Обложка Уют (гл. I)

Уют (гл. I)

И. Д. Филипчук

0% прочитано
Стандартный
И. Д. Филипчук

Уют (гл. I)

Кому-то

...Надеюсь,

тебе приснится замечательный сон –

лучший из всех отгремевших.

С чем?

Неважно с чем!

Чтобы было

нежно,

приятно,

мило,

тепло,

а

остальное – лишь мелочи.

Ты,

подарившая то, что искал –

ты этого достойна.

И ещё много чего,

но гремит коленвал

и жилы расходятся – больно!..

Обещал, что выплачу счастьем, и сделаю –

дай время на «подождать».

Тем временем рад, что злосчастной химерою

с возрастом не стала мне родимая мать.

18 марта

№ первый

Вот и я,

замшелый, глухой

иду.

Обожаемый воздухом,

ступаю по заледеневшему снегу ...

21 марта

Единица

«Одиночество – грязная сволочь!

Одиночество – гнойный червь!

Нет времени хуже

покуда

эта сука

свисает с ваших плеч!»

Идите

на

хуй,

далеко и надолго,

господа, причастные к мнению выше.

Я

считаю своим обязательным долгом

опровергнуть строки об «одиночестве»,

взятые свыше.

Нет ничего ужасного в том,

что вы чувствуете себя единицей.

Такие люди всегда

имеют

что-то своё

и им гораздо легче молиться.

Один – не значит «убийца»,

один – значит «уединен».

Это важно:

запомните имена личностей,

которые не хотят уметь оставаться вдвоём.

Спасибо тому,

кто придумал уединённый подтекст

в, казалось бы,

странной, хилой однëрке.

Уверен,

у каждого из вас будет стресс,

который с лихвой одолеется в одиночку.

Вы верите в чудо?

Вы верите в Бога?

Вы верите, что одиночество спасёт этот мир?

«Человек одинокий умрёт без общения» –

как всë же сумбурен окровавленный пир.

В уединении люди живут,

процветают,

а мы,

вечно зависимые от чьего-либо слова,

рождены, к сожалению, томно дышать.

Вы знаете сами,

чем закончится марш,

состоящий из слов, мяса, крови, костей

и автора,

вечно вносящего в ум бурю эпатаж-

ных строк.

8 апреля

Мне

Мне не дожить до сорока.

Мне не выпить счастья море.

Мне ни за что и никогда

не выйти проигравшим в споре.

Мне быть самим собой.

Мне боль не признавать.

Мне докасаться до неё рукой,

а дальше пропадать.

Мне, понимающему мир с полуслова,

жить

и творить без цвета.

Так много мне ещё...

но остановимся на этом.

9 апреля

Разница

Одинокие люди

думают

о

смерти –

сильные поэты

о

смерти

пишут.

10 апреля

Взаперти

Ребра подхвачены крюками

на стальных вонючих цепях.

Лицом устремлён в небо,

будто

должен

что-то понять.

Странно всë:

обстановка,

шторы,

обои,

постель,

канитель свисает с кармана.

Вокруг бегают сотни блядей.

А я один такой...

поэт!

Сотканный из листьев дурмана...

Мне страшно.

Милая,

забери,

скорей!

Не хочу подобного срама!

Чувствую: крюки расходятся в стороны!

Рвут меня;

солнце, спали́, пока сердце не встало.

Проще быть пеплом живым,

чем чувствовать замедленье биения.

Право?!

Я – бунт.

Я – жизнь.

Я – свобода.

За это надо мной и расправа.

19 апреля

Несостоявшийся прагматик

Депрессия отнюдь не болезнь –

это пара недель плодотворных вéчеров.

Когда ты сидишь в квартире,

один,

и крестишь бумагу речами диспетчера.

Так сладко сливаются буквы;

в слогáх слышен звон воробьев;

пляшут... пляшут творческие руки;

срывая голос,

мужчина поёт:

он сравнил себя с зеркалом (власти),

шёлком вывел «Смерть» на груди

и, в конец концов,

сердце грязное делом ранил,

проклиная речи,

колдуя на разрубленные выи.

Я слышал детский смех,

видел слезы любимой;

смотрел без чувств в небо, вверх,

пока родного мне человека хоронили.

Прочел,

перевёл,

написал

не одну тысячу строк.

И что же?!

В состояние моральной агонии впал,

разорвав кожный покров...

...

Запомните, люди:

вы истребите сами себя.

Но пока поэты в депрессиях творить будут,

сможете ещё глазами по чужим пострелять.

25 апреля

№ второй

Я человек,

а не икона.

И я не святой, чтобы быть божеством.

Я всего лишь поэт,

высеченный из простого:

возгласа счастья и мяса: «мёртвый живой!»

1 мая

№ третий

Я просто хочу домой:

лечь и крепко заснуть –

исключительно

рядом

с тобой,

чтобы душой не погаснуть.

7 июня

"Малое" отличие

Ты

слышишь

чаек громких крик:

«Мир полон добрых слов!» –

я

вижу

мир как суть:

стадо ëбаных ослов.

23 июня

Бешеный

Солнечный ветер,

лучистый поток...

