Валькирия

Мания пересчета

Открой, закрой, пересчитай,

Дай мании перегружать себя,

Звенит пустотою тишина,

Формула стабильности и сна,

Внутреннее течение реки,

Половодит от избытка скуки,

Мигают призывно на табло,

Часы, секунды, дни!

Зашиты подневольные,

В меры человеческого времени,

Как пленники они,

Кто заточил всё это в план?

И расчертил карту по углам?

Пересчёт чисел ворожил,

Мороку и туману наплодил,

Что вот контроль, а значит сила...

И в том вся соль и вся причина,

Стоило циферблат выпустить из рук,

Случилась странная причуда,

Пускай, мой педантизм выл,

Громко карами грозился,

Сам увидел, что зря наседал,

Уныло выверяя по таблице,

Мне пришлось признать,

Что разницы то нет, считать или вовсе не считать,

Ведь это не гарантирует блестящего итога...

Тогда стоит ли рвать жилы, если хорошо быть может и по другому?

Сетевая вуаль

Хрупкая сетевая вуаль,

Не способна служить защитой,

Оттого зияет пробитой,

Автор зол и снёс свой аватар,

Ему видится что всё в мире плохо,

Призраки пустых рамок,

Островы чужих обид,

Но в чем виновато творчество?

Ему же просто хочется жить...

Страница была, она существовала,

Говорила сама за себя,

И по существу, никому не мешала,

Добавлено, два раза удалено,

Спрятано в черновик.

Можно ли собрать обломки души?

Через молчаливый крик?

Валькирия

Золотые крылья души,

Поникли, устали, опустились,

Щит и шлем, защищающие тело,

Разрушились от битв,

Побиты руки, истёрлись колени,

Вот черта, где я готова сдаться,

Ведь врагов не стало убавляться,

Держась за рукоять меча,

Желала лишь упасть и распластаться,

Но обжигающий свет вспыхнул,

Второе дыхание вдохнул,

Громогласно приказал:

Живи! Твори! Ради других!

Твои амбиции, это и есть бессмертие!

Валькирии ты носишь дух,

Все они проходят возрождение,

Не важно, что тебя хотят низвергнуть,

Отравить, столкнуть или убить,

Твоё право быть первой!

И защищать людей вокруг.

Я встала, подняла глаза,

Небо яркой радугой сияло,

Над головой зажглась звезда,

Испытания больше не злили,

Вся мощь и потерянные силы,

Вернулись, словно и не уходили,

На сердце стало так легко,

Я вернулась в строй,

А это значит, что возможно всё.

Чужая идея

Ни уму, ни разуму, ни сердцу,

Овладела вами чужая идея!

Крутите уникальный ключ,

Дёргаете недоступную дверцу,

Люди завистливы, оттого повторяют,

Лепят лекала, кривляются и подражают,

Наивно думая, что раз молчат,

То этого никто не замечает!

Мелькают картинки нейронные,

Используя названия чужие,

В попытке залезть на олимп,

Погреться в лучах славы,

Кража не принесет успех,

Лишь поднимет на смех,

У всякой копии,

Один удел - забвение.

Созвездие

Небо нас давно не ищет,

Космос молча ждёт,

Искоркой плеяды вспыхнет,

Души светом все зажжёт,

Мы танцуем тихо или громко,

Сладостно, томно, грустно,

Все мы часть большого,

Невидимого паззла,

Сочленения вселенной,

Маленький каркас,

Вырви хоть одно соединение,

И на замену, будут рождены,

Новые создания пути,

Единого созвездия.

Пик всего

Я могу писать, чего же боле?

Что я хотела рассказать,

Поведала и расписала,

Достигла своего уровня,

Взобралась на пик, устала,

И с высоты опыта писателя,

Заметила мелочную скуку,

Нет желания бежать по головам,

И в принципе бежать куда либо,

Когда твои амбиции это эхо,

Сложно им дать определение,

Зато появляется потребность,

Остановиться, чтобы осознать,

Творчество веление души,

Незыблемая частичка эго,

Оно растет и приумножается само,

И кнут или костыль лишь уродует его.

