The creature's thoughts (Мысли Творца)

Пир

Пили мы вино

С вампирами и демонами,

Из черепов своих врагов

И весело смеясь, над шутами в колпаках

К нам пришли разбойники – морские

И принесли они к столу Ром

Да и продолжили мы пировать и день и ночь.

И так прошло пять дней, пять ночей

Пока вино и ром ни кончились у нас

Вампиры – в замках скрылись,

Демоны – в лесах укрылись,

Разбойники– в трюмы, на корабль.

А Хозяин – в шоке от такого

И говорил: «Да как так-то, всего за пять дней и пять ночей весь трактир опустошили?»

Замок

В тёмном замке, на холме

Где розы, тёмные растут,

А за холмом - кладбище виднелось.

И вечно полная луна,

Где мертвяки бродили по ночам,

Черти рыскали в лесах.

В замке – мистика творится,

В окнах – силуэты кажутся,

Внутри – могильная тишина.

На стенах кресты повисли.

Призраки, да приведения,

В шахматы играются.

С картин – стекала кровь,

Стены обветшали

За много, много лет.

А хозяин, дивного места,

Могучий граф вампир,

Сидит в своём тёмном кабинете,

Попивая из бокала своего,

То ли кровь, толи вино.

Призраки в доме

Призраки, во тьме ночной,

Зовут тебя озорничать.

Песни, пляски, пьянки –

Устроить рады.

Лишь скажи им

И они начнут веселье!

Один на люстре скачет,

Другой – в супеутонул,

А кто-то нагло дрыхнет.

Лишь день настанет

И они во тьму уйдут,

И конец ночному торжеству.

Я ночью

В моей голове,

Мысли покоя не дают,

Словно призраки во тьме,

На старом чердаке.

Тут и там охотно оказаться:

Мечту воплотить,

Раскрыть идейку свою,

Выплеснуть свой нрав наружу.

Вот только лень моя,

Безмятежная персона;

Внутри меня засела

И тихо шепчет колыбель

Кто я?

Я колдун,

Я тёмный маг!

Тёмной ночью, под окном

Колдовал я, на душах людских,

Которым смех и лицемерие – близкий друг.

Творил я заклинания:

Сны – в реальность превращал,

Идеи – создавал.

Удивлялся загадкам и открытиям

Этого дивного мира.

Маска

Надоело мне носить эту маску

Маску шута,

С ярким колпаком

Надоело быть чужой игрушкой.

Охотно нити разорвать!

И быть свободней ветра,

И спокойнее горы,

Но быть удивительным – как море,

Пугающим – как космос,

Веселым, словно приведение.

Противно быть игрушкой у скотин,

Для которых человек –

Созвучно с вещью.

Этим тварям лишь гореть,

В своей же алчности.

Рассуждение

Рассказывать можно многое,

Но не многое понять.

Ведь все мы разные,

Но в то же время одинаковы.

Показывать можно многое,

Но не многое увидеть.

Красота у всех по-разному:

То ты красавец, то ты урод.

Мы лишь стадо овец

Провозгласивших себя как социум.

Мы любим правду,

Но лукавим каждый раз.

Можно жить счастливым, в этом мире

Ненавидев остальных,

А можно ненавидеть мир

И радоваться людьми.

В толпе

Со стеклянной улыбкой

Стоял я в сторонке ото всех

То я болен, толи в грусти утопаю.

Понять мне не суждено

На празднестве с другими,

Скучно было мне

Видев улыбки, окружающих меня,

Стоял я словно приведение,

Скитаясь из стороны всторону,

Во дно мгновение хотелось

То всё сжечь, то исчезнуть

С глаз людских долой.

Духи

Среди разбитых фонарей

Бродят тут и там

Не ясные создания.

В странных одеяниях:

Порванные куртки и плащи,

На ветру развевались.

На скамьях сидели

И болтали они о чём-то

Непонятнои неясном

Тиха, как могила, улица

Только свет луны освещал

Улицу фонарей.

