Ваш InquisitorAlex

Береговой

Люблю тебя.

Безумно тебя люблю.

Нежно глажу руки твои и шею,

И тихо на ухо шепчу,

Что разлюбить меня никогда не посмеешь.

Целую губы твои,

Аккуратно так, чуть с опаской,

Вдруг отвернешься,

Не обделяй, пожалуйста, мое тело лаской.

Я люблю тебя до самого дикого ужаса,

До восьмерки, падающей вниз,

Мысли в голове моей кружатся,

Воспоминания рисуют твоего лица эскиз.

Люблю тебя настолько, что нет сил,

Выпиваешь меня без остатка.

Я всех вокруг из-за тебя исключил,

Моя желанная психопатка.

Моя любовь к тебе словно Космос,

Бескрайний, неизмеримый.

Я расскажу о тебе всем этим звездам,

Потому что тобой одержимый.

Почему-то никто не поймет никак,

Что ты нужна мне, как ветер морю.

Все называют меня «чудак»,

А я как дурак все с ними спорю.

Плевал я на толпы этих зевак,

Не понимающих всей прелести нашей

встречи,

Ты - мой личный береговой маяк,

Чтоб путь домой был обеспечен.

Прогнивший мир

Мы все заложники этого мира,

Прогнившего до самого его основания.

Пропитанного кровью, слезами, отчаянием,

Тех убитых, несчастных людей.

Живых снаружи, но мертвых внутри,

Там, где таится рой темных желаний и ненужных идей.

Они не цари и боги, они одиноки. Эти секретари, слесари, учителя, жюри, повара и главари...

Да они кто угодно, но только не те, за кого себя выдают. Их души гниют, разлагаются на тысячи мелких частиц.

Рты их шепчут страшные вещи.

О смерти. Черти, сидящие на плече, подают им конверты, в которых написано невесть что.

Для дьявольских слуг-это маленький цирк Шапито.

Рабы своих помыслов,

Рисующие портреты на черных мольбертах,

Ждущие благодати с неба,

Не понимающие как жизнь их нелепа,

Не пытаются вырваться из паучьих сетей.

Тех самых, которые сплел Сатана, ради ловли людских страстей.

Живущие ради своих грехов: зависть, гордыня, блуд, скупость, уныние, обжорство и злость.

Забивающие гвозди в косяки своих дверей.

И нет в этом мире никого мертвей

Этих несчастных убогих теней.

Солнце взойдет

Город разрушен и тебя больше нет.

Небо задушит тьму , которая ненавидит

рассвет.

В серой мгле наших мыслей

Мы растворимся,

Словно сахар в воде,

Как кокс в организме.

Мы одинаковы,

Но это почти.

На тумбе записка,

Ты только прочти

Или умри в тишине своих мыслей,

Иль кричащих вопросов,

Безмолвных ответов

И громких допросов,

Что каждый вечер устраивает тебе твоя душа.

Сердце зашито,

Убито,

Забыто. Этого органа больше нет. Твой мозг во всем виноват. Ты слишком много думаешь, Бредишь, мечтаешь, Ты мало гуляешь И дышишь лишь никотином. Ты не знаешь ни любви, Ни заботы, ни ласки. Как ты ничтожен, Постоянно носишь разные маски. Ты забыл, ты запутался Кто ты такой. Не вспомнить тебе, Но и мир наш иной. Сплошь ложь, Лесть и обман. Обмани меня- раз Обними меня- два Разрежь на куски, Выкинь, найди И склей меня вновь. Я буду не той, Совсем не прежней, Совсем другой. Я стану чернее,

Избавлюсь от чувств.

Я стану карателем

Чужих душ и сердец.

Я буду не той

Кем быть я хотела,

Просто я не жива

Душой, а не телом.

Ты тут не причем,

Я сама выбрала путь.

Сама же ошиблась,

Но это не суть.

Мы должны идти дальше.

Должны продолжить наш путь.