– Одинокая жизнь... –

мной

получен

урок.

Срывы и гнев!

Разрушения, кровь...

Я

выбил костяшкой правой руки

себе

мазутную бровь.

Исключительно болен –

разорван и слаб.

Мне внушали надежду и совесть,

чему

я

был безукоризненно рад.

Сейчас... уничтожен, повален, разбит.

Пиздить и пиздить это гадкое время...

Было бы чем...

а остальное «на сгиб»!..

9 июля

№ четвёртый

«Жизнь поматает – ещё вернёшься!..»

Куда – вопрос другой.

11 июля

От сердца

«Рифмовку потерял!» – средь гор и скал

кричать в надежде.

Ох! –

как я, сука, тосковал

по этим дням морским, безбрежным.

Стон бризов,

красное вино,

мокрый длинный волос...

Море – вот оно, то самое, чем я

всегда

буду доволен.

Сжигай меня, лучистый шар, можешь опалить!

Но даже и не вздумай... заставить тело гнить.

Я жив и молод,

мне творить ближайший век,

поэтому не лезь под кожу,

пламя,

мой тебе совет.

От сердца, номер отрывая (он будет пятый),

выдаю:

ручку, блокнот, брелок, большой пакет

ракýшек

и

камней.

Кому? – Любимой.

И пою (ночью; обнажённый; в тёплых водах).

12 июля

17:49 по Москве

А сердце непременно лопнет

от

постоянных надумываний

и

горькой, суровой ревности.

Люди бродят под вечер в лохмотьях –

такие все интересные.

Свыше смотрит ворон – медленно кружится.

«Глядите, вот он!

Над ним Бог долго не мучился!»

Что ж мне выпасть в окно?

Или, может, зарезаться:

запястья

вскрыть?

Современным людям, к сожалению, не дано:

когда нужно – рот закрыть.

А я ревность свою и страдания,

слезы и муки,

мольбы, просьбы, боль

закопаю... клянусь!

И трезвый – преданный! –

раз и навсегда

останусь.

Лишь бы от чувств себя не избавить.

Да к чëртовой матери!..

13 июля

№ пятый

Сколько радостных глаз смотрят

в окна

на мир –

столько я ненависти к окружению

в своей душе схоронил.

14 июля

Колко в груди

Я умру в тридцать шесть: остановится сердце

или пуля сразит наповал.

Мне так тяжело, читатель.

От дерьма в жизни некуда деться,

да и сама

жизнь

не такой уж изумительный дар.

Тяжело говорить, тяжело...

Ну и пусть!

Я ещё вырвусь вперёд!

И если свет меня не сотрёт, как сказано было,

то буду жить сквозь счастье и мёд,

чтобы семья... дольше любила.

9 августа

25%

Что, если я умру?

Будет ли кто-то плакать?

Кому-то нужен будет труп?

Чьи-то руки

станут выводить

мое имя на серебряных плакатах?

Я сомневаюсь.

Ничего.

Лишь сон и сгусток кожи.

Я видел,

как в коридоре погибал

передо мной

последний

из коровок божьих.

Мне в ухо лезет шмель,

машины переезжают пальцы.

Где я теперь? –

Лежу, пылюсь.

Я никому не нужен...

Даже,

когда взойдут цветы весной

и листья на деревьях гордо вспрянут,

мой мозг

не перестанет вспоминать о мостовой...

Я продышал своё.

Пожалуй, встану.

...

10 сентября

№ шестой

Я

не

хочу

жить.

Вот такая вам лестница!

Теперь думайте дольше:

что во мне

следом на куски треснется.

22 сентября

Вгони все дроби в голову, сломанную моральными болевыми ощущениями!

Да к чёрту всё!

Не буду я

даже

и

пытаться.

И им не то,

и мне не сë,

какая тогда нахуй разница?

Меня дрóбят,

рубят с плеча,

отрезают голову.

А я возьму – да с горяча –

и объявлю по-новому:

боль всё равно победит –

плевать! –

в конце или в начале;

я не транзит, чтобы меня не любить,

я – человек,

и в этом суждении нет места печали!

4 октября

Tomorrow is the wind of change

Завтра будет лучше;

завтра будет лучше, чем вчера.

Завтра будут путчи,

но

это

не беда.

Завтра будет солнце.

Солнце будет ярче!

Верь мне,

ангел мой,

и всё будет горячим:

воздух,

дело,

кровь;

вся паскуда сплавом, всё дерьмо стеклом

растечется – даром!

К чёрту злой порок!

На хуй назойливые мысли!

Ты – мой светлый Бог,

ты – моей жизни смысл.

Я тебя держу, держал и ни за что не брошу.

Только верь,

любовь моя,

верь

во

всё

хорошее!

24 октября

Нибудь

Когда-нибудь в моих глазах

потухнет жадный огонь,

который цеплялся за эту гнойную жизнь

снова и снова,

и снова.

Когда-нибудь я перестану чувствовать боль,

доводящую мой мозг до судорожной истомы.

Вы верите, что всё будет хорошо.

Я верю с вами.

