесив утро.

Между небом, землей стоит снега стена,

В новом дне - как всевышняя милость,

Самолет приземлился. И звонок от тебя.

Мне в декабрьских снах это снилось.

От декабря до небес

От декабря до небес - только взгляд,

Едкий дым сигарет в глаза – слеза,

Каждый прожитый миг без тебя – убит,

А за окном ветер, зима, закат – плевать.

Считаю от стен шаги и часы – до пяти,

Греется память холодом злобной зимы,

Крою лоскуты и сшиваю прошлого сны,

Сердце разбило ребра, сорвалось вниз.

Стрелки часов и жизни замедлили бег,

В шумном огромном городе опять снег,

Так неподвижен и вязок за окном свет,

В этом плену душа – обнаженный нерв.

Без тебя, что тюрьма, что чума – плевать.

На второй половине земли где-то - ты,

От декабря до небес - только взгляд,

Сняться опять без тебя мрачные сны.

Мои сны

Ну, почему мне перестали сниться сны?

О будущем я как теперь узнаю?

Они мне так нужны, так мне важны,

Без них брожу по жизни как слепая.

Как мне узнать, о чем поёт заря?

А этот ветер чьи приносит мысли?

И дождь стучится в мои окна зря,

Седыми тучами над крышею нависший.

Как мне узнать дороги твои где?

Их осветить я как тебе сумею,

Чтоб не блуждал ты, милый, в темноте,

От холода ночного как согрею?

Чтоб сны увидеть, нужно лечь и спать,

А я сижу смотрю в ночное небо,

Вот только так тебя могу я ждать,

И ты другого от меня не требуй.

Я буду ждать, когда приедешь ты,

Зайдешь в наш дом, гитару в кресло бросишь,

И как всегда, подаришь мне цветы,

Ждала меня? – Ты улыбаясь спросишь.

В твоих объятьях, на плече твоем усну,

Устав от бури страстных поцелуев,

Увидеть будущее во сне смогу,

И тайну разгадаю колдовскую.

Я расскажу тебе, о чем поёт заря,

И ветер озорной мне мысли чьи приносит.

Стучал по окнам дождь седой не зря,

Они любовь и счастье нам пророчат.

Их разговор в стихах я утром запишу,

А ты стихи на музыку положишь,

Под голос твой и песни я усну,

Когда приехать ты домой не сможешь.

Я буду знать, как освятить твой путь,

И как согреть тебя в прохладу ночи,

Я буду тенью над тобой летать,

И беды нам никто не напророчит.

Не знаешь ты

Опять аэропорт,

Нет, ты не бойся, я не буду плакать,

Я посмотрю, как ты мне машешь с трапа,

И как взлетает в небо самолёт.

Машу тебе рукой,

Смеёшься, что боюсь я самолётов,

Что ничего нет страшного в полетах,

В который раз зовешь меня с собой.

Не знаешь ты,

И каждый раз мне удивленно говоришь,

Что рядом тенью, птица- облако летит,

Сопровождая самолёт в пути.

Ты не узнаешь никогда,

Что я тебя от бед и катастроф оберегаю

Я следом птицею-облаком взлетаю,

Пока жива я, будет так всегда.

Я не боюсь летать,

Мне так привычней и спокойней,

На небе, в облаках я от земных оков свободна,

И только так могу тебя сопровождать.

Твой звонки,

От стрел грозы и от порывов урагана,

Твой голос заживляет на мне раны,

Спасает мою душу от тоски.

За туманным поворотом

За туманным поворотом я осталась.

Мне ветра кричали: – Не вернется!

Сердце как рукой разлука сжала.

В небе вороньё кружиться, вьётся.

Мир дожди хрусталью затянули,

И звенят, звенят тоской- печалью,

Солнечные дни нас обманули,

Спрятались за тучами отчаянья.

Я на время, - Говоришь мне, - Уезжаю,

А ты смотришь, будто расстаёмся,

Ты молитвою в пути оберегаешь,

Ты не бойся за меня, прорвемся.

Я останусь за туманным поворотом,

Ты вернешься. Бред ветра кричали,

Машут с неба твои крылья самолета,

Разбивая дождь-хрусталь печальный.

