Ты - стихи

Ночью был ливень...

Ночью был ливень - туман и истома

самое время, чтоб выйти из дома,

чтобы развеять тугую тоску.

(Всем полуночникам это знакомо)

Между домов без людей совершенно,

между столбов с освещеньем вечерним,

между машин припаркованных криво,

меж воробьев, щебечащих игриво.

мимо бессмысленный темной реки.

без никого и всему вопреки.

Нужен ли я в этом городе хмуром,

в этом безлюдном овраге угрюмом,

в этой волшебной громадности серой?

Нету меня здесь - убит Лангольером.

И ничего не случилось - смотри!

Нету меня здесь - а город стоит!

Нету меня - а горят фонари

и бесконечно орут воробьи

и не исчезли машины с парковки.

Но появился прохожий неловкий

и неприветливо глядя вокруг,

и с раздраженною пляскою рук,

с загнанным взглядом актерским в глазах,

с поступью нервной в нетвердых ногах,

явно не зная, зачем он здесь нужен

ходит и ходит по утренним лужам.

(Ночь был дождь - вы забыли уже)

И неприятно смотреть ему вслед

и не хочу с ним знакомиться впредь

А может быть мы с ним одни в этом мире,

как старики в коммунальной квартире

обречены на совместное тленье

на ежедневно пустое ворченье

на топотьбу по общественно кухне

словно по кронам опавшим, пожухлым

тысячу раз уже виденных нами

бродим сплетенные злыми судьбами.

Нужно поближе узнать человека...

2018 г.

Июль в Красноярске

У нас неделю, как горят леса

- небо пахнет жжённою бумагой

Чем не повод быть философом спокойным?...

"Вот, если есть на свете чудеса,

то дождь с небес падёт священной манной" -

в голове несется строчкой ровной,

телеграфным розовым пунктиром.

как регтайм из радиоэфира...

...Кстати, ничего не говорят!

Там на радио, наверно, не проснулись.

Может, уже так давно палят

книги, что вполне приноровились.

И не кажется им странной в небе марь,

и не будут они в рельсу бить, как встарь...

Население исправно крест несёт

(Им до неба ли, в житейской лихорадке,

в ежедневной коммунальной схватке?)

и в набат тем более не бьёт...

За окном, над пестрою змеёй

в пробке замурованных машин

даже и клаксон не проорёт.

Между тем, их всех пустынный зной

превращает в мертвецов живых,

запертых в коробках жестяных...

Вот он - "Апокалипсис грядёт!"

Чем не повод быть философом сторонним,

рассудительным, смиренным и спокойным?...

"Если есть на свете чудеса,

то, покинув душные машины,

все они уйдйт тушить леса..." -

в голове несется строчкой ровной,

телеграфным розовым пунктиром.

как регтайм из радиоэфира...

2020 г.

Посвящается Шейну Макгоуэну (Shane Macgowan)

Вот выйду, как в воду,

на дощатый помост

и как заору

во весь ирландский рост

- Я очень, очень, очень вас любил

Любил бы вас ещё, да нету больше сил.

Да нету больше сил, так выпьем же со мной

за то, что в той любви пропал я с головой!

Dirty old town,

Dirty old town.

Да, я родился здесь

у этих стен, как есть -

в рубашке и штанах

и в смятых башмаках.

А у меня в руке

(поверите ли мне?!)

с рождения - кувшин,

а в нем - волшебный Джин.

А в нем - волшебный сон

про то, что я влюблён.

Dirty old town,

Dirty old town.

А кто не верит мне

на тех я не сердит.

Я лучше вам спою

куплет про жизнь мою.

У этих стен я жил,

у этих стен любил,

а за стеной завод

чадит который год

Но я не стану врать

- мне на завод плевать.

Я песню проору

и под стеной умру.

Dirty old town,

Dirty old town.

Так выпьем же скорей

за счет моих друзей,

что на поминках пляшут пять ночей,

и распевают в пятьсот ирландских глоток

"Я встретил свою любимую

у стены газового завода

.......................

в грязном старом городишке!

В грязном... старом... городишке..."

