Вернисаж. Иронические стихи

Аборигены

Большой страны аборигены,

мы живы всем врагам назло!

Прокисли лица в Букингеме,

вздыхает Байден тяжело.

Психуют Шваб, и Шольц, и Меркель,

лягушкой давится Макрон,

и даже Трамп высокомерный

тревожно вскидывает бровь.

Обаме в рот не лезет гузка,

горюет Клинтонша в тиши...

Что ж за секрет у этих русских,

что живы — как их ни души?!

Адепты

"На выставку Репина на Крымском мосту — билетов навалом на любое время, на Мунка — четыре часа живой очереди и выставочное время продлили до 23.00… "

… сказал один искусствовед

Фрейд с портрета глядит на адептов:

ни фига себе, мол, чудеса!

Прижилось в головах "супер-ЭТО" —

пациент не отличен от пса.

Отжигают актеры по-свински,

фрик из телека матерно жжёт,

Погляди, угорает Кандинский,

и Малевич над публикой ржёт.

Будто съехали хором "кукушки" —

кривит рот опечаленный Юнг,

закрывает руками макушку

перепуганный бабами Мунк...

Из богов трансформируясь в гномы,

воспалённые, будто прыщи,

пухнут мелочных душ аденомы,

в миокардах зияют свищи.

Чешут вавки, щекочут нервишки

концентратами язв и корост,

конвертируют злобы излишки,

повышают на мерзости спрос.

Промотав золотое наследство

и давно попрощавшись с умом —

всё трепещут в припадках эстетства

над священных чудовищ дерьмом.

___________________________________________________________________

* Фрейд — психолог-манипулятор, основатель фундаментальной психопатологической теории, основной целью которой было перефрматирование мироощущения человека, сведение всей жизни и поведенческих мотивов человека к психосексуальным рефлексам и переживаниям.

*Юнг — ученик Фрейда, исследователь психологии масс, автор фундаментальных классических разработок по психопатии толпы на материале нацистского социума и изучения психологических особенностей поведения человека в экстремальных условиях концлагерей.

*Эдвард Мунк — знаменитый норвежский художник-экспрессионист.

* Малевич и Кандинский — авторы анти-живописи, деятели начала 20 века, причисленные к "кумирам авангардного искусства" критиками и искусствоведами.

*Священные чудовища — пьеса Жана Кокто.

*Съехавшая кукушка — на просторечном сленге означает, что человек потерял адекватность.

Альфонс

Эпиграф:

Из анонимного объявления на «столбе» литературного сайта: «Девчонки, закатайте губки Американцы выбирают равных себе женщин, им точно не нужно нахлебницы, которые будут выкачивать из них деньги. Так что если вы мечтаете о женитьбе на иностранце и безоблачной, беззаботной жизни домохозяйки, пора бы об этом забыть.»

(Конец цитаты)

Американские альфонсы

надменно ищут русских баб:

поизносились билли-бонсы,

поистощился баобаб,

уже не сладко жить «по фрёйду» —

и перегружен местный ФСИН,

и стыдно уличному флойду

лизать подошвы мокасин.

Пора прикинуться «мессией»,

чья сила — спесь и похвальба,

и колотить понты в России...

Совсем, видать дела — труба.

Липучий, цепкий, что омела,

злой перестарок в неглиже!

Увы, Россия поумнела —

её не разведёшь уже.

Попридержи альфонсов гонор

из лени, пива, табака.

В России женщина не донор,

не «женится» на слабаках.

Котяры в стрингах и в пижаме

уже не в моде, и давно.

Здесь женщины выходят замуж —

в России так заведено.

Иллюстрация из публикации альманаха «Гражданинъ»

Аргумент

Голосит во снах Карузо

в чистом поле кукурузы.

Кукуруза ни при чём?

Так и песня — ни о чём.

Аскетизм

Мне совсем немного надо:

плов, харчо, настойки штоф,

чай, лимон и капля яда,

чтобы помнил:

жизнь - не сахар,

чтоб не охал и не ахал,

ну и закалялся чтоб!

Баварское

«… пили бы сейчас баварское»

Ах, как хорошо пить баварское пиво

при цивилизованном «новом порядке»!

И «мир без границ», и сплошные «мальдивы» ,

И кладбища чем-то похожи на грядки.

И небо в алмазах, и слава земная...

Вот только присутствовать в качестве мыла,

в таком ницшеанском раю пребывая,

ей Богу, ужасно обидно бы было.

Вечеринка

То ли пьяная русалка,

то ли трезвая медуза —

заливала мне под алко

про супружеские узы,

говорила, улыбаясь,

отражалась в каждом грамме.

Вечеринка состоялась,

так сказать, по всей программе.

Глитчи, глюки, срывы, сбои —

мир чудовищно раздвоен:

мне бы вспомнить с перепою —

что же сам за существо я?

Власть и люди

«...не ропщите на своего правителя, ибо каждый народ достоин своего правителя» (Ветхий Завет)

Как будто в ледяной остуде,

закону доллара верны,

нас делят — всех! — на «мы» и «люди»

бояре всей былой Страны.

Мы тут же, приосанясь гордо,

открыв огромный чёрный рот,

кричим элите «прямо в морду»:

«Мы вам не люди, мы народ!»

Мы — люди. Люд, простолюдины.

Запомнить надо навсегда:

народа слуги — «труффальдины» —

двум разным служат «господам».

А мы им что — любовью платим?

Каков привет — таков ответ.

Живем как вуйки, в крайней хате,

блудим, плюём на Божий свет.

А мы — народ? Грызёмся часто.

Работать? Нету дураков!

Нам лень, и легче склеить ласты,

чем жить и жертвовать легко.

Одёрнуть лающую шавку?

Нет, каждый скажет: «Не ко мне!»

С такой балдой — по Сеньке шапка.

Её достойны мы вполне.

Ганнибал

Я нуден и упрям.

Таков как есть.

Не каждую мадам

я буду… есть!

Гном и конкурс «Графоман»

Гном-поэт пришёл на конкурс

Под названьем «Графоман».

Заявил с порога колко:

«Напустили тут туман!

Я таким названьем мерзким

Бесконечно возмущён!

Это как-то слишком дерзко!

Слишком тупо! И ещё:

Нам писать про графоманов?

Иль прикажете самим

Графоманами обманом

Притвориться, мон ами?!»

Массовик-координатор

Отвечал, забыв про лесть:

«Вам приказывать не надо -

Вы тот самый он и есть...»

Шапка вспыхнула на гноме,

Голос сбился на фальцет:

«Не хамить! Не в гастрономе!

Что б вы знали, я — Поэт!

И прошу писать с заглавной!

Член различных и тэ дэ!

Не вредит мне ваше пламя!

Также не тону в воде!

Среди гномов оскорбленья

графоманом — хуже нет!

Предо мною на колени

встал весь гномий белый свет!»

Пил координатор «Шостку»

И хинкали молча ел.

Под конец тирады жёсткой

Гном совсем очешуел.