Упрямая воля

Перестала верить в чудо,

Перегорела его ждать,

И таким образом решила,

Не закрывать все двери,

Самой себя вершиной стать,

Звёзды, бог, вселенная,

Черная материя,

Какая разница, кто стоял,

У истоков моего рождения?

Факт один имеет вес,

Я гораздо многих разумнее,

А значит, с меня больше спрос,

Бремя содержания ума,

Горечь ростков интеллекта,

Моя цель лишь передать,

Что упрямая воля,

Всего на свете сильнее.

Имперская слава

Достроить имперскую славу,

И развалить следующим взмахом,

Прожечь врага насквозь напалмом,

Пройтись мечом с размахом,

Поработить всех неугодных,

И следом совершенно непричастных,

Контроль как клеймо, для слабых духом,

Жестокость без границ,

Удел тех, кто боится не успеха,

Мир не способен откатиться,

Он не мячик прыткий,

Чтобы в средневековье вернуться...

Что мы найдем на дне вырытого котлована?

Когда начнется затягиваться рана?

Ведь грязь уже в крови, она туда попала...

Метроном

Мое сердце - метроном,

Измеритель чувств и лжи,

Наклоняется вправо, молчит,

Наклоняет влево, стучит,

Я настраивала его много лет,

Биться ровно, мерно в такт,

Отчего же, так горько в груди,

Когда ты мне врешь, вот так?

Ревности нет, переросла я её,

Каждому дереву, ветка своя,

Сбивается метроном внутри,

Говорит мне, что ты дурак,

Сам поверил в свой обман,

Попался в иллюзорный капкан,

Всё громче звенят лады,

Музыка повышается на диез,

Всё короче сообщения твои,

А метроном мой уже горит,

Сколько тиков отмерено мне?

Сколько раз услышу бемоль?

А в конце отзвучит бекар?

И наконец, признаешь ты,

Что мой метроном не врал?

Предатель

Предать мумию во власть огню,

Оставить демонов сожрать,

Чужую боль с судьбою,

Отвернуться, смежить веки ,

Закрыть глаза и не замечать,

Как черви извиваются внутри,

Сквозь гнилую плоть,

Нечестивого предателя,

Мертвее быть уже нельзя,

Живым он напоминание,

Король пустоты зимы,

Которому неведомо раскаяние,

Предал всех, кем дорожил,

Отравил горечи слезами,

Без денег, старался милым быть,

Поднялся и мгновенно,

За прошлую слабость отомстил,

Проклятье лежит клеймом,

Обрёк себя на финал печальный,

Ведь люди же не все глупцы,

И не хотят служить тенью,

Его отзвуком кошмарным.

Тактовая частота

Оборвалась тактовая частота,

Обнажила зубья капризная,

Режущая грань, фортуна,

Танцуем безумные по кругу,

Где шаг - разрыв,

Но спасением послужат узы,

Однако, что смирять?

Не носит душа гнева,

Не таит мести, груза и обид,

Не понимает как можно,

Так яростно будоражить ид,

Всё обесчеловечивая.

Язык нам дан, не только знаком похоти,

Он универсальный ключ,

Беда в том, что люди научились изворачиваться,

Швыряя в чаты, саму гнилую суть,

Ширма за которой прячется,

Вообще непричастный человек,

И искренности он не заслуживает.

Пауза тишины

Под весеннее утро так тихо,

Мокрая дорога блестит после дождя,

Я молча стою у окна и слушаю,

Как с крыш стекает вода,

Предрассветный горизонт чист,

Серебрятся облака в пять утра,

Солнце проснется позднее,

Ослепит лучами заря,

Мир замер между времён,

Ругаются неугомонные галки в небе,

Их голоса сливается в унисон,

Навевая людям свой сон,

Пауза тишины благословение,

Чистый воздух пьянит,

Хотелось бы так всё на свете,

Заставить замереть на миг.

Мир узлом

Мир сворачивается узлом,

Мир блестит и шуршит чешуёй,

Мир совершает круг,

Самозабвенно душит себя,

Отгрызает собственный хвост,

Прогресс по вашему фикция?