"I met my love

by the gas works wall

Dreamed a dream

by the old canal

I kissed my girl

by the factory wall

Dirty old town

Dirty old town"

2020 г.

Главное (по мотивами детского рисунка)

Главное - лежал на раскладушке.

Мама пела песенку на ушко.

И рассеянно держал у руках игрушку

- виды видевшую погремушку.

Ветвь каштана за оконной рамой

представлялась театральной драмой

и под ветра шум в спектакле странном

листья танцевали с воробьями.

Главное - не упустить значенье

важного такого представленья

и нечаянно не задремать от наслажденья.

Главное - лежал и слушал птичий

гомон воробьиный иль синичий

и как под двуручной колесницей

скрип стоит от деревянной спицы.

И беззлобно суржиком ругаясь,

катит тачку в утреннюю завязь

вязкого как рыхлый снег тумана

батя двух моих друзей - Артёма и Ивана.

Главное - не упустить значенье

важного такого представленья

и нечаянно не задремать от наслажденья.

2019 г.

У нищих слёзы...

У нищих слезы

льются, как деньги

И капли по асфальту

звенят, как чернённые серьги.

И если к нищему

протянешь просящие длани

он руку наполнит

сапфирами и жемчугами.

Они оттого и нищие,

что плачут, не переставая,

и тыщами, тыщами

вокруг раздают, не считая

И сладкие вина, и хлебы,

как слезы, потоками мощными

сквозь пальцы текут, как сквозь небо.

Они оттого и тощие.

Зачем им хоромы, постели,

жены, и челядь убогая.

Плакали словно пели,

Пели, просили Бога и...

В келье сквозняк и тихо

своды пятиметровые

и занавески - ИМХО -

лишние, сторублёвые.

Роскошь стяжают, значит

выплакано не всё ещё.

Это лишь Бог один знает,

сколько осталось стоящего.

Слезы летят чистою

монетою в ноги нищему.

А я наклонюсь истово

и зачерпну пригоршню

2019 г.

Суббота

...потом была суббота

и многое простилось,

и чёртова работа

почти уже не снилась,

и можно не срываться

в забег многочасовый,

и можно отоспаться

на тюфяке пуховом,

и, заполдень поднявшись,

брести из спальни в ванну,

зевая непрестанно,

но - чудо! - отоспавшись

Потом была собака

лежащая у двери

и солнечные знаки

рассветные из щели

ей щекотали ноздри,

как плут из-за портьеры

соломинкою острой.

И верный страж лохматый

нос положил под лапу.

Потом была прогулка

в окрестном переулке -

бесцельное шатанье

по подворотням гулким.

И дети на бордюрах

чертили белым мелом,

и пёс галопом хмурым

обнюхал их несмело.

Потом еду варили

и долго говорили

о том, как эти крохи

судьбы распорядили

и, словно мякоть сливы,

испили день счастливый,

и под зарю заката

свалились в сновиденье.

Как хорошо ребята,

что завтра воскресенье!

2020 г.

Вечер

Послушай, послушай!!!

О чем вообще шумит этот ветер?

О солнечных лужах

на пыльном асфальте под вечер.

Когда перед тьмою

упавшей шершавой стеною

в последнем мгновенье

как розовое ожерелье

от уха до уха

разрезав бетонное горло,

луч света прощальный

расчеленяет строенья.

И мир погибает,

а ветер стихает...

Не правда, не правда!!!

Не будет проклятье бессрочным

И ведьмино зелье

сквозь землю уйдет беспорочно,

как ветер убитый

из темного кубка разлитый.

И, слышишь? он дышит

убийцей своим недобитый.

Ты слушай, ты слушай!!!

Он снова шумит этот ветер

О солнечных лужах

до края жемчужного света...

2019 г.

Моей жене Юле

"Правду скажу

- я не знаю с чего начать.

Вот электрички

- они по ночам кричат"

Мальвина Матрасова

...как барабаны бранят

и чай заходил волной.

Куда поезда летят,

покуда мы здесь с тобой?

Мы друг для друга судья

и как за ладьёй ладья

привязаны долгой цепью.