Не отпускай

Не исчезай. Прошли по кругу стрелки на часах. Отмерили отрезок циферблата. Аэропорты, залы ожидания в глазах, Их каменно-стеклянные квадраты. Не забывай. Рисую на стекле знакомый силуэт, И пять часов осталось до рассвета. На крыльях, взятых в небо на прокат, Летели наугад и канули мы в лету. Не забирай, Скомкай и выброси отжившую мечту, Продолжи жизнь ошибками рисуя, Напрасных, пьяных откровений пустоту, И недосказанность чужого поцелуя. Прощай, Всё только началось, я перешла черту, День разбинтован, растревожив раны. Печаль к вчерашним бедам приложу, У времени с пространством бой неравный.

Не отпускай меня, мечту, любовь. Все пережив ко мне придешь ты вновь. Качаясь крыльями взлетает самолет. Непрочность сновидений разбивая.

Не целуй мои глаза!

Застыла льдиной неба синева, Слеза дрожит росою на ресницах, Не нужно целовать меня в глаза, Пусть на губах твой поцелуй хранится.

Не нужно целовать мои глаза, Плохая эта с древности примета, Сама от ветра высохнет слеза, К разлуке их целуют. Ты заметил?

Ты вроде близко, мне от рук тепло, И очень странно, мысли уже где-то, Твой путь далекий, расставаться тяжело, И на осколки вдруг разбилось сердце.

Не нужно целовать меня в глаза, Прикрою их руками на мгновенье, Открою, в небе снова синева, Кричу я в вышину, мне нет ответа.

Сама от ветра высохла слеза, Но сердце осени дождем залито, Просила: – Не целуй мои глаза! К разлуке привела эта примета.

Вчера была среда

В небесной колее след исчезает,

К немеющим ногам упала тень,

Шар остужая, солнце маслом тает,

Крылом твой самолет закат задел.

Руками за перила схватив нервно,

Дрожь пальцы отбивают как канкан,

Сегодня был четверг, как год, наверно,

Вчера среда, была короче января,

День растворяясь, полумраком светит,

В уставших лицах притаилась грусть,

Стучат часы вокзала – время лечит,

Жестоко и некстати отмеряют путь.

В кафе вокзала тихо, музыка играет,

Под джаз нальют мне крепкого вина,

По памяти больной частями выбираю,

Сюжет любви, проверенный в веках.

На крышу голубь ангелом взлетает,

Дым сигареты растворяется во мгле,

Я в завтрашнюю среду возвращаюсь,

Разлуку я оставлю сегодня в четверге.

Глава 2

Не кричи

Стоп.

Хватит орать мне в уши,

Мне твои крики по горло,

Остановись и послушай,

Я ухожу. Довольно!

Кругом мужиков как грязи,

Только в грязи валяться,

Никто меня не заставит,

Свобода, вот моё счастье.

Сердце закрою как келью,

Нет ни ключей, ни окон,

Уйду от тебя в подземелье,

Монастыря мужского.

В глазах моих цвета ряски,

Туманом запрячу болота

Тебе не стонать со страстью,

В жгучих водоворотах.

Что ты там тихо шепчешь?

Целуешь мне руки, колени,

Голос сорвал свой певчий?

Всё как всегда неизменно.

Эх ты, тиран домашний,

Ярость стираю ладонью,

Ставлю тебе ультиматум,

Крикнешь, уйду к другому.

За мной ходит осень

Я надену длинное платье,

Каблуки – от ушей ноги,

Мне плевать что на улице слякоть,

До звезды, что за мной ходит осень.

Платье зеленью оттеняет,

Моих глаз изумрудный омут,

Не колышет, что рядом с тобой другая.

Мне без разницы, всё уже в прошлом.

Я закрашу лицо акварелью,

Чтоб казаться умней и моложе,

Наплевать, что мне далеко до модели,

Как же здорово, что на неё не похожа.

По глазам моим ходит осень,

Золотая, в любовь одетая,

Но все чаще я слышу гитары слезы,

Ты поешь о любви потерянной.

Почему же все чаще я слышу,

Плачь гитары твоей надрывно,

Как в снегах замерзая, кого-то ищешь,

Рвутся струны и нет вдохновенья.

Я надену длинное платья,

Соблюдая все нормы приличия,

Осень рядом со мною шагает по краю,

Знаешь - мне уже всё безразлично.

Случайный роман

Так наверно нельзя. Это точно – нельзя,

Невозможно сменить лабиринт моей жизни,

Твой, крылом самолёт по закату скользя,

Улетел. На моих глазах грусть, как обычно.

Впереди ночь без сна, небо – синяя мгла,

К стылым окнам вокзала щекой прикасаюсь,

«Самолёт долетел» - эта весть мне нужна,

Но меня от небес чей-то взгляд отрывает.