Пусть он опасен,

И даже коварен,

Но вместе мы сможем

Преодолеть эту муть.

Я подам тебе руку

В тяжелый час для тебя,

И смогу уберечь

От Адского дня.

Только ты не сдавайся!

Иди вверх и вперед!

Я верю- ты сможешь,

Твое солнце тоже взойдет.

Маски

У нас много лиц и все они - ложь.

Мы носим маски, а за ними таких еще целая куча.

И нам никак не унять эту дрожь, нас всех ждет одна лишь участь. У нас много лиц и все они - ложь, Но ты только попробуй о таком заикнуться, Тебя тут же сожрут, не успеешь брыкнуться.

У нас много лиц и все они - хлам. Перевернутый мир, полный бедлам. Гнусная лесть из уст наших льется, Вы так прекрасны, но сдохнуть придется.

У нас много лиц и все они - боль. И слух наш ласкают тысячи мольб, Разум мутнеет, тому вина - алкоголь. Печень кричит, разрываясь от колик.

У нас много лиц и все они - блажь.

Ты сердце свое медом измажь.

Смерть будет сладкой,

Но гроб твой - муляж.

У нас много лиц и все они гадки.

Мы снова играем в эти дурацкие прятки.

Стены вокруг не шершавы, а гладки,

Заляпаны дегтем и рук отпечатками.

У нас много лиц, но они так убоги

Мы все Жнецы, а считаем, что Боги.

За маской невинной прячется взгляд,

Пропитанный болью и очень жестокий.

У нас много лиц, но они как повязка.

За маской скрывается еще одна маска.

Глядим друг на друга с какой-то опаской,

Падаем в грязь, но не лицом, а той самой маской.

Прячем глаза, тянем улыбку,

Не пытаясь понять нашу ошибку.

Ходим вокруг, да все около как-то.

Мы все актеры одного театра,

Погорелого, правда, да и забытого тоже.

Каждый день твердим лишь одно:

"Спаси нас, пожалуйста, великий наш Боже".

Любовь шлюхи

Любовь шлюхи ничего не стоит.

Хоть и кажется, что все отлично,

Ты должен знать: ее чувства до пошлости так неприличны.

Запомни вот что: она будет твердить тебе,

Что любит до безумства,

Но ты не верь ей.

Все это ложь. Сердце ты свое не трожь.

Любовь ее гроша не стоит,

Не мучайся ты так.

Поздно поняв простую истину,

Ты топишь свою боль в убийствах и разбоях.

Отчаянно пытаясь выместить всю злость на людях неповинных,

Ты гробишь свою душу, да и тело.

Забудь о ней, пожалуйста! Забудь!

Вернись домой, встань под холодный душ.

Перестань, наконец, в этих глазах тонуть,

Весь свой гнев на голову ее обрушь.

Заставь молиться, просить о пощаде.

Сожги ее тело, раздербань ее душу,

Запомни одно: ты ей не нужен.

Любовь шлюхи ничего не стоит,

Давно пора было это понять.

Не учи ее, урок она твой не усвоит,

Вот так дела вот обстоят.

Признайся, любовь в тебе угасла не совсем,

Но скоро ее полностью заменит злость.

Не надо выводить каких-то теорем,

Чтобы понять, что любит не тебя, а вечное сияние таких далеких звезд.

Шлюха не изменится, ты даже не пытайся.

Забейся в угол и рычи.

От боли по полу катайся,

Вой долго слышен твой в ночи.

Не верь ей больше никогда,

Забудь о ваших вечерах.

Их больше нет, они ушли как поезда,

И ужина нет при свечах.

Убей внутри себя все чувства.

Будь смелым, сильным, гордым.

В душе твоей должно быть пусто.

Любовь? Фигня! Признай уже,

Не будь упертым.

Племена

Ваши руки по локоть в крови,

Но не в чужой.

Ваши головы напрочь пусты,

Пора дать команду "отбой".

Марионетки своих же затей,

Зачем?