Но эти проблемы,

комплексы и больные фантазии...

Всё это, навязанное кем-то, уродами,

нужно выбросить из своей головы.

Как только объяснить это тому,

кто в этом нуждается с давней поры?..

15 ноября

Радуйтесь же!

Вы слышите это: я вскрыл себе вены?

Вы видете это:

как из пасти гиены, каплет кровь из дёсен,

ручьями льётся с руки?

Тёмная густоватая жижа течёт

и с ней ярый полёт разломленной фантазии.

Разум мутится.

Крутятся лезвия бритв и слоновых ножей.

Вы, состоящие из куражей, чувствуете:

я из грязи?

Больные увязли... Бедные.

Вот! – Порозовел свет люстры;

обои, мебель, квартира – устрицы –

всё перекрасилось в белые, бледные...

Вы знаете, я так молод, чтобы прощаться,

но вынужден.

Я больше не вынесу этого яства; или,

если вернее сказать, сущего гадства.

21 ноября

C, Em, Am

Я как будто один среди тысяч галактик;

я один среди миллионов сияющих звёзд.

Засмотрелся вперёд,

оглянулся: предбанник. Всё ясно:

шныряет по комнате потерянный год.

25 ноября

Потерянный год

Моё чувство всем чувствам,

простое, одно: я себя ненавижу. Одиночество.

Что?

вы хотите сказать:

я вам неприятен?

Мои мысли скудны и противны?

Да, здесь на совести не без кляксовых пятен.

Иногда мне хочется заснуть и не встать,

чтобы больше боль моральную не ощущать;

но смысла не вижу для себя и других,

поэтому жив и пока буду жить.

Возиться в дерьме, умирая в депрессии;

сгорать на костре, помогая с вопросом;

терпеть, что есть мочи, чтобы всё сохранить;

сводить на нет то, о чем оглашать

нужно

голосом –

это мой обыденный ритм: им бьют часы.

А люди по-прежнему чувствуют носом...

25 ноября

Сердце

А я по ней скучаю;

скучаю так, как никто ни по кому не скучал.

Мне хочется плакать от счастья,

но счастье покинуло наш тёплый причал.

Надеяться лишь осталось,

что всё в скором будущем в норму придёт.

Надеяться!

Делать!

Идти!

Не сдаваться!

Я верю: наша совместная жизнь ещё запоет.

27 ноября

It will pass...

If I go missing, will anyone care about it?

No, they won't, because they need fresh meat.

Everything in your head is an illusion, a self–deception.

Evil people have imposed a wrong idea on you misconception.

You're much bigger inside than you can imagine.

Throw all this nonsense out the window, otherwise your life will turn into a tragion.

Loneliness is so painful to feel, isn't it?

Truth. And I would sell the whole world if it didn't me split.

Everything will pass.

Everything will definitely pass.

You just need to keep a glass hope in your heart.

Версия на русском языке:

Если я пропаду, будет ли кто-то из-за этого заботиться?

Нет, не будет, ведь им нужно свежее мясо.

Всё, что находится у тебя в голове, – это иллюзия, самообман.

Злые люди навязали тебе неправильное представление.

Внутри ты гораздо больше, чем можешь себе представить.

Выбрось всю эту чепуху в окно, иначе твоя жизнь превратится в кошмар.

Одиночество так болезненно ощущать, не так ли?

Правда. И я бы продал весь мир, если бы он меня не расколол.

Всё пройдет.

Всё обязательно пройдёт.

Тебе просто нужно сохранить стеклянную надежду в своем сердце.

5 декабря

Зимнее солнце

Зачем люди

любят,

ответь мне, Боже,

зачем

они

разрывают сердца?

Скажи, Всевышний,

могу ли я

быть на них непохожим:

могу

ли

я

больше

не

любить

никогда?

Вечер истлел, за ним задохнулась свеча.

За окном,

промерзая,

падает ржавый снег.

Во мне прогорел, как прогорают костры,

маленький, хилый огонек счастья...

Последний на оставшийся век.

Срывая крыши, ветер промчится,

забрав с собой память

и

тысячу снов.

Ему хорошо: он вольная птица,

а я заложник себя самого.

Мне стоит очнуться,

мне

стоит

развиться:

мне нужно вскрыть себя на глазах

у всех тех,

в кого я умудрился влюбиться

и кто по итогу предал меня.

За стеной тишина,

лишь луна смиренно качает головой.

Она всегда одна

среди миллиардов звёзд...

Если у нее

выходит

светить

в полном одиночестве нескончаемых грёз...

Боже, ответь: за что я страдаю?

Томно дышать...

Фантазии с мозгом приходит предел.

Я мёртв – я не хотел.

Из глубины бросается миг –

он сильнее,

ведь он не погиб.

Он кричит, он взывает к себе:

«Бог передает тебе!..»

Кровавым ненастьем,

сломанным

сердцем,

обрушенным ситцевым мостом

я слушаю слова поднебесные...

и

просто:

всё

хорошо.

Бог сказал мне любить!

Он сказал мне: «Люби!»

21 декабря

Спасибо за чтение

Вернуться к книге