Сердце словно раздето под взглядом чужим,

Разрушая ломает границы, лишает защиты,

Удивлённый и нежный взгляд мне говорит:

- «Я влюбился в глаза твои беззащитные.

Грусть такую не видел ни где, никогда,

Очень жаль, что глаза не по мне тоскуют,

Я б испил слезы грусти губами до дна,

В них оставил навеки любовь поцелуями.

Прижиматься к тебе, в море страсти тонуть,

Захлебнуться от нежности бесконечной,

Бархат кожи ласкать, целовать твою грудь,

Отдаваясь на век твоей власти беспечно.

Моим воздухом будь, кровью в венах моих,

Моим миром, вселенной, райским эдемом,

Ты молчанье моё, недосказанный стих,

Мои мысли и шифры ночных откровений.»

Время рядом свернулось клубочком в часы,

Наше счастье вздыхает то томно, то страстно,

Судьбы словно шутя бог сложил на весы,

Замыкая круги, выбор дал беспристрастный.

Ночь срывается в день, жар смывает с души,

Тишина за врачует, грусть в глазах добавляя,

Только будут тревожить шум вокзала и сны,

О случайной любви невзначай вспоминая.

Она кричала Она кричала. Он махнул рукой, И на прощанье улыбнулся криво. Сорвался пролетел закат рекой, Она кричала ветром по карнизам.

Сдох циферблат, реальность или сон, Но голосом глухим, от слез охрипшим, Застыв минутной слабостью времён, К стене припала, повторяя его имя.

Со скрипом ржавых сорванных петель, Поток людей в дверях - туда-обратно, Пылают звёзды в небе на манер углей, На дырах черных окон прожигая пятна.

Она кричала. Дым вокзальных стен, Опутал храм разлук и встреч как сети, К ногам стекла смирившаяся тень, Их расставанья я - немой свидетель.

Разговор

Знаешь, я наверно его уведу у тебя,

Я красива, мила и намного моложе,

Наши встречи как яркие искры огня,

Я модель, посмотри, как я сложена.

А какой у нас бурный и страстный секс,

Так что звезды в галактике плавятся,

А какой у меня заразительный смех,

Он невольно в ответ улыбается.

Я его заберу, в синеве моих глаз,

Он увидел лавину любви и желания,

Для него одного я на свет родилась,

Вот такая красивая я и желанная.

Я его уведу, любовь ваша ушла,

Он сказал, вы давно друг другу чужие,

Только гложет его перед вами вина,

Смотрит долго он в окна ночные.

Уводи, разрешаю тебе забрать,

Только жить как ты будешь с этим,

Грусть былой любви по его глазам,

И болея, он чьим бредит именем?

Нас навеки связала незримая нить,

Дети, счастье, болезни и беды,

Память, раны души не тебе лечить,

Я всегда буду с вами третьей.

На перроне

Пальцами губы трону,

Сколько минут осталось

Стоять в толпе на перроне,

Секунд запутались пряди.

За бахромою бликов,

От фонарей на лицах,

Скрывается тень разлуки,

В наши глаза стучится.

Рвутся струнами чувства,

Болью горчит мгновенье,

Руки друг друга отпустим,

Толпы унесет теченье.

Дрожь от мокрого ветра,

Сердце закутано снегом.

Сожми мои руки крепко,

Февраль заползает в вены.

Дороги опутаны сталью,

Делят судьбы на части,

Опять я тебя провожаю,

Глазами прошу остаться.

Замершее небо клубами,

Пряник луны чеканный,

Пальцами губы трону,

И поцелуй прощальный.

О тебе

О тебе никогда я не буду писать,

Я боюсь, что когда-то, возможно,

Их прочтет и в тебя влюбиться та,

Что захочет с тобою быть тоже.

Я стихи о любви не пишу для тебя.

Вдруг о чувствах прочтет их другая,

И коварством полна тебя влюбит в себя,

Те слова о любви за меня повторяя.

Запрет на весну Знаешь, я на эту весну наложу запрет, Чтобы солнце лёд сердца не плавило, Песней грусти скорбящей ветер поет, Укрывает метель снежным саваном.

В даль опять белой птицей летит зима, Нежность в сердце покрылась пеплом, Да и боль не беда – это просто судьба. Ткнула в душу мазком краски белой.

На снегу февраля уголек от любви, Зашипит и исчезнет капелью залитый, Я вернусь в тишину, в пелену зимы, Колдовать на запрет в ледяные степи.

Я поставлю табу на приход весны. И под холодом неба дождусь метели, Время тихо замрет и покажет нули, Солнце вмерзнет во льды от капели.