Он крутил надменно попой,

От обид губой дрожа,

Сам себе с восторгом хлопал,

И ногами громко топал,

И руками возражал...

Но изрёк координатор -

Беспощадный тёртый сноб:

«Одолжений нам не надо -

Графоманов тут полно!»

И в слезах ругая хама,

Гневный гном исчез в траве -

Только шапка полыхала

На печальной голове.

Горе поэзии!

Б. Костинскому

Эпиграф:

Автор запретил вам посещать его страничку...

О, горе мне, пииту-раздолбаю,

«непушкину», «нефету», неформату!

Свою макушку пеплом посыпаю:

спасибо, что еще не кроют матом.

Уж легче было обойтись без риса,

без гречки, мяса, макарон и хлеба...

В ЧС упрятал стихотворец небо! —

ПОЭЗИЮ Костинского Бориса.

Словесность — всё, алярм! — почила в бозе.

Теперь там вход по выданным билетам.

Поэзия окончилась на этом —

причём на самой интересной позе...

Готу. Психоделическое

Раз-и, два-и, три-четыре —

ты живёшь в загробном мире,

пять-шесть-семь — с тобой бабай,

восемь-девять — баю-бай,

ты проснешься ровно в десять —

куклу старую повесить,

фейс раскрасишь — просто бомба! —

ты «красавчег» зомби! Комбо!

Спляшешь бодро danse macabre,

мейкнешь selfie темный кадр...

Жизнь вокруг — сплошное гэ,

лютый трэш и черный гэг!

В полночь хлопни водки, бро —

за извечное добро с мордой черного козла —

хватит зырить в зеркала!

Примечания:

* фейс (англицизм) - лицо

* danse macabre - «Пляска смерти» (фр. Danse macabre)

*мейкнуть" — произв. от make (сделать, изготовить)

*selfie - самофотографирование

* Гэг (от англ. gag — шутка, комический эпизод) — комедийный приём, в основе которого лежит очевидная нелепость.

Гражданская оборона

У них майданный зуд и насморк —

мне не понятна эта жажда:

за будущее бьются насмерть

и ликвидацию сограждан,

за чье-то хитрое мурлище

и кем-то втюханные байки,

за сказки для блатных и нищих,

за передел земли и пайки,

за допотопные короны

на головах царей горохов...

Нам без гражданской обороны,

предполагаю, будет плохо

среди пылающих покрышек —

тревожно жить в эпохе каждой,

идей хлебая кровь и жижу,

обороняясь от сограждан.

Дистанционка

Дополнил морем я реальность —

в натуре всё — песок, вода...

И на курорте виртуальном

тебя случайно увидал.

Лежу под солнышком айтишным

я на расчерченном пляжУ,

мурлыкаю под нос мотивчик

и на тебя, как кот, гляжу!

Разрезан на квадраты мелом,

наш мир совсем сошел с ума.

Сиротки мы на свете белом,

лежу я сам, и ты — сама.

Ковид — папаша правил строгих,

все связи разом разорвал.

Теперь, чтоб девушку потрогать —

жениться надобно сперва!

С тобой лежать, кольцом сверкая —

какой, наверно, это рай...

Намордник нервно мну руками,

такой в груди моей раздрай!

А вдруг окажешься ты колкой?

А вдруг посмотришь свысока?

Нет уж, иконка так иконка!

Уж лучше буду я тихонько

благоговеть — издалека.

Дневник Дали

Дали во всём колосс фундаментальный.

Вот, например, дневник — не нам чета!

В сортах сих испражнений гениальных

мы не поймём, дружище, ни черта.

Нам не постичь рефлексии глубокой

И творческих высокоумных мук:

не уставая от восторга цокать,

он трепетно лелеет каждый пук,

в руладах заливается, как пташка,

да так, что мрёт от зависти Орфей! —

обожествляя каждую какашку

из задницы божественной своей.

Дядя Сэм

Революции в пробирках

вырастают на Уолл-стрит.

и сакральных тушек стадо

там заботливо растят.

Всем от бубликов лишь дырку

Сэм подарит и сострит:

мол, взрастаете, как надо –

на иудиных страстях.

Ёлкины мечты

Хоть говорят, что жизнь права —

у жизни, брат, свои причуды.

Спилили ёлку на дрова,

а ёлке так хотелось чуда!

Чтоб крестовина под ногой

всю ночь скрипела на паркете,

чтоб дух шёл сытный и благой

от тульских пряников в буфете.

Чтоб не гореть ей на костре,

чтоб дети пели «трали-вали»,

в стеклянный шарик кот смотрел…

И наливали…

Наливали…

Живая очередь

В человечьей стае крик и суета.

Очередь живая ропщет: всё не так!

Золотая рыбка, превращаясь в шпрот,

прыгает не шибко в злоязыкий рот,

денег вечно нету, устарел смартфон,

надоело лето, колокольный звон,

и дудит архангел в медную трубу —

как досадно слышать это «нерабу»!

Этот звук достойно не даёт нам жить.

Боже, дай покой нам! Боже, накажи,

Накажи горниста, он мешает нам:

правда — неказиста, да и не вкусна.

Ни к чему нам правда, скучно от неё.

Счастья не добавит знание Твоё.

Дай потомкам Хама ложку и весло,

не дели грехами на добро и зло.

Чтоб без лишней муки, чтобы без труда

попадала в руки щука из пруда,

чтоб меха шиншиллы нам не била моль,

чтоб душа не ныла, сахар чтоб и соль,

чтобы всё на шару, без очередей,

чтобы чёрт не жарил на сковороде —

исцели нас зельем, дай нам пить и есть,

ниспошли веселье, радость дай нам днесь.

Тушки ублажи нам. Что возьмёшь с души?

Чтоб довольны были — волю дай грешить!

Чтоб от благовоний — крУгом голова...

Что нам блеск амвона, совести слова?

Весело и дерзко, миру напоказ,

мы вдохнем чудесный веселящий газ.

Кто-то скажет — ёлки… экие дела,

что ж такой короткой очередь была?

Жисть насекомых

Дурак, мудрец или хитрец - любой на ласку падкий! - Теряет голову самец в любовной лихорадке. Прекрасна чёрная вдова: её любовь - до гроба. Всегда страдает голова, когда страстей - утроба.

Самцов неугомонный рой торопится влюбиться. И богомолиха порой страшнее паучицы! «Им только б голову отгрызть!» - пророчил энтомолог. Не слушал - вот и кончил жисть на самке богомола.

Игра любовная была изысканной и пылкой... Зазноба жизнь отобрала своей проклятой пилкой! Отгрызла голову - увы! - в пылу страстей алкая. У жертвы, как и у жратвы - прелюдия такая...

Попробуй тут мораль извлечь! Враги инстинкт и разум. Но, прежде чем на даму лечь - Проверь её, заразу. _____________

Самка богомола пожирает самца после или даже во время спаривания, начиная с головы. Оставшееся она доедает во время кладки яиц.