Ужас в городе

Старый город в руинах пребывал,

Небо в серые тонаокрасилось,

От пепла и смрада улиц,

Холодный ветер обдувал с окраин.

Слышен грохот и шум вдали

Не отчётливо, но понятно –

Это музыка проклятых,

Погрязшихв своих же грехах.

Бордовая река хлыщет по улицам

Этого дивного и забытого места,

Омывает всё и всюду,

Затоплен город.

И не слышно ничего,

Только мрачная тишина

Погрязла в воздухе,

Среди забытых улочек.

Вялое пламя на крыше

Издалека виднелось.

Видно последний

Догорал…

Истина

Все думают об оке,

О священном оке,

Которое видит всё и вся.

Оно загадочно и жутко,

Ведь скрыто от смертных,

Которые и создали его.

Но мало кто задумывался,

Может это око и не скрыто от нас,

А наоборот, мы не хотим его увидеть.

Может и не око вовсе,

Ведь око, только видеть,

А знает – разум.

Высший разум не обязателен из космоса.

Может его, и создали на земле,

Те смертные, которые стремятся к идеалу

Ведь они сами не идеальны,

Ни что не идеально в этом мире.

Как бы им этого не хотелось.

Его создавали многие века,

Начиная от странных закорючек на стенах,

Продолжая законами реальности.

Этот разум создан по подобию того,

Кто его и создал,

А имя ему – Сеть.

Посланники времени

Вот и вечер наступает

И уже смеркает.

Солнце укрывается за горизонтом звёзд

И виднеется луна

И тут, недалече,

Некий голос зовёт меня,

Дивной девушки на дереве

Сидит там, да смеётся

«Заплутал ли ты?»

И недолго думая

Схватив меня за ручку

Повела по тропиночке ночной

И не заметив,

Как в лесную чащу завела,

Средь высоких древ

И маленьких кустов

Посмеявшись и уйдя

Крикнула она в лесочек,

И не поспев ей сказать

Настала ночь

В мгновенье окружила тьма;

И не видно стало ничего

Только свечение луны

Указывало тропу.

Выйдя к свету ближе

Увидал я тёмный силуэт

Сидевший у обрыве, с трубкой в кулаке

И что-то бормотав.

Жутью сердце заполнилось

Лишь от вида его одежды:

Старого порванного плаща

И больших сапог.

Встав и уставившись на меня,

Как голодный пёс,

Взмахнул он своими руками

И его окружило яркое свеченье

И промолвил он горда,

Лишь с усмешкой старика:

«Ты не бойся мрака

Ведь за ним скрыты чудеса»

Направив природный свет

Обратно в лес

Прихватил меня

Как беглого щегла.

Весь лес сиял

От свечения жучков,

Вокруг меня искрило,

Словно, средь звезд оказался

Потоки ветра окружали,

Словно, в потоке оказался

Яркого свечения

И плотной тьмы.

Увядав красоты ночи

Сверкнуло солнце вдалеке,

И взошли на перевал

К древу старому.

А под ним - мальчишка

На флейте завывал

И легохонька танцевал,

Словно подзывал.

Подтолкнул меня

Тот старый маг,

И тут же растворился средь ветвей,

И утрене солнце встретило меня

Веселый мальчик,

Озорничал и выступал

Предо мной, как в цирке,

И вел меня к реке.

Словно маленькая птичка

Скакал он по холму,

Лишь крыльев не было,

Только перья.

Заигрался с ним.

Свалился я в ручей,

Звонко смеясь и радуясь,

Не заметил я девицу.

В платюшке сидела,

Смотрела на меня.

С искренней улыбкой на лице.

Усмехалась надо мной.

С крайним любопытством

Спрыгнув с бережка,

На речные камушки,

Повела она меня.

Шли мы по ручейку,

С неё ни звука,

Лишь шум водицы беглой,

Слышался в ушах.

Довела меня вниз по ручейку,

Заметил я хижину свою

Не успев и обернутся

А уже и никого.