Три часа утра Три часа утра, мне песню пой, тоска,

Я слышу в шуме плач, а это значит,

Гуляет в небе ангел и смотрит свысока,

Опять вокзал, но всё теперь иначе.

Разлуки – встречи, картами тасую,

В тонах свет черно-белый за окном,

Давай споём, мой ангел, потанцуем,

Заглушим песней плач чужой вдвоем.

Бессонница в ночи крушит минуты,

Дни пустозвоном пролетают без тебя,

И отменённый рейс из-за плохой погоды,

Опять вокзал, а до рассвета три часа.

Заглушим плач, чтоб с ним не зарыдать,

По нотам память разберем на снимки,

Ты где-то там, и между нами города,

А по глазам слезой непрошенная дымка.

Две разных точки на большой планете,

По телефону, как держась за руки,

Соединились на одном твоем билете,

«Рейс задержали» слышу голос в трубке.

«Ты слышишь плач? Нет, нет не мой,

Я все еще держусь, мне ангел помогает,

Меня оставил слушать плач чужой,

А сам по небу от меня к тебе шагает.»

Диспетчер что-то тихо шепелявит,

И кто-то молиться на алтаре вокзала,

Рассвет по окнам, ночь заря сжигает,

Под горький плач кого-то провожая.

Глава 3

В постели

К черту морали, рамки тесны,

Рвут тишину клочьями стоны,

Солнце полдня в зените стоит,

У нас же в постели свои законы.

Ветром летит дыханье до звёзд,

Сердце стучит азбукой Морзе,

Точка-тире пульсом сплелось,

Движенье тела тире-тире-точка.

Счастье тонуть в горячих руках,

Мысли и тело бесстыдно раздеты,

Вот уже в окнах вспыхнул закат,

Рисует лучами по линиям тела.

Время к рассвету ведёт за собой,

Сплетение рук сжимает до дрожи.

Азбука Морзе новой строкой,

Клеймом поцелуи горят по коже.

Лаской встревоженная постель,

Пахнет морозной свежестью,

Снег свежевыпавший простыней,

В рисунках нарцисса нежного.

Сборы в дорогу

Ты уезжаешь, но теперь надолго,

Тебе в дорогу соберу я чемодан,

Сложу туда что нам с тобою дорого,

Все что люблю, тебе с собой отдам.

Страстей безумных положу я ночи,

Бессонные рассветы стоя у окна,

Луч солнца, согревающего плечи,

Себе оставлю я - холодные ветра.

Сложу туда прогулки по аллеям,

Дорожки в желтых листьях до пруда,

Синь лучезарную безоблачного неба,

Себе - сгоревших листьев дым костра.

Сложу туда я поцелуев жадность,

И шепот звезд нам вторивших с небес,

Страсть ласки, острую как пряность,

Обветренные губы со слезой - себе.

Тебе я положу всё то, чем дорожила,

Что берегла, и так боялась потерять,

Но почему ты взял, что я себе сложила,

Мою любовь забрал с собою и печаль?

Как ты?

«Как ты?» - твой звонок среди ночи.

Плохо, тошно и больно, хочу ответить,

Сердце маятником колотит всё жёстче,

Душу нервы выкручивая выжимают.

«Я тебя разбудил?» - в трубке голос,

Мне бессонницу под кожу - уколом,

Рвёт кошмаром ночь сон на осколки.

Стекла глаз скребёт чёрным ногтем.

«Как ты, милая?» - голос твой в трубке,

Губы сжаты до судорог, рву их руками,

И с бесцветной как с негатива улыбкой,

Я тебе говорю: - «Замечательно, милый.»

Глава 4

Три минуты

Три минуты у нас, прощанья лимит,

Три минуты, прижаться, согреться,

Попытаться минуты на век продлить,

Но они стучат дробью как сердце.

Сыпал белыми хлопьями падая снег,

Пахло свежей сосновой хвоей и кофе,

Мёрзли руки, ты их пытаясь согреть,

Целовал и шептал: – «Я ненадолго.»

Со щеки убрал прядь рыжих волос,

Заглянул мне в глаза и по ступеням,

В небо снежное рвался твой самолёт,

Раствориться в нём птицей хотел он.

Мёртвой ношей падает снег на глаза,

Я объятья незримо для мира открою,

Замедляя секунды верну время назад,

Стрелки памяти хлопьями снега рисуя.

Он ждал

Я как-то мимоходом в его сердце,

Вошла и стала, разрывая его грызть,

Хотела в нем, наверно, отогреться,

Но не могла я бескорыстно полюбить.