Как ты не летишь никуда,

так и я не лечу никуда.

Столетье идёт за столетьем.

И словно в глубокий сон

друг в друга вонзились взглядом.

Мы зеркало друг для друга...

Но, чай заходил от стука

и над барабанным храпом

волной поднялся клаксон.

И кажется будто стон

услышал я от тебя

А ты меня обняла

и, благословив любя,

сказала "Изыди вон".

И вот, на вокзале шторм

чужих безразличных взглядов

и давит толпа кругом

из рук и упругих задов.

И словно в чужом бреду

я вместе с толпой иду.

А шпалы по пяткам бьют,

попутчики водку пьют,

и пьяный разгульный мат

словно столбы свистят.

Шутка за шутку бъёт

и поезд летит вперёд.

Вот она - жизнь кругом,

не то, что как мы вдвоём!

Однако-ж проходит день

за днём наступает ночь

даже смеяться лень

даже зевать не в мочь.

"Слушай.." - хочу сказать,

тому, что готовится спать

соседу с крутой судьбой,

а он уж укрыт с головой.

"Дружище..." - кричу в проход

"Ведь мы же с тобой друзья!

Мне нужно сплестись судьбой

с тобой, коль ни с кем нельзя!"

В тамбур закрыта дверь.

На сердце скребётся зверь

И словно кошачий стон

над небом поёт клаксон.

И где то за краем дня

чай заходил волной.

И ты понялА меня

и сжалилась надо мной.

2020 г

Моей единственной жене, Юле

Я говорю Августе:

"Я выбросил, выбросил книги!

ради минутной интриги!

ради большого куша!

Что ты на это ответишь?"

Августа берет вириги -

чтобы стереть пыль - ветошь,

молча моет посуду,

молча готовит обеды.

Я говорю Августе:

"Я буду великим! буду!

буду свободным, как ветер!

средь каждодневного смрада"

Августа, одев наряды,

молча идет за хлебом.

Я же смотрю на небо,

как оно медленно тает,

как превращается в ливень

и в землю затем стекает.

Мысли мои свободны,

мысли мои прекрасны.

Думаю я, что вернется

если Августа скоро,

я ей скажу со злостью

"Я выбросил, выбросил книги!

ради минутной интриги!

ради большого куша!

Что ты на это ответишь?"

2009 г.

...нынче я читаю Герцена

... нынче я читаю Герцена

- купил случайно восьмитомник.

Ему назначена теперь цена

в базарный день без споров - стольник.

И словно модница бедовая

на межсезонной распродаже

схватил обнову бестолковую

в шопоголическом кураже.

И выставил на полку в ряд.

И там они теперь стоят.

А пыль как снег на них ложится.

И наблюдая этот ход,

как в солнечном луче кружится.

блестящих точек хоровод.

Так ежедневно карусель

текущих дел на нас спадает

и в черный нас сугроб скрывает

совсем ненужных нам забот.

И друг к нам вовсе не придет,

и от забвенья не спасет.

Он тоже снегом погребённый

в своей судьбе законоплённый

не зная продыха кружится

и пыль как тень над ним ложится

И равнодушный Комерсант

его как книгу покупает

на полку молча задвигает

полупрочтённый фолиант.

И там хранит из года в год.

И вряд ли как-нибудь прочтёт.

Тут, словно поборовши сон,

из под сугроба поднимаюсь

и набираю телефон

и с другом по душам общаюсь

А к полке тянется рука

и книгу пыльную сгребаю

и про чудного старика

помещика читаю.

2019 г.

Дни летят, как палочки

"Дни летят, как ласточки,

а мы летим, как бабочки"

Даниил Хармс

Дни летят, как палочки,

как кривые жёрдочки,

гвоздиком по стеночке

по подгнившей досточке.

Словно сигареточки

на моей стодневочке.

Каплют мысли разные,

как из крана ржавого.

Хоть одно бы здравое

или просто трезвое,

как стихи прекрасные

бесполезно резвые,

памятью по темечку

методично хлопают

- я в столовой с Сенечкой

сечку с мясом лопаю.