Равновесие вам не знакомо?

Важнее тотальный контроль,

Сколько ещё вех и суток,

Вытерпит нас планета Земля?

Человеческое существование фарс,

Кто вам сказал, что мы венец эволюции?

Развить технологии, выше скорости пули,

Интернет, теле, масс медиа,

И застрять, так тупо застрять,

Осев по колено в грязи?

Всё, что требовалось

Мои раны заживали долго,

Кровоточили годами,

Лечением стал отказ от боли,

Где мне её целенаправленно внушали,

Мой грубый облик жил в чужих словах,

Острый язык резал по живому,

Всё просто, я росла не среди своих,

Вот потому и всё было не слава богу,

От меня требовали соблюдения правил,

Мне рисовали планы, чертежи,

А всё, что мне требовалось,

Это свобода, и она помогла бы расцвести,

Любовь она проявлена именно вот так,

Пустить на волю человека,

Чтоб он сам шагал вперёд,

Без глупых упрёков и запретов.

Смысловые тона

Строгий учитель сама жизнь,

Он расстраивает и часто злит,

Ведь окончательный замысел скрыт,

Взгляд ограничивает внешний фасад,

Глубина проявляется десятилетия спустя,

И понимаешь, отчётливо, как права,

Судьба, что решила тогда за тебя,

Прожитые месяца в аду,

Лабиринт терзаний сводивший сума,

Но именно там, далеко внизу,

Всё обрело другие смысловые тона.

Подставной пиетет

Разве стих торгует душой?

Безумно кривляется на сцене,

Гулкого пустого амфитеатра?

Выжимая из лживых ран,

Кровавый желчи перегной?

Надевает удобные маски,

Одну прекрасней другой?

Вам вакуум высосал все чувства?

А пьедестал застил глаза?

Превращается поэт в судейца,

И мера всем уничтожающе мала...

Как голосит петух по раннему утру,

Когда из хвоста у него дёрнут дети по перу,

Позер громко орет на весь скотный двор,

Что кто-то посмел не оценить его хватку и топор...

Стихи это вам не палаш тупой,

Не пересуда с больным Иудой,

Не микрофон, чтоб всех глушить,

У каждого стиха своя уникальная природа,

Но, раз стремитесь запятнать,

Гнобить, дробить и словом унижать,

Боюсь, перед нами вовсе не поэт,

А подставной мнимый пиетет.

Пора разочарованье

Пора, пора, очей разочарованье,

Где гаснет искренности свет,

И останется абсурд нам в ожидании,

Нам места, попросту здесь нет,

Битые осколки, что верили в людей,

Наглядно видим, как те синхронно,

Превращаются в зверей,

Века прошлые, нынешним не учет,

Поэты теперь смешные блогеры,

Про вечность, веру, и обет,

Тем больше нет,

Всё отдано на откуп,

Расчеловечиванию.

Зачем писать про красоту природы?

Созерцать свои воспоминания,

Ведь это не даст охвата,

Не подарит желанного признания.

Ах, эго, ты хитрая игрушка,

Взяла за горло самых гордых,

Развернулось там где власть и суд,

Ослепила блеском, якобы заслуг.

Ошибка гордости

Последней ошибкой стала гордость,

Свившая гнездо прямо на глазах,

Касанием атласного шелка,

Холодной дрожи зябкой,

Скривило от пафоса и выкрутас,

Ушло горение душевное,

Ныне, не шатко и не вялко,

Комично глупое желание напугать,

Того, кто видел ракурс и без прикрас,

Срывание голоса в фальцет,

Обнищание духом эполет...

Впрочем, жизни моей времени,

Слишком жалко отдавать,

На эти смутные терзания,

Весами взвесить и воздать?

Сам мир воздаст, он более суров,

Ему неведомы человеческие рамки,

У него не вымолить места у небес,

Каждый несёт свою чашу,

Выпьет досуха чужую кровь,

Или же эго, как моль его поест.

