Ведьма

Ведьма

Любовь – она дана любому,

Любому, кто любить умеет,

Тот не отдаст любовь другому,

Тот не о чем не пожалеет.

________________________________________________

Рабыня в главный зал заходит,

И принц свой светлый взгляд направит,

Рабыня места не находит,

Сегодня он судьбою правит.

Она застенчиво, склонившись,

Нальет вина, в глаза не глянет,

И ждет, пока милорд, напившись,

Пошлет улыбку ей и встанет.

Направиться гулять по саду,

Быть может, вспомнит о рабыне

И улыбнется, знать не надо,

Она его навек отныне.

Но это все лишь на мгновенье,

И знает бедная рабыня,

Ему не ведомо влеченье

И сердце стук ее. Богиня

Лишь ровня для его услады,

С ней будет он встречать рассветы,

С ней будет провожать закаты,

Поют там соловьи квартеты,

Выводят ряженых богинь там на показ,

Он их оценивает тем же взглядом,

Которым смотрит он на вас,

Рабынь, гуляющих весенним садом.

И в этот вечер, не боясь греха,

К старухе держит путь рабыня,

Чтобы она очаровала «жениха»

И чтобы он ее был раб поныне.

Старуха смотрит на девицу, говоря:

«Твоя краса и так найдет супруга,

Не надо ворожить его за зря»,

Но девушка настаивала круто.

«Ну что ж, на то Господня воля,

Раз просишь, грех мне не помочь,

Мне нужно имя, кому доля,

С тобой делить седую ночь».

Рабыня очи опустила

«Милорд» – она произнесла,

Судьбу свою она простила,

И волос принца отдала.

«Да» – процедила тут старуха,

«Тот глуп, кто лишь тебя глупей,

Желаю ни пера, ни пуха,

Возьми вина себе налей,

Это вино в холодном сердце,

Растопит пыл любви большой,

И никуда ему не деться,

Ну, что ж, иди, теперь он твой».

Поплыл рассвет, роса по пояс,

И дышат розы на ветру,

И можно написать мне повесть,

Как плещется вода в пруду,

Как летний сад прохладой дышит,

Как пчел кружиться целый рой,

И ветер чуть цветы колышет,

И слышно пенье птиц порой.

Услышишь, как роса скатилась,

С зеленого листа сирени,

И золотом она светилась,

И прятались под крыши тени.

В июльский теплый сад, как прежде,

Принц вышел погулять пораньше,

Предавшись зыбкою надеждой,

Пошла рабыня в сад тот дальше.

Присев на лавочку, с царем,

Невольно так его спросила:

«Прекрасен сад июльским днем,

Прекрасен, что это за диво.

Вы посмотрите, как играют

В пруду прозрачные рыбешки,

Взгляните вы, как вырастают,

Листы калачика – лепешки».

С улыбкой юный принц ответил:

«Признаюсь честно, очень рад,

Найти кого-то на планете,

Кто так же любит этот сад».

Рабыня плечи опустила.

«Нет, посмотрите мне в глаза,

Я не люблю большие речи» –

Рабыне тихо он сказал.

Глаза их встретились, и сила

Была в них больше, чем в вине,

Любовь и ласка, все там было,

Все было, было как во сне.

Принц руку целовал рабыне,

И ей на ухо он шептал:

«Люблю одну тебя отныне,

Ты – для меня лишь идеал,

Сейчас оставь меня, но завтра,

Я обещаю… все потом…».

На вымощенной тропе парка,

Остался лишь графин с вином.

И теплой ночью все решилось,

И охватило счастье их

Все слишком складно получилось,

В ту ночь у наших молодых.

И солнце новое всходило,

И ложе освещало их,

Два сердца, как одно, трубило,

Ночь отношений роковых.

Лишь царь-отец, взбешенный этим,

«Казнить рабыню, на огне

Спалить ее с позором». Ветер

Сказал, что истине в вине.

И плакал юный лорд слезами,

Слезами боли и любви,

Когда его богиню сами

Солдаты к смерти повели.

Был черен этот летний день,

Гроза палила, гром гремел,

На площадь, смерти пала тень,

И кто-то смерти, песнь запел.

И тучи черные клубились,

Не пропуская солнца свет,

И капли, словно слезы лились,

Как слезы нестерпимых бед.

Стал ветер рвать листву с деревьев,

Он мощный ствол ломал, как жердь,

Он сыпал груды листьев-перьев,

И всюду царствовала смерть.

«Колдунья, сжечь» – народ кричал,

Толпа кидала гниль к костру,

Никто тогда не замечал,

Что жгли они любви звезду.

«Сжечь ведьму» – крикнул царь-отец,

«Она желать посмела сына,

Она желала под венец

Призвать сей мира властелина,

Сжечь, сжечь негодницу в костре,

Она вином его споила,

И он объятья ей простер,

Она, милорда совратила.

Твое последнее желанье,

Хотя его не заслужила».

«Люблю» – рабыня закричала,

«Люблю! Люблю! Всегда любила!».

Люблю – последнее из слов,

Что вырвалось из уст рабыни.

Судьбы несчастен приговор.

Но для него на век богиней

Останется она. Излишне

Писать о боли, между строк.

И принц поднес на пепелище,

Любви не вянущий цветок.

20.01.04.