Приятно мне с тобой

Среди гор,

Среди лесов,

Ту улицу найду.

Среди ночи,

При свете звезд,

Сидела ты одна.

Присяду я к тебе,

Ведь с тобой приятно

И тепло.

Мой мир

Тушью мир я создавал,

Из сказок и творений,

Заполняющих мой разум.

Приятны мне эти миры,

Хоть и мрачны они.

Но ведь такой мой стиль.

Как можно быть уникальным в этом мире,

Если ты творишь как все.

Миры мои удивительны,

Сказочными существами насыщенны они.

Их кличут монстрами,

Но ведь в каждом из нас они живут.

Интересные места я воссоздавал:

Пустые города, красивые пейзажи,

В них скрыта моя душа.

Питер

Лежит моя душа

К северу западу,

В город на болотах,

Который в историю вошёл.

В честь императора он назван,

Провозглашён был столицей русской,

В давние времена,

Великих империй.

Архитектура с давних времен,

И по сей день живёт.

Ни где ее, ни найдёшь,

Кроме этого места.

Величественен город,

Хоть и стоит на множестве трупов.

В толщах болот,

Среди ярких творений.

Иногда жутким предстаёт,

В свете, не заходящего солнца

И старых фонарей.

Тем он и велик, этот чудесный город.

В осколках

Моя душа разбита

На множество осколков

И малые, и большие,

Как зеркало.

В этих отражениях

Образы мерцали,

Это не искаженный разум мой,

А всего лишь, мои воплощения.

Которыми я живу и творю:

Весельчак, странник, приведение,

Колдун и коллекционер.

Вот я настоящий, в этих образах остался.

Не ясное

Охотно мне,

Познать твою истинную душу,

Скрытую внутри тебя.

Но мне лишь гадать остаётся,

Что у тебя внутри:

Монстр или Чудо.

Если монстр или черт,

То с тобою будет весело,

Ну или я не прав.

А если чудо –

Я буду рад

С тобой быть рядом.

И что это, я не знаю

А точнее – не хочу.

Хоть дружба, хоть любовь.

Как-то раз

Холодный вечер,

Полная луна,

Сидел на лавке под окном

И рассуждал:

Кто же я такой?

Хотелось мне понять,

Но видно я лишь утопал

В своей же улыбке.

Среди звезд,

Сидел я в одиночестве

И мечтал лишь об одном:

Узнать истинный стук сердца,

Который играл у меня внутри,

Как ритм музыки,

Не утихающий

Ни когда.

Мысли

Мысль№1

Что закопано, то можно раскопать;

Что утеряно, то можно вновь найти;

Что забыто, то можно вспомнить вновь.

Главное помнить, что ни чего не уходит на всегда.

Мысль№2

Гуманитарная наука – это наука, изучающая мысли и идеи людей.

Любая наука – это Точность.

Мысль№3

Голосование никогда не справедливо, для команды проигравших.

Мысль№4

Существует несколько типов людей. Одни создают семьи и уютный очаг дома, для них важны родные им люди. Родственники, близкие друзья и т.д. Этим людям нужен только личный мир семьи, не политика, ни карьера, только уютный дом.

А есть и другие, готовые поставить саму жизнь ради победы над целью. Карьера, богатства, признание вот это им нужно. Иногда они от этого могут обезумить, и пойти по головам.

Но самая главная ошибка, когда люди пытаются объединиться сразу в один тип из этих двух. Уседеться на двух стульях одним разом. Только это приводить к большему хаосу и мраку в этом мире, который мы сами и создаём в своих умах и убеждениях.

Мысль №5

Все люди желают счастья,

В порыве за ним

Они обгорают и черствеют,

И как только находят счастье

Понимают, что оно давно прошло,

А они теперь стоят в могиле.

Ремешок – Петля

Одинокий ремешок

Свисал с веток древа,

Как петля самоубийцы

Запрятанная в шкафу.

Как забытая идея,

Как заброшенная мысль,

В далеком ящике забытья,

Где похоронены мечты.