Жить «как раньше»

Как хочется порой назад! Туда,

где кормит «Рашка» кучку паразитов,

и лимитрофов власть, собой горда,

во время отвратительных транзитов

вдруг вспоминает про электорат,

и, раздавая гречку «на-гора»,

сулит златые горы алфавитов,

свобод и кучу прочего добра.

Где семеро от ложки устают,

а брат старшой как воин среди поля,

где так вольготно житие ворью,

по телеку втирают «биополе»

в размякший мозг наивных дураков,

где водка полируется пивком,

где скоморохи ездят «на гастроли»,

у королей капусты клянчить роли

в пенатах необъявленных «врагов».

Как хочется порой в социализм,

где возят за бесплатно в санаторий,

где защищен был каждый мелкий глист,

где филармоний и консерваторий

театров, клубов и кружков не счесть,

где каждой гниде защищала честь

наичестнейшая из конституций,

где не было легальных проституций,

и гимн страны включали ровно в шесть…

Ведь стоит лишь название сменить —

и вмиг повсюду воцарится счастье,

исчезнет спесь зажравшейся родни,

и выпадут все карты нужной масти,

«ковид» держать не будет взаперти…

Но чтоб казённых не было квартир!

Чтоб пармезан и сёмга, а не просо,

чтоб тунеядец или дезертир

не подвергались всяческим… вопросам.

Чтоб власти говорить: не ваше дело!

Распоряжаться временем и телом,

транслировать полнейшую пургу,

и чтобы государство ни гугу,

не лезло в жизнь ни Маши, ни Аркаши!

Пивко чтоб не отжали по пути…

И быть в «друзьях» у «ваших и у наших»,

и рыбку съесть —

и поле перейти…

За всё

От мзды опухшие «мессии»,

и фарисеи-ассасины,

и нечисть в голубых лосинах,

и саранча,

и гог-магог —

за безответную Россию

всем - с педантичностью кассира,

с ухмылкой вежливой мессира -

ответит

терпеливый

Бог.

Звезда

Ольге В.

Звезда майданных поскакушек,

легенда русских соцсетей,

арийских петухов, кукушек

и оппозиций всех мастей!

Ей революция покрыла

нейроны мозга головы!

Давила капсом, истерила,

кричала всем: «Иду на ВЫ».

Несла про росгвардейцев разных,

был всякий у неё — урод.

От революций безобразных

её — с ума сходил народ!

Вопила что-то про героев

с «мышом» в разгневанной горсти,

«майдан» пыталась всем устроить —

и в магазине, и в сети.

Всё про цензуру причитала,

мол, ей щемят больной мозоль,

отняв кастрюлю из металла

и газовый аэрозоль.

Всё поминала Божье Имя

ни к городу и ни к селу

и всех проклятьями своими

грозилась обратить золу.

Трясла лукавым транспарантом

напра… нале… вобще — везде!

Эх, ей крупицу бы таланта,

вечнохайпующей… звезде.

Зверинец. Про силуэты

«... Зарядил и всмотрелся в прицел. Из-за плохой видимости через тепловизор прицела я увидел на расстоянии, ну, около 250 метров силуэт парнокопытного, внешне похожего на крупного кабана. Я произвел два выстрела в сторону силуэта животного, и спустя некоторое время силуэт упал...»

— депутат Рашкин, член КПРФ

Ну прямо не охота, а кино!

Меня — безвинно взявшего вину! —

внимательно глядящего в бинокль,

мой тепловизор нагло обманул!

Там чей-то силуэт гулял в полях.

Столкнула нас жестокая судьба!

По кабанам разрешено стрелять —

и я решил, что это был кабан!

Лишь пальцем шевельнул — и обана! —

история сама случилась вся:

стрельнул по силуэту кабана —

но застрелился силуэт лося́!

И вот с недоуменьем на лице

мой силуэт — средь медиа-козлов,

и ржёт, как лось в оптический прицел

кабан… вот сволочь, просто нету слов.

Зуд творчества

Жизнь это боль!..

Имярек

Без боли поэт не поэт, уверяю,

Пишу и пишу я куплеты запоем,

Комар укусил или пёс за сараем —

И творческий зуд не дает мне покоя!

Неймётся мне вечно, ногами сучу я,

Бешусь от житейского жира избытка.

Мне дай только повод! Возможность учуяв,

помчусь наносить то ушиб, то убытки...

Угас мой смартфон и и штиблеты намокли.

Брожу по неправильной нашей Отчизне,

с моноклем в глазнице,

с военным биноклем —

ищу повсеместно жестокости жизни.

Стихия поэтов — мордасти и страсти!

Строфу за строфой отливая в граните,

шепчу: шлите, боги, побольше несчастий,

а лучше — вобще!… побольней ущипните!

Чтоб видели все, как пишу я красиво —

Талант и харизма не то что у прочих!

Чтоб не затыкался фонтан креатива.

Страдать в интернете — не камни ворочать.

Классическая примета

Шарж

Классик Крюков сурово

взглянул на памятник Пушкину.

— Эй, Сергеич, здоро̀во!

Вели-ка пива по кружке нам!

Тикали вечности часики.

Мимо носились юбки,

шорты и брюки.

Сверху на головы классиков

гадили птичьи тушки.

Это к бессмертной славе! — подумал Крюков.

Это, похоже, к де́ньгам… — подумал Пушкин.

Клоновод

Я заделался поэтом,

да ещё «звиздой» при этом!

Я стахановец компа!

Не поймали — хайли-лайкли!

Сам себе я ставлю лайки,

Не один! Меня — толпа!

Я — ругатель и хулитель,

я — читатель и хвалитель,

критик — это тоже я!

И куда ни плюнь — везде я,

прям Геката, прям Цирцея!

и Стихия, и Психея…

А в итоге…

Ни-че-го!

____________________________________________________________________________

*Клон (сетевое понятие) - дополнительный аккаунт. Есть "сетераторы", у которых одновременно на одном и том же ресурсе присутствует несколько клонов - от 10 и выше, причем - с очень "романтическими" никами) Обычно они используются для накрутки рейтингов, написания хвалебных рецензий основе-аккаунту, и для создания иллюзии "толпы" при травле конкурентов или троллинга и дискредитации "заказанного" неким "доброжелателем" неугодного кому-то автора в Сети..

Клоны. Футуристическое

Они как хрен на блюде —

горды и непреклонны.

Посмотришь — вроде люди,

а приглядишься — клоны.

Кошмарит эта повесть!

Тридэ штампует прога

отъявленную помесь

бульдога с носорогом,

варана с Даздрапермой —

Их не рожает лоно,

Из колбочек со спермой

Растущих неуклонно.

Комплекс швейцара

Я хотел промолчать, как всегда,

ведь ликбез дуракам не поможет,

но трезвонит мне в двери беда -

некто с очень уж важною рожей.