Дразнила, мучила, терзала его раны,

Искала я объятья у других мужчин,

А он прощал мои измены и обманы,

Любовь лепил и поднимал её с руин.

А я опять бежала танцевать по крышам,

Ругалась и кричала – «Сама я по себе,»

И отдаваясь просто так мальчишкам,

По клубам пьяная с сумбуром в голове.

Он принимал любой, больной и пьяной,

Я отогревшись уходила снова в ночь,

Он зашивал в кровавом сердце раны,

Рубцы болели, рвали каждый его шов.

А он терпел, носил мне чай в постели,

Все ждал, я оценю, останусь навсегда,

Наивно верил, если рядом с ним согреюсь,

То полюблю неопытно-простого дурака.

А он все ждал, за раной штопал рану,

Душа испепелилась и горела как костёр,

Он ждал, когда от жизни я такой устану,

И не дождался. Навсегда вчера ушёл.

Ну и ушёл, но на душе с чего-то скверно,

И память пустотой пустила в душу боль,

Я благодарна за любовь ему, наверно,

Но холод сердца разрывает меня вдоль.

Глава 5

Por favor

Звезды небо чертили штрихами,

Я по ним загадала желанье,

Пусть останется оно тайной,

Если сбудется, то случайно.

Память кружит нас в медленном танце,

Сжаты пальцы, ломая время,

Кем теперь мы друг другу стали,

Не чужие, но иностранцы.

Мы в плену, в западне у страсти,

Свет в глазах не прикроют ресницы,

«Por favor» - ты сто раз повторяешь, -

«Ну, останься, пожалуйста, милая.»

Ночь последняя, луна мёдом,

Разлилась на песок побережья,

Я губами ловлю твои стоны,

«Por favor» - повторяю нежно.

Запах моря и шум прибоя,

Навсегда нас запомнят волны,

Босиком по рассвету - мы двое,

В это море и небо влюблённые.

Разольём по бокалам херес,

Бросим в море пустую бутылку,

Выпьем страсть мы до капли последней,

И расстанемся с третьей попытки.

Раскрутилась земля в ритме быстром,

Вдруг почудилось, что в России,

Вновь зима и снег белый выпал,

Южный ветер с метелью кружится.

Mi Amor

Ночь и мне не спится снова,

Мёрзну я одна в пустой постели,

Мне бы твои руки,

Взгляд твой дерзкий, голос,

Мне бы твои губы, чтоб согрели.

Ты скажи, за что мне наказание,

Пью одна и водка без закуски.

Там тебе тепло в твоей Испании.

Я же замерзаю тут в Иркутске.

Сниться часто мне луна и берег,

Море, а на небе звёзд плеяды,

Страсть искрилась,

Как в бокале херес,

Ты был Посейдон, а я наядой,

Наш роман был вспышкой фейерверка,

Искрой многоцветной, но короткой,

Повенчало нас с тобою лето,

Побережье Пальма-де-Майорка.

Зонтик пляжный, куча мандаринов,

Страсть в глазах и в каждом поцелуе,

Вниз луна стекала парафином,

Ангелы нам пели – Аллилуйя,

Ты смеялся, что я часто мёрзну.

Целовал мне родинки на теле,

Моё имя на язык испанский,

Перевёл – Amor, mi Consuelo,

В море кинули монетку на прощанье,

Загадали встретиться ещё раз,

Слёзы на ресницах задрожали,

Mi Amor, amor, до скорой встречи.

Шторы прячут дождь унылых улиц,

Мёрзну я, укрывшись одеялом,

Я тебе пишу с компа, ссутулясь,

«Приезжай на берега Байкала.

Будет водка, омуль на закуску.

Будет страсть зарницами до неба,

Без тебя мне холодно в Иркутске,

Привези испанское мне лето.»

Поезд на север

Поезд на север,

Считает стыки,

Зёрна от плевел,

Неотделимы,

Вновь далеко,

Друг от друга,

Волнами,

Нас разметили,

Обиды – цунами,

Снегом забитые,

Спят полустанки,

Души холодные,

В вечной огранке,

Чувства сползают,

В моря Атлантидой,

Мысли черны,

Всё слабее порывы,

Но для любви,

Не страшны,

Километры,

В судьбы вплелись,

Перекрёстные ветры,

В душах уставших,

Почти что калек,

Рыжее солнце,

Обрушилось в снег,

Жизнь не игра,

Суета и морока,

Поезд на север,

Вернулся до срока.