Что может быть важней,

Чем недостроенный Эдем?

Не Боги, не люди, и не Сатана.

Но Кто же тогда?

Тени, скелеты и темнота.

Нынче так и живем, товарищи-господа.

Руки по локоть в крови.

В чьей?

Тех, кто уже мертвы.

Людей?

Не люди, не Боги, не звери

И даже не Сатана.

Те, кто прячется в темной пещере,

Далекие, дикие племена.

Я кукловод

Железобетонные стены тебя уже не спасут.

Ты больше не будешь проблемой,

Что душит меня как спрут.

Ночами не буду плакать,

Перестану в агонии биться.

Дай же совет, подсказку,

Как мне живой воды напиться.

Больше не будешь мне душу рвать ты

Своим равнодушием.

Больше не будешь трепать мне нервы

Своим безразличием.

Я найду в себе силы подняться на ноги,

Я найду в себе силы найти ответ на вопрос: "Все еще любишь меня? Или нет?"

Я найду в себе силы ответить: "Да"

И посмотрю, что с тобой произойдет тогда.

На небе зажжется Полярная звезда.

И ты вдруг поймешь: я кукловод,

А ты лишь марионетка,

Дрожащая в моих руках.

Пасмурно. Осень.

Музыка больше не спасает меня,

Да и вряд ли уже спасет что-либо.

Я в тебя с головой нырнула,

Как в омут,

Чтоб солнце мне больше никогда не светило.

Вечные сумерки.

Пасмурно.

Осень.

А помнишь как прятались от дождя под деревьями?

Мне с тобой хорошо,

Обещай, что не бросишь.

Чудо.

Я подарю тебе чудо. Хочешь?

Оно очень красивое, светлое, яркое,

Словно солнышко в детских руках.

Я подарю тебе чудо. Знаешь?

Оно очень хрупкое,

Словно королевский хрусталь.

Я подарю тебе чудо. Веришь?

Оно будет рядом с тобой.

И в дождь, и в морозы, и в знойные дни

Оно не оставит тебя без защиты.

Я подарю тебе чудо,

Только пожалуйста, ты его береги.

Это частичка меня. Частичка моей души.

Мое море - не озеро

На телефоне включен режим "Сна",

Но твой звонок пройдет даже через него.

Всего несколько метров осталось до дна.

Мое море - не озеро, но и оно неглубоко.

Слезы мои - вода,

Твои слова - лишь пустой звук.

Зачем попусту тратить время?

Я глуха. Я не слышу даже каблуков твоих стук.

Вся моя жизнь - обман.

Все мои действия - ложь.

Не верь мне, пожалуйста, никогда!

Иначе к пропасти себя подтолкнешь.

Беги от меня прочь!

Как можно дальше. Как можно быстрей.

Я пытаюсь тебе помочь,

Оградить от своих же страстей.

Не злись на меня, не ругайся,

Я очень тобой дорожу.

На части, пожалуйста, не распадайся,

Я от греха тебя удержу!

Маленький убийца

В свои шестнадцать кружит танец среди повстанцев,

Такой молодой, а уже убийца.

Не виноват, что таким он стался,

Жизнь приучила на каждого встречного злиться.

Гул вертолета - для него колыбельная.

Оковы его - война.

Не боявшийся смерти ребенок,

Горя хлебнул сполна.

Голод и жажда бок о бок идут,

Наступая на пятки, на ухо шипят:

"Мы с тобой неразлучны, ты - лучший наш друг".

Боль и отчаяние лицо его исказят.

С повадками зверя, не герой он -калека,

Инстинкты его как у сверхчеловека.

Душа изувечена, тело болит,

Надеюсь, хоть кто-то за него отомстит.

Что же я делаю?

Хочется в крови адреналина,

Чтоб током ударило в голову, да посильнее.

Чтоб наконец-то избавиться от оков

Этой жизни, которой я жить совсем не хотел.

Сижу в пустой комнате, точнее пусто внутри меня.

