У гения в гостях.

Глава 1

"Мне снились люди, убитые мною в детстве."

Русские должны работать,

Эллины-думать и изображать невинность, французы-развлекать, заблудившихся американцев.

Зеркала скрывали образ, она пела, может в варьете, может в кафе-шантане о нереальной любви рабочего класса, что стал могильщиком любви настоящей, прижимая трубку телефона одним глазом к губам, другим-к виску;

там, где французы смеялись, русские скупо, жалко хлопали, словно вовсе не имели сил для эмоций.

Потому что Танец живота не исполняют в красных чулках с белыми подвязками, сдержанность выходила им боком.

Их женщины избегали говорить загадками, когда ими говорили их мужчины, русалки завладевали на всех фронтах трезубцем Нептунового царства молодых Орфеев.

Понимать отказываясь, что чувствуют другие, тогда и место под солнцем будет, когда над нами поставят тот и этот крест.

Близко, близкий враг души незрелой, что за вложенным в неё, всецело, наблюдает.В этом небе Невидимое всем владеет, иные боги ему мешать не смеют, и перечить; порочить, да.

Они пользы больше принесли бы учёбой себе подобных, своего народа-пером при шпаги, чем беспрекословно, законы власти исполнять, верней, приказы.

Верой и правдой.

Кто не думает о будущем, тот достигает цель свою при жизни.

Учитель в этом деле и труде независимый более всего, и от сомнений, стоит при луке он кентавра Хирона, что вывел в свет и люди не одно поколенье, будущих героев.

Обладает тем же юный мир, чем владеет власть по праву, обучая врага потенциального своего; учитель в этом случае становится между...

ними судьёй в лице мифического народа.

Противостояние во всём, где есть частность, где человек встречается с Законом, который он своим трудом, и потом вывел в люди, в гору.

Если отклика не услышит его душа,то там закон становится моралью.Ибо народ в отличии от власти из мечей делает орала.Противостояние во всём.

Властвовать, держать по праву и скипетр и булаву-закон в своих руках; но правит им, обученный слуга, увиден, должен быть в свете, на людях, а не в делах витязем в тигровой шкуре.

Данное время не право во всём,оно обслуживает закон, как халдей,

оно обучает закон, а не слуг его.

И от этого слуги стараются перерасти его при жизни. Желаемое всегда печально.

Всё это время по закону ли закон защищался от себе подобных. Другое дело было бы, не поминай бог человека, о человеке в законе о семиглавых куполах.

Кто в маниях становится слугой, тот в руках у власти становится игрушкой.

Вряд ли тогда, оправдывающий себя, станет виновен...Виновен тот в суде, кто отказывается от защиты.

И место под солнцем будет тогда, когда нам при жизни место обеспечат под солнцем тем крестом, и этим.

В шахматах, часто, не ферзь сильнее, а проходная пешка под прикрытием ладьи.

Рим первый, как самый образованный и опытом вооружённый, кто увидел во Христе не заговорщика, но Бога для нищих духом.

Ибо первый, кто испугался за себя, применив закон силой против человека безоружного.

Однозначно, что Закону никто не следует буквально, это похвальба только себе.Как древний человек на исходе эволюции стучал себя кулаками в грудь, теперь всё нужно делать самому, он обучался жить в стае.

Он собирать стал по крупицам знание, и прятал в душе могущество знания, как оружия-пустое право, он узнал позже его на себе.

Созревший плод обычно, либо гниёт, либо падает, хранят же плод незрелый...

Что всё во благо приобретённое, не потратишь без оправдания закона внутри.

Тот ангел в нём проснулся в призывах к человеку- язычнику бога- предсказателя;ну, а история преподнесла нам совсем другой пример, лишив бога человечности, этот бог явился с мечом.

Он дал право любить бескорыстно, без права так же страдать.Этот"Эффект отчуждения" описал Брехт.

Любить человека становилось всё сложнее, он качался, как качели, привязав ремни между двух хрустальных звёзд.

Он стал переменчив, как мода, и как услугу даровал своей судьбе флейту фавна.

Просто так он разучился делать, места в стае не было, а значит средства. Если б камень не лежал среди цветов, а то он поднят стал среди камней лугов.

Зеркала скрывали образ.Если б только это, а то они делают копии, и заставляют их жить самостоятельно, отблесками судеб.

Понимать, что чувствуют другие, можно только, пережив подобное.

Что чувствуют, они не скрывают, обычно то, что находилось под запретом в дни их юности. Но важнее стало народу страсть свою воочию, увидеть сочувствием у Бога.

Иная сила овладевала миром,

знания получать иным путём,

минуя базис многослойный,

ученика сразу в подмастерья

отдавать из семьи к мастеру у гения в гостях.

Что б сам определял меру, что ему нужно. Ответственность, казалась, не по силам этим юным плечам. У эллинов были весталки, в России-рекруты.

Мы живём в пустыне знания, не зная толком, как их применить, чтобы без чужих обходиться рук.Когда его семья живёт неполная,

где знания оправдываются примером и трудом воочию, передаются... от старшего поколения к младшему. Семья лишилась численности, самая важная школа жизни.

Слово"семья" теряло значение своё. Разве семья не та же держава?

Там, где французы смеются, русские плачут.

Когда Идея теряет своё значение, она становится долгом.

Мне кажется, что самые счастливые люди, кроме Суллы, и Диогена, это Аркадий Гайдар, и Дмитрий Сахаров. Людям, которым не нужен стал Бог, чтобы себя увидеть

на тёмной стороне солнца.

P.S.

Пророк, который развлекает,

близок стал по сути мне,

ближе, чем по крови,

всеядная женская плоть.