фотоснимки старые

как цветы в гербарии

между книжек спрятаны

как купюры рваные

начисто забытые.

Я на снимке правильный

и глаза на выкате

- рядовой в каптёроче

в драной гимнастёрочке.

2019 г.

Я хочу африканскую статуэтку...

Я хочу африканскую статуэтку

из вулканического стекла -

с лбом подчёркнуто-сапиентным

и с губами похожими на жернова,

с тюрбаном над нахмуренными бровями

и с ромбической челюстью под лицом,

и с бесстыжими тёмными куполами

лишь частично скрытыми кумачём,

и с танцующей мышцей при каждом шаге

там, куда не смотреть нельзя.

Как бы так испить с её губ капли влаги?

Как бы так с ней решить, что мы лишь друзья?

Я хочу разлиться в её ладони,

быть расплавленным в этом тяжёлом зное,

и погибнуть в этом протяжном стоне,

и родиться под утро в творенье иное.

Что-то странное с телом моим твориться.

над курчавым волосом пар струится

и над тощим чёрным моим загривком

из тюков опасно гора косится

А иду я в спальный сарайчик с рынка

там где киснет масло в нечистой крынке

где под гам и пенье и посвист плётки

на тверёзый ужин чистят селёдку

и бросают прямо по ноги кожу,

чтоб собака съела - дрянная рожа.

И корову тощую в стойло ставят

и на плётке перевязь криво правят.

и ложусь я спать на матрас атласный

и уснуть пытаюсь с мечтою странной.

А хочу я северную статуэтку

Из моржового зуба или ребра

с лбом изломанным, словно ветка

и с губами тонкими как игла...

2019 г.

Когда наш птичий язык был еще более птичий...

Когда наш птичий язык был еще более птичий

и Черное море называлось Черемным

Я родился в подол у Рогдены-Синицы.

В повитушной избе в самом центре деревни.

А когда все кончилось повитуха меня подняла

и к Рогдене под грудь положила рукой усталой

И по новой вере Рогдена меня назвала

не варяжским зовом, а заморским кличом - Иваном

Поселили меня на скамье кипятком облитой,

зановеской укрыли от глаза злого

И играл я щитом из осиновых досок сбитым

Ведь не зря же Рогдена звалася варяжским зовом.

Только минуло мне лет - шесть или даже восемь

и приплыли с севера мужики с завозом.

И товар рассыпали над бортами галерными.

и сказали сказку мне про море Черемное.

Море Черемное - песню красивую

Бремя галерное - лихо картинное.

Зиму проспали - печь протопили,

а по весне уплыли.

и Рогдена сына отпустила с волчьим воем

ведь не зря же Рогдена звалася варяжским зовом.

Вот с тех пор и кочую по северным блеклым странам.

Тыщи лет уже про Рогдену и слыхом не знаю.

И зовут меня тоже Синицей - прозвищем странным

видно зря Рогдена меня нарекла Иваном.

Если плуг беру, борозду веду в страдном поте.

Слышу "Ей, Синица! Бог в помощь твоей работе"

Если щит беру и в дружину иду буянить

Слышу "Ей, Синица! Выпей штоф за Рогдены память"...

2018 г.

Однако ж, откупиться не удастся

Однако ж, откупиться не удастся,

уговорить, что "Принесу потом".

Как обещают в школьном бесшабатстве

бесстыдные студенты с рюкзаком

закинутым за тощими плечами

и с карими горящими очами.

Не проведёшь экзаменатора, поверь,

плетя бессвязное повествованье.

С отдохновеньем и тоской косясь на дверь

из душной комнаты в весеннее гулянье

Все это было и прошло. Теперь

не я гляжу на эту чёртовую дверь,

не я надеюсь на удачу беспричинно,

не я мечусь перед судьёй, как гончий зверь.

Наоборот, теперь я в позе чинной

сам слушаю безумное враньё

прекрасное, как итальянская поэма

и думаю "Прощу уже его (или её),

как и меня прощали - было время".

2018 г.