Может, дворник, а может, швейцар,

может, просто домкомовский швондер,

с выраженьем дежурным лица -

в местечковой тусуется фронде,

где на пряник меняют коржи,

крутят сплетни, скандалы, интрижки,

где младшо́й по команде бежит

в гастроном — за баварским — вприпрыжку.

Зря открыл! Ах ты ж ёксель-етить...

Свесив до́ полу длинное жало,

Он пришел мне дышать запретить,

Чтоб вокруг ничего не дышало.

Я домкомовских знаю зверюг,

чьи слова зеленей стеклотары.

— Слышь, сгоняй за пивком! — говорю,

что же нам на сухую гутарить.

Он за пивом рванул, как олень -

По привычке.

А я — на рыбалку!

Я б сказал...

Но — природная лень.

И облом.

Да и времени жалко.

Критик

Был критик так гнездо-квадратен,

и так топил за «пролеткульт»,

что рухнул с дуба старый дятел —

инсульт.

Критики, пииты и поэзия

«Суха теория, мой друг, а древо жизни вечно зеленеет… (Гёте, «Фауст»)

1.

«Чтобы научиться писать стихи, поэт должен знать наизусть, что такое ямб и хорей, дактиль и амфибрахий...» (Критик Имярек)

«Стихотворение плохое, потому что в строках неодинаковое количество слогов...» (Ещё один Имярек)

Где ямбов с хореями полная пасть,

но су́хи теории, бес,

там яблоку сладкому негде упасть —

«с изустем» учи или без.

Бессилен тотальный учёт и контроль,

где сердце, глаза и слух.

И толку от всей арифметики ноль

тем кто

как тетеря

глух.

Обрывки слогов улетают во тьму,

костяшками щёлкает крот.

А светятся, дышат стихи почему —

слепой никогда не поймёт.

2.

«Плохие рифмы и неправильные ударения в стихе допускаются, если стих — вольный...» (Критик Имярек)

Апо̀столам рифмы и слога,

кто чтит Николя Буало,

блюдя орфоэпию строго —

непросто быть апостоло̀м.

Но дух поэтической схимы

срывается на чарльстон:

ана́пестом пишем стихи мы —

но кое-кто — анапесто̀м.

Бузит отщепенец-кривляка!

Но дом

уходит на слом —

если хвост

виляет собакой,

и уши

машут ослом,

и скачет дерзавец в папахе,

подковой грохочет блоха...

И в ужасе мрёт амфибрахий

в корявости вольной стиха.

Примечания:

Орфоэ́пия (от др. — греч. ὀρθός «правильный» и ἔπος «речь») — совокупность правил устной и письменной речи, закреплённых в литературном языке.

Круг общения

Окружности рисую мелом.

Все дураки — а я вот в белом.

В мои общения круги

ступить ногою не моги!

Культура

Живем в словесной мясорубке,

Сплошной, простите, моветон:

«Творенья» пишет Вася Пупкин —

Тоскливо месит Блок бетон.

Ремарк не от хорошей жизни

Пошел трусами торговать.

В «культуре» тонет вся Отчизна,

Едрёна вошь!

Япона мать...

Ла-ла. Романтическое

Шурую из себя я весь такой,

гляжу — стоит, я ей махнул рукой:

мол, не пойти ли нам куда-нить с ней?

В ответ она махнула тоже мне.

Я быстро взял и весь к ней подошёл.

Она такая тоже: «Ну, и шо?!»

И разговор был весь такой... «Ла-ла»...

Улыбка у неё везде была.

Лауреатки

По следам конкурсного скандала 2021

Браня замысловато

унылого самца,

смелея, блеет матом

обсценная овца.

Порвав шнурки штиблетов,

подняв свои зады —

толпой бегут эстеты

на крик тупой звезды.

Взбесились разом козы:

мешают им враги

дуреть в овечьих позах

от собственных вагин.

О, грантовое благо —

проплаченный мейнстрим!

Одна всё машет флагом,

другая — про интим.

От воплей в интернете

аврал по соцсети —

скандал в оргкомитете!

О. Господи, прости

зоилкам оголтелым

злой промискуите́т —

пусть ублажают тело,

но забери планшет.

Литературная микстура

Проста от зависти микстура:

не лезь учить, как надо жить,

читай любимые стишата,

а что не нравится — не ешь!

Литературный тролль

Нет кляпа на чёрный распахнутый рот —

Из клонов собрав полоумный «народ»,

всем роет могильники форумный крот,

И мучает «клаву».

Зоил ненавидит чужие стихи,

ему наплевать на чужие грехи —

да ведь работёнка-то не от сохи,

и хочется славы!

Литературная экспертша

Юлии М.

В поту словесного запора

угрюм, насмешлив, ядовит,

листовки лепит на заборы

на жизнь обиженный пиит.

Вернее, не пиит — пиитка,

словесности специалист,

в сравненье с ней все пишут жидко,

в сравненье с нею каждый — глист!

Высокий штиль мешая с грустью,

об всей литературе речь

ведёт она. Мол, захолустье

у вас такое — негде лечь!

Мол, качеств низких, и не новы

все ваши тексты, господа!

Мол, и жужжите вы хреново,

да и летите — не туда.

Да «тьфу!» на вас и ваши книги!

А я летаю и жужжу,

Меня читайте! Вам я мигом

и слог, и рифму покажу!

А то одна сижу, как дура,

и каждый — гадский, словно тать -

не признаёт Литературы -

не хочет Творчество читать!

Так — снисходительно, как гуру -

вещает, всех ругая вслух,

экспертша мировой культуры

в кругу таких же... критикух.

Людоед

Я нуден и упрям —

Таков, как есть.

Не каждую мадам

Я буду… есть.

Маруся и Кастанеда

Маруся больше не поёт.

У Кастанеды научилась

Тянуть любую гадость в рот.

Маруся дрянью отравилась.

Пейот...

Мозги

Европу довёл до цугундера гонор.

Висит на повестке искусственный голод.

Котлеты из травки. Рагу из червей.

Грустит без бензина огромный хайвей.

Подмёрзли хвосты. Поистёрлись копыта.

Понты полиняли и уровень быта.

Задумались галл, и атлантец, и гот -

Проблемы у "нации белых господ".

Напасть на Россию решили Европой -

и сук отпилили под собственной ...опой.

Свалились. Изрядно досталось мозгам:

мозги, оказалось, находятся - там.

На голубом глазу

На голубом глазу ни крапинок, ни пятен.

Всем делает «козу», решителен, приятен,

словечек карамель, непогрешимы руки…

Лехаим ездил в Йель — на поиски науки?

Там дьявольский комфорт, чертовски вкусный шерри,

изысканный рокфор, и кости там, и череп,

под громогласный туш и запах гиацинтов

оттуда вышел Буш и выпорхнула Клинтон…

Навальный — ху из хи? Хочу понять я, братцы.

Да нет, я без «хи-хи» — хотелось разобраться б…

Насекомый

Надень перчатки и намордник,

и шлем поправь на голове.

А помнишь, как звучало гордо,

мол, царь природы — человек?..