Осознание этого отдает сладкой горечью.

Я делаю то, чего мне совсем не хочется,

Я жажду свободы, которую мир у меня отнял,

Моя зона комфорта - та самая пустая комната.

Я заточен в недрах пыльного зеркала и наружу никак не могу прорваться.

Мне сложно разбить его, решимости нет.

Я пытаюсь хоть как-нибудь оправдать себя,

Страх перед будущим висит на мне, как бронежилет.

И это ужасно. В самом деле - ужасно.

Я не живу - существую, и об этом жалею.

Ругаю себя, критикую, но все же надежду лелею, что когда-нибудь смелости наберусь, вдребезги зеркало разломаю, а вместе с ним и пустую комнату внутри себя.

И все сомнения свои развею.

Друг

Друг мой, передаю тебе привет,

Если ты все еще есть у меня.

Я нормально, в порядке,

Пока что живая, хоть и больна тобой.

Скажи-ка мне, друг сердечный,

Что сделала я не так?

За что же ты бросил меня, в омут чертей с головой?

Я так дорожила тобой, а тебе на это было плевать.

Ты мечтал лишь о том, как скорее меня отдать,

Палачам и смерти, такой ревнивой.

Вороны душу мою терзали,

Крысы грызли ее подол,

А я все шептала-шептала,

Просила дьявола подарить мне покой.

Но и он отказался от сделки,

Не захотел копыта свои марать,

Мне пришлось лишь сжать кулаки

И смерть свою смиренно принять.

Вот так я лишилась друга.

Быстро и без скандала.

Просто ушла за порог

И больше ее не видала.

Моей Одетте

Я помню тебя, как ангела, сошедшего с неба

К омерзительной туше, лежащей в луже собственной крови.

Побитый, израненный, полуживой, пачкающий подошву твоих сапог, я не смел и мечтать о том, чтобы ты подала мне руку.

* * *

Нет! Нет, подожди!

Я буду для тебя светом!

Твоим солнцем, небом, билетом в рай,

Ты знаешь об этом?

Твои слова как в ребро кастетом:

Жалят, режут, кусают,

Не дают мне спокойно спать!

Ты так прекрасна в своем берете,

в Париже где-то, холодным летом,

С бокалом вина в руках, в легком платьице синего цвета…

...и рядом с тобой за столиком французского ресторана не я, так шикарно одетый, а тот кто дороже кабриолета,

купленного прошлой осенью и разбитого летом,

дороже всех бриллиантов на нашей прекрасной планете (но не прекрасней, чем ты, моя Одетта).

Ты была так груба, слова твои, словно яд, проникают вглубь моего скелета, разъедая его, звенят

В ушах, как рокот сотен тысяч ружей и автоматов.

Но я не отчаиваюсь, не сдаюсь,

Я жду, захлебываясь черными слезами ревности, взывая ко всем богам и нимфам, моля их лишь об одном: чтоб моя госпожа взглянула на грязного, жалкого, бродячего пса — меня.

Исчезни

Я обещаю вернуться в наше личное «никогда».

Хотя твое жестче, больнее и в самое сердце.

Была ли любовь тогда?

Посыпаю открытые раны перцем.

Назло себе, и тебе, и нам,

Чтобы горечь потери заглушить хоть чем-то.

Уже не твоя маленькая мазохистка сошла с ума,

А ты все продолжаешь вешать лапшу зачем-то.

Ты обещал вернуться в наше личное «никогде»,

Хотя моего и вовсе не существует.

Была же любовь, но где?

Куда ее ветром сдуло?

Ты зависаешь с друзьями в баре, тебе похер на все вокруг,

А я сплю и вижу в ночном кошмаре, как ты обнимаешь своих подруг.

Была ли вообще любовь? И что это за хрень такая?

Ты искал повод сбежать от моих оков:

«Прости, я задержусь у друзей, родная».

«Просто исчезни» — шепчу. И не верю.