Кровь моя

Неспокойного сна кровь моя,

С гневом и ревом вой на луну,

Ищи, не найдешь меня,

Я развеяна ветром степным,

Сохранила печать на устах,

Едва сдержав слезы в глазах,

По крупинкам душа скатилась во тьму,

И судьба, сплошную расчертила черту,

Родство не значит, что я игрушка твоя,

Упрямство разыграло личную кость,

Где ставки, идут уже на года,

Десятилетия лжи, паутины гора,

Вспоминать так тяжело,

Точный день, когда разум покинул тебя,

Я забыла угрожающий образ как зверь,

Которого ты изувечил, а он взял и выжил,

Наконец-то забыл груз тяжких потерь,

Так зачем, заново тянешь удавку теперь?

Нюхом ищейки по острову шаришь?

Скалишься на следы в пепле,

Выжженная почва не расскажет,

Что я феникс, сгоревший в огне,

Спаливший себя намеренно,

Чтобы на поживу ничего не досталось.

Два образа отца

Знаешь, я ведь помню,

Поле полное вертолетов,

Небо весеннее чистое,

Твой смех искренний, лучистый,

Помню твою сильную спину,

Как держалась за шею руками,

Мир казался таким обширным,

Ты был любящим и открытым.

Десятки лет спустя,

Совершенно другая картина,

Безжалостная злая мина,

Упрёки, подозрения, интриги,

Перед глазами куча вещей,

Я разбита на части разводом,

Но тебя не волнуют причины,

Вечно занят, или читаешь лекции,

Что я не умею обращаться с мужчинами,

Три месяца спустя, уже обуза,

И в отчем доме никому не нужна,

Температура под сорок,

Спесиво коршуном кружишь,

Оберегая младшую сестру,

Со мной же говоришь через губу,

Как собрать временные паззлы?

Двух разных образов отца?

Чужая ненависть

Мороком белым застилает взор,

Людское племя машет грязным флагом,

Зазывно бросает всем немой укор,

Ничего не может быть тебе наградой,

Года пролетевшие оглушат пустотой,

Слова чужие размажут по асфальту,

И если от всего пережитого ужаса не зол,

Заключат и вынесут диагноз, что больной.

Обязан кислоту как сиречь разливать,

И каждый шаг свой оправдать,

Так принято, изволь обычай соблюдать.

Тяжелый груз чужая ненависть и гнев,

Нет смысла её множить и передавать,

Нет смысла даже порою отвечать,

Носить в себе, переваривать, копаться,

Потемки поле, ведь не угадать,

Что там под гниющими слоями

По настоящему твориться?

Говорите словами

Говорите словами, играйте фактурой,

Не рисуйте всюду смайлики, засоряя эфир,

Человек не животное пещерное,

Ему важен живой отклик и звук!

Почему такая экономия слов?

Сообщения всё короче и лаконичнее,

Развернуть полностью свою мысль,

Не каждый готов и от этого веет унынием!

Читателям же нравится гладить котов?

Они щедры к ним на ласковые слова?

Так почему автору пару строк не написать?

Говорите словами, вы еще успеете помолчать.

Непрощение

Простить, твердит мне мир,

Простить и с лёгкой душою отпустить,

Людская молва тянет в один голос:

Обида, непосильный груз!

Что тащит ко дну только вниз,

Но, моя ненависть и боль, давно себя сожгли,

Оставив мне одни угли,

В сером пепле, перетоптаны следы,

Нет желания их забыть,

Они мне дали цель, как горе пережить,

Цементом личности и прочности,

Все сколотые части в единое сцепить,

Уродливый шрам, намеренно оставлю,

Как украшение и гимн храбрости своей,

Я решила, не прощу, просто обезглавлю,

Гидру, что лила мне яд сладостных речей,

В очередной раз предала, искупав во лжи,

Пускай же шрам, станет маяком,

Натужно ярким, броским,

Нестираемым пятном!

Как в память мятежную окном,

В прошлое, где я себя не выбрала,

Но сегодня, наконец-то этого достигла,

Отпустила дальше с миром,

Оставив себе право помнить,

Моё непрощение, разумное решение,

Чтобы снова не насесть в слепой наивности на те же вилы...