Но эльфами ты бредил твёрдо,

и человеком-пауком,

был киборгом,

был тёмным лордом —

и не любил ходить пешком.

Всё, кончились твои гулянки!

Резвится нежить над травой.

Сиди теперь в стеклянной банке:

ты — насекомый цифровой.

Начиталась!

«Бездушный сноб и эгоист,

Он гадко пахнет никотином!

Сексист и гендер— шовинист,

Нарцисс, абьюзер и скотина.

Он агрессивен, ненормален,

Токсичен, то есть — ядовит.

Скрывает он свои романы,

Но точно, сволочь, с кем-то спит!

Он провокатор жажды мщенья,

и чёрствый, хоть волчицей вой,

и вызывает раздраженье

лишь тем уже, что он — живой!»

Так, возмущаясь, причитала

Фемина дивная, когда

Она «всю правду» прочитала

В журнале с надписью «Для дам».

Обличены недуги века!

Погасли разом миражи.

Всё стало ясно до молекул.

Но… как теперь с «всей правдой» жить?

Недопоэт, недопрозаик...

У патриота из-за лужи

ей Богу, что-то с головой.

И нужен-то, как хрен на ужин -

да шуму много от него.

Штампуя клонов биомассу,

он пьёт коньяк и назепам.

Он исключительная раса -

он белый господин и пан.

.

Мечтун до мерзостей охочий,

ждун мстительный как пекинес,

он матерится и хохочет,

упоротый майданный бес.

Недопоэт, недопрозаик,

а так... вэлыкэ цоб-цобэ,

манипулятор кисок-заек

и прочих виртуальных «бэ»...

Он балерун надрывной позы -

болел, страдал, увяз в стезе...

И нужен как варан колхозу

он был бы... кабы не борзел.

Неподкупная актриса

В сравненье с другими я просто — святая!

Приличней меня днём с огнём не найти! —

Некстати и кстати она повторяет

в трамвае, на сцене, в быту и в сети.

— Куда не посмотришь — везде проститутки,

распущенность, похоть, мздоимство и блуд!

Ужасный обман при продаже-покупке —

ведь каждый второй проходимец и плут!

Увы, господа, я почти неподкупна,

И дом мой не крепость, а целый блиндаж!

— А если готов я платить поминутно?

И деньги на кассу?

— Смотря сколько дашь!

Непрошибаемая

Непрошибаема кастрюля

её майданной головы,

у ней на все резоны — дуля.

Увы!

Неугомонные зоилы

Охотник до журнальной драки,

Сей усыпительный Зоил

Разводит опиум чернил

Слюною бешеной собаки.

(А. С. Пушкин (1824)

Неугомонные зоилы,

незатыкаемые рты,

то лезут в жизнь мою без мыла,

то верещат "иду на ты" —

от спеси становясь всё злее.

А мне давно — как соловью.

Им с каждым словом тяжелее

вещать про "избранность" свою.

Неймётся эльфам светлоликим,

не помогает "kartaslov"...

Орут витии-горемыки,

пегаса путая с ослом,

что стих мой будто из ломбарда —

лишь пыль на кончике пера,

из "золотого миллиарда"

меня вымарывать пора!

Версификатор, самозванец,

чей примитивен кругозор,

трамвайный хам я, пьянь из пьяниц,

литературы всей позор.

С закваской из ржаного теста,

мои стихи — не "па-де-де".

Согласно либеральным тестам

я — "орк", и "Мордор", и тэ дэ...

Глашатаи "перезагрузки",

я вам ни капли не хамлю!

Я просто говорю по-русски,

и просто — русское люблю.

Примечания к тексту

___________________________________________________________________________

Зоил — древнегреческий критик, историк и оратор (ок. 400-330 до н. э.). Прославился тем, что подверг резкой и мелочной критике поэмы Гомера, которые в Древней Греции считались классическими, безупречными образцами поэзии.

Имя нарицательное для злобного, предвзятого литературного критика-мизантропа.

О прекрасном

Всё прекрасно в ней: борщ и тушёнка,

Смотрит сыто и честно очами:

Тушка, шкурка, и ум, и душонка,

И довольна собой — чрезвычайно...

Но сомнения гложут невольно:

Раз себя нет в природе любимей,

Раз собой чрезвычайно довольна —

Так откель недовольство другими?

Об эпитетах и о смерти

Где речь о смерти, и что склеим ласты мы —

там пошло выглядят эпитеты цветастые.

Где речь о том, что бытие расколото —

дешевой бижутерией и золото

окажется.

И чем сильней искус —

тем строже должен быть язык и вкус.

О пародиях

Средь лилий прячется ехидна,

Когда совсем наоборот

Козлы поют — но не обидно,

хотя, конечно, ржёт народ

над содержанием и формой...

Поверьте, здесь ни капли зла,

когда несётся по платформам

неугомонно песнь козла.

Пародия — античный жанр, букв. означает — "песнь козла", "пение наоборот".

О предосторожности

Не мастери унылый ты кораблик,

и в Питер больше никогда не ездий.

Ешь огурцы — на кой те дирижабли?

Включи фонарь — зачем тебе созвездья?

Жизнь пенится от радости, как пиво,

и без материй всяких там высоких!

Куплеты «про любовь» и детективы,

коньяк, пакет бананового сока,

и драйв, и кайф, и звонкая монета,

гамак в саду, малиновые кущи —

живи в релаксе, ибо модно это,

на быдло и себя дели живущих.

Гримасничай, как шимпанзе на ветке,

будь убеждён, что подражаешь Богу.

Но, ковыряясь пальчиком в розетке,

от лужи береги босую ногу.

О чём в саду лепечет роза...

Марине Миртаевой

Под слов искрящимся гипнозом

нам здравый смысл порой не мил.

О чем в саду лепечет роза —

не так уж важно, mon amie.

В её стихов пернатом гаме

я смыслы нахожу едва:

вплетает в звуков оригами

непостижимые слова,

плетёт узоры хрупких кружев

чудесной золотой иглой,

и так тебя обезоружит,

что ты как будто сам не свой.

Волшебны слов метаморфозы —

пусть плачет Таня над мячом,

и пусть в саду лепечет роза —

ей Богу, всё равно о чём.

Паэзь

Брат, не грусти, не суетись,

словес перебирая рис,

и, отхлебнув аперитива,

всплакни, товарищ, и смирись:

она капризная, паэзь —

не любишь если, то не лезь.

Ни рифмы и ни нарративы,

хоть тресни, не помогут здесь.

Певец свободы

Все узы прочь! Такая мода! —

вещает ветреный пиит, —

Оковы рухнут, мол... Свобода

нас встретит радостно у входа...

в Аид.

Писатель

В готелях и впотьмах трущобных арок,

с часами фирмы «Ролекс» на руке,

за стёклами авто различных марок

скрываясь в безупречном пиджаке,

в линялом сидя стёганом халате,

снуя в протертых трениках до дыр —

под безобидной вывеской «писатель»

порою сибаритствует упырь.