Умерла Лена Евдокимова

...а сделать хочется ещё одно,

совсем некстати, замечанье -

что отпевание похоже на венчанье.

Священник, как английский джентельмен,

который предлагает даме руку,

не дрогнув мускулом лица, бубнит со скукой.

В ответ невеста благородная молчит.

Она не знает что сказать, она приличья чтит,

но понимает, что не может отказать

и ритуал нельзя уже прервать.

Пусть он идёт обычным чередом

и после многократного моленья

окончится всё трапезным столом.

Официанты словно приведенья

уже несут колбасы и соленья,

и водку, и кувшины с киселём.

И мать невесты в траурной фате

следит, чтоб сервис был на высоте.

Чтоб гости, прибывшие из дали

для цели - возложить букеты к изголовью

и бросить вместо риса горсть земли

остались бы довольные застольем.

Вот мы стоим недвижным полукругом

и смотрим представление с испугом

и рассуждаем с деланным смиреньем

с каким-то безнадёжным принужденьем,

что не застолье нужно и вино,

не речи и архивное кино,

а хочется устроить хулиганство,

какое-нибудь мерзкое циганство,

верчение столов, крушение гардин.

и снежное пуржение перин

со свадебного ложа

"Зачем она тебе, проклятая ты рожа?!"

А поп бесстрастно продолжает отпевать.

и дальше я не в силах представлять...,

а замоливши в спешке богохульство,

иду из зала воздухом дышать.

2015 г.

... что, может быть, не так сойдутся звезды...

... что, может быть, не так сойдутся звезды,

что вырастут не тех трудов плоды

и осветительных ракет седые гроздья

над километрами неубранной страды

в молчанье матерном и вое минометном

не станут признаками удали народной -

под гром глухой грозы спокойным быть

и, вслушиваясь в гул вечернего обстрела,

гадать, что в этот раз наверно прилетит

не в этот дом...

креститься немело

и заниматься бытовым трудом.

... что, может быть, соседская девчонка

не ляжет среди серой мостовой

в кровавой луже утопившись головой

под крик животный маленькой сестренки

И вместо православного смиренья

и искреннего слова утешенья

не прозвучит над телом убиенной

лишь обещание о мести непременной.

...что, может быть, нас грешных пронесет

и ангел нас от этого спасет...

2014 г.

Не все мы умрём, но все изменимся

"Не все мы умрём,

но все изменимся..."

(Апостол Павел)

...и будем маски белые носить.

Погожим днём

в кафе не встретимся,

чтобы погоду обсудить.

И телефоны будем избегать,

чтоб пластика к лицу не прикасать.

И лица в масках не от красоты

приобретут библейские черты.

Не все мы сдохнем,

кто-то скурвится,

и чтоб болезнь не получить,

когда его любовь простудится.

не подойдет её укрыть,

ладонь в ладони подержать

и слово доброе сказать.

И то горячее питьё,

что предназначено больной.

Он выпьет тихо сам с собой

чтобы к Чуме не подходить...

...И будет спиртом руки мыть.

Не все мы пропадём,

кто-то останется

и, запершись на пять замков,

в три глотки за зиму расправится

с запасом из семи мешков.

И лишь тогда откроет дверь,

и словно загнанная зверь,

оскалясь, выглянет на свет -

прошла зараза или нет?

И день за днём

один останется

свои запасы доедать.

Кто не умрёт,

тот и состарится

и будет, в страхе, смерти ждать.

2020 г.

9 мая

Вот, если б все прошли колонной в три ряда

погибшие за эти страшные года.

И вместе с ними всеми и мой дед

ушедший на войну в неполных двадцать лет.

И я бы высмотрел его в этом строю,

и преклонил бы голову свою.

Но только не получится узнать -

их слишком много, чтобы угадать,

чтоб просто это войско переждать...

Идут солдаты - песни не поют

не в ногу, по походному бредут,

и лязгают винтовки за спиной,

по фляжкам с непроветренной водой,

но лица пыльные с бесцветными губами,

нет-нет, да расцветают белыми зубами,

не знавшими ещё зубовный кабинет...