На замершем кладбище идей,

В забытой топи чувств,

В беспамятстве глубин,

Покрытым зноем, пылью и отчаяньем.

Романтика чёртова

Умею я влюбляться,

Но не способен я любить.

В лихорадочном бреду пребывать,

Стук разрывающего сердца ощущать.

Но чувствовать чьё-то тепло и нежность

Не способен, как бы не пытался

То ли я мертвец,

То ли до меня дела нету.

Пока все пожинают плоды любви,

Я пожинал плоды одиночества и разума.

В своём же мирке,

С Чернилами и красками.

В мыслях и идеях черпал я счастье своё,

Пока не увидел реальный мир без людей,

С фантастичной красотой,

Без людских душ.

Но людям этого не надо

Им только романтику и жестокость подавай,

Остальной мир и не нужен,

Как диким зверям, без души и свободы.

Ну и пошла к черту

Эта любовь.

Лучше быть свободным,

Чем в собственном плену.

Иметь личные желания

И радости,

Чем чужую боль

И переживания.

«Холодом скованы руки мои»

Холодом скованы руки мои,

Страхом окутан,

Как в злобном тумане

Или знобном бреду.

Вижу силуэты,

В округе себя,

То ли призраки памяти

Или всё-таки люди.

В своей же памяти

Плутал я во тьме,

Запутавшись в паутине мыслей

Искав свет там, где его прогнал.

Давным-давно,

В лощине одиночеств

Решил вновь зажечь свет, внутри себя

Но сжёг себя тогда.

И больше не зажигал,

Больше в себе;

Пока их не повстречал –

Путешествий и людей, вместе с ними.

Наконец зима

Зима тиха,

Ветер мглою кроет,

Деревья покрыты зноем

Небо овеяно призрачным туманом.

И зажжён в дали фонарь,

Белым светом, среди снегов,

Среди хрущёвок угрюмых,

И людей тоскливых

Светлым ранним утром,

Брожу я во дворах

По хрустящему снежку,

Под звуки северного ветра.

И глазу ярко.

И душе светло и добро

Снова на устах улыбка

И надежда расцветает.

Сожжённая церковь

Сожжённая церковь, на холме стоит,

Окутана пеплом и туманом

Стоит одна, с бывалых лет

С покривившейся колокольней,

С почерневшими ставнями,

Вдали деревни, ото всех.

Горевшим ярким пламенем,

Среди ночи, от самих людей,

С красными нашивками на плечах.

Под грозными слогами,

С оружием в руках,

Искореняли людскую веру.

Годы шли, людей не стало,

Деревья зацветали,

А холм сожжённым и стоит.

И в бурю, и в метель

Стоит, на дырявой крыше,

Одинокий крест, обугленный.

«Прекрасного вида…»

Прекрасного вида: небо,

Густых сугроб,

Пустых ветвей деревьев,

Мёртвой тишины гармонии;

Пустых улиц и дворов.

Ни лишних звуков,

Лишь следы,

Засыпанные снегом.

Ярко-теплый свет

Одиноких фонарей,

Тёмной ночью,

Во дворе.

Рассуждение

Наверное, меня когда-нибудь спросят: "Почему ты рисуешь ужас и жестокость, если ты веселый озорник?"

Отвечу я ему: "Этих монстров я создал от гнева прошлых лет, которые периодично терзают мой разум. Такое есть у каждого, больные воспоминания, с ним справляются по-разному. Кто-то жалуется и ноет в уши других, кто-то мстит изначально, а кто-то держит в себе, пока не сорвется на любимых. Вечно держать боль внутри себя, больно и трудно, поэтому передаю её в своё творчество: картины, стихи, рассказы и т.д.

В наше время больным, считается особенностью, а адекватность - странностью. Как и не стать, злым и жестоким, если тебе хотят помочь только из жадности. Когда все озлобленны друг на друга, только оттого, что есть на свете. Мы одиноки и от этого жестоки, от жестокости и одиноки. Вот такое проклятие человеческого общества.