В смартфоне обитал «Лука Мудищев» —

жил, разжигая похоти вокруг,

авторитетом был на толковище,

играя в глобалистскую игру,

слыл знатоком, фрондёром, меломаном,

был смел и дерзок, на язык остёр.

От фельетонов до порнороманов

был гений творчества Луки простёрт.

Он был «писатель на любые темы»,

гнал копирайт, рерайт и креатив,

боролся с недостатками «системы»,

спесиво нос от «орков» воротил.

Был «толерантным», «красным» и «зелёным»,

креветок нежных запивал «шабли».

Планшет терзая, изо всех силёнок

вещал, в чём «виноваты москали».

Строчил исправно: «колорады», «вата»,

«русня», «рашизм» — блюдя свой «статус-кво».

Но не держал ни лома, ни лопаты,

не выстрелил ни разу ни в кого.

Интеллигентный — не обидел мухи! —

искатель славы, денег и кормов.

Обычный автор смерти и разрухи,

мясник «конторы тысячи холмов».

Послесловие:

* Лука Мудищев — персонаж одноимённой «срамной» поэмы XIX века, авторство приписывают Ивану Баркову — скандально известному в пушкинские времена автору непристойных стихов. Начиная с конца 90х — один из самых востребованных персонажей в богемных кругах "деятелей культуры": раскрутка "вечного образа" от ников до спектаклей и альбомов происходит интенсивно, но — безответно. Читатель, зритель, слушатель не проникаются почему-то. Не тот народ-с, дикари-с...

* Радио тысячи холмов — радиостанция, разжигавшая межнациональную рознь и подстрекавшая к геноциду в Руанде в 1994 году (РТХ стало нарицательным примером «радио ненависти», медиа, которое сеет ложь, рознь и вражду). Приблизительные потери в результате резни в Руанде составляет от 500 тыс. до 1 млн, это в ок. 20% населения страны. А технологии оболванивания по данному принципу стали наглее, мощнее по количеству, но по сути остались прежними.

* Скорей сотрите тараканов с лица Земли! — один из лозунгов этой конторы. «Тараканами» племя хуту приучили называть племя тутси именно СМИ и местные «литераторы». К слову, подобные психоинформационные технологии применялись в новообразованных государствах после распада Советского Союза, и в некоторых из них привели к трагическим, а то и катастрофическим последствиям.

Планктон

Когда поэт о графомане

шипит с насмешкою вальяжной

в плену своих великих маний,

регалий и наград бумажных,

скажу: поэтов нет, где пусто!

Без фона что они смогли бы?

Без графоманов нет искусства —

как без планктона нету рыбы.

По-русски

ты мечтаешь в грезах чистых

стать под ветром перемен

к лету крупным финансистом

и купить Porsche Cayenne… <...>

покачавшись чуть в сторонке

и подсев к тебе, несмел…

бомж печально и негромко

просит рупь на опохмел…

(Женя Гнедой)

в куртке пачка от житана

адидасы на ногах

весь в мечтах и смелых планах

весь в сомненьях и долгах

ты в уме сложил дисконты

экономишь по чуть-чуть

если грустно — съешь данон ты,

если горько — чупа-чупс

взмокла кепка от излишка

мыслей под горячим лбом

на скамейке где сидишь ты

рядом примостился бомж

просит рубль с улыбкой мутной

говоришь ему — держи!

в этом мире бесприютном

все немножечко бомжи

посмотри на наши лица

эх святая простота

мы готовы всем делиться

без гарантий

просто так

не торгуемся с удачей

настоящее ценя

жить по-русски это значит

даже бомж тебе родня

каждый будто кнопка пуска —

да хоть в прорубь голышом!

но молчим всегда по-русски

мы без камня за душой

на морозе песни-танцы

родниковая вода

не понять нас иностранцам

ни за что брат

никогда

Потрошки

Про Романа Протасевича

«В тюряге Протасевич целый! » —

весь день вопила демшиза.

«Что, продырявить эпителий?

Кто за?» —

с портрета вдруг спросил Котовский...

И перестал шуметь камыш.

Притихла даже Тихановска,

как мышь.

P.S. Мировая общественность так раскричалась... Роман Протасевич даёт «интервью» следственным органам. Сдаст всех соучастников с потрохами...

Правдоруб

Вращая всю вселенную украдкой

Вокруг непогрешимой головы,

Он всем в лицо швыряет правду-матку,

Он деловее прочих деловых,

Он говорит: кругом все — идиоты,

А те, кто гений — шизики вдвойне.

Он путает зегзицу и зиготу,

Но уверяет: Бога тоже нет.

По интеллекта девственной пустыне

Катая мысль вдоль борозды прямой,

Он презирает истины простые —

Мол, как связать их с умной головой?

В мозгу бушует винегрет сумбура,

А может — борщ, а может — оливье…

Он говорит, что жизнь — сплошная дура,

И в голову засовывает хлеб.

Провокаторы

На Руси и древней и посконной

кровь течет рекой во тьму веков.

Не перевелись попы Гапоны,

правда меньше стало дураков.

«Прозревшие кастрюли»

Как дружно в «Мордор» вымелись

бандеровской оравой!

Их пошлость будто сифилис,

в словах полно отравы.

Писаки храбрых статусов,

лукавые «мессии»,

отряды крошек-цахесов -

в осаде вся Россия.

Хихикая и крякая -

широкие натуры! -

они нам накалякают

вагон литературы!

Наглы, самоуверенны,

размахивая ксивой

они тут всех намерены

учить любить Россию!

И борзые, и шумные,

и всех вокруг надули -

гремят, как полоумные,

«прозревшие кастрюли»...

П. Ф.

Прощай, Гораций!

О тактике некоторых информационных ресурсов,

запретивших "политические темы" и решивших ввести тотальное модерирование комментариев

Ну как не вспомнить

мудрость всех веков —

опять — увы! —

прощай, мой друг Гораций!

Заставь молиться Богу дураков —

потом греха кругом обобраться.

Всего-то дела было,

Бог ты мой! —

заткнуть фонтаны

ботам пропаганды,

а в результате

каждый стал немой:

забили кляп народу

аж по гланды.

Достал психиатрический конвой!

Рулит шиза!

Не пукнуть здесь без билля.

Расшибли лоб, молясь —

да хоть бы свой!

А то ведь всем — по дури —

лбы разбили!

Билль — (англ. bill от ср. век. лат. bulla печать, документ с печатью)

Разборчивая Лена

Без конца переживая,

ноет Лена - жизнь кривая,

идеальных нет мужей -

разобрали их уже!

Этот - жмот, не даст ни цента!

Этот - бабник, сто процентов!

Тот - неправильно поёт,

тот - махровый патриот!

Тот смеётся, будто лошадь,

этот метит на жилплощадь.

Этот скрытный как енот,

тот - совсем не знает нот!