Им ВСЕМ семнадцать,

восемнадцать, двадцать лет.

Но только приглядевшись замечаю,

что не идут они, а ковыляют

как бесконечного терпенья старики.

Смотрю, один-то вовсе без руки!

Но не стенает, а приветственно кивает:

"Смотри, потомок, как воюют мужики!".

Другой на сломанную ногу наступает,

но хулиганскую частушку распевает

про медсестру, которая спасет.

А третий с напряженьем взгромождает

над перебитою ключицей пулемёт.

В том под ребром осколок,

в этом минный пот

(инфаркт не хуже снайпера сражает),

а тот и вовсе на носилках в бой идет.

Но молча - не дано им говорить.

и я молчу - мне тоже нечем крыть...

День кончился, колонны не редеют

И думаю, что если посчитать

сколько их было, то ей богу поседеешь

пока пройдет последний из солдат.

И я не вижу деда в том строю.

Он, вместе с прочими бойцами,

смешался с прелою листвой и камышами,

пророс травой еще в родном краю,

еще тогда, когда не побеждали...

Бог с ним, я всех солдат благодарю.

2020 г.

Февраль

Что-то февраль нынче длинный, как ночь;

что-то бессонные мысли гуляют...

Если ты можешь мне чем-то помочь,

то помоги - я тебя умоляю.

Холодно мне у окна в забытье,

в кресле продавленном, в пледе убогом

видеть, как в белой февральской беде

мчатся таксисты по чёрным сугробам.

Эти деревья, как палки стоят

и не шевелятся, будто бы спят,

будто бы вовсе они не живые,

будто бы каменные постовые.

Будто бы в мире нет памяти больше,

будто бы памяти нет в мире горше...

Выйди! Спаси меня! Вспомни мне имя!

Жди меня этой тоскою февральской!

Пусть в ожидание окончатся зимы,

словно забвение в северной сказке

Там за окном, где таксисты везут,

утренних пьяниц по белым пустыням.

Там за окном меня точно не ждут.

Разве что ты...

2015 г.

Я просто могу оказаться грибом

Я просто могу оказаться грибом,

который на лапе стоит под дождём,

и пьет эту воду босыми ногами,

и пьяно поводит крутыми боками.

Я просто могу показаться на миг,

как будто бы высохший древний старик,

как будто бы посохом в землю вонзённый

и пошлой молвой в мудрецы вознесённый.

Попробуй теперь угадать, кем я стану,

когда я тебя увезу к океану

И в лодку под парусом в путь усажу

И в дальнюю даль от земли увезу?

Наверно медузою сделаюсь я...

2015 г.

Женское

Я вещь, лежащая на столе.

Среди ручек и скрепок и я в том числе.

Лежу рядом с кружкою наискосок

и пялюсь бесстрастно в твой бритый висок.

А ты,словно мною владелец и бог

решаешь, когда же придёт и мне срок,

понадобиться господину заместо

какой-нибудь проволоки или стамески.

2015 г.

Я хочу подарить тебе счастье, вместо платка

Я хочу подарить тебе счастье, вместо платка,

который купил на рынке за три пятака,

а на четвёртый пятак из меди купил колечко

и совсем уж бесплатно из жести сварганил сердечко.

Носи его на груди под кофточкой - пусть оно бьётся,

и волос укрой платком - пусть он там вьётся.

Колечко - оно совсем не то, что ты хочешь.

Так просто... - пятак завалялся в кармане... О чем ты хохочешь?

О чём ты смеёшься в голос, подарки перебирая?

О том, что всего лишь четыре монеты на счастье твоё кидаю?

- Совсем не о том смеюсь - ты говоришь мне в ответ.

- Смеюсь о том, что счастью цена - не больше пяти монет.

Так значит ещё одну нужно кинуть монету!...

Что же купить тебе, милая - ветер, тумат, комету?

Море разлить к ногам с лодочками-рыбаками?

Небо ночное на плечи со звёздочками-серьгами?

Может быть лес-поляна стоит того пятака?

А ты мне сквозь смех отвечаешь - Брось его в омут пока!...

2015 г.