Этот бука, этот злюка,

тот - в отечественных брюках,

ненадежное плечо -

нет стабильности ни в чём!

Наша Лена громко плачет,

вдруг утонет в речке мячик?

А протухнет вдруг рокфор?

А сломается комфорт?

Хватит плакать, не глупи -

лучше робота купи:

он не жрёт, не пьет твой чай,

а заглючит - выключай!

Романтика

Он был патологоанатом,

и парикмахершей — она.

Он матом иногда ругался,

она могла постричь в кредит.

Её рассматривал он в лифте,

был романтический такой...

И улыбался, нагло глядя —

а денег так и не отдал.

Сексапильный твинк

Она умна, амбициозна,

у ней не аватар — аркан!

Плетёт интриги, строя козни

на чувства падким дуракам.

В мозги вворачивая свёрла,

слепила сексапильный твинк*,

где вся эстетика упёрлась

в кинишко «Основной инстинкт».

Изображая псевдочувства —

вопит химера из химер:

«Я — вирус нового искусства,

всем идеалам вашим — смерть!»

Долбит по «клаве», словно дятел,

бряцая на одной кишке.

«Я — балерина! Рифм создатель! » —

дубасит фальшью по башке.

Куражится, как чёртов свингер,

и падких ловит на грехи.

И не морская, и не свинка —

не порно, да и не стихи...

«Натурой дикой», «тушкой голой» —

среди ослов ловя «звезду»,

всех пичкает английской школой,

как говорящий какаду.

Что проза ей, стихи и песни? —

многостаночная кровать...

Чтоб не спошлить, пожалуй, здесь я

«звезду» не стану рифмовать...

Примечания:

*Твинк (англ. twink) — в компьютерных онлайн-играх это не основной персонаж, в социальных сетях — дополнительный фальшивый аккаунт. Твинки — это несколько аккаунтов в игре одного человека, или несколько героев на одном аккаунте.

*… бряцая на одной кишке — пафосно играя на одной струне.

Сетературная чесотка

Пииты утренней толпой —

сердитый пишущий народец —

бегут с утра на водопой,

плюя заранее в колодец.

Их руки чешутся шальные —

на раз-два-три-четыре-пять

за веко дёрнуть злого Вия —

кого-то закритиковать.

Галдят: «Пиши попроще, парень!

Не всем понятны словеса!

Здесь — просторечный стиль вульгарен,

а надо правильно писать!»

Насупясь, смотрят в микроскопы:

«Тут — провоцирующий тон

и подозрительные тропы!

Ты пишешь явно не про то!»

Калечат в спешке ударенья,

спешат в словах дрова ломать,

Ни слуха, ни любви, ни зренья,

ни капли вкуса, ни ума...

Мертва поэзия от скуки,

и творческий ужасен зуд,

когда бессмысленные руки

в чесотке к клавишам ползут.

Синдром Смердякова

Эпиграф:

По-моему, сейчас в мире основные ценности — корысть, жадность, продажность, беззаконие и непрофессионализм. Верховенство силы, насилия, но не права. И ООН мышей не ловит. Вот такой, простите за слово, тренд! ©

— один сетевой автор, имярек

У светлооких — всюду свет разлит.

Дурное око видит только дурь.

Лукавой тьмы несчастный прозелит

жаб видит и в божественном саду.

Каков, простите, центр — таков и круг.

У Смердякова — всюду смердячьё,

у лодыря — лентяи все вокруг,

у дурака — сплошное дурачьё.

Кутила знает: всяк на свете — мот,

у жмота только жадины кругом,

у балабола — каждый пургомёт,

у психа целый мир — один дурдом.

Родные тренды крутишь в голове

и млеешь от себя... как вдруг — трындец!

И видишь: раскололся белый свет

внезапно — на козлищ и на овец.

*Смердяков - персонаж одного из романов Ф. М. Достоевского. Имя стало нарицательным (смердяковщина)

«Сирожа»

Грустный, злой, змеинокожий,

возникая тут и там,

по Сети бродил Сирожа —

и таскался по пятам.

Он филолог был и воин,

бредил всё «духовной мздой»,

и махал над головой он

позапрошлою звездой.

Рыскал, вёл себя как страйкер,

всё бухтел от фонаря,

и тщедушные дизлайки

всюду ставил втихаря.

Всё пыхтел, как скороварка,

негодуя и свища,

всё беду мечтал накаркать

и аварией стращал.

Словно смайл с унылой рожей,

крайне лютую печаль

вызывал во мне Сирожа.

Я сказал ему: «Отчаль!»

Тут его накрыло горе,

стал Сирожа сам не свой,

и звезда потухла вскоре

над евонной головой.

____________________________________________________

*«Сирожа» — имя нарицательное, сленг. Слово обозначает назойливого человека с тяжёлыми психологическими комплексами и замашками тролля, обитающего в творческой среде.

* Страйкер — нападающий, атакующий, тот, кто пытается в чём-то уличить другого человека.

Солидарен

На смерть политика Б. Н.

Неприлично не плакать от горя,

и не биться в истерике духа,

видя фото почившего Бори.

Вот такая, мой друг, нескладуха.

Причитают колхозом бордели,

и скорбят в телевизор марухи,

Ах, куда же Бориса вы дели?

И откуда такая непруха?

С ними я солидарен, поверьте,

Пусть совсем не из наших лесов он —

Ну совсем не заслуживал смерти,

Этот член либеральных тусовок!

Лучше б жил, торговал бы лицом он,

Плёл про нацию и унтерменшей.

От живого Бориса Немцова

было вони значительно меньше!

Веселился бы в баньках плейбоем,

На майданах и сходках кукуя.

Я согласен, покойник — святое.

Но скорбеть не могу. Ни в какую...

Сон товарищ Влаховой

Если у тебя есть фонтан, заткни его; дай отдохнуть и фонтану.

… Козьма Прутков

как бдительны друзья народа

их оцифрован интеллект

хранит их коллективный разум

им снится бесконечный сон

снуют повсюду извращенцы

и портят гады всё вокруг

за ними следом недоумки

и неизвестно кто страшней

товарищ влахова сказала

поскольку флаг эл-гэ-бэ-тэ

на всех вокзалах и посольствах

то надо запретить пломбир

изъять фломастеры и краски

альбомы пластилин пастель

и подозрительные книжки

проверить — нет ли там чего

еще покрасить небо надо

там голубой однако цвет

запрет на радугу поставить

на море тоже — там лазурь

она еще вещать хотела

но появился президент

он вынул тётю из розетки

и так фонтан её заткнул

P.S. El sueño de la razón produce monstruos /Сон разума порождает чудовищ (старинная испанская народная пословица)

05.07. 2020

Иллюстрация: офорт Франсиско Гойи из цикла «Капричос»

Требуется муза

Сонет

Ищу я музу. Чтоб не аферистка,

для полностью серьезных отношений,

не истеричка чтоб, не феминистка,

покладистая чтоб была женьшеня,

чтоб не чирикая, мне в рот глядела,

чтоб рамы мыла, шила-вышивала,

чтоб не сидела по полдня без дела,

чтобы купала в счастье до отвала,

чтоб вдохновляла, чтобы не пилила,

почаще чтобы говорила "милый",

чтоб лошадиная была в ней сила,

и вовремя поэта чтоб кормила...

Чтоб борщ варила безо всяких басен.

С жилплощадью. На переезд согласен!

Тьфу!

я ни робот вам какой-то

я вам ни какой-то шут

мы ни в школе ставить двойки

я душой стехи пишу

ни дают внимать руладам

что несутся из души

эти грамотные гады

так бы взял и задушил

ты сатир мусьё сатирик

недостойный пишешь жанр

скачешь как блоха в сортире

прицепился к падежам

я внимательный как ухо

не нуди и не жужжи

ведь душа порхает мухой

так зачем ей падежи

от словесных загогулей

проникает в душу дрожь

голова гудит как улей

мёд поэзии не трожь

я трясуся как акакий

ряпчик жрёт мой ананас

злыдни роботы макаки

ни навижу

тьфу на вас

Примечание:

В тексте нарочито использованы грамматические ошибки (в частности, в случаях употребления частиц «не» и «ни», граффоны (например, стехи) и фонетические несуразности (какухо, какакакий, какулей)

Акакий — отсылка к повести Н. В. Гоголя «Шинель», где главного персонажа — робкого до трусости чиновника — зовут Акакий.

Феминати́вы

От либерал-украинизмов

мир словарей уже хворает,

язык отравлен феминизмом —

сижу, слова перебираю:

барсетка, метка, профурсетка,

фанерка, вешалка, галёрка,

старлетка, клетка, табуретка

хотелка, белка, режиссёрка,

дизайнерка, клевретка, жёнка,

поэтка, вилка и двустволка,

водителька и плодожорка,

актёрка, инженерка, тёлка...

Жую слова, как жвачку.

Сильно

претит словесная халтура.

И очень радует стабильность

доходчивого слова: дура.

Справка:

Феминати́вы (от лат. femina — «женщина»), или феминити́вы, — имена существительные женского рода, которые обозначают женщин, образованы от однокоренных существительных мужского рода, обозначающих мужчин, и являются парными к ним. Обычно феминативы обозначают профессии, социальную принадлежность, место жительства. Многие феминативы относятся к «потенциальным словам» — словам, которые не зарегистрированы в словарях, но при употреблении в речи носители понимают их значение. В «Толковом словаре названий женщин» филолога Н. П. Колесникова, выпущенном в 2002 году, насчитывается более 7000 феминативов.

Образование феминативов изучается дериватологией, употребление — гендерной лингвистикой.

Современное образование неологизмов-феминативов и ввод их в речевой обиход — как неформальный, так и административный — обусловлены внеязыковыми факторами и тесно связано с требованиями гендерной нейтральности, выдвинутыми феминистским движением.

Форумный свидомит

Я Джеймс Бонд в заглавной роли,

и не надо здесь ля-ля!

Гей, враги и злые тролли

распроклятого Кремля!

Вы кацапы, русоботы —

Я свидомый патриот,

Потому мне без работы

Сало лезет прямо в рот!

Сам собою упоённый,

я подглядываю в щель,

а в щели кишат шпиёны,

и манкурты, и вапще!

Расскажу почём кто стоит,

Ярлыки я всем раздам!

Кто не в курсе? Я — святое!

И на лбе в меня — звезда!

Ханжам

Заныли ксёндзы, млея от греха,

и евнухов колбасит от контента:

Такие страсть и кровь кипят в стихах -

что в бешенство приходят импотенты!

Хитрый авангард

Я не зануда — но скажу, пожалуй,

что капс — увы, последний аргумент,

когда все дело в очень-очень малом:

в попытке доказать, что ты поэт.

Запрятал рифмы в бесконечных строчках —

и вот, читатель будто сам не свой:

то ль рифмы, между нами — так… не очень,

то ль это хитрый авангард какой...

Человек напротив

Отвернись от назойливой тёти

и кивни отраженью в окне,

улыбнись человеку напротив -

он в ответ улыбнется вдвойне.

Чокнись с ним недопитой чекушкой,

и вагон огляди свысока.

Все решат, что слетела кукушка -

и тебя пожалеют слегка.

Покачнувшись, шагни из вагона

и макушку свою почеши.

И тебя непременно догонят.

И быть может, нальют от души.

Чижик-пыжик на пенсии

Баллада о старом дятле

Чижик-пыжик, где ты был?

— На Фонтанке водку пил.

Выпил рюмку, выпил две —

закружилось в голове...

— народное —

Всем жалко птичку — чиж исходит криками,

со здравым смыслом он живёт вразрез.

Все о своём, как воробьи, чирикают,

а чижика замучил энурез.

Всех посылая "пи́сать" до истерики,

со дна шизофренических франшиз

вещает чижик голосом америки

про русскую неправильную жизнь.

Россию окружила недостранами

советская печальная судьба.

Сбежав с Фонтанки, стал немного странным он,

на старости решил, что жизнь — борьба.

И лепит копипасты откровенные,

и клеит ярлыки свои на лбы,

о том, что русы сплошь неполноценные,

о том, что все сплошные здесь рабы.

Цветёт назло Россия поднебесная,

и на Фонтанке кто-то водку пьёт...

Лишь чиж безумен — и не надоест ему

употреблять забористый пейот.

Его шизы запущенная стадия

не лечится, увы, едрёна вошь.

Он так похож на сломанное радио,

без выключателя, и кляпом не заткнёшь.

Для сребреников утлая посудина,

горшок — и тускло светят фонари....

Кукуй теперь в Kykyеvе иудином,

паши за тридцать центов, хоть умри.

Транслируя космические глупости,

постит своё нацистское хламьё.

Конечно, он не против и расслабиться,

Но харчеваться ж надо, ё-моё...

Кругом редиски обзывают «дятелом»

и говорят — хреновый ты пиит.

А он когда-то книжки был издателем!

И в Петербурге памятник стоит!

От злобы надрываясь как потерянный,

таскает из сети контент как вор.

Шумит камыш, и в заповедном тереме

пьют на Фонтанке водку...

Без него.

Что такое плохо

Ефремову-младшему

Сын-алкаш к отцу пришел,

подшофе малёхо.

"Что такое хорошо?

И что такое плохо?"

И сказал ему старшой:

Здравствуй, сын, здорово!

Быть артистом — хорошо,

алкашом — хреново.

За рюмашку продавать

совесть не годится.

Не того, мой сын, видать,

ты полета птица.

Русским, сын, не стыдно быть,

и не только русским.

Ты же баловень судьбы,

хрен экибастузский!

Заболел, поди, паршой?

Быть, промежду прочим

Человеком — хорошо,

Говнюком — не очень.

Плохо торговать душой,

ныть, брехать и охать.

Быть актером хорошо,

быть продажным — плохо.

2015 г.